Дебют. Жить в СССР

Пролог

Константин Назимов

Серия: «Шахматист» том 2

Дебют. Жить в СССР

Аннотация: Разве кого-то пугают сложности? Точно не меня! Уже обжился, поставил цели и кое-чему научился. За плечами есть достижения, но они ничтожно малы. Тренер бубнит, чтобы шахматную теорию учил, а то на одном даре, да таланте далеко не уедешь. Но ведь не только сила в комбинациях на доске, необходима и поддержка со стороны. Нет, она имеется от друзей, подруги, но есть и те, кто желает на мне заработать. Приходится в мирной жизни крутиться. Выполнять требования времени, общества и заветов вождей. Без этого никуда, пусть у последних и рыльце в пушку. Такое вот Союзное государство в этом мире, лишь отдаленно похожее на 80-е из моего прошлого мира. А ещё вокруг меня странная движуха, с которой приходится разбираться и кому-то неизвестному противостоять. Матч за матчем выигрываю, проблемы быта решаю, дар развиваю и уверенно к поставленной цели иду.

Пролог

Устало потёр глаза и осмотрел разгромлённую комнату деда. Со дня смерти Иваныча прошло уже больше месяца, а виновных или подозреваемых не нашли, да и не искали, насколько понимаю. Дело из милиции забрали клановые дознаватели. Вот только следствие с мёртвой точки не сдвинулось, кроме сбора ненужной информации, опроса бывших приятелей, а точнее собутыльников отставного ефрейтора. Меня всего один раз вызвали на опрос и то всё свелось к тому, как это умудрился забрать из морга тело и захоронить Ивана Ивановича. Увы, сам тоже не обнаружил никаких зацепок.

— И всё же, где-то тут есть тайник, — задумчиво произнёс я.

На полу лежат книги, журналы, различные безделушки, фотографии, но ничего интересного не обнаружил. А ведь чуть ли не каждую страничку просмотрел, ощупал матрас, подушки, простучал полки и стенки шкафа. Изучил все возможные полости, даже полы простучал. Осталось ободрать обои и разломать мебель. Честно говоря, имея определённые навыки, то думал, что мне не составит труда отыскать то, что дед прятал. А он точно что-то скрывал. Слишком мало о себе информации оставил, нет ничего, что указывало на его прошлое, не считая того, как появился в моей, а точнее, жизни моего предшественника.

— Горец, думай! — сам себе сказал и в очередной раз поставил себя на место ефрейтора.

Увы, в этой ситуации мои навыки и знания из прошлого мира не принесли результата. Уверен, все карты спутала магия или дар, которого у Иваныча как бы не имелось. Н-да, а ведь учили меня делать закладки, в том числе и находить нужные документы, когда время лимитировано. Но тут ни сейфа, ни намёка на что-то. И всё бы ничего, да есть интуиция, которая вопит, что всего в шаге от тайны.

— Лучше взять паузу и ещё раз обо всё подумать, — потёр висок и отправился на кухню.

Очередная чашка крепкого кофе, благо Сироткиной нет, а то бы ворчать стала. Подруга никак не соглашается ко мне переехать, продолжает с подружкой делить комнату в общаге. И ведь мотивирует тем, что мы друг другу будем мешать учиться. Конечно, в чём-то она права, если учесть, что тренер меня заданиями завалил, а выходных почти нет. Ещё и в школе у меня возникли определённые проблемы. Ну, с ними-то разберусь, а вот как Лену убедить жить вместе — вопрос! Не ожидал, что окажется настолько упёртой. Даже не сработало то, что она за меня в ответе. Ну, пытался надавить, что раз спасла, согласилась стать моей девушкой, то разлучаться нам нельзя и друг за другом присматривать надо. Да, она даже использовала свой лекарский дар, чтобы незнакомого парня вытащить с того света. Кстати, у меня мелькала мысль, что моего предшественника били не только из-за какой-то девчонки, которую тот неосмотрительно провожал. За такой поступок не лишают жизни и довольствуются побоями. Однако, судя по травмам, то пытались именно убить. Но, с другой стороны, после того случая, больше никаких покушений не происходило. Почему? Кто-то изменил в отношении меня планы? Или посчитал, что опасности не представляю? Нет ответов! Но, не исключаю и того, что не прав, а произошла обычная бытовуха, которая в какой-то момент вышла из-под контроля. В том числе и Лена оказалась в нужное время и использовала свой дар. А вот из-за чего моё сознание в этом мире оказалось и переместилось в парня, который умер, то об этом никогда не узнаю. Как и то, что случилось на дороге в моём мире, когда уходил от погони. Не справился с управлением? Прострелили колёса на тачке или шарахнули из гранатомёта? А может из-за поворота вылетела навстречу фура? Обидно, что задание тогда почти выполнили, но генерал так и не дождался нужных сведений.

— Зато в этом мире мне нравится, — хмыкнул я и сделал большой глоток кофе. — Ещё и то, как всё складывается и какие задачи с целями поставил.

Честно говоря, не ожидал, что сумею стать шахматистом, да ещё с такими амбициями. Изначально рассчитывал использовать те умения, которыми обладал когда-то. Вот только в этом мире у людей имеется дар, а ещё время похожее на середину восьмидесятых из моей прежней жизни. Правда, строй немного не тот, но с этим уже свыкся. А если говорить откровенно, то чем-то мне он импонирует. Не без недостатков такой уклад, но тот, кто в жизни желает пробиться или жить безбедно, то шансы есть. Далеко не все идут в кланы, есть те, кто остаётся независимым. Лена, кстати, из их числа, поэтому и свои лекарские способности старается не афишировать.

— Кого это черти принесли? — нахмурился я, когда прозвенел дверной звонок.

Сироткина сегодня в общаге, корпит над каким-то докладом и наотрез отказалась встречаться. Не желает иметь хвостов и её понимаю. Сам, правда, на школу почти забил, если не участвую в турнирах, так штудирую шахматную теорию, разбираю партии и разрабатываю собственные хитрые ловушки. Одна беда, пока не получается получить первый разряд. Сейчас участвую в рейтинговым турнире и намерен его выиграть. А вот с заработками засада, почему-то нет приглашений на магические шоу, словно попал в некий чёрный список. Кстати, городские соревнования начнутся на следующей неделе, следом за ними пройдут областные, а там не за горами и всесоюзные. Вот уже после последних, если попаду в тройку, то возможны и международные игры. Другой вопрос, что попасть в отбор претендентов на мировую корону далеко не просто. И тут не только из-за своих умений, политика и протекции вмешиваются, о чём Александр Николаевич честно предупредил. Тренер ещё и не стал скрывать, что в ход идут далеко не благородные приёмы и не всё за шахматной доской решается. Вмешиваются судьи, вынося странные решения, а перед играми и вовсе случались различные неприятности с теми, кто мог победить соперника из влиятельного клана.

— Кто? — коротко спросил, стоя перед входной дверью.

— Господин Горцев, это домоуправ, у нас к вам деловой разговор, — раздался приглушенный ответ.

— В девятом часу вечера? — хмыкнул я. — Оставьте записку, навещу вашу контору на днях.

— Дело в том, что со мной участковый, для вашего спокойствия и риэлтор из клана недвижимости. Они именно сейчас желают с вами переговорить, — прозвучал чуть нервный ответ, заставив меня насторожиться.

— Гм, тогда давайте перед подъездом побеседуем, — предложил незваным гостям. — Уж простите, но впускать никого не собираюсь.

— Сергей Максимович, получили сигнал, что у вас могут проживать не учтённые жильцы, — заявил один из спутников управдома.

— И что с того? — поинтересовался я. — Разве запрещено принимать гостей?

— Если это не угрожает другим проживающим, — спокойно ответил голос, скорее всего принадлежащий участковому. — Осмотр жилища по таким сигналам не требует ордера, так что открывайте! Если заупрямитесь, то вправе применить силу.

— Дверь ломать станете? — уточнил я, но пальцы уже легли на ключ, торчащий из замочной скважины.

Упираться бессмысленно, в квартиру они в любом случае попадут, под тем или иным предлогом.

— Если потребуется, — усмехнулся кто-то третий. — Не волнуйтесь, мы переговорим и уйдём, это в ваших интересах.

На всякий случай, я выпустил защитные искры из своего источника. Часть из них должна блокировать попытки воздействия на разум, если таковые последуют. Оставшиеся отвечают за нейтрализацию магической атаки. Правда, не уверен, что сработает хоть что-то, это мои разработки, а эксперименты показывали неоднозначный результат, а на практике применять не случалось. А вообще, со своими способностями и возможностями дара предстоит разбираться и учиться его использовать. Уверен, зажечь свечу или вызвать ветер, дать то или иное задание определённым искрам — крохи из того, на что магия способна. Где бы только на всё найти время и знать с какого бока подступиться. Ну, зато могу всё же шарахнуть этаким воздушным кулаком, ударить огненным шариком или ледяным комком. Про убойную силу и расстояние говорить нет желания, хвастаться нечем.

— Осматривать квартиру будете? — отворил я дверь, хмуро взглянув на посетителей.

Участковый — незнакомый, явно только из школы милиции, но пыжится и делает грозный вид. А самом-то на пару-тройку лет старше меня, правда, на голову выше, почти под два метра вымахал, при этом форма на нём болтается, как на вешалке, слишком младший лейтенант тощ. Управдома определил сразу — пузатый, невысокий господин, с бегающими глазками и прикладывающий платок к лысине. На нем ещё и куртка, на груди которой крупно написано, что он из жилищной конторы. Как тут ошибиться? А вот третий посетитель уже серьёзнее, на риэлтора он не тянет. Чувствуется военная выправка, взгляд стальной, губы поджаты, а то, что в руках держит портфель, на самом костюм из приличной ткани — ширма, не более. Сам когда-то себя выдавал за различных людей, умею отличить тех, кто не привык к тому или иному образу.

— Если скажите, что в квартире никого, то поверим на слово, — спокойно произнёс псевдо риэлтор.

— Я один, — невозмутимо ответил, переводя взгляд с одного посетителя на другого.

— Верю, — покивал якобы риэлтор и посмотрел на участкового: — Подождите здесь или на улице, мы с господином Горцевым побеседуем, — он перевёл взгляд на меня: — Вы же меня пригласите зайти?

Не люблю, когда пытаются диктовать условия, а в интонациях незваного гостя ещё и угроза проскакивает. С одной стороны, могу встать в позу, но толку от этого не будет, а с чем пожаловал незнакомец интересно. Если его сейчас не впущу, то от любопытства заснуть не смогу!

— Без проблем, — пожал я плечами и посторонился.

Риэлтор не стал ждать, зашёл в квартиру и уточнил:

— Куда идти, в гостиную или на кухню?

— Может быть для начала представитесь? — в свою очередь задал ему вопрос.

— Господин Кирсанов Андрей Андреевич, представитель клана «Жильё для всех», — чуть склонил он голову.

Хм, известная контора, подмявшая под себя приличный процент жилья, не только как посредник, но как и строительная компания. Честно говоря, точных цифр не знаю, но реклама этой конторы часто глаза мозолит. Не уверен, действует ли по всей стране или только в Калинине.

— Прошу за мной, — коротко сказал гостю и направился на кухню.

С грусть посмотрел на остывший в чашке кофе, прикинув, что тётку Зину из продовольственного опять просить нормальные зёрна достать. Кстати, на этом напитке легко разориться при таких ценах и накрутках, почему-то в продаже для обычных граждан какие-то помои. Или кто-то искусственно дефицит создаёт? На фирменные вещи цены слишком высоки, обычному народу они не всегда по карману. Кстати, скоро зима, холода уже наступают, а одежду себе и Лене необходимо покупать. Правда, моя подруга на мои намёки реагирует не так, как другая бы на её месте. В штыки принимает подарки и всё время повторяет, что мне следует в первую очередь думать о себе. Вот как так? Ведь знает, что способен заработать, но не желает из меня деньги тянуть! Расскажи мне кто такое, то не поверил бы, а теперь сам столкнулся. Ладно, когда перед фактом поставлю, то не отвертится. Есть ещё вариант с ней на что-нибудь поспорить, но Сироткина к такому относится подозрительно и не ведётся на провокации. Впрочем, в её доводах есть определённый смысл, что при тех целях, что поставил, мне средства потребуются. Да и, честно говоря, на шубку, бриллиантовые серьги и кольца я пока не заработал.

— Не угостите кофе? — поинтересовался Кирсанов, кивнув на джезву. — Очень уж аромат приятный, чувствуются хорошо обжаренные зёрна. Арабика, верно?

— Налить вам стакан воды? — поинтересовался я, проигнорировав реплику гостя.

— Обойдусь, — отмахнулся тот и уселся за кухонный стол, поставил себе на колени портфель и внимательно на меня посмотрел: — Сергей Максимович, нам ваши цели и желания ясны.

— Андрей Андреевич, а кому это нам? — перебил я риэлтора, а сам занял позицию спиной к окну.

Жаль, что сейчас вечер, а так бы солнце мне помогло контролировать эмоции на лице. В этом мире стал более эмоционален и не всегда удаётся оставаться невозмутимым. Жаль, что сейчас это не поможет, думаю, он способен меня удивить.

— Совету клана, ну и его главе, — пожал плечами Кирсанов. — Уж не считаете ли вы, что мой визит к вам моя инициатива?

— Об этом даже не размышлял, — хмыкнул я.

— Сомневаюсь, что подающий надежды шахматист, не просчитал те или иные варианты, — чуть качнул головой этот риэлтор, от которого за версту несёт армейской хваткой.

Похоже, что он переговорщик, привык работать в боевой обстановке, не даром расслабленная поза всего лишь видимость. У господина Кирсанова каждый мускул напряжен, и он моментально способен атаковать, из любого положения. Смогу ли что-то противопоставить? Ну, если дойдёт до рукопашной, то способен его удивить. Вот только не нравится его взгляд, ставший задумчивым, он меня тоже изучает и сейчас немного растерян. Неужели пришёл к аналогичным выводам?

— Зачем искать какой-то вариант, если ход не за мной, — пожал я плечами и объяснил: — Вы ко мне пришли, как понимаю, в своих интересах. Так могу и подождать, пока не проясните ситуацию.

— Хорошо, — чуть улыбнулся Андрей Андреевич и из портфеля стал выкладывать на стол какие-то бумаги. — Не желаете ознакомиться?

Я мельком взглянул на документы, не беря их в руки. Ну, моё личное дело ни разу не интересно, хотя оно и довольно-таки пухлое. А вот гриф секретно, на папке с фотографией деда настораживает. Странно, только, что бумаг там раз этак в десять меньше, чем в папке про меня. Какой из этого вывод? Есть ещё строго или совершенно секретно, что подтверждает изначальную догадку — Иваныч был совсем не прост, а играл отведённую ему роль. Кто его перевёл на такую работу и для чего? Или он просто вышел в отставку и воспитывал внука?

— И вы мне дадите их просто так прочесть? — недоверчиво хмыкнул я, видя, что Андрей Андреевич ладонью прикрывает папку с документами на деда.

— Если договоримся, — ответил Кирсанов.

— О чём?

— Когда вступите в наследство, то всё, без исключения, передаёте в клан. Наши специалисты оценивают важность и ценность, после чего назначают цену, и вы получаете деньги. Так же мы хотим выкупить вашу квартиру, взамен которой предоставим лучшую, с новой техникой и мебелью, — произнёс Андрей Андреевич, а потом добавил: — Господин Горцев, это очень хорошая сделка. Когда мне предложили заключить её с вами, то даже ушам своим не поверил. Уж поверьте, наш клан способен и без вашего желания сделать так, чтобы всё ему досталось.

Намёк, что отожмут силой? Если так могут, то с чего идут на уступки? Что такого в стандартной двушке ценного? И какое могу получить наследство от ефрейтора, не считая стеклотары и различной мелочи? Сильно сомневаюсь, что дед являлся подпольным магнатом.

— А если что-то захочу оставить на память? — поинтересовался я.

— Этот вопрос всегда можно дополнительно рассмотреть, — невозмутимо ответил странный риэлтор. — Честно говоря, не понимаю, почему руководство клана делает такое шикарное предложение. Ещё неизвестно, что вам вообще достанется. А уж поменять эту, — он обвёл рукой кухню, — скромную обитель на современную будет стоить очень дорого. Скорее всего, ваш дед, что-то сделал для главы клана в своё время. Другого объяснения у меня нет, — он сделал попытку улыбнуться. — Не желаете ознакомиться с соглашением и, если устроит, его подписать? — он подвинул ко мне два листа, которые отпечатаны на пишущей машинке.

— Мне это жилище дорого, покидать, а уже тем более, продавать его не собираюсь, — не сдвинулся я с места, мысленно себе попеняв, что многократные обыски делал в комнате деда, а в остальной квартире лишь поверхностные.

Ну, честно говоря, только сегодня тщательно перетряхнул комнату, где Иваныч жил, до этого момента довольствовался осмотром, надеясь найти зацепки, указывающие на тайник. Похоже, предстоит всё такое же проделать со всеми помещениями, но не факт, что удастся что-то найти. Почему-то интуиция подсказывает, не стал бы отставной ефрейтор рисковать. Или я неправильно поиски веду. Вновь ведь основываюсь на прошлым опыте и не беру в расчёт магию, будь она неладна. Гм, последнее утверждение забираю обратно, дар мне ощутимую пользу приносит.

— Готовы доплатить, если вы согласитесь квартиру продать, — с некой запинкой, ответил риэлтор. — Вас устроит две тысячи рублей?

— Нет, — коротко ответил и намекнул: — А не пора бы вам и честь знать? Мне утром в школу, потом на турнир и если не высплюсь, то партию проиграю.

— Пять тысяч, — буркнул Андрей Андреевич.

— Не интересует, — покачал я головой, а перед мысленным взором предстала Лена, в шубке на её идеальном обнажённом теле.

И почему не удивляюсь, что такие мысли в голову лезут? Как ни прискорбно признавать, а моя подружка не иначе добрая чертовка или феечка, продолжает воображение будоражить. Мало того, она ещё и ночью способна присниться. Хм, а не наведаться ли к ней в общагу? Подружка у Лены понятливая, вахтёрша меня без вопросов в дамские угодья пропускает. Варвару же отправим к соседкам, а моя девушка мне в ласке точно не откажет.

— Господин Горцев, — начал было риэлтор, но я его перебил:

— Думаю, вы сказали всё, что вам велели. Вас проводить к выходу? Не думаю, что ещё чем-то способны заинтересовать.

— Вы даже не прочтёте? — озадачился Кирсанов.

— Не вижу смысла, — отрицательно покачал головой и скрестил руки на груди, показывая, что разговор закончен.

Визитёр ушёл, а вместе с ним и участковый с управдомом, которые так под входной дверью и торчали, пока мы беседовали. Плохо, когда нет понимания происходящего, даже, грешным делом, подумал, а не следовало ли согласиться? Себе выставил определённые цели и до прошлого деда мне дела как бы и нет. Не с моими возможностями отыскать его убийц и тем более думать о том, как отомстить. Если или когда правда всплывёт, то к этому и вернусь, а сейчас другие заботы, их слишком много, но квартиру всё же предстоит обыскать. Зачем-то она влиятельным господам понадобилась и очень сомневаюсь, что из-за расположения или состояния. Нет, в ней точно что-то спрятано!

Глава 1

НЕХВАТКА ВРЕМЕНИ

Глава 1. НЕХВАТКА ВРЕМЕНИ

Утро началось с проблемы, сгорела кофемолка и пришлось заваривать чай, от которого меня ещё больше в сон тянет, такова индивидуальная особенность организма, когда не выспался. Ещё и в холодильнике запасы продуктов подошли к концу, пришлось довольствоваться последними дольками сыра. А в школе, как на грех, уроки сплошь нелюбимые, кроме последнего. Первая биология, потом история, литература, география, и только напоследок физкультура. А самое печальное, что домашку сделал тяп-ляп, если учителя начнут спрашивать, то выше тройки точно не получу. Чем это грозит? А вот тут-то и вовсе беда! Как-то раз нас с Леной встретила в кафе Марианна Леонидовна. Вот чего она там забыла? И ведь не постеснялась, подошла и поинтересовалась, кто это со мной.

— Моя девушка, — спокойно ответил классной руководительнице, удержав ладошку Лены, которую та хотела вырвать.

— Горцев, так познакомь нас, — широко и как-то хищно улыбнулась Марианна, чего от неё никак не ожидал.

— Да как-то неудобно, — попытался я отказаться, размышляя, а не сбежать ли из кафе.

Вот только жаль мороженое оставлять почти нетронутым, которое Лена давно хотела попробовать. Варвара ей про это место все уши прожужжала, что мол там готовят с применением магии и цены не такие кусачие. Ну, два рубля за порцию пломбира с крошками шоколада далеко не бюджетно. Но, надо отдать должное, после съеденной ложки лакомства я не пожалел потраченных денег. Магия действительно присутствует и не только усиливает вкус, но и даёт подъём сил.

— Смотрю, ты в медицинском учишься, — кивнула Марианна на сумку моей спутницы.

Действительно, виден корешок учебника по фармакологии. Но, думаю, дело не в нём, наверняка классной кто-то из одноклассничков про Лену растрепал. Слухи по классу и даже району давно ходят, что у меня подружка появилась. Уж не знаю как, но про Сироткину узнали многое, где учится, живёт и даже то, что сирота и росла в детдоме. Уверен, Марианна обо всём знает.

— Да, вы правы, — успокоившись, подтвердила Лена и улыбнулась Марианне.

Скрипнув зубами от досады, пришлось их друг другу представить. А потом началось!

— Леночка, позволь тебя так называть, — буквально проворковала Марианна. — Сергей очень способный молодой человек, всем хорош, английский знает в совершенстве, с точными науками в ладах, а вот с гуманитарными у него беда. Ты уж проследи, чтобы их подтянул, а то уже и к его тренеру ходила, да толку мало.

Действительно, на один из турниров Малкина заявилась с Сорокиной, чтобы посмотреть, а в сам ли деле ли я участвую. Там-то они Курзину и нажаловались, что толком дат по истории не знаю, тычинку от пестика отличить не могу, а ещё путаю столицы государств. Ну, с последним они переборщили, не настолько я несведущ. Но когда дело дошло до литературы, то крыть оказалось нечем. Не читал я местных классиков, о многих даже не слышал! Как по их произведениям сочинения писать⁈ Вот и приходилось брать темы, где можно размышлять или лить воду, а конкретику не упоминать. И ведь всё равно попадал впросак! Подумаешь, спутал имя-отчество писателя и приплёл к нему не то произведение. С кем не бывает?

— А разве у него проблемы? — озадаченно поинтересовалась моя подруга, при этом нахмурившись.

— Найди время и приходи в школу, журнал успеваемости тебе покажу, — предложила Марианна.

— Гхм, — кашлянул я в кулак, — Марианна Леонидовна, а вы не перегибаете? Насколько знаю, то срывов уроков нет, недоразумений тоже, а к вам больше один товарищ не пристаёт. И это такая вот благодарность?

— Горцев, я же о тебе забочусь! — всплеснула руками классная. — Ты же способен закончить школу с отличным аттестатом, а то и с медалью. Перед тобой откроются большие возможности, а так рискуешь нахватать троек, да и тех с натяжкой.

Нет, актриса из Малкиной плохая, но Сироткина ей поверила, чуть позже мне пришлось выслушивать от подруги нотации и дать обещания стараться грызть гранит науки. А где на это найти время? Как приоритеты расставить? Курзин же своим укоризненным взглядом, если его задания не выполню, всю душу вынет и это если ещё не начнёт бубнить. В том числе и грозит не заниматься поиском магических состязаний. Кстати, последнее намечается в Клину, взнос по пятьсот рублей, победитель получает три тысячи, не считая дохода от процента по ставкам в тотализаторе. А у меня на этот турнир виды и уже прикинул, на что призовые потрачу. И ведь собирался вчера немного позаниматься, да нежданные гости припёрлись. Не на них ли вину свалить? Тогда придётся Лене всё рассказать, а тревожить её не хочу. В общем, в школу я отправился в мрачном расположении духа, и, даже, в кои-то веки, взял с собой учебники.

— Горец, на пару слов! — крикнул мне малознакомый парень, с которым пару раз пересекался ещё мой предшественник.

Когда я к нему подошёл, тот кивнул в сторону школьного стадиона:

— Отойдём, базар есть.

При этом угрозы от собеседника нет, хоть он и держит руки в карманах дутой куртки, а кепку сдвинул на глаза и зыркает по сторонам, но претензий предъявлять не намерен. Ну, иначе бы тогда эта встреча не состоялась. Да и косяков за собой нет, правда, случается, что стенка на стенку начинает махаться из-за косого взгляда или невпопад брошенного слова.

— А чего тут не поговорить? — буркнул я, но за парнем последовал, старясь вспомнить, как того зовут.

Вроде бы Кеша или Клешня? Гм, судя по руке, которую тот из кармана вытащил и ловко вытряхнул из пачки сигарету, а потом её прикурил, то прозвище ему соответствует.

— Горец, говорят, что кто-то твоего деда грохнул. Верно?

— Клешня, это не секрет, — спокойно ответил я.

— Что-то ты не слишком опечален, — прищурился мой собеседник. — За родню врагу горло перегрызают, а ты в школу ходишь, в шахматишки играешь.

— А ты неплохо осведомлён, — усмехнулся я. — Как ещё про мою подругу не добавил. Впрочем, это всё к делу не относится, чтобы отомстить следует знать кому и за что. Или ты мне предъяву за моего же деда решил сделать? Ничего не попутал⁈

— Не кипишуй, — выставил перед собой ладони парень, при этом глубоко затягиваясь дешёвой сигареткой без фильтра. — Был не прав, признаю. Это твоё дело что и как делать. Иваныч с моим стариком знакомство водил, пили вместе, душевные беседы вели, меня на путь истинный пытались поставить.

— Замяли, — отмахнулся я. — Чего хотел?

— Тут птичка на хвосте принесла, что ты готов четвертной заплатить, если отыщется свидетель? — сплюнул себе под ноги Клешня.

— Да, — спокойно подтвердил я, — мои слова, от них не отказываюсь, если только эти сведения помогут найти виновного. Общие слова, что мол де Иваныч с кем-то поссорился, типа, мужиком в плаще и шляпой на голове, меня не тронут. Догоняешь, о чём говорю?

— Обижаешь, — хмыкнул Клешня. — Есть двое пацанов, которые бахвалились, что всё видели и слышали, сидели в кустах и дрожали от страха. К легавым не пойдут, семьи у них правильные, братья сроки мотают, тут без вариантов. Могу тебя с парнями свести, если интерес есть.

— Бабки отдам, если они действительно что-то знают, — предупредил я.

— Не в деньгах счастье, — неожиданно усмехнулся Клешня. — Хватит пары банок пива, а закусь сами найдём.

— Понял, — кивнул ему и уточнил: — Когда и где?

— В Кировском, красный уголок, сегодня в восемь вечера, — подумав, ответил парень и напомнил: — Пиво с собой приноси.

— Замётано, — задумчиво кивнул я.

Клешня загасил о подошву ботинка сигаретку, отшвырнул в сторону окурок и вразвалку направился на выход со стадиона, а я пошёл к школе. Предстоит пересмотреть планы на вечер, тренер в положение войдёт, а вот Лене такой расклад не понравится. Врать подруге нет желания, а говорить правду нельзя. Свалить всё на учёбу? Мол, прости и извини, но вечер занят. Чёрт! А как это про турнирную партию забыл⁈ Напрочь из головы вылетело. Конечно, есть вариант её быстро завершить, благо начинается в шесть вечера, но по регламенту даётся полтора часа каждому. Или сыграть на ничью? Ну, в худшем варианте сдамся, а опаздывать на встречу к парням никак нельзя. Прикидывая так и этак, невпопад отвечая на вопросы одноклассников, я и не заметил, как начался первый урок.

— Горцев, а не желаешь ли нам ответить по домашнему заданию? — ехидно поинтересовалась учительница и добавила: — Ты же спишь с открытыми глазами! А может мечтаешь о чём-то? Так поделись с классом, нам всем интересно!

— Нина Анатольевна, простите, задумался, — посмотрел я на Дугарову, которой на днях исполняется шестьдесят лет.

Учительница вредная, если в плохом настроении — завалит на раз, точнее, половина класса получит неуд, а остальные отделаются лёгким испугом. Судя по позе и мимике пожилой женщины, то она встала не с той ноги и мне несдобровать, раз выбрала своей целью. Ну, не повезло, бывает. Старания соседки по парте, которая всеми силами пыталась подсказать, оказались безуспешны. На меня посыпались от Дугаровой различные вопросы, на которые не знал даже приблизительные ответы. Часть из заданий и Маринку удивило, соседка по парте биологию не знает на отлично, но твёрдую четвёрку имела.

— Сергей, мы этого точно не проходили, — развела под партой руками девушка, показывая, что ничем помочь не в силах.

Пожалуй, пора вспомнить старые методы, мысленно вздохнул я. Не хотел урок срывать, обещания давал, да деваться некуда.

— Скажите, госпожа Дугарова, а сколько двоек вы мне сегодня решили поставить? — поинтересовался я у биологички и закинул в сумку тетрадь и учебник. — Все знают, что вы человек настроения, но не до такой же степени.

— Горцев, ты как с учителем разговариваешь⁈ — прошипела Нина Анатольевна.

— А где учитель? В классе только экзаменатор, — хмыкнул я. — Но сейчас не время даже контрольной, а вы требуете у меня ответы, на которые даны разъяснения в учебниках медицинского института и не на первом курсе. Кроме как желаете выставить мне пяток неудов за занятие других причин не вижу с вашей стороны.

— Сергей, если знаний нет, то выше оценку у меня не получишь! Со справкой из школы выйдешь! — прищурилась Дугарова.

Интересно, чем её до такой степени взбесил? Точно не своими словами, а до сегодняшнего утра она ко мне более-менее относилась. Ворчала, но бывало, что и четвёрки ставила, когда находилась в хорошем расположении духа.

— Или потребую комиссию созвать, чтобы она меня оценила, — задумчиво ответил учительнице, пытаясь проанализировать происходящее.

— Попытайся, — поморщилась Нина Анатольевна. — Поверь, там ещё бледнее будешь выглядеть, чем сейчас!

— Без проблем, — пожал плечами. — Пойду, мне тут сегодня делать нечего.

— Сядь! Урок ещё не закончен и тебя не отпускала! — рявкнула Дугарова.

— Простите, но оставаться нет желания, — спокойно ответил ей, взял сумку и направился к двери.

Биологичка проворно сделал несколько шагов и перекрыла собой выход. В её глазах гнев, на виске пульсирует вена, губы побелели. Как бы удар старушку не хватил. Вот что на неё нашло? Чего ко мне прицепилась⁈ Гм, а не воспользоваться ли даром? Сама-то учительница свой предмет любит, за детей переживает, но нервы у неё не в порядке. Вызвал искру и приказал ей внушить старушке умиротворение. Судя по расширившимся зрачкам Нины Анатольевны, то заряд спокойствия она получила, но от своего отступать не стала.

— Давайте в коридоре поговорим, — предложил я. — Вы же на меня злитесь не из-за знаний, тут что-то другое, а понять не могу.

— Горцев, ты же не тупой, — чуть слышно произнесла Дугарова. — Запомни раз и навсегда, на уступки не пойду и Лидию в обиду не дам. Собственными руками мерзавца придушу, пусть и в тюрьму на старости лет попаду.

— Это вы о чём? — озадачился я.

— Видела тебя с Иннокентием, — холодно произнесла Нина Анатольевна. — Мерзавец решил действовать через тебя? Передай ему, что он ничего не добьётся!

— Так, пойдёмте-ка в коридор! — взял учительницу под локоть, а потом оглянулся к притихшему классу: — Попрошу не шуметь, нам не хватало ещё, чтобы директор или завуч прибежали!

Немного бесцеремонно вывел Нину Анатольевну из класса, та только что-то пискнуть успела, но сопротивляться не смогла, силы далеко не равные.

— Говорите, — коротко сказал, когда оказались у окна, вид из которого открывается на школьный стадион. — Как понимаю, вы меня увидели со знакомым и сделали неверные выводы.

— А ты хочешь сказать, что он приходил не просить за себя? — прищурилась Дугарова. — Мою дочь он не получит! Мерзавец этакий! Ишь чего удумал, замуж дурочку позвал, а та и уши развесила! А не подумала, что люди скажут⁈

— Стоп! — перебил я биологичку. — Понятия не имею, о чём вы говорите, но обещаю разобраться. Уж простите, но на вашу сторону встать не могу, не знаю ничего! — развёл руками.

— Не врёшь? — уточнила Нина Анатольевна. — Но я же своими глазами вас с Иннокентием видела, вы вон там стояли! — указала направление старушка, ткнув пальцем в окно.

— Да, перед школой Клеш… гм, Кеша меня нашёл, и мы поговорили, но к вам это отношения не имеет, — произнёс я.

— Вот как? — выдохнула Дугарова, а потом затараторила: — Серёжа, помоги, а? Поговори ты со своим приятелем, зачем он мою Лиду с пути сбивает. Он же её моложе, а голову задурил и та сама не своя. Со мной спорит, даже знакомить приводила. Зять, тоже мне фрукт! Ведь поматросит и бросит, даже если женится.

А что мне известно про Клешню? Толком ничего, пару раз видел и мнение о нём не составил. Он, если честно, даже на приблатнённого не похож. Правда, вёл себя сегодня довольно странно, кепку на глаза надвинул, шею в плечи втягивал, но старался держаться уверенно. Неужели боялся столкнуться с Ниной Анатольевной? Хм, у кого бы про своего шапочного знакомого выяснить? Не привык давать какие-то обещания, если не разбираюсь в вопросе.

— Серёжа, что ты молчишь? — с надеждой посмотрела на меня учительница.

— Нина Анатольевна, обещаю всё узнать, а потом дать вам ответ. Уж простите, но с вашей дочерью не знаком, и Иннокентия плохо знаю, — осторожно ответил я.

— Лида у меня в художественной школе преподаёт, картины пишет, девочка хорошая, — вздохнула учительница, а потом добавила: — Её недавно замуж звал один хороший человек, да появился этот Иннокентий и все планы спутал. Они совсем не пара, Лидочка взрослая и разумная девочка, ей уже двадцать семь, а твоему знакомому всего-то двадцать два. Что люди скажут, если они вместе будут?

Гм, знакомые слова, что-то такое мне Лена пыталась доказывать, но мы-то с ней считай сверстники. Ещё и дата рождения у Сироткиной под вопросом, в детдоме навскидку записали, а как оно на самом деле — неизвестно. Кстати, когда будет возможность, то про родителей подруги постараюсь узнать. Не может же быть такого, что ребёнок появился из ниоткуда! Конечно, Лена утверждала, что милиция вела розыск её семьи, да только без толку. Времени с тех пор, как девочку нашли прошло много, но зацепки должны остаться. В том числе и дар у неё сильный, своего рода уникальный, вряд ли она появилась в семье обычных людей.

— Я обо всём позабочусь и вам расскажу, — пообещал Дугаровой и сделал задумчивое лицо. — Единственное, не знаю когда получится, ближайшая неделя, а то и две заняты так, что вздохнуть некогда, а тут ещё на уроки приходится ходить.

— Можешь сейчас идти, не беспокойся, меня уважают и войдут в положение, что занят моей проблемой, — немного заискивающим голосом, сказала биологичка.

— Договорились, — не стал отнекиваться я. — Ждите новостей! — сказал и направился к лестнице, собираясь спуститься на первый этаж и покинуть школу.

Как на грех столкнулся с Марианной Леонидовной. Классная поднималась навстречу и разминуться с ней уже не мог.

— Горцев, а ты куда это собрался? — спросила меня Малкина.

— Решать проблемы Нины Анатольевны, — спокойно ответил я.

— Вот как? — нахмурилась Марианна. — Так, пойдём со мной!

Она развернулась и стала быстро спускаться. Удивившись, последовал за ней. Странно, что она меня не завела в учительскую или в один из классов, а решила поговорить на свежем воздухе. Мало того! Марианна, ни слова не говоря, перешла дорогу, дошла до рощи и найдя лавочку на неё присела, а потом вытащила из сумочки пачку сигарет.

— Не знал, что вы курите, — неодобрительно покачал я головой. — Как же здоровый образ жизни?

— Это в крайнем случае, — хмыкнула классная руководительница. — Ученички нервы так вымотают, что с вами не только закуришь — запьёшь!

— Если кто доставляет хлопот — говорите, разберусь, — ответил ей, а в ответ услышал:

— Тебе зеркало дать? Лучше бы уроки срывал, спокойнее было бы!

Не ожидал от неё таких слов и даже не нашёлся с ответом.

— Что пообещал Дугаровой? Лиду поссорить с Кешей или заставить парня бросить мою подругу?

— Вы дружите с дочерью Нины Анатольевны? — потёр я скулу, мысленно отмечая, что мир не такой и большой, а Калинин так и вовсе что та деревня, где через кого-то да найдётся человек, кто знает другого.

— Да, — коротко ответила Марианна.

— У них всё серьёзно? — уточнил я, но ждать ответа не стал, продолжил: — Честно говоря, Кешу знаю плохо, чем дышит и занимается — понятия не имею. Обеспокоенность Нины Анатольевны понимаю, но пока не разберусь, то никаких действий предпринимать не стану.

— Уф! — выдохнула струю дыма Марианна. — Успокоил! Хорошо, тогда едем! — она встала, загасила сигарету о край урны, которая каким-то образом стояла возле лавочки.

— А могу узнать, куда мы собрались? — поинтересовался я.

— С Лидией тебя познакомлю, пообщаетесь, — буркнула классная руководительница, хмуро смотря на свои наручные часики.

Какому-то классу повезло, урока английского у них точно не будет. Правда, через пятнадцать минут, когда входили в художественное училище, я уже не так был уверен в своём последнем выводе. А с учётом того, что Малкина буквально через минуту притащила за собой, держа за руку, какую-то девчушку в испачканном красками фартуке, то и вовсе признал ошибку.

— Лид, это Сергей Горцев, ты с ним пообщайся и ничего не скрывай. Уж так выходит, что от него многое зависит, прямо-таки вся школа пляшет под его дудку! — произнесла Марианна и погрозила мне пальцем: — Смотри у меня, не обижай мою подругу! Всё, я побежала, а то директор плешь проест, если у 9А урок прогуляю.

Марианна стремительно ретировалась, оставив нас вдвоём в холле художественного училища. Одна вахтёрша что-то недовольно бубнит, который мы дремать помешали.

— Меня зовут Сергей Горцев, — представился я девушке, на вид которой лет шестнадцать.

О каких двадцати семи годках говорила Нина Анатольевна⁈ Лидия хрупкая, невысокая, с короткой стрижкой, тонкими пальцами, и только глаза выдают настороженность и противоречат внешнему виду.

— Лидия Дугарова, прости, но ничего не поняла. Что это было? — она кивнула в сторону окна, за которым Марианна уже усаживалась в такси.

— Долго объяснять, — потёр я скулу, мысленно прикидывая, что все планы опять рухнули.

— У меня вообще-то занятия, — намекнула Лидия.

— Когда закончатся? — задал ей вопрос.

— В половине второго, — ответила девушка.

— Пересечёмся в кафе «Пингвин»? — предложил дочери биологички и поспешно добавил: — Не пойми неправильно, маме твоей кое-что пообещал, а приду со своей девушкой. Там и поговорим, если не против.

— Насчёт меня и Иннокентия? — уточнила моя собеседница.

— Верно, — подтвердил ей и добавил: — Помогу чем могу, но не обещаю, на чью встану сторону.

— Ты так в себе уверен? — недоверчиво хмыкнула Лида. — Собиралась сегодня из дома съехать, уже варианты съёмного жилья присмотрела.

— Не торопись, — покачал головой, прикидывая, у кого бы разузнать про Клешню.

Время ещё детское, завсегдатаи пивнушки соберутся вечерком, сейчас вряд ли кого найду. А с учётом того, что с Кешей встреча в восемь вечера, то про него информацию соберу завтра. Вот во что ввязываюсь? Это же неблагодарное дело мирить дочь с матерью, да ещё возможно с зятем, который последней пришёлся не ко двору. А что, если разбегутся молодые? Жизнь непроста и непредсказуема. А про отношения и говорить не приходится. Ладно, соберу факты, предоставлю их Нине Анатольевне, а своё мнение при себе придержу. План, честно говоря, так себе, но хорошие оценки зарабатывать нужно.

С Лидией условились встретиться в «Пингвине», после чего поспешил во дворец спортивной молодёжи. Необходимо перед тренером отчитаться, получить новые задания и попытаться перенести вечернюю игру. Увы, последнее не удалось, регламент турнира однозначен. Не пришёл, по любой причине, получи техническое поражение. Тоска-печаль, предстоит как-то выкручиваться, а то первый разряд может из рук уплыть. Впрочем, не велика потеря, на областные уже попал, возможно, там рейтинговых очков хватит. Если же нет, то уж на Союзном чемпионате точно получу. Правда, по моим прикидкам к этому моменту уже должен иметь кандидата в мастера спорта или сокращённо КМС и быть на одном уровне с тренером.

— Привет, чего так рано? — хлопнул меня по плечу Курзин, когда я вышел из кабинета, где обосновался главный и единственный судья турнира.

— Здравствуйте, Александр Николаевич, — вздохнул я, обмениваясь с тренером рукопожатием. — Так получилось, что пара часов свободна, вот и зашёл обсудить чемпионские партии семидесятого года.

— Задание выполнил, — удовлетворённо кивнул Курзин, — это хорошо. Есть ещё пяток интересных комбинаций в дебютах, о которых все забыли.

— Не удивлён, — хмыкнул я, бросив украдкой взгляд на свои часы.

— Чем так озабочен? — нахмурился мой наставник и компаньон.

— Дал кое-какие обещания, не выполнить их не могу и теперь на части разрываюсь, — честно признался тренеру.

— Ставь приоритеты, — пожал тот плечами, подумал и добавил: — Учить тебя в этом нет нужды, сам разберёшься, а вот в последней партии ты неоправданно рисковал и тебя раза три соперник мог подловить.

— Он слишком осторожничал, на этом и расчёт строил, — отмахнулся я. — Пойдёмте, домашнюю работу вам покажу и, надеюсь, кое чему удивитесь.

Глава 2

НЕОЖИДАННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Глава 2. НЕОЖИДАННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Два часа пролетело словно миг, а мы с Курзиным сыграли только три партии в пятиминутный блиц. Две окончились вничью, а последняя осталась за мной. Быстрые шахматы зачастую лотерея, когда далеко не все комбинации удаётся просчитывать. Результатом более чем доволен, тренеру пришлось попотеть, чтобы уйти от разгрома. В первой партии, как зачастую бывает, у меня флажок на часах упал, но у чёрного короля никого из свиты не осталось. Во второй же партии, Александр Николаевич ринулся отыгрываться и у него почти получилось, да в ловушку его ферзь угодил. И вроде бы уже казалась я победил, да не тут-то было. Новая атака на моего короля возникла словно из ниоткуда. В защите допустил пару промахов и в свою очередь пришлось жертвовать фигуры, дабы избежать мата. Произошёл размен, пешек осталось по две, которые короли прикрывают, согласились на ничью. Зато в третьей партии начисто разгромил тренера, применив домашнюю заготовку в дебюте. Конечно, могло затянуться, не согласись Курзин на размен в сомнительной позиции, но всё получилось и королю шёл однозначный мат в несколько ходов. Я усмехнулся, вспомнив обескураженное лицо Александра Николаевича, а сам невозмутимо прошёл мимо вахтёрши, дежурившей у входа в медицинский институт. Пожилая женщина, как обычно, разгадывает кроссворд и при этом бубнит, чтобы предъявляли студенческие билеты. Разумеется, её никто не слушает, благо турникет разблокирован.

— Варя, привет! — поздоровался я с соседкой Лены.

— А, Сергей, здравствуй, — ответила та, чем-то озабоченная.

— Подругу куда подевала? — уточнил у девушки, не видя Сироткину.

— Её в деканат посреди лекции вызвали, — сообщила девушка.

— Зачем? — насторожился я.

— Понятия не имею, мне не докладывали, — хмыкнула Варвара. — О, а вот и пропажа! — кивнула за моё плечо.

Действительно, Лена к нам направляется, но непонятно расстроена или нет, лицо невозмутимое. При всех свою подругу обнял и коротко в губы поцеловал. Лена улыбнулась и уклониться не пыталась. Она уже поняла бесполезность таких попыток и даже злиться перестала, смирилась, что мне на окружающих и их мнение плевать с высокой колокольни. Правда, чтобы Сироткина приняла мои взгляды потребовалось немало времени, пара серьёзных разговоров, а однажды она и вовсе поругаться собиралась. Ей этого не удалось, стал смешить и дурачиться, при этом не забывая подругу целовать. А как она могла сопротивляться, если за животик держалась и не могла остановиться от хохота?

— Ты чего тут забыл? Почему не в школе? У тебя же ещё должны идти уроки! — сразу же обратилась ко мне Лена, в голосе которой неоднозначные нотки.

Чётко слышна радость, но вместе с ней и строгость. С чего она вздумала, что будет за мои действия отвечать и на путь праведный наставлять. Гм, ну, это всё из-за Марианны, та ей чего только не наговорила. А ещё не факт, что они за моей спиной не общались. С них станется!

— Дела и по тебе соскучился, — честно признался и посмотрел на часы. — Так, у нас мало времени, скоро встреча, кстати, Марианна знает, что прогуливаю, сама просила помочь в одном деле.

— Не врёшь, — внимательно посмотрев на меня, резюмировала Сироткина. — Помощь нужна?

— Ты быстро сообразила, — кивнул я, взял подругу за руку и повёл по коридору в сторону выхода.

— Эй, у меня ещё пара! — возмутилась Сироткина.

— Прогуляешь, не мне же одному так поступать, — усмехнулся, а потом добавил: — Те магические воздействия дара, которые преподают, ты давно на отлично сдала. Или неправ?

— Расписание узнал? — уточнила Лена.

— Я его наизусть помню, лучше, чем своё.

— Уж в этом-то не сомневаюсь, — девушка шутливо пихнула своим кулачком в мой бок. — Что за проблемы?

— Сначала ты расскажи, зачем в деканат вызывали, — предложил подруге.

— Похоже, господин Бургинов не уймётся, это точно его рук дело, — вздохнула девушка.

— Конкретнее, — попросил я.

— Предложили на выбор несколько вариантов по распределению, — вздохнула Сироткина. — Про дальнейшее обучение предупредили, что финансирование сворачивается и его необходимо найти.

— А не рано ли об этом заговорили? — покачал головой, соглашаясь с подругой, что всё не так просто.

— Возможно и ошибаюсь, — задумчиво произнесла Лена, не став отвечать на мой вопрос. — Показали проект распоряжения правительства, по сокращению расходов.

— И кто, по их мнению, будет оперировать обычных граждан? — задал очередной вопрос.

— На платной основе, но по квотам от государства, в филиалах лекарских клиник кланов. С одной стороны, идея не такая плохая, когда корпорации заставят хоть как-то работать с простыми и бедными гражданами. Боюсь только, что простому человеку от этого окажется хуже, — немного непонятно пояснила Сироткина.

Мы некоторое время шли молча, а потом Лена продолжила говорить. Так как она считается одной из самых лучших и перспективных студенток, то никто не сомневался, что она продолжит учиться дальше. Кстати, сама она это тоже не скрывала. Никто не ждал реформу в здравоохранении, всё работало неплохо, на мой взгляд дилетанта в этой области. Однако, правительство задумало иначе. Уверен, не обошлось без подковёрных игр. А вот то, что за этим стоит местный клан фармацевтов я сильно сомневаюсь. Либо, Зоя Семёновна, являющаяся главой клана, имеет большое влияние и на Москву, что сомнительно. Или в столице решили взять под контроль все обычные институты, на которые раньше внимания не обращали? Чёрт его знает, это политика и что у кого на уме непонятно. В любом случае, разгребать последствия предстоит нам и желательно без ущерба себе.

— Доучиться дадут? — уточнил я.

— Разумеется, — дёрнула плечиком Лена. — Настаивают, что заранее требуется искать того, кто проспонсирует обучение в ординатуре. Ну, или самой платить, предварительно, семь тысяч в год и эта сумма может увеличиться.

— Не хило.

— Угу, а если работать на клан и приносить ему прибыль, то он обо всём позаботится. Знаешь, что интересно? — Лена посмотрела на меня.

— И что же это? — направляясь к кафе «Пингвин», уточнил у своей спутницы.

— Лучшее предложение от фармацевтического клана, который принадлежит Бургиновой. А то, что уши Вадима торчат поняла из тех предложений, которые подходят конкретно мне.

— Не принимай, — коротко сказал я. — Через год-два деньги найду, если захочешь продолжить обучение. Правда, подозреваю, что оперировать уже сейчас сумеешь.

— Если только лёгкие операции, — подтвердила Сироткина, а потом огляделась и уточнила: — Зачем мы здесь?

— Встреча, — коротко ответил и стал искать Лидию.

Девушка ещё не пришла и поэтому рассказал Сироткиной, в какую авантюру вписался. Не стал только говорить, для чего меня Клешня искал, а вот о визите сомнительного риэлтора поведал. Ещё и упор сделал, что он меня отвлёк от обучения и поэтому-то за предложение биологички ухватился.

— Не пудри мне мозги, — хмыкнула Лена, потягивая через трубочку молочный коктейль. — Уверена, ты к домашке не приступал, а если и открыл учебники, то читал через строчку. И скажи, что не права!

От скользкой темы меня спасла дочь Нины Анатольевны. Лидия настороженно поздоровалась и присела рядом с Леной, напротив меня. Кстати, выглядеть она не стала старше, с такой внешностью ей в магазине спиртного точно не продадут, посчитают подростком. Правда, когда заговорила, то мнение изменил. Характером в мать пошла, чувствуется в девушке стержень и упёртость. Если у Кеши серьёзные намерения, то парня где-то даже жалко. Не успеет оглянуться, а попадёт под каблук. Ну, могу ошибаться, плохо его знаю.

— Я не поняла, сыр-бор из-за разницы в возрасте или то, что у твоего парня сомнительное прошлое и нет нормальной работы? — уточнила Лена, выслушав короткую историю Лиды.

Рассказ девушки заключался в том, что она с Иннокентием случайно познакомилась, тот её от шпаны защитил и они стали встречаться. В какой-то момент дошло до знакомства с родителями. Если Кешины приняли девушку, то мать той, предполагаемого зятя и слушать не захотела, как и дочь. Нет, Нина Анатольевна уловила суть, что парень младше, как таковой работы у него нет и он перебивается случайными заработками.

— И ей не объяснить, что Кеша зарабатывает в несколько раз больше, чем мы вместе с ней взятые, — подытожила Лидия. — Как только пытаюсь разговор завести о нём, то сразу ругань.

— А чего он делает? — поинтересовался я.

— Занимается радиоприемниками, телевизоры чинит, что-то там изобретает, но способен и трубы сварить. Про таких говорят, что на все руки мастер, — ответила наша с Леной новая знакомая, в голосе которой послышалась гордость.

Хм, вот никак такого не ожидал, с парнем следует поближе познакомиться и посмотреть, что он может. Если всё так, как расписывает его подружка, то он мне бы пригодился. Технические задания ему дам, а остальное он сам продумает.

— И у вас всё по любви и согласию, — заключила Лена, как-то подозрительно смотря на Лидию.

— Разумеется, он мне и предложение сделал, но я ему сказала, что приму после одобрения мамы, — вздохнула художница.

— И это несмотря на твоё положение? — удивилась Сироткина.

— В каком смысле? — нахмурилась Лида.

— Ты не догадываешься? — округлила глаза моя подруга.

— О чём? — занервничала дочь учительницы.

Лена ей показала какой-то знак и настала очередь художницы стать шокированной, у неё даже рот приоткрылся.

— Эй, вы про меня не забыли? — возмутился я. — О чём толкуете⁈

— Это не твоё дело! — хором ответили девушки, почему-то гневно на меня уставившись, словно это я в чём-то виноват.

— Сергей, принеси нам мороженое, — ласково попросила Сироткина.

Понимаю, что она меня отсылает, чтобы наедине с Лидой поговорить. Спорить не стал, молча встал и направился к стойке, за которой владелица заведения проворно обслуживает клиентов. Сопоставив некие факты, пришёл к выводу, что дочь биологички плохо изучала тычинки и пестики, поэтому-то и залетела. И какие у неё остаются варианты? Аборт или замужество, ну, или мать-одиночка. Последнее будет тяжело, как с моральной точки зрения, так и с материальной. Избавляться от ребёночка и вовсе тяжкий грех, особенно, если тот оказался зачат в любви. Н-да, не позавидуешь молодой женщине, хотя она выглядит, что тот подросток. Кстати, невольно Сироткину с ней сравнил, и пришёл к неутешительному выводу. Моя Лена кажется ещё моложе! И как меня за совращение малолеток в милицейский участок не забрали? То-то продавщица «Пингвина» подозрительно на меня косится. Интересно, наряд уже вызвала? В кафе-то большей частью детишки и подростки в это время тусуются. А тут я вокруг двух молоденьких девчонок кручусь.

— Дамы, у нас вскоре возникнут проблемы, — поставив пиалы с мороженым на столик, объявил я.

— Ты это о чём? — не поняла меня Лена.

— Паспорта с собой? — уточнил я и кивнул в сторону двери в кафе.

Трое милиционеров внутрь вошли и обменялись быстрыми взглядами с владелицей заведения. Разумеется, та сделал жест в сторону нашего столика. И почему этому не удивился?

— У меня студенческий, — сказала Сироткина.

— Зря, паспорт с собой носи, — хмыкнула Лидия. — Когда тебя увидела, то подумала, что тебе пятнадцати ещё нет. Но не особо удивилась, зная, что Сергей школьник.

— Он совершеннолетний, — прошипела Лена, роясь в своей сумочке и косясь на приближающихся милиционеров.

— Да поняла уже, что ты его старше, как и я своего, — отмахнулась Лидия, — правда, в моём случае разница больше, но не критично. А паспорт с собой надо для таких случаев носить или когда есть желание напиться, а в магазине не дают и грозятся к родителям отвести.

— Забудь о том, чтобы пить алкоголь, — хмыкнула Сироткина. — Из-за это пункта теперь паспорт с собой можешь не таскать. Не пригодится!

— Здравия желаю, лейтенант Маринов, документики есть? — обратился к нам милиционер.

— Разумеется, — хладнокровно сказала Лидия и протянула милиционеру свой паспорт. — К нам больше претензий нет?

— К вам нет, а вот, — милиционер не закончил фразу и посмотрел на Лену.

— Учусь на втором курса медицинского, — ответила та и указала на лежащий перед ней студенческий билет: — Убедитесь.

— Проверим, — буркнул лейтенант, бросив недовольный взгляд в сторону владелицы заведения.

Но та невозмутимо пожала плечами и продолжила накладывать мороженое двум пацанам, которые долго не могли решить, шоколадное съесть или пломбир. Кстати, сумели сориентироваться, взяли разное.

— Проблем нет, — изучив документы девушек, сказал Маринов, но потом хмыкнул и на меня посмотрел: — Молодой человек, а ваши документики почему не наблюдаю? Что если тут происходит всё наоборот, когда взрослые тётки охмуряют мальца?

Ну, он-то пошутил и даже засмеялся, а вот у Лены и Лиды лица вытянулись. Лейтенант непроизвольно наступил на их больную мозоль. Ещё хорошо, что у меня форма не школьная, а лишь отдалённо её напоминает. Кстати, насчёт своей одежды уже имел пару бесед с завучем и один раз с директором. Мне погрозили всеми карами, но вошли в положение, зная, что деда недавно похоронил.

— Да как-то с собой не взял, — пожал я плечами.

— Водительских прав тоже нет? — продолжил допытываться лейтенант.

— Нет, — кивнул ему и улыбнулся, вспомнив о шахматном удостоверении. — Есть только это, — вытащил из внутреннего кармана книжецу и развернул перед милиционером: — Подойдёт?

Маринов мельком прочёл, что там написано, изучил печати и подписи, а потом кивнул:

— Господин Горцев, простите, что побеспокоили, недоразумение вышло. Сами понимаете, служба, — он козырнул и кивнул своим скучающим подчинённым на выход.

Мы с девушками проводили взглядом удаляющихся милиционеров, а когда их машина уехала, с облегчением выдохнули.

— Повезло, что мою сумку не проверили, — хмыкнул я.

— Почему? — удивилась Лена. — Обычно же ты в ней кроме книг по шахматам ничего не носишь.

— Не в этот раз, — усмехнулся и продемонстрировал учебники. — В кои-то веки собрался в школу, как положено, а толком даже одного урока не отсидел.

Мы некоторое время ели растаявшее мороженое и молчали. Ситуация необычная, Лидия так и вовсе в каком-то трансе сидит. Ну, понять её можно, моя подруга её словно обухом по голове приложила.

— И что мне делать? — потёрла пальцами виски дочь биологички.

— Советовать не в праве, — осторожно заметил я.

— Ты своему парню расскажешь? — поинтересовалась Лена.

— Не уверена, — покачала головой Лида. — Мне необходимо всё взвесить и подумать. Есть вариант отправиться в Ленинград, давно зовут в художественную школу, — она опустила глаза. — Там своё положение на какое-то время скрою, ребятёночка рожу и буду его воспитывать.

— Собралась стать матерью-одиночкой, — осуждающе сказал я. — Нет, не пойми неправильно, ничего против этого не имею, но отец-то должен знать.

— Согласна с Сергеем, — поддержала меня Сироткина. — Уж прости, но ты способна наделать глупостей и всю жизнь будешь страдать.

— И что мне делать? — печально улыбнулась молодая женщина. — Мать будет настаивать на аборте, Кешу она вряд ли примет. И я ещё не знаю, как он отнесётся к тому, что скоро станет папой. Что если не хочет детей? Мы с ним на эту тему никогда не говорили, — она спрятала лицо в ладонях.

— У тебя же сегодня ещё много дел, — кивнула мне на выход из кафе Лена.

— Да, пойду, увидимся позже, — встал я, взял сумку и больше ничего не сказал покинул «Пингвин».

Сироткина правильно сделала, что меня, можно сказать, прогнала. Надеюсь, моя подруга найдёт общий язык с Лидией и сумеет ту успокоить. А у меня действительно дел полно, ещё и желудок напоминает, что неплохо бы пообедать, а то одним мороженным сыт не будешь. Не стоит забывать и про пустующий дома холодильник, а ещё не решен вопрос с зимними вещами. На улице холодает, осенняя куртка мала, обуви подходящей у меня нет, как и других тёплых вещей. Ну, точнее, всё мало! Уже вроде не должен расти, но тем не менее, на пару, если не больше, сантиметров подрос и окреп. Последнее благодаря занятию спортом, физическую форму в порядок привожу, но до удовлетворительного состояния ещё далеко. Нет, мышцы имеются, однако, нет предела совершенству, а планка у меня высока. Купил пару беляшей и на ходу их поглощая направился к дому, точнее, в продовольственный, расположенный рядом с тем местом, где живу. В магазине народа не очень-то много, сделал знак знакомой продавщице, и та кивнула в сторону подсобки.

— У меня перекур, — объявила тётя Зина и последовала за мной.

Мы прошли по длинному коридору, заваленному пустыми ящиками и коробками. Вышли на задний двор магазина, где стоит фургон с открытым бортом, в котором лотки с хлебом. Во рту мгновенно образовалась слюна, очень ароматны свежеиспеченные хлебобулочные изделия.

— Чего хотел? — прикуривая, спросила продавщица.

