Мясоедов Владимир Михайлович

Спасти рядового Иллидиана

Глава 1

Среди бескрайнего ничего беседовали двое. Точнее, для них окружающее пространство пустотой не было. Ведь как можно считать ничем собственный сон?

— Я знаю, ты не поверишь клятвам. Они лишь слова, а друг друга мы знаем слишком мало. — Тот, кто сказал эти слова, выглядел крайне необычно. Если не сказать пугающе. Высокий рост, синяя кожа, копыта вместо ступней ног, большие загнутые рога. И закрывающая глаза черная повязка, из под которой пробивались отдельные всполохи пламени. — Но я хочу на свободу. А значит, кому-то придется мне помочь. И смельчаку от меня достанется очень и очень многое. Авансом пойдет магическая мощь, ради которой адепты волшебства тратят десятилетия на самосовершенствование. И это будет только началом.

— Что-то ваше лицо мне знакомо. — Его собеседник выглядел как человек, да в принципе и был им. Вот только в недобрый для себя час решил попрактиковаться в осознанных сновидениях и попал. К тому, кто был несоизмеримо сильнее, старше и опытнее него. И добычу свою отпускать вовсе не собирался. А начал очень активно принуждать к сотрудничеству, обещая сразу и великую награду, и жуткие неприятности в случае отказа. Сейчас фигура человека оказалась до горла замотана в тонкую блестящую цепь, не дающую шевельнуть даже пальцем. — И да, в принципе я согласен на сотрудничество, если получу в награду магию. Угрозами свести с ума в случае отказа можете уже себя не утруждать. Кстати, вас, случайно, не Иллиданом Буревестником кличут?

— Да, это я. — Признал ночной эльф, больше похожий на демона. И подозрительно покосился на собеседника. Вернее, человеку показалось, что он это сделал. Сложно, знаете ли, определить куда смотрят скрытые повязкой глаза. — Но ты то откуда знаешь? В моей тюрьме посетители не часты. Тем более, человеческой расы. Хотя…Неужели один из тех, кого я пытался уговорить раньше, сумел догадаться, что случившееся с ним не обычный ночной кошмар?

— Скорее, он счел данный сон основой для восхитительной легенды, ставшей известной всему миру. — Хмыкнул пленник страшноватого существа, уже несколько раз пытавшийся безуспешно проснуться. — Вот только в ней некоего охотника на демонов уже успели освободить и Азерот от демонов отстоять. А после вас даже и ухлопали. Кто-то из учеников, вместе с главной тюремщицей.

— Значит, я рассказывал этому смертному одну из линий развития будущего. — Задумчиво пробормотал себе под нос Иллидан. — Наиболее вероятную в тот момент. Хм. Видимо это был один из тех, кто сумел очень меня заинтересовать своей фиктивной готовностью к сотрудничеству. Но, раз он рассказывал о случившемся в своем мире, то в конечном итоге отказался от сделки.

— Балуетесь предсказаниями? — В этот раз в голосе человека скользнули неуверенные нотки. — Странно. Про это я ничего не слышал.

— Слушать, расшифровывать и пытаться самому плести Нити Судьбы — одно из немногих оставшихся мне развлечений. — Буркнул демоноподобный эльф, устало подпирая голову кулаком. Учитывая, что до того он находился в позе лотоса, выглядело это весьма необычно. — Сложно, муторно, неэффективно…Зато стенами тюрьмы не блокируется. Последние десять тысяч лет я провел в каменном мешке, где из мебели только высасывающие ману печати. И ничего лучше в качестве возможности получить билет на свободу не нашел.

— Зачем же тогда вам понадобились слуги из других миров? — Человек снова задергался, пытаясь освободиться. На миг его фигура размылась, но тут же снова обрела плотность. — Не легче в родном кого-нибудь отловить? Какого-нибудь архимага-человека, способного прийти к вашей тюрьме с целой армией?

— Легче, особенно если попытаться с ним договориться. Поскольку подчинить более-менее опытного колдуна не получится. Благо предложить мне есть чего. — Размеренно кивнул Иллидан, выглядящий невозмутимым как танк. Видимо многовековое заключение научило его небывалому терпению и спокойствию. — Но нет возможности. Слишком хороша тюрьма. Сам её когда-то строил на случай пленения одного из архидемонов. Сам не знаю, почему не учел возможности подчинения души из иного измерения и вселения её в чью-нибудь тушку на соседнем континенте. Наверное, чтобы вообще измыслить подобное надо быть давно и основательно сумасшедшим.

— На соседнем это потому, что рядом с собою союзника заполучить тюрьма не дает? — Уточнил человек и вздохнул. — Ладно, я понял. Мне от вас никуда не деться. И награда обещана щедрая. Может, развяжите?

— Никуда. — Согласно кивнул Иллидан, игнорируя просьбу. — Заключение сильно подточило меня. Но я вас еще остаюсь тем, кто был равен в своей силе и мудрости генералам демонических легионов. Тем, кто создал Древо Жизни. Тем, кто…кто…Кто уже целую вечность гниет за решеткой и очень хочет еды. Вина. Бабу. Ну, или хотя бы просто подохнуть!!!

Яростный рык разорвал окружающее двоих ничто. Копыта демоноподобного эльфа вспыхнули огнем. Рога тоже. За спиной расправились широкие кожаный крылья, источавшие мрак.

— Может, тогда перейдем к конструктивному диалогу? — Уточнил человек, после того как проверил, не ослабли ли его цепи. — К примеру, расскажите о себе правду. И о мире, куда меня тащите тоже. Ну и о том, чего вам все-таки от меня надо, как вы это будете контролировать и, самое главное, чего я с этого буду иметь.

— Имя ты знаешь. Историю тоже. — Несколько успокоился Иллидан и вновь уселся в позу лотоса.

— Государство ночных эльфов являлось настолько великим и продвинутым в плане магии, что просто слов нет. — Припомнил человек и неуверенно покосился на своего собеседника. Тот сделал какой-то знак рукой, видимо просил продолжить. — Но потом заявились демоны и попытались подмять мир под себя. Силой они действовать почему-то не решались…

— Боялись по рогам получить. — Злобно фыркнул Иллидан. — Правильно делали. Если бы наша знать во главе с идиоткой-королевой не полностью растеряла свои мозги, остались бы от этих завоевателей лишь рожки да ножки. Эти кретины довели до разрушения Колодец Вечности! Как?! Ну, вот как можно за своими амбициями не увидеть, что на кон поставлено было будущее всей нашей расы?! Без него она бы скатилась в дикость и варварство! Тысячелетия прогресса могли оказаться пущены по ветрам вечности! Все развитие нашего народа, все жертвы, которые он принес, весь труд прошлых поколений! Все это едва не стало напрасным!

— Но вы исправили положение, создав ему замену. Причем ненамного уступающую оригинальному Колодцу Вечности. — Утвердительно сказал человек. — В процессе убили некоторое количество эльфов, пытавшихся помешать. И за это ваш брат и ваша с ним общая возлюбленная кинули вас в тюрьму. Последняя расположена прямо под этим титаническим чудо-юдо-маго сорняком, поэтому не найти узилище не получится.

— Ну, в приговоре было сказано не совсем так, хотя смысл ты передал верно. — Отблески пламени, пробивавшиеся из под повязка, значительно усилились. Украшенные внушительными когтями мускулистые руки сжались в кулаки. — Меня назвали предателем, хотя предавал я только демонов, пытавшихся покорить нашу родину. Обвинили в том, что извратил свою суть чуждой магией. Ну, тут возражать не стану…Но кто из по-настоящему сильных чародеев не менял себя?! Мой брат, в далеком прошлом близнец, не родился с деревянными рогами! А Кенарий, несмотря на полубожественное происхождение, вообще доколдовался до почти полного превращения в козла! Скотина! А ведь когда-то я всерьез считал его учителем!

— То-то мне этот момент всегда казался несколько натянутым. Чтобы оправдать вечное заключение личности, фактически сохранившей жизнь своей расе, та должна была устроить крайне зверский геноцид. Быть вконец свихнувшимся маньяком, пожирающим детей на завтрак. Причем жарить их подобная персона стала бы лишь в огне пылающих городов. — Пробормотал человек и потер подбородок. — Оп-па! Я что, уже свободен?

— Нет. — Улыбнулся бывший эльф, обнажив острейшие клыки. — Просто назад уже удрать не сможешь. Ты хотел узнать правду? Так вот, правда в том, что моя бывшая любовь решила стать владычицей остатков нашего народа. А в перспективе всего мира! И, может быть, только не его одного. Да только я хоть и любил её, не собирался становиться тираном. Меня никогда не интересовала власть как таковая. Только сила. Только магия…

— Однако в войну с демонами и гражданский конфликт среди своей расы вы ввязались. — Не счел нужным промолчать человек.

— Драконов надо давить, пока они еще ящерки. — Хмыкнул Иллидан. — Я все-таки не какой-нибудь кабинетный архивариус, думающий будто древние свитки важнее всего и мир за пределами его родного дома не существует. Не вступил бы тогда в конфликт, стал бы сейчас вместе со всеми другими эльфами шестеркой Пылающего Легиона. Хотя в его рядах лично мне бы было лучше, причем намного…

— Если бы… — Вздохнул печально человек и передернул плечами. — Если бы знал, что так выйдет, вообще бы в этом месяце спать не ложился. Так что тогда случилось на самом-то деле?

— Я, создал Колодец Вечности. А они посадили в него созданный Кенарием зародыш, который паразитируя на доступной магии развился в Древо Жизни. Эта дрянь изменяет исторгнутую из себя манну так, что нормально ей пользоваться могут лишь психованные на всю голову друиды! Материальное доказательство правильности религии, которую насадил этот козлиный полубог вместе с Тиранд и моим завистливым братом. Однако скрытый под корнями изначальный источник силы творение моих рук, и в его водах всегда будет течь вечно живая кровь создателя. Именно она подпитывает находящееся в тюрьме тело и не дает ему умереть. — Иллидан пытался сдержать свою гордость, но не слишком преуспел. — Малфурион никогда не отличался ни силой, ни талантом. Но оставался моим братом-близнецом, способным обмануть благодаря одинаковой крови почти любую защиту. И он вполне был готов удовольствоваться ролью консорта Тиранд. Они предали меня. И засадили в тюрьму. Навечно.

— Почему не убили? — Заинтересовался человек. — Это было бы логичным поступком.

— Не смогли создать свой аналог Колодца Вечности. И знали, что никогда не сумеют этого сделать. Магия это не ремесло, а искусство. Можно научить его азам даже самого тупого гоблина, но чтобы создать истинный шедевр надо быть великим мастером. — Уныло пробормотал Иллидан, вновь подпирая голову кулаком. Мало-помалу его вид возвращался к прежнему состоянию, во всяком случае крылья уже истаяли как дым. — Я в молодости очень не хотел умирать. И предусмотрел почти все. Используя свое знание демонической магии, создал аналог чар, возвращающих с того света сраженных в битве архидемонов. Если физической тело окажется уничтожено, то Колодец Вечности удержит душу и вырастит своему создателю новое.

— Почти абсолютное бессмертие. — Задумчиво пробормотал себе под нос человек. — Даже лучше, чем у вампира или лича. Тело то вполне живое, со всеми его плюсами. Да к тому же такую филактерию не каждой орбитальной бомбардировкой снести получится. Неудивительно, что вас возненавидели те, с кем вы отказались поделиться своим бессмертием.

— Я отказался?! — Человек захрипел, удерживаемый за шею громадной рукой. Сейчас в Иллидане опознать эльфа вряд ли бы кто сумел. Увеличившийся в размерах полудемон мог поспорить шириной плеч с минотавром. Или, как их называли а Азероте, тауреном. — То же самое относится к Тиранд и Малфуриону! Первым и единственным из тех, с кем я поделился своим секретом! Мог бы и других ночных эльфов сделать по-настоящему вечными! Им только и надо было достигнуть определенной ступени в развитии магического дара! Чтобы Колодец мог зацепить их ауру!

— Тогда тем более понятно, почему вас засунули в тюрьму. — Человек прекратил хрипеть и вырываться. Более того, заговорил нормально. — С такой властью, черта бы с два кто другой оказался лидером вашего народа. Вернее, лидером бы он стал. Но вынужден был постоянно оглядываться на скромного ученого, продолжающего разгадывать тайны Вселенной. И являвшегося истинным хозяином в

— Точно, вокруг ведь еще сон. — Иллидан разжал руку и вновь вернулся к нормальным размерам. — Мы дышим только по привычке, хотя и не обязаны этого делать. Мои извинения, кстати. Раньше я не был таким вспыльчивым и жестоким, но…Вечность в каменном мешке никого не красит.

— Почти абсолютное бессмертие. — Задумчиво проговорил человек. А потом подумал и добавил. — Почти абсолютная тюрьма. На камере звукоизоляция, которая мешает поговорить с охранниками и подкупить их? Ну, так и думал. Да еще и инспекции такого ценного узника, уверен, устраивают регулярно.

— Маэв и без того фанатична до безумия. — Поморщился Иллидан. — А также вся её свора. Даже если бы мы могли поговорить, их бы ни в чем убедить не получилось. Её брат, отец, мать, сын и муж были убиты. Якобы мной. И она в это искренне верит. С остальными похожая история. Вот как, спрашивается, можно было перебить столько народа, если Древо я создавал в укромном месте? Специально, чтобы никто не мешал и не попал под удар в случае чего! Забрался в самую глушь. Да в населенных местах мне бы заняться делом и не дали, задергав не вопросами, так советами! Увы, эта секретность обернулась против меня. Меня оклеветали и обрекли на вечное одиночество! И никому из тех, чьи жизни и магию я спасал, не было до этого дела! Я гнию в тюрьме, в то время как предатели наслаждаются жизнью!

— Вроде бы кто-то из ваших учеников и последователей добрался до соседнего континента и основал там государство светлых эльфов. — Заметил человек, с любопытством взирая на вновь разбушевавшегося Иллидана. — Кстати, а сами то вы понимаете, что сейчас под определение вменяемого существа подходите не сильно?

— Вменяемый?! Ах-хах-ха! Да я удивлен тому, что до сих пор не забыл свое имя! Не уверен, что еще сохраняю способности к членораздельной речи. Все те редкие собеседники, с которыми удалось пообщаться благодаря своим талантам в магии, слышали лишь мои мысли. Вломись сейчас в камеру Тиранд и раскайся в своих грехах — я её не смогу ни простить, ни удушить! Язык давно уже присох к горлу, а тело окаменело от вынужденной неподвижности! — Расхохотался во все горло Иллидан. — Я после десяти тысч лет воздержания готов жениться на гарпии, гоблинше, великанше, даже не умеющей трансформироваться драконше! Но добиться им от меня хоть каких-то результатов будет не многим легче, чем от успевшего полностью лишиться плоти скелета! Да я удивлен тому, что до сих пор не забыл свое имя! Века проносились перед глазами, а в каменном мешке, где я сижу, не менялось ничего! Лишь знание того, что ничего по-настоящему вечного не бывает не дало мне схвинуться! Оно и робкая надежда на месть и справедливость — вот единственный защищающий от безумия барьер! И лучше бы тебе даже не догадываться, насколько он тонок!

— Ладно-ладно, вот только орать не надо. — Человек демонстративно поковырялся в ухе. — Перейдем к делу? Как, по-твоему, я должен тебя освобождать? Даже если ты сумеешь меня подселить в чье-то тело, разрушить с его помощью одно из самых защищенных мест вашего мира будет…Проблематично. Особенно, если демоны уже начали вторжения в Азерот.

— Начали-начали, иначе с чего по-твоему я вынужден был тащить тебя силой? — Недовольно буркнул ночной эльф. — Первый их приступ, осуществляемый руками орков, был отбит. Но уже несколько десятков лет бродят по Азероту кровожадные мертвецы, воняющие помимо гнили еще и Пылающим Легионом. Они пока еще не победили всех врагов даже на своем континенте, но…Я невысокого мнения о полководческих способностях своего брата и его сучки. Они за десять тысяч лет только и смогли, что окончательно похоронить остатки нашей великой державы, став кочкой на ровном месте. Легко быть величайшими из ночных эльфов, если этих ночных эльфов во времена моей молодости по уровню магических сил взрослыми бы не признали.

— Вот и пошли влияющие на геймплей отклонения от канона. — Пробормотал себе под нос человек. — А раньше ты кого-нибудь на дело освобождения себя из темницы пробовал найти? Боюсь, я не смогу работать в такой нервной обстановке. Командой же действовать и легче, и безопаснее.

— Было дело. Ты далеко не первый среди себе подобных. Хотя и удавалось мне зацепить в иных мирах готовую на сотрудничество душу хорошо если раз в столетие. Вот только к настоящему времени нет никого из тех, кого мне удалось призвать в Азерот. Они либо погибли, либо предали меня, отказавшись от борьбы. — Кивнул Иллидан. — Увы, тебе неоткуда искать помощи. Даже с теми эльфами, которые называют себя высшими, лучше не говори. Да, их легендарным королем был единственный ученик, который не поверил в мое предательство. И был достоин учителя, создав собственную, пусть и ущербную, версию Колодца Вечности. Этот народ помнит меня и чтит. Но они, после гибели первых поколений в борьбе за существование, стали относиться ко мне, как е легенде. А мифического персонажа никто не рассматривает как реальную личность и потому не ищет способа ему помочь. И пытающегося это сделать в лучшем случае сочтут сумасшедшим. А времени остается все меньше. Я не хочу менять вечную скуку на вечную муку. А её мне за все хорошее демоны точно обеспечат.

— Понятно. — Пробормотал человек, растерянно потерев голову. Кажется, сейчас он стал еще сильнее жалеть о том, что во все это ввязался. — Тогда повторю свои вопросы. Как мне тебя освобождать? Нет, что разрушить темницу это понятно. Какими силами ты, не выходя из карцера, можешь наделить своего союзника? Можно ли будет поддерживать меж нами телепатическую связь? И чего мне ждать в качестве негативного стимулирующего эффекта?

— После того, как мы окончим нашу беседу, ты окажешься предоставлен самому себе. — Печально вздохнул Иллидан, с тоской водя одним когтей на руках по своей щеке. — А я снова не буду иметь возможности поговорить ни с кем, кроме как самим с собой. Нет, собеседник то бесспорно будет великолепен. Вот только он успел мне несколько надоесть, причем еще девять тысяч девятьсот девяносто девять лет назад. Что касается твоих сил, то на сто лет ты окажешься связан энергетическим каналом с Колодцем Вечности. Как результат — маны будешь оттуда тянуть столько, сколько сможешь осилить. Почти бесконечный резерв, несбыточная мечта всех чародеев. К тому же прекратишь стареть и будешь за счет постоянного притока магии в тело иметь неплохую регенерацию. Но если через век меня еще не схватят демоны, я разорву канал. Отдача от него испепелит в одно мгновение хоть неудачника, хоть предателя. Все понял? Ну, тогда вперед, наше время истекает.

— Я не услышал ни слова о самом главном. — Хмыкнул его собеседник. — Своей награде.

— Ты её сначала заслужи. Десятки претендентов до тебя не справились. — Печально вздохнул демонический эльф. — Сам прекрасно понимаешь, материальных ценностей в каменном мешке нет. Но ты, если вытащишь меня оттуда, отныне и вовеки станешь любимым учеником. А после сам добьешься чего захочешь. Если не сможешь справиться с особо сложной задачей, попросишь своего учителя, который будет вечно тебе благодарен. Сочтешь себя достаточно могущественным, чтобы самому стать главным — слова против не скажу. Главное, чтобы ты мне не мешал. В крайнем случае, если проснется тяга к власти, другие миры завоевывай. Все, пора прощаться, мост между нашими сознаниями начинает разрушаться. Увидимся мы нескоро, если вообще увидимся.

— Стоп! — Человек усилием воли вернул себя обратно в ту зыбкую нереальность, где они сейчас находились. Она продолжала выдавливать его из себя, но пока сноходцу удавалось удерживать контакт с собеседником. — А какое тело я получу? Где оно будет находиться? Геополитическая карта у тебя есть?! Нельзя же так, совсем без подготовки!

— Эй, я сижу в каменно мешке, глущащем магию! Тюрьма мешает мне наблюдать за тем, что происходит на соседнем континенте. Даже иные реальности открыты лучше, чем уголки родного мира. — Возмутился Иллидан. — Откуда я возьму такие подробности? Твой дух займет еще не успевшее умереть, но уже лишившееся души тело мужчины. Вернее, мой прощальный подарок залечит на нем тяжелые раны, а дальше за счет подпитки от Древа Жизни и сам справишься. Постараюсь выбрать такое, чтобы он находился на контролируемых людьми территорях, но ничего не обещаю. Если окажешься посреди пиршественного зала нежити, удивленной прыткостью своего обеда, мои тебе соболезнования.

— Стой! Последний вопрос! — Уже чувствуя, что исчезает из этого странного места, крикнул человек. — Если доберусь до тюрьмы, тебе для личного употребления в числе товаров первой необходимости брать гарпию, гоблиншу или все-таки великаншу?

— Мне уже несколько эпох как абсолютно пофиг! — С достоинством ответил Иллидан, уже напоминающий призрак самого себя. — Согласен на любую особу женского пола, если она не выглядит на десять тысяч лет и имеет сиськи! Эй! Совсем забыл! А звать то тебя как?!

Глава 2

В небольшом склепе, стенные ниши которого были больше чем на половину заставлены гробами с лежащими внутри покойниками, кипела работа.

— Коллега, вы не находите, что этот вурдалак у нас получается какой-то странный? — Некромант Яриш любил демонстрировать свою солидность. Быть может потому, что до того как стать сектантом все остальные маги-ученики Академии Даларана его звали исключительно Соплей. Заслуженно, в общем-то. Из носа едва-едва достигшего отметки в пятнадцать лет юноши всегда чего-то текло. Став слугой Плети, он отрастил себе жидковатые усы и бороденку. А потом при помощи чар омертвил их и окрасил в благородную седину. Не помогло, хронический насморк после скитаний по кладбищам и сожженным деревням даже и не думал униматься. Как результат — растительность на его лице всегда была покрыта коркой застывших соплей. В общем, внешность колдуна, получившего возможность поднимать мертвецов, даже с учетом награбленных богатых одежд не улучшилась. Хотя теперь он на неё особого внимания и не обращал. Зачем? Очаровывать женщин больше не стоило затрачиваемых на этот процесс усилий. Насиловать пленниц было куда проще. — Взгляд у него…нехороший.

— Это же труп. — По меркам Плети подручный Яриша был полноценным некромантом. В Академию магии Даларана его могли бы и не принять, сочтя дар слабым, а знания недостаточными. Но его хватало, чтобы при помощи выданных артефактов исправно справляться с аж тремя ритуалами: консервированием свежих тел, поднятием вурдалаков, приготовлением обеда старшим товарищам. За последний его ценили особенно. Большинство сектантов были жителями городов и потому не умели сделать из всякой собранной по лесам и полям снеди полноценную трапезу. — У них у всех глаза недобрые. А как плоть с лица снимем, так и вообще…Ахрр!

Яриш отскочил от каменного алтаря, выставив вперед нож, с которого еще капала кровь жертвы. Лишь несколько секунд назад тот был вынут из её сердца. Но, несмотря на это, притащенный с утра пленник вел себя не так, как положено обычному трупу. И даже не так, как это делали покорные управляющим чарам артефакта немертвые. Ни те, ни другие, не могли прожечь в груди его помощника дыру размером с кулак. Подобного можно бы было ожидать от магов Даларана или эльфов, но…

— Сссволочь!!! — Из острых ушей вырвались две струйки пара. Сжатые в кулаки тонкие руки окутались голубоватыми разрядами молний, шастающими туда-сюда и распространявшими в затхлом подземелье свежий запах озона. Зажмуренные в ярости большие глаза превратились в такие щелочки, что искать их без сыщика нечего было и пытаться. Ноги гневно затопали прямо по алтарю, наполняя помещение звуком влажных шлепков. — Падла! Бессмертная! Я же тебя, гад, прямо в каменном мешке жидким бетоном залью! Над вентиляцией тюрьмы курган из дохлых скунсов насыплю! Охрану поменяю с пассивных лесбиянок на активных геев с повышенной любвеобильностью! Соберу гарем таких наложниц, чтобы от вида их рож еще десять тысяч лет ничего и не встало! Как ты мог….Как ты мог! Переродить меня! Меня! В…В…Вот в это!

— Переродить? — Колдун, только что собственноручно прикончивший пленного и констатировавший его смерть, наконец-то нашел приемлемое для себя объяснение происходящего. Сектантам за их верную службу обещали бессмертие. Доказательством оно служили элита Плети — личи. Бессмертные души их были привязаны к мертвым оболочкам, причем не обязательно своим, наделяя те способностью колдовать и мыслить. Маг-недоучка решил, что наблюдает как состоялось обретение вечной жизни кем-то куда более высокопоставленным, чем он сам. Не совсем правильно выполненное и привязавшее сущность высокопоставленного слуги смерти к случайному телу, положенному на алтарь. Но к ошибкам в магии студент Сопля из Даларана был приучен едва ли не сильнее, чем к вечному насморку. — О, могучий слуга великого Артаса! Не гневайся! Уверяю тебя, я не проводил никаких ритуалов, способных испортить твою вечную жизнь! Я готов отдать тебе лучшую оболочку из тех, которые есть у меня! А если мы сами не сумеем её сменить, то пойдем к великому Синтурасу, ученику самого Кел-Тузеда! Он точно сумеет дать тебе новые кости и плоть!

— Да я и не волнуюсь! — Продолжал бесноваться прямо на алтаре бывший кандидат в вурдалаки. — Я просто в бешенстве!!! Ладно, зеленая кожа! Ладно, длинный нос и бородавки! Но как мне с такой рожей и тем огрызком, что болтается ниже пояса, ходить по бабам?!

— Так значит, от плотских удовольствий не надо отказываться, чтобы обрести бессмертие? И я правильно делаю, что не блюду предписанный нам старшими учителями целибат?! — Радости в голосе едва-едва вступившего в период половой зрелости колдуна плескалась столько, что хватило бы наполнить целое озеро. Яриш Сопля не был особо умным типом. И эрудированным тоже. А после этих слов и просто не был. Устроивший истерику прямо на жертвенном алтаре пленник, не переставая кричать и ругаться, метнул в него небольшой нож, предназначенный для отделения мяса от костей. Рабочий инструмент некроманта просвистел в воздухе и вонзился прямо в горло бывшему Даларанскому студенту. Тот захрипел, упал на пол и умер. Сектантам Плети была обещана вечная жизнь…Но чтобы у них она появилось её жалкое подобие, кому-то нужно было поставить их отжившие тела в строй. А этим никто заниматься не обрался.

— Маги. Есть или все-таки нету? Вроде же не гном и колдую, значит, наверное, есть. Хотя среди бородатых, точно помню, встречались какие-то типы с посохами. Еще картинку себе на рабочий стол с одним таким чуть не поставил. — Задумчиво пробормотал себе нос маленький гуманоид с зеленой кожей и рыжими волосами, оглядывая собственное обнаженное тельце. Рост его составлял чуть менее чем полтора метра, вес скорее всего колебался где-то у отметки килограмм в пятьдесят. Пропорционально развитые для своих габаритов мускулы перекатывались под кожей. Та в свою очередь несла на себе множество самых разнообразных шрамов. Изнеженным, жалким или слабым существо точно не выглядело. Оставалось лишь догадываться, как несущий на себе столько боевых отметин тип мог попасть в плен к некромантам. — Ну, даже если среди гоблинов магов и нету, то теперь будут. А тушка в плане харизмы с сопутствующими ей дополнениями действительно не высший сорт. Такое можно полюбить только за деньги, причем немалые. Зато рефлексы мышечной памяти остались, что радует. Интересно, а Иллидану будет сильно сложно переселить меня во что-нибудь более приличное? Или учитывая период его воздержания после выхода на волю, он будет отрываться на полную катушку лет эдак с тысячу? Короче, протрезвеет лишь к тому времени, когда я полностью к себе новому привыкну.

Окончив осмотр себя, гоблин выдернул нож из горла мертвого некроманта. Потом, подумав, добавил к нему второй клинок, еще покрытый кровью из сердца незадачливой жертвы. Третий снял с трупа, зияющего сквозной дырой в груди. И тут же начал ими жонглировать, постепенно прибавляя к зависшему в воздухе оружию все новые и новые предметы. Ложку, миску, подсвечник, кошелек….Монеты из последнего, преодолев неплотно завязанные тесемки, разлетелись по всему склепу. И тут же все остальное попадало на пол, и воскресший из мертвых гоблин кинулся собирать столь небрежно им расшвырянные денежные средства.

— Однако, бытие определяет сознание. — Недовольно ворчал он, возвращая в мешочек одну монетку за другой. — Раньше я бы так импульсивно действовать не стал. И даже кинжалами жонглировать не смог. И не трясся бы так сейчас над каждым медным грошиком, кстати, маловато их как-то, надо будет пояса и сапоги у покойников проверить. И первым делом обратил бы внимание на этого злобно зыркающего орка. И…Стоп, орка?!

Длинный зеленый нос поднялся от пола и практически уткнулся в плоскую морду того же цвета. Орк, лежащий на каком-то столе пузом вниз, выразительно рыкнул сквозь кляп. И для большей доходчивости потряс мускулистыми руками, скрепленными цепью с обломком каменной колонны.

— Какая любопытная поза, да еще учитывая наличие отсутствия у вас штанов. — Гоблин пошел кругами вокруг своей находки, стараясь получше её рассмотреть. Орк чего-то простонал себе неразборчиво и принялся биться лысой головой об столешницу. — Оу, какая экспрессия! Даже думать боюсь, для каких целей надо было так фиксировать жертву. Или вы сообщник, раз так сильно расстраиваетесь недееспособному состоянию двух местных тухлых голубков? Нет, судя по протестующему мычанию и ранам на спине все-таки жертва. И ленточки, лежащие рядом на лавке, полагаю, нарезаны оттуда же. Так чего же вам надо? А если кляп вынуть выражаться понятнее будете?

— Накинь на дверь засов, ты, идиот по жизни на голову ушибленный! — С выражением великого терпения на жутковатой морде медленно, тихо и по буквам проговорил пленник. — Некромантов здесь было только двое. Вот только теперь, когда они подохли, их зверюшки никем не управляются и…

— Уупс! — Гоблин развернулся на скрип, раздавшийся у него за спиной. В дверном проеме, ведущем вероятно наружу, стояло нечто. Нечто имело вид полуразложившегося трупа, с головы и конечностей которого исчезло все мясо. А когти и зубы ему явно затачивали хорошие специалисты. Вероятно те, которые не успели еще толком остыть. — Поздно, однако.

В глазных впадинах нежити промелькнул алый огонек, наводивший на мысли о загадочных процессах, идущих внутри её гнилой черепушки. Монстр прыгнул вперед, намереваясь подгрести под собою добычу и то ли загрызть, то ли разорвать её. Прямо в воздухе ему в морду ударил сыплющий во все стороны искрами разряд электричества, сорвавшийся с выставленных в защитном жесте рук гоблина. Магическая молния не нанесла видимого урона костяной морде твари. Но все та равно брякнулась об пол и, не дотянувшись до живых какого-то метра, больше не проявляла признаков активности. Будто вурдалака выключили, щелкнув невидимым тумблером.

— Почувствовал ты силу, падаван юный. — Ошалело пробормотал гоблин, слегка пиная гнилую тушу. И, не дождавшись ответной реакции, начиная пилить трофейным кинжалом сопливого некроманта еще не полностью лишившуюся плоти шею чудовища. Нож, украшенный подозрительного вида рунами зеленого цвета, резал кости словно масло. — Оказывается, сделать это совсем не сложно, когда есть подключение к магической сети. Если первый раз еще мог быть списан на одного крылато-рогатого зека, проведшего лучшие дни своей вечности в карцере, то сейчас я действовал уже более-менее сознательно. Создал разность потенциалов и вуаля! Энергия из точки, где её было много, рванула всей кучей в точку, где её нет совсем.

— Дверь закрой, самоубийца! — Прорычал орк.

— Отстань, неверный! — Махнул на него своей тонковатой ручкой гоблин, вставая с колен и отпинывая голову вурдалака в сторону. По пальцам маленького мага во всю забегали электрические разряды. — Не видишь разве? Мы проводим крупнейший научный эксперимент! Так, если заставить выделиться кислород, а вот этот разряд пустить туда, то должно недурно бабахнуть…

— Бум! Бум! Бум! — С исступлением голодного дятла бился головой об столешницу связанный орк. Не прерывая своего занятия, он бормотал нечто вроде 'Хочу обратно в рабство', но вполне возможно гоблину это только казалось, поскольку размеренные монотонные звуки ударов напрочь забивали тихий шепот.

— Ладно-ладно, не надо так бурно реагировать. — Примирительно поднял руки гоблин и, подойдя к двери, выглянул наружу. После чего в течении пяти секунд успел её захлопнуть, задвинуть засов, а также подпереть хлипковатую преграду столом, с по-прежнему привязанным к нему орком. Следующей деталью импровизированной баррикады должен был стать алтарь. Увы, как остроухий коротышка не пыхтел, каменная тумба не желала сдвигаться с предназначенного для неё места.

— Фух, может, поможешь? — Сдался он наконец и с надеждой посмотрел на пленника большими грустными глазами, так похожими на кошачьи.

— За что мне все это? — Второго и последнего живого обитателя этого склепа мутило. А еще у него очень болели практически вывернутые из суставов руки. Когда гоблин двигал мебель вместе с привязанным к ней орком, то поднять с пола тяжеленный обломок каменной колонны даже и не подумал. Как результат — верхние конечности пленника едва не попрощались с остальным телом. — Развяжи уже, придурок! Великие Предки! Я думал, хуже ты стать при всем желании не сумеешь! Но так ведь нет! Мало мне было твоего технического гения, из-за которого нам пришлось уносить ноги из Стальгорна! Теперь еще и колдовство к нему добавилось!

— О, так я знаменит? — Приосанился гоблин и с тревогой прислушался к звукам, доносящимся из-за двери. Судя по смачному чавканью, так жрали. Оглядевшись по сторонам в поисках того, чем еще можно усилить баррикаду, он наткнулся на две груды тряпья. Причем одна из них определенно раньше принадлежала его телу, если конечно некроманты не любили смеха ради одевать на себя штаны и курточки на двадцать размеров меньше. Одежда немедленно заняла свое место, а руки сами собой нырнули в один из карманов. А вернулись оттуда уже с длинным продолговатым предметом и зажигалкой. — Можно подробней, с перечислением всех титулов, званий и наград за голову? А то у меня после того, как я встал с этого алтаря, память отшибло напрочь…

— Выплюнь динамит!!! — Заорал орк так, что с потолка посыпался мусор. Услышавший его слова коротышка, уже успевший чиркнуть колесиком механизма, вызвав из него маленький язычок пламени, поперхнулся. Из ошибочно принятого за курительную принадлежность предмета повалил дым. Он, выпав из полуоткрывшегося рта, упал на грязный пол и немедленно взорвался. Облако вишневого дыма, поднявшееся снизу, заставило обоих обитателей подземелья закашляться. А за дверью глухо рыкнули и постучали в дверь. Хорошо так постучали, аж весь косяк содрогнулся.

— На хрена так пугать?! — Просипел гоблин, махая руками в тщетных попытках разогнать окружающую атмосферу и всосать длинным носом хоть немного воздуха. — А если бы я инфаркт схватил?!

— А если бы ты опять перепутал сигарету своего фирменного динамитного табака с настоящей динамитной шашкой?! — Вопросом на вопрос ответил орк, содрогаясь от нового удара, пришедшегося на дверь и заставившего подпрыгнуть всю баррикаду. — Я не хочу чтобы единственный, кто может меня развязать повторил судьбу несчастного старейшины, которому разнесло бороду вместе с башкой по всему Стальгорну! Даже если им будешь ты! Сними с меня эти проклятые веревки и цепи, пока я тебя не пришиб или пока сюда не вломился жировик! Не знаю, почему вся мерзость этого мира в твоем лице не только не подохла, но и научилась колдовать, но не обольшайся! Эта тварь способна сожрать опытного боевого мага вместе с его балахоном, посохом и кобылой!

— Ну, если выбирать между ним и тобой… — Нож некроманта начал проворно перерезать сковывающие пленника пута. — Я правильно понимаю, что жировиком называется шестирукая груда гнилого мяса, размерами чуть больше среднего сарайчика?

— Жировик, отродье, мясной танк, ходячий ужас, перечислять, как именно подобных кадавров зовут в Азероте, можно долго. — Орк, уже лишившийся веревочных пут, с тревогой смотрел на то, как гоблин возится с замком цепи. Вообще-то он был механическим. Однако зеленокожий коротышка ничуть не сомневаясь в своих действиях чертил на нем маленькими молниями какие-то знаки, прислушиваясь как внутри чего-то пощелкивает. — Ты чего и правда ничего не помнишь?

— Ну… — С легким щелчком оковы распахнулись. — Считай, что нет. Интересно, а то чего я сейчас, творил это управляемая магнитная индукция или все-таки какой-то экзотический электрический телекинез?

— Ты опять делаешь то, сам не знаешь чего? — Орк скатился с ходящей ходуном баррикады, содрогающейся от обрушившихся на неё ударов и звучно приложился макушкой об каменный пол. — Ну, тогда мне, наверное, стоит сказать спасибо за отсутствие взрывов. Динамитная сигарета не в счет. О-оой! Не могу пошевелиться, все тело затекло.

— Пожалуйста. — Слегка поклонился собрату по несчастью гоблин, извлекая из карманов три абсолютно одинаковых длинных предмета, похожих на сигары. — Так, фитиля нет не в одной. Плохо.

— Ты всегда носишь с собой минимум одну шашку. — Поднимаясь на четвереньки соизволил сообщить орк, спина которого начала кровоточить. — Но никак не выделяешь её среди других. Из-за чего и отправил к предкам того несчастного старейшину.

— Я самоубийца? — Удивленно взглянул на него коротышка и забавно дернул длинными ушами. — Нет, правда? Или просто безобидный идиот?

— Технически одаренный гиперактивный придурок с атрофированным инстинктом самосохранения. Как, впрочем, и вся раса гоблинов. Самое странное в вас, это то что вы до сих пор не вымерли. — Баррикаду трясло, а косяк двери уже покосился и готовился вылететь из стены. Видя это, орк заметался по небольшому пяточку свободного пространства склепа, роняя из стенных ниш покойников. — Меч? Где мой меч?! Ты не видел, куда они сунули этот проклятый двуручник?!

— Здесь его нет. — Гоблин швырнул два ножа из трех в конвульсивно сжимающиеся и разжимающиеся руки вынужденного напарника. И, судя по протестующему воплю, почти попал. Тем временем в щель, появившуюся между косяком двери и стеной, попыталась проникнуть чья-то конечность. Но не пролезла, хотя тот же длинноносый коротышка мог легко просунуть туда голову. — Какие у этих жировиков есть слабые места? Повышенный урон от огня, нет сопротивления менталу, высокий риск развития сахарного диабета на диете из толстяков?

— Если убить контролирующего их некроманта, начинают вести себя очень тупо, а также атакуют и жрут все подряд, включая другую нежить. — Оскалился орк, явив частокол длинных ровных клыков, непонятно как умещающийся во рту. — А дальше рекомендуется расстреливать жировика из баллисты. Или тормозить его набравшим разбег рыцарем. В крайнем случае, палить по нему из гномьей пушки, но ей в подвижную цель можно еще и не попасть.

— П…. — Слово, которое сказал гоблин, осталось для всех кроме него в этом мире непонятным. Вероятно, именно чтобы найти ответ на эту лингвистическую загадку, буйствовавший за дверь монстр наконец-то разломал хлипкую преграду. И заставил оказавшихся внутри разумных существ в ужасе заорать. Распространяющий вокруг себя ужасное зловоние гнилой плоти урод был слишком большим, чтобы протиснуться внутрь даже своротив косяк. Он банально застрял в проходе, словно пробка в бутылочном горле. Но в отличии от нее слепленный из неимоверного количества трупов конструкт мог ужиматься, чем сейчас и занимался. Плечи монстра ерзали туда-сюда, расширяя проход. Похожая на бочонок голова, снабженная то ли тремя, то ли четырьмя глазами, гулко заревела, распахнув широкую как у лягушки пасть, в недрах которой виднелись многочисленные иголки острых зубов. И прямо туда гоблин зашвырнул все свои сигареты, предварительно подпалив их зажигалкой. Тварь от удивления, что её чем-то пытаются по доброй воле накормить заткнулась. И сглотнула.

— Прячемся за алтарь. — Решил орк, залегая в укрытие. — Щас как жахнет…

— Угу. — Откликнулся длинноносый коротышка, пытаясь втиснуться в укрытие. — Эй, а я точно всегда брал с собой динамитную шашку? А после подрыва старейшины у меня было время пополнить запасы?

В недрах снова начавшего в дверном проеме монстра гулко булькнуло. Из дыр и щелей в его теле, оставленных то ли оружием, то ли делающими свою работу сикось-накось некромантами повалили струйки дыма, пахнущего гниением и персиком. Новый бульк и к этому аромату примешалась клубника. Жировик глухо заворчал и подался назад, освобождая проход. Кажется, если он и хотел вспомнить каково быть живым, то в список особо ценных ему воспоминаний икоту не включил бы ни за какие коврижки. И тут раздался, наконец, настоящий взрыв. По окрестностям и даже в склеп плеснуло лохмотьями разложившегося мяса и какой-то мерзкой зеленой жижи. А следом раздался жуткий рев. Дыра в животе не смогла прикончить чудовище, но похоже основательно его разозлила. Следом в подземелье ворвался и сам жировик, вздымая для удара четыре уцелевшие верхние конечности. Еще парочку, как и половину пуза вместе с частью правого плеча, ему почти оторвало. Они волочились за сбавившим в объеме ходячим трупом на тонких лоскутьях гнилой кожи и должны были вот-вот оторваться.

— А вот теперь нам точно каюк. — С некоторым мстительным удовлетворением заметил гоблин и выпустил твари молнию прямо по глазам. Увы, трюк, прошедший с вурдалаком, на эту груду живой плоти не подействовал. Она лишь помотала башкой, словно отряхивающаяся от воды псина. С гортанным кличем орк бросился вперед, то ли решив изобразить берсерка, то ли надеясь проскочить под ногами твари. Увы, той даже некоторые проблемы со зрением не помешали махнуть своими лапами от всей отсутствующей у неупокоенных души. Большое зеленое тело впечатало в алтарь. Оно, помянув предков, едва не сползло на малое зеленое тело, но последнее успело отскочить в сторону. И еще прокричало так и не успевшему нацепить штанов пленнику некромантов, что сейчас для подобных игрищ не место, не время, да и вообще он не того пола.

Жировик сделал шаг вперед, оскалился. Из его рта вывалися наружу длинный липкий язык, свесившийся вниз тряпкой на целых полметра. Затем вылез второй, прямой и длинный. На те же полметра. А после на нем зажглись пламенем непонятные руны и башка монстра просто испарилась. Тело же грохнулось на задницу и, поколотив ногами и руками по чему придется, замерло.

— Не знаю, кто вы такие и почему здесь оказались, но если вы враги некромантам и их цепным псам, то добро пожаловать в то, что осталось от Кель-Таласа! — На пороге склепа обнаружилось нечто в плаще, держащее на тетиве лука стрелу подобную той, что несколько мгновений назад добила нежить. Судя по голосу и двум выдающимся вперед из под одежды полушариям, нечто было женщиной. Учитывая же, что в капюшоне была оставлена прорезь для высовывающихся наружу длинных ушей, она являлась эльфийкой. — Раньше у нас были строгие правила поведения для гостей, но теперь можете делать все чего захотите, если только это пойдет во вред Плети.

— Красотка, ты спасла нас от ужасного чудища! — Гоблин лица своей собеседницы не видел, поскольку оно оказалось скрыто тканью. Но ему одной фигуры хватило, чтобы почувствовать какое-то лихорадочное возбуждение. — Теперь ты просто обязана на мне жениться!

Глава 3

— Вот! — Лонари Серебрянный Цветок называла себя рейнджером. К сожалению, она сама прекрасно понимала недостаточность собственной подготовки. Её мать и отец, передавшие дочери азы своего мастерства, тренировались столетиями. В то время как юной эльфийке отметить вековой юбилей удалось буквально на днях. С другой стороны, даже самая жестокая война с троллями была намного менее страшной и кровавой, чем противостояние с живыми мертвецами. — Нашла их в одной из наших заброшенных деревень. Они зарезали двух некромантов, а потому жировик этого патруля сошел с ума и сожрал вурдалаков. Я всадила ему в затылок рунную стрелу и тварь подохла.

— Прекрасная новость по нынешним временам. — Мило улыбнулась Фиэль Златокудрая, уже пару лет являвшаяся главой одного из отрядов, пытавшихся мстить уничтожившим Кель-Талас силам. До того как беда постучалась в ворота города эльфов она была всего лишь няней в одном из аристократических семейств. Но одна из самых старых представительниц народа высоких эльфов вполне сравнялась со своими новыми обязанностями. Видимо для существа её возраста и опыта было уже почти все равно, сколько лет несмышленышам, которых надо одеть, обуть, накормить и вывести на прогулку по наиболее безопасному маршруту. — Но тогда почему они в таком виде?

Два зеленых тела, побольше и поменьше, безвольно лежали на земле и вяло шевелились, не имея даже сил говорить. Судя по тому, как вздымались их грудные клетки, всю дорогу до эльфийского лагеря они проделали бегом. С завязанными за спиной руками. А заставить их так выложиться могли исключительно острые стрелы лучницы, которыми та угрожала своим пленникам.

— Подозрительные. — Лонари удержала на своем языке слова, которых молодой девушке и знать то не пристало. С другой стороны, носиться по лесам с луком и не мыться неделями ей пристало еще меньше. — Который большой, он орк! А мелкий еще хуже! Гадкий, похотливый, скабрезный, распускающий руки гоблин!

— Милая моя, культурного и вежливого гоблина я видела один раз в жизни. — Снисходительно посмотрела на неё Фиэль. — И то это оказался лысый гном, облившийся накануне зеленой краской. Другие причины для грубости по отношению к ним у тебя есть? Сейчас нам нельзя портить мнение о себе в глазах любых союзников. Даже самых. ммм…сомнительных.

— Помимо того, что он звал меня на нем жениться, то есть тьфу ты, выйти замуж? — Рейнджер не собиралась так просто сдавать свои позиции. — Полно! Орк, вроде бы являющийся слугой этого типа, утверждает, будто некроманты успели его зарезать. Только потом он ожил, встал с алтаря и прикончил обоих колдунов магией, хотя до этого колдовать не умел. Каково, а? Среди гоблинов я раньше чародеев не видела. Плюс главный среди этой парочки то ли притворяется полным дураком, то ли симулирует основательную потерю памяти. Даже собственное имя он мне назвать не смог!

— Слышь, зеленый, а как меня зовут? И как тебя? — Гоблин, не вставая с земли, пнул по массивной голени орка. — Ну, скажи! Тебе жалко что ли? И варианты, образованные от слов 'придурок', 'дебил', 'недоумок', больше не предлагать.

— Тебя зовут Тимон. — По слогам выдал орк, делая большой вздох на каждом слоге.

А ты Пумба! — Радостно захихикал гоблин. — Акуна-матата! Смысл жизни так прост!

— А я Мал. — Все с тем же выражением бесконечного терпения и усталости продолжил орк. — И сам ты зеленый. А также еще более буйный и ненормальный чем обычно, хотя раньше думал, что хуже уже некуда.

— Это я уже запомнил. — Гоблин скосил глаза на Златокудрую. И до тех самых кудрей его взгляд так и не добрался. Эльфийка сразу как-то почувствовала на себе липкий, цепкий, оценивающе-предвкушающий взгляд. Ей даже грудь, и без того скрытую кирасой, руками прикрыть захотелось. — Осталось выяснить остальные детали биографии. Вот как мы к некромантам попали? Может, расскажешь? Будет интересно и мне, и девочкам.

— Как-как. — Судя по тону, орка хотелось от жизни только одного. Чтобы от него все отстали. — Как обычно гоблины и всякие неудачники, соглашающиеся с ними работать, в переплет попадают. Возили товар над мертвыми землями. А наш дирижабль подбил какой-то невесть зачем шастающий по лесам лич.

— У меня есть дирижабль?! — Обрадовался Тимон. — Класс! А где он?

— У тебя был дирижабль. — Судя по голосу, Мал буквально наслаждался своим злорадством. — Его останки размазало по такой куче елок, что я до таких цифр и считать то не умею. Не расшиблись вместе с ним благодаря твоему реактивному ранцу. Вот только двоих он не выдержал и на высоте в пять моих ростов просто сломался. Мы грохнулись. Я то удачно, а ты прямо на свое слабое место, голову. Тут на нас патруль Плети и вышел. Кое-кто в сознание приходить отказывался, пришлось им у себя в логове допрашивать меня.

— Где был лич? — Мгновенно подобралась Фиэль. Другой цели для одного из предводителей немертвых кроме как лагеря их небольшого отряда в окрестностях и быть не могло. — Координаты! Живо!

— Не знаю, я занимался грубой физической работой. При необходимости охраной от разбойников. — Помотал орк лысой головой из стороны в сторону. — Картами и механизмами ведал Тимон. Изобретатель и рационализатор проклятый!

— Не употребляйте в присутствии жителей Кель-Таласа слова 'проклятый'. — Попросила его Златокудрая, покусывая в раздражении губу. Ответит на интересующий её вопрос страдающий амнезией гоблин попросту не мог. — Можем не так понять. Сначала ударим а потом начнем разбираться, сектантом ли был покойный. Да, Лонари, освободи их.

— Вы уверены? — С явной неохотой выполнять приказ покосилась на старшую эльфийку рейнджер. — Может не стоит? Они же такие…Странные.

— Оба абсолютно точно живые. И оба не люди. Значит, к Плети не принадлежат. Маги среди гоблинов тоже бывают. В конце концов наши расы произошли от одного и того же корня. — Непреклонно заметила начальница эльфийского отряда. — Только среди этого народа чародеи выживают редко из-за их врожденной тяги к импульсивным поступкам и общей рассеянности. Этот видно только-только пробудил свои способности из-за стресса. Впрочем, любой латентный колдун поступит аналогичным образом, если придет в себя на алтаре некромантов. Остальное уже не важно.

— А если маскировка? — Продолжала стоять на своем девушка, опасаясь уже не столько вражеских шпионов, сколько ответных пакостей со стороны гоблина. О мастерстве данного народа в способности подгадить ближнему своему ходили настоящие баллады. Основанные на реальных событиях.

— Я уже проверила их магией. А лучше меня в ней никто из нас не разбирается. — В глазах высокой эльфийки зажегся на миг холодной огонек. Но тут же потух. Она еще не злилась по-настоящему. Так, намекнула подчиненной на возможную в будущем порку. В переносном, конечно, смысле. Хотя если бы молодая рейнджер всерьез попала впросак, могло быть и в прямом. Уж навык шлепания Златокудрая на своих воспитанниках развила за сотни лет практики до немыслимых высот. По такому поводу лежащий на земле гоблин, вероятно, целую бы трибуны воздвиг, чтобы во всех деталях полюбоваться подобным зрелищем. — Дальнейшие меры предосторожности излишни. Наши гости не будут делать глупых поступков, если не хотят остаться одни посреди полных нежити лесов. Не так ли?

— Глупых поступков? — Персепросил Мал. — Тогда нам лучше сразу готовиться к тому, чтобы самим искать путь в более спокойные места. Тимон вести себя тихо и смирно не умеет. Он же гоблин.

— Ну, для него мы готовы сделать исключение. — Подумав, решила Фиэль. — Если он предоставит нам чего-нибудь…чего-нибудь…Этакое. Ну, вроде знаменитых гоблинских мин. Автомат — лесоруб тоже подойдет. У нас как раз тяжелой пехоты жуткий дефицит, а он в бою будет не слабее рыцаря.

— У меня есть такой автомат? — Поинтересовался гоблин у орка, вновь пнув того по ноге.

— У тебя ни шиша больше нет. Последние активы пошли прахом после авиакатастрофы. — Злобно оскалился орк. — И хватит меня бить, а то сам будешь грузить свою вонючую рыбу в трюмы…Ах да, у тебя же теперь нет ни дирижабля, ни его трюмов.

— Мы возили вонючую рыбу? — Уточнил Тимон. — Зачем?

— Брали свежей, доставляли вонючей. Но даже и так кой-какую прибыль делали. — Устало вздохнул орк. — Кушать то хочется кроме нежити всем и всегда. Точнее, она тоже жрать хочет, но без кормежки увы не дохнет. А откуда возьмется еда, если последних лет десять у живых на этой земле одни сплошные догонялки с покойниками?

— Счет в банке? — С каждым новым словом голос гоблина звучал все тише. — Недвижимость?

— После того гномьего старейшины? — Фыркнул Мал. — Забудь! Денежки реквизированы на нужды Стальгорна. А своим соплеменникам ты не доверял, боялся что обворуют. Подлое вы племя, даже на бедах своих сородичей всегда готовы нажиться.

— Ладно, вы тут сами разбирайтесь и ищите чем себя занять. Не найдете ничего лучшего, так присоединяйтесь к лесорубам, чтобы хоть кормежку получить. — Решила Златокудрая и пошла прочь. Ей еще требовалось распределить по лагерю наряды, проследить за тем как выполняются предыдущие поручения, уточнить у поисковиков, не нашел ли кто-то на руинах жилищ еще годной краски для волос. После падения столицы эльфов качественную косметику было не так просто достать. А пробившаяся в золотых кудрях седина ей абсолютно не шла. — Лонари, присматривай за ними! Ты их притащила, тебе и отвечать. А если гости невзначай погибнут — ушлю к беженцам с первым же караваном.

— Чего? Но… — У рейнджера буквально не нашлось слов. Она только и могла, что стоять, хлопать глазами и нервно дергать длинными ушами. Вернее, это проявление эмоций было единственным, заметным со стороны. Лицо эльфийки до сих пор скрывала тканевая маска, и потому о возникших на нем гримасах оставалось только догадываться. — За что?!

— Значит, я бомж. — Констатировал гоблин, но почему-то в его голосе не слышалось слишком уж сильного расстройства. — О прекрасная дева, раз уж мы знакомы, сними покровы и дай мне полюбоваться на твою несравненную красоту. И, кстати, как-то вы слишком спокойно отреагировали на расу моего спутника. Он же орк, завоеватель из другого измерения или потомок таких завоевателей. Они тут войнушку глобальную в недавнем прошлом устраивали, мир захватить пытались. Столицу вашу штурмовали. Ну и всякое такое.

— Вот чего не надо он помнит, а дельных мыслей в башке нет. — Проворчал себе под нос Мал. — Всегда так! И зачем я только с этим типом связался?

— Было дело, ну и чего? Вот был бы он человеком, тогда да. Мы бы его допросили, а потом посадили в яму. И не выпускали оттуда, пока сами уходить в другое место не собрались бы. А может быть и тогда доставать не стали, а просто забросали землей. — Девушка, о чем-то сосредоточенно размышляющая, принялась покорно снимать тканевую защиту со своей головы. — Мы воевали с этими зелеными здоровяками, но воевали более-менее честно. Геноцида не было. Те же конфликты с троллями, бывало, куда большей кровью обходились. А после того, как десять из двадцати резерваций орков вырезала нежить, потому что люди своих рабов не захотели защищать, у нас к ним вообще претензий нет. Тут бы с мертвецами разобраться. И с теми уродами из Альянса, что ответственны за их появление. Если бы принц Артас не уничтожал массово своих собственных соплеменников, думаю, все расы дружно бы объявили войну человечеству. Но и так шепотки о полном уничтожении этой расы за их преступления можно услышать по всему Азероту. Что такое?

Гоблин кашлял, кашлял и никак не мог остановиться.

— Кажется, я сильно не в курсе творящихся в мире событий и настроений. — Кое-как приведя дыхание в норму, решил он. — Вы с такими новостями как-то полегче давайте. Оу…

— Так, либо кто-то здесь закончит пускать слюни, либо я заматываюсь маской обратно! — Блеснула глазами эльфийка, интуитивным путем нащупав оптимальную линию поведения с гоблинами. То бишь угрозы, подкуп и шантаж. Личико у нее, кстати, по единодушному мнению обоих мужчин оказалось вовсе даже не дурным. Высокий лоб, тонкие черты лица, светлые волосы и брови. Вместе с голубыми глазами эффект это на всех представителей сильного пола оказывало просто катастрофический. — Так чего ты хотел спросить?

— А? Да! — Очнулся от своих мечтаний гоблин и плотоядно облизнулся. Видевшую это девушку передернуло, она едва не дала ему пощечину. Остановило её не столько собственное физическое превосходство над противником, сколько наличие в зоне видимости других эльфов. После того, как она отвесит нахальному коротышке такой знак внимания, о его причинах гарантированно пойдут гулять слухи по всему лагерю. И сами боги не знают, какими подробностями грязные сплетни обрастут в процессе. — Во-первых, спасибо за помощь. Если бы не твой выстрел в затылок, тот монстр мог бы нами пообедать. А во-вторых, не подскажешь ли ты нам, чего здесь делает ваш отряд. Если это конечно не тайна.

— Никакого секрета тут нет, ты бы и сам догадался, если бы последние мозги в той аварии не растерял. — Пробурчал орк. — Мародерствуют они. И валят тут лес. Лес, который посылают на побережье. Там сейчас толпы беженцев, желающих сбежать на острова или другой континент от войны с нежитью. За корабельные деревья сейчас платят бешеные деньги. А они нужны эльфам, чтобы купить сколько только можно магических цацек, без которых им жизнь не мила.

— Да. — Печально понурилась девушка, комкая в руках свою маску. — Жажда магии это то, что способно погнать представителей нашей расы на смерть и даже дальше. Солнечный Колодец, центр нашей столицы, даровавший волшебные силы всему Кель-Таласу, уничтожен. Без него мы чахнем, слабеем и, через считанные десятилетия, наверное перемрем. Могущественные артефакты, обладающие собственной магией, способны его заменить…Отчасти. Но никого иного выхода просто нет. А потому остатки высоких эльфов, наплевав на опасность, ищут уцелевшие вещи среди других городов, добывают золото на их покупку всеми силами и мстят, как могут, нежити. В наших лесах теперь кроме случайных гостей, рейдеров и трупов теперь и нет то никого. Даже обычные разбойники и неорганизованные шайки мародеров все давно повывелись, потому как их мертвецы сожрали.

— Понятно. — Маленький гоблин о чем-то сосредоточенно думал. — А как насчет того, чтобы немного поучить меня магии? Вам же самим чародей будет полезнее, чем просто мелкий зеленый задохлик-разнорабочий.

— Только если сможешь найти где-нибудь хороший артефакт. — Покачала головой девушка. — Нам слишком стало трудно копить волшебство, чтобы тратить его на других. На себя то не хватает.

— А что с силой, которую могут собрать волшебники иных рас? — Не желал успокаиваться Кербион. — Я могу свою слить в какой-нибудь накопитель? И передать её заинтересованным эльфам за вознаграждение. Скажем, тебе.

— Мы её не переварим, если изъясняться простыми терминами. — Поморщилась девушка, однозначно интерпретировав слова о вознаграждении от сально глядящего на неё карлика. Но ругаться не стала, смирив вошедшую в притчи гордость высших эльфов. Как-никак ей искали способ помочь, пусть и безуспешно. — Нужен либо высокий природный фон, либо сходные с ним эманации от сильных артефактов. А жаль. Жажда…Сушит. Это сложно передать словами, но поверь, физическая боль часто бывает куда менее слабой, чем испытываемые от недостатка магии ощущения.

— Тревога! — Чей-то вопль в одно мгновение превратил более-менее упорядоченный лагерь в кишащий жизнью муравейник. — На лесорубов напали!

— Только бы это были медведи или расплодившиеся волки! — Эльфийка спешно принялась нахлобучивать обратно на голову тканевую маску. Вскочившие на ноги орк и гоблин лихорадочно заметались, выискивая себе оружие. В конце концов первый завладел чьим-то топром, предназначенном не иначе как для рубки дров, а второму Лонари вручила недавно конфискованные у него же кинжалы. Увы, надеждам девушки не было суждено сбыться.

Сначала послышались звуки интенсивной пальбы. А затем из-за ближайших деревьев показалось два десятка приземистых мускулистых бородачей. Дварфы перебирали ногами так часто, что те сливались в единое размытое пятно и при этом не снижая скорости палили себе за спину из здоровенных мушкетов. Гнавшимся за ними вурдалакам большие и тяжелые пули дробили кости, вырывали из их тел шматы гнилого мяса. Увы, нежити на раны было практически плевать. Если она хотя бы снижала скорость, это уже можно было считать серьезным преимуществом. А уж поразить её так, чтобы уничтожить и вовсе удалось лишь парочка счастливчиков. Вот одного из отступавших лесорубов догнали, повалили и и немедленно начали рвать на части. Второго. Третьего.

— Хей! — Фиэль Златокудрая вскинула руку в магическом жесте. С пальцев эльфийки текли ручейки магического пламени, а лицо исказилось в гримасе ясно видимого напряжение. И её усилия увенчались успехом. Земля под ногами нежити вздыбилась от вырвавшихся из нее корней, ухвативших вурдалаков за лишенные плоти лапы. А дальше…А дальше почти три десяка эльфов и добравшиеся до них дварфы принялись расстреливать дергающихся в зеленых путах противников. Зачарованные стрелы, выпускаемые из луков, действовали ничуть не хуже тяжелых пуль. Нежить рвала опутывающие её канаты и пыталась бросаться вперед. На тех, кому удавалось это проделать, сосредотачивался огонь сразу нескольких стрелков. Окончательно умершие тела падали на землю, но все больше и больше тварей преодолевали колдовские оковы.

— Да их тут не меньше сотни! — Ахнул гоблин, окутываясь синими разрядами молний.

— Много. — Сплюнул на землю орк, с тревогой косясь то на своего странно изменившегося напарника, то на врагов. — Слишком много для просто совпадения. Где-то рядом лич или десяток-другой некромантов. А вместе с ними и элита немертвых, вроде жировиков, костяных пауков и, чем темные боги не шутят, костяной дракон.

Предводительница отряда не могла сделать свои чары еще сильнее. С легким стоном она прижала руки к вискам, затем завалилась назад и совсем не изящно брякнулась в обморок. Дварф, которому нежная эльфийка приземлилась прямо украшенным гребнем шлема на сапоги, взвыл не хуже вурдалака. Тут же подскочивший к нему целитель при помощи диагностических чар констатировал перелом ступни. Пострадавший посоветовал ему не заниматься ерундой, пока ему без всякой магии не поставили диагноз перелом носа. Внявший доброму совету и сунутому под нос мушкету эльф замахал руками и, создав огненную птицу, метнул её в вурдалаков. Тем же занималось еще пять или шесть имеющихся магов. Вот только сразу было ясно, по силе они все намного уступают уже выбывшей из строя предводительнице отряда.

Ломая деревья как спички из чаши вырвались шесть или семь жировиков, прущих вперед с неудержимостью горной лавины. За их спинами виднелись фигуры людей в черных балахонах, сжимающие магические посохи. К ногам некромантов словно преданные собаки ластились вурдалаки в количестве еще сотни-другой экземпляров. Примерно полтора десятка уцелевшей к настоящему моменту нежити первой волны окончательно сбросило с себя путы чар. Встретив гнилой грудью и лишившимся плоти черепом выстрелы в упор, твари добрались до первой линии стрелков. Эльфы встретили их узкими длинными мечами, а дварфы орудовали собственными ружьями не хуже, чем дубинами. Отшибленного молодецким ударом одного из них в сторону монстра орк, яростно хекнув, обезглавил топором. Тяжелое но тупое лезвие отсекло голову с одного удара, перебив шейные позвонки. Еще одному из слишком уж активных трупов, прыгнувшему на строй живых, гоблин разрядом электричества выжег куцее подобие мозгов. Синеватые разряды еще в воздухе окутали голову чудовища, норовя забраться в глазные впадины. Строй эльфов не успел расступиться и одного из них огрело еще дымящимся трупом. Но, по крайней мере, теперь он больше не пытался вцепиться кому-нибудь из людей в горло.

— Ну а сейчас то нам каюк? — Уточнил Кебрион, подергав рядом стоящую Лонари за ту часть одежды, до которой ему было легче всегда дотянуться. По чистой случайности ею оказались штаны. Пискнувшая эльфийка промазала мимо выбранного ею в качестве цели жировика и схватилась за пояс, пока её прямо перед строем наступающей нежити не раздели. Впрочем, её действия на ходе боя уже бы никак и не сказались. Вурдалаков первой волны перебили, а основные силы атакующих еще были слишком далеко. Прущие впереди всех монстры прикрывали свои головы толстыми руками, защищая единственное более-менее важное место, но особой нужды в этом не было. Метко пущенные стрелы и пули отлетали в стороны от темной преграды, которая на миг появлялась перед трупами-переростками, чтобы отразить удар. Вражеские колдуны оберегали свою главную ударную силу. — Сейчас эти толстые уроды, которых задержать уже нечем, свяжут нас ближним боем. Вурдалаки зайдут с флангов. А некроманты поддержат дистанционным огнем. Эй, ну ты чего упираешься?! Им до нас идти еще минуту, не меньше! Может, еще успеем!

— Отвали, кретин озабоченный! — Эльфийка в гневе заколотила назойливого ухажера своим луком по голове, забыв про висящий на поясе кинжал и пропустила самое интересное.

Один из волшебников отряда, до того хранивший полное холоднокровие и закрываемый бойцами со всех сторон щитами, взялся за висящий у него на шее камень. Он был не самым искусным чародеем, но зато имел в достатке магических сил. Артефакт, за обладание которым большинство высших эльфов могли убить, так как он увеличивал силу колдуна и спасал его от Жажды Магии, даровал своему владельцу еще большие возможности. Которые бывший младший преподаватель Академии Даларана уже несколько лет оттачивал лишь в одном направлении. В заклятии массовой телепортации, по идее доступной лишь архимагам. Но с соответствующей подготовкой и их младшие коллеги могли освоить данный трюк, если долго тренировались.

Вспышка — и вместо плотного строя из эльфов, дварфов, разбавленного орком и гоблином, остается лишь пустое место. Рейдеры Кель-Таласа за годы противостояния с противником, чье число могло считаться практически бесконечным, хорошо научились спасаться от превосходящих сил противника. Более того, перед тем как драпать, они старались причинить врагу максимально возможной урон. В этот день он составил полсотни вурдалаков. И одного некроманта. Засмотревшись на нагло раздеваемую эльфийку, он оступился и полетел под ноги свои немертвым слугам. Которые господина банально затоптали раньше, чем коллеги погибшего смогли их в стороны отогнать.

Глава 4

— Черепно-мозговая травма, нанесена тяжелым тупым предметом. — Эльф-лекарь с энтузиазмом обследовал своего пациента. Гоблинов ему приходилось врачевать не часто, а настоящий профессионал всегда рад повысить свою квалификацию. И испытать парочку новых методик на том, за чье самочувствие никто не спросит тоже. — Уже затянулась? Как странно, я был уверен, что процесс будет идти намного медленнее. Вы применяли какие-то зелья? Артефакты?

— Вот еще, даже если бы чего и было, на этого идиота тратить точно бы не стал. — Орк смерил взглядом носатого коротышку, которого едва не забили на смерть боевым луком. Тот в сознание еще не приходил, но уверенно шел на поправку и во сне губами счастливо причмокивал. — Он же гоблин. Эти ребята, если не могут залечивать полученные по своей дурости травмы, вряд ли даже из утробы матери успевают выбраться.

— Но тут и по меркам их расы регенерация слишком бытсрая. — Продолжал недоумевать целитель, осматривая любопытного подопытно. пациента. — Вот, даже кости черепа уже срослись.

— Не везет мне сегодня. — Цыкнул зубом Мал, бросив лишь один взгляд на нежно зеленую молодую кожу, покрывающую пострадавшее место. — Наверное, звезды неправильно встали. Жаль.

— Кстати, если вы такого невысокого мнения о данном индивидууме, то почему о нем заботитесь? — Целителю не хотелось покидать такой любопытный экземпляр.

— Это мой долг. — Насупился орк. — Когда племена стали рабами людей, жилось нам…Плохо. Мы вымирали. Но гоблины помнили о том, что они и сами когда-то были народом невольников. И несмотря на свою алчность, выкупили довольно большое количество уже орков из плена. И спасали не кого попало, а самых слабых, почти готовых отойти к предкам. Впрочем, не за просто так они шли на расходы. Поправившиеся воины должны были стать телохранителями отдельных коротышек. А старики, женщины и дети теперь работают на производствах гоблинов по всему Азероту.

— Отлично Пумба. — Улыбнулся гоблин, не открывая глаз и шмыгнув носом. — Значит, тебе можно и зарплату не платить. Это хорошо.

— Мне вот выпал жребий заботиться о этом неудачнике. Невысокая цена за сохранение жизни своей семьи, я считаю. Хотя с каждым днем, проведенным рядом с Тимоном, в последнем утверждении все больше и больше сомневаюсь. — Задумчиво протянул Мал, проверяя пальцем степень остроты оставленного у себя топора. — Сдается, мне, что если его все-таки надо прикопать под каким-нибудь кустом. И тогда можно будет идти отдавать свой долг другим гоблинам. Которые этого больше заслуживают.

— Намек понял. Приму меры. — Гоблин по-прежнему глаз открывать не желал. — Пятьдесят процентов прибыли тебе. Мы, кстати, где? А то я не успел после переноса почти ничего понять, кроме того что мою технику экстренного соблазнения нужно серьезно доработать.

— Разрушенный особняк какого-то эльфийского аристократа. Стоит в такой в глуши, что его даже местный рейнджеры найти могут не сразу. А лич со свитой, будем надеяться, вообще его не отыщет. — Пожал плечами орк. — Увы, перенесший нас колдун не настолько крут, чтобы телепортиоровать нас куда-нибудь в Стальгорн или на побережье. Лежи, отдыхай. Если нежить найдет — все равно не отмашемся. А нет, так силы тебе понадобятся позднее.

— А почему вы не решились оставить службу гоблинам, даже когда Орда восстала? — Удивленно уточнил эльф, видимо заинтересовавшийся историей орка.

— Орда — это скопище взрослых мужиков нашего народа, которые хотят и могут воевать. — Клыкастая улыбка Мала могла довести до заикания какую-нибудь небольшую акулу. — А женщины, дети, калеки и старики в нее не принимаются. Исключения вроде дряхлых но еще способных вломить кому хочешь магией шаманов или там чуть ли не родившихся с луком охотниц не в счет. Когда резервации взбунтовались, то тех из их обитателей, кто не мог или не желал драться отправили все к тем же гоблинам. Те за золото и рабочие руки готовы приютить у себя хоть перебежчиков из Плети.

— Но вы же сменили одну тюрьмы на другую. — Не понял эльф. — Или нет?

— Орка не напугать не врагами, не работой. Особенно если он сытно ест и получает за свой труд деньги, которых заслуживает. — Фыркнул Мал. — В деревнях гоблинов по сравнению с резервациями не жизнь, а сказка. Моя семья уже накопила достаточно богатств, чтобы считаться не нищими беженцами, а уважаемыми жителями. Многие другие тоже. Сумеют Тралл и его банды завоевать для нас место в этом мире, не сумеет…Посмотрим. Если нет, похороним героя с почестями. И продолжим себе нормально жить дальше. Коли нежить не сожрет…Так, а откуда это паленым пахнет? Тимон!

— А я что? Я ничего. — Вздернутый за шкирку гоблин даже и не пробовал отпираться, что источником гари был именно он. — Слушаю вашу крайне интересную беседу. Самосовершенствуюсь в плане магии заодно. Пирокинез осваиваю.

— На своем же одеяле? — Вкрадчиво спросил его орк и как котенка ткнул своего подзащитного в начавшую тлеть ткань. — Учти, придурок! Тебе под ним еще спать и спать! Свое никто не даст, купить здесь негде, а украсть в столь маленьком коллективе просто не получится!

— Да, это я пожалуй увлекся. — Признал начинающий маг, захлопывая ладонью тлеющий уголок одеяла. — Чего-то меня последнее время плющит не по-детски. Вот как с алтаря встал, так в голове какая-то легкость появилась…Кстати, а почему медициной занимается этот хмурый неулыбчивый тип? Стройная лекарка, ставящая больным компрессы, была бы встречена куда большей радостью! Стоит ей нагнуться, чтобы осмотреть пациента, и тут же у того перед глазами окажутся груди! Как тут про свои болячки не забыть? Это ж какая экономия на обезболивающем выйдет…

— Говорят, дерьмо не тонет. — Пригорюнился Мал и подпер себе голову кулаком. В другой руке он по-прежнему сжимал на весу свое начальство и, похоже, в ближайшем будущем отпускать его не собирался. — Чувствую, этот гоблин вообще скоро воспарит без всякой магии. И земли касаться больше вообще не будет. А кстати да, почему у вас в отряде так мало эльфов и так много эльфиек? Мужчин вашей расы лишь трое или четверо, а остальные все бабы. Ну, кроме двух десятков дварфов-лесорубов.

— Женщинам можно было служить в армии Кель-Таласа, но мужчины их всегда берегли, как только могли и даже больше. Иначе какие бы мы были мужчины, если посылали своих матерей, дочерей и сестер на смерть? — Пожал плечами целитель и направился к выходу из комнаты. — Армии больше нет. Кель-Таласа нет. Мужчин его защищавших тоже почти нет. Невысокая цена, как ты говорил недавно. Ведь очень много женщин моего народа — есть. А что им теперь приходится для тяжелых работ привлекать наемников и самим рисковать жизнью…Ну лучше уж так, чем стать кормом для нежити.

— Истинно так, — кивнул вслед уходящему целителю орк. И встревожено перевел взгляд на висящего в своей руке гоблина. Тот затих и не вырывался. А это для всех представителей его расы было крайне тревожным признаком.

— Воспарить. — Бормотал себе под нос Тимон, судя по отсутствующему взгляду находящийся сознанием где-то в другом месте. — Точно, воспарить! Туда, куда ни один вурдалак не допрыгнет и ни один некромант своей магией не дострельнет. Самолеты, вертолеты, ракеты, дирижабли…Наверное, все-таки дирижабли. Раз грузовой был, можно построить и хороший, боевой, авианесущий!

Мал мгновенно опознал признаки приступа нездоровой изобретательности, так свойственной народу зеленых носатых коротышек. После чего занервничал сильнее, чем перед оравой идущих в атаку мертвецов. Последний раз, когда его напарника озарило, он начал делать динамитные сигары. В итоге они оказались вынуждены бежать из Стальгорна. Предпоследний…Ну, скажем так, в родной для его спутника деревне лучше тоже не появляться. Разрушения были по меркам этого народа незначительными, но торговый барон свою любимую фазенду не простит никогда и никому. Орк прислушался к лихорадочному бормотанию. Задумался о своем долге перед народом гоблинов. И, подавив желание швырнуть свое начальство с размаху об стену, аккуратно опустил его обратно на кровать. В чем в ту же секунду начал раскаиваться.

— Водород взрывается! — Аж подскочил на лежанке гоблин, отправив подпаленное одеяло на пол. И тут же вцепился в сложенную грудой у постели одежду — И он легче воздуха! А выделяют его из воды электролизом! Река! Здесь есть река? Озеро, пруд, колодец, лужа? Хотя нет, лужи маловато будет.

— Ключ бьет во дворе. — Насупился орк, предчувствуя скорые неприятности. — Но если ты его испортишь, то сможешь вместе с эльфийками в женскую баню ходить. Поскольку все лишнее они тебе точно оборвут!

— Ну, я как бы регенерировать должен. — Замер на миг Тимон, лихорадочно напяливавший на себя штаны. — Впрочем, проверять не будем. Для начала мне хватит ведра. Или лучше корыта, ведер на пять-десять. Тут можно куда-нибудь набрать воды? Неважно, нет, так сделаем. За мной, Пумба!

— Чувствую, добром это не кончится. — Пробормотал себе под нос Мал и потопал вслед за своим неуемным подопечным. На удивление, по пути тот не задирал одежду встречным эльфийкам, не задирал нанятых ими гномов и даже не задирал нос к потолку, умудрившись ни разу не споткнуться. Для гоблинов такое поведение вообще было нетипичным, а уж для этого конкретного…Нет, когда зеленые коротышки хотели, то они могли быть очень вежливыми и тихими. Но потом у окружающих обычно пропадали ценные вещи и деньги.

Пропажа нашлась на берегу небольшого ручейка, вытекающего из обложенной мрамором заводи. Тимон стоял, пялился на свое отражение и мерзко хихикал, потирая руки. С пальцев падали вниз сплошным потоком искорки разрядов электричества. На него с тревогой смотрел оказавшийся во дворе народ. Столь бурную радость гоблины испытывали обычно только если видели перед собой груду золота. Но чтобы они так радовались обычной воде…

— Девочка моя, а не слишком ли сильно ты его стукнула? — Обратилась к молодой рейнджерше Фиэль Златокудрая. — Бедняга явно тронулся умом.

— Эй, за то что он натворил, я вообще должна была его прирезать! — Возмутилась девушка. — Да я такого еще вообще никому не позволяла!

— Что не позволяла, это зря, а что ни прирезала сразу еще хуже! — Наставительно сообщила ей бывшая нянечка. — Гоблины они и так то все сумасшедшие. Но если их еще и по голове бить слишком часто и слишком сильно…

— Мне нужен шелк! — Повернулся к эльфийкам Тимон и руки женщин сами потянулись к оружию. Нет, на этот раз ничего похотливого в его выражении лица не было…Однако очень уж кровожадная улыбка напоминала собою оскал голодных вурдалаков. — Или резина. В общем, какой-нибудь непроницаемый для воздуха материал. Чем больше, тем лучше. В идеале должно хватить на новый дирижабль, который смог бы нас всех отсюда унести.

— К тебе вернулась память? — Подняла одну бровь Златокудрая. — А теперь мины ты нам склепать можешь? Эй, кто-нибудь! Принесите сюда шелковый гобелен! Я видела, их в прихожей еще сохранилась парочка.

— Нет. Маму родную не узнаю. — Помотал головой гоблин. — Но я почти точно помню, как можно сделать дирижабль! Ну, уж воздушный то шар точно создам! Найдите мне хоть немного шелка! Я сделаю полноценную модельку!

— А теперь мины ты нам склепать можешь? — С дотошностью следователя продолжала расспросы Фиэль.

— Ну…В теории…Если добуду нужные материалы и не подорвусь в процессе изготовления… — Замялся гоблин. — Короче, мины лучше закупать у проверенного производителя. А то хуже будет!

— Девочка моя, тебе надо идти учиться на целительницу. — Перевела взгляд на Лонари предводительница отряда. — Вернуть часть воспоминаний, тем более самую нужную, ударом по голове, это показатель. Если ты сменишь его на целительский посох.

— Если я сменю его на целительский посох, то одному моему пациенту придется становиться на ноги в чутких руках некромантов. — Рейнджер смотрела на гоблина очень недобро.

— Бьет, значит любит, а ради ваших прекрасных глаз я и не на такой мазохизм пойти могу. — Отмахнулся рукой Тимон, бросаясь к вытащенной для него из заброшенного особняка грязной тряпке. Когда-то она украшала собою стену и несла на себе чьи-то гербы, но сейчас представляла из себя жалкое зрелище. Мятая, грязная, её явно использовали в качестве подстилки. А судя по подозрительным пятнам в уголке — возможно и в качестве носового платка. — Моя прелесть! Давайте её сюда! Хм…Дырки. Можно ли заштопать их магией? Или надо найти иголку и того, кто умеет с ней управляться?

Мал понял, что если он не хочет скрываться по всему Кель-Таласу от нежити и эльфов одновременно, то должен остановить своего напарника. Увы, подобраться к нему незаметно не получалось. Заинтересовавшись зрелищем скучающие эльфы столпились вокруг гоблина плотным кольцом.

— Я с этим справляюсь. — Холодно улыбнулась Фиэль Златокудрая. — Причем хоть так, хоть так. Но если это окажется зря…

— Не окажется! — Замотал головой гоблин и руки его вновь покрылись сеточкой электрических разрядов. А затем опустились в ручей и его поверхность немедленно покрылась рябью. — Эй, чародеи, есть здесь те кто умеет управлять воздухом? Помогите сделать так, чтобы не рассеивался пар! Смотрите! Сейчас я выделю из воды газ, он легче воздуха и горит! Если заполнить им герметичный шелковый мешок, то он поднимется вверх! В дирижаблях его правда использовать не любят, поскольку слишком легко взорваться, но нам выбирать не из чего, верно? Тьфу!

Тимон плюнул маленьким язычком огня прямо в центр устроенного возмущения, которое один из эльфийских магов прикрыл полукуполом слабенького магического щита. С грохотом и вспышкой столпившийся у ручейка народ разбросало в стороны. Виновник данного происшествия, как самый легкий, улетел дальше всех.

— Так-с! — Важно произнес гоблин и поерзал устраиваясь поудобнее на руках Фиэль Златокудрой. Инстинкты опытной няни молодых эльфийских аристократов, среди которых встречалось немало сильных магов, взяли свое. Пролетающее мимо нее тельце было поймано и прижато к довольно внушительной для представителей этой расы груди. — Коэффициент полезного действия выше ожидаемого. Превосходно. Полный успех!

И, расплывшись в довольной улыбке, уместил свою голову прямо на двух упругих полушариях. Мал устало вздохнул. Он знал, чем-то таким это было просто обязано кончиться. Ему очень хотелось заступиться за честь дамы и прибить Тимона самолично, чтобы прекратить наконец влипать во всякие неприятности. Увы, орк прекрасно понимал, что этим он пойдет против данной некогда клятвы. Оставалось лишь надеяться на гордость и обидчивость высоких эльфов.

— Лонари, деточка моя, дай сюда свой лук. — Сказала предводительница отряда, не разжимая рук. Надежно удерживаемый ей гоблин почему-то задергался и попытался убраться от нежного женского тела куда подальше. — Срочно!

Рейнджер принести командирше свое оружие не успела. Мал сделал это. А после несколько воистину прекрасных минут наблюдал, как лупцуют одного зеленого паршивца. На стороне взбешенной эльфийки играли многие десятилетия если не века опыта воспитательной работы и то, что отчаянно верещащего гоблина охранники ворот за пределы периметра поместья не выпускали. Спасали Тимона от многочисленных переломов лишь малые габариты, непомерная шустрость, да недавно прорезавшиеся магические способности. Во всяком случае ничем иным кроме колдовства нельзя было объяснить внезапное изменение траектории оружия, почти коснувшейся зеленой башки. Или может Златокудрая просто не хотела травмировать будущего строителя летающего транспорта?

— А мы не слишком шумим? — Толкнул одного из эльфов орк. — Все-таки занятая врагом территория и все такое…

— Нежить нас если не увидит, то не атакует, слишком тупа. — Спокойно пояснил местный житель, знающий как выживать на своей родине. — А некроманты такое скопление живых все равно магией засекут быстрее, чем чего-нибудь услышат. Если, конечно, они будут сознательно искать врагов, а не просто решат отдохнуть в теньке под забором поместья.

Дикие пляски кончились тем, что гоблина загнали в собачью будку. Неизвестно, какая порода животных там жила раньше, но малохольный зеленый коротышка мог внутри разместиться не только вдоль, но и поперек. Перегородив вход мерцающей преградой щита, очень похоже на тот который недавно улавливал водяные пары, Тимон занял оборону. Пробить толстые стенки конуры ударом ноги у Златокудрой не вышло, от магического истощения после схватки с нежить она не отошла, а пустить в дело зачарованные боевые стрелы все же не решилась. В итоге, она не нашла ничего лучше, как заткнуть выход из собачьего домика все тем же дырявым гобеленом. После чего, наконец успокоившись, эльфийка ушла обратно в здание заброшенного особняка, искать новые и более-менее целые шелка. А гоблин еще долго не решался выбраться наружу, видимо опасаясь засады.

— Цел? — С некоторым разочарованием уточнил у него Мал, когда зеленый коротышка все-таки выбрался наружу.

— Не дождетесь! — Расстроил орка Тимон, охая и трогая чуть зажившую голову, заново рассеченную все тем же тяжелым тупым предметом. — Я не только серьезно не пострадал, но кажется и новый навык освоил. Телекинез, вот!

Ворох веточек, листьев и какого-то мусора поднялся в воздух, а потом рухнул обратно.

— Силы жрет как не в себя, но перспективы открывает завлекательные. — Потер подбородок гоблин. — Взлом замков, карманные кражи, критические удары силой мысли прямо по глазам…Жаль, мощность воздействия пропорциональна расстоянию. В пяти шагах от себя если только пылинками жонглировать сумею.

— А та штука, который ты вход перегородил? — Уточнил орк, мысленно поежившись при прослушивании перечня новых возможностей своего компаньона. Похоже, скоро им нельзя будет появляться не только в Стальгорне, но и вообще в любых цивилизованных местах Азерота. — Подсмотрел у того эльфа как надо создавать магический щит?

— Знаешь, этот щит оказывается есть ничто иное, как частный случай телекинеза. — Поделился наблюдением гоблин, внимательно исследуя пострадавшую голову пальцами. Похоже, исследование собственных шишек приносило ему некое удовльствие. — Только он должен действовать тогда не на конкретный предмет, а просто на площадь. Кстати, мне понравилось как взрывается водород! Это же готовая взрывчатка! И бесплатная притом. Как думаешь, в этой халупе найдутся герметичные емкости, куда газ можно будет закачать под большим давлением? Только учти, если тара окажется недостаточно качественной, они рванут!

— Нет здесь таких! — Тут же среагировал орк. — Совсем нет! В принципе нет! От сотворения мира не было!

— Точно? — Подозрительно покосился на него гоблин. — А если найду?

— Так! — Подкравшаяся к этой парочке Лонари с мстительным удовлетворением отметила, как гоблин при виде её лука потянулся спрятаться за широкой спиной орка. — Фиэль велела передать, что шелка у нас есть только сорок локтей. И она сильно подозревает, что на дирижабль этого не хватит, поскольку таких маленьких раньше никогда не видела.

— Плохо. — Задумчиво пробормотал себе под нос гоблин. — Ну и ладно. Возьмем этот шелк с собой, может потом найдем еще и доберем до нужного количества.

— Нет нужды. — Зловеще улыбнулась девушка. — Поскольку заготавливать лес дальше нам явно в ближайшее время в этом районе не дадут, мы меняем место дислокации. И идем туда, где шелка найдется сколько угодно. А при удаче и чего-нибудь другого.

— А это, простите, куда? — Осторожно уточнил орк. Его чутье на неприятности, закаленное и отточенное долгими годами сотрудничества с гоблинами, буквально вопило о грядущих проблемах.

— Как куда? — Деланно удивилась рейнджер. — Туда, где был королевский дворец. И модные магазины. И лучшие ателье. И магазины, торгующие древними книгами или магическими артефактами. И, конечно же, Солнечный Колодец. Мы совершим рейд в столицу!

— Я, конечно, по положению дел в Кель Таласе не специалист, — осторожно начал орк. — Но разве это не крупнейший рассадник нежити во всем регионе?

— Ну, если нам повезет, то все некроманты со своими слугами сейчас нас по лесам ищут. — Несколько криво улыбнулась эльфийка. Она все-таки была слишком молода, чтобы откровенно лицемерить или держать лицо в ситуации, когда никакая бравада не помогает. — А значит, оставшиеся почти без охраны сокровища можно и пограбить. Конечно, большую их часть сектанты наверное растащили, но они могли все и не найти. Нам нужны деньги и магические предметы. А также шелк. Фиэль решила, что дирижабль нам не помешает. А также пара лишних бойцов, а потому вам предлагается доля в добыче. Какая именно — обсудим после рейда.

— Принято. — Кивнул гоблин раньше, чем орк успел возразить. — Для того, чтобы поддерживать машины в нормальном состоянии, все равно понадобится механик. И, надеюсь, между гоблином знакомым и незнакомым вы выберете все-таки знакомого. Ведь я же такой лапочка! Ну, правда ведь?

Глава 5

— Две эльфийки и лопата заменяют экскаватор. — Гоблин стоял и смотрел, как работают другие. От заслуженных пенделей его спасали камни, как бы сами собой разлетающиеся в стороны от ног зеленого коротышки. — А уж если с ними гном, и их целый батальон…

— Где ты тут гномов видишь? — Поинтересовался один из дварфов. — На три дня пути в любую сторону ни одного нет!

— Ну, название вашей расы в рифму не вписывается, что я могу с этим поделать? — Развел руками Тимон. — Кстати, а что мы тут так старательно откапываем из под завалов? Не то чтобы я не любил заниматься скучной монотонной работой, но хотелось бы знать, чего ищу.

— Где-то здесь находился хороший ювелирный магазин. Даже я хоть в Кель-Таласе и не жил, но помню его. — Дварф сделал перерыв и отставил в сторону лом, которым долбил крупные обломки зданий. Затем измельченные куски оттаскивали при помощи носилок в сторону хрупкие эльфийские девы, извергающие из себя такие перлы, что ни один из портовых грузчиков их не осилит. — Когда город крушила нежить, принц Артас и призванные им демоны, вряд ли с витрин успели убрать товар. Шпиль, который по свидетельствам очевидцев рухнул первым, упал прямо на это место. И, раз его остатки не передвинули в сторону, никто из некромантов не догадался здесь порыться. Мы первые.

— О! Значит скоро золотоносная порода пойдет! — Булыжники из под ног гоблина стали вылетать раза в два быстрее. И это привлекло внимание Фиэль Златокудрой, которая до того просто сидела в теньке полуразрушенного дома и при помощи своих чар наблюдала за окрестностями.

— Баньши! — Кто-то из эльфиек покатился кубарем, попав под смесь звукового удара и ветра, выпущенную полупрозрачным призраком почти такой же ушастой девы. Впрочем, через несколько секунд агрессивную нежить нашпиговали стрелами и мушкетными пулями, после чего та с прощальным воплем развоплотилась.

— Брр! — Гоблин, прекратив расшвыривать телекинезом камни в разные стороны, постучал себя по уху. — Как можно так вопить, не имя легких?