— Как обычно, — пожал плечами.

— Много вас таких тут ходит, за всеми не упомнишь, — хмыкнула тётя Зина. — Говори конкретно, тогда запомню.

— Не отказался бы от обкомовского пайка, в двойном экземпляре, но без алкоголя. Вместо последнего, пару пачек хорошего кофе в зёрнах, — произнёс я.

— Сто двадцать рублей и через десять минут всё принесу, — невозмутимо ответила продавщица.

— Что-то дорого, раньше было дешевле, — вздохнул я, но за портмоне полез.

— Жизнь такая, — хмыкнула Зина и смерила меня оценивающим взглядом. — Сергей, слушай, есть у меня одна клиентка, очень богатая дама. Ты как раз в её вкусе и…

— Не интересует, — перебил я продавщицу, решившую заделаться сводницей.

— Жаль, ты парень видный, подумай ещё разок. Дама денежная, деловая, в обиду не даст, будешь у неё как сыр в масле кататься.

— И бегать, как собачонка на задних лапках виляя хвостиком, — криво усмехнулся я, а продавщица захохотала.

— Вот ты рассмешил, — смахнула Зина выступившие от смеха слёзы. — Хвостиком он будет вилять! Хотела бы на это посмотреть!

— Не по адресу, — отмахнулся я.

— Поняла уже, — вздохнула моя собеседница и пожаловалась: — Блин, ты не представляешь, как тяжело нормального парня найти. Одна шпана, маменькины сынки или такие, что ни кожи, ни рожи.

— Тяжко тебе приходится, — не искренне посочувствовал я.

— И не говори, но крутиться-то надо, — она потёрла мочку уха, а потом загасив сигарету сказала: — Жди меня здесь, деньги приготовь и подумай над моим предложением.

Продавщица ушла, а я мысленно удивился тому, что она за прилавком стоит, а не управляет каким-нибудь борделем. Очень бы ей такая должность подошла, с её-то хваткой. Или ещё какие-то принципы сохранились? А возможно, доход в магазине приличный, а ответственности меньше. Что милиция предъявит? Спекуляцию? Так наверняка найдутся заступники, как-то пайки к ней попадают! Да и не такой уж большой вред государству приносит, если только не захочет чего-то большего и сразу. А вот моим финансам Зинаида нанесла приличный такой урон. Необходимо искать заработок, пенсия за деда мне не светит, точнее, пока её оформят, то школу закончу, а так уже совершеннолетний, её не дадут. Ну, перерасчёт сделают за те месяцы, когда учился, но выплатят копейки. Стоит ли бегать и справки собирать? Времени потрачу больше, чем получу выплату, всё стоит денег.

— Держи, — протянула мне холщовую сумку Зинаида. — Всё как просил.

— Спасибо, — отдал ей подготовленные купюры и кивнул в сторону машины с хлебом: — Батон белого и буханку чёрного возьму? Лень в магазин возвращаться и в кассе стоять.

— Сейчас принесу, считай это тебе подарок от меня, — усмехнулась продавщица и направилась к машине.

Зинаида коротко что-то сказала скучающему водителю, наблюдающему, как грузчик неспешно занимается разгрузкой. В ответ шофер вяло кивнул, а продавщица взяла хлеб и принесла мне:

— Держи и помни мою щедрость, — сказала Зина.

Когда я взял ароматно пахнущий батон и буханку, ещё не успевшие остыть, спекулянтка махнула на прощание рукой, скрылась за дверью, ведущую в магазин. Не удержался, откусил корочку и блаженно зажмурился. Тёплый хлебушек способен посоперничать с недавно съеденными беляшами. Быстрым шагом направился домой. Перед входной дверью задержался и проверил сигнальные метки. В моё отсутствие никто не приходил и это порадовало. Впрочем, уверен, квартиру навестят и попытаются отыскать то, что в ней спрятано. Правда, не факт, что тайник хоть кто-то отыщет, Иваныч оказался далеко не прост. Да и то, что у меня пытались жильё выкупить, говорит о сложностях в этом вопросе. Загрузил холодильник, перекусил и направился в шахматную школу. Скоро игра, а партию следует завершить до половины восьмого, иначе могу не успеть на встречу с Иннокентием. Хм, вот чем он думал, когда с Лидией встречался? Неужели не знает из-за чего дети берутся? Понадеялся на опытную женщину, выглядевшую подростком? Так у той отношений-то, если правильно понял, не было до встречи с парнем. А ещё я сделал большую ошибку, забыв договориться с Ленкой о встрече. Не думаю, что в красном уголке пробуду больше часа, могли бы с Сироткиной на последний сеанс в кино успеть. Ну, это мечты, чтобы на последнем ряду в кинотеатре со своей девушкой обниматься и целоваться. Она на это точно не пойдёт, но попытаться стоит, вдруг сумею уговорить.

— И где ты всё бродишь? — встретил меня вопросом Александр Николаевич. — Есть несколько запросов на твоё участие в показательных выступлениях. Удивительно, но поступило сразу четыре предложения, денежные призы приличные, но потребуется на пару дней уехать. Ты как, готов?

— Завтра обсудим, — потёр я подбородок, мысленно прикидывая, что никак не получается всюду успеть.

А насчёт странных предложений следует десять раз подумать. Слишком они внезапно поступили, что наводит на нехорошие мысли.

Глава 3

НОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ

Глава 3. НОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ

Александр Николаевич меня не стал нагружать перед предстоящей игрой и за это ему большое спасибо. Голова и так различными мыслями перегружена и несколько партий с разбором ходов и без контроля времени оказались тем, что нужно. Кстати, разговоров о личном не избежали. Тренер поинтересовался, как там Лена поживает и почему он её давно не видел.

— Учится, подрабатывает, — ответил я, размышляя, а чего это Курзин мне под удар пешку подставил. — А как там Жанна? Вы с ней общаетесь? Она тоже давно не заходила.

— Это ты с ней не пересекаешься, — вздохнул Александр Николаевич. — Почти каждый день видимся.

— Вы обо мне? — раздался над нами весёлый голос журналистки.

— Как ты так незаметно подкралась? — удивился я и сделал комплимент: — Отлично выглядишь!

На Жанне кожаная юбка до колен, высокие сапоги, кожаный пиджак, высокая причёска, на лице агрессивный макияж.

— Не соглашусь, — нахмурился Курзин, мрачно оглядывающий свою подругу.

— Тебе не нравится? — спросила моего тренера журналистка и показала ему язык: — Не будь ханжой! У меня много образов и сюда пришла после одного мероприятия, где такой прикид ни у кого подозрений не вызывал.

— Прости, но это вульгарно, — отвёл взгляд Александр Николаевич.

— Есть небольшой перебор, — согласился я с ним и съел-таки предложенную пешку.

— Зато решила кое-какой эксперимент провести, — потянувшись, объявила Жанна.

При этом её полы пиджака разошлись, и я увидел, что блузка под определённым углом прозрачная. В пупке у журналистки пирсинг, а лифчик состоит из кружев.

— Что ты задумала? — уточнил Курзин, который не удержался и глазами пожирает свою подругу.

— Задумала написать статью, название примерно такое: «Влияние отвлекающих факторов на поведение спортсменов!»

— Требуется уточнить вид спорта, — хмыкнул я. — Боюсь, если заявишься в таком виде к борцам или футболистам, да ещё пару па сделаешь, то тебя придётся с боем от озабоченных мужиков отбивать.

— Поэтому-то, — девушка подняла указательный палец вверх, — и выбрала интеллигентный вид спорта, где у всех имеются мозги, а не две извилины.

— Сомневаюсь, что при твоём феерическом появлении, кто-то сумеет разумно мыслить, если к такому не привык, — парировал я.

— Но вы-то спокойно держитесь, — разочарованно ответила Жанна.

Александр Николаевич промолчал, он сделал свой ход на доске и теперь его замысел стал понятен. Красивая комбинация, ладейный прорыв, грозящий разгромить мою защиту.

— Мы привыкли, — усмехнулся Курзин. — Или забыла, что происходит, когда устраиваются турниры по магическим шахматам? Не тебя ли мы с одного такого приёма вывезли?

— Был шанс одним глазком взглянуть, да струсила, — признала журналистка и указала пальцем в грудь Александра Николаевича: — Саша, в это полностью твоя вина! Запугал девушку, а сам небось на неё глаз положил! Угадала?

— Ты на грани провала находилась, — буркнул тот. — Что бы случилось, узнай организаторы кто ты такая?

— Кстати, а что ей грозило? — поинтересовался я. — Убивать-то за это вряд ли стали.

— Ну, штраф могли выписать, а то и на пару месяцев посадить. Проникновение с неопределёнными мотивами — это довольно серьёзное преступление. Обвинителям раздолье, способны такие небылицы придумать, а вот адвокатам тяжело защищать, — задумчиво произнёс Курзин и двинул-таки ладью вперёд.

— А что, если с Жанной Алексеевной мне заключить контракт? — задумчиво произнёс я. — Пусть будет моей ответственной секретаршей и помощницей, тогда её с собой могли бы брать на различные турниры. Ну, за её, разумеется, счёт.

— С ума сошёл? — возмутился Александр Николаевич.

— Это ты мне предлагаешь быть на побегушках? — нахмурилась Жанна, а потом добавила: — Ещё за это сомнительное удовольствие платить из своего кармана⁈

— Временно, пока не запустим специализированный журнал, — пояснил я. — Разумеется, доходы поделим в определённых пропорциях, но это когда добьюсь признания и выиграю достаточно турниров.

— А если не сможешь? — с сомнением спросила девушка.

— Если только палки в колёса чиновники не сунут, — задумчиво ответил мой тренер, размышляя, как ответить на один очень удачный мой ход.

— Я подумаю, — ответила журналистка, уронила ручку и изящно нагнулась, привлекая внимание Курзина.

Тренер не дрогнул, вторую ладью в атаку двинул. Похоже, эту партию мне не спасти, знал же, что пешку он не просто так отдавал. Зато посмотрел на красивую комбинацию и мысленно поаплодировал. На турнире бы на этот трюк вряд ли купился, если только не в цейтноте находился. А вот на тренировке не грех разыграть спорные позиции и посмотреть, к чему это приводит.

— Мои чары на вас не действуют, — надула губки Жанна.

— Как и большинство игроков не отреагируют, чего не скажешь о зрителях, — покивал Александр Николаевич. — Кстати, как ты с ними будешь разбираться? Ведь пристанут же.

— А ты волнуешься? — кокетливо уточнила девушка.

Интересно, как долго он такое терпеть будет? Явно же на его чувствах играет! Другой вопрос, что мер воздействия как бы и нет. Пока сама не обожжётся и не поймёт, что ведёт себя неправильно, то ничего не изменится.

— Мне сегодня край в половине восьмого надо уйти, — вздохнув, перевёл я разговор на нужную мне тему.

— Проблемы? — уточнил Курзин.

— Обещал помочь кое-кому, — покивал я. — Дело в том, что партию следует быстро закончить, лимит времени большой и если его использовать весь, то опоздаю.

— Будешь играть блиц? — что-то прикинув, поинтересовался Александр Николаевич.

— Другого не остаётся, — утвердительно ему кивнул и продолжил: — Если десяток ходов за пару минут сделаем, то потом мой противник точно начнёт просчитывать ходы. Если ошибусь, то сильно не ругайтесь.

— Но если выиграешь, то считай первый разряд получил, — внимательно посмотрел на меня тренер.

— Знаю расклады, — подтвердил я. — Ничья даёт шанс и выход из группы, проигрыш ставит крест, — развёл руками.

— Ладно, понял тебя, действуй, как считаешь нужным, — кивнул Курзин.

— Спасибо, тренер, — улыбнулся я и положил своего короля: — Сдаюсь, эту партию проиграл.

Больше ничего не стал говорить, поднялся и вышел из учебного зала, давая возможность пообщаться Жанне и Александру Николаевичу. Между ними то и дело искры летали, не заметит даже слепой. Прогулялся до ближайшего кафе и выпил чашку кофе, отвратительного на вкус, пришлось газировкой из уличного автомата запивать. И ведь давал уже зарок, что бодрящий напиток покупать либо в проверенных местах, либо рисковать в дорогих, и не за двадцать копеек. Без пяти минут шесть уже сидел напротив своего соперника, сосредоточенного господина средних лет. Его игру однажды видел, ничем он меня не впечатлил, длинные комбинации не просчитывал, осторожничал, но ошибок я не увидел.

— Дамы и господа! Очередной тур стартовал! Прошу, запускайте часы противника! — провозгласил судья.

Интересно, почему он про дам упомянул? Ни одной женщины в турнире вроде бы не участвует. Начало классического дебюта, как и рассчитывал, разыграли за две минуты, сделав по двенадцать ходов. При этом не разменяли ни одной фигуры, хотя некоторые из них и стоят под боем. Следующие пять ходов совершили за полчаса, с учётом того, что я над ответом думал не более тридцати секунд. Противник строит мощную оборону, его фигуры хорошо развиты, но каких-либо серьёзных угроз не несут. Неужели надеется свести партию вничью? А время поджимает, уже почти семь вечера и в моём распоряжении полчаса! И как на грех, нет ни одной подходящей идеи. Точнее, комбинаций-то много, в том числе и перед магическим взором разворачиваются захватывающие баталии, но все без однозначного окончания. Слишком рано делать выводы и неизвестно, как отреагирует противник на провокации. Предложить ничью? Нет, хочу выиграть! И вот долгожданное решение, оно как прозрение, мелькнуло перед глазами как конь по шахматной доске начинает скакать и угрожать фигурам вражеского короля. И построение защиты нарушается, слабеет оборона, а когда подключается второй конь и подтягивается ферзь, то враг обречён. И как такую комбинацию раньше не увидел?

— Неожиданно, — растерянно произносит соперник. — Я же не сделал ни единого плохого хода. Так где же ошибся? — он вопросительно смотрит на меня.

— Следовало идти в размен, — пожимаю плечами. — Но, вы правы, ошибок не сделали.

— Сдаюсь, — произносит тот и протягивает мне руку.

До назначенного Клешнёй времени ещё сорок минут. Успеваю! Поспешно сдаю лист с записями ходов партии судье, дожидаюсь, когда тот отметит у себя мою победу и направляюсь на выход. Пару минут трачу в гардеробной, работница отлучилась и пришлось дожидаться, когда вернётся и выдаст по номерку куртку. Зато такси удалось поймать минут за пять. Без десяти восемь подходил к назначенному месту. Иннокентий его хорошо обрисовал, найти не составило труда. Вход в подвал в торце четырехэтажного кирпичного дома. Дверь массивная, на подвальных окнах решётки. Мне открыл паренёк лет двенадцати и подозрительно спросил:

— Вам кого? Тут пиво уже год как не пьют! Кружок тут находится.

— Иннокентий здесь? — уточнил я и добавил: — Он меня сюда сам пригласил.

— Так вы к дяде Кеше! Проходите, — посторонился пацан, чем меня ещё больше озадачил.

Как мог Клешня превратиться в дядю Кешу? Нет, я его плохо знаю, но вроде как в своё время он имел среди местной шпаны авторитет. Правда, это было года два-три назад. Ладно, посмотрим, что тут и как. В нос ударили знакомые запахи от канифоли и разогретого олова. Загудел какой-то двигатель и раздался радостный вопль парней, который поддержали и девичьи голоса.

— Всем привет, — вошёл я в просторную комнату и осмотрелся.

Во главе стола сидит Иннокентий, в руках которого паяльник и провод от переносного трансформатора. А перед ним находится корпус модели вертолета, у которого крутятся лопасти винтов.

— Дядя Кеша, ты чего, дай больше напряжения! — восклицает один из подростков, которому лет пятнадцать.

— Горец, проходи, сейчас закончу и переговорим. Парни ещё не подошли, ты рано, — кивнул мне Иннокентий.

— Не отвлекаю, — выставил перед собой ладони и с интересом стал рассматривать, что находится на стеллажах, стоящих вдоль стены.

Гм, чего там только нет. Правда, большей частью старые и уже испорченные приборы. Но есть и более-менее целые.

— Теперь мы приступим к сборке двигателя, а когда он будет готов, то займёмся модулем радиоуправления, — сказал мой странный знакомый, который ещё не знает, что вскоре станет отцом.

Интересно бы на его реакцию посмотреть, когда об этом ему Лидия расскажет. Жаль такое случится не при мне. Эх, ведь даже намекнуть не могу, чтобы он подругу оберегал, а желательно и с предложением не тянул. Правда, биологичка способна спутать карты, но я-то своё мнение уже о парне составил. И, что удивительно, оно оказалось положительным! Честно говоря, когда он меня перед школой остановил и мы на школьном стадионе беседовали, то думал он из какой-нибудь группировки, принадлежащей району. Позарился на двадцать пять рубликов, поэтому и пришёл в качестве переговорщика. Хотя, я особо и не задумывался о парне, даже когда Дугарова просила о нём разузнать.

— Так детишки, убираемся и на сегодня мы закончим, — прозвучал голос Кеши за моей спиной.

— А можно мы завтра придём? — чуть ли не хором заканючили подростки.

— Нет, теперь встретимся в субботу, — непреклонно ответил тот.

Я взял в руки небольшую плату и осмотрел электрическую схему. Назначение не понял, но меня не это интересовало. Всё сделано красиво и аккуратно.

— Разбираешься? — задал вопрос Кеша.

— Предохранитель от транзистора отличу, элементарные вещи пойму, но не более того, — честно ответил я. — А ты, получается, в этом толк знаешь.

— Служил в радиоэлектронных войсках. Многому там научился, в том числе и полюбил чинить различные приборы, — ответил парень.

— Наверняка и свои стал создавать, — хмыкнул я, кивнув на модель вертолёта.

Невооружённым взглядом видно, что корпус самопальный, в том числе и различная электронная начинка внутри.

— Есть такое дело, — не стал он отнекиваться.

— Кстати, зачем ты про какой-то двигатель говорил? — поинтересовался я.

— Миниатюрный, работающий от керосина, — пожал плечами мой собеседник.

— А насчёт аккумулятора не думал?

— Никто так не делает, да и он намного тяжелее получится, а запас хода меньший, — отмахнулся Иннокентий.

— А слабо его усовершенствовать? Сделать меньше, но с большей ёмкостью, — внимательно посмотрел на парня.

— Хлопотно, — нахмурился тот, подумал и добавил: — Смысла не вижу, проверенный двигатель лучше и привычнее. Придётся всю схему переделывать, расчёты производить, — он потёр шею.

— Зато отпадёт надобность в керосине, — хмыкнул я. — Сам подумай, такие вещи и в серию легче пускать, родители детишкам охотно такие игрушки начнут покупать. Как тебе идея?

— Горец, ты вообще о чём? Какие аккумуляторы, какие игрушки и родители?

— Сам ещё не понял, но обмозговать необходимо, — усмехнулся я, чувствуя, что напал на ещё одну золотую жилу.

И, как обычно, реализация идеи упирается во множество препятствий и барьеров. Первый же из них — деньги, а потом уже связи и всё остальное. С другой стороны, не факт, что имеющиеся технологии позволят задумку воплотить в жизнь, на текущем, разумеется, этапе.

— Что-то в твоих словах есть, — пробубнил Кеша, беря из ящика письменного стола пару листов бумаги и ручку. — Сейчас прикину, что получится и какой у двух систем окажется коэффициент полезного действия. Вес в твоём случае точно будет больше, но как таковых сложных деталей меньше.

— Потом посчитаешь, где свидетели? Или забыл, для чего я здесь? — демонстративно постучал по циферблату наручных часов: — Уже десять минут девятого!

— Задерживаются, — пожал плечами парень, мыслями находясь где-то далеко.

Похоже, я его своими словами зацепил. Пусть поразмыслит, посчитает, глядишь чего-нибудь и надумает. Направление-то ох какое перспективное, правда, начинать придётся с малого.

— Скажи, а ты мог бы рацию или передатчик собрать? — поинтересовался я.

— Там есть сложность, — вздохнул Кеша, подозрительно на меня посмотрев.

— Какая?

— Такие кустарные вещи под запретом, чтобы не поймать милицейские или какие-то другие волны, — коротко ответил тот и в этот момент в дверь позвонили. — А вот и те, кого ты ждёшь, — обрадовался владелец этой странной мастерской, которая на кружок для детишек совершенно не тянет.

Дело в том, что это больше похоже на ремонтную мастерскую бытовой техники. Чего тут только нет, в том числе и два телевизора обнаружил, разобранную электромясорубку и даже кофемолку! Вот над последней-то на некоторое время завис, вспомнив, что своя сгорела, а новую купить забыл.

— Зато кофейком затарился, — буркнул себе под нос, понимая, что магазины с техникой в этот час уже закрыты и вечер, как и утро проведу без привычного напитка.

— Здрасте, — хором поздоровались со мной двое парней, лет по семнадцать каждому.

— И вам не хворать, — улыбнулся я. — Меня зовут Горец, если видели, что с моим дедом случилось и это позволит выйти на след убийц, то с меня четвертак.

— Деньги покажь! — прищурился конопатый парень.

— Рябой, ты на слово не веришь? — возмутился хозяин мастерской.

— Клешня, без обид, но не хочу, чтобы нас с корешем кинули, — криво улыбнулся парень.

— Всё норм, — отмахнулся я и достал два червонца и пятёрку, разумеется, в бумажных купюрах. Положил деньги на стол и уточнил: — Убедились?

— Мы с компанией буха… отдыхали и веселились, Васька с Манькой в кустики пошли, а я их отправился искать. Девка-то вскоре ушла, она…

— Рябой, мне ваши похождения слушать желания нет, давай ближе к телу, — перебил я сомнительного свидетеля.

— Иваныч, ну, так потом это выяснилось, приехал с деловым на импортной тачке. Они о чём-то всё договориться не могли и спорили. Честно говоря, мы не вслушивались, искали в кустах кое-что. Манька зараза… Прости! — выставил он руки перед собой. — Так вот, в какой-то момент что-то сверкнуло. Потом раздался выстрел, деловой за плечо схватился и в ответ ударил молнией, которая твоему деду ничего не сделала, только пистолет выбила. Тогда Иваныч выхватил нож, да его в этот момент со спины ещё один мужик окликнул. Как он там оказался — понятия не имеем. Так вот, дед твой, оглянулся и удивлённо так сказал: «Мирный, ты как здесь, почему? Продал меня?» А этот в его грудь из какого-то артефакта аж три молнии выпустил и криво так усмехнувшись сказал: «Дурак ты, что деньги не взял. Говорил же, что честность погубит!»

— А что дальше, чего замолчал? — нахмурился я.

— Так они это, того, сели в машину и уехали, — развёл Рябой руками, а его приятель в это время всё кивал, подтверждая рассказ.

— И это всё? — разочарованно спросил я парней.

— Если да, то такая информация и рубля не стоит, — вступил в разговор Клешня. — Мне ещё извиняться придётся, что Горцу лапшу на уши повесил. По одному прозвищу и то не факт, что настоящему, на след убийц точно не выйти.

— Так мы это, того, тачку потом видели у магазина, номера её записали, — произнёс молчаливый пацан и вытащил из верхнего кармана рубахи сложенный бумажный лист.

— Размышляли, а не заняться ли шантажом? — поинтересовался я, рассматривая пляшущие цифры, которые написаны на скорую руку.

— И откуда у вас нашлась ручка и бумага? — подозрительно спросил Иннокентий.

— Школота какая-то мимо проходила, отобрали у одного шибко борзого, — хмыкнул Рябой.

— Искали кому тачка принадлежит? — поинтересовался я.

Парни переглянулись, оба посмотрели на стол, где купюры лежат, а потом тот, который большее время отмалчивался, вздохнул и из заднего кармана штанов вытащил ещё один лист. Ну, понятно почему они молчали. Машина числится за охранным агентством «Геркулес», оно точно не по зубам парням, если не захотят неприятностей. Впрочем, понятие не имею, что это за структура и насколько сильна. Зато есть даже адрес, где находится приёмная, это облегчит поиск. А вот с такими свидетелями ни в милицию, ни к клановым дознавателям не пойдёшь. Да и сами-то парни ни за какие коврижки не согласятся стать официальными свидетелями.

— Хорошо, берите деньги, вы их отработали, — сказал я парням.

Те не стали упираться, обрадовались.

— Благодарочка! — расплылся в улыбке Рябой, взяв купюры. — Мы пойдём?

— Валите, — усмехнулся Иннокентий и уточнил у меня: — Горец, у тебя к ним нет вопросов?

— Нет, — задумчиво ответил я.

Парней как ветром сдуло, раз и за ними дверь захлопнулась. Может дар какой-то используют, связанный с перемещением? Ну, это действительно сказка, нет таких возможностей, как описывались в фантастических книжках моего мира. Увы и ах, но телепортироваться с помощью магии невозможно, на это есть даже научные труды и объяснения. Правда, всегда остаётся доля скепсиса, когда даются стопроцентные гарантии того или иного. Мир и технологии меняются, происходят научные прорывы в разных областях и что вчера казалось нереальным, завтра этим пользуются чуть ли не все.

— Сергей, — вдруг обратился ко мне по имени хозяин мастерской, — у тебя же ко мне ещё какое-то дело. Правильно? Что ты хочешь предложить?

— Иннокентий, ты прав, есть парочка, а то и десяток вопросов, — покивал я, взяв в руки очередную плату. — Мы с тобой знакомы постольку-поскольку, не мог бы о себе немного рассказать?

— С чего бы? — прищурился Кеша. — Только не говори, что тебя об этом кто-то просил.

— И опять угадал, — хмыкнул я. — Однако, мнение о тебе составил хорошее, считай, стал своего рода союзником. Если же сумеем договориться, то и делами займёмся. Или ты собираешься в этом месте оставаться? — обвёл руками помещение. — Уж прости, но семью-то, когда она появится, не прокормишь, ремонтируя технику.

— Почему это? Неплохо даже зарабатываю! — возмутился мой собеседник.

— Ерунда, — отмахнулся я. — Сейчас большие возможности и прозябать на одном уровне нельзя, необходимо двигаться вперёд. Разумеется, это непросто, но ты же о своей женщине хочешь заботиться? Не отвечай, — остановил его, когда он хотел что-то возразить, — это риторический вопрос. Парень ты не глупый, всё понимаешь. Насчёт моих слов подумай, всё взвесь и просчитай, — кивнул на модель вертолёта. — И, ты прав, ко мне обратилась Нина Анатольевна, твоя маскировка не удалась, она нас из окна срисовала, когда на стадионе беседовали.

— Вот чёрт, — выдохнул Иннокентий. — Она против моих отношений с её дочерью.

— Но ты-то серьёзен?

— Да, — скрипнул зубами мой собеседник. — Попытаешься вразумить? Подтянешь знакомых и поучишь уму-разуму?

Это он намекает, что его побью?

— Не ожидал, что ты такого обо мне мнения, — покачал я головой.

— А кто от Марианны ухажёра отвадил?

— Ты про Гогу? — удивлённо посмотрел на Кешу. — У него одно на уме, Малкина же его боялась и на дух не переваривала. И, согласись, они точно не пара. Хотя, жизнь непредсказуема, если он за ум возьмётся и начнёт нормально ухаживать, а не руки распускать, то ничему не удивлюсь. Вот только это маловероятно, не переделать его. Ладно, речь не про них. Какие у тебя планы на жизнь? Где сейчас работаешь и что делать собираешься?

— Сантехником тружусь, поэтому-то домоуправление и отдало это помещение, — ответил Кеша, а потом добавил: — Горец, ты же понимаешь, что после службы в армии куда-то устроиться не так просто.

— Почему учиться не пошёл?

— Смеёшься? С моим-то школьным аттестатом? — он отмахнулся.

— Заочно точно потянешь, — не согласился с ним я. — Короче, мнение о тебе составил. Просчитай себестоимость модели вертолёта, когда сделаешь нормальный аккумулятор. Прикинь, как удешевить в несколько раз. Обмозгуй, какие ещё игрушки готов сделать, а потом найди меня. Договорились?

Иннокентий головой покрутил, словно отгоняя наваждение.

— Сергей, за твоими мыслями угнаться невозможно, ты перескакиваешь с одного на другое, — произнёс мой собеседник и чуть слышно добавил: — Без бутылки точно не разобраться.

— Только не спейся, — хмыкнул я. — Предупреждаю, голова у тебя в ближайшее время точно будет болеть и долго. Ну, если хочешь потом жить хорошо. Так как, Кеша, по рукам? — протянул ему ладонь, и мы с хозяином мастерской, после некоторой задержки, обменялись рукопожатием.

Глава 4

СТАТЬ КОМСОМОЛЬЦЕМ

Глава 4. СТАТЬ КОМСОМОЛЬЦЕМ

— Итак, что мы имеем? — задался вопросом и потёр глаза.

Сижу на кухне, ужина как такового нет, чашка с кофе, хлеб нарезал, колбасу и сыр. Одно радует, продукты натуральные и очень вкусные, которые в моём прежнем мире приходилось поискать.

— Первый разряд получил, осталось его оформить, если судья не опротестует, а в столице утвердят рейтинг турнира. Это плюс! — сделал глоток кофе, а потом откусил приличный кусок от нарезанной кольцами докторской колбасы, после чего заел горбушкой чёрного хлеба. — Денег кот наплакал — минус, — продолжил подводить итоги. — В школе более-менее, но по гуманитарным предметам беда. Зато с биологией вопрос почти решил, Дугарова мне четыре за год точно поставит, а то и пятёрку получу. Всё же она станет бабушкой. Хотя, не факт, — задумчиво похлопал по столешнице, вспоминая слова Кеши про бутылку, без которой не разобраться.

Нет, пить не собираюсь, завтра очередной непростой и насыщенный денёк. Когда только отдохну? Ленка ещё никак переезжать не желает. Ну, на каникулах-то она не отвертится, поживём вместе, друг к другу начнём притираться. Другой вопрос, где взять денег на все задумки. Не банк же грабить! Хотя и эта идея не такая плохая, если не считать последствий. Милиция и клановые дознаватели не даром зарплату получают, если потребуется, враз найдут и надолго за решётку упекут. Необходимо откинуть дорогостоящие замыслы и спуститься на грешную землю. Как ни прискорбно говорить, но начинать предстоит с малого. Ставка на большие заработки в магических шахматных шоу не очень-то себя оправдывает. Нет, заработать там можно, однако, турниры не так часто проводятся. За границу же пока путь закрыт, по нескольким причинам. На сегодня меня далеко не выпустят, взять с собой никого не смогу, как и даже взнос в валюте заплатить за участие в каком-нибудь соревновании, где призовые большие. Да и Курзин в какой-то степени прав, говоря, что опыта в таких играх ещё немного.

— А ещё непонятки с жильем, — обвёл взглядом кухню. — Иваныч, что же ты скрывал?

Подозревая, что тайник, если таковой имеется, отыскать получится только с помощью дара. Я вызвал пару искр из своего источника. Как создать поисковое заклинание, да ещё с учётом того, что предстоит найти то, не зная что⁈

— Определить все области в квартире, которые подвергались магической обработке, — сформулировал свою мысль, отправляя её к застывшим перед магическим взором искрам.

Для поиска взял проявление стихии воздуха, добавив в неё лечебный посыл и диагностический. Ну, это так в моём воображении возложил обязанности на смешивание искр своего дара. Другими словами — я в этом деле самоучка и действую не по общепринятым стандартам, а основываюсь на интуиции. Почему? Да всё из-за того, что учебников по магии не достать! Есть только для бытовых возможностей. Сироткина тоже жаловалась, что по лекарскому делу такие книги хранятся за семью печатями и исключительно в клановых хранилищах. Каждый фолиант стоит не просто на вес золота, его готовы купить за баснословные деньги. И ведь что удивительно, такие знания под секретом и власти этому всячески способствуют. Чего боятся? Людей, независимых людей, которые начнут применять знания на практике и создадут проблем. Странная логика, но если на неё смотреть с точки зрения правителя, то не всё так однозначно.

— Как интересно! — произнёс, разглядывая хаотичные всплески магии в разных частях кухни.

Перед магическим взором этакие небольшие вихри крутятся, указывая на воздействие давно созданных заклинаний. Ну, другого объяснения нет, примерно такой хотел получить результат, создавая магический поисковой запрос. Беда ещё в том, что тут и там вихри друг на друга накладываются.

— Так дело не пойдёт, — покачал головой и развеял поисковой посыл.

Сразу же буйство красок и мельтешение перед глазами прекратилось. А вот сил изрядно потратил, почувствовал некую слабость.

— Такими темпами тайник, если он есть, до скончания века не отыскать, — печально вздохнул, а потом вспомнил одну из детских сказок, когда то ли клубок, то ли светлячок помогал персонажу добиться цели и указывал путь.

Не откладывая дело в долгий ящик, перефразировал поисковый запрос, благо есть навыки работы с интернетом, когда приходилось выискивать нужную информацию. Первое, что сделал, подошёл творчески и не стал делать так, чтобы увидеть все магические проявления. Использовал искру огня, но размер задал с пламя свечи, но только такое, которое не жжётся и пожар не устроит. Вот им-то и стал управлять. Однако, и тут постигла неудача, пламя к каждой точке подлетает и зависает, где когда-то заклинания применялись. Мне требуется это место исключить из поиска и только тогда огонёк дальше двигается. В общем, вымотался, ничего не добился, но отрицательный результат ведь тоже не всегда плох.

— Просто требуется вдумчивый подход, — сам себя успокоил, с удивлением обнаружив, что съел всё выставленное на стол.

А ведь одной колбасы предназначалось на недельные завтраки! Ну, организм молодой, а расход дара требует подпитки, как оказалось не всегда магической. Мысленно на всё плюнув отправился спать. Завтра денёк обещает оказаться сложным, требуется разузнать про охранную фирму, которая вроде бы причастна к гибели Иваныча. А ещё ведь Нине Анатольевне что-то говорить предстоит. Поверит ли, что Клешня достоин её дочери? Кстати, я сам-то в этом не уверен. Почему-то не спросил, что он к Лиде чувствует и думает ли на ней жениться. Ничего, они уже взрослые, сами разберутся, главное, чтобы не мешал им никто, даже с самыми добрыми намерениями, которые могут идти вразрез с желаниями и чувствами.

Утром встал какой-то разбитый, даже пару раз чихнул и хотел уже таблетки искать, да про дар вспомнил. Не знаю, правильно ли себя подлечил, но после завтрака от болезни и следа не осталось. А вот в почтовом ящике обнаружил уведомление от управдома, что из-за жалоб жильцов будет произведена замена труб и батарей отопления и необходимо предоставить ремонтникам доступ в квартиры.

— С чего почти зимой этим заниматься? — хмыкнул я, скомкав бумажный лист. — Кто-то спит и видит, как в мою квартиру попасть. Или преувеличиваю?

Увы, однозначного ответа нет, соседи действительно собирались и даже куда-то письмо писали, мол им холодно. Правда, дело было той весной, летом-то такой проблемы не существует. Но чтобы менять в холода трубы? Хотя, пока пройдут согласования, выделят деньги, найдут подрядчика, закупят материалы, то ещё удивительно, что прошло полгода. Наверное, петиция попала по адресу, но не исключаю и того, что Иваныч владел какой-то информацией, которая кому-то жизненно необходима. И ведь я пока ограничен в своих возможностях, в наследство ещё не вступил.

— Буду как-то проблему решать, по мере её наступления, — вздохнул и направился к школе.

Как и ожидал, Нина Анатольевна меня перехватила, сделав вид, что это произошло совершенно случайно. Вот только натоптанный снег от её подошв говорит об обратном. При этом на улице минус где-то восемь, если не меньше, старушка примёрзла и явно нервничает.

— Ой, Серёжа, какая неожиданная встреча! — неискренне воскликнула Дугарова.

— Не думаю, — усмехнулся я, но продолжил: — Рад вас видеть, Нина Анатольевна. Сразу отвечу на невысказанный вопрос. С Иннокентием Фроловым вчера виделся, имел с ним беседу. Хотите верьте, хотите нет, но парень он хороший. В группировках не состоит, детишек учит мастерить различные вещички, связанными с радиоэлектроникой. Дочь вашу обожает, вас побаивается. Что ещё? — сделал вид, что задумался.

Биологичке мои слова не очень-то понравились. Она ожидала другого, в идеале, чтобы решил вопрос как с ухажёром Малкиной, ну, так думаю.

— Но он же моложе Лиды! Какой-то сантехник! А моя дочь преподаёт в художественной школе. Сергей, ты точно ошибся, они не пара друг другу. Что мои знакомые скажут? Как родственникам в глаза смотреть? — мрачно проговорила Дугарова и поджала губы.

— Наплевать на всех, разве счастье Лиды для вас пустой звук? Только она способна решить, кто с ней по жизни пойдёт, — возразил я.

— Нет, и ещё раз нет! Не бывать этому союзу! — замахала рукой Нина Анатольевна. — Горцев, думала ты меня понял, что сделать нужно.

— Дайте им шанс, — мрачно ответил ей, подумал и добавил: — Считайте, что встал на их сторону и теперь буду помогать. А насчёт Кеши вы сильно заблуждаетесь, он себя ещё проявит, с хорошей, разумеется, стороны.

Ну, в последнем не очень-то уверен. Парня всё устраивает, и он не амбициозен, расчёт на Лиду, что та ему мозги вправит. Кстати, об этом с ней надо бы поговорить. Всё же в чем-то Нина Анатольевна права, художница и сантехник странно звучит.

— Так, разговор окончен! Ты меня разочаровал! — развернулась Дугарова и быстрым шагом направилась к школе.

— Беда, — потёр я щёку. — Вот же упёртая старушка! Тяжко Лиде и Кеше придётся.

Как-то им следует помочь, даже если Иннокентий и не проникнется моей идеей. Захочет ли рискнуть и попытаться своё дело организовать? На начальном этапе у него для этого есть мастерская, упорство и голова на плечах. Финансы? С этим беда, признаю, но по моим прикидкам деньги потребуются через полгода, вряд ли раньше. Сумею ли раздобыть? Сложно сказать, особенно с теми задачами, которые перед собой поставил. Они требуют расходов, а без доходов тратить нечего. И почему Курзин никак не договорится о моём участие в магических турнирах? Делает ставку на классические шахматы? Так-то он прав, срубить деньжат по-быстрому наверняка получится, но это пойдёт во вред тренировкам.

Как только начался первый урок, а это была химия, в класс вошла Марианна и попросила меня пройти с ней. Классная руководительница заметно нервничает, завела меня в пустой кабинет, села на парту, что отродясь за ней не замечал, а потом спросила:

— О чём с Ниной Анатольевной беседовал? Не сдал Лиду?

— Ты о чём? — озадачился я, почему-то обратившись к Малкиной на ты.

— О её положении, — обвела она рукой вокруг своего живота.

— На себе не показывают, — погрозил ей пальцем.

— Горцев! Типун тебе на язык! — возмущённо произнесла Марианна. — Сергей, давай серьёзно!

— Я встал на сторону Иннокентия, ему, как и Нине Анатольевне ничего не говорил про залёт.

— Хватит уже такие словечки использовать, — поморщилась Малкина. — Если ты поддержал Фролова, то как на это отреагировала его возможная тёща?

— Не сказал бы, что обрадовалась, — пожал я плечами. — Думаю, объяснения не нужны?

— Как им помочь? — поинтересовалась у меня классная руководительница и добавила: — Жалко Лидку.

— Мы вряд ли что-то сумеем сделать в их отношениях, — пожал плечами.

— Тут ты прав, — покивала Марианна и соскочила с парты. — Ладно, иди на урок.

Не тут-то было! Отворив дверь кабинета, я чуть не столкнулся с тренером.

— Здравствуйте, а что вас сюда привело? — я оторопело посмотрел на Курзина.

— Привет, — буркнул тот, заметил Марианну и с ней поздоровался: — Госпожа Малкина, рад вас видеть.

— Будешь с ней флиртовать всё Жанне расскажу, — понизив голос, предупредил я Александра Николаевич.

— Даже в мыслях не имел, — хмыкнул тот и добавил: — Мне одной дамы сердца хватает. Та с лёгкостью до сердечных капель доведёт. Или забыл, что вчера отчудила?

— Добрый день, — вежливо ответила Марианна Леонидовна. — Господин, Курзин, если не ошибаюсь?

— К вашим услугам, — вздохнув, ответил мой тренер.

— Вы что-то хотели? — продолжила допытываться Малкина. — Только не говорите, что забираете с собой Горцева. У него по некоторым предметам не всё ладно.

— Исправится, — отмахнулся тренер. — Дело в том, что утром из министерства спорта пришла телефонограмма. Сергей, — он посмотрел на меня, — первый разряд твой, рейтинговые очки утвердили. Однако, — он выдохнул, — появилось некое условие, которое, кстати, — он строго на меня посмотрел, — кто-то обещал подстраховаться и заранее его выполнить.

— О чём это вы? — нахмурился я.

— Клан или молодёжная организация, — напомнил Курзин.

— Вот чёрт, — хлопнул себя ладонью по бедру. — Совсем из головы вылетело!

— Комсомол? — уточнила Марианна.

— Да, — кивнул я ей. — В клан не собираюсь вступать.

— Об этом уже много раз говорила! В классе всего четверо комсомольцев! При этом большинство собираются в институты поступать. Пусть и небольшое преимущество для зачисления, но вступив в это молодежное объединение, вы его получите, — заявила Марианна.

— Вот только лозунги не зачитывайте, — попросил я и посмотрел на тренера: — До какого времени это необходимо сделать.

— В идеале? — уточнил Курзин.

— Да, — коротко ответил я, мысленно понимая, что опять планы рушатся.

— Вчера, — развёл руками Александр Николаевич, а потом добавил: — Крайне важно сегодня тебе корочку получить. Министерство твоё досье запросило, хотят отправить на дружественный матч молодых спортсменов. Шахматисты едут, если себя проявите, то сумеет поучаствовать в командном первенстве, на звание сильнейших в Европе, разумеется, восточной.

— Когда? — поинтересовался я. — Если Союзные в это время будут проходить, то откажусь.

— Точной даты нет, но тут ты не прав. Первенство Европы среди молодёжки ценится выше, если в призы попадёшь. На тебя обратят внимание, возможно, предложат рекламные контракты. Они не очень большие, но позволят нормально жить, — ответил Курзин. — Короче, отказаться-то ты всегда сумеешь, было бы от чего. На сегодня с тебя или вхождение в какой-то клан, либо стать комсомольцем. Ты выберешь последний вариант, в этом не сомневаюсь. Верно?

— Александр Николаевич, угадали, — усмехнулся я. — Мне, если правильно понимаю, потребуются рекомендации, чтобы подать заявление на вступление, а так же понадобится выучить устав организации и базовые тезисы. Ещё и фотки для удостоверения сделать нужно. Сегодня вряд ли успею.

— С уроков тебя снимаю, внеочередное заседание ячейки организую. Предупрежу, чтобы вопросами не заваливали, но базу знать необходимо. Рекомендации и вовсе не проблема, с Александром Николаевичем напишем, могу и Осипенко попросить, та тоже её даст, — задумчиво произнесла Малкина, подошла к одному из встроенных в стену шкафов и стала в нём рыться. Вытащила какую-то общую тетрадь и тонкую брошюру. — Сергей, бери, тут устав и лекции по темам, что должен знать комсомолец. Беги и сделай срочное фото.

— Штук двадцать, — предупредил тренер. — Фотокарточек понадобится много.

Они так на меня насели, что и слова поперёк сказать не смог. Ну, особо-то и не сопротивлялся, хотя и не понимаю таких условий. Впрочем, это всё политика, не могут официальные чины из Союза привезти за границу обычного гражданина никакими обязательствами, не связанного с системой.

Вот зачем я в школу хожу? Только на сборы время теряю, да по утрам не высыпаюсь. Никак не удаётся поучиться, а ведь скоро предстоит экзамены сдавать. Завалить мне всё равно их не дадут, даже если по той же истории правильно ни одной значимой даты не назову. В чём тогда смысл? Это я так мысленно рассуждал, идя к фотостудии. В это время ни одного посетителя не обнаружил, зевающий фотограф немного оживился, услышав количество фотографий и что они мне срочно потребовались. Кстати, я не послушался Курзина и попросил запечатлеть своё изображение на разных форматах, в том числе и для загранпаспорта, водительских прав, различного вида удостоверений и справок.

— Вам лучше известно какие размеры нужны, — заявил я фотографу. — Делайте в двойном экземпляре.

— Молодой человек, вы уверены? Это влетит в копеечку! — потёр ладони пожилой работник фотостудии.

— Заплачу, не переживайте, — отмахнулся я. — Могу даже авансом.

— Нет-нет, заранее такую сумму отдавать не нужно, — посмотрел он на лежащий перед ним лист с подсчётами. — Это же целых девять рублей, очень соблазн окажется велик. Кстати, вам чек понадобится или всё сделаю в качестве индивидуального фото? Дело в том, что казенная бумага и проявитель, как и сама плёнка не очень хорошего качества, но у меня есть собственные материалы. Если на них отпечатать фотографии, то, гарантирую, они не выгорят и через двадцать лет.

— Без проблем, чек мне никто не оплатит, а снимки хотелось бы качественные иметь, чтобы через пару дней вас не искать.

— Тогда проходите и на стул присаживайтесь. Старайтесь сделать лицо серьёзным, не моргать и не улыбаться, — потёр кончик носа фотограф.

Фотоаппарат какой-то допотопный, мастер на себя даже темную простыню накинул, а потом мои глаза подверглись испытанию от нескольких ярких вспышек. Зато не придётся приходить за очередной фотокарточкой, когда та понадобится. Пока ждал проявку и печать, сидел и с интересом, честное слово, читал устав ВЛКСМ. В нём имеются дополнительные разделы и правила, которых точно не могло быть в моём мире, хотя память уже подстёрла даже Ленинские тезисы, которые требовалось знать наизусть. Больше всего озадачило, что комсомолец должен способствовать развитию любого клана в стране, если имеется такая возможность. Про изобличение врагов и шпионов говорить нет смысла, но не прекращать делать попытки искать то, что принесёт пользу обществу и, в частности, самому себе, меня вновь озадачило. В том числе и лояльное отношение к церкви и верующим. Другими словами, никто не осудит, если член ВЛКСМ будет ходить на церковные праздники, молиться и даже обвенчается с избранницей.

— Сюр какой-то, — закрыл я устав и прикрыл глаза, стараясь осмыслить прочитанное.

Общую тетрадь с лекциями открывал с опаской, готовясь прочесть там и вовсе что-то неприятное. Когда-то в Советское время в моём мире ходили слухи, что хотели всё сделать общим, даже женщин и детей. Ну, такие идеи вроде как анархисты продвигали и с ними далеко не все были несогласны. Правда, всё это скрыто под различными декретами, распоряжениями, опровержениями и истину узнать сложно. Однако, в лекциях ничего такого страшного, если так можно выразиться, не обнаружил. Прочёл только половину, когда фотограф мне выдал фотографии. Я с ним честно расплатился и отправился в школу. Курзина отыскал в тренерской, он с физкультурником резался в карты, а шахматная доска стояла сдвинутой на край стола.

— Мы тут время проводим, — не смутившись, прокомментировал Александр Николаевич, выкладывая на стол даму, короля и туза. — Вы же всё берете и счёт у нас восемь пять в мою пользу!

— Ладно, поставлю Горцеву годовую пятёрку, спортсменам всегда готов помочь, пусть даже и интеллектуалам, — со вздохом сказал физрук, а потом добавил: — Нормативы бы сдать всё же не мешало.

— Мы же договаривались, — усмехнулся Курзин.

— Ступайте уже, — отмахнулся недавний его соперник по картам.

Удивительно, но Александр Николаевич уверенно отыскал дорогу к комсомольской комнате. А там нас уже ждали. При этом комсоргом школьной организации оказался паренёк из десятого класса. Если не ошибаюсь, его зовут Анатолием и пару раз ему мои бывшие приятели очки разбивали и по земле возили, чтобы не совал свой нос куда не следует. Ну, слишком правильный парень, любит нравоучения проводить, даже к бабкам, торгующим со своего огорода овощами и то приставал. Мол они все спекулянтки, цены задирают и в овощном всё стоит дешевле. Вот и возник у него конфликт с бабкой Матрёной, у который внук заводила у местной шпаны. А всё из-за чего? Комсоргу не понравилось, что стакан жареных семечек, которых он у бабки купил, оказался на его взгляд маленьким. Разумеется, он сразу стал обвинениями сыпать, что та дескать подсолнухи не выращивала, купила мешок оптом, а теперь по граммам продаёт. А то, что она их все мыла, жарила и на себе таскала его не интересовало. Вот во дворе ему урок и преподали. Нет, я руки не марал, но и не вмешивался. Савелий его один на один отмутузил, а парни в круг стояли, чтобы тот, кто Матрёну до слёз довёл, сбежать не мог. Ну, честно говоря, у комсорга шансов в любом случае не было, даже если бы своему противнику сдачи дал. Пацаны бы так просто его не отпустили, но можно сказать, счастливо отделался.

— И вы говорите, что Горец, точнее, Горцев желает вступить во Всесоюзный ленинский коммунистический союз молодёжи? — с кривой улыбкой на лице произнёс комсорг школы.

— А ты разве против? — усмехнулся я. — Уже на фотокарточки раскошелился, взносы приготовился заплатить.

— Хватит вам препираться, — держа перед собой чашку с чаем, сказала Марианна. — Сергей учится неплохо, рекомендации получил. Кстати, одну из них я дала, а у тебя, Савелий, с английским прямо-таки беда. Когда ты мне тексты с переводом сдашь? Долг уже приличный накопил! Закончится у меня терпение и выставлю двойки!

Ну, с таким подходом приёмная комиссия, состоящая из комсорга, двух его приятелей и четырех девиц, сразу же сникла и воды в рот набрала. Не сказал бы, что меня ни о чём не спрашивали, вопросы всё же задавали, на большинство которых ответа я не знал, но за меня, с вежливой улыбкой, отвечал всё тот же комсорг. Он с испугом косился на Малкину, а та брови хмурила, головой кивала и на свои наручные часики смотрела.

— Думаю, достаточно, чтобы соблюсти формальности и вынести решение о принятии Сергея Горцева в комсомольцы, — заявила Марианна, когда прошло минут двадцать, как мне стали задавать вопросы. — Кто-то против?

Разумеется, ей никто возразить не посмел. Кто же захочет спорить с англичанкой? Дураков нет!

— Получается, — моя классная руководительница обвела взглядом приёмную комиссию, — Сергей принят единогласно. Это правильное решение. Сонечка, ты же за секретаря?

— Да, — покивала щуплая девчушка.

— Тогда оформляй протокол заседания, мы в нём все распишемся и выдадим Сергею членский билет и нагрудной значок! — объявила Марианна и обратилась ко мне: — Поздравляю, ты теперь состоишь в молодежной организации ВЛКСМ!

Кузрзин не удержался и пару раз хрюкнул, давясь от смеха. Ну, надо было видеть кислые лица приёмной комиссии и, в частности, комсорга. Но я не стал смеяться, сдержался. А Малкина продолжила подгонять собравшихся, словно на пожар спешит. Внимательно на Марианну посмотрел и понял, что у той есть ещё какие-то дела и, похоже, они и меня касаются. В этом убедился, когда новенький комсомольский билет передавал Курзину, чтобы тот данные в министерство спорта отправил.

— Сергей, ты только не убегай, надо обсудить кое-что, — сказала классная руководительница и чуть слышно добавила: — Нас с тобой уже заждались.

Глава 5

ВЫИГРАТЬ ВРЕМЯ

Глава 5. ВЫИГРАТЬ ВРЕМЯ

Александр Николаевич высказал недовольство, что не с ним во дворец спорта отправляюсь. Ну, согласен, до шести вечера не так и много времени остаётся, всего-то пара часов, но Марианна заверила, что успею до начала очередной партии. Малкина оказалась в курсе моих успехов и даже как-то гордится, что её подопечный так хорошо играет. Интересно, а в чём её-то заслуга? Ну, пусть думает, что хочет, женщина она неплохая. А то, что личная жизнь не складывается, так разве она в этом виновата? Опять-таки, в школе ей неуютно, всё время напряжена и за всего второй год работы изменилась в худшую сторону. Пришла-то на энтузиазме, глаза горели, чего-то хотела добиться, да крылышки быстро обрезали. Туда учеников не отпустим, этого им не дадим, материалы не купим, да и сами подопечные оказались далеко не идеальные. Взять хотя бы моего предшественника, который если английский посещал, то в большинстве случаев урок срывал, и, думаю, молодую училку до слёз доводил.

— Что за секретность-то? — поинтересовался я у Малкиной, когда распрощались с Курзиным и направились на трамвайную остановку.

— Да особой нет, — пожала плечиками Марианна. — Лидия и Иннокентий ждут, у них уже есть некие очертания плана по твоим идеям, — она как-то уважительно на меня посмотрела.

— О чём речь? — озадачился я.

Не мог Клешня за одну ночь сделать нормальный аккумулятор, чтобы его использовать в модельках. И при чём тут Марианна и Лида?

— Сергей, тебе всё Кеша расскажет, — покачала головой Малкина.

Ладно, подожду, моя сопровождающая хранит молчание и дала понять, что на вопросы не ответит. Трамвай ждать не стали, мимо остановки прошли, а потом зашли в кафе, где за столиком сидит молодая пара. Фролов аж светится от счастья, Лида чему-то радуется и с обожанием во взгляде на своего мужчину поглядывает.

— Всем привет, — махнул им рукой и плюхнулся на стул.

— Здравствуй, — кивнула художница.

— Горец, дружище, рад тебя видеть! — протянул мне руку Клешня.

Гм, когда это мы с ним так сблизились? Но опровергать слова парня не стал, ответил на рукопожатие. Марианна села рядом с Лидой и что-то у той спросила, на что получила утвердительный ответ.

— Моя невеста рассказала, что скоро стану отцом, — взял слово Иннокентий. — Прошу вас оказать нам честь и быть свидетелями на свадьбе, — он вопросительно на меня посмотрел.

— А когда состоится церемония? — осторожно уточнил я.

— Через две недели, раньше никак не получилось, — пояснила Лида.

— С удовольствием приму приглашение, но насчёт свидетеля не уверен, как и то, что получится прийти, — подбирая слова, ответил я. — Поймите правильно, не знаю планов своего тренера, он мог меня уже на какие-нибудь соревнования записать.

— Это было бы печально, — потёр висок Кеша. — Когда сумеешь точно ответить?

— Вечером, после того как пообщаюсь с Александром Николаевичем, — подумав, сказал я.

— Так, а чего на сухую сидим? Где шампанское или хотя бы вино⁈ Такое событие следует отметить! — заявила Марианна.

— У меня игра сегодня, — я выставил перед собой ладони.

— Мне нельзя, — счастливо улыбнувшись, покачала головой Лида.

— Пасс, — коротко ответил Кеша. — Запланировал кое-какие эксперименты и требуется произвести расчёт.

— Какие вы скучные, — опечалилась Малкина. — Ладно, тогда одна выпью! — она встала и направилась к стойке, за которой стояла средних лет приветливая женщина.

Пока моя классная покупала бутылку вина мы обменялись незначительными фразами. А когда Марианна вернулась и налила себе в бокал сухое красное, то рассказал о беседе с матерью Лиды. Скрывать ничего не стал, жених должен знать настрой будущей тёщи.

— Попытаюсь с мамой поговорить, — вздохнула художница. — Это предвидела и новостью не стало. Сергей, в общем-то мы ещё с тобой хотели встретиться по-другому вопросу.

— Какому? — уточнил я, покосившись на Марианну, которая постоянно себе вина подливает.

— Это насчёт твоей идеи о модели вертолёта на аккумуляторе, — взял слово Иннокентий. — Мы тут посоветовались, — он посмотрел на Лиду, — по магазинам прогулялись и поняли, что такие вещи уже есть. В чём тогда смысл?

Молодец, чётко уловил и даже развил мою мысль, хотя прямо я ничего не говорил.

— И какова их цена? — задал вопрос и сам же на него ответил: — Космическая! Мало того, отечественных почти нет, сплошь привозные. Дело ещё и во времени работы. Поэтому-то и предложил поразмыслить.

— Но ведь модели делаются ближе к оригиналу, — возразила Лидия.

— Если внешне они схожи, качества те же, а стоят дешевле и в эксплуатации удобнее, то что купит большинство? — задал ей вопрос и художница, подумав, согласно кивнула, а я продолжил: — Уверен, классические модели будут востребованы, но той массовости они не достигнут, которую можно предложить. И, да, если хотите знать моё мнение, то следует начинать не со сложной техники, такой как вертолёты, корабли и самолёты, а тех же машинок для всех возрастов.

— Девочкам они даром не нужны, — отмахнулась Марианна.

— А ты бы приняла участие в гонке, управляя пультом? Каковы шансы на победу? — задал я ей вопросы, а потом добавил: — Что, если устроить соревнование с призами?

— Они уже есть, как и клубы, — обронил Иннокентий.

Ну, плохо знаю вопрос, согласен, однако, имеются кое-какие знания, позволяющие удивить всех. Тут ещё не додумались до некоторых вещей и этим грех не воспользоваться. Плагиат? Возможно. Вот только предъявить претензии никто не сможет!

— Но почему нет массовости? — чуть улыбнулся я. — Можешь не отвечать, слишком дорогое удовольствие и далеко не каждый себе это может позволить.

Со мной немного поспорили, обозначили узкие места, но больше это напоминало, когда идею поддержали, ей загорелись, а вот страшно да жути её реализовать. Коснулись даже вопроса финансирования, но тут уже сам ничего внятного сказать не смог.

— Затраты неизвестны, поэтому говорить рано, — со вздохом признал я, а потом уточнил: — Как понимаю, вы же ещё и свои предложения подготовили. Давайте, делитесь, а то мы всё про теорию говорим!

И ведь угадал, не просто так меня пригласили. Лида вытащила из сумки пачку листов и молча их положила передо мной. Наброски моделей, даже упаковку нарисовала, но в основном модели сложные, а машинок так и вовсе две. Обе спортивные, красивые, но не практичные.

— Если это план развития, то вполне себе, — покивал я. — Если про замечания, то не уделено внимание управлению и дешёвым моделям, с которых следует начинать. Нет и основного — технических характеристик. Сколько этот вертолёт, — взял лист с изображением транспортного судна, — продержится в воздухе? Как им управлять и есть ли защита, когда энергия закончится? Если он упадёт с высоты, то сломается и восстановить его окажется сложно.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовалась Марианна, а потом совершенно трезво подвела итог: — С твоими доводами согласна, на этом можно очень хорошо заработать. Но работы предстоит очень много, в том числе и в рекламу предстоит вложиться. Кстати, за продажи и договора могу я отвечать. Лида за дизайн, а Иннокентий за техническую часть. Ты же, — она ткнула меня пальцем в грудь, чем показала, что немного опьянела, — направление развития, идеи и концепции! Ик!

— Необходим компактный и мощный аккумулятор, продуманная быстрая зарядка и удобное управление. Насчет последнего могу помочь и дать кое-какие идеи. Первые модели сделать недорогими и с помощью их получить признание, — пояснил я задумку.

Марианна хотела что-то возразить, но её опередил Иннокентий:

— Мы ещё об этом поговорим, а сейчас кому-то следует отправиться отдохнуть. Лид, ты подругу проводи, я чуть позже приду.

— Поняла, — встала с места его невеста и взяла под локоть мою классную руководительницу: — Пойдём, у меня к тебе есть ещё разговор, не для мужских ушей.

— Да? — посмотрела на неё Малкина. — Конечно, я вся в твоём распоряжении!