— Магией, вестимо. — Вздохнула по-прежнму присматривающая за ним и орком Лонари, осматривая окрестности. — Нежити хорошо, она от жажды магии не страдает, даже если раньше эльфом была. А вообще давайте работать быстрее! С наступлением вечера баньши вылезут из земли все сразу и тогда мы даже телепортом удрать не успеем.

— Их тут так много? — Уточнил Тимон, возобновляя магические земляные работы. — А почему тогда мы сейчас в почти полной безопасности? За два часа раскопок всего шестнадцатого призрака встретили. Да и нападали они по одиночке, чем сводили возможный ущерб к нулю.

— Девять десятых населения столицы, плюс почти все беженцы, которых загнала туда война. — Насупилась эльфийка, которой явно не слишком то приятно было говорить о рызагрывшейся трагедии. — А призраки еще не атаковали нас потому, что их солнечный свет жжет. Не смертельно, но очень больно. Без приказа некроманта они на светлое время суток зарываются в землю и высовываются из укрытия, только если им в прямом смысле слова на голову наступить.

— А мне вот интересно, — Пропыхтел Мал, отваливая в сторону здоровенный камень и обнаруживая под ним чей-то скелет. — Хм…Обрывки кольчуги, осколки меча… Не иначе как дозорный, который нес службу на обрушившимся шпиле? Так вот, мне интересно, почему призраки рассеиваются, если их простым оружием ударить.

— Нарушаются энергетические потоки их псевдотела, если в них попадает посторонний предмет. — Пожала плечами девушка, решив устроить себе маленький перерыв, пока напрягаются слушающие её орк и гоблин. — Или как-то так. Подробнее тебе объяснит если только некромант из Плети. Некоторые наши чародеи, наверное, тоже могли бы, но их почти не осталось. Все полегли, когда защищали столицу от призванных проклятым принцев демонов.

— Это очень интересно. — Задумался гоблин и уселся прямо на здоровенный кусок камня, который в одиночку смог бы поднять исключительно великан. Тот воспарил вверх вместе с седоком и в таком виде медленно пополз в сторону. — Про фигур вроде Артаса и такие эпические битвы хотелось бы узнать как можно больше. Чтобы если вдруг он припрется осаждать город, в котором ты находишься, имелось представление о его возможностях. Ты можешь рассказать подробнее?

— Из нашего отряда в столице на момент штурма была только Фиэль. — Девушка кивнула с сторону эльфийки, в чьих золотых кудрях пробивались отдельные седые пряди. — Оттуда вообще мало кто спасся. Но общий ход войны я вам опишу. Сначала Артас со своей нежитью пробивался через леса Кель-Таласа, постоянно попадая в засады рейнджеров. Они смогли задержать его войска почти на год. За это время многие мирные жители либо подготовились к обороне, либо перекочевали в казавшиеся безопасными уголки Кель-Таласа. Несколько раз глава рейнджеров леди Сильвана почти смогла прикончить проклятого принца. Однажды он вообще потерял весь костяк своих тварей и был вынужден убегать с десятком её стрел в спине и заднице, пока не повстречался с прущими из человеческих земель подкреплениями.

— Оу, полагаю, он обиделся. — Потер собственную точку гоблин, вставая с приземлившегося осколка башни. — Во всяком случае я бы такое точно не простил.

— Проклятый принц тоже. — Невесело хмыкнула девушка. — Незадолго до того как напасть на столицу, ему удалось окружить отряд леди Сильваны и взять её в плен. А после сделать одну из величайших воительниц моего народа подобной себе. Неживой и немертвой, ненавидящей своего господина покорной рабыней, исполняющей самые ужасные приказы своего повелителя. Теперь она его наложница и в то же время один из высших офицеров войск проклятых. Говорят, ни один лич не может подавлять восстания бунтующих против власти некромантов людей так эффективно, как она.

— Так я не понял? — Удивился орк и даже оставил впокое деревянную балку, которую до того тянул прочь от места раскопок. — Артас, он разве не дохлый? За каким хреном ему тогда наложницы?

— Ну, не знаю как он, а я бы еще трижды подумал, соглашаться ли мне стать слугой темных сил, если вдовесок к подобному титулу идет воистину вечная импотенция. — Сально ухмыльнулся гоблин и попытался обнять Лонари за то место, до которого ему было удобнее тянуться руками. Но эльфийка была настороже и ловко треснула назойливого ловеласа лопатой по голове. — Ау! Это жаждущим бессмертия магам-ренегатам из Даларана могло быть уже все равно на то, какие именно функции сохранит или потеряет их телесная оболочка. Смысл заботиться о том, чего еще в прошлом веке усохло за ненадобностью? А те из них кто помоложе становиться личами не торопятся чего-то. Не иначе как хотят сначала всех возможных благ распробовать как следует, чтобы было чего вспоминать грядущую вечность.

— Ну, как-то так и есть. Некоторые города на людских землях полны рабами, что обеспечивают малейшие капризы обосновавшихся там некромантов. А заодно и служат им пополнением. Кто себя хорошо ведет и клянется в верности Плети, тот становится сектантом. А кто плохо так и остается говорящей скотиной, нужной только чтобы в будущем было откуда брать новых магов и основы для вурдалаков. — Был вынужден согласиться с ним Мал. — Еще припасы для армий плети они собирают. И демонам в перестроенных храмах молятся. Один из торговых баронов пытался контрабандой с ними торговать рабами, но его за это свои же на рудники сослали. Неужели вспомнил?

— Да нет. — Гоблин с каменным лицом упер взгляд вниз, в завалы камня и стало абсолютно непонятно, о чем он думает. — Так, ткнул пальцем в небо и попал куда надо. Ладно, так чего там дальше то с войной было?

— Да ничего хорошего, — насупилась эльфика. — Артас пришел под стены, но быстро ушел обратно на дальние позиции. Когда по тебе ведет огонь столько чародеев, сколько тогда собралось для защиты сердца Кель Таласа и у них Солнечный Колодец за спиной…В общем, удирал он чуть ли не быстрее чем со стрелами леди Сильваны в заднице. Только в этот раз его почти сожгли прямо вместе с доспехами и его проклятым клинком. А после собрал всех пленников сколько смог и устроил вместе со своими личами ритуал призыва демонов.

— Вот после него-то весь мир и содрогнулся. — Вздохнул Мал, помнящий, какая паника поднялась в Стальгорне в те дни. — А затем прекратил мелкие распри и принялся изо всех сил крепить оборону против мертвых. Даже тролли, на что уж всех достали и от всех получили по клыкам, теперь почти уже и не партизанят. Хотя, может их как и разбойников просто всех съели.

— Главный демон был настоящим громилой, возвышающимся выше иных башен. — Продолжала рассказывать Лонари. — Он просто проломил собою оборону и стену. Слитным ударом всех магов его разорвало на куски, но толку то с того? Такие существа умеют возрождаться, это известно из многих источников древности. А в образовавшуюся дыру уже втекал поток иных монстров, и за их спинами толпилась нежить. Несколько суток длилась битва за столицу, но в итоге эльфы проиграли. Полагаю, тут бы вообще не осталось выживших, но все демоны рвались как сумасшедшие к Солнечному Колодцу. Последние могущественные волшебники, которыми были члены королевской фамилии, велели всем уходить. А затем взорвали сердце Кель-Таласа, похоронив неисчислимое количество врагов в ужасной силе взрыве.

— Этим они остановили победоносное шествие Плети на годы, вернее десятилетия. — Попытался подбодрить изрядно помрачневшую при этих словах эльфийку Мал. — Три четверти низшей нежити и рядовых некромантов оказались уничтожены. Главный лич Кел Тузед лишился половины своих учеников. Даже демоны вроде бы понесли какие-то потери от буйства магии. Во всяком случае после той драки Артас ни разу их массово так и не призывал почему-то. Отдельные их экземпляры командуют нежитью то там, то сям, но это уже не целые толпы, сметающие все на своем пути.

— Ну, все равно эффект не тот, который можно назвать победой. — Не мог не добавить к его речи свой комментарий гоблин. — Артас жив, главный лич тоже, из демонов верхушка тоже уцелела…Мда, похоже обычными методами против них воевать бессмысленно. Надо причинять вред не телу, которое у этих гадов крайне выносливое и вообще, может быть, заменимое. Нет, такому противнику надо уничтожать непосредственно душу. Ну или то, чего ему её заменяет.

— Этой тайная магия, заниматься которой запрещено по всему Азероту. Ну, во всяком случае и мы, и люди раньше не разрешали заниматься подобным никому, кроме редких архимагов-исследователей. Да и их сторого контролировали. Того же Куль-Тузеда когда поймали на нарушении выгнали из Даларана в шею. — Несколько неуверенно заметила Лонари. А затем осмотрелась по сторонам и продолжила. — Хотя этот как раз тот случай, когда почти любые методы будут оправданы. Ради того, чтобы отомстить уничтожившим Кель-Талас тварям почти любой эльф без колебаний пойдет на все. Да и среди иных народов тех, кто готов пожертвовать собой ради того чтобы хотя бы врезать командирам Плети по морде с каждым годом все больше и больше.

— Однако да. — Гоблин замер. Проследив за его взглядом, Мал увидел три отрытых дварфами скелета. Судя по их размерам, перед ним находилась мать, тщетно прикрывавшая телом своих детей. Рядом с останками стояла Фиэль и смотрела на них так…В общем, орк был готов прозакладывать свои клыки, но именно это место для разбора завалов было выбрано отнюдь не случайно. — Судя по гневу, плескающему в глазах нашей частично златокудрой предводительницы, она ради возможности оторвать яйца Артасу готова побриться наголо, станцевать стриптиз посреди Стальгорна и на бис доплыть до Калимдора кролем. Кстати, кто у нас самый большой спец по черной маги, если не брать некромантов Плети?

— Ну…Тролли, наверное. Эти клыкастые уроды всегда баловались проклятиями, призывами разной дряни и прочей мерзостью. Вроде бы когда-то давно они подобно Плети поклонялись какому-то могущественному злому существу, но потом отказались от этого. — Неуверенно проговорила эльфийка, наблюдая за тем как её командирша устраивает при помощи своей магии торжественное перезахоронение найденным телам. — Ну и еще орки. Они совсем недавно подчинялись демонам и должны были сохранить частички умения своих хозяев. Да и про наши запреты до вторжения в Азерот ничего и слышать то не могли.

— Не мой народ не рассчитывай. — Покачал головой Мал. — Во время войны сильных шаманов в плен не брали. Да они и не сдавались, поскольку были самыми верными слугами демонов. А новых учить было некому. Да и запрещали это в человеческих резервациях. Тот же Тралл хоть и талантливый, но по большому счету самоучка.

— Ладно, хватит болтать. — Гоблин посмотрел вверх и с неудовольствием отметил, что полдень давно уже минул. А значит скоро будет вечер. И прячущиеся от солнца банши вылезут наружу, помешав добывать из под руин ювелирные украшения. — Работать надо. Судя по тому, что уже пошли не сидевшие в башне солдаты, а мирное население, нужный нам слой где-то рядом. Золото и истина они всегда где-то рядом, но не у тебя. В крайнем случае могут даться в руки маленькими кусочками.

Булыжники замелькали, разлетаясь в стороны. Ведомый жаждой наживы гоблин был неутомим. И он отрыл сразу трех баньши.

Крик, заставляющий воздух идти волнами, подбросил Тимона в воздух. Еще парочка, догнавшие его уже в воздухе, дважды изменили траекторию полета истошно вопящего снаряда и в итоге уронили его почти на место взлета. Рассерженные призраки, не любящие ясный день, миндальничать не собирались. Они бы порвали нарушившего их отдых живого на мелкие кусочки, но уже падая тот успел окутаться сеткой электрических разрядов. Которые в момент приземления рванули от него во все стороны, расшвыривая в стороны нежить. Заодно ими же повалило с ног Мала и Лонари, ринувшихся спасать зеленого коротышку.

— Проклятье. — Орк поднялся с земли и похлопал свою лысую голову, стряхивая с макушки налипшую каменную крошку. Агрессивных призраков он больше не опасался. Покойники словили по несколько стрел и пуль от остальных членов отряда и уже растекались лужицами безопасной эктоплазмы. — Когда я уже запомню, что если гоблин летит, то надо ждать взрывов? Ух ты…

Последнее относилось к эльфийке. Волосы Лонари рванули во все стороны разом, обретя невиданный объем. Более того, в легком ветерке отдельные пряди шевелились и по ним пробегали крохотные синие искорки электрических разрядов. Сейчас девушка больше всего напоминала блондинистый подвид грозового одуванчика, если конечно такие растения где-нибудь существуют.

— Интересный побочный эффект. — Прокомментировал гоблин, наблюдая за делом магии своей. — Наверное, мое волшебство как-то вошло в резонанс с твоими собственными способностями. Или что-то в этом роде. Но мне нравится. Наверное, надо подумать о том, чтобы дополнительно освоить профессию стилиста.

На удивление девушка не стала ругаться. И даже бить гоблина не стала. Или хотя бы пинать лужицы эктоплазмы, оставшейся от истинного виновника данного происшествия — баньши. Она просто стояла, чуть-чуть покачивалась и хлопала глазами.

— Ты как? — Подскочивший к девушке эльф-целитель принялся диагностировать её состояние. — Так, тут норма. И здесь норма. И там все нормально.

— Мне хорошо. — Отстранила она его рукой и почему-то икнула. — Ой. Совсем хорошо.

— А вот с сознанием у нас нелады. — Диагностировал отрядный медик. — Налицо стресс. Выписываю полный покой хотя бы до ужина и соблюдение дистанции от гоблинов на расстояние не меньше десяти шагов. Желательно, пожизненно.

— А я что? Я ничего? — Засмущался Тимон и вернулся к разбрасыванию камней телекинезом. Но от Леди Фиэль Златокудрой, покинувшей свой наблюдательный пост, это его все равно не спасло.

— Ты колдуешь уже несколько часов, притом почти без перерывов. — Её тон был странно задумчив. Зеленый коротышка на всякий случай проверил наличие поблизости тяжелых тупых предметов и тут же страшно расстроился. Они в прямом смысле слова лежали под ногами. Эльфийка могла выбрать любой обломок на выбор и с его помощью гонять гоблина до тех пор, пока ей не надоест. — Незримые руки не слишком сложные чары. Но очень выматывающие. Я бы от такого напряжения слегла с обмороком. А все прочие чародеи нашего отряда одолели бы едва ли половину подобной нагрузки. Почему же ты даже не запыхался?

— Эм… — Тимон растерялся и стал ковырять землю ножкой с виноватым видом. Работающий недалеко Мал немедленно задумался, чего же и как же натворило это наказание, посланное ему предками за грехи. Ведь если бы гоблин ни в чем виноват не был, он бы свои возможности еще и постарался бы выпятить, как только можно. — Почему?

— Вот и мне интересно. — Вздохнула эльфийка, с некоторым оценивающим интересом рассматривая зеленокожего коротышку. — То ли резерв у тебя больше, чем у практикующего не первую сотню лет заклинателя. То ли скорость восполнения выше, чем у упившегося эликсиров тролля-шамана, способного камлать часами.

— Это очень странно? — Уточнил Тимон, оглядываясь по сторонам и явно выискивая пути к отступлению. — Вы меня в чем-то подозреваете? Или уже обвиняете?

— Нет, конечно, бывают отдельные уникумы, буквально от рождения предрасположенные к волшебству. Единственный выживший представитель княжеского рода Кель Тас Солнечный Скиталец. Нынешний лидер людей Джайна Праудмур. Тот же принц Артас, будь он неладен. — Примиряюще подняла руки вверх эльфийская волшебница. — Но обычно это потомки древних родов, чья кровь буквально пропитана магией. Я не слышала о гоблинских династиях. Даже торговых. А уж колдуны гоблинов явление настолько редкое, что многие вообще не задумываются о его наличии, списывая увиденные ими чародейские фокусы на воздействие ваших продвинутых гаджетов.

— А может он полукровка? — Предположила Лонари, более-менее отошедшая от встряски. — Смотрите, какой крупный. Обычно гоблины еще ниже и худосочней.

— Нашли! — Допрос находящихся в этническом меньшинстве представителей отряда прервал радостный вопль какой-то эльфийки. Девушка стояла, подняв высоко в воздух большую золотую брошь, украшенную по центру синим сапфиром. А работающий рядом с ней дварф старательно собирал в плотный полотяной мешочек извлеченные из под завала ювелирные украшения. Те ярко блестели в лучах солнца, открывшись после смещения очередного пласта строительного мусора.

— Так, вы двое покараульте пока близлежащие улицы. — Велела орку и гоблину Фиэль. — Без обид, но вас мы знаем недостаточно хорошо, а обыскивать не хотим.

Сразу же вслед за этими словами раздался сдавленный мужской вопль. Все мгновенно уставились на его источник и тут же оцепенели от неожиданности. Отрядный маг-телепортер не смел пошевелиться, так как был приперт к стенке полуразрушенного дома, а к горлу его был приставлен кривой и явно очень острый кинжал. Оружие сжимала в руках эльфийка, отличавшаяся от остальных присутствующих в этом месте девушек серым цветом кожи. И практически полным отсутствием одежды. Какие-то лохмотья, скрывавшие меньше чем показывавшие, не в счет.

— Думаю, в вашей заботе о честности этих двоих больше нет никакой необходимости! — Сказала незнакомка каким-то очень уж сиплым голосом. Из земли, как грибы после дождя, стали появляться баньши. Которых даже по самым предварительным подсчетам было не меньше тысячи! Отряд был бы уничтожен за несколько секунд, но покойника пока почему-то не атаковали. — И спасибо за украшения. Мои слуги не могут выполнять грубой физической работы. А я не хотела лично таскать обломки.

— Леди Сильвана?! — В голосе Фиэль слышался ужас. — Но как…Вы же…В Лордероне…С Артасом….

— Проклятый принц нашел себе новую фаворитку примерно с месяц назад. — Пожала плечами покойная глава рейнджеров. — А меня отправил в родные леса, чтобы отлавливать партизан. Вот только помощников пожалел, даровав вместо некромантов и вурдалаков власть над баньши. Бросайте оружие! Жизнь на некоторое время гарантирую. Украшения это хорошо, но вы должны еще разрыть мне магазин с одеждой. Да и потом до ближайшего алтаря демонов дойдете своими ногами.

— Черт, похоже, против такой орды у нас нет шансов. — Мал оглядывал обступивших отряд со всех сторон духов. Те недовольно корчились под лучами солнца, однако отданные им приказы явно были готовы выполнять, не жалея своей нежизни. — Тимон! Тимон…

Взгляд гоблина был прикован к леди Сильване. Точнее, к весьма внушительному бюсту эльфийки, держащей кинжал у горла мага-телепортера. Губы мага-самоучки слегка шевелились, но слов слышно не было. Похоже, он лихорадочно размышлял над каким-то важным вопросом и оставалось только гадать, какая тема могла настолько завладеть его внимание в настоящий момент.

— Пожелай мне удачи. — Чуть слышно прошептал он, явно на что-то решаясь и поднял руки. — То, чего я сейчас сделаю, это будет настоящее безумие!

— Мне не нравится как это звучит! — Мал был орком, а значит, смерти не боялся. Но вот пытки, которые ему немертвые наверняка могут обеспечить, уже совсем другое дело. — Что бы ты не делал…

Над замершей в испуганном оцепенении площади прогремел громкий радостный вопль 'Сссиськи!'. А после гоблин сделал жест выставленными вперед руками, будто что-то сжимал. Раз пять или шесть. И в точно таком же ритме начали деформировать округлости бюста леди Сильваны, прикрытые лишь отдельными лоскутками ткани. У живых округлились глаза и отвисли челюсти. У духов впрочем, тоже, видимо они были недостаточно мертвы и тупы, чтобы не понять смысл произошедшего.

— Секундочку. — Гоблин, явно доживающий последние секунды вдруг прервал свое занятие и уставился на свои ладони так, будто первый раз их видел. В голосе его звучало искренне удивление и даже какой-то шок. — Я что? Гребанный некрофил?!

— Тыы!!! — Сжимаемый в руке немертвой эльфийки кинжал полетел в Тимона. А следом она выхватила из-за спины лук и мгновенно наложив на него стрелу натянула тетиву, но…Отпущенному магу-телепортисту момента её жуткой ярости хватило, чтобы обеими руками вцепиться в висящий на шее артефакт. И телепортировать весь отряд прочь отсюда.

Леди Сильвана осталась посреди обломков, полных ментально связанными с нею и потому не растерзавшими живых баньши. Дикий хоровой вопль, буквально переполненный неизбывной ненавистью и вложенной в него темной силой, пронзил пространство, разносясь по всему Азероту и даже дальше.

Где-то за пределами мира вздрогнул Архимонд, уже почти закончивший формировать себе новое тело.

— Эльфы, — пробормотал он, в раздумьях потирая подбородок, на котором колыхались свежие недавно отросшие щупальца. — Все-таки это перспективная раса для Пылающего Легиона. Пусть даже за последние десять тысяч лет они несколько измельчали.

В Нордсколе вспыхнули колдовским огнем вмурованные в лед останки Нерзула. То, что осталось от великого чернокнижника орков, задумалось о том, что неплохо бы ему усилить свою защиту. Вдруг это существо, буквально переполненное яростью, задумает прогуляться на север.

Попытался вскочить с кровати Тралл, плывущий в недрах корабля в Калимдор. Поскольку заснул он в гамаке, то просто свалился на пол и от удара по голове лишился сознания. А когда очнулся, то содержание очередного кошмара вспомнить не смог. Но был полностью уверен — он был страаааашным.

Ворочающий в глубинах земной тверди Смертокрыл, предвкушающий скорую свободу, зашевелился еще активней. Ему понравилась ярость, звучавшая в этом женском вопле. Древний дракон решил, что наличие под боком подобной особы вполне может вылиться в полноценный брачный сезон, полный хаоса, насилия и разрушений.

У новой фаворитки Артаса, занимающейся крайне важным делом, свело челюсти. Проклятый принц окончательно потерял надежду завести наследника, если бы когда-нибудь в невообразимо далеком будущем он бы стал ему зачем-то нужен.

Глава 6

Жуткий вопль разорвал ночную тишину и мгновенно поднял на ноги весь отряд мародеров-лесозаготовителей, едва-едва унесший ноги из столицы Кель-Таласа. Эльфы, дварфы и один орк мгновенно проснулись и, опознав тональность гоблинского голоса, запаниковали. Весь день они бежали без перерывов, стремясь оказаться как можно дальше от разгневанной леди Сильвины и её баньши. Раненного кинжалом гоблина, получившего острую железяку прямо в живот, выносливые подгорные жители передавали друг другу как знамя. Никто еще не определился с тем, считать ли его поступком подвигом или просто счастливым совпадением аморальных наклонностей носатого коротышки и подвернувшегося отряду шанса удрать, но все были уверены в одном. Бывшая глава рейнджеров, ныне ставшая генералом армии нежити, такой позор не простит. И немедленно пустится в погоню, чтобы покарать виновника произошедшего и устранить всех свидетелей.

— Бежим! — Фиэль Златокудрая ударом волшебства вынесла стенку дома, в котором остановилась большая часть отряда. На удивление улица заброшенного поселка, выбранного в качестве места отдыха, не была полна агрессивных призраков. Нечленораздельный вопль сменился отчетливыми призывами помощи, ничуть не убавив в громкости. Из отдельно стоящего сарайчика, куда поместил раненного отрядный целитель чтобы тот своими стонами не мешал спать остальным, доносились звуки борьбы. Что-то падало, колотилось в стены, взрывалось. Пробив окно, в небо улетела шаровая молния, сыплющая во все стороны разрядами электричества. Зеленый коротышка явно сопротивляться нападающим и пытался дорого продать свою жизнь. — Эй, орк, ты почему не спасаешь своего напарника!

— Сами свою Сильвану попробуйте задержать! — Мал, как ему показалось, в одно мгновение понял истинный смысл слов предводительницы отряда. — Я не самоубийца! И вообще ей на один удар!

Последнюю фразу он уже сказал, перепрыгивая через забор отделяющий территорию поселка от подступающего к его стенам леса. Стройные хрупкие эльфы перепархивали эту преграду словно бабочки и, сломя голову, неслись под сень деревьев. Впрочем, массивные дварфы, не снимавшие на ночь доспехов, составляли им в этом деле достойную конкуренцию. Хрупкая изящная конструкция скрипела, не выдерживая веса карабкающихся по ней тел. А один коротышка вообще решил пройти ажурную конструкцию насквозь. Выбив с разбегу своим пузом целую секцию ограды, он поехал на ней дальше как на санях. И орк готов был прозакладывать кожу с собственной лысины, но если бы на месте декоративного заборчика стояла каменная ограда, с ней бы было то же самое. В такой панике и крепостные ворота могли мимоходом снести с петель.

— Как крчитит… — Лонари, оказавшаяся рядом с Малом, на бегу обернулась и кинула последний взгляд туда, где остался принимающий жуткую смерть гоблин. — Даже знать не хочу, какую больно надо испытывать, чтобы так орать.

— Так, а где нежить то? — Приостановилась предводительница отряда и принялась пересчитывать своих подопечных. — Так…Все тут, кроме гоблина, целителя и его помошницы…Может, на нас небольшой отряд некромантов натолкнулся?

— Труповодов бы Тимон не испугался. — Совсем невежливо толкнул её вперед орк. — Он же был самым гоблинистым гоблином среди всех гоблинов! Особенно после аварии нашего дирижабля, похоже выбившей из него весь страх, мозги и чувство самосохранения!

— Пожалуй, ты прав. — Златокудрая снова набрала шаг и поправила седую прядь, упорно лезущую ей на глаза. — Я мало знала этого паршивца, обладавшего помимо наглости еще и какой-то особенно харизмой, но обычных врагов он бы встретил достойно. Вурдалаков этот типчик грыз явно мог грызть зубами, костяных пауков пинать по животу изнутри, некромантов приносить в жертву их любимым демонам, а мясные танки продавать мыловарням в качестве сырья.

Новый отчаянный вопль, на этот раз женский, донесся из покинутого поселка, и даже расстояние не могло толком приглушить его.

— Помощница целителя. Лишь у неё был такой по-настоящему музыкальный голос. До война с нежитью девочка выступала в театре, а потом решила вместе с нами по руинам шастать и своему дяде помогать справляться с ранами. — Сплюнул на траву маг-телепортер, переходя с бега на шаг. — Эй! Все ком мне! Я, конечно, порядочно устал, но перенести нас шагов на тысячу сумею. Не знаю, одна леди Сильвана за нами пришла или может есть с ней небольшая свита, но так врагу придется потратить куда больше времени, чтобы обнаружить наш след.

Отряд чуть не раздавил наловчившегося пронзать пространства чародеев в своих объятиях. И в таком же виде перенесся куда-то вперед.

— Смотрите! — Вдруг пронзительно пискнула какая-то эльфийка и указала пальцем в направлении поселка. — Там! Там!!!

В воздух примерно на том же месте, где до этого находился отряд, поднимался столб недоброго темно-зеленого света. Что именно его вызвало, никто не знал, но природным явлением данная аномалия точно не являлась. Скорее уж результатом чьих-то чар. А поскольку кроме попавшего в переплет целителя, его ассистентки и их пациента отсутствующих не было…

— Загонщики. — Констатировал Мал, который как представитель расы орков очень любил охоты. — За нами следом идут скрытно какие-то твари. Но теперь они потеряли свою добычу и заволновались, созывая остальных.

— Почему тогда сразу не напали? — Спросил кто-то.

— Видимо Сильвана и вправду взяла с собой весьма маленький эскорт. — Пожала плечами Фиэль. — Нежить же по лесам не слишком быстро передвигается. Но сейчас она закончит играться с пленниками и пойдет нас преследовать. Расстрелять весь отряд по одному глава рейнджеров даже и при жизни смогла бы. А уж сейчас, когда её больше не тревожат ни страх смерти, ни усталость…

— Бежим! — Прервала речь предводительницы Лонари и тут же подала пример спешного отступления. — Только в стороны не надо рассыпаться! По одному нас нежить точно переловит рано или поздно, а группой может будет шанс прорваться!

— А вот где-то я слышал, что если бегать от снайпера, то добьешься лишь того, что умрешь уставшим! — Пропыхтел через несколько минуть тот самый дворф, который выбил своим пузом секцию забора. Кстати, среди себе подобных он был самым толстым и самым главным. А еще самым одоспешеным. Сквозь его железные доспехи далеко не каждый нож смог бы достать до тела, даже если бы резал сталь словно бумагу. Такую толстую скорлупу нацепил на себя этот типчик. — Уф! Клянусь всеми горнами Стальгорна, я это от первоклассного стрелка слышал!

— Это он тебе весьма расхожую байку впарил! — Ответила ему одна из эльфиек, вооруженная длинным луком. Последний как раз зацепился за какой-то чересчур прочный кустарник, и теперь девушка никак не могла освободить оружие. — Ты знаешь, сколько весит оружие снайперов и каких оно габаритов? Я могу подстрелить за пятьсот шагов лягушку, но вот играть вместе с ним в догонялки, стараясь не потерять убегающую мишень…Стойте! Да подождите же вы меня!

— Фух! Да ну его к демонам такие нагрузки, староват я уже для них. — Дварф в особо толстом доспехе развернулся и помчался к девушке. А после одним движением руки вырвал из земли ту цепкую пакость, которая не пускала дальше малохольную снайпершу. — Идите вперед, погоня здесь немножечко споткнется. Дайте мне кто-нибудь еще парочку заряженных ружей. Три не надо, последним выстрелить наверное уже не успею.

— Не несите чушь, десятник Строри! — Прикрикнула на него Фиэль. И тут в ночи раздался далекий вой. В нем явно переплетались несколько голосов, тягучий звук 'У-у-у-у' несся над лесом. Запнувшаяся на середине своей патетической речи эльфийка продолжила уже гораздо тише и неуверенней. — Мы уйдем все вместе.

— Нет. — Снайперша отцепила от своего оружия вырванный куст и наложила на тетиву стрелу, чье древко украшали светящиеся в ночи руны. — Они уже близко, слышите? Идите без нас. Я подвернула ногу на расчистке завалов и тоже долго бежать не смогу. Папаша, подсади ка меня на дерево, может там не сразу достанут и успею опустошить колчан.

— Хе, возможность потискать такую молоденькую попку стоит того, чтобы раньше времени отравиться к Небесному Горну! — Довольно хмыкнул старый вояка, с готовностью выполняя команду. — Ну, чего встали и смотрите на меня, как горные бараны на новую кузню? А ну пшли отсюда, молодежь!

И они пшли. Отряд несся по ночному лесу вперед, не делая остановок на своем пути…До тех пор, пока их ушей не достигли звуки выстрелов. Сначала одного. Потом, через показавшийся нереально долгий промежуток, второго. А последнего так и не было, один из оставленных пожилому дварфу мушкетов так и не успел ему пригодиться.

— Впереди река! — Крикнул кто-то из вырвавшихся вперед эльфов. — Надо сделать переправу и взорвать её за собой, нежить не любит воды и станет искать брод!

— Так все мосты в округе вроде еще сами леди Сильвана и ломала, когда еще живой была. — Несколько удивилась Фиэль. — Я сама тогда где-то здесь пыталась помешать переправе некромантов.

— Долго ли пару деревьев повалить? Мы, конечно, не гоблины, но тоже со взрывчаткой кой-чего могем. — Констатировал один из дварфов, оглядываясь по сторонам и сжимая в руках рог с порохом. — Эй, лесные жители, а ну найдите мне подходящую лесину, чтобы до того берега достала. А уж я то её как надо мигом уроню.

Водная артерия несла свои могучие воды быстро и гордо. Пересечь её нечего было и пытаться, дварфы бы до другого берега в своих доспехах точно бы не доплыли. А худосочных эльфов таким течением могло и к океану унести. Понятное дело, наладить мгновенную переправу все-таки не получилось. А когда вековая ель все-таки рухнула, подметя макушкой песок противоположенного берега реки, Фиэль при помощи своей магии почувствовала погоню.

— Я не чую мертвых, но к нам приближается пятеро живых! — Рявкнула она, буквально пинками под зад заталкивая на неустойчивый мост первого из дварфов. Получалось у него не очень. Пятая точка подгорного жителя отличалась изрядным бронированием, а туфельки с консервными ножами вряд ли имелись в гардеробе даже самой завзятой эльфийской модницы. — Это не может быть никто кроме некромантов! И они должно быть как всегда прутся позади своих тварей! Только скрывают их от поисковых заклятий.

— Мы их задержим. — Произнес один из мечников отряда, переглянувшись с собратьями. — Вперед, братья. Покажем, на что способны последние мастера клинка из Кель Таласа!

— Пороху мне. — Решил минер, спрыгивая с собственноручно сделанного моста и едва не плюхаясь в воду. — И фитиль в зубы. Догоню Строри по дороге к Небесному Горну, а то этот сквалыга три серебряных должен остался.

— Какого демона?! — Фиэль в прямом смысле слова всучила Лонари в руки Малу. А после напутственным подзатыльником задала направление вынужденно обнявшейся парочке для бега с препятствиями по шаткой и скользкой переправе. — Вам чего вдруг так резко в героев поиграть захотелось?!

— Все не уйдем. — Хмыкнул мастер по обращению со взрывчаткой, вырывая порох из рук у своей молодой копии. — Мост получился слишком капитальным, сворачивать его тоже с этой стороны надо. Если ему просто снести лежащую на том берегу макушки ели, нежить все равно пройдет. Только лапы немного замочит.

— Отец, мы тебя не оставим! — В голос возмутились два дварфа, один из которых уже лишился своего пороха.

— А ну вперед! — Обоих братьев затолкал на бревно еще один подгорный житель. Причем отвесил им на дорогу такого тычка, что они едва не сбили обнявшуюся орочье-эльфийскую парочку. Выросший вдали от крупных водоемов Мал панически боялся мокрой стихии и потому держался за Лонари, как за спасительный круг. А та возмущенно сипела и пыталась снять крепко вцепившиеся в нее руки орка со своей груди. Ну, или хотя бы просто вздохнуть. — Молоды еще геройствовать. Да и вы идите, леди.

— Но… — Попыталась возмутиться Фиэль, однако тут не слушая её возражений дварфийский ветеран схватил хрупкую волшебницу за руку, нагнул до своего роста, смачно поцеловал обдав ароматом чеснока, перегара и табака. А после запихнул уже готовящуюся испепелить наглеца ведьму на бревно, от всей души ущипнув напоследок эльфийку за задницу. От боли и возмущения предводительница отряда рванула вперед и остановилась лишь на середине бревна. Хотела было вернуться назад, но тут из леса донеслись зычные боевые кличи, с которым мечники Кель Таласа обычно бросались в атаку. Видимо они уже заметили врага и решили порадовать его встречным ударом. Скрепив зубы и послав на прощание минирующим дерево дварфам пару уже бессмысленных для них угроз, Златокудрая поспешила вперед, потирая пострадавшее место.

Зычных кличей больше не было слышно. А звон клинков с такого расстояния даже чуткие уши эльфов вряд ли бы уловили. Уже догоняя остатки отряда, Фиэль услышала одинокий выстрел. И с трудом смогла заставить себя обернуться, чтобы посмотреть по кому он был сделан. На удивление, дварфы недоуменно смотрели в лес, не переставая готовить лесину к подрыву. Неужели кто-то из отрядных мечников взял с собой их мушкет? Ну, не лишено логики. Быстрый боец имел некоторые шансы прорваться мимо нежити и разрядить картечный залп в упор по некромантам. Вряд ли подобное их убьет, но даже легкие раны никаким преследователям прыти не добавят. Запалив фитиль, пара смертников помахала на прощание девушке и, подхватив оружие вместе с остатками пороха, углубились в лес. Взрыв сваливший импровизированный мост в воду окончательно похоронил им возможность отступления.

Утирая непонятно почему начавшие капать слезы, Златокудрая упорно вела остатки своих бойцов через лес. Мелькали деревья, оглядывались назад братья, оставившие на том берегу отца. Стволы лесных исполинов быстро скрыли реку. Новый взрыва, ознаменовавший конец отважных дварфов, отряд услышал уже еле-еле. И через довольно продолжительный промежуток времени. Это заставило Фиэль злобно выругаться. Если бы знать сразу, что нежить не сможет быстро расправиться с пошедшими в самоубийственную атаку мечниками! Тогда бы минерм только и надо было сделать запал побольше и бежать по еще целой переправе. У них бы еще и время осталось, чтобы свои доспехи на бережку водой сполоснуть от налипшего лесного мусора!

— Не расслабляться! — Велела Златокудрая, устало вздыхая и чувствуя, что после этой ночи у неё вполне может добавиться седых прядей в шевелюре. — Вряд ли командиры нежити тупее нас и не догадаются свалить подходящее дерево! А вурдалаки своими зубами работают быстро…

Подбодренные такой информацией, дварфы и эльфы бежали, бежали, бежали… Долго бежали. Даже уже на шаг как-то сами собой начали переходить, без всяких команд и указаний. Сказывалась бессонная ночь, а также общая усталость от тяжелой и опасной работы в последние дни. А потом откуда-то из-за их спин вылетела пылающая стрела. С изрядным перелетом она вонзилась в ствол одного из деревьев, никого не задев. Однако лучшего намека о своем наличии рядом противник дать бы не ухитрился при всем желании. Эльфийское зачарованное оружие тоже нельзя было не узнать.

— Сильвана. — Выдохнула Фиэль и закусила губу. Гадать, как именно мертвая глава рейнджеров догнала их было бессмысленно. В конце-то концов, у нее столетий рысканья по лесам Кель Таласа больше, чем у самой Златокудрой педагогического опыта. — Так! Слушай мою команду! Телепортируйтесь и бегите дальше! А я её задержу.

— Но… — Попытался было заикнуться волшебник, сжимая в руках артефакт, который из-за слишком частого использования уже не мог в ближайшие сутки дать ему дополнительной маны.

— Не спорить! — Острое зрение эльфийки уже различило среди деревьев медленно идущие вперед фигуры, среди которых имелся тонкий женский силуэт с огромным луком. Пальцы сплелись в жесте, выставляющем вокруг бывшей нянечки способный отклонить стрелы в стороны воздушный щит. — Уходите! Я потрачу всю свою магию, но смогу её достать. А к тому моменту, как леди Сильвана регенерирует, вы уже должны быть далеко! Не спорить, я сказала! Исполнять!

С негромким хлопком отряд исчез. Вряд ли он перенесся слишком далеко, но…Даже такой отрыв лучше, чем встреча лицом к лицу с генералом армии нежити. Фиэль Златокудрая глубоко вздохнула, собрала все свои магические силы в кулак и принялась ждать вестницу своей смерти.

— По крайней мере больше не надо будет искать краску. — Как-то отрешенно подумала она, мысленно колеблясь между двумя самыми эффективными заклятиями в своем арсенале. Гнев природы должен был оживить несколько деревьев и натравить их на врага. Учитывая, что на раны получившиеся конструкты реагировали еще меньше, чем нежить, ущерба они могли причинить немало. Тиски корней, чары недавно пущенные ей в ход против толпы вурдалаков, теоретически могли причинить больше ущерба. Особенно если применять их не на площадь, а по одиночной цели. Но от дробящих объятий оживленных корней можно было увернуться, скажем взлетев или просто убежав. А вот ожившие деревья могли преследовать свою цель и не остановились бы раньше, чем окажутся уничтожены. Ну, или раньше, чем кончится питающая их магия.

Эльфийка с длинным луком шла вперед. Видимо где-то себе нормальную одежду леди Сильвана все же нашла. Теперь её мертвое тело скрывал стандартный плащ рейнджеров вкупе с накинутой на голову маской-капюшоном. За спиной её двигались другие фигуры, мало похожие на вурдалаков или некромантов…Присмотревшись, Фиэль ахнула и закусила губу до крови. Следом за генералом армии мертвых шли погибшие члены отряда самой Златокудрой. Пошатываясь и неловко ковыляя покойники, чьи тела наверное еще не успели остыть, приближались к своей командирше. Вот эльфы-мечники полным составом. От былой грации не осталось и следа. Стремительные при жизни бойцы тащатся так, словно у каждого на ноге висит по гире, спины сгорблены. При ходьбе периодически опираются на свое оружие, словно на костыли. Вот целитель со своей помощницей, оба вместо одежды теперь несут заляпанное чем-то темным рубище. Знакомая картина, почти так и выглядят трупы, погибшие от клыков нежити. За ними гуськом следуют дварфы, еще более неуклюжие и грузные чем обычно…Не все. Ну да, минеров наверное на мелкие клочки разорвало, учитывая сколько пороха они при себе имели. У самых ног бывшей начальницы рейнджеров Кель-Таласа семенит маленькая фигурка гоблина, дышащая ей в пупок.

— Ай! — Почти утративший координацию движений коротышка споткнулся и полетел кубарем, об который запнулась леди Сильвана. Фиэль едва не спустила свои чары с поводка, наплевав на то, что враг еще не подошел на дистанцию эффективного поражения. Однако, как с удивлением констатировала она, даже смерть поменяла наглого гоблина не сильно. Если бы он еще мог соображать, то непременно возгордился бы своим поступком сверх всякой меры. Особенно учитывая, в какой позе растянулась поверх него некогда красивейшая из защитниц Кель-Таласа. Кстати, как-то у нее голос изменился, он теперь больше не был таким сиплым. — Ты куда мне тычешь своим локтем?! Немедленно убери его оттуда!

— Это не локоть! — В душе у Фиэль зародились какие-то еще не сильно оформленные подозрения. А руки сами начали искать под рукой что-нибудь тяжелое. Похоже, гоблин был вполне себе живым. Во всяком случае вряд ли бы Сильвана оставила своей новой ручной собачке достаточную свободу воли, чтобы так нагло к ней приставать. — Это нос!

— Да встань ты с него. — Один из мечников упер меч в землю и оперся об него. А после поднял с маленького зеленого поганца…Подвернувшею ногу во время раскопок снайпершу.

— Вы живы. — Фиэль на несколько секунд заподозрила, что находится под воздействием чар и все происходящее ей только кажется. Но нет, все происходящее было реальностью. — Живы.

— Угу, все более-менее в порядке. — Кивнул целитель. — Только я в плечо пулю поймал, а Строри от моей племянницы получил за меткую стрельбу ногой по яйц….Кхм. В общем чудо, что в темноте мы друг друга не перебили и не перестояли. Тем более учитывая, что оставленные вами засады ждали не нас, а нежить.

— Так Сильваны тут не было? — Констатировала Фиэль без сил садясь на песок. Теперь она поняла, почему бойцы так медленно ковыляли. Она сама то теперь двигалась как восставший из могилы труп, вся трясясь от пережитого напряжения. Да плюс длительные пробежки после дня и так заполненного спешным маршем… — И нежити тоже?

— Да какая нежить?! Я ору, ору, зову на помощь! А вместо подмоги мимо того сарайчика, куда меня заселили, какое-то стадо паникующих мамонтов пробежало. Вы же забор снесли! И стенку в доме! — Возмутился гоблин, так не вставая с земли. — Я и звал, и светил, настоящий прожектор там на окраине поселка вверх выдал, сам не думал, что так умею. Мы когда следом за вами гнались, изо всех сил 'Аууу!' кричали…Пока на залп не нарвались. А потом едва не оказались зарезаны ушастыми урками с их финками переростками! А психованные дварфы-камикадзе нас едва не подорвали! Хорошо удалось убедить их в том, что лучше порох потратить на изготовление второй переправы. Ох, как ноги гудят! Ну и здоровы же вы драпать!

— А чего ты кричать то посреди ночи начал? — Ласково осведомилась Фиэль и от гоблина все начали почему-то отходить в сторону. — Истошно так, с надрывом, будто насмерть испугался.

— А я и испугался! Кто бы не испугался, если проснется посреди ночи связанным? Видите ли наших эскулапов, перебравших на ночь успокоительного, с пьяных глаз на подвиги потянуло! — С достоинством ответил зеленый коротышка, чей нос видимо никак не чувствовал грядущие неприятности. — Просыпаюсь я значит, замотанный в кокон как гусеница. А эти упыри-медики торжественно вещают о возмездии, которое покарает святотатца, посмевшего телекинезом потискать мощи их троюродной бабушки! И наполняют клизму! Двухведерную! Я ж от нервов там вообще чуть не пришиб эту парочку дегенератов к демоновой бабушке! Орал, вопил, звал на помощь, отплевывался молниями от этих укурков! Надеялся, что кто-нибудь придет, развязаться поможет ме! Ме? Мееееээ!

Заклинание полиморфизма никогда не относилось к числу любимейших чар Фиэль. Однако их уже давно сделали обязательной частью испытаний на звание старшей волшебницы и потому Златокудрая их знала. Что могла потвердеть мелкая овца с зеленоватой шерстью и удивительно длинным носом.

Глава 7

— Куда?! Куда он подевался?! — Маленький гоблин бегал кругами вокруг большого орка и у того от этого мельтешения и панических воплей уже начинала кружиться голова. Длинноносый и ушибленный на всю голову карлик явно слишком близко к сердцу принял свою потерею. Он подпрыгивал на месте, заглядывал во все шкафы, порывался обыскать мусорные корзины, будто там могла отыскаться пропажа. А ведь чего-то подобного и следовало ожидать, если вспомнить его прошлые достижения. — Где? Я спрашиваю, где?! Где мой водород?!

— Опять? — Тихонько спросил у Мала десятник Строри, с улыбкой наблюдая за пытавшимся рвать на себе волосы гоблином. Последнему провести процедуру экстремальной депиляции мешал тот факт, что его короткая стрижка от лысины орка отличалась совсем незначительно. — Откуда на этот раз испарился этот летучий газ?

— Из железной бочки, крышку которой Тимон накануне лично приваривал наглухо. — Мал всегда полагал, что изготовление дирижаблей дело не простое. Иначе бы гоблины не драли за воздушные суда и перевозимые на них товары такую жуткую цену. Верее, раскошелиться они бы заставляли покупателей все равно, но несколько меньше. Ведь высокая стоимость просто отпугивало большинство клиентов, чего жаждущие наживы коротышки не могли не понимать. — Что-нибудь более плотное и герметичное у вас есть?

— Навряд ли. — Покачал головой дварф, знающий местные запасы как свои четыре пальца. Как-никак он являлся одним из наиболее старых и уважаемых жителей спрятанной в скалах деревеньки, куда в конечном итоге пришел отряд, чтобы отдохнуть и пополнить припасы. — Вертолеты и всякие такие особые материалы, которые в них применяют, ближе Стальгорна не найти. На заставе, которая караулит перевал в двух днях пути отсюда, есть танк. Но вряд ли вам подойдет его броня, даже если гоблин каким-то образом ухитрится её купить или спереть.

Мал немного подумал и решил, что Тимону он о бронетехнике говорить не будет. Поскольку с пытающегося построить воздушное судно паршивца станется действительно украсть весь танк целиком и хорошо если не с экипажем. А после подорвать его, стараясь запустить в небеса. Доведенный до полного озверения многочисленными неудачами с постройкой модели дирижабля зеленый коротышка мог пойти и не на такие глупости. Хорошо еще, что любой постоянный поселок дварфом или гномов имел мастерскую, в которую пускали всех желающих поработать. Правда, материалы все равно приходилось покупать за свой счет…

— Сколько у нас осталось полученных от Фиэль денег? — Повернулся к орку Тимон, будто прочитавший мысли своего компаньона. К удивлению орка, совсем уж убыточным их рейд по лесам не оказался. Однако и на то, чтобы жить и не тужить полученной суммы, конечно же, не хватило. Особенно учитывая то, что три четверти средств уже было спущено на попытки гоблина собрать какие-то понятные только одному ему механизмы.

— Десяток серебряных. — Мала проблема отсутствия финансов волновала не слишком. В лесах было полно дичи, а уж если попадется нежить…Ну на трупах некромантов как правило бывают неплохие украшения и ценные артефакты.

— Маловато для задуманной мой серии экспериментов. — Гоблин еще больше ускорил темп своих метаний. По ногам его стали проскакивать голубоватые искорки электричества. К ним немедленно начал стягиваться весь имеющийся в мастерской мусор, включая металлическую стружку. Дварф расплылся в улыбке, радуясь, что в помещении стало чище и значит можно еще пару лет не убираться. Если, конечно, сюда не вовремя какая-нибудь женщина не заглянет.

— Девять серебряных. — Тут же поправился Мал. — Один уйдет на стирку твоей одежды. Прачки сейчас дерут за свой труд так, словно являются охотниками на нежить. Говорят, цены на мыло подскочили.

— Вот же гадство! — Гоблин остановился, оглядел себя и безуспешно попытался отряхнуться. — Строри, а твой старший брат, ну который старейшина, он от нас древесину примет? Или только с эльфами работает?

— Возьмет, как не взять. — Качнул головой местный житель. — Товар честный, да еще и прибыль изрядную приносит. Вот только как вы планируете вдвоем бревна таскать? И почему не хотите больше работать с Фиэль и её отрядом? Неужели до сих пор не простил волшебницу за ту историю с овцой? Она же вроде принесла свои извинения и признала, что зря вспылила.

— Чтобы эти извинения были приняты, ей надо одеть черное кружевное белье и прийти ко мне в комнату, когда там посторонних не будет. — Сально ухмыльнулся гоблин и начал разгребать завалы, оставшиеся после его работы на одном из верстаков. — Вот тогда бы я её с удовольствием простил. Раз пять-шесть.

— Губа не дура. Я бы тоже не отказался, будь хоть лет на сто помоложе. — Хмыкнул дварф и провел рукой по усам, залихватски подкручивая их. — Только при эльфийках в зоне слышимости такого не ляпни. Прибьют не глядя, что ты такой ущербный.

— Ну, вы ведь меня не выдадите. — Подмигнул ему гоблин, продолжая чего-то искать. — А вообще я ей сразу предложил альтернативный вариант. Обучить меня этому заклинанию. Отказалась, зараза, утвердает, что оно безмерно сложное. Как-никак двойная иллюзия. Одна обычная, придает цели внешний вид овцы, а вторая ментальная, воздействующая на мозги жертвы и заставляющая её опуститься на четвереньки и блеять.

— Да ну? — Удивился Мал. — Так вот оно чего! А я то еще думал, почему попавшие под это заклинание неминуемо расколдовываются обратно, даже если чары снять некому.

— Не, ну в принципе настоящая трансформация тела вполне возможна при помощи магии. — Почесал затылок отверткой Тимон. — Только если она будет настолько сложной…Короче, по плечу её будет освоить лишь архимагу, да и то не сразу. А тем чародеям кто рангом пониже придется в лучшем случае пользоваться костылями артефактов. А! Вот! Нашел!

— Относительно удачные образцы. — Отвертка вновь принялась чесать затылок гоблина да так, что от того вниз начали лететь кусочки содранной зеленой кожи. А во второй руке проведшего последние несколько суток в мастерской носатого карлика болтались два предмета, похожих на ремни. — Первое, прожигающий пояс. По сути дела, модификация термитной зажигательной гранаты, только плоская. Удачно получилось, что нашлось много материалов для фейерверков. Да, кстати, я извел весь металл, который горит очень ярким солнечным светом. Он сильно был нужен?

— Не страшно. — Отмахнулся дварф. — У нас и раньше-то шутихами народ не особо баловался, а теперь их и вовсе не запускаем, чтобы нежить не привлечь. Да и не лежат ценные и редкие материалы на видном месте, мы их под надежными замками прячем.

— Да там вроде как раз и висело чего-то на шкафчике. — Призадумался гоблин, но тут же сменил тему. — В общем, неважно! Эта штука шутя прожжет сталь! А уж за деревом, даже самое прочным, придется следить, чтобы огонь далеко не ушел. И оно в нужную сторону упало.

— Да, получить по башке лесиной неприятно. — Почесал голову дварф. — А уж если она корабельная то все, встречайте предки. Такого даже двухголовый огр не выдержит. А ведь именно такие скупают на побережье, не жалея золота. Нет, обычные бревна или там доски тоже купят, но спрос уже не тот…

— Я помнил об этом при разработке. — Кивнул гоблин и качнул второй висящей в его цепкой лапке штучкой. Звякнули приделанные к ней колеса. — Вот! Колесно-ременная упряжь! При помощи десятка таких штук, моих навыков в поднятии тяжестей силы мыслей и одной орочьей силы, даже очень тяжело бревно можно будет катить всего вдвоем! Как тачку.

— За одно бревно вы много не выручите. — Заметил дварф, доставая из кармана трубку и огниво. — Хотя на миску похлебки каждый день, пожалуй, хватит. Если особо не шиковать и притаскивать их к подножию гор, где у нас сборный пункт для караванов, хотя бы по десятку в месяц.

— Пф! — Гоблин гордо задрал нос к потолку. Одной орочьей силе немедленно захотелось уткнуть его обратно в пол. Ну, чисто в смысле взаимопомощи, чтобы у его напарника голова не закружилась. — Я думал об этом. И нашел замечательный выход! Зачем вести деревья к вам, чтобы потом транспортировать их на побережье сушой, если реки рано или поздно попадают в океан? Ну, еще варианты с озером возможны, но их можно отбросить благодаря работе с картой.

Мал тяжело вздохнул. Воду в больших количествах он не любил. Очень не любил! Но эта проклятая данная некогда клятва…И ведь нельзя сказать, что гоблин нарушает некогда взятые на себя обязательства. Его сразу предупреждали, что от этого племени можно ожидать любых безумств, причем на регулярной основе. Наверное, надо было все же попробовать поднять бунт в резервации и уходить в леса и горы. Родное племя Тралла и его закадычного дружка Грома Адского Крика ведь как-то отсиделись? Хотя ходят слухи, что они просто хорошо дали на лапу каким-то дворфам-радикалам, чтобы те 'не замечали' гостей на своей земле.

— В общем, нам надо будет только найти подходящую корабельную рощицу у реки, дотащить бревна до воды и сделать плот. — Победно вещал гоблин. — А дальше останется лишь сплавляться нам нем туда, где товар с руками оторвут. Как вам план? По-моему — гениально!

— Только об одной мелочи забыл. — Хмыкнул местный житель и раскурил трубку. — О нежити. Думаешь, она не следит за реками? Твари конечно не любят воду, как-то она там нарушает наложенные на их гнилые тела чары, но покараулить добычу у брода не откажутся. А некроманты так и вообще если не будут мух ловить, то могут уничтожить вас с берега не только магией, но и артиллерией. Их передвижные катапульты-труповозки бьют точнее, чем этого хотелось бы живым.

Гоблин как стоял, так и сел. Не выпустив из рук ни колесно-ременной упряжи, ни прожигающего пояса. Глаза его округлились, сквозь зубы прорвалось злое шипение, а ушастая башка с размаху впечаталась в пол сразу и лбом, и носом. Из последнего немедленно закапала кровь, почему-то исходящая на открытом воздухе искорками молний.

— Проклятье! Проклятье! Проклятье! Да что со мной такое?! Почему я не могу контролировать свои душевные порывы?! Как так получается, что золотые руки и острый интеллект соседствуют с катастрофической невнимательностью к деталям?! — Коротышка продолжил самоистязание, колотясь головой о камни. Последние мялись и начинали оплавливаться в крови чародея-самоучки, словно куски льда в теплой воде. Мал и Строри бросились успокаивать буйствующего Тимона, пока он не подорвал всю мастерскую либо взрывчаткой, либо магией. — Почему меня тянет смотреть на огонь, взрывы, драки, способных оборвать гоблину все выступающие части тела эльфиек в неглиже?! Чем я так стукнулся и какой дряни ненароком сожрал, что уже целую неделю мечтаю покурить на бочке с порохом?! По какой причине не получаются простые и элегантных конструкции? В голову сами лезут монструозные технических уроды, для выполнения поставленной задачи вынужденные иметь с десяток слабых мест!

— О! Я понял! — Мал прекратил удерживать пытающегося нанести себе тяжкие телесные повреждения гоблина. — Я понял! Ты же забыл о каджамите!

— Я ничего не забыл! — Возмутился придавленный дварфом Тимон, немного успокаиваясь. С него даже электрические разряды соскакивать перестали. — Я все помню! Вернее, не помню почти все, но это в памяти осталось. Каджамит является особо редким и ценным минералом. Именно благодаря ему некогда загнанное в шахты племя троллей-рабов превратилось в гоблинов! Хотя, тролли и их потомки, похоже, и так отличаются сильно нестабильным геномом. Иначе как объяснить, что часть их мутировала в ночных эльфов, а часть ночных стала высокими?

— Я ни капли не разбираюсь в том, кто от кого и как произошел, но на всякий случай напомню тебе основные сведения о каджамите и его влиянии на гоблинов. Только учти, хоть мне рядом с вашим племенем пришлось научиться всяким разным мудреным словечкам, но чего-то могу и перепутать. — Решил Мал, напрягая память в попытках найти как можно лучшие слова. Кожа на лысом черепе пошла морщинистыми складками от усилий. — Так вот, каджамит. Это минерал пока смогли найти в одном единственном месторождении. И давным-давно его выработали. Однако за тысячелетия, которые гоблины провели в его добыче, он стал им необходим. Отсутствие его является не жизненно важным, но из-за этого вашей расе приходится иметь дело с рядом неблагоприятных побочных эффектов.

— Угу. — Голос Тимона до боли напомнил передернувшемуся дварфу речь леди Сильваны, таким хриплым он стал. — Продолжай.

— Ну, первый и самый известный недостаток гоблинов это жадность. Хотя не могу сказать, является ли это следствием нехватки каджимита или просто ты и твои сородичи всеми пытаетесь накопить на то, чтобы приобрести себе хоть немного минерала. — Орк поскреб лысый череп. — Скорее все-таки второе. Во всяком случае, вокруг вашей подземной столицы Андермайна перекопана каждая горсть земли в поисках крупиц каджимита. И не по одному разу. А уж та порода, которую тысячи лет назад сваливали в отвалы как слишком бедную, вообще просеяна частым ситом.

— И чего же со мной происходит от недостатка каджимита? — Голос Тимона буквально звенел от напряжения. — Снижается критичность мышления? Психика идет в разнос и на ней паразитируют десятки всевозможных маний и фобий? Гормоны льются из ушей, поскольку железы внутренней секреции выделяют их в слишком больших количествах для столь маленького тела?

— Эм…Я не понял, чего ты сейчас сказал. — Честно сознался орк. — Но без каджимита гоблины дуреют. Причем не глупеют, а именно дуреют. Вы можете перемножать в уме трехзначные цифры и помнить свою родню до десятого колена, но при этом радостно хихикать, взирая на зажатый в лапе динамит с горящим фитилем. И как-то вы совсем перестаете бояться идти на риск, пусть даже смертельный. Вплоть до того, что среди наемников попадаются гоблины-камикадзе, не видящие ничего дурного в том, чтобы обвязаться динамитом и подорвать себя в гуще врагов.

— А то и друзей, если им попробуют золото зажать, ссылаясь на то, что те не успеют его потратить. И ведь сразу после получения монет в свой карман эти самоубийцы готовы идти на дело. И о том, чтобы с кем-нибудь поделиться своими деньгами даже и не думают. — Добавил дварф, прислушивающийся к разговору. — Еще вы очень любите все больше и опасное. И чем оно здоровее и смертоносней, с тем большим восторгом пищите. К тому же просто сходите с ума от огня и взрывов. Гоблины — главные производители и покупатели фейерверков. Красивый салют является, пожалуй, единственным, что может затмить в ваших глазах даже блеск золота. Ну, хоть на какое-то время.

Гоблин застонал и снова принялся биться головой об пол, приговаривая сквозь зубы что-то о том, что он является ненормальным психом.

— Успокойся! Ты, конечно, более ненормален чем большинство представителей вашей расы, но на фоне подрывников абсолютно нормальный псих! — Встряхнул его Мал. — Только со мной сколько лет летал на дирижабле и как-то не спалил его. Конечно, не один из торговых баронов, которые самые рассудительные, хитрые и мозговитые из всего гоблниского племени. Однако же и не подзаборная шантрапа, неадекватная до полной потери чувства самосохранения.

— Значит, чтобы стать нормальным и полностью контролировать себя, мне нужен каджимит. — Тимон уже не буйствовал, а комфортно так лежал в луже собственной крови и спокойно рассуждал. — Пумба, а ты насчет рыночной стоимости одной дозы не в курсе?

— У тебя однажды был выбор. Купить её или вытащить подыхающую семью орков из резервации людей. — Спокойно сказал Мал и потер лысый череп. — Только потому, что ты тогда сделал правильный выбор, я тебе еще не прикончил. И никогда не попытаюсь сделать этого в дальнейшем, если ты вдруг не станешь врагом орочьего народа или моего клана. Если бы у нас еще был дирижабль, ты мог бы обменять его на каджимитовую пилюлю. Может даже на полторы.

— А эффект от их приема временный или постоянный? — Заинтересовался гоблин. — Впрочем, чего это я, конечно временный. Иначе между ним и должниками лишь полный идиот стал бы выбирать вторых. Ведь с нормально работающими мозгами он быстро заработает достаточную сумму, чтобы начать выкупать орков из плена пачками. А сколько длится кто-нибудь знает?

— Ну, кажется, я слышал, что чем больше гоблин безумен, тем меньше от каджимита эффект. — Неуверенно пробормотал Мал. — Тебе стандартной порции каджимита надолго точно не хватит. Ну, может месяц. В лучшем случае.

— Значит, придется нам все-таки сплавляться по реке, наплевав на нежить. — Решил гоблин после минуты молчания. — Риск риском, но нужен более устойчивый фундамент для будущего благосостояния, чем работа на чужого дядю. Вернее, очень симпатичную чужую тетю, учитывая личность Фиэль. В конце-то концов, где сейчас проклятый принц Артас и основные силы некромантов?

— Вроде бы в столице Лордерона, новые армады тварей создают, чтобы проломить ими оборону побережья. — Неуверенно заметил дварф. — Но не факт, что ему не захочется с диверсионным отрядом сплавать по как раз той реке, которую вы выберете для своего маршрута. Этот типчик известен именно своими внезапными и дерзкими атаки в те места, где его не ждут или на худой конец слишком плохо подготовились.

— Да, риск является высоким чрезвычайно. Мне это отчетливо ясно, как ясно и то, что без опасности для жизни быстро золота нам не заработать. — Задумчиво пробормотал гоблин. — Эй, Мал, как ты насчет идеи рискнуть шеей?

— Воду не люблю. — Категорично заметил орк. — Но в принципе за. Бедность не люблю еще больше. Хороший воин всегда должен иметь достойное его оружие, броню и женщин. Кстати, неужели ты наконец смог запомнить своей ушибленной башкой мое имя?

— Я его еще с первого раза выучил. — Хмыкнул Тимон. — Но не обольщайся, в дальнейшем ты опять станешь Пумбой. Смотреть на то, как кто-то злится, это так забавно! Я просто не могу удержаться!

— Определенно ему нужен каджимит. — Сокрушенно покачал головой Строри, и Мал был вынужден согласиться. Хотя бы из чувства собственного достоинства и надежды, что получивший дозу редкого минерала гоблин будет вести себя хоть чуть-чуть более адекватно. Весьма слабой надежды, к слову сказать.

Остаток дня напарники провели в праздном безделье, готовясь к предстоящему выходу в опасные леса. А ночью…ночью на них напали.

— Что?! — Честь и достоинство Мала серьезно пострадали. Впрочем, любой орк, проснувшийся связанным и с прижатым к горлу клинком, немедленно бы оскорбился. Застать его врасплох это еще ладно, но подсыпать в еду сонное зелье, а ничем иным столь крепкую дрему было не объяснить…Это уже оскорбление! Которое смывается кровью!

— Молчи! — Шикнула на него Лонари. Она и еще десяток эльфов находились в комнате, выделенной гостеприимными дворфами для постояльцев. И все незваные гости были, что называется, при полном параде. Хоть сейчас в бой.

— Оу, я конечно рад, что посреди ночи просыпаюсь от нежных рук эльфиской девы, теребящей мою самую чувствительную часть тела, но гардероб ты выбрала неудачно. — Гоблин, судя по сиплому голосу, получил куда большую дозу отравы и никак не мог решить, находиться ли он среди живых или как всякий спящий странствует среди духов. — У меня в принципе нет предубеждений против легкого насилия по обоюдному согласию. Однако зачем ты нацепила на себя весь комплект кожаной брони, вместо уместных в такой ситуации трусиков того же материала? Да и компанию вы сюда взяли излишне большую. К тому же в ней слишком много представителей мужского пола, а это изрядно нервирует. Мало ли, вдруг они настолько больные извращенцы, что смогут нас перепутать?

— Ч-чего?! — Фиэль Златокудрая покраснела так, словно у нее в роду были саламанды. Казалось, поднеси к её коже лучину — и та вспыхнет. — Что за бред ты несешь, мерзкое отродье?!

— Уши, говорю, хватит теребить! Отпусти, пока не оторвала к демонам! — Орк признал, что ошибался в своих выводах. Тимон был бодр как никогда и неимоверно зол. Именно этим и объяснялся его необычный тембр, зеленого карлика в прямом смысле слова душили эмоции. — И выкладывай, чего тебе надо. Даже если жители Кель-Таласа решили сделать отныне своим призванием грабежи, то жертв совсем не обязательно прижимать к полу пятью копьями и держать внутри магической печати неясного назначения!

— Ну, почему же неясного? — Фиэль Златокудрая все же довольно близко общалась с аристократами эльфийского государства и потому неплохо умела владеть собой. Нет, она оставалась все так же взбешенной словами своего пленника, но никогда бы не стала делать глупости или напрасно его оскорблять. — Очень даже распространенные печати. Особенно в тюрьмах. Опустошают резерв разного рода колдунов и не дают ему восполняться. Правда, судя по скорости с которой заполняется артефакт-накопитель, надолго её не хватит. Максимум до утра. Но за это время я надеюсь узнать правдивый ответ на вопрос, 'Кто ты такой?'. Или вернее, 'Что ты такое?'.

Глава 8

— Какие громкие слова и совершенно без всяких оснований брошенные в мой адрес. — Перемотанный даже не веревками а настоящими цепями лежащий в центре пылающей сиреневым светом магической фигуры гоблин был самим воплощением язвительности. — И кто же я тогда по вашему? Шпион плети? Сохранивший нормальную внешность вурдалак? Больной экзотической болезнью вызвавшей позеленение кожи некромант-карлик?

— Вряд ли. При всей моей ненависти к сектантам, вербовать и обучать предателей они умеют. — Холодно улыбнулась ему Фиэль. — Принц Артас убил своего отца и почти уничтожил родной Лордерон. Кел-Тузед сманил обещаниями бессмертия чуть ли не половину магов Даларана. Кель Талас пал в немалой степени благодаря заслугам Дар'Кхана Дратира. Эта тварь предала свою расу, преуменьшая в своих речах исходящую от мертвецов угрозу всеми силами, задерживая формирование новых войск и отсылку их на фронт, нарушив работу древних артефактов, препятствующих проникновению на территорию наших лесов демонов. Если бы некроманты попытались заслать к нам такого выделяющегося из общей массы шпиона как ты, личи бы поменяли им местами головы и задницы. А потом еще не дали бы в таком виде умереть.

— Ай-яй-яй. — Судя по всему, гоблин попытался покачать головой, но едва не рассек себе горло о приставленное к шее острие копья. Артефактного, между прочим. — Грязные слова совершенно не идут такой даме как вы. Так и кто же я по-вашему, если не обычный скромный гоблин и не шпион нежити?

— Понятие не имею. История Азерота туманна и в ней были отмечены толпы самых разнообразных существ, слабо подходящих под общие стандарты. — Развела руками Фиэль, не сводя взгляда с казалось бы надежно упакованного пленника. — Склонна считать, что до попадания на алтарь некромантов лежащее передо мной тело действительно принадлежало обычному гоблину. Не самому лучшему из представителей этой расы, но далеко и не худшему отбросу. Однако после того, как оно умерло, о чем свидетельствовал находящийся тут же орк…

— Ну, мне казалось его и правда зарезали. Да еще он перед убийством некромантов кричал что-то о неудачном перерождении или вроде того. — Мал теперь уже сам подозрительно косился на своего напарника. А скорее кого-то, умело им прикидывающегося. — Но вы же сами сказали, что он жив!

— Так он и жив. Более того даже здоров, хотя должен был давно скончаться. Кинжал, который в него всадила леди Сильвана, был отравлен медленным ядом и к тому же задел печень. — Эльфийская волшебница была непреклонна. — Более того, меньше чем через сутки после подобной травмы лежащее перед нами существо полностью регенерировало. Хотя даже при самом искусном лечении сделать это быстрее чем за неделю не могло.

— В чудесное исцеление за счет скрытых резервов организма, надо полгать, веры не будет. — Пробормотал гоблин. — А мог я случайно и неосознанно наложить на себя чары исцеления? Согласитесь, это более логичная версия произошедшего.

— Я чего-то подозревала и раньше, но тогда уверилась целиком и полностью. Отрядный целитель по моей просьбе провел над имеющейся у него кровью пациента очень редкий ритуал, дающий информацию о здоровье больного и применявшимся к нему в недавнем прошлом целительным чарам. Диагностические чары показали, что твое сердце недавно восстановилось при помощи крайне мощной магии. Из отдельных кусочков. Видишь ли при подготовке к созданию вурдалака некроманты зачем-то разрезают его на четыре части. — Фиэль своего собеседника если и слушала, то виду не подавала. — Плюс есть еще кое-что. Куда более важное. Ты буквально истекаешь магией, которую вкладываешь в редкостно неумелые чары, за которые даже начинающему ученику всыпали бы плетей. Но теряя восемьдесят процентов силы в окружающую среду, они все-таки работают, поскольку заложенный в них потенциал просто чудовищен. Да о чем говорить? У всех нас существенно ослабла Жажда Магии. А Лонари после попадания под твоей электрический удар на некоторое время вообще забыла о ней полностью!

— То есть это не Тимон? — В голосе Мала слышалась усталость. Он много лет так надеялся, что исчезнет связывающая его по рукам и ногам клятва верности по независящим от гордого орка причинам. И вот, свершилось. Но радости нет, видно за проведенные вместе годы напарник сумел стать ему кем-то более близким, чем просто обычным начальством. — Гоблин даже если откроет в себе очень сильный магический дар, подобного никогда не провернет, верно?

— Прости Пумба. — Сложно было сказать, насколько искренен оказался лежащий на полу длинноносый зеленый карлик, но если эти его слова были игрой, то мастерской! — Здесь от него только тело. А душа отправилась туда же, куда после смерти отправляются все гоблины. Я просто занял случайную тушку, которую еще можно было вернуть к жизни. В чем еще у меня получилось проколоться, если не секрет? Недостаточно достоверно изображал амнезию?

— Перечислять долго. В частности ты очень уж активно домогался меня, Лонари и любую другую эльфийку, попавшую в зону видимости. — Оскорблено дернула щекой Фиэль Златокудрая. — . Нет, гоблины народ пошлый, причем безмерно, но…Обычно к представительницам моего рода таких жарких симпатий не проявляют. Мы же в полтора раза крупнее их, простая физиология. А вполне себе симпатичную вдову-дварфийку, стоившую тебе глазки в этом поселке, проигнорировал. Причем не просто отверг, ты в упор отказывался в ней видеть объект сексуальных домогательств.

— Прокол. — Уныло констатировало существо, лежащее в центре магического рисунка. — И, самое главное, до сего момента я о нем просто не подозревал. Привык к тому, что женщины подобного роста еще дети. Причем далеко не самые взрослые.

— Верно. — Согласилась с ним эльфийка. — Так расскажешь сам, что ты такое или нам сразу переходить к пыткам? Полагаю, ты оказался сильно привязан к занятому телу, раз не сменил его на более подходящее. И не дал просто повторно убить себя некромантам, чтобы потом выбраться из кучи трупов и спокойно пойти по своим делам.

— А еще я, приняв удар на себя, спас твою прелестную задницу от не менее прелестной но немного гниловатой леди Сильваны. — Заметил пленник.

— Верно. — Кивнула Фиэль. — И именно поэтому мы сейчас разговариваем. В противном случае, я бы всадила рунную стрелу тебе в затылок, а потом сожгла тело и пепел закопала в разных местах. На всякий случай, а то вдруг регенерируешь.

— Ладно, срываем маски или вернее приоткрываем их. — Вздохнул её пленник. — Я слуга некоего существа, проживающего в Азероте и очень не желающего попадания этого мира под власть демонов. Ему тут жить, знаете ли. Однако просто взять и всем накостылять оно не может по ряду причин, о которых мне нельзя рассказывать. Вот и пришлось изыскивать окольные пути решения проблемы. Вроде вселения меня в ставшую бесхозной тушку.

— Посылать явного неумеху? — Решила поучаствовать в беседе Лонари. — Но это же глупо! Почему некто достаточно могучий, чтобы его посланцы не испытывали никаких проблем с маной и могли её транжирить направо и налево, не нашел кого-нибудь получше?

— Милая моя, если бы этот мир, да и какой-нибудь другой тоже, был полностью логичным, то его будущее было бы по силу до малейших деталей просчитать математикам. — Фыркнул лежащий на полу гоблин. — Ты видела такое? Нет? Вот странно, но я тоже.

— Один из древних драконов? — Принялась рассуждать Фиэль. — Нет, вряд ли. У них хватает более компетентных исполнителей. Да и потом эти называющие себя богами ящерицы как правило не чешутся до того момента, как кто-нибудь начнет чистить им чешую ударами меча. И просто спалить к демонам Лордерон вместе с Артасом им тоже ничего не мешает, кроме собственной спеси и презрения к мирским делам иных народов.

— Древний темный дух или бог, которому поклонялись некогда тролли? — Пришел её на помощь отрядный медик, присутствующий тут же. — Его ведь не убили, просто лишили большей части последователей. А тут в мир входят такие конкуренты.

— Может кто-то из орочьего пантеона? — Пришла на помощь Лонари. — Эй, зеленый, который крупный, ваши боги могли провернуть чего-то подобное?

— Да мы вроде предкам молились. — Неуверенно ответил Мал, не понимающий как ему поступать в подобной ситуации. Ведь его все-таки не развязали, а значит, по-прежнему подозревали непонятно в чем и могли по завершении беседы убить. — И у них сейчас уже есть активно действующий избранник. Тралл.

— Другие известные многим великие существа тоже, скорее всего, не у дел. — Продолжала развивать нить рассуждений Златокудрая. — У них хватает последователей из своих народов. Кому мог понадобиться столь неудобный инструмент?

— Кто-то из чудом уцелевшей нерубианской знати? — Версии предлагались одна за другой. — Этих разумных насекомых при встрече зарубит любой. Хотя последними, кому приходилось страдать от их злого нрава, являлись древние империи троллей. Но они, судя по летописям, были весьма могущественными.

— Может натрезим-отступник? — Пришла Малу в голову идея, кажется тоже имеющая право на существование. — В своих интригах друг против друга они могут пойти на многое. Мне об этом дедушка рассказывал, он видел бой одного высшего демона и против другого. Тогда и секретность вместе с попыткой замаскироваться под Тимона объяснима.

— Все, хватит! Гадать можно долго. — Остановила пререкания Фиэль. — Азерот действительно имеет весьма бурное прошлое, в котором внезапно пропадали или находились целые цивилизации. Взять тех же гномов, до которых чисто случайно дорылись однажды дварфы. Не хочешь говорить, кто ты и кому служишь — ладно. Но какие у тебя цели?

— Остановить Пылающий Легион и набрать личного могущества сколько смогу. — Хмыкнул пленник. — Причем последнее для меня важнее, хотя тот кто обеспечил нашу встречу ясное дело другого мнения. Откровенно, не так ли? Впрочем, если не будет выполнена первая цель, то вторая потеряет всякий смысл. Такие рабы, как мы с моим шефом, демонам даром не нужны. Естественно, добиться желаемого намерен наиболее простыми способами, если таковые вообще возможны. И в процессе мне вовсе не хочется отказываться от маленьких жизненных удовольствий.

— Думаю, ты говоришь правду. — Нахмурилась Фиэль. — Во всяком случае, я давно уже не верю в альтруистов желающих ради всеобщего блага спасти мир и ничего не поиметь в процессе. Возможно, я делаю ошибку, но…

Мощный пинок, отвешенный хрупкой эльфийской ножкой, впечатал тело гоблина в стену. Подобное явно не могло произойти благодаря одной мускульной силе, в ход определенно была пущена магия.

— Это тебе за все те сальные слова и мысли, которые отпустил в мой адрес. — Уведомила его Златокудрая, поправляя прическу. — Сам цепи расплавишь или помочь?

Ей ничего не ответили, кроме сдавленных стонов. Похоже, маленький носатый карлик от удара почти превратился в большую блямбу зеленого цвета. У него даже кровь горлом пошла.

— Разумно ли это? — Осторожно уточнила у командирги Лонери. — Если ему, скажем, отрубить руки и ноги, а потом таскать с собой…

— Через неделю он из принципа научится не выпускать ману в окружающую среду. — Вздохнула старшая эльфийка, потерев висок. — Хотя не спорю, идея сделать его передвижным колодцем маны меня тоже очень интересовала. На весь наш народ, конечно, такой подпитки не хватит.

Но поселение в пару сотен эльфов рядом с ним понемногу отойдет от Жажды Магии. А потом его обитателей можно и поменять местами с новой партией беженцев, доведенных до крайности истощением.

— Я так понимаю, ты предлагаешь союз? — Уточнил гоблин, откашлявшись. Цепи с него немногословные эльфийские мечники уже стали сматывать, а потому маленькая зеленая тушка крутилась вокруг своей оси словно веретено. — Эй, не так быстро! Меня сейчас вырвет, и уверяю, брызги разлетятся по всей комнате!

— Верно, вряд ли мне найдется чем принудить существо, вполне свободно занявшее чужое тело. — Кивнула в ответ на его слова Фиэль, сделав знак подчиненным бережнее обращаться со странным существом. — В крайнем случае, ты просто уморишь эту мелкую уродливую тушку. Не знаю, какие будут санкции за провал, но ты то их скорее всего вынесешь. А вот я останусь без того, кто мог бы помочь обеспечить благополучие моего народа и месть врагам. Это в любом случае важнее всего на свете, и ради такого можно заключить сделку почти с кем угодно.

— Отлично. — Лишенный пут гоблин немного подумал и улегся обратно в магическую печать. — Пумбу бы развязали. Наш лысый как коленка друг абсолютно не при делах, дальше ограничивать его свободу бессмысленно. Пусть идет куда хочет, если захочет, конечно.

— Разболтает. — В глазах бывшей нянечки блеснула сталь, а рука сама по себе потащила из ножен клинок. — Впрочем, и пускай. Сейчас сумасшедших много как никогда и ему никто не поверит. А если мы добьемся успеха и прославимся, то критиковать нас никто и не задумается.

— Я…Останусь. — Мал просто не верил в то, что ему дадут уйти. Скорее будет стрела в спину. Или неудачно подвернувшаяся гнилая ступенька на лестнице. — Клятва телохранителя, которую я принес, обязывает мстить за убитого. Так не все ли равно, где и с кем мне резать некромантов?

— Отлично. Мне понравилось всюду ходить с личным телохранителем, на которого всегда можно свалить тяжелую работу. — Зло улыбнулся освобожденный от цепей пленник. У Мала зародились серьезные сомнения в том, что его подопечный действительно мертв. Вряд ли какой-то дух, вселившийся в ставшее бесхозным тело, мог вести себя так, так…по гоблински. Или может он изначально был призраком кого-то из зеленокожих коротышек и потому себя так ведет? — Хорошо, что все будет идти как раньше. Между прочим, для всех окружающих мне лучше бы так и остаться Тимоном, двинутым на голову безобидным зеленым коротышкой, открывшем в себе неплохие способности к магии. А потому советую общаться со мной как обычно, чтобы лишних подозрений не выдать. Кстати, я правильно догадался, что заряженный при помощи этой печати накопитель вы потом сможете использовать?

— Нет. — Уныло вздохнула Лонари. — Мана из подобной вещи выйдет слишком грубая. Использовать её это все равно, что пить морскую воду. Жажду то может и утолит ненадолго, но потом организму будет хуже, намного хуже. Вылезай оттуда, пока истощение не словил.

— Не буду. — Наотрез отказалось лежащее в центре колдовского рисунка существо. — Я как раз и хочу посмотреть, что будет, если полностью лишусь волшебства. Мне интересно.

— Кем надо быть, чтобы добровольно стараться заработать себе магическое истощение? — Неверяще вздохнула Фиэль. — Слушай, может мы все ошиблись и ты все-таки больной на всю голову гоблин?

— Не исключен и такой вариант. — Хмыкнул мелкий зеленый паршивец наблюдая, как с орка снимают веревки. — Но тогда я сошел с ума настолько, что мое безумие стало реалистичным. Кстати, как в Азероте обстоят дела с поиском одержимых?

— Если они не бросаются с воплями на прохожих, то почти никак. Некроманты при помощи особо сильных баньши, способных на подобный трюк, пробовали провернуть диверсии. Ничего у них толком не получилось. Нежить не может достаточно правдоподобно маскироваться под живых. — Пожала плечами девушка. — Да и сомневаюсь я, что обычные меры помогут изгнать тебя из этого тела или обнаружить. Слишком уж качественно к нему привязана твоя сущность. Ладно, перейдем к делам серьезным. Чем ты можешь помочь, кроме того, что снимаешь с нас бремя Жажды Магии?

— Сейчас, почти ничем. — Насупился коротышка. — В перспективе у меня есть шансы стать очень могущественным колдуном…Если найдется хороший учитель.

— Это само собой разумеется, если у тебя есть подпитка маной из какого-то источника. — Отмахнулась эльфийка. — А еще? Не может же быть, чтобы эмиссар кого-то из великих сил вообще ничего не умел?!

— В принципе, я очень много знаю. Патрон поделился кое-какими строго секретными сведениями перед тем, как отправить на задание. — Хитро улыбнулся гоблин. — И немного понимаю в технике. Не в той, которая конкретно есть, а в принципах её работы.

— Ты бесполезен! — Разочарование в голосе Фиэль было таким глубоким, что в нем можно было утопить великана. — Хотя стоп! Если посланник такой слабый, то его задача минимум просто передать кому-то нужную информацию, верно?!

— Ну, где-то, в чем-то, как-то. — Ехидно оскалился гоблин. — Поторгуемся? Что ты можешь предложить?

— Назови мне причину не убить тебя на месте, как существо непонятное и опасное. — Не пошла на поводу у него Фиэль. — Что тебе известно?

— Скоро вернется Смертокрыл, который запросто устроит Азероту такие катаклизмы, которых давно не видели смертные. — Ласково улыбнулся её собеседник. — Вряд ли он решиться объединиться с демонами, но кто знает, кто знает…

— Да, возможность подготовиться к подобному дорого стоит. — Сглотнула Фиэль, первой отошедшей от шока. Все остальные эльфы до сих пор стояли, замерев соляными столбами. Видимо, имели хорошее воображение и могли представить грядущие неприятности. Один из древних богов этого мира, которого свои же сородичи пытались прикончить долго и безуспешно, это не просто проблема, а очень большая проблема! А еще в её дыхании без проблем будут сгорать целые города. — Если не предупредить об этом заранее и не подготовиться, остатки нашего народа могут исчезнуть в наступившем хаосе. А как скоро это произойдет?

— Ближайшие годы. — Почесал длинный нос гоблин. — В худшем случае месяцы. Сама понимаешь, поставить часы с обратным отсчетом на такое событие не получится. Но Смертокрыл уже преодолел большинство преград, сковывающих его в глубинах земли.

— Ладно, это пугает, но это в конце-то концов не наши проблемы. — Встряхнулась девушка. — Что еще ты можешь предложить? За то, чтобы быть на полном содержании нашего отряда и получать исполнение небольших просьб. Небольших! И приличных!

— Хорошо. — Спокойно кивнул гоблин. Вот только злая улыбка с его лица никуда не исчезла и Мал заранее начал подозревать, что итоги этой беседы эльфам ну просто очень не понравится. — Хотите сведений, их есть у меня. Только удалила бы из комнаты всех посторонних, как-никак информация строго секретная.

— И не подумаю! — Фыркнула Фиэль. — Мало ли чего может случиться со мной? Или с тобой?

— Сама напросилась. Единый центр управления нежитью находится в Нордсколе. — Зловеще изрек гоблин, пытаясь принять патетическую позу. Поскольку вставать он и не подумал, то получилось у него не слишком удачно. — Там, среди бескрайних снежных просторов, вмурованы в лед останки великого чернокнижника орков Нер Зула. Именно он является тем, кто дергает Артаса и остальных немертвых за ниточки. Если их уничтожить — твари как минимум ослабнут и лишатся руководства. Генералы армии проклятых вроде той же Сильваны могут обрести независимость. Однако вряд ли это заставить их раскаяться в своих грехах и прервать собственное существование. Но драться с единой армией и с кучкой разрозненных банд — две большие разницы, не так ли?

— Мы же туда не пройдем, верно? — В голосе Лонари слышалась надежда на отрицательный ответ.

— Увы, вам это будет не проще сделать, чем Артасу окончательно додавить побережье. — Покачал головой очень информированный гоблин. — Не думаете же вы, что эта мертвая но все еще очень могучая личность не позаботилась о своей защите? Да и проклятый принц вместе со всеми личами в случае чего понесется на выручку, теряя по дороги сапоги и отгнившие подошвы ног.

— Оч-чень ценная информация. — Фиэль Златокудрая нервно покрутила головой по сторонам. Её подчиненные вид имели пришибленный, но задумчивый. Видно уже готовились мысленно к экспедиции в холодные края. А еще они похоже были готовы простить маленькому зеленому паршивцу все прошлые грехи и большую часть будущих. Впрочем, сама волшебница уже тоже раскаивалась в том, что так невежливо сегодня с ним обошлась. Повелитель всей нежити точно являлся одним из главных виновников того, что произошло с её народом и близкими людьми. Уничтожить его было делом чести. Нет, даже не так. Долгом любого жителя Кель Таласа! — Доказательства?

— Кроме моего слова? — Фыркнул гоблин, еще больше расплываясь в оскале, мало похожем на улыбку. Учитывая, что смотрел он прямо на предводительницу отряда, та понемногу начинала чувствовать себя очень неуютно. Даже несмотря на численный перевес её сородичей и не такой уж и малый боевой опыт. — Никаких. Впрочем, можете попробовать поймать и допросить кого-нибудь из личей. Уж они то свое верховное командование знают. Или натрезима.

— Сразу принца Артаса, чего уж там. — Фиэль с каждой секундой нервничала все больше и больше. Чутье эльфийки, отточенное сначала воспитанием вечно ищущей приключений молодежи, а потом играми на выживание с нежитью, буквально орало о грядущих проблемах. — А еще чем-нибудь полезным ты меня порадовать можешь?

— О да! — В глазах гоблина полыхало багровое пламя и почему-то окружающие никак не могли уверить себя, что это просто отсветы горящих в комнате свечей. — Самый лакомый кусочек я приберег на последок. И награду за него хочу соответствующую. Тебя. Да не на ночь или две, а навсегда. Целиком и полностью.

— Спасать не буду. — Решил для себя Мал и демонстративно сложил руки на груди. — Даже если это все еще Тимон, только сошедший с ума. В клятве я обязывался защищать его от врагов. Про предотвращение самоубийства там и слова не было. Сам захотел умереть — так не мне его отговаривать.

Эльфы мечники неуверенно переглянулись и медленно потащили оружие из ножен, производя в процессе максимально возможное количество шума. Вообще-то после такого им следовало изрубить тело гоблина в лоскуты, но…Но обычно с тем, чтобы защитить свои честь и достоинства волшебницы прекрасно справляются и сами. К тому же ситуация, в которой они находились, была мягко говоря не ординарной.

— Ты сошел с ума, маленький зеленый поганец? — Осведомилась Фиэль, давая знак воинам остановиться. Во-первых, лежащего в центре высасывающей магии печати гоблина она могла и сама растерзать на мелкие кусочки. А во-вторых, если он не врал…Свою честь Златокудрая ценила весьма высоко. Но на сведения о том, кто хозяин всей нежити и где его найти, обменяла бы её не церемонясь. Если же этот наглец мог сообщить нечто еще боле ценное, то его следовало хотя бы выслушать.

— Поправка. Маленький зеленый мстительный поганец. — Если гоблин пытался улыбнуться еще больше зловеще, то потерпел неудачу. Особо его физиономия не изменилась. Ну, может стала немного более мерзкой. — Захват и то, как ты его устроила, в принципе, простить можно. Да, я обиделся, но не слишком сильно. В конце-концов, в подобной ситуации сам поступил бы похожим образом. А вот тот пинок… Зря ты мне его отвесила, ох зря.

— Оставь свои тайны себе! — Почти взвизгнула Фиэль, мучительно разрываясь между чувством долга и смесью из ненависти и презрения к своему собеседнику. Она прекрасно знала, что такое Необходимость. Но пожертвовать собой за столь эфемерную награду как информация из не слишком надежного источника все же была не готова. — Мы обойдемся и без них!

— Без них вы вымрете, причем весьма скоро. — Если гоблин и расстроился, то виду не показал. — Предлагаю пари. Я сообщаю тебе маленький секрет. А потом ты сама решаешь, стоишь ли его или нет. Будет ответ отрицательным — что ж, значит, мне не повезло. Но предупреждаю, если обманешь, все равно не избегнешь назначенной тебе участи. Только не при жизни, а после смерти. Все-таки в вашем мире таким как я трудновато ориентироваться и действовать. А вот когда душа покинет тело, то игра начнется уже на моей территории!

— С-с-согласна. — Через силы выдохнула Фиэль с ощущением, что совершает непоправимое. Её свита загомонила вся разом, намереваясь возразить предводительнице, а один из воинов даже шагнул вперед и занес копье для удара по гоблину. Златокудрой пришлось перехватить оружие выросшей из пола зеленой плетью вьюнка. — Ну и чем таким ты хотел меня купить, а, мерзкая тварь?!

— Пусть выйду лишние. — Непреклонно сделал жест рукой гоблин. — В отличии от предыдущих сведений, эта информация при попадании в не те руки способна утратить актуальность. Нер Зул из своей ледяной гробницы никуда не денется при всем желании. Да и Смертокрыла убедить образумиться и не пороть горячку будет трудновато.

— Хорошо. — Хотя Фиэль никогда не изучала магию льда, сейчас её словами можно было замораживать продукты для длительного хранения. — Все вон! Стоп! Лонари, останься. Тоже послушаешь, мало ли чего со мной потом станет…

— Ты уверена, что стоит во все это впутывать девочку? — Скептически посмотрел на её Тимон. — Стоит ей не удержать язык за зубами и вам придется солоно. Вам, это жителям Кель Таласа. Тем, кто еще уцелел.

— Она рейнджер! — В голосе эльфийки не было уверенности. Пальцы ее сплетались в магических жестах, обеспечивая комнате максимальную изоляцию от внешнего мира которую только могла создать волшебница. — Она обязана донести информацию кому следует, даже если погибнет весь отряд. Ну же, говори и не заставляй меня жалеть, что я участвую в этом нелепом фарсе!

— Жажда магии. — Стоило гоблину произнести всего два слова и внутри Златокудрой что-то оборвалось. Ей мучительно не хотелось становиться наложницей этого странного существа. — То, что так терзает жителей Кель Таласа.

— Ты можешь излечить нас? — Девушка-рейнджер не смогла сдержаться. — Или твой хозяин? И что он потребует взамен? Наши души?

— Солнечный колодец создал Дат Ремар. Ученик Иллидана Буревестника, познавшего тайны демонической магии и создавшего второй Источник Вечности, который потом использовали как основу для Древа Жизни. — Гоблин проигнорировал молодую эльфийку. Её старшая товарка заскрипела зубами так, что они могли раскрошиться. — Это было десять тысяч лет назад.

— И что?! — Буквально вскричала Фиэль, от спокойствия которой давно уже ничего не осталось. — Их давно уже нет в живых! Один умер от перенапряжения, второго бросили в каменный мешок, чтобы он сгнил там живьем! Или ты знаешь, где живет маг способный повторить подвиг одного из великих чародеев древности? Кто это? Нер Зул? Кел-Тузед? Кто-то из драконов?!

— Ученик действительно погиб. — Гоблин напрягся, сосредоточился, и в центр колдовской печати спланировала подушка с ближайшей кровати. Всем своим видом сейчас он напоминал ленивого кота, которому абсолютно не надо ни о чем беспокоиться. — Хе. Против меня эта ваша поделка слабовата получилась. Видимо наносить её надо было не на доски, а на камни. Или может просто на подавление существа с такими возможностями подобная дрянь не рассчитана? А, не важно! Так вот, ученик погиб. А учитель жив, чего ему сделается, барану бессмертному? Да еще в одиночной камере, куда посторонним и ходу то нет. Более того, он даже не сильно спятил за тысячелетия плена. И, если вытащить его оттуда и убрать как можно дальше от ночных эльфов, без проблем нароет вам новых колодцев. Хоть Солнечных, хоть Вечности, хоть обычных, канализационных.

— Проклятье. — Из Златокудрой, казалось, разом выдернули все кости, и она осела на пол как куль с мукой. — Кажется, я только что продала себя в рабство.

Глава 9

За окном что-то взорвалось. Махая в воздухе лоскутными крыльями, вниз упало камнем нечто не слишком крупное и жутко матерящееся прямо на лету. Потом вознеслось вверх, не прекращая сквернословить. Затем опять вниз, только уже не изрыгая непристойности. То ли дыхание у него кончилось, то ли язык оказался прикушен.

— Тебе надо исчезнуть. — Лонари Серебрянный Цветок в удивлении уставилась на свою начальницу. Многих слов она могла ждать от Фиэль Златокудрой, но только не этих. — Причем быстро и так, чтобы тебя сам проклятый принц вместе со своей сворой демонов не нашел.

— Но почему? — В голове молодой эльфийки мысли лихорадочно сменяли одна другую. В итоге на поверхность её разума сумела всплыть лишь одна более-менее необычная странность последних дней. Которую при всем желании позабыть было сложно. — Из-за этой мелкой зеленой вонючки что ли? Да он же не опаснее брехливой собаки, даже с учетом магии, едва ли не прущей из всех щелей! Или… Он тебе приказал?!

— Нет! — Недовольно дернула щекой волшебница при упоминании своего, мягко говоря, не однозначного положения. — Тимон еще ни разу не воспользовался своим правом принудить меня к чему либо. Но не переводи тему, тебе надо исчезнуть. Желательно сильно изменить внешность и спрятаться где-то в крупной общине беженцев. Возможно даже людской. Все-таки при помощи хирургии и некоторой целительской магии нам под представителей этой расы замаскироваться не так уж и сложно. У меня есть знакомые достаточной квалификации, вот рекомендательное письмо к ним…

— Но почему? — Лонари решительно не желала куда-то прятаться. — Даже если мы погибнем, то слова гоблина узнают командиры других отрядов мстителей, а надежнее их и нет то никого. Ты же сама передавали письма, которые надлежит вскрыть в случае нашей смерти или исчезновения на слишком долгий срок. Хотя я до сих пор уверена, что эта тварь нам просто наврала, спасая свою шкуру.

— За сорок дней, что мы знаем Тимона, выпущенная им в никуда энергия в полтора раза превысила запас среднего природного магического источника. — Златокудрая печально вздохнула и подперла голову ладонью. Мимо окна в последний раз пролетела вверх обсуждаемая ими персона, едва-едва дотянув до высоты окна. Видимо начальный импульс сошел на нет и теперь чтобы продолжить летные испытания при помощи батута требовался еще один взрыв. — Слишком уж масштабно для обычной мистификации, не находишь? Но главное даже не то, врал он или нет, хотя я склоняюсь к последнему. Дело в том, как он на тебя смотрит.

— Как похотливый кобель.. — Фыркнула было девушка, но осеклась увидев как дернулся уголок рта её родственницы. — Что? Да он же на половину женщин нашего отряда периодически слюни пускает! Сначала на одну, потом на другую!

— Их и даже меня он просто хочет. А тебя он хочет покарать. Причем весьма жестоко. — Покачала головой предводительница отряда. — Мне приходилось вращаться в высшем свете. Даже с леди Сильванной мы представлены друг другу. Разных я типов повидала. И эта сущность, изображающая из себя сильно неадекватного гоблина, опасна как нежащийся тигр, затаивший обиду на члена цирковой труппы. Сейчас он корчит из себя большого котенка, канючит миску молочка и милостиво дает акробаткам чесать себя за ухом. А после одним движением откусит голову помощнику дрессировщика, дернувшему его месяц назад за усы.

— Да не может этого быть. — Лонари все еще была практически подростком. Даже понимая, что куда более опытной командирше виднее, она пыталась спорить. — Он вчера, пытаясь показать нашей поварихе как оголодал, укусил её за задницу! Так она его поварешкой на вершину скалы загнала, хотя местные дварфы до того тот утес неприступным полагали!

— Однако потом он слезно просил у неё прощение и порывался самостоятельно вылечить место укуса поцелуями, пока снова не получил по лбу. Подобным образом гоблин ведет со многими женщинами, рядом с которыми не видит пары. Видно встревать в уже существующие отношения ему какие-то принципы не позволяют, но одиночек Тимон явно считает законной целью для своих странных ухаживаний. За одним исключением. Тобой. — Голос Фиэль не предвещал ничего хорошего. — Те слова насчет превращения его в беспомощный обрубок и использования его как передвижного источника маны…Рациональные, правильные с точки зрения наибольшей сиюминутной выгоды, аморальные и отвратительные по любым меркам до полного изумления. Он их запомнил. И не простил. Хм, собственно такое бы никто из находящихся в здравом уме позабыть не смог бы.

— Полагаешь, будет мстить? — Смерти Лонари не боялась. Трусы вообще в Кель Талас уже несколько лет не совались. Ну, если только в составе рабских караванов, которые нежить уводила вглубь захваченных земель. Однако и к напрасному риску рейнджеры никогда предрасположены не были, искреннее считая лучшей тактикой выстрел в затылок из засады.

— Уверена. — Кивнула Златокудрая. — Он не может контролировать свои сиюминутные порывы и плохо анализирует обстановку. В противном случае вряд ли бы гоблин стал заключать со мной то проклятое пари на виду у всего отряда. Теперь ему приходиться сдерживать себя. Иначе я либо потеряю статус главы нашего отряда, либо, скорее всего, его просто прикончит кто-то из бойцов не взирая на последствия. Однако, как ни горько это признавать, но в долгосрочной перспективе эта тварь планировать умеет. А ум имеет весьма острый.

— Может, вы ошибаетесь? Ведь он же ни разу не сказал мне ни одного плохого слова — Покидать отряд, с которым она была уже несколько лет, девушке решительно не хотелось. — И вообще гоблин с той ночи, когда мы установили, что он вовсе и не гоблин, ведет себя абсолютно как раньше. Словно тогда ничего важного тогда и не произошло. Хотя бросать более похотливые взгляды, наверное, больше просто не может.

— В отношении тебя они скорее в прямом смысле слова плотоядные. — Фиэль буквально всучила молодой эльфийке ворох заранее подготовленные писем. — Делай то, что тебе велено и не смей перечить! Если все пройдет удачно, сможешь вернуть свое имя и внешность всего лет через десять. Может тогда о тебе забудут или Тимона целиком сожрет какой-нибудь демон, считающий привязанную к телу душу вкусным гарниром!

— Но… — Неизвестно, что еще хотела сказать молодая эльфийка, но её прервали частые звуки тревожного колокола.

— Набат? Неужели наш гоблин смог поджечь или взорвать чего-то достаточно важное, чтобы дварфы заволновались. — Лонари попыталась выглянуть в окно, выискивая причину переполоха. — Странно, дыма совсем не видно.

— Дура! Вслушайся в ритм! — Рейндежр обернулась к начальнице и открыла от удивления рот. Та стремительно раздевалась и сейчас уже стояла в одном нижнем белье, стряхивая с ноги немного поношенное платье. — Такой бьет при приближении врагов! Нежить решила атаковать поселок! Подай мне поддоспешник!

— Ах да. — Смутилась девушка, наконец осознав смысл действий командира отряда. — Вы же в домашнем…

— А что мне прикажешь спать в кирасе и шлеме? — Фыркнула волшебница, натягивая на себя плотные и весьма сильно обтягивающие кожаные штаны. — Или работать с документами, цепляясь стальными бляшками куртки за тонкую бумагу?

— Ну да. — Согласно кивнула ей девушка, заходя сзади и просовывая руки под грудь своей начальницы. Чтобы потуже затянуть ремни, удерживающие всю конструкцию на положенном месте. — Это я хожу почти все время в одном и том же. Потому что одеяния рейнджеров легкие, не особо рвутся даже мечом, почти не пачкаются. Да и другого гардероба после бегства от леди Сильваны просто нет. Мы ведь не успели эвакуировать свой лагерь.

В голове Лонари промелькнула злорадная мыслишка, что если мертвой главе рейнджеров захотелось одеться в более-менее привычный ей наряд, включающий и совершенно особое нижнее белье, то ужасающему генералу нежити пришлось сначала отстирать чужие пожитки. Вероятно, лично и вручную. Ну, раз уж хозяйка целой толпы баньши не имела достаточно материальных слуг, чтобы те раскопали ей какой-нибудь магазин. А поскольку буквально за несколько часов до происшествия Лонари продегустировала непромытую лесную ягоду и получила весьма резкое расстройство желудка…

Где-то в разрушенной эльфийской столице как раз в этот момент всплывали кверху брюхом золотые карпы, проживавшие в небольшом прудике, украшавшем резиденцию богатого аристократа. Мыло, которое с великим трудом смогла найти Сильвана, было крайне ядреным. Впрочем, возможно они умерли от культурного шока, вызванного попаданием в их жилище давным давно протухшего белья. Или от тех ругательств, которые изрыгала не совсем живая леди, испытывающая проблемы со слугами и гардеробом.

— Я найду тех, кто сможет выполнять любую работу! — Обещала она то ли себе, то ли миру, морщась от отвращения. Проклятый принц старался ради собственного удовольствия и выгоды сохранить как можно большую часть личности главы рейнджеров при её перерождении. Брезгливость, к искреннему сожалению Сильваны, осталась практически неизменной. — И заставлю их служить мне! Чего бы это не стоило! Завтра же начну проводить ритуалы над своими баньши, стараясь сделать их способными на вечный контроль захваченных тел! Нет, сегодня! Беее…Мерзость! Ну почему мне пришла идея разобрать эту треклятую сумку с одеждой самой последней, когда прошло уже несколько недель и все практически окаменело?!

Пока леди Сильвана осваивала нелегкое ремесло прачки, в поселке дварфов обе стороны конфликта отчаянно нуждались в снайперах. Пошедшие на штурм некроманты прятались за камнями и мечтали, чтобы кто-нибудь снял с крыш стрелков, не дающих им поднять голову. Ну а защитники огрызались нестройными залпами по накатывающим волнами с настойчивостью и живучестью тараканов вурдалакам, жировикам и костяным паукам. Им жутко не хватало первоклассных асов, способных одним выстрелом перебить своей цели шею или нанести какое-нибудь другое безусловно фатальное повреждение итак уже дохлым тварям. От поражения живых пока спасал только тот факт, что местные жители не поленились превратить каждую свою постройку в неприступную крепость. Во всяком случае, окна на первых этажах были давно уже заложены камнем, оставив лишь узкие щели бойниц. А массивные двери с несколькими засовами снести за пару секунд смогла бы если только пушка. И то если её подкатить вплотную.

— Локтар Огар! — Пытавшегося залезть на крышу костяного паука встретил топор орка, метко врубившийся в лапу монстра и перебивший её с одного взмаха. Тварь недовольно зашипела, но не упала, поскольку остальными семью конечностями держалась за стену. При помощи своего темного искусства некромантам как-то удалось слить парочку трупов в единое существо. Теперь приставленные друг к другу торсы служили опорой, к которой крепились исказившиеся под воздействием темных чар руки и ноги. А головой чудовища и вовсе служил сборный ансамбль из десятков ребер и мертвой плоти, напоминающий собою пасть ужасно уродливого насекомого. К сожалению, он был весьма прочным. И не пустым. Где-то внутри этой отнюдь не хрупкой конструкции находился желудок монстра, куда отправлялась съеденная пища. И откуда мог густой струей вырываться густой и едкий пищеварительный сок. — Ур-ры! Как стряхнуть с себя эту дрянь?!

— В глаза не попало? — Осведомился дварф, разряжая мушкет в мору висящий на спине твари. Часть дробин отлетела от поставленных в качестве внешнего скелета ребер или застряла в них, но какие-то проникли внутрь и изорвали мертвое мясо. Нежити это не понравилось и она протестующее зарычала, забрасывая на крышу сразу три ноги и пытаясь подтянуться, чтобы просто загрызть обидчиков. — Не давайте ей зацепиться!

Мал послушно принялся размахивать топором, не обращая внимания на дурно пахнущую и жгущую кожу слизь, стекающую по плечу. Что бы было с его глазами, попади плевок в лицо, а не в грудь, ему не хотелось даже представлять. А еще орк пообещал себе, что больше не будет бравировать кожаной безрукавкой и при сражении с нежитью будет напяливать на себя как минимум кольчугу. Если, конечно, он вообще переживет эту битву, в чем были серьезные сомнения. Некроманты гнали вперед очень много агрессивного мертвого мяса, сами командуя тварями с безопасной дистанции. Как раз сейчас один из мясных танков колотил по двери ближайшего дома сразу шестью грубыми булавами, зажатыми в своих жирных лапах. Весящие как целые наковальни куски железа деформировались и мялись, но проламывали оббитую сталью дверь в обиталище семьи дварфов. Выстрелы, несущиеся изнутри, тварь волновали не сильно. Попытка какого-то смельчака ткнуть копьем в макушку твари из бойницы второго этажа провалилась, поскольку оружие у него просто выдернули. А в проделанный для них пролом уже собирались прорваться вурдалаки, скапливающиеся за спиной трупа-переростка. Когда они проникнут внутрь, то практически мгновенно перебьют защитников первого этажа и поднимутся на крышу, откуда сметут стрелков. И тогда одной точкой обороны поселка станет меньше. Еще одной, поскольку в нескольких местах некромантам уже сопутствовала удача.

Из окна постоялого двора, единственного здания которое было мало похоже на крепость, вылетел по частям очередной костяной паук. Твари, прекрасно умеющие взбираться по стенам, стекались к этому зданию сплошным потоком. Но засевшие внутри чародеи эльфов держали оборону, взрывая, сжигая и разрывая взявшимися непонятно откуда лианами непрошенных гостей. У дверей чадили кучами паленого мяса четыре жировика. Иногда огненные стрелы или иные заклинания били по занятым своими делами монстрам или заставляли убраться обратно выглянувших из укрытий некромантов. Пока отбиваться магам удавалось вполне успешно, но рано или поздно силы волшебников должны были иссякнуть.

— Слушай, а почему там окна не заложили? — Спросил Мал соседа, кивая в сторону постоялого двора и берясь за предусмотрительно сложенные на крыше булыжники. Каменный снаряд, упавший на голову, мог раскрошить череп почти любого противника. Лишивший половины конечностей костяной паук все-таки свалился вниз и, пока он не успел уползти далеко, его надо было добить. — Решетки же эти против тварей ни капли не помогают, вон их чуть ли не мгновенно содрали!

— Не могу жители Кель Таласа в глухом каменном мешке жить! — Сплюнул на неживого урода дварф, а потом пнул лежащий у края крыши обломок скалы. Комочек жидкости упал в двух шагах от нежити. А вот булыжник сломал ей то ли три, то ли четыре ребра на затылке. — Клаусторофобия у них начинается, видите ли! Воздуха им не хватает! Вот и чего, спрашивается, капризничают? Уж где-где, а в надземном доме вентиляция плохой по определению быть не может!

На взгляд самого Мала в строениях дворфов из-за чада многочисленных свечей и факелов жутко воняло, но своей мнение он скромно держал. В конце-то концов, не всем же иметь столь острое обоняние как у орков? Да и один из жировиков, кажется, топает прямиком по направлению к их убежищу, а значит надо подготовиться к встрече.

Внезапно волна холодного воздуха качнула стоящих на крыше бойцов, а один из крайних в поселке домов-бастионов, отличавшийся особой прочностью и защищенностью, рухнул погребая под своими остатками защитников. А вот нежити рядом с ним не было. Вообще. И значит виной всему были некроманты, вовремя отдавшие приказ своим тварям отойти в сторону. Вернее один конкретный, уже мертвый чародей.

— Это же тот лич, который пропорол ледяными стрелами наш дирижабль! — Орк узнал бы эту фигуру из тысячи подобных, если конечно в Азероте набралось бы столько дохлых колдунов. Высохшая фигура закутаная в черно-фиолетовый плащ, украшенный вышитыми красными черепами, сидящая в чем-то вроде парящего над землей кресла. Высоко последнее, правда, никогда не поднималось. Вероятно, его владелец боялся потерпеть авиакастрофу и разлететься отдельными гнилыми косточками. — Проклятье!

— Почему? — Не понял дварф. — Тут же живых колдунов десятка два, чем нам может так серьезно насолить еще один, пусть и посильнее любого из них? Ой!

— Вот этим! — Мрачно сказал орк, ловя потерявшего равновесие коротышку за шиворот и оттаскивая от края крыши. В дверь дома вонзилось нечто, для чего самым подходящим определением было 'ледяная звезда'. Строение содрогнулось, а промерзшие осколки преграды разбили на мелкие куски даже не жировики, а обычные вурдалаки. — У него очень мощные и очень дальнобойные удары. Хорошо, наносит их достаточно редко, иначе мы бы на своем дирижабле не ушли.

— Двери на второй этаж закрыты! — Крикнул застрявший в момент нападения недалеко от орка и потому оказавшийся на той же крыше эльф-целитель, буквально вытаскивая на свежий воздух женскую часть семьи дварфов в виде помпушки-жены с громадным тесаком в руках и двух маленьких девочек, сжимающих кукол. — Им понадобится время, чтобы сломать их!

— Рушьте лестницу на чердак! — Велел хозяин дома, отрываясь от перезарядки ружья чтобы быстро погладить плачущих дочерей по головам и хоть как-то успокоить. — Все равно внизу никого нет. У меня минная закладка в красном ящике специально для этого дела предназначена, просто шнур подпали!

— Только не сильно нам это поможет. — Мрачно заметил орк, наблюдая, как выпущенная из постоялого двора молния отлетает от темной сферы, на миг закрывшей фигуру лича. Выпущенные по нему же стрелы и пули постигла аналогичная судьба. — На другую крышу никак не перебраться, да? Ну совсем хорошо! Вот чего тебе стоило сюда пару длинных досок затащить, а борода?

— Это ж целый мачты нужные корабельные. — Вяло вздохнул дварф, не желая признавать свою ошибку. — Как бы я их тут разместил? В обе стороны ведь свисать бы начали. Эй, а это еще чего?

На окраине поселка, где стояли только хозяйственные сараи да мастерская, послышались глухие подземные взрывы. Один, второй, третий, пятый…В голове орка мелькнула мысль, что давно не было видно гоблина. С грохотом вылетела наружу дверь кузницы и оттуда вылетел второй лич. Выглядел он, надо сказать, даже по меркам мертвых неважно. Голый череп был весь покрыты сетью трещин. Огни в глазницах полыхали как-то несимметрично. В груди наблюдалась здоровенная дыра, словно проделанная пушечным ядром. Некогда роскошный черный балахон давно превратился в обычную рваную тряпку. Двигаться монстру мешали перевязывающие его тут и там толстые цепи, заканчивающиеся оборванными звеньями. На конце чудом сохранившегося полностью отрывка болтался настоящий корабельный якорь, сейчас звонко прыгавший по камням. В дополнение из тела мертвого мага торчала парочка еще вибрирующих эльфийских стрел и воткнутый в плечо кинжал, ярко светившийся зачарованным лезвием. Однако, тем не менее, слуга демонов продолжал оставаться дееспособным, в частности он еще мог пусть и не слишком быстро, но драпать по направлению к своему сородичу. Трава на пути разумной нежити покрывалась инеем, а костяные ноги плыли по воздуху, не касаясь земли.

— Откуда у нас взялся пленный лич?! — Заорал дворф, вздымая к небу ружье и воинственно им потрясая. — Какой идиот держал его в поселке? Это же он своих позвал, зуб даю!

Примерно те же слова, только в менее цензурных выражениях, сейчас изрыгала большая часть присутствующих на поле боя живых. Вслед улепетывающему проклятому колдуну полетели стрелы, чары, пули, метательные молоты и камни. Мал кинул дротик, также припасенный хозяевами на случай обороны. Почти попал, вонзившееся в землю острие перелетело щуплую фигуру на какую-то ладонь. От других снарядов лича защитила темная магия, окружив своего адепта облаком непроницаемого мрака. Да и ближайшие жировики вместе с костными пауками засуетились и кинулись прикрывать израненного офицера армии немертвых своими телами. Под их защитой лич добрался до своего сородича и, внезапно, резко ускорил свои передвижения, кинувшись в тыл немертвых. На шее застывшего от удивления предводителя напавшего на поселок отряда осталось болтаться нечто вроде плоского ожерелья, сделанного из одних карманов.

— Прожигающий пояс? — Мал мгновенно узнал приметную вещицу. — Тимон?!

Взмыв в воздух и просто перелетев груду скальных валунов, выбравшийся из кузницы лич камнем рухнул вниз. Частично. Торс его, скрытый темной тканью, еще больше набрал высоту, в то время как руки, ноги, голова, якорь и цепи полетели к земле и прячущимся в укрытии некромантам. Хотя, возможно это было просто следствием взрыва, мгновенно распустившемуся среди магов смерти огненным цветком. С яркой вспышкой сидящего на летающем кресле предводителя отряда пережгло пополам.

— Это как? — Дварф-хозяин дома раскрыл рот так, что в образовавшееся дупло могла бы залететь какая-нибудь некрупная сова. Взбесившиеся жировики рвали всех, до кого могли дотянуться, включая вурдалаков и костяных пауков. Последние как могли сопротивлялись и продолжали атаковать намеченные им ранее цели, но делали это уже без прежней целеустремленности и огонька. Видно было отсутствие направляющей их воли.

Грудная клетка взорвавшегося лича тем временем долетела до скального уступа, на который накануне кухарка загнала Тимона. А после приземлившийся объект развернулся в довольно лыбящегося гоблина, держащего в руках ткань с накладными ребрами и нарисованной сквозной дырой. На то, что картина в проделанном отверстии у фальшивого мертвеца не меняется, в горячке боя внимания никто конечно же не обратил.

— Все, я устал и черта с два вы меня отсюда достанете! — Нагло заявил подрывник нанесший врагу критический урон и, положив свой камуфляж под голову, улегся спать.

Нежить, лишенную большей части руководства, но все еще весьма опасную и многочисленную, добивали полтора часа.

Глава 10

— Самыми ценными умениями для магистра рукопашного боя являются быстрый бег и меткая стрельба из арбалета. — Улыбнулся миру Тимон и стал напитывать энергией проволочную конструкцию магической звезды, выложенной в неглубокой, но крайне широкой ямке. Та постепенно начала наливаться недобрым багровым сиянием. — Если он не может заманить противника в ловушку, конечно же. Так-с, готово. Пумба, засыпай!

Орк с готовность начал работать лопатой. На испытаниях одноразовый артефакт, который гоблин обозвал магическим фугасом, спалил тушу жировика за пять секунд. Правда, сам изобретатель тогда серьезно пострадал. Провонявший горелым мясом поселок ему не могли простить дольше, чем демонстративное нежелание участвовать в зачистке населенного пункта от остатков нежити. В конце-то концов, тогда он мог и действительно устать и исчерпать все свои моральные и физические силы до донышка. Мал, кстати, упорно отказывался понимать логику дварфов и эльфов, не желавших покидать поселение. А уж когда он узнал, что его месторасположение и так тайной вовсе не было….Как эти существа еще не пополнили ряды слуг некромантов Плети было выше разумения орка.

— Стоп! Хватит! — Остановил его гоблин, когда свечение перестало пробиваться из-под земли. — Отступаем. Будем надеяться, патруль сегодня не задержится.

Крупный торговый тракт, соединявший Лоредорон и Кель Талас сектанты конечно же не могли оставить без внимания. В конце-концов они сами периодически перегоняли по нему поднятых с кладбищ тварей или караваны захваченных ценностей и рабов. Один из таких в самом ближайшем будущем должен был подвергнуться атаке эльфийско-дварфийского отряда с гоблино-оркским усилением. Но для этого сначала требовалось избавиться от тех, кто следил за дорогой и её окрестностями. Чтобы не мешали подготовительным мероприятиям. Вот только контролировать важную транспортную артерию должен был отряд немногим слабее того, который чуть не снес поселок дварфов. Драться с таким лоб в лоб значило понести громадные потери. Гоблин предложил симпровизировать и тут же выдал план. Простой как все гениальной и сложный, как все головоломные придумки его расы. Вернее расы, к которой принадлежало его тело.

Сделав дело, орк и гоблин убрались под защиту деревьев. Туда, где их уже ждала примерно половина отряда.

— Мы не слишком долго возились? — Уточнил Тимон.

— Нет. — Покачала головой Фиэль, нервно разминая руки. — Лонари еще не прибежала, а значит до отряда еще далеко.

Предводительница отряда очень хотела бы услать молодую эльфийку не просто следить за врагом, а намного дальше, но…Но теперь она уже не могла себе этого позволить. В ходе недавнего боя погибли все разведчики кроме неё, по несчастливой случайности оказавшиеся в недрах уничтоженного личем дома-бастиона. Их привычка держаться вместе и на некотором удалении от остальной части отряда сослужила в этот раз рейнджерам дурную службу.

— Отлично. — Кивнул гоблин с довольной улыбкой. — Теперь главное чтобы никто из некромантов не задержался в кустиках на лишние полчаса, а то ведь моя самодельная мина выдохнется. Кстати, давно хотел спросить, как так получилось, что ты друид? Ведь они же вроде бы все остались в рядах ночных эльфов, изгнав практиковавших иные отрасли магии?

— Ты плоховато знаешь историю нашей расы. Почему моим предкам, спасающим свои жизни от чокнутых религиозных фанатиков, стоило отказываться от одной из древнейших традиций волшебства? — Качнула головой предводительница отряда. — Первые высокие эльфы хотели практиковать любые чары без оглядки на догматы поклоняющихся древним драконам. И друидизм, понятное дело никто не собирался отбрасывать лишь из-за массового использования его противником. Впрочем, различия в этом вопросе были далеко не главной причиной раскола. Куда сильнее повлияло то, что вместо законов древнего государства кельдореев пришедшие к власти жрецы и взбунтовавшаяся чернь пытались навязать свои догматы.

Внезапно где-то совсем рядом с лагерем раздался громкий треск, заставивший всех схватиться за оружие. Слушающий пояснения волшебницы гоблин робко улыбнулся. Когда ветер донес до ушей короткий женский вопль, его оскал увеличился и теперь позволял разглядеть все зубы без исключения. Когда свалившуюся с дерева Лонари притащили к сородичам, зеленокожий коротышка погрузился в эйфорию целиком и полностью. Это было ясно видно по его прищуренным в неге глазам.

— Что случилось? Тебя ранил враг? — Всполошилась Фиэль, а отрядный целитель уже проводил первичный осмотр пострадавшей. — Нас выследили?

— Нет. — Простонала молодая эльфийка, кое-как принимая сидячее положение и с ненавистью взирая на свою обувь. — Подошва у сапога оторвалась как раз в тот момент, когда я прыгнула на ветку. А сама оно обломилась! Проклятье! И ведь не спросишь же уже с интенданта, который утверждал, что правильно зачарованному обмундированию рейнджеров сносу целых тридцать лет не будет!

Предмет обуви, послуживший причиной падения, зиял полуоторванной подметкой и серебряными гвоздиками, на шляпках которых была рунная гравировка. Мал вспомнил, что как раз один такой вывалился вчера из кармана Тимона, когда тот проводил очередные испытания своих придумок. А еще он перед тем подготовить засаду долго блуждал вокруг месторасположения отряда, бормоча чего-то себе под нос про верхние пути. Но промолчал, решив не встревать в проблемы его не касающиеся.

— Так, некроманты идут по своему обычному маршруту. — Лонари морщилась, но докладывала четко. Особых повреждений она не понесла, если не считать ущерба собственному самолюбию, да пары нетяжелых ушибов. Видимо обломившаяся ветка была не так уж и далеко от земли. Вероятно, более высокую и вместе с тем очевидную часть тропы по кронам деревьев слабо разбирающийся в мастерстве рейнджеров гоблин попросту не нашел. — Пять колдунов, с каждым по одному мясному танку. Еще десятка два костяных пауков и где-то с полсотни вурдалаков. Плюс непонятно откуда взявшиеся четыре баньши.

— Эти то им зачем? — Почесал голову один из присутствующих здесь дварфов. — Они же как воины никудышные совсем. Те же пауки двоих призраков сразу стоят.

— Скажи спасибо, что горгулий нет. — Фыркнул кто-то. — Вот тогда нам бы точно кисло пришлось.

— Да откуда они тут? — Хмыкнула Фиэль. — Все на побережье, помогают всадников на грифонов и вертолеты гонять. Делать их некромантам тяжело и долго, а сами они достаточно слабые. Так, а теперь затаились и ждем. Не дай боги они выслали в разведку какого-нибудь невидимого духа, которого привлечет блеск стали в кустах. Тогда демона лысого они пойдут в нашу засаду.

— Да демоны, они как бы почти все лысые. — Пожал плечами Мал. — Я их видел…с большой высоты.

— А мне вживую приходилось. — Поморщилась Фиэльот неприятных воспоминаний и руки её сами собой бросились поправить седую прядь. — Все, тихо! Иногда некроманты пускают впереди себя безвредных, но крайне глазастых и внимательных духов-призраков, которых очень трудно засечь. Остается надеяться на то, что раз мы раньше на этой дороге не шалили, то сейчас им такие чрезвычайные меры предосторожности в голову не придут.

Через положенное время появились некроманты, бодро шагающие посреди плотного кольца своих гнилых слуг. Патрульный отряд, двигался никуда не спеша. Сектанты внимательно осматривали состояние дороги, чтобы при необходимости подновить её силами рабов или тех же вурдалаков, с несложными заданиями под руководством хозяев отлично справляющимися. И, понятное дело, они не пропустили небрежно закопанную у них на пути магическую мину. Та была едва-едва присыпана от прямых взглядов и буквально истекала волшебной силой. А также очень скоро грозила превратиться в обычный мусор. В принципе сделать её долговременной и незаметной было можно…Но тогда к процессу пришлось бы привлекать хорошего артефактора, которых в поселке никогда и не было.

— Клюет. — Азартно потер руки гоблин, едва не поджигая траву сорвавшимся с них дождиком электрических искр. — Где же подсечка? Дварфы, уснули что ли?

Конструкция простейшей катапульты не сильно превосходит в сложности обычную рогатку. Станина, противовес, ложе для снаряда, несколько веревок. Да, долго подобные самоделки не прослужат, собственно их и перенести то на другое место вряд ли получится. Но зато собрать их те, у кого руки работают как надо, могут быстро и при наличии материалов в большом количестве. Распознавшие ловушку некроманты, двигавшиеся по заранее проложенному дорожными строителями курсу, замерли на безопасном отдалении от неё. На участке дороги, куда и были нацелены примитивные осадные орудия.

Дождь из булыжников и гальки всех форм и размеров глухо чпокал о землю или плоть чудовищ. Вурдалакам и костяным паукам ломало конечности и, в редких случаях, головы. Жировики прикрыли чудовищные морды всеми руками и на массирующие их тухлые горы сала снаряды внимания особо не обращали. Колдуны ожидаемо прикрылись от летящей смерти магическими щитами. Те, конечно, можно было бы и продавить продолжительным обстрелом или, скажем, попаданием камня размером с овцу, но на такое засада рассчитана не была.

Яростно завывая и рыча, монстры рванулись к противнику. Вот первый из них на всем ходу исчез из виду в квадратном отверстии волчьей ямы. Возможно, он бы высказал негодование такому подлому приему, но помешало гнилостное состояние мозгов и торчащий из центра ловушки кол. Спрятавшиеся на ближайшей опушке дварфы работать руками умели и любили. Их подготовленная к внезапному удару и последующей обороне позиция могла похвастать даже сухим рвом. А длинные копья, ростовые щиты, мушкеты и пороховые гранаты — это существенные аргументы даже против численно превосходящего противника.

Колдуны перестроились полукругом, чтобы как можно лучше видеть врага, контролировать своих тварей и кидаться заклинаниями. От ружейного огня их надежно прикрывали чары и двинувшиеся вперед живые башни мясных танков. Жутко закричала одна из баньши, крутившихся рядом с магами смерти и бросилась со своими товарками куда-то за их спины. Внимания на аномалию в виде трусливых призраков в первые пять секунд схватки не обратили. Люди пребывали в полной уверенности в том, что их твари крайне тупые и преданы им целиком и полностью. Никто не стал анализировать странное поведение нескольких монстров, когда на виду есть активно палящий из ружей враг, уже рубящий передовых вурдалаков в капусту.

— Жизнь за вечность! — Патетически крикнул один из некромантов, видимо самый молодой и горячий, размахивая посохом. В следующую секунду зачарованная эльфийская стрела, пробила ему затылок. Аналогичный конфуз помешал и остальным магам смерти совершить подвиги во имя своей идеологии и далекого дохлого начальства. Тихо подобравшиеся в шуме битвы сзади эльфы о своем присутствии неприятелю решили не сообщать. Из врожденной скромности, не иначе. Ну, может быть еще чуть-чуть из тактических соображений.

Корни опутали ноги многоруких мертвых гигантов, сшитых из отдельных тел. Самые мощные твари были еще и самыми медленными, а потому оказались следующими на очереди у зашедшего с тыла отряда. Троим чудовищам маги Кель Таласа совокупными усилиями сожгли головыв пепел, не оставив даже костей черепа. Одному гоблин отрезал её при помощи здоровенного двуручного меча, управляемого телекинезом.

— Граждане, храните головы в сберегательной кассе! — Наставительно сказал он, когда щелкающий двумя парами челюстей бочонок с несколькими глазами плюхнулся на траву. — Если они у вас есть, разумеется.

— Чего? — Не понял орк, прикрывающий его от всяких случайных противников, на которых занятых своими делами коротышка мог вовремя не обратить внимания.

— Того! — Тимон выразительно постучал себя по лбу. — Шлем не надо забывать! И доспехи! А то смахнут бестолковую тыковку с плеч, каким бы здоровым ты не был! Кстаааати, а мертвые их вообще носят?

— Да вроде нет. — Задумался Мал. — Даже личи не одевают. Только проклятый принц, по слухам, в латах всюду ходит, но я его сам никогда не видел. На жировиках иногда разные перевязи болтаются, куда некроманты груз навьючивают, однако это вряд ли может считаться.

— Интересно. — Гоблин выпал из боя, а порхающий рядом с ним двуручник шмякнулся об землю. — Мертвые, они ведь сильные, да?

Последний жировик оброс прической из обычных стрел. Такое количество железа в башке, увы, не оказалось чрезмерным для его мыслительных процессов. Тварь заревела и, размахивая сжатыми в руках ржавыми серпами, принялась рвать корни. Мечники деловито начали подрезать ей суставы, оттяпывая или приводя в негодность одну конечность за другой. Одному не повезло и его отбросило в сторону мощным ударом, выворотив наружу половину ребер. Отрядный целитель дернулся к пострадавшему, но тут же вернулся в строй и горько покачал головой. Удар пришелся на левую сторону груди, а значит неизбежно должен был превратить сердце в кровавую кашу. А может оно даже и вылетело на траву где-то на середине полета уже мертвого тела.

— Мертвые очень сильные. — С сожаление взглянул орк на мертвого воина. Тот даже не пытался блокировать чудовищный удар, а чтобы увернуться ему не хватило буквально чуть-чуть. — Даже вурдалаки сильнее обычных людей, только тупые. А если сильно старые, ну там им лет пять, то по слухам они становятся хрупкими. Кости, несмотря ни на какую магию, сгнивают.

— Очень интересно. — Повторился гоблин и, вытащив из-за пояса кинжал, начал бочком-бочком перемещаться по флангу сложения. — Пумба, вот предположим ты труповод…

— Кто? Я? — Даже передернулся от такого орк. — Да никогда! Меня предки за одну только попытку приобщиться к этому темному искусству демонов так проклянут…

— Ладно, — качнул головой Тимон. ю — Предположим, я труповод. Научился, чтобы познать своего врага, из научного интереса, да ну и просто от скуки.

Вот это Мал себе представить мог легко. Даже слишком.

— Нас убьют, а не убьют, так ославят так, что ни в один город не пустят. — Замотал он головой. — Не надо этому учиться! Пожалуйста!

— Ну, я же только теоретически! — Честные глаза гоблина заставили орка обреченно застонать. Правда, потом он вспомнил, что уже не обязан всюду таскаться за ним следом и несколько успокоился. Теперь, если дойдет до крупных неприятностей, ему никто не помешает сбежать подальше от этой мелкой зеленой тушки, буквально притягивающей неприятности. А то и самому придушить её, а после сполна вкусить заслуженные почести. — Так вот, предположим я труповод. Что мешает мне забронировать мою непобедимую мертвую армию хорошими доспехами?

— Не знаю. — Пожал плечами орк, о таких тонких материях раньше не задумывавший. — Может, недостаток железа?

— Да на любом поле боя брони навалом! Правда, дырявой, но я сомневаюсь, что вурдалаки и костяные пауки будут возмущаться одежде из секонд-хенда! — Фыркнул гоблин, недовольно мотнув головой и заглянув в одну из волчьих ям. — Так-с, кол торчит из спины, лапки не дергаются, образец неработоспособен. Печально. Короче, руководство проклятых безнадежными идиотами не является. Последние бы не завоевали себе половину континента, верно?

— Ну да. — Был вынужден согласиться орк. — Мерзавцам, тварям и бесчестным ублюдкам, вызвавшим чуму и призвавшим демонов, дураками быть вовсе не обязательно.

— В точку. — Согласился с ним Тимон, заглядывая в следующую дыру в земле. — Так, тут голова отвалилась. Еще хуже. Значит, если главные личи не идиоты, то носить броню мертвецам что-то мешает. И мне очень хотелось бы узнать, что именно и как этот процесс может помочь в борьбе с нежитью. А потому помоги мне поймать образец-другой. Ищи такого, который был бы еще активен, но мало дееспособен. Покойник ведь не подохнет окончательно, если выбить ему при помощи телекинеза все зубы и оборвать лапки?

Как ни старались гоблин и орк отыскать себе подходящую добычу, но вурдалаки уже погибли все или почти все. Кого приняли ловушки, кто поймал черепом расколовшую его пулю, кому и хребет топором или прикладом перешибли. Самые быстрее и самые хилые твари в армиях некромантов ни в коем разе не могли считаться против хороших воинов кем-то еще, кроме смазки для клинков. Продавить правильный строй латников они могли лишь при очень большом численном перевесе или если им на помощь приходил кто-то еще. Костяные пауки, уже подошедшие к дварфам на дистанцию плевка, не знали ни сомнений, ни колебаний. Зато их противника знали плотные забрала, которые давно уже закрыли. А в мелкие отверстия глазниц или сочленения доспехов выплюнутый ядовитый желудочный сок еще должен был попасть. Тем же эльфам, носящим на себя куда более легкое обмундирование, их атака могла принести куда как больше вреда. Но жители Кель Таласа под удар мудро не подставлялись и расстреливали мертвецов из луков с безопасной дистанции. А те, верные уже полученным приказам почивших хозяев, продолжали тупо и монотонно пытаться продавить оборону укрепленной позиции.

— Радует меня это наплевательское отношение противника к тактике! — Хмыкнул гоблин, отшатываясь от полетевшего в него плевка. Часть костяных пауков все же сообразила, что происходит чего-то не то и попыталась развернуться к новым врагам. Лишенные их внимания дварфы добивали тех, кто остался вместе с ними и вряд ли после пустились бы в погоню за убежавшим врагом. Им и так досталось в скоротечном, но жестоком бое. К тому же представители данной расы редко могли похвастаться успехами в беге. — Этим бы немертвым тварям хоть чуть-чуть мозгов и они бы тогда ух!

— Они и так ух! — Орку с размаху ударил по костяной башке попершего на них вперед чудовища. Лезвие топора застряло между костяными пластинами зубов, а прямо сквозь них в Мала полетела струя мутной жидкости…Которая сделала вокруг зажмурившегося в ожидании порции яда лысого воина круг почета и залетела обратно в пасть монстра. Чудовище глухо ухнуло и померло, распираемое изнутри телекинезом. Выдернутые со своего места кости черепа нежити искривились в разных направлениях и через них начали капать превращенные в кашицу внутренности твари. — Ох, проклятье! Это было близко.

— Угу. — Кивнул ему насупленный гоблин, растирая руками виски. — Знаешь, а ломать сопротивляющуюся живую плоть…ну пусть неживую…В общем, все равно сложнее, чем таскать камни. Короче, сам не пойму как так получилось, но я вымотался, а к нам еще один недобиток несется.

Потерявший пару конечностей костяной паук и вправду держал курс прямо на парочку из крупного и мелкого зеленокожих, явно намереваясь отомстить за погибшего собрата. Как назло рядом ни случилось никого, кто мог бы прийти ему на помощь. Эльфы откатывались назад от пятерки последних тварей, пытавшихся непременно ухватить их своими костяными челюстями. Огонь заклинаний от выдохшихся магов и стрелы лучников рвали плоть мертвых, но быстро их уничтожить не могли. Мечники тоже не лезли вплотную к существам, лишенным инстинкта самосохранения и лишь маячили у тех перед мордами, выигрывая время. Дварфы отдыхали на безопасной дистанции в одиночестве и даже стрельбу не вели. Только один, видимо наименее уставший, приник к прикладу ружья. И похоже даже целился именно в того монстра, который несся на них.

— Бзанг! — Тяжелая пуля выбила искры из лезвия топора, а не ожидавший такой подлянки Мал выронил оружие из рук.

— А этот тип знатный робингад! — Непонятно прокомментировал поведение союзничка на глазах все больше и больше становящийся неадекватным гоблин и погрозил стелку оттопыренным средним пальцем. Того, впрочем, уже учили кулаками остальные дварфы. Их мушкеты явно были не настолько точными, чтобы с такого расстояния гарантировать отсутствие попаданий по своим.

— Что же меня так шатает-то? — На Тимона, в прямом смысле слова колышущегося на ветру, надежды было мало. Поспешно подобравший оружие орк приготовился к танцу со смертью…Которого не произошло, поскольку почти добежавшего да напарников костяного паука раздавило ближайшее молодое деревце. Оно сначала подставило монстру подножку узловатым корнем, а потом проворно выкопалось из земли и пару раз подпрыгнуло на спине твари, прежде чем снова закопаться и притвориться добропорядочным дубком.

— Хорошая девочка. — Гоблин безошибочно нашел взглядом Фиэль Златокудрую и радостно помахал ей все тем же далеко отставленным средним пальцем. — Сегодня ночью получишь конфетку!

Орк на всякий случай приготовился к отражению атаки со стороны ближайшей растительности, но её не последовало. То ли эльфийка не расслышала, то ли звезды сегодня выстроились в такое положение, при котором везение дураков увеличивалось до воистину космических масштабов.

— Че же мня так развезло? — Гоблин, чтобы не упасть, сел на задницу и схватился за низкую лесную траву. Вопросительное выражение его морды могло бы озадачить даже лежащего рядом костяного паука, если бы сам маг-самоучка не раздавил телекинезом его мозг. — Я ж ниче и не курил! А от водки так никогда не штырило. Да и потом, где мы, хде водка? И даже якод нинкаких люциногеных, галюционенныхх…глючных! Короче и не жевал. Ни цветов, ни ягод, ни грбов и даже ятовитую рыпу фугу не мусолил. Стоп! Ядовитую. Меня трванули.

— Кто? — Удивился орк. — Как? Ели мы вроде бы из одного котелка за завтраком. Да из него четверть отряда кашу накладывала и ничего, вроде все сейчас себя нормально чувствуют.

— Значит ят сложный. — Решил гоблин и его вырвало. Отдышавшись, зеленый карлик чья кожа стремительно серела, продолжил. — Многокомпонентный, во! Кто-то жаждит муей смерти! И я даже подозреваю, кто.

Последние слова были сказанными практически нормальным голосом и таким тоном…Мал внутренне порадовался, что к отравлению гоблина ни малейшим образом не причастен. И заранее пожалел горе-убийцу в том случае, если Тимон сейчас выживет и не станет недееспособным инвалидом.

Глава 11

— Я самый тяжелый в мире больной! — Скорбным голосом провозгласил гоблин. И, чтобы его слова уж точно до всех дошли, внушительно покачал удерживаемым тонкой ручкой боевым молотом. Учитывая, что оружие паладина превосходило зеленого коротышку по массе и размерам минимум трижды, картина была на редкость сюрреалистической. — Скажи, малыш, у тебя есть для меня варенье?

Малыш, которого орк с первого взгляда принял за молодого огра, гневно замычал. Кляп, вставленный некромантами в рот человека, заходил ходуном и едва не вылетел напрочь, несмотря на удерживающие его на нужном месте ремешки. Зазвенели цепи, надежно удерживающие пленника привязанным к толстому полену. Его, похоже, вместе с этим куском дерева и транспортировали, опасаясь давать пойманному паладину хотя бы минимальную свободу конечностей.

— Тимон, хватит дурачиться, ты давно выздровел! — Пока гоблин дурачился и наживал проблемы, Мал как обычно занимался делом. Искал ключи, чтобы освободить остальных находящихся в каком-то старом ветхом сарае пленников. Конечно, их бы можно было сбить тем же самым молотом, которым при помощи телекинеза игрался зеленый коротышка. Вот только тогда шум неизбежно поднял бы на ноги и живых, и мертвых. Учитывая, что последних на стоянке каравана некромантов бродило довольно много, подобного не хотелось бы. — Лучше вскрой своей магией эти оковы.

— А толку? — Гоблин приподнял веко одного из пленников и поводил перед глазом пальцем. Потом, отчаявшись добиться какого-то результата, пустил с него крохотную молнию прямо в глаз. Пленник даже не дернулся. — Не видишь разве, люди не с нами. Интересно, чем их так вставило, что боли совсем не чувствуют, а зрачок даже на свет отказывается реагировать?

Орк ничего не сказал, продолжив сосредоточенный обыск помещения. Положиться на других в столь ответственном деле он не мог, поскольку никаких других и не было. Не считая гоблина, вернее тварь умело им прикидывающуюся. Пришедший караван оказался слишком большим, чтобы эльфы и дварфы рискнули на него напасть. Но одно мелкое зеленое недоразумение решило сходить в диверсионный рейд на свой страх и риск. А также ради добычи. Которой, увы, здесь и не пахло. Не дырявые же штаны с пленников снимать?

— Ммм! — Подал голос паладин, на котором сохранились остатки одеяний этой воинствующей жреческой касты. Да впрочем и без них перепутать его с кем-то иным мешала улика в виде здоровенного молота. Поднять подобное оружие без магических фокусов на день пути в любую сторону мог только он. Ну, в принципе еще жировики, но им зачарованная рукоять скорее всего тут же сожгла бы лапу.

— Мне кажется, он намекает, чтобы его освободили. — Заметил орк, удостаивая человека скептического взгляда. Ключей он не нашел, чему был втайне рад. Забыть резервацию и заправляющих там людей, среди которых встречались и такие вот орясины, он вряд ли бы смог хоть когда-то. — Между прочим, это в наших же интересах. Иначе придется переть его прямо так. Или оставить здесь.

— Мне тяжести поднимать нельзя. — Категорически замотал головой гоблин. — Я самый тяжелый в мире больной! Мне можно только варень…Опа! А вот и мое варенье!

Орк развернулся на звук искреннего счастья в голосе напарника и схватился за топор. Потом, присмотревшись, поднял его к своему лицу и глубоко задумался. О самоубийстве. На меч Мал мог бы броситься или просто воткнуть его в живот, но вот бывший инструмент лесоруба на подобные фокусы рассчитан не был. А судя по тому, что гоблин уже исчез из сарая отправившись путешествовать по лагерю некромантов, скоро свести счеты с жизнью отважному воину таки потребуется.

— Мы! Мыы! М! — Попытался чего-то буквально по слогам сказать ему паладин, единственный среди трех десятков пленников проявляющий признаки вменяемости и сознания. В процессе человек изо всех сил косил глазами на топор в лапе орка.

— Зарубить, чтобы демонам в жертву не принесли? — Попробовал угадать Мал, решив, что в крайнем случае резанет себя лезвием по горлу. Оно, правда, было не слишком-то острым, но чтобы прорвать нежную в этом месте кожу одной из зазубрин его все же должно было хватить. — Ладно, сделаю. Молись!

— Ммм! — Исполнил трубный клич быка-производителя боевой жрец, взирая на поднятое вверх оружие.

— Нет? — Недоумевающее спросил орк и почесал обухом оружия в затылке. — Точно нет? Ну ладно, сам захотел. В таком случае чего тебе надо?

Паладин застонал и принялся биться головой о бревно, к которому был прикован. Наблюдающий за его мучениями орк держал каменную физиономию и ликовал в душе. Ну, еще немного стыдился. Совсем капельку. Среди воинов вообще личности с тонкой душевной организацией, испытывающие смущение при виде сильного расстройства своих недругов, редко попадаются. На четырнадцатом ударе, после которого часть коры с куска дерева слезла, человек прекратил свое занятие и уставился большими глазами на то место, где располагалась дверь в сарай. Мал даже оборачиваться не стал, уже зная, что там находится его персональное наказание за все грехи клана на много поколений вперед. Если бы под эту убогую крышу, кое-как спасающую от дождя и ветра, вошли некроманты во главе с проклятым принцем Артесом, паладин бы удивился меньше. К тому же они вряд ли бы столь громко сопели и чертыхались, пытаясь справиться со своей добычей.

Медленно повернувшийся орк оценил притащенный зеленым коротышкой трофей с одного взгляда, судорожно сглотнул, замахнулся чтобы ударить и, увидев крайне зверское выражение лица гоблина, опустил оружие. По физиономии Тимона сразу можно было понять одну простую истину. Умрет, но не отдаст. И в принципе с первой частью данного утверждения могла бы согласиться даже его добыча. Если бы кто-нибудь вытащил у нее из зубов рукоятку кнута.

На полу загона для рабов елозила копытами по покрытым гнилой соломой доскам самая настоящая суккуба. Небольшие слегка искревленные острые рожки на голове, примерно на ладонь высовывались из копны темных волос. Черты лица, наводили на мысли об эльфийках прежде всего довольно большими и длинными ушами с заостренными кончиками. Фигура притягивала взгляд и практически не была скрыта чем-то вроде держащейся на ремнях кирасы. Несмотря на некоторую мускулистость, данная представительница демонов казалась просто очаровательной. Чуть ниже бедер стройные ноги были покрыты густой черной шерстью и заканчивались копытами. Однако ни они, ни сейчас сложенные за спиной крылья не портили общее впечатления, а скорее лишь подчеркивали изрядную экзотичность данной особы. Из расположенной на поясе повязки, выполняющей скорее декоративную функцию и вполне способной сойти за слишком широкий пояс, высовывался длинный, но очень тонкий хвост, сейчас изо всех сил стегающий куда придется. Правда, силы в этой конечности было настолько мало, что даже субтильный гоблин на её удары внимания не обращал.

— Лучше бы ты упер у какого-нибудь некроманта целую бочку варенья! — Буквально простонал орк, взирая на пленницу. Та впрочем смотрела на творящееся внутри сарая безобразия не менее сумасшедшими глазами. Видно у неё никак не могло уложиться в голове, что теперь она сама стала жертвой. Впрочем, на более активные меры протесты, чем злобный взгляд, она пока не осмеливалась. Даже не мычала в отличии от немного оклемавшегося от шока паладина, видимо опасаясь за свое здоровье и жизнь. Повод для подобной осторожности у нее имелся. Длинный кнут, чья рукоять была крепко сжата зубами суккубы, сначала делал несколько витков вокруг головы, спускался к заломленным за спину рукам, а затем обвивался вокруг шеи петлей. Конец его терялся в руке у довольно лыбящегося гоблина. И, судя по тому какая полоса алела на шее демоницы, та уже на собственном опыте успела узнать, насколько мастерски тот может пользоваться телекинезом. — Ты соображаешь, чего творишь? Впрочем, о чем?! Конечно же нет! И даже не пытаешься!

— Не бойся, колдовать она не будет. — Невидимый рычаг перевернул пленницу на живот, и тут же нечто развело её крылья далеко в стороны. Судя по сдавленному воплю пленницы, сделано это было совершенно без учета её анатомии и причинило демонице нешуточную боль. Межу лопатками суккубы красовалась заметное вздутие на коже, по центру имеющее грубо сшитый нитками рубец. Он явно возник совсем недавно и из него еще сочилась кровь.

— Загнал туда малую печать высасывания маны, которую у Фиэль позаимствовал. — Пояснил он в ответ на надоумевающий взгляд орка. — Она её еще для меня готовила, но потом решила, что маловато будет. В принципе, согласен, емкость у данной штуковины не особенно хорошая, но как минимум до завтра хватит. Да и вообще надо будет какой-нибудь другой способ её обезопасить придумать, не то воспаление может начаться.

— Воевать с женщинами нехорошо. — Прогудел Мал, усилием воли отрывая взгляд от того места, где торс демоницы переходил в её же ноги. — Бесчестно. Тем более брать их в плен и поступать с ними так, как ты хочешь.

— Даже если они приходят на чужие земли в составе армии вторжения? — Вопросом на вопрос ответил гоблин и оценивающе посмотрел на свою пленницу, вывернувшую шею под казалось бы невозможным углом, чтобы даже лежа на животе внимательно следить за всем происходящим. Во взгляде её зеленых глаз равных долях кипели ненависть, злоба и страх. — Эй, милая моя, солнышка чумное, тут тебя добрый зеленый дядя выбор предлагает. Нет, не он, лысый к нашим делам вообще никакого касательства не имеет. Я. Да вот такой вот щедрый, сам от себя не ожидал, старею, наверное. Так вот, вы, леди, попали в руки к неприятелю. И теперь есть только два варианта. Первый это смерть на месте. Второй рабство с туманными перспективами и переходом в к предыдущей позиции в случае необходимости. Если в неволе вам жизнь не мила, подергайтесь и помычите что ли. Мы тут же перейдем к обсуждению наиболее уместного в данном случае способа казни.

Суккуба замерла так, что могла бы быть принята кем-то посторонним за очень качественное изваяния себя самой. Даже уже размахнувшийся для нового удара хвост остановился в воздухе и теперь мелко дрожал, не рискуя закончить движение или хотя бы опуститься вниз.

— Ну вот и договорились. — Хмыкнул гоблин, хозяйски запуская руку под одежду пленницы и шаря у нее на груди. После вдумчивого и внимательного исследования коротышка извлек конечность обратно и с немалым удивлением уставился на добычу в виде короткого изогнутого кинжала. — Оп-па! Нет, я конечно знал, что в ридикюле настоящая женщина может спрятать немногим меньше вещей чем в сумочке, а содержимое последней не каждый грузовой верблюд на себя утащит, но как ты держала между своих очаровательных сисечек вот это? Они у тебя с сопротивлением к режущему урону?

— Ммм? — Уточнил паладин, вопросительно взирая на орка, видимо сочтенного им меньшим из присутствующих здесь зол.

— Нет, других суккуб он себе не завел. Во всяком случае, пока. — Орк решил, что он понимает, о чем говорит пленник. Действительно, какая еще тема может интересовать воина, кроме врагов и женщин. А уж если эти два понятия объединяются в единое целое… — Так, подбивает клинья к некоторому количеству эльфиек одновременно. Еще жив, как видишь, хотя тех он и не связывает. Во всяком случае, пока. Вот только тебе то какое дело, а? У вас же в ордене на период военной службы строгий целибат. Смотреть на других можно, а чтобы самому, так ни-ни.

— Ммм! — Взорвался паладин, вспомнив, что он здесь не просто зритель, а крайне заинтересованное лицо. Или просто возражая против такой трактовки взятых им на себя религиозных обязательств.

— Чего ммм? — Передразнил его гоблин. — Ты замок на своих цепях видишь? Вот и я нет. К тому же они какой-то артефакт. Уверен, если его тронуть моими жалкими потугами на колдовство, то сюда все некроманты сбегутся! Придется нам тебя вместе с этой колодой переть. Да ты не боись, здесь не бросим. Мал, ты…

— Я его не подниму. — Категорично заявил орк. — Клянусь своей лысиной! Стоп! Ты назвал меня по имени?!

— Оговорился, с кем не бывает. — Пожал плечами вредный гоблин, гадко подхихикивая. — В общем, ты берешь девушку. Можешь снять с неё кирасу и мини-юбку, чтобы не тащить на себе лишнюю тяжесть. Мало ли, вдруг в них вшита ядовитая иголка или еще какой сюрприз припасен вроде демонических лобковых вшей? Я хватаю паладина с его верным другом-бревном и мы быстро убегаем тем же маршрутом, которым пришли. Остальных людей взять бы хотелось, но они точно не дойдут. Возражения?

— Эти двое тоже захлебнутся. — Меланхолично пожал плечами Мал, которого такой исход в принципе даже устраивал. — Хотя ладно, рискнем.

Отобранным у суккубы кинжалом он срезал её одежду и на несколько секунд замер…Пока Тимон с совершенно не гоблинской силой наступил ему на ногу.

— Сам себе женщин лови. — Наставительно сказал он. — Нечего на чужих слюни пускать. Кстати, а ведь в людских землях после войны с Ордой были полукрови, верно?

— Да и довольно много. — Кивнул орк, морщась от боли в ноге и не слишком приятной темы разговора. — Но их всех либо убили при рождении, либо согнали в резервации, где мало кто выжил. Нет, специально мы их не убивали и даже помогали по мере сил, поскольку были ответственны за их появление на свет. Но нам самим слишком тяжело пришлось. А тебе это зачем?

— Да так, интересуюсь совместимостью рас, чтобы в дальнейшем знать как реализовать подобные трофеи. Если вы скрещиваетесь с людьми, то значит, скорее всего сумеете осчастливить ребенком и представительницу любой другой расы. Жаль, не то бы специально для орды можно было устроить бордель, в котором не нужно будет заботиться о контрацепции. Персонал для подобного заведения вот уже начал подбираться потихонечку. — Гоблин дернул за кнут и начавшая было при его словах снова шевелиться суккуба снова замерла, когда на ее шее чуть туже затянулся узел, перекрывая доступ к воздуху. — А еще признаю, я немного погорячился с захватом. Сейчас мне её девать действительно некуда. Есть гарем, но нет места для него, какая ирония, а? А потому девочка если хочешь сбежать или героически умереть, то не стесняйся. Твоя смерть очень развяжет мне руки.

— Ммм? — Уточнил паладин, начиная качаться вместе с бревном, которое гоблин поднял в воздух телекинезом.

— Как мы сюда попали, миновав патрули нежити и охранные чары? — Орк поморщился от неприятных воспоминаний. — Сейчас узнаешь. Да, кстати, надеюсь, ты боишься воды. А то одному мне пугаться будет как-то нехорошо.

Паладин если и хотел возразить, то его никто не слушал. Как и закинутую орку на закорки суккубу, что вела себя на удивление смирно. Даже крыльями, в принципе свободными, хлопать не пыталась. Видимо короткое общение с гоблином, закончившееся для нее пленом, было для демоницы ну просто очень убедительным.

Двигаясь быстро и по возможности бесшумно, напарники дошагали до реки, на берегу которой стоял заброшенный эльфийский поселок. В который, даже после уничтожения Кель Таласа заворачивали караваны, чтобы немного отдохнуть. Караулившие на всякий случай берег вурдалаки злобно зарычали на живых. Но с места не дернулись, поскольку были всей пятеркой закопаны в землю по самую шею и дополнительно придавлены камнями. Однако твари оставались вполне активными и потому поставившие их некроманты не тревожились из-за гибели части своих войск. Да и вряд ли они всерьез предполагали, что сквозь бурную воду может кто-то перебраться и напасть на них, а потому защитой этого направления почти не озаботились. Речного флота в Кель Таласе никогда не было, а для пловцов течение было слишком бурным.

— Кстати, Тимон у тебя помнится был раньше какой-то промасленный рюкзачек. — Задумался орк, пробуя пяткой холодные и бурные воды реки. Выплыть в таком течении лично он бы не стал и пытаться…Однако если тебя над поверхность воды придерживают телекинезом, то утонуть становится сложно. — Куда он делся?

— Я им сортир заминировал. — Отмахнулся гоблин, плюхая на песок бревно с гордо хранящим молчание паладином. Хотя, судя по тому как скованный по рукам и ногам человек пялился на водную гладь, он просто онемел от ужаса. Даже многозначительное мычание сквозь кляп не раздавалось. — Он как раз рядом с рабским сараем стоит и оттуда вот эта красотка выбиралась, ругая каких-то снайперов, не способных даже в дырку попасть. Как думаешь, некроманты в уборную с активированными щитами ходят?

Взрыв и высокий столб зеленого пламени, вознесшийся вверх над крышами поселка, заглушили ответ орка. Тот даже связанную своим же кнутом пленницу выронил на прибрежную гальку, вызвав у той протестующий вопль, по большей части заглушенный всунутой в зубы рукояткой оружия.

— Как хорошо бухнуло. Не иначе как взрывчатка вступила в реакцию с многолетними естественными отложениями селитры в эльфийском сортире. Интересно, а какой катаклизм случится, если подобным составчиком их канализацию обработать? — Восхищенно цикнул гоблин, телекинезом возвращая суккубу орку на плечи, а бревно с паладином в воздух. Обе мистическим образом транспортируемых персоны в унисон замычали, видимо незримые тиски магии стиснули их слишком уж сильно. — О, какая согласованность действий! Сколько ненависти по отношению ко мне на ваших милах лицах! Да вы просто идеальная пара! Ну, так уж и быть, своей властью самого сильного в данный момент времени типа объявляю вас мужем и женой!

Паладин и суккуба от таких известий даже соизволили замолкнуть на несколько секунд. А потом хором завопили. Правда, последнее могло быть вызвано и тем, что орк и гоблин со своим живым грузом прыгнули в холодную реку. Мощный поток немедленно попытался закрутить их и утащить на дно, но воля и магия гоблина заставили остаться на плаву всех членов группы, буквально удерживая их в частично надводном положении как поплавки. Правда суккуба немедленно начали извиваться как кошка, пытаясь оказаться как можно выше и едва не утопила своего носильщика. Она дергалась, мычала, хлопала крыльями словно подтаскиваемая к колоде с топором гусыня и извивалась как змея. Несколько раз благодаря её усилиям и собственному отравительному умению плавать Мал все-таки погружался под воду с головой, когда его напарник оказывался слишком занят собственными проблемами, чтобы заботиться о других. На одном из таких участков, проделанных полностью под водой, перед опешившем орком оказалась фигура мурлока. Горбатая амфибия чего-то проклекотала на своем странном диалекте и выразительно покрутила перепончатой лапой у виска. Поскольку в этот момент она не могла грести, её тут же снесло ниже по течению и скрыло из вида.

— Да знаю я, что с ума сошел, раз в такую реку сунулся! — Прохрипел Мал, выныривая на поверхность и отплевываясь. С его плеч начала соскальзывать суккуба, крайне плохо перенесшая погружение и теперь лишь слабо фыркающая брызгами воды из носа. Орк попытался перехватить её поудобнее и с удивлением понял, что одна из его рук больше не мерзнет, попав в некое очень теплое место. А получившая хоть какую-то дополнительную точку опоры демоница немедленно обвила её хвостом.

— Ну, по крайней мере, губить девичью честь пленницы не придется. — Констатировал Мал, делая свободной конечностью широкий гребок. — С этого зеленого поганца стало бы поймать единственную на весь Пылающий Легион суккубу-девственницу!

— Эй, я все слышу! И вижу! — Вышеозначенный и одаренный разными сомнительными талантами гоблин обнаружился рядом. Он сидел на бревне. По деревяшке судорожно стучали руки паладина, находившегося ниже уровня воды. — Учти, тебе как честному человеку, то бишь орку, после такого придется официальо наставить рога нашему спасаемому молодожену! Ну или жениться на его вдове, если этот тип все-таки не выплывет.

— А ты его лицом вверх переверни. — Ехидно посоветовал Мал. — Тогда может и не захлебнется, тем более не так уж много нам плыть осталось.

— Да пробовал уже. — Развел руками зеленый коротышка, не торопясь тем не менее совершать какие-нибудь телодвижения или магические манипуляции, чтобы спасти человека. — Его назад переворачивает сразу же. Перешивает, паршивец. Чем интересно таких бугаев кормят, что у них кости как свинец весят?

До берега осталось совсем немного и орк вместо ответа сосредоточился на том, чтобы преодолеть оставшееся расстояние. Суккуба на его плече как-то странно замерла и ему оставалось лишь надеяться на то, что она просто в обмороке, а не захлебнулась. Выбравшись через пару минут на берег Мал констатировал, что скальп все еще остался на его лысой голове и не содран когтями пленницы. Хотя на спине после нескольких особо сильных ударов копытами теперь точно останутся синяки. Грудь брошенной на прибрежную гальку пленницы вздымалась, она слабо пыталась отфыркиваться, избавляясь от воды в легких, а значит пока не торопилась избавить чисто мужскую компанию от своего общества. Рядом похожим образом громогласно выдувал из ноздрей сопли паладин, большую часть пути проделавший лицом в воде.

— Полагаю, если это убрать, процесс акклиматизации пойдет быстрее. — Решил гоблин и перерезал ремешки кляпа, затыкавшего рот человеку. Комок какой-то кожи немедленно оказался выплюнут, причем долетел едва ли не до середины реки. Лишившись столь сомнительного украшения, воин света оклемался, предварительно выплевав из себя ведро жидкости и парочку то ли крупных головастиков, то ли небольших рыбешек. Как уж он умудрился всосать их носом — даже представить было сложно.

— Мерзкие отродья. — Прохрипел паладин, клокоча словно забытый на плите чайник. — Ладно с цепями не справились, но что вам мешало раньше-то кляп убрать?! Я же с того момента, как вы вошли в тот проклятый сарай, как мог пытался намекнуть! Ох, знали бы вы, как мне надоела эта дрянная затычка!

— Оп-па. И как можно было не догадаться? — Мал почесал в затылке и с подозрением посмотрел на своего напарника. — Неужели быть гоблином, это теперь заразно?!

Глава 12

— Убью, похотливое отродье!

— Я вырву тебе кишки, мерзкий червь!

— Они просто созданы друг для друга. — Смахнул слезу умиления из уголка глаза гоблин, прислушиваясь к раздававшимся из-за двери звукам. Закуток, куда были посажены суккуба и паладин, буквально сотрясался из-за очередной драки своих обитателей. Таких уже было много и, вне всяких сомнений, в ближайшем будущем будет не меньше. — Девочка моя скажи, ну разве мы с тобой не гениальны? Я привел их сюда, а ты посадила в эти шикарные апартаменты для новоборачных…

— Мы стоим на пороге погреба для скоропортящихся продуктов. — Вздохнула Фиэль Златокудрая и устало потерла лоб рукой. Общение с тем, кто откликался на имя Тимон, неизменно требовало от нее неимоверного умственного напряжения. — А еще это единственное место во всем поселке, способное сойти за тюремную камеру. Размешать пленницу и нежеланного гостя нам просто больше негде! Все-таки дварфы строили тут обычный жилой поселок, а не форт или крепость с казематами на сотню-другую персон.

— Не придирайся к мелочам. — Отмахнулся коротышка, жадно приникнув ухом к железной двери, украшенной магической печатью высасывания маны. Схватка внутри и не думала утихать. У демоницы не хватало сил на то, чтобы прикончить воина света голыми руками. А его самого убедительно попросили от убиения сокамерницы воздерживаться, под угрозой как минимум смертной казни. Пребывающая в крайне злобном настроение после возращения орка и гоблина из лагеря некромантов Фиэль пообещала, что если воин света будет себя совсем плохо вести, то выбывшую из строя демоницу он же зеленому поганцу и заменит. Лично! Сложно сказать, поверил ли в угрозу паладин, называвший себя сером Джераром. Однако остававшаяся пока безымянной суккуба за несколько суток плена лишь потеряла несколько обломанных ногтей, да один выбитый молодецким ударом клык. — Лучше прислушайся! Какое интересное пыхтение! Как думаешь, это девочка пытается выдернуть из стены соединенную с её ошейником цепь или кто-то кого-то увлеченно душит подушкой?

— Второе. — Безошибочно определила Фиэль, не сумев уловить звяканья. — Может, хотя бы сейчас ты скажешь нормально, зачем тебе понадобилась такая тварь? Не для удовлетворения своих низменных желаний в самом же деле!

— Ну и для этого тоже, если получится. Не понимаю, чем ты недовольна, ведь сия особа имеет реальные шансы снять с тебя часть сего нелегкого бремени. — Хмыкнул гоблин, одарив собеседницу сальной улыбкой. — Раз уж кое-кто, не будем показывать пальцем, от положенных ей обязанностей самым наглым образом отлынивает. А если серьезно, мне детектор ядов понадобился. Я не просто так оговорил с тобой, что буду кормить свою собственность из своего же котла.

— То инцидент с резким ухудшением самочувствия так тебе напугал? — Подняла одну бровь эльфийка, пропустив мимо ушей неприятные для себя слова. Навык этот у любого, кто общался с гоблинами, появлялся автоматически и за самое короткое время вырастал до невообразимых высот. Плюс то проклятое пари она все-таки проиграла… — И почему бы не воспользоваться более простым способом? Обзавестись дегустатором, конечно, надежно, но на такую роль сгодится и менее экзотическая персона, чем плененный демон. Например, заведи специально обученную собаку. Или на худой конец откармливай частью каждой трапезы поросенка.

— От той, кто много общалась с аристократами Кель Таласа, я ожидал несколько большего понимания механизмы работы ядов. Как-никак именно они во все времена были любимым средством разборок всяких интриганов между собой. — Сморщил обиженную гримасу Тимон. — Меня же отрава не только заставила целый день гадить кровью. Она еще и свела контроль магии, сам по себе-то неважный, едва ли не к отрицательной величине. На существ, не имеющих склонности к оперированию волшебством, например лабораторных мышек, подобный состав рискует не сработать.

Дверь содрогнулась. В нее впечатали чье-то тело. Судя по тому, что следом раздалось сдавленное ругательство, в данный момент не повезло паладину. Фиэль улыбнулась, прислушиваясь к заковыристым оборотам. Гоблин серьезно задумался над тем, как не утратить своего первенства по грозным и предвкушающим злым гримасам.

— Кстати, почему ты с паладином обращаешься немногим лучше, чем с пленным демоном? — Требовательно погладил он её по ближайшим к себе окружностям. И тут же отскочил в сторону, спасаясь от пинка. — Эльфийский махровый национализм, конечно, известен, но такого даже я не ждал…

— Все просто. Мне этот усатый тип известен, причем далеко не с самой лучшей стороны. Как друг и соратник лорда-маршала Гаритоса. Да, тот является одним из лидеров людской расы и, возможно, самым явным претендентом на корону Лордерона. Однако большего снобов и расиста отыскать сложно. По-моему от перехода к некромантам этого аристократа удерживает лишь надежда самому стать королем. Ну, или хотя бы потеснить временного лидера расы Джоану Прадмур. — Недобро посмотрела на излишне наглого гоблина волшебница, раздумывая, не приголубить ли его еще и заклинанием. В итоге она решила отказаться от дальнейшей мести, так как подобные вольности зеленый коротышка пока позволял себе исключительно, если вокруг не было посторонних. Да и ответную реакцию сносил с кроткостью и смирением, даже если не успевал уклоняться. — Во время борьбы за остатки Лордерона с принцем Артасом и его мертвой армией, они несколько раз затыкали прорывы переданными под управление Альянса отрядами из Кель Таласа. А после отступили со своими людьми, оставив наших бойцов сражаться против численно превосходящего противника. Или не подводили вовремя подкрепление. Или ставили заведомо невыполнимые боевые задачи, а потом очерняли наш народ за его трусость, слабость и изнеженность в своих речах. Не будь сейчас наш народ в таком бедственном положении, и мы бы уже объявили охоту за головой этого лорда. И всех его ближних слуг, один из которых сейчас сидит за этой дверью.

— Знать бы сразу, упер бы из рабского сарая некромантов кого-то другого. — Расстроился гоблин, почесав свой длинный нос. — Кстати, а не сделать ли нам налет на какую-нибудь их постоянную базу? Может там найдутся другие суккубы, посговорчивей? Эта не приручается ну вот ни в какую. Видишь следы от зубов? А ведь я всего лишь с ложечки свою новою игрушку покормить пытался кашей, которую Лонари готовила в период своего дежурства у котлов.

— Ты подозреваешь в попытке отравления её? — Насупилась Фиэль. — Предупреждаю, не тронь девочку, а не то…

— Нет, подсыпанный яд, скорее всего, дело не её рук. Хотя это и не изменяет наличия между нами определенных взаимоотношений негативного толка. Которые когда-нибудь обязательно выльются в нечто большее. — Покачал головой гоблин, многозначительно потирая руки. — Она все-таки рейнджер и убила бы меня при желании более надежным способом. Рунной стрелой в затылок, например. Как одного из тех проворонивших нашу засаду некромантов. От полного энергией боевого артефакта даже обычная магическая защита не спасает, тем более накладывать я её толком и не могу. Максимум снаряды телекинезом ловить или им же заставлять воздух вокруг себя буквально каменеть.

— Ну что ж тут поделать, дар у тебя какой-то…неклассический. Потоки энергии слишком грубые и подвержены колебаниям, чья амплитуда больше, чем резерв иного мага. — Вздохнула волшебница, которой теперь приходилось очень внимательно прислушиваться к просьбам и капризам зеленого коротышки. В том числе и тем, которые касались уроков чародейского мастерства. Ей удалось убедить необычного ученика, что заниматься голыми вовсе не обязательно и даже более того, может сильно помешать процессу, но пока это был единственный крупный успех. — Для стандартных чар подходит слабо. Иллюзию и друидизм, направления в которых я весьма неплоха, с такими данными в принципе не освоить. К целительству и зачаровыванию, требующими филигранного контроля, лучше и не подступаться. Стихийная магия в своей массе грубее и подходит больше, но она тоже не на высшем уровне. Если проводить аналогию с бойцом, то ты имеешь весьма слабые мускулы, но практически не можешь вымотаться и устать.

— Мне казалось у меня очень даже неплохо удается вызывать молнию и огонь. — Обиженно посмотрел на неё гоблин. — Да электричество, это самое первое, чем я научился управлять из этого тела!

— Да, но силы, которую ты тратишь на жалкую искорку нормальному магу бы хватило на разряд, поджаривающий сразу трех-четырех врагов! — Цыкнула зубом эльфийка и недовольно прислушалась к происходящему за дверью. А потом опустилась на колени и заглянула в замочную скважину. Оттуда в ответ ей моргнул зеленый глаз с вертикальным зрачком. Оставалось лишь догадываться, как давно обитатели импровизированной тюрьмы узнали о творящемся снаружи их узилища разговоре. И какую именно информацию смогли услышать и понять.

— Какая радость, под моим чутким руководством ты начинаешь учиться плохому! — Снова смахнул слезу умиления гоблин и Фиэль невольно задумалась, почему ей никогда не случалось бывать в театрах этой расы. С такими выдающимися данными они не могли не быть величайшими актерами всего Азерота. Ведь не мог же её собеседник быть сейчас вполне серьезным, правда. — Интересно, сколько времени мне потребуется на то, чтобы приучить тебя раздеваться в людных местах и избавить от лишних моральных комплексов?

— Я столько не проживу. — Эльфийка выпрямилась и, порывшись по карманам, нашла пару амулетов-пропусков, с которым можно было творить волшебство внутри магической печати. Правда, даже с ним подобный процесс усложнялся во много раз, но по крайней мере все силы из гостей узилища чародейский рисунок теперь не высосет. Крепко зажав артефакт в кулаке, она начала возиться с замком. А после изо всей силы толкнула дверь, надеясь ушибить стоящую у двери демоницу. Увы, суккуба проявила изрядную сообразительность и заранее отошла к стене, в которую уходил конец скрепленной с её ошейником цепи. Двадцать или тридцать звеньев остались свободными и теперь она сжимала их в руке на манер кнута, излюбленного оружия подобных ей созданий. — Не ночная эльфийка с их бесконечным сроком жизни. Ха, первый раз думаю, что это преимущество, а не недостаток.

— Намек понял. Приму меры! — Серьезно кивнул гоблин и, расставив руки широко в стороны пошел в лобовую атаку. — Здравствуй моя радость! Ну, как ты тут? Не приставали ли к тебе этой ночью с порочными целями? Не предлагали ли низких и недостойных, но крайне притягательных простых плотских радостей? Как, опять нет? А почему?!

Внезапный удар матрасом разминулся с головой зеленого коротышки буквально на волосок и поднял пыль по всей камере. Попади он в цель и своей силой мог бы сломать шею. Или даже ребра. Паладин огорченно цыкнул. По глазам было видно, что он крайне жалеет об отсутствии своего штатного оружия в виде зачарованного молота. Уж им бы он по слишком юркой, наглой и приставучей цели точно бы сделал одну большую кровавую лепешку.

— Знай свое место, тварь! — Сер Джаред грозно хмурил синие глаза и насупил брови так, что они почти касались некогда аккуратных, но сейчас изрядно разросшихся усов. — Если я еще хоть раз замечу, что ты обращаешься ко мне без должного уважения….

— Мы ему не нравимся, моя прелесть. — Печально констатировал гоблин и при помощи телекинеза поднялся в воздух, а после попытался залезть суккубе на ручки. Но та отпрыгнула от зеленого коротышки так, словно он был по меньшей мере ядовитой змеей. Фиэль про себя завистливо вздохнула, оценив возможности странного существа. В этом месте она колдовать не могла, поскольку все её чары разрушились бы еще на этапе создания. Однако нахальному поганцу было на чудовищные потери энергии просто плевать. Даже теряя три четверти вложенной силы его волшебство все еще оставалось в состоянии выполнить поставленную задачу. А когда оно все же иссякало, Тимон похоже просто создавал новое. — Эх, никто меня не любит. Злые вы, уйду я от вас…Вот хотя бы на кухню, там кажется недурной шашлык сегодня к вечеру будут жарить. И если кое-кто тут будет отмалчиваться как раньше, то повара будут долго чесать голову над её копытцами, пытаясь определить вид дичи.

— Правильно! На костер отродье зла! — Возликовал паладин. — Я давно говорил, что надо её казнить!

— Вы не едите плоти разумных. — Голос суккубы был достаточно уверенным и ровным, но поза её выдавала. Демоница забилась в самый дальний угол здания, куда её пускала цепь и сжалась в комочек. — Даже те из жителей Азерота, что склонили головы перед Пылающим Легионом, редко идут на такое.

— Вопрос привычки, полагаю. — Пожал плечами гоблин, подлетая к пленнице и зависая у нее над головой в опасной близости от рогов. При желании та вполне могла бы попробовать его просто забодать…Вот только пленница, очевидно, по какой-то причине очень боялась разозлить мелкого зеленого карлика. Эльфийка даже заподозрила, что та может каким-то образом чувствовать его истинную сущность. — Учитывая их дела, каннибализм бы не сильно подмочил сектантам репутацию. Видимо, некроманты просто слишком консервативны в своих кулинарных пристрастиях.

— Я не понял. — Пользующийся свободой перемещения в недрах камеры паладин снова поднял над головой тяжелый матрас. — Ты их что, за это порицаешь?!

— Да нет, просто не понимаю логики некоторых смертных и бессмертных. — Философски пожал плечами гоблин игнорируя угрозу и опускаясь на пол. Видимо левитировать в недрах высасывающей магию камеры было слишком тяжело даже для него. — Ну, так как, девочка, готова к сотрудничеству? Или мы продолжим вчерашний сеанс, только на этот раз уберем отсюда всех посторонних, способных помешать процессу?

— Не надо! — Передернулась суккуба, когда Тимон протянул свою руку и, взяв демоницу за подбородок, заставил поднять опущенную было к полу голову. — Мне вполне хватило! Спрашивай то, что ты хочешь узнать.

— Ты разве её уже пытал? — Фиэль внимательно осмотрела пленницу и не нашла на той следов особых повреждений. Ответил ей как ни странно не гоблин, пристально всматривающийся в зеленые глаза пленницы, а с презрительной миной наблюдающий за всем этим паладином

— Да разве это можно было назвать пыткой?! Ха, одно глупое бессмысленное баловство! Этот мелкий уродец даже пальцем не тронул демонической отродье! А ведь я, призрев свое достоинство, был готов прийти ему на помощь дабы вырвать у неё из глотки признание во всех совершенных преступлениях и планы некромантов! — Паладин буквально кипел от сдерживаемых эмоций, но ничего кроме экспрессивной ругани и энергичных взмахов руками себе не позволял. Понимал, что стоит ему перейти границу, как война все спишет. А попавшегося в плен к сектантам воина света его соратники искать даже не будут и пытаться, заранее внеся неудачника в число погибших при исполнении своего святого долга. — Привязал над головой бочонок, из которого сочилась вода по капле! Какой с того может быть вред?! Для начала следовало сжечь её эту отвратительную шерсть на ногах! Вырвать по одному все зубы! Ну уж а потом…

— К седьмому часу этого безвредного и вовсе даже не болезненного капания на голову, кто-то тут вышел из себя и пытался разбить доставший его до самых печенок бочонок. Похоже, психика у него не к черту, раз всего-лишь от звуков настолько перенервничал. — В никуда сказал гоблин, потрепав суккубу за щечку. Судя по тому, как та затравленно обнажила клыки, в ближайшем будущем Тимон рисковал заработать еще пару-тройку глубоких укусов. — А ты девочка ничего, умная. Быстро сообразила, что длительного воздействия тебе не выдержать и с то ли двадцатой, то ли тридцатой попытки загнала себя в медитативный транс. Спасибо за возможность отдохнуть и выспаться. Правда, вода все равно уже заканчивалась и перерыв нам пришлось бы делать так или иначе по техническим причинам.

— Ни к чему было с ней цацкаться! — Рявкнул паладин и со злости саданул матрасом по полу, подняв целое облако пыли. — Каленым железом и все дела!

— Во-первых, это неэстетично и может навсегда испортить её нежную кожу, которую потом будет крайне сложно восстановить. А зачем мне портить такую хорошую игрушку, с которой даже не успел еще толком позабавиться? — Наставительно сказал гоблин, отпуская демоницу, взирающую на него с крайне затравленным видом. — Ну а во-вторых, я слышал, что суккубы любят боль страдания. Причем не только причинять. Скажи, маленькая моя, это правда? А то может в качестве поощрения надо дать этому брутальному мускулистому паладину возможность сделать с тобой хотя бы часть того, что он хочет? Квалифицированных палачей у нас уж извини нет, придется фанатичными воинами света обходиться.

— Хватит издеваться! — Взорвалась демоница, стуча от злобы своим длинным тонким хвостом по полу и кутаясь в обрывки какой-то старой одежды, выданной ей при заселении в камеру. — Перестань! Ты, мерзкая гниль под копытами Пылающего Легиона! Букашка перед лицом вечности! Топливо для нашей ярости и гнева! Аааа!

С хрустом сложенные за спиной крылья суккубы изогнулись назад, почти выломавшись из суставов. Взвывшая от боли демоница выгнулась дугой, стремясь хоть как-то облегчить боль в дополнительных конечностях.

— Я задал тебе вопрос. Весьма простой вопрос. — Мягко заметил гоблин и переплетение кожи и тонких костей начало в прямом смысле слова скатываться в трубочку. Сначала медленно, но с каждой секундой деформация их все нарастала. — И пока еще не услышал на него ответа.

— Схватка с сильным врагом это боль! Тренировки это боль! Магия это боль! Чем больше ты можешь вынести, тем выше поднимешься и тем меньше будешь терпеть! — Выкрикнула суккуба, отчаянно дергаясь в воздухе. — Вся наша жизнь боль, лишь полюбив её можно добиться успеха! Хватит! Пожалуйста!

— У тебя ничего не сломано. Так, пара легких растяжений, максимум вывихов. — Заметила эльфийка, наблюдая, как опустившаяся на пол демоница складывает прижимает крылья к бокам, чтобы они служили ей дополнительной защитой и не мешали вжиматься в стену. — Будь иначе, движения не были бы такими естественно-автоматическими. Значит, ты плохо умеешь терпеть.

— Да! Я слаба! Иначе меня бы никогда не отдали на роль игрушки смертному чародею, пускай даже весьма перспективному! — Ощерилась пленница. — Не могу снести ударом кнута голову латнику вместе со шлемом! Валюсь с копыт от усталости, когда ненадолго подчиняю чье-то сознание! Не в силах найти себе достойного покровителя, поскольку они всегда выбирают тех, кто луче меня и оставляют без внимания жалкую неудачницу! Довольны?!

— Ну, чего-то такое я и подозревал, когда смог тебя скрутить за тридцать секунд, даже серьезно не ранив при этом. Ладно, не расстраивайся, не всем же быть великими героями или там ужасными злодеями. Никчемные трусливые плаксы тоже нужны, хотя бы для создания контраста. — Пожал плечами гоблин, без всякого сострадания приходясь по чувствам пленницы. — Ладно, вижу, на конструктивную работу ты настроилась. Уже хорошо, что мне не пришлось тащить сюда разнообразный пыточный инвентарь и мучиться, находя твои слабые места и болевые точки. Итак, начнем небольшой блиц-опрос, чтобы проверить искренность желания сотрудничать и информированность. Первый вопрос, как зовут дитя, родившееся на свет от взаимодействия создателя Пылающего Легиона Саргераса и человеческой женщины?

— Чего?! — Вопль паладина мог быть услышан не только на улице, но даже и за пределами поселка.

— Как?! — Немногим тише кричала Фиэль Златокудрая.

— У первого из повелителей есть наследник?! — Суккуба тоже не смогла сдержать удивления. — Точно?!

— А чему вы все так удивляетесь? — Не понял гоблин, обводя взглядом камеру и всех находившихся внутри существ. — Найдите мне хоть одну причину, чтобы архидемон начал страдать целибатом. Ну, кроме смерти и насильственной кастрации какими-нибудь Божественными Ножницами Великой Мести.

На этих словах Фиэль вздрогнула. Её тыловую часть кто-то начал весьма ощутимо поглаживать. Впрочем, паладин был на виду, а значит, виновник определился мгновенно. Проблема в том, что он уже развернулся обратно к суккубе и требовательно заглядывал ей в глаза, вынуждая себе отвечать. Возмущаться в такой ситуации было бы…не совсем правильным. Допрос после подобного точно бы оказался нарушен и весьма серьезно, кто знает удастся ли в следующий раз так надежно вывести пленницу из равновесия. Тем более, Златокудрая не готова была выставить домогательства гоблина к своей персона на публику. Особенно такую, которую она не может заткнуть приказом или стрелой. Паладина она могла не любить, причем весьма сильно, но устранять его было бы безумием.

— Э…Не знаю таких. И никогда не задумывалась о личной жизни Саргераса. В гаремы командиров Пылающего Легиона меня даже уборщицей не возьмут, о месте наложницы и мечтать то глупо. — Несколько неуверенно пробормотала суккуба. — Да и вряд ли хотя бы высших натрезимов информируют о творящемся внутри.

— А ты то тогда откуда о наличии ребенка знать можешь? — Прищурилась Фиэль, стискивая зубы. Невидимые пальцы слегка поменяли область своего исследования и теперь медленно поднималась вверх по ногам и уже почти добрались до коленей. — Если свежие вести из гаремов архидемонов широкого распространения не имеют?

— Лжешь, собака?! — Паладин оказался категоричен в своих суждениях.