Хм, она же выпила всего-то полбутылки, а уже почти в хлам! Ну, соображает более-менее, на ногах держится, хотя и не очень уверенно. Похоже, всё из-за стресса, не выдержала таких новостей и, в какой-то мере, перспектив.

— Горец, что насчёт охранной конторы? — задал вопрос Клешня, когда подруги покинули кафе.

— Ты резко изменил тему, — хмыкнул я.

— Твои идеи обрели чёткий контур, — пожал тот плечами. — Честно говоря, думал не в том направлении и предложения подготовил не те. Следует ещё раз всё обдумать, но, скорее всего, пора искать финансирование.

— Рано ещё, — отмахнулся я. — Нужен лёгкий, мощный аккумулятор, на него ставка. Если получится такой сделать, то перспективы откроются большие. У тебя химик на примете есть?

— А он перед тобой, — усмехнулся парень. — Дай пару недель, и ты удивишься!

— Хорошо, — посмотрел я на часы.

— Так что насчёт охранного агентства? — напомнил Иннокентий. — Не желаешь его посетить?

— Думаешь меня там ждут и сразу во всём покаются? — хмыкнул я.

— Конечно нет, но прощупать-то следует. Ни милиция, ни клановые дознаватели не помогут, вопрос самим предстоит решать. Охранную систему возьму на себя, внутрь попадём легко, посмотрим бумаги и, возможно, зацепку какую-нибудь найдём, — сказал Кеша.

— Нет, — не принял его предложение и пояснил: — Каков шанс на успех? Меньше процента, а вот оказаться пойманными не хочу. Пусть всё пока так и идёт. Необходимо набраться терпения, чтобы нанести ответный удар. Сейчас нет информации и неизвестно что происходит.

— И ты так это дело оставишь? — нахмурился парень.

— Всему своё время, — прищурился я.

Безрассудно и глупо лезть в пекло, необходимо набраться терпения. Конечно, если вокруг меня не было бы никакой активности, то, возможно, предпринял авантюрную попытку. Сейчас же легче зайти с другого конца, понять, кто желает завладеть квартирой. Понятно, что дедов враг надеется найти что-то важное. Удивительно, что со мной об этом не пытались поговорить. Ну, предложение по обмену недвижимости к такому косвенно относится, но без конкретики.

— Сергей, но ты точно настроен заняться производством и продажей техники на радиоуправлении? — после продолжительной паузы, спросил Кеша.

— Если с тобой придём к соглашению, — утвердительно кивнул и добавил: — Когда будет понятно есть ли в нашем распоряжении козыри.

Да, я не захотел раскрывать ни свои замыслы, ни делиться с ним кое-какими техническими решениями. Пусть создаст приемлемый аккумулятор, тогда и поговорим. В том числе подпишем договор. Разработка и отладка займёт какое-то время, всё начнём, если получится, с нуля. Вот только всё опять упрётся в создание фирмы, а тут без поддержки клана или его номинального присутствия за спиной ничего не получится. Поэтому-то мне требуется тренироваться, зарабатывать и не только деньги, но и имя. Боюсь, все средства пойдут в разработку, а окупятся они не так быстро, как хотелось бы. Конечно, есть у меня определённые сомнения в успехе планов. Не тороплю ли события? За душой нет ничего, а задумок громадьё, а на каждый, как говорится, чих требуются связи и деньги. Всё в том же кафе заказал себе перекусить, но лучше бы в столовку сходил, там кормят сытнее и не сильно хуже, зато раза в три дешевле. Мой предполагаемый партнёр вскоре ушёл, да и мне следует спешить. Как-то быстро время идёт, а ведь хотел с Леной встретиться.

— Сергей, вот где ты пропадаешь⁈ — встретил меня вопросом тренер.

— Дела, — пожал я плечами.

— Пойдём к директору, есть разговор, — кивнул в сторону выхода из тренировочного зала Курзин.

— Что-то случилось? — озадачился я.

— Ну, можно и так сказать, — признал Александр Николаевич. — Господин Смирнов сам всё расскажет.

Курзин чувствует себя неловко и это заметно невооружённым взглядом. Понятно, попытаются деньги из меня тянуть. Ну, на некоторые уступки согласен пойти, если увижу выгоду. Уже удивлялся, что до сей поры не заикались о дележе призовых.

— Присаживайтесь, — сказал директор дворца молодёжного спорта, когда мы с тренером пришли в его кабинет.

Мы расположились на стульях возле стола, стоящего буквой «П». Господин Смирнов перед собой перебрал кое-какие бумаги, а потом спросил:

— Сергей, а чего ты удостоверение шахматиста не предоставил? Или не желаешь в нём видеть запись о первом разряде? — он усмехнулся и замахал руками, не давая мне ответить: — Шучу, не обращай внимания, но документ принеси, с удовольствием сделаю запись. Кстати, мои поздравления.

— Спасибо, — поблагодарил я и достав книжецу положил перед Смирновым.

— Молодец, с собой носишь, — покивал хозяин кабинета. — Александр Николаевич рассказал, зачем тебя пригласил?

— Нет, — ответил я. — Разве не за тем, чтобы разряд вписали?

— Не только, — потер переносицу директор дворца спорта. — Видишь ли, тут такое дело, — он поморщился, но продолжил: — ты числишься нашим воспитанником, а вот как игрок дворец спорта не представляешь. Слишком быстро стал карьеру делать и этот момент упустили.

— А что мешает мне таковым числиться? — уточнил я.

— Требуется подписать контракт, по которому на тебя возлагаются определённые обязательства, — отвёл глаза директор.

— Но ведь что-то и взамен получу, правильно? — задал ему вопрос и Смирнов ещё больше смутился, но на помощь ему пришёл Курзин:

— Сергей, тут как бы дело в другом. Стандартное соглашение предусматривает, что если ученик или воспитанник добивается успехов, то он делит славу с заведением, которое его вывело в большой спорт. Будь то клуб или государственная структура, как наша. Разумеется, одной популярностью никто сыт не будет, поэтому с призовых и других контрактов идут отчисления.

— В данном случае, на счёт дворца спорта, правильно? — уточнил я, уловив суть разговора.

— Верно! — выдохнул Смирнов. — Согласись, наша заслуга в твоих успехах имеется!

Курзин скептически поморщился, он явно не согласен с директором, как и я. Однако, имея такой договор, то он окажется этаким прикрытием от других акул в спортивном обществе. То же министерство спорта пожелает залезть в мой карман и его вывернуть, если турниры начну выигрывать.

— Сколько? — коротко спросил я.

— Потребуется вступить в Федерацию шахмат СССР, разумеется, подав заявку от дворца молодёжного спорта города Калинина, — загнул палец Смирнов. — Производить отчисления в фонд поддержки спортсменов, — второй палец присоединил к первому, — развитие нашего заведения. Наконец, выделять средства на поддержание тренерского состава и призового фонда на различные соревнования. Всё это прописано в договоре.

— И о какой сумме речь? Что если не заработаю призовых? — поинтересовался я.

— Лучше прочти соглашение, — подсказал Александр Николаевич.

— Да-да, так будет правильнее, — подвинул ко мне бумаги директор.

С первого раза в моей голове никак не улеглось, что с призовых предполагается отдавать львиную долю. По всему тексту разбросаны проценты, и они не такие большие, но если их сложить…

— Можно мне ручку и бумагу, — мрачно попросил я.

Требуемое получил и уже смог выписать все цифры, а потом их сложить. После чего поднял глаза и посмотрел на господина Смирнова. Тот пожал плечами и буркнул:

— Таковы условия.

— А жить мне на что? — я вежливо поинтересовался у директора и добавил: — Вы всерьёз считаете, что сам себя в такие условия поставлю?

— Разве они хуже, чем что-то другое? — вздохнул Смирнов. — Вы ещё молоды, жизни не знаете. Оглянитесь, так все живут! Нет, кто-то конечно и лучше, но в основном мы в схожих условиях. Вот вы смотрите на проценты, а теперь посчитайте, сколько достанется на руки с тех или иных призовых. И не стоит забывать, что за участие в турнирах платит страна!

— Чиновники, — поправил я его.

— Пусть так, но проезд, проживание не за ваш счёт, — парировал директор и поднялся из-за своего письменного стола.

— Так вроде бы и тут вы не правы, — криво усмехнулся я. — Судя по бумагам, с призовых смогут путешествовать все чинуши от спорта. Уж простите, но отдать девяносто четыре и пять десятых процента — перебор! Максимум на что готов был согласиться, так это процентов десять в казну платить и то, после учёта понесённых трат. Вам не хуже моего известно, что на крупных турнирах игроку требуются помощники, иными словами — команда, начиная от тренера и заканчивая медиком. Как понимаю, их выбрать не смогу, навяжет министерство. Такой подход меня никак не устроит!

Александр Николаевич угрюмо молчит, похоже, он не ожидал, что соглашение мне настолько не понравится. Я бы такое и вовсе назвал ёмко и коротко — грабёж. Но как из патовой ситуации выбраться? Подписать бумаги не вариант, а если не соглашусь, то о карьере можно забыть. И ведь даже про магические турниры прописано, а они никаким боком ни к дворцу спорта, ни к министерству отношения не имеют!

— Давайте ещё раз к этому вопросу вернёмся, — сказал Курзин, до этого времени большей частью молчавший. — Скоро начнётся очередной этап турнира. Господин Смирнов, вы там судьёй являетесь, а Горцев, как и ваш покорный слуга, участниками.

— До начала ещё пятнадцать минут, — буркнул владелец кабинета, вздохнул и махнул рукой: — Ступайте, готовьтесь, но, Сергей, ты всё взвесь, без поддержки твоя карьера обречена. Не думай, что раз хорошо играешь, то перед тобой все пути окажутся открыты.

— Ясно, — коротко кивнул, стараясь скрыть раздражение и поднимающуюся внутри злость.

Мы с тренером вышли и тот, неожиданно, направился на улицу, поманив меня следом за собой. Неужели боится, что нас подслушают? Ошибся, оказалось, что Александр Николаевич не меньше моего разозлился. Он молча дошел до киоска с прессой и купил пачку сигарет и коробок спичек. Нервно содрал с упаковки целлофан, с пятой попытки прикурил, глубоко затянулся, закашлялся и поморщившись сказал:

— Давно ведь бросил и, надо же, сорвался! Всё из-за чёртовых условностей и несправедливости!

— Здоровье поберегите, нервные клетки не восстанавливаются, — хмыкнул я.

— Слушай, а давай напьёмся? Разряд ты получил, его надо отметить, а продолжать турнир не обязательно, — огорошил меня тренер.

Такого предложения от него никак не ожидал. Но некая разумная составляющая присутствует, хочется заглушить в себе обиду, да только она сильнее разгорится, если в неё добавить алкоголя. И потом, это не решение, от пьянки проблема не исчезнет.

— Не следует так переживать, — усмехнулся я. — Надеюсь, в соглашении найдутся лазейки. На уступки точно пойдут, а там, глядишь, мы систему обманем.

— Каким это образом? — удивился Курзин.

— Посмотрим, сейчас ход за мной и, думаю, если дам разумные обоснования с предложениями, то сумеем побадаться.

— Сомнительно, — покачал головой Александр Николаевич.

В ответ я лишь улыбнулся, некий план уже созрел. Пусть он ещё без чётких очертаний и деталей, но они придут во время обдумывания, в этом уверен на сто процентов. И, всё же, есть сожаление, что нет за спиной ничьей поддержки. Хотя, в этом случаем мог помочь только сильный клан, а он себе ещё больше заграбастает. Вот и получается некий цугцванг, когда любой ход ведёт к ухудшению своей позиции. Нет, всё же есть надежда на переговоры, не будет же министерство спорта упускать возможность получить мирового игрока. Правда, достижений как таковых у меня нет, разговаривать будут свысока.

— Хватит вам дымить и здоровью портить, пойдёмте играть, уже время, — обратился я к тренеру.

— Считаешь, что сумеешь сосредоточиться? — хмыкнул Курзин. — Поверь, сегодня мы, не сделав на доске даже хода уже проиграли. Соперники остались сильные, у меня так точно шансов никаких.

А вот это плохо! Нельзя, чтобы внешние раздражители влияли на игру! Сумею ли взять себя в руки? Ну, буду считать это очередной проверкой. Уж в будущем-то психологическое давление будет в сто крат сильнее, в этом уверен. С тем исключением, что попаду на престижные соревнования. Хоть и скептически Александр Николаевич отнёсся к предстоящему туру, но мы с ним вернулись во дворец. Посетителей заметно прибавилось, а вот игроков стало меньше.

— Простите за опоздание, — сказал господину лет сорока, с которым свёл жребий.

— Бывает, — безмятежно ответил тот и добавил: — Вы мне фору в двенадцать минут дали, мизерное преимущество под окончание партии способно превратиться в решающее.

— Не поспоришь, — кивнул я, размышляя, как ответить на с4.

Сыграть Английское начало или обратную Сицилианскую защиту? А может провести эксперимент и ответить и вовсе нестандартно двинув пешку на b7? Впрочем, игра и в самом деле мало что значит, но любой шахматист желает выиграть все партии. Подумав, всё же избрал привычное для противника продолжение, ответив пешкой на c5. Да, принял предложенное начало, хотя и мог разыграть другой дебют. Что ж, посмотрим, как получится. Перед глазами привычно появились различные схемы, встрепенулись кони, а офицеры отдали честь. А вот король и ферзь тяжело вздохнули, подсознание недовольно моим ответом. В общем-то, редко так за чёрных играл и ещё поэтому захотелось посмотреть, что и как получится. Пара теоретических заготовок имеется, но есть ли смысл их использовать? Удивительно, но на каждый ход трачу непривычно много времени. Действительно, тут есть над чем поразмыслить. А ещё в голове мысли про разговоры с Иннокентием, Смирновым с его предложением от которого сложно отказаться. Зато уже через семь ходов сумел противника огорошить, сделав не тот ход, который он ожидал.

— Так не играют, — буркнул мой соперник.

— Я нарушил правила? — уточнил у своего противника.

— Нет, — признал тот и замолчал, а в нашу сторону направился хмурый судья.

Как бы он не вынес предупреждение за разговоры. Нет, обошлось, Смирнов просто встал рядом со зрителями и печально вздохнул. Он тоже уважает теорию, которую я привык нарушать. Мой соперник ответил неожиданно сильным ходом, который я не просчитывал. Пришлось идти на небольшой размен. А когда захотел спрятать короля сделав рокировку и уже занёс над доской руку, то увидел, как недовольно бьёт копытом конь и подпрыгивает на месте пешка. Последняя предлагает себя в жертву, открывая одну диагональ слону, а вторую для ферзя. Кажется, преимущество полностью перейдёт к сопернику, но это только на несколько ходов, потом мои фигуры окажутся в лучшем положении. Так что жертва даёт возможность выиграть темп, который так необходим. Почему-то пришла ассоциация с произошедшими сегодня событиями. Там тоже требовалось спешить и подготовиться для атаки, но не действовать сгоряча. Что ж, так и поступим и посмотрим к чему это приведёт. Всё же, в реальной жизни у меня есть соратники и единомышленники, главное не сделать грубый ляп и тогда всё-то у нас получится. А вот в шахматной партии всё не так, не на кого надеяться, кроме своего ума. Сумею ли довести и эту партию до победы? Пока нет гарантий, если не считать внутренней уверенности, да и не собираюсь я отступать или пасовать перед трудностями.

Глава 6

НАЙТИ ВЫХОД

Глава 6. НАЙТИ ВЫХОД

Шахматная партия затягивается, на моих часах остаётся пятнадцать минут до падения флага, а у соперника двадцать. Удивительно, никак не могу дожать противника. Мало того, у него так и остаётся качественный перевес в одну пешку. Насчёт же позиционной борьбы уже легче, давлю по всему полю, но это далеко не всем очевидно. Пожалуй, следует форсировать события. Увидел, как две мои пешки нетерпеливо подскакивают на своих клетках. На что намекают? Организовать им фланговый прорыв и одну провести в ферзи? Но для этого предстоит отдать ладью за три пешки противника! Найдётся ли какая-то контригра?

Тик-так, тик-так — секундная стрелка на шахматных часах совершает круг за кругом, начинает подниматься флажок, а я всё просчитываю варианты. Уверен, собравшиеся вокруг в недоумении, почему почти десять минут не делаю ход. Позади кто-то шёпотом предположил, что собрался проиграть по времени. Так, бью! Нет, не того, кто подумал о моём проигрыше, а белую пешку ладьёй. Кстати, последняя проявляет, если так можно выразиться, сомнение в правильности такого размена.

— Неожиданно, — буркнул себе под нос мой соперник и обхватил подбородок.

У зрителей и вовсе вырвался разочарованный вздох.

— Простите, вы таким образом решили сдаться? — вопросительно посмотрел на меня сидящий напротив шахматист.

— Нет, — коротко ответил и напомнил: — Ваш ход.

— Бью, — пожал тот плечами и пешкой съел мою тяжёлую фигуру.

Я незамедлительно удалил с доски вражескую пешку, открывая линию своему слону, который угрожает королю противника.

— Шах, — объявил я.

Соперник, как и предвидел, защищается, поставив под удар собственную ладью. Если её возьму, то качественное преимущество будет за противником, я потеряю остроту атаки и не начавшийся пешечный прорыв легко заблокировать. Поэтому-то подключаю коня, который заставляет отойти белого ферзя. И вот после этого двигаю вперёд фланговую пешку, которой остаётся три клетки до последней линии. Ответ не заставляет себя ждать, король врага смещается вправо, уходя из-под связки. Приходится разменивать слона на ладью, а потом подтягивать ещё одну пешку. Всем становится очевидно, что прорыв остановить невозможно.

— Ваша взяла, — останавливает часы мой противник. — Как-то неожиданно всё повернулось, хорошая комбинация.

Зрители гудят, вслух обсуждают ход партии. У многих мнение сводится к тому, что мне просто повезло, а вот Курзин молча показал большой палец. Тренер оценил мою игру, но наверняка при разборе укажет, что так играть нельзя. С ним придётся согласиться, кое-какой риск существовал, это не идеальная партия.

— Горцев выиграл, — положил я перед судьёй лист с записями ходов, на котором есть моя подпись и расписался соперник.

— Уже отметил, — буркнул Смирнов. — Что насчёт соглашения, когда дашь ответ?

— Не сейчас, — коротко ему ответил.

— Жду завтра, не затягивай, — предупредил директор дворца спортивной молодёжи.

Я не стал ничего говорить, отыскал тренера, забрал у него комсомольский билет. А вот от обсуждения партии и предложенного Смирновым контракта отказался, сослался на усталость. Если бы Жанна в этот вечер пришла, то, не исключаю, с ней бы поговорил. Но журналистку не видел, поэтому поспешил домой. Добрался без проблем, даже удачно, трамвай ждать не пришлось. Перед подъездом уже лежат трубы и даже батареи отопления. Домоуправ не соврал, ремонт готов в любой момент начаться. Впрочем, строительные материалы могут тут пролежать пару месяцев, прежде чем начнутся работы. Кстати, случалось и наоборот, когда приступили к замене труб, старые срезали, а новые не завезли. Одна из одноклассниц жаловалась и просилась прийти и помыться. И чего Вера меня выбрала, словно подруг у неё нет? Ну, это очевидно, набивалась, чтобы ей спинку потёр, со всеми вытекающими. Отказ восприняла спокойно, но судя по блеску глаз, её это не опечалило и не расстроило. Всем своим видом сказала, не получилось и ладно, попытаюсь в другой раз.

— И чего об этом вспомнил? — озадачился я и мысленно себе ответил, что Сироткина давно в гости не захаживала.

Понятно, что у неё учёба и работа, сам тоже занят, но встречаемся слишком редко. Кстати, сегодня тоже не до любовных утех, предстоит всю ночь изучать правила и обязанности спортсменов и искать выход из сложившейся ситуации.

— А не стоит ли кто-то за господином Смирновым? — озадачился я, когда на скорую руку поужинал. — Кто ему такое соглашение для меня подготовил?

Странно, что об этом у директора дворца спорта не поинтересовался. Некоторые пункты написали явно под меня, а не шаблонно. Следовательно, проценты отчислений заранее просчитали, оставив мизер. Попытка таким образом обратиться за поддержкой в тот или иной клан? Но предложений на текущий момент времени не поступало.

— Я бы сделал ставку, что ноги растут от господина Голубева! — щёлкнул пальцами перед собой.

Банкир спал и видел создать профессиональную команду шахматистов, в том числе и для шоу с магией. Он честно предупредил, что от этой идеи не откажется, попытается меня к себе всеми силами заполучить.

— Но соглашение в обязательном порядке проходит рассмотрение в министерстве спорта, — сказал вслух и сам же опроверг: — И кто их станет читать, тем более подсчитывать проценты, разбросанные по разным местам? Да и не должно оно до чиновников дойти, его бы точно перехватили. Уверен, помощнице Антона Борисовича это раз плюнуть! Александра… — начал я и осёкся. — Бинго! Саша сегодня присутствовала на моей игре!

Образ приняла серой мышки, очки нацепила, мешковатый костюм мелкой служащей, волосы в хвостик сделала, вот только блеск глаз спрятать не сумела и исходящую от себя энергетику! Когда по ней взглядом мазнул, то удивился несоответствию одежды и так называемой харизмы, но не узнал. В том числе и не заострил внимания, как она что-то спросила у Смирнова, а потом у Курзина, поморщилась от толчка грузного мужика, который желал получше рассмотреть, что происходит на шахматной доске. Все движения и поведение девушки сразу должны были подсказать, что она не та, за кого себя выдаёт. Ну, мне простительно, в тот момент всё внимание сосредоточил на игре.

— Но это плохо, — потёр висок. — Получается, пропускаю важные события, происходящие вокруг меня, когда всё внимание отдаю происходящему на шахматной доске. Как от этого избавиться или подстраховаться?

Ответ, честно говоря, известен — магия или дар. Другой вопрос, как его заставить работать в автономном режиме и сообщать мне о подозрительных моментах? Даже если бы помощницу банкира опознала этакая сигнальная метка, то посчитала бы она это опасным? Очень сомнительно, Александра мне напрямую точно не угрожала, а косвенно не всегда понять можно. Даже сейчас и то нет уверенности, что она делала во время игры и зачем общалась с директором. Допускаю, что её визит с моей персоной связан лишь частично. Ну, почти на сто процентов уверен, что соглашение, которое подсунул Смирнов, дело рук банкира. Кое-какие пути из сложившейся ситуации наметил, но оставил их на завтра.

В школу не пошёл, как следует выспался, позавтракал, а потом отправился в обком комсомола. Ну, по идее следовало посетить райком, да толку от этого будет немного, моё предложение там точно не примут, не в их компетенции. А вот вышестоящий орган может помочь, недаром же в комсомол вступил. Уже когда почти дошёл до красивого здания в центре города, соседствующего с администраций, обкомом КПСС и КГБ, то мысленно ругнулся. Следовало взять с собой Жанну, журналистка одним своим присутствием бы помогла. Правда, для этого потребовалось поставить в известность тренера, всё же они с девушкой близки, да и посоветоваться не мешает. А то рубану с плеча, а потом придётся жалеть. Развернулся и отправился во дворец спортивной молодёжи, который, кстати говоря, под эгидой всё той же комсомольской организации, да её деятельности не заметно.

— Сергей, ты чего здесь? — спросил Сан Саныч, когда мы с ним обменялись рукопожатием в тренировочном зале.

— К Александру Николаевичу пришёл, — ответил я и уточнил: — Он здесь?

— После обеда придёт, — ответил тренер конкурирующей команды. — Помощь нужна?

— Нет, спасибо, — покачал в ответ головой. — Не знаете, Курзин дома или куда-то собирался?

— Понятия не имею, — пожал плечами Валенов.

Не солоно хлебавши, я покинул дворец спорта, но от идеи пообщаться со своим наставником и компаньоном не отказался. Поймал такси и попросил:

— Артиллерийский переулок, дом семь, — благо адрес Курзина запомнил.

— Где-то полтора рубля обойдётся поездка, — предупредил водила. — Деньги есть?

— Поехали, — сел на переднее сиденье.

Проблема в том, что номер квартиры из памяти выпал. Но вроде бы Курзин просил таксиста довести его до второго или третьего этажа. Нет! Подъезд второй, а этаж третий! А это уже не по всему дому бегать и искать, где Александр Николаевич живёт. Было бы дело вечером, то вообще никаких проблем. Спросил у бабулек, оккупировавших лавочки перед подъездами и те бы мне много чего рассказали. Ну, или у мужиков, играющих в домино, но на последних расчёт только если ещё не успели как следует за воротник заложить.

Подъезд в доме Курзина оказался без единой надписи на стенах. Как такое возможно? Ремонт явно не вчера делали, а пару, если не больше, лет назад. Или молодежь тут не живёт? А может быть участковый обосновался на последнем этаже? Впрочем, это не так важно, требуется угадать в какой квартире тренер живёт. Уже хотел нажать на кнопку ближайшего звонка, да в последний момент отдёрнул руку. Всё время забываю про дар и его возможности! Выпустил из источника искру, заранее попытавшись дать дару задание. Некоторое время рассматривал светящуюся точку в магическом зрении, удивляясь тому, что она сменяет цвета с прозрачного, на белый и красный. Словно сообщает, где теплее, а где холоднее. Мысленно отправил на поиск нужного мне человека с определённой аурой, и искорка исчезла в замочной скважине ближайшей двери. Отсутствовала пару секунд, вернулась таким же способом. Мне даже нет нужды смотреть на её цвет, точно знаю, что в квартире дед с бабкой на кухне пьют чай и поджав губы сердито молчат. А вот следующая попытка оказалась удачной. Мало того, мне сегодня точно должно повести, так как журналистка принимает ванну, а Курзин сервирует стол.

— Кто? — раздался из-за двери голос тренера, после чуть ли не двухминутного ожидания. — Чего названивать? Если не открывают, то не хотят общаться!

Ну, раз пять я на звонок нажимал, чем вызвал недовольство Александра Николаевича. А что мне оставалось? Курзин почему-то не спешил дверь открывать!

— Необходим срочный совет, — подавив в себе желание заявить, что пришла телеграмма или вы нас затопили, сказал я.

— Горцев? — раздался вопрос тренера, который не спешит меня впускать.

— Да, собственной персоной, — хмыкнул я, зная, что тренер прекрасно догадался, кто его потревожил.

Заскрежетал замок, приоткрылась дверь, и я увидел Александра Николаевича в махровом халате.

— Сергей, ты не вовремя, — признался тренер. — До вечера не терпит?

— Увы, — отрицательно покачал головой, — необходим разговор и совместный план действий. Ситуация-то непростая и вам об этом не хуже моего известно. Если призовые уйдут мимо, то и вам ничего не достанется. А ответ необходимо дать сегодня.

— Знаю, — вздохнул Курзин и посторонился: — Проходи, обувь можешь не снимать, тапок нет.

Стандартная прихожая, на удивление уютная и неплохо обставленная гостиная, льющаяся вода в ванной комнате, нервничающий компаньон и невозмутимый я. Такую примерно можно создать картину, будь кто-то из нас художником. Хм, подкинуть Лиде идею? Сумеет создать полотно на основе моих слов? Если бы в гостиную сейчас Жанна вошла в неглиже, то и вовсе получилось бы круто! Как в воду глядел, а то и сглазил. Не успел перейти к делу, как в дверях появилась журналистка. Правда, в коротенькой шёлковой нательной майке, абсолютно ничего не скрывающей при этом девушка придерживает на голове намотанное в тюрбан полотенце. Меня она не заметила, игриво сказала:

— Дорогой, ты почему не пришёл мне спинку потереть! Я же тебя ждала!

Я отвернулся в сторону окна, а вот Курзин из кресла подскочил, при этом воскликнув:

— Жанночка, мы не одни, у нас гость!

Немая сцена, непроизвольно, честное слово, перевёл взгляд на журналистку. Губа у тренера не дура, но фигурка моей Ленки всё одно лучше!

— Ой! Предупреждать же надо! — метнулась из гостиной журналистка, сверкнув голой попой.

— Ничего не видел! Временно ослеп! — громко провозгласил я, чтобы услышала смущённая девушка.

— Врёшь! — донёсся крик журналистки.

Вот зачем она мои слова под сомнения поставила? Опровергнуть её утверждение не могу. Чёрт, наедине с ней тоже первое время оставаться будет сложно. Нет, мне-то без разницы, а вот она почувствует себя некомфортно.

— Ладно, — опустился в кресло Курзин, — замнём для ясности. Сергей, ты чего хотел-то?

— Вопрос с соглашением, — вздохнул я. — Прикинул и так, и этак, получается дать себя и близких ограбить, в том числе и тебя или искать другой вариант.

— А разве он есть? — потёр висок компаньон, пытаясь услышать, что происходит за пределами гостиной.

Ну, мне-то известно, что Жанна спешно себя в порядок приводит, за её действиями мой дар наблюдает. Жаль только, что картинку не передаёт, а знания получаю какими-то образами. Что удивительно, так девушка спокойна и даже чему-то рада. Насколько понимаю, увидела что-то в глазах своего друга, точнее, любовника. Убегать она из квартиры не собирается, а большего пока и знать мне не надо.

— Примкнуть к одному из кланов, — загнул мизинец, а потом добавил к нему безымянный: — действовать самому по себе — второе, — взял паузу и продолжил: — Попытаться действовать через официальную структуру, в моём случае — комсомол. Это уже три.

— А есть что-то ещё? — поинтересовался Курзин.

— Переписать соглашение, — пожал я плечами.

— Последнее маловероятно, — покачал головой хозяин квартиры.

— Это вы о чём? — вошла в гостиную Жанна.

Девушка даже нанесла лёгкий макияж, подкрасила губы и выглядит невозмутимо.

— Я ей ничего не рассказывал, — признался Александр Николаевич.

— Так что произошло? Чего не знаю? — задала вопрос девушка, при этом стараясь сохранять невозмутимость и не показывая, что начинает злиться.

Опуская некие, ненужные, детали, я вкратце поведал, какое директор дворца спорта хотел заключить со мной соглашение.

— Почти девяносто пять процентов? — переспросила журналистка, а её глаза азартно блеснули.

Уверен, она уже мысленно прикинула разгромную статью, как наживаются на молодых спортсменах, чем отваживают их от продолжения спортивной карьеры. Наверняка и вопросов задаст много, одним из которых окажется: «Не поэтому ли у страны так плохо обстоят дела в некоторых видах спорта?»

— Смирнов утверждал, что с министерством спорта всё согласовал, а его ещё и торопили, — косвенно подтвердил мои слова Курзин.

— И ты, — Жанна на меня посмотрела, — хочешь заставить пересмотреть проценты отчислений? В том числе и принудить к этому.

— Даже если и пойдут на уступки, то небольшие, — осторожно заметил я. — Однако, если проявлю активность, в том числе и с твоей помощью, то какой-нибудь другой вариант может пройти.

Мне предложили в деталях изложить запасной вариант, что я и сделал. Жанна и Александр Николаевич слушали не перебивая, только между собой переглядывались.

— Идея не такая и плохая, — кивнул тренер, когда я закончил. — Сталкивался с тем, что спортсмены выступали или приходили от чиновников из обкома партии или по рекомендации комсомольский райкомов.

— Но они зачастую связаны с различными кланами, — задумчиво произнесла журналистка и заходила по гостиной, что-то обдумывая.

Мы с тренером за ней наблюдаем и молчим. Интересно, догадается ли девушка о моём замысле, чтобы сыграть на противоречиях всех и вся? Чем больше будет заинтересованных взять меня под крыло теми или иными структурами с целью наживы, то должны поостеречься они открыто драться. Для этого-то и требуется участие Жанны.

— Столкнуть всех лбами, а самому проскочить с минимальными потерями, — закусила губу девушка. — Заманчиво, но рискованно.

Молодец, догадалась! А судя по невозмутимому лицу Курзина, то он к таким же выводам пришёл, но держал их при себе.

— Для этого ты, — она посмотрела на меня, — собрался использовать меня. Правильно?

— Если откажешь, то сам попытаюсь, — пожал плечами.

— Но обещанная должность и планы не меняются? — прищурилась Жанна.

Гм, хватка у неё деловая, боюсь, Александру Николаевичу с крючка не сорваться, если только девушка сама того не пожелает. А она об этом явно не помышляет, ну, на текущий момент. Загадывать, как сложатся их отношения, не стал бы. По моему мнению они не очень-то друг другу подходят, слишком госпожа Орлова боевая и шебутная. Или сердцу не прикажешь? Последний вопрос риторический. Мы с Сироткиной, если честно, тоже разные, однако расставаться с ней не собираюсь и от себя не отпущу, чтобы там Лена себе не напридумывала в будущем.

— Нет, всё в силе, однако, попадаем в зависимость от призовых и рекламных контрактов. Если львиную долю заберут, то не смогу оплачивать не только тренера, — кивнул в сторону Курзина, — но и всем остальным не заплачу, которых намерен набрать в команду.

— Хорошо, пойдём перекусим и в бой! Победа будет за нами! — Жанна вскинула вверх две руки и потрясла кулачками.

— Спокойнее, мы не на войне, — буркнул Курзин.

— Именно на ней! — не согласилась журналистка и пояснила: — Задачи и цели другие, но повоевать придётся.

Примерно через полтора часа, когда время подходило к обеденному перерыву, мы с Жанной вошли в обком комсомола. Удостоверение журналистки, словно магия, отворило нам путь до самого первого секретаря, Виктора Ивановича Шмелёва, молодого и щуплого мужика лет двадцати пяти. Как он мог умудриться занять столь высокий пост? Ответ очевиден — кто-то из родни помог, а клан наверняка влиятельный. К огромному сожалению моей спутницы, та о Шмелёве почти ничего не знала. Обком ВЛКСМ находился в тени более властной структуры именуемой обкомом партии. Тем не менее, по коридорам здания народа попалось приличное количество. Все сновали с озабоченным видом, с какими-то бумагами в руках, но, похоже, просто создавали вид бурной деятельности.

— Итак, готов вас выслушать и дать ответы, чтобы не возникло у читателей недопонимания, — вежливо сказал Виктор Иванович, пожирая взглядом коленки журналистки.

Он нас усадил в низенькие кресла, не став предлагать устроиться за столом для совещаний, а сам расположился напротив.

— Да, статья практически готова, остались кое-какие штрихи и её отправлю в различные газеты, в том числе центральные, — мило улыбнулась Жанна, а сама подол юбки попыталась натянуть на коленки.

Будет ей урок! Нечего носить то, что в некоторых ситуациях выглядит неуместно. Впрочем, в обтягивающих джинсах девушка бы выглядела не менее соблазнительно. Упс! Мельком на неё взглянул и понял, что она сейчас играет и смущение напускное.

— Вероятно вы наткнулись на горячую тему, заинтересующую читателей? — предположил хозяин кабинета.

— Вы угадали! — улыбнулась Орлова и прищурилась: — Дело в том, что моему другу, — указала рукой в мою сторону, — поступило предложение заключить соглашение с дворцом спорта. Уж простите, но буду называть вещи своими словами. Так вот, условия таковы, что кроме как кабальными или крепостническими их не назвать. Даже заинтересованные кланы в услугах господина Горцева себе такого не позволяли. И что из этого следует? — задала она вопрос непонятно кому и замолчала.

— Так что же следует? — с недоумением спросил Шмелёв.

— Попустительство со стороны районного и областного комитетов ВЛКСМ! — припечатала Орлова. — Мы с Сергеем комсомольцы, чтим устав и стараемся следовать всем заветам. В том числе, работаем, учимся на благо страны и себя. А тут предлагается почти все доходы от честно заработанного отдавать в какие-то сомнительные фонды и на всякую остальную ерунду. Как это понять? Кто-то латает в бюджете дыры, а страдают спортсмены, которые из-за этого не добиваются того успеха, на который способны. Это же ни что иное, а саботаж.

— Гм, Жанна Алексеевна, поспокойнее, не бросайтесь такими обвинениями, — предупредил её Шмелёв.

— Господь с вами, никого же не обвиняю. С чего вы так решили? Саботаж-то по отношению к Сергею, а для страны это урон. Разве можно такое оставить без внимания? Почему бы вам не вмешаться? — мило улыбнулась Жанна и добавила: — На вас вся надежда.

— И чем могу помочь? — задал вопрос сбитый с толку первый секретарь обкома ВЛКСМ.

— Предложить выступать от лица Калининских комсомольцев! — заявила Жанна. — Уверена, все воспримут это как должное, победы на крупных международных турнирах покажут, как вы ищите таланты и проявляете мудрость.

— Но вы сами ко мне пришли, — потёр подбородок хозяин кабинета.

— И, заметьте, не с пустыми руками, — улыбнулась ему девушка. — Или откажетесь от повышенных взносов? Или, быть может, проигнорируете доход? Поверьте, господин Горцев восходящая звезда шахмат. Он себя уже успел зарекомендовать. Получил уже первый разряд, хотя состоит в клубе молодёжного спорта всего-ничего. Очень бы не хотелось в статье говорить, что вы не откликнулись на проблемы рядового комсомольца.

Ей бы в шахматы играть! Сплела неплохую паутину из слов, сделала полупрозрачные намёки, добавила угроз, всё это перемешала и подсластила лестью. Получилось этакое экзотическое блюдо, которое скормила Виктору Ивановичу. Тот, надо отдать должное, пока помалкивает, переваривает информацию. Каким окажется его слово — неизвестно, склоняюсь к тому, что мы добьёмся желаемого результата. Ну, посмотрим, сейчас Шмелёв к своему столу подошёл и что-то в его ящиках ищет. Мы же с Орловой переглянулись, придя к выводу, что наш визави не так прост и наивен. Всё-то он прекрасно понял, а сейчас взял время на обдумывание.

Глава 7

СОГЛАШЕНИЕ

Глава 7. СОГЛАШЕНИЕ

Пауза затягивается, хозяин кабинета ворчит, что не может отыскать какое-то важное положение. Но он просто тянет резину и никак не решит, как поступить. Предложение его заинтересовало, есть много плюсов, но и минусы очевидны. В общем-то, кроме как перейти кому-то дорогу и спутать карты, что вызовет раздражение, других недостатков как бы и нет. Правда и за меньшее бывало лишали должностей, а то и голов. Шмелёв сейчас не даст ответа, ему необходимо проконсультироваться с вышестоящими товарищами. Если те его прикроют и дадут добро, то он с лёгким сердцем предложение примет. Скорее всего он приходит к такому выводу.

— Виктор Иванович, сами понимаете, что мы могли бы обратиться и в обком партии, — медленно произношу, а высокопоставленный комсомольский деятель распрямляется и внимательно на меня смотрит, я же продолжаю: — Вот только там всё же уже руководят умудрённые сединами господа. У них всё есть и действуют с оглядкой, решения принимают долго, что нам не подходит. Вы же способны рискнуть и тогда, в составе делегации, побываете в разных частях мира. Но даже не это главное, за мой счёт вы станете популярным политиком и легко продвинетесь дальше, если не допустите просчётов.

— Сергей Максимович, дело в том, что не уверен, а есть у меня такое право, — осторожно ответил Шмелёв.

— А разве это запрещено? Не вы ли участвуете в развитии молодёжного спорта? — мило улыбнулась Жанна.

Пытаемся додавить хозяина кабинета, но тот упёрся. Не даёт согласие и не отказывает. Вызвал помощницу, что-то девице на ухо нашептал, та понятливо покивала и быстро ушла. Похоже, хозяин кабинета придумал, как ему подстраховаться.

— Сейчас вас проводят в один из кабинетов, где уже накрывают стол, время обеда, я же сделаю пару звонков и к вам присоединюсь. Уж простите, но ваше предложение очень нестандартное, заманчивое, однако, не всё так просто. Подождёте? — улыбнулся журналистке хозяин кабинета.

Комсомольский работник пытается всячески Жанне понравиться и, думаю, не только из-за её профессии. Впрочем, в нашем с девушкой дуэте, он именно её считает главной. С одной стороны, это понятно, госпожа Орлова старше меня, опытнее, ещё и угроза именно от неё исходит.

— Если только недолго, — встала Жанна. — Не думайте, что у нас нет других вариантов.

— Позвольте полюбопытствовать, каких? — улыбнулся ей Шмелёв.

Журналистка отрицательно покачала головой и посмотрела на меня:

— Сергей, что скажешь? Задержимся здесь или отправимся дальше?

Я посмотрел на часы, а сам уже продумываю следующие шаги. Комсомольский деятель разочаровал, слишком осторожен, вряд ли с ним что-то выгорит.

— Пара часов у нас точно есть, но это максимум, — ответил девушке, а потом добавил, обратившись к хозяину кабинета: — Виктор Иванович, нам лестно, что вы о нас проявили заботу, однако, мы подождём вашего решения в ближайшем кафе. Оно вроде бы называется «Ударник», находится рядом с обкомом.

— Хорошо, — покивал Шмелёв, — долго не заставлю себя ждать.

Мы с журналисткой, которая чем-то разочарована, покинули кабинет и как только на улицу вышли Жанна сразу сказала:

— Почему не принял его предложение и на халяву не остались пообедать? Любопытно, чем бы нас накормили, а ещё бы денег сэкономили.

— Не мелочись, на кону стоит слишком много, — хмыкнул я и пояснил: — Мы показали, что нас за тарелку супа не купить, если и подпишем соглашение, то на собственных условиях. А отобедать или отужинать с господином Шмелёвым ещё успеем. Честно говоря, не очень-то он мне понравился.

— Согласна, скользкий тип и явно ни одной юбки не пропускает, — признала девушка. — Ты же видел, как он на меня смотрел, а уж помощница однозначно с ним спит.

— Думаю не только она одна, — хмыкнул я, вспомнив, как в приёмной столкнулись с двумя девушками, ждущими аудиенции у своего начальника.

Дело в том, что судя по их аурам, то они рассчитывали на скорую близость и это плохо скрывали. Хм, а ведь не заметил, как использовал дар, чтобы оценивать происходящее вокруг. Кстати, первый секретарь обкома комсомола не очень-то и ждал тех девиц, а вот Жанну провожал с сожалением и в спину ей смотрел раздевающим взглядом. Как бы он Орлову у моего тренера не отбил, чувствуется, что опыта у Шмелёва хоть отбавляй.

— Чего молчишь? — пихнула меня в бок локтем журналистка.

— Прости, что ты сказала?

— Ты говорил о каких-то других вариантах. Не поделишься? — спросила Жанна, взяла со столика меню и удивлённо сказала: — Ну и расценки! В ресторане и то дешевле.

— Зато рядом с обкомом комсомола, — задумчиво произнёс я. — Получается, тут могут себе позволить покушать работники, наставляющие на правильный путь молодёжь. Или они не только политикой занимаются и на дотации живут?

— Ты о чём? — не поняла меня журналистка.

— Да так, не обращай внимания, — отмахнулся я, вспомнив, как в своё время в моём мире партийные деятели всех мастей в открытую повалили в бизнес.

Впрочем, они всегда им занимались, но этого не афишировали. И, что удивительно, их практически милиция не ловила, отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности не выявлял. А если кто-то и переходил черту, то на такого находились различные меры воздействия. Не могли такие чиновники позорить свои высокие места и подрывать к системе доверие. Похоже, здесь тоже что-то аналогичное, так что никакой компромат не поможет, его банально не дадут вход пустить. Если же попытаемся с системой бороться, то получим проблем. Ну, это сейчас, а если, точнее, когда добьюсь признания, то всё окажется проще. Хм, а проще ли? Ладно, посмотрим, что и как.

— Чего желаете? — спросила нас с Жанной улыбчивая официантка.

— По чашке кофе и пару булочек, — сделала заказ журналистка.

— Но только после двух тарелок рассольника и порций пюре с отбивной, — уточнил я.

— Поняла, — покивала работница кафе, подумала и предложила: — Могу посоветовать комплексный обед на двоих. Он выйдет дешевле и к нему ещё положен компот и салат.

— Но его в меню нет, — удивлённо сказала журналистка.

— Он для постоянных клиентов, — ответила официантка и добавила: — В том числе и для друзей господина Шмелёва. Кстати, если пожелаете, то компот можем заменить на вино.

Мы с Жанной синхронно переглянулись. Первый секретарь обкома комсомола далеко не так прост, как кажется. Ну, это лишь подтверждает мои выводы о нём. Он только пытался казаться нерешительным и робким, а сам-то далеко не такой. Не удивлюсь, если просчитывал различные комбинации, да такие, которые мне и не снились.

— Давайте стандартный обед, без алкоголя, — сказал работнице заведения.

— Через пару минут принесу, — ответила та и удалилась.

— Сергей, это как понимать? — посмотрела на меня Жанна.

— Шмелёв быстро соображает, пока сюда добирались он позвонил и дал указания, следовательно, успел с кем-то пообщаться и прикинуть свою выгоду от сотрудничества с нами, — пожав плечами, сказал я.

— Но как он мог так быстро навести справки? — удивилась журналистка.

— Его возможности мы не знаем, — задумчиво ответил ей, наблюдая, как официантка уже спешит к нам, неся поднос с полными тарелками.

Действительно, а не поспешил ли я, ломанувшись в обком комсомола? Ничего предварительно не узнал, действовал спонтанно и на эмоциях! Как так получилось, если всегда, даже самую элементарную операцию в стане врага просчитывал. Или примерно догадывался что и как? Ну, риски понимал, как и то, что не располагал временными рамками. Опять-таки, посчитал, что последствия не окажутся хуже, чем текущее положение дел. Если не выгорит, то буду независимым игроком, оплачивая участие в турнирах и подавая на них заявки. Вот только возникнут непреодолимые трудности. Первая из них — одобрение министерства спорта и разрешение на выезд заграницу. Даже в страны-союзники и то не так просто отправиться, а уж чтобы там участвовать в состязаниях и говорить не приходится. В том числе и глобальная проблема во всём этом имеется. Как получить призовые, чтобы потом их не конфисковали? Для этого потребуется декларировать каждый рубль, а точнее валюту и это окажется нарушением финансовой деятельности советского гражданина.

— Давай кушать, пахнет аппетитно, — отвлекла меня от мрачных размышлений Жанна.

Как только всё умяли, да-да, именно умяли, так что за ушами трещало, к нам подошёл господин Шмелёв.

— Приятного аппетита, — пожелал нам Виктор Иванович, чем-то довольный. — Госпожа Орлова, господин Горцев, обком комсомола в моём лице был бы счастлив с вами сотрудничать. Предварительно, все ваши условия одобрены, уверен, вы отнесётесь с пониманием и к нескольким пожеланиям с моей стороны, — он положил на столик два листа с перечнем требований, один подвинул ко мне, а второй журналистке.

Хм, отчисления повысились до пятнадцати процентов, при этом пять из них требуется перечислять в определённый благотворительный фонд, принадлежащий господину Шмелёву. А также, при необходимости, каждая зарубежная поездка утверждается непосредственно первым секретарём обкома комсомола, а штат команды он волен расширить по своему усмотрению. В любом интервью, данное той или иной прессе, мне надлежит подчёркивать роль и вклад господина Шмелёва в моё становление.

— Последний пункт спорный, — покачал я головой.

— О том, что одобрение рекламы делегируете мне или моим подчинённым? — уточнил Виктор Иванович.

— Да, он слишком расплывчатый, юристы смогут трактовать двояко, в том числе, что доход от такой деятельности не мне принадлежит, — ответил почти что компаньону.

Почему его таковым готов считать? А он продемонстрировал личную заинтересованность, в том числе и не готов трудиться бесплатно.

— А ещё про штат команды, — уточнила Жанна. — Требуется определённость. Костяк набирает и утверждает господин Горцев, вы же его вольны дополнить, но не сократить.

— При наличии достаточных средств, — ответил первый секретарь обкома комсомола, а потом добавил: — Это всё войдёт в официальное соглашение, но потребуется ещё и дополнительное. В нём укажем про магические шоу, защиту друг друга, неразглашение и всё, что в таком случае происходит между деловыми партнёрами. Да, отчисление от неофициальной деятельности составят те же пятнадцать процентов, в указанный фонд. Вы не против?

— Нет проблем, — согласно кивнул я.

— С вами приятно иметь дело, не ожидал, — удивился Виктор Иванович.

— Вы выдвигаете разумные требования, в том числе и сами будете работать, а не просто получать барыши, — сказал ему и посмотрел в глаза.

Его аура спокойна, сам он серьёзен и собран. А вот Орлова удивлена такому повороту событий и даже рот приоткрыла в изумлении.

— Жанночка, вы что-то хотите уточнить? — обратился к девушке Шмелёв.

— Моя спутница радуется, что вы нас правильно поняли и теперь впереди отличные перспективы, в том числе и у моего наставника и компаньона, который ещё является и парнем госпожи Орловой, — медленно произнёс я, глядя на Виктора Ивановича, а потом добавил: — Мы же с вами осознаём, что пока партнёры и у каждого своя команда, то отношения нельзя разрушать?

— Господь с вами, — отмахнулся первый секретарь обкома комсомола, — никто не собирается действовать вопреки желанию другого. Неужели считаете, что на такое способен? Нет-нет, только по обоюдному согласию и никак иначе.

Вот гад! Чуть ли не прямым текстом говорит, что от журналистки не откажется. А та сидит и глазками хлопает, делая вид, что не понимает о чём речь. Или и в самом деле не догадывается? А товарищ комсомолец сидит и лыбится, глаз с Жанны не спускает. Вот же чёртов ловелас.

— Ой, я, кажется, догадалась, о чём, точнее, о ком речь, — сказала девушка и опустила глаза, но потом продолжила: — Серёжа, не беспокойся, мне никто кроме Саши не нужен, — она посмотрела на Шмелёва, — ни на подарки не поведусь, ни на обещания, ни на угрозы. Надеюсь, достаточно прозрачно всё объяснила?

— Жанночка, вы прелесть! Разве же давал какой-то повод для таких слов? Ещё же не успел, — Виктор Иванович развёл руками и усмехнулся, всем видом показывая, что такие речи ему слышать не впервой, как и добиваться заветной цели. — Однако, думаю, что личные взаимоотношения не повредят делу. Господину Горцеву ещё предстоит пройти определённый путь, чтобы мы все могли на равных говорить. Пока же все соглашения не более, чем намерения, пусть и им есть обоснования. Насколько понимаю, — он посмотрел на меня, — ближайшая цель — выиграть областные, а потом Союзные соревнования. Правильно?

— Да, всё так, — кивнул я и добавил: — Не считая различных турниров и участия в магических шоу, если получится.

— Как насчёт того, чтобы вернуться в мой кабинет и зафиксировать договорённости? — поинтересовался Шмелёв, а потом добавил: — Да, ещё один момент, который вам необходимо знать. Ничего и никого не бойтесь, если что — приходите или звоните. Сами понимаете, мне есть к кому за помощью обратиться, в том числе и в органы, — он кивнул в сторону окна.

Мы с Жанной направление проследили и поняли, что оно указывает на здание Комитета государственной безопасности СССР. Не очень-то приятное открытие, но вполне ожидаемое, в том числе и не удивлюсь, что среди клановых дознавателей у Виктора Ивановича есть связи. Или достаточно того, что в КГБ имеется кто-то?

Около пяти вечера, уставшие, мы с Орловой покинули здание обкома ВЛКСМ. Настроение неоднозначное, вроде бы и всё в мою пользу, но что-то гнетёт, Шмелёв не так прост, ещё взял с нас обещание завтра явиться на банкет по случаю соглашения. И, что удивительно, подчеркнул несколько раз, что можем брать с собой кого захотим. Мол всем необходимо расслабиться.

— Что думаешь? — спросил я Жанну.

— На тебе ответственность, такое соглашение расторгнуть нелегко, однако, оно и мало к чему обязывает, если не добьёшься результата, — задумчиво произнесла журналистка. — Скорее всего, его можно расшифровать как аванс, как с твоей, так и со стороны Виктора Ивановича. Хватка у него неплохая, как и связи. Быстро сориентировался, успел по своим каналам за минимум времени о тебе что-то узнать. Кстати, уверена, характеристику тебе дали лестную.

— Это-то и настораживает, — хмыкнул я, — кто-то за мной наблюдает, в том числе и за всем окружением.

— Ты прав, — согласилась Жанна. — Возвращаемся во дворец спорта? Курзин наверняка уже заждался, да и директор ждёт твоего ответа, — она усмехнулась и продолжила: — Представляю, каково окажется его разочарование!

Она не угадала! Мы с ней первым делом прошли к директору дворца спортивной молодёжи, а господин Смирнов нас встретил с улыбкой:

— Рад видеть! Госпожа Орлова, господин Горцев, вы меня впечатлили и удивили, в хорошем смысле слова. За столько короткое время так изящно решить такую проблему, это надо постараться! Давайте ваше соглашение с обкомом комсомола, мне его необходимо заверить и отправить в министерство спорта. Кстати, поздравляю, вы теперь официально числитесь спортсменом от ВЛКСМ. Сейчас уже поздно, в бухгалтерии никого, но завтра, будьте добры, первым делом туда зайдите и принесите с собой паспорт.

— Зачем? — удивился я.

— Как это зачем⁈ — всплеснул руками Смирнов. — Голубчик, вам же будет зарплата начисляться, командировочные расходы оплачиваться. Или вы думали, что на это никакого учёта не надо и деньги из воздуха возьмутся?

Гм, ошарашены от таких новостей оказались мы с Жанной, а не директор дворца спорта. Я даже не уточнил, а сколько мне будут платить. Ну, думаю не так много, но лишними эти деньги не окажутся, есть куда их вложить. Не удивился и Курзин таким переменам, он пожал плечами и сказал:

— Сергей, тебе дают шанс и делают ставку, рассчитывая получить взамен намного больше, что и в твоих интересах, но для этого надо работать. Согласен?

— Отлынивать не собираюсь, — буркнул я.

— Вот и молодец, — он выложил на стол толстую папку: — Бери, тут есть малоизвестные гамбиты, двадцать неоднозначных партий, происходивших на чемпионатах мира и среди претендентов. Что с этим надо сделать?

— Изучить, разобрать и придумать комбинации, которые перевернут игру как за тех, так и за других, — ответил ему, а сам мысленно подумал про Сироткину.

Такими темпами мы с Леной будем редко видеться, а там глядишь и какой-нибудь гад, вроде Шмелёва, около неё начнёт крутиться. Ну, в подруге уверен, но жизнь слишком сложна, а ухищрения мерзавцев не знают границ. Ещё и магия, артефакты, да и обычный алкоголь могут такое сотворить, что девушки и представить не могут. Разумеется, они-то и не заподозрят, что их опаивают или одурманивают, всё чинно и благородно, да в какой-то момент теряют голову и последствия непредсказуемы. Какой из этого вывод? Их несколько! Первое — как можно ближе к Сироткиной находиться, а для этого убедить её съехаться. Второе — дать ей защиту. С этим сложнее, тут расчёт на мой дар. Но сможет ли магия на расстоянии действовать и как долго? Предстоит это проверить. А лучше бы и вовсе создать артефакт, в который закачать своё заклинание. Хм, очень интересная идея! Необходимо над ней поразмыслить.

— Ты опять о чём-то задумался, — хлопнул меня по плечу тренер и постучал по циферблату своих наручных часов: — Время, очередной тур через пять минут, пошли в игровой зал.

И как я забыл? Это на радостях, что первый разряд получил и соглашение заключил. Правда, сейчас последнее не так однозначно оцениваю, но всё же оно всяко лучше того, что Смирнов подсовывал. От поползновения кланов есть защита, вот только с государственной машиной иметь дело не всегда хорошо. Подозреваю, что проблемы предстоит решать по мере их появления, что в общем-то не впервой.

— Добрый вечер, — поздоровался я с женщиной средних лет, против которой предстоит играть.

— Здравствуйте, — с серьёзным видом произнесла та.

Внимание привлекла брошь моей соперницы. В магическом зрении вижу, как от полудрагоценных камней расходится некая сеточка, проецируемая на лицо и руки женщины. Магический артефакт? Бесспорно, это он. Но такими вещами запрещено пользоваться, когда играешь. Однако, уловители молчат.

— Смотрю вы разбираетесь, — чуть улыбнулась дама. — Позвольте представиться: Анастасия Соренских, можно без отчеств и на ты.

— Сергей Горцев, — склонил я голову и добавил: — Очень приятно познакомиться.

— Не льсти, — усмехнулась женщина. — Ты меня не знаешь, а вот о тебе наслышана. Попытаюсь вскоре удивить, если получится. А насчёт этого, — она дотронулась до броши, — не переживай, артефакт зарегистрирован, он лекарский и на игру не повлияет.

Чёрт! Точно! И как сразу не разобрался? Сеточка имеет зеленоватый оттенок, с чем-то внутри Анастасии борется. Какой у неё недуг? Очень захотелось провести диагностику и, если получится, чем-нибудь этой приятной даме помочь. Кого-то она мне напоминает, грустные и печальные глаза, шелковистые волосы, морщинки вокруг глаз… Нет, не в том направлении стал думать! Но меня точно что-то цепляет. Похожа на кого-то из прошлого мира? Возможно, но не уверен. А если ауру рассмотреть? Ёлки-палки, да у моей соперницы серьёзные проблемы со здоровьем. Это ещё если учесть, что брошь скрывает и постоянно латает прорехи в ауре. Но что это такое?

— Играющие за чёрных запускают часы своему противнику, — объявил Смирнов.

— Удачи, — улыбнулась госпожа Соренских и нажала на кнопку часов.

— Взаимно, — ответил ей и сделал традиционный ход пешкой от короля.

Передвигаю фигуры на автомате, пытаюсь понять проблему по ауре Анастасии, помня, что делать диагностику никак нельзя. Мало того, что на это требуется согласие, так ещё и уловители точно взвоют и укажут на меня, как на нарушителя. Кстати, на доске ни у кого нет перевеса, женщина играет уверенно, но пока ни разу не удивила, всё строго по учебнику. Правда, я тоже не отклоняюсь от теории, хотя уже пару раз так и подмывало сделать нестандартный ход. Не хочу форсировать события, иначе партия завершится быстро. А этот турнир мне надо выиграть, в том числе и подтвердить, что первый секретарь ВЛКСМ сделал правильную ставку.

— Сергей, ты странно играешь, не так как всегда, — заметила Соренских.

— Анастасия, мы ни разу не ошиблись и не зевнули, дебют разыгран и теперь уже пойдут комбинации, — ответил ей и поставил своего коня под удар, предлагая размен.

Продолжение последует в зависимости от того, чем мою фигуру она съест. Будет ли это затяжная атака или захват важных полей, когда чёрные окажутся связаны и позволят мне доминировать. Ну, в последнем случае позиционная борьба интереснее и предпочтительней, чем не просчитанное нападение на короля. Но женщина меня удивила, она не стала идти в размен, а сделала отвлекающий ход. Неужели посчитала, что куплюсь на мнимую угрозу? Увы, она просчиталась и, похоже, сама это поняла. Через три хода у меня оказалось выиграна лёгкая фигура и пешка, лучшая позиция и нет даже отдалённой угрозы моему королю так и стоящему в центре.

— Пора признать поражение, — вздохнула Соренских и остановила шахматные часы. — Ты выиграл, спасибо за игру, — она протянула мне ладошку.

— Приятно было познакомиться, — ответил ей и осторожно пожал длинные изящные пальчики, при этом незаметно отправил под кожу своей недавней сопернице диагностическую искру.

Уже ничем не рисковал, уловитель магии нашу пару не сканирует, часы остановлены. Но вот, что беспокоит женщину мне узнать не удалось. По какой-то причине диагностика затянулась, а Анастасия во дворце задерживаться не стала. За ней пришёл водитель и она ушла. Я тоже не стал оставаться, прихватил выданную тренером папку, мысленно поморщившись, судя по весу, мне задания разбирать не один день. А ведь есть и другие дела, на первом месте сейчас стоит Лена, которая во дворец не соизволила явиться и за меня поболеть, хотя и обещала. Неужели у неё что-то случилось?