— Хороший ребеночек, весь седой уже и одним ударом может дракона насмерть уконтропупить. — Буркнул себе под нос гоблин. — Все! Больше ни о чем меня не спрашивайте! Если этот тип узнает, что я слил информацию о его настоящем отце, то он из принципа всех нас заклюет насмерть. На наше счастье, с папочкой он не дружит, а скорее даже наоборот. Видимо в память о маме, которая демонам при случае не ленилась люлей отвесить и однажды обессилела в самый ответственный момент, когда недобитые останки аватары Саргераса были неподалеку! Все я сказал! Никаких вопросов! Второй вопрос. Скажи мне, скромная развратница…

Златокудрой стало тяжело стоять. По весьма личным причинам. Надетое ей с утра белье стремительно сдавало свои позиции и непонятно каким чудом вообще еще держалось на своем месте. Впрочем, в роли последнего скорее всего выступал все тот же телекинез, удерживающий предводительницу отряда мстителей от конфуза. Чтобы дать понять гоблину всю неуместность его действий, эльфийка положила коротышке руку на плечо и со всей силы, как физической так и магической, сжала пальцы. Даже в высасывающей ману тюрьме благодаря имеющимся запасам энергии волшебница могла бы подобным усилием раскрошить плотное полено или чьи-то кости. Одежда Тимона даже не помялась, поскольку на расстоянии волоска от неё невероятно нахального гоблина прикрывал незримый щит.

— На то, что они у него не получаются, жаловался он зря. — На последних остатках рассудка подумала волшебница, чувствуя, что начинает изменять уже лет сто как покойному мужу. Тот, к его счастью, до начала времени войн не дожил, поскользнувшись во время строительных работ на крыше. Белье, которому полагалось бы прикрывать самую нежную часть женского организма снаружи, уже требовательно терло его изнутри. Внизу живота начинало расползаться предательское тепло. Тело решительно было настроено на получение удовольствия и к доводам рассудка не то что прислушиваться, оно и вообще слушать то их решительно не желало.

Гоблин продолжал о чем-то допрашивать суккубу, не подавая и вида, будто рядом происходит еще хоть что-то интересное. Сменив тактику, волшебница сама окуталась магической защитой в виде возникшей из ниоткуда воды. Созданная волшебным образом преграда могла уберечь создательницу от несильных ударов. Или более чем нескромных прикосновений.

— Не лги мне! — Чтобы замотивировать свои действия в глазах невольных зрителей, она хлестнула демоницу чарами, словно окатив ведром воды. И понадеялась, что её собственные соски не слишком выделяются через тонкую ткань платья. Хотя, судя по ощущениям, они должны были вот-вот её просто проткнут. — Этого не может быть!

Суккуба испуганно пискнула и сжалась в комочек еще больше. Теперь она, если бы не рога, копыта и крылья, очень напоминала молодую эльфийку, которую мама застала в комнате вместе с кавалером, но зато без одежды. Гоблин обернулся на волшебницу и посмотрел на неё таким укоряющим взглядом…Златокудрой стало так стыдно, словно сначала отобрала у ребенка едва подаренную игрушку, а потом еще и отдавила хвост его любимому котенку.

— А чего этого не может быть то? Я же совсем не следила за разговором! — Невольно подумал Фиэль, смущаясь и стараясь не покраснеть. Не только от того, что намокшая одежда очень уж плотно облепила её тело и подчеркивало все его линии. По которым теперь с большим интересом шарил взглядом паладин, чье лицо в данный момент было ничуть не менее похотливым чем у гоблина, когда тот заигрывал с неосторожно приблизившимся к нему представительницам прекрасного пола. Предательское тепло внизу живота никак не хотело рассасываться. Почему-то предводительница отряда, не раз водившая подчиненных в бой, сейчас абсолютно утратила контроль над своими эмоциями и волновалась сильнее, чем когда убегала с пустым резервом от стаи вурдалаков. — Интересно, если мой внук случайно узнает о том, как низко пала его бабушка, он хоть когда-нибудь со мной заговорит?

— Я говорю чистую правду! Азерот нужен Пылающему Легиону благодаря особо мягкой и неагрессивной мане, имеющейся этом мире. — Пискнула суккуба, закрывая лицо руками и явно ожидая новых ударов. Хитрый прищур Тимона, и явная паница демоницы навели Фиэль на какую-то неясную мысль, но она никак не могла её толком сформулировать. — Магической энергии и в иных мирах полно. Она есть везде, черпай не хочу! Но только ваша практически не агрессивна и идеально подходит для создания целительных заклинаний, управления природой или долговечных артефактов. Я сама бывала только в Пустоте и Дреноре и их энергия отличается от местной как вода от песка! Имея в своем распоряжении подобный ресурс, Пылающий Легион сможет создавать неисчислимые армии. Содержать их и не заботиться о том, что бойцы могут передохнуть с голоду. Вооружать лучшим всех солдат лучшим зачарованным оружием, которому равного найдется немного. Когда Азерот падет, а ваше жалкое сопротивление будет окончательно сломлено, мы благодаря полученной мощи завоюем десятки и сотни миров!

— Этому не бывать никогда, мерзкое отродье! — Чуть ли не с кулаками накинулся на неё паладин, даже оторвавшись от созерцания облепленной мокрой тканью груди эльфийки. — Слышишь! Никогда! Пока хоть один боец дышит, живет и чувствует, мы не сдадимся!

— Вот оно. — Щелкнуло что-то в голове у Фиэль Злактокудрой, и она по-новому посмотрела на мелкого зеленого карлика, у ног которого вновь испуганно попискивала суккуба, ища защиты от разбушевавшегося воина света. Тот факт, что она скорее всего могла убить гоблина одним хорошим пинком своего копыта без всякой магии, принят во внимание никем не был. Да даже если демоница была слабейшей из своего племени, все равно её кожа по прочности не сильно уступала кольчуге, а тонкие изящные руки с аккуратными коготками могли за считанные секунды прорвать сталь дварфийского доспеха. — Вот как он делает так, чтобы вокруг него все неслось кувырком. А сам в процессе сам не только не получает по заслугам, но и неизменно остается с какой-нибудь прибылью. Похоже, мне не повезло оказаться под властью неплохо умеющего управляться со своим даром эмпата!

Глава 13

Хорошо быть дикарем. — Задумчиво пробормотал Тимон и плотоядно покосился на громко дышащую и обильно потеющую из-за многократного выполнения весьма простых движений суккубу. — Не нравится тебе кто-то, так поймал и убил. А нравится — поймал и съел!

— Я уже говорил, что на разбившемся дирижабле висел выписанный на твое имя диплом вашего столичного университета? — Коварно осведомился Мал и расстроено шмыгнул плоским носом. Во-первых, у орка никак не могла пройти появившаяся после купания в бурной речке простуда. А во-вторых он отчетливо осознал, что к простой и понятной жизни в клане уже вернуться вряд ли сможет. Слишком уж ушлым он стал за время общения с гоблинами и до обидного похожими на них духами в гоблинских тушках. Если только попробовать стать шаманом? Способностей у него, правда, не имелось, но для этого дела главное суметь договориться с духами, а опыта по части подкупа у того, чем стал его напарник, хватает. — Между прочим, он с отличием. Апчхи!

— Я стараюсь! — Демоница понимала, что ей недовольны. И соответственно ждала очень возможных по такому поводу репрессий. В чем именно они будут заключаться она не знала…Впрочем этого скорее не знал в настоящий момент времени никто, включая ответственного за их проведение гоблина. Но в любом случае подвергаться хоть какому-то наказанию пленница явно не стремилась. Как и добиваться положительных результатов в своей работе. — Перепробовала все, что только можно, а он не встает! И даже не шевелится!

— А вот людоеды утверждают, что если варить человека живьем, то некоторое время он будет помешивать себя сам. — Снова вернулся к созерцанию занятой крайне важным делом пленницы зеленый коротышка. — Как думаешь, правда?

— Ну, я же стараюсь! — Суккуба с надеждой посмотрела на орка. Лысый верзила, многие годы обучавшийся воевать и отточивший свое мастерство в десятках схваток, явно казался ей куда более нежной и отзывчивой персоной, чем маленький нахальный эксплуататор. Или просто более подвластной природным женским чарам, для использования которых не требуется ни капли магии. — Я уже все перепробовала! И терла его, и щипала, и била, только разве покусать осталось!

— Попробуй! — Мгновенно оживился гоблин. — Точно! Как же мы это забыли? Ну, чего стоишь и на меня так смотришь умоляюще? Шнель, шнель!

— Я не буду. — Уперлась рогами, в переносном правда смысле, пленница. — Он вонючий, мерзкий и гнилой!

Обсуждаемая персона в виде покалеченного вурдалака, имевшего в общей сложности примерно одну рабочую конечность, а вернее маленькие культяпки всех четырех, глухо ворчала. Суккуба, жаждущая смягчения условий своего плена, призналась в знании основ темной магии. Впрочем, в той или иной мере ими владело большинство разумных демонов. Вот только приведенная к с немалым трудом отбитому от собратьев агрессивному покойнику демоница никак не могла заставить оживший труп слушаться её приказов. Нежить не пыталась загрызть пленницу, сдуру сунувшуюся к ней прямо в яму. Но и не спешила подчиняться её приказам. Чары, обряды, парочка ритуалов, попытки напоить её кровью горе-чернокнижницы, вежливые увещевания и даже побои не помогали.

— Мда, слушай, Пумба, а какого числа мы совершили тот рейд к некромантам? — Устлало потер лоб гоблин, наблюдая как до его свешенных в яму ног безуспешно пытается добраться вурдалак, клацая лишившейся всех зубов челюстью. — Надо бы дату запомнить. И к астрологам сходить. В этот день и при таком сочетании звезд сидеть дома и никуда не выходить. Ну, если только на рыбалку. Даже если поймаем не умеющую плавать рыбу, вреда с того наверное не будет. А вот если серьезным делом займемся, то так пролетим…

— Ну, давай же, скотина! — Чуть не плакала суккуба и отвешивала лишенному плоти черепу одну пощечину за другой. Тварь физический урон игнорировала. Провалы глазниц, в которых еле заметно светились тусклые синие огоньки, неустанно следили за гоблином и орком. Последний под этим взглядом отчего-то сильно нервничал. Чувствовалась ему в нем…нехорошее.

— Так с теми железками, которые я сюда тащил, чего будем делать? — Пнул Мал мешок, куда сложили самые ржавые дворфийские латы, которые нашлись в поселке. По сути дела это были даже не доспехи, а железный лом, годный только в переплавку. Пожертвовать его на ненаучные опыты зеленого коротышки согласились без вопросов при условии, что тот не вернется хотя бы до вечера и не притащит этот мусор обратно. — Выкинем?

— Ну, первоначально я планировал напялить его на подчиненного вурдалака и поглядеть на результат. Вряд ли бы он подох, но какой-то эффект просто обязан был проявиться. Конечно, могла закрасться ошибка в логической цепочке или бы мы не смогли зафиксировать изменившиеся параметры подопытного, но тут уж ничего не поделать. — Задумался Тимон, почесывая свой длинный нос, на кончике которого как раз вырастал огромной прыщ, уже почти прорвавший зеленую кожу. — Но раз уж наша лаборантка не может справиться со своими рабочими обязанностями, то значит ей придется одевать латы прямо так. А если она и с этим не справится, то останется сегодня не только без сладкого, но и вообще без ужина. А будет возмущаться, вообще сухую голодовку до завтра объявит!

— Но я же все делаю правильно. — Суккубу перспектива пару раз не поесть пугала намного меньше, чем возможность в глазах пленителей выглядеть абсолютно бесперспективной. Паладин, с которым она соседствовала, в красках описывал способы казней, одной из которых её обязательно подвергнут, стоит ей оказаться в человеческих землях. Или в любых других и без надежного защитника. Быть разорванной четырьмя, конями, посаженной на кол или поджаренной на медленном огне…Перспективы абсолютно не радовали. — Может, это вурдалак неправильный? Или место для ямы выбрано такое, что магию глушит? Ааай!

Суккубу подняло в воздух, повертело вокруг своей оси и опустило обратно на землю. Следом подобную же процедуру проделали и с вурдалаком.

— Да вроде бы никаких отличий нет. — Задумался гоблин, внимательно взирающий на жертвы своего эксперимента. А после швырнул в одну из них мешком с доспехами. Получивший по морде вурдалак тихо, но злобно зарычал. — Так…ты точно уверена, что знаешь основы некромантии? Гибрид ментального подчинения и приворота ты уже демонстрировала…Держался на подопытном кролике целых пятнадцать секунд.

— Ты же лапал её потерявшее сознание от натуги тело в несколько раз дольше. — Удивленно посмотрел на гоблина Мал.

— Да. — Согласно кивнул он. — Но потом-то я делал это вполне осознанно. И вообще не лапал, а приводил эту горе-колдунью в сознание методом стимуляции чувствительных зон организма!

Что именно заставило орка дернуться и, самое главное дернуть за собою мелкого зеленого паршивца, он и сам не понял. Но чутье буквально взвыло об опасности, и воин поступил согласно своим инстинктам, отметя в сторону мысли и сомнения. На место, где они находились секунду назад, плюхнулось не меньше пары ведер ядовитого и вязкого желудочного сока. Производители его, то есть подкравшаяся к отважным естествоиспытателям пятерка костяных пауков, если и расстроились промахом, то виду не подали. Нежить рванула вперед, намереваясь просто протаранить своими массивными головами живых и хотя бы разок-другой цапнуть каждого. Учитывая размер их челюстей, большего для победы им и не требовалось. Даже одна рана практически гарантированно превращала не защищенную прочнейшими латами цель в покойника, поскольку раненный банально истекал кровью.

— Вот значит как. — В холодном голосе Тимона послышалось нечто похожее на…удовлетворение? — Ц-ц-ц и как я о вас мог забыть? Счастлив познакомиться и зарядить вашим марионеткам по мордам, глубоконеуважаемый мною Нер-Зул!

Самого резвого костяного паука, уже почти достигшего гоблина, протащило по земле и впечатало в собрата. А потом оба они, перекувыркнувшись через голову, похоронили под собой третью нежить. Получившуюся кучу-малу немедленно начала стегать плетью молния, выходящая из правой руки Тимона. Левой гоблин делал жест, как будто чего-то закручивал. И повинуясь его движениям ввинчивался в землю, ломая кости, четвертый костяной паук. Однако, сил на то чтобы его прикончить маленькому волшебнику явно не хватало. Монстр рвался из нематериальных оков, терял стесанные об грунт куски плоти, но постепенно приближался к зеленому коротышке. Мал добить хотя бы одного из временно утративших большую часть боеспособности подранков, не мог. Он и последний из противников танцевали вокруг друг-друга, обмениваясь выпадами и пробуя оборону соперника на прочность. Пока оставшийся без единой царапины воин явно выигрывал у получившего уже четыре удара топором живого мертвеца. Однако и отвлечься от противостояния он не имел возможности.

Выскочившая из ямы с покалеченным вурдалаком суккуба замерла, не решая пуститься наутек или вступить в конфликт. Свои более чем скромные данные в беге, тем более по незнакомой местности, она прекрасно знала. С лошадью её роднило лишь наличие копыт, но никак не скорость, которую оные помогали четвероногим развивать. Кидаться же в драку ей мешал сильно развитый инстинкт самосохранения. Орк уверенно доламывал напавшего на него костяного паука, а еще четверо медленно гибли под напором магии гоблина. И было у демоницы ощущение, переходящее в твердую уверенность, что ей хватит и одного сердитого взгляда зеленого коротышки, чтобы бесславно подохнуть. В конце-то концов, попавшая под его молнии нежить не только обуглилась, но и кое-где начала распадаться пеплом. А сжимаемый телекинезом монстр уже получил несколько десятков переломов и не скончался лишь по причине отсутствия в своем теле жизни. Ей же хватит за глаза и одной сломанной кости, особенно если та будет прямо напротив сердца или являться одним из шейных позвонков.

Подобравшегося почти вплотную к себе врага, пусть и потерявшего по пути около трети тела, гоблин был вынужден остановить электрическим разрядом. Синие молнии окутали чрезмерно большую голову монстра, забрались в щели между костями, вскипятили его гнилую плоть. Но перед окончательной смертью нежить успела плюнуть своим ядом и даже попасть. Видимо одновременно заставлять врага стоять на месте в нескольких шагах от себя, поджаривать его и отбивать телекинезом струю дурнопахнущей жидкости маленький волшебник все же не смог.

— Убью, падаль! — Злобно пробормотал Тимон, пытаясь стряхнуть вытереть лицо о собственное плечо. — Ах да, я ведь уже…

Потерявший половину своих конечностей противник орка сделал то, чего от него никто не ожидал. Он прыгнул. Орк саданул по летящей на него туше топром, но с тем же успехом он мог пытаться остановить молодецким ударом падающее дерево. Монстр повалил воина на землю и попытался загрызть, но Мал вцепился своими мощными руками в челюсти твари и, напрягшись, сумел перевернуть их обоих так, что теперь уже он оказался сверху. В таком положении кусать врага нежити было неудобно из-за отсутствующей шеи, но и зеленокожий громила с противником ничего сделать не смог. Топор валялся рядом, но подхватить его орку было просто нечем.

Из кучки обугленной плоти выбрался слегка дымящийся костяной паук. Он, похоже, оказался погребен под двумя своими сородичами и потому уцелел, отделавшись обширными ожогами, но не утратив способности двигаться. Не успевший отчистить лицо от едкой и липкой дряни гоблин получил еще полведра мерзкой жидкости, а следом монстр рванулся вперед, намереваясь разорвать тщедушного противника. Плеть синего разряда стеганула землю рядом с ним, но в цель не попала. Маленький волшебник просто не видел куда бить, поскольку глаза ему немилосердно жгло жуткой отравой. То ли услышав, то ли просто почувствовав приближающуюся смерть он махнул рукой, создавая рядом с собой едва заметно преломляющую лучи света преграду…Паук вместо лобового удара головой по защитной магии изящно обошел препятствие и атаковал гоблина с тыла.

Тщедушный чародей оказался сбит первым же ударом на землю. Громадные челюсти дернулись, чтобы перекусить коротышку по полам…Но тут сделанную из ребер голову твари отбросило в сторону мощным пинком, сломавшим попавшую под удар кость. Копыто суккубы было, несмотря на весьма миниатюрные размеры и видимое изящество, довольно тяжелым и острым.

— Странно, вроде в меня ядовитой слюной не плевали, а галлюцинации вижу. — Не поверил своим глазам орк, до сих катавшийся в партерной борьбе с костяным пауком. Последний, кстати, тоже сопротивлялся его усилиям последние несколько секунд как-то вяловато. Мал был уверен, что нежить устать не может а это значит она…В шоке? Удивилась? Растерялась? Воин не знал правильного ответа. А еще он полагал, будто для обладания подобными эмоциями надо в рядах мертвецов стоять куда как выше рядового мяса.

Суккуба двигалась быстро и била безжалостно. Нежить била, не гоблина. Хотя никто из тех, кто был в месте боя, до сих пор не мог в это поверить. Даже подвергшийся её атаке костяной паук мотал башкой, крошащейся от резких ударов, но пока не решался дать сдачи обидчице. А та разошлась не на шутку. Костяная стружка, снятая короткими но очень острыми когтями, летела во все стороны. Наконец-то определившаяся с действиями нежить ударила сразу тремя лапами, на концах которых красовались иззубренные костяные лезвия. Неожиданная союзница, бывшая может быть и достаточно сильной, но очень легкой, плюхнулась прямо на гоблина, заливая его кровью. В следующее мгновение их обоих бы разорвали, но тут земля на солидном участке прогнулась, будто тесто в которой погрузилась рука пекаря. Не видевший куда бить волшебник ударил по площади. Почти попавший в эпицентр поражения чар монстр забился, но тем лишь помог магу. Видимо при помощи телекинеза тот банально нащупал врага, а после невидимый пресс раздавил нежить словно попавшего под сапог крупного таракана.

— Пумба, ты появился как нельзя более вовремя. — Облегченно выдохнул гоблин, пытаясь счистить облепившую его голову липкую слюну о траву. Не слишком успешно, только разного мусора поверх насобирал. Впрочем, волшебник тут же принялся отдирать мерзкую жидкость телекинезом, ойкая от боли. Видимо отделялась она в прямом смысле слова с кожей. — Только чегой-то ты такой легкий, ай, хотя внешне выглядишь кабан кабаном? Всс! На диету сел? Яй! И почему руки у тебя такие мохнатые?

— Я вообще-то здесь. — Подал голос Мал, умудряясь стукнуть своего противника о пенек, который оставило после себя упавшее не так давно дерево. Удар не причинил нежити особых повреждений, но орк тут же нанес новый. Он надеялся, что сможет достаточно быстро раскрошить кости врага о плотную древисину. Ну или хотя бы займет его до тех пор, пока кто-нибудь не поможет добить ему удерживаемую в захвате тварь. — У тебя на башке ноги суккубы лежат.

— Помогите. — Слабо пролепетала демоница, с ужасом наблюдая, как выданные ей трпяки, снятые дварфами не иначе как с ближайшего пугала, пропитываются кровью. — Я умираю!

— Чего? — Гоблин мячиком выкатился из под суккубы и отодрал покрывающую его голову дрянь единым куском. Следом раздался длинный переливчатый вопль, достойный оперного перца, укушенного в зад гадюкой. Показавшееся из под маски быстро твердеющей зеленой слюны лицо само напоминало морду мертвеца, столько на нем было крови. — Так это была ты?! Проклятье…

Мал саданул своего противника о пенек. Затем еще раз. Гордому орку было стыдного заканчивать бой с врагом последним. Однако ничего поделать он не мог. Костяной паук упорно не желал убиваться голыми руками. Напротив, он старался вывернуть свои лапы и оттолкнуться ими от земли, чтобы перевернуться в нормальное положение, из которого можно кусаться и плеваться едкой дрянью. И мускулы орка уже начинали сдавать позиции в борьбе с не знающей усталости мертвой плотью твари.

— Тимон, садани его чем-нибудь! — Пришлось просить ему, скрепя сердце. — В левую стороны головы бей! Я там ему ребро одно все-таки вырвал…

Гоблин, пытающийся разобраться с тем, какой урон понесла его спасительница, не стал её бросать. Он сдвинулся по направлению к борющейся парочки и стонущая раненная попыла по воздуху за ним. Десять шагов и все было кончено. Синий разряд молнии окутал голову монстра и вскипятил ему внутренности. А может просто разрушил чары, которые поддерживали страшное существо в активном состоянии. Выяснять от чего именно оно скончалось, никому интересно не было.

— Так, — гоблин содрал тряпки, прикрывающие тело суккубы и её же движения одним движением. А после нахмурился и выпрямился, нацепив на лицо выражение великой скорби. — Боюсь, тут я ничего не смогу тут сделать. Да и никто не сможет. Увы. Детка, спасибо, что спасла моя шкуру, уверю твой подвиг не будет забыть. Пока еще можешь скажи, как лучше поступить с телом. Закопать? Кремировать? Оставить на растерзание зверям и птицам, чтобы оно стало частью великого круговорота природы?

Глаза демоницы начали закатываться, а тело обмякать. Она чего-то попыталась сказать, но из горла вырвался лишь слабый писк.

— Эээ, Тимон. — Пошатывающийся после обнимашек с костяным пауком орк подошел к скорбящему напарнику и приготовился отдать последние почести неожиданной соратнице…Но неожиданно передумал. — Это же всего лишь порезы!

— А я о чем говорю? — Скорбно посмотрел на него гоблин. — Порезы, с которыми никто и ничего не сможет сделать. Да и не надо с ними делать ничего, сами затянутся. Мужчины временами сильнее режутся во время бритья, а женщины теряют больше крови на регулярной основе каждый месяц. Или ты такому недугу не подвержена, а лапочка моя? Если так, то мы тебя оперативно вернем некромантам, да еще и с доплатой. Многое могут простить нам союзные эльфы и дварфы, но думаю даже они не выдержат плача новорожденных демонят.

— Я не умираю? — Неверяще спросила суккуба, опасаясь пошевелиться. — Правда?

— Два пореза на предплечье и один на ребрах. Повреждения широкие и рваные, но весьма поверхностные. Примерно как содранная с моей физиомордии кожа. — Гоблин прикрыл её тряпками, которые немногим раньше сам же и сорвал. — Даже если этот костяной паук умудрился наградить тебя заражением крови, то мы десять раз успеем сбегать до ближайшего целителя. Ну а обошлось, так от этих ран и шрамов не останется. Скажи ка лучше девочка, с какого такого перепугу ты вдруг решила сберечь костяного паука от отравления крайне ехидным мной?

— Ты же сам понял, почему у меня не получилось контролировать того вурдалака в яме. — Устало вздохнула демоница и поморщилась. Хоть её раны и назвали порезами, но они болели! И сильно. А еще суккубу трясло от недавнего ожидания смерти, адреналина схватки и сделанного выбора. — Эту нежить контролировал Нер Зул. И он видел как я пыталась подчинить её по вашему приказу, чтобы найти слабые места. Значит, меня уже можно считать предательницей Пылающего Легиона. Скрывать такую информацию он не станет, ему просто незачем, а вот натрезимов она заинтересует. Теперь мне обратно нельзя, даже если сбегу. До того шансы вернуться к прежнему образу жизни были. Большей неудачницей и слабачкой все равно уже не сочтут, так как ниже падать некуда…Однако после сотрудничества с вами даже на легкую смерть надежды остается мало.

— Ты недоговариваешь. — Наставительно заметил гоблин. — И сильно.

— А еще я не хочу, чтобы все было как раньше! — Вскрикнула суккуба пронзительно. — Меня уже достало быть игрушкой слабенького колдуна и всех, к кому он сочтет нужным подлизаться! Конечно, ему можно было бы свернуть шею, но тогда я просто попала бы к другому такому же ничтожеству! И если бы мне каким-то чудом удалось перебраться обратно в Дренор или другой покоренный Пылающим Легионом мир, сменилась бы только раса нового господина. Не хочу быть вечной служанкой у всякого отребья!

— А с нами, думаешь, будет лучше? — Скептически уточнил орк, который мог с честным сердцем приписать себе эпитет 'нищий бродяга'. Да и Тимону, несмотря на все его закидоны и возможности, сей почетный титул также принадлежал. — Сытнее? Комфортнее? Безопаснее?

— Он не долго останется безвестным и бегающим в диких лесах на задворках мира. — Палец суккубы уверена ткнул в Тимона. — Я все-таки хоть и слабый, но демон и вижу силу. Не чую, как ваша главная эльфийка, не сопротивляющаяся когда ей в людном месте раздвигают ноги, а вижу! Ты не слабенький колдун, вынужденный мотаться туда-сюда и жрать чего придется. Ты в любом случае будешь жить в своем дворце, не зная ни в чем отказа! Пылающий Легион покорил много миров…Но в куда большем их количестве получил по зубам и больше никогда не рискнет туда сунуться. Я готова рискнуть.

— И чего же ты хочешь за спасение моей бренной тушки? Свободы? Да иди куда хочешь, делай чего твоей душе угодно…Вот только первый же встреченный местный житель тебя попробует прикончить. — Фыркнул гоблин, утирая заливающую ему глаза кровь, текущую с содранного лба. — Мдя, ну и видок у меня сейчас. Нет, надо бы хоть азы целительства попробовать освоить, несмотря на сопротивление Фиэль. Должны же быть заклятия, которые при неправильной дозировке вложенной в них силы вместо заживления царапин не лечат от жизни!

— Я не знаю этого мира. Его жители не примут ренегата Пылающего Легиона. Да и не учили подобных мне ничему, кроме как служить своим хозяевам, уничтожая и заставляя страдать их врагов. — Покачала головой суккуба. — Пусть все останется как раньше, ты будешь приказывать, я подчиняться. Даже если нам придется какое-то время прислушиваться к указаниям других, держать меня в цепях ради их спокойствия и соседствовать с этим отвратительным человеческим воителем. Но когда ты обретешь власть, я хочу свою долю силы и удовольствий!

— Заметано. — Кивнул гоблин. — Хорошо себя покажешь, займешь место главной надсмотрщицы гарема. У меня на него баааальшие планы!

Глава 14

— Муах-ха-ха-ха! — С неба исчезли птицы. Редкие звери, рисковавшие приближаться к упрятанному в скалах поселку, раскаялись в своей храбрости и рванули в родные леса. Кроты ушли на глубину и мыши, сбежавшие из подвалов, заняли освободившуюся жилплощадь. Эльфы схватились за свои чувствительные уши. Дварфы сразу за оружие. Но осознав, откуда идут чудовищные звуки, тут же отложили его подальше. Во избежание несчастных случаев, способных приключиться с одним на редкость наглым гоблином, которого теперь почему-то еще и стало очень хорошо слышно.

— Какого демона у вас тут происходит?! — Ворвалась в кузницу Фиэль Златокудрая.

— Суринайра. — Спокойно ответил ей Тимон, наблюдая как Строри пытается вытрясти из ушей набившийся туда песок.

— Чего? — Не поняла эльфийка и подозрительно уставилась на зеленого коротышку, пытаясь понять, оскорбляет он её или пристает.

— Демона, который у нас тут происходит, так зовут. Вернее демоницу. Но для тебя, как для коллеги по нелегкому ремеслу выполнения моих приказов, она просто Сури. — Гоблин спокойно кивнул куда-то на странную конструкцию в углу. Присмотревшись, Фиэль опознала в ней летающее кресло уничтоженного лича, в котором сейчас сидела суккуба, на голову которой надели нечто вроде перемотанной цепями кастрюли. Руки у нее были прикреплены к подлокотникам все тем же цепями, а копыта покоились в чем-то вроде стальных башмаков. В кузнице ощутимо пахло паленым, причем источником запаха являлась именно она. Во всяком случае, кое-где шерсть на ногах дымилась.

— Что это? — Неуверенно кивнула на творчество безумного гоблинского гения эльфийка. — Какой-то аппарата для пыток или казней?

— Оооой. — Стон, прозвучавший из под кастрюли, был глухим. Однако в нем бушевали такие чувства, что Златокудрая на секунду даже позавидовала…И лишь потом напомнила себе, что присутствующая здесь пленница одета. Да и мужчины тоже. А значит, ничего такого с ней не было и быть не могло. Наверное. Как Фиэль узнала на личном опыте, такие мелочи решительно настроенного гоблина остановить не могут. — Как это было мощно! Хочу еще.

— Ну уж нет! — Тимон принялся освобождать суккубу из конструкции собственного производства. — Хорошего понемножку! Я вообще несколько секунд думал, что отводки не выдержат и тебя напором маны поджарит.

Уже готовившуюся уйти обатно по своим делам эльфийку эти слова буквально развернули на месте. Все, что могло быть связано с магией, являлось сейчас для её народа делом первостепенной важности.

— Но-но! — Обиженно буркнул Строри, приходя коротышке на помощь. — Я может и не мастер рун, но дварф опытный. Тем более ломать не строить. Увеличить мощность артефакта, это проблема, но вот уменьшить мощность потока до нужного уровня уже совсем другое дело. С подобной задачкой и самый бестолковый раздолбай справится.

— Чем вы тут все-таки занимаетесь? — Уточнила эльфийка, внимательно рассматривая летающее кресло лича. При разборе трофеев после неудавшегося нападения на поселок оно никого не заинтересовало, так как не несло на себе золота или драгоценных камней. Да и в бою было разорвано взрывом на несколько частей, которые потом кое-как скрепили обратно гвоздями. И хотя данный предмет мебели являлся артефактом, но накопительного типа. Проще говоря, в него могла заливаться магическая энергия, а потом она там некоторое время могла храниться, постепенно рассеиваясь. Дерево являлось для подобной вещички далеко не лучшим материалом, так как слишком быстро расходовало ману. Плюс многих отпугнул предыдущий владелец вещи и оставшийся после его гнилого зада запашок… — Мы можем использовать это для борьбы с нежитью?

— Безусловно. — Серьезно кивнул гоблин. — Благодаря получившемуся у меня и мастеру Строри шедевру маго-механической мысли я теперь знаю, как получить еще одну возможность потискать бюст леди Сильваны.

И потискал. Ту грудь, которая у него находилась в прямом смысле слова под руками.

— А вторую? — Требовательно уточнила суккуба, еще не до конца освобожденная из оков, тряся фиксирующими руки цепями.

— После. И не при всех. — Заверил её коротышка. — А то у Фиэль уже глаз дергается, а Строри сейчас от горя слезу пустит…Чего плакать то, вот решительно не понимаю? Чернокнижников в Кель Таласе много, суккубы у них тоже еще имеются, дом у тебя здоровый. Помочь поймать штучки две-три?

— Не… — Печально протянул старый дварф. — Мне таким заниматься уже поздно. Неподвижен как сталактит, если ты понимаешь, о чем я. И починке даже при помощи самых сильных эликсиров уже лет пятьдесят как не поддается. Хоть протез подвязывай.

— Хватит молоть чепуху! — Фиэль постаралась отступить подальше и от нахального гоблина, и от не так уж давно вырвавшего у неё поцелуй дварфа. Видимо эта парочка нашла точки соприкосновения на почве общих интересов и наглости. Теперь находиться рядом с ней было опасно любой представительнице прекрасного пола, способной хотя бы одного из них заинтересовать. — Или вы заканчиваете нести бред, или я ухожу!

— Да ничем таким, чем хотелось бы, тут никто не занимается. — С ноткой разочарования вздохнула суккуба, вставая с необычного кресла. — Просто в этот артефакт, который мертвый колдун наполнял своей силой за сутки-другие до схватки, чтобы потом иметь в бою больше обычного резерва, Тимон влил свою энергию. А я её частично поглотила и использовала, слив с его помощью неусвоенные излишки по этим цепям в виде молний. И использовала по назначению.

— Но несовместимость маны… — Заикнулась было предводительница отряда. — Ах да, ты же демон. Вам отравление чужеродной энергией практически не грозит, все усвоите и переработаете.

— Угу. — Кивнул с довольным видом дворм. — Тут прямо как с пивом. Тот объем, что убьет тебя и уложит на больничную койку здорового мужика-человека, для меня лишь легкая разминка перед ужином. Нет, Сури тоже может набраться чужой маны в таком количестве, чтобы заболеть и отбросить копытца. Но ей это сложнее.

— Все потому, что у вас в Азероте очень уж магия хорошая, мягкая. — Облизнулась суккуба, приглаживая стоящие дыбом волосы. — В Дреноре я бы от трети такого количества энергии издохла в корчах.

— Так чего же вы добились? — Попыталась проанализировать конструкцию и её возможную пользу Фиэль. — Демоны жаждой маны не страдают. И драк в ближайшие сутки мы не планируем. Зачем же ей понадобились дополнительные силы?

— Временно повышение мощности используемых чар. — Пожал плечами Тимон. — Сури, как и многие ей подобные, специализируется на иллюзиях. Слышала радостный хохот? Так это был не совсем звук, а воздействие чар его изображающее. Если она будет колдовать по моему методу, вкладывая в каждое заклятие тройной или даже десятикратный запас силы, то сможет очень и очень многое.

— Невидимость, которая не рассеется от легкого чиха. Фантом, способный на некоторое время ввести в заблуждение даже опытного воина. Подчинение, не слетающее, если очарованному дать по морде! — Радостно перечислила демоница. — Полный набор способностей высшей суккубы!

— Пока ты сидишь в этом кресле, а Тимон накачивает тебя энергией. — Уточнил придирчиво Строри. — Впрочем, для наших целей этого хватит.

— О да, вскоре леди Сильвана будет удивлена! — Плотоядно ухмыльнулся гоблин. — Очень сильно и с взаимным удовольствием! А уж как выражаться проклятый принц и командующие им демоны будут…Ты, кстати, не знаешь, как понадежнее с ней связаться? Это вопрос пока остался единственным проблемным место в наших гениальных планах!

— Ничего не понимаю. — Призналась Фиэль. — Причем тут покойная глава рейнджеров?

— Генералы нежити товар штучный. Их в Кель Таласе сейчас очень может быть только один. Вернее, одна. Ну, в худшем случае штуки три наберется. Нам же нужны ресурсы. Богатства вашей страны и возможность без особенных помех валить лес, за который на побережье заплатят золотом. — Спокойно пояснил Строри и в голосе дварфа звучало предвкушение будущих барышей. Наживу представители его народа ценили куда меньше, чем гоблины, но тем не менее всегда были готовы увеличить свои богатства. — Тимон и его помощники недавно обнаружили, что если одеть нежить в железные доспехи, то возможности её контроля со стороны резко снижаются. Чары искажаются и не срабатывают так, как должно.

— Вурдалаки без управления некромантом или Нер Зулом становятся не умнее собак. Можно будет забыть о засадах или преследовании исчезнувшей из поля зрения цели с их стороны. С остальной низшей нежитью аналогично. — Подтверждающе кивнула суккуба, собственно и проводившая практическую часть исследований. — А высшие её представители должны обрести свободу воли. В теории.

— И тогда мы сможем использовать оппозицию, которую враги сами создали в своих рядах. — Подхватил гоблин. — Сильвана желает расквитаться и увидеть проклятого принца аккуратно сложенным в разных ящичках её комода? Да ради всех богов, которые были, есть и будут есть! Мы то ей ничего особо плохого не сделали. А значит, можем сотрудничать. Местами. И с соблюдением необходимых мер предосторожности. Так как свобода воли предполагает и возможность предать союзника.

— И ты полагаешь, простая железяка сможет превратить леди Сильвану обратно в полководца Кель-Таласа? — Скептически уточнила Фиэль.

— Исключительно зачарованная, причем нужным образом. За генералами нежити пригляд со стороны Нер Зула особый. — Поправил её Тимон. — И да, конечно же она останется мертвой. По крайней мере до тех пор, пока не найдет какой-нибудь способ воскреснуть, если это в её ситуации вообще выполнимо. Но теперь уже она станет сама себе хозяйкой!

— Нужный артефакт я через родичей в Стальгорне заказал уже. — Степенно кивнул Строри. — Товар не особо востребованный, все же искусство лазить по мозгам встречается редковато…Однако и не редкий, поскольку шаманы троллей изредка балуются гипнозом. В общем, цена не слишком большая.

— Но перестав быть частью армии мертвых, Сильвана станет лишь обычным рейнджером, пусть и очень хорошим. — Заметила Фиэль. — Толку с неё окажется немного.

— Какое-то время она на своем месте продержится, если будет осторожна. — Пожал плечами гоблин. — Плюс мы заказали в Стальгорне документацию на производство самых простых артефактов, искажающих контроль некромантов над своими тварюшками. Сири при помощи знаний темной магии дала достаточно данных, чтобы волшебники сообразили, как именно можно разрушать вражеские чары в массовом порядке.

— И за одну идею так ослаблять врага, по идее, нам достанется немало почестей и наград. — Заметил дварф, довольно поглаживая бороду. — Репутация, это всегда хорошо. Особенно честно заслуженная.

— Это не главное, хотя безусловно не повредит. — Отмахнулся от него коротышка. — Если мы рассчитали правильно, то ограниченная возможность управления нежитью, снабженной артефактами искажения, все-таки сохранится. На небольших дистанциях и если приспособиться к вносимым амулетами помехам. Только тогда тот, кто это делает, должен будет находиться рядом со своими подопечными. Нер Зул идет лесом, демоны тоже, если они с передовой обратно в Кель Талас не вернутся. И леди Сильвана в принципе сможет увести часть армий нежити в собственное подчинение.

— Очень много допущений и риска. — Покачала головой Златокудрая, недовольная столь зыбкими основами грандиозного плана. — Ну ладно, попробовать можно, хуже уже не будет. Но зачем вам было усиливать иллюзии суккубы?

— Во-первых, я не настолько больной на всю голову, чтобы лично соваться к леди Сильване и убеждать её примерить обновку. — Заметил Тимон. — А во-вторых…Фиэль, ты же не чужда искусству иллюзии, верно? Сама говорила, что превращение в овцу — это один сплошной обман!

— Ну да. — Кивнула головой волшебница. — Если тебе нужны были подобные чары, мог бы просто попросить меня и не возиться с этой…Двуногой коровой.

— Сама ты рыба снулая! — Храбро ответила ей суккуба, прячась за переделанным непонятно во что летающим креслом. — У меня по крайней мере есть вымя, за которое мужчин тянет подержаться!

— Девочки, не ссорьтесь! — Примиряюще поднял руки гоблин. — Тем более разница у вас всего один размер. Лапочка, ты лучше скажи, а как у тебя с другими иллюзиями дело обстоит? Внешний вид ими поправить наверняка можешь, женщины готовы не есть и не спать, но будут учиться пользоваться косметикой. А как насчет более тонких воздействий? Сможешь создать у цели в виде нежити ощущения дыхания? А удушья? Сделать комплект амулетов, которые будут их поддерживать за счет маны носителя? Или знаешь хорошего мастера, у которых их можно заказать?

Через месяц леди Сильвана, устроившая в развалинах Луносвета свою резиденцию, где ей прислуживали десятки одержимых, с недоумением рассматривала стрелу, торчавшую из спины вурдалака. Некоторое количество этих отвратительных, но крайне полезных в бою и быту созданий она смогла заполучить у других некромантов. Не просто так, а в обмен на найденные на развалинах ценности. Или баньши, над которыми у мертвой эльфийки была особая власть. Ей было неприятно осознавать себя всего лишь экспериментом Кел Тузеда. Но, по крайней мере, его попытки привить подопытной возможность управлять большими массами призраков и наделять их силой были успешными. Сторожившая вход в немного благоустроенные руины столичного дворца эльфов нежить уже четвертый день подряд попадала под обстрел ровно одной стрелой. Не зачарованной и потому практически не опасной. Теперь бывшая глава рейнджеров понимала, почему для нападений оказался избран столь странный способ. Древо было покрыто царапинами, складывающимися в тайные знаки её касты.

— Салон эротического массажа 'Веселые гоблины'. Дорогие дамы! У вас сухая и мертвая кожа? Недостаток мяса на костях? Неуравновешенная психика, заставляющая в прямом смысле слова набрасываться на кавалеров? — Прочитала она первые строки послания и ощутила, как глаза вылезают из орбит. — Приходите к нам, здесь темно и мы пьяные! Постоянным посетительницам скидки! Многоуважаемая леди Сильвана, для вас как для особого и регулярного клиента…

На этих словах бывшая глава рейнджеров ощутила легкое желание убить вокруг все живое. Лишь тот факт, что с некоторой натяжкой под данную категорию в радиусе многих тысяч шагов подходили исключительно её рабы, остановил кровавую вакханалию.

— Иди сюда! — Рявкнула она одержимой, ранее бывшей женщиной лет сорока. Хотя сейчас управляемому вселившимся призраком телу могли дать и все триста. Волосы спутанные, одежда грязная и рваная, в гноящейся ране на ноге копошатся личинки мух. — На! Читай! А то мне чего-то странное мерещится.

Служанка покорно приняла стрелу, выдернутую из спину вурдалака вместе с небольшим шматком гнилого мяса и недоумевающее покрутила её в руках. Возможно, существо было слишком тупым для выполнения приказа или просто неграмотным. В любом случае, знать тайнопись эльфийских рейнджеров оно не могло.

— Ты бесполезна! — Зло выдохнула Сильвана, кусая в бешенстве губы. — И почему у меня нет возможности поднять кого-нибудь из былых подруг чем-нибудь умным и сильным? Отдай обратно! Многоуважаемая леди Сильвана, для вас как для особого и регулярного клиента расширенное обслуживание будет доступно уже при второй встрече с нашим мастером. Наш адрес: Хижина охотника, что стоит у подножия Пятизубой скалы. Подпись. Гребанный некрофил, до сих пор вспоминающий о твоих сисечках.

Растерянно топтавшаяся рядом с госпожой одерживая осыпалась на куски, попав под выплеск ледяной магии, свойственной большинству умеющей колдовать нежити.

— Нааайду!!! — Бушевала бывшая глава рейнджеров и её крик подхватывали все призраки, до которых дотягивался разум мертвой эльфийки! — Убьююю!!!

Вождь лесных троллей Зул Джин, подбиравшийся во главе небольшого отряда к Луносвету, понял что обнаружен. Потеря руки и глаза приучили его к осторожности, и наследник древней империи стремительно отступил вместе со своим отрядом. В конце-то концов, пограбить разрушенный Луносвет и осквернить его более-менее сохранившееся здания он мог и в следующий раз. Когда этой бешенной эльфийки, видимо даже в смерти сохранившей ненависть к представителям расы троллей и ему лично, здесь не будет. А сейчас можно повести бойцов и к какой-нибудь другой цели. Уж был бы готовый пограбить отряд, а добыча для него всегда отыщется.

Проклятый принц вспомнил о своей бывшей любовнице и сделал то, чего не делал уже много лет. Он начал раскаиваться. Вот, в самом деле, как можно было сменить такую роскошную, сильную и умную женщину, чья ярость и ненависть пьянили лучше смешанного со свежей кровью вина, на жалкую предательницу, нанесшую ему столь ужасную травму? Конечно, преступница за свой поступок будет страдать, по уверениям временно переквалифицировавшегося в палача Кел Тузеда, вечно, но… Откушенного уже не вернешь Вернее, обратно пришить то легко, но чувствительность в откушенном, проглоченным и частично переваренном кусочке плоти его придворный лич восстановить не мог. Просто он никогда ничего не пытался сделать в данной сфере и необходимым опытом не владел. И никто другой из тех чернокнижников, о которых знал Артас, подобным тоже не занимался.

Заточенные в ледяной глыбе останки Нер. Зула ощутили нечто вроде удовлетворения. Волна ненависти и жажды крови, пришедшая от одного из самых сильных созданий в армии мертвых, понравилась остаткам великого чернокнижника. Он даже решил дать этому разуму чуть больше свободы чем прежде, чтобы тот мог гибче действовать и более эффективно уничтожать живых. А заодно и всем остальным подчиненным о своем существовании напомнить, пустив сигналы благорасположения по тончайшей паутине магии, соединяющей в единое целое всех мертвецов и сектантов. Теперь первые на несколько мгновений ощутят прилив сил, а вторые должны начать внеочередные молитвы и отдать хозяину частички жизненной энергии жертв. Честолюбие и удовлетворение от постепенно растущей мощи оставались одними из немногих удовольствий, доступных ему в такой форме.

Проводивший инспекцию ближайшего к Кель-Таласу города некромантов натрезим сплюнул на землю полыхнувшей на воздухе зеленым пламенем слюной.

— Куда ты пошел, червь?! — Громадная рука демона сжала горло человека в черной мантии, довольно высоко стоящего в иерархической лестнице среди себе подобных. В принципе, маг-ренегат из Даларана мог бы и попытаться обломать представителю Пылающего Легиона рога…Если бы ему дали возможность немного подготовиться и хотя бы пять-десять секунд на создание заклятия. — Мы с тобой еще не закончили!

— От-пус-ти-те! — Просипел волшебник, пытаясь подтянуться на вцепившихся в демона руках, чтобы не задохнуться. Вот только поддерживать свое тело в форме чародей последних лет сто явно не считал нужным и оттого сейчас мало чего мог сделать. — Повелитель приказал даровать части рабов смерть во имя вечной жизни! Воля его священна!

— Его воля ничто по сравнению с моей! Пустое место! Пыль и прах! — Раздраженно прорычал натрезим, до ушей которого донесся отчаянный крик спешно брошенного на алтарь человека, которому медленно вырезали сердце сектанты. Нет, против бессмысленного насилия демон конечно же ничего не имел. Однако он посчитал себя оскорбленным тем, что развившее лихорадочную деятельность людишки перестали отдавать ему должные знаки почтения. — Он всего лишь раб Пылающего Легиона! И вы все рабы! Наши рабы!

Задыхающейся в могучей хватке колдун то ли решил умереть свободным, то ли счел себя религиозным фанатиком, а может просто от недостатка кислорода утратил ясность рассудка до такой степени, что перестал соображать. Он попытался заморозить натрезима вызванным холодом, но раньше чем плотная кожа демона покрылась инеем, голова некроманта лопнула как гнилой орех.

— Повелители слишком много вам позволяют, жалкие отребья! — Прорычал натрезим, с удовольствием слизывая со своего кулака размазанный мозг. Некроманты сбились с ритма жертвоприношения и их пленник умер раньше времени, поскольку кто-то слишком глубоко вогнал ритуальный кинжал. Растерявшиеся сектанты не знали, как им поступить. Мстить ли за убитого предводителя, продолжать ли действо во славу своего истинного господина или просить пощады у разозленного демона. — Ничего, я напомню, кому здесь надо служить и кого бояться!

Не знающая о том, к каким действиям привела её ярость, Сильвана просто не заметила благорасположение Нер Зула. В состоянии одолевшего её бешенства она могла бы и собственную смерть не заметить, если бы уже не была покойницей. Десятки и сотни призраков вставали из земли и неслись вслед за своей повелительницей по координатам, которые были выцарапаны на стреле в самом конце послания. Целая армия неупокоенных мертвецов, вполне способная снести с лица земли небольшой городок, стремительно передвигались по лишившимся хозяев эльфийским лесам. Правда, пусть её предстоял весьма долгий. Настолько, что часов через пять Сильвана опомнилась от затопившего её гнева в достаточной степени, чтобы начать соображать.

— Свести с ума пытками этого гоблина не получится. — Холодно размышляла бывшая глава рейнджеров. — Он, похоже, уже основательно тронулся. Вылечить и снова довести до безумия? И делать так до тех пор, пока уродец не подохнет? А это идея! Только где взять хорошего целителя, чтобы жертва могла выдержать как можно дольше? Как назло последнего пленника, более-менее способного на такое, неделю назад зашедший с патрулем некромантов жировик сожрал.

Сосредоточившись, Сильвана постаралась осмотреть окрестности места, куда её таким необычным образом пригласили при помощи отправленных на разведку призраков. Те должны были погибнуть, но успеть сообщить своей госпоже как и кто уничтожил их окончательно. Однако ни один из бестелесных слуг бывшей главы рейнджеров не исчез. Более того, они даже никого и не встретили. На много сотен шагов от маленькой хижины давно исчезнувшего лесника, стоявшей посреди леса, не было никого и ничего. Внутрь баньши в соответствии с полученным приказом не совались. Зато исследовали землю вокруг на предмет подземных ходов. И ни одного не нашли.

— Не засада. — Недоуменно констатировала Сильвана, медля с тем, чтобы проникнуть в жилище. — Внутри больше трех-четырех десятков солдат не спрятать, даже если они там плотной коробочкой стоят. Невидимость…Надо осмотреть своими глазами для надежности, уж от меня враг под чарами не скроется. Найду по запаху или стуку сердца. Но если и так никого не обнаружу, что остается? Свихнувшийся гоблин, жаждущий погибнуть ужасно и мучительно или просто меня разозлить? Или ловушка, вроде спрятанной внутри большой бомбы?

В течении двух часов мертвая эльфийка обыскала все ближние окрестности хижины. И дальние. Ничего в итоге обнаружить так и не сумела, а раз этого не смогла сделать она, то не справился бы и никто во всем Кель Таласе.

— Зачем надо было меня сюда выманивать, если не для того чтобы попробовать уничтожить? — Задалась вслух вопросом леди Сильвана, останавливаясь в сотне шагов от заброшенного жилища. — Ведь не могли же они считать, что я сунусь внутрь подготовленной ловушки? Это же просто оскорбительно! Мои навыки после смерти ничуть не уменьшились, пожалуй, они даже возросли! Хотя…Да, точно! Пока Кель Талас никто не защищает, они могут безнаказанно его грабить! Ох, когда я доберусь до того, кто составил этот план, он пожалеет, что родился на свет!

Собравшаяся было возвращаться в уничтоженную столицу леди Сильвана запнулась на середине шага. Из маленькой хижины, в которой по её мнению не могло быть никого и ничего, вдруг стали доноситься противные завывания. Которые их источник, похоже, искренне считал песней.

— В городе моно опасных мест, много опасных и страшных мест, вот например Новоспасский Мост или еще Бирюлевский лес! — Голосил тот, кого бывшая глава рейнджеров узнала бы из сотни. Тысячи. Миллиона. Его и еще принца Артаса. Только они посягали на её тело и при этом смогли уйти от заслуженной расплаты. Но сегодня этот короткий список персон, чью смерть королева баньши видела в сладких грезах, грозил сократиться наполовину. — Только я места не встречал, хуже чем площадь Ильича. Ой, не ходи ночью на площадь Ильича!

Плотное кольцо призраков сомкнулось вокруг хижины. Они не дали бы отсюда уйти никому и ничему. Сбили бы своей совокупной атакой даже эскадрилью драконов, если бы тем вдруг вздумалось прорываться к покосившейся халупе в чаще леса. Ну, или хотя бы задержали их на достаточное время, чтобы вытрясти душу из мелкого зеленого тела.

— Ну, нет, второй раз фокус с телепортом у вас не пройдет! — Зло зашипела леди Сильвана и принялась вымораживать прямо на земле колдовские знаки, препятствующие данному волшебству. В прошлый раз она о них банально забыла, поскольку привыкла, что в Кель Таласе перемещаться при помощи подобной магии нельзя. Однако не приняла во внимание тот факт, что стоящие на страже этого запрета чародеи или сбежали, или погибли. Двигавшаяся со сверхъестественной скоростью и точностью бывшая глава рейнджеров превзошла все возможные нормы по построению подобных магических фигур. Певец едва успел взять то ли два, то ли три коротких куплета, в которых пел о каких-то слетающихся на шабаш ведьмах и колдунах, как все уже было готово.

— На Марасейке живет Кощей, на Луговой не живут вообще! Тех и других прошибает пот, если услышат об Ильиче! — Сильвана замерла на пороге, невольно заколебавшись. Её интуиция кричала о какой-то подставе, да и репертуар певца настораживал. Судя по всему, он восхвалял какого-то не то коллегу, не то конкурента предводителя Пылающего Легиона Саргераса. Или иную какую персону, не сильно ему уступающую. Но остановиться теперь мертвая эльфийка уже не могла. — Будете плохо себя вести, я попрошу его к нам прийти! Ой, не ходи ночью на площадь Ильича! Ча-ча-ча!

— Вот мы и встретились! — Кровожадно сказала эльфийка, аккуратно притворяя за собой дверь. Все равно её призраки могут просочиться сквозь стены. Или просто снести их. Конечно, вполне возможно, что внутри её поджидал сидящий на бочке с динамитом смертник…Однако с удивлением бывшая глава рейнджеров осознала удивительную вещь. Ей вовсе не претит мысль прервать свое существование, попавшись в ловушку врага. И тут же жутко обрадовалась, раньше сбежать в смерть ей не позволял некий непонятный, но очень строгий запрет, который никак не получалось нарушить. Хотя она очень старалась, особенно в первые годы плена. — Какая неожиданность, не правда ли? Кстати, я не вижу здесь ни пороха, ни какой-то другой взрывчатки. Похоже, тебя предали, отдав мне на растерзание, мелкий зеленый ублюдок…

С каждым словом голос женщины, при жизни бывшей первой красавицей Кель Таласа, становился все тише. А улыбка нагло пялящегося на нее гоблина все шире. Он явно не был испуган или удивлен их встречей! Даже за оружие хвататься не спешил. Да и не было у него при себе ничего, похожего на меч, кинжал или копье. Правда, сидел он в чем-то вроде украшенного цепями трона, явно чужеродного окружающей обстановке и попавшего сюда недавно.

— Ссиськи!!! — Нет, ну в принципе к тому, что было дальше, Сильвана оказалсь готова. Морально. В силу некоторого физического опыта. И вообще она на вытянувшего руки в её сторону гоблина даже не обиделась. Просто скопировала его позу и пошла вперед, намереваясь для начала как следует придушить мелкого поганца.

Глава 15

— Прежде чем ты начнешь делать глупости, обрати внимание на один маленький факт. — Гоблин, убравший за спину свои руки, ранее хищно протянутые в сторону её бюста, выглядел на удивление безмятежным. Сильвана удивилась ему настолько, что…Почувствовала странную резь в груди. Ощущение было знакомым, но каким-то забытым. И весьма неприятным. Более того, с каждой секундой оно стремительно нарастало! — Ты начинаешь задыхаться без воздуха. Вдохни! Выдохни! Вдохни! Выдохни! Продолжай в тот же духе, чтобы не прервать нашу беседу раньше времени.

— Ч-ч-что?! — Сильвана прижала руки к вдруг заколовшему сердцу…И увидела, что серый цвет кожи сменился на них розовым, принадлежащим нормальной живой плоти. Более того, дующий из щелей сквозняк холодил ей ноги, а от скопившейся внутри хижины пыли хотелось чихнуть. — Я воскресла?!

Ноги бывшей главы рейнджеров разъехались в стороны, и она позорно плюхнулась на задницу, ошалело крутя головой и ничего кроме себя не замечая. Эльфийка много мечтала об этом моменте, прекрасно понимая всю несбыточность пустых грез и лишь еще больше ожесточаясь…Но никогда не думала, что вновь обрести жизнь сумеет вот так вот просто. Мимоходом. Да и на того, кто может подарить столь ценный дар, мелкий зеленый коротышка с сальной ухмылкой ни капли не походил. Сильвана надеялась когда-нибудь заслужить или вырвать силой новую жизнь у богов…Возможно, у высших демонов, которые как раз сейчас активно пытались прибрать к рукам весь Азерот. Ну, на худой конец сгодился бы великий маг, один из тех, о чьей мощи и подвигах складывают легенды, которые последующие поколения считают глупыми сказками из-за невозможности смертных второчить такими силами. Ни на одну из вышеперечисленных персон гоблин даже близко похож не был. Какой там бог…Судя по прожженным дырам на его одежде и торчащим во все стороны волосам, явно нуждающимися в расчески, иные крестьяне стоят выше в социальной лестнице.

— Эй, ты чего это?! — Забеспокоился гоблин, соскакивая со своего странного кресла. — А ну вставай! Ты учти, эффект временный!

Эти слова, пробившиеся к сознанию эльфийки через пелену эйфории, мгновенно мобилизовали главу рейнджеров. Тигрица, защищающая своих детенышей, в данный момент показалась бы ленивой страдающей ожирением и полностью безопасной домашней кошечкой по сравнению с первой красавицей и самой опасной женщиной Кель Таласа.

— Что нужно делать? — Понятия невозможного для Сильваны сейчас не существовало. Даже если бы ей сказали достать звезду с неба, она бы принялась искать способы хотя бы одну оттуда сшибить. Или начала бы учиться очень быстро летать, чтобы ловить падающие естественным образом. И даже скажи ей кто-нибудь, что на самом деле они маленькие солнца, а те в свою очередь имеют размеры в тысячи раз превосходящие планету, отступаться эльфийка бы не стала. Возможно, успеха ей добиться было бы и не суждено, но попыток его достичь бывшая глава рейнджеров никогда бы не бросила.

— Не хочешь, чтобы все стало как было, раздевайся и садись в кресло. — Кивнул гоблин на покинутое место. — Будем делать с тобой всякие разные нехорошие вещи!

Раньше, чем зеленый коротышка успел моргнуть, Сильвана уже сидела в необычном кресле. Без всего и пристегнутой сначала фиксирующими ремнями, а потом и цепями.

— Уау. — Только и смог сказать гоблин, находясь в эстетическом шоке от увиденного. — Как быстро…Знаешь, я тут с одной суккубой экспериментировал недавно…Так она после двух недель тренировок такую сноровку не проявляла. Слушай, сведи, пожалуйста, ноги. Отвлекает невозможно, а мне еще работать надо. Хотя и очень сейчас не хочется.

— Все, что угодно. — Сильвана с готовностью подчинилась приказу. — Только скажи, что ты там говорил насчет моего временного состояния?

— Не все сразу. Кстати, меня зовут Тимон. — Зеленый коротышка, отчаянно кося глазами, достал из стоящего на полу сундука тяжелый железный шлем, украшенный крылышками и надел его на голову бывшей главы рейнджеров. — Так, не жмет? Все же примерку провести было бы затруднительно, мы на глазок делали. Ладно, если с размером угадали, то пора приступить к проверке. Представь, что ты отрываешь голову Артасу. Сжигаешь Кел Тузеда в костре из книг по некромантии. С счастливым хохотом опускаешь останки Нер Зула, извлеченные из лядной гробницы, прямо в жерло вулкана.

— ДА!!! — Вопль первой красавицы Кель Таласа был слышен, наверное даже за его пределами. Пошатнувшийся гоблин прижал руки к большим ушам и явно пожалел, что не озаботился берушами перед встречей с королевой баньши. Те, кстати, не отозвались. Хотя Сильвана уже привыкла к тому, что все её по настоящему наполненные эмоциями мысли они кричат в унисон со своей госпожой. Стены жилища обязаны были содрогнуться от их крика без всякой магии, однако этого так и не произошло. — Я согласна! Убьем их! Уничтожим! Отомстим!

— Значит, все удалось. — Констатировал Тимон. — Ты больше не слушаешься чужих приказов и снова обрела свободу воли.

— Но… — У Сильваны зародились пока еще неясные подозрения. — Я же живая! Теперь у повелителя нежити не может быть власти надо мной.

— Увы, тебе так только кажется. А жаль, такие сиськи пропадают! — Печально покачал головой гоблин и глубоко вздохнул. — Видишь ли, малышка, я не могу тебя вернуть в нормальное состояние. Во всяком случае, пока. У меня получилось только лишь погрузить в весьма качественную иллюзию, имитирующую жизнь от и до, твой сохранивший разум труп. Морок высшей категории, так это вроде бы называется. Наиболее частое применение подобных чар — знаменитое проклятие превращения в овцу. Только они намного более грубы и примитивны чем то, что обрушилось на того, кто переступил порог этого дома.

— Ах ты мразь!!! — Сильвана попыталась содрать с себя сковывающие её путы и разорвать гоблина на тысячу кусочков. Однако вроде бы несерьезные с виду ремни и цепочки выдержали гнев немертвой, вполне способной посостязаться в силе с огром. — Уничтожу!

— Не ори! — Рявкнул в ответ гоблин. — Твои призраки тебя все равно не слышат! Шлем на твоей голове искажает магию, вдобавок к зачарованным бревнам этой халупы. Снимешь его и выйдешь наружу — сможешь вызвать своих баньши, чтобы они растерзали меня на кусочки! Но только тогда не удивляйся, когда вновь станешь марионеткой Нер Зула! Понимаешь меня? Да? Отлично! Хочешь опять стать куклой на веревочках, за которые будет дергать дохлый орк или проклятый принц Артас? Можешь не благодарить за вернувшуюся свободу воли! К демонам месть за себя и Кель Талас вместе с попытками изменить свою судьбу, ведь надо спешно бежать и кланяться в ножки демонам! Свободна!

Гоблин щелкнул каким-то рычажком, и необычное кресло отпустило свою пленницу. Слова брани застряли в глотке у леди Сильваны. А руки её остановились, не решаясь стянуть с головы артефакт. Но и отпустить его тоже не могли. А пнуть маленького зеленого коротышку, предусмотрительно отскочившего в дальний угол, ноги не дотягивались.

— Зачем? — Кое-как сдерживая бушующую внутри себя бурю эмоций, спросила она.

— Зачем подарил тебе свободу воли? — Уточнил гоблин. — Все просто. Я хочу предложить союз. Думаю, тебе удастся некоторое время притворяться верным генералом армии проклятых. И перетянуть часть нежити под свое руководство. Мне же нужны ресурсы, для дальнейшего развития и которые будут тебе абсолютно бесполезны.

— Нет! — Рявкнула Сильвана, отпуская шлем и выхватывая из-за лежащей полу одежды нож, почти полную копию которого этот зеленый коротышка не так уж и давно унес в своей печени. — Зачем надо было меня раздевать и усаживать на эту дрянь, так напоминающую любимую игрушку Кел Тузеда?!

— Наброшенная на тебя иллюзия жизни скоро развеется. — Пожал плечами гоблин. — Но вот тут у меня в шкатулочке ряд артефактов, которые могут поддерживать чары. Как комфортно-косметические, так и те, которые отвечают за свободу воли. Я предполагал имплантировать их тебе прямо в тело, чтобы случайно не потерялись или не были отобраны врагом. Надеюсь, ты ничего не имеешь против пирсинга? Ну и про эстетическое удовольствие, конечно же, забывает не стоит. Ты даже в таком виде осталась невероятно красивой. Много можно сказать плохого про принца Артаса, но у него определенно есть вкус.

— Значит, я смогу управлять нежитью. — Сильвана поколебалась, но плюхнулась обратно на кресло. И поморщилась от боли в отбитой пятой точке. Похоже, эта насланная на неё иллюзия уж слишком достоверна. Однако того, кто предложил бы её ослабить, эльфийка бы самолично загрызла. Может и фальшивая, но жизнь, была в тысячи раз лучше унылого безрадостного существования, которое рано или поздно закончилось бы окончательной смертью. — Тогда почему сейчас я не чувствую своих баньши?

— Нужна привычка. — Развел руками гоблин и из шкатулки, которую он держал в руках, на пол просыпался сверкающий дождь украшений. — Если проводить простые аналогии, то раньше ты просто бегала, прыгала и плавала. А теперь придется проделывать все это в доспехе. Однако, о тебе идет молва как о обладателе железной воли и невыразимой стойкости.

— Я научусь. И отомщу. — Пообещала Сильвана то ли себе, то ли своему собеседнику. Который в её личном списке тех, кого надо уничтожить, занял одно из первых мест, пускай и с отсрочкой приговора. Впрочем, тот кажется, уловил её мысли, потому как улыбнулся еще шире чем раньше.

— Прошу внести небольшой пунктик в наш договор, который никогда не будет написан на бумаге. — Предостерегающе поднял руку он. — Все разборки и вся месть за мое слишком наглое поведение лишь через сто лет. Полагаю, этого срока нам хватает, чтобы выполнить задуманные планы и трезво оценить другу друга. По достоинству, а не впопыхах при мимолетных встречах. И не бойся, от старости не подохну, видишь ли я уже бессмертен. Почти как упомянутый тобою Кел Тузед, только лучше.

— Только если ему снести башку, эта тварь возродится в новой оболочке. — Передернулась при неприятных воспоминаниях леди Сильвана. — Не знаю, что ты задумал, но уверена, тебя скоро убьют. Не я, так другие. Гоблины они вообще не живут долго.

— Открою тебе маленький секрет. — Привстав на цыпочки, прошептал в её ухо гоблин. — Эта мелкая зеленая тушка у меня не первая. И когда пройдет век и ты пойдешь меня убивать, скорее всего встретишь уже чего-нибудь поприличнее. И да, не надо глупых стрел в спину или яда в стакан. Все равно не поможет, вспомни хотя бы тот попавший в цель отравленный кинжал. Сражайся так, словно против тебя один из бессмертных предводителей Пылающего Легиона. Бей в первую очередь не по жалкому мясу, а по бессмертному духу. Видишь, как я с тобой откровенен?

— Проклятье. Убедил. — Сильвана содрогнулась, осознав, что она находится наедине с существом, куда более жутким и опасным, чем все гоблины Азерота вместе взятые. — Кстати, вы с Кел Тузедом случайно не родственники? Или просто работали вместе? А то так похожи, особенно этим треклятым креслом…

— Плохие ассоциации? — Сочувственно спросил гоблин. — Извини, знал бы, приготовил чего-то другое. Мне главное, чтобы это устройство поддерживало внутри хижины искажения магии, наложенную на переступившего его порог иллюзию. И не давало тебе дергаться в процессе операции. Откуда-то уцелевшим эльфам Кель Таласа известно, что возможность чувствовать боль ты сохранила в полном объеме.

— Почти в таком же, только полностью металлическом, остановилось мое сердце. — Почти не услышала его слов Сильвана, полностью захваченная всплывшими из глубин разума воспоминаниями. — Это было на шестой или седьмой месяц моего плена, когда Артас уже не мог ничего выжать из живой пленницы, поскольку никто не вынесет столько боли. Меня и раньше сажали в него, чтобы взбодрить и привести в себя маленькими молниями, но всегда вынимали раньше, чем плоть начинала обугливаться. А в тот раз оставили медленно запекаться в оковах железа.

— Электрический стул?! — Гоблин неверяще уставился на эльфийку и забегал из стороны в сторону по хижине. — Ая-яй-яй! Как плохо то! А может, это все-таки совпадение, а?! Это ведь чего-то хорошее создать трудно, а уж всякую дрянь человеческий разум изобретать горазд! Мог ведь этот урод, по собственному извращенному желанию сделать аналог устройства, о котором в этом мире и знать то не полагается, как считаешь? Мне кажется, вполне.

— Не знаю, о чем ты говоришь. — Поморщилась Сильвана, но умирать в том проклятом железном кресле было жутко. И долго. Мне казалось, мои мольбы могли растопить камень…Но не сердца палачей. Кел Тузед еще все приговаривал, что даже в его родном Техасе, где знают толк в поджаривании преступников, могли бы у него поучиться. Я потом долго искала на картах город или даже село с таким названием, чтобы под предлогом усмирения бунтовщиков сравнять его с землей, но так ничего и не обнаружила. Вообще о юности одного из самых молодых и талантливых архимагов Даларана почти ничего не известно.

— Пиндос. — Гоблин во второй раз выронил шкатулку, куда собирал рассыпанные по полу украшения и схватился за голову. — Черт! Но как?! Он же говорил…А если не он, то кто? Сам? Сомнительно.

— Ты что-то знаешь о Кел-Тузеде? — Утвердительно спросила леди Сильвана. — Говори! Его смерти я жду чуть ли не больше, чем возможности оторвать голову Артасу!

— Не уверен, но кажется, он может быть куда более опасен, чем ты думаешь. — Медленно проговорил Тимон. — Чем все думают. Техас, казнь на электрическом стуле…Нет, таких совпадений не бывает. Сильвана, обещай, что ты поможешь поймать и допросить Кел Тузеда. Это очень важно, очень! Ну, пожалуйста! Я обещаю больше никогда не называть тебя Сиськами! И вообще буду себя хорошо вести! По крайней мере, постараюсь.

— Да щас! Мне, может, наоборот понравилось! — Сейчас бы эльфийка могла поспорить и с тем, что снег холодный. Из чисто женских побуждений и непонятно чувства эйфории возникшего у неё, когда этот мелкий зеленый вредитель принялся унижаться перед ней. — Чего такого важного может знать главный лич? Тайны своей грязной магии? Пусть сгинут вместе с ним!

— Боюсь, он не из этого мира. — Глухо проговорил гоблин. — Как и я. И если он откроет в Азерот врата своим сородичам…Не уверен в том, что Пылающий Легион успеет отсюда сбежать. Подробностей не скажу, но просто поверь, по сравнению с ними армии нежити покажутся вам мелкой неприятностью вроде попавшего в обувь камешка.

— Как и ты… — Задумчиво проговорила Сильвана. — Так может, мне тебя поймать и допросить? А то призовешь еще этого своего Ильича. И ладно еще если он сожрет Артаса и Архимонда, но вдруг он ими не наестся?

— Не советую. — Грустно улыбнулся гоблин. — Мне некого звать…И призывать…Видишь ли, свою борьбу с сородичами Кел Тузеда мы проиграли. Но если я когда-нибудь смогу вернуться домой, обещаю сводить тебя к гробнице этого великого вождя, где лежит его нетленное тело.

— Ладно. — Нерешительно проговорила Сильвана. — Договорились. А теперь показывай, что там у тебя все-таки такое. Мне уже давно никто не дарил подарков и я просто сгораю от нетерпения.

— Артефакты накопительного типа. Запас их энергии будешь восполнять либо сама, либо регулярно посещай один из природных источников маны. Залагендируй это, например, борьбой с эльфами. Они все равно к тем, которые расположены на окраинах Кель Таласа рейды совершают, чтобы хоть частично от жажды магии спастись. — Перешел к делу Тимон. — Вот, небольшой болтик для языка. С ним ты будешь чувствовать вкус. Еще более миниатюрная палочка зачарованного золота в ноздрю, для ароматов. Три кольца, способных на некоторое время удержать вокруг тебя искажение магии, если шлем собьют. Одеваются на соски и то место, которое ты мне опять бесстыдно демонстрируешь.

— Мне, между прочим, еще и всякие разные нехорошие вещи были обещаны. — Фыркнула леди Сильвана, покраснев. И подивившись про себя качеству насланной на нее иллюзии. Чувствовалась рука настоящего мастера. Учитывая же, что кроме неё и гоблина вокруг никого не было…Коротышка мог придуриваться и вести себя как ему угодно, но он явно был невероятно опасен. Возможно, действительно в той же степени, что и главный лич. В конце-то концов, он же скинул с Сильваны путы рабства и дал ей убедительное подобие нормальной жизни. А до того никто из населявших Азерот чародеев подобное вроде бы совершить и не пытался. — Или брезгуешь?

— Сначала обед, а вкусненькое потом. — Хмыкнул гоблин и продолжил рассказ об артефактах. — Бусинки. Вшиваются под кожу и отвечают за осязание на участке примерно в квадратный метр. К каждой прицеплена бирочка с указанием, для какого она места. Смотри, не перепутай! Так…Ну эту пластинку тебе под сердце, отвечает за эмоции. В папке, лежащей за креслом, лежит документация на амулеты. Захочешь даровать независимость и комфортное существование еще кому из нежити, найдешь способ их сделать. Ну и для себя, если чего-нибудь сломается, заменишь.

— Ты многое предусмотрел. — Взглянула на него с некоторым уважением Сильвана. Волшебные вещи это хорошо, но любую из них можно потерять или сломать. — А…

— Планы местности с обозначениями районов, от которых мы просим держать нежить подальше тоже там. А также закупочные цены на некоторые вещи, которые можно найти в руинах эльфийских городов. Уж с тем, чтобы конвертировать золото в нечто полезное даже у тебя проблем не возникнет. Те же некроманты его очень любятю — Перебил её гоблин. — Следующая наша встреча будет по результатам твоей работы. На этом все, позвольте откланяться, леди. Ах да, леди, хотите всяких разных нехороших вещей, нажмите локтем на узорчатую завитушку, расположенную в центре левого подлокотника.

— Ты не сможешь отсюда уйти. Хижина окружена призраками и еще должны действовать руны препятствующие телепортации. — Предупредила его Сильвана и её рука будто против воли своей хозяйки втопила со всей силы нужную деталь в недра артефакта. Бывшая глава рейндежров растерянно уставилась на предательскую конечность и пропустила момент, когда еще можно было удрать. Вроде бы расстегнутые крепления захлопнулись сами собой и прижали эльфийку обратно к креслу. Сильвана ощутила, как снизу в нее начинает медленно вторгаться что-то холодное, шершавое и большое. Учитывая же, что одеться обратно она так и не успела… — Стой! Что это? Как остановить?!

— У меня свои пути, отличающиеся от общедоступных. Что же до устройства, работу которого ты сейчас ощущаешь на себе, так одна талантливая гномка-изобретательница назвала эту штуковину 'Заменителем'. — Хихикнул гоблин и его фигуру вдруг начало окутывать пламя. — Что именно он оно заменяет, ты, думаю, уже поняла. И да, кнопки выключения здесь нет. Жди, пока кончится энергия. Хотел было сам прицепить тебе пирсинг, но пожалуй лучше оставлю вас наедине.

С легким хлопком гоблин исчез в фихре пламени, оставив отчаянно ругающуюся эльфийку одну. Ну, если творение сумрачного гномского гения, подчас не уступающего гоблинскому, не считать. Через пять часов леди Сильвана буквально выползла из хижины к покорно ожидавшим её призракам. Уже в одетом виде и с множеством новых украшений. Но весьма оригинальными движениями.

— Меразвец. — Язык эльфийки заплетался, а вроде как сорванное в криках и стонах горло саднило. Иллюзия продолжала держаться на ней до тех пор, пока проклятое устройство работало. А когда оно отключилось, то нацепленные артефакты мигом вернули все ощущения жизни обратно. Конечно, Сильвана могла бы их и снять…В обмен на что-нибудь по-настоящему достойное. Власть над миром например. Или возможность полюбоваться на одного мелкого зеленого уродца и одного верховного лича, надежно зафиксированными в гибридах, объединяющих в себе черты их любимой мебели. — Повторююю! То есть это…Отомщууу….Наверное.

Глава 16

— Десятник Строри, примите мои искренние поздравления! — Гоблин был серьезен и торжественен. Настолько, насколько это вообще возможно в позе, когда спина отклонена назад, помогая распределить часть принятого веса на ноги. Удерживаемый двумя и пузом руками кошелек создавал впечатление, что Тимон находится минимум на седьмом месяце беременности. — Я еще с того момента, когда вы раскрыли часть контрабандных путей, понял всю перспективность нашего сотрудничества!

— Да не стоит. — Отмахнулся дворф, наблюдая, как Тимон с трудом удерживает заключенную в плотную кожу громадного кошеля груду золота. — Тайник в Пятизубой скале, куда можно попасть только телепортом, все равно потерял свое значение около двух сотен лет назад. Тогда Кель Талас наконец-то снизил торговые пошлины на наши драгоценные камни и товар стало выгоднее возить легально. А после этой войны с нежитью, до окончания которой еще как эльфу до старости, цены на самоцветы в любом случае не доползут до прежних показателей очень долго. Шикарный брильянт в обмен на тощую козу — куда такое годится?!

— А хлеб тогда почем же? — Поинтересовался гоблин. — А то меня, признаться, его отсутствие в рационе несколько угнетает. Может, нам бросить валить лес, несмотря на прибыльность данного занятия да попробовать выращивать пшеницу?

— Сразу видно, что у тебя с головой нелады. — Сочувственно посмотрел на напарника Мал. — После того, как Кел Тузед научился так травить зерно, что приготовленный из него сухарь гарантированно превратит съевшего его сначала в разносчика чумы, а потом в покойника, лепешками даже осужденных на казнь узников стесняются кормить.

— Мда, растет список вопросов к данному товарищу, который нам совсем не товарищ, но очевидно неплохо знает то ли химию, то ли микробиологию. — С кряхтением гоблин все же опустил тяжеленный кошель на пол. — Фух. Кошелек телекинезом почему-то вообще не цепляется.

— Защищен от магии не многим хуже, чем доспехи паладина. И по прочности почти такой же. Хотя драконья кожа и стоит порядочно, но сносу ей вообще нет. — Кивнул с довольным видом Строри, расхваливая вместилище денег так, словно сам его сделал. — Ну а как иначе то? Две тысячи золотых — это же изрядная сумма! Редкий волшебник ради неё не захочет ненадолго переквалифицироваться в карманника, даже рискуя навеки запятнать свое честное имя.

— А ведь это всего лишь десять процентов прибыли за месяц. Моя доля. — Вздохнул гоблин и уселся прямо на кошель. Впрочем, учитывая соотношение их размеров, как пуфик для субтильного зеленого коротышки тот вполне годился. — Даже не знаю, дирижабль себе фирменный купить что ли? А то все самодельные модельки из рук вон плохо летают, куда их еще увеличивать в масштабах то?

— Я планирую себе в подчинение еще народу позвать. И не просто стрелков с мушкетами или бойцов ближнего боя, а настоящий пушечный расчет! Или даже два. Понятное дело, вместе с орудиями. Цены на наемников сейчас хоть и кусаются, но дело того определенно стоит. — Хмыкнул Строри. — Леди Фиэль очень просила. Одной легкой пехотой добрую драку не выиграешь, даже если среди той и чародеев несколько штук. А её молодцы и девицы численно уже втрое увеличились. Плюс она уже заказала гоблинский лесоруб. Этот шагающий механизм и работает за десятерых, если пилот опытный, и того же жировика покрошит при необходимости в капусту.

— Наш мирный трактор ответил на обстрел из кустов тремя пулеметными очередями и двумя ракетами, после чего взлетел вертикально в воздух и ушел в сторону колхоза на сверхзвуковой скорости. — Буркнул Тимон. — Ладно, посмотрим, чего там за чудо союзной техники мои соплеменники втюхивают всем желающим.

— А чего там смотреть? — Не понял дварф. — Конструкция хоть и сложная до безобразия, но вылизана совместными усилиями ваших и наших мастеров до идеала. Главное, чтобы прибывший вместе с ней пилот не был совсем уж зеленым новичком. А то ведь обязательно кого-нибудь задавит не машиной, так упавшим не в ту сторону древесным стволом.

— Угу, спасу нет от этих новобранцев. — Поморщился Тимон, трогая едва заметно очерченный отеком синяк под глазом. — Представляете, сегодня с утра меня какие-то ушастые блюстители чести и достоинства пытались научить хорошим манерам. Причем без предварительного уведомления о намерениях, а сразу прямым в челюсть! Да еще и втроем! Определенно, я нуждаюсь в том, чтобы подробнее изучить этикет.

— Это они вероятно в лагерях беженцев нахватались. — Пожал плечами Строри. — В таких условиях любой озлобится. В довоенном Кель Таласе за подобную уличную драку им бы грозило общественное порицание лет на триста. Кстати, не их ли мне потом пришлось приводить в нормальное состояние при помощи молотка и зубила?

— Сами виноваты. — Хмыкнул гоблин. — Нечего задирать телекинетика рядом со стройкой, даже если защитными побрякушками обвешались. Пусть еще спасибо скажут, что всего лишь слегка закатал их в цемент. В следующий раз если чего-то подобное повторится, они у меня научатся натуральные кирпичи откладывать. А Фиэль им еще потом и мастер класс по умению рожать елочку посреди леса устроит.

— Учитывая результативность наших действий, её в этом отношении все хотя бы немного думающие эльфы поддержат. — Спокойно кивнул дварф. — Почти четыре десятка самостоятельно вырабатывающих ману артефактов, это спасение от жажды магии для небольшой деревни. Да и деньги с продажи леса их общинам, которые задыхаются от наплыва вынужденных переселенцев, крайне нужны. Кстати, насчет ваших дальнейших планов…Появилась тут у одного из ребят хорошая идея. Рискованная до безумия. Однако, если дельце выгорит, быть вам еще большими богачами, а мне так сразу полусотником. Правда, вложиться потребуется изрядно. Возможно, даже находящейся здесь и сейчас груды золота не хватит.

— Развивайте мысль. — Благосклонно кивнул ему зеленый карлик, нервно ерзая на кошельке. То ли мысль о расставании с сокровищами ему претила, то ли жесткое и холодное содержимое кошеля было слишком неудобным для гоблинской задницы. — Я заинтригован.

— Ты, думаю, знаешь, что народ дварфов разделен на три части. — Почесал седую голову Строри. — Так уж получилось, что в родных горах нам стало тесно. Междоусобные войны давно кончились, но последствия их никуда не исчезли. Те, кто пошел за Бронзобородыми, живут в Стальгорне и окрестностях. Мы дружим с иными расами, входим в Альянс, торгуем, ну и все в таком роде. Выбравшие себе в качестве лидеров клан Дикого Молота сосредоточены в Орлином Гнезде. Даже с нами, своими братьями, они стараются почти не общаться. Но хотя бы не устраивают налеты своих грифонов на кого придется. Даже согласны уступать некоторое количество этих гордых и крайне полезных зверей за соответствующую плату. Но вот те, кто проиграл и бежал на юг…

— В семье не без чернокнижника. — Пожал плечами гоблин. — Вроде бы эти ребята из рода Черного Железа носа из своих вулканических владений не кажут. Или нет?

— После начала войны с нежитью они слишком уж обнаглели. Не только покинули свои убежища, но и пытаются. — Вздохнул Строри. — Между отбивающим натиск покойников и сектантов побережьем и жарким югом находятся опустошенные области. Поэтому до людей и эльфийских беженцев нашим темным родичам не добраться. Как впрочем, и тем не щелкнуть по носу забывших свое место предателей. Однако, их отряды и аванпосты замечены уже не так уж и далеко отсюда. Более того, это отребье нашло здесь с кем вступить в союз!

— С нежитью? — Обеспокоился Мал. — Это плохо! Я слышал по вашу братоубийственную войну. Изгнанники в конечном итоге стали поклоняться демонам! И Артас служит демонам! Если они объединят усилия…

— К счастью, такого пока не произошло. Видимо, разные твари контролируют их и человеческих сектантов. — Успокоил его десятник. — Но зато Черное Железо нашло в лесах Кель Таласа другого союзника. Вождя троллей Зул Джина. Мы и раньше знали, что у них хорошие отношения, иначе откуда бы эти бандиты могли получать хорошее оружие и снаряжение? Без своей-то промышленности его не сделать. Однако теперь лесные тролли, пользуясь бедственным положением своих врагов, вновь становятся грозной силой. Племена объединяются. Руины древних городов их империи отстраиваются и заново наполняются жителями. В них приходят карваны дварфов Темного Железа, меняющие оружие на рабов. Работать в шахтах, расположенных на вулканических склонах, всегда было очень опасно. И прибыльно. Выброшенные на поверхность самоцветы и руды могут быть весьма редкими.

— В роли невольников выступают беженцы Кель Таласа? — Уточнил Тимон. — Или тролли каким-то образом шастают мимо нежити в населенные земли? Ну не города же сектантов они грабят. В таком случае за подрыв производственной базы этих заросших мхом партизан быстро бы в вурдалаков переработали.

— В основном невольниками служат такие же тролли, только не признающие власти Зул Джина. — Покачал головой дварф. — И их немало. Жители Кель Таласа не трогали мирные племена, ведь места хватало на всех. А те старались не провоцировать лишний раз эльфов, которые могли бы припомнить древние обиды и залить леса кровью старых врагов на всем континенте.

— А еще вылавливать партизан на своей земле дело слишком сложное и чреватое большими потерями. И долгоживущим эльфам понятное дело не хотелось прощаться с жизнью, ради уничтожения смирно сидящих у себя в глуши дикарей. — Кивнул гоблин. — Я так понимаю, ты предлагаешь напасть на один из торгово-обменных пунктов?

— Руины Ресхилак. — Согласно кивнул дварф. — Относительно недалеко от них вдруг оказался разрушен форт, который передавал в Стальгорн информацию о положении дел на границе. Но крупных сил нежити в тех местах вроде бы не было. А вот об усиленном шнырянии в окрестных лесах троллей, снабженных артефактами и добротным оружием, доклад оттуда дать успели.

— А подобная информация разве не тайная? — Засомневался орк. — Верить ей можно?

— Мой брат старейшина. — Напомнил Строри. — Да и вообще весь Стальгорн это одна большая деревня. В общем, если поторопимся, то сможем уничтожить троллей. И возможно даже сможем отбить пленников. Если получится, то продавать нашему отряду снаряжение и прислушиваться к его командирам все дварфы станут куда охотнее.

— Резонно. Логично. — Кивнул головой зеленый карлик. — А причем тут золото?

— Малыми силами наш форт было не взять, а потому Фиэль не хочет вести своих бойцов в схватку со слишком опасным врагом. Потери ведь обязательно будут, причем существенные. — Развел руками Строри. — Я предлагал ей позвать еще отряд, караулящий неподалеку проход через горы. Ну, тот в котором даже танк есть. Благо ребята согласны подработать за соответствующее вознаграждение. Да и мне не трудно будет эльфийке свою долю отдать. Однако она упирается и ни в какую сотрудничать не хочет.

— Беру её на себя. — Щелкнул пальцами Тимон. — Есть у меня рычаги давления.

— Потому-то к тебе с этим и подошел. — Хмыкнул дварф и довольно огладил свою бороду. — Хотя я никак не могу понять, чем мог ушибленный на всю голову гоблин так впечатлить эльфийку. Да, ты маг, причем крайне сильный. Но ведь и она сама далеко не самая слабая волшебница. Ну не своей же вечно любящейся наглой рожей ты её в себя влюбил, в самом-то деле!

— У женщин показатели харизмы определяются во многом объемом и формой сисек. — Вздохнул маленький зеленый карлик и, встав со своего насеста, взвалил золото на плечи. Фигура его согнулась, но устояла. — У мужчин примерно та же система. Только параметры немного другого объекта пользуются повышенным вниманием. И помни, размер имеет значенье. В некоторых случаях маленький лучше, чем очень большой!

— Чего? — В глазах пожилого дварфа отражалось крушение его картины мира. — Это как?! Эй, стой, а золото?!

— Свое отдашь соплеменникам, а моим попробуем подкупить Фиэль. — Отмахнулся от него Тимон. И, уже намного тише, обратился к орку. — Пумба, чего руками размахиваешь, будто мы вовсе даже не знакомы? Берись за свой край кошеля! Будем тащить его как мешок, а то пока я до дома этакую тяжесть допру, то точно грыжу заработаю.

— Настоящий гоблин золото бы из рук не выпустил. — Наставительно заметил воин, приходя субтильному напарнику на помощь. — Как ты планируешь убедить Златокудрую в том, чтобы оправдать драку с троллями?

— Ну, хотелось бы залюбить её до потери способности сопротивляться моим приказам. — Хмыкнул гоблин. — Но тогда командир отряда и главная друидическая сила с нами на дело не пойдет, поскольку будет отсыпаться. Придется действовать банальным подкупом. Паладин то наша добыча, передам права на его выкуп Фиэль целиком и полностью. Ты ведь не против?

— Закажешь у гномов пластинчатый доспех на меня за счет этого золота. — Кивнул орк на кошель. — Дварфийские как ни крути тяжеловаты и неуклюжи. А вот вышедшие из под рук их двоюродных братьев латы и прочные, и гибкие. Только ремесленники Стальгорна дерут за свою работу дорого. Даже очень дорого. Почти как гоблины за дирижабли.

— Заметано. — Кивнул гоблин. — Твоя броня, это дополнительная защита, стоящая между мной и врагами. Да и насчет оружия, которое можно заказать, подумай. Сначала я хотел было вооружить тебя четырехзарядной базукой, которую мы делаем совместно со Строри, но когда взорвался пятнадцатый прототип…Короче, небольшой переносной пушкой тебе в ближайшем будущем не светит.

— Вы же вроде делали и чего-то из нормального оружия. Вернее, не нормального, но определенно предназначенного для ближнего боя. — Недоуменно взглянул напарника орк. — Такое…Все в зубчатых ремнях и шестеренках. Двухклинковое. И оно даже не взорвалось, только какой-то гарью всю кузницу провоняло.

— Это не совсем оружие. — Хмыкнул Тимон. — Скорее средство устрашения и поощрения нерадивых подчиненных. Женского полу.

— Ч-чего? — Орк аж кошель из рук выпустил и тот хлопнул по утоптанной земле так глухо, словно там были не благородные золотые монеты, а вульгарные кирпичи. — Но оно же…ё-мой…Толще, чем у меня нога…

— Не ё-моё, а переносная бетономешалка. Учитывая, что поселок расширяется, очень нужная будет вещь, когда мы её все-таки доделаем. Артель дварфийских каменщиц, на которых и возложено строительство, после такого подарка будет работать руками меньше и окажется обязанной снизить цену на свою работу. А то эти бабы, практически создавшие небольшой профсоюз, пустят новоприбывших эльфов по миру. — Хмыкнул гоблин, скалясь во всю пасть. — Хотя ход твоих мыслей мне определенно нравится. Еще бы научить тебя магии и строить зловещие глобальные планы и мы станем практически неразличимы. И можем даже поменяться местами.