На такси доехал до общаги, привычно кивнул вахтёрше, которая меня опять без вопросов пропустила под хмурым взглядом какого-то парня. Перед дверью в комнату, столкнулся с озабоченной Варей, несущей в одной руке упаковку таблеток, а в другой миску с холодной водой.

— Что случилось? — спросил я.

— Лена приболела, — оттирая меня от двери, сказала Варвара, а потом добавила: — Она предвидела, что ты придёшь и тебя не велела пускать.

— В этом она ошиблась, — отрицательно качнул головой и попытался обойти девушку, но та спиной прижалась к дверному полотну и заявила:

— Не пущу!

И как действовать? Не драться же с ней. Однако, к Сироткиной необходимо попасть и понять, что с ней произошло.

Глава 8

СМЕРТЕЛЬНОЕ ПРОКЛЯТИЕ

Глава 8. СМЕРТЕЛЬНОЕ ПРОКЛЯТИЕ

В комнату прошёл, воспользовался тем, что руки у Лениной подруги заняты. Как уже когда-то поступал, взял Варвару за талию, приподнял и в сторону отставил. При этом много о себе нового узнал, в том числе и угрозу быть окаченным холодной водой из миски. Ничего, поворчит и успокоится.

— Ты чего это? — почему-то осипшим голосом произнёс, застыв на пороге.

Лена что-то бубнит, мечется по кровати, волосы спутаны, лицо покраснело и на нём пот.

— Лихорадка, высокая температура, причина не ясна, — выдавила Варвара, стоящая позади меня.

— И ты ещё пыталась меня не пустить⁈ — рыкнул я, а сам устремился к больной.

Ладонь на лоб, обращаюсь к своему дару и требую, именно требую, снять боль у Сироткиной. Ладонь покалывают искры, источник подчинился моему приказу, и магия начала действовать. Дыхание у Лены выравнивается, становится не таким прерывистым, но жар от неё идёт, как от доменной печи. Ну, сравнение, конечно, не совсем правильное, однако, температура слишком высокая. Как у человека наделённым лекарским даром такое могло произойти? Это точно не простуда или вирус. Но что? Запускаю диагностику и с ужасом ощущаю, что в источнике не так много сил и они падают. Скрипнув зубами, отзываю первый приказ, и девушка начинает вновь морщиться от боли и её дыхание становится судорожным, а из-под закрытых век появляются слезинки.

— Всё пройдёт, потерпи, — глажу запястье подруги, а у самого на душе образовывается непомерная тяжесть.

Не понимаю, что происходит, но чувствую, Лена угасает, её силы стремительно испаряются.

— Отравление? — задаю вслух вопрос, мысленно заставляя диагностику ускориться и проверить предположение.

Нет, не оно! В том числе и нет никаких следов от яда или любого другого зелья. Что тогда? Какое-то магическое проклятие? Но кто мог на такой шаг пойти? Опять-таки, внутренняя лекарская защита должна была сработать. А может это аллергия? Моих знаний явно не хватает, а причину необходимо найти и как можно быстрее. В голове стремительно проносятся предположения, возможные решения, но все их откидываю. Тем временем, мою подругу начинает бить озноб, зубы стучат, сама вся бледная.

— Сергей, может вызвать скорую? — задаёт вопрос Варвара, продолжающая держать в руках таблетки и миску с водой.

— Выйди! — коротко говорю ей и, отрывая пуговицы, стягиваю с себя пиджак и отшвыриваю его в сторону.

Рывок, рвётся рубаха вместе с футболкой. Варвара вскрикивает, а я её крепким словом припечатываю, ну, точнее, несколькими фразами, которые повторить стыдно и посылаю в её сторону искры подчинения и страха. Соседка Сироткиной чуть не сносит дверь, выбегая из комнаты. Миска с водой падает на пол с противным звоном, но почему-то после того, как Варвара оказывается за дверью. Это с какой же скоростью соседка ретировалась? Мелькает в голове вопрос, уж не телепортировалась ли? Но размышлять над этим нет ни времени, ни желания. Действую в дикой спешке, почему-то на тысячу процентов уверен в правильности того, что задумал. Обнажаю дрожащую от холода Лену, оставляю на ней только нижнее бельё, а то она мне потом весь мозг вынесет, когда поправится. Обнимаю подругу руками и ногами, крепко к себе прижимаю и мы оказываемся сплетены в один клубок. Наши тела и ауры переплетаются, на меня накатывает дикая боль в каждой мышце, клетке, даже кажется, что волосы и те сейчас с корнями кто-то выдёргивает. Дело в том, что аура Лены пострадала, её уничтожает какое-то заклинание. Вот с ним-то и приходится бороться. Закрываю глаза и почему-то вижу шахматные фигуры, окружающие короля. Именно от него начинает исходить некое свечение, в которое вливаются силы от ферзя, ладей, коней, слонов и наконец пешек. Смотреть на белоснежный шар становится больно, но и приятно одновременно. Магия, это именно она, выпускает лучи в наши с девушкой тела и ауры. Мгновенно латаются прорехи, уничтожается что-то злое и тёмное. Лена в моих объятиях чуть шевелится и чуть слышно спрашивает:

— Что это было?

— Понятия не имею, но тебе надо дать ремня, — отвечаю ей.

— За что? — пытается та возмутиться, а потом ещё и вырваться, но ей этого не удаётся. — Сергей, почему я голая, как и ты?

— Ты была не в себе, — отвечаю, понимая, что от опасности не осталось следа, только слабость и измотанные нервы. — Как только вошёл, то стала срывать с себя и меня одежду, а потом завалила на кровать. Откуда в тебе столько силы? Сопротивлялся как мог, но не справился. Такой ответ устроит?

— Врёшь, — как-то неуверенно сказала и прижала горящее лицо к моей гуди. — Не могла так поступить.

— Вру, — подтвердил я. — Лучше скажи, что за заклинание на тебя наслали, почему его твой дар пропустил и кто это сделал?

— Точно не знаю, надо подумать, — отвечает девушка и предлагает: — Давай поспим или покушаем, не уверена, чего больше хочу.

Действительно, ощущаю дикий голод, кажется, что сумел бы съесть быка.

— Встаём? — предложил я, решив отложить разбирательство.

Дело в том, что Лена растеряна и не понимает из-за чего ей стало плохо.

— Отпусти меня и отвернись, — шепчет Сироткина и добавляет: — Стесняюсь.

— Чего, позволь узнать? — уточняю, целуя её в макушку и разжимаю объятия.

Ответить она не успела, в комнату ввалилась Варвара, пару секунд молча стояла, а потом с шумом захлопнула дверь и спросила:

— И как это понимать? Чем вы заняты? Совсем стыд потеряли⁈ Ленка, смотрю ты мгновенно излечилась и…

— Варь, — перебила её моя подруга, — хоть бы ты такт проявила.

— Ещё чего! А ну оторвались друг от друга и разошлись! Устраивают тут не пойми что! Меня до истерики чуть не довели. Могла легко инфаркт получить, — чуть сбавила соседка Сироткиной тон.

— Накрой нас одеялом, — попросила подругу Лена.

— Совсем спятила, — буркнула та. — Чтобы я в ваших шашнях ещё и помогала?

— Не ворчи, всё уже позади, — ответил я и осторожно из объятий подруги выбрался.

— Когда успели-то⁈ — всплеснула руками Варя, перевела взгляд на мои трусы и задумчиво сказала: — Похоже ещё не закончили, но кому-то очень повезло.

— Не смотреть! — подскочила на кровати Лена и мне на голову упало одеяло, закрывая моё тело от изучения соседки по комнате.

— Злыдня ты, не дала полюбоваться, — беззлобно произнесла Варвара и добавила: — Экземпляр себе отличный отхватила, выглядит зашибенно, с такого только анатомию писать, а не то, что нам показывают, каких-то хилых и с мелкими достоинствами.

— Сергей, тебе не стыдно⁈ — потянула меня за одеяло Лена.

— Да вы о чём говорите-то? Неужели на пляже никогда не бывали? — удивился я.

— Приходилось, — задумчиво произнесла Варвара. — Однако, там таких подробностей не наблюдала, а мои мальчики, по сравнению с тобой, сущие дети. Особенно в некоторых частях тела. Лен, если надумаешь расстаться со своим парнем, то мне обязательно первой об этом скажи, я его приласкаю.

— Нет, у неё точно что-то с мозгами, — проворчала Сироткина и погрозила кулачком подруге: — Попытаешься его у меня увести — побью и волосы выдергаю.

— Надо же, какой стала боевой, за своё биться до последнего готова, — хмыкнула Варвара, но ехидно добавила: — Видела, всё видела, есть за что, поэтому понимаю и даже благословляю.

— Тебя не спросили, — усмехнулась Ленка и меня в очередной раз в бок пихнула: — Сиди, сейчас тебе дам штаны, нечего тут мою подругу смущать.

— Сироткина, а что с тобой случилось-то? — спохватилась Варя. — Ты же меня до икоты напугала. А твой парень так и вовсе чуть не озверел, когда увидел, как ты на кровати мечешься.

— Потом поговорим, — пошла на соседку моя девушка, вытесняя ту из комнаты. — Дай нам одеться, клянусь, сразу тебя позову.

Когда Варвара оказалась в коридоре и мы с Леной остались одни, та головой к дверному полотну прижалась и даже пару раз в него лбом несильно стукнула. Ну, понимаю, смущена.

— У нас, точнее, у меня, проблема, — сказал я, рассматривая разодранную рубаху и футболку.

— Что такое? — обернулась ко мне Лена, при этом продолжая оставаться в одних трусиках и лифчике.

Хм, нет, поспешил с выводами, что она уже взяла себя в руки. Пока ещё не обрела самообладание.

— Пиджак могу на голое тело надеть, но застегнуть его не получится, пуговицы оторвал, а рубаху и футболку — выбрасывать, зашить их не получится, — продемонстрировал свою одежду.

— Что-нибудь придумаем, — задумчиво произнесла девушка, а потом спохватилась: — Чего ты мне зубы заговариваешь, а сам меня взглядом пожираешь? Отвернись!

— И не подумаю, — улыбнулся ей я и уточнил: — Слушай, как думаешь, Варя к нам долго не зайдёт? У нас же есть какое-то время? — встал и к ней направился.

— У тебя на это дело есть силы? — покрутила в воздухе указательным пальцем Сироткина, а потом его мне упёрла в грудь: — Серёж, давай не сейчас, не сходи с ума.

— Да шучу я, — улыбнулся ей и протянул одеяло, край которого сжимал в левой ладони: — Укутайся, а то как бы не простыла. Твой организм ослаблен, в источнике почти не осталось силы.

— Можно подумать, у тебя магия есть, сам-то не начни чихать, — пробурчала девушка, но одеяло приняла, укуталась в него и улыбнувшись сказала: — Спасибо тебе, не представляю, чтобы случилось, не появись ты вовремя. Получается, теперь за мной должок.

— Это точно, — сдерживая улыбку, ответил ей. — Сейчас ты на нахохлившегося воробушка похожа, вся такая взъерошенная.

— А я просила на меня не смотреть, — нахмурилась Лена.

— Не могу, — подмигнул ей, но потом отвернулся и направился к окну.

— Стой! Не хватало ещё, чтобы тебя с улицы увидели, — остановила меня девушка.

Согласен, не подумал, поэтому сел на кровать и прикрыл глаза. Только сейчас диагностика поделилась результатом. Разрушающие воздействие на ауру моей подруги оказал нестабильный всплеск тёмной магии смерти. Что это такое я не понял от слова совсем. Ещё и удивился, с чего это так чётко получил ответ. Магический источник умеет каким-то образом общаться и даже является разумным? Попытался такой вопрос чётко сформулировать и задал его своему дару. Ответ неопределённый, вроде как да, но в тоже время нет. Понимай как хочешь! Ещё беда в том, что запаса магических сил и в самом деле немного осталось. Даже магическое зрение ограничено меньшим расстоянием, чем обычно. Прежде, чем делать попытки в себе разобраться, необходимо восстановиться.

— Так, о чём это я? — потёр висок, наблюдая за спешно одевающейся подругой.

Кстати, её шмотки тоже не все оказались целыми. Блузка порвана, колготки разорваны на две половинки, зато джинсы местного производства выдержали.

— Как насчет того, чтобы под пиджак надел мой свитер? — поинтересовалась Сироткина. — Он тебе точно налезет, мне большой.

— Но он же шерстяной! Тебе меня совсем не жалко?

— Могу у Вари ночнушку попросить, — хмыкнула Лена и пояснила: — Какая-то родня соседке сделала подарок на день рождение. Отдали то, что самим даром не надо. Ткань хорошая, стоит не дешево, выкинуть жалко, вот рубашка у соседки и лежит, место занимает.

— Благодарю, уж лучше как-нибудь так, — отмахнулся я. — Да и что такого, если пиджак на голое тело надену? Никто же не увидит, куртка всё прикроет.

— На улице мороз, ты сразу замёрзнешь.

— Переживаешь? — усмехнулся я.

— Таблетки дорого стоят! — парировала эта нахалка.

— Ладно, доберёмся до дома, ничего с нами не произойдёт, — задумчиво сказал, а потом продолжил: — Ты переезжаешь и не спорь! Пару дней, как минимум, за твоей аурой необходимо следить. Скоро выходные, в школу пока ходить не буду, а во дворец спорта вместе походим. Так что, собирай необходимые вещички, бери побольше, чтобы потом сюда не возвращаться.

Сироткина задумчиво стоит и размышляет, что уже радует. Девушка не стала с возмущением от моего предложения отказываться, которое уже неоднократно не принимала. Понимает, что сейчас ситуация не та. Думаю, уже догадывается, а то и осознала, что дела у неё обстояли неважно и скорая ей бы точно не помогла.

— А что насчёт моей учёбы в институте и дежурств в больнице? — задумчиво спрашивает.

— На какое-то время забудь, если только рядом с тобой буду находиться, — ответил ей, а потом уточнил: — На работе есть кому подменить?

— До середины следующей недели смогу не ходить, а потом или увольняться, либо идти на дежурство, — сказала Лена и стала оглядываться. — Что же с собой в первую очередь взять?

Трудно скрывать радость и делать невозмутимое лицо, когда девушка перебирается ко мне. И, главное, она словно поняла, что в общагу вряд ли вернётся, поэтому-то и собрала два чемодана (неподъёмных, блин!) и две большие сумки. При этом вещей в комнате оставила прилично, так выразилась. Особенно ей жалко расставаться со стопкой книг, даже зная, что их перевезём позже. Ну, это я так заявил и Сироткина не стала спорить. Почему-то не удивилась и вахтёрша, когда мы втроём тащили сумки и при этом Варя оказалась недовольна. Казалось бы, соседке раздолье, в её полном распоряжении окажется комната, так как Лена предупредила, что пока учится, то оставит её за собой. Мол, она не уверена, что мы не разругаемся в какой-то момент, а если она выпишется, то идти ей окажется некуда. Наивная, думает, что такое ей позволю. Нет, она моя и если потребуется, то на гордость наступлю и признаю, что неправ, даже если всё не так. У женщин случаются дни, когда с ними лучше соглашаться. Есть такие у Сироткиной или нет пока не выяснил и хотелось, чтобы она избежала гормональных скачков, но это уже как природа распорядилась. Впрочем, не стоит забывать о магии, возможно, поможет дар, но это не точно.

— Такси вызывать? — поинтересовалась вахтёрша, при этом снимая телефонную трубку.

— Да, если можно, — покивал я.

— Ты чего в сумки-то загрузила? — поинтересовалась Варя у подруги.

— Не поверишь, брала необходимое на первое время, — выдохнула Лена, поставив сумку на пол.

— На сколько лет? — хмыкнула уже считай бывшая соседка по комнате.

— На всю жизнь, — вместо Сироткиной, ответил я.

— Какие у тебя далеко идущие планы, — посмотрела на меня Варвара, при этом толкнув плечом подругу и активно ей подмигивая. — И когда ждать приглашения?

— В гости обязательно позовём, немного устроюсь и приходи. Правда, Серёжа? — мгновенно протараторила Лена, словно боясь, что при слове свадьбы я испарюсь.

Хм, а ведь нет, ни разу не испугался. Надеть колечко на пальчик подруге не прочь, но только вот пока не могу себе позволить купить достойного. Конечно, она и обычному может обрадоваться, но я-то хочу, чтобы оно оказалась с камушком, желательно большим и не искусственным. Плюнуть на всё и купить простые обручальные, а потом расписаться в загсе и с близкими друзьями посидеть в кафе? Это окажется обычная студенческая свадьба, более похожая на те, когда у молодых и наряды-то чуть лучше повседневных, а сами они женятся из-за острой необходимости, а точнее, увеличение животика у невесты. Другими словами — по залёту!

— Без вопросов, конечно, позовём, — подтвердил я слова своей подруги. — Устроим вечеринку, где хозяйкой будет Лена.

— Молчи уже, — нахмурилась та, почему-то старательно обходя эту тему стороной.

Неужели её опять беспокоит разница в возрасте? Или ещё какие-то сомнения появились? Ничего, скоро успокою и сама убедится, что намерения у меня самые серьёзные. Мы распрощались с провожающими нас до машины Варварой и вахтёршей, которая, на радость двоим парням, покинула свой пост. Таксист с усмешкой нас оглядел, хотел что-то скаламбурить, но запнулся на полуслове, прочтя в моих глазах предупреждение держать язык за зубами, а то, как бы не лишиться последних.

— А как мы вещи-то перетащим? — озадачилась Лена, когда такси укатило, оставив нас перед моим, точнее, уже нашим подъездом, с неподъёмными вещами. — Спускать-то их точно было легче, чем на пятый этаж тащить.

— Занесём на первую площадку, чтобы никому на улице глаза не мозолить, а потом их перетащу, — ответил девушке и протянул ей ключи от квартиры: — Это твои, второй комплект дома.

— Так ты меня разве запирать не планировал? — со смешком поинтересовалась Сироткина.

— Ещё вспомни, как говорил, что ремень по одному твоему мягкому месту ниже спины плачет, — хмыкнул я. — Ленка, ты чего? На женщин никогда руки не поднимал и не собираюсь.

— Не ври, всегда возможны исключения, — отмахнулась та и ухватилась за лямки одной из сумок.

И вновь с ней не поспоришь, насмотрелся я на дам, которые в единоборствах с лёгкостью разбрасывали подготовленных бойцов, а потом могли последних жестоко допросить, после чего прирезать. Если с таким врагом столкнусь, то не посмотрю, на его половую принадлежность, ведь встанет вопрос выживания.

— Вот мы и дома, — прижал к себе Лену и поцеловал ту в уголок рта.

— Учти, хозяйка из меня никакая, многого не знаю и, возможно, тебя разочарую, — чуточку нервно, ответила та.

— Научишься, — отмахнулся я. — Пойдём на кухню, в холодильнике продуктов хватает, нам необходимо набраться сил. Вещи твои потом разберём. Да, кстати, тут управляющая компания затеяла трубы отопления менять, так что пока можешь повременить с тем, чтобы сумки и чемоданы разгружать. Чёрт их сантехников разберёт, как бы квартиру не затопили, а то с них станется.

— Почему раньше не сказал? — нахмурилась девушка.

— А ты бы согласилась на переезд, знай, что такое предстоит? — вопросом на вопрос ответил ей, а потом подтолкнул в сторону кухни: — Идём, успеем всё обсудить.

Пока готовили, я не стал расспрашивать, где Лена подхватила проклятие смерти. Примерно догадываюсь, а детали не так важны. Подозреваю, произошёл несчастный случай, а злого умысла не было. Впрочем, как не заметил о случившемся преподаватель — вопрос к нему и его компетенции. Если не разобрался, то грош ему цена, как учителю. А вот знай, что случилось и ничего не попытался сделать это уже смахивает на целенаправленную атаку.

— Получается, ты теперь защищён обкомом ВЛКСМ? — задумчиво произнесла Сироткина, когда рассказал про то, как я с журналисткой заключал с первым секретарём комсомола соглашение.

— Считаюсь, что играю от них, но насчёт защиты или помощи кроме финансовой говорить не возьмусь, — ответил ей и предложил: — Твоя очередь. Так где и как ты получила такой подарочек в свою ауру?

— Подозреваю — в морге, — задумчиво произнесла девушка и обхватила себя руками. — У нас сегодня практическое занятие происходило. В том числе занимались вскрытием умерших и установлением причины кончины. Мне выпало работать с утонувшей женщиной. Из милицейского протокола следовало, что она покончила жизнь самоубийством. Вот только некие моменты меня сразу насторожили. Странно, что в Волгу бросилась с центрального моста. Там очень неудобные перила и перелезть их не так-то просто. Неужели, чтобы свести счёты с жизнью, ей потребовалось приезжать из деревни? Одежда явно для сельской местности. Опять-таки, у неё имелись не просто тёмные амулеты, изготовленные вручную, но и странные татуировки, которые никогда не видела, — Лена замолчала, а потом на меня посмотрела и спросила: — Ты ничего не хочешь уточнить?

— Пока нет, — отрицательно покачал головой.

— Готова поспорить, что её оглушили и с моста сбросили. Кому-то ведьма перешла дорогу, а какой она была по жизни, творила ли добро или выживала за счёт горя людского — никогда не узнаю. Её уже не вернуть, а говорить могут всё, что угодно, даже те, кого она спасла. Ну, в общем, мне следовало подтвердить, что смерть наступила из-за того, что она захлебнулась и при этом нет других повреждений.

— Это такую задачу милиция поставила? — уточнил я и добавил: — Значит следователь всё же сомневался, как и ты.

— Возможно, — подумав, согласилась Лена. — Когда вскрытие стала производить и сделала надрез, то от татуировки успела увидеть поток охранного заклинания, который на миг меня окутал, а потом рассеялся. Я даже скальпель выронила, но потом взяла себя в руки.

— Подтрунивать однокурснички стали?

— Не без этого, — вздохнула Лена. — Небольшая слабость накатила, но посчитала, что она вызвана неприятной процедурой. Мне всегда тяжело работать с мёртвыми, всё же у меня лекарский дар. Уловила и другое остаточное заклинание, не принадлежащее этой женщине, в том числе и на её организм воздействовало сонное зелье. Вот только оно на глазах распалось, действие оказалось ограничено. Его не стала указывать, как и про заклинания никакие не сказала, иначе бы уже ко мне возникли вопросы. Да и доказать ничего не могла, — она закусила губу и отвернулась. — Сергей, скажи, я поступила очень плохо?

— Нет, тебе не осталось выбора, и ты всё правильно сделала, — ответил я и пояснил: — Объяви ты такое, то сразу бы стали перепроверять и ничего не нашли. Что бы это дало? Увы, в жизни приходятся разные решения принимать, и ты поступила правильно. Другой вопрос, а с чего тебе этот подозрительный случай доверили? Никто за этим не стоял?

— Не знаю, — она как-то растерянно на меня посмотрела.

— Подумай потом, а сейчас — продолжай.

— Да в общем-то и говорить больше нечего, — пожала Лена плечами. — Слабость накатывала, как-то до общаги добралась, а потом боль скрутила. Очнулась уже в твоих объятиях.

— Понятно, бедненькая ты моя, многое сегодня пережила, — погладил подругу по голове, а потом и по щеке. — Всё, не вздумай реветь. У тебя ауру пожирало заклинание смерти. Подозреваю, когда ты скальпелем сделала надрез, то высвободила проклятие, которое посчитало, что являешься убийцей. Соглашусь, что женщина была сильной тёмной колдуньей или просто магичкой с даром смерти. Думаю, мы справились, и всё будет хорошо.

— Но тем не менее, ты заставил меня переехать, — повеселела Лена.

— Как мог такой шанс упустить? — улыбнулся подруге. — Давай-ка собираться баинькать, у тебя глаза закрываются. Иди первая в душ, я постель приготовлю.

— Хорошо, — покладисто ответила Сироткина. — Я быстро и тебя потом подожду.

— Стелю у себя в комнате? — задал ей один из главных вопросов.

— Сам же говорил, что необходимо держаться как можно ближе друг к другу, — ответила та, каким-то неуловимым движением вывернулась из моих объятий и с кухни выбежала.

Вот чертовка! Хоть и магических сил у меня почти нет, зато других хоть отбавляй. Это ночка будет жаркой! Лена долго в ванной не задержалась, я так и вовсе спешил, а вот когда душ принял и в свою комнату зашёл, то так и застыл на месте, только сейчас осознав, что нельзя радоваться раньше времени. А ещё охранная магическая закладка сработала. Вот тебе и переехали в безопасное место.

Глава 9

БЫТОВЫЕ ВОПРОСЫ

Глава 9. БЫТОВЫЕ ВОПРОСЫ

Не знаю из-за чего сторожевая метка просигнализировала только сейчас. Ну, признаю, на неё и не смотрел, когда с Леной пришли, автоматически проверил физические и они были нетронуты. Сейчас же, когда Сироткина сладко дрыхнет меня не дождавшись, я магическим зрением на ауру девушки глянул, дабы убедиться, что подруге недавнее проклятие не угрожает. Не успел порадоваться, что новоиспечённой хозяйке ничего не угрожает, как заметил пульсирующую красным цветом искру. Могла ли магическая метка ошибиться, если реальные не нарушены? С другой стороны, важнее не это. Кто-то в моё отсутствие в квартире побывал, и никто иной, а профи. При этом обыск не проводился, в этом уверен на сто процентов. Или приходили за конкретной вещью? Нет, заметил бы. Втянул в свой источник магическую метку и облегчённо выдохнул. Не совсем уж облегчённо, но немного успокоился. Выводы сделал поспешные, непрошеный гость не пересекал порога, он использовал магическое сканирование, при этом находился за дверью. Печально, что возможности противника неизвестны, как и то, чего ждать от магии и какие у той возможности. Я подошёл к сладко спящей подруге, поправил на ней одеяло, после чего отправился на кухню. Необходимо подумать, что-то предпринять и как-то нас с Леной обезопасить. Однако, быстро убедился, что дар мне сегодня не помощник. Энергии в источнике почти не прибавилось и надо временно забыть о том, чтобы соорудить магическую защиту или что-то подобное. Вернулся к Сироткиной и лёг к ней под бочок. Девушка так и не проснулась, а будить её не стал.

— Соня, вставай, завтрак готов! — разбудил меня нежный голосок Лены и осторожный поцелуй в скулу.

Приоткрыл глаза и увидел склонившуюся надо мной подругу. Сделал вид, что не проснулся, прикидывая, как бы её схватить и рядом с собой уложить. Лена словно настороженная лань, сделала шажок назад и прищурилась:

— Сергей, не обманывай, ты не спишь!

— Сплю, — буркнул я.

— Вставай, а грязные свои мыслишки выкинь из головы! — погрозила мне пальчиком.

— Ты про что? — поинтересовался я, потягиваясь, придя к выводу, что притворяться нет смысла. — Какие-такие грязные мысли? Поделись, хотелось бы знать, в одном ли с тобой направлении думаем.

— Мне скоро в институт, — девушка покраснела и попятилась.

Ну, мои намерения отчётливо поняла, я с кровати соскочил и к подруге стал приближаться.

— Горцев, предупреждаю, ещё шаг и мы останемся без завтрака! — воскликнула Лена.

— И чёрт с ним, — хмыкнул я, сделал три быстрых шага и обнял подругу.

— Пусти, — неуверенно сказала та, при этом ко мне прижимаясь и не делая попыток вырваться.

Примерно через час, когда чуточку уставшие и расслабленные, пришли на кухню, после совместного душа, то оказалось, что завтрак вполне съедобен. Да и что сделается бутербродам? В худшем случае сливочное масло станет мягким и не очень вкусным.

— Ты меня обманула, — сказал и поцеловал Лену в шею.

На девушке ситцевый халатик, коротенький, в обтяжку из-за того, что плохо вытерлась и ткань во многих местах прилипла к её идеальному телу.

— Сергей, на пары опоздаю, — произнесла та, а потом сказала: — Будь сегодня выходной, то другой разговор, а так, — договорить она не успела, приподнял её и на стол усадил, поясок на халатике развязываю и бурчу:

— А нечего соблазнять, сама виновата, что так на меня влияешь.

— Можно подумать, что ты к себе не притягиваешь, — ответила та, даже не подумав сопротивляться. — Думаешь, я вчера так сильно испугалась, когда согласилась к тебе переехать? Поняла, что больше терпеть не смогу, а ты этим воспользовался.

Она что-то ещё попыталась сказать, но нам с ней стало не до разговоров. Как только умудрились тарелку с бутербродами на пол не скинуть? Наверняка какая-то бытовая магия помогла.

— Так как насчёт института? Отпустишь? — спросила Лена, когда мы всё же позавтракали. — Думаю, мне ничего не угрожает.

— Давай денёк дома побудешь, — предложил я. — Вечером приглашены на ужин с господином Шмелёвым.

— Помню, — поморщилась девушка. — Не хочу идти и тебя отпускать. Не говорила, но о нём не очень хорошие слухи ходят.

— Какие? — поинтересовался у подруги, примерно зная, что она ответит.

— Всех симпатичных девушек старается в постель затащить. Устраивает вечеринки, на которых спиртное льётся рекой, понравившейся особе делает подарки и всячески такую соблазняет. Поговаривают, что может и вынудить с ним постель разделить.

— Это как? Силой взять?

— Нет, всё по согласию, если так можно назвать, когда в ход пускает завуалированные угрозы. Мол, смотри дурочка, если тебе не люб, то ты многое потеряешь. Возникнут у тебя проблемы по какому-то предмету, так могу за тебя похлопотать. А то и какого-нибудь друга-преподавателя проверить, так ли хорошо его предмет изучаешь, — сказала Сироткина.

— И разве это не насилие и принуждение? — потёр я щёку, всё больше начиная жалеть, что связался с комсомольским деятелем.

— Информация непроверенная, слышала и другие, противоречивые вещи, но всё равно, получается, что он тот ещё бабник, — пожала плечиками девушка.

— Не бойся, я буду рядом, и он тебе ничего сделать не посмеет.

— Уверен? — уточнила Лена.

— Зубов лишится, а на женский пол не сможет долго смотреть, — хладнокровно ответил, но потом добавил: — На Жанну он облизывается, это невооружённым взглядом понятно. Как только журналистку увидел, то чуть слюной не захлебнулся. Вот только Орлова от такого внимания из себя чуть не вышла. Ничего ему с ней не светит, она собиралась с собой Курзина взять.

— Значит они на вечер идут? — уточнила моя подруга и глубоко задумалась.

— Что случилось? — спросил девушку.

— Прикидываю, что надеть, не хочу тебя позорить.

— Хоть робу, хоть королевское платье или простой халат, ты мне в любой одежде нравишься и заводишь, — взял её ладошку и поцеловал запястье.

— Угомонись, — улыбнулась Лена. — Насколько помню, кто-то жаловался, что получил от тренера большие задания. Кстати, а что насчёт домашки из школы? Как у тебя с оценками? Не хотелось бы от Марианны претензии услышать, что из-за меня ты стал хуже учиться.

— Ты точно не при делах, — отмахнулся я. — А госпожа Малкина вряд ли на меня начнёт жаловаться.

Объяснить ничего не успел, в дверь позвонили, а потом пару раз в неё ударили. Пришлось идти открывать. На пороге увидел двух работяг в грязных кирзовых сапогах, телогрейках и со стойким перегаром.

— Хозяин где? — спросил один из рабочих.

— Перед вами, — усмехнулся я.

— Посторонись, трубы будем резать. Объявление видел? — зевнув, сказал мужик.

— А когда новые поставите? — поинтересовался я у работяг.

— Скоро, — последовал лаконичный ответ от подошедшего господина лет сорока. — Только учти, будет шумно и пыльно, лучше бы тебе пару дней где-нибудь пожить. За вещички не беспокойся, лично прослежу, да и артефакт специальный используем, чтобы на нас не погрешили, если что-то пропадёт. Вопросы?

— А вы кто такой? — поинтересовался я, стараясь не выглядеть недоверчивым.

Господин в дорогом кашемировом пальто, ботиночки блестят, в руках папка из натуральной кожи, а глаза жесткие. Работяги при его появлении как-то даже пригнулись и стараются выглядеть незаметными.

— Начальник их, Прутков Кузьма Ильич, — объявил господин. — Мы вас врасплох застали? Ничего страшного, мои работники к другим пойдут, а вы пока соберите необходимое на пару суток и отправляйтесь к родственникам. Если жить негде, — он раскрыл папку, — то можете занять один из номеров в гостинице «Центральная». Деньги за постой возьмут из расчёта того, сколько платили за квартиру. Услуги горничной, еда и напитки оплачиваются отдельно.

— С чего это такая щедрость? — не удержался я от вопроса. — Могли бы в какой-нибудь санаторий отправить.

— Город оплачивает, — пожал плечами господин Прутков или как там его настоящая фамилия.

— А если не хочу съезжать и за работниками собираюсь проследить? — поинтересовался, гадая, чем он меня запугает.

— Воля ваша, сами сбежите, — хмыкнул Кузьма Ильич. — Возьмите направление на заселение, — он вытащил заготовленный бланк с печатями и подписями, но с пустой строчкой, где требуется указать адрес и данные проживающих.

— Могу сам заполнить и вписать гостящую у меня подругу? — поинтересовался я.

— Разумеется, как уже говорил, оплата будет из расчёта ваших платежей за квартиру, — невозмутимо ответил мнимый начальник работяг. — Ключи в двери оставьте, гарантирую, не пропадёт ни единой вещи.

— Подумаю, — неопределённо сказал я, взял бланк и вернулся в квартиру.

Лена уже оделась, собрала студенческую сумку и готова отправиться на занятия. Отпускать её нельзя, необходимо следить за аурой, а то проклятие могло не полностью исчезнуть. Такой вариант практически исключён, моя диагностика ничего не выявила, да и девушка убеждала, что себя просканировала лечебным заклинанием и не ощутила негатива. Лучше всё же перестраховаться, о чём ей и сказал.

— Не отпустишь? — вздохнула та.

— Нет, — подтвердил и обнял подругу. — Пару дней необходимо понаблюдать.

— Дежурство? — вопросительно на меня посмотрела.

— Об этом же договаривались, — нахмурился я.

— Но мне потребуется позвонить, а лучше в больницу сходить, — предупредила та.

— Составлю тебе компанию, — улыбнулся ей и напомнил: — К Шмелёву всё же придётся вместе пойти, на данном этапе он мне нужен. Если пойму, что взгляды на жизнь противоположные, то разорву соглашение.

— Ладно, а что насчёт ремонта? — уточнила почти хозяйка квартиры.

— С этим сложнее, не знаю, что и делать, — признался ей и вкратце обо всём рассказал.

Мы пришли к выводу, что от нашего присутствия попытаются всеми силами избавиться. А вот как в такой ситуации действовать — непонятно. Лучше всего поставить магическую следилку за происходящим в квартире и когда кто-то начёт поиски, а лучше чтобы тайник обнаружил, то вернуться и на найденное права заявить. Однако, такое сделать практически нереально. Даже если и получится с заклинанием, в чём сильно сомневаюсь, то как оно передаст информацию и каким образом успею вернуться. К сожалению, телепортация невозможна, так утверждается. Правда, допускаю, что и она существует, но засекречена. Этот мир полон тайн и противоречий, большинство людей просто живут и ни о чём не задумываются. Им бы концы с концами свести и достичь заветных целей. Впрочем, в какой-то степени сам к ним принадлежу, с той лишь разницей, что планку высоко задрал.

— Но любую систему можно обмануть, — неожиданно усмехнулась Лена.

— Придумала? — удивился я.

— Всё просто, — развела она руками, — но потребуются вложения. Что если ты сам ремонт сделаешь?

— Не справлюсь, — коротко ответил подруге, прикинув объём работ.

— Ты не понял, — усмехнулась Сироткина. — Как насчёт того, чтобы нанять сантехников? Тут работы-то, — она посмотрела в сторону батарей, — на день. Проблема лишь в стояках, их потребуется соединять с находящимися вне квартиры. С чердаком проблем не возникнет, если только с соседней квартирой, той, которая под твоей.

Девушка продолжает говорить и даже прикидывает сколько на это потребуется средств. Я же не понимаю, как сам до этого не додумался. Ведь элементарно же! С моим жизненным опытом и такой вариант не рассмотреть?

— Ты у меня молодец, настоящая хозяюшка! — сказал Лене и поцеловал её в макушку.

— Скажешь тоже, — смутилась та, а у самой щёчки покраснели.

— Дело за малым, найти тех, кто возьмётся за работу, сделает всё быстро и нас с тобой не разорит, — улыбнулся я, а потом спохватился и спросил: — Лен, часть денег в комоде, в верхнем ящике, прошу, распоряжайся ими по своему усмотрению.

— Не надо, — замахала та руками. — Из нас двоих работаю я!

— Считаешь, что призовые или турнирные мои заработки не в счёт? — поинтересовался у подруги, а потом осторожно взял её подборок и голову приподнял, заставив в глаза посмотреть: — Пожалуйста, будь ближе, мы с тобой одна семья.

Сироткина что-то хотела ответить, но в последний момент промолчала. Интересно, если сейчас сделать предложение руки и сердца, то какой получу ответ? Подозреваю, она откажет, побоится, в том числе и из-за незаконченного института.

— В общаге часто с трубами проблемы. Дядя Коля опытный мастер, а ещё у него ученик есть, думаю, они быстро всё сделают и возьмут недорого, по старой памяти, — произнесла девушка, переведя тему разговора.

— Тогда пойдём и с ним переговорим? — предложил я.

Так и поступили, рекомендованный сантехник-электрик и чёрт знает кто ещё, оказался не каким-нибудь дедом, а вполне себе средних лет мужиком. Суть проблемы он уловил мгновенно, что-то прикинул и запросил двадцать рублей. Торговаться я не стал, только спросил:

— Слушай, а почему тебя дядей Колей зовут?

— А как ещё выжить в женской общаге? — усмехнулся тот, предварительно поманив меня в сторону, не желая говорить при Лене. — Твоя-то девка правильная, ни разу не намекнула, чтобы тщательно всё проверил и починил. А есть те, от которых бегать приходится, так и норовят отблагодарить всеми возможными способами. Понимаешь, о чём толкую?

— Так ты как султан живёшь, — хмыкнул я.

— Ага, бывает так задолбаешься, а тебя ещё и обхаживают, поэтому-то для большинства девиц и прикрываюсь дядей!

— Удаётся? — сдерживая улыбку, уточнил у мужика.

— Честно говоря, с трудом, — вздохнул тот и пожаловался: — Прикинь, почти каждая, с кем тесно знакомлюсь, почему-то желают замуж за меня. Сами-то пигалицы, студентки, а всё туда же! Вот скажи, зачем я-то им нужен?

— Думаю, ты человек хороший, — хлопнул его по плечу и спросил: — Так идём, моим вопросом займёшься?

Работяги, которые должны были менять трубы отопления и радиаторы в моей квартире, обрадовались, что одним объектом меньше. С Николаем общий язык нашли и заверили, что теперь ко мне не сунутся. Сироткина вызвалась приготовить обед, которым нашего работника с учеником накормить пообещал, но для этого меня отправили в магазин за продуктами. Я отсутствовал около часа, а почти все трубы в квартире оказались демонтированы. Так о каких нескольких сутках могла идти речь⁈ Правда, об этом подозревал и предполагал, что затягивать время будут искусственно. А к вечеру Николай уже все приварил, проверил и даже предложил завтра прийти и покрасить. Но тут уже воспротивилась Лена, вызвавшаяся сама с этим справиться. Рассчитавшись с Николаем, мы с девушкой решили выпить кофе. Только уселись за стол, как в дверь позвонили. Пришёл недовольный Прутков, попытавшийся качать права.

— Как вы смели использовать материалы и самостоятельно заниматься ремонтом⁈ Теперь мои работники у вас трубы и радиаторы срежут для проверки и опрессовки, а потом их поставят обратно. Попрошу покинуть квартиру и предоставить её нам!

— Уважаемый, а не желаете мне выдать на то предписание? — хмыкнул я. — Очень интересно почитать обоснование. Сразу же вызову милицию и ОБХСС, с ними будете объясняться, почему смета окажется раздутой. Прошу больше меня не беспокоить. Кстати, бланк заселения в гостиницу, однозначно заинтересует органы. Попахивает махинацией!

В общем, ушёл Кузьма Ильич, несолоно хлебавши, затаив обиду и крайне разочарованным. Он-то наверняка рассчитывал заняться поиском того, что Иваныч спрятал, а тут облом. Правда, и мне тайник найти не получается. Уже не раз задавался вопросом, а существует ли тот. Сложно искать то, о чём не догадываешься.

— Давай собираться на встречу с господином Шмелёвым, — сказал Лене, когда мы с ней кофе выпили.

— Может без меня пойдёшь? — в очередной раз задала вопрос девушка, не горя желанием присутствовать на этой вечеринке.

— Ты же хотела ещё в больницу зайти и предупредить, что на смены в ближайшее время не выйдешь, — напомнил ей.

Сироткина с явной неохотой стала собираться, но ей потребовалось пятнадцать минут, чем она меня удивила. До больницы доехали на трамвае, поднялись на третий этаж и Лена меня попросила подождать, а сама пошла к заведующему отделения травматологии. Я же присел на один из стульев, стоящих вдоль стены, и вытащил из кармана этюдник. Но открыть его не успел, из кабинета послышалась брань:

— Как ты могла? Что о себе возомнила⁈ Соплячка! Отпуск ей подавай, а работать кто будет⁈ Сима? Какая-такая Сима, на неё положиться нельзя! Учти, если сейчас уйдёшь, то…

Дослушивать не стал, рванул дверь в кабинет и увидел молодого врача. Мужику лет двадцать пять, а у него лицо пошло пятнами.

— Ты кто такой⁈ Выметайся и дверь закрой! — рявкнул на меня заведующий отделения.

— От контингента набрался или по жизни такой? — спокойно спросил я, заслоняя растерявшуюся Сироткину.

И чего она испугалась? Росла в детдоме, ко всему должна оказаться готова.

— Вон пошёл! — заорал заведующий отделением, а из его рта слюни в разные стороны полетели.

— К главврачу? — уточнил я. — Не вопрос, зайду и расскажу, как его подчинённый себя ведёт, — пожал плечами, взял ладошку Лены и развернулся к двери.

— Стой! — раздался мне в спину окрик.

Слушаться и не подумал, а мой дар отбил приказ с магическим посылом. Кстати, у заведующего отделением слабенький источник. Зато самомнения много, в том числе вседозволенности. Отпинать его или пусть живёт? Урок-то преподать необходимо.

— Лен, подожди меня в коридоре, — попросил я, выпроводил подругу, а сам дверь закрыл за ней и повернулся к травматологу, который с настороженностью на меня смотрит.

Сделал к нему шаг и коротко пробил в солнечное сплетение, а потом по печени и почкам. Первый удар нанёс, чтобы оппонент не смог громко заорать. Когда открытым ртом хватаешь воздух, то кричать не получится. Впрочем, руку контролировал, калечить травматолога не собирался.

— Ты совсем придурок? — спрашиваю, придерживая этого докторишку за ворот халата. — Как смеешь голос повышать? В детстве по соплям мало получал? Давай наверстаем, поучу тебя жизни. Уверен, на пациентов ты не срываешься, боишься, что когда те поправятся, то всё припомнят. Запомни мразь, если узнаю, что продолжишь так себя вести, то вернусь. А о нашем разговоре заикнёшься, мочиться под себя станешь. Уяснил⁈ — сделал зверское лицо и тряхнул заведующего отделением.

— П-п-простите, — пролепетал тот. — Не хотел такую замечательную работницу терять. До её прихода мы намного дольше с травмами пациентов справлялись. Теперь же все показатели полетят в пропасть.

— Она тут больше не будет работать, — брезгливо поморщился я, никогда не любил тех, кто со слабыми себя так ведёт, а столкнувшись с сильным, то лебезить начинает.

— Но… — начал было заведующий, но договорить ему не дал:

— Без но! Заявление подпишешь и работай дальше, но у Лены в твоём отделении знакомых полно, если она от них узнает, что ущемляешь их права, я к тебе вновь наведаюсь.

Удивительно, но Сироткина не очень-то хотела увольняться. Ещё и стала заведующего защищать, что тот о больных беспокоится, а рабочих рук и в самом деле не хватает.

— Да, он немного резковат, — сказала Лена, но продолжить ей не дал:

— Смеешься? Это называется резковат⁈ Да он белугой орал на тебя, ещё и мне досталось! Он самодур, с таким нервы надо иметь железные.

— Думаешь наши пациенты просты? Если придёт мягкая и не знающая жизни медсестра, то долго тут не продержится. Пётр Васильевич, — кивнула в сторону кабинета заведующего, — за нас горой стоит, а такое поведение не совсем для него типично. Да, поорать он любитель, на похвалы скуп, но дело своё знает. Надеюсь, ты его бить не стал? Вроде тихо беседовали. Сергей, ты чего глаза отвёл?

— Я его немного на путь правильный наставил, — уклончиво ответил ей, подумал и добавил: — Лен, у тебя не будет времени тут работать, поверь мне.

— Давай потом поговорим, а впредь за меня решения не принимай. Хорошо?

— Извини, — развёл руками, — больше такого не повторится. Выбесил меня этот твой Пётр Васильевич.

— Он не мой, — улыбнулась Сироткина.

— На отпуск заявление напиши, минимум на две недели, а потом посмотрим. Договорились? — предложил Лене компромисс.

Девушка согласно кивнула, ещё не догадываясь, что в этом месте и с таким начальником ей точно не работать. Понятно, что она с заведующим далеко не всегда пересекается, дежурит по ночам, а тот не часто ей составляет компанию. Но вот не нравится он мне, хоть ты тресни. Ещё и этот магический посыл в спину сделал. Такое нельзя простить и забыть.

— Всё, он меня отпустил! — выйдя из кабинета заведующего объявила Сироткина. — А какой вежливый стал, культурный, никогда бы не подумала. Что же ты ему такое сказал?

— Секрет, — хмыкнул я.

Ну, не говорить же ей, что как на боксёрской груше парочку ударов отработал, а потом пригрозил. Боюсь, такого Лена не поймёт и начнёт мораль читать, а то и вовсе разобидится и ночь мне ютится на дедовской кровати придётся. Ну, последнее маловероятно, долго сердиться Сироткина не сможет.

— Идём на вечеринку? — спросил подругу, беря ту за руку.

Лена уже привыкла, ладошку не выдёргивает. Вздохнув, она согласно кивнула. И чего так комсомольского деятеля боится, если выдерживала заведующего отделением. Или о чём-то не рассказала? В любом случае, ей необходимо собственное мнение о Викторе Ивановиче составить, а не основываясь на слухах и сплетнях. Первый секретарь обкома ВЛКСМ не без греха, но не думаю, что он опустится до преступления. Впрочем, нельзя исключать и этого, мало его знаю.

У ресторана, где назначил встречу Шмелёв мы нос к носу столкнулись с Курзиным, ведущим под руку Орлову. Даже издали заметил, что тренер напряжён, а Жанна выглядит так, словно собралась устроить драку.

— Что это с вами? — задал вопрос парочке, когда с ними обменялись приветствиями.

— Он не хотел меня с собой брать! — пожаловалась журналистка.

— Это не так, предлагал тебе наряд сменить, — ответил Александр Николаевич.

— А что с ним не так? — с вызовом посмотрела на моего компаньона Жанна. — Ты должен гордиться, если твоя спутница привлекает внимание и выглядит сногсшибательно. Лен, подтверди!

— У нас с тобой могут не совпадать вкусы, — осторожно заметила Сироткина.

Хм, это она пока так считает, подозреваю, что из-за отсутствия красивых и провокационных шмоток. Ничего, вскоре будет блистать и чувствовать себя уверенно.

Швейцар нас не сразу пустил, заявил, что свободных столиков нет. При этом он с невозмутимым видом меня с Леной осматривал и ещё косился на Курзина. Жанна его в своём элегантном пальто не заинтересовала. Приди сюда госпожа Орлова одна, то её бы пропустили без вопросов. Умеет журналистка перевоплощаться, сейчас играет в этакую высокосветскую львицу. Это подтвердилось, как только сняли верхнюю одежду, а идущий к нам Шмелёв с шага сбился и таким взглядом на журналистку посмотрел, что мне стал понятен мотив Александра Николаевича. А ещё, я не стал исключать того, что вечер пойдёт не по плану.

Глава 10

ВЕЧЕРИНКА

Глава 10. ВЕЧЕРИНКА

Нас проводили в отдельный зал, в котором уже накрыт длинный стол, во главе которого сидел первый секретарь обкома комсомола. По правую и левую руку от Шмелёва пустые места, а вот дальше находились парни и девушки, активно что-то обсуждающие. Компания не такая и маленькая, всего в зале двенадцать человек, из них пятеро относятся к сильному полу, включая комсомольского деятеля. Молодые женщины явно пришли оторваться, впрочем, мужчины тоже предвкушают веселье. В каком формате оно будет — вопрос. Не знаю, как в этой компании принято и что считается нормой.

При нашем появлении гул смолк, все с любопытством стали рассматривать гостей Виктора Ивановича. Точнее, большинство взглядов приковала к себе Жанна. При этом молодые люди разделились на два лагеря. Кто-то восхищён, а другие, напротив, не скрывают недовольства. Ну, госпожа Орлова слишком смелый наряд выбрала. Вечернее платье обтягивает фигуру девушки, что та перчатка. Оголена спина и плечи, глубокое декольте, разрез до бедра. Можно лишь Александру Николаевичу посочувствовать, Жанна не ту вечеринку выбрала для такого образа. Ей бы на званный приём в общество благородных явиться или в театр, но никак не в ресторан к молодёжи.

— А вот и те, ради кого мы сегодня собрались! — провозгласил господин Шмелёв, направляясь к нам. — Будущий шахматный гроссмейстер со своими друзьями. Прошу любить и жаловать! Пусть никто не вздумает их обижать! — он остановился, обвёл взглядом сидящих за столом и уточнил: — Всем понятно?

Ответа он не ждал, хлопнул меня по плечу, мазнул взглядом по Лене и Курзину, а потом демонстративно оглядел Жанну и сказал:

— Госпожа Орлова, вы само совершенство и очарование.

— Благодарю, — задумчиво ответила Жанна, аура которой изменила цвет и, если правильно понимаю, девушка сожалеет, что в таком наряде пришла.

— Сергей, представь своих спутников, с которыми не знаком, — попросил Виктор Иванович, всем видом показывая своё радушие.

Я познакомил своих друзей со Шмелёвым, после чего нам предложили занять места за столом. При этом, мне отвели место по левую руку от комсомольского чиновника, Жанне по правую, а остальным предложили искать свободные места. Объяснил Виктор Иванович такой подход тем, чтобы новые знакомые в коллектив влились и чувствовали себя свободно. Обиженная на Курзина журналистка не стала спорить. Без слов уселась на стул и сразу же пригубила красное вино из фужера, который наполнил лично господин Шмелёв ещё и чокнулся с гостьей. А вот отпускать от себя Лену я не собирался, продолжил держать её за руку, хотя она и попыталась дёрнуться к свободному месту в конце стола.

— Виктор Иванович, уж простите, но рядом с вами сесть не могу, — обратился я к первому секретарю обкома ВЛКСМ, когда тот закончил что-то вполголоса говорить Жанне.

— А что такое? — обернулся тот ко мне, остановил взгляд на моей ладони, в которой пальчики Сироткиной. — Прости, не сообразил, что вы вместе, — он покачал головой. — Виноват, сейчас исправимся! Сдвинулись на одно место! — указал он взмахом руки на сидящих в правом от него ряду.

Собравшиеся выполнили его команду, а понятливый официант уже тащит чистые приборы для моей девушки. Пока ничего криминального, если так можно выразиться, в этой вечеринке не происходит и это обнадёживает. Правда, сальных шуточек чуточку больше, чем требуется, да тосты звучат часто, а Шмелёв зорко следит, чтобы никто не отлынивал и не пропускал выпивку. В особенности он уделяет внимание Жанне, чтобы её бокал не пустовал. А за столом и в самом деле молодёжь собралась, шутят и рассказывают о своих мечтаниях. Интересно послушать, понять, чем они живут. В основном всё сводится к развлечениям, покупке тех или иных вещей, а вот политика под запретом. Если кто-то начнёт упоминать даже отнесённые страны к вражеским, то такого человека мгновенно осаживают. Своей профессиональной деятельности никто из комсомольцев не касается, а они все работают в обкоме.

— Где музыка? — обратился Шмелёв к официанту.

— Сей момент организуем, — ответил тот.

Виктор Иванович ничего не сказал, обратился ко мне:

— Сергей, как насчёт показательного выступления? Понимаю, что сейчас ты отдыхаешь, но почему бы не показать пару приёмов, которые используешь при игре в магические шахматы?

— Обычно я разрушаю наведённые на меня чары соперника, сам предпочитаю комбинировать и честно выигрывать, — ответил ему, не понимая, что он задумал.

— А самому создать? Нам всем интересно посмотреть, — продолжил настаивать Виктор Иванович. — Готов с тобой сразиться, хотя и играю не очень сильно, а шахматного дара и вовсе нет. Хочу испытать на себе ощущения по ту сторону шахматной доски, а не из зрительного зала.

— Это проверка, — чуть слышно подсказала Лена, но я и так это уже понял.

Не удивлюсь, если Шмелёв замыслил и ещё что-то. Мне ничего не оставалось, как согласиться и через пару минут в зал внесли столик с шахматной доской. Фигурки оказались выполнены из слоновой кости, резные, в виде необычных зверей.

— Жанночка, вы же за меня будете болеть? — обратился Шмелёв к журналистке, при этом беря ту за руку и с каким-то намёком глядя в глаза.

— Но вы же проиграете, — покачала та головой.

— А если нет? — прищурился комсомольский деятель. — Как насчёт небольшого пари? Если вдруг, чудесным образом, сведу партию вничью, а то и вовсе одержу верх, то ты мне окажешься должна желание. Проиграю, тогда выполню любой твой каприз, в разумных пределах. Соглашайся. Или не веришь с силы господина Горцева?

Красиво он подвёл, отказаться журналистке от пари очень сложно, при этом и соглашаться опасно. Жанна растерянно посмотрела в сторону мрачного Александра Николаевича, которому две девицы чуть ли не на шею вешаются и готовы в любой момент с ним уединиться. При этом, Курзин не даёт им повода, ведёт себя отстраненно и, думаю, не понимает, что он тут делает.

— Сергей, ты же не подведёшь? — спросила меня журналистка.

— Сто процентной гарантии дать не могу, — ответил ей, всё же подозревая комсомольского деятеля в коварстве. — Сделаю всё возможное и на ничью играть не стану, как и поддаваться.

— Тогда я согласна! — Жанна протянула свою ладошку Виктору Ивановичу: — Пари?

— Принимаю, — широко улыбнулся тот.

Тем временем, на небольшую сцену вышла молоденькая певица, на теле которой прозрачная ткань, усыпанная блестками, не позволяющими рассмотреть интимные части тела. Она не стала нас приветствовать, сразу же начала петь, так как мелодия уже зазвучала.

— Уступаю вам право первого хода, — сказал я, встав со стороны чёрных фигур.

— А как насчёт форы? — поинтересовался Шмелёв. — У меня даже разряда нет.

— Не в этот раз, — отрицательно и непреклонно ответил ему. — Не заключи вы пари, то пошёл бы на уступку. Однако, сейчас наша партия имеет для Жанны важное значение, — я чуть заметно улыбнулся, примерно зная, о чём мечтает мой противник.

Комплементы и некие намёки, которыми сыпал комсомольский лидер, на журналистку не подействовали. А его раздевающие взгляды не оставили сомнений, что он желает провести с госпожой Орловой, как минимум, ночь любви. Наверняка об этом девушка знает. Но почему решила рискнуть? Она же этим поступком даёт некую надежду Шмелёву. Или дразнит Александра Николаевича, чтобы тот ревновал? Я обменялся взглядом с тренером и чуть заметно кивнул, давая понять, чтобы тот не беспокоился.

— Сергей, не забыл, что магии в источнике немного? — задала мне вопрос Сироткина, делая вид, что напутствует перед игрой.

— Нормально всё, — успокоил подругу.

Лену от меня оттянула Жанна, пожелавшая тоже кое-что сказать.

— Горец, — неожиданно обратилась ко мне журналистка, — только попробуй партию слить. Если такое произойдёт, считай мы перестанем быть друзьями. Прошу, не подведи.

Хм, а госпожа Орлова обеспокоена, в глазах паника и страх. Она уже сто раз, а то и тысячу пожалела о своём опрометчивом поступке. Обязательно с ней после вечеринки поговорю. Нельзя поддаваться на провокации и ставить себя в такое положение, чего бы взамен не сулили. Да и что Жанна у комсомольского чиновника, пусть и высокого ранга, способна попросить и не остаться в долгу? Пари конечно позволяет закрывать глаза на некоторые вещи и условности, но всё имеет свои границы.

— Иди к Курзину, а то его сейчас девицы прямо здесь раздевать начнут, — хмыкнул я, наблюдая, как тренера одна из воздыхательниц пытается за галстук к своему лицу притянуть. — Верь мне, игру не солью.

— Сергей, давай уже приступим, — произнёс Шмелёв, а потом добавил: — Уважаемые зрители и болельщики, будьте любезны отойти от нас на пяток метров и ближе не приближаться. Магия штука опасная, не хочу, чтобы кто-то пострадал.

Певица затянула какую-то плаксивую песню, нагоняя на всех напряжение. Виктор Иванович улыбнулся и вытащил из кармана некую пирамидку, показал мне, а потом сдвинул один из небольших блоков. По ушам ударила тишина, словно оказался в пространстве без звуков, даже дыхания своего не слышу! Что это за магический артефакт?

— Военная разработка, очень актуальна для переговоров и выполнения специфических задач, — ответил господин Шмелёв на не заданный мною вопрос. — Вещица является точной копией древнего артефакта, часть свойств ещё даже не изучена, но он работает.

— Разве мы договаривались применять при игре какие-то приспособления? — задаю вопрос, заранее зная ответ.

— Почему нет? — пожимает мой предстоящий соперник плечами. — Сергей, не включай дурака, тебе не идёт такая роль. Ты же не думал, что решусь с тобой играть не имея в кармане козырей?

— Заранее спланировали? — задаю очередной вопрос, не отвечая на заданные мне.

— Как запасной план, — объяснил Виктор Иванович. — Рассчитывал, что до этого не дойдёт и Жанна примет ухаживания. Увы, она дала понять, что не желает сближаться. Прости, но своего привык добиваться, а уж женщин и подавно. Считай — они моя слабость.

— Поэтому-то и сделали ставку на пари, — кивнул я, а потом поинтересовался: — Если выиграете, то что от Жанны потребуете?

— А ты не догадываешься? — усмехнулся мой предстоящий противник по игре. — Не маленький же, да и она не девочка. Впрочем, давай обсудим то, чего не должно случиться.

— И что же это?

— Ты не должен выиграть, — коротко сказал Виктор Иванович.

— Это зависит от вашего мастерства, поддаваться не собираюсь и об этом предупреждал.

— А если отзову соглашение? — прищурился Шмелёв.

— Тогда мне окажется сложнее пробиться в шахматную элиту и это займёт больше времени. Но шантажировать меня не следует, только уважение к себе потеряете.

— Примерно такой ответ и ожидался, — потёр бровь комсомольский руководитель. — Ладно, а что насчёт неких благ? Могу выделить квартиру в центре, с качественным ремонтом, мебелью и даже машину дам, с водителем.

— И всё ради одной ночи с журналисткой? — удивился я. — Не дорого ли она вам обойдётся?

— Свои желания необходимо осуществлять, а деньги не проблема, их всегда можно заработать. Так как, интересуют блага или ты альтруист?

— Кнут и пряник, — чуть улыбнулся Шмелёву. — Наверное квартира окажется служебной, как и машина. Впрочем, расходы всё равно большие на себя берёте.

— Но?

— Подрывать веру и рисковать дружбой не собираюсь, — я отрицательно покачал головой.

— Зря, но твою позицию уважаю, — покивал комсомольский руководитель. — А Жанну добьюсь, не так, так этак. Ну, если не перегорю и не остыну.

Я промолчал, он точно не в её вкусе. Вижу, что журналистка психует, а её Лена пытается утешить. Кстати, похоже у Александра Николаевича всё больше проблем, он попытался взять свою подругу за руку, но та что-то резко ответила и кивнула в сторону девиц стоящих в паре метрах от них.

— Начнём? — поинтересовался я, давая понять, что на уступки не пойду.

— Давай, посмотрим, что получится, — хмыкнул Шмелёв и двинул вперёд королевскую пешку.

Над шахматной доской появилась дымка, в которой засверкали молнии и стали бить в мои фигуры, которые сразу окрашиваются в белый цвет. Ну, с чем-то похожим дело уже имел, не так страшно, да ещё в самом начале партии. Взялся за пешку, пальцы мгновенно окутались дымкой и по коже побежали искры. Рука словно онемела, а это уже не совсем правильно, когда идёт воздействие на противника. Даю указание своему дару о нейтрализации чужеродного заклинания и одновременно устанавливаю защиту не только вокруг себя, но и над фигурками. Делаю ход и смотрю на комсомольского чиновника.

— Надо же, справился, — усмехается тот. — Ничего, у меня в запасе есть козыри, но пока давай поиграем.

— Без проблем, — улыбаюсь краешком губ.

На восьмом ходу, я делаю так, что мои фигуры начинают меняться местами и это не иллюзия. Конь возникает на месте ладьи, а та переходит на его поле. При этом они двигаются самостоятельно, но проходят сквозь преграду не замечая ту. Только король остаётся на своей клетке. Однако, стоит щёлкнуть пальцем, и всё вернётся на свои места. И, да, ладья, заменившая коня, как и ферзь вставший вместо пешки не имеют право ходить, как им предписано правилами.

— Что это? — хмурится Виктор Иванович.

— Магия, — улыбаюсь краешком губ.

— А если так! — он сдвигает на пирамидке ещё один блок, мои фигуры стремительно уменьшаются в размерах, становятся чуть ли не песчинкой на фоне вражеских.

А мне их необходимо переставлять, но вряд ли смогу подцепить, а играть вслепую не имею права. О таком не объявлял, да и тот, кто за меня это будет делать тоже должен передвигать фигуры. Вновь создаю магический посыл, удивляясь, что защита не сработала. И опять всё возвращается, но теперь уже сам атакую, делая невидимым строй белых пешек перед королём врага. Разумеется, всем кажется, что последует мгновенный мат, если Шмелёв не закроется. На этот раз ментальный удар принимаю лично. Наваливается тяжесть, мысли ворочаются с трудом. Хочется свернуться калачиком и пару часиков поспать. Тут уже не до игры с её ловушками и комбинациями, а следом получаю порцию подчинения, когда должен следовать приказам своего противника.

— Поставь ферзя под бой моей пешки! — громко говорит Виктор Иванович, а в его интонациях голоса превосходство и торжество.

Ему плевать, что нарушил немногочисленные правила магических шахмат. Зато я так не считаю! Источник внутри разгорается, он готов уже выплеснуться, но я сдерживаюсь. Нельзя даже зеркально ответить, Шмелёв способен обвинить в запретных приёмах с моей стороны. И что тогда? Разбирательство поведут клановые дознаватели, среди которых наверняка найдутся те, кто не посмеет ослушаться чинушу. Ну, или им определённый приказ поступит. После случая, когда в отделении милиции подслушал разговор между следователем и прибывшими к нему двумя дознавателями, то надежды на помощь от силовых структур ждать не приходится. Нет, если интересы высокопоставленных лиц или глав кланов не будут затронуты, то мне обязательно помогут. Хочется в это верить.

— Нехорошо, — хриплю и смотрю на Виктора Ивановича, при этом рука так и тянется к своему ферзю.

А мои фигуры уже вернулись на свои правильные клетки. Когда только успел мой противник такое заклинание разрушить? Или есть ещё какой-то артефакт? Не так важно, это уже не шахматы, пусть и магические, а попытка полного подчинения! Но опускаться до уровня комсомольского деятеля никак нельзя. Зато уже понятно, друзьями мы с ним не станем.

— Ничего личного, — усмехается Шмелёв. — Ещё не готов признать поражение?

— С чего бы? — криво улыбаюсь, а сам выпускаю тёмную пелену, окутывающую шахматную доску.

Подумал и приказал показаться над непроглядной тьмой моим фигурам. Виктор Иванович оторопело на меня посмотрел, перевёл взгляд на пирамидку и нахмурился. Сдвинул несколько пластин, потом повернул вершину на сто восемьдесят градусов. Я вижу, как по клеткам забегали огненные всполохи совместно с ледяными искрами. Они объединяются и пытаются уничтожить тьму, которую я создал. Время идёт, но ничего не происходит. Увы, но играть вслепую мой противник не в состоянии, не настолько он в шахматах силён. Шмелёв смахивает пот со лба, делает ещё одну попытку подчинения, но его заклинание от моей защиты отскакивает. Кстати, магия в моём источнике не уменьшилась, наоборот, её стало много, как бы не пришлось излишек сбрасывать. Впрочем, уже знаю, на что её потратить и какие попытаться заклинания создать. Почему бы не держать в фоне что-то типа виртуальной, а точнее, магической карты, которая своего рода окажется разведывательной. Чтобы мог определять, где какой предмет и человек, желательно бы ещё и ауры считывать. Если получится, то смогу понять, кто с какими намерениями появился в магическом поле зрения. Имей такую в своё время и ей бы цены не было, когда выполнял ту или иную боевые задачи.

— Право вашего хода закончится через полминуты, — говорю Виктору Ивановичу, но тот не отвечает, только зубами скрипнул.

Кстати, зрители не переговариваются, не комментируют происходящее, они словно застыли, неотрывно смотрят на доску, словно ожидая, когда тьма рассеется. Не дождутся! Ну, до тех пор, пока комсомольский чинуша не признает поражение.

— Время истекло, двигаю вперёд коня, — смотрю в глаза Шмелёву, опускаю руку, для него в непрозрачную темноту, передвигаю свою фигуру угрожая вражескому ферзю. — Будете отвечать?

— Не мешай! Дай сосредоточиться! — отвечает мой противник.

Молчу, поглядываю на секундную стрелку и потуги Виктора Ивановича, пытающего совладать с моими заклинаниями. Увы, ничего у него не получается, а появляющаяся из его артефакта энергия сразу переходит ко мне, чем усиливает и без того сильную защиту.

— Конь бьёт ферзя, — объявляю и убираю с доски белую королеву, на место которой ставлю чуть ли не ожившую миниатюрную лошадь, бьющую копытами и победно заржавшую. — Качество уже моё, через два хода объявлю шах и если король не уйдёт, то засчитывается поражение, — спокойно говорю и указываю на тьму, над которой возвышаются мои шахматные фигуры.

Надо отдать должное господину Шмелёву, он не сдался, продолжил попытки совладать с моими заклинаниями. Однако, как и предупреждал, на третьем ходе съел короля противника и поставил его рядом с ферзём, после чего щёлкнул пальцами, и тьма над доской исчезла. Все увидели, что мои фигуры приплясывают, изображая некое подобие победного танца.

— Браво! — хлопнул в ладоши Шмелёв. — Господин Горцев, вы показали высший класс и теперь я в вас точно поверил! Никому из шахматистов, которые отваживались побороться с воздействием этого артефакта, — он подкинул пирамидку на своей ладони, — не удалось справиться. Признаюсь, рассчитывал победить, — он посмотрел в сторону Жанны, которая радостно улыбается, — увы, не получилось. Госпожа Орлова, готов выполнить вашу прихоть. Пари есть пари и такой долг священен.

— Пока не готова назвать своё желание. Давайте оставим его на потом, — ответила Жанна.

— Воля ваша, — кивнул Шмелёв и махнул в сторону стола: — Продолжаем банкет! Потом предлагаю всей честной компанией отправиться в сауну и смыть с себя все негативные эмоции.

Пьянство и разврат? И почему не удивлён! Однако, я к нему не присоединюсь, Лену не пущу и, надеюсь, Курзин с Орловой поступят аналогично. Хотя, уверен на все сто, что тренер и журналистка, даже если я выражу желание отправиться с комсомольским деятелем, с нами не пойдут. Вроде бы Жанна и Александр Николаевич примерились, иначе бы с чего девушка вцепилась в его руку. И когда только успели? Скорее всего это случилось в момент мощной ментальной атаки, которую удалось выдержать и красиво контратаковать. Кстати, в таких магических шахматах, всё же, не следует тянуть и ждать удара противника. Что бы случилось, пропусти я его?

— Сергей, заставил поволноваться, — подошла ко мне Лена и не стесняясь обняла. — Сильно устал?

— Не поверишь, — шепнул ей на ушко, — бодр и сила переполняет, прямо-таки бурлит и ищет как бы ей вырваться.

— Не врёшь? — уточнила Сироткина и заглянула мне в глаза. — Действительно, упадка сил не ощущаю. Как такое возможно?

— Шахматный дар, — коротко отвечаю, а потом уточняю: — А вот проиграй и дело бы обстояло иначе. Уже не раз такое случалось, поэтому и не удивлён. Давай об этом дома поговорим, а сейчас прикинусь, что на ногах еле стою и мы отсюда свалим. Пора и честь знать, не понравилась мне эта вечеринка.

— Что вы там шепчетесь⁈ — воскликнул Шмелёв. — Прошу за стол! Такую игру не грех отметить!

— Увы, я пасс, — ответил, а сам Лену к себе прижимаю, обхватив ту за талию, — с трудом стою, в глазах троится. Победа далась нелегко, на грани поражения находился. Прошу извинить, но мы с подругой пойдём. И, большое спасибо за этот вечер, всё прошло превосходно.

— Не стал бы это утверждать, — направился к нам Виктор Иванович. — Сергей, чего ты раскис, выиграл же! Немного продержись, а в сауне тебя подлечим, массаж девочки сделают, тут есть настоящие мастерицы. Леночка, ты же не будешь ревновать? — он посмотрел на мою подругу.

— Ещё как буду, — не смутилась та и не стала говорить того, что от неё хотел услышать комсомольский работник. — А Сергею необходим отдых и не в сауне, это как медицинский работник говорю, — она посмотрела в глаза Шмелёву.

— Ну, раз так, то это печально, пожалуй, я сам праздник подпортил этой игрой, — ответил тот, но без малейшего раскаяния.

На этом мы и распрощались, удерживать он нас не стал. Немного поспорил с Курзиным, но тренер вызвался меня сопровождать, разумеется, Жанна тоже не осталась. В общем и целом, выбрались из ресторана без потерь, если так можно сказать. Поймали такси и доехали до моего дома, где с Курзиным и Жанной простились. Вот только подходя к подъезду поняли, что вечер ещё не закончен. Дело в том, что нас поджидали и нет уверенности, что с хорошими новостями.

Глава 11

ПОМОЩЬ ДРУЗЬЯМ

Глава 11. ПОМОЩЬ ДРУЗЬЯМ

Честно говоря, мелькнула мысль, что зря не принял предложение Курзина и к нему домой не поехал. Тренер предлагал всё в спокойной обстановке обсудить, поужинать и снять стресс, который пережили. Он даже заявил, что наверняка поседел от того, что его подруга в таком пари участвовала. Жанна смущённо шаркала ножкой и извинялась. Вот только не уверен, что эта авантюристка и в следующий раз чего-нибудь этакое не отчудит. Не очень-то ей и Александр Николаевич поверил, но, похоже, он смирился, что госпожа Орлова ему спокойно жить не даст. Очень уж она неугомонная, так и ищет приключений. Посоветовать, что ли её попытаться перевоспитать? Да, как говорится, в её случае это бесполезно, только розги о мягкое место ломать, а как попа заживёт, так за старое примется. Ну, фигурально выражаясь.

— Что она тут делает? — шепнула Лена, настороженно наблюдая за Марианной Леонидовной, заспешившей нам навстречу. — Сергей, ты в школе точно ничего не натворил? Учти, не хочу выслушивать, как на тебя жалуются. Ты уже не маленький, неужели… — договорить ей не дал, перебил:

— Лен, не пытайся читать нотаций, тебе это не идёт. И ты же знаешь, что за каждый шаг готов ответить, — ответил подруге и сам ускорился навстречу Малкиной. — Что случилось⁈ — спросил классную руководительницу, у которой на скуле явный след от удара, который вскоре превратится в огромный синяк.

— Горцев, с Лидой беда! — выдохнула Марианна, у которой из глаз хлынули слёзы.

— Успокойтесь, — попытался прекратить истерику, но только подлил масла в огонь, пришлось англичанку обнять и сказать: — Помогу, чем смогу, но если сейчас же не возьмёшь себя в руки, то твоей подруге лучше точно не будет.

— Давай отведём её в квартиру, — предложила Лена. — Тут она точно не успокоится, эмоциональный фон очень высок. При всём желании ничего не расскажет.

Магическим зрением оглядел ауру Марианны и признал правоту Сироткиной. Эмоциональный срыв, истерика и, как понимаю, её ещё кто-то и побил. В районе живота очаг боли, а на лице и так всё видно.

— Я в порядке! — неожиданно заявила учительница. — Секунду дайте! — она стала глубоко дышать и прикрыла глаза.

Неожиданно, Марианна пытается медитировать, при этом её небольшой магический источник пополняется и убирает в ауре молодой женщины эмоциональные всплески. Нет, не полностью, лишь зашкал, если так можно выразиться.

— Мы с Лидой находились в мастерской Кеши. Пили чай, беседовали над задачей, которую ты поставил. В дверь постучали, я пошла открывать. Вломились двое, их Нина Анатольевна прислала за дочерью, — Марианна с шумом выдохнула и поморщилась, но собрала в себе силы и продолжила: — Это оказались двоюродные братья Лиды, здоровые амбалы с двумя на двоих извилинами в мозгу. Меня отпихнули в сторону, зашли и объявили, что их сестра идёт с ними.

— Но она не согласилась, — произнесла Лена.

— Верно, — кивнула Малкина. — А Кеша встал на её защиту. Завязалась драка, мне немного перепало. Если бы Фролов дрался один против двоих, то, возможно, он бы и вышел победителем. В какой-то момент я выпала из реальности, получила по лицу, упала и перед глазами всё поплыло. Пришла в себя быстро, но сделать уже ничего не могла. Один из братьев Лиду держал за горло и грозил шею ей сломать, если её любовник не опустит руки. Иннокентий так и поступил, второй амбал его мгновенно стал избивать, при этом смеясь и говоря, что ему это в кайф, а за такую просьбу они с братом получат по сто рублей. Напоследок на Кешу уронили стеллаж, который его придавил. Лиду увели, а я избитого до полусмерти вытащила, как могла оказала ему первую помощь и хотела в милицию бежать, но он не позволил, как и скорую запретил вызывать.

— Врачи о таких случаях обязаны сообщать, — вздохнула Лена. — Как сейчас Иннокентий? Ему ничего не угрожает? Почему он не с тобой?

— Я его оставила в мастерской, побежала за Сергеем, — ответила Малкина и на меня посмотрела: — Надеюсь, ты поможешь.

— Так, идём в мастерскую! — сказал я.

— Фролов просил позаботиться о Лиде, для него она важнее всего, да ещё в её-то положении! — посмотрела на меня Марианна.

— Куда её могли отвести? Домой? — уточнил я.

— Скорее всего, заказчица-то оказалась мать, ещё и поэтому Иннокентий запретил в милицию обращаться, — произнесла Малкина и нахмурилась: — Не поняла, почему говорить могу спокойно и бок не ноет? — она подозрительно на Лену посмотрела.

Сироткина отвела взгляд, она использовала свой лекарский дар. Не могу её осуждать, учительнице было необходимо помочь, да и продолжайся у неё истерика, мы долго ничего не узнали.

— Побереги силы, — сказал своей подруге, — думаю, они тебе вскоре понадобятся. Предлагаю разделиться, вы отправляйтесь в мастерскую, а я за Лидой.

— Сергей, а ты справишься? — обеспокоено спросила Марианна. — Если у Дугаровой эти амбалы гостят, то придётся тяжко. Или своих друзей подтянешь?

— Будь осторожен, — попросила Сироткина, будучи уверена, что сделаю всё самостоятельно.

— Не переживайте, позаботьтесь о Фролове, а я Лиду скоро приведу, — сказал я и, махнув им рукой, быстрым шагом направился в сторону дома, в котором проживает биологичка.

Честно говоря, не мог представить, что Нина Анатольевна на такой шаг пойдёт. Как она могла? Ну, не иначе совсем из ума выжила! Шаг всё убыстрял, а потом и вовсе сорвался на бег. Внутри нарастает беспокойство, художница так легко не сдастся и чем всё закончится одному Богу известно. И ведь не только ей грозит опасность, но и ребёнку. А ещё неизвестно, как себя дальние родственнички поведут, они же явные отморозки! Мне потребовало пятнадцать минут, чтобы добраться до квартиры биологички. Мировой рекорд по бегу вряд ли поставил, но какой-нибудь разряд точно получил, участвуй в официальных соревнованиях.

— Кто там? — раздался напряжённый голос Дугаровой, когда я с минуту давил на дверной звонок.

— Горцев, — коротко ответил и добавил: — Нина Анатольевна, открывайте, поговорим.

— Сергей, иди домой, не о чем с тобой разговаривать! — заявила биологичка, не подумав меня впускать.

— Милицию вызову или выломаю дверь, выбирайте, — пригрозил я.

— Господи, да о чём нам говорить-то⁈ — возмутилась Нина Анатольевна, но замок отперла, встала на пороге, преграждая мне путь внутрь.

— Тёть Нин, проблемы⁈ — раздался чей-то мужской голос из квартиры.

— Разберусь! — ответила Дугарова и строго на меня посмотрела: — Горцев, ты чего о себе возомнил? Совсем с ума сошёл и границы приличия потерял⁈ Учти, про наши договорённости забуду.

— А они разве существуют? — хмыкнул я. — Мне необходимо удостовериться, что с Лидой всё нормально. Если она пожелает, то уйдёт со мной.

— Нет, ты точно того! — покрутила пожилая женщина пальцем у виска. — Серёжа, ты не пьян часом? Смотри, в вытрезвитель сдам!

— А сами в милицейском участке окажитесь? — хмыкнул я. — Интересно, какое наказание дадут за похищение и нанесение телесных побоев? Разумеется, вы пойдёте, как заказчик, а с него спрос больше.

— Ещё раз повторю, это семейное дело и в него не лезь! — прищурилась Нина Анатольевна, сделала шаг назад и попыталась дверь захлопнуть перед моим носом.

Ей это не удалось, а вот в прихожую я вошёл и головой покачал:

— Не ожидал от вас такого, чтобы свою дочь и будущего зятя пытаться принудить к расставанию, используя силу.

— Сергей, иди отсюда, последний раз предупреждаю! — подбоченилась Дугарова, смотря на меня исподлобья. — Боря, Коля, помогите! — крикнула, когда оказалась отодвинута к стене.

Ну, надоело мне церемониться, времени нет, поэтому-то и взял биологичку за плечи, приподнял и переставил, как мебель, освобождая проход. А передо мной и в самом деле два качка, точнее, здоровых бугая, стоящих друг за другом, так как в коридоре вдвоём не помещаются.

— Близнецы? — поинтересовался я.

— Ты кто такой⁈ — взревел первый из братьев.

— Гость, — коротко ответил и рыкнул: — В сторону отошли!

Наверное, у них и в самом деле две извилины на двоих, раз магический окрик не подействовал. Пудовый кулак в мою голову полетел. Это зря, поэтому церемониться не стал, пригнулся и по корпусу серией молниеносных ударов отработал, а потом и в подбородок зарядил. Всё это заняло не больше пары секунд, амбал ещё равновесие не вернул, возвращая свой промахнувшийся кулак. Как он на ногах устоял? Всего лишь качнулся и крякнул, да в глазах что-то напоминающее уважение мелькнуло, но только на миг. Он сделал шаг и вошёл в этакий клинч, стараясь меня сжать в своих недружеских объятиях, при это крикнув:

— Поймал! Боря, подсоби!

Ага, значит это Николай, который меня спиной о входную дверь приложил и зло рассмеялся. Интересно, как Фролов с ними двумя имел какие-то шансы совладать? По словам Марианны, Иннокентий практически братьев раскидал, да один из них подло поступил. Скорее всего, Клешня, получивший прозвище за длинные быстрые руки и ноги, действовал на расстоянии, уходя от ближнего боя. Увы, в узком коридоре нет места для манёвра. Моё колено раз за разом врезается в живот противника, тот хрипит и пытается сильнее сдавить моё тело в своих железных объятиях. Вот он делает резкий разворот, и моя спина оказывается открыта для атаки его брата. Удивительно, даже почки заныли, ожидая, что по ним сейчас работать кулаки начнут. Вызвал из источника атакующую магию и швырнул воздушную стену на приближающийся топот ног позади меня. Грохот! Получается, удалось врага поразить.

— А если так? — усмехаюсь Николаю, бью его лбом в подбородок и одновременно с этим вокруг своих пальцев концентрирую разряды молний.

Хм, получился этакий электрошокер. Кстати, меня неплохо так тряхнуло, разряд оказался мощный. Но, я ошибся, руки брат не разжал, наоборот, сильнее меня сдавил. Ещё и по голове мне от Дугаровой досталась. Хорошо, что биологичке не попалось под руку что-то тяжёлое, она меня огрела выбивалкой, которой ковры на улице лупят. Но если продолжит бить, то приятного окажется мало. Пора заканчивать! Выставил позади себя воздушную стену и сразу же приказал своему дару изменить вокруг пальцев электрические разряды на огонь.

— Чёрт! Как жжётся! — воскликнул я, а Николай так и вовсе подпрыгнул и от меня в многострадальную дверь спиной ударился.

Я без раздумий, вложил в кулак дар призывая силу и нанёс ударил по рёбрам, а потом отработал как в спортзале на боксёрской груше. Бугай точно на какое-то время не боец, из строя его на пару недель вывел. Разворачиваюсь, Нина Анатольевна в стену вжалась, с ужасом на меня смотрит. Зато Боря, словно раненый бык взвыл и в мою сторону бросился. Ничего-то он не понял, связываться со мной не стоило. Вновь использую воздушную стену, но на этот раз она не статична, а отправилась навстречу недалёкому брату, благо у того мышц гора. Вот он встретился с моим заклинанием. Удар, да такой, что уши на секунду заложило. Зато путь свободен, амбал спиной на пол рухнул, при этом его глаза закатились, нос сломан и из него кровь хлещет.

— Как-то вы меня не радушно встретили, — попенял Нине Анатольевне и пошёл на поиски Лиды.

Квартирка ухоженная, мебель, ковры, даже картины на стенах. Вся обстановка далеко не бедная, но и до элиты ей ещё далеко. Если сравнивать с моей домашней утварью, то тут всё на несколько порядков дороже. Это отметил краем сознания, стараясь понять, почему Дугарова так против Фролова настроена. Скорее всего сработали стереотипы, когда парень младше и из простой семьи, а Нина Анатольевна себя относит к интеллигенции. И как она тогда дальнюю родню для такого дела решилась нанять?

— Ты там? — стукнул в дверной косяк.

— А кто это? — прозвучал какой-то безжизненный голос художницы.

— Партнёр, — усмехнулся я. — Открывай, погостила и хватит, наверняка Клешня, тьфу, Кеша беспокоится.

В комнате что-то заскрипело, упало, послышался звон чего-то разбитого, а потом замок щёлкнул и на меня с надеждой уставилась Лида. На шее молодой женщины один сплошной синяк, волосы растрёпанные, глаза красные, макияж потёк. А ещё и платье рваное в нескольких местах. Она что-то попыталась спросить, но только беззвучно рот открыла.

— Ты как? В порядке? Ничего не болит? — задал ей вопросы, а сам диагностику запустил, при этом отметив, что от недавно переполняющей магии в источнике осталось всего-ничего.

— Как Кеша? — сумела из себя выдавить художница и закусила губу, из которой кровь показалась.

— Думаю с ним всё в порядке, — ответил ей, боясь обнадёжить раньше времени. — Марианна к нему мою девушку повела, Лена твоего парня быстро на ноги поставит, не волнуйся, тебе нельзя.

— Это хорошо, — выдавила из себя улыбку художница и покачнулась.

Я её подхватил под руку и немного поделился своей силой. Мог бы и больше, но понятия не имею, как это отразится на ребёнке. Надо бы об этом с Сироткиной проконсультироваться, а то ненароком попытаюсь кому-нибудь помочь, да только хуже сделаю.

— Спасибо, — выдохнула Лида.

— Собирайся, — сказал девушке, а потом уточнил: — Ты же не собираешься здесь оставаться?

— С ума сошёл! — замахала она на меня руками, а потом за шею схватилась: — Гадство, болит.

Переломать бы руки тому, кто это сделал, да вряд ли Лида точно на обидчика укажет, братья похожи, как две капли воды. Впрочем, можно и обоих наказать, действовали-то заодно, один Лиду держал, второй Кешу избивал.

— Где твоё пальто? В прихожей? — уточнил я, намереваясь как можно быстрее покинуть эту квартиру.

— Нет, меня сразу сюда провели, — ответила художница и зябко плечами повела. — Мама потом зашла, нотацию прочла и сказала, что если ещё раз с Кешей увижусь, то ему голову оторвут.

— Какая она у тебя оказалась кровожадной, — хмыкнул я. — Никогда бы не подумал. Ничего, не бойся её, если начнёт права качать, то привет от меня передай и скажи, что на помощь позовёшь. Поняла?

— Хорошо, так и сделаю, — серьёзно ответила молодая женщина, почему-то посчитавшая, что так оно и будет.

Братья понемногу в себя приходят, уже в сознании. Один к стене привалился, второй о дверь в ванную опирается. Однако, при моём появлении сделали вид, что ничего не видят и не слышат, замерли и дышать перестали.

— Это ты их так? — удивлённо спросила Лида, а потом покосилась на сидящую на стуле Нину Анатольевну, которая поджала губы и взглядом пытается меня испепелить.

— Они очень неуклюжие, всё время об пол и стены бились, — хмыкнул я и подтолкнул девушку к выходу.

Пришлось применить силу, чтобы покинуть квартиру. Дверь перекосило, недаром в неё один из братьев пару раз ударился. Кстати, спина у меня сразу же заболела, словно вспомнила, что первым-то я на прочность проверил дверное полотно.

— Неужели выбрались? — недоверчиво спросила Лида, когда на улице оказались.

— Сомневаешься? — хмыкнул я и предложил: — Могу ущипнуть!

— Не надо, — хрипло рассмеялась та, при этом в интонациях послышались нервные нотки.

Неужели предстоит ещё одну женскую истерику испытать? Два раза за один вечер это уже слишком. Правда, уже через пару секунд стало не до этого.

— Бежим! — воскликнул я и схватил Лиду за руку.

Вдали послышался специфический вой милицейской машины, направляющейся в нашу сторону. Не удивлюсь, если милиция по мою душу приехала. У Бургиновой в квартире имелся телефон, биологичка вряд ли бы вызвала наряд, а вот соседи вполне себе могли. Пошумели-то славно, не только полы, но и стены дрожали. Утрирую, но шум драки наверняка слышали соседи. Удивительно, что никто не вышел полюбопытствовать. Наверное, Нина Анатольевна многих достала, но в этом не уверен, зато точно знаю, давать объяснения в милицейском участке никак нельзя, как и оказаться замешенным в драке. Сразу же направят бумаги в школу, чтобы с учеником провели воспитательную беседу. Коснётся это и комсомольской организации, допускаю, что и до господина Шмелёва дойдёт. Тот обиды не показал, но наверняка её затаил, не обрадовавшись моему поведению на вечеринке. Случись это и возникнут трудности в шахматной карьере, на которую сделал ставку. Ну, точнее, по стране мне играть дозволят, а вот выезд за границу осложнится. Изо всех сил Лида старается не отставать, нам предстояло добежать метров двести до угла дома, где мы бы спрятались. В какой-то момент меня озарило, когда уже по кустам ударил свет от фар и синего проблескового маячка. Громкоговоритель пока молчит и значит нас не заметили.

— Стой! Обними меня! — развернулся к Лиде.

— Очумел⁈ Ты чего⁈ — попыталась та вырваться.

— Стой тебе говорю! Делаем вид, что целуемся, тогда нами точно не заинтересуются! — объяснил я девушке.

— Если Кеша узнает…

— Сами расскажем, стыдиться нечего, — ответил ей и добавил: — Или ты и в самом деле меня целовать задумала?

— Ещё чего, ты не в моём вкусе, — фыркнула молодая женщина, у которой от начинающейся недавно истерики и следа не осталось.

Тем временем, милицейский УАЗ остановился у подъезда, из которого мы с Лидой недавно вышли. Хлопнуло пара дверей, один из милиционеров в нашу сторону указал и рассмеялся. Что он напарнику сказал я не расслышал, но не это главное, нами действительно не заинтересовались, наряд скрылся в подъезде.

— Сейчас тебя обниму, и мы медленно уйдём, — сказал девушке, вжавшуюся головой в мою грудь.

— С тобой спокойно, чувствую себя защищённой, — не к месту сказала та.

— Только Иннокентию этого не говори, а то он не поймёт, — усмехнулся я, подумал и добавил: — Лене тоже не вздумай о таких своих эмоциях рассказывать, а то она мне плешь проест.

— Незаметно, что ты лысеешь, — парировала художница и попросила: — Отведи меня уже к Фролову. Переживаю за него, крепко ему досталось.

Мы свернули между домами, пересекли небольшой сквер, в котором никого, что удивительно не встретили. Наверное, их приезд милицейского наряда распугал. Время от времени проводились рейды и тратить время в участке никто не хочет. Прошли между гаражей и столкнулись с десятком парней, которые нас начали окружать, да меня узнали.

— Это же Горец с бабой! — раздался чей-то возглас.

— С девушкой, — поправил я. — Что за шум, кого бить собрались?

Самое интересное, в темноте лиц плохо видно, к какой местной группе парни принадлежат непонятно, проблема ещё в том, что находимся на стыке районов.

— Задолжал нам кое-кто из Кировских, — подошёл ко мне парень, в котором опознал Бурого. — Кречета знаешь?

— Пересекались когда-то, — подумав ответил я.

— Давно? — с надеждой в голосе, спросил Бурый.

— Точно не помню, с месяц назад, — пожал плечами и предложил: — Если денег должен, то при встрече скажу, чтобы отдал. У девятого дома, — указал направление, — Бобик милицейский стоит, вы бы осторожнее гуляли.

— Вот непруха! — сплюнул себе под ноги один из парней. — И что теперь?

— Уходим к себе, — подумав, объявил Бурый разглядывая Лиду. — Эх, хороша цыпа, Горец, где только таких находишь?

— Секрет, — хмыкнул я.

— Ты это, подруга, — обратился кто-то из парней к художнице, — если тут гулять будешь, а к тебе подвалят, то не тушуйся, сразу про Горца скажи. Его уважают, не тронут, раз ты его баба.

— Я не его! — возмутилась Лида.

Вот кто её за язык тянул⁈ Бурый-то с Клешнёй всегда на ножах был, вряд ли они померились.

— А чья тогда? — подошёл к нам вплотную какой-то малолетка. — Горец, если не твоё, так делись! Правильно братва⁈

— Зубы выбить? — ласково поинтересовался я. — Куда ты лезешь, когда старшие базарят? Кем себя возомнил? — глянул на Бурого и головой покачал: — Слушай, тебя не уважают или сместить хотят? Ты поговори с подрастающим поколением, проведи профилактическую беседу.

— Обязательно, — зло процедил заводила этой компании и объявил: — Мы уходим, нельзя своих обижать! Да и перетереть нам надо, Горец прав, что-то многие от рук отбиваться стали. Самостоятельности захотели? Так никого не держу, но обратно не приму!

Парни вразнобой попрощались и ушли, я выдохнул и посмотрел на свою спутницу:

— Больше никогда так не делай. Не смотри, что ты старше, ночью они в этом районе хозяйничают и способны на многое, к сожалению, криминальное. Да, Фролову об этой встрече обязательно подробно расскажи.

— Хорошо, — робко ответила Лида. — Не сердись.

— Проехали, — отмахнулся я. — Всё обошлось, и ты не ляпнула чья девушка.

— А что бы случилось, если сказала? — не удержалась от вопроса та.

— Догони и узнай, — предложил я, но моя спутница в мой локоть вцепилась, показывая, что за группировкой она не побежит.

Ну, возможно и нагнетаю, вряд ли бы Бурый с ней чего-нибудь сотворил и своим парням разрешил. Однако, ни от чего нельзя застраховаться. Нас могли и незнакомые парни встретить, пришлось бы доказывать в драке, что имею право по земле ходить.

— Наконец-то! — обрадовалась Лида, когда дошли до спуска в подвал, где находилась мастерская Фролова.

Художница сбежала вниз по ступеням, стала стучать и одновременно жать на кнопку звонка. Дверь открыла Марианна и сразу же обняла подругу, пытаясь у той узнать, как она. Лида же в свою очередь вырывается и требует отвести её к Кешеньке, вкладывая в голос столько нежности, что аж во рту стало на миг слащаво. Правда, надо отдать должное, не фальшивит, говорит искренне.

— Беда, — вздохнул я, рассматривая погром. — Где Лена и пострадавший? — обернулся к Малкиной.

— Мы его перетащили в каморку, там диван, раковина, — ответила та.

— Входную дверь запри и веди нас в это тайное убежище, — сказал ей, но Лида уже со всех ног бросилась вперёд.

Действительно, о чём это я? Невеста Иннокентия тут точно всё знает. Последовал за ней, внимательно глядя под ноги, чтобы детальки какие-нибудь не раздавить. Войдя же за художницей в небольшое помещение, сразу остановился. Увиденное крайне не понравилось, нельзя терять время, необходимо что-то срочно предпринять.

Глава 12

СТРАННЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Глава 12. СТРАННЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

В кладовке или каморке, не знаю, как правильно об этом помещении сказать, какие-то стеллажи, тускло горит лампочка под потолком. У стены стоит старый диван, на котором лежит окровавленный Фролов. Лена, безвольно склонив голову к подбородку и опустив руки, сидит на стуле и при нашем появлении не пошевелилась. Аура у Сироткиной блеклая, дыхание редкое, а из её источника устремляется к избитому парню слабый поток магии. Похоже, девушка попыталась за один раз излечить Иннокентия и перестаралась, отдав весь дар, который потянул из её организма энергию.

— Кеша! — воскликнула Лида и, прижав ко рту ладонь, неуверенно пошла к дивану.

Подумала, что её жених умер? Возможно, мне не до этого! Как оказался рядом с Леной не помню. Схватил ту за руку и приказал своему дару делиться силой с подругой и в первую очередь восстановить ауру.

— Кто-то будет наказан, — нервно буркнул я, когда почувствовал отток силы.

Осталось как-то прервать лечебное заклинание Сироткиной, отдающее теперь и мою силу Фролову. Приходится запускать сразу две диагностики одновременно. Никогда такого не делал, но тут необходимо. Как разобраться в том, что за заклинание использовала Лена? Точнее, плевать, что и какого результата подруга хотела добиться, какие условия выставляла. Требуется как можно быстрее прервать целительское воздействие, уносящее силы у девушки.

— Вот чёрт, — ругаюсь, понимая, что не в силах разобраться в сплетении магических посылов и уж тем более не в силах прервать процесс.

Остаётся только один вариант — возглавить, но немного с другими критериями. Сложно объяснить своему дару, что от него требуется. Уже даже испарина на лбу выступила, но вроде бы начало получаться. Передо мной появились мои лечебные искры, но не спешат разделяться и отправляться к Лене и Кеше. Последнего по щеке гладит Лида и всхлипывает. Марианна, кусая губы, пытается свою подругу от избитого оторвать и что-то ей говорит. Кстати, у парня множественные переломы, разрыв селезёнки и чего только нет. Кто-то из братьев озверел и бил насмерть. Н-да, не позавидуешь Лидии, всё же это её родня так отличилась, в худшем понимании этого слова.

— Пошёл процесс, — прошептал я и качнулся.

Мой источник, ещё недавно наполненный силой, стал стремительно пустеть. Заклинание контролирую и выставил метку, что вычерпать оно меня не сможет. Зато усилия не пропали даром, Фролов стал восстанавливаться, задышал ровнее, внутренние повреждения, угрожавшие жизни, затянулись. Рёбра у него и самого срастутся, не так там всё и страшно. Лёгкие целы, осколков от костей нет и слава Богу.

— Серёжа, ты пришёл, — бесцветным голосом произнесла Лена, придя в себя.

— Ты чего вытворяешь? С ума сошла? — посмотрел на неё, а потом провёл ладонью по щеке подруги: — Испугала до чёртиков!

— Прости, перестаралась, — потупилась та, положив мне руку на голову.

— Отзывай своё лечение, организм Фролова и сам справится, — говорю ей и облегчённо выдыхаю.

Девушка послушалась, из её источника прекратился отток магии. Я тоже прервал насыщать Иннокентия силой и сосредоточился на Лене. У той аура пришла в норму, щёчки порозовели, но остаётся огромная усталость.

— А если бы пришёл чуть позже? — задал вопрос Лене. — Ты почему не выставила заклинанию ограничения?

— Знала, ты меня не бросишь, — виновато улыбнулась Сироткина, а потом нахмурилась: — Подожди, о каких ограничениях ты говоришь? Не поняла.

— Потом обсудим, — покосившись в сторону Марианны, которая к нашему разговору прислушивается, ответил Лене.

— Лид, ты в порядке? — спросила моя девушка.

— Терпимо, — отмахнулась та. — Почему Кеша никак в себя не придёт? Он же точно не умрёт?

— Всё хорошо, не переживай, — успокоил я её. — С минуту на минуту очнётся и у него будет зверский аппетит, поищи чего-нибудь перекусить и подумай, как дальше поступишь.

— Ты о чём? — настороженно произнесла пока ещё Дугарова.

— Думаю, в милицию о произошедшем не следует заявлять, — вздохнул я и внимательно посмотрел на Лиду: — Тебе решать. Братья не будут молчать и заказчицу сдадут, и вряд ли кто-то будет разбираться, что не планировала избиение и такое обращение. Нина Анатольевна посчитала, что достаточно угрозы и численного превосходства, тогда бы ты с близнецами домой вернулась.

— Сергей, ты идеализируешь, — хмыкнула Марианна. — Уверена, мать Лиды мечтала проучить дочь и её парня. Разумеется, каждого по-разному.

— Мы мешать не будем, — взяла слово Лена, встав со стула и подойдя к художнице, — но на твоём месте я бы не стала обращаться в милицию. И потом, уверена, господин Горцев, — быстрый взгляд на меня, в том числе на сбитые костяшки на пальцах, — уже провёл с твоими двоюродными братьями разъяснительную беседу. Угадала?

— Ты у меня умненькая, — хмыкнул я, подумал и добавил: — Дома об этом поговорим.

— Спасибо, — раздался голос Иннокентия, который приподнял голову и осмотрел нас. — Лид, с тобой всё в порядке?

— Да, — ответила та, прижимая ладони к своим щекам. — Сергей говорил, что ты кушать захочешь? Проголодался?

— Аж желудок сводит, — подтвердил Фролов и медленно сел на кровати.

— Будь осторожен пару дней, рёбра ещё не крепко срослись, — предупредила парня Лена.

— Здесь с Лидой останетесь или до дома проводить? — поинтересовался я.

— Лучше как можно меньше двигаться, — сказала Сироткина. — Прописываю постельный режим, завтра навещу и посмотрю, как поправляешься.

— Тогда мы пойдём? — поинтересовалась Мальцева и почему-то на меня посмотрела.

— Да, не будем задерживаться, — согласился я с ней.

Чувствуется, что Лиде и Иннокентию хочется остаться одним, им неудобно при нас обсуждать произошедшее. А может они просто хотят наедине побыть. Мы покинули мастерскую, проследив, что Дугарова дверь за нами заперла и пообещала никого не впускать.

— Ловим тачку, отвозим мою классную руководительницу, а потом едем домой, — озвучил я короткий план действий.

— Хотела бы я знать, кто из нас руководитель, — задумчиво произнесла Марианна.

— Отлично, возражений нет, — хмыкнул я, не став комментировать слова англичанки.

Время за полночь, освещение во дворах плохое, но, что странно, до центральной улицы добрались никого из местной шпаны не встретив. Куда они все подевались? Какой-нибудь подвал оккупировали? Впрочем, это нам на руку, не хватало ещё в разборки встрять с неизвестным молодняком. Сегодня убедился, что далеко не всем местным пацанам известен.

Нам повезло, такси появилось почти сразу, машина в паре десятков метров от нас остановилась, из неё вышла парочка, а потом в верхнем углу лобового загорелась зелёная лампочка. Разумеется, мы сразу же активно замахали руками. Пожилой водитель не стал комментировать, что ему предложили сделать этакий круг, чтобы отвезти молодую женщину, а потом и нас с Леной. Как говорится, кто платит, тот и заказывает музыку. Дорога пустая, ни пешеходов, пробок даже отдалённых нет, а большинство светофоров переключено в желтый мигающий режим. Лена с Марианной всё дорогу шушукались, я же сидел рядом с водилой и как не прислушивался, а уловил лишь то, что девушки обсуждали мою учёбу. Не знаю как, но таксист всё прекрасно слышал и как-то удивлённо на меня косился. А когда с ним расплачивался, уже у своего дома, он мне шепнул:

— Эх паря, зря ты такой молодой с тётками связался. Они же из тебя все соки выжмут!

— Не переживай, — рассмеялся я, — всё не так, как тебе показалось.

— Ну, тогда удачи тебе! Не подведи мужиков! — хмыкнул тот и недоверчиво покачал головой.

— Лёгкой смены и побольше адекватных пассажиров, — сказал ему на прощание и поспешил к дожидающейся Сироткиной.

Настроение улучшилось, сам того не желая, пожилой водитель дал напутствие и его обязан выполнить. Откат ли такой своеобразный произошёл или что-то другое, но кровь бурлит от рядом идущей подруги. Так ведь и до квартиры не дотерплю, невзирая на холодрыгу, в кустики Ленку затащу! Ну, смеюсь, не настолько я озабочен. Вот только, в каждой шутке есть доля правды, особенно когда в подъезде тепло и темно, а жильцы видят сны.

— Горец, ты это чего? — изумилась моя подруга, когда её к себе притянул.

— Лен, сил нет терпеть, давай побезобразничаем? — шепнул ей на ушко.

— Крыша потекла? — уточнила та, не делая попыток освободиться. — До квартиры два этажа. И кто-то говорил, что хочет есть!

— Но не уточнял кого, — ответил и запустил руки под её куртку.

Сироткина прерывисто выдохнула, её аура пылает, но девушка сумела взять себя в руки. Отрицательно головой покачала и сказала:

— Идём! Если продолжишь так себя вести — съеду в общагу!

— Ты бессердечная, — сделал скорбное лицо, а потом подхватил девушку на руки и стал быстро подниматься, перепрыгивая ступеньки.

— Так-то лучше, — усмехнулась подруга и предупредила: — Чур я первая душ приму.

Отвечать ей не стал, как и не обратил внимание на возмущение, когда вместе оказались в ванной комнате. Правда, она быстро успокоилась, точнее, желание на неё обрушилась не меньше, чем на меня. Что на нас нашло? Должны были доползти до кровати и сутки продрыхнуть. Откуда такой эмоциональный всплеск? Об этом уже чуть позже задумались, когда на скорую руку сделали себе то ли ужин, то ли ранний завтрак.

— Из-за чего такой взрыв эмоций? — задала вопрос Лена.

— Подозреваю он связан с источниками, — предположил я.

— Надо об этом информацию поискать, а то где-нибудь такое в общественном месте повторится и что тогда делать?

— Искать уединение, — погладил подругу по коленке, торчащей из-под халатика, и сразу получил шлепок по руке:

— Серёжа, не наглей, хватит с тебя.

— Уверена? — обнял девушку и к себе притянул.

— А разве Курзин тебе домашку не задал? Кстати, Марианна жаловалась, что не по всем предметам у тебя хорошие оценки. Мне бы тоже следует лекции почитать.

Ну, мы с ней стали учиться, но чуть позже, сама не выдержала, ответила на ласки. И вот что ещё удивительно, сложные шахматные позиции стал быстрее понимать, а комбинации просчитывать мгновенно. И это на фоне усталости, которой и след простыл! Сна ни в одном глазу. Мало того, источник значительно пополнился, а недавно в нём остались крохи магии.

— Что-то мне не нравится такой необычный подъём сил, — задумчиво сказала Лена. — Как бы через какое-то время не рухнули или на ходу не заснули.

— Я себя продиагностировал и пришёл к выводу, что такое не грозит, не переживай, — ответил ей, потёр висок и добавил: — Какие планы на выходные? После обеда отправляюсь во дворец спорта. Состоятся очередные турнирные партии, после чего тренировка. Ты со мной или дома останешься?

— А по своим делам уже идти не могу? — поинтересовалась Сироткина и поспешно добавила: — Я же в полном порядке, тебе ли не знать!

Ну, согласен, ни намёка на проклятие или предпосылки к упадку сил. Хоть и не хотелось её отпускать, но личное пространство ограничивать нельзя. Однако, оказалось, что Лена отправится со мной. Захотела поболеть за своего парня, когда тот играет, а ещё поболтать с Жанной. Почему-то моя подруга убеждена, что журналистка будет с Александром Николаевичем. Даже пари предложила.

— Я не настолько глуп и наивен, чтобы заведомо участвовать в споре, у которого минимальные шансы, — покачал головой.

— Не вышло, — вздохнула моя подруга. — Ладно, пойдём, нам ещё трамвай ждать, по выходным они не очень хорошо ходят.

Квартиру мы покинули, при этом я обновил метки и задумался о магической ловушке. Почему-бы не создать проблем тем, кто желает чужим имущество поживиться? Другой вопрос, что пока не знаю, как это реализовать. Через артефакт или концентрации магии в виртуальном пространстве?

— О чём задумался? — поинтересовалась Сироткина.

— Существуют ли отложенные заклинания, способные активироваться непосредственно без участия создателя? — задал ей вопрос и уточнил: — Например, какие-нибудь бытовые. Представь, как классно бы было, когда ушёл, а в квартире магия уборку сделала.

— Не слышала о таком, да и мало кто тратит свой дар на такие пустяки, когда можно тряпкой махнуть или пылесос включить, — ответила моя спутница. — Думаю, дистанционное использование дара и вовсе опасно. Магия, точнее, заклинание остаётся без контроля и если что-то пойдёт не так, то последствия не просчитать.

— Да что там не так-то может пойти, — отмахнулся я.

Девушка какое-то время помолчала, а потом медленно произнесла:

— Ну, допустим, ты задумал влажную уборку и для этого требуется открыть кран подачи воды, а её отключили. Что будет, если такой момент не предусмотрел? Заклинание открутит краны, но вода не польётся, а в задаче чётко указано, что она должна пойти. Что это? Конфликт! Какие действия предпримет заклинание? Думаю, продолжит крутить вентили, ожидая выполнения нужного условия. И вода действительно пойдёт, когда её подадут. Вот только уже закрыть кран не получится, ибо он окажется сорван! Затопишь не только свою квартиру, но и соседей до первого этажа. Как тебе такой вариант развития событий? О, наш трамвай едет! Давай ускоримся, а то следующий одному Богу известно когда подъедет.

— Согласен, — покивал Лене, а уже когда заняли свободные сиденья, купив билеты, продолжил: — Если в теории предусмотреть все возможные события, то ведь такое заклинание возможно.

— И как долго оно продержится? — скептически хмыкнула девушка. — Представь какая прорва магии потребуется! Неужели не помнишь, что далеко не каждый способен зажечь свечу или заморозить воду.

До дворца спорта мы с подругой диспутировали. Приводили различные доводы и пришли к тому, что простенькие заклинания, на короткое время, вполне могут функционировать без присутствия человека.

— Мы рано, ещё почти час до начала, — констатировал я, посмотрев на наручные часы.

— Хочу с тобой сразиться, но только если дашь хорошую фору! — улыбнулась мне Сироткина.

— Двух пешек хватит?

— Издеваешься⁈ Ферзя и две ладьи! — выставила перед собой ладошку.

— Ну и аппетиты, — покачал головой. — Как насчёт слона и коня?

Мы с ней со смехом торгуемся, сидя за шахматным столиком. В итоге, выцыганила у меня ферзя и слона. Конечно, Лена не так в шахматах сильна, но с таким качественным перевесом, как у неё, мне придётся сложно. Мало того, ещё и зевки ей приходится прощать и давать переходить, а то расстраивается и дуться начинает. В какой-то момент, глядя, как она занесла пальчики над шахматной доской, раздумывая какой фигурой походить, мне это показалось до боли знакомым. Словно мы уже с девушкой сражались в такой атмосфере, но только это происходило как-то иначе. Что меня зацепило? Пытаюсь сосредоточиться и ухватить какую-то мысль. Сироткина уже сделала ход и выразительно на меня смотрит. Вот она изогнула правую бровь и с улыбкой спросила:

— Сдаёшься?

Перевожу взгляд на её тонкие пальчики, а внутри аж холодок пробежал. Неужели? Быть таких совпадений не может! Напрягаю память, стараясь вспомнить ауру недавней противницы. Что-то слишком смутное, но у меня ещё в тот момент мелькнула мысль, что магия вокруг женщины кого-то напоминает. Уверенности становится больше, если только это не банальное совпадение. Доказано, что встречаются люди, почти как две капли воды похожие друг на друга, но при этом не имеют родственных связей.

— Ты ходить-то собираешься? — задаёт вопрос моя соперница.

— Конечно, — улыбаюсь ей и двигаю вперёд пешку.

— И зачем ты её под бой подставил? Задумал что-то? — подозрительно смотрит на меня Лена.

— Если расскажу, то ты её съешь? — отвечаю с улыбкой.

— Ну ты злыдень, — вздыхает подруга, — так и норовишь ловушку устроить.

Она ещё о чём-то рассуждает, а я пытаюсь вспомнить фамилию дамы, на которую так похожа Лена. Вроде бы, что-то связанное с камнями. Точно! Соренских, имя Анастасия, а вот отчество она не называла. У женщины имелись проблемы со здоровьем, именно они меня тогда отвлекли, а то бы наверняка пришёл к тому же выводу, что и сейчас. Хм, а какой вывод-то? Скорее подозрения, да и то беспочвенные, на грани интуиции и очень схожих привычек, которые передаются на генетическом уровне. А ещё некий шарм, харизма, поведение и улыбка. Правда, у Анастасии последняя какая-то была печальная, даже ещё до начала партии.

— Сергей, пешку ем! Показывай свою комбинацию, все заждались! — весело произнесла Лена и добавила: — Мнения разделились, половина считает, что ты зевнул, думая о чём-то другом, остальные уверены в хитром плане.

— А ты как считаешь? — поинтересовался я, возвращаясь к игре и лихорадочно просчитывая варианты.

Кони требовательно бьют копытами, указывая куда желают отправиться. Слон брякает саблями и надеется встать на диагональ, угрожая вражескому королю. Удивительно, но положение моих фигур на доске намного предпочтительнее, чем милой соперницы. При этом у девушки большой перевес в качестве. Но оно не всегда помогает выиграть. Пять ходов и Лена делает вид, что разобиделась, никак не ожидала получить мат от пешки. Ну, она короля плохо защитила, сосредоточила свои силы на другой половине доски и получила стремительную атаку, которой предвещала жертва пешки. Так что она оказалась права, когда заподозрила неладное.

— Нет, ты точно злыдень! — констатировала Лена, а потом обошла шахматный столик, привстала на цыпочки и при всех меня в щёку поцеловала.

При этом намеревалась в губы чмокнуть, но в последний момент её решимость дала сбой. И так она себя неожиданно смело и расковано повела, чего от неё не ожидал. Обнял подругу и объявил:

— Прости, в следующий раз дам большую фору.

— Так бы сразу, — усмехнулась девушка, а потом спросила: — Почему ещё Александра Николаевича нет?

— Подозреваю, он с Жанной чем-то серьёзным занят, — хмыкнул я и добавил: — Наверняка ругаются.

Гм, на этот раз я ошибся. Тренер с журналисткой пришли, держась за ручки и при этом сверкали, что тот начищенный самовар.

— Глазам своим не верю, — толкнула меня в бок Сироткина.

— Привет! — хором сказала эта замечательная парочка, подойдя к нам.

Мы обменялись приветствиями, а потом госпожа Орлова мою подругу утащила в дамскую комнату. Я поинтересоваться у Курзина, не знает ли тот госпожу Соренских, с которой недавно у меня игра состоялась, да она сама в зал вошла и направилась к стенду с расписанием игр.

— Александр Николаевич, прошу простить, появилось дело, — сказал тренеру и без объяснений направился к той, на которую Лена похожа.

Издали сканирую ауру женщины, ищу схожие черты, но однозначных выводов сделать невозможно. Сходство, признаю, имеется, в том числе и аура чем-то напоминает ту, которая у моей подруги. Но всё портит работающий артефакт, он вносит большие изменения в структуру. Хотя это и понятно, источник Соренских уничтожает свою же владелицу. Как такое возможно? Наверное, какое-то неизлечимое заболевание, внешнего воздействия точно нет. Точнее, брошь старается нивелировать негатив, который исходит от дара женщины. И ведь чувствуется, то дама не бедствует, а излечиться не может. Ладно я, не имею лекарского дара и понятия не имею, что с дамой происходит. Но есть же лекари. Почему к ним не обратилась?

— Добрый день, — поздоровался я с Соренских. — Помните меня?

— Здравствуйте, — обернулась ко мне женщина. — Разумеется, господин Горцев, мы с вами неплохо сыграли. Точнее, вы-то отлично партию провели, а у меня не получилось достойно сопротивляться.

— Простите, не помню вашего отчества, — сказал я.

— Обращайтесь по имени, уже надоел официоз, а тут мы все на равных, только ум и, иногда, случай выявляет победителя. Согласны?

— Анастасия, с вами сложно поспорить. Как насчёт, — посмотрел на часы, — прогуляться в ближайший ресторан и выпить по чашечке кофе.

Какая-то тень по лицу моей собеседницы пробежала, Соренских вздохнула, меня оглядела, а потом головой покачала:

— Сергей, от вас такого не ожидала.

— Почему? — озадачился я.

— Думала, что вы серьёзный молодой человек, а не тот, кто ищет себе подружек постарше.

— Гм, не совсем понял на что намекаете, — спокойно ответил, покривив душой. Но ведь не ссориться же мне с дамой на глазах у многочисленных зрителей и игроков! — Клянусь, — приложил руку к груди, — разговор окажется серьёзным и непростым. Да, он касается нас с вами, но косвенно, хотя и может всё перевернуть.

— Ничего не поняла, — задумчиво произнесла Соренских. — Вы же точно на меня обиделись, но продолжаете настаивать на беседе.

— Она не имеет ничего общего с вашими домыслами, — чуть пожал плечами и добавил: — К тому же могу ошибиться, за что попрошу прощения.

Дело в том, что даме нужно снять брошь-артефакт, чтобы мог убедиться в своих подозрениях. Сейчас уверен процентов на шестьдесят, что Лена является роднёй этой даме. Насколько близкой — понятия не имею. А дезактивировать артефакт на глазах у зрителей и игроков не очень-то правильно. Мгновенно поползут слухи и играть она уже тут вряд ли сможет. Опять-таки, не смогу с ней тут спокойно объясниться, нельзя этого делать. Что если госпожа Соренских испугается, что у неё объявилась родственница? Жизнь сложна, а чужая душа потёмки.

— Но скоро игра, — произнесла Анастасия. — Я-то мало чем рискую, уже турнир не выиграю, но вы-то один из фаворитов на первое место. Что если после игры с вами побеседуем?

— Если только в другой день, сегодня уже не получится, — отрицательно покачал я головой.

— Это так важно? — нахмурилась моя собеседница.

— Да, — коротко ответил я.

— Хорошо, давайте выпьем по чашечке кофе, водителя не отпускала, думаю, минут за пятнадцать управимся. Или потребуется больше времени?

— Пока не знаю, — честно признался и развёл руки в стороны. — Идём?

Мы покинули зал, при этом я никого не предупредил. Курзин куда-то отошёл, а Лена с Жанной ещё не вернулись. Девушкам есть о чём переговорить, они вряд ли спешат, в отличие от нас с госпожой Соренских. Машина у моей спутницы оказалась представительского класса, шофёр и глазом не моргнул, когда Анастасия велела ему довезти нас до ближайшего ресторана и ждать возле него. А вот сама женщина в изумлении на меня посмотрела, когда, заказав по чашке кофе, я попросил её деактивировать артефакт.

Глава 13

ПОИСК РОДНИ

Глава 13. ПОИСК РОДНИ

Госпожа Соренских сделала небольшой глоток кофе, поставила чашку и вопросительно на меня посмотрела. Ну, согласен, как-то неправильно и даже нагло себя повёл с такой просьбой к женщине, как отключить её личный артефакт.

— Анастасия, простите, это всё из-за нехватки времени и некого моего потрясения, — произнёс я. — Сейчас всё поясню.

— Да уж, будьте любезны, — холодно сказала моя спутница.

— С чего бы начать? — тру висок, а потом мысленно себя пинаю.

И чего так осторожничаю? Не из-за того ли, что сидящая напротив может оказаться близкой родственницей Лены и наш мирок с подругой окажется под угрозой. Но смолчать не могу, этот вопрос необходимо прояснить.

— Господин Горцев, чего же вы молчите? У нас скоро игры! Правда, мы уже определились, кому они важны, а кому не очень, — взяла чашку Анастасия и, мягко улыбнувшись, поднесла её к своим губам.

Сколько ей лет? Около сорока или меньше? Нет, если оценивать возраст по внешности, то больше тридцати не дать, а вот меньше вполне. Но есть ещё аура и мелкие морщинки вокруг глаз, которые сложно скрыть даже магией. А главное — глаза и взгляд, их никто не способен замаскировать, если только контактными линзами.

— Вы очень похожи на мою близкую подругу, — без обиняков сказал я. — Нет, не точь-в-точь, но некие детали и даже движения совпадают. Уж простите, но Лена, так зовут девушку, про которую речь, не знает своих родных и пыталась их отыскать. Честно говоря, в такие совпадения верится с трудом, но в жизни чего только не бывает. Верно?

— Наверное, — выдавила из себя моя собеседница, у которой дрогнула в руке чашка.

Однако, госпожа Соренских быстро взяла себя в руки, сделала глоток, а потом сказала:

— Сергей, не знаю о чём вы говорите и почему решили, что имею к вашей подруге отношение. Некое сходство, при желании, можно найти у многих женщин. Сколько там вашей подруге?

— Предположительно двадцать, так в её документах записано, — спокойно ответил я.