— Зачем? — Не понял орк, мотая головой, чтобы отогнать видение себя на богатом троне, окруженного толпой не очень одетых девушек всех народов и рас. Нет, против последних Мал ничего не имел, но все померещившиеся ему дамы сжимали в рука разнообразное оружие и смотрели уж очень плотоядно.

— Если рассуждать логически, то высокопоставленным миньоном быть безопаснее, чем Темным Властелином. — Хмыкнул Тимон. — Специально на тебя не охотятся, а доступ ко всем жизненным удовольствиям почти тот же. Плюс, если припечет, можно выгодно сдать хозяина за соответствующую плату. Ну чего стоишь? Бери мешок, то есть тьфу ты, кошель и пойдем быстрее. Мне еще надо все приготовить для романтического ужина с Фиэль.

— Полагаешь, тебе удастся её соблазнить, а не просто изнасиловать, принудив к близости из-за проигранного ею пари? — Попытался вернуть гоблину часть насмешки орк. — Не очень то благородный поступок. Плюс после него она точно станется относиться к нам куда хуже, чем сейчас.

— Ну, над правильным и полюбовным соблазнением я уже давно усиленно работаю. — Задумчиво протянул Тимон. — Однако, сейчас переходить к интенсивной фазе будет еще рановато. Но не волнуйся, у меня есть план! За то, чтобы удрать с нашего совместного романтического ужина, способного плавно перейти в завтрак, Фиэль пойдет на практически любые уступки.

Через несколько дней после этого тролль-дозорный, сторожащий ведущую к руинам Ресхилак дорогу, удивленно прищурил глаза. Опытный охотник, он видел в приближающемся к возрождающемуся поселению своей расы караване какую-то странность. Нет, вроде бы все было как нужно. Высокие мускулистые бойцы с зеленой кожей и выступающими изо рта клыками тащили за собой забитую каким-то хламом телегу. Лошади в лесах и раньше-то были редкостью, а уж после нашествия нежити коней в Кель Таласе и вовсе стало не найти. Одеждой воинам служили сделанные из шкур доспехи, поверх которых шаманы нарастили скрывающий воинов от небрежных взглядов слой мха. Сзади повозку подталкивали привязанные веревками к телеге рабы. Тыловой дозор вяло подбадривал их ударами бичей, не стремясь особо усердствовать и портить товар. В большинстве своем невольниками являлись такие же тролли, но сильно избитые и без оружия. Хотя виднелась и несколько совсем уж измордованных эльфов, явно взятых для показательной казни. Такое мероприятие соберет всех жителей Ресхилака и станет прекрасным праздником. Еще в числе пленников затесались непонятно как сюда попавшие гоблин и орк. Ну, этим одна дорога, на шахты черных дварфов. За мускулистого здоровяка наверняка можно будет потребовать дополнительную оплату. А вот зеленого коротышку хорошо бы удалось сменять хоть на пару горстей стальных наконечников. Но все же что-то опытного охотника настораживало. Как-то эти тролли выглядели не так. Да и двигались странно.

— Пока твой план работает. — Заметила Фиэль Златокудрая, с неудовольствием косясь на свою заляпанную одежду. Впрочем, волшебницу раздражал не только свой внешний вид, но и стремительно убывающая мана. Поддержание иллюзии, превращающей бойцов в почти точную копию троллей, требовало немало сил. И чтобы облегчить его пришлось даже использовать помимо чар и вполне материальный нехитрый грим, в виде пыли и грязи. — Но вблизи нас распознают, это точно.

— Сури, стукни дварфам в их самоходный утюг. — Проигнорировал её гоблин, обратившись к идущей рядом суккубе. Та, одев сапоги и балахон, а также скрыв иллюзией рога, была практически неотличима от эльфиек. — Скоро мы выйдем на дистанцию прямого поражения ворот?

— Еще сотни две шагов для надежности и можно снимать ваши чары. — Из под старых линялых шкур, прикрывающих собою танк, послышался голос Строри. Он и остальные его бойцы, не входящие в экипаж боевой техники, ехали сверху брони. — Я только что спрашивал. Готовьтесь к бою, захлопнуть под обстрелом створки враги конечно же не смогут, но и просто так свой дом не отдадут. Уж мне эта порода грабителей и разбойников хорошо знакома.

— Ой, кажется, нас пытаются разглядеть поближе при помощи каких-то чар! — Удивленно сказал суккуба и помотала головой. Соединявшая её руки цепь с фальшивой повозкой была настоящей. И заканчивалась она внутри примитивной артефактной колоды, заполненной маной под завязку. Хотя сейчас в ней наверное уже стало куда меньше силы, ведь столь масштабные чары не могли не опустошить примитивный накопитель. — Я держу иллюзию, но это ненадолго.

— А толку? — Хмыкнула Фиэль, сбрасывая с рук путы и разминая пальцы. — Если уж нас пытаются прощупать шаманы, то им достаточно просто сопротивления их чарам, чтобы поднять тревогу.

Иллюзия на идущих сзади каравана погонщиках с бичами, на самом деле бывших лучниками, замерцала. На миг она явила их истинную сущность и этого оказалось врагам вполне достаточно. Звучный сигнал играющего тревогу горна раздался над древним городом троллей. Впрочем, как сами стрелки тоже сообразили, что пора броситься в атаку и постараться как можно быстрее оказаться поближе к воротам.

— Вперед, в атаку! — Строри скатился с танка и принялся стаскивать прикрывающие боевую технику шкуры. Как и остальные его соплеменники. Все равно угнаться за быстроногими эльфами они даже могли и не пытаться. А дать пушке возможность открыть огонь сейчас была очень важна.

— Эй, осторожно! — Возмутилась суккуба, когда в неё швырнули зачарованной колодой, едва не сбившей демоницу с ног.

— Молчать! Стоять! Не дергаться! — В спину ренегатки из легиона демонов ткнулось острие меча. В руках его держал, пожалуй, самый молодой из оставшихся в Кель Таласе эльфов. Мальчишка увязался вслед за пополнением из беженцев самовольно и обнаружили его тогда, когда заворачивать недоросля оказалось уже поздно. И теперь решившему повоевать ребенку доверили крайне важную миссию — охрану сомнительного союзника. Оценив, как горят глаза её стража, суккуба решила во всем ему повиноваться. А то еще прирежет от избытка чувств и из-за чрезмерного волнения. — Только дай мне повод и я избавлю Азерот от твоего присутствия!

— Спокойно. — Принялась уговаривать то ли его, то ли себя демоница, усаживаясь прямо на зачарованный кусок дерева. Её защитник уже убежал далеко вперед, а она осталась в тылу, вместе с излишне пафосным и серьезным недорослем. Теперь ей оставалось лишь надеяться, что с этой стороны к городу не подойдет подкрепление. И следить за окрестностями. А то ведь если даже этого горе-воина утащит в свою берлогу самый обычный волк или медведь, привлеченный запахом крови, свалят вину в любом случае на неё. — Куда мне дергаться? Да еще в кандалах и с таким грузом?

Танк, чья пушка наконец-то показалась наружу, содрогнулся. Улетевший к створкам спешно закрывающихся ворот снаряд смел разрывом трех или четырех троллей. Ну а остальных штануло ударной волной и забрызгало отстаками неудачников. Скорость их работы существенно снизилась. А эльфы уже были близко. На дистанции выстрела из лука. И вражеские солдаты подняться на стены просто не успевали. К тому моменту, когда жители Ресхилак полностью подготовились к обороне, их защитные укрепления уже оказались заняты врагом. Летевшие сверху меткие стрелы уничтожали охотников с метательными копьями. Бойцов ближнего боя буквально сносили с ног картечные залпы из мушкетов. Спешно занявшихся камланием шаманов выбивали скоординоированынми ударами чародеи. Или вползший в черту города танк, чье орудие вполне могло стрелять сквозь легкие хижины из веток и шкур. И даже поверх оставшихся с давних пор каменных строений.

— Вперед! — Фиэль Златокудрая заставила сразу четыре проросших среди руин дерева выкопаться из земли и пойти вперед, размахивая корнями и ветками. Вторым рубежом обороны троллей оказались рабские загоны. Вернее, выпущенные из них огры. Двухголовые великаны, явно одурманенные то ли зельями, то ли чарами, рычали и рвались вперед, не обращая внимания на раны. Они могли бы причинить немало бед, но пошедшая в ближний бой флора затормозила исполинов достаточно, чтобы их нашпиговали стрелами и пулями. Пошедшие вслед за ними в атаку истерично завывающие тролли успели метнуть дротики, топорики и прочий метательный арсенал. Взметнувшийся фонтаном из колодца водяной элементаль окутал собою потерявшую осторожность предводительницу отряда и теперь друидка билась внутри его прозрачного тела, в тщетных попытках выбраться на свободу. Кто-то из чародеев запустил в монстра огненную птицу и тот час же огреб подзатыльник от коллеги. Большинство грубых атак, вроде попыток испарить тварь или пробить в ней дырку шаровой молнией, должны были неминуемо прикончить и заточенную внутри неё волшебницу. Первые обливающиеся кровью атакующие осели на землю, вселив в них уверенность в своих силах. Но продержалась она недолго.

Вставшие в первый ряд бронированные дварфы мимо себя не пропускали никого, а убивались только очень и очень удачным попаданием в забрало. Костяное или каменное оружие отказывалось пробивать металл, даже несмотря на наложенные чары. Ведь латы им тоже не простые кузнецы ковали. Да даже и стальными мечами и копьями добраться до тел сквозь доспехи оказалось не просто. А через головы умеющих драться с врагом лицом к лицу дварфов велся непрерывный обстрел. К тому же некая непонятая сила подняла в воздух элементаля и начала рвать его на отдельные, пускай и крупные капли. Одно ведро ожившей воды летело на север, второе на юг, а куда девались третье и четвертое никто даже и отследить то не успевал. То ли в землю впитывались, то ли волшебниками уничтожались. Маги отряда, теперь уже не боящиеся прикончить свою предводительницу, оперативно уничтожали отдельные части воплощенного духа стихии. Оказавшаяся в конце-концов на воздухе Фиэль кашляла кровью пополам с водой и в дальнейшем бою участие принять вряд ли могла. Но умирать в ближайшем будущем совершенно точно не собиралась.

Умывшиеся кровью защитники откатились вглубь поселения…А площади, где были заперты по сплетенным из прутьев клеткам изможденные плохим обращением и нерегулярной кормежкой пленники, стремительно сновали две зеленых тени. Большая и маленькая.

— Не толпимся, не толпимся. И не разбегаемся. Вашим освободителям будет трудно отличить одних лесных троллей от других. — Тимон двигался в рваном ритме танца, то ли стараясь сбить прицел еще имеющимся в зоне видимости стрелкам противника, то ли просто дурачась. Там, куда он направлял свои руки, спадали веревки. Вылетали из пазов засовы. Рассыпались перекореженные прутья. — Вооружаться можно, участвовать в зачистке врага тоже, но только по соглашению с главными тактиками нашего отряда. Сейчас они подойдут и скажут, где и как вам можно будет поквитаться с обидчиками, без риска попасть под дружественный огонь. Оп-па! А это что у нас такое?

Синекожая особа явно женского пола, доказательством чему служила крайне внушительная грудь, задергалась. Большинство зрителей списали это на желание как можно быстрее освободиться и блох, просто обязанных завестись в давно немытой шевелюре и обрывках некогда роскошной одежды из шкур. Те, кто хорошо знал гоблина, заподозрили его в использовании телекинеза ради далеко не самых благих целей. Правы были и те, и другие. Среди остальных невольников эта пленница была выделена особо. Только у неё был настоящий железный ошейник, в котором алым светом мерцали какие-то кристаллы. Рот был замотан грязной тряпкой, а руки покоились в чем-то вроде костяной клетки, надежно фиксирующей каждый палец.

— Шаманка из ледяных. Да еще и человеческая полукровка. Их сейчас в Нордсколе нежить окончательно прижала, вот они и подаются в теплые края. — Прошамкал ртом, из которого вырвали гордость любого тролля, его большие клыки, один из пленников. — . Зул Джан таких даже в плен не берет, но вот для неё сделал исключение. Чем-то она его так заковыристо прокляла, что он счел обычную смерть для неё слишком легкой и хотел дварфам-демонопоклонникам отдать как жертву.

— Да? — Задумчиво протянул гоблин и окинул пленницу оценивающим взглядом. — А в принципе, если отмыть и накрасить, будет очень даже ничего. Пумба, эту мы берем с собой. У Сури в двуместных апартаментах повышенной неприступности как раз пустота образовалась. И не разворачивай её раньше времени, а то еще и нас проклянет чем-нибудь особо заковыристым.

Орк тяжело вздохнул и посмотрел на пленницу с сомнением. Шаманка ледяных троллей тоже шумно выдохнула через нос и смерила громилу неприязненным взглядом. Причем получилось это у них так синхронно…

— И почему мне кажется, что вы сработаетесь? — Задал вопрос сам себе гоблин. — Может, у меня способности ясновидящего? Интересно, есть ли где-нибудь в Азероте курс экспресс-обучения для начинающих пророков?

Глава 17

— Значит, ты хочешь от меня помощи в тех разделах магии, которые большинство классических чародеев Азерота не изучает. А твоя ручная демоница ими в свое время просто не интересовалась. — Будучи отмытой, переодетой и накормленной мясным бульоном шаманка изрядно преобразилась. Теперь даже у эльфов, расы с троллями враждовавшей последние несколько тысяч лет, не повернулся бы язык назвать её некрасивой. Черная грива блестящих волос спадала на плечи, того же цвета глаза блестели как драгоценные камни, аккуратная и опрятная одежда лишь подчеркивала достоинства фигуры. По сравнению с ней даже суккуба выглядела немного грубоватой из-за отчетливо выделяющихся под кожей мускулов. Впрочем, от своих сородичей полукровка отличалась в лучшую сторону куда более плавными чертами лица и очень скромным размером клыков, лишь едва-едва выступающих над верхней губой. — Взамен я получу деньги и свободу, так?

— Еще я к тебе немного попристаю. — Скромно заметил гоблин и даже шаркнул ножкой. — Чисто так, из любви к искусству. Нет, если не хочешь, не надо. Полагаю с тем, чтобы найти хорошего шамана за достойную оплату труда у меня не возникнет. Троллям сейчас живется не слишком хорошо.

— Мы вообще со времен развала своей империи не шикуем. — Вздохнула шаманка. — Но если я, как ты говоришь, свободна, то почему сижу в запертой снаружи камере вместе с прикованной к стене суккубой?! Не будь я Костяной Острогой, дочерью Костяной Иглы, так обращаются не с друзьями, а с пленными!

Сури демонстративно вырвала из стены давным-давно расшатанную ей цепь, а потом сделала ей пару взмахов. Попади под этот хлесткий удар медведь и лежать бы косолапому с проломленным черепом. Более тонкий намек на то, кто тут является пленником, а кто нет, подать было сложновато.

— Юридически и фактически ты сейчас полностью свободна. — Примиряюще поднял руки гоблин. — Просто я боялся, что мы не сможем поговорить раньше, чем единственный попавший в зону видимости толковый шаман троллей сделает ноги. С эльфами вы друг друга ненавидите, с дварфами просто не любите. Какие были шансы на то, что ты не исчезнешь прямо с той площади в Ресхилате? Готов принести извинения и денежную компенсацию.

— Двадцать золотых! — Рявкнула Костяная Острога и, судя по глазам, сама ошалела от собственной наглости. Видно было, как она раскаивается в названной сумме и уже практически смирилась с тем, что и медяка не получит.

— Сто полновесных желтеньких монет дам в качестве аванса, и мы долго и плодотворно сотрудничаем. Естественно, если результаты будут хорошими, получишь дополнительные бонусы, а содержание идет за мой счет. — Хихикнул гоблин и сцепил руки за спиной. Видимо для того, чтобы случайно не протянуть их куда не надо и не сорвать наметившийся прогресс в общении с шаманкой.

— Можешь не извиняться. — Мгновенно сориентировалась Острога и покосилась на суккубу, пытающуюся незаметно пристроиться под бок к мелкому зеленому коротышке. Данному действию мешало не столько сопротивление гоблина, сколько его более чем скромные размеры. — Кхм…И приставать в любое удобное время.

— Как я счастлив встретить столь адекватную и понимающую личность. — Смахнул слезу умиления Тимон и вытер пальцы об шерсть на ногах ластящейся к нему демоницы. Та не возражала и даже вряд ли этот жест заметила, поскольку оказалась крайне занята. Мерилась взглядом с очевидной конкуренткой, похоже, ничуть менее циничной и не более неприступной, чем она сама. — Тогда ответь на один вопрос, который давно меня уже мучает. Чем ты таким прокляла Зул Джина, что он по свидетельствам остальных очевидцев буквально озверел и несколько дней без сна и отдыха творил какие-то кровавые ритуалы дабы излечиться.

— Да, мелочи право слово. Дикий зуд в руке, которую ему давно отрубили. Отсутствующую плоть ведь пальцами не почешешь и чесотку не уймешь. — Отмахнулась Острога. — Боевые то чары этот вождь знает лучше меня раз в десять. А вот с мелкими пакостями, которые накладывают друг на друга молодые ученицы, он оказался совсем не знаком. И его шаманы со своим лесным колдовством тоже ничего не смогли быстро сообразить против мудрости севера. Но я не только проклятья хорошо знаю! Еще могу лечить, хорошо лечить! Зашью распоротое брюхо, сложу на место раздробленные осколки костей, уйму даже самую сильную боль или вылечу отравление. Делаю амулеты и тотемы, заклинаю духов…Да все, что могут уметь шаманы знаю. Нас нежить так прижала, что пришлось очень хорошо учиться, чтобы просто выжить. Но мы все равно не смогли отстоять свои земли и были вынуждены бежать. А если нужно что-то совсем уж сильное, то я смогу договориться с остальными шаманами ледяных троллей о совместной работе. Племен на севере жило не так чтобы много, незнакомых среди наших племен нет.

— Понятно. — Кивнул гоблин и предвкушающее потер руки. — Это хорошо и перспективно. Еще один из пленников говорил, что ты человеческая полукровка. Как так получилось, вроде бы с вашей расой люди не дружат?

— А по мне не видно? — Насупилась Остога, видимо задетая вопросом за живое. — У чистокровных и рост выше, и руки длиннее, и клыки больше…Однако, у нас на севере народа даже до пришествия нежити было не очень то густо. И почти все являлись родственниками. А тут от выжимающих все соки из крестьян правителей Лордерона и войны с орками народ бежать начал. В том числе и в земли маминого племени. Вот она с одним из человеческих охотников, сумевших привыкнуть к холодам и жизни во льдах, свадьбу и сыграла. Таких пар вообще тогда много получилось.

— Получается, твой народ стал намного ближе к людям. — Довольно кивнул гоблин. — Хорошая новость, сближение двух культур всегда дает плодотворный результат. Теперь, наверное, станет меньше стычек троллей с представителями человечества. Не только в Нордсколе, но и всюду, куда дошли ваши беженцы.

— На это надежды почти нет. — Покачала головой Острога. — Людей на севере уцелело ничтожно мало. Многих погубила нежить, а еще больше холод и голод. Вымораживающий тепло ветер в бурана убивает не хуже кровопотери, всех, кто не спрятался в надежном укрытии. Да и добыть пищу зимой практически невозможно. Если нет запасов потому как враги выгнали из дома — надо идти за малостью к соседям, но если и у тех пусто, поскольку их самих и их припасы уничтожили мертвяки…Даже я, более-менее устойчивая к морозам полукровка, оберегаемая племенем как ценный шаман, едва выжила. А тут еще на остатки нашего племени вынесло этого маньяка Зул Джина.

— Кого-то еще можно спасти? — Участливо уточнил гоблин. — Ну, мало ли, вдруг его уже в земли темных дворфов отправили.

— Нет. — Покачала головой шаманка. — В эти леса нас пришло полтора десятка. Половину сгубила местная нежить или дикие звери, чьи повадки нам оказались не знакомы. Из оставшихся только меня сочли нужным временно оставить в живых, чтобы отправить на куда более страшную участь, чем простая смерть.

— Хорошо, тогда для начала подумай над тем, как можно уничтожить лича. Или высшего демона. — Кивнул гоблин, чье лицо внезапно стало очень и очень серьезным. — Эти проклятые твари способны возрождаться в новых оболочках. И потому надо найти способ отправить в небытие командный состав врага. Да, задача без преувеличения глобальная, но классические маги к ней просто не знают как подступиться. Сури чего-то там такое может…В теории. Однако до практики ей как мне до трона королевы эльфов. Попробуй для начала хоть перечислить все возможные и невозможные пути решения задачи. А потом каждый из них мы разобьем на цепочку более простых операций и попробуем выбрать оптимальный. Или сразу с несколькими начнем возиться, если позволят ресурсы.

— Манипуляции с душами это очень мощная магия. — Как бы извиняясь развела руками сидящая на коленях суккуба, причем её груди при этом чисто случайно мазнули по длинному носу гоблина. Тот, впрочем, не возражал. — Она по плечу лишь высшим демонам. Да и учат ей только их. Я пару раз видела применение подобных чар издалека, но и только.

— Ммм…Мама меня такому точно не учила. — Замялась шаманка, явно ища способ оказаться полезной и заработать еще немного денег. — Однако я знаю, что старый шаман Холхюк, который точно дошел до теплых земель, смог победить какую-то жуткую тварь, вместе с отрядом вурдалаков вырезавшую его стойбище. Та была мертвой, разумной и хорошо колдующей. Но при том вряд ли могла являться дохлым человеческим волшебником, поскольку имела слишком большие размеры и рогатый зубастый череп. Может, она при жизни являлась демоном? А потом стала после смерти демоном-личем.

— Аргументы? — Требовательно уточнил гоблин. — Сама понимаешь, мы сейчас не можем себе позволить бросаться за каждой байкой.

— Ну, он сохранил её череп, сделав его навершием своего посоха. — Развела руками шаманка. — И я лично слышала, как тот ругается и кричит, когда у Хохлюка есть настроение попытать пленную душу убийцы его родичей.

— Сковать чью-то душу куда труднее, чем просто разбить на куски. — Тут же встрепенулась суккуба. — Это как с пленником! Живой он может броситься на врага и принести пользу в качестве раба, но мертвое тело куда безопасней! Тимон, милый, мы должны найти этого тролля. Ай! Хвостик! Хвостик! Хвостик!

— Не пытайся мной манипулировать, Сури. Кажется мы договорились о том, кто тут командует, а кто подчиняется. — Улыбнулся суккубе гоблин, безжалостно накручивая длинную и по всей видимости весьма чувствительную конечность демоницы себе на руку. — А если уж пытаешься, то не пользуйся своей ментальной магией, дура! За такое большинство жителей Азерота имеют свойство убивать на месте. Особенно тех, кого они считают для себя опасным.

— Ааа! — Взвизгнула суккуба, чей кончик хвоста оказался украшен настоящим узлом, не делая впрочем попыток вырваться. Или тем более как-то защитить себя при помощи физической силы и чар. — Я случайно! Это инстинктивно получилось! Оно само!

— Мама меня порола за такое 'само', когда я начала мальчиками интересоваться. — Предвкушающе заметила Острога. К демонам она, похоже, особой неприязни не питала, в отличии от эльфов впервые их видя. Но наказание Сури, очевидно, ей чем-то понравилось. Впрочем, ледяных троллей никто и никогда не называл добрыми существами. Даже они сами. — Надо сказать, помогло.

— Что, перестала интересоваться мужчинами? — Схватился за сердце в притворном ужасе гоблин, не выпуская хвоста провинившейся подчиненной, из глаз которой текли слезы боли. — Какой кошмар! Я это так не оставлю! Нужна срочная интенсивная терапия!

— Нет. — Несколько поспешно качнула головой полукровка, видимо заподозрив зеленого коротышку в каких-то совсем уж недобрых намерениях. В конце-то концов шаманы всегда славились своей мудростью и чутьем на неприятности. Им без неё при общении с духами было не выжить. — Узнала, что просто распустив шнуровку на груди могу добиться того же результата. Но без всякой магии и принятого мужчиной сугубо по своей воле.

— Эти вопросы вы после обсудите, девочки. Наедине, когда вашим разговорам никто не помешает. — Выпустил, наконец, хвост суккубы на свободу гоблин. — А теперь меня очень интересует информация по этому Холхюку. Где он сейчас, как выглядит, какими путями достиг своих возможностей.

— Ну, он ледяной тролль, очень старый и очень уродливый. Настолько, что его нежить может за своего принять. Нет клыков, обоих глаз, ушей и носа. Кожа от времени или магии стала почти прозрачной и теперь он кажется почти черным из-за просвечивающей крови. Вместо ног от колен идут протезы, пальцев осталось штуки четыре. Весь в шрамах и самые большие из них на лысине. Говорят, они оставлены драконом, чей позвоночник стал основой для посоха шамана. — Неуверенно сказала Острога, которую данным персонажем похоже пугали в детстве. Впрочем, судя по описанию, им вполне можно было доводить до истерики и демонов. Причем куда как более серьезных, чем находящаяся тут суккуба. — Зул Джин по сравнению с ним пышущий здоровьем молокосос. Сколько ему лет не помнит даже сам Холхюк. У кого учился и чему именно — тоже большой вопрос. Но его родное племя Ледяного Леса всегда жило в таких местах, куда остальные кланы соваться даже не пытались. И они смогли вокруг своих домов уложить целую армию нежити, правда, все равно погибли почти все. Но после нападения на них целых три года твари вели себя очень смирно и практически не атаковали.

— Ну ничего себе мастадонт! — Ошеломленно присвистнул гоблин. — Почему же я о нём ничего не знаю?

— Так он и его племя из своего медвежьего угла никогда не вылезали. Посторонних к себе иначе как женами или мужьями не принимали, гостей не любили, ничем не торговали. — Развела руками полукровка. — Да, он мог бы стать великим вождем как самый сильный из шаманов троллей…Но последних, кто пытался на этом настаивать и достал самого Холхюка, теперь используют как путеводный указатель. Старик, несмотря на все свои травмы, их догнал и в каменные статуи превратил. Если бы не он, с севера после резни, устроенной принцем Артасом тем из нас, кто прельстился его золотом и помог добыть проклятый клинок, мало кто смог бы спастись. В одиночку шаман стоил больше, чем два десятка лучших воинов племени. А уж если находилось кому вместе с ним сражаться то все, у покойников шансов не было. Но магию он пускал в ход воистину жуткую. Я когда её видела, чувствовала, что хочу оказаться как можно дальше от тех мест. Монстров рвало на куски как тряпки, да и сам Холхюк неподъемным посохом махал как тросточкой. Только и успевай от отшибленных голов уворачиваться.

— Боевой дедушка. — Потер затылок гоблин и, похоже, всерьез задумался. Даже по-прежнему находящуюся рядом с ним суккубу замечать перестал. — К такому на кривой козе не подъедешь. Да и танк с его точки зрения, похоже, лишь самоходное месторождение металлолома. Где сейчас этот заслуженный пенсионер обретается то?

— После того как он вывел несколько племен в безопасные земли, то ушел куда-то по направлению к побережью. — Поведала шаманка. — Бурчал, что он обязательно найдет тех, кто напустил на нас эту пакость. Его родичи пошли со своим патриархом. Все трое, которые уцелели.

— Может, этот тролль и серьезный противник, но если он найдет принца Артаса или хотя бы лича с большой свитой, то просто потеряет голову. — Попыталась снова вступить в разговор суккуба. — Их просто количеством враги задавят. Даже владыки Пылающего Легиона, сильнее которых вообще никого нет, кроме может быть богов, передвигаются исключительно с отрядами личных телохранителей в несколько десятков, а то и сотен элитных бойцов. Иначе их бы уже давно кто-нибудь прикончил.

— Да, будет печально, если такой кадр сложит голову, глупо нарвавшись на засаду. — Согласился с ней Тимон. — Но как он достиг такой силы? Приносил жертвы? Договаривался с особо злобными духами? Медитировал на сушенные кактусы родом с далекого юга?

— Не знаю, но могу поговорить с шаманами тех племен, которые жили к Ледяному Лесу ближе. — Предложила Острога. — Все-таки у них с ними были какие-то родственные связи. Да и просто друг друга они видели чаще. К примеру, род Теплого Камня отправился в Стальхольм. Они так натерпелись от нападок нежити, что готовы кажется даже носить за гномами и дварфами навоз, лишь бы быть в безопасности. От нескольких сотен троллей осталось десятка три. Но шаман там старый, опытный, он так или иначе должен был беседовать с Холхюком.

— Но все-таки недальновидно надеяться на одного единственного шамана. Пусть даже сверхдревнего, весьма знающего и жаждущего увидеть нежить зажаренной в собственном гнилом соку. — Заметила суккуба, шевеля хвостом и болезненно морщась. — Еще про каких-нибудь чернокнижников, которых наш господин может поставить к себе на службу, тебе известно?

— У меня нет хозяев, и никогда не будет! — Оскалилась полукровка, пытаясь продемонстрировать свои короткие клыки в наиболее выгодном ракурсе. — А колдуны…Наших было несколько довольно злых и с не самыми добрыми духами якшающихся, но по-моему из них никто не выжил. У лесных троллей есть какие-то свои отступники, живущие в громадном храме на болотах. Где там чего и как не знаю, но они считаются большими профессионалами по части самой жуткой магии!

— Мне про них известно. — Кивнул гоблин. — Не вариант. Если только совсем уж на безрыбье к ним обращаться. Темных дварфов и то наверное проще отловить будет. По крайней мере сейчас они далеко удаляются от своей неприступной вулканической крепости и засевшего там высшего демона. Отловить пару их чародеев должно быть вполне выполнимо при определенных усилиях. Еще варианты?

— Ммм…А если у нормальных дварфов поспрашивать? — Замялась Острога. — У них была какая-то лига исследователей или вроде того. Брат короля бородатых в наших землях еще долго нежить разными железяками и заклятиями ковырял…Пока принц Артас сначала не использовал его, чтобы добыть свой проклятый клинок. Самого его прирезали, но ведь его коллеги остались.

— Если бы они могли решить проблему с личами, то полагаю всех мертвых колдунов уже закатали бы по банкам с формалином. Как музейные образцы. — Вздохнул гоблин. — Хотя Строри я на этот счет, пожалуй, пораспрашиваю. Вдруг им для исследования дополнительные образцы нужны. Финансирования в условиях войны с нежить на таких ученых ведь даже самый последний дурак не пожалеет. Еще варианты?

— Нескольких некромантов добыть еще реальнее, чем темных дварфов. — Задумалась суккуба. — Я могла бы попробовать проникнуть в один из захваченных городов Лордерона. Демона вряд ли заподозрят обычные часовые в том, что он на стороне врагов сектантов. Главное, на кого-то из натрезимов не нарваться. Думаю, выкрасть одного или двух колдунов реально. Просто назначу им свидание в удобном для похищения месте.

— Её нельзя отпускать! — Мгновенно всполошилась шаманка. — Не знаю, как ты убедил суккубы служить себе, но она предаст! Или просто сбежит!

— Если бы я хотела, я бы уже давно его убила. — Изящная ручка демоницы обвила шею гоблина. — Поверь, у меня были шансы. Много. Регулярно. Каждую ночь, когда он спал.

— Отрицать не буду. — Печально вздохнул Тимон и скорчил виноватую мордашку. — Выносливость у этого тела не на высоте. Ну, по крайней мере, не достигает желательных позиций.

— Когда я буду уставать первой, смело можешь идти и без всякой магии бить ограм обе морды сразу. — Хихикнула суккуба, пытаясь обвиться вокруг зеленого карлика на манер змеи. — Мой народ не просто так имеет славу существ прекрасных и крайне порочных. А частые тренировки увеличивают выносливость в любом деле.

— Стоп! — Шаманка подозрительно уставилась на мелкого зеленого коротышку. — Этого тела?!

— Сури просветит тебя о некоторых моих особенностях. — Хмыкнул гоблин. — Только пожалуйста, не увлекайся и лишнего от себя не слишком много добавляй. А то нашу уважаемую Костяную Острогу тут никакие запоры не удержат…Которые я, кстати, сам снял, когда отсюда паладина убрали. И да, девочки, кроме мыслей над тем, где и как нам достать более-менее годных чернокнижников, подумайте над списком желаемых вам покупок. Через пару тройку дней некоторая часть отряда, наконец, покинет это унылое захолустье и отправиться в хорошо обжитые земли. Чтобы сбыть награбленное у лесных троллей добро и закупиться некоторыми особыми вещичками. Но без фанатизма! Гардероб за собой вы таскать все равно не сможете. По крайней мере, пока я не обзаведусь нормальным дирижаблем. Но и тогда количество ваших шмоток, безделушек и рабочего инвентаря будет жестко ограничено весом и занимаемым ими объемом.

Глава 18

— Цивилизация! — В голосе гоблина звучало ничем не прикрытое торжество. — Целая куча возможностей, громадное количество новых знакомых, производственные центры, культурная жизнь, хранилище знаний и обитель порока!

— Если тебя выбросить посреди пустыни, ты и там отыщешь, к кому можно поприставать. — Фыркнула Лонари, неодобрительно взирая на зеленого коротышку. С каждым днем отряд, которым ранее командовала Фиэль Златокудрая, все больше и больше оказывался в подчинении у гоблина. А как иначе, если его предводительница оказывалась вынуждена согласовывать свои планы с Тимоном. Правда, результативность их деятельности также скачкообразно повысилась. Если раньше они работали с риском для жизни, то теперь гребли деньги лопатой, рискуя надорваться под тяжестью золота. Вернее, корабельного леса, который можно было легко конвертировать в звонкую монету. — Вокруг же будет столько всего! Песок, стервятники, кактусы, камни…

— Тихо! — Шикнула неё Фиэль, мысленно прикидывая, куда бы спрятать проблемную подчиненную. И стоит ли делать это вообще. После того, как леди Сильвана стала обходить определенные участки Кель Таласа стороной и оставлять в тайниках так нужные эльфам магические артефакты на обмен, в своих способностях скрыть от Тимона интересующую его персону она сомневалась. От той же главы рейнджеров прятаться было делом бесполезным, все равно найдет рано или поздно. И кто знает, кого это странное существо еще может принудить к сотрудничеству. А также не станет ли в результате только хуже. — Не привлекайте к себе внимания!

Еще пару десятков лет назад Ристоун был маленьким поселением рыбаков, название которого было написано далеко не всех картах. Фактически тут стояло лишь десятка два хижин и пристань для лодок или случайно зашедших в гости морских судов, которые захотят переждать непогоду в уютной гавани. Однако после того, как Лордерон пал в войне с нежитью, все очень быстро изменилось. Люди бежали как можно дальше от врага, но предпочитали останавливаться все же в тех местах, где хотя бы лес для постройки шалаша расчищать не требовалось. Хлеб, который слишком часто оказывался причиной возникновения чумы мертвецов, заменили рыбой. Сочетание этих двух факторов превратило скопище жалких лачуг в довольно большой город, деревянные дома которого могли скрывать в себе самых разных обитателей.

Бывший атаман разбойников, награбивший за годы смуты целое состояние, теперь мог считаться респектабельным человеком и держать в качестве рядового бойца разорившегося купца, потерявшего деньги, но не утратившего умения махать клинком. Убежавшие из фамильных замков аристократы, не забывшие прихватить с собой дружину и казну, могли с недоумением обнаружить среди представительниц высшего общества знакомые лица, которые прежде встречались им в борделях. И увидеть потерявшую всё и вся даму из благородного рода, работающую камеристкой у сумевшей вовремя прибиться к правильному покровителю авантюристки. Жизнь клокотала как забытый над костром котелок и пару туда добавляли представители иных рас, по разным причинам покинувших родные земли и щедро разбавившие человеческое общество. Не желавшие идти в подчинение старейшинам Стальхольма дварфы, стремящиеся найти применение своим талантам гномы, делающие на всем подряд прибыль гоблины, потерявшие дома эльфы, таскающие тяжести и, по слухам, втихомолку балующиеся людоедством огры. Драки, дуэли, даже небольшие битвы с применим боевой магии и таранных ударов рыцарской конницы вспыхивали регулярно и по самым разным поводам, вознося одних еще выше на пьедестал, а других вдребезги разбивая о землю. А еще город был очень светлым, благодаря не успевшему потемнеть свежеошкуреному дереву. А как иначе, если он уже три раза горел?

— О том, чтобы слиться с толпой, думать уже поздно. — Мал был опытен не только в том, чтобы драться, но также мог и профессионально обнаружить слежку. Или оторваться от неё. Пришлось научиться, с таким-то напарничком. Хотя, с недавних пор все стало еще хуже. По крайней мере раньше их могла ловить только городская стража, а теперь не следовало исключать возможность того, что придется улепетывать от целой армии и народного ополчения впридачу. — Дом напротив, второй этаж, третье окно справа.

— Что?! — Тут же вскинулось несколько сопровождавших группу бойцов отряда, но тут же эльфы облегченно выдохнули. На них внимательно смотрел их сородич. Вернее, на Фиэль Златокудрую. Причем городской житель буквально пожирал бывшую няню глазами, в которых светился восторг.

— Похоже, ты становишься популярна, крошка! — Хмыкнул гоблин, широко улыбаясь и изменяя курс своего движения так, чтобы он имел возможность дотянуться до эльфийки. Та знала, что на публике он не позволит ничего себе слишком уж наглого, но все равно задергалась и занервничала. — Как должно быть твоим поклонникам станет больно, когда они узнают, что им ничего не светит!

Волшебница только вздохнула. С тех пор, как её отряд стал самым результативным среди всех подобных формирований, созданных жителями Кель Таласа, репутация его предводительницы неуклонно ползла в гору. Однако вместе с этим все ближе приближался тот момент, когда доброе имя Златокудрой должно было развеяться как дым за связь то ли с непонятно какой тварью, в недобрый для Азерота час решившей добиться своих целей, то ли и того хуже, с мелким, нахальным и наглым до невозможности гоблином. Все, кто был посвящен в тайны истинных сил и возможностей Тимона, понимали неизбежность финала установившихся между ними странных отношений.

— Я чувствую себя как жительница зараженного чумой города, обнаружившая на теле пупырышки. Молюсь, чтобы они рассосались, но понимаю, что этого не произойдет, и спасения больше нет. — Мрачно подумала эльфийка. — Несколько утешает лишь тот факт, что не одна я в пучину лихих лет оказалась вынуждена пожертвовать честью. Но, по крайней мере, вряд ли хоть кому-то удастся взять за неё большую плату! Да и вообще боевые волшебницы в этом плане всегда входили в группу риска, так как кроме побед в битвах бывают и поражения со всеми сопутствующими радостями. К тому же в войсках даже до возникновения Альянса многие почтенные чародейки пускались во все тяжкие, ведь их красота должна была начать вянуть в скором будущем и жизнь могла оборваться в следующей схватке.

— А куда мы собственно идем-то? — Задалась вопросом Лонари, с неприязнью обходя раздутый труп собаки, лежащей на мостовой. Судя по ошейнику с шипами — этой ночью некто лишился своего боевого волкодава. Неизвестно, успел ли он хоть раз укусить врага, но по крайней мере четыре коротких арбалетных стрелы своим телом собрал, спася от них хозяина. — Квартал, в котором предпочитают селиться беженцы из Кель Таласа, находится в другой стороне.

— Зато прямо по курсу расположены мастерские гномов и мыловарня. — Ответил ей Строри. — И в первых нас уже дожидается наш заказ, который надо бы забрать, чтобы не оплачивать аренду места и выпивку пилота.

— Как, кстати, зовут моего соотечественника? — Заинтересовался Тимон. — Надеюсь, это дама?

— Вряд ли. — Хмыкнул орк. — Женщины редко идут в наемники, предпочитая оставаться дома и заниматься сначала поисками мужа, а потом и его воспитанием. Исключения редки. Особенно для тех, кто просит плату за месяц службы или до потери боеспособности своей машины. Все-таки леса эльфов не то место, где можно тихо и спокойно трудится и отправиться туда большой риск.

— Ну и вонь! — Скривилась Лонари, когда налетевший ветер донес до них запах, в котором пугающим образом переплелись гарь и тухлятина. — Не понимаю, почему гномы согласились разместить свои мастерские в такой дыре?!

— Ну, во-первых, мыловарню они и построили. — Пожал плечами Строри. — Учитывая, почем сейчас продается её продукция, предприятие получилось лишь немногим менее доходным, чем серебряная шахта. А во-вторых, этот подземный народ, опередивший в своих технологиях даже нас, в каждом своем доме обязательно делает прекрасную вытяжку, поглощающую любые неприятные запахи. В пещерах без этого никак, особенно если где-то рядом работает даже самый маленький заводик.

Деревянные домики, редко имевшие больше чем два-три этажа, сменились приземистыми строениями, больше всего подходящими под определение 'лачуги'. Бродившие меж них жители напоминали мертвецов, настолько они были худы и грязны. Многие кидали неприязненно-заинтересованные взгляды на группу из нескольких эльфов, дварфов и орка с гоблином. Городская стража в Ристоуне, в принципе то была, но в этот район она носа не показывала. Во избежание потерь и снабжения местных преступных элементов своим оружием и броней. Однако сил на то, чтобы попытаться напасть на столь крупный отряд вожаки местных банд собрать не могли. По крайней мере, быстро.

— Неплохо устроились. Не дварфийские дома-бастионы, конечно, но и стайка вурдалаков с наскоку такие укрепления не возьмет. — Оглядел гоблин высокий и очень гладкий каменный забор, за которым возвышались крыши ангаров. По некоторым из них прогуливались бдительные стражники-гномы, имеющие на вооружение самые причудливые конструкции с кучей рычажков, ремешков, стволов, линз и иных только им и понятных деталей. Однако, судя по парочке опаленных пятен рядом с оградой, эффективность их была не плоха. — Как думаете, руками делали или магией?

— Серединка на половинку. — Строри приготовился к тому, чтобы показать имеющиеся у него документы привратнику, но ворота просто отъехали в сторону. Видимо его узнали. Оно и неудивительно, если вспомнить, на какую сумму был заказ. — Гномы прекрасно умеют их совмещать. Или просто дополнять одно другим, шлифуя созданный геомантом камень до зеркального блеска сложнейшими механическими рубанками.

— А есть ли у них… — Дальнейшие слова Тимона никто не услышал, так как из ближайшего ангара стремительным шагом вышел он. Боевой лесоруб гоблинов. Две толстые железные ноги уверенно стояли на земле и подпирали собой объемное бронированное бочкообразное туловище, внутри которого прятались неведомые механизмы. Металлические руки оканчивались грубым подобием пальцев, притом на правой поверх них еще был прицеплен стремительно вращающийся диск циркулряной пилы. Голова у конструкции, правда, подкачала. На плечах покоилось нечто вроде парты с пюпитром, за которой сидел мелкий зеленый коротышка, дергающий многочисленные рычажки. Движением, слишком быстрым для такой махины, лесоруб приблизился к отряду и поднес свое главное оружие почти вплотную к сородичу.

— Тимон из Шиенка! — Зло улыбнулся гоблин, даже не думая извиняться за то, что едва не распилил пополам того, к кому обращался. — По приговору совета Баронов, ты будешь…

Мал ударил топором железную конечность в районе сустава. Во-первых, именно там как знал орк, в любой конструкции имелось минимальное количество брони. Ну а во-вторых был шанс повредить механизмы, заставляющие лезвие пилы вращаться. Так оно и произошло, взвизгнувший мерцающий круг начал замедляться и через несколько секунд остановился, став обычным остро отточенным диском. Вырвавшиеся из земли корни растений оплели ноги лесоруба, не давая ему двинуться с места. Стрелы и дула мушкетов уставились прямо в лицо гоблину, явно не ожидавшему такого развития событий. А в следующее мгновение его, как и его пилотского кресла, на своем месте уже не было. Взмыв в воздух, они пролетели метров двадцать вверх и в сторону, после чего брякнулись вниз. Раскрывшийся только после аварии серый купол парашюта заботливо укутал их, предотвращая попытку дальнейшего побега.

— Ну и зачем было так буйствовать? — Спросил Тимон, ни к кому конкретно не обращаясь. — Даже если бы я не нашарил телекинезом на пульте кнопку аварийного катапультирования, то ничего не мешало мне просто сковать ему движения, переломав все пальцы. Или по тихому свернуть шею. А теперь вот с охраной объясняется придется за устроенную вами катавасию. — Гномов беру на себя. — Вышел вперед к уже спешащей к ним толпе коротышек Строри. — И вообще, мы имели право защищаться, ведь на нас первых напали.

— Ой, а я тревожный амулет раздавила. — Виноватыми глазами посмотрела на начальницу Лонари.

— Ничего страшного. — Отмахнулась она, отходя от бешенного стука сердца. Потерять по глупости передвижной источник волшебства, который мог спасти от жажды магии пару сотен её сородичей…Подобный провал она бы сама себе никогда не простила. — Небольшая учебная тревога нам не повредит. Заодно посмотрим, как быстро доберется к нам остальной отряд не в лесу, а в условиях города.

Эльфы прибыли быстро. И дварфы тоже. Им расчищал путь танк, взятый с заставы для атаки на возрождающийся город троллей. После боя и многочисленной стрельбы, почти сравнявшей руины Ресхилак с землей, экипаж машины обнаружил трещину в орудии и был вынужден отправиться на ремонт. А поскольку вместе с отрядом Фиэль им все равно было в одном направлении, то пограничники и рейдеры двигались вместе. А сейчас вместе прикатили на тревожный сигнал. Стражи порядка не знали о неисправности пушки, а потому документов и разрешений на быстрый бег по улицам с обнаженным оружием не спрашивали. Может быть, они вообще испытывали большое почтение к технике и потому изо всех сил пытались сделать вид, что их в городе вообще никогда не было. Вместе с большей частью жителей, с большим интересом наблюдающих за отрядом и судорожно прикидывающих, за кого и против кого сегодня будут сражаться.

— Лечил бы кого нормального, поставил бы диагнозом сотрясение мозга, а этому могу записать лишь ушиб междоушного ганглия. — Решил целитель, обследовав упорно не приходящего в сознание пациента. Тот видимо проходил какие-то специальные курсы катапультрования, а потому упал так, как никто другой просто не смог бы. Вниз головой, на единственный во всей округе крупный камень, который гномы поленились выкинуть, да еще его собственным пилотским креслом в итоге сверху приголубило. — Магией такое лучше не трогать, пока не очнется. И тише будет, и от риска, что он очнется еще большим дебилом чем был, избавимся. А то качну кровь в голове не в ту сторону и все, готовьте слюнявчик для нового идиота. Это же не рука или нога, тут переделать по новой, но уже правильно, не получится.

— Ничего, гоблины к таким травмам привычные. — Заверил его Мал. — Сам оклемается как миленький. По их меркам такой полет с подобным приземлением даже не особо веский повод дома денек-другой полежать.

Тем временем к анклаву гномов подтянулись власти города, в виде четырех баронов и одного сомнительного типа, чьей родословной никто не осмеливался интересоваться из-за размеров ходящей в его подчинении шайки. Она одна была как две дружины любого из его политических оппонентов. Поэтому персона, лет двадцать назад проходившая в записях стражников Лордерона как Тирт Кривой, была сочтена человеком безусловно благородного происхождения. Благодаря накопленной в годах борьбы за существование житейской мудрости и выработавшемуся умению эффективно решать любые проблемы, новоиспеченный аристократ часто становился арбитром во всяческих спорах и конфликтах. Бывший разбойник являлся судьей абсолютно нейтральным. Он одинаково не любил всех, кто не является его подчиненными и не платит ему денег. И руководствовался исключительно соображениями целесообразности, что благотворно сказывалось на управляемой им части Ристоуна.

— Отряд, целься! — Как умный человек, бывший атаман давно вооружил своих молодцев дварфийскими мушкетами. И нанял трех мастеров, которые могли чинить поломанное небрежным отношением оружие. Но учитывая, что стрелка требовалось учить максимум пару недель, а более-менее сносного мечника или лучника хотя бы год, благотворные результаты такая тактика приносила. — Я лорд Тирт! Кто вы и по какому праву учиняете здесь беспорядки?!

— Да все нормально. — Махнул успокаивающе махнул ему Строри, и главный среди гномов судорожно закивал. Встрять в назревающий конфликт на стороне людей значило испортить отношения с дварфами и эльфами, которые к тому же были заказчиками. А если бы он поддержал своих клиентов, то поссорился бы с местной верхушкой. — Проблема уже урегулирована. Да я вообще не понимаю, почему из-за одного свихнувшегося гоблина, вздумавшего повоевать на своем лесорубе, собралось столько народа.

— Да причем тут какой-то гоблин?! — Взорвался один из баронов. — Ваши бандиты ворвались в город как вражеская армия! Они промчались волной диких варваров по улицам, пугая мирных жителей! Кто в конце концов заплатит за тех, кого раздавило вашим танком?

— Ч-чего? — Поперхунсял Строри и взглянул на танк поближе Он действительно оказался заляпан чем-то темным, похожим на кровь. — Водитель!

— Я ничего такого не хотел! Эта курица сама мне под колеса бросилась! Честно! Клянусь! — Из-за откинувшейся в сторону заслонки выглянула бородатая и горбоносая физиономия. — Да ладно, чего вы все на меня так смотрите? Она все равно была тощей как сама смерть, её бы даже на тарелку бульона не хватило!

— Вообще-то, судя по окрасу, это была утка. — Задумчиво пробормотала Лонари, отдирая от корки из крови и грязи чудом еще держащееся на месте перо. — Никогда раньше не думала, что за одну пришибленную по ошибке несушку может подняться в атаку целый город.

— Действительно. — Согласилась с ней Фиэль и оглядела скопившихся перед её отрядом вооруженных людей. Впрочем, среди них имелось также несколько полукровок, парочка орков и один дварф. — О! И вы здесь, сэр Джерар. А я думала давно уже лижите зад, то есть простите, служите лорду-маршалу Гаритосу. Или сражаетесь с нежитью где-нибудь на фронте. Вот так же, как мы.

— Мерзкие отродья! — Лексикон данного воина света, не так уж давно отпущенного из комфортного запирающегося снаружи подвала, оказался на диво однообразен. Во всяком случае эту фразу в его исполнении Фиэль слышала, наверное, раз в сотый. — Если я услышу от вас еще хоть слово, порочащее мое доброе имя, то вы пожалеете, что спасли меня от некромантов!

— Я уже жалею. — Тихонько прошептал гоблин, но услышали это все. Златокудрая, изрядно поднаторевшая в последнее время в оказавшихся не такими уж и бесполезными иллюзиях, сделала вид будто не причем. — Прямо таки истово раскаиваюсь и готов повиниться в своем грехе.

— Сдать оружие! — Решил кто-то из офицеров, которых притащили с собой бароны и шагнул вперед, требовательно протягивая руку. Тимон достал из кармана динамитную шашку, поджег её от пальца, а после шагнул вперед, готовясь выполнить приказание.

— Хватит дурачиться! — Прикрикнула на него волшебница, отбирая у коротышки игрушку, туша фитиль и стремительно пряча муляж взрывчатки себе под одежду. Настоящий динамит у гоблина отсутствовал, чему он громко сокрушался не далее как этим утром и надеялся обновить запасы. — Я вам не какая-нибудь подзаборная девка, а Фиэль Златокудрая, одна из немногих, кто выжил во время штурма Луносвета. Мой отряд уже много лет воюет с нежитью без остановки и, если вы не одумаетесь и заберете назад свои нелепые претензии, мы раскатаем весь этот городишко в тонкий блин!

— Она преувеличивает. — Не пожелал отступать паладин и сделал шаг вперед. Дробовик Строри взглянул ему прямо в лицо, а полагающегося к зачарованным доспехам шлема воин света сегодня не одел. Если бы дварф дернул за спусковой крючок, оставалось лишь гадать, за кем будет победа. Ведь если зачарованная броне не создаст магическую преграду перед головой своего носителя, остановив пулю, то мозги сэра Джерара украсили бы собою землю. — Их шайка всего лишь грабит руины, оскверняя покой павших в битвах героев! Презренные трусы и мародеры, вот кто они такие!

— А ну как повтори свои слова. — Обманчиво мягко произнесла Фиэль и гоблин, стоящий рядом с ней, поежился. При всех своих талантах до такого градуса бешенства он эльфийку еще не доводил. Да и весь остальной отряд, до того к конфликту относящийся как к обычному недоразумению неуловимо подобрался. Первыми среагировали ветераны, а глядя на их действие зашевелились и новички, берущие пример со старших товарищей. Сложно сказать, в чем состояла разница, но раньше это была толпа с обнаженным оружием, а сейчас стал готовый броситься в яростную битву строй бойцов. — Скажи их еще раз и я выпущу тебе кишки на дуэли прямо здесь, и прямо сейчас!

— Эй, минуточку, не надо торопиться! — Примиряюще поднял руки Тирт, мигом осознавший, что он находится на переднем крае и в случае начала схватки будет одной из первых жертв. Вряд ли эльфы-лучники и дварфы-стрелки промахнутся по такой важной цели, как один из предводителей своего противника в упор. Да до него даже мечом в глубоком выпаде достать могут! Или танком резко переехать. И это если забыть о магах, уже комкающих в руках комочки огня или готовящихся спустить с цепи другие боевые заклинания. — Признаю, мы погорячились! Мы все погорячились, слышите? Ни к чему устраивать бой из-за легкого нарушения общественного спокойствия и какой-то задавленной курицы!

— К демонам куриц! — Рявкнул паладин, чувствуя за собой силу собравшихся здесь баронов и их дружин, просто обязанных его поддержать. Во всяком случае, публично. Иначе у них начнутся серьезные проблемы с церковью, представителем которой он является. — Эти мерзкие отродья заплатят за свои преступления! Я обвиняю их в осквернении могил, опытах с запретной магией, союзе с демонами!

— Всех сразу? — Придирчиво уточнил Тирт, способный в крючкотворстве потягаться с большинством законников Азерота. Да впрочем, этим он долгое время и занимался, только находясь на месте обвиняемого и стараясь убедить суд в своей непричастности к обнаруженным преступлениям. — И это учитывая, что вас спасла из плена демонов именно Фиэль Златокудрая и её отряд? Господа, мне кажется нашего почтенного сэра Джерара чем-то опоили и ему срочно нужна помощь целителей!

— Пожалуй, согласен. — Решил один из баронов. И еще двое тут же закивали ему в поддержку, потихоньку отступая к своим дружинам. — Требовать расправы над теми, кто вытащил от тебя из сектантов, а после отпустил за практически чисто символический выкуп в виде некоторых документов, облегчающих её отряду взаимодействие с представителями человеческой расы…Попахивает безумием.

— Я вменяем! — Процедил паладин. — Но я повторяю свои обвинения. Остроухая шлюха грабит могилы и служит демонам, но на самом деле она лишь обычная подстилка своего хозяина. Мелкий зеленый уродец, что сейчас стоит рядом с ней, вот кто здесь главное зло! Опасный сумасшедший и злой колдун, играющий с запретными силами, именно он на самом деле руководит отрядом! Это порождение скверны даже завело себе ручную суккубу!

— Ты покойник. — Тихим голосом пообещала ему волшебница, которую сейчас вымазали словесной грязью. Причем так, что окончательно от неё она уже вряд ли бы отмылась когда-нибудь. Особенно учитывая наличие немалой толики правды с несколько смещенными акцентами, выданной Джераром. — Дуэль! Здесь и сейчас! До смерти! Немедленно!

— Одумайтесь, миледи. — Попросил эльфийку бывший атаман разбойников, делая знак своим подчиненным быстро рассосаться и дать как можно больше места для поединка. — Право на поединок священно и если обе стороны хотят его, никто конечно же не будет спорить. Но я прошу вас примириться и забыть былые обиды. По правилам дуэлей у вас будет несколько минут на размышления до тех пор, пока мы подготовим площадку. А ну шевелитесь, бездельники.

— Да-да! — Поспешно закивал главный из гномов. — Вам надо примириться!

Вместо ответа паладин со всей дури вмазал по земле сорванным со спины молотом, заставив взметнуться вверх комья грязи. Которые упали прямо на раскинувшийся над оскорбленной стороной волшебный барьер. У Фиэль Златокудрой дергалось веко. А также дрожали руки. Все вместе это было крайне тревожным признаком, показывающим, что чародейка в бешенстве. Те, кто доводил магов до подобного состояния как правило после этого долго не жили. Точность заклинаний, конечно, падала. Зато мощь росла. Вплоть до того, что иные чародеи просто пережигали себя и умирали от перенапряжения. А на том месте, где стояли оскорбившие их личности, откуда-то появлялся большой овраг. Или даже маленькая пропасть.

— Драться ты не будешь. — Спокойно заметил гоблин, зачем-то разминая руки. — Против этого одоспешенного куска пафоса и скудоумия выступлю я.

— Что-что? — Переспросила Златокудрая. — Нет! Он же в первую очередь именно меня и мой отряд оскорбил! И заплатит за свой поступок кровью!

— Фиэль, я приказываю! — Сердце эльфийки оборвалось и, судя по ощущениям, упало куда-то в район сапог. После таких слов и сказанных в такой компании…Отмываться было в принципе бесполезно. Отныне Златокудрая могла идти и отправляться служить леди Сильване в качестве помощницы, все равно ниже ёй уже не пасть. Учитывая, что они в некотором роде оказались сестрами по несчастью быть близко знакомыми с одним конкретным гоблином, имелись шансы получить весьма теплый прием. — В конце-концов, не получится вечно скрывать основного спонсора, ударную силу нашего отряда, автора наиболее рискованных и эффективных операций, а также одного из сильнейших чародеев современности. Да и потом, за такие слова в адрес своей девушки настоящий мужчина просто обязан сделать так, чтобы клеветник собирал выбитые зубы сломанными руками.

— Госпожа, это… — Лонари вылезла не вовремя, похоже готовясь ляпнуть какую-нибудь глупость, вроде 'это конец'. Или 'это правда, она действительно с недавних пор стала его рабыней'. Волшебнице на миг захотелось отдать излишне инициативную подчиненную в полное распоряжение Тимона. Возможно еще даже с привлечением к делу суккубы, которая как и всей ей подобные демоны должна обладать навыками в допросах и пытках. А потом просто с наслаждением смотреть на то, что в итоге получится и получать удовольствие.

— Это только наше дело. Мое и моего…хм…спонсора. — За неимением лучшего Фиэль пришлось остановиться именно на этом варианте. Как компромиссом между приличиями и реальным положением дел. С другой стороны, в любом деле важен лишь масштаб. Любовницу от фаворитки по большому счету отделяет лишь то, что последнюю может иметь лишь какая-нибудь крайне влиятельная персона. И пассиям королей, принцев, а также иных высших аристократов их статус и род профессиональной деятельности ничуть не мешал быть политическими фигурами. — Если уж он решил выставить себя на всеобщее обозрение, то пусть сам и расхлебывает. А если его пришибут на дуэли, значит судьба у него такая. Но в следующем поединке я этого паладина все равно прикончу!

— Спонсора? — Зацепился за очень интересующую его тему в виде денег Тирт, пропустив мимо ушей все остальное. Предрассудками он не страдал. Моральными комплексами тоже. Среди бандитов такие вообще редко у кого появляются, поскольку женщины всех народов и рас насилуются, в принципе, одинаково.

— У нас сейчас почти сотня эльфов и три десятка дварфов в отряде. Одеть, обуть, вооружить и накормить эту ораву стоит денег, причем крайне немалых. — Пожал плечами гоблин, в искусстве вранья похоже способный дать фору зачитывающему статистику политику. — Раньше было меньше, но первичные вложения моего капитала, наконец, начали окупаться. Появились средства на расширение совместного с Фиэль предприятия. То есть военизированного соединения, конечно же. Вечно путаю эти понятия.

— Сам страдаю подобным недугом. — Как бы по секрету поделился с крайне интересным собеседником бывший атаман. — И откуда же у вас такие деньги, если это не тайна? Всех гоблинских баронов и их подручных я знаю не в лицо, так по именам и описаниям. Вы ни на одного не походите.

— О, эти сведения я предпочту не доверять даже своей подушке. А не то придется её сжечь. — Зубасто улыбнулся ему зеленый коротышка. — Даже то, что суккуба у меня на самом деле есть, куда меньший секрет. Знаете, они вполне неплохо приручаются, если научиться некоторым тонкостям. Очень рекомендую попробовать и себе заполучить пару-тройку, результат будет просто чудесный. Вон, сер Джерар подтвердит. Он провел в одной комнате с моей пленницей почти половину месяца. Правда, демоница в отличии от самого паладина осталась так и неудовлетворенной соседством.

— Это наглая ложь! — Рявкнул воин света. — Я не трогал порождение зла даже пальцем! В смысле трогал, но кулаками! И ничем иным!

— Не, ну если ничего не получилось, то это бывает. Я все понимаю, последствия плена, перенесенные в молодости дурные болезни, врожденные родовые травмы… — Яд не сочился с языка Тимона исключительно потому, что ни капли его язвительности не пропадало впустую мимо своей цели. — То-то синяки у неё не проходили. Обидно наверное было ночевать с такой красоткой и не получать никакого результата. Хотя ваше знакомство пошло ей на пользу, тут ничего не скажу. Суккуба теперь готова на все и слушается как преданная собачонка, прося лишь о том, чтобы никогда больше не видеть некоего сэра Джерара.

— Хм. А не уступите ли вы мне её? — Закинул пробную удочку бывший атаман, помимо всего прочего контролировавший большую часть борделей города. Как он успел прикинуть, на такую экзотику желающих бы нашлось много. Люди, согнанные с пепелища демонами и подконтрольной им нежитью, вероятно щедро бы платили за то, чтобы оказаться с обольстительной и беспомощной представительницей своих врагов один на один. А недовольство жрецов можно и стерпеть. Они тоже люди и любят расслабляться, желательно со звенящими в кармане золотыми. — За соответствующую плату, само собой.

— Нет, моя слишком много успела узнать вольно или невольно. — Хмыкнул гоблин. — И потом, вряд ли Фиэль простит, если у неё уведут любимую постельную игрушку, без которой ей так тяжело заснуть.

Златокудрая, уже достаточно взявшая себя в руки, чтобы не трястись от бешенства, подавилась воздухом. Рано обрадовалась тому, что может сохранить какие-то остатки чести и достоинства! Собравшиеся здесь и сейчас мужчины приняли её покрасневшие от гнева щеки за смущение. Во взглядах, бросаемых собравшимся народом на зеленого коротышку, начали плескаться целые моря зависти. Похоже, в грядущей дуэли зрительские симпатии будут целиком и полностью отданы паладину. Из принципа.

— Площадка готова. — Оповестил гном, кивая на огороженный какими-то веревками прямоугольник, внутри которого даже рыцарская лошадь могла взять неплохой разбег. — Можете занимать противоположенные концы и начинать сходиться.

— Одну секундочку! — Поднял вверх свою тощую лапку гоблин. — Раз уж мой противник будет биться в зачарованных латах, ничего, если я тоже своей защитой до боя озабочусь?

— Я размажу тебя, оденься хоть в цельнолитой панцирь! — Рявкнул сэр Джерар. И тут же стрельнул глазами в сторону лежащего боевого лесоруба. — Но эта дрянь доспехами не считается! Она…как её…бронетехника, вот!

— Пожалуй, да. — Согласился с ним один из баронов. — Подобное против правил дуэлей.

— Наколдовать доспехи можно? — Придирчиво уточнил гоблин. Волшебница, уже собравшаяся было вцепиться в морду сломавшего ей жизнь нахала, замерла. Не принимать во внимание неведомую защиту зеленого паршивца было глупо. Учитывая, сколько полезного и неожиданного он уже показал, существовал серьезный шанс разжиться чем-то ценным, способным пригодиться стоящему на грани уничтожения народу Кель Таласа.

— Ну. — Местные власти, выступающие судьями поединка, переглянулись. И бывший атаман, как самый импульсивный, принял решение в пользу гоблина. Ему очень хотелось узнать технику правильного укрощения и содержания суккуб. — Да!

— Отлично. — Хмыкнул гоблин и перевел взгляд на своего противника. — В круг, падаль! Ну, то есть в прямоугольник. Мне не терпится сделать из тебя котлету. И поверь, на то чтобы размазать такую жалкую кучку дерьма хватит лишь одного удара.

Взревевший не хуже берсерка паладитн ломанулся к ближнему концу огороженной площадки. А Тимон, ступая медленно и тяжело, поковылял к дальней части своеобразного ристалища. И каждым шагом его поступь становилась все медленнее и тяжелее. Поднимаемая телекинезом земля облепляла его фигуру и увеличивала его в масштабах. Вот увеличившийся в габаритах коротышка сравнялся в размахе плеч и массе со своим противником…с огром…вымахал выше механического лесоруба…стал напоминать прямоходящую башню.

— Что за?! — Сер Джерар, поднял свой молот, но в атаку на просто перешагнувшего ограждения титана бежать не спешил. Похоже, он просто никак не мог понять, в какой части противостоящего ему колосса находится гоблин. Или не предполагал, что зеленый коротышка способен на такое. — Эй, броню наколдовать ему можно, но такое точно не по правилам!

Сотворенный из грунта великан ничего не сказал. Он просто взял и прыгнул вперед, падая всей своей массой на воина света. Державшему силой своего телекинеза всю эту махину Тимону вряд ли было слишком сложно поднять её чуть-чуть выше, оторвав от земли. Пытавшегося сдвинуться в сторону паладина погребло под лавиной из земли. Потерявшая свои очертания гора закрутилась спиралью на том месте, где рухнул склочный воинствующий жрец и застыла курганом. На вершине которого обнаружился слегка пошатывающийся гоблин. Алая жидкость телка у него из носа, рта, ушей и даже глаз, выдавая жутчайшее перенапряжение. Но обладающий ужасающей регенерацией коротышка мог не бояться любых травм, за исключением тех, которые могли бы убить его сразу.

— Чистая победа. Фаталити, мать его етти. — Выдохнул он и согнулся в приступе кровавого кашля. Впрочем, практически сразу же разогнулся обратно. — Или у кого-то есть вопросы и желание откопать этого неудачника, дабы устроить второй раунд смертельного турнира?

— Один вопрос. — Все развернулись в сторону голоса. И обнаружили гоблина. Пилот боевого лесоруба очнулся и, похоже уже давно с интересом наблюдал за происходящим. — Господин барон, а почему вы еще не заняли свое место в Совете, скинув кого-нибудь из его действующих членов? Учитывая размеры вашей банды, личную мощь и основной капитал, половина этих надутых уродов выглядит просто таки никчемными оголтелыми нищебродами!

Глава 19

— Для войны нам нужны только три вещи. — Гоблин был по-настоящему серьезен и поэтому сам на себя не похож. Даже то, что вещал он с расшатанного кресла-качалки, непонятно как попавшей в комнату гостиницы, ситуации не меняло. — Деньги, деньги и еще раз деньги! С ними не будет труда в том, чтобы набрать рекрутов. Тех, кто готов взять в руки оружие ради регулярной кормежки и крыши над головой сейчас хватает. И далеко не все из них обычные крестьяне, отыскать ремелсенников, кузнецов и механиков, дабы развернуть собственные технологические цепочки, тоже не составит чрезмерного труда!

— Но у нас же есть деньги. — Сидящий прямо на полу Мал чувствовал себя хорошо. Собственно, любой орк оказался бы на очень долгое время доволен жизнью, если бы получил зачарованный доспех гномьей работы. Необычная легкая и прочная черная сталь прекрасно сопротивлялась ударам и даже могла серьезно ослабить попавшие в неё заклинания. А зачарованная подкладка, хранящая сразу от жары и холода, была и вовсе выше всяких похвал. При всем при этом доспехи имели крайне внушительный внешний вид, благодаря большому количеству украшающих их шипов. По мнению оружейников, подобные конструкции являлись весьма полезными в ближнем бою с крупным и не очень умным противником, вроде грифона, медведя, тигра, жировика… Ну и конечно же могли принять на себя рубящий удар, просто не допустив вражеский клинок до тела. А уже если вспомнить про докупленную вдобавок тяжеленную двухлезвийную секиру…Счастливее Мала орка пришлось бы еще поискать. — Много денег!

— Денег много не бывает, Пумба. — Вздохнул гоблин и принялся раскачиваться на своем кресле. Весил зеленый коротышка совсем немного, но древняя мебель скрипела так, будто приняла в свои объятия по меньшей мере огра. Оставалось лишь гадать, какими путями подобный рассыпающийся от ветхости рарирет мог попасть в едва отстроенный город. — Я тут посмотрел приходно-расходную ведомость отряда Фиэль и сделал два вывода. Во-первых, бухгалтерию охранять надо лучше. Во-вторых, получаемые за корабельный лес деньги теперь уходят на содержание разросшихся воинских формирований. И хотя спрос на товар весьма высок, бесконечно расширяться мы не можем, чтобы не привлечь к себе слишком уж пристальное внимание нежити. Во всяком случае, до тех пор, пока Сильвана не поднимет восстание и не вырежет всех лишних наблюдателей, способных заметить возню наших промышленников на вроде бы как подконтрольной ей территории. Если она вообще его поднимет.

— Бывшая глава рейнджеров крайне мстительна. Она обязательно попробует разделаться со своими врагами. — Меланхолично заметила расположившаяся на постели прямо в сапогах Златокудрая. Настроения участвовать в диспуте у эльфийки не было. Вообще не хотелось ничего делать, даже дышать. Если бы не чувство долга, призывающее заботиться об остатках Кель Таласа, опозоренная волшебница уже выбирала бы способ самоубийства. — Но доблесть рейнджеров, это терпение, без которого невозможно патрулирование лесов и сидение в засаде. А вообще если тебе нужны деньги, можешь брать из отрядной кассы. Уверена, бойцы уже вовсю шепчут об недавнем происшествии и скоро уйдут от меня, не прощаясь.

— Брббфр! — Заявил уместившийся за столом вместе с большим кувшином пива Строри.

— Чего? — Не поняла его Острога, сидящая напротив дварфа и вяло ковыряющая блюдо с жаренной рыбой. — Это ты по какому? На наречии мурлуков, что ли?

— Нам, дварфам, на ваши эльфийские заморочки абсолютно начихать! — Гордо заявил то ли десятник, а то ли уже полусотник, проглотив имеющуюся во рту жидкость. — Мы сражаемся за достойное дело. С теми, кого нужно уничтожить. За хорошие деньги. А ты, Фиэль, возрастом превосходишь иных старейшин раза в два-три и ни в коем случае не тянешь на невинную девочку, которой могли задурить голову. Ну а столь оригинальные личные предпочтения…Дело твое. Вот у нас в Стальхольме один гном сварил безалкогольное пиво. Безалкогольное! Пиво! И ничего, никто под ноги этому извращенцу не плевал публично. Правда, работать с ним теперь тоже никто не хочет.

— В любом случае уйдут эльфы, наймем людей. — Пожал плечами гоблин. — Эффективность конечно упадет, но зато замещать потери станет куда легче. Кстати, Острога, чего ты смогла выяснить у своих сородичей про интересующую нас персону? Полагаю, если мы прикончим Артаса или Кел Тузеда, то нам тут же простят большую часть грехов прошлых, настоящих и будущих.

— Старший шаман племени теплых камней чего-то знает, но просто так говорить не хочет. — Пожала плечами полукровка. — А его младших коллег Холхюк вниманием просто не удостаивал. Старик вообще-то еще тот гордец, в котором высокомерия хватит на дюжину эльфов. А может, просто глуховат и плохо замечает потуги окружающих привлечь его внимание, в его возрасте и при отсутствии глаз подобное вполне простительно.

— Ну и чего ему надо? — Заинтересовался Тимон. — Денег? Или выполнить какое-нибудь поручение по поиску квестового предмета?

— Получить от властей города разрешение на строительство кланового подворья внутри городских стен. — Пожала плечами шаманка. — Тогда его род станет не просто прибившимися бродягами, а законными жителями. И стража не сможет чересчур уж нагло вымогать с них деньги и даже будет обязана защищать от произвола разного рода бандитов.

— Чиновников можно подкупить или запугать. — Пустился в размышления дварф, отставив в сторону кувшин. — А лучше использовать оба подхода сразу, если надо получить результат в короткие сроки. Жаль, Сури мы с собой не взяли, опасаясь инцидентов. Суккубу можно было бы использовать как пугало. Или даже как взятку…

— Завтра возьмем десяток твоих стрелков и пойдем показывать бумагомаркам способы любви ближнего своего при помощи дробовика. А кстати, как Холхюк ориентируется то, если не по зрению? — Внезапно задался вопросом гоблин. — Ты же говорила, что этот пожилой калека при необходимости коня на скаку освежует, зажарит и сожрет. Вот только подобное проделать на одной интуиции затруднительно. Для битв и охоту ему надо четкое местоположение своей цели знать.

— У Холхюка под одеждой живет несколько змей, чьими глазами он при необходимости смотрит хоть во все стороны сразу. — Передернулась шаманка. — Мерзость! Не понимаю, как он может согревать своим телом пресмыкающихся? Лучше бы птицу какую на плечо посадил.

— Это чары друидизма. Причем весьма сложные, уровень не ученика, но мастера. — Заметила Фиэль, которую слова о возможности уничтожения верхушки проклятых все же зацепили. — В основном для разведки используются. Странно, что ваш Холхюк ими пользуется. От ослепшего шамана я бы ждала несколько иных чар.

— Мой интерес к столь разносторонней личности только что повысился на пару градусов. — Хмыкнул Тимон и довольно потер руки. — Возраст его хоть удалось установить? Или это тоже секретная информация?

— За полутысячу лет даю гарантию. — Буркнула шаманка. — Во всяком случае, тому шаману, с которым я говорила, далеко за двести. Мама мне рассказывала о скандале, в котором Холхюк убил её прадеда. И уже в те времена он был бесконечно злым и старым.

— А разве тролли столько живут? — Не понял Мал. — Они же вроде как люди. Топчут землю больше нас, но не сказать, чтобы намного.

— С магией даже гриб дождевик теоретически может достигнуть бессмертия! — Фыркнула Фиэль. — Во всяком случае, хорошие чародее из людей стареют в возрасте пары сотен лет. Отличные ближе к тремстам. Те, из них, кто начинает баловаться запретным колдовством, как правило помирают от отрубания головы или в ходе неудачного эксперимента. Величайшей волшебнице этой расы, незадолго до смерти родившей ребенка, стукнул тысячелетний юбилей!

— Ого! — Присвистнул Мал. — Такая злобная была чернокнижница? Хорошо, что сейчас её уже нету.

— Эм, вообще то она была напротив великим героем. — Запнулась Златокудрая. — Известным, знаменитым, могучим. Уничтожила многих ужасных чудовищ, в том числе и демонов, случайно прорвавшихся в наш мир. Она, наверное, была исключением из правил. Или очень хорошо умела прятать свои грешки и не оставлять им свидетелей.

С каждым словом голос эльфийки звучал все глуше, а на последних словах и вовсе скатился до едва слышного шепота. Небольшой приступ активности, казалось, выпил из волшебницы все силы, и теперь она стремительно погружалась еще глубже в меланхолию.

— Фиэль, ты чего, охрипла? — Окликнул её гоблин, все сильнее раскачиваясь на кресле. — Странно, вроде бы мороженного мы сегодня не ели, а погода теплая. Или предводительница съела пломбира на весь отряд, дабы не подвергать риску остальных? Фиэль! Яп!

Неустойчивая конструкция опрокинулась на спину, придавив собою зеленого коротышку. Мал заржал в голос. Шаманка тихо захихикала. Дварф в очередной раз забулькал пивом. Эльфийка на миниатюрную катастрофу и её виновника, с руганью поднимающегося с карачек, не прореагировала никак.

— Тааак. Признаком разума не наблюдаю. Объект ушел в себя и заблудился. — Задумчиво протянул гоблин, подходя к кровати и требовательно заглядывая ей в глаза. Волшебница дернулась, отталкивая ладонь, которой он начал махать у неё перед глазами, но ничего сказать так и не соизволила. — Дело плохо. Придется принять меры. Господа и дама, выметайтесь пожалуйста из номера. Стоп! Острога, наложи на комнату какой-нибудь звуковой барьер, обеспечивающий нам конфиденциальность.

— Я не умею. — Пожала плечами полукровка. — Троллям такое не нужно. А что ты хочешь с ней делать?

— Применять интенсивную терапию. — Мрачно и одновременно как-то предвкушающее ухмыльнулся гоблин, делая жест рукой в сторону сваленных грудой пожитков. Немедленно один из узлов распаковался и из него прямо на стол вылетели три бутылки вина, пара свечей, кусок окорока, свежие фрукты. — Хотелось бы конечно обойтись без жестких приемов, способных еще больше ухудшить ситуацию. Однако если оставить все как есть, она скоро полезет в петлю.

— И не надейся. — Соизволила слегка вынырнуть из пучины отчаяния волшебница. — Я еще тебя переживу! И Артаса! И Кел Тузеда! И увижу, как снова будет заселен Кель Талас и отстроены его города!

— Правильный настрой. Агрессия далеко не идеальна, но однозначно лучше апатии, если не ведет к жертвам и разрушениям. — Кивнул зеленый коротышка, зажигая свечи двумя маленькими молниями. — Ничего, к завтрашнему утру ты уже забудешь про свою хандру, обещаю. Я найду, чего засунуть в твою голову так, чтобы для дурных мыслей там места вообще не осталось.

— Буду сопротивляться. — Не слишком уверенно пообещала эльфийка окутываясь волшебной броней. Она отчаянно размышляла, не стать ли ей вдобавок еще и клятвопреступницей? Репутация все равно погублена, а маскирующееся под гоблина существо вряд ли отступит от своих планов по борьбе с демонами, даже если ему придется убить Фиэль. — И ты проиграешь магическую дуэль. Несмотря на чудовищную мощь, твои грубые примитивные чары просто ужасающе топорны.

— Выпьем за это? — С готовностью предложил гоблин, откупоривая первую бутылку. — Острога, ты еще здесь? Брысь отсюда!

— А вот суккубу бы, наверное, не выгнал. — Пробурчала шаманка, с неудовольствием идя к дверям. — Ну чем я хуже?!

— Ничего себе фокусы. А еще думал, что те, кто живет на лоне природы, меньше склонны к разного рода извращениям. — Покачал головой Тимон, леветируя бокалы. — С другой стороны…Если есть молодой здоровый организм, свежий воздух и куча свободного времени, то как тут удержаться от крайне занятных экспериментов? Как ты считаешь, Фиэль?

Следующим утром Строри проснулся прямо за широким столом на первом этаже гостиницы, где впрочем находилась большая часть его подчиненных. Меньшая под этот же самый стол сползла. Дварфы, наконец-то попавшие в по-настоящему безопасное место, отрывались за долгие долгие дни выживания во фронтире. Тот из них, кто накануне выпил меньше трех кувшинов вина в одиночку и не запил его бочонком пива мог считаться среди них заботящимся о своем здоровье трезвенником. Причиной, по которой десятник разлепил глаза, оказались доносящиеся с верхнего этажа стоны. Громкие, протяжные и надрывные.

— Так… — Строри с похмелья, способного убить кого-то менее выносливого, соображал плохо. Но не заметить наступления за окном дня он не мог. В принципе, когда дварф отключился и рухнул лицом на полусъеденного молочного поросенка, до утра оставалось не так уж и далеко. Рука старого воина нырнула в карман одежды за дорогим хронометром гномьей работы, который ему подарил брат-старейшина. — Полдень. А к пирушке я присоединился в одиннадцать. Это получается…Тринадцать часов?!

Дварф посмотрел вверх, на покрытые копотью от свечей и факелов доски потолка. Как бы в ответ звуки, доносящиеся оттуда, стали громче. И прочувственней.

— И чего я как дурак в воины пошел? — Задался вопросом ветеран бесчисленных сражений. — К магам надо было идти. К магам. Так, сын…Ему уже поздно. А вот внуков точно в чародеи пристрою. Точнее просто расскажу и покажу тех, кто способен на такие подвиги, а дальше они уже и сами сориентируются, чай не дураки.

Хлопнула дверь, на миг сделав интригующие звуки еще более громкими. По лестнице спустилась Острога, держа в руках какие-то окровавленные тряпки.

— Хозяин! — Крикнула она непонятно куда, так как на первом этаже никого кроме кучи спящих и одно пробудившегося дворфа не было. — Еще бинтов!

— У нас кто-то ранен? — Не понял Строри, с удивлением взирая на шаманку. — А чего колдовством не вылечили?

— А не помогают чары. — Фыркнула шаманка. — Вчера намереваясь вступить в дуэль с паладином Фиэль оказывается незаметно нанесла на ногти какой-то специальный эльфийский боевой маникюр! Специально сделанный для рукопашной с существами, обладающими повышенной магией и регенерацией. Вот уж не думала, будто какая-то паршивая косметика может тянуть из жертвы энергию для того, чтобы усилить себя, словно полноценное боевое проклятие.

— И она его так и не смыла. — Заерзал на скамейке дварф. Под одеждой старый воин хранил много следов от старых травм. И почетное место среди них занимали шрамы в районе ягодиц. Пять слева, пять справа. Когда-то после битвы с троллями он тоже умудрился соблазнить волшебницу родом из Кель Таласа. А она, разгоряченная боем и ухаживаниями, абсолютно забыла про нанесенную на свои коготки отраву. Через пару часов, когда хитрый яд начал свою работу, охота ухаживать за остроухими девушками пропала у Строри лет на двадцать. — Так это гоблин так воет?

— Вдвоем упражняются, не слышно разве? — Ехидно уточнила полукровка. — Фиэль и себя порядочно исцарапала. А противоядие заранее, конечно же, не приняла, его-то незаметно магией на положенное ему место не загонишь. Хотя зеленому досталось, конечно, намного больше. Хорошо, что до дела у них дошло уже утром, когда они оба проспались после вчерашней попойки. А то бы во всей гостинице никто уснуть не смог. Хозяин! Либо ты несешь мне новые бинты, либо я начинаю рвать твои занавески! Нам кровь останавливать нечем!

— У меня гостиница, а не аптека. — Появившийся из ведущей на кухню двери человек тащил стопку полотенец. — Вот, эти самые хорошие. И я уже послал жену за нормальными бинтами. С вас, кстати, еще пять серебрушек за них дополнительно.

— Ой, не хватит. — Покачал головой дварф, вспоминая далекое прошлое. — Вот тебе золотой и срочно беги за по-настоящему большой охапкой. Мда, похоже, решать проблему с чиновниками и разрешением на строительство троллям придется мне. Эта парочка до вечера будет недееспособна. А после на несколько суток окажется крайне опасной для окружающих, мечтая только найти повод для того, чтобы выплеснуть на кого-нибудь свое раздражение.

— Думаешь? — Замялась Острога. — Плохо. А то я над ними там похохотала немного. Как думаешь, сильно обиделись?

— Зря. Повреждения от этого, как ты выразилась, боевого маникюра, не только непрестанно кровоточат, но и жутко чешутся. Причем когда начинают заживать с каждым часом все сильнее и сильнее. Ощущения хуже, чем при запущенной зубной боли. — Заметил дворф, протягивая руку к кувшину с пивом, в котором похоже еще немного осталось немного жидкости. — Отнеси им бинты и сходи, прогуляйся по городу. А не то растерзают. И кликни мне кого-нибудь из мальчиков Фиэль, надо пост охраны перед их дверью выставить. Во избежание случайных жертв.

Уталивший жажду дворф неторопливо поднялся и отправился по делам. В их успехе он даже не сомневался. Город молодой, время военное, а значит, бюрократический аппарат не может слишком уж разрастись, заматереть и требовать совсем уж несусветных взяток. Это в Стальгорне получить разрешение на появление нового дома как бы не сложнее, чем вырезать всех обитателей старого и сделать так, чтобы никто ничего не заметил. А люди…До паразитов с пером и чернильницей, сидящих на своих местах по сотне лет, представителям этой расы далеко. К тому же пахнущий перегаром дварф, размахивающий дулом мушкета направо и нелево гость для захребетников нежелательный. Может и морду начистить если его разозлят и попробуй его тронь — мигом набегут земляки и начнут разбираться, кто виноват.

Спустя пять далеко не самых легких и приятных, но в общем и целом полезных часов Строри облегченно выдохнул. А шаман и по совместительству вождь племени Теплых Камней Кривоклык с осторожностью убрал заветную бумажку в поясную сумку. За дикарем, плохо разбирающемся в принципах управления цивилизованным обществом, пришлось послать в процессе оформления документа. В принципе, можно было бы обойтись и без него, но дварф решил послать к главе общины троллей мальчишку, а не выкладывать дополнительных тридцать золотых.

— Не понимаю, как удалось все решить так быстро? — Седой старик был изрядно обескуражен. — Я уже месяц пытался выбить это проклятое разрешение! И деньги предлагал. Много предлагал, полторы сотни монет.

— Надо было не на виду давать, а незаметно. Большую часть самому главному начальнику и по паре золотых подчиненным, чтобы они резво бегали, выполняя его распоряжения. Это называется взяткой. Вручением денег за то, чего и так они делать должны, причем бесплатно или за небольшую официальную пошлину. — Просветил дикаря дварф. — Ну как, теперь расскажешь мне вашего знаменитого Холхюка?

— А чего бы нет. — Пожал плечами шаман. — Язык не отсохнет, а тайны в этом нет. Веди туда, где вы живете, все чего знаю, поведаю.

— Сегодня тебя не кому будет особо слушать, кроме меня и Остроги. — Предупредил его Строри, шагая в нужном направлении. Благо, идти было недалеко. Занятая отрядом гостиница находилась почти в центре города, поскольку именно там стояли самые крупные здания, способные вместить такую ораву народа. — Главные временно невменяемы. Можешь считать, что бешеных грибов переели. Их сейчас лучше не злить. И даже на глаза им не показываться.

— Ну, тогда скажу тебе и Остроге. — С точки зрения ледяного тролля ничего необычного не произошло. Когда в разгар зимы делать было нечего, дурманящими настойками баловалось почти все племя, исключая лишь совсем уж грудных детей. — Девочка она не только сильная, но и умная, все запомнит. Жаль, человечка на половину…Что это?! На город напали демоны?!

В клубах дыма, вырывающихся из подпаленной гостиницы, метались и сталкивались между собой люди. И эльфы, которых на улице оказалось неожиданно много. Причем все они были дварфу незнакомы. Что-то громко лязгало и глухо бухало. Летали туда-сюда длинные змееобразные тени, валя всех с ног и не различая правых и виноватых. Огненные стрелы, рикошетя от возведенных на их пути преград, уносились вверх и там разрывались пламенным фейерверком. С мелодичным звоном разбивались о камень отбитые в сторону свеженамороженные ледяные сосульки. Центом беспорядка и хаоса служила фигура, обремененная внушительными женскими достоинствами, потеками крови на лице и теле, а также небрежно накинутым на голые плечи пледом в качестве мало чего скрывающей одежды. Вокруг неё искажался воздух и порывы возникшего из ниоткуда ветра расшвыривали черепицу с крыш, метя по головам. Кружили маленькие шаровые молнии, иногда начинающие прицельно гоняться за кем-нибудь и жалить его искорками разрядов. Била из земли вверх фонтаном вода, кувыркая застрявшего на его вершине несчастного. Камни пытались собраться в кучку и встать на две, три или большее число подкашивающихся ног. Примерно с десяток чародеев Кель Таласа пыталось то ли уничтожить её, то ли просто сбежать отсюда подальше, отбиваясь заклинаниями от многочисленных угроз.

— Нет, это не суккуба, тем такие разрушения в одиночку не осилить. — Уверенным тоном профессионала констатировал Строри. — Хотя похожа, не спорю. Выражение лица зверское, титьки на показ выставлены, волосы почему-то закрутились и теперь в стороны настоящими рогами торчат. Только хвоста и крыльев не хватает. Интересно, где она такой кнут взяла? Или если на конце такой груз привязан, то это уже сверхдлинным цепом считаться может?

— Я сотру вас в кровавую пыль! — Прорычала Фиэль, и оружие в её руке метнулось вперед атакующей анакондой и ударило одного из противников волшебницы. Набитый чем-то не слишком плотным мешок на конце толстой и длинной лианы врезался в возникшую перед ними мерцающую преграду. Вместе с ним метнулся вперед и фронт разнообразных мини-катаклизмов, мгновенно внеся новые краски и крики в симфонию хаоса. Эльфа снесло вместе с его щитом и впечатлю в удачно подвернувшуюся на его пути телку. Корова, видимо пригнанная в город чтобы стать бифштексом, но брошенная сбежавшими хозяевами на произвол судьбы, протяжно замычала и ускакала вдаль, вместе со вцепившимся в её шкуру чародеем. Судя по тому, как орал последний, верхом он до этого в жизни никогда не ездил. Во всяком случае, на представителях семейства парнокопытных и без седла. — Лицемеры! Трусы! Ханжи!

Земля дрогнула. Не сильно, Строри даже на землю не упал в отличии от своего спутника. Однако вызвавшие гнев эльфийки маги, почувствовав как дело оборачивается натуральным катаклизмом, утроили усилия, принявшись уносить ноги. Принятые по началу за змей растения, судя по листьям недавно бывшие обычным виноградом, осыпались пеплом. На Фиэль обрушился настоящий дождь из пламени. Большая его часть закружилась в воронку и втянулась в непонятный груз оружия, отведенного назад для удара. Силуэт эльфийки скрыла волна изумрудно-зеленой травы, выросшей у неё из под ног и принявшей на себя прорвавшиеся заклятья. А следом на одного из противников Златокудрой полетел прицепленный к лиане мешок, опускающийся вниз словно карающий молот паладина. Каким-то чудом волшебник успел уклониться и чудовищный снаряд брякнулся о землю. Когда оружие вернулось к хозяйке для нового замаха, под его ударной частью обнаружилась лужица булькающей магмы.