— Она не знает своего дня рождения?

— Так получилось, — пожал плечами.

— Н-да, не ожидала от вас, — вздохнула Анастасия. — Не знаю от кого узнали о моей боли, — она дотронулась до левой стороны груди, где расположено сердце, — но зря об этом завели разговор. Как игрок вы очень хороши, но эта ваша комбинация, — покачала головой и поморщилась, — вызывает негодование.

И ведь она не врёт! Сдерживает себя от того, чтобы не сказать более резкие слова. Н-да, разговор складывается не так, как ожидал. Есть в этом моя вина, надо как-то сидящей напротив даме всё объяснить. Вот только, она не собирается слушать, выводы уже какие-то сделала. Но, самое главное, её задело! Получается, я не так уж и неправ.

— Хм, простите, если чем-то обидел, — медленно говорю, — кроме вашей фамилии, имени и что неплохо играете в шахматы мне ничего неизвестно. Но моя подруга действительно на вас похожа, но давать ей надежду не захотел. Думал вы меня поймёте и войдёте в положение. Разумеется, если у вашей родни не пропадали дети, то прошу меня простить.

— Сергей, не давите на больную мозоль! Ещё несколько слов и попрошу позвать клановых дознавателей! Или думаете, что вы один такой умный? Знаете сколько аферистов приводило ко мне детей⁈ Им меняли внешность, подделывали ауры, заставляли заучивать некие вещи, чтобы потом выдать их за воспоминания! Мне надоело! Поиски прекратила, а то, что съедает меня изнутри останется навсегда, как и та боль, — она порывисто встала со своего места. — Прошу больше меня не беспокоить!

— Хм, неужели Лена окажется такой же вспыльчивой, когда станет старше? — спокойно сказал я и сделал небольшой глоток. — Её привели в милицию, когда ей было три-четыре года, так возраст оценили. Вроде бы родных искали, запросы отправляли, но никого не нашли. Кстати, не факт, что и розыск-то осуществлялся, девушка это знает по словам воспитателей детского дома, куда её определили. Конечно, такие случаи происходят редко, но они случаются, такие истории, как у моей подруги, она слышала и сталкивалась. Ну, так рассказывала. Поэтому, если вы кого-то из близких потеряли, ещё не факт, что Лена имеет к вам отношение. Из-за этого и попросил деактивировать брошь, создающую искажение вашей ауры. Вижу, что артефакт лечебный и без него вам нельзя долго находиться, но на десяток секунд могли бы снять.

— Вот как, — прошептала Анастасия, покачнулась и поспешно села.

Весь её боевой настрой улетучился, в глазах появилась надежда, да такая, что мне стало не по себе. Похоже, она действительно кого-то разыскивала, а значит Лена может оказаться именно той, кто потерялся. Пока рано говорить, как такое возможно и из-за чего произошло.

— Три-четыре года, — произнесла дама и посмотрела на меня: — Сергей, это действительно так? Вы меня не обманываете?

— Не знаю, чего вы напридумывали, но не вижу смысла врать, — пожал плечами, подумал и добавил: — Если честно, то кроме вашей фамилии и имени и не знаю, кто вы такая.

— Что там про девочку? Ей не могло на тот момент исполниться два с половиной годика?

— Гм, простите, но этого знать не могу, — развёл руки в стороны. — Знаю одно, она пыталась искать родных, но результат оказался отрицательным. Милиция не смогла помочь, а, насколько понял, клановые дознаватели её делом не заинтересовались.

— Даже так, — прищурилась женщина, а в её глазах на мгновение мелькнула злость.

Хм, если вдруг окажется, что Лена ей родственница, то кому-то точно не поздоровится. А ещё как-то неспокойно себя почувствовал. Не совершаю ли ошибку и не забереёт ли у меня подругу госпожа Соренских. Украшения и одежда у неё стоят не дешево, персональный шофёр, лимузин. Готов поспорить, что она из какого-то сильно клана. Вот только, что делала во дворце спортивной молодёжи? Хотя, нет, вопрос неправильно поставил. Почему она пришла именно к нам? Других мест что ли не нашла? Тот же шахматный клуб Акимова ей больше подходит. Или это из-за турнира? Так и он не такой уж рейтинговый.

— Анастасия, так вы готовы снять защиту с броши? — спросил я и посмотрел на часы. — Очередной тур начнётся через две минуты, мы с вами уже опаздываем.

— Сергей, давайте не спешить, — задумчиво ответила моя собеседница, увидев моё недоумение, пояснила: — Я не про шахматы. Прошу, дайте мне данные вашей подруги, про неё сама разузнаю, а потом вас найду. Обещаю, девушку не побеспокою, пока мы не переговорим, — она твёрдо посмотрела мне в глаза.

— Значит она может оказаться вашей родственницей, — озвучил я вывод, к которому давно пришёл.

— Вероятность такая имеется, — подтвердила Соренских, при этом как-то нервно дёрнувшись.

Сижу и размышляю, давать Анастасии данные Лены или этого делать не стоит. Как бы неправильно, без ведома подруги такие вещи делать. С другой стороны, она сама родню искала, хотела знать, что с ней произошло и почему оказалась брошенной. Куда только не обращалась, всё в подробностях описывала. Да и в этом мире ещё не слишком заботятся о сохранении личных данных. Правда, мошеннические схемы существуют, но у Лены брать особо нечего, как и у меня. Кредит и тот никто не даст, для этого личное присутствие обязательно.

— Хорошо, — принял я решение, взял салфетку, вытащил из кармана ручку и написал данные Сироткиной. — Тут основные сведения, адрес детского дома мне неизвестен, как и точная дата, когда девочку привела в милицию какая-то женщина. Мне кажется, что быстрее и легче сравнить ваши ауры или сделать анализ крови.

— Наверное, но сейчас не готова, — покачала головой моя собеседница. — Это такое известие, которое шокировало. Боюсь, что надежда вновь окажется ложью. Точнее, в этом почти уверена и от этого так больно, — она закусила губу.

— Понимаю, вы боитесь, — кивнул я. — И именно по этому Лене ничего о своих подозрениях не сказал. Разочарование выбивает из колеи, вновь негативные воспоминания возникают и пережить их непросто.

— Сергей, вы ступайте, скажите моему водителю, чтобы отвёз вас во дворец спорта, а потом за мной вернулся, — произнесла Соренских.

— А как же очередной тур? Пропустите?

— Мне сейчас не до игры, — отрицательно покачала та головой. — Какой смысл сидеть за доской и не видеть фигур. Перед соперником неудобно, но это выше моих сил. Если можно, извинитесь за меня перед игроком, с которым должна была играть.

— Обязательно, — заверил я Анастасию и поднялся.

— Господин Горцев, ещё минутку вашего внимания отниму, — остановила меня женщина.

— Слушаю, — коротко сказал ей.

— Чтобы ни узнала, но сначала вас найду. Обсудим, как дальше поступать, — сказала Соренских, в интонациях которой отчётливо уловил растерянность.

Что-то она себе надумала, но выяснять не стал, времени действительно нет, опять у меня лимит времени на игру окажется меньше соперника. Ещё и Лена наверняка волнуется. Шофёр госпожи Соренских меня без единого вопроса отвёз ко дворцу спорта. Я извинился перед соперником, молодым парнем лет пятнадцати в больших очках, за опоздание и кивнул Ленке, показавшей мне кулачок. Фора по времени моему визави не помогла, он почему-то пытался ходить быстро и допустил непростительные ошибки ещё в дебюте. Честно говоря, партия оказалась скучной, не пришлось даже просчитывать комбинации, когда большое преимущество в качестве, то остаётся не зевнуть мат или не устроить пат.

— Сдаюсь, — признал мой соперник и остановил часы.

— Почему так торопился? — поинтересовался я. — Чувствуется, что играть умеешь.

— Чтобы вы не использовали моё время для обдумывания позиции и тем самым у меня осталась фора по времени, — расстроенно ответил тот.

— Зря, впредь играй в меру своих возможностей и не смотри на соперника, только на передвижение его фигур по доске, — дал ему совет и направился к судье, чтобы внесли в протокол мою победу.

Господин Смирнов что-то подсчитывал на бумажном листе, моё появление встретил безразлично. Директор дворца спорта всё же затаил обиду, что я соглашение заключил с обкомом комсомола, а не с ним. Ну, так бы дал нормальные условия, а не пытался загнать в кабалу. Сам виноват.

— Горцев выиграл, — сказал я директору, выступающему на турнире в качестве судьи.

— Поздравляю, — вяло ответил тот. — По очкам тебя никому не догнать. Сан Саныч сыграл вничью, только он мог тебя опередить, да и то теоретически.

— Спасибо, когда смогу получить денежный приз? — поинтересовался я, прикинув, что деньги окажутся неплохим подспорьем.

— После подведения итог и оглашения победителя, — невозмутимо ответил Смирнов.

Гм, пора уже тренеру заняться пополнением нашего бюджета. Точнее, Курзину необходимо отыскать магические шоу у аристократии, где неплохо платят, не то, что на официальных соревнованиях.

— Сергей, ты почему на игру опоздал? — перехватила меня Лена, когда я направлялся искать Александра Николаевича.

— Неожиданное дело образовалось, — ответил подруге, а потом добавил: — Не переживай, оно ко мне никакого отношения не имеет. Возникла необходимость в одном разговоре, не ожидал, что он затянется.

— Точно ничего серьёзного? — подозрительно спросила Сироткина. — Не врёшь?

— А зачем? — пожал плечами и поспешно перевёл тему: — Слушай, ты Курзина не видела? И где Жанна, вы же с ней тусовались!

— Разошлись по разным углам зала, болели каждая за своего мужчину, — взяв меня под локоть, шепнула Лена.

— И где они? — продолжил взглядом выискивать своего тренера или его пассию.

— Сбежали, — хихикнула девушка. — Представляешь, не ожидала от Курзина такой прыти. Он свою партию молниеносно выиграл, ты только пару ходов сделал, а Александр Николаевич ко мне подошёл и просил передать, что тренировку перенёс на завтра.

— Как так-то⁈ — возмутился я. — Он свои обязанности перестал выполнять! Я над его заданиями корпел, комбинации придумывал, этюды почти все прорешал, а он, получается, с Жанной развлекается.

— Кто бы говорил, — хмыкнула Сироткина. — Или ты не рад, что у нас оказалось больше свободного времени? Как насчёт того, чтобы сводить меня в театр или кино?

— Последний вариант предпочтительней, — подумав, ответил Лене, обвёл взглядом игроков, словно надеясь появлению Александра Николаевича.

Увы, тренера и правда след простыл, даже остаточного от ауры не осталось. Повёл подругу в тренировочный зал, лелея надежду, что Курзин учит Орлову какому-нибудь дебюту. К сожалению, там их также не обнаружил.

Непривычно смотреть, как в холле кинотеатра не продают попкорна и другого перекуса, который популярен в моём прошлом мире. Мало того, билетёрша строго следит, чтобы в зал не проносили еду. Даже плакат на стене об этом предупреждает, что с сеанса выгонят того, кто мешает просмотру своим громким чавканьем, смехом или распитием спиртного.

— Хоть поцелуи разрешены, — буркнул я.

— Что ты говоришь? Повтори, не расслышала! — посмотрела на меня Лена.

Мы с ней сидим в кафе при кинотеатре, перед нами мороженое посыпанное крошками шоколада, а ещё мы заказали по стакану сока и паре булочек. На последних настояла Сироткина, объяснив, что мы их украдкой в зале съедим. Когда только об этом сказала, то я не понял зачем так делать. Оказалось, что она, разбойница такая, уже так не раз и не два поступала.

— Сергей, ты не пойми неправильно, случается, что показывают, как герои обильно и вкусно едят, так у зрителей желудочный сок выделяется. Это меня Варвара научила, — дала пояснения Лена, при этом избегая встречаться со мной взглядом.

— Вы с ней вдвоём ходили? — как бы равнодушно уточнил я.

— Ой, не бери билеты на последний ряд, там кино сложно смотреть! — попыталась перевести тему разговора.

Ну, тогда-то сделал вид, что не заметил её возросшее беспокойство. Однако, сейчас пора к этому вопросу вернуться.

— И кто вас с Варей в кино сопровождал? — спросил, когда до первого звонка, приглашающего зрителей занять места в зале, оставалось пара минут.

— Никто, — поспешно, слишком поспешно ответила Лена, а потом добавила: — Ой, да не. Помню уже, это было на первом курсе!

— А билеты на последний ряд брали? — придвинулся ближе к ней.

— Мороженое почти растаяло, — буркнула девушка.

— И кто эти смертники? — поинтересовался я.

— Ты о чём?

— Не о чём, а о ком, — погрозил подруге пальцем. — Рассказывай, а то Варваре допрос устрою.

— Ничего не было, — пожала плечиками Сироткина, подумала и добавила: — Говорю за себя, подруга могла влюбиться, но это её дело, и она моего мнения не спрашивала. Точнее, не прислушивалась никогда, зато советов давать любительница.

— Но в кино ходили, на последнем ряду сидели, целовались…

— Нет, последнего не было, точнее, меня попытался облапать парень с параллельного потока, но по рукам получил, — призналась девушка, подумала и добавила: — Это был второй поход в кино в такой компании. До этого, как и после, на последний ряд не соглашалась и сразу предупреждала, что целоваться не стану, — она вдруг резко покраснела.

— Что-то вспомнила?

— Ну, один парень, особо наглый и противный, на это заявил, что ему требуется кое-что другое, а не поцелуйчики. Мол для этого он и согласился со своим другом, увивающимся в тот момент за Варей, пойти в кино, — сказала Лена и мечтательно улыбнулась. — Он не ожидал, что у меня сработает детдомовский синдром девочки, когда колено или мысок туфли сразу бьёт в пах наглецу. Ох он и верещал! Кстати, в кино мы тогда не попали, билеты пропали и пришлось деньги отдавать. После того случая, Варя меня на такие свои свидания больше не приглашала.

— И ты одна не ходила?

— Почему же? — пожала плечиками Сироткина. — Ходила, по телевизору редко хорошие фильмы показывают. Только в одиночестве и выбирала место в зале с точки зрения не уединения, а откуда лучше видно.

— Поменять билеты или оставить? — задумчиво спросил я.

— На последний ряд взял, — понятливо покивала подруга, почему-то вновь покраснела и хихикнув заявила: — Оставь, такой опыт тоже интересен.

Вот чертовка, ещё и лукаво так улыбнулась, волосы за ушко отвела, а потом медленно мороженное с ложечки слизала. И когда уже это кино начнётся⁈

— Как тебе фильм? — спросила меня Лена, когда мы покинули кинотеатр и направлялись домой.

— Наверное неплохой, надо на него ещё разок сходить, — усмехнулся я, обнимая подругу. — А ты какого мнения?

— Может в театр? — предложила та. — Там тоже есть последний ряд.

— Если только вип-ложа, — усмехнулся я и добавил: — С обязательным условием, чтобы дверь изнутри запиралась.

— Но тогда и на один и тот же спектакль придётся несколько раз ходить и то не факт, что поймём о чём он! Ладно, Сергей, заканчивай придуриваться!

На самом деле, нам с ней фильм не понравился, возможно он и разошёлся, но за действием на экране не следили. Кстати, кресла в зале жёсткие, как в старом трамвае, зато они позволяют близко находиться от того, с кем пришёл. Я бы сказал, что очень близко. С учётом того, что рядом с нами никого не было, а в зале, вернее, на последнем ряду царила темнота, то мы знатно оторвались.

— В кафе или дома поужинаем? — уточнил у подруги, подумал и добавил: — Как насчёт того, чтобы забежать в магазин и купить пару бутылочек шампанского?

— А не много? — задумалась Сироткина.

— Не обязательно все бутылки открывать, одну оставим на завтра. Хотя, нет, лучше взять четыре, на всякий случай. Прикинь, лежишь в постели, под тонким одеялком, меня обнимаешь и игристое потягиваешь.

— Змий искуситель тебе прямым родственником не является? — девушка толкнула меня своим плечиком. — Пойдём уже, чего остановился?

— Так тут развилка, — развёл руками. — Направо пойдёшь, в кафе упрёшься. Налево отправишься, попадёшь в магазин, который через час закроется.

— Нам туда, — сдерживая улыбку, сказала девушка.

Кассирша продовольственного не смогла скрыть завистливого вздоха, когда мы совершили покупки. Сумки с собой у нас не было, пришлось купить авоську, в которую сгрузили покупки. Кстати, очень интересный натюрморт мог бы получиться, запечатлей нас кто-то на холсте. Парень с девушкой идут обнявшись, а в авоське бутылки шампанского, мандарины и буханка чёрного хлеба. Уверен, большинство бы художнику не поверило, а некоторые пытались опознать в нас молодожёнов. Вот только отсутствие обручальных колец их версию не поддержало.

— И что в нашем районе делает такая тачка? — озадаченно спросила Лена, когда мы вывернули с ней из переулка.

Машина недавней моей собеседницы, это сразу определил. Но вот есть ли она в салоне? Стёкла тонированы, ауру находящихся в машине рассмотреть невозможно, стоит какая-то защита или работает артефакт, что более вероятно. Магический взгляд как бы скользит и не задерживается на лимузине. Попытаться посмотреть с помощью направленного заклинания? Так и поступил, а то не люблю неожиданности, а вдруг там пяток бойцов нас дожидаются. Такое маловероятно, но лучше подстраховываться, а самое правильное, наконец-то начать разбираться и усиливать магическую защиту. Давно пора иметь пяток заклинаний в спящем режиме, чтобы не задумываясь их использовать. Да и над обнаружением потенциальной угрозы пора задуматься, а не основываться на одной интуиции.

— Добрый вечер, — вышел из лимузина шофёр, который меня сегодня дважды уже возил. — Госпожа Сироткина, господин Горцев, моя хозяйка просит извинения за возможный срыв ваших планов, но она всё обдумала и желает с Сергеем Максимовичем побеседовать. Велела передать, что готова вашу изначальную просьбу выполнить.

— Сергей, что происходит? — посмотрела на меня Лена.

— Гарантировать ничего не могу, поэтому и объяснения откладываются, — ответил ей, а потом поспешно добавил: — Не переживай, ни тебе, ни мне угрозы нет. Иди домой, а я проеду с водителем и встречусь с его госпожой.

— Простите, что перебиваю, — вмешался шофёр и улыбнулся, — думаю, вам следует отправиться вместе. Ужин в ресторане оплатит моя хозяйка, господин Горцев с ней побеседует в отдельном кабинете, а госпоже Сироткиной, если та не против, я составлю компанию и позабочусь о её безопасности. Так получится удобнее для всех, даже в случае отрицательного результата.

Хм, ему всё прекрасно известно, и, похоже, он придерживается моей точки зрения. Мало того, рад, что Анастасия вот-вот найдёт свою потерянную родственницу. Дело в том, что от меня не укрылось, как водитель, когда мы подошли, мрачно на Лену и меня посмотрел. Подозреваю, он думал, что мы с девушкой аферисты. Однако, буквально с каждой секундой наш собеседник светлел лицом, а потом и вовсе стал приветлив.

— Что делаем? — посмотрела на меня Лена, а потом обратилась к шофёру: — Обратно-то нас привезёте или придётся ночью такси искать?

— Доставлю в целости и сохранности, не беспокойтесь, — склонил голову водитель. — Госпожа Соренских на этот счёт выдала чёткие инструкции.

И всё же, медлю с ответом. Осознаю, что за несколько часов госпоже Соренских невозможно узнать прошлое и сделать какие-либо выводы в отношении Сироткиной. Получается, женщина изменила свой взгляд, либо у неё что-то случилось. Учитывая её проблемы со здоровьем, то не исключаю того, что Анастасии, не знаю отчества, стало намного хуже. Прав ли? Время покажет, но её состояние вызывало тревогу. Выйди из строя артефакт и жизнь Анастасии оказалась бы точно недолгой. Или ошибаюсь и когда госпожа Соренских прикинула сколько займёт времени для подтверждения или опровержения моего рассказа, то сама задумала форсировать события?

— Хорошо, поехали, нет смысла откладывать, — согласился я.

Мы с Леной разместились на заднем комфортабельном сиденье. Авоська с нашими покупками отправилась в багажник. Лимузин мягко тронулся, и мы направились на встречу, которая способна поставить всё с ног на голову и от этого чуточку тревожно. Но, скрой я свои догадки и не смог бы подруге в глаза смотреть, когда та разочарованно вздыхает, получая очередной отрицательный ответ о поиске своей родни.

Глава 14

НЕУДАЧНАЯ ВСТРЕЧА

Глава 14. НЕУДАЧНАЯ ВСТРЕЧА

Ресторан под громким названием «Царский» является одним из самых известных, дорогих и в него простому смертному не попасть. В нём отдыхает элита города, главы кланов, высокопоставленные чинуши и приезжие иностранные гости.

— Это зачем вы нас сюда привезли? — задала Лена вопрос водителю, когда тот остановился возле входа. — Простите, но из машины не выйду. Не хочу позориться, когда нас на порог не пустят.

— Не беспокойтесь, обслуживающий персонал предупреждён, — спокойно ответил шофёр. — Места зарезервированы и вас пальцем никто не тронет. Поверьте, это одно из самых безопасных мест в Калинине.

— Пойдём, мы ничего не теряем, — пожал пальчики Сироткиной. — Даже если и не пустят, то не велика беда, когда-нибудь с ноги эти двери откроем.

— Сергей, постарайся недолго, — вздохнула девушка.

— Не могу обещать, — чуть пожал плечами, подумал и добавил: — Ты не волнуйся, всё хорошо.

— Хотя бы скажите, как к вам обращаться, — девушка перевела взгляд на помощника или охранника госпожи Соренских.

— Виноват, — покачал тот головой, — упустил этот момент. Позвольте представиться, Антон Геннадьевич Вольный, к вашим услугам. И, прошу, обращаетесь ко мне без официоза и, если можно, на ты.

— Договорились, — кивнул ему, а потом уточнил: — нам свои имена называть нет необходимости, правильно?

— Это точно, — хмыкнул Вольный. — Давайте всё же поспешим, моя хозяйка наверняка заждалась.

Лена заметно нервничает, вцепилась в мой локоть мёртвой хваткой, но глаза в пол не опускает. Немного расслабилась, когда швейцар перед нами с поклоном распахнул двери, а в холле нас уже поджидало двое служащих ресторана.

— Добрый вечер, рады вас видеть в нашем ресторане! — поприветствовала нас распорядительница зала, если верить надписи на её бейдже.

— Здравствуйте, надеюсь, у нас вам понравится, и вы хорошо отдохнёте, — с улыбкой сказала вторая, являющаяся старшей официанткой.

Мы с Леной в ответ поздоровались, а к нам уже спешит гардеробщица, чтобы забрать верхнюю одежду. Все девицы стройны, приветливо улыбаются, словно встретили лучших друзей. Про дорогую обстановку и говорить нет смысла, как и нескольких охранников в чёрных костюмах, застывших у каждой двери ведущей в другие помещения из холла.

— Марина Семёновна, — обратился наш сопровождающий к распорядительнице зала, — проводите господина Горцева к моей госпоже, а мы с Еленой Ивановной, — он ободряюще кивнул Сироткиной, — подождём в зале. Надеюсь, столик нас ждёт?

— Конечно, не извольте беспокоиться, — ответила работница ресторана и посмотрела на меня: — Сергей Максимович, прошу вас, пойдёмте со мной.

Гм, а неплохо к нашей встречи подготовились, даже по имени-отчеству обращаются, как к важным и постоянным гостям. Вот только тут я впервые, боюсь, даже стакан воды и тот себе позволить не смогу, если только он не бесплатен. Впрочем, чтобы его попросить требуется внутрь заведения попасть, а кто меня пустит? Не прошёл бы фейс-контроль, столики все и всегда оказались бы заняты. Да и не пошёл бы сюда, как и в «Царский двор», в котором тоже побывал. Кстати, это заведение явно статуснее и более дорогое. Осталось ещё еду отведать, но почему-то нет сомнений, что шеф-повар тут не подведёт.

— Господин Горцев, вас ожидают, — остановилась моя сопровождающая у двери гостевого кабинета.

— Благодарю, Марина Семёновна, — кивнул работнице заведения, а та нежным голосом уточнила:

— Для вас просто Марина, обращайтесь на ты, а ещё я готова исполнить любое пожелание, — она кокетливо поправила причёску, которая и так идеальна.

Честно говоря, немного опешил, не ожидал таких слов и намёков. Заведение даже чуть упало в моих глазах. Или распорядительница зала получила такие инструкции? Зачем? Попытка проверить меня на любвеобильность? Перед тем, как встречусь с предполагаемой родственницей своей подруги? Бред! Скорее всего, работнице заведения приглянулся, а ещё ей любопытно, что тут делает с виду обычный парень и с чего к нему такое повышенное внимание.

— Марина, прости, меня ждут, — отрицательно качнул головой, стукнул пару раз в дверь и, не дожидаясь приглашения, зашёл в кабинет.

Мгновенно сообразил, что госпожа Соренских тут не гостья. На стене пара картин, на каминной полке её фотография с котом и собакой. У окна столик с шахматной доской, на которой расставлена какая-то позиция. За массивным письменным столом сидит Анастасия и на меня внимательно смотрит. Уж не ей ли или её клану принадлежит это заведение?

— Спасибо, что приехал, — встала из-за стола Анастасия. — Антон тебя одного привёз?

— Он с Леной в зале ресторана, — ответил женщине, которая заметно нервничает. — У вас что-то произошло?

— Смогла отойти от шока и поразмышлять, — сказала хозяйка кабинета и предложила: — Присядем, — кивнула на два массивных кожаных кресла, стоящих рядом со столиком с шахматами.

Женщина поглаживает пальчиками свою брошь-артефакт и молчит, словно набирается храбрости. Удивительно, а ведь она до дрожи боится. Но чего? Что окажусь прав в своих подозрениях или ошибся?

— Сергей, ты же понимаешь, что я не всемогуща и за такое короткое время не могла ничего узнать о, — она запнулась, но потом продолжила, — твоей девушке. Разумеется, готова снять брошь, но ты должен дать слово, что про уведенное никому не расскажешь. Конечно, тебе мало кто поверит, но лишние проблемы никому не нужны. Согласен?

— Не совсем понимаю, о чём вы, — чуть пожал плечами. — Или намекаете, что если выяснится ваша родственная связь с моей подругой, то мне потребуется молчать? Уж простите, но Лене честно всё расскажу.

— Нет, ты не понял, — покачала головой Анастасия. — Про мои личные проблемы, которые маскирует артефакт.

— Без вопросов, — мгновенно согласился я. — Могу поклясться или подписать бумагу о неразглашении.

— Достаточно твоего слова, — отмахнулась Соренских. — Ты говорил, что сумеешь определить по аурам является ли Лена мне, — она опять запнулась, словно не может произнести какое-то слово, пришлось самому продолжить:

— Да, смогу уверенно заявить родственницы вы друг другу или нет. Однако, порекомендовал бы провести дополнительные тесты, чтобы не верить только на слово. Насколько знаю, исследование на родство занимает какое-то время.

— Если экспресс и с погрешностью, то от восьми часов, — подтвердила хозяйка кабинета. — Полноценный тест, с гарантией и перепроверкой в другой лаборатории придётся ждать порядка десяти дней. У меня нет столько времени!

— Может вам с Леной познакомиться? — предложил я.

— Нет, сейчас сниму брошь, и ты дашь своё заключение. Уверена, ты не соврёшь, — госпожа Соренских вдруг извиняюще улыбнулась: — Должна извиниться, после разговора в кафе дала задание проверить тебя. Посчитала, что так получится быстрее понять не желаете ли на горе заработать. Как уже говорила, таких много повидала. Денег не жалела, но становилось обидно. Кстати, характеристики на тебя не однозначные, уже обзавёлся недругами.

— А у кого их нет? — задал риторический вопрос, наблюдая, как хозяйка кабинета вновь начинает себя накручивать и оттягивает момент снятия броши.

— Пора? — закусила губу женщина и накрыла брошь ладонью.

— Я готов, — коротко ответил ей.

Артефакт перестал работать и подпитывать ауру Соренских, а её магический источник стал выплёскивать черноту вокруг женщины. Надо торопиться, лечебную брошь нельзя надолго снимать. Сразу несколько подготовленных заклинаний направил на владелицу кабинета. В том числе и диагностическое, чтобы понять, что происходит с источником и есть ли способ помочь. Структура магии, словно ДНК, один в один, как у Сироткиной. Аурные всполохи и переплетения схожи процентов на семьдесят. Получается, передо мной Ленина мать, а не родственница! Н-да, теперь понятно, почему женщина так сильно нервничала и переживала. И ведь я был уверен, что они не настолько близкая родня. По крови — да, но, чтобы Соренских выносила и родила мою подругу к этому мало чего располагало. Точнее, брошь переиначивала магическую структуру и источник женщины, блокировала проведению сбора данных, вот анализ и получался поверхностным. Впрочем, углубленный сбор данных я до этого момента не делал. Без согласия такое считается незаконным. Печально другое, Анастасия стремительно угасает и это связано с её даром, который насыщает организм ядом и разрушает ауру.

— Возвращайте артефакт к работе, — произнёс я, почему-то почувствовав опустошение сил.

Диагностику источника Соренских отозвал, успело ли заклинание собрать необходимые сведения ещё предстоит разобраться.

— Что ты понял? — хрипло спросила хозяйка кабинета, на лбу которой выступил пот.

— Лена ваша дочь, — коротко сказал я, но потом добавил: — для достоверности всё же следует сделать ДНК-тест, однако, в своём заключении уверен.

— Пожалуйста, налей мне стакан воды, — попросила владелица кабинета, кивнув в сторону письменного стола, на котором стоит графин. — Что-то слишком ослабла, — она попыталась улыбнуться. — Сергей, помни о моей просьбе. Лекари мне обещали ещё пару лет, в худшем варианте — год. Времени очень мало осталось, так хоть напоследок обниму доченьку. Кстати, её имя при рождении — Эльза-Елена.

— Двойное? — удивился я и отдал ей стакан с водой.

— Нет, немного не точно выразилась, — Соренских стала медленно пить, а потом выдохнула и продолжила: — Её отец так пожелал, точнее, он настаивал, чтобы дочь называли Эльза, но я воспротивилась и в документах у девочки оказалось два имени.

— Понятно, — кивнул женщине и уточнил: — Вам лучше?

— Да, восстанавливаюсь, ещё минутку и буду в норме, — она откинула голову и прикрыла глаза.

Я же остался стоять и стараясь незаметно рассматривать работу артефакта. Брошь преобразовывает магию женщины, пропускает её через себя, а потом латает ауру и накладывает некую сетку на кожу Анастасии. Как работает брошь — непонятно, но она является сложнейшим магическим устройством. Не удивлюсь, если таких единицы, а то и вовсе она уникальна. Кстати, последнее более вероятно, так как настроена на ауру и дар Соренских.

— Всё, я в норме, — неожиданно заявила владелица кабинета и поднялась из кресла, но потом рухнула обратно и растеряно спросила: — Но что скажу дочери? Как всё объяснить? Сергей что мне делать? Отчаянно трушу.

— А давайте я её подготовлю, а потом сюда приведу? — предложил владелице кабинета.

— Она же на меня таит обиду и правильно делает, — Анастасия прижала пальцы к вискам.

— Хотите мы уйдём? — спросил я, на самом деле не понимая из-за чего госпожа Соренских так паникует.

— Нет-нет, не надо! — покачала головой моя собеседница. — Я справлюсь, а готовить Лену тоже не стоит, она на тебя и так обидится, что ничего ей не говорил.

Гм, с этой точки зрения проблему не рассматривал, не хотел давать ложную надежду. Какое-то время назад это казалось правильным, однако, сейчас всё уже не так.

— Чёрт, об этом не подумал, — признал я правоту Анастасии.

Та ничего не ответила, мы покинули кабинет и пошли в зал ресторана. Оказалось, что Лена с помощником Соренских находилась в специальной нише, не позволяющей гостям ресторана рассмотреть, кто там обосновался. Установлены какие-то хитрые заклинания, с которыми ещё не сталкивался.

— Здравствуй, — сказала Анастасия, встав напротив моей подруги.

— Добрый вечер, — ответила Лена и застыла, смотря на ту, которую так долго и отчаянно искала.

Магическая связь между дочерью и матерью существует, пусть очень слабая, но она есть, в том числе и эмоциональная. У Соренских по щекам покатились слезы. Моя подруга шмыгнула носом, глаза у неё на мокром месте.

— Антом, пойдём-ка подышим свежим воздухом, — сказал я помощнику Анастасии.

Тот понятливо кивнул, встал и мы с ним оставили дам наедине. Вышли в холл и стали по нему неспешно прогуливаться.

— Всё подтвердилось? — уточнил у меня Вольный.

— Ты сам видел их встречу, — пожал я плечами. — Этот ресторан принадлежит клану Анастасии? Кстати, как её отчество? А то всё не удосужился узнать.

— Анастасия Павловна, — ответил Антон, а потом добавил: — Ресторанный бизнес у клана, «Царский» один из многих, которые ему принадлежат. Правда, насколько знаю, тут ещё есть совладелец, но с меньшей долей. Вообще-то, живёт госпожа Соренских в столице, там основные активы, а в Калинин прибыли для покупки «Царского двора». Переговоры затянулись, а ещё Анастасии Павловне захотелось поучаствовать в шахматном турнире. Она любит таким образом отвлечься, когда дело заходит в тупик.

— Вот как? — задумчиво произнёс я и сильно удивился, когда меня взяла за руку Сироткина и сказала:

— Сергей, пошли домой.

— Вы уже поговорили? — спросил девушку, лицо которой мрачное.

— Да, мне хватило, — усмехнулась Лена, а потом посмотрела на Антона: — Будьте любезны, принесите наши вещи.

— Я могу вас отвезти, — сказал Вольный, растерянно смотря на девушку.

— Спасибо, но не нужно, мы сами доберёмся, — ответила та и потянула меня к гардеробу: — Одеваемся и уходим.

Спорить с ней не стал, интонации у моей подруги слишком расстроены, ни капли радости не осталось. Что же между дамами произошло? Лезть с расспросами не стал, помог Лене одеться, взял авоську у Антона, потом предложил:

— Вызовем такси или пройдёмся пешочком?

— Немного прогуляемся, надо успокоиться, — ответила девушка и попросила: — Сергей, пока ни о чём не спрашивай, мысли в порядок приведу и всё расскажу.

— Не вопрос, — сказал ей, а та вдруг остановилась, обняла меня, а потом привстала на цыпочки и в щеку поцеловала:

— Спасибо, что Анастасию Павловну отыскал.

— Случайно вышло и до последнего момента не было уверенности, что вы кровные родственники, — осторожно подбирая слова, сказал Лене.

Девушка как-то понурилась и медленно, держа меня под руку, идёт вперёд. Аура у Лены печальная, там нет и намёка на радость от долгожданной встречи. Минут двадцать шли в полной тишине, не считая шума ветра и гудения двигателей от редко проезжающих машин. Прохожих почти нет, ночные улицы пусты.

— Замёрзла, — поёжилась моя подруга. — Давай поймаем тачку, а завтра никуда не пойдём. Раз в жизни можно институт прогулять, а тебе так и вовсе не привыкать в школу не ходить. Марианне объясню, надеюсь, больших проблем не будет.

— Не вопрос, — прижал к себе подругу, а сам поднял правую руку, надеюсь, что какой-нибудь бомбила остановится.

Минут через десять всё же уехали, на старенькой машинке, в которой воняет бензином, а уроженец одной из солнечных республик всю дорогу нас пытался рассмешить. Кстати, Гарик, так он представился, оказался неплохим мужиком. Приехал на заработки, цветы привёз, но его обманули, когда машину покупал. Показали одну, а документы он подписал на другую. Деньги отдал, пошёл к своей почти новой ласточке, а вместо неё увидел вот такое чудо. Ну, это по его словам.

— А что милиция? Обращался? — поинтересовалась Лена.

— Вах, как не обращался, разумеется, заявление написал, всё изложил, но дело так и не завели, — крутя руль, эмоционально заявил наш водила. — Как домой могу вернуться на этом драндулете⁈ — ударил ладонью по торпеде и по салону раздался громкий скрежет. — Засмеют Гарика, скажут, что он совсем лох! Вах, братья только пожалеют, да сестра посочувствует. А та, на которой хотел жениться, презрительно посмотрит и даже разговаривать не станет.

— Так что в милиции-то? — продолжила допытываться девушка, у которой немного настроение поднялось.

Нет, она не обрадовалась неудачи Гарика, но тот не унывает и веселится над самим собой.

— Важный лейтенант долго смеялся, даже слезу пустил, когда заявление читал, — почесал затылок Гарик. — А что не так я написал? Вах, всё как было! Пришёл на рынок, выбрал тачку, облазил её, кожу обнюхал, под капот заглянул. Долго торговался, пятьсот рублей скинул! По рукам ударили, бумаги оформили, деньги передал, ключи получил, вышел из конторы по купле-продажи и это чудо стоит. Милиционер меня и спрашивает, а где махинация? Что от него хочу? Вах, а он не знает, что эта машина стоит те деньги, которые выторговал, а не восемь тысяч⁈ Где справедливость?

— Вообще-то, лейтенант в чём-то прав, — задумчиво произнёс я. — Цена договорная, деньги сам передал, никто не заставлял, документы подписал. Какое он обвинение напишет?

— А что бывший владелец говорит? — поинтересовалась девушка.

— Вах! Он меня благодарил! Говорил, что очень обязан за мою щедрость! Я ему, а давай обратно меняться, ты деньги мои отдай, а я твой машина верну! Не захотел, в лицо рассмеялся, — он пару слов зажевал, покосившись на Сироткину, а потом закончил: — Очень нехороший человек, с таким нельзя дел иметь, обманет!

— Давно купил? — поинтересовался я, мысленно вспоминая законы.

Увы, вроде бы нет такого, что бэушный товар, приобретённый на рынке или в частном порядке можно вернуть, если у него обнаруживаются недостатки. Впрочем, уверенно сказать не могу.

— Вторая неделя пошла, пока решил извозом заняться. Вдруг накоплю, — он тяжело вздохнул, а потом рассмеялся и неунывающе закончил: — Ничего, на следующий год привезу больше цветов, в салоне иномарку куплю.

— Удачи тебе, — пожелал я, а вот Лена дала совет:

— К адвокату сходи, вдруг есть какой-то вариант, хотя бы часть денег назад получить.

— Вах, не пойду! Только больше потрачу. Там же за всё плати. Два слова сказал, а уже счёт. Нет, это дороже получится, — отмахнулся Гарик и лихо затормозил перед подъездом: — Приехали!

Я рассчитался с бомбилой, и мы с Леной поспешили домой. Настроение не то, чтобы шампанское пить, поэтому вино отправилось в холодильник. Девушка приняла душ, не разрешив ей помочь. Я тоже освежился, после чего мы, не сговариваясь, прошли на кухню, где Лена стала готовить кофе. Молчу, жду, когда она начнёт непростой для неё разговор.

— Сергей, что ты думаешь о госпоже Соренских? — спросила девушка, поставив на стол две чашки с бодрящим напитком.

— Лен, я её всего несколько раз видел, точнее, второй сегодня во дворце, а в ресторане — третий, — осторожно начал говорить, но подруга уточнила:

— Это вчера произошло.

— Точно, — кивнул я, посмотрев на часы. — Так вот, вчера встретил во дворце, её водитель отвёз нас в ближайший ресторан и там, где-то полчаса проговорили. Потом уже нас с тобой в её ресторан повезли и побеседовал с ней в кабинете, после чего к тебе пришли. А первый раз мы парой фраз обменялись, за партией в шахматы.

— Ты, надеюсь, выиграл?

— Да, — кивнул, а потом сказал: — Мне сложно оценить её характер и о чём она думает. Тебя точно искала и не сразу поверила, что не пытаюсь у неё выманить деньги. Хотела сама всё проверить, но не стала тянуть и прислала за нами своего помощника.

— Она в ультимативной форме потребовала тебя бросить, собрать вещички и переехать к ней в Москву, — криво улыбнулась Сироткина.

— Неожиданно, — удивился я.

— При этом не захотела отвечать, как и почему я оказалась с какой-то тёткой, которая привела меня в милицейский участок.

— Что если ей это неизвестно? — осторожно сказал и положил ладонь на пальцы девушки.

— Не знаю, но разговаривать с позиции силы это как-то странно, — пожала плечиками Сироткина. — Честно говоря, не так эту встречу представляла. Нет, она вроде бы попыталась меня обнять, даже по голове хотела погладить, но была вся напряжена. Знаешь, в первый момент я подумала, что нашла ту, с кем могу делиться сокровенным, получать поддержку и материнскую любовь. Размечталась, что будем понимать друг друга с полуслова, — она грустно усмехнулась. — Ошиблась, разочарована страшно! Догадайся, какой было её первое предостережение?

— Понятия не имею, — не захотел гадать.

— Не залети! Мол, дочь, у тебя вся жизнь впереди, подберу тебе красавца-мужа из хорошей семьи, чтобы его клан оказался способен защитить! Представляешь? И это тогда, когда ты нас с ней свёл и она знает о наших отношениях, но рассматривает их как милое мимолётное увлечение. Кстати, я ещё не поняла того, почему она, обладая лекарским даром, отдала предпочтение ресторанному бизнесу. Как такое возможно?

— Лен, мы многого не знаем, в том числе и мотивы, — осторожно сказал ей и уточнил: — Про её болезнь знаешь?

— Да, но она со сроками напутала, не знаю, специально или такие консультанты достались, но лет пять в её распоряжении есть. Если умрёт раньше, то не от проблемы с даром.

— Уверена? — потёр я переносицу.

— Да, — коротко ответила девушка.

— Ты ей ответила отказом, правильно понимаю?

— Разумеется! Как ты вообще мог подумать, что соглашусь⁈ — возмутилась Лена. — Да за такое будешь спать в дедовской комнате!

— Ты жестока, — подвинул её вместе со стулом к себе. — Обещаю вину загладить.

— Не смей переводить разговор, — буркнула та, а сама голову запрокинула, от моих поцелуев в точёную шейку.

Мир восстановили быстро, продолжили обсуждать случившееся и подруга выразила опасение, что её могут заставить силой переехать в столицу. С этим с ней не согласился, Анастасия Павловна не настолько глупа, чтобы до такой степени настроить против себя дочь. А если обратиться к клановым дознавателям, то те доставят ей большие неприятности. Проблема же ещё в том, что Лена не знает, как себя вести с Соренских, и себя с этой фамилией не отождествляет. Про то есть ли ещё родня девушка расспросить забыла, слишком много на неё свалилось. Зато не стала возмущаться, когда взял её на руки и направился в комнату. Мои намерения Лене понятны, да и та не против снять стресс в моих объятиях. Только девушку на кровать уложил, и мы стали сдирать друг с друга одежду, как в дверь зазвонили, потом заколотили и чей-то властный голос потребовал незамедлительно открыть, а иначе они выломают преграду в квартиру.

Глава 15

ПОПЫТКИ ДАВЛЕНИЯ

Глава 15. ПОПЫТКИ ДАВЛЕНИЯ

Абсурд и фарс, другими словами, происходящее назвать невозможно! В квартиру вломились никто иные, как клановые дознаватели, о которых недавно размышлял, что те способны доставить госпоже Соренских неприятности. Признаю, ошибся, словно забыл, как всё в этом и моём прошлом мире устроено. Какие-то дикие обвинения, мол признавайся, как деда за наследство грохнул. Разумеется, никаких доказательств, даже косвенных, не считая предположений, никто не предоставил. Сунули под нос ордер, браслеты на руки и велели ждать. Лену, кстати, женщина-дознаватель отвела на кухню, для беседы. Готов поспорить, что это происки мамаши моей девушки.

— Так на каком основании в квартире находится гражданка Сироткина? — поинтересовался пожилой следователь, лично явившийся с группой захвата.

— Она моя девушка, — спокойно ему ответил я.

— Вряд ли с убийцей захочет поддерживать связь, — криво усмехнулся тот. — Тебе лучше сознаться, признание смягчает наказание.

— Не боитесь такое голословно утверждать? — я внимательно посмотрел на невозмутимого следака.

— Всё равно сознаешься, — зевнул тот, посматривая, как его люди переворачивают вверх дном квартиру.

Так называемые гости к обыску подошли без особого рвения, наводят беспорядок и больше ничего. Уверен, они знают, что искать нечего, но свою работу выполняют. Заберут меня в дознавательский дом или нет? Скорее всего, это зависит от Лены, как она себя поведёт и что скажет. Жаль подругу, не сумел её защитить. Нет, но какова Анастасия! Показалась мне приятной дамой, в какой-то степени эмоциональной, но рассудительной.

— Вы ставите мне ультиматум⁈ — раздался с кухни выкрик Лены. — Да идите лесом! Не забыли, где росла⁈ Или отправляете меня с Горцевым, как соучастницу, либо выметайтесь и передайте тому, кто вас прислал, что на слабо не ведусь!

Парни в балаклавах и с автоматами на спине резко прекратили обыск, синхронно посмотрев в сторону следака. Дознаватель крякнул, провёл пальцами по своим усам и сделал какой-то знак подчинённым. С этого момента обыск стал походить на досмотр, уже не вышвыриваются с полок книги, не выгребаются и не бросаются вещи на пол. Правда, длилось это недолго. Сироткина из кухни вышла, её аура пылает от гнева, глаза прищурены и сверкают, губы поджаты.

— Сколько она вам заплатила⁈ — спросила Лена, подойдя к следователю.

— Девочка, ты это о чём? — глядя ей в лицо, усмехнулся дознаватель.

— Не боишься, что крайним останешься? — склонила голову к плечу Сироткина. — Если останусь, то как поступишь?

— Семён Викторович, наши подозрения не подтвердились, донос оказался ложным, — сказала женщина-дознавательница, поспешно подходя к нам. — Думаю, нам следует уехать и провести расследование, кто в этом виновен.

— Инга Фёдоровна, вы в этом уверены? — задумчиво спросил тот.

— Магическое сканирование ничего не выявило, — заявила та и сделала круговое движение рукой, предназначенное бойцам в балаклавах.

Группа захвата, в которой почему-то не оказалось криминалиста, прекратили обыск и как-то бочком направились на выход. Кто же тут старший? Следак только делает вид, что он командует, а подчиняются-то все женщине.

— Ошибочка вышла, бывает, — безразлично пожал плечами Семён Викторович, а потом посмотрел на меня: — Руки вытяните, браслеты сниму.

Хотел у дознавателей кое о чём поинтересоваться, да Лена мне на ногу наступила и сказала:

— Ой, прости, случайно получилось.

Боится, что начну права качать и возмущаться?

— Сергей, извини, это всё по моей вине, — захлопнув за дознавателями дверь и прижавшись к ней лбом, произнесла Сироткина.

— Лен, ты о чём вообще? — обнял подругу одной рукой, а второй по голове погладил. — Успокойся, ответственность на другом, точнее, как подозреваю, другой.

— Попытка сходу меня подчинить, — прошептала та. — Это каким же самомнением надо обладать, чтобы так поступить!

— Или у неё на то свои причины, — пожал я плечами, хотя этого жеста моя подруга видеть не могла.

— Ты её защищаешь? — удивлённо спросила девушка и ко мне обернулась. — А чтобы с тобой произошло, согласись я к матери уехать?

— Скорее всего, на этом всё закончилось бы, — спокойно ответил ей, а потом пояснил, увидев страх в глазах Сироткиной, — Не между мной и тобой, никуда друг от друга не денемся, пусть и окажемся на расстоянии. Группа захвата тебя бы увезла, а меня одного оставила. Не исключаю, попытались бы силой объяснить, чтобы тебя избегал.

— Но это же бандитизм!

— Право сильного, — хмыкнул я. — При этом бесполезно искать виновного, раз уж к нам они явились по надуманному обвинению. Кстати, быстро сработано, у госпожи Соренских большие связи.

— Или тупые исполнители, — задумчиво произнесла Лена. — Пойдём кофе выпьем, надо успокоиться, а то ещё неизвестно, сколько времени займёт привести квартиру в порядок.

— Хорошо, главное не психуй, — согласился с ней и поцеловал в кончик носа.

Девушка кипит, никак у неё не получается успокоиться. Однако, конкретные обвинения не спешит высказывать. Нет, в итоге винит Анастасию Павловну, даже если не та приказ отдавала, то человек-то точно ей подчинялся, а следовательно, и ответственность она несёт. Логика в этом есть, от дурных исполнителей необходимо избавляться или не давать им возможность совершать такое.

— Сергей, а ты как думаешь, причастна Соренских к произошедшему? — поинтересовалась Лена, когда мы приступили к распихиванию вещей на свои места.

— Возможно, но детали могла не знать или кто-то проявил инициативу, — задумчиво ответил я, а потом пояснил: — Анастасия Павловна мне показалась осторожной, расчётливой и вдумчивой. Произошедшее не в её стиле. Знаешь, по игре шахматиста зачастую легко понять его характер. Конечно, с твоей матерью…

— Не называй её так, — перебила меня девушка.

— Почему? — пожал плечами. — Родителей не выбирают, а факт остаётся фактом и тебе с этим жить. Не обязательно с Соренских, да и неизвестно, что у неё на уме, но должна признать очевидное, ты всё же медик и имеешь лекарский дар.

Сироткина некоторое время помолчала, но потом сказала:

— Ладно, убедил, пусть она моя биологическая мать. Допускаю, что между нами даже есть некая магическая связь. Но это не извиняет её за то, что я оказалась потерявшейся. Она меня искала? Так почему плохо⁈ Имея за спиной поддержку клана, как можно не найти ребёнка⁈

— Нам многое неизвестно, — попытался успокоить вновь начавшую заводиться подругу. — Что если кто-то могущественный это провернул? Или думаешь у Анастасии Павловны нет врагов?

— На тот момент она была слишком молода, — покачала головой Лена.

— И что с того? — отмахнулся я. — Удар могли нанести не по ней, а по кому-то рядом, наплевав на ребёнка и его родителей.

— Ты её защищаешь? — девушка удивлённо на меня посмотрела.

— Нет, обвинять не хочу, пока нет подтверждённой информации. Кстати, не случись такое с тобой, то мы бы не встретились, — подошёл и обнял подругу.

Та что-то в ответ буркнула, а потом спрятала лицо на моей груди. Не знаю, мои ли слова на девушку подействовали или она сама себя в руки взяла, но к этой теме мы не возвращались. Как-то так само собой получилось, что оказались в кровати и угомонились когда рассвело. Увы, поспать не удалось, Лена растолкала и заявила, что мы опаздываем.

— И далеко ли ты собралась? — уточнил я.

— Учиться и ещё раз учиться! — со смехом ответила та. — Вставай и не вздумай ложиться. Завтрак готов, иди в школу, а во дворце спорта встретимся. Или ты на тренировки окончательно забил? Кто хотел выиграть городские и областные, а потом отправиться на всесоюзные?

— Думаешь не справлюсь? — поинтересовался, размышляя, как бы подругу поймать и с собой уложить.

Сироткина держится настороженно, близко не подходит, даже не купилась на провокацию, когда попросил посмотреть, что мне в глаз попало. А как только с кровати слез, то предусмотрительно в сторону кухни отступила. Похоже, она начинает меня читать, как открытую книгу. Плохо ли это? С одной стороны — да, ничего не утаить. С печалью в голосе об этом и заявил, на что она весело рассмеялась и заявила:

— Да не по лицу твоему я о коварных мыслях догадалась! Иди под душ, желательно холодной и успокойся. Ничего тебе сейчас не обломится, у нас времени нет, а то до обеда из постели меня не выпустишь.

— Говоришь, что не обладаешь даром чтения мыслей? — хмыкнул я, но послушно побрёл в ванную комнату, стараясь унять бушующие гормоны.

Ледяной душ действительно помог, а в этом ему поспособствовали размышления о словах Лены, про то, что как-то поставленные цели не слишком спешу выполнять. С одной стороны, быстрее не получится, почти все даты крупных состязаний уже известны. Но вот с другой у меня подготовка почти остановилась. Ещё и Курзин делами сердечными занят, про магические турниры ничего узнавать не желает, постоянно какие-то отговорки находит. Мол, меня большинство устроителей не желает видеть среди участников и всё из-за ставок, на которых мгновенно окажусь фаворитом. Если бы я дал гарантию, что не выиграю шоу, то хороший гонорар получил, как и приглашение. А то с заведомо известным результатом они дел не хотят иметь. Вот и остаётся только искать этакую подработку в других городах, где обо мне плохо известно. Это по словам тренера, но, думаю, он лукавит, не настолько я успел выделиться и наделать шума. Выиграл-то всего ничего!

— Уверена, что сумеешь справиться без меня, если опять от Анастасии Павловны кто-то придёт? — задал вопрос Лене, когда собрались покинуть квартиру.

Кстати, мы ночью уборку так и не закончили, много вещей в беспорядке валяются, но хотя бы одежду отыскали, да тетради, насчёт учебников даже не заморачивались. Я своё расписание-то плохо помню, а у девушки сегодня сплошь лекции и всего одна практика.

— Не волнуйся, не думаю, что похищать станут, а добровольно не поеду, — ответила она мне.

Есть некое сомнение внутри, но интуиция не орёт, что велика опасность. Да оставаться в квартире нет смысла, при желании и из неё выведут или вынесут. Как ни прискорбно осознавать, но пока нет стен, которые могут считаться крепостью. Их только предстоит построить!

— Не провожай, иди в школу, — сказала Лена, когда вышли из подъезда.

Подозрительных тачек незаметно, как и странных личностей, которые могли бы нас поджидать. Впрочем, спецы для этого и существуют, чтобы оставаться в тени до последнего момента. Мысленно дал задание дару просканировать местность, представив этакое подобие карты, чем-то схожую с той, которая в другом мире используется в автомобильных навигаторах, смартфонах и компьютерах. Почти мгновенно, получил чёткую картинку, от которой чуть не охнул.

— И почему раньше не додумался? — попенял себе, наблюдая за удаляющейся Сироткиной.

Девушка словно почувствовала, что провожаю её взглядом. Обернулась и помахала мне рукой. Рядом с ней нет никого настроенных враждебно, в том числе и никаких компаний парней, которые в это время выгляди ли бы подозрительно. На карте все люди и их ауры отслеживаются. Вот, например, бабулька озабочена мнимой хворью и спешит в поликлинику. Два грузчика маются похмельем и размышляют о том, где взять денег на пузырь. Или мальчик понуро бредёт в школу, не выполнивший домашку и мечтает, чтобы его не спросили. Молодая мамаша тащит за руку дочь в садик, при этом злится на мужа.

— Гм, а откуда такие подробности? — озадаченно произнёс и даже головой помотал.

Ответа нет, не исключено, что ошибаюсь либо магия как-то определяет эмоции по всполохам аур и делает заключение.

— И какова вероятность, что это всё на самом деле? — задаюсь вопросом и переадресовываю его в свой источник.

Вновь наглядный ответ, он на виртуальной карте у каждого живого существа. В том числе и голодного пса, которого мучает вопрос, где он вчера кость зарыл. Вероятный процент сканирования живых существ колеблется от семидесяти, до девяносто девяти, как в случае с собакой, процентов. Радиус действия карты меня устраивает, порядка двухсот метров. А вот то, что контуры этакого магического навигатора стали стремительно темнеть — опечалило. Затраты энергии дара на такое сканирование и преобразование окружающего пространства в виде схемы оказалось чрезвычайно высоко. В источнике осталось треть магии, за всего-то несколько минут. Поэтому постоянно такое заклинание или приказ нельзя использовать. Или пытаться как-то оптимизировать! Зачем мне знать думы или мечтания животных? Надо же определить угрозу, а остальное не так и важно. Ну, или очертить контуры того, что может представлять интерес. Кстати, очень неплохое подспорье при игре в магических турнирах. Правда, доверять сканированию на сто процентов никак нельзя.

— Горцев, Сергей, подожди! — раздался крик биологички.

Остановился, Нина Анатольевна ко мне спешно направляется, а следом за ней, метрах в пятидесяти, чуть ли не побежала Марианна Леонидовна. Интересно, классная испугалась, что Дугарова меня убивать начнёт?

— Нина Анатольевна, зачем так нервничаете? — спросил биологичку, когда та запыхавшись ко мне подошла.

— Прости, дура я старая, — она опустила голову, а пальцы теребят карманы пальто.

Делаю Мальцевой знак рукой, чтобы не подходила пока, та останавливается и напряжённо в спину Дугаровой смотрит. При этом во взгляде Марианны ничего отдалённого на робость нет, наоборот, это она способна совершить опрометчивый поступок. А делать этого рядом со школой никак нельзя, свидетелей тут полно.

— Вы далеко не глупы, — покачал я головой.

— За Лиду переживаю, она, глупая девчонка, всё неправильно делает, но в этом есть и моя вина, — произнесла Нина Анатольевна, стараясь что-то прочесть по моему лицу. — Она не понимает моих мотивов и что её оберегаю.

— Что вы хотели? — уточнил я, не собираясь соглашаться, но и возражать не хочу.

Какой в этом смыл? Биологичка уже всё своими действиями сказала, её мнение вряд ли изменится, а если и пересмотрит своё отношение к жизни дочери, то не сразу.

— Сергей, я же не думала, что Иннокентия начнут избивать. Просила его приструнить, да Лиду домой привести. Посадила бы под замок, уму разуму научила, она бы и образумилась, — подбирая слова сказала Дугарова.

— У меня-то чего прощение просите? — хмыкнул я. — За то, что родственников пытались натравить или за выбивалку для ковров, которой меня охаживали? Считайте, этот эпизод забыл, а вот то, как поступили с дочерью и Кешой, уж простите, — развёл руками, — не забуду.

— Значит между мной и тобой мир? — повеселев, уточнила Нина Анатольевна, а потом печально вздохнула: — Племянники всё не так поняли, им вообще ничего доверить нельзя. Знала же, что чуть что сразу кулаками машут. Как бы мне с Лидой поговорить, не поможешь?

Вот тут уже я призадумался, с одной стороны, им бы надо пообщаться, при условии, что биологичка вину признает. Однако, в этом уверенности нет. А ещё наедине мать с дочерью оставлять точно нельзя, а у меня сейчас другие заботы. И, опять-таки, пока Иннокентий полностью не поправится, то любая беседа закончится на повышенных тонах, это в лучшем случае.

— Спешить нельзя, — поразмыслив, сказал я, мысленно прикинув, что если пару месяцев протянуть, то Нина Анатольевна смирится, увидев, что вскоре станет бабушкой. Ну, наверное, смирится, гарантировать такое невозможно. — При случае, переговорю с Лидой, возможно, организую вашу с ней встречу, но обещать не стану. Договорились?

— Хорошо, спасибо, — выдохнула Дугарова. — Кстати, Сергей, там мне разнарядка пришла, просят отправить кого-нибудь на олимпиаду в столицу. Хотят провести показательное мероприятие, ты парень смышлёный, в тройку лучших точно попадёшь.

— Шутите? — изумился я. — Где биология и где мои знания!

— Достаточно заучить ответы на шаблонные вопросы, — позволила себе улыбнуться Нина Анатольевна.

— Нет, это не ко мне, — отрицательно покачал головой, подозревая, что она каким-то образом получила задания, которые дадут на олимпиаде.

— Дело твоё, но ты подумай, — сказала мне моя собеседница и неспешно пошла в сторону школы, при этом сделав вид, что Марианну не замечает.

Гм, какой-то у биологички план созрел, и она думает, что он сработает. Зря старается! Если Фролова не примет, то не видать ей дочери и внука или внучку как своих ушей.

— Сергей, не спеши, — махнула мне рукой Мальцева.

— Здравствуйте, Марианна Леонидовна, — улыбнулся классной руководительнице.

— И тебе не болеть, — хмыкнула та и кивнула в сторону уходящей Дугаровой: — Чего от тебя хотела?

— Не догадываетесь? — задал вопрос и сразу ответил: — С дочерью желает пообщаться, говорит, что всё произошло не так, как она планировала.

— В этом не сомневаюсь, — криво усмехнулась Марианна. — Не вмешайся ты и сидела бы Лидка в своей комнате под замком, а Иннокентий в больничке, переломанный валялся. Ладно, пошли в школу, у нас завтра субботник намечается, быть строго обязательно, в особенности комсомольцам. Будут переписывать присутствующих, а на тех, кто не явится отправят бумаги в райком. Мероприятие будет по всей стране проводиться, дабы показать сплочённость и вовлеченность в молодёжное движение.

— Для этого потребуется метлой махать или полы со стенами мыть? — задал риторический вопрос.

— Скажи спасибо, что не требуют в колхоз ехать и труженикам помогать.

— А чего там-то сейчас делать? Урожай давно собран! — парировал я. — Думаю, для галочки проводят мероприятие. Или задумали ряды комсомольцев проредить.

— Не совсем, — покачала головой Марианна, — нагрузят другой работой или с позором исключат. Сделают это таким образом, что даже в техникум не примут, какие бы оценки в аттестате не стояли. Я же тебе говорю, показательное мероприятие!

Честно говоря, не понимаю чью-то задумку, но зачастую приказы вышестоящих руководителей доходят до исполнителей в абсолютно другом виде, с этим-то сталкивался.

— Хорошо, учту, — задумчиво ответил, но не стал обещать, что в выходной попрусь на субботник.

У меня есть господин или товарищ Шмелёв, если что он прикроет. Правда, из-за мелочи обращаться к нему нет желания. Однако, выполнять работу дворника ещё больше не хочется. Мы с Марианной направились в школу, но, как ни странно, уроки пролетели быстро, никаких проблем учителя не доставили. Одноклассники немного сторонились, даже Коля и тот с опаской пару раз подходил и спрашивал о какой-то ерунде. Ну, это их проблемы, вникать что и кто обо мне думает — нет желания. После окончания уроков забежал домой и отправился во дворец спорта, мысленно радуясь, что всё идёт как планировал.

— Моя девушка ещё не приходила? — спросил у тренера, когда с ним обменялся приветствиями.

— Она с моей пошли в кафе, — ответил Курзин. — Сказали, что им есть о чём поболтать, а нас отвлекать не хотят. Кстати, ты уже в курсе, что городские состязания сдвинули, как и областные? Тебе должно было письмо прийти.

— Вот как? — потёр я переносицу. — В почтовый ящик не заглядывал.

— Времени в обрез, если до всесоюзных намереваешься получить кандидата в мастера спорта, — сказал Александр Николаевич и кивнул на пару толстых книг на своём столе. — Это редкие учебники по шахматной психологии. Тебе их надо проштудировать, как можно быстрее. Там разбираются некоторые позиции, которые выигрываются на чистой интуиции и при эмоциональном давлении на соперника.

— Это как так? — поинтересовался я.

— Узнаешь, когда прочтёшь и разберёшься, — отмахнулся Курзин и кивнул на расставленные фигуры: — Пару партий давай сыграем, по определённым началам, которые ты не любишь.

— Хорошо, — ответил ему, а сам мысленно поморщился, похоже, мои мучения начинаются.

Так и оказалось, невзирая на то, что почти всегда удавалось доказать, что мой ход не хуже того, который предусмотрен теорией, Курзин ворчал и требовал выучить правильные варианты.

— Как начёт магических состязаний? — поинтересовался я у тренера, когда провели за доской около часа. Кстати, счёт к этому моменту оказался всего четыре/три, в мою пользу.

При этом Александр Николаевич сам меня вынуждал найти за него лучшее продолжение и этим пользовался. Ну, поэтому-то за результат не переживаю.

— Денег нет? — размышляя, в какую из сторон рокироваться, уточнил тренер.

Он ещё не понял, что короля следует двинуть вперёд, освобождая линию, тогда моя разностороння атака выдохнется и придётся играть позиционно.

— Пока ещё есть, но они как-то быстро заканчиваются, — ответил я.

— Ты прав, у денег есть такая особенность, — хмыкнул Курзин и удивил, послав вперёд фланговую пешку.

— Странное решение, — произнёс я. — Специально теряете темп, чтобы посмотреть, в какую сторону нацелен атаковать? Зря, подвоха не заметили! Шах!

Обсуждение магического турнира так и не успели начать, как и партию доиграть. В тренировочный зал пришла госпожа Соренских, с двумя охранниками и помощником.

— Простите, что отвлекаю, но мне необходимо побеседовать с господином Горцевым, — произнесла Анастасия Павловна.

Хм, кто же рядом с ней? От сопровождающих за версту несёт опасностью, но к дознавателям и тем более милиции они отношения не имеют. Есть в аурах некая специфика, говорящая, что они выходцы из тюремной братии. Осталось понять по какую сторону находятся те, которые в камерах сидят или кто их сторожит. Если последнее, то беседа завершится для меня в застенках. Что-то такое и Курзин понял, он встал и сказал:

— Оставлю вас, не хочу беспокоить.

— Спасибо, — надменно кивнула мать моей подруги, а потом обратилась ко мне: — Сергей, за ночной инцидент прошу прощения, кое-кто из моих людей перестарался. Недоразумение вышло, но Лена должна, подчеркну, должна уехать со мной и быть представленной в клане.

— И почему ко мне обратились? За неё точно не решу, — ответил Соренских, размышляя, как себя с ней вести.

— Ты её убедишь, — спокойно заявила та и положила передо мной папку, а потом кивнула помощнику, который достал из кармана что-то завернутое в газету.

В этот момент в дверях тренировочного зала появилась Сироткина и испуганно на меня посмотрела. Судя по тяжёлому дыханию девушки, то она только что с пробежки. Наверное, издали увидела эту компанию и поспешила мне на помощь. И чего она боится? Неужели думает, что смогу её предать? Или это не взятка, чтобы от подруги отрёкся? По ауре Соренских и её спутников ничего понять невозможно. Ладно, поговорим, послушаю с чем мать моей девушки пришла.

Глава 16

СЛОЖНЫЙ ВЫБОР

Глава 16. СЛОЖНЫЙ ВЫБОР

На какое-то время в тренировочном зале воцарилась тишина, а потом Александр Николаевич попросил всех игроков и учеников выйти. Сам он подошёл ко мне, похлопал по плечу и вопросительно посмотрел.

— Спасибо, идите, справлюсь, — коротко ответил я.

— Свободны, — кивнула своим сопровождающим Анастасия Павловна.

Те помялись, но спорить не осмелились, удалились. А вот подошедшая Жанна не пожелала пропустить переговоры, иначе их не назовёшь. Журналистка встала рядом с Леной, но Курзин свою подругу за плечи взял, что-то той на ухо сказал и заставил выйти.

— Я бы хотела поговорить с господином Горцевым тет-а-тет, — не глядя на дочь, произнесла госпожа Соренских.

— От Лены у меня секретов нет, к тому же, как понимаю, речь пойдёт о ней, поэтому она должна остаться, — спокойно сказал я.

К этому моменту уже встал напротив Анастасии Павловны, и мы с ней стали меряться взглядами. Дама не уступает, в её глазах читается решимость и уверенность. Ну, думаю она решение не изменит, правда, пока не понимаю какое и чем нам с Сироткиной это грозит.

— Сергей Максимович, ознакомьтесь с документами, — кивнула Соренских на папку.

— Думаю, мы от любого предложения откажемся, — встала рядом со мной Лена и с вызовом посмотрела на Анастасию Павловну.

— Прежде чем такое заявлять следует понять о чём речь, — улыбнулась Лене её мать, а потом перевела взгляд на меня: — Всегда есть несколько вариантов развития событий, от правильного выбора зависит многое. Согласны?

Прозвучала завуалированная угроза, на которую я никак не отреагировал. Хотя, нет, даже не так, мысленно поморщился, не люблю, когда пытаются заставить принять некие правила игры, загоняя в угол. Кстати, это плохое решение, даже смертельно раненый способен огрызнуться напоследок. А в сегодняшней ситуации мне кроме Лены особо и терять некого и нечего. Правда, следует учитывать не только свои устремления, но и заботиться о подруге.

— Смотря кто как видит свою жизнь, — спокойно ответил я госпоже Соренских и уточнил: — Почему решили здесь переговорить? Не думаю, что это место подходит.

— А разве вы меня бы пустили в квартиру или согласились где-то встретиться? — пожала плечами Анастасия Павловна. — На вашем месте, после ночного происшествия, — она поморщилась, — я бы и сама себя так вела. Не люблю, когда диктуют условия.

— И тем не менее, так поступаете, — хмуро буркнула Лена.

— Зачастую не остаётся выхода, — ответила девушке наша собеседница. — Ещё раз приношу извинения за нерадивых своих сотрудников. Они будут наказаны.

Ни меня, ни Сироткину её слова не тронули. Сейчас-то она может говорить что угодно, а как всё обстояло на самом деле — неизвестно.

— Лен, думаю, нам всё же придётся выслушать Анастасию Павловну, а потом делать выводы, — немного примирительно сказал я.

Нет, это не отступление от своих взглядов и не уступка, следует знать причины произошедшего и чем это грозит. В том числе и необходимо понять мотив той, которая когда-то потеряла дочь, а найдя её взрослой и самостоятельной пытается навязать свою волю.

— Документы, — вновь кивнула на папку госпожа Соренских.

— Давайте присядем и поговорим, — я указал рукой на ближайший шахматный столик.

Дамы послушались, при этом предварительно вопросительно друг на друга посмотрели. Сироткина немного успокоилась, уже не пышет негодованием и даже начинает сочувствовать Соренских. Наверняка посмотрела на ауру своей матери и опечалилась, брошь женщины не справляется с латанием дыр, те явно увеличились и, думаю, Анастасии Павловне об этом известно. А я ещё и данные диагностики плохо изучил, когда проводил сканирование и подтверждение родства своей подруги и недавней знакомой.

— Господин Горцев, изучите бумаги, — попросила Соренских, когда мы расселись за столиком, при этом дамы сидят напротив друг друга, а я сбоку.

— Расскажите своими словами, а если потребуется, то документы посмотрю, — ответил я.

— Хорошо, — неожиданно легко согласилась та. — Наверное, так будет даже лучше. С чего начать? С того момента, когда я счастливая жила в браке и ждала ребёнка? Или, когда родилась девочка и в ней души не чаяла? — она взяла пешку и стала поглаживать фигурку, словно вспоминая дела минувших дней. — Или как билась в истерике, когда она пропала, а муж лежал в лечебнице и его дни были сочтены? Возможно, об этом когда-нибудь подробно поведаю, если будет интерес, — она посмотрела на напряжённую Лену, замершую в одном положении. — Начну с того, что мой клан имеет неплохие активы, но не так влиятелен и могуществен, как вам могло показаться. Впрочем, кое-какие связи и возможности имею. Как уже знаете, моё состояние здоровья не такое, как хотелось бы. Сколько осталось? — она пожала плечами. — Прогнозы разные, лечения нет. Сергей, — она посмотрела на меня, — когда вы заявили о том, что у меня есть потерянная родственница, то первым делом приняла вас за очередного мошенника.

— Это не так! — возмутилась Лена.

— С радостью могу признать, что ошиблась, — сказал Соренских и печально улыбнулась дочери. — Правда, повела себя неверно, посчитала, что вправе так поступать, хотя это не так. Ладно, что теперь об этом! Сделанного не воротишь. Прошу меня простить, однако, и вы должны понять мои чувства. В том числе и боязнь за клан, который обязательно развалится, если не окажется достойного преемника или, — она посмотрела на Сироткину, — преемницы. А кто иной, кроме моей дочери может таковой стать? Однако, необходимо всё оформить документально, а это не так просто. В папке документы, в том числе и на активы клана, которые по праву будут принадлежать тебе, после моей смерти, — Анастасия Павловна с грустью посмотрела в глаза Лене. — Пойми, я готова всё для тебя сделать, но тебе потребуется мне в этом помочь.

Лена молчит, она растеряна и не понимает, как реагировать. С одной стороны, всё хорошо и кажется, что мать рада дочери и ту приняла безоговорочно. Но если подумать и проанализировать происходящее, то Соренских затеяла какую-то игру. Похоже, Сироткина такого же мнения.

— Простите, а можно узнать конкретнее, чего хотите? — задала вопрос Лена.

— Господин Горцев, вы разумный молодой человек, неужели захотите лишить свою девушку и мою дочь того, что её по праву? В том числе счастья и будущего? Учтите, через какое-то время она начнёт сожалеть об упущенном шансе, — сказала наша собеседница, не став отвечать на вопрос дочери.

— Говорите прямо, — чуть улыбнулся я, догадавшись, куда она клонит. — Вы собираетесь забрать Лену к себе, ввести в свой круг, обучить управлению кланом. Верно?

Мог бы ещё добавить, что осыпать подарками, показать беззаботную жизнь, отгородить от простых людей и меня, в частности. А когда пройдёт немного времени, то и женихов подбирать, мотивируя тем, что я ну никак не подхожу на роль мужа. И, что печально, она окажется права. Высшее общество Лену примет, хоть и с трудом, а вот моя персона там окажется лишней. Ну, если в качестве парня Сироткиной там окажусь.

— Если коротко, то верно сказано, за исключением того, что хочу с дочерью сблизиться, узнать её получше и в какой-то, пусть самой малой степени, загладить вину. Мне нет прощения, что не отыскала дочь и ей пришлось через столькие ужасы пройти, — на глазах Анастасии Павловны показались слёзы. — Никогда себе этого не прощу. Лена, неужели ты ничего ко мне не чувствуешь?

И ведь говорит искренне, не играет. Умело давит на слабые места, взывает к чувствам и, думаю, когда дойдёт до жалости, моя подруга начнёт сдаваться. Я слишком хорошо знаю большое и доброе сердце моей милой лекарки.

— А зная планы Сергея Максимовича, то сейчас самое время нам наладить отношения, — продолжила Соренских. — Уж прости, но ты ему начинаешь мешать. Отвлекаешь от тренировок, а без упорного труда он не достигнет поставленных целей. Насчет того, чтобы стать чемпионом мира речь не идёт, до этого ещё далеко. Но играть на мировой арене он должен. Согласна?

— Что в газетном свертке? — поинтересовался я, наблюдая за задумчивой Леной.

Слова матери посеяли в её душе сомнение. Боюсь, у меня не хватит аргументов убедить подругу не делать поспешных решений. Ведь уедет же по доброй воле в столицу и вернуть её окажется не так-то просто. Да и приходилось мне сталкиваться со многими, кому внезапно свалившиеся деньги или богатство вскружило голову, и они забывали о друзьях и даже любимых. Кстати, даже вспомнился анекдот, когда радостный муж возвращается домой и объявляет, что выиграл пару миллионов рублей, теперь богат и пусть жена собирает вещи. Обрадованная женщина уточняет на какой курорт они отправятся, а муж отвечает, что не знает куда пойдёт жена после развода, а он хочет понежиться под солнцем на Карибах в обществе длинноногих красоток.

— Там деньги, вам двоим необходимо приодеться, питаться нормально, — спокойно произнесла госпожа Соренских.

Лена хмыкнула и на меня посмотрела, я чуть кивнул, догадываясь, что подруга скажет.

— Простите, мы вполне сами справимся, уж на данном этапе — точно! Насчёт некого будущего, то Сергея ни за что не брошу! Так что даже об этом не может идти и речи. А из твоих слов напрашиваются определённые выводы, — немного эмоционально произнесла Лена, обратившись к Анастасии Павловне на ты и при этом вцепившись в мой локоть. Сделала глубокий вдох и продолжила: — И, да, хотела бы с тобой ближе познакомиться и пообщаться, но без смены жительства. У меня учёба, работа, — тут она на меня как-то виновато покосилась.

— Я тебя поняла, — широко улыбнулась Соренских. — Как насчёт совместного ужина в ресторане? Завтра могли бы пройтись по магазинам, а вечером отправимся на приём к одной из местных дам. Мне каждый день шлют приглашения, я их даже не разбираю, уверена, найдём что-нибудь интересное.

— Ты как? — поинтересовалась у меня подруга.

— Зависит от Курзина, — честно признался я, а потом поспешно добавил: — Это насчёт ужина, а по магазинам — увольте, в том числе и на званный ужин с собой не тащите.

— Договорились! Тогда мой помощник за тобой заедет, — кивнула Соренских дочери, а сама поспешно встала.

— Деньги заберите, — указал рукой на газетный свёрток.

— Это малая часть того, что готова для вас сделать, — нахмурилась Анастасия Павловна.

Ну, ей очень хочется всучить мне денежные средства, подчеркнув, между нами, разницу и как бы давая понять, что она готова от меня откупиться. Только бы не досаждал и на Лену не претендовал.

— Возьмите, нам денег хватает, — поддержала меня Сироткина, вновь переходя на вы.

— Хорошо, но бумаги оставлю, ознакомьтесь с ними, — ответила Соренских, а потом с надеждой и ожиданием улыбнулась дочери.

Между девушкой и женщиной вижу тонкую магическую связь, но она говорит только о родстве и ни о чём больше. Странно, но источник Анастасии Павловны остался безучастен к дару Лены, как и тот не проявил какого-либо всплеска. Мне даже показалось, что у Сироткиной появился некий щит, способный отразить ментальную атаку. Лёд недоверия со стороны моей подруги не исчез, но отношение изменилось и появилось сочувствие.

— Завтра увидимся? — уточнила Анастасия Павловна, взяв в руки бумажный свёрток, понимая, что деньги мы не примем.

Ей не хочется уходить, однако, понимает, что Лене необходимо подумать и, возможно, начинать принимать перемены в своей судьбе.

— Да, мы же договорились, — спокойно ответила Сироткина.

Попрощавшись, Соренских ушла и только тогда я задался вопросом, а с кем она, собственно, приходила? Похоже, до последнего момента прикидывала, а не задействовать ли силовой метод. Печально, если это так, нельзя исключать, что к такому способу вернётся.

— Сергей, что думаешь? — задумчиво спросила Лена.

— Она твоя мать и по-своему тебя любит, — потёр я переносицу. — А ещё она больна, но это тебе не хуже моего известно. Определённые опасения у неё имеются, в том числе и переживания за клан. Последним готова поступиться, сделав тебя счастливой, но в своём понимании.

— Считаешь, что в наши отношения полезет и попытается разлучить? — полувопросительно сказала девушка.

— В открытую вряд ли, но подспудно постарается, — криво улыбнулся подруге и добавил: — Не осуждай её, она на ситуацию смотрит со своего места и положения. В её глазах, надеюсь, выгляжу неплохо, но точно не достойным тебя.

— Чушь не говори! — возмутилась Сироткина.

— Бумаги изучи, уверен, там указаны активы клана, которые тебе достанутся. Сумма наверняка внушительная, как и открывающиеся возможности.

— Плевать! — отмахнулась девушка.

— С одной стороны соглашусь, но проблема останется. Я не вправе лишать тебя наследства, как и всего остального, что тебе причитается по праву, в том числе рождения. Через какое-то время свыкнешься, что покупка чашки кофе или понравившейся вещички для тебя необременительно и это нормально. Когда есть деньги в кармане это же хорошо. Согласна? — с улыбкой посмотрел на свою подругу.

— Допустим, — осторожно ответила та, а потом попросила: — Продолжай.

— Светские приёмы, званные ужины, взаимодействие с высокопоставленными чинами, всё это тебе предстоит. Я же окажусь в твоей тени и, возможно, ты почувствуешь себя неуютно в моём обществе, когда начнут шептаться и говорить, что мужа содержит.

— Эй, не будет этого, ты поставил перед собой амбициозные цели и к ним стремительно идёшь! Скорее всего, мне обзавидуются, а некие дамы начнут тебя соблазнять и добиваться всеми возможными правдами и неправдами! — возмущённо возразила Лена и добавила: — Только попробуй в их сторону взглянуть, сразу облысеют!

— А мне-то что от того, что у них волосы выпадут? — не понял логики своей подруги.

— Узнаешь! — нахмурилась девушка, скорее всего сама не понимая этой угрозы.

— Заранее ревнуешь? — хмыкнул я. — Лен, а каково мне придётся, когда вокруг тебя окажутся стервятники, мечтающие тебя заполучить? У них в арсенале много разных приёмов.

— Думаешь больше, чем у студентов-медиков? — хмыкнула Сироткина. — Не беспокойся, ни на кого тебя не променяю!

И я ей верю, как и она мне. У нас крепкая связь и, надеюсь, её ничто не пошатнёт. А вот тренер не захотел слушать, что мы не обо всём ещё поговорили.

— Горцев, забыл о соглашении⁈ Скоро городские, собираешься свои достижения коту под хвост отправить? — заявил Александр Николаевич. — Тренировки и ещё раз тренировки. Теорией займёшься дома, а сегодня устроим блиц, партий этак из двадцати!

— Всегда готов, как пионер! — ответил я.

— Проигравший оплачивает ужин, — предупредил Курзин.

— Без вопросов, — протянул ему руку.

— Забились! — пожал мою ладонь компаньон и наставник.

Что-то он задумал, по глазам вижу, никак фору попросит.

— Александр Николаевич, а Жанна не возмутится, что швыряетесь деньгами? — с улыбкой спросила Лена.

— А кто сказал, что собираюсь платить? — хмыкнул тот и широко улыбнулся. — Нет, Сергей Максимович нас угостит! Совсем забыл уточнить, что у него будет две минуты на партию, против моих, — он чуть задумался, — десяти!

— Но это же нечестно! — возмутилась моя подруга.

— С тренером не спорят, а выполняют его распоряжения, — развёл руками тот.

— Александр Николаевич, хотя бы пять минут мне дайте, это получится фора не в пять раз, а всего в два, — попросил я, наперёд зная бессмысленность этого.

— Так ты же будешь думать во время моих ходов, — парировал тот, а потом добавил: — Мозги быстрее работать начнут, в том числе и реакция улучшится.

Не стал с ним спорить, как и Лена промолчала, зато зрителей, предвкушающих забавное, по их мнению, зрелище, в тренировочный зал набилось много. Нас попросил переместиться в основное помещение Сан Саныч:

— Это не тренировка будет, а шоу! Поэтому-то, будьте любезны, идите отсюда, вы мешаете учебному процессу.

Интересно, а то, что его ученики с нетерпением ждали наше сражение он в расчёт не взял? Мало того, следом за нами отправился, что-то тихо говоря моему тренеру. Курзин согласно кивал, выслушал, а потом и ко мне подошёл с объяснениями:

— Господин Валенов прав, помог не допустить оплошность с моей стороны. В ученическом зале устраивать такой матч, если так можно выразиться, совсем неправильно. И не из-за обучающихся, а зрителей, которые некоторые моменты захотят разобрать и начнут шахматные столики занимать. Так вот, их потом отучить от посещения зала окажется ой как непросто. Такое уже случалось и Сан Саныч об этом напомнил.

— Понятно, — покивал я, а потом уточнил: — Тотализатор наверняка будет, не желаете на свою победу поставить?

— Только не говори, что подумываешь о договорнячке, — прищурился Курзин.

— Господь с вами, — отмахнулся я, — ни сном, ни духом! Наоборот, собираюсь куш срубить, поставив сотню на свою победу. Прибыль окажется двойной, в том числе и поужинаю нахаляву!

— Мечтай! У меня другие планы, — хмыкнул Александр Николаевич.

Перед первой партией мы обговорили регламент, чтобы все слышали. Игр будет двадцать, ровное число из-за того, чтобы каждый сыграл одинаковое количество одним цветом.

— Приступим? — поинтересовался Курзин, поправляя свои фигуры.

Ему выпало играть белыми и мне надлежит нажать кнопку шахматных часов.

— Дайте пару минут, — попросил я.

— Не вопрос, — ухмыльнулся тренер.

Он точно задумал пакости и даже представляю какие! Начнёт разыгрывать плохо выученные мной начала, если бы не лимит времени, то я ещё мог выкрутиться, но теперь придётся тяжко. Мысленно проинспектировал свой дар и порадовался, что тот в ожидании праздника, такими мне показались магические всполохи. Это хорошо и, пожалуй, следует в каком-то роде довериться инстинктам и тому, что предложат фигуры на доске. Нет, их обязательно проконтролирую и по возможности просчитаю комбинации, насколько хватит времени. Я сделал знак Лене отойти со мной в сторону.

— Что хотел сказать? — спросила девушка, когда мы с ней оказались у стенда с объявлениями, которые никого в данный момент не интересуют.

— У тебя с собой сколько денег? — поинтересовался я у Сироткиной.

— Рублей двадцать с мелочью, — прикинув, ответила та и уточнила: — Собрался сделать через меня ставку?

— Ты догадливая, — кивнул ей, незаметно сунув в ладонь купюры, которые недавно достал из портмоне. — На все, на мою победу, Курзина ждёт жесткое разочарование.

— Уверен? Александр Николаевич не глуп, заведомо проигрывать он не станет, значит понимает, что есть шанс тебя победить.

— Шанс? — переспросил я, а потом кивнул: — Да, шанс есть у всех и каждого, но у нас с тобой с деньгами напряг и их необходимо подзаработать.

— Но если проиграешь, то как за ужин расплатишься? — осторожно поинтересовалась Сироткина.

— Ты в меня не веришь, — сделал вид, что опечалился и даже голову опустил.

— Верю, — погладила меня по плечу, а потом напомнила: — только кто-то меня отпуск заставил взять, на стипендию не разбежишься, а твои сбережения подходят к концу. Учти, к госпоже Соренских за помощью не обращусь, ни при каком раскладе!

— О том, чтобы беспокоить мою будущую тёщу даже не помышлял, — хмыкнул я, с удовольствием увидев, как округлились глаза подруги. — Не переживай, предложение пока не делаю, в загс не тащу. Но ты же не сбежишь и не откажешь?

— Подумаю! — сверкнула глазами Лена. — Посмотрю на твоё поведение и щедрость.

Вот чертовка, сумела-таки удар отбить и на моё поле вернуть.

— Ладно, меня заждались, — кивнул в сторону шахматного столика, за которым с невозмутимым видом находится Курзин. — Ставь всё на моё победу, но без указания счёта, — сказал подруге, а потом добавил: — Если не примут деньги, то мне об этом скажи. Хорошо?

— Уговорил, — кивнула Лена, а потом неожиданно приблизилась и коротко в губы поцеловала у всех на виду, после чего шепнула: — Держу за тебя кулачки.

Нет, она всё же у меня молодец, доверяет и уверена, что не подведу. Правда, толику осторожности проявила, но это правильно, знает, чем рискуем. Вот только не догадывается, что всегда имеется запасной план по добыче денег. Им ещё ни разу не воспользовался, грузчиком не работал, но зарекаться нельзя. Впрочем, есть уверенность, что и в этот раз не потребуется тяжести таскать.

— Начинаем? — спросил я у тренера, вернувшись на своё место.

— Дела уладил? — кивнул тот в сторону Сироткиной, получающий какой-то лист бумаги от господина Смирнова.

— Когда директор спорта подошёл? — удивился я.

— А ты думал такое событие обойдётся без его участия? За ходом партий он будет наблюдать и, если потребуется, объявлять, кто допустил нарушение правил. И, если не понял, то он и бухгалтершу привёл, ставки-то делаются большие, — пояснил Александр Николаевич, а потом самодовольно улыбнулся и добавил: — Кстати, на твою победу мало кто ставит, понимают, что времени на ход у тебя мало.

— Вот и проверим, — прищурился я, прикидывая, что тренер многое учёл. — Ваш ход! — нажал на кнопку часов, и секундная стрелка начала отсчёт времени.

Так и знал! Курзин без раздумий походил конём. Разыгрываем не слишком известный мне дебют, точнее, его вариации плохо знаю. Играть приходится быстро, нельзя долго обдумывать, а то проиграю из-за упавшего флажка на часах. Через десяток ходов потерял пешку, потом лёгкую фигуру зевнул, не разгадав хаотичные подсказки вокруг своих фигур. К эндшпилю подобрался с сильным отставанием в качестве и понял, что счёт будет один ноль не в мою пользу. Так и оказалось! Александр Николаевич легко и непринуждённо меня дожал. Кстати, на моих часах осталось секунд сорок, что не так и мало. Мог бы над каждым ходом по секунде дольше размышлять и глядишь бы не слил.

— Мат, — широко улыбнулся тренер, напав на моего короля, которому некуда уйти, а слона съесть также некем.

— Один/ноль в пользу господина Курзина! — провозгласил Смирнов.

Мы стали расставлять фигуры на начальных клетках, при том, что теперь мой первый ход. Часы отправились под мою левую руку, на какую-то долю секунды увеличивая время нажатия на кнопку часов. Кажется, что всего-то потребуется дополнительные десятые доли секунды, но они способны оказаться решающими. Так и оказалось! При лучшей позиции, в атаке, упал мой флаг на часах.

— Два/ноль! — провозгласил судья.

Мне подбадривающе улыбнулась Лена, вопросительно посмотрел Курзин.

— Будем считать, что получили ещё фору, и пока разминались, — прокомментировал я.

— Надеюсь, — буркнул мой тренер.

Уж, а я-то как хотел бы верить в свои слова! Очень не хочется подрабатывать грузчиком! Ничего, ещё пободаюсь и, надеюсь, победа останется за мной.

Глава 17

СПРАВИТЬСЯ

Глава 17. СПРАВИТЬСЯ

Мой, можно сказать, спонтанный матч с тренером подзатянулся. Точнее, произошли некие качели, когда, проиграв три партии кряду, я выиграл следующие четыре и две свёл вничью. При этом, именно я ушёл от поражения, а не Курзин. Один раз Александр Николаевич зевнул бешеную ладью, имея большое превосходство в качестве. А в последнем сражении у меня и вовсе остался голый король, но, как ни странно, лимит времени закончился у моего соперника.

— Как так-то⁈ — возмутился тренер, когда зрители разочарованно выдохнули, увидев упавший флажок на часах.

— Учтите, увеличивать фору не готов! — мгновенно ответил ему.

— Куда уж больше, — отмахнулся Курзин. — Вопрос в том, почему я так долго думал?

— Зато все фигуры у меня сожрали, могли бы пешечку оставить, — печально произношу, понимая, что упади флаг два хода назад и получил бы техническую победу.

Таковы правила, когда заблокированная или не проходная пешка остаётся одна из всех своих фигур не считая короля, а у противника на часах падает флажок и имеется многократный качественный перевес, то последний считается проигравшим.

— Шиш тебе с маслом, — хмыкнул Александр Николаевич, — и так счёт пять к четырём в твою пользу.

Тренер верен себе, даже подсчёт ведет привычным способом, принятом на турнирах. Ничья даёт каждому игроку по половине очка, поэтому и получились такие цифры.

— Но впереди ещё одиннадцать партий, — напомнил я ему.

Следующие восемь партий выигрывали только белые, ничьих не случилось, а счёт возрос восемь на семь. Осталось пять партий до окончания выявления победителя в этом матче. Хитрый директор дворца спорта объявил о перерыве и предложил собравшимся сделать ставки. В том числе он напомнил, что почти никто не захотел поставить на ничейный результат. Именно он даёт, по словам господина Смирнова, максимальный выигрыш.

— У вас десятиминутный перерыв, — напомнил нам с Александром Николаевичем судья.

— Спасибо, — покивал ему я и из-за шахматного стола встал, потянулся и улыбнулся Сироткиной, которая показала мне кулачок. — Не понял, за что? — спросил, подойдя к девушке.

— Мотаешь нервы! Неужели неспособен быстро победить Курзина? Придумай чего-нибудь, — она кивнула на свои изящные, пусть и недорогие, часики. — Устала, проголодалась, хочу лечь в кроватку и отдохнуть.

— Лен, обещаю, всё будет, а на простынку лично уложу, — сказал я, а потом уточнил: — Не заскучала?

— С чего бы? — покачала та головой. — Мне кажется, что нервов больше трачу, чем вы вдвоём за шахматным столом. Сидите такие спокойные и такие быстрые ходы совершаете, не то что понять чего хотите, за руками уследить сложно! Особенно за тобой.

— Лимит времени, — вздохнул я, подумал и добавил: — Говоришь, чтобы заканчивал быстрее?

— Только специально не торопись, а то мы останемся без денег, — улыбнулась Сироткина. — Кстати, а от ужина в ресторане отвертеться не получится? Мне надо с тобой обсудить документы, — она чуть приподняла папку, которую оставила Анастасия Павловна.

— Ты их изучила? — поинтересовался я.

— Глянула мельком, — задумчиво ответила Лена и тяжело вздохнула.

— Что не так? — настороженно на неё посмотрел, почувствовав её напряжение.

Ответить она не успела, вернулся Курзин, отлучавшийся в туалет. Жанна на его руке висит и что-то шепчет, при этом осуждающе поглядывая в мою сторону. Мысли журналистки у неё на лбу крупными буквами написаны, разумеется, условно. Наша подруга и девушка Александра Николаевича не желает, чтобы победа досталась мне. Точнее, она хочет, чтобы её мужчина одержал надо мной верх.

— Продолжим? — спросил я, когда нас с тренером попросил судья занять свои места.

— Осталось пять партий, — покивал тот, поправляя свои фигуры. — Тебе придётся постараться, конечно, сейчас имеешь перевес, но он мизерный, а усталость своё берёт. Сергей, этот мини спортивный марафон тебе пойдёт на пользу, когда поймёшь, что силы следует распределять.

— А я на максимум свои возможности не использовал, — широко ему улыбнулся и добавил: — Ни одной заготовки не применил, комбинировал спонтанно. Боюсь, Жанна окажется разочарована, а она так за вас болеет, — деланно вздохнул и продолжил: — Ничего, надеюсь, утешите друг друга.

— Какой ты самоуверенный, — хмыкнул Курзин, а у самого в ауре взметнулось негодование.

Журналистка мне невольно помогла, когда настраивала тренера на обязательную победу и желательно быструю. Александр Николаевич так и не понял, что его вывел из равновесия ничем не значащими намёками. И ведь дар я не использовал, но перед последними пятью играми наслал на себя бодрость и усилил концентрацию, отрешаясь от происходящего в зале. В моём зрении остались шахматные часы, да происходящее на доске. Рука и в самом деле опережает мысль, точнее, фигуру переставляю и только когда она оказывается на нужном поле, осознаю для чего её туда поставил.

— Шах и мат! — объявил я, проведя неплохую комбинацию, в которой отвлёк внимание Курзина незащищённостью своего короля и вроде бы неуклюже защищался, а сам выстраивал убийственную атаку.

— Как ты это сделал? — уставился на доску тренер. — Не мог я так зевнуть! Господин Смирнов, соперник не нарушал правила? Не сделал ли он два хода подряд, на один мой?

— Господин Курзин, дайте несколько минут для анализа, всё происходило очень быстро, мог не уследить, однако, предварительно, нарушений не выявил, — ответил ему тот.

— Жду, — коротко сказал тренер, расставляя фигуры на исходные позиции.

Я только улыбнулся, оглянулся и подмигнул Лене, которая подняла большой палец вверх и кивнула в сторону Жанны. Та стоит и о чём-то глубоко задумалась, поманил её к себе, а когда журналистка подошла и наклонилась, шепнул ей:

— Во всём есть плюсы, ищи их и играй на чувствах своего парня. Только не промахнись и не перешагни черту. Где-то позлись, посочувствуй, приласкай, а потом сними с него стресс.

— И как это сделать, если ты мне и ему нервы подпортишь? — хмыкнула та.

— А ты подумай, — усмехнулся я.

— Дамы и господа, товарищи, нарушений в предыдущей партии не выявлено, одно очко за победу присуждается господину Горцеву, — объявил Смирнов и уточнил: — Просмотрели протокол, ошибок или двойных ходов не обнаружено.

— Что и требовалось доказать! — воскликнула Сироткина и хлопнула в ладоши: — Серёжа, браво!

Удивительно, но порыв девушки поддержали. Зрители похлопали, приветствуя мою игру и судью.

— О чём там шепчетесь? — подозрительно уточнил Александр Николаевич.

— Меню на ужин обсуждаем, за который вам предстоит заплатить, — усмехнулся ему, а Жанна подтвердила:

— Да, но только думаю, что платить придётся господину Горцеву! — она улыбнулась моему наставнику: — Саша, ты же победишь, верно?

Нет, подбодрить ей Курзина не удалось, тот сделал пару непростительных зевков, которыми я воспользовался и легко довёл до победы и эту партию. При этом мне и в самом деле стало легче играть, словно разогнался и теперь набираю обороты. За долю секунды просчитываю на несколько ходов вперёд, при этом выбирая правильный вариант ответа противника. Что это? Интуиция и реакция обострились? А может так стал работать мозг или дар вносит свою лепту? Точного ответа нет, но уловители магии безмолвствуют.

— Теперь, из оставшихся трёх партий, меня не утроит даже единственная ничья, не говоря уже о поражении, — мрачно произнёс Александр Николаевич.

— А мы все двадцать партий будем играть или до моей победы? — сдерживая улыбку, поинтересовался я у тренера.

— Какой же ты наглец, — беззлобно ответил тот, подумал и добавил: — Чёрт с тобой, если матч выигрываешь, то закончим раньше. Для точного счёта признаю за собой техническое поражение в играх, которые не сыграем. Устроит?

— Разумеется, — согласно ему кивнул.

Как только начали партию, то сразу же ринулся в атаку. Ходы вроде бы стандартные, но некоторые выглядят неправильными, заставляют Курзина нервничать и допускать ошибки. Через тринадцать ходов все поняли, что массированная атака на короля моего тренера удалась и тому некуда деваться, кроме как жертвовать фигуру за фигурой.

— Хватит! — опрокинул своего короля Александр Николаевич. — Сергей, признаю, удивил ты меня, в хорошем смысле этого слова. До определённого момента, где-то до пятой партии матча у меня имелось игровое преимущество, но потом оно стало стремительно исчезать. Под финиш так и вовсе показалось, что твои навыки многократно выросли. Или ты долго сосредотачивался, а потом взял себя в руки?

— В общем-то, нет, просто стал быстрее думать и предугадывать ваши ходы, — ответил я.

Вряд ли наш разговор кто-то слышал, мы склонились над шахматным полем, а вокруг зрители активно обсуждали матч и последнюю партию. Кстати, большинство оказалось разочаровано, ставили-то в основном на Курзина, а он ничего не смог поделать.

— Мы богаты! — обняла меня за шею Лена. — Ты молодец, что в себя верил даже при такой форе.

— Поздравляю, — вздохнул мой тренер, а потом его лицо просветлело: — Сергей, а напомни мне, сколько компаньону от твоего заработка причитается⁈

— Эй, это вы о чём говорите⁈ — возмутилась Сироткина. — Делиться не позволю! Вы мне нервы вымотали, когда в счёте повели и уже с деньгами распрощалась! Да и в чём это ваша заслуга⁈ Какое отношение имеете к той ставке, которую я поставила⁈ Простите, но я с вами соглашений не заключала.

— Вы действовали от имени господина Горцева и по его пожеланию, следовательно, как минимум половина заработанного принадлежит ему, а из них он уже должен мне, — рассудительно сказал Курзин.

Хм, подозреваю, ему нечем за ужин в ресторане платить, ну или это подорвёт его финансы. И что в такой ситуации делать? Лена точно не собирается выигрышем делиться. Нам помогла Жанна, которая радостно улыбнулась и заявила:

— Как насчёт того, чтобы дать мне эксклюзивные права на произошедшее? Из такого небольшого шоу в классических шахматах, где не применялась магия, но было не менее интересно и захватывающе можно обалденный материал сделать. Уверена, гонорар не заставит себя ждать. План статьи уже готов, насчёт фотографий договорилась, тут находились любители запечатлеть на память происходящее вокруг.

— Без проблем, — улыбнулся журналистке мой недавний соперник, а потом посмотрел на меня: — Сергей Максимович, ты что скажешь?

— Не возражаю, — пожал я плечами и добавил: — Разве друзья друг другу не должны помогать?

На этом и договорились, в ресторан в этот вечер всё же не пошли, отложили до лучших времён. Каждый был чем-то озабочен и всем оказалось не до веселья. Да и вообще, пока нечего праздновать, вот появятся громкие победы в турнирах или участие в шоу принесёт приличные деньги, тогда и отметим. Так этот вопрос для самого себя закрыл. Лене тоже не до развлечений, её тревожат неожиданные и непонятные перемены, которые не понимает, как повлияют на будущее. У Александра Николаевича и Жанны явно появились какие-то планы и в них ни мне, ни Сироткиной нет места.

— Зайдём в продуктовый, побалуем себя чем-нибудь вкусненьким? — предложил Лене, когда вышли из дворца спорта.

— А через пару дней или недель вновь озаботишься поиском денег? — задумчиво спросила девушка. — Сергей, раз у тебя временно живу, то необходимо продумать бюджет. Пусть он будет не семейным, но нам же требуется думать о завтрашнем дне.

— Ты это о чём? — обнял её я, а потом добавил: — Думаешь нет каких-то планов? Или не вижу потребности? Завтра пойдем тебе покупать зимнюю обувь, какие-нибудь длинные и модные сапожки. На шубку, к сожалению, пока не заработал, но хочу, чтобы ты выглядела красоткой.

— Неужели таковой не являюсь? — чуть кокетливо и в тоже время с небольшой обидой, спросила Лена.

— Ты лучше и краше всех! — поспешно объявил я, не покривив душой, притянул к себе подругу и поцеловал в щёку.

— Уверен? — улыбнулась Сироткина.

— Домой придём и у зеркальца спросим, — важно ответил ей, продолжая обнимать и не давая вырваться.

— Сергей, я же могу обидеться на такие шуточки! Зачем намекаешь на всем известную сказку⁈

— Прости, хотел, чтобы у тебя мрачные думы из головы ушли, — честно ответил ей, а потом уточнил: — Так что тебя беспокоит, какие проблемы на нас свалились?

— Дома поговорим, — ответила она и указала в сторону трамвайной остановки: — Бежим! Наш номер подъезжает!

Девушка первой сорвалась с места, а я последовал за ней. Успели, запыхавшиеся плюхнулись на свободные места и оставшуюся дорогу обсуждали мой матч с Курзиным.

— Ты меня напугал, когда стал проигрывать, — Лена пихнула меня локтем в бок: — Зачем так сделал?

— Не специально, так получилось, — ответил ей и поинтересовался: — Что зрители об игре думали и о чём говорили?

Подруга стала рассказывать, в том числе, как радовалась, когда стал отыгрываться и как переживала, если рядом говорили, что уж эту-то партию мне точно не выиграть. Немного поговорили и о госпоже Соренских, точнее, недуге, поселившемся в источнике женщины.

— Лен, так получается, ты не смогла классифицировать заболевание? — уточнил я, мысленно удивившись.

Моя диагностика дала чёткие ответы и даже причины. Разумеется, диагноз поставить не могу, как и назначить какое-либо лечение. Над этим необходимо поразмыслить, но не думаю, что справлюсь.

— В этом-то и проблема, что никто не сумел разобраться, почему у Анастасии Павловны от источника идут противоположные по смыслу магические волны, несущие странные заклинания. Пожирание ауры, образование в ней дыр и очагов и сразу же восстановление с заживлением. Это касается и всего организма, единственное, что не подвержено атаке — мозг, словно кем-то поставлено табу или мощнейшая защита. Последнее вряд ли, так как не обнаружила чего-либо странного, и при желании ментально на женщину можно воздействовать, если только её дар резко этому не воспротивится. Правда, практически все силы из источника уходят на саморазрушение и восстановление, — девушка потёрла виски, покачала головой и развела руки в стороны: — Это бред какой-то, ни в одном учебнике о таком не читала и ни от кого не слышала. А ещё, — она кивнула на папку, которую отдала мне, — В ней есть несколько медицинских и целительских заключений, точнее, в эпикризах написано, что лечения нет, как и неизвестны причины этого заболевания.

— Это плохо, — задумчиво сказал я.

— А ещё, боюсь, что она всеми силами попытается нас разлучить, — передернула плечиками девушка.

— Думаешь у госпожи Соренских есть на это шансы? — уточнил у подруги и сразу же добавил: — Тебе от меня не сбежать.

— Но она способна надавить с другой стороны, — осторожно сказала Лена.

— Это ты на меня намекаешь? — удивился я. — И каким же образом она это сделает? Денег предложит? Прости — не возьму, даже если завалит пачками купюр с ног до головы. Что ещё? Наймёт кого-нибудь и мне намнут бока? Драк не боюсь, сдачи дам, а ты мгновенно с Анастасией Павловной все связи оборвёшь, если узнаешь. Так она точно рисковать не станет. Попытается кого-нибудь подослать, чтобы соблазнился? И тут мимо, кроме тебя никто не нужен.

— Это всё в теории, — немного повеселев, сказала Сироткина, но не удержалась и добавила: — Женщины коварны, а те, кто имеет ресурсы и власть, так и вовсе.

— Справимся, не переживай, — притянул к себе подругу и заглянул той в глаза. — Ну-ка, улыбнись, выкини дурные мысли из головы и представь, чем сейчас в квартире займёмся.

— Сергей, ты совсем обнаглел! Что за мысли! — возмущённо воскликнула Лена.

— Ты о чём? — сделал вид, что её не понял. — Говорю про ужин, сытный и вкусный, после которого выпьем по чашечке кофе и посмотрим телевизор.

— Ах ты гад! — хлопнула меня ладошкой по груди. — Обманул ведь! Заманил обещаниями, а сам в кусты! Хорошо, тогда так и сделаем, и не вздумай приставать!

Упс, а не перегнул ли палку? Этак и в самом деле она спать ляжет одна и к себе не подпустит.

— Леночка, да пошутил же я, хотел тебя развеселить и взбодрить.

— Тебе это удалось, — буркнула в ответ и демонстративно поджала губы.

Одно не учла, ауру не проконтролировала, а та имеет радостные всполохи, нетерпение и предвкушение. Вряд ли такие эмоции связаны с ужином и просмотром телевизора. Некое тому подтверждение нашёл в подъезде, когда подругу стал целовать, а та ответила не менее страстно. Если бы не хлопнула входная дверь на верхнем этаже, и кто-то не стал спускаться, то не знаю, чем бы всё закончилось. Как-то так получилось, что наша верхняя одежда оказалась расстёгнута, да кое-какая другая уже в беспорядке.

— Господи, что мы творим, — прошептала Лена, прячась за мою спину.

— Идём, — взял её за руку и повёл наверх.

Навстречу нам спускался Сергей Иванович, которому лет под шестьдесят, а сам он работает механиком в автосервисе. Обычно он не разговорчив, но тут остановился, в кулак кашлянул и сказал:

— Соседи, вы бы поимели совесть, перед стариком так себя вести.

— А что не так? — поинтересовался я.

— Сами знаете! — отмахнулся наш собеседник. — Спим плохо, некие охи-вздохи и ахи мешают. А теперь уже и в подъезде этим-самым заняться захотели.

— Да с чего вы такое взяли? — возразил я ему.

— А то по вашим лицам ничего не видно, — усмехнулся Сергей Иванович. — Кстати, мотористом работаю, на слух двигатели диагностирую. Понятно, о чём толкую?

Лена лицом уткнулась в мою спину и, думаю, будь на мне только рубаха, то от её пылающих от смущения щёк мог получить ожог. Очень Сироткина смущена, прямо на неё не похоже.

— Раз спать не даём, то и вы бы моментом пользовались, — усмехнулся я, не чувствуя ни капли раскаяния.

— Уходим в другую комнату, уже кровать туда собираемся перетащить, — с грустью вздохнул наш собеседник.

Что-то в его интонациях заставило меня насторожиться. Мужик-то он в возрасте, но, как говорится, ещё хоть куда, да и жена у него пытается за собой следить. Так о чём такое сожаление? Короткая диагностика и понимаю его зависть, тоску и печаль. Проблемы по мужской части, причин можно назвать с десяток, но болезнь легко излечима, вот только он в больницу не пойдёт. Почти поравнялся с соседом, выставил вперёд правую руку и вызвал лечебные искры из своего источника. Сделал магию видимой, чтобы сосед не сильно удивлялся, что с чего-то вновь вспомнил молодость. Короткий посыл и заклинание ушло в район паха моего собеседника.

— Ты это чего сделал? — робко поинтересовался тот.

— Думаю, теперь нам тоже спать окажется сложно, — хмыкнул я и подмигнул.

— Да быть не может! — воскликнул Сергей Иванович и так с открытым ртом и застыл, похоже, что у него появились некие ощущения в организме и он забыл куда направлялся.

Мы с Леной прошли мимо, но далеко уйти не успели, снизу раздалось:

— Мне срочно надо домой! — сосед, перепрыгивая ступени, стал подниматься. — Молодёжь, посторонись! — он проскочил мимо нас, через какое-то время забарабанил в собственную дверь, стал давить на звонок и кричать: — Отворяй! Быстрее! Дело срочное!

— Ты чего с ним сделал? — поинтересовалась Сироткина.

— Вернул вкус к жизни, но автосервис пострадает, — хмыкнул я.

— Почему пострадает ремонт машин? — не поняла моя подруга.

— Моему тезке будет не до них, но и на нас не будет обижаться, — сказал девушке, открывая дверь в квартиру, предварительно убедившись, что незваные гости не заходили в наше отсутствие.

Ужинать, пить кофе мы стали немного позже, некоторое время занимались друг другом. И, на этот раз, соседи снизу точно ничего не предъявят, а вот на них жалобу кто-нибудь напишет. Нам с Леной даже пришлось из нашей спальни, которая незаметно превратилась в моей комнате, ретироваться.

— Серёж, а ты не задумывался, почему именно в той комнате такая слышимость? — задала вопрос девушка, когда мы хотели приступить к изучению содержимого в папке, которую оставила госпожа Соренских.

Уверен, Анастасия Павловна знала, что Лена от меня ничего скрывать не захочет. Другой вопрос, всё ли изложенное в документах правда и нет ли чего-то, о чём мать Сироткиной предпочла умолчать. Ну, разумеется, она далеко не все карты открывает, в этом уверен, вопрос-то скорее в намерениях, а изначальные ни меня, ни мою подругу не устроили. Действительно ли госпожа Соренских от своей идеи отказалась или только сменила тактику? Впрочем, ей карты могу спутать, но над этим предстоит поразмыслить.

— Смотри, вот заключения о проблемах со здоровьем, — Лена подвинула ко мне несколько листов. — К сожалению, похоже на правду.

Бегло просмотрел, ничего нового в этом не увидел и отложил в сторону. Следом оказались бумаги об активах клана, занимающегося ресторанным бизнесом. Честно говоря, если оценивать в деньгах, то точную сумму представить сложно. Очень большие деньги, а следовательно, и связи с возможностями. Удивительно, что Анастасию Павловну не сопровождают толпы телохранителей. Или она перестала заботиться о своей безопасности? Возможно, но обретя дочь, она за ней точно должна присматривать.

— Это по недвижимости, — мрачно произнесла Сироткина, постучав пальчиком по ещё нескольким сложенным документам.

Гм, ошибся, Соренских не просто богата, она баснословно богата, я бы даже сказал олигарх в юбке. И ведь по внешнему виду и поведения об этом никак не скажешь.

— Даже во вражеских странах есть виллы, — озадачился я.

— И парочка ресторанов, — нервно произнесла моя подруга и вцепилась в моё плечо. — Сергей, ты же теперь не испугаешься и от меня не откажешься?

— С чего такой вопрос, глупенькая ты моя, — щёлкнул её по носу, а потом в его кончик поцеловал. — Из-за того, что не из твоего круга окажусь, если ты встанешь во главе всего? Если подумать, то, — улыбнулся и взял документы на недвижимость, — это никак не может принадлежать клану. Ну, на него оформлено, это бесспорно, но хозяин точно другой.

— И кто? — озадачилась Сироткина.

— Государство, которое использует клан Анастасии Соренских как прикрытие.

— И что это меняет? — потёрла висок девушка и пожаловалась: — Голова начинает гудеть.

— Воспользуйся даром, — напомнил ей, а потом стал документы собирать и складывать их в папку. — Твоя мать правильно сделала, что эти бумаги показала. Как ни крути, а тебе предстоит вникнуть в курс дел. Даже если не возглавишь клан и от него отречёшься, то должна понимать, что и как сделать.

— Это понятно, но обязанности и ответственность — пугает, — призналась девушка.

— А об этом сейчас и поговорим, — улыбнулся я и взял чистый лист бумаги. — Буду вслух говорить и записывать, что сумел узнать про, скажем так, проблему госпожи Соренских. После чего обсудим и попытаемся найти выход.

— Ты что-то узнал? Но как? Никто же не смог ничего понять! — удивилась моя подруга.

— Не факт, что это поможет, — предупредил её, а потом взял ручку и схематично начертил фигуру человека.

— Мне почему-то кажется, нет, уверена, мы со всем справимся, — прошептала девушка, теснее ко мне прижимаясь.

Глава 18

НАХОДКА

Глава 18. НАХОДКА

Мы долго не ложились, я переписал полученные из диагностики сведения о состоянии госпожи Соренских, добавил свои наблюдения, Лена тоже кое-что дополнила. Картина получилась нерадостной, точнее, этакое переплетение магии, проклятий и каких-то психологических травм. Самое печальное, по большинству пунктов и в самом деле непонятно как женщине помочь. Да и если потянуть за один, так называемый жгут, чтобы устранить хотя бы одну проблему, то неизвестно к чему это приведёт.

— Что думаешь? — спросил подругу.

— Думаю, врачи и лекари смогли понять суть или хотя бы часть проблем, но расписались в своём бессилии помочь, поэтому и отделывались общими словами, — задумчиво произнесла Лена.

— Но почему не попытались помочь?

— Просчитали к чему приведёт их вмешательство? Не захотели ухудшать ситуацию? — пожала плечиками Сироткина и зябко поёжилась. — Сергей, мы же с тобой многое предположили, — указала на исписанный лист, — данные под вопросом, а выхода и вовсе нет.

— Выход есть всегда, — не согласился я, подумал и добавил: — Даже когда никто ничего не делает и ждёт к чему всё приведёт. Ладно, пошли спать, ты за Анастасией Павловной наблюдай и ничего ей не рассказывай об этом разговоре. Хорошо?

— А о чём ей мне говорить? Подозреваю, она многое сама знает, — вздохнула девушка.

Утром мы к этому разговору не возвращались, да и некогда было. Проснулись поздно и Лене следовало торопиться, чтобы не опоздать на встречу с Соренских. Подруге идти не хотелось, точнее, она почему-то нервничала. Когда она всё же ушла, то я принялся за выполнение школьных заданий, в которых не видел никакого смысла. Ну, честно говоря, разобрался с ними быстро, но, как говорят, на отшибись или и так сойдёт. Прорешал пару десятков шахматных задач, разобрал несколько партий, уделив внимание плохо изученным с моей стороны дебютам и защитам. Поймал себя на мысли, что особого желания заниматься этим нет, да и на часах уже четыре после полудня. При этом с нижнего этажа отчётливо стали раздаваться охи и вздохи.

— Вот и делай после этого добрые дела, — буркнул я.

Сосредоточиться невозможно! Перед глазами возникает Ленка, когда между нами страсть полыхала и мы занимались любовью. Это всё из-за автослесаря или кто он там! Супружеский долг отдаёт со всем старанием, навёрстывая этакий вынужденный простой, когда был бессилен по мужской части.

— Но почему такая слышимость и только в одной из комнат? — задался вопросом, ответ на который относительно прост.

Есть какие-то полости, когда звук через них легко проходит, а ведь не так давно в квартире была неплохая звукоизоляция. Получается, что или стал рушиться дом либо по какой-то причине некая преграда или барьер исчезли. Рассеялось заклинание защиты, и получается Иваныч что-то спрятал в моей комнате. Осталось просто вскрыть тайник! Правда, его ещё необходимо найти, но это оказалось совсем просто. Хватило одного магического взгляда и под кроватью некое магическое пятно, привлекающее к себе внимание. Пульсирует красный круг, сигнализирующий о необходимости пополнения энергии. Освободил место перед тайником и внимательно осмотрел пол. Доски покрашены в один цвет, длинные и не видно, что их когда-то вскрывали или вырезали. Однако, магическое пятно продолжает очерчивать круг. Щупаю пальцами, ища хоть какие-то зацепки и они находятся! Подушечки пальцев ощущают покалывание в определённых местах.

— Дед устроил тайник, наложил на него защиту, а потом полы покрасил, чтобы скрыть малейшее подозрение? — задаю вслух вопрос, а сам простукиваю доски.

Убеждаюсь, что звук раздаётся разный, хотя не так давно всё обследовал таким же методом и ничего не нашёл. В тот момент работало заклинание, но и его не мог обнаружить. Ну, это было бы слишком просто. И всё же, я решил проверить догадку. Ножом отколупнул краску на досках и сразу увидел тонкий, почти невидимый контур.

— И как тайник открыть? — потёр висок.

Ломать полы нет желания, потом придётся потратиться на ремонт. Денег не то чтобы жалко, а вот времени на это уйдёт много, а его есть чем занять.

— Как же ты открываешься? — задаю вслух вопрос и кладу ладонь в центр круга, туда, где всё ярче пульсирует остаточное заклинание.

Приказываю своему дару перехватить управление и переподчинить защиту. Под кожу на ладони впивается шип, выскочивший из доски. В голове возникает понимание, что происходит определение свой-чужой. Если Иваныч тайник завязал только на свой источник, то мои дела плохи. Однако, я почти на сто процентов уверен, что это касается меня, а дед не дурак был и обязательно подстраховался. Да и не мог бы я увидеть заклинание, которое почти разрядилось и требовало к себе внимание. Уж такие-то базовые вещи каждому понятны и известны, что созданную защиту невозможно увидеть тому, к кому она не привязана.

— Но до сего дня она оставалась для меня скрытой, — возразил своим мыслям, рассматривая ладонь, на коже которой нет ни намёка на ранку.

Мой дар стал сигнализировать, что готов начать подпитывать заклинание скрытости. Откуда мне об этом стало известно? Некие образы возникли и понимание, словно кто-то снял с памяти некий блок или поделился знаниями. Последнее более вероятно, свой организм и память пару раз подвергал сканированию. Пришёл к выводу, что нет непонятных областей, где могла бы храниться информация, которую знать не положено.

— Успею поделиться своей силой, — хмыкнул я, боясь, что как только заклинание подпитаю, то защиту взломать не смогу. — Хочу вскрыть тайник! — объявил я, а потом добавил: — Это приказ!

Однако, ничего не произошло, только ещё сильнее всполохи защиты стали, но их цвет стал бледнеть. Похоже, даже на такую простую операцию не осталось энергии. Рискую, насыщаю энергией тайник, при этом управление становится доступно. Ради интереса вызвал перед мысленным взором карту, на которой поспешно уменьшил радиус действия, помня о бешеном расходе дара, уходящего на сканирование местности. Кстати, автомеханик за женой бегает и чего-то от неё добивается, а та возмущается, что он её заездил. Уж не перестарался ли я?

— Открыть тайник! — приказываю заклинанию, цвет которого изменился на жёлтый.

Круглый люк в полу неслышно приподнимается и смещается в сторону. Заглядываю внутрь и мысленно удивляюсь увиденному. Никак не ожидал найти оружейный арсенал! Сама ниша приличных размеров, в глубину где-то полметра, если мерить до пола. Даже плита перекрытия в этом месте выдолблена. Две снайперские винтовки с оптикой, ящик с патронами, пять пистолетов, десятка два ножей. Шкатулка, холщовая сумка чем-то наполненная и небольшой сейф.