— Твари! Перестраховщики! Вырожденцы! — Бесновалась волшебница, разнося на куски улицу всплесками волшебства, бьющими куда попало и взывающими самые непредсказуемые результаты. Во всяком случае, стоящей рядом с гостиницей танк украсился украшением из сосулек. Металлических. Растущих вверх. Её странный не то кнут, не то кистень, гулял по стенам близлежащих домов, выбивая из них деревянную щепу. — Прошляпили нежить! Профукали демонов! Да как вы смеете указывать мне на то, какая магия может быть допустима, а какая слишком опасна, чтобы пользоваться ей без высочайшего дозволения неудачников, которых надо было еще при рождении в канаве утопить?! Да я вам сейчас все эти предписания и настоятельные рекомендации вместе со списком кар за их несоблюдение прямо в задницу затолкаю!

— Ой, кажется, я теперь понимаю, почему Холхюк всегда был против того, чтобы ходить в походы на эльфов. А также зачем вы его так старательно ищите. — Пробормотал себе под нос Кривоклык, взирая на Златокудрую расширившимися глазами. — Это его дочка? Внучка? Похожа! Не внешностью, правда, но магия у них обоих одинаково дикая, грубая и страшная!

— Уходим! Если не отступим, то эта сумасшедшая чернокнижница нас всех тут положит! — Крикнул кто-то из чужих эльфов, махая руками как ветряная мельницы крыльями в ураган. Полетевшая в Фиэль молния пробила защиту из травы и, судя по гневному женскому воплю, достигла цели. Однако Златокудрую из игры вовсе не вывело. Спустя мгновение купол из растительности разлетелся во все стороны пучком соломы. Абсолютно нагая волшебница, плед с неё просто слетел, выставила вперед руки и зарычала, одновременно топая ногами. На раскрытых ладонях разошлись затянутые коркой болячек порезы и точно такие же раны открылись и на щеках. Выглядело это по-настоящему жутко. Пространство рядом с чародейкой разошлось и оттуда высунулась какая-то тварь, казалось состоящая из одних лишь клыков и шипов. — Да быстрее вы! Она сейчас спустит на нас своих демонов!

Строри холоднокровно разрядил в демона мушкет. Сноп крупной дроби не заставил чудовище даже головой мотнуть, но тут на спину твари приземлился цепко удерживаемый кнутом-лианой мешок. Монстра вывернуло наизнанку, груз необычного оружия отчетливо выругался. К счастью, новых пришельцев из преисподней не появилось. А спустя несколько секунд портал в неведомые бездны вообще закрылся не оставив и следа. Сообразившая, наконец, что она голая, волшебница с писком исчезла в гостинице. Идущий из здания черный дым изрядно поредел и частично сменился белым паром. Видимо квартирующий внутри отряд выиграл схватку с начинающимся пожаром.

— Тимон? — Осторожно уточнил дварф, прислушиваясь к издаваемым непонятным мешком звукам. — Это ты там внутри? Вылазь!

— Не вылезу! — Категорически заявил гоблин. — Я без штанов.

— Почему? — Окосел Строри и покосился на дверь, за которой пару мгновений назад скрылся голый зад эльфийской волшебницы. — Какая-то ритуальная магия? Одетым её творить нельзя?

— Да какая к демонам магия? — Судя по звуку, зеленый коротышка сплюнул. — Эта психопатка вместо того, чтобы спрятать компрометирующую персону в шкаф, как полагается делать со всеми добропорядочными любовниками, когда в комнату настойчиво ломятся посторонние личности, не нашла ничего лучше мешка! Впрочем, я тоже сглупил, послушавшись её. Хотя кто мог знать, что Фиэль так на них накинется? Нет, они конечно же не медаль ей выдать пришли, но бедняги даже не успели перейти на личности. Всего лишь для затравки беседы порассуждали о неразумности отдельных магов, использующих для своих чар слишком много энергии и тем самым создающих условия для прорывов из межреальности. Как она меня схватила! Как она мной в чью-то морду зафигачила! Как начала размахивать во все стороны, будто центрифуга! А сквозь мешок ничего не видно…Ох, короче бил не вылезая из рогожи на ощущения магии и звук. Не сблевал и не размазался об твердые предметы только чудом и телекинетической броней, ослабляющей удары. Скажите, мы хоть победили?

Глава 20

Ноги чавкали по грязи, оставшейся после недавнего дождя. Слышались стоны от боли в натруженных конечностях и усталая ругань. Солнце припекало с небосклона, заставляя катиться по загривкам ручьи пота. Проложенную вдоль реки дорогу обдувал прилетающий с водоема ветерок. Но этого по единодушному мнению всех, вынужденных тащиться по кем-то протоптанному тракту, было слишком мало.

— Мне это совсем не нравится. — Гоблин был хмур и зол. Впрочем, все представители его расы, находящиеся поблизости, вероятно сейчас испытывали похожие эмоции. Им предстояло РАБОТАТЬ ЗАБЕСПЛАТНО. Нежить прорвала держащуюся лишь чудом оборону побережья и вырвалась к океану. На затыкание внезапной угрозы Альянс бросил все силы, включая полунезависимые отряды. Им сделали предложения, от которых просто нельзя отказаться. Вернее можно, но тогда сделавшие это попадали в разряд натуральных бандитов со всеми вытекающими оттуда последствиями. В результате теперь около тысячи бойцов самых разных рас пробирались к назначенной им цели. А дружины баронов так и остались охранять город. — Битва лицом к лицу с таким врагом как нежить абсолютно бесперспективна! С неё же в случае победы просто нечего взять. Трофеи в виде личного имущества некромантов — приятное исключение. Вот только боюсь на то чтобы окупить затраты их банально не хватит.

— Сейчас не время думать о выгоде. Если нежить снова сумеет обзавестись флотом, то беженцам станет куда проблематичней добираться до Калимдора. Да и снабжающим нас всех едой рыбакам будет опасно выходить на промысел. — Прохрипел Строри, пыхтя от натуги. Седой, однако, по-прежнему крепкий дворф нагрузился боеприпасом до такой степени, что едва-едва переставлял ноги. Опытный вояка предвидел большие проблемы со снабжением, неизбежные при прорвавшихся к путям сообщения рейдерам врага. — Вновь пытающийся закрепиться на берегу океана Артас угроза стратегическая. Игнорировать его, отвлекаясь на второстепенные дела, далеко не самый лучший поступок.

— Судя по твоим словам, раньше проклятый принц уже выходил на морские просторы. — Констатировал гоблин, идущий весело и легко. Летевшая следом за ним по воздуху волокуша, похоже, не сильно отягощала своим весом зеленого коротышку. — Но как-то конца света из-за этого еще не случилось.

— Потому как его отбрасывали обратно в Лордерон, не считаясь с потерями. Однако у сектантов уже есть в Калимдоре базы, откуда они пытаются с переменным успехом портить жизнь нашим переселенцам. То нежить разрушит один из недавно появившихся городков, то мы очередное гнездо тварей разорим. — Вздохнул дварф, под началом которого собралась уже полная полусотня бойцов его народа. После всеобщего призыва к оружию с тем, чтобы найти рекрутов проблем вообще не осталось. Более того, обладающий пусть и несколько сомнительной, но в целом положительной репутацией отряд, в котором платили неплохие деньги, оказался вынужден заворачивать обратно изрядное количество новобранцев. — Плюс еще орки со своей Ордой, удравшие туда в самом начале войны с нежитью, проблем добавляют. Пытаются создать там свое государство и перетаскивают к себе мало-помалу семьи из их нынешних убежищ.

— Да, слышал про это. — Довольно кивнул Мал, тяжело дышащий, но старающийся не показывать усталость. Хотя его новенькая броня уже нравилась воину гораздо меньше. Старая без сомнений была куда менее прочной и нарядной, однако и весила немногим больше обычной одежды. — Лупят сородичи войска Альянса по старой памяти. Там в основном люди сражаются и у нас с ними изрядные взаимные счеты. А заодно бьют нежить с демонами, за особо отвратительные рожи и привычку жрать всех подряд.

— А местные эльфы, не желают видеть у себя дома незваных гостей, тем более в таком количестве. И потому периодически пытаются отвешивать плюхи всем, кто под руку подвернется. — Добавила Фиэль, которая на марше наоборот приободрилась. Гоблин к ней в таких условиях приставать не мог. Окружающим не хватало времени и сил на то, чтобы позубоскалить о моральном падении волшебницы. Да и лес вокруг, являвшийся для большей части Азерота вполне естественным пейзажем, добавлял друидке уверенности и сил. — Однако результат у них не очень. Теряют солдат и территории мало-помалу. Хотя бывает и им удача улыбается, как без этого?

— Чего ж тогда туда так народ рвется? — Удивился гоблин. — Судя по вашим описаниям, там веселья как бы не больше, чем у нас?

— Там война честная, если не с нежитью. — Пожала плечами Златокудрая. — Ночные эльфы конечно фанатики и расисты. Но, по крайней мере, они не вырезают пленников, женщин и детей. Орки тоже себе такого не позволяют. Как и люди вместе с представителями иных рас, входящих в Альянс. По сравнению с нашими краями, где сектанты не знают жалости, а монстров развелось больше чем волков, Калимдор очень даже неплохое местечко!

— Вот только доплыть туда проблемно. — Вздохнул Строри. — Мы, конечно, Стальхолм не бросим никогда. Однако на случай его осады уже разработаны пути эвакуации мирного населения. Так вот, мой брат старейшина участвовал в их составлении и жутко ругался. У всех, кто закрепился на другом континенте, есть свои каперы. А их капитаны часто сначала нападают, а потом разбираются на кого! Да и просто пиратов как грязи развелось. Не говоря уж о морских чудовищах, которых тоже каким-то образом вся творящаяся у нас кутерьма растревожила.

— Взрыв Солнечного источника почувствовал весь мир. — Пожала плечами Фиэль, с неудовольствием сдувая седую прядь, спадающую её на глаза. Хорошей краски для волос эльфийке так и не попалось, а все время держать на них иллюзию сильно выматывало. — Нет ничего удивительного в разгуле водных тварей. Слышала, даже наги из своих глубоководных дворцов выбрались, прервав добровольную изоляцию и теперь навещают побережье, чтобы быть в курсе событий.

— Да пиратствуют они! — Сплюнул на землю передвижной дварфийский арсенал, откликающийся на имя Строри. — И раньше то этим баловались, а сейчас и вовсе разгулялись. Уверен, не меньше трети пропавших в море кораблей их работа! Улик же в море не отыщешь.

Отряд спешно маршировал по лесной дороге вместе с еще парой десятков подобных, правда куда более мелких образований. Внезапно в голове его послышался какой-то шум.

— Нежить? — Задумался Строри и тут же сам себе ответил. — Нет, не похоже. Интонации не те, да и пальбы не слышно.

— Ускорьте темп! Ускорьте темп! — С лошади гонца летела пена, с сидящего на ней человека впрочем тоже. Еще бы, так орать — изрядная физическая нагрузка. А ведь до того он неведомо сколько времени трясся в седле. — Рядом с фортом Глонстоун замечен авангард сил проклятых! Если вы не хотите быть пойманными ими на марше, ускорьте темп!

Подгонять дважды никого не пришлось. Чем могут быть опасны мертвецы в условиях прямой сшибки все понимали прекрасно. Солдаты выбивались из сил, но все равно подошли к старой крепости, когда выход из неё уже сторожило около пяти сотен вурдалаков с парой десятков управляющих ими некромантов. Ветхий замок, возведенный лет триста назад каким-то местным аристократом, по замыслу главнокомандующих Альянса обязан был стать одним из препятствий на пути нежити. Остановить лавину чудовищ столь малое укрепление конечно бы не смогло. А вот замедлить и дать время подтянуть резервы, чтобы отбросить врагов, уже совсем другое дело. Однако вход в постройку с неизвестным гарнизоном уже перекрыли держащиеся на безопасном удалении от стен вурдалаки. Кроме них весьма интенсивно посылала в цель снаряды небольшая машина, выглядящая как гибрид тележки с катапультой. Толкали и обеспечивали её снарядами с пяток странных существ, выглядящих как лишенные кожи люди. Еще чадили дымом бревенчатые остовы построек большой деревни, расположенной у стен замка.

— Если гарнизон не придет к нам на выручку, то соотношение сил в битве будет два к одному. — Задумчиво пробормотал гоблин. — В нашу пользу. А, ладно, пусть себе за стенами сидят. Сами справимся.

— Не радуйся раньше времени. — Предостерег его Мал. — Мы можем себе позволить поставить одного нашего бойца на одну тварь Плети. Однако человеческие наемники, которые составляют другие отряды, дай боги вдвоем бы с вурдалаком справились и обошлись без потерь. К тому же каждый боец, который погибнет сейчас, потом не сможет встать на стены. А оттуда мутузить противников куда как сподручнее и эффективнее.

— Резонно. — Заметил Тимон, наблюдая за действиями противника. А тот и не думал отступать, а напротив, собирался ринуться в бой. Формацию они для этого выбрали несколько необычную. Круг. Центром их построения являлись некроманты, рядом с каждым из которых было две-три более сильных твари в качестве личных телохранителей. — Так…Давай перебирайся на тот фланг, который ближе к реке! И подсади ка меня к себе на плечи. Щас с предельной дистанции колдовать буду!

— А достанешь? — Скептически осведомился орк, подставляя шею. Он конечно устал, но мог без особого труда донести до крепости груз раз в пять тяжелее малохольного коротышки. — Тут еще далеко, даже из катапульты снаряд не добросить.

— Вот и узнаем. — Хмыкнул гоблин, ерзая на могучих плечах и стараясь не насадиться на какой-нибудь из украшающих их шипов. — В крайнем случае, пойду в битву верхом, как настоящий рыцарь!

Мал уже собирался было возмутиться но замер, когда его плоского носа достиг абсолютно чуждый этому месту аромат. Запах грозовой свежести. А вместе с ним и волосы орка зашевелились, стягиваясь куда-то в сторону и вверх.

— Ты чего творишь? — Зеленый громила с некоторой тревогой уставился на результаты труда столь же зеленого карлика. В воздухе перед замершим в пугающем сосредоточении Тимоном медленно появлялся громадный шар. Внутри его не было ничего. А вот от образованных разрядами молний стенок во все стороны расходились небольшие искорки. — Если уж колдуешь, так приласкай чем-нибудь нежить, пока она к нам не доскакала.

Твари действительно двигались вперед, но не слишком-то и быстро, чтобы не оторваться от своих хозяев. Те, судя по интенсивному маханию посохами, накладывали на себя и своих тварей всевозможные защитные чары. Для атакующих было еще рано, на преодоление подобной дистанции они должны были утратить большую часть своей мощи.

— Чистый водород выделяю. Уж получать его из воды я научился, теперь даже отсутствие физического контакта не помеха. И знаю, какое надо создать давление, чтобы он не разлетался в стороны. — Сквозь зубы прорычал коротышка. На лысину орка упали холодные капли. То ли с носа гоблина текло, то ли под воздействием его магии внезапно начал собираться дождь. — Кажется. Если ничего не напутал. Не мешай, а то как шандарахнет…

Фиэль стремительно оживляла ближайшие деревья, пытаясь создать из них заслон. Какой-то гном-волшебник неспешно шел вдоль строя и за ним открывался широкий и глубокий сухой ров. Из воды выбралась пара призванных кем-то элементалей. Вот только размеры у них оказались более чем скромные. До едва не прикончившего Златокудрую в городе троллей монстра воплощенным духам было как человеку для огра. Зашевелилась земля и исторгла из себя каменного голема, размерами идентичного призвавшему его дварфийскому чародею. Чисто боевые маги накачивали энергией огненные шары, цепные молнии и другие чары бьющие по площадям.

Вурдалаки понеслись вперед, хрипло завывая. Их встретил град стрел, мушкетные выстрелы, боевые заклинания…Во время войны с нежитью только очень-очень плохой командир мог позволить себе экономить на дистанционном оружии. Увы, примерно половину возможного урона поглотили чары некромантов, благоразумно держащихся вне зоны прицельного обстрела. А остаток хоть и уничтожил несколько отдельных тварей, но в основном лишь нанес куда большему их количеству некоторые повреждения. От которых живым мертвецам было ни жарко, ни холодно.

— Пошла, пошла, пошла! — Странный шар, возникший над головой орка, медленно полетел вперед через головы бойцов. С создателем его соединяла пуповина молнии, служащая то ли для управления, то ли для придания заклятию дополнительной мощи. А гоблин, с которого лились уже целые водопады пота, кричал на свои чары, будто пастух на корову. — Пошла, эсемеска, пошла!

— Странное какое-то слово. — Негромко заметил оказавшийся рядом отрядный целитель. — Сколько языков знаю, а похожее первый раз слышу…

Его лингвистические изыскания прервал звук взрыва. И громогласный мат частично ослепших стрелков. Взрыв был не то чтобы очень сильный…Но яркий. И потому вреда принес как бы ни больше, чем пользы. Хорошо хоть бегущий в атаку плотный слой вурдалаков расшвыряло ударной волной в разные стороны. Вместо сокрушительного удара кулаком по обескураженным воинам у нежити получился почти безвредный тычок раскрытой ладонью. Некроманты тоже попали под пагубное воздействие света и потому теперь своими тварями управлять почти не могли, а без их усилий те вели себя ничуть не умнее собак. К тому же некоторая часть их все же сгорела, а пытающиеся проморгаться стрелки и маги били примерно в нужную сторону, частенько поражая многочисленного врага.

— Так почему эсемеска то? — Уточнил Мал, безуспешно пытаясь вытереть латной рукавицей мокрую лысину. Зрение ему небрежным пассом вернул уже успевший восстановиться целитель. Он видимо поправил свои глаза заклинанием и тут же бросаясь повторить процедуру с окружающими его бойцами.

— Потому что сообщение передала адресату. — Помотал головой гоблин и его длинные уши со свистом рассекли воздух. — Точную его формулировку не скажу даже я, но смысл сводится к фразе 'да гори ты синим пламенем'.

— Оно было желтым. — Осторожно заметил орк. — Ну, может немного красным.

— Да, надо уделять больше внимания мелким деталям. А вообще хорошо грохнуло, но методика нуждается в доработке. — Задумчиво пробормотал гоблин, пытясь дать шенкелей своему скакуну. Тот его потуги игнорировал. Колотить пятками по прочным доспехам коротышка мог до конца времен, к тому же оставались шансы, что так он самостоятельно напорется на какой-то щип. — Перед подрывом надо всем давать команду зажмуриться. И эффективность ослепления должна быть значительно выше в темное время суток. Хм…Против ночных эльфов в Калимдоре самое то. А вот для нежити придется придумать чего-нибудь новенькое.

Нежить, дернувшаяся было в лобовую атаку, отступила обратно. Её построение изменилось, окружающий колдунов резерв принялся обтекать некромантов с флангов. Вурдалаки с четкостью гвардейцев на параде перегруппировывались тремя отдельными клиньями. Видимо ослепшие сектанты, находясь под неприцельным но частым обстрелом, сочли охрану тыла не таким уж и важным делом. Сколько именно тварей сжег гоблин, ударивший своим заклятием именно в их наибольшее скопление, не представлялось узнать возможным. Но пятно выжженной земли было большим и до сих пор дымилось. А вокруг него на приличном радиусе лежали куски обугленной плоти или стояли порядочно опаленные монстры. Со стен замка свернула сиреневая молния и катапульта, по-прежнему швырявшаяся в его стены какой-то дрянью, весело вспыхнула. Маги смерти не смогли прикрыть осадную технику, будучи сильно заняты противником. Однако из горящей тележки, повинуясь взмахам их рук и посохов, внезапно полезли скелеты. Один, два, три…много.

— Всем приготовиться! — Скомандовал какой-то воин, командовавший собственным небольшим отрядом в три десятка лихих рубак. От прочих наемников он отличался высоким ростом, тонкого плетения кольчугой, рогатым шлемом и зачарованным двуручным мечом. Руны, украшающее полутораметровое лезвие, несущее на себе много зазубрин, но похоже все еще очень и очень острое, заметно светились даже в ярком свете солнца. — Костяки у них выполняют роль берсеркеров-смертников! Они соберут на себя все ловушки и стрелы, а через час обязательно сами рассыпятся, но перед этим успеют несколько раз дотянуться до нас мечом. А еще они очень быстрые!

Этого человек мог и не говорить. Белые, серые и желтоватые скелеты, цвет видимо определялся их возрастом, понеслись вперед со скоростью призовых лошадей. Притом обычные стрелы из лука или арбалета они высокомерно игнорировали. Даже если ломалась кость, то темпа их движений и действий это не меняло. Посторонним было решительно непонятно, зачем этим сгусткам темной магии вообще понадобилась материальная составляющая. Как основа для наложения чар? Или чтобы их ветром не сносило?

— Пумба, назад! Всем, кто меня слышит, команда шухер! — Внезапно закричал гоблин, когда орк попытался пробиться поближе к неприятелю. Он резонно полагал, что ударом своей секиры может просто располовинить почти любого врага. А ржавые мечи, ножи, топоры и прочий хлам, сжимаемый костяными руками скелетов, вряд ли мог пробить гномью броню. Пехотинцы первого ряда уже давным-давно взяли в руки по короткому мечу и громадному щиту, лишь немного недотягивающему до звания ростового. Второй и третий ряд изготовили к бою длинные копья. Персоны с нестандартным или дистанционным оружием, как и маги, оказались сосредоточены за их спинами. Атаковать подобную фалангу в лоб нечего было и думать без громадных потерь даже для нежити. — Эти твари, которым надо как можно скорее подходить на дистанцию удара, крутятся перед нашим носом задницами, словно умелые стриптизерши! Выжидают момента, когда кто-то или что-то сломает строй!

Последние слова гоблин проорал так громко, что их должен был услышать каждый из сборной солянки нескольких наемных отрядов. И притом без всякой магии. Разбираться с этим было некому и некогда, поскольку предположения зеленого коротышки начали сбываться. Причем самым худшим образом. Вздымая землю тут и там поднимались массивные туши жировиков. И тех, кто закопал их, скрыв в исполинские гнилые туши под слоем дерна. Костяные пауки. Некроманты, видимо зная о возможном подкреплении к защитникам крепости, озаботились подготовить засаду. И она полностью удалась.

— Не ломать строй! Латники, сдерживайте вурдалаков и не оглядывайтесь! Если нас окружили это значит лишь то, что теперь атаковать можно в любом направлении! — Тимон по-прежнему голосил как стая баньши, перекрикивая шум ставшего вдруг в разы более тяжелым боя. Но кроме того он и действовал. Встающий прямо посреди солдат с пиками жировик, уже успевший ударить своими руками трех или четырех бойцов, убив их на месте, потерял голову. Её стиснуло телекенитеческим захватом и просто отвинтило. Челюсти чудовища, крутившееся вместе со всей башкой вокруг своей оси, успели лишь лязгнуть разок, а потом гнилая плоть не выдержала нагрузки и лопнула. — Маги, какой безрукой дегенрат учил вас колдовать?! А ну сообразили атаку по площадям или хотя бы защитные барьеры, пока нас тут всех едкой дрянью не заплевали!

Подавая пример, Тимон показал настоящий мастер-класс по разбазариванию боезапаса. А именно им была загружена волокуша, которую он тащил при помощи телекинеза. Бочонки с порохом летели один за другим, и в полете их догоняла небольшая молния, устраивавшая подрыв. Окопавшиеся слишком далеко от людей или просто медлительные монстры стали его законными целями. Волшебники поддержали его огненными шарами и прочими масштабными чарами. За десяток секунд разлетелись на кровавые ошметки примерно с десяток мертвых гигантов и впятеро большее количество своеобразных стрелков нежити. Проблема была в том, что куда большее их количество уже сблизились с солдатами достаточно, чтобы не бояться подобного обстрела.

Разогнавшиеся не хуже рыцарского коня костяной паук налетел на гнома-геоманта, внезапно оказавшегося лицом к лицу с противником и костяные челюсти откусили ему руку. А потом и голову, ведь с такой раной волшебник уже не мог сопротивляться.

— Проклятье! — Фиэль была вынуждена отпустить управляемые ей древесные конструкты, сейчас мутузящий кинувшихся в атаку вурдалаков. Иначе бы эльфийку тоже банально съели. Одновременно управлять энтами и отбрасывать от себя плотоядно роняющего слюни на землю жировика волшебница просто не могла. — Это ж надо было так попасться! Лонари! Ты же должна была проверить территорию, по которой мы идем!

— Я проверяла! — Крикнула в ответ рейнджер-недоучка, делая выпад тонким длинным мечом и пронзая брюхо трупа-переростка. Ему, впрочем, на хлынувшие из пуза кишки было наплевать. Вооруженные какими-то гнутыми железками руки взметнулись волной и врезались в одного из дворфов, отчаянно старающегося перезарядить свой мушкет. Тот попытался заслониться, но сила чудовища была достаточной, чтобы рассечь пополам и ствол оружия, и самого стрелка. — Как и еще десяток следопытов из разных отрядов! Спрятаться от нас без по-настоящему сильного колдовства не могла даже мышь!

Бойцы наемных отрядов сражались умело и отчаянно, стараясь держаться плечом к плечу. Но нежить превосходила их и численно, и качественно. К счастью не слишком сильно, раза в полтора. Она не имела на себе брони, а те из тварей, что пользовались оружием, в лавке старьевщика получили бы за свои дрянные клинки в лучшем случае пару медных монет. Одинокого вурдалака более менее грамотный мечник мог просто нашинковать на куски…Однако, после этого ему требовалось немного отдохнуть и уделить внимание полученным повреждениям. А мертвецы не уставали и не чувствовали боли от ран. К тому же они с готовностью шли в самоубийственные атаки, получая несовместимые с дальнейшим существованием повреждения, но давая другим монстрам возможность для атаки. Мало-помалу упорядоченный поначалу строй живых бойцов превращался в беспорядочную свалку, где преимущество было у покойников.

— Не экономить рунные стрелы и боевые артефакты! — Рявкнула Златокудрая, уклоняясь от плевка зеленой дрянью. Та плюхнулась на одного из человеческих бойцов, вооруженного двумя короткими клинками. Судя по тому, как тот немедленно начал ругаться, его кожаная куртка плохо спасала от едкой слюны костяных пауков. Волшебница резко выдохнула и сплела руки в жесте заклинания иллюзии. Громадная и несуразная многоногая овца замерла, пытаясь осознать свое положение. На спину ей тут же запрыгнул вооруженный кинжалами солдат и начал вонзать их в затылок пребывающего в плену грез существа. Увы, долго воздействие на жировике не продержалось. Стряхнувший с себя наваждение монстр взрвел и хлопнул невероятно изогнувшимися верхними руками по голове. Человека ударом расплющило в кровавую кашу, но заодно тварь раскрошила сама себе череп, после чего и издохла. — Сейчас речь идет о наших жизнях!

— Еще бы они у меня были, эти самые артефакты! — Костяная Острога танцевала на одном месте, пытаясь вызвать себе на помощь каких-то духов, но вот результата действий шаманки как-то никому не было видно. — Я ведь просила купить мне пару-тройку десятков человеческих костей! Или хотя бы вурдалачьих! Нет, говорили вы мне. Сама после первого же боя бесплатно наберешь, если надо будет!

— Признаю свою ошибку. — Повинился перед ней гоблин, даже и не думающий слезать с плеч орка. А то в схватке и круговерти боя его могли бы банально союзники затоптать. Мал двигался как танцевал, небрежно взмахивая секирой. Острое как бритва и яжелое, словно навершие боевого молота лезвие легко перерубало даже защищающую голову костяных пауков клетку из ребер. Там, где простые бойцы были вынуждены наносить пять-шесть ударов по одному месту, чтобы добраться до наиболее важных внутренностей твари, ему хватало всего одного. Ну, в крайнем случае, двух. А засевший на закорках собственный маг приходил на выручку в самых тяжелых ситуациях, тормозя врагов телекинезом или обескураживая молниями. — Но в то время подобная покупка необходимых для зачарования ингредиентов казалась абсолютно нерентабельной! К тому же мы и так привлекли к себе непозволительно много внимания! А тебе требовались еще и ритуальные жертвоприношения!

— Кроликов! — Выкрикнула в ответ шаманка, резко останавливаясь. Синхронно с последним движением её танца ближайший жировик замер, так и не донеся зазубренный серп до груди сбитого на землю эльфа-мечника. А потом повалился вбок, так как не мог сохранить равновесие, будучи парализованным. Тут же сразу двое наемников-людей принялись колотить ему по голове своими булавами. Однако череп твари держался и сдаваться их усилиям так сразу не собирался. Подскочивший к парочке дварф вставил в раззявленную пасть чудовища мушкет и спустил курок. Картечь вышла из затылка монстра и ранила одного из бойцов в лицо, Тот взвыл, схватился за голову и пообещал обесчестить маму злополучного помощника. — Я бы могла умастить духов даже кровью жалких кроликов! Да, пользы бы подобные помощники принесли немного, но это же лучше, чем ничего!

Гоблин ей ничего не ответил, поскольку был очень занят. Опомнившиеся от вспышки некроманты рискнули приблизиться на дистанцию, с которой заклинаниями они промахивались уже достаточно редко. И они были намерены отомстить за свой испуг. А может просто не могли достаточно точно прицелиться по обычной пехоте, поскольку обзор им перекрывали собственные твари, а тут такая выделяющаяся на общем фоне цель. Комки неприятного гнилостно-зеленоватого света летели настоящим ливнем и неуклонно пытались поразить Тимона, перехватывающего их при помощи подручных предметов. Кусков камня, чьих-то доспехов, мертвых тел, неживых, однако вполне себе активно сопротивляющихся вурдалаков. Последние, кстати уже вырезали всю первую линию щитоносцев и уже активно грызлись с копейщиками, уверенно склоняя чашу весов на свою сторону.

Несмотря на все усилия, строй уже в нескольких местах оказался прорван. Большинство таких разрывов появились в результате атак с тыла, которые не смогли достаточно оперативно остановить, но кое-где бойцы дрогнули и стали пятиться. Или просто умерли, будучи растерзанными ордой тварей на куски.

— Уходим! Только не бежать, кто подставит врагу спину, того сам зарублю! Пятьтесь и бейте! — Крикнул громила в рогатом шлеме, разваливая клинком бросившегося в ближний бой костяного паука. Вот только оружие капитана наемников застряло в теле нежити. А когда человек оперся ногой о поверженного противника, чтобы вытащить клинок, в бок ему врезался вурдалак и повис на человеке, словно собака на медведе. Из под вцепившихся в ладонь челюстей брызнула кровь. Кольчужные перчатки, кажется, остались не пробиты, но тиски зубов просто раздавили живую плоть.

— Все отступаем, битву сейчас нам не выиграть! Пробивайтесь к лесу, там мясным танкам будет сложнее бегать, а костяным паукам целиться! — Поддержала его идею Фиэль, усилив свой голос магией иллюзий и посылая в вурдалака небольшую огненную стрелу. Нежить вспыхнула, но разжала зубы лишь после того, как наемник пошерудил в её глазнице длинным и тонким кинжалом. Волшебница отметила благодарный кивок от союзника и летевший ей в лицо плевок едкой слюны. Его принял на себя возникший вокруг эльфийки волшебный щит, но она была вынуждена тут же снять энергозатратный барьер. — Да шевелитесь вы! Живой партизан причинит врагам больше проблем, чем доблестно павший на поле битвы герой!

Чародейка чувствовала как убывают её силы, в глазах еще не темнело, но руки и ноги уже начинали отчетливо дрожать. Корни, которые она своей магией заставляла выкапываться из земли и оплетать монстров, все чаще рвались или затягивались недостаточно быстро, упуская жертву. Волшебнице и её отряду уже не раз приходилось спасаться бегством от более сильного противника. Но обычно это было на хорошо знакомой им территории. И каждый раз после подобного маневра эльфийка с зубовным скрипом считала потери. А затем лично делала могилы, в которые так никогда и не опустятся тела тех, кому они предназначены. Ведь в лучшем случае трупы оказывались сожраны нежитью, а в худшем пополняли её ряды.

Медленно-медленно, теряя бойцов, остатки сборной солянки наемных отрядов начали пятиться. Были бы на их месте ополченцы или даже какие-нибудь регулярные части новоборанцев, то они бы уже давно побежали. Но среди тех, кто зарабатывал оружием на хлеб трусы и паникеры долго не задерживались. Привыкали к смерти рядом с собой, умирали, находили себе более спокойный род занятий.

— Помогите! — Заверещала Острога, чью ногу пропорол ржавый меч одного из последних скелетов. Остальные костяки уже были разбиты на кусочки, но этот еще частично сохранился. Его лишившийся ног торс при помощи одной руки полз по земле, а второй бил по кому попало. Полукровка снесла ему голову легким копьем, используемым на манер боевого шеста, но её штаны из шкур начали быстро пропитываться кровью. С такой раной шаманка еще могла некоторое время сражаться, а вот оторваться от преследования нежити уже бы не сумела. — Не бросайте меня! Пожалуйста!

— Пумба, ты вынесешь двоих? — Уточнил гоблин, пригибая голову. Заклятие одного из некромантов разминулось с его ушами лишь на пару пальцев.

— Нет! — Коротко ответил орк, прихрамывая и морщась от боли в боку. Удар жировика, сжимавшего в лапе кирку, прогнул стальные латы, оставил после себя сильнейший ушиб и клочья гнилого мяса, застрявшего на шипах. — Мне самому бы уйти. Ох. Черт, вроде не хромаю, а ноги переставлять больно.

— Тогда готовься принять полутрольку. — Решил Тимон и приготовился спрыгнуть в круговорот битвы, словно в озеро. — Фиэль, зайка, лови меня!

Волшебница шарахнулась от летящего гоблина в сторону, тут же раздался громкий треск, а спину чародейки рвануло болью. На секунду ей показалось, что оскорбленный её поступком зеленый коротышка вонзил в свою невольную подручную кинжал…Однако Златокудрая быстро поняла свою ошибку. Мелкий поганец, разрушивший её жизнь, стоял на вколоченных в землю останках костяного паука. Подкравшийся сзади монстр готовился вонзить свою ужасающие челюсти в спину Фиэль. И даже уже почти сумел до неё дотянуться, когда эльфийка резко отшатнулась. Один из острых словно лезвие клыков прошелся по ней, распоров зачарованную на прочность одежду и слегка надорвав кожу.

— А если бы я тебя действительно ловить стала?! — Подняла глаза на гоблина волшебница. Выглядел он кстати еще хуже чем обычно. Судя по покрытой отвратительно пахнущими струпьями роже, как минимум одно заклятие ускоренного гниение от магов смерти все же попало в свою цель. Однако зеленый коротышка все-таки был жив и несмотря на запятнавшую его одежду кровь широко скалился. Хотя, возможно, у него просто разрушились губы. В той мешанине плоти, которой теперь стало его лицо, даже глаза и нос удавалось найти то не сразу. — Что тогда?!

— Мне было бы очень стыдно. — Ковырнул ножкой череп костяного паука гоблин. Все еще продолжающий дергаться монстр затих, когда его голову дополнительно вогнуло внутрь. — И еще я бы оказался вынужден вынести твое истекающее кровью тело с поля боя. Прямо как в романах и балладах. Романтика, понимать надо!

— Не надо. — Сердечно попросила его волшебница, стирая с лица брызнувшую на неё кровь. Оказавшегося неподалеку дварфа пробил здоровенным зазубренным гарпуном жировик, а после поднял над головой, словно ужасные и стонущий от боли флаг. Целый фонтан алой жидкости из громадной раны окропил собою десятки сражающихся. — Я против! К демонам романтику, лучше приставай ко мне как раньше! А сейчас прекращай заниматься ерундой и давай выбираться отсюда!

— Как прикажите, леди. — Изящно поклонился Тимон, как бы невзначай хватая эльфийку за поясницу и заставляя согнуться вместе с собой. Плевок едкой жижи едва-едва разминулся с частично седыми волосами. — Тогда хватит болтать и вычерпывать из себя силу до донышка, начинайте шевелить своими булками! И если мне покажется, что они колыхаются недостаточно быстро, то я оставляю за собой право шлепнуть по ним рукой! Своей! Или нет, лучше вон той, лежащей у наших ног…Или той, несколько правее на мизинце которой осталось какое-то интересное золотое кольцо с большим камнем…Ах, нет, он фальшивый…

— Извррращенец! — Прорычала Фиэль, находясь уже на полпути к лесу. Впереди неё отступали Мал и тот самый верзила в рогатом шлеме, а потому ближайшая нежить находилась в несколько расчаленном виде. — Не смей ко мне приближаться!

— А я и так уже рядом! — Нагло прогудели ей в тыл и отвесили полноценный шлепок. Правда, прислушавшись к тактильным ощущениям, эльфийка с облегчением констатировала, что пока для этого были использованы собственные конечности гоблина. А потому испугалась, потому как этот факт её успокоил.

Глава 21

Мутный изумруд, закрепленный в серебряном браслете, хрупнул и покрылся сетью трещинок. Голова гоблина с вырвавшимся сквозь зубы стоном откинулась на грудь эльфийки. Та издала какой-то сиплый звук, нечто среднее между стоном и храпом. Но не проснулась.

— Все. — Констатировал Строри, с сожалением взирая на целительный артефакт. Последний из тех, которые еще как-то работали. — Теперь его только на переплавку.

— Ну, вот, хорошую штуку сломали. — Гоблин переложил голову с одной мягкой подушечки на другую. Руки его продолжали цепко сжимать ставшее в разы не таким уж и ценным украшение. Фиэль не возражала. После того, как ей пришлось устраивать натуральные лесоповал, чтобы замедлить погоню нежити, волшебница элементарно упала в обморок. Который плавно перерос в здоровый сон. Сотворение из мирных деревьев энтов в большом количестве, пусть и по очереди, вымотало Златокудрую донельзя. — И дорогую наверное.

— Зато с её помощью целых пять тяжелораненных смогли полностью излечиться. — Безразлично пожал плечами дварф, не испытывающий пиетета перед артефактами. Ремесленники Стальхольма могли наделать подобных чуть ли не в любом количестве. И не делали этого лишь, чтобы не сбить цены на свою продукцию. Даже война с нежитью не изменила правил заправляющих там всем и вся гильдий и кланов. — А не заполни мы её принудительно, она могла бы работать еще лет сто. Но спасая лишь одну жизнь в неделю.

— Да, вещи должны служить людям, а не люди вещам. — Спокойно кивнул жрец, который и являлся хозяином сломавшегося амулета. — Про людей это я в широком смысле, то же самое относится к представителям любой расы. Пойду к своим, сейчас многие растеряны и напуганы. Не могу унять боль от их ран физических, так хотя бы начну врачевать душевные.

— Гоблины бы с тобой не согласились насчет того, кто кому предназначен. — Качнул головой вслед уходящему человеку Мал, наблюдая за расстроенным Тимоном. Когда другие маги валились с ног, не успев восстановить и десятую часть своих сил, зеленый коротышка уже полностью отдохнул. И даже успел частично ободрать со своего лица часть ужасно выглядящих и пахнущих струпьев, из под которых лезла здоровая кожа. Именно поэтому Фиэль и заставила его заряжать опустошенные артефакты, которые немедленно пускались в дело. И, будучи опустошенными, снова наполнялись силой. Пока не ломались, не выдержав потока грубой чужеродной энергии. — И дварфы некоторые тоже. Самые жадные.

— Ты на кого намекаешь? — Воинственно встопорщил бороду Строри. Полусотника минувшая битва только раззадорила. Просто потому, что ужасающего разгрома он не помнил. Ему жировик саданул старым кузнечным молотом по голове, отправив в бессознательное состояние на несколько часов. Шлем и толстые кости дварфийского черепа спасли Строри жизнь сначала, а подхватившие своего командира при отступлении верные подчиненные потом. — Мы все свои целительские штучки отдали на общее дело! И даже парочку боевых зарядили, наплевав на риск их детонации!

— Просто большее их количество не согласился напитать мной я. — Заметил гоблин. — Вы то артефактов себе и новых добудете, а вот запасного меня как-то нигде не лежит. Хм. Вернее лежит, но потом вряд ли мы с вами еще увидимся.

— Цыц ты! — Шикнул на него Мал. — Вокруг же чужие!

— И чё? — Скептически глянул на громилу Тимон. — Все вымотались настолько, что я могу объявить себя верховным демоном Пылающего Легиона. Никто не услышит. А услышит, так не поймет. А поймет, так попросит поделиться травой, от которой так классно отдыхается.

Фиэль Златокудрая согласно всхрапнула. Если бы её разбудили, она бы согласилась с каждым словом. И была бы готова на что угодно в обмен на то, чтобы ей позволили еще немного поспать. Одна из уцелевших подчиненных эльфийки подошла к компании командиров своего отряда и совершенно неизящно плюхнулась на землю. Да еще и старчески закряхтела при этом.

— Из нашего отряда уцелело тридцать пять эльфов и девять дварфов. Хорошо, что большая часть народа осталась либо на лесозаготовках, либо повезла к нашему основному лагерю припасы. Иначе потерей двадцати одного новобранца и восьми ветеранов мы бы не отделались. Всего из лап нежити вырвалось куда больше наемников, чем мне казалось изначально. Целых триста одиннадцать бойцов, чуть больше четверти от всего количества угодивших в засаду. — Лонари Серебрянный цветок задумалась, а потом поправила саму себя. — Триста восемь. Трое умрут в ближайшем будущем, я вообще не понимаю, как они до сих пор смогли остаться в живых. У одного сквозное ранение головы, какое-то заклятие некромантов умудрилось прошибить её навылет. Второй потерял почти всю кровь и кишки, кроме тех, которые смог утащить с собой в руках. С последним вообще настоящие чудеса творятся. Простой крестьянский парень, до прошлого года мирно пахавший землю, до сих пор умудряется звать маму, лишившись сердца. Его ему просто вырвали вместе с еще парой ребер! Целители, которые на ногах то не стоят, теперь вокруг данного феномена хороводы ползают, пытаясь понять как такое вообще возможно.

— Скажи им, чтобы бросили маяться дурью и поискали сердце справа. — Буркнул гоблин. — Иногда бывают такие аномалии в развитии. И пусть на некромантию проверят. Может парень восстал высшим умертвим и умудрился не заметить этого?

— Думай чего говоришь, лягушким сын! — Попыталась обжечь коротышку взглядом эльфийка, негодующе взирая на то, как тот использует её командира в качестве подушки. Тот, впрочем, продемонстрировал изрядную толстокожесть и лишь лениво скосил на рейнджершу один глаз. — На темную магию с таким ранением его проверили в первую очередь. Ничего! В смысле, ничего такого. Рана, от которой надо умереть на месте есть, а её обладатель все равно живой.

— Когда мы шли прямо в лапы к ждущим нам тварям, тоже никто и ничего не обнаружил. — Малоэмоционально хмыкнул гоблин, подцепляя ногтями один из струпьев на своем лице и начиная медленно его тянуть. — Между прочим, за этот косяк Фиэль с тебя еще спросит. А я спрошу с неё, причем крайне жестко, может быть даже жестоко и с привлечением дополнительных специалистов. Скажем, Сури, когда мы наконец вернемся в наш поселок. Кому еще было искать закопавшуюся в землю нежить как не друиду? Если только рейнджеру, способному увидеть следы засады. Пауки могли вырыть ямы и забросать жировиком дерном, но я готов сожрать собственную шляпу, если эти участки ничем не выделялись.

— Ты не носишь шляпы. — Заметил Мал, качая головой. Воин признавал правоту слов зеленого коротышки. И ему очень хотелось отвесить пару тумаков тем, кто не смог вовремя распознать засаду.

— Ну, потому ей и клянусь. — Гоблин посмотрел на орка как на идиота. — Но это ничего не меняет! Не хватит у низшей нежити мозгов на то, чтобы полностью убрать следы своего присутствия. Да и как можно распрямить траву, примятую сотнями ног? Повторить естественный узор подстилки из опавших листьев? Вернуть на место сломанные ненароком ветки деревьев, которых жировики не могли не наломать?

— Друидизмом. — Подсказал Мал, почесав лысину. — Не, ну а чего? У нас с отрядом охотников всегда ходил хоть один, которого шаман научил тропу за собою прятать. Мудрость предков дело тяжелое и покоряющееся лишь избранным, но уж обучить взрослого орка хотя бы паре полезных обрядов всегда удавалось.

— Среди людей имеются хорошие охотники, способные так же управлять силами леса. — Неохотно признала Лонари. — Некоторым браконьерам удавалось прятаться на окраинах Кель Таласа годами, прежде чем их настигало заслуженное возмездие. Во многом именно отловом таких уникумов и занимались рейндежры.

— Вряд ли среди некромантов много лесных жителей, добывающих себе пищу охотой. Они в большинстве своем ренегаты из Даларана или сектанты человеческих земель, в общем, территорий, где развито сельское хозяйство. Наверное, нам просто не повезло. — Задумался гоблин и, оставив в покое кожу на лице, попытался взбить свою подушку. Остановился лишь после того, как так и не проснувшаяся Фиэль пообещала кого-то прикончить, если ей будут мешать вкушать заслуженный отдых. — Или один из вражеских чародеев выучил нужное заклятие по личным мотивам. Например, приводил в порядок газон, по которому надо было пробраться, чтобы прошмыгнуть в женское общежитие. Чтобы попасть туда, где их могли ждать молодые симпатичные дурочки вроде тебя, которых так легко обольстить, подпоить, завалить…

Лонари замолчала и надулась. Крыть ей было нечем. Вернее, она просто опасалась вступать в спор со злоязыким коротышкой. Он явно просто жаждал доказать, что она именно такая, как и говорил гоблин. Или ославить её старой никому не интересной развалиной. Девушка даже не могла решить, какой вариант хуже.

— Разбудите меня утром. — Зевнув, попросил гоблин. К нему и Фиэль начала со всех сторон стягиваться опадающая с деревьев листва, укрывая их обоих зеленым одеялом. — Или если нападет нежить. Но в последнем случае я буду сопротивляться, а потому лучше пользуйтесь длинной палкой. Или вурдалаком.

— А ужинать? — Удивился Мал, потирая ноющее брюхо. Он правда не был уверен, облегчит ли еда его состояние или ухудшит, но склонялся все же к первому. Орки вообще ради того, чтобы дотянуться до куска хорошо зажаренного мяса, могли даже собственную смерть ненадолго отложить.

— Говорил ли я тебе, что во время отступления пробежал мимо останков повара какого-то отряда? — Глухо спросил гоблин, уже видимо наполовину погружаясь в стану грез. — Вурдалаки все-таки невероятно глупы. Зачем было сжирать половину лица отбивающемуся тесаком и наверняка немытому человеку, если у того в рюкзаке имелось порядочно копченых колбасок? Они же явно лучше на вкус.

— И где они? — Подозрительно уточнил Мал.

— Кончились. — Уже почти засыпанный до листьями по самую шею Тимон похлопал себя по слегка округлившемуся пузу. — Иначе с чего бы мне здесь лежать? Вымотаться я практически не могу, а вот банально обожраться…

— Тьфу! — Сплюнула на землю Лонари и гордо отвернулась. Но организм подвел свою хозяйку, и в животе у той раздалось голодное бурчание. Естественно при отступлении спасать обоз никто не стал, а потому сейчас бойцы были вынуждены питаться тем, что у них хранилось при себе. Если хранилось…Вот только молодая рейнджер еды при себе никогда не носила, поскольку не сомневалась в своей способности добыть дичи. Увы, для того чтобы пойти на охоту ей требовалось найти во-первых стрелы, а во-вторых лук. А они остались где-то на поле боя. Сломанными.

— Но впрочем, несколько штук у меня еще сохранилась. — В доказательство своих слов из груды листвы взвилась вверх зеленая рука, цепко сжимающая колбаску. Легкий ветерок доставил аромат копчености к носу голодной эльфийки и рот её немедленно наполнился слюной. — Но вам я их не отдам, потому как у вас документов нету.

— У меня есть клановая татуировка. На левом плече находится. Змея, череп которой разбивает копыто. — Припомнил Мал, даже не задаваясь вопросом, зачем могли понадобиться гоблину документы. — Ни один орк её не подделает. А если подделает и попадется, то он уже будет не орком, а вонючим пометом степенного шакала.

— Могу предъявить расписку на закупку пороха, выписанную на мое имя. — Фыркнул Строри, тоже внимательно принюхиваясь к возможному ужину. — Взял на всякий случай, вдруг придется возвращаться и вешать интенданта на его собственной бороде, если товар он продал плохой.

— Сойдет для сельской местности. — Фыркнул гоблин и по две колбаски, вырвались из под слоя листвы, спланировав в подставленные руки. — Давай сюда свою расписку!

— А мне? — Обиженно и вместе с тем с надеждой поинтересовалась Лонари Серебрянный цветок. — Я тоже хочу!

— Если нет удостоверяющих вашу личность документов, то прошу пожаловать ко мне под бок на процедуру установления личности. — С готовностью откликнулся гоблин. — Для начала освидетельствования разденетесь до пояса, ну или хотя бы снимите свой балахон.

Эльфийка молча встала и ушла на другой конец лагеря.

— Ну и зачем тебе было над ней издеваться? — Неодобрительно покачал головой Строри.

— А вдруг бы прокатило? — Вопросом на вопрос ответил Тимон. — Втроем лежать тут было бы теплее и интересней, чем вдвоем. Вот только этот её рейнджерский костюм… Знаешь, женщины, у которых холодная кольчуга лишь чуть-чуть прикрыта тканью нервируют мою нежную чувствительную кожу. Особенно если под спину нечего подстелить, а оделяло отсутствует как класс.

— Угу. — Орка такие мелочи волновали не сильно. Во всяком случае до тех пор, пока с неба не повалит снег. — А зачем тебе были нужны документы?

— За ночью обязательно придет утро. И потому я могу сказать вам только два слова. — Голос гоблина стал каким-то…возвышенным? Но следующая фраза тут же убила все впечатление. — Туалетная бумага!

Следующим утром сборная солянка неамных отрядов потащилась обратно в Ринстоун. Участвовать дальше в драках с нежитью они не только не хотели, но и не могли. Во всяком случае, без возможности пополнить свои ряды и обзавестись снаряжением. Орды тварей, возможно и сновали по дорогам, да вот только к ним никто выходить и не думал. Даже если бы на пути не попалась нежить, то всегда оставался шанс встретиться с крупным и организованным отрядом Альянса. И все, прости-прощай вольница, здравствуйте ряды ополчения. Там, конечно, кормят, поят и даже снабжают всем необходимым для жизни, но профессиональные бойцы под командование абсолютно незнакомых им личностей почему-то не стремились.

— Мне решительно не нравится подобный способ вести войну. — Жаловался Фиэль гоблин, по старой памяти усевшийся на загривок к орку. Мал пробовал нахальную зеленую мелочь сгонять, но успеха не добился. Тимон действовал в соответствии с наставлениями по тактике от лучших стратегов комариного племени. Сначала отлетал в сторону, а потом возвращался на прежнее место и начинал противно зудеть. — Какой смысл бодаться лоб в лоб с ордами марионеток! Нам надо вырезать кукловодов! Живых в Азероте намного меньше чем мертвых. Возможно даже меньше чем мертвых, находящихся в удовлетворительном для ритуалов некромантии виде. Однако даже с учетом того, что девять из десяти некромантов лишь снабженные демоническими артефактами недоучки, готовить их требуются годы. Вырежем определенное количество сектантов, и орды тварей просто некому станет вести в битву. Ну, кроме Нер Зула. Однако каким бы ни был разум этого немертвого орка, успеть контролировать монстров везде и всюду он просто не в состоянии.

— Ну и чего ты предлагаешь? — Фиэль была зла, голодна и устала. После сна на земле, пусть даже с некоторой подстилкой из листьев, ломило все тело. А еще время от времени ныла грудь, отдавленная вроде бы маленьким, но оказавшимся крайне увесистым коротышкой. Однако она была раздражена не настолько, чтобы выплескивать свою Агрессию на Тимона. Не то чтобы волшебница боялась…Просто работал её инстинкт самосохранения. Жизни и здоровья её лишать бы не стали, а вот как-нибудь оскорбить или прилюдно облапать могли вполне. — Собрать все эти остатки и вдарить по одному из городов некромантов? Так мы туда, во-первых, без припасов не дойдем. А во-вторых, на своей охране сектанты не экономят. Алтари-зиккураты даже без защищающих их бойцов в состоянии уничтожить магией незваных гостей. Ну и, в-третьих, наемники из чужих отрядов меня просто не станут слушать. Они в большинстве своем люди, а я имею кое-какую репутацию лишь среди своих сородичей. Весьма неоднозначную к слову.

— Ой, да ладно тебе! — Всплеснул руками гоблин и случайно съездил своему транспорту по уху. Орк глухо заворчал и снова попытался стряхнуть проблемного пассажира. Безрезультатно, руки его до зеленого коротышки просто не дотянулись, столкнувшись с незримой преградой. — Можно подумать риска будет много больше, чем сейчас! Помереть легко и на поле боя, если нас опять попросят заткнуть какую-нибудь внезапную атаку тварей. А требующих срочной помощи ситуаций сейчас, после прорыва обороны побережья, должно возникнуть очень и очень много. Зато пользы и нам, и всему делу войны с нежитью в случае успешной операции выйдет вагон и маленькая тележка!

— Ладно. — Златокудрой было легче согласиться с настырным гоблином, чем и дальше терпеть его нытье. — Что я должна сделать, чтобы ты от меня отстал?

— Всего лишь начать подготовку к недружескому визиту в гости сектантам сразу после того, как мы переведем дух. Нужно не бросаться очертя голову в схватку с ближайшей нежитью, а аккуратно передислоцироваться в её тыл. И там нанести неожиданный и болезненный удар. — Гоблин старался казаться паинькой и робко улыбаться. Ну, настолько, насколько мог. Выходило у него как всегда нечто среднее между оскалом вурдалака и обнаженными в знаке угрозы зубами тигра. — Да, свои твердыни сектанты охраняют. Но не могли же они совсем не ослабить гарнизоны, если бросают сейчас все силы на побережье? К тому же у нас есть маленький козырь в рукаве.

— Да? — Златокудрой думать было тяжело. И шагать тоже. А делать все это вместе было решительно невозможно. Хорошо еще, что её не мучила жажда магии, иначе бы после недавнего переутомления приходить в себя эльфийке пришлось бы не меньше месяца. — И какой же?

— Вряд ли некроманты какого-нибудь глухого угла знают в лицо суккубу-ренегатку. Точку для атаки надо выбрать так, чтобы она находилась неподалеку от прекрасно известных и безопасных для нас земель Кель Таласа. Тогда появится возможность в случае проблем сбежать, а при победе упереть в качестве трофеев все, что не приколочено гвоздями. — Довольно ухмыльнулся гоблин. — Главное забросить Сури в пределы охраняемого периметра и не привлечь к ней внимания демонов. У сектантов вопросов и подозрений к априори своей не возникнет. А если кто-нибудь получит от неё предложение ненадолго посетить укромный уголок, то сопротивляться он вряд ли будет. Как и жить после того, как исчезнет из виду.

— Слишком рискованно. — Златокудрая демонице не доверяла. Ни на грош. — Если она нас предаст, недавний разгром покажется дружеской перепалкой.

— Для правдоподобности и болей эффективности действий обеспечим Сури парочкой-троечкой экзотических рабынь. Думаю ты, Лонари и Острога вполне подойдете. Еще бы раздобыть вора женского пола из расы гномов, на случай, если понадобится вскрыть сейф или скрытого педофила очаровать. Против такого состава точно никто и ничто не устоит! — Мелкий зеленый коротышка аж облизнулся, видимо уже в красках вообразив себе какое-то крайне непристойно зрелище. — О да! Кожа, цепи, может быть даже какие-нибудь аккуратненько сделанные следы от хлыста, для полной идентичности невольницам! Ну и конечно надсмотрщик! Ему по всем канонам надо быть мерзким, отвратительным и похотливым, чтобы прекрасных дев подчеркивало еще и резким контрастом. Хм, я бы подошел идеально, но недостаточно крупный и жирный. Как думаешь, удастся за пару недель вытянуться хотя бы еще на полметра и вырастить себе пивное брюшко?

— Нет! — Аж содрогнулась Фиэль при мысли, в каком виде ей придется ходить по городу некромантов и возможно сражаться. Даже в случае победы после такого она умрет со стыда. А если что-то пойдет не так, и волшебница не успеет вовремя себя убить?! — Это слишком опасно!

— Немногим опаснее, чем вышибать клыки вурдалакам. — Не желал слушать её гоблин. — Зато прибыльней и эффективней! К тому же в твоих интересах быть хорошей девочкой и провернуть с моей помощью данную операцию. Просто потому, что тогда я не будут тебя наказывать за промах с закопанными в землю монстрами. Кто должен был почувствовать их гнилые туши, как не друид? Растения не могли не заметить такой большой пласт агрессивных органических удобрений!

— Причем тут я! — Возмутилась волшебница. — Сенсорные чары очень сложные! Да и вообще, раз рейнджеры и следопыты ничего не нашли, то и от стандартных заклинаний толка бы не было. Следовало использовать усиленные, требующие куда большего контроля и энергии. Если бы мне пришлось обшарить ими ближайшую округу, то сил на сам бой почти бы осталось! Да и вообще не факт, что даже и их бы хватило на обнаружение засады. Тот, кто занимался её размещением, свое дело явно знал.

— Но должен же кто-то ответить за то, что я едва не стал маленьким пунктом в обеденном меню нежити! — Непреклонно заявил гоблин и чуть не стукнул по лысине своего носильщика, видимо в запарке приняв её гладкую поверхность за хорошо отполированную деталь мебели. — А других капитанов наемных отрядом мне выпороть никто не даст. Да и нет среди них женщин, на чьи ягодицы было бы приятно глянуть при процедуре установления надлежащей дисциплины.

— Ты чокнутый садист. — Простонала Фиэль, отчаянно пытаясь сопоставить между собой риск и последствия операции, на которую подбивал её гоблин. Не то чтобы прозвучавшая унроза лично ей могла бы сильно поколебать чашу весов. Однако, свое воздействие она все же оказывала. — Это шантаж!

— Да, я такой. Тиран и деспот. — Скромно кивнул зеленый коротышка, якобы в смущении потупив глазки. — Ну что, мне заготавливать розги?

Глава 22

Тяжелая и густая капля жидкости органического происхождения с характерным цветом и запахом, упала вниз. На воздухе она быстро стала терять свою текучесть и становиться все более плотной, но конечно же не успела завершить этот процесс прежде, чем столкнулась с препятствием и разлетелась во все стороны мелкой взвесью.

— Проклятая птица! — Некромант в гневе швырнул в пролетевшую над ним жирную упитанную ворону полноценное боевое проклятие. При этом он даже не воспользовался посохом, который незадолго до этого прислонил к воротам города Кроша, чтобы без помех иметь возможность лакомиться принесенным ему на обед жаренным барашком. Черные перья посыпались во все стороны и крылатая мишень, на лету теряя плоть камнем рухнула вниз. — Да вы чего, сговорились!

— Эй! — Прикрыл свою еду его напарник, опасаясь попадания в неё постороннего мусора. — Полегче!

— Да ведь уже второй раз за сегодня! Эти дурацкие падальщицы совсем обнаглели! — Неудачливый сектант полил свою голову содержимым стоящего рядом с ним кувшина, пытаясь смыть дурнопахнущий помет. А после перевел недобрый взгляд на человека в железном ошейнике, принесшего ему обед. — Ты чего стоишь, раб?! А ну быстро тащи мне еще воды! А потом вина!

— Если это заметят старшие братья, то тебе придется пройти обряд малого покаяния. — Мягко заметил ему напарник, возвращаясь к поглощению наварститого супа. Стоящие от него в двадцати шагах двадцать вурдалаков и жировик, от которых на жаре ощутимо несло падалью, не мешал магу смерти нисколько. Он уже давно привык к всевозможным запаховым оттенкам ароматов тлена и гнили. — Вкушать веселящие зелья на боевом посту есть грех.

— Плевать! Откуплюсь! Например, отдам в жертву нашему великому господину этот пока еще дышащий кусок падали! Все равно он ни к чему толком не годен! Нового куплю! — Маг смерти вытрясал из своей буйной и давно нестриженной шевелюры малейшие капли омерзительной жидкости. — А этих летучих крыс, которые обжираются мертвечиной в могильнике за храмом, давно пора всех перебить! Спать невозможно от их карканья!

Вздрогнувший от угрозы невольник, уже крутивший ворот расположенного у самых ворот колодца, заработал сильнее. Оказаться одним из тех, чьей плотью обжираются расплодившиеся в городе вороны ему сильно не хотелось.

— Да, кстати, насчет рабов. — Заметно оживился второй некромант. — Мертвый брат Фисеус привез новый товар. Люди как обычно пошли в бараки колеблющихся, где будут слушать проповеди во славу Нер Зула и вечности, а вот часть нелюдей сегодня вечером уйдет с помоста.

— Свежачок! — Оскалился отмеченный птицей колдун. — Это как раз кстати! Я как раз Ошуру должен рабыню купить взамен его игрушки, которую случайно разорвал мой личный страж.

— Как это он мог? — Удивленно покосился на ближайшего жировика некромант. — Сбой в чарах подчинения?

— Да нет, просто когда ко мне Ошур в гости пришел и захватил с собой рабыню, то мы её немного помучив отправили помыться. А дура видимо из-за помутнения в глазах перепутала выход во двор с подвалом, где я своих слуг храню. А им, если без хозяина, все живые всего лишь еда.

— Так может специально убилась?

— Хотела бы с собой покончить, выбрала бы менее болезненный способ. На цепи бы там повесилась или горло себе перерезала. Когда её живьем жрали, она так орала…Зато потом остальные рабы, кроме этого чурбана неповоротливого, себя стали вести как потомственные слуги. Не поверишь, даже желания мои научились предугадывать, боясь, что я их тоже тварям на прокорм отдам.

Слушавшаяся весь их диалог серая неприметная сова, сидящая на ветке в несколько десятков метров, сорвалась со своей ветки и полетела в родное дупло. Чары друидизма рассеялись и теперь в общем-то сугубо ночной птице незачем было подслушивать стражей ворот.

— Активных или пассивных магических щитов на некромантах не обнаружено. — Открывшая глаза Фиэль помотала головой и едва не повернула голову на двести семьдесят градусов. Сова то так могла, а вот использовавшаяся её в своих целях чародейка уже нет. — Проверила дважды. Впрочем, так и должно быть. Чары подобной сложности, перехватывающие угрозу, либо сложны до безобразия, либо жрут энергию как гномы пиво.

— Отлично. Подведем итоги. — Гоблин склонился над картой Кроша, испещренной пометками условных знаков. — Население города ранее составляло двадцать тысяч человек, сейчас их всего пять. Из них четыре с половиной тысячи составляют рабы, пленники, крестьяне, ремесленники и прочий гражданский персонал, который вряд ли возьмет в руки оружие. Вернее, обзавестись то они им могут, но с примерно равной вероятностью атакуют и нас, и сектантов. Остальные являются явными сектантами, новым правящим классом, с готовностью участвующим в темных ритуалах. Четыреста человек местных, сотня пришлых вместе с рабским караваном.

— Однако их все равно пять на одного. — Покачал головой Мал, окидывая неуверенным взглядом спрятанный в лесу лагерь. Чуть больше сотни эльфов, полсотни дварфов, десяток гномов и некоторое количество представителей иных рас, которых смогла собрать Златокудрая, выглядели грозной силой. Но абсолютно недостаточной для того, чтобы атаковать захваченный некромантами город.

— И демоны. — Вставила Сури, нервно покусывая губы миниатюрными клычками, превосходящими однако таковые у людей. — В бывшем здании ратуше, ныне ставшим темным храмом, проживают суккубы и падшие эредары. Около десятка и тех, и других. Плюс охраняет вход в него пара пылающих големов и стая гончих хаоса, насчитывающая тридцать собачек.

— Да, на солидную мы цель замахнулись. — Покачала головой Златокудрая, желающая как можно скорее увести свой отряд подальше отсюда. Когда она начинала разведку то и не думала, что обнаружит такое громадное количество противников, иначе бы уже давно была в родном Кель Таласе. Гоблин бы конечно бездарному провалу задуманной им операции не оказался бы рад, но она бы смогла найти для него подходящие аргументы…Или стерпела бы его недовольство, вне зависимости от способа выражения оного. — Слишком солидную. Лучше бы нам поискать чего-то менее важное для сектантов.

— Не дрейфить! При достаточном количестве орудий на километр фронта о численности и сопротивлении врага не докладывают, а требуют дальнейших задач. — Оскалился зеленый коротышка и стал походить на миниатюрного демона. Напряглись мускулы, что было отчетливо видно даже сквозь одежду. Заплясали в глазах отсветы потустороннего огня. Вокруг разлилось непонятное ощущение давящей силы…На которое жители Кель Таласа отреагировали заметным оживлением. Особенно новобранцы отряда. Исходящая от гоблина магия рассеивалась в пространстве, насыщая естественный фон, и становилась доступной для эльфов. — Эти твари в человеческом обличье недопустимо расслабились. Они хорошо подготовились к тому, чтобы отразить прямую агрессию. Однако либо они создали идеальную приманку для возможных диверсантов, либо даже и помыслить не могу о том, что их же методы возможно применить против сектантов.

— Людей они проверяют при помощи нежити, как-то способной отличить сектантов от нормальных людей. — Заметила Фиэль, потирая виски. Пять дней наблюдений за городом порядочно измотали друидку. Однако добытая ей при помощи птиц-шпионов информация того стоила. — Но да. На демонов это не распространяется. Во всяком случае до тех пор, пока не разошлась широка информация о суккбе-ренегате. А ведь её можно было использовать куда лучшим образом…

— Убивать Кел Тузеда или Артаса она бы не пошла. — Хмыкнул гоблин. — Слишком любит жить и жить хорошо. Верно, Сури?

— Да. — Демоница нервно пропустила сквозь пальцы боевой кнут, то ли успокаивая себя, то ли настраиваясь на скорую драку. Вместо которой бы предпочла валяться на мягких подушках и есть пирожные. На худой конец могла согласиться и на вариант со свежей соломой и тюремной баландой. Однако пришло время отрабатывать кормежку и грядущие перспективы неги и возможных удовольствий. — Вы говорите все верно, хозяин.

— И все же мне сомнителен успех. — Прогудел Строри, который так же как и гоблин склонился над картой. — Слишком много врагов. Целая тысяча.

— Только каждый десятый сектант пытается быть некромантом. — Напомнил ему гоблин. — Итого против нас четыреста пятьдесят недалеко ушедших от ополчения бойцов и полсотни колдунов-недоучек, из которых десяток ежедневно караулит ворота и стену. Они скорее предотвращают побеги рабов, а не высматривают врагов. Их по команде снимут снайперы.

— Но останется еще сорок. — Вздохнула Сури, неврно ежась. Она не хотела участвовать в грядущей мясорубке. Ведь именно ей была отведена одна из самых важных и опасных ролей. Однако выбора у ренегатки было еще меньше, чем у всех остальных. — И десяток из них это наставники остальных, являющиеся вполне себе профессиональными чародеями. И еще больше нежити.

— Пять сотен вурдалаков и двести костяных пауков. Неустановленное количество призраков, прячущихся от лучей солнца под темным храмом. Сорок один жировик. И один лич, который является главой пришедшего в город каравана — Принялся перечислять силы врагов Строри. — Нет, Тимон, нам надо отступить и сделать вид, что нас тут никогда не было. По крайней мере до тех пор, пока не появится возможность вернуться хотя бы впятеро большими силами! Какой-то ущерб мы им вне всяких сомнений нанесем. Но чтобы он оказался достаточным для временного захвата города… Это фантастика.

— Ты не прав старик. В корне неправ и сейчас сам поймешь ошибочность подобных суждений. — Грустно покачал головой гоблин, взирая на дварфа большими печальными глазами, словно обиженный щенок. — Фантастика это то, что ящик с динамитом сегодня с утра показал дно. Последний. А их мы брали с собой пять. Целых пять штук. И в каждом лежало по сорок первоклассных гоблинских шашек.

— Что? — Не поняла Сури.

— Каждая ночная птица, которую с наступлением темноты ночью Фиэль отправляла на разведку, несла в своих когтях по маленькому такому цилиндрику. — Чтобы было понятней, гоблин продемонстрировал один из упомянутых предметов, сохраненный видно для личного пользования. — Демоны и некроманты привыкли к тому, что укокошить их пытаются в первую очередь мечом. На худой конец магией. Но чисто техническую взрывчатку их вурдалаки отыскивать по запаху не обучены. По крайней мере, пока. А духи, жировики и призраки, как рассказала нам Сури, вообще слишком тупы для подобной работы. Они могут перепутать динамит с камнем, палкой или огурцом. Была опасность, что заминированные крыши обнаружат уборщики…Но нам повезло. За те дни, которые мы провели в окрестных лесах, никто и не подумал загонять рабов на верхотуру.

— Я отлично знаю, что ты разметил по всему городу взрывчатку! — Вспылил Строри. — В конце концов мы с тобой вместе думали над тем, какие здания в первые очередь минировать! Но только этого для победы мало!

— Ну а на мой взгляд вполне достаточно. — Стойко встретил взгляд дварфийского полусотника гоблин. — Видишь ли друг мой, в битве между драконом и тигром побеждает как правило мудрая обезьяна, сидящая на дереве.

Через какую-то пару часов Крош пополнился еще одним жителем. Вернее, одной. Закутанная в черную хламиду Сури была пролевитирована через стену и проворно скрылась в лабиринте почти лишившихся жителей улиц. Сторожившие укрепление некроманты её не заметили, так как глядели в это время совсем в другую сторону. Там в это время разгорался костер, вспыхнувший в районе бывшей ратуши. Собравшиеся на дым сектанты и высыпавшие из своего обиталища демоны с некоторым недоумением смотрели на дровяной сарай, содержимое которого уже не будет греть их ближайшую зиму. Заподозрить в этом пожаре диверсию никто не мог и подумать, поскольку слабенькое пламя ощутимого ущерба не нанесло. Даже вздумай бунтовать кто-то из рабов, он бы легко нашел куда более достойную цель для своих усилий. Однако старый крупный ворон, сидящий у разоренного сорочьего гнезда, в любом случае оставался вне подозрений. Ну не может же быть поджигателем обычная птица! А магическую зажигалку, лежащую в переплетении веток, поди еще найди.

— А ну стой, девка! — Взгляд идущего по своим делам сектанта зацепился за ладную фигурку, контуры которой обрисовывались даже сквозь плотную ткань. — Поди сюда! Кому сказал! Или я спущу с тебя шкуру, а после отдам своим псам

— Что? Это ты мне, жалкий смертный?! — Капюшон был откинут и обомлевший от ужаса культист ошалело уставился на рога суккубы. — Да я сама срежу с тебя кожу, а мясо после посыплю солью!

— Простите, госпожа! — Человек попытался брякнуться на колени, но резко передумал на середине пути и взвился обратно на цыпочки, тонко вереща от боли. В число некромантов бедолага не входил и потому демониц видел вблизи редко. А даже если бы он и оказался магом смерти, то Сури ничего бы не стоила убедить собеседника в том, что она прибыла вместе с рабским караваном и потому они друг с другом незнакомы. Немного ментальной магии и зажатые в крепком кулаке половые органы резко умножают критичность мышления на ноль. — Ауы! Пощадите!

— Я подумаю. — В сомнениях пообещала суккуба, слегка выпуская когти. Не для того чтобы еще больше запугать боящегося лишний раз вдохнуть человека, а просто для собственного удовольствия. Долгие дни плена на положении не то рабыни, не то служанки, требовали на взгляд демоницы хотя бы частичной компенсации. Нескольких капель крови, стекших по её пальцам, конечно, было слишком мало. Но это все же было лучше чем ничего. — Ты ведь знаешь старших братьев Ошура, Вилеса и Каншина?

— К-к-конечно, госпожа. — С готовностью кивнул местный житель. Еще бы ему было не знать трех старших некромантов города. — Молю, не надо больше!

— Может быть, ты хотел сказать глубже? — Невинно уточнила суккуба, выпустив когти еще чуть-чуть. Вопль, в котором в равных пропорциях перемешались боль и страх стал ей ответом. — Так вот, жалкий червяк, если ты не хочешь навеки распрощаться со своим хозяйством, то немедленно оббежишь их всех троих! И скажешь, что с наступлением вечерних сумерек я хочу обсудить с ними вопрос их верности Пылающему Легиону! Пусть ждут меня в старом здании казарм!

Чтобы человек не попытался узнать детали и задавать дополнительные вопросы, Сури еще больше усилила нажим. И в качестве компенсации приникла губами к раззявленному в вопле рту мужчины. Спустя несколько секунд болевой захват сменился на нежные поглаживания…А потом начавшему реагировать на её действия определенным образом самцу отвесили сильнейшую пощечину, закрутившую того вокруг своей оси.

— Пошевеливайся живо! — Рявкнула суккуба и пнула обрабатываемо ей сектанта под зад копытом. — Если ты сделаешь все как надо и вдобавок приведешь мне молодого и крепкого раба, который продержится хотя бы до утра, то я велю одной из своих младших сестер даровать тебе особое вознаграждение и быть притом максимально нежной!

Человек исчез так быстро, будто являлся архимагом специализирующимся на чарах телепортации. В том, что он выполнит свою задачу, сомнений не было. Сочетание из страха вызвать гнев демоницы и желание хотя бы на одну ночь разделить ложе с суккубой могло подвигнуть сектанта и не на такие подвиги. Да и маги смерти обязательно придут по назначенному адресу. Она очень правдоподобно изобразила из себя высокопоставленную особь своего народа, получившую доказательства мелких грешков своих союзничков. А тех не могло не быть. Сильнейшие колдуны обязательно утаивали часть добычи, желая жить в роскоши и богатстве. Отбирали себе самых хороших рабов, отправляя на нужды общего дела всякую малоценную шваль. На худой конец приписывали себе лишних дополнительных врагов, якобы сраженных ими собственноручно в неравных битвах. За крупный просчет занимающиеся, в том числе и внутренним шпионажем суккубы при помощи силовой поддержки в лице других демонов сразу тащили провинившихся на показательную казнь. А вот если находили доказательства не слишком серьезных преступлений, то как правило сами охотно шли на сделку. По части желания жить хорошо и красиво они ничем не уступали людям.

— Тьфу. От пасти вурдалака приятней пахнет, чем от этого отребья. Гоблин, по крайней мере, за собой следит и регулярно моется. — Сплюнула на землю Сури, поднимая глаза на уже клонящееся к закату солнце. А затем снова накинула на себя капюшон, маскируя приметную внешность. Времени оставалось не так уж и много, а ей еще требовалось найти и других исполнителей для грядущего действа. — Ничего, зато теперь самые сильные местные колдуны со своей свитой и личными учениками окажутся в одном месте. В одиночку колдуны, похоже, даже в сортир не ходят, опасаясь покушений и провокаций от конкурентов. Нравы прямо как в Пылающем Легионе. Будут вспоминать все свои огрехи и промахи конкурентов, нервничать, коситься друг на друга и строить варианты выдвинутого им ультиматума. Скорее всего, решат, что один из них допустил ошибку, а вторые её не исправили и не донесли о ней, хотя должны были. В итоге дождутся лишь подрыва и братской могилы под руинами.

Далеко идти Сури не пришлось. Дом средней руки некроманта, недавно ставшего полностью самостоятельным магом смерти, она благодаря заблаговременному изучению плана города нашла бы с закрытыми глазами. Вход в двухэтажный особняк, чьи обитатели давно погибли, охранялся кем-то вроде привратника. Ограду его можно было бы перепрыгнуть…Будь она не зачарована. А потому оставался лишь единственный известный ей проход в сигнальном барьере. Такое пристальное к себе внимание это здание привлекло благодаря одному маленькому факту. Его нынешний хозяин был пару дней назад прилюдно наказан плетьми за препираниями со своим бывшим наставником. И значит, не мог не затаить на старших колдунов и представителей Пылающего Легиона злобу. А еще он в течении некоторого времени будет с большим трудом вставать с постели, большую часть суток валяясь в забытье. Одна из живущих в храме суккуб хорошо потрудилась над его спиной. Будь она чуть мене искусной и человек бы умер.

— Не велено никого пускать! — Шагнувший навстречу Сури человек был пойман за горло и в таком виде внесен на охраняемую территорию. Магом он не был. Бойцом тоже, несмотря на висящий на поясе меч. И нежитью командовать не мог. А значит, та ждала своего часа в каком-то укромном и закрытом на прочный засов помещении особняка. С обычными же сектантами суккуба имела неплохие шансы расправиться, даже не убивая их. Ведь смерть своих слуг колдуны непременно почувствуют. В отличии от небольшого обморока и запирания в какой-нибудь кладовке.

— Полежи пока тут. — Суккуба так и не сняла капюшон, а потому осталась для возможных наблюдателей неузнанной. Она протащила горе-охранника вдоль внутренней стороны забора, а после спрятала его за росшей здесь яблоней, придав потерявшему сознание телу вид задремавшего на скучной и бесполезной работе человека. На прощание стукнула его по затылку, чтобы дольше в себя не приходил, а после молнией метнулась вперед. Где-то тут еще слонялась еще парочка сектантов и штук пять рабов. Во всяком случае, именно столько народу засекли птицы-шпионы. Действовать надо было быстро.

Молниеносный бросок до дверей и вот она уже внутри. Откуда-то пахнет ароматом еды, но кухней можно будет заняться в последнюю очередь. Или вовсе туда не заходить. Повар никуда не убежит, ему едва хватает длины цепи для того, чтобы вынести отбросы на задний двор. Откуда их уже убирает другой слуга, не настолько ограниченный в своих передвижениях.

Протиравшая пыль служанка с железным ошейником на шее вздрогнула и стремительно развернулась. Но, никого не увидев за своей спиной, успокоилась и облегченно выдохнула. Её не будут сейчас насиловать сектанты, похоже, просто не знающие иных развлечений кроме азартных игр, женщин и выпивки. Ну и еще конечно же молитв и жертвоприношений ужасным покровителям, которые больше любят мертвых людей, а не живых. В этом плане сектанты, особенно новообращенные и не способные похвастаться особыми талантами, частенько превосходили даже старых и заслуженных адептов своей веры.

Пронесшуюся вихрем позади себя суккубу она так и не обнаружила. Демоница, обязанная быть разведчиком и шпионом на службе у более могущественных собратьев, умела не только махать кнутом и кое-как использовать магию иллюзий. Также в списке её достоинств числилось умение НЕ ТОПАТЬ копытами и привлекать к себе как можно меньше внимания. Сури пришлось научиться всему этому, чтобы хоть как-то компенсировать слабые способности к чародейству. И просто выжить. Ведь сильнее неё были практически все, а сильные в Пылающем Легионе всегда помыкали более слабыми и использовали их в своих целях без капли жалости и сострадания.

Сури приникла ухом к двери и ничего не услышала. И не стала заходить внутрь комнаты. Нежить неподвижна до тех пор, пока не начинает действовать. А потому суккуба могла прятаться либо в открытых помещениях, либо там где кто-то есть. Малый алтарь, в принципе подходящий для её целей, оказался занят. Там, судя по доносящимся оттуда звукам, было никак не меньше двух обитателей дома. А может и больше. И занимались они явно не религиозными ритуалами, если конечно Нер Зул не изменил внезапно основные постулаты созданной им религии. Заглядывать внутрь демоница не стала, а осторожно прокралась на второй этаж особняка. Именно там находился рабочий кабинет некроманта и его личные покои. Магический барьер на входе поднял бы тревогу, сунься внутрь кто-то посторонний и живой. Однако на неодушевленные предметы чары мага смерти не реагировали. Сури запустила руку в недра своего балахона и достала небольшой свиток, который они вчера совместно с гоблином сочинили.

Бросок! Фальшивая улика упала на стоящий здесь же диван. Самое удобное место для больного колдуна, чтобы почитать чего-то важное. Например, записку от своих знакомых, в которой они сообщают о грядущем убийстве главных некромантов и предлагают попавшему в немилость соратнику помочь им в деле захвата власти в Кроше. Разумеется, текст не содержал имен. Чтобы суккубы-дознаватели как можно сильнее старались вырвать их у подозреваемого и хватали всех подряд, намереваясь отпустить невиновных после. Зато там были некие не слишком завуалированные намеки на могущественного покровителя, при поддержке которого молодые сектанты и задумали свалить своих старших коллег. А под это описание в городе подходила только одна персона. Прибывший с караваном невольников лич. Кому как не ему было крышевать финансовую аферу, призванную поменять руки, в которые тек столь ценимый колдунами золотой ручеек.

Чуткие уши суккубы уловили звук шагов у лестницы на второй этаж. Причем шло явно несколько человек и ступали они твердо, уверенно и грузно, как хозяева положения, а не бесправные рабы Взгляд суккубы заметался в поисках выхода из западни и наткнулся на небольшую тумбочку, поверх которой стояла аляповато раскрашенная глиняная ваза с цветами. Распахнув створки, она вывалила на пол какие-то подушки и одеяла, после швырнула их все в тот же кабинет, так чтобы вещи не было видно сразу от входа и постаралась втиснуться внутрь. Взрослый человек бы скорее всего спрятаться в таком укрытии не сумел, но демоница проявила просто чудеса гибкости. Хотя даже она оказалась вынуждена закусить губу, чтобы не застонать от боли, после того как почти уткнулась носом в собственную задницу.

— Мне кажется, я слышал какой-то шум. — Заметил мужской голос спустя лишь несколько секунд после того, как захлопнулись створки тумбочки. Среди некромантов по неясной причине почти не было женщин. Да и в среде простых сектантов их числилось не так чтобы много. Вероятно, заведующие кадровой политикой личи по каким-то своим причинам придерживались крайне негативного мнения о представительницах противоположенного пола.

— Слуги, наверное. — Предположи второй, гулко топая по деревянным доскам тяжелыми башмаками. Судя по всему, латными. Скорее всего профессиональный боец, раз даже в мирное время таскает доспехи. — Наверняка разленились, стоило лишь их господину перестать за ними следить. А теперь пытаются спешно навести порядок.

— Да, вероятно ты прав. — Согласился с ним собеседник. — Смотри, тут на полу какое-то полотенце лежит. За такое просто пороть будет мало!

— Это уже за периметром защиты. — Возразил ему первый голос. — Скорее всего Ирт сам его там бросил. А простым людям туда не войти.

— Да, ты прав. Идем же скорее, полагаю он уже весь издергался без той обезболивающей настойки на маках, что мы принесли.

— Взаимовыручка и сострадание к попавшим в трудное положение коллегам среди некромантов. — Злобно прошипела про себя Сури, с трудом выбираясь из тумбочки. Если бы она пробыла в такой заковыристой позе еще хоть несколько минут, то вряд ли бы смогла проделать это бесшумно. Скрюченное тело неминуемо бы затекло и потеряло свою ловкость и гибкость. — Ну почему бы им не быть закоренелыми эгоистами, только о себе заботящимися? Как мне теперь прикажете пробираться к выходу, если эта парочка всех слуг переполошила и наверняка с собой еще и свиту привела? Хочу обратно в камеру к дварфам! Там засовы с внутренней стороны и уже почти никто меня убить не хочет…

Взгляд суккубы упал на окно, выходящее во двор. Сури смерила взглядом злополучную тумбочку, в которой она чуть не встретила свой конец, а потом мысленно обозвала себя дурой. Медленно, опасаясь нашуметь, распахнула ставни. Те даже не скрипнули, будучи хорошо смазанными. На своем доме некромант определенно не экономил. Ветки старой яблони, той самой за которой она спрятала оглушенного ею человека, почти касались стекла. Эпитет, которым демоница непредвзято оценила свои умственные способности, сменился на слово 'идиотка'. Заодно диверсантка подумала, что поиск для неё хорошего покровителя действительно был идеальным выбором. Рискни она действовать своим умом — и её могли бы загрызть зайцы. Или поймать и поставить в стойло пьяные опустившиеся крестьяне, спутавшие суккубу с коровой из-за наличия рогов. И пришлось бы ей тогда учиться жевать сено и давать молоко! Поскольку сбежать даже от таких неадекватных и не держащихся на ногах субъектов с её способностями просто нереально!

Самокритичные мысли не помешали демонице захлестнуть кнутом ствол и прыгнуть вперед на толстую ветвь, способную выдержать её вес даже без всякой подстраховки. Свита магов смерти в виде пары десятков вурдалаков и трех костяных пауков, оставленная во дворе, даже не попыталась зарычать на нарушительницу. То ли хозяева отдали им приказ сидеть и не дергаться во избежание лишних потерь среди рабов, то ли суккуба опозналась ими как своя. По веткам дерева Сури легко добралась почти до самых ворот. А после, так никем и незамеченная, спрыгнула и скромно удалилась. Солнце уже почти коснулось линии горизонта и надо было срочно искать укрытие у ближайшей стены, чтобы как только начнется заварушка покинуть город.

Меньше чем через час Крош содрогнулся. Заступившие в ночную смену некроманты и обычные сектанты попадали со стен, пронзенные двумя-тремя стрелами каждый. Взбесившиеся жировики рвали вурдалаков и топтались по трупам своих внезапно померших хозяев. Через считанные мгновения страшный взрыв обрушил и так уже держащиеся на одном честном слове заброшенные казармы. Опаленные во время захвата населенного пункта нежитью стены раздавили трех опытных некромантов и их свиту. Загоны для монстров, в которых оказались размещены не задействуемте в повседневной жизни резервы тварей, обрушились и загорелись. Тряхнуло темный храм, но постройка устояла. Демоны опутали изнутри свое пристанище целой паутиной заклинаний, которые щедро подпитывали регулярными жертвами. Однако теперь представители Пылающего Легиона просто таки жаждали узнать, а кто же именно покушался на их потенциально бесконечные жизни. Взлетели на воздух некоторые дома, в которых проживали сектанты. К сожалению способа эвакуировать оттуда рабов и в то же время не тронуть хозяев никто так и не сумел придумать, а потому неудачливых невольников записали в допустимые потери.

Новые хозяева Кроша получили тяжелый удар, но он вовсе не был для них смертельным. Уцелевшие в огне твари разметали свои загоны и принялись рыскать по вмиг опустевшим улицам, выглядывая нападавших. Несмотря на сложные чары повиновения, они вступили в пару стычек с вооружившимися сектантами, готовыми оборонять город. Впрочем, потерю нескольких человек банально не заметили на общем фоне. Их командирам было попросту наплевать на идиотов, забывших нацепить опознавательные амулеты. Или носивших просто знак с давно выветрившийся из него магией, не озаботившись его обновлением в темном храме. Конечно же за соответствующую плату, то есть пожертвование. Однако начавшие было готовиться к отражению внезапной атаки неведомого противника сектанты, нежить и демоны банально никого не нашли. А после итак сократившиеся наполовину в количестве маги смерти вдруг начали издыхать в корчах. Причем с небольшой разницей во времени подыхать начали как раз те, кто сегодня караулил в дневную стражу периметр.

— Печет! — Стонал колдун, лишь недавно радовавшийся выставленному на рынок рабов свежачку. Покупку в виде слегка изможденной, но в целом сохранившей привлекательность гномки он сделать успел. А вот насладиться пленницей ему уже было не суждено. Маленькие гранулки яда, уроненные из клюва быстрыми ласточками в тарелки с супом и кубки, так и остались никем не замеченными. От отравы, сооруженной совместными усилиями эльфийских магов и шаманки троллей, хороший целитель в принципе смог бы спасти. Вот только надо же было еще как то до него добежать после проявления первых симптомов. И вообще найти. Творившие эту пакость ядоделы справедливо решили, что вряд ли среди магов смерти искусство спасать чужие жизни было очень популярным. А обладающие естественной регенерацией демоны изучением подобных навыков вообще вряд ли станут заморачиваться. — Не могу! Живот печет!

— Где враг?! — Падший эредар прервал его мучения ударом боевого молота. Поскольку большинство его коллег по несчастью уже пускали изо рта кровавую пену и скребли в агонии землю, то возиться с исцелением обреченных неудачников никто не собирался. А чтобы превратить их в личей, а не в тупое боевое мясо, требовались длительные ритуалы. Проводимые над живыми людьми. — Найдите мне врага! Покажите мне его!

Однако время шло, ярость в крови выкипала, пожары тушили, а трупы остывали. Скоро должен был начаться рассвет, а нападения на город все не было. Наконец те, кто принимал решения, начали не просто метаться туда-сюда в поисках противника, а думать. А заодно составлять списки потерь и пересчитывать силы, оставшиеся у них в наличии.

— Это диверсия. — Проскрипел глава рабского каравана. Тот, кстати, потерь не понес. Вообще. — Очень и очень удачная. Клянусь своей второй и вечной жизнью, мне раньше и слышать то о таком не доводилось! Ну, если не считать подвиги захватившего Лордерон принца Артаса или распространившего чуму мертвых Кел Тузеда.

— Нет, это не диверсия. Даже самый хитрый лазутчик не сможет взорвать половину города, отравить кучу магов и обстрелять дозоры в нескольких местах. — Покачала головой главная из суккуб. — Это предательство!

Слово было сказано и по толпе сектантов прошлись тревожные шепотки и перегляды.

— Но если он был не один, а их пришло сюда много, то он мог это сделать. — Падшие эредары умом особо не блистали. Но зато были сильны и преданны своим хозяевам как собаки. За то и ценились.

— Глупости! — Не согласилась с ним демоница. — Я готова поверить в одного супершпиона. Но не в целую их армию. Пусть даже полк. Или просто отряд. Под определение подобного боевого подразделения подходят лишь натрезимы, но ради чего нашим господам атаковать собственных рабов? Нет, среди нас есть предатель! Тот, кто ударил изнутри, целя в самое уязвимое место! И мы его найдем!

— Да, кстати. Мне докладывали о том, что старших братьев Ошура, Вилеса и Каншина желала видеть какая-то суккуба, что должна была ждать их в старой казарме. Здание не было жилым и обычно пустовало. А значит его заминировали специально. Получается, лучших смертных слуг моего повелителя заманили в ловушку. — Прошелестел парящий в воздухе лич, складывая руки на груди. — Но я не вижу здесь отсутствующих, а значит, встреча так и не состоялась. Чему же она была посвящена, быть может я смогу помочь?

— Ты чего-то путаешь. — Покачала рогатой головой демоница, держащая в кулаке своих товарок. — Все мои сестры здесь и они ничего такого не делали. Ведь так?