— Интересно, — тру висок, не понимая зачем так тщательно прятать оружие, которое при необходимости достать сложно.

Кстати, судя по месту в стойке, где хранятся пистолеты, один отсутствует. Но у Иваныча его не обнаружил, значит он с собой его носил или взял перед смертью. Получается, дед чего-то опасался?

— Кстати! А от соседей-то ни звука! — усмехнулся я и сверился со своей сторожевой картой, чтобы убедиться — они вновь занялись любовью и судя по женской ауре, та эмоций не сдерживает.

Пришлось лечь на пол, чтобы вытащить часть находок. Предварительно, как мог изучил тайник на предмет ловушек, их не обнаружил, но действовал осторожно. В любой момент готов активировать вокруг себя защитный контур и применить лечебное заклинание. Но всё прошло без эксцессов, тайник, точнее, скрытое заклинание мне полностью подчиняется. Оружие не стал забирать, ничего в нём интересного не вижу. Как и в ящике с патронами. Правда, последний прямо в нише вскрыл и убедился, что там боеприпасы. Кстати, есть даже тротиловые шашки и две гранаты. На двух ножах привлекла внимание какая-то странная гравировка, имеющая отголосок магии, но и их пока не стал доставать. Ещё обратил внимание, что в нише ни пылинки и уверен, оружие готово к бою.

— С чего начнём? — осмотрел вытащенные предметы и утёр со лба пот.

Достать сейф оказалось делом непростым, он хоть и небольшой, но очень тяжёлый. Пришлось дар тратить, насыщать руки силой и то теперь мышцы ноют. А ещё, меня расстроил механический кодовый замок и две замочные скважины. Шифр не знаю и ключей у меня нет, боюсь, открыть массивную дверцу и изучить внутренности не получится. Ну, если только не попытаться использовать вандальный метод, но тогда вполне допускаю, что сработает самоуничтожение. Готов поспорить, если в сейфе важное, то Иваныч предусмотрел, чтобы оно не досталось врагам. Ещё бы знать кто они и чего мне опасаться. С другой стороны, пока никто не трогает и не пытается усложнить жизнь.

— Что у нас тут? — заглянул в холщовую сумку.

Военная амуниция, ремни, приспособы для скрытого ношения оружия, бинокль и всё в таком духе. Вещи полезные для определённых задач и их в магазине не купишь. Впрочем, на рынке без труда найти, там кое-что попадалось. Подумав, сумку отправил в тайник, а потом открыл шкатулку. Та оказалась полна под завязку. Сверху лежит печатка, со странной аббревиатурой и явно старинной работы. Почему-то мой дар на неё среагировал и ощутил прямо-таки тягу надеть украшение на один из пальцев.

— Какой-то символ власти? — задался вопросом, рассматривая печатку, от которой исходит некий магический поток.

Отложил её в сторону, не собираясь с непонятным артефактом экспериментировать. Внимательно изучил пять фотографий, на которых молодой Иваныч позировал с оружием в обществе четверых бойцов. Фотки сделаны лет двадцать, а то и тридцать назад. Никого знакомых на них, кроме деда, не обнаружил. В шкатулке нашлись наградные удостоверения Иваныча, при этом самих наград нет. Очередное подтверждение, что тот, кто меня воспитывал был ох как непрост, но в этом уже давно не сомневался. Несколько писем от какой-то дамы, их пока не стал читать. А вот один документ меня сильно заинтересовал. Односторонний контракт или клятва верности. Удивительно, но в бумаге фигурировал только Иваныч, а тот, кому он собирался служить обозначался как глава клана и его семья. Дата не указана, только роспись деда и оттиск печатки, которую ранее нашёл. Почему она оказалась в шкатулке, а не в том же сейфе? Не так важна? Сомневаюсь. Медленно всё сложил обратно, оставив письма и символ главы клана, но потом и личные послания убрал.

— И как тебя открыть? — обратился к сейфу, зная, что ответа он не даст.

На всякий случай подёргал за ручку, но дверца не поддалась. Глянул на печатку, лежащую рядом с открытой шкатулкой, и нахмурился. Что-то хватку теряю, разве так принято проводить обыск? Почему-то действую словно дилетант какой-то! Из-за чего так поступил и даже не изучил письма? А вещи в холщовой сумке исследовал повехностно? Оружие и то не осмотрел! Резко поднялся и прошёл в ванную комнату. Умылся холодной водой, внимательно посмотрел на себя в зеркало и покачал головой:

— Горец, ты что вытворяешь? Да за такое тебя бы генерал и в хвост и в гриву отчихвостил! Ну-ка, взял себя в руки и действуй как спец, а не как кисейная барышня.

Вернулся в комнату и вытащил из тайника всё. Осмотрел нишу, простучал стенки, изучил каждый миллиметр, но ничего не нашёл. Не расстроился, спать буду спокойно, зная, что точно ничего не пропустил. Осмотр оружия занял приличное время. Кроме двух магических ножей вновь ничего подозрительного. Бинокль заинтересовал, у того есть режим определения магического возмущения или ловушек, если правильно разобрался. Кстати, тайник он не обнаружил, так что полагаться на него стопроцентно нельзя. С другой стороны, он и предназначен не для изучения местности в паре метрах. Больше времени провёл со шкатулкой, изучая её на предмет возможного секретного отделения. И ведь нашёл! Удалось сдвинуть дно, под которым нашёл записку от Иваныча адресованную мне. «Сергей, если читаешь эти строки, то меня уже нет. Как мог, свою клятву исполнил, не суди строго. Никто другой не сумеет открыть дно у шкатулки, поэтому не беспокоюсь. Всего сказать не могу, не моя тайна. Печатка твоя, её не бойся, но носи осторожно. В сейфе, насколько знаю, документы клана и его активы. Что с ними делать — тебе решать, вот только ключей у меня нет, как и шифра. Ты их должен получить, сам не ищи. Когда вступишь в наследство — ничему не удивляйся и никому не доверяй. Вокруг сразу появится много старых врагов, которые начнут выдавать себя за друзей. Как таковых инструкций дать не могу, не по мне такое бремя. Сумбурное послание получилось, но большего сказать не в силах». Размашистая подпись Иваныча и на этом всё. Захотелось выругаться, легче от найденной записки не стало, как и понятнее. Хотя немного и прояснилось. Дед он мне точно не родной, присматривал и охранял, воспитывал странно, но его мотивы неизвестны.

— Почему печатку носить с осторожностью? — задался вопросом, пристально её рассматривая. — Что она означает и почему в шкатулке, а не в сейфе?

Скорее всего, символ власти дед получил после смерти главы клана и его он должен был передать мне. Изучил письма к деду от какой-то дамы, которая просила у него за что-то прощение, клялась в любви и верности. Судя по всему, он её так и не смог простить, но и из сердца не выкинул.

— Остаётся дожидаться, когда вступлю в наследство, тогда что-то прояснится, — задумчиво изрёк, складывая всё в тайник.

Короткое заклинание, люк вернулся на место, и даже краска на досках вновь каким-то чудесным образом скрыла щель. Кстати, заклинание, оберегающее нишу, имеет свело-зелёный цвет, следовательно оно практически напиталось энергией. Кровать сдвинул на место, а потом отправился на кухню, но не дошёл, в замке входной двери ключ заскрежетал.

— Вернулась? — улыбнулся уставшей и даже измученной Лене.

— Ага, пришла, — выдохнула та, обернулась к лестничной площадке и мрачно сказала: — Заносите.

Двое громил зашли в прихожую, в которой сразу стало тесно.

— Госпожа, где велите складывать? — задал вопрос один из телохранителей.

Сироткина на меня измучено посмотрела и сказала:

— В машине ещё раза в два больше.

— Тогда в ту комнату, — указал я.

Громилы даже не подумали снять обувку, на что Лена осуждающе головой покачала, но промолчала.

— Кофе будешь? — задал вопрос подруге.

— Подожди минутку, принесут пирожные, сама их купила, — ответила та.

Телохранители ещё дважды приходили, перетаскивая покупки, которые накупила дочери госпожа Соренских. Напоследок же один из громил сказал:

— Елена Ивановна, машина в вашем распоряжении, мы или наши напарники будем дежурить у дома. Если что-то понадобится — сразу говорите.

— Мне ничего не нужно, идите, — измучено ответила девушка, а когда за охранниками закрылась дверь, то Лена меня обняла и уткнулась в мою грудь.

— Сейчас немного с тобой энергией поделюсь, а то у тебя сил не осталось, — шепнул девушке и приказал дару напитать источник подруги.

— Спасибо, — произнесла Лена. — Пойдём на кухню, давай чего-нибудь крепкого выпьем.

— Сбегать в магазин? — поинтересовался я, но потом вспомнил, что в шкафу у деда видел пару бутылок коньяка. — Подожди, сейчас всё будет.

Лена переоделась, смыла макияж, на скорую руку сделала закусок, а после того, как мы чокнулись, залпом выпила налитый коньяк из своего бокала и попросила:

— Наливай ещё!

— Напиться желаешь? — поинтересовался я и уточнил: — Что случилось?

— Слишком большое внимание, — криво улыбнулась девушка. — Если бы тебя заставили столько всего перемерить, ты не так заговорил.

— И только? — не поверил ей.

— Мы посетили чуть ли не все известные и дорогие магазины Калинина. В каждом госпожа Соренских что-то желала мне в подарок приобрести. На отказы расстраивалась, увещевала и просила. Говорила, что передо мной виновата и если не приму, то ей будет ещё хуже. Тем не менее, процентов девяносто шмоток я забраковала, от украшений наотрез отказалась. Квартиру смотреть не поехала, про особняк слушать не захотела, машину в дар не приняла, объяснив, что не умею водить. Однако, ты же видел во что превратилась вторая комната! Это склад какой-то! — возмущённо произнесла Лена, а потом виновато на меня посмотрела и спросила: — Сергей, ты не обиделся и не расстроился?

— С чего бы? — удивился я. — Анастасия Павловна имеет право тебя баловать и таким образом ищет возможность для сближения. Уверен, она желает тебе добра.

— Добра? Возможно, но пусть не забывает у меня спрашивать, чего хочу!

— Чем она тебя расстроила? — поинтересовался у подруги.

Та задумалась, не сразу найдя ответ, но потом сказала:

— Не привыкла к такому, большинство вещей не нужны и их не надену. Правда, понимаю, что она старается, но мы слишком разные. А ещё, мне страшно, что привыкну к такому образу жизни. Всё было намного проще, когда работала на скорой или дежурила в больнице.

— Лен, мы все двигаемся вперёд, как бы это странно не звучало. А у госпожи Соренских и выбор-то невелик, смирись пока с этим, — задумчиво сказал я.

— Она нас приглашала на ужин, — не глядя на меня, сказала Сироткина. — Просила подумать о том, чтобы приняла её и официально взяла отчество и фамилию отца. Насчёт имени уточнила, что мне подходит моё.

— Ты взяла паузу подумать? — уточнил у подруги и посмотрел на часы.

— Да, а от посещения ресторана отказалась.

— А почему бы её к нам не пригласить? — поинтересовался я, вызвав у подруги некое подобие шока.

Она с минуту на меня смотрела, обвела рукой кухню и уточнила:

— Сюда?

— Мы же хотели с её проблемой разбираться, — напомнил девушке, а потом спросил: — Странностей не заметила?

— Дар работает какими-то импульсами, то затихает, то убыстряется, но потоки идут постоянно, — ответила Лена, подумала и продолжила: — Если считаешь, что нам надо всем встретиться, то давай её приглашение примем. Позвать сюда можно, но придётся готовить, а этого не хочется.

В общем-то с ней не поспоришь, ещё следует учитывать, что подруга сильно устала. В такой ситуации глупо пытаться спокойно ужин провести. Ещё оказалось, что Лена пообещала Анастасии Павловне завтра посетить с ней один из домов моды. Не совсем понял для чего, но уточнять не стал, девушка стала за столом засыпать. Отправил её спать, при этом она просила к ней не приставать, а потом обиженно заснула, напоследок обвинив, что послушался. Вот и пойми после этого женщин. Крайним бы остался в любом случае. Надеюсь, утром она не станет дуться. Когда Лена уснула, я вернулся на кухню, сварил себе кофе, плеснул в бокал немного коньяка и выложил на стол печатку. Продиагностировал её всеми возможными способами, но кроме слабого магического импульса ничего не ощутил. Пригубил коньяк и решительно надел украшение на палец.

— И что теперь? — внутренним взором смотрю на потоки магии, курсирующие от моего дара к печатке и обратно.

Появилась уверенность, что способен на некие заклинания, о которых раньше не знал, а точнее, не задумывался что они возможны. Этакий отвод глаз, усиление слуха и смертельные удары ледяными тончайшими иглами. При этом возросла скорость реакции и увеличился объём магии в источнике. Но больше всего меня озадачило изменение логотипа на печатке. Там теперь этакий горный пик, по которому идёт надпись: «Горец».

— Неплохо, но непонятно, — пожал плечами, а потом принёс из комнаты шахматы и занялся изучением очередной защиты, а точнее, поиском нестандартных ходов, способных привести к разгрому противника.

Таких домашних заготовок уже под пару десятков, их даже тренеру не показывал, держу как туза в рукаве. Впрочем, раз пока удаётся обходиться без них, следовательно стоит приберечь для важных матчей. Предстоит набираться терпения, как и в случае найденного тайника. Правда, не совсем понимаю тех, кто за ним охотился. Поживиться у них точно не получилось бы, если только не желают уничтожить. Скорее всего этого добиваются, следовательно чего-то опасаются. С другой стороны, кардинальное и быстрое решение всех проблем — убрать меня с доски, точнее, банально убить и тогда беспокоиться врагу не потребуется.

— И чего об этом думаю? — сам себя спросил и отправился спать, надеясь, что Лена уже отдохнула и проснётся.

Увы, мечтания не стали явью, девушка мирно посапывала и на моё появление не отреагировала. Зато утром она всё же извинилась, когда суматошно собиралась на встречу с госпожой Соренских. Я попросил кое-что у Анастасии Павловны разузнать, когда девушка отправилась в дом моды. Есть у меня одна идейка, и если получится, то в Лене, как в наследнице отпадёт необходимость. Всё шло хорошо, ровно до того момента, пока не оказался в клубе. Александр Николаевич меня озадачил, что с ближайшего понедельника начнутся игры на звание победителя города. Потом пройдут соревнования на приз областных мероприятий, а следом Всесоюзные.

— Так это же хорошо, — пожал я плечами, радуясь возможности официально прогуливать школу. — Где будут проходить сами турниры?

— В клубе господина Акимова, — потёр переносицу Курзин. — Напомню, он мастер спорта, один из сильнейших игроков города, будь с ним осторожнее.

— Думаю, звание он получил не за игру, — покачал я головой, но потом уточнил: — Играл с ним, слишком самоуверен, боится от теории отступить.

— Сан Саныч и я ему больше проиграли, чем выиграли, — признался Курзин. — Он часто использует длинные комбинации, чтобы получить небольшой перевес и его старается удерживать. Сложно противостоять, неизвестно на сколько ходов просчитывает вперёд.

— Призовые, как обычно, смехотворны? — уточнил я.

— Не факт, что денежный приз и вовсе будет, — подтвердил мои опасения тренер. — Победитель точно получит грамоту, статуэтку и допуск на областные игры, который у тебя уже имеется. Если же ты рассчитываешь подзаработать — забудь, максимум — официальные ставки в тотализаторе допускаются и то есть ограничения.

— Какие ещё ограничения? — насторожился я.

— Против самого себя ставить нельзя, — пояснил Александр Николаевич.

Следующий вопрос задать ему не успел, в тренировочный зал вошла Сироткина, от которой исходит тоска и печаль, словно она потеряла близкого человека. Такое её состояние мне понравиться никак не могло, поэтому поспешил к ней, узнать, что случилось. Догадки-то имеются, но не хочется, чтобы они подтвердились.

Глава 19

НЕЛЬЗЯ НЕ РИСКОВАТЬ

Глава 19. НЕЛЬЗЯ НЕ РИСКОВАТЬ

Опасения подтвердились, Анастасии Павловне стало плохо и её увезла скорая помощь, а вот Лену в машину не пустили. Не позволила охрана госпожи Соренских, а врач с ними согласился, когда уточнил кем девушка приходится заболевшей даме. Моя подруга попыталась было объяснить, что она дочерью является, но её слушать не стали. Антона Геннадьевича в тот момент рядом не оказалось, его куда-то Анастасия Павловна отправила.

— Сергей, не знаю как быть, на душе муторно, — дрожащим голосом призналась Сироткина.

— Всё будет хорошо, — обнимая её, сказал и уточнил: — В какую больничку повезли и что всё же случилось?

— Сказали, что в лекарский центр, где благородных обслуживают. Соренских резко стало плохо, такое ощущение, что у артефакта случился сбой, и от него прервался поток магии в источник женщины. Дыр в ауре сразу стало больше, упало давление, и она потеряла сознание. Насколько поняла, собрались искусственно вливать силу в источник и, возможно, ввести в медикаментозную кому, чтобы замедлить негативные проявления дара, — закусив губу произнесла Лена, но уже начиная брать себя в руки.

— А ты как бы поступила? — задумчиво её спросил.

— Скорее всего так же, — подумав ответила та и уточнила: — Необходимо устранить сбой в артефакте. Но как это сделать?

— Для этого ещё надо как-то в этот лечебный центр пробраться, — потёр я висок. — У тебя там знакомых нет?

— Откуда, — отмахнулась Лена. — Там же работают те, кто в кланах состоит, как правило в целительских и у всех есть дар. Такие с нами смертными врачами пересекаться не любят, о себе высокого мнения.

— Закономерно, — покивал я, соглашаясь со словами подруги.

К нам подошёл Курзин и поинтересовался, что случилось. Не стали от него скрывать и рассказали всё как есть. Александр Николаевич задумался, пообещал узнать среди своих учеников и знакомых нет ли у кого выхода на лечебный центр, но предупредил:

— Не гарантирую, что получится, да ещё быстро, на вашем месте на мою помощь особо не рассчитывайте.

— Спасибо, — поблагодарила его Сироткина.

— Не за что, — вздохнул мой тренер. — Пойду, обзвоню кое-кого. Кстати, вскоре Жанна должна подойти, у неё тоже могут оказаться нужные связи.

Увы, время идёт, а результата нет. Журналистка сходу заявила, что даже по знакомству проникнуть в целительский центр не получится. Даже нет смысла пытаться, если только не получили приглашение от больного или руководства. Высокопоставленные дамы и господа любят покой и охрана там как на секретном объекте.

— Поймите, лежат же не простые граждане, а те, кто способен заплатить за лечение. Кто-то рассчитывается деньгами, кто-то услугами. На профилактику приходят партийные деятели с семьями, любовницами, — попыталась объяснить Жанна.

— Хм, раз любовниц приводят, то не так и строга охрана, — задумчиво произнесла Лена.

— Ой, только не говори, что решила себя за одну из них выдать, — отмахнулась журналистка. — Не прокатит, не тебе первой такая мысль в голову пришла.

— Уж не ты ли пыталась такое провернуть? — хмыкнул Курзин, посмотрев на свою подругу.

— Было дело, — не стала та отнекиваться, — даже на территорию попала, но потом меня изгнали и пригрозили в следующий раз сдать дознавателям.

— Получается, никаких шансов и нам остаётся только ждать? — печально спросила Сироткина.

— Как минимум ночи, — пожал я плечами, пытаясь сообразить, как отыскать Анастасию Павловну, если окажемся в лечебном центре.

Пара идей есть, больше всего надеюсь на магическую карту, которая должна госпожу Соренских идентифицировать. Вот только есть несколько сомнений. Мне неизвестно, как проявляет себя аура, когда человек в коме. Это всё при условии, если сумеем проникнуть на этот, своего рода, стратегический объект.

Мы так ничего и не придумали, из дворца спорта вдвоём с Леной отправились домой. Осталась надежда, что доверенный госпожи Соренских объявится и нам поможет. Но, увы, Антон Геннадьевич не спешит нас навестить. И ведь ему отлично известно, кем Лена приходится его хозяйке.

— Как насчёт того, чтобы попасть на территорию с помощью твоих друзей со скорой помощи? — задал девушке вопрос, когда только поднялись в квартиру и даже не переоделись.

— Сергей, как ты себе это представляешь? — удивилась Лена.

— У тебя есть дорогие шмотки, по ауре, если её не станешь скрывать, любой врач определит, что имеешь дар. Если сделаешь вид, что сознание потеряла, а скорая привезёт, то…

— Кто бы их туда пустил, если у пациента не окажется документов, подтверждающих личность, — перебила меня подруга. — Нет, этот вариант не пройдёт. Да и подставлять никого не хочу.

— Тогда идём внаглую, — усмехнулся я. — Выбери самые дорогие шмотки, выходим через десять минут!

Объяснять ничего не стал, печатку на палец надел, прикинул, какие применить заклинания на персонал и стал Лену ждать. Девушка выглядит изумительно, в трамвае на неё косились, но никто слова не сказал. Наверное подумали, что благородная дамочка решила испытать новые ощущения в таком транспорте. Как и задумал, мы легко миновали первое препятствие. Вертушку охранник без вопросов разблокировал, улыбаясь Сироткиной. Это моё заклинание сработало, призванное подчиняться по одному жесту. Уже на территории использовал печатку главы клана. Одно её свойство для меня не секрет. Вокруг нас с Леной образовался незаметный контур, который отталкивает взгляды и не даёт нас увидеть.

— Старайся не говорить, иди тихо, не удивляйся, если кто-то прямо на тебя пойдёт, — шепнул девушке.

— Поняла, — покивала та.

Магическую карту активировал, когда вошли в здание центра, через дверь, предназначенную для персонала. Кстати, вход никто не охранял, а запереть её никто не удосужился.

— Третий этаж, палата в центре коридора, окна выходят в парк, — сказал своей спутнице, уверенно ведя её за собой.

Пару раз приходилось вжиматься в стены, чтобы не столкнуться с персоналом лечебного центра. Наверное, нам сопутствовала удача в этот вечер, в том числе повезло, что попали в пересменку. Удивило ещё то, что ни у палаты, где лежала госпожа Соренских, ни внутри никого не оказалось.

— Неужели мы дошли? — выдохнула Лена, рассматривая показания какого-то медицинского прибора.

Честно говоря, не представляю, что это такое. На монохромном экране показываются какие-то всплески, похожие на волны, но это точно не сердечный ритм.

Анастасия Павловна лежит вся бледная, ей недавно поставили капельницу, флакон с лекарством полон. Нет, нам точно фантастически везёт! На пальце женщины какой-то датчик и ещё один в районе левой части груди. На животе странный артефакт, в виде широких пластин, вливающих магию в источник Соренских. Вот только она совсем плоха, а дар женщины методично пожирает её ауру, которая вся в прорехах.

— Сергей, она умирает, но никто не пытается помочь, — прошептала Лена.

— Не знают как, — ответил ей, а потом предложил: — Будем рисковать?

— Ты о чём? — удивилась девушка.

— Забыла, что почти сумели разобраться в происходящем? Источник твоей матери сжигает свою хозяйку по нескольким причинам. Это из-за вины, что тебя потеряла, чего-то ещё, связанного с эмоциями и мощнейшим проклятием. Получившаяся смесь переплелась с даром и заставляет его вырабатывать негативные магические потоки, направленные против оболочки женщины. Есть идея использовать твою магию, которая является родственной, для исправления ситуации. Ну, если честно, то шансы небольшие, однако, попытаться обязаны, — произнёс я, а потом добавил: — Часть посылов заготовил, предстоит комбинация из последовательности действий. Этакая атака на проблему, но присутствует большой риск, что ничего не получится.

— Сергей, полностью тебе доверяю, — подошла ко мне Сироткина и заглянула в глаза: — Говори, что от меня требуется.

— Ложись рядом с Анастасией Павловной и возьми её за руку, — дал указание своей подруге.

Магическую карту сканирования местности давно отозвал, а теперь необходимо снять отвод глаз. В моём источнике примерно половина энергии, если так можно оценить уровень магии.

— Готова? — спросил Лену, которая легла на край кровати и положила ладонь на руку своей матери.

— Да, — подтвердила та.

Выдохнув, я приказал своему дару выпустить первый заготовленный посыл. Не сомневаюсь, источник Соренских сумею убедить, что он зря поддался эмоциям хозяйки. А вот с проклятием пока плохо представляю, как справиться. Чужеродное заклинание въелось в дар женщины. Как ни крути, а мне предстоит всё пропустить через себя, при этом как-то избавившись от заражённой магической энергии. Если это не получится сделать, то, боюсь, нас троих придётся откачивать. Магия Лены чистая и светлая, приятная и успокаивающая, она прошла через мой источник и направилась к находящийся в коме женщине. Я оказался прав! Дар Анастасии Павловны мгновенно расцвёл, когда в него начала вливаться энергия от источника дочери. Проклятие же усилило натиск, словно в противовес. Приходится распутывать переплетение потоков и загонять их в себя. Чувствую, как наваливается слабость, а ещё необходимо не забыть и насытить ауру Соренских, иначе всё окажется бесполезно.

— Сергей, я почти без сил, — шепчет Лена.

— Пару минут ещё потерпи, — хрипло отвечаю, находясь в какой-то прострации и не понимаю, как долго мы пытаемся Анастасии Павловне помочь.

Собираю крохи энергии в своём источнике и делюсь её с Сироткиной. Если посмотреть магическим зрением на окружающие нашу троицу потоки, то картина любого заставит поразиться. Сколько их всего? Порядка двенадцати, если считать вместе с моими посылами. И вот наконец-то проклятие удалено из источника Соренских, а её дар уже себя не корит и не уничтожает за потерю дочери. Остаётся какое-то сожаление, но на него уже не хватает сил, да и такие эмоции есть у каждого. Небольшой посыл и дар матери Лены начинает самостоятельно латать дыры в собственной ауре. Магические всплески у женщины затихли, опасность миновала. Мы с девушкой сделали всё, что могли и, надеюсь, сумели победить. А вот меня начинает сильно мутить, отзываю свои посылы, разрываю магические связи.

— Закончили, — хриплю и медленно, словно старик, бреду в ванную комнату.

Кстати, палата оборудована отлично, есть даже гардеробная, но мне необходима вода, много воды, требуется избавиться от негативной и чёрной энергетики. Кран открываю на полную, пью, сразу же вызываю рвоту и не удивляюсь, что из организма выходит чернота.

— Ты как? — спрашивает меня подруга, прислонившись к дверному косяку в ванную комнату.

— Норм, — отвечаю и прошу: — Иди к матери, сними капельницу и убери артефакт. Анастасию Павловну пора вывести из комы.

— Уверен?

— Да, — киваю, сдерживая рвоту.

Н-да, никогда меня так не выворачивало, даже в прежней жизни после тех или иных событий, когда напивался до бесчувствия. Ну, не совсем так, но случалось, что продукты в организме не приживались.

— Что здесь происходит⁈ — донёсся до моего слуха чей-то женский голосок.

Похоже, медсестра пришла проверить пациентку, у которой приборы перестали передавать данные на пост. Эх, не успели мы с Леной уйти, правда, на это шансов не имели, нас бы точно поймали. Выставить отвод глаз я бы точно не смог. Вернулся в палату и увидел, как мелькнул белый халат, за которым захлопнулась дверь.

— Нас обнаружили, — устало сказала моя подруга.

— Слышал, — кивнул я и уточнил: — Как состояние госпожи Соренских.

— Должна вот-вот очнуться, угроза миновала, аура медленно, но восстанавливается, — ответила девушка.

— Это хорошо, — покивал и устало присел на стул.

Нам осталось только ждать и надеяться, что Анастасия Павловна заступится и не даст нас скрутить и к дознавателям отправить.

— Вот они! — воскликнула медсестра, врываясь в палату. — Не успели сбежать!

Следом за ней появились трое дюжих охранников и пожилой врач.

— Стоять, не двигаться! — выкрикнул один из службы безопасности лечебницы, размахивая при этом дубинкой.

— Как скажете, — спокойно произнёс я.

— Минутку! — воскликнул врач. — Пациентке стало лучше! Как такое возможно⁈ Ну-ка, все вон отсюда! Стоп! Нет, молодые люди пусть останутся!

А врач-то соображает быстро, мгновенно оценил ситуацию и сопоставил наше присутствие с состоянием госпожи Соренских. Однако, его почему-то никто не послушал. Охранники застыли на месте, и даже медсестра не выбежала в коридор. Доктор же быстро к Анастасии Павловне подошёл и над её головой руками пару раз провёл, при этом бормоча себе под нос:

— Поразительно! Нечасто с таким сталкиваюсь. Нет, это чудо какое-то! — он резко обернулся и посмотрел на меня: — Что вы сделали и как⁈ Больная до утра бы не дожила и помочь ей никто и ничто не могло. Кто вы такие, чёрт бы вас побрал⁈

— Если захочет, то госпожа Соренских вам всё сама объяснит, — ответил я и вздрогнул от прозвучавшего голоса матери моей девушки:

— Тут слишком много народа. Потом поговорим, а сейчас, пусть все выйдут, кроме моих гостей.

И столько в интонации приказных ноток, что хочется безоговорочно подчиниться. Кстати, охрану и медсестру как ветром сдуло, а вот доктор не поддался, остался на месте.

— Голубушка, пациентка не вправе приказывать своему лечащему врачу, — с улыбкой сказал доктор. — Меня зовут Илья Матвеевич, заведующий лечебным центром. Как вы себя чувствуете?

— А вы как думаете? Прекрасно слышала, что говорили и, кстати, почти всё помню, пока в коме лежала, — Анастасия Павловна прищурилась, о чём-то задумалась, а потом продолжила: — Господин заведующий, прошу вас удалиться и прислать моего помощника. Насколько понимаю, господин Вольный на одном из консилиумов. Правильно?

— Наверное, — пожал плечами доктор. — Велю его поискать. А вот вставать вам не рекомендую, пока не пройдёте обследование.

— Это мне решать, не ваш центр мне помог. Или желаете это оспорить? — в голосе госпожи Соренских появились стальные нотки.

Илья Матвеевич не стал испытывать судьбу — ретировался.

— Как самочувствие? — задала матери вопрос Лена.

— Я не соврала, давно так себя не ощущала, — улыбнулась ей Анастасия Павловна. — Спасибо вам, после такого за мной неоплатный долг, — она перевела взгляд на меня. — Господин Горцев, что-то вы неважно выглядите. Тяжело дались заклинания по очищению моего источника? Кстати, вы не подскажите, что за проклятие во мне находилось и кто его наслал?

— Честно говоря, нет у меня ответов на ваши вопросы, — развёл я руки в стороны. — Думаю, догадались, что проникли сюда незаметно ото всех. Надеюсь, вы поможете нам выбраться.

— Вместе уйдём, — усмехнулась Соренских и попросила: — Сергей Максимович, не могли бы покинуть палату, мне надо одеться.

— Хорошо, — кивнул ей и вышел.

В коридоре опёрся о стену и прикрыл глаза. Удивительно, но у нас с Леной всё получилось. Сил не осталось? Ничего страшного, восстановимся.

— Сергей, вы как тут оказались⁈ — отвлёк меня возглас Антона Геннадьевича. — Это правда, что Анастасия Павловна в порядке?

Помощник госпожи Соренских на меня внимательно смотрит, а вот то, что за его спиной маячат два господина в одинаковых костюмах и подозрительно меня осматривают, как-то не понравилось. Почувствовал исходящую от них опасность и не как от дознавателей, а намного большую. Похоже, эти люди из комитета, а с ним шутки плохи. В обычной жизни они незаметны, если только не случается что-то из ряда вон выходящее. С какого бока тут Анастасия Павловна? У её клана есть мощное покровительство? Если так, то она далеко не проста и вряд ли в Калинине случайно оказалась. Ну, мне ещё влезать в какие-то политические или шпионские игры не хватало! Своих проблем выше крыши.

— Госпожа Соренских переодевается, скоро выйдет, — ответил я.

— Что она делает? — хором воскликнули все трое стоящих напротив меня.

— С ней всё хорошо, — заверил их и провёл рукой по лбу. — Господа, простите, с трудом на ногах стою, устал.

Ну, отмазка так себе, наверняка бы учинили допрос и не исключаю, что с пристрастием. Меня выручила Анастасия Павловна, выйдя из палаты и ведя под руку Лену, которая, как и я, на ходу засыпает.

— Антон, машину к выходу, мы уезжаем, — велела Соренских своему помощнику, сделав вид, что не заметила комитетчиков.

Правда и те себя никак не проявили, если не считать вежливых кивков.

— Уже бегу! — воскликнул обрадованный господин Вольный.

— Сергей Максимович, сумеешь сам дойти или попросить, чтобы помогли? — спросила у меня мать Лены.

— Дойду, не переживайте, — заверил женщину.

Честно говоря, плохо помню, как спустился, в машину уселся и даже в квартире оказался. Зато проснулся в объятиях своей девушки. Правда, как-то непривычно, что мы с ней в одежде, но тому есть свои оправдания. Желудок настойчиво требует, чтобы его насытили, поэтому первым делом отправился на кухню, стараясь не разбудить Лену. Еды у нас какой только нет, изобилие полнейшее. Даже мороженого несколько видов. Похоже, о том, чтобы сытно и вкусно питались позаботилась Анастасия Павловна. Только о ней подумал, как она на кухню вошла.

— Господин Горцев, я приготовлю завтрак, не беспокойтесь, — поздоровавшись сказала Соренских.

— Хорошо, — спокойно ей ответил, не став спорить.

Чувствуется, что женщина это предложила от всей души, а мне требуется себя в порядок привести. Когда из ванной вышел, Лена уже проснулась и о чём-то беседовала с Анастасией Павловной. Оказалось, моя подруга уточняла, как мы в квартире оказались и почему госпожа Соренских здесь.

— Мы вам с Антоном помогли подняться, а вот оторвать друг от друга не получилось, поэтому положили в одну кровать, — на этом месте Анастасия Павловна строго на Лену посмотрела, но та и глазом не моргнула.

А с чего бы ей смущаться? Девушка у меня с характером, хотя и кажется мягкой и покладистой, но если что-то не по ней, то переубедить сложно. Нет, я-то к ней подход нашёл, как и она ко мне, находим компромиссы, а вот Соренских об этом рано думать. Лена ещё не свыклась с мыслью, что теперь у неё есть мать. В том числе и выполнять её требования не станет, если те идут вразрез с убеждениями.

— Вы побоялись нас одних оставить и поэтому не уехали? — задал я вопрос Анастасии Павловне.

— Не только, но и это тоже, — кивнула та и предложила: — Давайте позавтракаем, а потом поговорим.

Так и поступили, после чего госпожа Соренских сделала предложение Сироткиной, от которого отказаться сложно:

— Мне требуется вернуться в столицу, по разным причинам, оставаться в Калинине дольше не могу. Дочь, прошу отправиться со мной. Хватило одного раза, когда я оказалась в беспомощной ситуации и случись что-то плохое, то ты не смогла доказать свои права на клан. Как только сделаем все документы и официально подтвердим родство, то сможешь сама решать, где жить и учиться, препятствовать не буду. Да и не так далеко Москва, смогу приезжать и тебя навещать, как и ты меня. Да и твоему молодому человеку потребуется сосредоточиться на предстоящих шахматных турнирах, если ты желаешь ему побед.

— Она меня не отвлекает, — буркнул я.

— Не ври, — отмахнулась Соренских, — прекрасно знаю, что работаешь спустя рукава, ещё в школе у тебя завал.

— Ты наводила справки? — нахмурилась Лена.

— А ты не так бы на моём месте поступила? — вопросом на вопрос ответила Анастасия Павловна.

Кстати, с дочерью она окончательно перешла на ты и ту это нисколько не смущает. А этот разговор специально при мне завела, зная, что поддержу, а Лену начну уговаривать прислушаться к голосу разума. Хитра госпожа Соренских, умеет в людях разбираться. Впрочем, есть вещи, которые лежат на поверхности.

— Сергей Максимович, что думаете? Отпустите со мной Лену? — не дождавшись ответа от дочери, обратилась ко мне Анастасия Павловна.

— Как ни печально, но в этом вопросе я на ваше стороне, — признал очевидное и посмотрел на свою девушку.

Та, разумеется, попыталась найти тысячу причин, чтобы не ехать. Правда, основная оказалась учёба в институте, но и ту Соренских легко парировала, пообещав свести дочь с некими лекарями, добившимися мирового признания. И как итог, Лену уговорили, а через каких-то два часа я провожал автомобиль, который увозил её в столицу.

— Надеюсь, ей там никто голову не вскружит, — сказал вслух, но почему-то будучи уверенным, что подруга ни на кого из мужчин не взглянет, как бы те перед ней свои хвосты не распускали.

Ну, а если вдруг такое случится, то придётся приехать и ощипать придурков, посягнувших на мою подругу. А ещё, в какой-то мере, есть надежда на госпожу Соренских, которая ко мне стала иначе относиться и её уже мало волнует наш с Леной возможный разный жизненный статус. Однако, никак нельзя гарантировать то, что Анастасия Павловна не попытается дочь познакомить с кем-нибудь более достойным по её мнению.

— Ладно, иду отсыпаться и восстанавливаться, тренироваться необходимо, и в самом деле вскоре предстоят сложные игры, — зябко поёжился, отметив, что на улице становится с каждым днём холоднее, а зимнюю одежду себе не купил.

Вернулся в квартиру и обнаружил на кухонном столе записку от госпожи Соренских и не очень-то толстую пачку денег. Анастасия Павловна написала, что мне очень признательна за своё спасение и в том числе за дочь. Просила понять правильно, что, по её словам, такую ничтожную сумму оставляет ради своего спокойствия, и чтобы сосредоточился на работе. Если пожелаю, то могу считать это долгом, который волен отдать хоть через сотню лет. А так как потратил много сил на её спасение, то и она готова отплатить мне чем угодно, в разумных пределах. И что более важно, дала обещание проследить, чтобы к Лене никто не приставал и не пытался ту от меня увести.

— Она встала на мою сторону? Вот это действительно чудеса, — хмыкнул я, не совсем поняв мотивы госпожи Соренских.

Если всё из-за спасения, то могла отыскать другие способы благодарности. В том числе деньгами, и неважно, взял бы их или нет.

— Ладно, отказываться не стану, сейчас и в самом деле не до магических турниров, лучше сосредоточиться на теории, в которой ещё много чёрных пятен, — убирая деньги, сказал вслух и мысленно прикинул план тренировок, которым явно мешает учёба в школе.

Вот как с этим со всем разобраться? Не иначе как где-то рисковать и блефовать, не забывая про свои амбициозные задачи. И только я собрался пообедать, как объявился Курзин, который узнав, что проблемы решились, а Лена уехала не сдержал радости:

— Горцев, вот теперь ты попал! Семь потов с тебя сгоню, заставлю заниматься, чтобы ночью проснулся и сразу определил какой перед тобой дебют или защита и лучший ход!

Судя по настрою моего компаньона и тренера, то мне не отвертеться. А ещё мне думается, что он в очередной раз с Жанкой поругался. Надо их срочно примерить, а то ведь даже не позволит узнать, как там дела у Лиды с Иннокентием!

Эпилог

Эпилог

Захлопнул за собой дверь в квартиру, положил на тумбочку грамоту, небрежно поставил выигранный кубок, снял куртку и ботинки, после чего направился на кухню. Как-то немного грустно и не с кем отметить победу на областных соревнованиях. А далась она нелегко, но пока об этом даже вспоминать нет желания. Нет, меня поздравили, тренер обнимал, Жанна радовалась, даже Марианна и та в щёку поцеловала. А вот Лена не смогла приехать, она задумала до конца этого года разобраться с делами в столице. Оказалось, что даже со связями госпожи Соренских всё не так просто. Сегодня как раз должно было состояться судебное разбирательство по признанию родства между Анастасией Павловной и моей подругой. Нельзя просто так заявить, что вот эта девушка моя дочь и получить документы. Потребовалось куча анализов, в том числе магических, возобновили даже расследование по исчезновению ребёнка и его обнаружении. В общем, на Сироткину навалилось много всего, о чём она не подозревала.

— Ладно, против обстоятельств не попрёшь, — хмыкнул я, рассматривая полупустой холодильник.

В морозилке нашлись пельмени и это порадовало, от жареных яиц уже изжога. Пришлось покрутиться, как та белка в колесе, не раз даже на голодный желудок ложился. А всё из-за Александра Николаевича, заставлявшего каждую минуту тренироваться. Но помимо шахмат имелись и другие задачи. В том числе проблемы в школе, когда не удалось по многим предметам договориться и учителя грозили в четверти выставить неуды или не аттестовать. И это в выпускном, из чего чуть ли не автоматически следовало получение не аттестата, а справки об окончании школы. А с ней сразу получил бы осложнение в спортивной карьере. Ещё и по комсомольской линии потребовалось участие в жизни школы и даже первый секретарь обкома молодёжной организации, господин Шмелёв, не помог. И всё из-за кого так получилось? Журналистка перестаралась!

— Сергей, но ведь классная статья получилась. Чего ты претензии предъявляешь? — не поняла Жанна, что натворила.

Нет, она старалась, расписала, какие мы с тренером молодцы. Как тренируемся и что у меня очень хорошие результаты и перспективы. Никому не проигрываю и уже на счету прилично выигранных турниров и получено звание кандидата в мастера спорта. Всего пару предложений получилось спорных, про учёбу в последнем классе и общественную деятельность, точнее их отсутствие. Каким-то чинушам такое не понравилось, директор школы по шапке получил, моему комсоргу шею намылили, а крайним оказался я. Ну, не совсем так, но проблемы возникли. Ничего, преодолел, хотя потратил немало нервов.

— Главное — не переварить, — напомнил себе, посмотрев на закипающую воду в кастрюле.

Да, приходится пахать, чтобы чего-то добиться. Иннокентий вот уже несколько вариантов предоставил компактных и мощных аккумуляторов, в которых есть магическая составляющая. Однако, мы всё так же далеки от запуска в серию моделей техники, из которой наша, ещё не созданная компания, должна превратиться в большой бизнес-проект. И, да, там не всё гладко, начиная от документов и заканчивая технической частью. Себестоимость очень высокая и снизить её не получается. А открыть фирму и вовсе почти нереально. Правда, есть вариант попросить заняться оформлением Лену, чтобы на неё всё оформить, но это после того, как она войдёт в клан матери. Вот только девушка наотрез отказывается от последнего. Дочерью и наследницей она согласилась стать и не более того. Ну, ещё не осознала, что вариантов других нет. Я с госпожой Соренских на эту тему имел несколько разговоров, и та просила не давить на её дочь. В том числе Анастасия Павловна прозрачно намекнула, чтобы не вздумал в ближайшее время делать Лене предложение руки и сердца. Пришлось согласиться, тем более что и сам хочу встать на ноги, чтобы иметь уверенность в завтрашнем дне. Рассчитываю через год пробиться на турнир претендентов на мировую шахматную корону. Тогда уже всё пойдёт намного легче, так хотелось бы верить. Ну, умом-то понимаю, что за кулисами спорта идут подковёрные игры и потребуется ещё большая отдача и усилий. Увы, невозможно только хорошо играть. А ещё необходимо разобраться со смертью деда и понять, что за печатка досталась в наследство. И тут приходится ждать и отбивать всевозможные попытки выселения из квартиры. Некие тёмные личности продолжают вокруг крутиться, не даёт им покоя тайник в квартире. Кстати, мне тоже хотелось бы посмотреть, что внутри сейфа, однако, приходится ждать вступления в наследство. Так Иваныч в своей записке велел и других вариантов нет. Зато немного узнал про фирму, с которой связываю убийство деда. Там тоже не всё так однозначно, расследование приходится вести очень осторожно и информации не так много.

— Сварились, — констатировал я, глядя на плавающие пельмени.

В этот момент прозвучал звонок в дверь. Мгновенно вывел перед глазами магическую карту и непроизвольно улыбнулся. Друзья решили устроить мне сюрприз! И, надо отдать должное, у них неплохо получилось.

— Кто там? — подойдя к в двери, спросил я и сразу же добавил: — Гостей не жду, доставку не заказывал.

— Вам посылка, — пробурчал кто-то, попытавшись максимально изменить голос.

Хм, это мой тренер так развлекается! А недавно делал вид, что его интересует только Жанна, с которой он в очередной раз поцапался. Мол выигрыш областного турнира не такое великое событие, с чем в общем-то согласен.

— Торт принесли? Шампанское не забыли? — поинтересовался я, отпирая замки.

— Привет! Поздравляю! — сказала Лена, обняла меня, и не стесняясь друзей поцеловала, а потом прошептала: — Я так соскучилась.

— И чего тогда их привела? — задал вопрос ей на ушко.

Ответа не получил, нас беззастенчиво оттёр в сторону Курзин, у которого в руках и в самом деле коробка с тортом, а в авоське бутылки с шампанским и газировкой. Последняя для Лидии, у которой уже живот просматривается.

— Смотрю Мальцеву с собой не взяли, — прокомментировал я, всё же пропуская гостей в прихожую.

— Марианна позже подойдёт, — отмахнулась Жанна.

— У неё возникло какое-то личное дело, — подтвердила Лидия, нахмурилась и уточнила: — Прошу, не зубоскальте над её личной жизнью и не сватайте никого, ей сейчас не до отношений.

— А что так? — удивился я, будучи уверенным, что Марианна с кем-то встречается.

— Захочет — расскажет, — буркнула жена Иннокентия.

— А чем это пахнет? — нахмурилась Сироткина и посмотрела на меня: — Ты себе ужин готовишь?

— Чёрт, пельмени варятся! — воскликнул я и поспешил на кухню.

Лена отправилась следом, и мы с ней рассмотрели в кастрюле бурлящую некую массу, даже отдалённо не напоминающее то блюдо, про которое говорил.

— Это что? — сдерживая смех, поинтересовалась моя подруга.

— Экспериментирую, супчик варил, — ответил своей девушке, подумал и добавил: — Видишь, чем в твоё отсутствие приходится питаться?

— Эй, не делай из меня виноватую! — шутливо ткнула меня Лена кулачком в плечо. — Ладно, не переживай, сейчас Антон Геннадьевич еду принесёт.

— Он тебя привёз? — спросил девушку, прислушиваясь, как мой тренер и Иннокентий перетаскивают стол, а Жанна и Лида гремят посудой, доставая ту из горки.

— Ну, не на электричке же добираться, — пожала плечиками Сироткина. — Учти, послезавтра уеду, дел много и нам с тобой надо кое о чём переговорить.

— Что-то случилось?

— Госпожа Соренских постоянно от меня чего-то хочет, выставляет всё больше требований и ведь у неё находятся тому объяснения, с которыми сложно спорить, — немного грустно, сказала Лена, но потом руками замахала: — Так, всё, это потом, сейчас нам необходимо веселиться и отмечать твоё кандидатство в мастера и выигрыш областных. Рассказывай, сложно пришлось?

Хм, как передать те эмоции, которые испытывал в сложных и тяжёлых партиях? Увы, далеко не всё складывалось идеально. Допускал ошибки, и соперники ими пытались воспользоваться. Случалось, что атаки отбивал с трудом. Даже не знаю, как бы сложилось, если дар отказался помогать. Перед глазами часто разворачивались битвы шахматных фигур, показывающие всевозможные комбинации и последствия тех или иных ходов. И, нет, это не считается чем-то запрещённым. Изучая правила международных турниров, в которых расписан каждый чих, встретил именно такое проявление магии у игроков. Оно названо пассивным умением, не запрещено и даже всячески приветствуется его проявление, если о нём подробно рассказывает игрок и умеет показать происходящее. Говорят, что большинство гроссмейстеров способны силой мысли или своей магией двигать фигуры на доске. Правда, комбинации всего в пяток ходов, после чего шахматист выжат как лимон. Честно говоря, информации об этом не так много, зато не переживаю за магические уловители, те на такую магию не реагируют.

— Чего молчишь? — нахмурилась Лена, выкидывая мой несостоявшийся ужин в мусорное ведро.

— Полуфинал городских оказался сложным, — задумчиво ответил я.

— Это когда твой противник оказался глава местного клуба? — уточнила Лена, щёлкнула пальцами и добавила: — Его вроде бы Михаил Акимов зовут, верно?

— Да, — подтвердил я.

Действительно, парень, благодаря которому я и нашёл свой путь в этом мире дал мне настоящий бой на шахматной доске. При этом он выбрал любимое моё начало. Сидел и улыбался, делал нестандартные ходы, используя домашние заготовки. В середине партии лучше развил фигуры, получил численный перевес в виде пешки и даже обозначил атаку. Пришлось играть от защиты, расставлять ловушки и Михаил в одну угодил. Казалось бы, ничего серьёзного, он потерял темп, который, на первый взгляд, мало что решал. Но я его поставил в тупик, когда сделал малопонятный ход, вроде бы отдавая инициативу. Акимов купился, даже широко улыбнулся, но его улыбка пропала через три хода, когда осознал мою задумку. Я не стал охотиться на ферзя, пытаться поставить мат, нет, запер коня соперника на левом фланге, а пешечный штурм устроил на правом. В общем, переиграл Акимова за счёт тактики. В финале же столкнулся с Сан Санычем, избравшим малоизвестную защиту, да только мне она оказалась хорошо знакома, Александр Николаевич натаскал. Относительно легко выиграл. А вот на областных, чтобы оформить допуск на всесоюзный турнир, вновь пришлось попотеть.

— Где пропали? — задала вопрос Жанна, входя на кухню. — Блин, думала хотя бы целуетесь, а они хозяйством заняты. Пошли тогда за стол! А то непорядок, когда гости брошены.

— Кто бы говорил, — хмыкнула Лена. — Ты же себя тут свободно чувствуешь.

— Ой, только не ревнуй, — отмахнулась журналистка. — У меня Саша есть, его люблю.

— А чего тогда постоянно цапаетесь? — поинтересовался я.

— Характер такой, — вздёрнула подбородок Жанна, а потом пояснила: — Нечего мне всё запрещать! Знал же кем работаю.

За Курзиным и Орловой забавно наблюдать, они как лёд и пламя. Могут млеть в объятиях друг друга, а через секунду обжигать и шипеть. Правда, ссоры не затягиваются, быстро мирятся. А вот Лида и Кеша друг на друга не надышатся, молодожёны, что с них взять!

— Антон Геннадьевич уже приходил? — уточнила моя девушка у Жанны.

— Да, он всё принёс и уже уехал, — ответила журналистка. — Лен, как тебе в столице живётся? Думала Москва тебя изменит и явишься этакой недоступной дамой. Даже переживала немного, что из-за статуса взгляды поменяешь, а ты в обычных джинсиках, свитерке, а украшений минимум.

— Своим убеждениям не изменю, это уже и мать поняла, — улыбнулась Сироткина, но не стала на эту тему распространяться.

Погуляли мы отлично, посидели душевно, поговорили, потанцевали, а к полуночи гости разошлись. Напоследок мне Курзин сделал просто царский подарок, на трое суток от тренировок освободил. Правда, опоздавшая Марианна сразу же напомнила, что до каникул немного осталось и прогуливать школу нельзя. Вот к чему она об этом? Или посчитала, что Лену, с которой видимся редко, оставлю и за парту усядусь? Нет уж, раз выпала редкая возможность побыть с Сироткиной, то на всё остальное плевать, тем более что турниров пока нет. Ну, зовут принять участие в магических шахматных шоу у высокопоставленных чинов, но пока воздерживаюсь. Призовые получил и их на какое-то время хватит, а там глядишь и всесоюзные выиграю, после которых откроется возможность принять участие в международных турнирах. Отдаю себе отчёт, что заграницу не сразу пустят. Есть ко мне от дознавателей вопросы, в том числе и комитетчики пару раз на беседу вызывали. Прощупывали, что про Иваныча знаю и осторожно выяснили, как сумел Анастасии Павловне помочь. Честно говоря, не понял, что их больше интересовало. Возможно, происходили профилактические беседы, но это не точно.

— Нормально погуляли, душевно, — вынесла вердикт Лена, когда за друзьями дверь закрыла.

— Так-то соглашусь, — покивал я и потёр щёку, осматривая стол и грязную посуду на нём. — Могли бы помочь с уборкой.

— Это не такая большая проблема, — улыбнулась девушка. — Твоя задача перенести всё на кухню, с мытьём легко справлюсь. Или ты думаешь, что клан, занимающийся ресторанным бизнесом, такие бытовые проблемы ручным способом решает?

— Неужели нанимаете людей с даром в посудомойки? — поразился я.

— Имеются специальные бытовые заклинания, — улыбнулась девушка краешком губ. — Они держатся в секрете, используются совместно со специальными артефактами. Пришлось этому учиться, госпожа Соренских настояла. Она не оставляет попыток сделать меня своей наследницей и компаньонкой.

— Что насчёт званных ужинов? — поинтересовался у девушки.

— Достали, — поморщилась та. — А не ходить нельзя, не поймут и оскорбятся.

— Наверное вокруг тебя так господа и вьются? — не удержался от вопроса.

— Жанна мне рассказывала, что у тебя уже появились поклонницы, — перевела тему Лена. — Чуть ли на шею не вешаются и готовы из платья выпрыгнуть. Есть такие? — девушка подошла и положила ладони на мои плечи, при этом подозрительно в глаза смотря.

— Ревнуешь?

— А ты? — коротко спросила.

Мы оба засмеялись, признавая, что действительно, есть в душе место для беспокойства. Чуть позже, когда лежали обнявшись, Сироткина поведала, что пять пощёчин особо ретивым аристократам отвесила.

— Представляешь, они совсем обнаглели. С виду всё чинно и благородно, а такие вещи говорят, что уши вянут. Даже среди студенчества такого нет! — поведала девушка, рисуя замысловатые узоры на моей груди.

— Среди простых людей всё проще, — согласился я. — Нет такой пошлости, но наглость присутствует. Мне уже не раз предлагали взяться за обучение шахмат той или иной девицы или дамы. Обещали, что не пожалею и они ух какие пылки и страстные.

— Только намёки? — не поверила моя подруга.

— Действия пресекал, — честно признался, а потом спросил: — Надолго уедешь?

— Пока точно не знаю, — вздохнула та. — Боюсь, все знакомства с важными людьми предстоит пережить снова. Анастасия Павловна меня представляла своей дочерью, но официально-то это можно считать только с сегодняшнего дня. Кстати, Соренских собирается устроить по этому поводу большой приём, и ты приглашён. Приедешь?

— Обязательно, чего бы это ни стоило, — сказал, подумал и добавил: — Обещай мне все танцы, если такие будут.

— Ангажируешь заранее? — улыбнулась подруга. — Прости, некоторые уже забронированы, с этим ничего не поделать.

— И как такое возможно? Кто те смертники, пригласившие тебя танцевать?

— Не ревнуй, к сожалению, на таких мероприятиях есть некие условности. Даже невеста с женихом не имеют права отплясывать только друг с другом. А мы даже официально не помолвлены, — она стрельнула глазами, как бы давая некий намёк.

— Потерпи, колечко уже присматриваю, точнее, его дизайн в моё воображении, — погладил по щеке девушку. — Сама же противилась узаконить наши отношения, говорила, что мед сперва закончить хочешь, на ординатуру намекала.

— Уже не могу изменить свои взгляды? — привстала Лена на локте, а потом плюхнулась обратно. — Прости, не то говорю. Сейчас колечко от тебя принять не смогу.

Мы немного помолчали, каждый размышляет о своём. Нас друг к другу тянет, а когда находимся на расстоянии, чтобы забыться, уходим с головой в работу. Возможно, не найдись мать девушки, да ещё занимая такое положение, то Лена давно приняла предложение руки и сердца, а то и сама его сделала. И ведь это не условности, проблем очень много. Да, они решаются, но есть те, на которые необходимо время. В моём же случае, ещё остаются некие тёмные пятна, от которых необходимо избавиться. А чтобы соответствовать положению подруги, то предстоит многого добиться. Это нисколько не пугает, наоборот, я полон решимости и рад, что со мной произошли такие перемены. Прошлый мир давно позади, даже воспоминания немного затуманиваются. Это всё из-за того, что в новой реальности мне всё нравится и нашёл самого себя, а ещё и вторую половинку. И, тем не менее, для себя и девушки предстоит сделать многое. В какой-то степени я максималист, задачи поставил амбициозные и их обязательно выполню.

— Сергей, так какие у нас планы на ближайшее время?

— Лен, а ты как думаешь? — улыбнулся подруге, но всё же ответил: — Считаем, что настали трёхдневные выходные, которые посвятим друг другу. Ты же не против?

— Нет, — кивнула та, а потом уточнила: — А те замыслы, о которых когда-то говорил, они в силе?

— Разумеется, — утвердительно кивнул и признал: — Не всё так просто, как кажется, но своего привык добиваться. Есть проекты, которые организую с друзьями, надеюсь, никто не помешает, а если и попытается кто-то палки в колёса вставить, то всё равно своего добьюсь.

Прикрыл глаза и мысленно добавил, что от своего никогда не отказывался. Не собираюсь этого делать и в будущем. А проблемы… с ними все сталкиваются, пусть то партийный работник, глава клана или обычный гражданин. Ничего, трудностей не страшусь, чего бы судьба впереди не приготовила. Есть отличные друзья, любимая девушка, те кто сочувствует и желает помочь, так чего бояться⁈ Или недругов и злопыхателей, которые есть у всех? Так они пожалеют, если встанут на пути, с которого сворачивать не собираюсь и своих целей достигну…

Содержание:

Константин Назимов

Дебют. Жить в СССР

Пролог

Глава 1. Нехватка времени

Глава 2. Неожиданные предложения

Глава 3. Новые возможности

Глава 4. Стать комсомольцем

Глава 5. Выиграть время

Глава 6. Найти выход

Глава 7. Соглашение

Глава 8. Смертельное проклятие

Глава 9. Бытовые вопросы

Глава 10. Вечеринка

Глава 11. Помощь друзьям

Глава 12. Странные последствия

Глава 13. Поиск родни

Глава 14. Неудачная встреча

Глава 15. Попытки давления

Глава 16. Сложный выбор

Глава 17. Справиться

Глава 18. Находка

Глава 19. Нельзя не рисковать

Эпилог

Содержание:

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Дебют. Жить в СССР

Content

Дебют. Жить в СССР

Пролог

Глава 1 НЕХВАТКА ВРЕМЕНИ

Глава 2 НЕОЖИДАННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Глава 3 НОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ

Глава 4 СТАТЬ КОМСОМОЛЬЦЕМ

Глава 5 ВЫИГРАТЬ ВРЕМЯ

Глава 6 НАЙТИ ВЫХОД

Глава 7 СОГЛАШЕНИЕ

Глава 8 СМЕРТЕЛЬНОЕ ПРОКЛЯТИЕ

Глава 9 БЫТОВЫЕ ВОПРОСЫ

Глава 10 ВЕЧЕРИНКА

Глава 11 ПОМОЩЬ ДРУЗЬЯМ

Глава 12 СТРАННЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

Глава 13 ПОИСК РОДНИ

Глава 14 НЕУДАЧНАЯ ВСТРЕЧА

Глава 15 ПОПЫТКИ ДАВЛЕНИЯ

Глава 16 СЛОЖНЫЙ ВЫБОР

Глава 17 СПРАВИТЬСЯ

Глава 18 НАХОДКА

Глава 19 НЕЛЬЗЯ НЕ РИСКОВАТЬ

Эпилог

Nota bene