Оставшиеся суккубы согласно закивали, не чувствуя за собой вины. Впрочем, если бы она действительно была, они бы поступили точно также. Только делали бы более честные лица и трясли головой энергичнее.

Вас стало больше? На какое имя мне совершить поминальную мессу? Быть может, бренную оболочку своей усопшей сестры вы сможете дать мне на эксперименты?

— Ошибки быть не может. Послушник нашей веры, что избран был дабы позвать старших братьев хорошо разглядел ту, с кем говорил. А мои сторожевые вурдалаки смогли учуять запах суккубы, идущий от него. — Качнулся в воздухе лич. — Вас стало больше? На какое имя мне совершить поминальную мессу? Быть может, бренную оболочку своей усопшей сестры вы сможете дать мне на эксперименты?

— Найдешь — забирай. — Отмахнулась от него предводительница крылатых и рогатых обольстительниц. — Вот только такого не случится, ибо все мы здесь.

Угу. — Падший эредар заглянул в списки потерь. Потом оглядел собравшихся некромантов, которых осталось не так уж и много. Кого-то не хватало. И суккубы с готовностью помогли ему вспомнить кого. В дом опоенного болеутоялющими наркотиками и не проснувшегося даже из-за канонады мага смерти вломилась поисковая партия. Разумеется, они заглянули в рабочий кабинет. Так, мимоходом, чтобы парочку ценных безделушек при оказии захватить. И не могли не заметить беспорядок. А в результате обыска без труда нашли улику.

— Это как понимать?! — В лишенную плоти морду лича ударил свиток, запущенный в полет падшим эредаром. А вслед за ним едва не полетели и боевые заклинания. Сам бы демон не смог разобраться, что к чему. Но суккубы не только скрашивали его досуг, но и растолковывали громиле всякие тонкости. — Ты затеял всю эту кутерьму, чтобы пропихнуть повыше своих сторонников? Предатель! Сдавайся, тебя ждет суд! Надеть на него магические оковы!

— Я этого не делал! — Глава каравана окутался слоем магического холода, не дающего к нему приблизиться. Его подчиненные и личная нежить сомкнулась вокруг своего господина. — Это провокация! И спеленать себя я не дам! Враги, наверное, уже где-то рядом и скоро нападут!

— Упорствуешь, значит. — Падший эредар взялся за молот. Ему по голове прилетело неплохим куском штукатурки, а потому быть вежливым демон не стремился. Да он впрочем, и так бы не стал любезничать с ожившим трупом, порода у него была не та. — Даю тебе последнюю возможность подумать. Прикажи своим приспешникам сложить оружие или мы размажем ваши потроха по всему городу!

До боя все-таки не дошло. Предводитель невольничьего каравана и его слуги сдались. Сам лич и несколько служивших ему некромантов оказался в специальной камере, высасывающей магический резерв. Выпустить их из карцера было не долго…Но несколько часов после пребывания в застенках колдуны живые и мертвые не смогли бы своими чарами прибить и таракана. У них просто не осталось на это энергии. Сектантов начали дергать на процессы дознания суккубы, выискивая соучастников обвиняемых. И они не были нежны с людьми, в результате чего каждый из попавших в их цепкие ручки получал сильный стресс и некоторую кровопотерю. Сразу всех демоницы обработать конечно же не могли, но оставшиеся твердо знали, их очередь рано или поздно придет. И потому не могли сомкнуть глаз, ведь ожидание пыток не многим лучше самих пыток. А ведь они были живыми людьми и после ночи на ногах не могли не устать. Да и демоны все-таки оставались созданиями из плоти и крови.

С рассветом Фиэль Златокудрая сладко зевнула и улеглась спать. Она при помощи сов наблюдала за всем происходящим с большой высоты и теперь вымоталась. А вот её отряд в отличии от своей номинальной предводительницы был свеж и полон сил. К тому же осталось не так и много тех, кто мог бы им противостоять. От некромантов остались рожки да ножки. Взбесившиеся после потери хозяев жировики подавали немало вурдалаков и костяных пауков. Еще большее их число близко познакомилось с пламенем и завалами, а потому полностью либо частично утратили боеспособность. Управляли всем этим злые и невыспавшиеся сектанты вместе с точно такими же демонами…А еще в городе было каких-то четыре с половиной тысячи рабов, вряд ли сильно довольных своим положением. И места их наибольшего скопления оказались прекрасно известны. В общем, шансы на победу Тимон скромно оценил в восемьдесят процентов. Оставив остальное на роль случайных и непредсказуемых факторовю. К примеру, резкое обострение у себя пацифизма, нежелание гоблина возиться с военными трофеями, прощение ему долгов по кредиту, потраченному на покупку динамита или брачные игры костяных драконов.

Глава 23

Ранним утром с укреплений Кроша посыпались сектанты. Кто со стрелой в организме, кто поскользнувшись во время заполошного бега по гребню стены. Результат был в принципе одинаков, так как после падения с высоты десяти метров незадачливый летун выбывал из числа бойцов. Сложно махать клинком с кучей переломов. А некоторые и вовсе сразу переходили в мертвое состояние. Редкие счастливчики смогли добежать до ведущих вниз лестниц. Некоторое количество индивидуумов правда попыталась отстреливаться из-за прикрытия зубцов стен, но особого результата их действия не принесли. Да, вместо десятка некромантов периметр теперь сторожило почти сорок обычных сектантов. Однако количество народа, перекрывающего небольшим группкам беглецов выход из города, оказалось явно недостаточным для полноценной обороны. К тому же маги хоть колдовской щит себе бы могли наколдовать. А простые люди такого удовольствия конечно были лишены и редко когда могли похвастаться самозаряжающимися артефактами из-за их высокой стоимости.

— Дегенераты. Ну, зачем же сейчас геройствовать? Поздно уже! — Тимон поправил мешок за своей спиной и дал оценку умственного состояния голов, мелькающих за зубцами стен. Как бы в ответ на неё зеленого коротышку, спокойно стоящего на одном месте и не совершающего ничего предосудительного, попытались убить. Гоблин нервно дернул ухом, мимо которого пролетел со свистом короткий арбалетный болт. Один из последних. Выпустивший его человек уже рухнул вниз, получив прямо в глаз полметра дерева с острым железным наконечником. — Сейчас надо отходить на вторую линию обороны, раз уж прохлопали момент, когда на дистанцию выстрела эльфийки с луками подобрались.

От ворот, в которых спешно закрывалась на дополнительные засовы дверца, использующаяся для входа и выхода, уже неслись вперед вурдалаки и даже парочка костяных пауков. Ближайшей целью для них как раз и являлся зеленый коротышка, за спиной которого сейчас находилось несколько стрелков. Завязки мешка за спиной гоблина сами собой развязались и оттуда вылетела парочка небольших бочонков с фитилями. Тимон без тени сомнения в глазах поджег промасленную бевечку пальцем, а после при помощи телекинеза метнул снаряды во врага. Пороха он с собой притащил немало. Хотя тот не обладал компактностью и убойностью динамита, но здорово бабахать все равно мог. Взрывы расшвыряли пару десятков монстров куда придется. Тем из них, кто приземлился опасно близко к живым, немедленно начало сворачивать шею телекинезом. Да и эльфийки выпустили несколько стрел в упор, не желая доводить дело до рукопашной. А потом переключились на более дальние цели, которые замедлились из-за потери части конечностей или были отброшены ударной волной. Спустя пятнадцать секунд все было кончено. Всего одна тварь успела пустить в дело свои клыки и когти, но попавшая под её атаку лучница смогла уклониться от первых выпадов. А потом её подруга всадила в затылок вурдалака стрелу.

— Живее открывай ворота! — Выкрикнула Лонари, сейчас сама похожая на гоблиншу. Только очень высокую. Чтобы не выделяться на фоне травы девушке пришлось вымазать всю кожу соком каких-то ягод, от которых кожа приобрела оттенок свойственный болотным лягушкам. Рейнджер шипела и плевалась от таких метаморфоз, но дело свое сделала. Впрочем, она была не одинока в таком насилии над собой. Еще два десятка лучник рассредоточились сейчас вокруг стен, подобравшись к ним вместе с ночной темнотой. Именно их стрелы снимали часовых. — Если мы не займем укрепления до тех пор, пока не подойдет основной отряд, то…

В землю рядом с эльфийкой врезался комок зеленого света. Куст, в который попала вражеская магия, немедленно увял на корню и осыпался серым прахом на растрескавшуюся землю. По крайней мере один некромант среди сектантов все-таки имелся. И он сейчас определенно был готов вывернуться наизнанку, но задержать атакующих. Иначе демоны сами вывернут его. Да еще и сделают так, чтобы несчастный не умер в процессе.

— Внимание, девочки! Прижмитесь ко мне, взлетаем! И помните, чем ближе вы будете, тем легче будет вас держать и тем сложнее уронить. — Скомандовал гоблин, который временно должен был переквалифицироваться в лифтера и его личный лифт. Или даже гибрид воздушного транспорта с пилотом. — Лапать можно, но не слишком интенсивно, а то Фиэль вам потом волосы выщипет. Или Сури.

— Мечтай! — Фыркнула одна из лучниц, но тем не менее практически нависла своей грудью над головой миниатюрного волшебника. Свалиться вниз с высоты в десять метров ей не хотелось. Остальные девушки то же постарались как можно теснее прижаться к коротышке, несмотря на его репутацию великого извращенца и бабника. Тот не замедлил подтвердить свою репутацию и невидимые руки еще больше утрамбовали лучниц, несмотря на их протесты. Если бы сейчас вдруг начался дождь, то гоблин бы остался сухим, поскольку над головой его практически расплющились друг об друга целых пять женских бюстов. — Они нам, наверное, еще и доплатят, за то чтобы ты их в покое оставил.

— А вот и проверим! — Мягка сила подхватила эльфиек под попки и потащила вверх. Кто-то из лучниц не удержался от не то восторженного, не то панического взвизга, когда её ноги оторвались от земли. Однако на меткости девушек, способных стрелять даже находясь в столь неудобной позе, это сказалось не сильно. Ошалело пялящийся на них снизу вверх некромант мгновенно оказался утыкан стрелами. Первые штук пять или шесть колдун смог отвести в сторону, но потом силы у него кончились. Или просто реакции не хватило. А получив одну рану, он утратил концентрацию и тут же обзавелся еще нескольким и украшениями, после чего со стоном рухнул вниз. По неожиданно объявившейся воздушной цели открыли огонь успевшие спрыгнуть на землю сектанты. Но все выпущенные ими снаряды оказались отклонены в сторону телекинезом.

— Внимание, набор высоты прекращен, сейчас двинемся немного вперед и заходим на посадку! — Гоблин был сосредоточен и серьезен. Поддерживать сразу и левитацию группы целей и магический заслон ему явно было тяжеловато. — Просьба больше не щипать пилота за задницу! Узнаю, кто это делал, выпорю.

— Что, это была твоя? — Лонари, застывшая с самого края прижатых друг к другу тел и действовавшая на скорее ощупь, чем ориентируясь при помощи зрения, была шокирована и оттого случайно выдала себя. — Я случайно! Думала, это Априэль!

— А меня щипать за ягодицы то зачем? — Не стала отмалчиваться вышеназванная эльфийка, спуская тетиву лука. Один из сектантов, сейчас лихорадочно крутивший ворот своего арбалета, рухнул на землю с пробитым горлом. — Или ты не из тех, кому мужчины нравятся?

— Я думала это бедро! По размерам в принципе совпадало! — Лонари уже поняла, что оправдываться бесполезно и потому попыталась перейти в наступление. Словесное, поскольку в её позиции не было возможности поразить хоть какую-то цель. Это удовольствие досталось тем, кого гоблин прижал к своим бокам, оставив им некоторую свободу маневра. — И вообще, а ну сойди с моей ноги, а то еще и не так ущипну! Обувь мягкая, а тут ты еще на каблуках.

— Вообще-то на каблуках тут только я. — Вмешалась в разговор третья лучница. — Но я ни на чьих ногах не стою. Вот смотрите, сейчас притопну…

— Яууу! — Лонари, которой судя по ощущениям раскололи пополам ноготь на мизинце, не смогла удержаться от вопля. — Дай только на землю опуститься, мымра крашенная, я тебе живо объясню, как на боевую операцию обувь на шпильке одевать!

— Она у меня зачарованная. Фамильная! Самозаряжающаяся. — Принялась оправдываться эльфийка, понявшая, что и правда встала на чужую ногу. Даже оскорбление проглотила. Просто потому, что в рукопашном бое даже не слишком опытная представительница рейнджеров могла уделать десяток таких как она. — С этими туфлями ноги совсем не устают, хоть целый день на балах танцуй. Ну или маршируй от заката и до рассвета. Бабушке каблуки целый архимаг делал.

— Интересно, чем таким она с ним расплачивалась? — Не удержалась от шпильки Лонари. — Собой наверное, раз так любила на балах вертеться?

— Ах ты!

— Нет ничего на свете ядовитей, чем дружный женский коллектив. — Буркнул гоблин и коснулся ногами каменной кладки стены. Живых сектантов рядом уже не было. А выдвинувшемуся вперед отряду требовалось несколько минут, чтобы добраться до города. — Все, приехали! Открываем ворота!

— С засовами то мы справимся. — Лонари стрелой бросилась к ближайшей лестнице. А после, осмотрев запорный механизм, выдала неутешительный вердикт. — А вот со створками нет, они слишком тяжелые. Да и ты наверное тоже не осилишь, вон они какие толстые. Не иначе как парой жировиков каждую в случае нужды двигали. Может, их танком распахнем, когда он сюда доедет?

— Лентяйки. — Гоблин, тоже уже спустившийся вниз, сосредоточенно уставился на оббитое железными полосами дерево. Половинка ворот скрипнула и поползла вперед со скоростью улитки. На преграде, призванной останавливать незваных визитеров явно не экономили. Наверное, окружающие стены было проще разрушить тараном, чем это титаническое сооружение. С другой стороны, если из леса в любой момент может выйти шайка великанов, то обычной калиточкой от них не отгородишься. — Ну, чего вы стоите и на меня пялитесь? А ну навались, нам сейчас каждая выигранная секунда дорога. А не то враг возьмет под усиленный контроль скопления рабов и плакали тогда наши потенциальные союзники. Не удивлюсь, если нежить и демоны их просто перережут.

Совместными усилиями они все-таки смогли открыть одну створку и немного сдвинуть вторую. Процессу пару раз попытались помешать сектанты, видимо сбегающиеся на прозвучавший сигнал тревоги, но у разрозненных групп противника не было и шанса. Наверное, они еще пребывали в уверенности, что им предстоит залезть на стены и оттуда отбивать нападение. Однако мало кто из них успевал развернуться и постараться убежать в обратном направлении раньше чем их настигала стрела от одной из лучниц.

Лязгающий броней танк, экипаж которого заменил себе пушку, но с отбытием к месту постоянной дислокации решил немного повременить, с трудом пролез в созданную для него дыру. А потом тут же выпалил куда-тот из пушки.

— Жировик. — Констатировал Тимон, наблюдая за траекторией полета снаряда, заканчивающей аккурат в группе брошенных на перехват тварей. — Был. И еще какая-то мелочь у ног крутилась.

— Мы сейчас тоже будем, если ты нежить не остановишь. — Спрыгнувший с бронетехники Мал тащил с собою связку пороховых бомбочек. Применять их, правда, предстояло все тому же гоблину, когда он израсходует собственные боеприпасы. — Вон их уже сколько собралось.

В самом конце улицы действительно начиналось какое-то нездоровое шевеление. Мелькали перебегающие от укрытия к укрытию вурдалаки, вспыхивали разноцветные искры, свидетельствующие о наложении защитной магии. Бряцало оружие. Однако вперед монстры и их хозяева бросаться почему-то не спешили. Видимо ждали, когда к ним подтянутся резервы. Или боялись ловушек. То, что бой вряд ли будет честным, после минувшей ночи могла бы сообразить даже безмозглая улитка, если бы ту каким-то чудом занесло в ряды сектантов.

Клин дварфов-пехотницев, слитно марширующий в ногу, ворвался в ворота следом за танком. Фаланга у них получилось жиденькая, всего-то в два ряда, зато прямо следом за нею шагали стрелки и чародеи. В большом количестве.

— Ну, как обстановка? — Подскочил к двум зеленым типам Строри, которого назначили командовать. Выдохшаяся за дни непрестанной слежки магическими методами Фиэль сейчас мирно спала в лагере и принять на себя руководство не могла по объективным причинам. Рисковала потерять сознание прямо в разар сечи, до того её вымотал контроль многочисленных птиц шпионов. — Неприятных сюрпризов не было?

— Все прошло как по маслу. Сминаем этих уродов и можем идти дальше. — Кивнул в сторону противника гоблин и взмыл в воздух. Чтобы приземлиться на полюбившийся ему насест в виде плеч своего телохранителя. — Главное до начала организованного сопротивления прорваться к рабскому каравану, как и было задумано.

— Все же почему туда? — Спросил орк, покачивая в руке свою тяжелую секиру. Носить на шее коротышку не доставляло ему особых физических неудобств, а в бою имеющий хороший обзор чародей был полезнее второй пары рук и запасной жизни. — В рабочих бараках рабов явно раз в пять больше. Если не в десять. Да и злее они должны быть.

— Да, Пумба, если подходить к вопросу с позиции чисел, то ты полностью прав. — Согласился с ним Тимон. — Но недавние пленники не измождены тяжелым трудом и плохой кормежкой. И они явно не слушали проповеди сектантов, а значит, вряд ли среди них найдется тот, кто ударит нам в спину в самый ответственный момент.

Глухо рявкнуло орудие танка, посылая еще один заряд в сторону противника. Вздыбились комья земли, но ни одной твари не разорвало. На этот раз снаряд упал с изрядным недолетом. Ну, по крайней мере в стволе не рванул. По слухам с орудиями дварфов такое иногда бывало. Особенно после ремонта.

Пехота стремительно шла вперед, а вот войска сектантов от неё не менее стремительно улепетывали, не рискуя вступать в бой. Кто оказывался слишком нерасторопен, тот прощался с жизнью или её подобием. Намного раньше, чем до него умудрялись добраться бойцы, излишне медлительных противников настигали юркие стрелы.

— Хорошо идем. Кажется, вчерашний переполох спутал карты врагам сильнее, чем мы думали. — Поделился с орком своими наблюдениями Тимон. — Скажи ка, Пумба, а ты себе суккубу завести не хочешь? А то тут несколько штук есть, надо торопиться, пока есть выбор.

— Рано радоваться. — Мал аккуратно переступил через костяного паука. Убить подобную тварь обычной стрелой было тяжело, но тут кому-то повезло. Бронебойный наконечник вошел в затылок монстра, проскользнув в щель между костей головы. — Как бы они нас себе не завели. И потом, бывшие рабы их скорее всего растерзают. Ну, может посадят на кол или утопят в бочке с дерьмом. Эти твари очень любя приносить людей в жертву, причем делают это крайне мучительным способом. И даже непонятно зачем, некроманты то после казни тела рабов хотя бы в строй ставят, а демоны выкидывают. Ну, или на прокорм каким-нибудь зверюшкам отдают.

— Как раз в этом никакой загадки нет. Они так порталы стабилизируют, привязывая к ним испытывающие определенный спектр ощущений души в качестве маяков. Межреальность, которую тут кличут Внешнй Пустотой, офигительно бесконечна и чтобы не попасть мимо цели приходиться изрядно постараться. Там, знаешь ли, полно и своих хищников, некоторые из которых могут целую армию вторжения сожрать, если к ним ненароком сунешься. А жизненна энергия жертвы сам процесс перехода питает. — Фыркнул гоблин. — Сури мне объяснила механику процесса. Жаль, потворить его не может. Суккубам магию пространства вообще не преподают. Видимо во избежание возможных неурядиц, а то вдруг они станут не только очаровательными, но еще и быстро сматывающимися. От этого же лишь один шаг до сильных. А конкуренты хозяевам Пылающего Легиона не нужны.

— А сюда армия демонов внезапно не нагрянет? — Забеспокоился орк.

— Не должна. — Отрезал гоблин. — На пробитие портала требуется очень много сил, даже если координаты известны. Собрать их и правильно использовать задача требующая уйму времени даже для чародея экстракласса. Кел Тузед бы справился за пару часов, если бы ему подгоняли жертв и не мешали. Местные рохли с учетом потерь в своей среде даже если начали вчера после взрывов, закончат аккурат к закату. А за это время мы по всем расчетам трижды должны взять темный храм. И уж тем более не допустим, чтобы туда сгоняли вереницы рабов на заклание. Которых до нашего появление никто особо не трогал. А значит, в запасе есть около суток.

— Прибавить ходу! — Строри без всякой магии рявкнул так, что стекла зазвенели, а кое-где, похоже, и потрескались. Подбежавшая к нему с каким-то донесением Лонари, до того опасно вырывавшаяся вперед, аж отшатнулась и дернулась прикрыть чуткие уши руками. — Разведчики слышат плач и вой! Рабов убивают!

— Как думаешь, успеем? — Мрачно поинтересовался Мал, переходя на бег.

— Обязаны. — Коротко ответил ему Тимон, раздумывая над тем не взлететь ли ему чтобы несколько увеличить скорость передвижения. — Лич и его слуги под подозрением и потому ночевали в тюрьме. Нежить почти всю от людей отвели во время переполоха. Птичья разведка при помощи сов перед рассветом показала в качестве сторожей лишь три десятка обычных сектантов с саблями. Пока они раскачаются, пока оружие из ножен достанут, пока убедят себя, что ценный товар нужно испортить и потерять деньги…Ну, надеюсь рабы не дадут зарезать себя словно беззащитных овец. Хоть посопротивляются немного, выиграв нам время, а себе жизнь и свободу.

Орку и гоблину никто особо не мешал переговариваться. Ну, кроме шума издаваемого едущим рядом с ними танком. Защитники города, видимо более-менее разобравшись в ситуации, сейчас стягивались в один кулак. А местные жители, те которые не сидели в рабских бараках, на улицу как-то не торопились. Город все-таки был не таким уж и большим, а потому спустя пару минут отряд вышел на площадь, которую рабский караван. И сходу врубился в кровавую бойню. Из полутысячи невольников сейчас в живом состоянии осталась едва ли половина. Кричащих людей, неловко пытающихся отмахиваться ограничивающими их движения колодками, рвала на куски стая демонических гончих. Ужасные твари, похожие на чешуйчатых собак, которым пасть вставили прямо в короткую шею, с хриплыми завываниями терзали свою добычу клыками и когтями коротких щупалец, росших у них из плеч. А командовали вакханалией смерти три суккубы, буквально купающиеся в летящих отовсюду брызгах крови и размазывающие алую жидкость по своим телам. И по телам своих подруг. Зрелище было отвратительным и в то же время неумолимо притягивало взгляд неким животным магнетизмом и своей извращенностью.

— Проклятье, откуда они тут взялись?! — Выругался Тимон, в сердцах саданув крохотным кулачком прямо по зеленой лысине своего транспорта. Земля вокруг орка и сидящего на его плечах коротышки всплыла вверх громадными комьями. Которые немедленно полетели в терзающих людей тварей. Пользоваться пороховыми бомбами в условии скученности враждебных и союзных целей не рискнул даже гоблин. — Три часа назад ведь не было их тут! Не было!

— А теперь есть! — Рявкнул орк, огибая дварфийский клин. Шедших впереди его лучниц атаковали монстры. Было непонятно, как ими управляли переставшие принимать кровавые ванны демоницы, но результат их действий стал виден практически моментально. Мгновенно бросившиеся терзать беззащитных пленников твари переключились на новую цель. Три десятка против двух сотен. Казалось бы совсем немного…Но не в том случае, если речь идет о существах, способных один на один загрызть медведя. И догнать галопирующую лошадь. А еще против них очень слабо помогали маневры уклонения, столь любимые легкой пехотой Кель Таласа. Если у врага есть сразу несколько хлыстов-щупалец с острыми когтями на конце, которыми можно захлестнуть жертву и притянуть её к пасти, то чтобы избегнуть печального финала требовалась просто потрясающая ловкость. Неровные зубы упрятанной едва ли не в центр туловища пасти легко перекусывали эльфийкам руки и ноги. Стрелы же и удары кинжалами монстры сносили с потрясающим безразличием благодаря крепкой природной броне. — Почему молчат маги? Расплющь этих тварей!

— Не могу. — Сквозь зубы выругался гоблин. Ближайшую к ним гончую хаоса, уже практически перегрызшую горло упавшей на землю лучнице, смело в сторону гранатой. С отсутствующим фитилем. Железный мячик начиненный взрывчаткой раз за разом бил по морде твари, а после отлетал в сторону. — У них какая-то непонятная защита. Магия просто рассеивается, не достигая шкуры!

Совсем рядом с орком пронеслась еще одна гончая, сжимающая в зубах ногу еще одной эльфийки. Несчастная кричала, волочась следом по земле и подпрыгивая на каждой выбоине и кочке. Доесть выбранную жертву твари очевидно помешали дварфы, поскольку в её брюхе торчал обломок копья. Однако рана не выглядела серьезной и потому явно была намерена сначала догрызть удачно подвернувшийся ей завтрак, а потом вернуться за добавкой. Секира Мала лишь впустую разрезала воздух, не дотянувшись до головы монстра какую-то ладонь. Однако стоило гончей удалиться от него на десяток шагов, как она споткнулась и полетела кувырком. Но даже тогда не разжала зубы и в итоге просто оторвала несчастной девушке конечность.

— На воздух телекинез накладывать могу. Но преграду, способную сдержать танк, такие создания прошивает как нитка кисею. Затраты силы на прямое воздействие даже моим меркам чудовищные. Остается косвенное. — Мрачно ругнулся гоблин, когда под поднимающейся на ноги тварью, успевшей несмотря на полет и последующее падение заглотать половину откушенной эльфийской ноги, разверзлась яма. Куда монстр и рухнул, безуспешно попытавшись зацепиться щупальцами за края. Вернее, когти на концах тех намертво впились в камень…Который тут же отвалился… А после края созданной чарами могилы тут же сошлись. — Как думаешь, копать такие существа умеют? Если да, то оно скоро выберется обратно. Глубина там едва ли с метр будет.

Мал не ответил. Был занят тем, что отмахивался секирой от сразу двух гончих. Откатившийся назад вал лучников, тех кто успел это сделать и не оказался растерзанным, вывел орка в первые ряды. Строй дварфов оказался изрядно неповоротливым и монстры мимо него просто проскочили, потеряв едва ли трех сородичей насаженными на пики. Возможно, положение могли бы исправить мушкеты, которые палили вполне материальными снарядами…Но точность их стрельбы ненамного превосходила разлет осколков от гранаты. А в круговороте стремительного боя враги и друзья изрядно перемешались.

— Эх! — Орк крутанул секирой и срезал сразу два когтистых щупальца. А потом резким тычком вбил конец длинного древка прямо в раззявленную пасть твари. Стальной прут легко пробил изнутри череп и добрался до мозга, убив монстра. Тем временем второй его сородич упорно пытался лезть по спине воина, несмотря на впивающиеся в его плоть шипы. Сидящий на плечах Мала гоблин колошматил настойчивую тварь по морде дубинкой. А заодно по мере сил уклонялся от ударов щупальцами или отбрасывал их в сторону молниями, способными зажарить корову. Пока счет был четыре-один в пользу малоуязвимого для магии монстра. Тот потерял один из клыков, выбитый из пасти и улетевший куда-то вниз, но зато на теле коротышки алел свежей кровью дружный квартет глубоких порезов. — Получай!

— Пумба, куда ты на третьего лезешь! — Панически закричал гоблин, отдергивая ноги. Клацнувшая пасть едва-едва не достала до подошвы его башмаков. — Этого давай стряхивай! Я же еще немного и катапультируюсь, а тогда сей гибрид осьминога с крокозяброй прокусит тебе единственную не прикрытую часть организма. Лысину, если ты не понял!

— Ейех! — На круп гончей запрыгнула Лонари, всадив в спину монстра два сжимаемых в руках кинжала. Орк, уже собиравшийся чего-то ответить, недовольно крякнул и оперся об землю секирой, чтобы не упасть. Сразу трое захребетных пассажиров, это было для него уже немного чересчур. — За вами должок, зеленые! Йай!

— Обязательство аннулировано. — Буркнул гоблин, поднимая эльфийку в воздух телекинезом. Та ему не ответила, поскольку была без сознания. Длинный и мощный хвост гончей, до того болтавшийся где-то сзади как бесполезное украшение, внезапно изогнулся по скорпионьи и заехал девушке прямо по голове. Капюшон одеяния рейнджеров сохранил её череп целым, приняв на себя всю мощь удара и твердость небольших костяных шипов, покрывающих эту конечность. Однако остаться в сознании обладательница довольно хрупкого телосложения не смогла. — Эй, мушкетеры, драть вас всех за бороды, а ну пальните Пумбе в спину! На доспехи все равно еще гномская гарантия действует, а от себя я пули отведу!

Оказавшийся рядом Строри слушать гоблина не стал. Он просто подкскочил к орку, перехватил свое ружье за ствол как дубину, размахнулся им хорошенько…Гончая была умным созданием. Настолько, что она отцепилась от шипастого доспеха самостоятельно и упала вниз, на лапы. Но богатырский замах полусотника уже ничего не могло остановить. Гномское качество столкнулось с дварфийской надежностью. По итогам состязания у них была признанна боевая ничья. Мал со вмятиной на новеньких латах где стоял там и лег, будучи сбитым с ног. Строри упал на спину, сжимая мушкет с треснувшим прикладом. Его шлем вдумчиво мусолил на вкус прыгнувший на новую добычу монстр, пытаясь сорвать твердую скорлупу и добраться до вкусной начинки. Брякнулась сверху вниз на лежащего орка Лонари. Покатившийся кубарем гоблин ударился о камни мостовой и лишился сознания, а потому эльфийку в воздухе уже ничего не держало. Приземлившись прямо на длинные острые шипы, и тут же придя в сознание, девушка с воем взвилась обратно в небеса, на лету хватаясь за уколотые ягодицы. Спасти их не смог даже костюм рейнджера. Почти загрызшую полусотника дварфов тварь зарубил эльф-мечник и тут же кинулся скорее освобождать уцелевших рабов. От танка уже отвязывали охапки самодельных копий и рогатин. Бой на площади был выигран, пусть за победу и пришлось заплатить свою цену. Но схватка за город еще продолжалась.

Глава 24

Мал посмотрел на лежащего без сознания гоблина. Осторожно пнул его, тщательно дозируя силу. Коротышка на удар бронированной ступней не среагировал вообще никак.

— Уснул? — Предположила Лонари, не отнимая своих рук от пострадавших ягодиц. — Не могло же это карликовое воплощение зла отрубиться из-за простого удара! Его чем только не били, в том числе и я. К сожалению не помогало ни капли.

— Храпа нет. — Орк присел на одно колено и тщательно осмотрел голову Тимона, ожидая найти дыру, в которую мог вытечь весь мозг. Менее тяжелой травмой то, что не слишком успешно притворялось обычным гоблином, было точно остановить. Однако мало-мальски крупных ран не обнаружилось. Ну не оставленные же когтями демонических гончих порезы считать таковыми? — Странно, похоже, он действительно в обмороке. Не знаешь, тут где-нибудь воды взять можно?

— Магов попроси, уж пригоршню-другую почти любой стихийник наколдует. — Лонари все же отняла руки от пострадавшей части организма и с удивлением не обнаружила на них крови. Вшитая в ткань кольчуга остановила шипы, пусть и дала им довольно сильно промять тело девушки. Можно было не сомневаться, теперь там образуется просто шикарный синяк…Но рейнджер в любом случае не собиралась его никому демонстрировать. Ну, может, кроме помощницы целителя. — Или хлопни его по щекам пару раз! Нет, лучше дай я хлопну!

— А если он хлопнет в ответ телекинезом? — Мал краем глаза заметил бочку водостока, поставленную у крыши ближайшего дома. Кажется, не пустую. К ней то он и направился, слегка повысив голос, чтобы быть услышанным. — Ему-то никто не успел сказать, что бой уже закончился. Да, песиков то мы покрошили, а где их хозяйки?

— Пытались уйти под невидимостью, но наши маги сегодня после потерь весьма злы и не пожалели силы на то, чтобы групповым заклинанием разрушить все сложные и потому хрупкие чары вокруг себя. — Лонари кивнула в сторону гудевшей толпы из освобожденных невольников, к которой присоединилась часть недавно вошедших в отряд наемников. Все это столпотворение уверенно двигалось к помосту, стоящему в центре площади. Рядом с ним находился какой-то непонятный орку механизм, больше всего напоминающий огромный флагшток. Правда, никаких полотнищ к верхушке длинного шеста прицеплено не было. Сейчас несколько дюжих молодчиков в четыре руки крутили ворот, расположенный у самого его основания, заставляя конструкцию склоняться к земле. — Видишь медленно двигающуюся бучу? Они где-то в центре.

— Угу. Уф. — Орк, поднапрягшись, дотащил не такую уж и тяжелую бочку до лежащего на земле коротышки. Поставил её на землю и вытер выступивший на лбу пот. А после, протянув руку к поясу, схватился за флягу, из которой сделал два жадных глотка. И только потом ошалело уставился на емкость в своей руке, беречь содержимое которой не было никакой необходимости. Умереть от жажды в городе полном колодцев смог бы лишь очень большой неудачник. Перевел взгляд на бочку. Задумался.

— Ох. — Простонал Тимон и не дожидаясь рукотворного дождя открыл глаза. — Плоховато мне чего-то. Народ, кто знает, а как у этих проклятых гончих яд с когтей можно сцедить? Улетная дрянь, надо набрать себе пару фиалов…Или лучше бутылок. В раны её попало всего ничего, а у меня контроль над магией упал почти в как центре тюремной печати. Да и кто это там так орет?

На площади тихо вовсе не было. Скорее даже наоборот, приходились серьезно напрячь слух и голос, чтобы пообщаться со стоящим в двух шагах собеседником. Но тонкий отчаянный вой, пробирающий до костей, действительно выделялся из общего ряда звуков.

— Суккубу казнят. — Лонари первой углядела, что склонившийся было к земле шест опять начинает выпрямляться. Только на конце его теперь уже корчилась хрупкая и изящная фигурка, впустую скользящая копытами по гладкому древку, раздирающему её внутренности. Крылья демоницы оказались кем-то срезаны едва ли не под самый корень, и теперь она суматошно взбивала воздух двумя короткими кровоточащими обрубками. Разбитые в схватке губы шевелились, попеременно выталкивая из себя стоны чудовищной боли и напрасные мольбы о пощаде. — Хм, этот механизм у них один, а пленниц трое. Интересно, где две других?

— Толпа разошлась в стороны. — Мал порыскал глазами по собравшемуся на площади народу. — Наверное, больше нет. Знали, их не ждет ничего хорошего и потому не дались живыми.

— А эта видно все надеялась на то, что среди нас окажется какой-нибудь достаточно влиятельный извращенец, способный спасти её шкуру. — Хмыкнул рейнджер и посмотрела на гоблина, уже успевшего сесть и теперь взирающего на казнь с непонятной гримассой. — Да вот только ей не повезло. Который был, валялся в обмороке как нежная барышня. А пока до конца очухается, подружка для его ручной суккубы уже, наверное, и издохнет.

— Не стоит беспокоиться, мне прекрасно ясно, что для проявления милосердия не время и не место. — Фыркнул гоблин и встал на ноги. А после начал в руке подбрасывать какой-то камешек, видимо прихваченный им с земли. Края голыша стремительно обтачивались невидимыми сверлами, и спустя несколько секунд пальцы коротышки сжимали уже остро заточенную круглую пластинку. — Освобожденные рабы никогда не простят тех, кто их резал как свиней на бойне. Просто мне не нравится способ казни. Я не сторонник излишней жестокости. Особенно по отношению к женщинам, какой бы расы они ни были. Можешь назвать это двойными стандартами, шовинизмом или сексизмом, мне без разницы.

Гоблин швырнул пластинку об стену ближайшего дома и она, отрикошетив, улетела непонятно куда. Хотя Мал был готов поклясться, что та должна в дереве просто застрять. Орк неплохо разбирался в примитивных орудиях из подручных материалов, поскольку в резервациях было очень плохо с инструментами. И он четко видел, что магия коротышки сделала из обычного камешка настоящее лезвие, которым при нужде можно даже бриться. На середине особого пронзительного стона захлебнулась собственным воем посаженная на кол суккуба, а после опала безвольной куклой. Толпа освобожденных узников внизу встретила её внезапную смерть разочарованным гулом. Судя по реакции бывших рабов и доносившихся из их среды выкрикам, обычно казнимые жертвы страдали и мучились куда дольше. Теперь те, кому совсем недавно угрожало это жуткое орудие казни, пребывали в некотором недоумении.

— Однако, а почему это вместо того, чтобы идти дальше и бить нежить, народ занимается народными гуляниями? — Потеребил орка за бронированный рукав зеленый коротышка. — Или все супостаты уже решили эвакуироваться из города?

— Целители раненных ставят на ноги. — Махнул рукой в направлении занятых по самые уши чародеев Мал. — Думается мне, пока последней эльфийке не пришьют на место откушенную руку или ногу, с места мы не двинемся. Ведь если чары не наложить почти сразу после ампутации, потом придется ходить всю жизнь инвалидом. Во всяком случае, у наших шаманов было именно так.

— У эльфийских целителей тоже. — Кивнула головой Лонари, осторожно отходя от гоблина. Её почему-то вдруг очень стали тревожить неприязненные взгляды, которые тот на неё бросал. — К тому же, место мы заняли удобное. Есть куда отступить в случае чего. Да и демоны с сектантами не из тех, кто любит отсиживаться в неприступных крепостях. Особенно если таковых у них нет. Готова поставить свои волосы против старой мочалки, они уже готовятся провести контратаку.

В качестве подтверждения её слов где-то рядом бухнуло орудие танка. А следом появился и сам он, выкатившись задом с какой-то улицы и даже не замедлив хода после того, как оказался в людном месте. Причина столь странного способа передвижения бронетехники стала ясна сразу же. Вместе с грохотом разрыва ветер принес и многоголосый вой, издавать который могла лишь орава призраков. Сама она показалась через тридцать секунд и ринулась вперед все сметающим на своем пути потомком. Настоящий вал из приведений, которым казалось не будет конца, должен был мгновенно снести не до конца успевших вооружиться рабов и освободивших их воинов. Однако стоило лишь плотной массе полупрозрачных тел приблизиться, как тут же им наперерез бросился водяной элементаль, которого кто-то из волшебников призвал заранее и до того держал в сторонке. Только цвет его тела был не пронзительно голубым. Весь немалый объем жидкости переливался настоящим калейдоскопом радуги. Хоровой вопль разнес воплотившегося духа на куски, а после нежить прошла прямо по растекшейся луже. В которую ударила лишь одна огненная стрела. И улица заполыхала. Приведения, невысоко парящие над землей, высоту в принципе набрать при необходимости могли. Но не очень быстро. И сейчас те из них, кого неожиданно начало снизу припекать, просто не успели ничего сделать прежде чем развоплотиться.

— Пятнадцать процентов примесей, которые может вобрать в свое тело водяной элементаль, это с одной стороны немного. — Философски рассудил гоблин, вокруг которого в воздух воспарили бомбы. Время на болтовню у него было. Огонь, спаливший первые ряды призраков, надежно отсек воющую нежить от спешно готовящихся к обороне живых. И хотя пламенная стена уже угасала, но за каждую выигранную секунду стрелки и чародеи сокращали поголовье своих противников на несколько единиц. — Однако меня догматичность и отсутствие фантазии у чародеев Кель Таласа решительно угнетает! Почему они самостоятельно не догадались подмешать в плоть подобных созданий немного зажигательной смеси? Подумаешь, духи протестуют… У нас война! И тяжесть ситуации вполне оправдает некоторые не совсем гуманные решения, вроде временного введения дедовщины способных настоять на своем колдунов.

Снаряды, выпущенные гоблином, накрыли нежить. И взорвались, поджечь фитили Тимон конечно же не забыл. Ударная волна и осколки выкосили не меньше полусотни тварей сразу. Снова глухо рявкнул танк, чей снаряд проделал в рядах призраков настоящую просеку. Эльфийские лучники торопились освободить свои колчаны, а дварфы палили из мушкетов крупной дробью, цепляющей за раз по несколько врагов. Но этого было слишком мало, чтобы остановить лавину немертвых, сумевших прорваться через угасающиеся языки огня.

Орк с удивлением заметил, как чародеи отряда призывают еще нескольких водных элементалей, вместо того, чтобы пустить в дело бьющие по площади боевые чары. Нет, воплощенные духи стихии конечно были грозным противником и нанесут врагу немалый ущерб, а также без колебаний задержат его собственными телами. Однако же эффективность десятка магических созданий была явно недостаточной для оправдания таких усилий. Собственно потому то в битвах их и использовали не сказать чтобы часто.

— Вот что мне решительно не нравится в призраках, так это удобство их хранения. — Буркнул гоблин, отправляя в полет новую порцию бомб. — Подготовишь их, закопаешь в укромном месте, где разливается много жизненных сил магии, которую они впитывают всем телом, словно мох и все! Можешь забыть о приведениях до наступления трудно часа. Чай не вурдалаки, не сгниют и более-менее регулярно жрать не просят. Вот как бороться с противником, если у него такие неприхотливые кадровые резервы? Их тут не меньше двух тысяч!

— Уже одной. — отдал коротышке переносимый им боеприпас и теперь раздумывал, не присоединиться ли ему к строю дварфов. По некоторому размышлению воин решил от этого все же отказаться. Его двуручной секире для размаха требовался простор. — А сейчас станет еще меньше. Призраки может и громко орут, но в бою они немногим крепче вурдалаков и в отличии от них не умеют прыгать, заходить в спину или прятаться за укрытиями.

Рванувших вперед тварей встретила редкая цепь из водяных элементалей. Текучие кулаки сгорбленных фигур, напоминающих ожившие капли, с влажным шлепаньем принялись вбивать монстров в землю, не позволяя им пройти дальше. Однако их оболочки вовсе не были неразрушимыми и скоро должны были разрушиться. Танк двинулся вперед, тараня и давя нежить. Его броня коробилась и трескалась под воздействием хоровых воплей, несущих в себе помимо звука еще и разрушительную магию, однако сидящие внутри дварфы явно были не робкого десятка. Описывая одну восьмерку за другой, они мешали продвижению врага вперед. А для большего счастье сделали еще один выстрел в конце улицы. Туда, где под магическими щитами уже стояли остатки некромантов и демонов, к которым со всех концов города стекался местный гарнизон.

— Тимон! — Эльф-целитель, бросивший возиться даже с требующими срочной помощи раненными, искривил губы в гримасе боли, когда разлетелся по каплям вызванный им водный элементаль. Впрочем, из десятка воплощенных духов теперь осталось всего три. Волна призраков неумолимо накатывала на ощетинившихся копьями дварфов и, огибая их, прорывалась на площадь. Где её встречали одиночные бойцы вроде орка или кое-как сбившаяся в кучку толпа освобожденных рабов. — Давай!

— Даю! — Кивнул гоблин, руки которого стали покрываться разрядами молний. — Всем, у кого нет встроенного заземлителя или изолированной подметки, кыш из воды!

Молния, источником которой служили ладони зеленого коротышки, ударила в оставшуюся от одного из элементалей воду. Соприкасающуюся с другой такой же лужей. Тонкий, но тем не менее существующий слой воды, прекрасно проводящей электричество, после уничтожения воплощенных духов перекрывал собою почти всю улицу. Усилия гоблина поддержали и другие чародеи, направившие на цель свои заклинания. Усвоившие урок баньши опасный участок просто перелетали, за исключением отдельных особо невезучих особей, стелившихся по земле и не сообразивших подняться чуть выше. А вот все остальные сделать так не могли.

Уже бросившиеся вперед вурдалаки, не способные перепрыгнуть достаточно широкую преграду, бились в конвульсиях. Идущие вместе с ними сектанты тоже начинали кричать, дергаться на одном месте, терять равновесие и падать, чтобы уже не подняться. Повторился фокус с барьером, который не так то просто миновать, не получив значительных повреждений. Только теперь он уже не содержал огня и обладал избирательной проницательностью для враждебных элементов. Отъехал назад изрядно перекореженный танк, проскочив опасное место просто за счет инерции. Взобравшийся на него падший эредар, колотил своим молотом по орудию, выбивая из него похожие на колокольный звон звуки, поймал сразу штук десять стрел. Это не убило демона, но заставило его потерять равновесие и рухнуть. Очень неудачно, водителю пришлось подать в сторону и немного вперед, чтобы с влажным хрустом раздавить его. Защелкали луки сектантов, пытающихся вступить в стрелковую дуэль. Однако собранны с бору по сосенке люди, главным качеством которых их командиры считали религиозный фанатизм и преданность идеалам проклятых, не могли сравниться в мастерстве с эльфийскими стрелками. Да они даже в большинстве своем даже обычным крестьянам проиграть рисковали, так как те в отличии от них регулярно ходили на охоту.

Прорвавшиеся к живым призраки, отделенные от своих командиров и прочих родов войск, почти мгновенно оказались уничтожены. Отвести их немногие оставшиеся маги смерти просто не смогли, не сразу разобравшись в ситуации. Когда они все же наморозили ледяную корку, то остались лишь с изрядно поредевшими в числе сектантами, вурдалаками костяными пуками и парочкой последних жировиков. Которые к тому же на получившейся полосе препятствий регулярно падали, образовывали свалки и тем мешали идти вперед.

— Фух. — Мал потряс звенящей головой. Выкрик баньши оглушил его и заставил слегка покачнуться, но и только. Зато сам злобный призрак не ушел от развалившего его на две части удара секиры. Как и еще четыре ему подобных существа, прорвавшихся к орку несмотря на гоблина, швырявшегося с его макушки направо и налево боевыми чарами, укладывающими по два или три врага за один раз. Воин не мог поражать врагов дистанционно, зато он умел бегать. При необходимости очень быстро и даже в латах. — Кто там еще остался? Подходи по одному!

Вурдалаки при поддержке костяных пауков проломили первый ряд дварфов, насаживаясь на копья по двое или трое и буквально вырывая их из рук. А следом начинали терзать отмахивающихся от них мечами, топорами и иным оружием пехотинцев. Размен был не в их пользу и составлял в рукопашной примерно полтора к одному, может быть даже два, но такие потери судя по всему были сочтены вражеским командованием приемлемыми. Некоторые из них вместо того чтобы терзать крепкий орешек строя огибали преграду и вырвались на площадь, к более легким целям. Стрелки уже успели опустошить свои колчаны, а потому были вынуждены взяться за оружие ближнего боя и идти на помощь освобожденным рабам. Те, хотя и не имели практически никакого снаряжения, компенсировали этот недостаток энтузиазмом. Видимо сильно их достали сектанты, раз некоторые из пленников бросались на тварей с яростью, которую можно было ждать скорее от вурдалаков. Да и завывали в процессе ничуть не мелодичнее. Из задних рядов дварфов полетели чудом сохраненные до этого момента гранаты. Несколько взрывов, прогремевших в задних рядах напирающих монстров, дали возможность восстановить пошатнувшийся было строй. Некроманты из-за спин своих марионеток затеяли с чародеями отряда вялую магическую перестрелку. Первых было мало, вторые выдохлись, уже успев использовать большую часть имеющихся у них сил. Результат оказался ничеиным.

— Да так, мелочь всякая нашего внимания настойчиво требует. — Гоблин, принявший на себя очередной удар, слетел со своего насеста и теперь ошалело тряс головой, которой сегодня и так досталось. Глаза Тимона в прямом смысле слова светились от переполнявших его эмоций и сил. Вопреки ожиданиям орка, цвет был не багровый или черный, а приятно серо-серебристый. Ладони маленького чародея попеременно сжимались. Одновременно с каждым подобным жестом какой-нибудь валяющийся на поле боя тяжелый или острый предмет взмывал в воздух и устремлялся в сторону нежити. С точностью на такой дистанции у телекинетика было не очень, но поскольку та и не думала рассредоточиваться, редкий снаряд пролетал мимо. Вот вжикнула, вращаясь вокруг своей оси, сабля, чиркнувшая крутящимся лезвием лапу вурдалака и обрезавшая её начисто. Рассек наполненную ароматами крови и боли атмосферу ржавый молот, видимо использовавшийся для того чтобы расковывать и обратно заковывать рабов. Глухо бухнула о голову костяного паука скамейка, на которой сидели пришедшие на аукцион покупатели живого товара. — Сотни полторы сектантов. Лич, который безуспешно пыжится наколдовать хоть снежинку. Плюс энное количество костяных пауков с вурдалаками. Демоны уже кончились, жировики и призраки тоже. Фигня вопрос, был бы отряд в полной боевой готовности, мы бы их по косточкам за пять минут разнесли!

— Вот только про нас такое сказать нельзя! — Констатировал Мал и кинулся вперед, занося секиру для удара, к мощи которого хотел присовокупить и набранную энергию. Целью для своего движения он выбрал танк, окончательно потерявший ход после того как его колеса застопорились попавшим между ними гнилым мясом ходячих трупов. Орудие же бронетехники перестало стрелять еще раньше, поскольку падший эредар перед смертью успел его просто погнуть. Экипаж засел в своей лишившейся хода передвижной крепости и время от времени пыхал залпами мушкетов через бойницы, заодно кроя матом забравшегося к ним на броню костяного паука. Сбить его самостоятельно им не давала конструкция машины. Нежить на ругательства не реагировала, продолжая пытаться поддеть своими костяными челюстями люк. И металл под воздействием её едкой слюны и острых клыков уже начал поддаваться! — Из основного состава на ногах осталась едва ли сотня, да плюс еще столько же союзников из бывших рабов! Эх!

Взлетевший на танк одним прыжком Мал с размаху засадил своей секирой по ногам монстра. И перерубил их сразу три штуки. Увлеченный своим делом костяной паук на угрозу прореагировать не успел, а потому потерял равновесие и шлепнулся вниз, где соскочивший орк его и добил. Вокруг царила резня и хаос и чаша весов никак не могла склониться ни на одну из сторон. Битва замерла в неустойчивом равновесии, словно схватка на борцовском ринге, когда соперники уже успели друг друга порядочно измочалить. Однако один заметно отличающийся от прочих участников элемент в ней все же присутствовал. Гоблин прекратил упражняться в телекинезе подручных предметов, которые вокруг него просто кончились. Теперь он двинулся вперед, старательно печатая шаг. Оказавшиеся слишком близко от него враги отлетали в стороны после коротких но сильных разрядов электричества, запекавших им головы с просто хирургической точностью. Впечатление неумолимой машины смерти портило лишь шатание Тимона из стороны в сторону, да тонкие ручейки крови, стекавшие у него из носа, глаз и ушей.

— Тупые! Имбецилы! — Сразу два костяных паука, пытавшихся разогнаться, как следует, и протаранить чародея, кувыркнулись и полетели в разные стороны. Бросившиеся вслед за ним сектанты в количестве четырех штук осели на землю, держась за шеи. Нечто невидимое просто вдавило им внутрь кадык и оставило задыхаться. Удар невидимым кулаком может быть и смертелен, даже если он не особенно силен, главное попасть в уязвимую точку. С каждым шагом зеленый коротышка прорывал строй врагов и уничтожал тех из них, кто оказывался к нему слишком близко. Отвоеванные метры давались ему ужасным трудом. Хрипящий от чрезмерной нагрузки коротышка был вынужден говорить за раз только одно слово, а потом делать паузу, чтобы вздохнуть. Целью его движения определенно являлся лич, который несмотря на невозможность творить боевую магию, очевидно, манипулировал действиями всей собравшейся здесь нежити и сектантов. И делал это довольно грамотно. — Моя! Мана! Не кончается! Никогда! Но! Это! Не! Самое! Главное! И! Совсем! Не! То! Чего! Стоит! Бояться!

— Интересно. — Мертвый колдун сложил руки на груди крест на крест, видимо пытаясь собрать хоть сколько-то магической энергии в свое иссушенное тело. Он был абсолютно спокоен…Так как находился в полной уверенности, что его обязательно воскресят даже в случае поражения. Может быть, не сразу. Возможно, спустя пару месяцев или даже год. Но рано или поздно все равно вернут к жизни. Вернее, существованию. Управляемые его волей твари больше не пытались приблизиться к гоблину. Высокопоставленный покойник решил, что больше пользы они принесут уничтожая других врагов, а не складывая понапрасну свои туши рядами вокруг никак не желающего умереть от перенапряжения маленького мага. — И чего же в таком случае, ты прикажешь нам бояться?

— Самого лучшего, что у меня только есть. — Зло оскалился зеленый коротышка, получивший передышку и оттого снова начавший говорить нормально. — Моих мозгов и моего гарема. Особенно представительниц последнего. Маленьких миленьких крошек, способных совместными усилиями морально, ментально и физически вынести мозг кому угодно. Взять его, девочки!

— Чего? — Лич не успел испугаться или удивиться. На ближайшей крыше возникло четыре фигуры, до того не принимавших участия в сражении. Три из них принадлежало слабому полу, а одна гоблину, который их всех сюда и привез. Пилоту боевого лесоруба, при необходимости способному управлять и примитивным воздушным шаром, мало пригодным в бою. Однако же способным провести разведку, перевезти пару тючков контрабанды или перенести с места на место нескольких нетяжелых пассажиров. Суккуба, сидевшая в заряженном энергией кресле-артефакте, обеспечивала до этого момента им всем невидимость. Шаманка троллей, украсившая площадку какими-то рунами и магическими звездами, отвечала за максимальное усиление при помощи ритуалов одного единственного группового заклятия. Широко зевающая эльфийка, успевшая слегка отоспаться и подкопить сил, была взята специально именно для этого момента. Три волшебницы, каждая из которых в той или иной степени владела магией иллюзий, куда входили и приемы воздействия на разум, нанесли один единственный удар, куда вложили все свои силы. Ментальный. По сознанию мертвого колдуна.

— Ауауа! — Взвыл впервые за очень долгое время ощутивший боль и страх мертвец, хватаясь за свой череп. Одну незваную гостью он бы, даже лишившись почти всех сил, из разума вытолкнул и особого ущерба не понес. Но сразу трех чародеек, которые долго готовились к этому моменту…Напрягая свою волю девушки крошили сознание врага на осколки. Выжигали память. Туманили рассудок. И не давали своей жертве покончить жизнь самоубийством, вернее отданной излишне выносливому телу командой на прекращение существования.

— Вперед, бойцы! — Рыкнул гоблин, сплюнув кровавой слюной на тихонько подбирающегося к нему со спины сектанта, до того лежавшего на земле и притворявшегося трупом. Еще в полете жидкость вспыхнула, и вопящая фигурка снова упала, испуская жирный вонючий дым. — Перережем всех тварей! И тогда мои прекрасные дамы получат возможность пытать лича до тех пор, пока он окончательно не сойдет с ума! И пусть тогда его воскрешают, сколько влезет! Преданного, бессмертного и не способного даже имя свое вспомнить, не говоря уж о темной магии!

Глава 25

— Это конец. — Гоблин, из глаз которого катились слезы, закрыл лицо руками и горько зарыдал. Украшенное кроваво-алыми потеками зеркало бесстрастно отобразило маленькую зеленую фигуру, сгорбившуюся в напрасной попытке закрыться от неизбежного. — Все пропало!

— Из-за чего шум? — Заглянула в богато обставленную комнату Сури, сжимающая в руках тарелку. Из посуды ароматно парила только что приготовленная рыба, в которую искусные повара затолкали куски ветчины, какие-то блинчики и даже орехи, а сверху посыпали все это экзотическими специями. Одеждой демоница себя обычно не утруждала, так была вынуждена вести жизнь затворницы и никуда без очень и очень солидной свиты не выходить. То ли для того, чтобы почаще привлекать к себе внимание гоблина, то ли затем, чтобы конкуренток позлить. — Эти стенаниями мне весь аппетит перебивают, а на десерт есть еще и тортик!

— У Тимона свечение из глаз пропадать отказывается. — Откликнулась с кушетки Острога, принюхиваясь к наполнившим комнату ароматам. Одета шаманка ледяных троллей была лишь самую чуточку больше, чем суккуба. На ней были серьги. И небрежно накинутый поверх гибкого мускулистого тела плед. В постель к себе её зеленый коротышка специально не звал, поскольку она и сама пришла. А также частенько отказывалась оттуда уходить с наступлением светлого времени суток. Она вообще оказалась большой любительницей поспать и, будь её воля, дрыхла бы на одном месте по восемнадцать часов в день.

— И чего? — Не поняла Сури, как бы невзначай облокачиваясь на притолоку так, чтобы гоблин когда обернется сразу же увидел её в самом выгодном ракурсе. — Это же хорошо! Показывает громадный энергетический потенциал волшебника. Доказывает, что магия стала частью организма, перестроила его под себя и теперь будет легко подчиняться своему обладателю.

— Но как?! — Взывал гоблин и принялся биться головой о зеркало. Не сильно, конечно же, ему вовсе не хотелось порезаться или и того хуже, возмещать причиненный обстановке гостиничного номера ущерб. — Как мне теперь становиться карманником и незаметно тырить цацки у представителей высшего общества, таскающих на себе целые состояния? Как стать незаметным убийцей, способным в ночной темноте уничтожить любую цель и уйти, так и не попавшись никому на глаза? Да я даже шпионом с такой особой приметой больше стать не смогу, как прикажите вести слежку, если на морде целых два прожектора сияют?

— Да, это проблема. Может, стоит заказать специальную повязку? А еще я видела из окна существ с такими странными штуковинами, напоминающими щитки для глаз. Кажется, они называются очки. Пара из них точно были черными и почти непрозрачными. Вроде бы их носили дварфы или гномы…Не помню точно, но у них еще вся одежда заляпана этим противным машинным маслом была. Уж его то теперь везде узнаю. — Начала рассуждать Сури, выгибаясь еще больше. И тут же раздраженно шипела. Подливка из слишком наклонившейся тарелки пролился ей прямо на ногу, причем шерсть от горячей жидкости спасала не сильно. Комната наполнилась пленительными ароматами еды. — Ашш! Черт, опять сначала мыть, потом расчесывать…

— Тимон! Тимон! — В комнату через ведущую наружу дверь влетела Фиэль. Длинное красное платье, скрывающее все кроме головы, но довольно плотно облегающее фигуру, весьма выгодно подчеркивало достоинства эльфийки. Волшебница замерла, рассматривая необычную композицию, в которой гоблин, судя по позе молился зеркалу, а две обнаженных девушки занимались какими-то непонятными для посторонних делами. — Ой! А что вы здесь делаете?

— В ролевые игры играем. — Зеленый коротышка разогнулся. — Я, они и фаршированная стерлядь, на которую ты сейчас наступишь. Раздевайся и присоединяйся.

— В другой раз. Когда-нибудь после победы над нежитью и восстановления Кель Таласа. — Попятилась обратно в коридор чародейка, для которой такое было изрядным перебором. Она многое успела повидать в своей долгой жизни, но такое для неё было все-таки изрядным перебором. Особенно стерлядь. — Тимон, тут твой лазутчик из числа гоблинов вернулся. Который Медножадингс. И у него есть очень важные сведения о ваших торговых баронах, которое нам надо услышать.

— Нет в жизни счастья. — Вздохнул гоблин и уныло поплелся к выходу, на каждом втором шаге оборачиваясь и бросая тоскливые взгляды себе за спину. Адресованы они были почти сбросившей с себя плед шаманке, взирающей на изрядно смутившуюся Фиэль с клыкастой улыбкой. А вот для того, чтобы полюбоваться на наклонившуюся суккубу, старательно отчищающую свои голени от запутавшегося в шерсти мусора, голову приходилось разворачивать обратно. — Только настроился отдохнуть, как следует и на тебе! Ох, как я понимаю всякое разное древнее зло, запирающее со своими слугами и самое главное служанками в труднодоступной твердыне, которая расположена на самой глухой окраине мира и для надежности заваливающее вход!

Стоило двери захлопнуться, как Острога соскочила с кровати и пристально взглянула на соперницу, даже не озаботившись тем, чтобы прикрыться. Про стыдливость ледяные тролли слышали, но как-то мимоходом. Сури, выпрямившись, бестрепетно встретила взгляд и оскал шаманки. Её стесняться вообще не учили, скорее даже наоборот.

— Проблемы? — Невинно уточнила демоница, выпуская когти, способные располосовать даже самую прочную кожу.

— Да! — Тряхнула распущененой гривой волос полукровка. — Тебе после раздела трофеев достался полный ларец украшений, а мне лишь два маленьких золотых колечка и серебряная брошь с мутным камнем. Не хочешь, чтобы у нас началась вражда, так делись. Или, по крайней мере, не мешай сделать так, чтобы я их честно заслужила! Все крутишься и крутишься рядом с гоблином, подойти невозможно!

— Три четверти этой маленькой шкатулки вещи специфические. — Фыркнула демоница. — Тебе просто некуда будет надеть набалдашник для хвоста или накладки на крыльевые когти. Украшения суккуб, которые мы взяли при разграблении города, можно было либо отдать мне, либо переплавить. Да и вообще, я трудилась на благо нашего покровителя дольше, больше и лучше, а потому и заслужила более щедрые подарки.

— В этот раз, возможно. Но только в этот! — Пошла на попятный шаманка, то ли признавая правоту слов своей противницы, то ли не желая доводить дело до драки. Без оружия и магии она бы демонице просто проиграла. А если дойдет до серьезных разборок, то кто первый попытается убить противника, тот и окажется виноват. — Но на будущее учти, я тоже не намерена сидеть, сложа ручки, и потому хочу, чтобы мои усилия ценили по достоинству.

— О, в этом можешь не сомневаться. — Суккуба обошла свою конкурентку, небрежно толкнув её бедром, и уселась прямо на нагретую кровать. Да еще и в плед завернулась. — Есть кому оценить и наши усилия, и наши достоинства. Не волнуйся, когда Тимон вернется, я тебя позову.

— Ага, ищи идиотку, которая тебе поверит. — Шаманка попыталась отобрать плед. — Эй, отдай одеяло! Тут, между прочим, прохладно! Как-никак на дворе уже осень, а печи еще не топят.

— Ты же во льдах привыкла жить, тебя не должна волновать обычная промозглая погода! — Не пожелала расставаться с куском теплой ткани Сури. Она в принципе, могла бы пару дней побегать голышом даже среди снегов и после этого не заболеть, но все, же привыкла к куда более теплому климату. В своих жилищах демоны Пылающего Легиона предпочитали поддерживать температуру, близкую к той, которая наблюдается в недрах кузницы. А самыми комфортными местами обитания они считали действующие вулканы. — Не дергай так! Порвешь!

— А кое-кто тут вообще с копытами и может бестрепетно на холодный пол наступать. — Шаманка утроила усилия и начала сталкивать соперницу с нагретой постели. — И еще с шерстью на ногах! Отдай!

— Только до голени, да и ту я брею, если условия позволяют! — Возмутилась суккуба, вынужденная потесниться. — Ладно, раз ты настроена так решительно, залезай сюда, вместе его ждать будем. А когда придет, опять повоюем. Не знаю как гоблинов, а демонов и некромантов хорошая женская драка всегда заводила. Может, и еще чего заслужим. Если хорошо постараемся. Обе.

— Да? Ну, тогда ладно. — Шаманка чуяла в словах демоницы какой-то подвох, но пока еще не могла сообразить какой. Будучи самой настоящей варваркой, она просто не обладала необходимым опытом для составления прогнозов по развитию ситуации. — Ух, какая ты теплая…А что с эльфийкой делать будем?

— А зачем она нам? — Пожала плечами суккуба, обнимая одной рукой Острогу. — На щедрость с её стороны в любом случае нечего рассчитывать. У неё даже личного имущества почти нет, все в свой отряд вкладывает. Даже если очень захочет, то подарков нам не даст. А внеочередной тортик мы и сами добудем.

— Нет, я в смысле, отвадить бы её. — Пояснила ход своих мыслей полукровка. — Фиэль ведь по итогам штурма гоблин чего-то тоже дарил из своих трофеев! Я видела!

— Да? — Задумалась Сури и выпустила на свободу ту часть своей силы, которая отвечала за максимально быстрое очаровывание и соблазнение жертвы. — Это действительно нехорошо. Надо бы сделать так, чтобы все внимание было на мне…На нас. А еще можно будет с этой заносчивой гордячки взятки требовать, чтобы мы гоблина отвлекали, и он как можно меньше внимания ей уделял! Двойная выгода!

— Точно! — Обрадовалась шаманка, чувствуя какое-то лихорадочное возбуждение, по непонятной девушки причине начавшее захлестывать их с головой. — А то она каждый раз после его визита в свою палатку делала такое скорбное лицо, будто её там как минимум избивали нещадно! А когда я чары на ткани сломала, так от стонов даже упившиеся на ночь пивом дварфы попросыпались!

— Лицемерка! — Согласилась с ней Сури, начиная легкие поглаживания новой союзницы.

— Ледышка! — Как то не очень уверенно согласилась с ней полукровка, пытаясь понять, что та делает.

— Зазнайка. — Данный эпитет Златокудрой подходил не слишком, поскольку за века жизни волшебница обязана была научиться многому. Но зато он точно нес в себе негативный оттенок и суккубе этого вполне хватало.

— Ханжа. — Совсем уж тихо пискнула Острога, которой уже вовсе не было холодно. Даже наоборот, очень жарко! Полукровка попыталась вырваться или хотя бы начать отбиваться, но все её усилия оказались напрасны. Из цепких ручек демоницы вывернуться не получалось, поскольку тонкие пальцы суккубы обрели вдруг стальную твердость и чтобы вырваться пришлось бы пожертвовать куском собственной шкуры. Самым нежным, пожалуй, куском.

Не зная о том, какие зловещие планы и с каким итогом составлялись в его комнатах, гоблин внимательно слушал своего агента. Тоже гоблина.

— Златокошель сейчас наиболее слаб. — Разливался соловьем Медножадингс, бросая алчные взгляды на небольшой мешочек. Тот не звякал, если его задеть. Драгоценные камни делать подобное в принципе не способны, но от этого они не становятся менее ценны. А заодно они компактны и легко переносятся при необходимости. Некроманты это тоже понимали и потому хранили заначки преимущественно в подобной форме. Возможно, правда, их убийцы нашли не всё, но они очень старались и потому ушли из опустевшего города с карманами, полными самоцветов. — Секрет пилюль, при помощи которых из ненужных детей выращивали наиболее сильных и покорных хобгоблинов, уплыл из его пальцев целых пять лет назад. А других каких-либо столь же надежных источников дохода старик не имеет. Пока он проживает нажитое и крутится, инвестируя деньги в разные прибыльные делишки, но все понимают, вечно так продолжаться не может. То, что он уже побарахтался столько времени и не разорился уже чудо! Если его место займет кто-то другой, никто не удивится и возражать не будет. На главе гильдии алхимиков даже собственные ученики давно поставили крест.

— Мерзкие же у вас порядки. — Передернулась Фиэль. — Прямо волчья стая. Да и в той ослабевших сжирают только лишь очень голодной зимой!

— Не мы такие, жизнь такая. — Развел руками Медножадингс. — К тому же Златокошель сам виноват. Не настроил бы против себя кучу народа, спокойно бы ушел на пенсию. Обычно бывших баронов почему убивают? Потому как пограбить хотят. На то, чтобы прожить еще лет двести, глотая деликатесы в три горла и запивая вином в четыре, им запасенной на черный день мошны обычно хватает. Однако же за голову главы гильдии алхимиков чуть ли не в любом нашем поселении по весу золотом жители еще и сами заплатить готовы. Они честно придут и честно скинутся. Случай для нашей расы не то чтобы совсем небывалый, но по меньшей мере весьма показательный.

— И чем он заслужил такую пламенную любовь? — Хмыкнул Тимон, с интересом слушая докладчика. — Пытался продавить всеобщее налогообложение с льготами для бедных и повышенной процентной ставкой для богатых?

— Ну не, даже он не настолько чудовищен. За такое его бы сразу растерзали. — Передернулся от подобных слов Медножадингс. — Просто старик когда выводил свою особую породу хобгоблинов, пускал в продажу результаты экспериментов. Все, как удачные, так и не очень. Нет, сначала то они работали как надо, но лет через пять то один, то другой неожиданно понимал, что его сделали рабом и превратили в уродливого мутанта, обреченного до конца жизни пахать за миску похлебки. Если бы они смогли организоваться, было бы полноценное восстание. А так обошлось всего лишь многочисленными инцидентами, с десятками жертв. Однако Златокошель теперь вынужден держать громадную армию, поскольку ему многие хотят отомстить за потерянные по вине некачественного товара деньги или здоровье.

— Чудовищно. — Покачала голвой Златокудрая, мысленно перенося убийство обсуждаемой персоны из раздела грехов в список несомненно праведных деяний. За уничтожение того, кто калечил детей какой бы то ни было расы, её бы никто не осудил. Процессу правда могло помешать то, что после драки за город её отряд опять увеличился в размерах. И опять за счет новобранцев, которые во время боя обязательно будут путаться под ногами и гибнуть пачками. К примеру, во время схватки за Крош, на одного ветерана, который удостоился торжественных похорон или стал инвалидом, приходилось по два лишившихся навеки задора энтузиаста. — Чем больше я узнаю гоблинов, тем больше радуюсь, что раньше с ними почти не общалась. Как можно отдавать собственных детей на такое?

— Не отдавать, а продавать. — Поправил её Медножадингс. — Для всяких бедняков это подчас единственный способ добыть начальный капитал, чтобы создать свое собственное дельце. Три-четыре младенца, которых все равно кормить нечем и дело в шляпе! Неужели умереть им всем с голоду лучше, чем иметь шансы на выживание хотя бы кому-то одному, кто переживет алхимические процедуры?

— Чтобы стать торговым бароном, надо убить торгового барона. Вернее даже не убить, а обанкротить, оставив без всего и забрав это самое все себе. — Задумчиво пробормотал Тимон, стискивая свой маленькой ладонью изящную кисть Фиэль. Сделал он это с целью упредить эльфийку, пока она не засветила завербованному агенту прямо в глаз. — А если нескольких раскулачить?

— Тогда вы уже станете крайне уважаемым в обществе торговым принцем. — Кивнул Медножадингс, который видимо не находил ничего аморального ни в образе жизни своих сородичей, ни в рассуждениях о том, как и кого их них ограбить. — Но будьте осторожны. В таком случае против вас наверняка объединятся все прочие торговые бароны. А против их союза устоять будет не легче, чем в столкновении с войсками проклятых.

— Зато, если и их победить, то можно надевать на голову корону и зваться королем гоблинов. — Хихикнул Тимон и азартно потер лапки. — Верно ведь?

— Ну, теоретически да. — Согласился с ним Медножадингс. — Правда, это вряд ли получится. По любому кто-нибудь предаст, надеясь отхватить себе силу и богатство кандидата на верховную власть. Или просто одному из множества убийц, посланных за головой потенциального монарха, улыбнется удача.

— Взять на заметку. Не держать гоблинов на сколько-нибудь значимых постах и не давать им собираться большими группами вблизи стратегически важных объектов. — Тимон действительно достал из кармана блокнот и начал чего-то там черкать. — Ладно, о других торговых баронах поговорим позднее. О системе защиты, которую воздвиг вокруг своей резиденции Златокошель, можешь рассказать?

— Только в общих чертах. Чтобы узнать подробности, нужны деньги. — Намекнул агент.

— Обойдешься. — Отрицательно качнул головой гоблин. — Сила солому ломит, главное чтобы силы хватило. Вряд ли этот алхимик в своем подвале второй Стальхольм смог незаметно забабахать.

— Поселок Крирвуд фактически принадлежит Златокошелю и населяют его лишь родственники или слуги главы гильдии алхимиков. Ну и еще хобгоблины, конечно. Добраться туда можно только по воздуху. Дорог нет, а путь преграждают горные ущелья, через которые незаметно мост не построишь.

— Уже неплохо. — Кивнул Тимон. — Старик очевидно знает толк в своей безопасности. А зенитками он свой дом не окружил?

— В самом поселке парочка есть. А вот на подступах воздушный десант можно высаживать без проблем, если конечно собственная авиация торгового барона не помешает. У него четыре боевых дирижабля и парочка дварфийских всадников на грифонах.

— Солидно. — Была вынуждена признать Фиэль, в которой проснулся командир отряда. — Если какой-нибудь дракон нападет на тот поселок, то его чешую ваши собратья, скорее всего, потом будут на рынках продавать.

— В саду рядом с домом барона по слухам есть подземные турели. Вроде бы весьма мощные. — Продолжал рассказывать Медножадингс. — Они окружают лаборатории, в которых выводят хобгоблинов на случай побега или бунта последних. Понятное дело, при нужде даже не доделанных до конца гигантов мигом кинут в бой. Ну и какое-то количество обычной охраны там тоже имеется. Вдобавок к местным жителям, ориентировочное число которых около трех сотен гоблинов и примерно того же количества представителей иных рас. Половина этого народа живет или учится при стоящей там же академии алхимии. А значит при случае может угостить врага весьма неприятными смесями.

— Да уж, это вам не захолустный хутор. Такую цель, особенно если с её хозяином нет объявленной войны, штурмом брать будет тяжко. Имеет смысл подумать о тайной операции. — Задумался маленький волшебник. — План местности нарисуешь?

— За десять монет! — С готовностью согласился Медножадингс. — Но деньги вперед!

— Договорились, вот твое серебро. — Высыпал ему в протянутую руку несколько монеток Тимон. Агент немедленно открыл рот, но тут же его со стуком захлопнул, услышав следующие слова своего нанимаетеля. — А будешь заикаться о золоте за пять минут возни, отправлю твой труп на прокорм местным свиньям. И упаси тебя все темные боги допустить на плане маленькие неточности, из-за которых у нас могут появиться непредвиденные потери. То, что от тебя в итоге останется, даже у демонов будет вызывать жалость и сочувствие.

— Не надо угроз. — Примиряюще поднял руки Медножадингс. — Я слышал о том письме, которое от ваших имен разослали в крупнейшие сборища чародеев. Способ уничтожения считавшихся ранее полностью бессмертными личей, пусть даже и не особо надежный…В общем, мне не хочется знать, какие именно неприятности способны устроить и душе, и телу крайне опытные адепты запретной магии, работающее сообща.

Фиэль закусила губу. Попытка стереть память и личность мертвого колдуна оказались успешными лишь частично. То ли дали маху волшебницы, ментально каравшие своего противника и банально переусердствовавшие. То ли сам он как-то нашел способ прервать неприятную для себя процедуру. То ли просто его бренная оболочка имела не слишком большой запас прочности и потому развалилась. Однако факт остается фактом, их противник рассыпался на отдельные кости раньше, чем с ним успели закончить. А потом руководство сектантов пожелало воссоздать картину произошедшего. И воскресило главу рабского каравана для того, чтобы он дал им отчет, а также принял заслуженное наказание за провал и сдачу города врагу. Прилюдно и со слишком большим количеством свидетелей, чтобы удалось пересечь распространение слухов. Частично безумным, с потерей изрядных кусков памяти и, самое главное, боящимся снова попасть под раздачу крошащих его разум на осколки чародеев. Нельзя сказать, что личи и некроманты испугались, когда их вечная жизнь оказалась под угрозой провести её будучи не в себе. Но они занервничали, причем настолько, что об этом моментально узнали даже их враги. Златокудрой, которую считали главой устроившего налет на город отряда и соответственно ядром какого-то конклава чернокнижников, уже поступила куча самых разных предложений. Покаяться в грехах, купить рабов, продать рабов, обменяться запретными знаниями или запрещенными артефактами, взять в ученики и взять себе ученика.

— Надо же, еще и месяца не прошло, а сплетни уже разошлись. Да похоже еще и изрядно преувеличили наши скромные результаты. — Покачал головой довольно лыбящийся гоблин. Ему, похоже, доставляло истинное удовольствие собирать слухи, касающиеся происходящего. И чем более жуткими и невероятными они были, тем сильнее радовался зеленый коротышка. — Ладно, тогда вот тебе новое задание. Разузнай, что про нас говорят. И кто из тех, кому необычные методы ведения войны и освобождение целого города пришлись по вкусу, наиболее перспективен для сотрудничества.

— Сделаю. — Участливо кивнул Медножадингс, которому не очень хотелось возвращаться к управлению лесорубом или воздушным шаром. — Не извольте сомневаться, любой каприз за ваши деньши.

— Тебе мало силы? — Спросила эльфийка, когда они начали подниматься на второй этаж. — Иначе почему ты готов заплатить за поиск союзников?

— Не бывает много силы. Или денег. И вообще инструментов влияния. — Покачал головой Тимон, плывя по воздуху вверх, так как просто шагать по ступенькам ему было лень. — Тем более даже до их приемлемых значений нам еще очень и очень далеко. Вот стану официальным торговым бароном, подомну под себе пару-тройку производств с устойчивым доходом, выучу и снаряжу как надо профессиональную армию…И тогда уже можно будет надеяться, что враги внезапно посреди ночи не прихватят. Им для начала придется подраться с охраной и постараться сокрушить все преграды. Какие новости с побережья, кстати?

— В этот раз нежить не стремится прорваться в обжитые земли, а укрепляют свою новую границу форпостами. Видно принцу Артасу зачем-то позарез понадобился выход к морю. Говорят, сразу в нескольких гаванях силами рабов и нежити теперь строят огромный флот. — Поделилась информацией Фиэль. — Поскольку наши стратеги такого не ожидали, то войска сидели в обороне по крепостям, которые по большей части никто и не собирался штурмовать. Так, пробежались твари по окрестностям, похватали кого сумели и вернулись обратно к основным силам.

— Угу. — Кивнул гоблин. — Кстати, поскольку началась осень, то крупных стычек до зимы не будет?

— Они возможны, но маловероятны. — Пожала плечами эльфийка. — Распутица, дожди. Обозы не пройдут, а без них даже армии нежити особо не путешествуют. Тварей же надо чем-то кормить или на худой конец подпитывать магической энергией.

— Отлично, тогда завтра с утра идем к гномам. — Кивнул зеленый коротышка, протягивая руку к двери, ведущей в его аппартаменты. — Строри говорил, у нас проездом какой-то великий изобретатель остановился, надо бы попытаться его нанять. Технические гении, они ребята полезные, может помогут мне довести до ума чертежи сверхбольшого дирижабля и его же рабочую модельку…Уау!

Фиэль проследила направление востороженного взгляда гоблина, секунд пять пыталась поянть, что же она такое видит и, судя по ощущениям, телепортировалась в противоположенный конец коридора. Хотя раньше ей перемещения в пространстве никогда не давались.

— Вот не надо отделяться от коллектива. — Погрозил в её сторону пальцем Тимон, не отрывая взгляда от творящегося на его кровати безобразия. — Иди сюда. Да иди, не бойся, им сейчас все равно не до нас. Так, я кому говорю?!

— Не надо! — Златокудрая для надежности зажмурилась и отчаянно замотала головой, стараясь вытрясти оттуда отпечатавшееся воспоминание. К такому она совершенно точно не была готова. — Пожалуйста!

— Ладно. — Сжалился гоблин. — Но помни, завтра мы идем к гномам. Вечером. Поздним.

За зеленым коротышкой хлопнула закрывающаяся дверь. И, судя по тут же раздавшемуся скрежету, он её чем-то для надежности еще и подпер. Чтобы ему и девушкам уж точно не помешали.

Глава 26

— Вернись, я все прощу! — После этих слов шаманка троллей побежала быстрее. Руки рванули подол платья, которое она надела то ли второй, то ли третий раз в жизни вместо штанов, выставляя на показа коленки. Зато теперь они могла передвигать ноги немножечко быстрее. Рядом пыхтела Сури, про себя проклинающая тот момент, когда ей удалось уломать гоблина на небольшую прогулку. Крылья и прочие расовые признаки суккубы скрывались просторным плащом темного цвета, а поверх головы демоница намотала полотенце на манер тюрбана. От любопытных взглядов это её спасало, но на скоростных качествах сказалось не лучшим образом. Хотя девушки могли и не торопиться так сильно, ведь обращались то в общем и не к ним. Однако рисковать дамы не собирались. — Стой и прими смерть достойно, чокнутая ты извращенка!

Фиэль ничего не сказала. Берегла дыхание и подумывала об иммиграции куда-нибудь, где о ней ничего не знают. Например, в один из захваченных демонами миров. Если они регулярно появляются в Азероте, значит пути сообщения более менее налажены, осталось только их найти и перебить охрану. Ну, или убедить её пропустить эльфийку при помощи дипломатии, подкупа и интриг. Сейчас Златокудрая была готова рассмотреть и не такие варианты. Топающий прямо за её спиной маго-паровой голем, в центре которого сидела очень злая и растрепанная гномка, был очень убедителен.

— На второй круг пошли. — Задумчиво пробормотал Строри, наблюдая за перемещениями четырех дам по ограниченному стенами пространству гномьих мастерских. Обитатели оных сейчас попрятались кто куда, не желая быть втянутыми в конфликт. Один из местных рабочих висел на ветке дерева, взобравшись на пять метров вверх по идеально гладкому стволу. Брошенные им коробки, попав под железную трехпалую ногу, разлетелись во все стороны щепками и обрыками тряпок. Несколькими метрами правее находилось окно второго этажа, в которое с улицы запрыгнул один из местных мастеров, разбив собою стекло. В собачьей будке, стоящей у угла одного из зданий, тоже появился новый обитатель. Или гномы вывели породу бородатых бойцовых псов, носящих стальные каски. — Как думаешь, может все-таки открыть ворота? А то тут Фиэль рано или поздно поймают.

— Не стоит. — Качнул головой гоблин. — Еще секунд тридцать и эта махина полетит кувырком. Когда ваша Кармен в шагоход только забиралась, я ему уже гидравлические шланги подрезал. Сейчас они порвутся окончательно и….

Голем, похожий на громадного двуного цыпленка из хромированной стали, на всем ходу кувыркнулся. Его водительницу, забывшую в запарке пристегнуть ремни безопасности, вышвырнуло из седла и могло бы основательно прокатить по земле…Если бы она не была аккуратно подхвачена в воздухе телекинезом и притянута к зеленому коротышке.

— Я, конечно, жутко извиняюсь. — Неизвестно, что дальше хотел сказать Тимон, но продолжить ему не дали.

— Мощность психокинетических воздействий прямо пропорциональна расстоянию. Если эта мымра крашенная стояла от нас в двадцати пяти шагах, то чтобы применить его, ей надо обладать потенциалом архимага. А его обладатель не стал бы бегать от меня, а встретил шагоход кинетическим щитом. — Палец парящей в воздухе гномки обвиняюще уткнулся прямо в гоблина. — Плюс волшебник, каким бы искусным он ни был, не сможет на бегу точечно воздействовать на неодушевленный механизм оригинальной конструкции и вызвать его аварию, не разнеся конструкцию по винтикам. А значит, это был ты. Ты тиснул лифчик моей сестры!

— Признаю свою ошибку. — Развел руками зеленый коротышка, почти касаясь длинным носом полурасстегнутого комбинезона. Из под слоя выгоревшей на солнце ткани виднелся краешек непонятной конструкции, время от времени издающей механическое щелканье и начинающей на две-три секунды вибрировать. — Надо было брать твой. Но тот был намного меньше, так как у тебя второй размер, а у неё грудь едва ли не редуцирована. Однако я все равно боялся, что эта тикающая, щелкающая и дергающаяся хренотень в карман Фиэль не поместится. У неё единственной они на одежде были. А заплечного ранца я сегодня как-то не прихватил. И даже дамы почему-то пошли гулять без сумочек.

— Значит я по-твоему плоскодонка?! — С гневным выриком в спину гоблина полетел огненный шар, который разбился о выставленную им магическую преграду. Выпустила его из кончика посоха еще одна гномка, весьма похожая на ту, что сейчас болталась в воздухе. Только она была немного моложе и магом. Ну и ассистентом своей старшей сестры, известной как весьма талантливый инженер и механик. В ходе демонстрации своих изобретений собравшейся публике Кармен Хорвальдс увидела, как её сестра Хлоя кутается в обрывки своей одежды и бежит переодеваться. А вещица, очень похожая на их эксклюзивный семейный лифчик, пытается залезать в карман одной из зрительниц. Которая неминуемо огребла бы несколько хороших пинков от шагохода, если бы тот не попал в аварию, а настоящий виновник не был выявлен. — Умри, поганый фетишист!

— Эй, я действовал сугубо с научными целями! — Примиряюще поднял руки гоблин. А может, ему просто легче было так отводить волну пламени, которую пустила в него рассерженная чародейка. — Мне было интересно, зачем нужен такой механизм!

— Вот уж точно не для того, чтобы всякие безрогие козлы к нему цеплялись! — Прорычала волшебница и отправила в оскорбившего её типа еще одну волну пламени. — Охрана! Да вы чего там, уснули? Помогите мне!

Стоящие на крышах с разнообразным оружием часовые сделали вид, что это их не касается. Тимон уже имел в городе определенную репутацию и драться с ним без действительно серьезного повода никто не собирался. Нет, будь он обычным гоблином, его бы уже выставили вон, отвесив пару пинков или даже пару десятков пинков для скорости…Однако не очень то благоразумно ссориться с типом, что может самолично и без помощи со стороны разрушить квартал-другой. Такому волей неволей странности в поведении приходится прощать, если имеется хоть какая-то возможность закрыть на них глаза.

— Да забирай свою цакцу обратно, только успокойся! — Ворованная вещь вылезла из кармана пытающейся отдышаться Фиэль и полетела прямиком в лицо своей хозяйке. Но та отбила лифчик посохом и он с глухим стуком бухнулся на плотно утоптанную землю, будто выроненный утюг. Хотя по весу и материалу как рам ему-то он и соответствовал. — Я уже понял, что это никакая не игрушка для интересных развлечений, а обычный медицинский прибор. Целительный артефакт, плюс нагревательный элемент, плюс вибромассажер, действующий равномерно по всей поверхности, включая спинные накладки, плюс какие-то еще штуки, похожие гибрид походной аптечки и малый переносной комплект выживания.

— И как ты это успел понять? — Заинтересовалась инженер. — Неужели маги придумали заклятие познания механизмов?

— Нет, просто у меня столько рук, сколько я могу себе вообразить в подробностях. — Довольно улыбнулся зеленый коротышка. — Имея десяток с лишним нематериальных конечностей, легко быстро ощупать интересующий предмет, разобрать его и собрать обратно. Кхм, только вот в левом верхнем крепеже лифчика я болтик случайно сломал, он там приржавел к нарезке. И две шайбочки где-то потерялись.

— Извращенец! — Еще раз прорычала гномка-волшебница, а потом внезапно успокоилась и оперлась на свой посох, как на простую палку. — Но, гад, талантливый.

— На том стоим. — Церемонно раскланялся с ней Тимон. — Я вот только одно никак взять в толк не могу. — Где вы могли сразу обе надышаться какой-то дрянью настолько, что сейчас сразу обе в таких комплектах нижнего белья рассекаете. И почему не вылечитесь, если деньги на целителей имеются. Эти же штучки именно на легкие своих носителей действуют, я прав?

— Яд сердца материи, не выводится из организма, если уж он туда попал. А именно им мой народ залил наши пещеры, перед тем как уйти жить к дварфам. Мы не особо пострадали от нежити, но у нас до позапрошлого года кипела своя проклятая война с глубинными жителями, которую усугубили треклятые предатели. — Вздохнула Кармен Хорвальдс и подрыгала ногами. Поняв намек, гоблин её опустил на землю. Все равно между ними оставалась незримая, но от того не ставшая менее прочной телекенитеческая стенка. — Я и сестра, когда мы были моложе, пытались сделать комплекты брони, которые могли бы помочь хоть ненадолго навещать наш святой город, оставшийся от божественных предков. Неудачно. Испарения самой жуткой дряни, которая только есть в мире, быстро прошли через воздушные фильтры. Распространение омертвевших и мутированных тканей удалось остановить, но в нашил легких теперь непрерывно образуется гнилостная слизь. А чтобы её можно было без проблем сплевывать, нужны вот такие вот прогреватели и разрыхлители мокроты. Без постоянных компрессов мы просто задохнемся за несколько суток.

— Ну, я это, извиняюсь. Знал бы, что это такой нужный предмет, никогда бы не тронул. — Потупил глаза гоблин. — Простите. А давайте, вы мне чертежи покажите, и мы вместе подумаем над тем, как его улучшить?

— Эй, дамочки, а это не от вашего шагохода горелым тянет? Хотя пламени на нем вроде нету. — Строри в беседе ну участвовал, и теперь стало понятно, почему. Полусотник старательно принюхивался к окружающей атмосфере, и на лицо его наползало обескуражено-встревоженное выражение. — Проводка, топливо, резина…Остальные компоненты запаха так сразу и не назову. Тут надо быть парфюмером-алхимиком, ну или хотя бы просто алхимиком.

— Опять? — Переглянулись сестры с абсолютно одинаковым выражением испуганных лиц. — Ложись! Сейчас рванет!

Фиэль, уже подходившая к Тимону, чтобы сказать ему пару ласковых слов, последовала примеру семейства Хорвальдс и рухнула лицом вниз. Все равно она за время погони успела пару раз спотыкнуться и полететь кувырком. Сури понаблюдала за тем, как у её ног с максимально возможным комфортом устраивается седой полусотник и грациозно легла рядом. При этом едва прикрытый туго обтягивающей тканью бюст суккубы как бы сам собой перегородил дварфу весь обзор, оказавшись лишь в паре пальцев от лица. Впрочем, ветеран и не подумал возмущаться, поскольку пейзаж ему открылся довольно интригующий. Острога, оказавшаяся самой быстроногой, вообще в одно из зданий заскочила.

— Да чего рванет? Встроенного вооружения нет, а значит, боезапас отсутствует. — Отмахнулся гоблин, который и не подумал пугаться. А может, надеялся на защиту своих чар. — В этой механической блохе даже резервуара с горючим нормального не поместится. Ну, сколько там топлива того?

— Стандартная винная бочка в один обхват. — Не без гордости заметила гномка-волшебница. — Я сама чары пространственного расширения накладывала. Правда, они у меня изрядно нестабильными выходят…

С легким хлопком на боку конструкции, немного напоминающей механического цыпленка, появилась громадная железная канистра, соединенная с ней системой шлангов и креплений. Из под клапана, соединяющего емкость с машиной, пробивались язычки огня.

Грохнуло. Зазвенело в ушах, зазвенели о землю вылетевшие из рам стекла, зазвенела о выставленный гоблином барьер какая-то оплавленная металлическая штука, напоминающая половину шестеренки. Гномы-дозорные, попрятавшиеся чтобы не быть сдутыми взрывом, начали спускаться с лестницы и тянуться к большому ящику с песком. Катастрофы в мастерских были у них явлением хоть и не слишком частым, но сталкиваться с отказом новых изобретений представителям данной расы приходилось регулярно. А потому все необходимое для тушения пожаров всегда имелось под рукой. Да еще и многократно дублированное.

— Девочки, я вас хочу! — Обернулся к представителям семейства Хорвальдс зеленый коротышка. А потом окинул их фигуры оценивающим взглядом и неуверенно добавил. — Как штатных инженеров и техномагов. Обещаю множество крайне интересных конструкторских задач, любые материалы, если вы скажете, где их можно купить, а лучше украсть. Гарантирую процент от прибыли с наших совместных изобретений и фиксированную оплату труда! А также славу, богатство множество приключений и полный соцпакет!

— Делать нам больше нечего, чем сомнительные предложения от разных подозрительных гоблинов выслушивать! — Фыркнула Кармен, которая как самая старшая могла отвечать и за себя, и за сестру. — Скоро начнется заварушка с окопавшейся на побережье нежитью. Там грамотные техники будут на вес золота, ведь не ударами же мечей придется войскам альянса зиккураты сносить.

— Я не какой-то! Обо мне тут все знают, как о великом бабнике, сумасброде и обладателя абсолютно оригинального стиля магии! — Возмутился гоблин и, подскочив к поднимающейся с земли Сури, рванул её одежду. Плащ слетел моментально, выставляя напоказ крылья, длинный хвост и то место, к которому он крепился. Строри, взирающей снизу вверх на суккубу с ясно выраженным во взгляде сожалением и ностальгией, одобрительно поцокал языком. Получившаяся композиция ему понравилась и старый дварф вовсю получал чисто эстетическое удовольствие. — Разве кому-нибудь другому позволят со своим демонам по людным местам ходить? Нет, нет и еще раз нет!

Кармен выругалась. Хлоя раскрыла рот от удивления. Прибывшие в Ристоун сестры еще явно не начинали собирать слухи о местных достопримечательностях. Деловито тушившие пожар гномы тоже посматривали с интересом, но поднимать панику из-за присутствия демона на своей территории не спешили. Четыре с хвостиком тысячи освобожденных рабов, которых привели в город, это очень весомый аргумент в пользу того, что из всяких правил бывают и исключения. Да и ходили по борделям слухи, мол еще немного и близко пообщаться с представительницами врага сможет любой желающий. За соответствующую цену, само собой. Тирт уже разослал прейскурант на скупку экзотических пленниц главам некоторых шаек и банд, которые с равным успехом грабили всех у кого есть деньги. Да и с отдельными офицерами Альянса или командирами наемников на ту же тему поговорил, в надежде на появившихся у них пленных. В конце-то концов, происхождение живого товара бывшему атаману было полностью безразлично. В отличии от возможных барышей.

— Он говорит правду. Перед вами весьма известная в округе, хотя и несколько сомнительная личность. Да и разрешение на содержание ручной суккубы у него тоже имеется, я сам был одним из свидетелей, которые его заверяли. — Тихонько заметил главный в этих мастерских, подходя к компании. — Уважаемый мистер Тимон, отныне я вынужден запретить вам вход на территорию нашего анклава. Дуэль с паладином насмерть это еще куда ни шло, поскольку она была полностью официальной и проводилась под наблюдением глав города. Но вызванные вашими действиями вульгарные драки, а особенно взрывы и пожары, мы терпеть не намерены. Отныне, если хотите сделать заказ или с кем-нибудь поговорить, нанимайте посыльного.

— Мне обратно одеться? — На всякий случай уточнила Сури. — Или раздеться совсем?

— Нет, ну я бы конечно не отказался понаблюдать стриптиз, особенно если он будет исполнен профессионально, да и большая часть мужчин в пределах видимости меня поддержат. Увы, боюсь тут совсем не откуда взять музыку, шест и подиум. — Со вздохом констатировал гоблин, чего-то ищущий в недрах своей кожаной куртки. — Да и наши потенциальные сотрудники могут заподозрить, будто их пытаются таким образом от прочтения контракта отвлечь. Да где же он…Вот! С собой у меня, к сожалению, только один бланк. Однако как образец он вполне годится.

Старшая из гномок недоуменно рассматривала лист бумаги, который ей всучили в руки. И чисто машинально она начала бегло просматривать его содержимое. Подскочившая к ней Хлоя быстро зашептала чего-то сестре на ухо, кося одним глазом на суккубу, вторым на демона.

— Да успокойся ты! — Совсем не нжно пихнула родственницу в бок инженер, заставив волшебницу замолчать и болезненно сморщиться. — Я в курсе, что это, по всей видимости, уникальный опыт. Вот только за одно лишь его наличие нам могут оторвать башку какие-нибудь человеческие жрецы. У них сейчас совсем с логикой туго, всюду им шпионы проклятых мерещатся.

— Не без причины. Как никак именно благодаря предателям численность этой расы сейчас сократилась где-то раза в два, если не больше. — Ядовито заметила Фиэль, начиная отряхивать себя от пыли. Эльфийку распирала злость, но излить её на гоблина не представлялось возможным. — Эй, хвостатая, хватит тут голыми ягодицами сверкать, а ну накинь на себя свой чехол!

— А я и без глупых тряпок хороша. — Заявила суккуба, уперев руки в боки и эффектно отставив в сторону одну ногу. Несмотря на то, что её тело скрывалось под кирасой и короткой кожаной юбкой, выглядела поза эффектно. — В отличии от тебя.

— Десять золотых в месяц? — Вчитывающаяся в документ гномка подняла взгляд на зеленого коротышку. — Да это даже не смешно!

— Согласен, но вы упускаете ряд мелочей! Боевые отдельно, смотрите на обратной стороне. — Замахал ручками гоблин. — К тому же это контракт рядового бойца. Для ценных специалистов предусмотрены совсем другие суммы! Скажем, тридцать пять золотых. Каждой.

— Да мне даже в армии Стальхольма предложат не меньше ста, а Кармен семьдесят! — Уперла руки в боки инженер.

— И пошлют прорывать вашими чудесными шагоходами подготовленную линию обороны. Сам резвым гарантированна ста процентая смертность, а вот тем кто пройдет по их телам может и повезет дожить до того момента, когда у врага кончатся запасы маны и бросаемое на убой пушечное мясо. — Кивнул гоблин. — А я предлагаю работу в безопасном тылу, с редкими боевыми операциями, не идущими ни в какое сравнение с масштабными битвами, бушующими на фронтах!

— Хочу заметить, что недавно шайка, куда входит этот тип, захватила и разграбила городок некромантов. Учитывая, что она лишь слегка превышала две сотни, объяснить это иначе как диким везением невозможно. А потому я бы не верил заверениям в том, что с ним будет безопасней, чем на фронте. — Тихонько заметил глава местных гномов. — И не надо так смотреть, мистер Тимон. Вы устроили бардак на моей территории, сманиваете двух девушек нашего народа на свои сомнительные делишки и вообще, я вами недоволен!

— И какие были потери? — Заинтересовалась Хлоя. — И вообще, неужели после подобной драки от вашего отряда еще хоть кто-то остался?

— Пятьдесят шесть убитых, еще почти столько же покалеченных или выбывших из строя на пару месяцев. Плюс четыре десятка решили уйти из нашего отряда, чтобы поискать работу полегче. В общем, потери составляют от половины до семидесяти пяти процентов, смотря как их считать. — Гоблин начал ковырять ногой землю. Он вообще делал это всегда в моменты смущения. — К тому же из числа бывших рабов, которых мы оперативно освободили, серьезно пострадал или погиб каждый десятый. Ну, не такая уж и большая цена за победу, я считаю. Мы спасли четыре с лишним тысячи невольников и награбили столько барахла, что вся эта тьма народу его едва смогла утащить. А вот вы знали, что даже рядовые сектанты вовсе даже не бедствуют и буквально купаются в роскоши, которая осталась от тех, кого они превратили в рабов или нежить?

— Двести. — Твердо сказала Кармен, скомкав листок договора и прервав словесные излияния гоблина.

— Что-что? — Переспросил зеленый коротышка.

— Ты будешь платить двести золотых монет в месяц. Каждой. Инженера моего уровня и артефактора её, да еще и сработавшихся так, что дальше некуда, не так то просто найти. — Хмыкнула Хорвальдс. — А еще вы научите Хлою тем волшебным трюкам, которые она захочет у вас узнать. И торговаться можешь даже не пытаться. Я даже пьяной не поверю в радужные перспективы, которые рисует гоблин. А потому либо соглашайся, либо нет и тогда мы поедем дальше и будем тихо и спокойно лить пушки или собирать пилорамы, которые делают доски для кораблей.

Несколько сукунд гоблин молчал.

— Это грабеж. — Наконец сказал он. — Но я согласен и не спешите радоваться. Это золото вы отработаете до последнего медяка, поскольку будете буквально похоронены под потоком техзаданий. Начнем прямо сейчас. Почему ваш шагоход ни с того ни с сего взорвался, если его никто не поджигал? Повреждения, которые были нанесены мною, затрагивали только ходовую часть.

— Опять руны заискрили, стоило только потрясти как следует всю конструкцию. — Вздохнула гномка-волшебница, во взгляде которой читалось жуткое раскаяние. Видимо она уже сожалела, что её сестра не может вернуться в прошлое хотя бы на несколько секунд назад и не потребовать триста или четыреста монет. Ведь если на двести золотых согласились почти сразу и не торгуясь, то можно бы было вести речь и о больших суммах. — Я уже устала пытаться их оптимизировать. Ни один нормальный маг никогда не морочил себе голову абсолютным контролем используемых артефактами чар, поскольку позволить себе паразитные энергопотери на порядок легче, чем сводить их к нулю. Нет, на два порядка!

— А может все-таки проводка? — Не согласилась с ней её старшая сестра, наконец-то приводя в порядок свой комбинезон, зацепившийся за одну из деталей шагохода и потому расстегнувшийся. — В прошлый раз как мне кажется, замкнула именно она.

— Мда, наверное все же стоит отказаться от попыток использовать свернутое пространство как хранилище отдельных составляющих конструкции. — Хлоя с тоской взглянула на еще дымящуюся кое-где кучу мусора, недавно бывшую шагоходом. — Моего таланта явно маловато будет, чтобы создавать работающие рунные вязи данной школы. Впрочем, их даже мастера-артефакторы обычно делают на статичной основе, мало подверженной внешним воздействиям и повреждениям. К примеру, на каменной плите размером в пять обхватов.

— Ни в коем разе! — Категорично заявил гоблин и даже руками замахал от избытка переполнявших его эмоций. — Меня интересует именно пространственная магия применительно к технике! Погреба для боезапаса, куда влезут снаряды на целый год войны! Отсеки для десанта, в которых сможет жить целая армия! Отсек для багажа в который ушлый кладовщик затолкает целый город, разобранный по кирпичикам!

— Он чего-то съел? Или выпил? — Вопросительно посмотрела на эльфику Хлоя. — Нельзя же не знать таких простых вещей, как то, что любая магия имеет свои пределы.

— Он всегда такой. — Поморщилась Фиэль и не смогла удержаться от того, чтобы не ввернуть гонявшей её при помощи шагохода гномке небольшую шпильку. — Вы привыкнете. Или свихнетесь. Хотя скорее всего одновременно сделаете и то, и другое.

— Да, я всегда такой. — Гордо заметил Тимон. — И поверьте, мы с вами обязательно впихнем невпихуемое и все-таки сообразим шедевр науки, техники и пренебрежения техникой безопасности, органично сочетающий в себе древнее искусство магии и современный хайтек! Кхм, чего-то из меня лозунги лезут, как стишки на детсадовском утреннике. Так почему ваша драндулетка то загорелась?

— Из-за резких изменений внешней среды руны, даже оставшись неповрежденными, имеют дурную привычку терять стабильность. Содержавшаяся в них магия начинает рассеиваться. — Пожала плечами гномка-волшебница. — Про это известно давно, но особых проблем чародеям данный факт никогда не доставлял, а потому успешно ими игнорировался. У классических артефактов потеря, скажем, двух трех процентов мощности заклятия в никуда мало кого волнует. Легче вложить туда лишнюю дополнительно капельку сил и наслаждаться результатом. Однако, если речь идет о внутренностях техники…

— В девяноста случаях из ста при частично рассеявшейся энергии появляются искры, которые поджигают чего попало. В пяти материалы разрушаются или меняют свои свойства, а потом в процессе эксплуатации машины все равно разрушаются. — Мрачно буркнула Кармен. — А очень-очень редко вообще бывает такой эффект, что его только гномским похмельным мастерам при помощи непечатным выражений описывать. Каждый раз разный, поскольку магия может воздействовать на материальный мир абсолютно любым способом.

— Так, эту проблему я понял. — Кивнул гоблин. — А еще какие сложности есть?

— При повреждении контрольных рун все содержимое свернутого пространства или исчезает в межреальность, или вываливается наружу. Вероятность пятьдесят на пятьдесят, от чего она зависит так никто толком и не знает. — Сделала неопределенный жест посохом Хлоя, едва не заехав оружием собственной сестре по носу. — Даже и не скажу какой вариант хуже. На новых запчастях взамен отправившихся в никуда можно разориться. Зато если дошло до повреждения самых главных элементов конструкции, то не приходится возиться с утилизацией заведомо пригодного лишь в переплавку сырья. Да и безопасней оно, поскольку взрывы и пожары происходят где-то на иных пластах бытия.

— Значит, если усилить этот эффект и убедить противника подойти к вашим конструкциями, то половина врагов сломается ударной волной от детонации, а вторая потеряется раз и навсегда в межреальности? — Задумался гоблин и просиял, расплывшись в широкой зубастой улыбке. Даже его светящиеся серебряным светом глаза начали флюоресцировать раза в два-три интенсивнее. — Девочки, да вы себя недооцениваете!

Гномки озадаченно переглянулась.

— Знаете, а ведь мы так и не подписали контракт. И, пожалуй, с его заключением действительно стоит повременить. — Как бы в никуда сказала Кармен и гоблин моментально зажал сам себе рот. В глазах зеленого коротышки стоял ужас перед суммой, которую теперь потребует изобретательница и её сестра-ассистентка.

Глава 27

Летающее судно немилосердно трясло. Все, что было не прикручено к полу и при этом достаточно легким, моталось туда-сюда. Даже ящик с балластом, который никто не озаботился надежно прикрепить, медленно полз со своего привычного места. Казалось, маленький почтовый дирижабль должен был развалиться, если и не прямо сейчас, так в следующую секунду. Однако, время шло, а это не происходило. Во всяком случае, пока.

— Времени у нас прискорбно мало, а потому эта попытка будет первой и последней. И даже времени на дополнительную подготовку не будет. — Вопреки смыслу своих слов, гоблин радостно улыбался. — А потому предлагаю провести время до начала десантирования с пользой и устроить маленькое праздничное застолье, плавно перетекающее в оргию.

— Для последней у нас участников маловато. — Деловито заметила Сури, оглядывая пассажиров воздушного корабля. Вернее, воздушной шлюпки, не способной вместить больше десятка человек. Шаманка если и испугалась, то не сильно. Чтобы вселить дрожь в полукровку, пережившую марш по заснеженным просторам наперегонки с ордами живых мертвецов, явно требовалось нечто большее. Сестры-гномы округлили глаза и так удивились, что даже забыли схватиться за оружие, чтобы защитить свою девичью честь. А может быть, и не собирались этого делать и уже предвкушали грядущее развлечение. Дварф печально насупился, видимо потому как принять в грядущем мероприятии активного участия в силу возраста не мог, а орк задумчиво переводил взгляд с одной девушки на другую. Златокудрая, накручивавшая на палец локон, после слов гоблина частично облысела, вырвав полуседую прядь с корнем. Лонари, как и все рейнджеры обладающая искусством спать всегда и везде, так и не проснулась. — Впрочем, если я смогу уговорить пилота бросить штурвал…

— Он шутит. — Поспешно сказала Фиэль. — Я уже вижу свет в окнах поселка, к которому мы летим!

— Нет зрения зорче, чем у эльфов. — Вздохнул гоблин и щелкнул хронометром. — Так, а движется наш транспорт с заметным опережением графика. Печально.

— Верни часы, ворюга! — Возмутился Строри и забрал свою вещь у зеленого коротышки, видно все же освоившего потихоньку при помощи телекинеза сложное ремесло карманника. — Они у меня противоударные, но не противогоблинские!

— Им все равно предстоит пасть смертью храбрых! — Возмутился Тимон, тем не менее бестрепетно возвращая приметную вещь её владельцу. — Или ты думаешь, будто такая эксклюзивная штучка уцелеет после того, как побывает в поселении гоблинов?

— Зато потом у меня появится моральное оправдание за тот урон, который мы нанесем данному населенному пункту. — Строри убрал часы в нагрудный карман одежды, запустив руку за ворот своей кирасы. — Да и старейшины поймут, если дойдет до официальных разбирательств. Воров наш народ не любит. Особенно тех, кто тащит не просто дорогие вещи, а личное имущество и памятные подарки.

— Учту на будущее и буду воровать у вас только в госконторах. — Хмыкнул зеленый коротышка и сделал жест рукой, заставляя стоящий под одной из лавок ящик выехать на середину. Звякнули бутылки, плотно стоящие в нем. — Ну, дамы и господа, вздрогнули! Нанесем же завершающие штрихи к нашему камуфляжу. Если кто-нибудь будет слишком трезвым и вызовет у встречающих подозрения, то я ему полугодовую диету исключительно из соленых огурцов с молоком устрою!

— Только с гримом аккуратнее. — Предупредила Кармен, вытаскивая сильными пальцами пробку из горлышка первой бутылки. — Особенно это касается демоницы и демоненка, то есть тьфу ты, гоблина.

Некоторые меры, которые могли затруднить их опознавание, действительно приняли почти все члены небольшой диверсионной группы, которым скоро предстояло действовать. Строри добыл откуда-то обувь с высокой подошвой, добавившую ему роста, заплел бороду на новый лад и побрызгал на лицо некой алхимической смесью, от которой на некоторое время кожа шла отвратного вида нарывами. Фиэль перекрасилась из частично поседевшей блондинки в частично поседевшую брюнетку. Мал обзавелся париком, а сестры-гномы одели глухие балахоны волшебников. Но больше всего конечно пришлось постараться Тимону и Сури которые теперь сами на себя не походили. Облаченная в самого целомудренного покроя кольчугу суккуба зачесала волосы вверх, скрывая рога, и теперь стала похожа на эльфийку. Дополнительно на них был наложен легкий морок, скрывающий несвойственные для народов Азерота отростки. Разоблачения она не боялась. Если чародей видит женщину со сложной прической, от которой слегка несет магией, то он просто позавидует толщине её кошелька, способного оплатить услуги настоящего кудесника, зарабатывающего на жизнь парикмахером. Ну а гоблин, чьи глаза являлись особой приметой сами по себе, вообще временно изображал из себя полуслепого. Правую глазницу с зашитым веком пересекал искусно нарисованный шрам, какие оставляют после себя любимые пиратами сабли. Ну а на левой застыл монокль с плотно прилегающей к плоти оправой. Простенький артефакт полностью убирал серебристый свет, а заодно показывал всем желающим самый обычный глаз. Только немного красный то ли с недосыпа, то ли из-за похмелья.

— Попрошу меня не оскорблять! — Возмутился Тимон, выуживая из припасенной в дорогу сумочки нарезанное копченое сало. — Между прочим, в настоящий момент я по своим возможностям близок к какому-нибудь демоническому лорду низшего звена! Ну, типа их безземельного дворянства.

— А у них разве дворяне бывают? — Заинтересовалась Хлоя, нерешительно делая первый глоток вина. — У них есть кастовая структура общества?

— Там скорее племенные вожди, даром, что их орда Пылающим Легионом называется. Вот, Сури не даст соврать, общество демонов это тот еще гадюшник. Сильные непрестанно жрут слабых, слабые объединяются и жрут сильных сообща, чтобы потом перегрызться друг с другом за власть и могущество. Саргерас там самый крутой, но он не обладает абсолютной властью, а скорее является первым среди косящихся на его место равных. Довольствуется тем, что царствует, а не правит. — Пояснил ей гоблин, покачивая полупустой бутылкой. Когда и как он её успел выпить было решительно не понятно, но пьяного коротышку похоже потянуло на философию, как и многих других заливших за воротник. — Повелитель демонов вроде как завоевал себе аж несколько миров…А толку? Его наместники сами спят и видят главными, собачатся друг с другом и крупные армии из своих владений отпустить просто не могут. Им тогда оторвут их рогатые головы соседи или даже собственные подданные.

— Но это они вторгаются к нам, а не мы к ним. — Не поняла волшебница. — А ты утверждаешь, что у них все плохо и повсюду царят бардак и анархия!

— Не было бы у них жуткой разрухи, развала и стагнации, мы бы сейчас не разговаривали. — Фыркнул гоблин. — Прошлое вторжение этих деятелей, причем с теми же руководителями-неудачниками, было отмечено десять тысяч лет назад. Десять тысяч! Да за это время хоть немного вменяемый правитель, если он обладает бессмертием, должен был развить свои владения. Поднять экономику! Обучить войско! Даже если у него ресурсов нет и не было, за такое время их можно найти! Месторождения завоевать или открыть, ремесла и науки развить, да даже подданных нарожать своими силами в количестве достаточном для полноценной армии вторжения! Будь в руководстве врага хоть кто-то вменяемый, захват Азерота проходил бы у них не по разделу полноценных военных действий. В лучшем случае мы бы удостоились такого же внимания повелителя демонов, как усмирение нищего села полудиких дикарей!

Разошедшийся коротышка плеснул на себя вином, и заметил это лишь когда по его груди расплылось большое мокрое пятно.

— А он в чем-то прав. — Заметила Кармен, кивая на приводящего себя в порядок зеленого коротышку. — Вот взять к примеру драконов. Да, мощные, владеющие магией, долгожители, почти неуязвимые…Но в населенные земли этих ящеров летать с целью поохотиться давно отучили. Потому как против хороших до безобразия одиночек или даже их небольших стаек выходила организованная армия. По отдельности любой из них превосходит десяток или даже несколько десятков представителей иных рас. Но вот координировать свои усилия они могут преотвратно, а потому иногда получают по морде даже от затюканных всеми подряд племен троллей. Без обид, Острога.

— Ладно, так даже достовернее будет. И я прав не в чем-то, а целиком и полностью. — Оставил мокрое пятно в покое гоблин. — Почему как вы думаете, демоны сейчас притихли и оказывают сектантам и нежити лишь чисто символическую помощь? Потому как Кил Джедан потерял всю гвардию при взрыве солнечного колодца и изрядно опалил свое тонкое тело. Теперь самый верный цепной пес повелителя демонов на век другой подрастерял свою форму. А его побратим Архимонд хоть и снес своей магией половину Даларана, но и сам порядочно огреб от тамошних архимагов. Те знатно подпалили вражине лицевые тентакли и опять же изрядно проредили свиту, которую тот с собой привел. Теперь эти два архидемонических полуинвалида вынуждены не захватывать новые территории по приказу своего начальства, а по большей части сторожить свои границы и его сиятельный зад. Иначе получат удар от своих же.

— Это конечно очень интересно, но теперь даже я вижу наш пункт назначения. — Кивнул в сторону маленького окошка Строри. — И он быстро приближается. Мы снижаемся. Я бы даже сказал, падаем.

— Ну, тогда всем держаться. — Хмыкнул коротышка. — Роли разучены, инвентарь разобран, публика быстро соберется. Ведь как можно заподозрить бедных несчастных жертв пошедшей в разнос гоблинской техники, после небольшой аварии со страху нажравшихся, в том что они на самом деле злобные террористы? Главное, чтобы местные Медножанигса не сильно взгрели за травмы, которые получат их потенциальные клиенты, прибывшие у алхимиков заказать мелкооптовую партию зелий всяких и разных. Из тех, которые на войне литрами утекают на лечение раненных и отравление здоровых. Вы главное в процессе удара об землю себе ничего действительно не сломайте. И да, никакого колдовства всем, кроме Хлои и Остроги, которым временно отведена роль штатных чародеев. Наши эльфийки простые аристократки, владеющие только луком. Строри и Мал телохранители. Ну а я иду как секретарь и консультант, подлизавшийся к богатым дурочкам из-за искренней и пылкой любви к деньгам.

Гоблины с ленивым интересом наблюдали за тем, как на посадку заходит нещадно раскачивающийся в безветренную погоду дирижабль. Как он с силой бьется днищем о землю. Как подскакивает, пролетает еще немного и только потом останавливается. Зрелище по их оценке было так себе. Случалось им и куда более масштабные катастрофы наблюдать. В том числе и авиационные. Кто-то из обслуги расположенных здесь же дирижаблей даже хотел поспорить о том, какая именно деталь поломалась на залетевшем к ним госте. Однако так и не преуспел. Слишком много специалистов сразу вынесли свое аргументированное суждение, гласящее: 'перетерся один из ремней управления рулями, вот из-за потерявшего подвижность паруса их и заносит'. Неисправность частая, иногда её даже не исправляли перед тем, как снова отправить воздушное судно в полет. Ну, если оно не было нагружено ценным и хрупким товаром, поскольку болтанка при подобной неисправности наблюдалась просто зверская.

Встречающая делегация из местных медленно пошла к приземлившемуся воздушному судну. Скорости мелкому чиновнику, взимающему налоги за использование аэродрома и ввозимые товары, а также его охране, изрядно убавляла окружающая темнота. И выпитое пиво. Уже уступил вечер, практически ночь и вполне себе преуспевающие гоблины, разумеется, отметили завершение рабочего дня. И люди. И дварфы. И эльфы. И вообще все, кроме туповатых и безвольных хогбоблинов-мутантов. Те и без всякой дури всегда были счастливы и довольны окружающим миром, потому и не бунтовали, когда их заставляли трудиться или умирать за своих хозяев.

— Никогда! Никогда! Никогда больше я не сяду в эту жуткую штуковину! — Громко возмущалась Сури, которой была отведена роль эльфийской аристократки. Те практически всегда владели магией и пользовались ей для того, чтобы облегчить себе жизнь или придать еще большую красоту. Легкому мороку, броскому виду и большому количеству косметике на подобной даме ни один чародей бы не удивился. — Я думала, мы упадем! Разобьемся! Умрем! У меня теперь по всему телу синяки и палец на руке не сгибается! И осколком бутылки порвало самое лучшее платье!

Лонари хмуро молчала и держалась за голову. Смирно спящего рейнджера о начале экстремального приземления предупредили в последний момент, и она не успев сориентироваться изрядно стукнулась головой. Об Мала, к счастью девушки снова одевшего кожаную безрукавку, чтобы особо не выделяться. Сам орк вместе с гномками медленно и с частыми остановками таскали багаж из грузового отделения. Фиэль пьяно хихикала, причем ничуть не притворяясь. Долгое присутствие в одном помещении со скучающим Тимоном вылилось у неё в сильный стресс, заставивший выпить полторы бутылки вина едва ли не залпом и без закуси.

— С тебя штраф. — Строри то ли в шутку, а то ли всерьез, пытался стрясти деньги с Медножадингса. — Да за такую доставку ты вообще нам не только все деньги вернуть должен, но еще и сверху приплатить!

— Но ведь половину пути все было нормально! — Гоблин как достойный представитель своего племени был готов биться насмерть за каждый грош, который пытались вытащить из его кармана. — Просто потом налетел серьезный шквал, который порвал снасти! Наступили непредвиденные обстоятельства! Форс-мажор!

— Въездная пошлина по серебряному с каждого. И два золотых за стоянку дирижабля на аэродроме без получения предварительного заключения. — Обрадовал их подошедший чиновник, жадно принюхиваясь к витавшим в воздухе ароматам. Те ему решительно нравились. Сам гоблин от полетов никакого стресса не испытывал, как и все представители его расы, но ради подобным образом пахнущей амброзии согласился бы и заполучить данный недостаток. А в том, что пассажиры боролись со страхом именно при помощи алкоголя, не было ничего удивительного, так делали многие пассажиры монополистов крупных воздушных перевозок. И экипажи летающих судок как правило ничуть не возражали, особенно если им наливали и самим. — Могу я узнать цель вашего прилета? Хочу отметить, что даже если это остановка для дозаправки и торговой деятельности не планируется, то вы все равно должны будете уплатить сбор в размере еще трех желтеньких монет за право купить дрова или уголь.

— У нас к вашим алхимикам дела! — Отмахнулась от него Сури, с огромным удовольствием вошедшая в роль капризной и избалованной аристократки. Суккубе уже давно хотелось хоть кем-то покомандовать и побыть главной. А вот тех, кто желал бы её слушаться, как-то не доставало. И потому даже временная иллюзия власти доставляла демонице истинное наслаждение. — Будь иначе, в жизни бы я не залезла в ящик, который болтается в небесах под летучим мешком! Да еще так болтается! Из-за этого косорукого идиота, который клялся, будто он лучший летун в мире, мне теперь требуется помощь целителя! А также моим компаньонкам и слугам! Есть в этой дыре хоть один специалист с дипломом Даларана или печатью мастера Кель Таласа?

— Не извольте беспокоиться, все будет исполнено. — Тот час же залебезил перед ней чиновник, прекрасно знающий расценки подобных типов, способных едва ли не из могилы поднять. Если богатая клиентка откажется вести дела с алхимиками из-за того, что он поведет себя с гостьей слишком нагло, те вполне могли компенсировать недополученную прибыль за счет слишком ретивого представителя администрации. К тому же наметанным глазом он определил, что лечиться изрядно перепугавшимся путешественникам придется в основном от последствий алкогольного отравления. А несколько синяков и шишек даже и без посторонней помощи исчезнут. Впрочем, если за их сведение готовы платить, то почему бы и не взять дармовые деньги? — Я сейчас же распоряжусь, чтобы вас проводили в нашу лучшую гостиницу! Или прикажете подать карету для немедленной поездки в академию?

— А она разве в такое время работает. — Подняла брови Сури, на самом деле прекрасно знавшая ответ.

— Не бывает неприемных часов, бывают неподъемные тарифы. — Ответил ей на этот вопрос гоблинской поговоркой чиновник. — Эй вы, бездельники, а ну помогите нашим уважаемым гостям! Не волнуйтесь, миледи, время еще не слишком позднее, кого-нибудь вы обязательно

— Тут тяжелый. Или нет. Во всяком случае, ран не видно. — Подал голос один из помощников взимателя податей. Про этого человека ходили слухи, будто он однажды случайно выпил приготовленное для мутации в хобгоблина зелье. И хотя в размерах оно его нисколько не увеличило, но речь и мышление бедняге давались теперь с изрядным трудом. — Он не ходит. И почти не шевелится. И вкусно пахнет.

— Ой, что с моим секретарем! — Заполошно всплеснула руками Сури.

— Ну надо же! Впервые вижу, чтобы кто-то из нашей расы так перетрусил во время полета, который даже катастрофой не кончился, чтобы у него ноги отнялись. — Нагнулся над сородичем охранник чиновника, поправляя висящий на поясе пистоль. — Или тебе позвоночник перебило? Эй, приятель, ответь!

— Божественная слеза. По два золотых за бутылку. Из личных запасов моей нанимательницы. Ох, знал бы ты как я перетрусил, что слишком мало сего напитка выпить до приземления успею. — Разлепил якобы единственный свой глаз Тимон. — Меня не тормошить, не кантовать, при пожаре выносить первым. И не будить.

На этих словах гоблин снова закрыл глаз под моноклем, чтобы уж точно подозрительного серебристого света оттуда не пробилось.

— Где карета?! — Подняла крик Сури, которая как раз немного отошла в сторону гномок и якобы не расслышала слова своего подчиненного. — У меня тут секретарь умирает!

— Вот бы и мне так немножечко поумирать. — Вздохнул про себя чиновник и послал одного из своих людей за транспортом, с владельцем которого он состоял в доле. А после вернулся к расспросам гостей, заполняя документы и пытаясь найти повод содрать с них еще чуть-чуть за какие-нибудь дополнительные услуги.

Карета, вернее самодвижущийся паровой экипаж, появилась довольно быстро. И увезла наиболее пострадавших к алхимикам. Туда, где они могли решить свои торговые дела. Туда, где могли поправить слегка пошатнувшееся после экстремального перелета здоровье. Туда, где заведовал Златокошель, имевший привычку вставать не раньше полудня, но зато и работающий допоздна в попытках найти новый рецепт, способный снова наполнить его карманы постоянно появляющимися как из ниоткуда деньгами. Был шанс, что его в этот день не окажется у себя, но тогда бы диверсантам лишь пришлось немного подождать, затянув торги по поставкам нужных зелий. Однако торговаться с гоблинами не пришлось. Десяток хобгоблинов, облаченных в тяжелые доспехи и с сидящими в специальных седлах погонщиками-стрелками были личной охраной торгового барона. И они расположились прямо во дворе одного из зданий академии алхимии, мимо которого проехал паровой экипаж.

— Крхм! — Кашлянул якобы спящий пьяный сном Тимон. — Еще рано…А завтра будет уже поздно…

На бред, который изливал из себя зеленый коротышка, сопровождающие не обратили никакого внимания. В таком состоянии язык у пьяных работает от мозга практически полностью независимо. Чтобы опознать в этом мутном потока сознания условный сигнал, надо было оказаться очень большим параноиком.

— А какой из этих корпусов больница? — Сури наклонилась к водителю так, что кончик его длинного носа оказался где-то между выпуклостями бюста псевдоэльфики. Даже несмотря на скрывающую их одежду, глаза коротышки предприняли отчаянную попытку выпрыгнуть из орбит и обозреть их целиком с самого близкого ракурса. — А администрация? В каком месте находятся склады, с которых нам будут отгружать товар?

— А, ну, там. — Неуверенно ткнул пальцем в небо управляющий транспортом местный житель и паровая повозка едва не врезалась в забор. Крутить её руль одной рукой было решительно невозможно. Похоже, сейчас парень был готов выдать соблазнительнице даже страшную военную тайну, если бы он только её знал. А в информации о местоположении и назначении тех или иных зданий ничего секретного априори не было, ведь это знали все жители поселения и большая часть тех, кто бывал в нем проездом. — Вон то приземистое здание главный корпус академии. Договариваться только с теми, кто сидит там. Не, можно и с другими, но командовать все равно будут тамошние. И значит токо на посредников дополнительно тратиться придется.

— А чего такое маленькое? — С показным сомнением оглядела вытянувшуюся на три десятка метров одноэтажную постройку Сури, выпрямляясь. Вовремя, еще бы немного и экипаж снес бы молодое деревце, одиноко растущее на его пути в самом центре улицы. Как оно там вообще до сих пор умудрилось уцелеть, большой вопрос. То ли везло ему неприлично, то ли появился данный экземпляр флоры относительно недавно, когда какой-нибудь алхимик пролил свой эликсир на лежащее в пыли семечко. — Это же просто какой-то барак. И не из самых крупных.

— Так пожар у нас. — Развел руками гоблин. — Был. Три месяца назад. Не отстроились еще. А госпиталь вон там, аж трехэатжный. Правда, последним этажом у него обсерватория неработающая. А на втором мастерские, где ученики алхимиков разную отраву гонят. Ну, чтобы далеко их не носить когда потравятся или помрут, ведь сразу за больницей кладбище.

— Тогда правь в больницу. — Ласково положила на руку гоблина свою ладошку Сури и пальцы демоницы вдруг обрели нешуточную твердость. Паровая повозка, чей руль оказался вывернут, начала описывать плавный полукруг, разворачиваясь к уже почти достигнутой администрации тылом. — Я не буду торговаться с вашими дельцами, пока моего секретаря не приведут в порядок.

— А может все же… — Попытался было противостоять её напору водитель, безуспешно пытаясь освободить свою кисть и вывернуть руль, чтобы вернуться к прежнему маршруту.

— Не может! — Отрезала замаскированная суккуба. — Он получает десять процентов от сэкономленной мне суммы! А я деньгами разбрасываться, не намерена!

— Ну, тогда да, сначала надо в больницу. — С некоторым уважением и огромной завистью посмотрел водитель на своего сородича, от которого разило дорогим вином. В глазах гоблина читалась зависть пополам с почтением к гению, зарабатывающему огромные деньги и при этом, похоже, еще и живущему в свое удовольствие. — Эй, какой там придурок прямо под колеса лезет?! А ну кыш! Я машину только на прошлой неделе помыл!

Госпиталь встретил новых пациентов приветливо. Прайсом, в котором присутствовал перечень деталей организма, которые могут сгодиться алхимикам и будут приняты в обмен на лечение. Кровь, кости, внутренние органы…Прочитав этот документ и содрогнувшись, Фиэль заподозрила, что некромантам на местном кладбище делать будет нечего. Даже сам Кел Тузед не поднимет ни единого трупа из земли, куда эти трупы еще и никто не укладывал, так как тела растаскивали на полезные ингредиенты. Сури, действовала с нахальством, апломбом и щедро раздаваемым туда-сюда серебром, среди которого пару раз мелькнуло и золото. Она мгновенно выбила для путешественников самые лучшие условия. Отдельные палаты, персональный уход, лучше лекарства и наиболее профессиональных целителей…

— Ну-с, и что у нас тут? — Вошедший в палату эльф-маг очень удивился, когда к его шее приставили нож. — Эм, позвольте, это совершенно лишнее! За ваше лечение мне уже заплачено заранее.

— Простите, сэр. — Тимон спрыгнул с кушетки и принялся разлеплять себе якобы давным-давно зашитый глаз и отклеивать фальшивый шрам. — Но вам сейчас немного придется немного отдохнуть от исполнения профессиональных обязанностей. Видите ли, у нас тут назревает небольшой переворот в одном отдельно взятом гоблинском поселении.

— Опять? — Совершенно не удивился эльф, который и не думал нервничать. То ли подобная ситуация ему была не в новинку, то ли не чувствовал себе лично большой угрозы из-за присутствия в палате своих сородичей. Без действительно веской причины жители Кель Таласа друг друга не убивали и другим делать такое с представителями своей расы обычно не позволяли. — Не, ну ваше право, у каждого народа свои культурные традиции. Только прошу учесть два факта. Во-первых, даже если вы возьмете в заложники весь персонал и пациентов этого здания, Златокошель бестрепетно нас всех в нем и сожжет. А во-вторых, последние охотники за его головой и титулом, которые умудрились попасться к нему в руки живыми, умирали почти неделю. Их опускали в крупный муравейник, через несколько часов вынимали, лечили и пересаживали в следующий, где насекомые еще не успели наесться.

— Не волнуйтесь, заложников тут брать никто не собирается. — Успокаивающе замахал на него руками гоблин. — Вы нужны нам больше как свидетель. Ну и как официальный проводник. На крышу. Как думаете, ваши коллеги сильно удивятся, если этим очаровательным дамам пропишут ванны из звездного света для улучшения цвета лица? Естественно, теперь все ваши передвижения и действия будут контролироваться одним из нас. На случай непредвиденного патриотизма.

— Если я при них побренчу золотом в карманах, полученных за столь удачно назначенную целительную процедуру, то они вам в нагрузку и кремов пропишут. Специальных, позволяющих не обгореть в ванне из лунного света. — Степенно кивнул целитель. За годы сотрудничества с гоблинами он волей неволей перенял часть их мировоззрения и теперь серьезно отличался своими моральными ценностями от большинства сородичей. — Да, кстати, если руководство этим поселком случайно сменится, вы не знаете, ротация кадров в нашем заведении будет? А то некоторые личности занимают свои посты совершенно не разбираясь в том, как именно надлежит бороться с ранами, обеспечивать работу целителей всем необходимым или проявлять заботу о больных. В силу одних лишь родственных отношений со Златокошелем. Очень бы хотелось независимой аттестации всего персонала, по итогам которой будут сделаны соответствующие выводы.

Глава 28

— Цель вышла из здания. Направляется к своему бронированному паровому дилижансу. — Холоднокровно оповестила Фиэль, наблюдая за перемещения Златокошеля через настоящую подзорную трубу. Компания диверсантов со всеми удобствами расположилась на крыше трехэтажного здания, самого высокого в поселении гоблинов. Представители этого народа предпочитали зарываться в землю и потому двухуровневый подвал мог быть обнаружен даже в самой покосившейся хибаре. — Объект находится под прикрытием двух магов, держащих барьер из школы воздуха. Они вбухали в заклятие достаточно сил, чтобы паразитные потери энергии подсвечивали воздух.

— От стрелы бережется, стало быть. И от вражеских заклинаний. Видимо были преценденты. — Цикнул зубом Тимон и посмотрел на гномок. — Дамы, ваш выход. А я взлетаю.

Ноги гоблина оторвались от крыши и зеленый коротышка начал набирать высоту. Для того, чтобы не быть обнаруженным раньше времени он набросил на себя черный плащ, дополнительно скрывающий его в ночной темноте.

— Великие боги, чем я занимаюсь за каких то жалких триста золотых в месяц? — Глубоко вздохнула Кармен и подошла к ничем на примечательному на первый взгляд участку крыши. Сури, которую перед операцией буквально обвесили артефактами-накопителями, чуть ли не с боем отобранными на время у страдающих жаждой магии эльфов, сняла невидимость с первой пушки. Орудия сестры протащили в свернутом пространстве, потеряв по пути один из четырех стволов в межреальности. Однако оставшиеся три они без всяких проблем разместили в нужном месте под покровом иллюзии и изготовили к стрельбе. — Хлоя, ты держишь его в прицеле?

— Да, давай быстрей! — Вторая гномка хоть и была магом, но обращаться с техникой тоже любила. Просто конструировать её в отличии от сестры не умела. — Этот старый пузан ковыляет медленнее черепахи, но до повозки шагать ему не так уж и далеко.

— Огонь! — Скомандовала сама себе Кармен, дергая спусковой рычаг и тут же перебежала к следующему орудию. Которое Хлоя уже перенацеливала с просто нужного участка конкретно на цель.

Златокошель был привычен к покушениям на свою жизнь настолько, насколько к этому вообще можно быть готовым. Старый алхимик всегда держал при себе громадный набор противоядий, да и не каждая отрава вообще могло взять его пропитавшийся зельями организм. Могучие и преданные хобгоблины могли сообща растерзать дракона или даже двух, если кто-то из летучих рептилий окажется на земле. Зачарованная кольчуга и маги-мастера барьеров сберегали тело торгового барона от убийц, желающих подстрелить его как куропатку. Личный целитель, безвылазно проживающий в поместье, жизнью отвечал за эффективность восстановления самочувствия своего главного пациента. Однако против артиллерии может гарантированно помочь только хороший бункер. А его нельзя носить с собой. И не получится отсиживаться в нем целыми стуками, если есть необходимость много и плодотворно работать, дабы уже созданная паутина из деловых связей и налаженных рабочих процессов не развалилась.

Однако против снаряда, врезавшегося в окружающий торгового барона защитный полог, принятые меры были явно недостаточными. Нет, барьер сработал исправно…Но не такого калибра были сотрудничающие с богатеньким гоблином колдуны, чтобы без подготовки сдержать пушечный выстрел. Будь иначе, работали бы они Даларанскими архимагами. Или у сектантов старшими личами.

— Какого…? — Только и смог сказать Златокошель, наблюдая за внутренним миром одного из своих охранников, разбрызганным по земле. Само старый алхимик отделался легким испугом. Сестры Хорвальдс были настоящими профессионалами в обращении с техникой. Муху бы они может и не сняли при стрельбе с заранее подготовленной позиции, но вот на попадание в отдельно сидящего воробья уже имели неплохие шансы.

Второй выстрел, на этот раз произведенный зажигательным снарядом, перекрыл дорогу к паровому дилижансу бушующим на земле ярким пламенем зажигательной смеси. Третий отрезал гоблину дорогу назад. Ревели и метались туда-сюда хобгоблины, которые подчинялись скорее инстинктам, чем разуму и потому боялись огня. Их погонщики смогли бы направить своих скакунов куда надо…Но врага они не видели, хотя пара обладающих боевым опытом экземпляров уже и засекла, откуда ведется пальба. Однако удаляться от Златокошеля охранники не спешили. Как и палить в медленно, но неуклонно подбирающуюся к нему угрозу. Трудно рассмотреть черную тень на фоне ночного неба.

— Как говорил один хороший человек: 'Иди ко мне'! — Сплетенный из проволоки канат, заканчивающийся на конце небольшой стальной кошкой, будто змея обвился вокруг объемной туши алхимика. И дернул его вверх, отрывая от земли и быстро сматываясь. Висящий в воздухе Тимон не желал рисковать собой, спускаясь слишком низко, а потому немножечко схитрил. Мощность его телекинеза падала пропорционально расстоянию от мага-коротышки, но чтобы управлять траекторией полета гарпуна много и не требовалось. А подтянуть ловчую снасть на торговых баронов он мог и за ту часть, которую непосредственно держал в руках.

— Ау! Фых! Охр! — Внезапно воспаривший Златокошель почувствовал, как из него наружу лезет съеденный за обедом молочный поросенок. Однако это не помешало толстяку выхватить пистоль, кинжал, склянку с кислотой…Которые выворачивались сами собой из его пальцев и по воздуху летели прямо в карманы его похитителя. — Ого, как мы уже высоко! Спасибо, что обезоружили меня, юноша. Если бы я вас ухлопал, то брякнувшись с такой высоты, равномерно размазался бы по всему поселку. Да, кстати, а вы точно уверенны, что тот человек который говорил ту фразу был хорошим?

— Ну, может быть не очень хорошим. И даже не очень человеком. Во всяком случае, после смерти люди часто утрачивают право на это гордое звание. Однако так работать с гарпуном так как он не мог больше никто. — С готовностью признал Тимон, леветируя себя и торгового барона в сторону больничной крыши. — Его подход при всей своей показушности довольно эффективен, не правда ли?

— Согласен. Покушений на меня было много. Часть из них увенчалась даже частичным успехом, лишив меня кого-нибудь из слуг или пары клочков мяса. Однако оказаться похищенным, это абсолютно новый опыт. — Сквозь зубы процедил Златокошель, наблюдая как сплетенный из проволоки канат сам собой завязывается на его теле в хитроумные узлы. — Может, заключим небольшое соглашение? Вы меня опускаете рядом с домом и говорите имя того, кто смог найти такого прекрасного специалиста. Ну а также свои рабочие контакты, сугубо ради будущего сотрудничества. А я в знак своего искреннего восхищения поделюсь полутора тысячами золотых монет. Нам даже в зданию приближаться не придется. Место, где они зарыты от него далеко. И уже на следующий же день буду готов оплатить новый заказ.

— Вынужден отказаться, старикан. — Хмыкнул Тимон, наблюдая за тем, как по земле вслед за ним бегут хобгоблины. Их наездники, почти поголовно снабженные мушкетами или арбалетами, держат летящую в воздухе парочку гоблинов на прицеле, но стрелять не решались. — Видите ли, заказчик этой акции и он же главное действующее лицо представляют из себя одну и ту же персону. Которая сейчас с вами разговаривает и прикидывает, а что будет, если вас уронить прямо в лапки вон той монстрилле с неявно выраженными женскими половыми признаками. Очень уж она на вас выразительно смотрит с любовью и обожанием, а меня похоже готова сожрать живьем и без соли.

— К Большой Гретте? — Проследил за направлением его взгляда Златокошель и содрогнулся. — Не надо, лучше уж башкой о камень какой-нибудь долбаните! Это неудачный эксперимент! Очень-очень неудачный! Запомните, никогда не добавляйте в мутагены для хобгоблинов приворотное зелье! Даже ради шутки! Преданность будет фантастической, но антидоты потом составлять бесполезно!

— О, так почему же вы от нее не избавились? Насколько мне известно, процесс утилизации дефетных мутантов давно отработан. Выстрел из мушкета в ухо и свиньям на корм. — Неподдельно заинтересовался Тимон, даже в воздухе замер, тем ему хотелось получить ответ на этот вопрос. Ну и еще он был намерен дождаться объявления тревоги, чтобы смену торгового барона видело как можно больше проживающих в поселке гоблинов. — Неужели чувства оказались взаимны и лишь разница в физических кондициях и возрасте помешала их осуществлению?

— Ну, все-таки дочь… — Развел руками Златокошель и едва не кувыркнулся вниз, поскольку маг-телекенетик на миг забыл не только о своих силах, но даже и о необходимости дышать. — Эй, полегче! И не надо меня укорять! Ты, сопливый шкет, даже не представляешь, сколько уходит этим прожорливым нахлебницам на платья! А ведь еще надо тратиться на обучение, свадьбу. А потом не дай боги еще и внуки пойдут с требованиями подписать завещение и скорее в домовину лечь…

— Спасибо. — Неожиданно серьезно поблагодарил маленький волшебник, вновь набирая высоту и заставляя следовать за собою связанного торгового барона. За мгновения его растерянности они опасно снизились и теперь два-три хобгоблина могли бы их и лапами достать. Если бы встали друг другу на плечи и умудрились продолжить погоню в таком акробатическом этюде. — Вот до этого момента я еще сомневался над тем, как с вами поступить. Однако теперь уже никаких колебаний не будет.

— Эй, ты чего, родственник той драной кошки, которая после того как забрюхатела попыталась мне в шею отравленной шпилькой ткнуть? — Заволновался Златокошель. — Да нет, не может этого быть. Ту семью я всю уничтожил! Ладно парень, давай поговорим серьезно. Семь с половиной тысяч золотых и несколько уникальных рецептов моей академии, в перспективе способных принести еще столько же, если подсуетиться и одновременно продать их разным мастерам до того, как сведения разойдутся. Ну же, не молчи, скажи чего ты хочешь!

— Мне нужна твоя одежда и твой мотоцикл. — Хмыкнул Тимон.

— Забирай весь гардероб и весь гараж! — С готовностью согласился Златокошель, отчаянно пытаясь вспомнить, а есть ли вообще у него мотоцикл. В подвалы своего дома хозяйственный алхимик складировал вещи, которые не мог или по каким-то причинам не желал продавать. Вполне возможно, там мог отыскаться и этот вид транспорта. Где-нибудь между скелетом предыдущего торгового барона этого поселка и припрятанным на черный день стратегическим запасом хлама. — И золото бери! Пойдет как бонус!

— Это была шутка, если ты не понял. — Хмыкнул волшебник, приземляясь на крышу. — Сури, а ты почему еще в маскировке?

— Энергии в артефактах много, чего экономить? — Фыркнула демоница, но все же сняла со своией головы иллюзию, открыв рога. И выпустила из штанов хвост, который изрядно затек без возможности пошевелиться.

— Уупс. — Присутствующий здесь эльф-целитель поперхнулся. Фиэль едва успела перехватить возникший непонятно откуда в его руке скальпель, чтобы тот не вонзился демонице в спину. — Ах вы, твари! Да я вас всех. Глуп!

— Ты смотри, хоть чего-то порядочное в нем еще осталось. — С некоторым удивлением заметила Лонари, пряча обратно в складки одежды небольшой кистень. Удар грузиком не лишил мага сознания, но погрузил его в состояние нокаута, лишив необходимой для составления заклятий концентрации. — Может и для некоторых из нас еще не все потеряно.

— Ох, дождется у меня эта оппозиция совсем негуманного решения создаваемых ею проблем. — Недобро посмотрел на девушку гоблин. Он давно уже собирался поставить слишком несдержанную эльфийку на место, но всегда что-то мешало. То место слишком людное, то дела запланированы неотложные, в которых без более-менее профессионального рейнджера никак, то нет никакой возможности идти её искать, поскольку под боком лежит Фиэль, Острога или Сури.

— Кхем, ну зачем же было привлекать такое внимание? — Попытался улыбнуться Златокошель, с тревогой наблюдая за медленно приближающейся к нему суккубой. Радостно скалящаяся демоница, уже предвкушающая грядущее событие, помахивала короткой но крайне прочной цепочкой с ошейником на одном конце и браслетом на другом. В ночной темноте на металле слабо светились желтым светом изломанные руны неизвестного языка. — Если вы представляете здесь интересы Плети, то мы могли бы договориться по-тихому. А теперь я при всем желании не смогу утаить то, что у меня были очень особые гости! И значит, сотрудничество между нами серьезно осложниться. Нет! Стой! Не подходи!

— И чего так орать? Больно он ведь совсем не делает, даже когда высасывает ману или парализует того, на кого надет. Я это на себе проверял. — Задал вопрос сам себе гоблин, когда на шее торгового барона захлопнулся ошейник, а на изящной руке суккубы щелкнул застежкой украшенный драгоценными камнями браслет. Позаимствованный у некромантов, артефакт представлял из себя комплект для удержания и сопровождения особо ценных пленников. Паладинов, сильных магов, жрецов, а то и своих собственных преступников. — В общем, так, пузан, сосредоточься на мне. На мне, я сказал! Ты уже слышал самую главную для себя информацию раньше, но, кажется, так её и не осознал. Власть переменилась. Теперь местного торгового барона зовут Тимоном. А некто Златокошель будет у него рабом, который будет брать на себя всю возню с финансами, борьбу с бюрократией и организацию нужных техпроцессом. Или не будет вовсе.

— Мои слуги и родичи… — Заикнулся было старый алхимик.

— В лучшем случае освободят твой труп. Хотя вряд ли им удастся даже это. Здание, на крыше которого мы сейчас находимся, неплохо подходит для обороны. А к поселку уже приближается подконтрольный мне отряд, который недавно вынес меньше чем за сутки город некромантов. — Пожал плечами его конкурент. — Я бы сам тебя прикончил с превеликим удовольствием. Но мне банально лень заново создавать цепочку производственных и деловых связей. Ну а также печалит мысль оставить так и не найденными пару-тройку твоих тайников.

— Боевые дирижабли сокрушат любого противника! — Не желал смириться толстяк. — Они поднимутся в воздух, и легко накроют бомбами целую армию! А чтобы сбить их оттуда не хватит и двух десятков всадников на грифонах или десятка гномьих вертолетов.

— Поднимутся. — Кивнул Тимон. — Дня через два, когда их отремонтируют. Телекенетику моего уровня нужно просто прогуляться неподалеку от вражеской техники и все хрупкие детали на ней сломаются сами собой. Сейчас у местной авиации попросту нет ни одного не погнутого винта. А летать она может только по ветру. Или вертикально вниз.

— Хобгоблины… — Златокошель побледнел. Он не был идиотом и прекрасно понимал, что стоящий рядом с ним волшебник действительно был способен устроить подобную диверсию.

— Подчиняются тебе, тебе и только тебе. — Улыбнулся Тимон улыбкой акулы-людоеда. — Нет, своим текущим хозяевам тоже, но образ главного дрессировщика прописан в сознании мутантов намертво и имеет преимущество над всеми остальными. А ты не дашь им команды напасть на нас. Более того, прикажешь своим мутантам защищать себя и своих новых друзей всеми силами. Даже от тех слуг и родственников, кто рискнет поиграть в героя. Или просто попробует занять твое место.

— Ты думаешь, я боюсь смерти? — Фыркнул Златокошель. — Глупец! Трусу никогда не стать торговым бароном! Любой из обладателей этого звания скорее отгрызет себе руку, чем будет смотреть на то, как все его богатства уплывают в чужие руки!

— Мне кажется, ты не сможешь сбросить с себя ментальное подчинение. Особенно наложенное групповыми усилиями. Да, долго под подобной магией не походишь, иначе мозги в крутую сварятся, но на пару часов даже тебя хватит. — Пожал плечами Тимон. — А за это время получившие приказ хобгоблины разоружат всех обычных гоблинов в этой деревне. И ты сам продиктуешь им список своих помощников, которые могут доставить нам проблемы и которых надо убить. Девочки, у вас все готово?

— Да. — Откликнулась Острога, уже разрисовавшая нужными рунами крышу. Шаманка троллей разбиралась в умении запудривать жертве мозги лучше всех. С помощью подобных заклятий её сородичи укрощали диких зверей, гнали массивную добычу к лагерю своим ходом и изредка превращали на один бой заклятых врагов в фанатичных союзников. — Ритуал выполнен, осталось только дать духам команду.

— Да, хозяин. — Довольно улыбнулась Сури и внезапно ударила крылом вскрикнувшего алхимика. Острый коготь рассек кожу над его бровью, но кровь толком так и не потекла. Так, упало на глаз пару капель. Суккуба нанесла очень и очень поверхностную рану, уступающую даже иным порезам, полученным во время бритья. — Но давайте я сначала покажу этому жирному червю, как надо с вами разговаривать! Времени у нас мало, но поверьте, я успею. И он будет всю чувствовать и страдать, несмотря на подчиняющую магию!

Фиэль скромно промолчала. Но она тоже уже была готова к тому, чтобы на некоторое время подчинить себе стоящего перед гоблинского старика. К тому же она знала, что на самом деле суккуба не способна привести озвученные угрозы в исполнение. Она даже дралась лучше, чем умела причинять боль. А сражалась Сури весьма отвратно и потому просто не могла отловить в Пылающем Легионе тех, на ком могла бы отточить пытки.

— У тебя есть выбор, старик. — Хмыкнул Тимон. — Вариант первый — это поработать на меня до разжижения мозга под воздействием менталистики и сдохнуть к утру. А также вариант второй, он же последний. Ты прекращаешь корчить тут из себя низложенного с трона императора и начинаешь работать на меня. Тогда три процента полученной прибыли можешь потратить на себя любимого, в том числе и на магические процедуры поддержания жизни. Ты можешь питаться черствым хлебом и водой, не жертвовать ни медяка на храмы или спонсирование любимых внуков коли такие есть. Уж камеру и трехразовое питание предоставлю бесплатно. Однако же без услуг мага-целителя твое жирное тело одряхлеет и сгниет месяца за два. И я не намерен выделять деньги на подобную благотворительность. Но щедро даю тебе шанс их заработать.

— Умеешь убеждать, щенок. — Спустя минуту пыхтения вымолвил Златокошель. — Отзывай от меня свою тварь. Думаю, мы найдем нужные слова для моих подчиненных даже без всякой мозгокрутительной магии.

— Э, нет старикан, к Сури тебе придется привыкнуть. — Хмыкнул Тимон. — Отныне она будет сопровождать моего главного финансиста и документоведа всегда и везде. Ну, может кроме редких моментов отдыха, проводимых неким Златокошелем в надежно запертой снаружи камеры без окон. А также получать еще три процента от прибыли, которую ты принесешь своими усилиями. И потому не сомневайся, стимул для качественной и быстрой работы она найдет.

— Споются же. — Охнул эльф-целитель, с любопытством наблюдающий за гоблинским переворотом и уже не спешащий бросаться на демоницу с отрыми предметами. То ли Лонари, чего-то шептавшая сородичу на ухо, оказалась убедительна, то ли первый порыв исчерпал все резервы храбрости. А может просто запасного скальпеля не было. — Этот курдюк её подкупит как пить дать!

— Маловероятно. Я все хорошо просчитал и обдумал. — Хмыкнул Тимон и лицо Златокошеля еще больше скривилось. Видимо он действительно надеялся удрать вместе со своей тюремщицей, надеясь приобрести её верность за тяжелые монетки желтого металла. — Она могла бы прельститься обещаниями проклятого принца, кого-нибудь из королей или старших лордов…Но и все. Тех, кто будет слабее, я уже превосхожу и стоящий с ошейником на шее торговый барон тому пример. К тому же более могущественным персонам удалось бы сманить её на свою сторону только в том случае, если те дадут ей буквально таки железные гарантии того, что предательница в дальнейшем окажется для них незаменима. Сури умная девочка и понимает, как дешево ценятся продажные шкуры после того как перестают приносить пользу.

Фиэль насупилась. В суккубу она, как это ни странно, верила. Ну, во всяком случае, во все отрицательные качества её характера. Трусость, алчность и праздность тоже можно использовать для пользы дела…Если убедить их обладателя в том, что именно так, а не иначе он получит возможность потакать своим порокам. И существо, которому она проиграла треклятое пари, похоже, этим искусством владело превосходно. Не было ни каких сомнений в том, что власть в поселке гоблинов он удержит. Златокудрой оставалось только гадать, было ли такое родство душ следствием схожих физических оболочек или просто тот, кто звался Тимоном, изначально был редкостным прйдохой, авантюристом и мошенником.

Глава 29

— Что это такое?! Что это такое, я тебя спрашиваю?! — В Сури сейчас не опознали бы дезертира даже хорошо её знавшие представители Пылающего Легиона. На слабую, а потому тихую и покорную суккубу бушевавший в кабинете ураган не походил ни капельки. Если бы она попалась на глаза другим демонам, то первым делом те встали бы по стойке смирно. Вторым стали отчаянно вспоминать все свои прегрешения, за которые из может вздуть начальство. И только третьим возможно бы подумали о том, что руководители данного сборища инфернальных тварей сплошь шовинисты и потому высокопоставленных баб у них в организации нет. А может быть они бы это и третьим делом не вспомнили, так страша и убедительна оказалась суккуба в гневе. — Как ты мог, скажи на милость, подписать этот контракт?!

— Ну они подошли…А я один был…Здоровые, вонючие, бородатые…Как начали орать и пихать мне эту бумажку… — Фиэль открыла рефлекторно зажмуренные глаза и посмотрела на источник тихого, еле слышного и почти бессвязного лепетания. Маленький рост. Худоба. Светящиеся серебристым светом глаза. Большие глаза, взирающие сейчас с безграничным выражением вины и испуга. Плотно прижатые к голове длинные уши, напоминающие эльфийские всем кроме выдающихся габаритов. Волшебница знала, что перед ней находится Тимон. Могущественное и явно не слишком-то доброе существо, одевшее обличье гоблина как карнавальную маску. И в таком виде принудившее её…соблазнившее её…

— Теперь у нас все поставки сырья! По грабительским ценм! — Перешла на тонкий визг Сури, размахивая толстой кипой документов словно одним единственным листком бумаги. Если бы она с подобным остервенением действовала бы своим боевым кнутом, то в комнате бы понадобилось менять мель. И может быть даже ставить новые стены. — Тысяча шестьсот сорок золотых монет чистого убытка ежемесячно! И это в лучшем случае! Ах ты мелкий, паршивый, слюнявый…

Лицо гоблина, и без того виноватое донельзя, сморщилось словно печеное яблоко. Нос начал дергаться и шмыгать. Большие глаза наполнились влагой. Дыхание стало судорожным и прерывистым. Здание слегка затряслось, а предметы находящиеся в комнате начали подпрыгивать на своем месте.

— Хватит! — Рявкнула Фиэль, броском подвернувшейся ей под руку диванной подушки затыкая суккубу. А после эльфийка стремительно метнулась к гоблину, взяла его к себе на коленки, словно заботливая мать свое великовозрастное дитя и принялась поглаживать по голове, Зеленый коротышка на прикосновения отреагировал так же, как и всегда в последние три недели. Сжался в комок и оцепенел, будто девица в первую брачную ночь. А ведь совсем недавно Златокудрая считала если и не самым наглым и порочным существом в мире, так одним из претендентов на этот звучный титул. — Ты что, не видишь, он сейчас расплачется! Нельзя же так!

— Он расплачется. Ой, скажите пожалуйста, какая трагедия. — Когти демоницы растерзали несчастную подушку на мелкие клочки. И, похоже, это смогло немного ослабить буйство Сури. Во всяком случае, метаться туда-сюда и потрясать злополучными документами она перестала. — Я присягала служить сгустку амбиций и энергии, под ногой которого должен был содрогнуться мир! А сейчас это просто какой-то великовозрастный дурачок-недоросток, с почти полным отсутствием мозгов, силы и потенции! Скоро растерявших силу выскочек спихнут с занятого места, я уже чувствую, как шатаются под нами опоры! Тебе то хорошо, ты легко сможешь где-нибудь спрятаться и прижиться на новом месте. А вот меня в лучшем случае навечно отправят в бордель, служить подстилкой для пары десятков мужиков в день! Хотя вряд ли так повезет, скорее всего живьем сожгут на костре или предадут иной, не менее мучительной казни! А я не хочууу…

Перенервничавшая суккуба завыла так, что услышь её волки-оборотни, то облысели бы они от зависти. И потом долго служили объектом изучения ученых и коллекционеров, жаждущих заполучить себе уникальное чучело. Гоблин, непостижимым образом ужавшийся на коленях эльфийки едва ли не до размеров перепуганного зайца, чего-то прошептал.

— Что-что? — Перепросила его Фиэль, скорее ощутив слова, а не услышав их, будто была престарелым дварфом-кузнецом, всю жизнь слушавшим грохот парового молота в кузне. — Говори громче. Эй, все тихо! Тимон что-то хочет сказать, похоже, ему стало немного лучше!

— Простите. Я больше не буду. — Мыший писк был бы громче этого извинения, но благодаря установившейся в комнате гробовой тише различить его все удалось.

Суккуба возобновила концерт, приостановленный на несколько секунд. Только теперь истеричные завывания сменились не менее истеричными рыданиями. Похоже, Сури уже во всех красках видела сцену собственной казни. И кем она будет проводиться, коренными жителями Азерота или же добравшимися до ренегатки сектантами демоницу не волновало ни капли. Златокудрая только печально вздохнула и еще теснее прижала к себе гоблина. По крайней мере, когда она его держала подобным образом, он не плакал. Не вываливался в окно. Не тянул в рот острые предметы, которые потом приходилось с большим трудом извлекать целителям. И, кажется, даже не пугался посторонних лиц, к которым не был привычен.

Захват гоблинского поселка прошел почти как по маслу. Всего пятнадцать убитых, из них десяток был прикончен неустановленными лицами из местных же, решивших под шумок свести личные счеты. Еще шестьдесят-семьдесят гоблинов, связанных с Златокошелем слишком тесными узами, на всякий случай эмигрировали в дальние края. Видимо не поверили обещаниям, что никаких репрессий по отношениям к ним не будет. На третий день все службы поселка функционировали практически так же, как раньше. Только алхимики перестали пичкать своими смесями парочку юных хобгоблинов, у которых процесс мутации еще не зашел слишком далеко. Остальных обитателей питомника возвращать к нормальному состоянию было уже поздно, они бы просто не пережили прекращения процесса. Ну а верхушка захватчиков разбирала и сортировала трофеи. В том числе и имущество попавшего в кабалу торгового барона. Среди которого нашлось некоторое количество драгоценного для его расы каджимита. Стандартную порцию оного Тимон и принял без всякой задней мысли.

Сразу после приема никакого стимулирующего эффекта он не заметил и констатировал, что принятое им вещество наркотиком явно не является. Чему он очень рад. К вечеру существо в обличье гоблина начал вести себя вяло и безынициативно. Тогда это списали на усталость. На следующий день он вел себя заметно менее энергично чем обычно, не мог толком ни на чем сосредоточиться. Фиэль даже подумала, что у него проявились симптомы переутомления. Тем более, к ней он ночью не пришел, хотя накануне и обещал. Через двое суток после приема препарата Тимон передвигался по делам шаркающей походкой, отвечал невпопад и почти ничего не ел. Шарахнулся от внезапно выскочившей ему на встречу Сури, провакационно полураздетой. И даже не потянулся её потискать. Заподозрившая худшее, а именно еще одну соперницу, суккуба устроила слежку. И почти сразу же подняла тревогу.

Никто не мог сказать почему, но вполне себе качественный каджимит не только не оказал стимулирующее действие на Тимона. Напротив, он весьма сильно угнетал его организм. И мыслительную деятельность. Даже магию! Энергия, которая звенящим ручьем растекалась от ауры зеленого коротышки, не то чтобы пропала совсем. Однако её уровень сократился более чем в три раза. А контроль над магической мощью и вовсе приказал долго жить вместе с почти полностью угасшим на пятые сутки сознанием. Теперь гоблин напоминал впавшего в детство старика. Вроде и взрослый, вроде и все понимает, а оставишь без внимания на чуток — и он уже сыпет кастрюлю с супом песок как приправу. Или пытается клянчить сладости на кухне, чтобы после начать капризничать и кидаться ими в щедрых дарителей. Вместе с остротой ума маленький волшебник лишился также всей храбрости, став откровенным трусом. Нет, его даже трусом назвать не получалось. Он просто не воспринимал себя как личность, способную самостоятельно отбиться хотя бы от брехливой собачонки, которую даже ребенок прогонит громким криком. Также почти перестала работать долговременная память, отныне коротышка не мог внятно объяснить, где он был и чем занимался каких-то полчаса назад.

Работу лидера пришлось взять на себя его подчиненным. Но далеко не со всем они могли справиться самостоятельно. Особенно в захваченном гоблинском поселке, жители которого как раз сейчас пристально присматривались к новому торговому барону. Если же их мнение насчет свежеобъявившегося большого босса будет не слишком хорошим, о продуктивном сотрудничестве можно забыть. Надолго. Может быть навсегда. А то и придется спешно уносить ноги в более спокойные края, чтобы не пасть жертвами передела власти зеленокожими коротышками. Ослабевшего претендента на звание своего вожака они обязательно попробуют растерзать. Порода такая.

— С этим надо что-то делать. — Прервала затянувшееся молчание Острога, до того смирно сидевшая в уголке и делающая вид, будто никакой шаманки троллей в помещении нет. — Может, нам найти двойника? Ну, на какое-то время. Если обычные гоблины от каджимита становятся умнее и энергичнее на несколько месяцев или даже лет, то и Тимон должен все-таки прийти в себя. Когда-нибудь.

— Внешность то иллюзией или попросту гримом подправить можно. — Вдумчиво пробормотала Кармен. Сестры Хорвальдсы были полностью в курсе возникшей проблемы поскольку регулярно обсуждавший с ними разнообразную техническую дребедень гоблин с каждым днем становился все более и более молчаливым и ограниченным собеседником. Пока не скатился на уровень полурастения, не способного воспринимать разговор на абстрактные темы. А делать логические выводы гномки умели превосходно. — Но голос? Характер? Фирменный телекинез?

— Шарф на шею и пусть хрипит. — Пожала плечами Фиэль, кивнув на моросящую за окном тучу. — Маги конечно же крепче обычных людей, но простуду и нам подхватить случается. А лечиться по каким-то своим причинам гоблин может и не захотеть. Мало ли, вдруг он целителей боится?

— На пару дней это может и сработает, но не больше. Это вам не обычный крестьянин, чтобы по полгода лежать на печи с воспалением легких. — Фыркнула суккуба, видим слабо себе представляющая протекание заболеваний и не знающая, что от подобного или вылечиваются, или умирают куда быстрее. — Самое обидное, Тимон уже успел везде засветиться как руководитель нашей банды. Теперь без него нас просто всерьез не воспримут.

— Управляемый фантом? — Сама себе задала вопрос Острога. — Ну, из тех, которые до рассеивания могут двигаться и действовать по воле заклинателя. Вы мне рассказывали, что один такой даже ваша леди Сильвана вовремя не распознала.

— Ты представляешь, сколько такой жрет энергии? Нам не хватит силы на то, чтобы продержать его хотя бы час. А ведь скоро эльфы почувствуют жажду магии, которая временно отступила от нас. В отряд пришло очень много новобранцев. Слишком много. Да, вокруг Тимона по-прежнему повышенный фон магии, но теперь его не хватит, чтобы полностью удовлетворить потребности пары сотен представителей моей расы. — Пригорюнилась Фиэль, продолжая поглаживать по голове гоблина, сейчас корчившего из себя мелкого домашнего любимца. И почти сравнявшегося с их типичными представителями интеллектом. — А ведь их в отряде держит не столько твердый заработок и победы над некромантами, сколько спасение от этого бича нашей расы. Утрать бойцы и примкнувшие к нам в обоз гражданские подобный стимул, и они исчезнут быстрее, чем упадет на землю сорвавшийся с ветки лист.

— Ну, немного-то они задержатся, чтобы разузнать, в чем дело и не вернется ли их хорошее состояние и высокий энергетический фон обратно. — Деловито заметила суккуба, сумевшая справиться с одолевшими её чувствами и вновь включиться в работу. Покорно следовать воле судьбы и сдаваться демоница явно не собиралась, намереваясь всеми силами барахтаться до конца. — Хм. Может, нам почти удавшееся покушение на этого растерявшего весь любовный пыл импотента имитировать? Признаю, в этот раз Острога дала дельный совет. Только где взять нормального двойника? гоблины может и похожи друг на друга, но это для нас. Сами же они любого зеленого коротышку с Тимоном не перепутают.

— Точно! — Хлопнула в ладоши Кармен. — Заменитель!

— Вот еще. — Фыркнула Сури. — Я не настолько озабоченная, чтобы кидаться на всякие подозрительные железяки! Хотя…А какие у тебя есть модели?

— Да нет же. — Скривилась инженер, которой видимо претило упоминание об этом далеко не однозначном изобретении её расы. — Если можно сделать замену одной детали организма, то что мешает нам соорудить куклу всего гоблина целиком? Сделаем управляемого голема. Вполне материального, который не рассеется от случайного чиха. Боевых аретфактов туда парочку запихнем, пушечку в рукав запрячем. Суставчик сделаем в одной руке погибче, чтобы непреличные жесты мог показывать. А потому изобразим небольшой бой между ним и какой-нибудь страховидлой с последующим взрывом в лаборатории. Непонятно с чего сошедшее с ума начальство и тяжело контуженное начальство, это две большие разницы. Даже если положение в ближайшие пару месяцев не исправится, никаких лишних шепотков не пойдет. Честная рана совсем не то же самое, что поехавшие набекрень мозги у растерявшего силу чернокнижника.

— А справитесь? — Подозрительно осведомилась у сестер Острога, в технике не понимающая ничего. — Чтобы хоть чуть-чуть похожим был и при том двигался, это же ой какие сложные механизмы нужны.

— Сделаем к вечеру, если найдем достаточно клея, красок и заклепки. Даже голосовой кристалл настроим, для знающего мастера это совсем не трудно. — Отмахнулась Хлоя. — Только остаются два вопроса. Первый — рожу полностью идентичную той, которая сейчас у Фиэль к груди прижимается, мы более-менее соорудим. Вот только она будет неподвижной, а это подозрительно. Второй — управлять им как? Могу двигать куклу магией, но тогда это любому чародею станет заметно.

— Кабель? — Задала вопрос Кармен и тут же на него ответила. ю — Нет. Если подделка нужна срочно, то управляться он может лишь при помощи волшебства. На изготовление почти полностью механического муляжа гоблина понадобится не меньше недели. А скорее даже две.

— Иллюзия. — Решила Сури. — Я могу создавать достаточно достоверные, но…Не хватает сил держать их долго. Острога тоже может, но у нее миражи получаются крайне топорными и грубыми. Остается Фиэль.

— Мою магию заметят также как и любую другую. — Пожала плечами волшебница. — И потом, чтобы держать по-настоящему сложную иллюзию мне надо не на что не отвлекаться и быть рядом с ней. Полагаю, сложить почти впавшую в транс заклинательницу и странного Тимона по плечу даже самому тупому из гоблинов. Уж с их то чутьем на хитрости и подлянки. Может нам надеть на куклу капюшон, чтобы лица не было видно?

— Дешево и сердито. На крайний случай сойдет, но есть идея получше. — Вдруг стукнула кулаком об свою же ладонь Кармен. — Свернутое пространство. Мы создадим небольшой кармашек, сцепленный с куклой. А ты будешь находиться внутри, управлять ей практически напрямую и при необходимости жахнешь каким-нибудь заклинанием.

— Ваши поделки ломаются через раз. — Замотала головой и сжимаемым в руках гоблином Златокудрая. Пригревшийся и успевший задремать коротышка, которому касающийся его персоны разговор был вообще не интересен, встрепенулся и начал активно вырываться из объятий эльфийки. В процессе он гневно шипел, из-за чего сильно напоминал большого бесшерстного и весьма уродливого кота. — Я не согласна! Мне не хочется провалиться в межреальность или стать закуской для какого-нибудь обитающего там монстра!

— А мы стабилизируем. — С готовностью поддержала идею сестры Хлоя.

— Могли бы вы этого, так уже сидели бы в Стальхольме и числились одними из лучших его мастеров! — Не поверила им эльфийская волшебница. — Нет уж! Ищите себе других подопытных кроликов!

— Мы можем. — Оскорбилась её реакцией Кармен. — Только стабилизирующая рунная вязь в исполнении Хлои будет по размеру чуть больше, чем двуспальная кровать. И потому мы будем стабилизировать не куклу-артефакт, а окружающее её пространство. Правда, придется постараться, чтобы изготовить маршрут, по которому нашей поделке будет безопасно передвигаться. И ни в коем случае нельзя высовываться за его пределы! Если в гильдии узнают о том, что из-за наших экспериментов снова появились жертвы, я даже гадать не хочу, на какую сумму нас опять оштрафуют!

Изготовление подделки под гоблина вопреки обещаниям гномок заняло целых три дня. Еще пять ушло на то, чтобы незаметно поменять полы в шести комнатах и двух коридорах, обеспечив поддельному гоблину комфортную зону передвижения. Оригинального Тимона в этом время с некоторым трудом удерживали от дальнейших прогулок с непредсказуемыми последствиями. В подземельях, где у торгового барона были тюремные камеры для очень уважаемых гостей. С шикарной обстановкой, но запирающиеся снаружи и высасывающие магию. Сохрани зеленокожий волшебник свои прежние сопосбности, он бы выбрался оттуда за час, снеся стену и похоронив под ней текущую няньку-надзирательницу. Однако для не способного шнурки завязать полуинвалида, сохранившего телекинез, но теперь способного с его помощью максимум побить посуду, подобное узилище вполне сгодилось. Всего через две камеры от него обитал и сам Златокошель очень довольный своей предусмотрительностью. Не оборудуй он в свое время пару помещений так, что и самому алхимику там было комфортно, сидеть бы ему в обычном каменном закутке. Сури не желала денно и нощно оставаться рядом со своим личным пленником и потому обычно просто доверяла его решеткам и запорам. Разумеется, после того, как камеру несколько раз обыскали на предмет потайных ходов, а к самой тюрьме поставили надежнейшую охрану.

— Пшли вон с дороги, собаки! — Кукла шаталась как пьяная. Да она собственно и изображала пьяного в дупель гоблина. Для большей правдоподобности его даже надушили чистым спиртом. Фиэль управляла подделкой из свернутого пространства, выглядящего как помесь маленькой кладовки и космоса. Черное нечто с плавающими искорками света стискивало её со всех сторон и лишь тонкая пуповина связывала чародейку с рунами, выжженными на внутренней стороне спины конструкта. Её невероятно хотелось выскочить из этого созданного магией пузыря в нормальное пространство, но она терпела и держала максимально качественную иллюзию. Легкую невменяемость по вполне объяснимым причинам изображать пришлось вынуждено. Златокудрая не могла похвастаться виртуозным управлением големами. Не то чтобы у нее совсем не имелось подобного опыта, имелся. Времен обучения магии, когда она сдавала обязательный зачет. — Куда вы лезете под самые ноги, канальи?! Ис-ик-пелю!

— Это как это? — Поинтересовался один из встретившихся лже-Тимону на пути гоблинов. А потом тщательно сделанная рука конструкта швырнула ему в лоб бутылку. Фиэль хотела промахнуться, но из-за несовершенства управления попала. Прямо в лоб. Любопытного слугу, работавшего кажется садовником, буквально смело. Хорошо еще, что не убило. Зачарованное стекло, в которое разливали элитные вина мастера-виноградари из Кель Таласа, по прочности не сильно уступало железу. Во всяком случае Златокудрая слышала о сорвавшемся покушении на одного вельможу, который сначала смог парировать удар кинжала сосудом с вином, а потом им же и забил насмерть неудачливого ассасина.

— Распустились, свиньи! — Фиэль не была уверена в том, что ей удалось правильно воспроизвести голос Тимона. Звуковые иллюзии она вообще почти никогда не применяла, ибо было банально незачем. — Отдохнуть немного нельзя! Ик! Только решил расслабиться недельку и на тебе! Все! Хватит пить, порка гулять! Где там загон? Подать сюда самого сильного хобгоблина! Тренироваться буду, ик!

Наиболее опасным и буйным из мутантов было решено пожертвовать. Создаваемый с использованием экспериментальных препаратов он напоминал гибрид большой лысой мартышки с драконом и имел самую настоящую чешую. А также ядовитую слюну и длинный хвост с погремушкой на конце. Каким-то темным чудом местные алхимики пытались привить ему черты опасной змеи и даже частично преуспели. Вот только получившееся чудовище напрочь отказывалось поддаваться дрессировке, не было способно к речи или хотя бы осмысленному поведению и сожрало уже троих неосторожных уборщиков.

Шатающийся голем шел по направлению к лаболаторному крылу особняка стаого алхимика. Вернее, к особо защищенному виварию, где и сидело это чудо неестественной жизни. Однако сделав еще несколько шагов Фиэль остановилась и попыталась понять, кто поставил посреди коридора зеркало.

— Все, концерт окончен. Вылазь. — Кукла треснула и частично развалилась. Свернутое пространство вокруг волшебницы дрогнуло и исчезло, вывалив её в реальный мир. Фиэль возмущенно вскрикнула, пытаясь прикрыться. Её одежда таинственным образом унеслась куда-то в межреальность. — Упс, кажется я немного ошибся. Случайно. Хе-хе-хе…

— Тимон? — Опешила эльфийка, подбриая с пола остатки фальшивого гоблина и ими закрываясь от гоблина настоящего. Должно быть в силу привычки. — Ты выздоровел? Но как?! Когда?

— На десятый день день после приема каджимита. — Пожал плечами коротышка. — Хотя должен сказать, полностью безумию я никогда и не поддавался. Просто решил временно выбыть из игры и посмотреть, а чего же будет со мной в том случае, если одного маленького обаятельного паршивца вдруг серьезно покалечит и он лишится большей части своих сил. Все-таки жизнь у нас опасная и такой вариант развития событий рано или поздно все равно бы наступил.

— Ах, ты! — Задохнулась Фиэль и попыталась стукнуть коротышку сжимаемым ей в руках конструктом. Увы, не слишком то удобное оружие отклонялось в сторону незримой т преградой и просто не достигало тела гоблина. — Ах, ты!!!

— Ах, я! — С готовностью подтвердил Тимон и волшебницу начало сдвигать в небольшую боковую дверцу, ведущую кажется в чулан со швабрами. — Маленький, никчемный, никому не нужный и похоже вовсе не способный, а актерскому мастерству! Ни одна сволочь добить не попыталась! Никто из по-настоящему важных в нашей маленькой банде персон не дезертировал, после того как меня можно было списать со счетов! Эх, видно нет во мне таланта, все до одного фальшивую игру распознали. Острога не сбежала с мешком драгоценностей, суккуба всю власть захватить не попыталась, ты дорезать своего обидчика даже и не попробовала. Мал не дезертировал, Строри не продал нас дварфам Стальгорна с потрахами, сестры Хорвальдс филонили не чрезмерно, отрабатывая не меньше половины своего сверхвысокого жалования. Даже таинственный отравитель не разу яда в еду не насыпал.

— Сволочь! — Злтокудрая вспомнила, что она волшебница и огненные стрелы начали одна за другой бить в коротышку. Вернее в уплотнившийся до плотности стали воздух перед ним. Безрезультатно. — Да я тебя сама сейчас искалечу!

— Ну не… — Гаденько усмехнулся коротышка и захлопнул за собой дверь чулана, в который втолкнул эльфийку. Швабры сами собой раздались в стороны, освобождая место. Какая-то ветошь слетела с прибитой у стены полки. Которую при изготовлении очень плохо ошкурили, что Фиэль мгновенно ощутила прижатым к ней задом. — Ближайшие несколько часов ты будешь очень-очень занятой, а потом станешь на некоторое время очень-очень усталой и очень-очень доброй. Так как я намерен компенсировать себе период целибата целиком и полностью!

Глава 30

— Производство упало, научные разработки не ведутся, склады с запасами стратегического сырья близки к тому, чтобы показать дно! — Громко и вместе с тем крайне нудно вещал гоблин, устроивший всем разнос. — Дисциплина среди рядовых бойцов стремительно катится вниз, разлагаясь под воздействием алкоголя и женщин…

— У эльфов большая часть солдат представлена лучницами, которые от подобных дурных привычек имеют естественный иммунитет. — Счел нужным заметить Строри, которого это заявление Тимона явно покоробило. Старому вояке явно пришелся не по душе учиненный разнос.

— Вот они то дисциплину и разлагают! — Не сбавил тона зеленый коротышка. — Лично! Набрали у алхимиков разной косметики, приобрели у торговцев себе ликеров и сладостей на закусь! Теперь каждый вечер шляются в слегка пьяном виде, где попало! По всем углам группками по три-пять особей шушукаются, стреляя глазками направо и налево! А на легкодоступных эльфиек в боевой раскраске отвлекается мужская часть наших воинских соединений, вместе со значительным количеством местного населения!

Фиэль, скромно стоящая у стенки, тяжело вздохнула. Крыть ей было нечем, подчиненные волшебницы действительно вовсю распоясались. В человеческом городе они себе такого не позволяли из-за не слишком-то безопасного окружения. А в дварфийском поселке всегда была под боком нежить, которая даже самым большим ротозеям прививала железную дисциплину. Или просто сжирала их. Да и народу там имелось куда меньше, проще было за всеми уследить.

— Единственный из вас, кем я доволен, это Пумба. — Рубанул воздух перед собой ладонью гоблин. В исполнении кого-нибудь более массивного это смотрелось бы грозно, а так вызывало скорее усмешку. — Ему ничего не поручали, он ничего и не делал!

— Делал. — Возразил лысый орк, поглаживая свежевыбритый череп. — Охранял тебя, когда ты притворялся сумасшедшим. И сидящего в соседней камере Злакотошеля, которого ты сам говорил не оставлять без присмотра ни на минуту.

— Вот потому то и говорю, что тобой доволен. — Качнул головой маленький волшебник. — А остальными — нет! В особенности тобой, Сури! Как можно было оставить низложенного торгового барона, если ты лично обещала за ним днем и ночью следить?! Он же теперь ведет половину нашей документации и бухгалтерии, являясь чуть ли не самым важным после меня человеком! Точнее, гоблином, но это уже детали.

Суккуба скромно потупила глазки, даже не пытаясь спорить. То ли понимала, что виновата, то ли не особо переживала насчет грядущего наказания. Фиэль поерзала, пытаясь пристроиться к стене так, чтобы не касаться твердой поверхности ничем кроме спины. Ягодицы ужасно ныли. Вчера ее, конечно, не пороли, но пожалуй лучше все-таки бы выпороли. Во всяком случае эльфийка предпочла бы именно данное наказание огромному количеству впившихся в мягкую плоть заноз. Плотник, делавший ту злополучную полку в кладовке, явно заслуживал изрядного выговора за свою халатность.

— Тем не менее, должен признать, что критических ошибок в трудной ситуации никто все-таки не сделал. — Немного успокоился гоблин, прекративший играть помешнного. — Имеющиеся недочеты легко устранимы и рано или поздно исправились бы сами собой с течением времени. Ну, или перешли в более тяжелую стадию, требующую оперативно вмешательства и решительных действий. А за идею магомеханических двойников и её практическое воплощение нашим изобретательницам вообще будет выписана почетная грамота. Если же они её еще и оптимизируют немного, то могут рассчитывать даже на премию.

— Ты сам тоже не сделал ни одной ошибки? — Тихонько уточнила Сури. — Те откровенно убыточные договоры, по которым нам теперь поставляется сырье для местных алхимиков и мастеров, вряд ли можно назвать мудрым решением.

— С экономической точки зерения так и есть. — Хмыкнул ничуть не обидевшийся гоблин. — Однако теперь представители клана меднобородых, правящий я хочу заметить в Стальхолме клан, будут нашими лучшими друзьями. Ну, в разумных пределах, конечно же. Но они будут очень велики, ведь получаемая ими дополнительная прибыль сильно способствует развитию дипломатических и торговых отношений. К тому же, случись чего, им можно будет пожаловаться на произвол тех или иных частей Альянса и они смогут отстоять позиции своих союзников на самом высшем уровне.

— Это да. За деньги наши старейшины готовы на многое. — Признал Строри. — Но разве для войны с сектантами нам так уж нужно их одобрение?

— Ну, надо же кому-то сбывать трофеи в больших количествах. Или занимать своими войсками освобожденную нами территорию. — Хмыкнул гоблин. — С проклятыми мы никогда не сможем тягаться в стратегическом плане, поскольку ресурсов у них тупо больше. И всегда будет больше, если конечно же мы тоже не завоюем одну страну и разорим парочку других. Однако теперь нам уже под силу вносить свои мазки в картину военных действий, планируя и осуществляя крупные операции. Вот вроде той, которую мы провернули последней. Только уже без такого громадного риска, привлечения заемных капиталов и жертв среди мирного населения и своих солдат.

— Ну а глобальная то цель у нас какая? — Осторожно уточнила Кармен. — Или просто война с нежитью до победного конца с попутным обогащением?

— Уничтожить весь мир! — Пафосно изрек гоблин, оглядел реакцию ошарашенной публики и только потом поправился. — Тьфу ты, не то. Захватить весь мир! Ах да, опять не то…А! Сделать так, чтобы всякие завоеватели и уничтожители миров оставили нас всех наконец в покое, дав наслаждаться заслуженным отдыхом ближайшую вечность или хотя бы пару поколений! Вот теперь самое то.

— Амбициозно. — Заметила Хлоя. — Но мне нравится. А можно быть чуть-чуть ближе к реальности?

— База на этом континенте у нас есть, пора создавать плацдарм на следующем. — Пожал плечами гоблин. — Во-первых, на одних только торговых и пассажирских перевозках обогатимся, во-вторых всегда надо иметь место для отступления на случай проблем, ну а в третьих…В третьих и личные причины имеются.

Фиэль согласно кивнула, кинув благодарный взгляд на гоблина. Томящийся в неволе легендарный Иллидан Предатель был нужен её народу сильнее, чем все богатства мира вместе взятые. И тому, кто спас бы их от жажды магии высокие эльфы были готовы простить большую часть грехов прошлых, настоящих и будущих. Златокудрая, будучи не до конца лишенной амбиций, надеялась не только сохранить свой народ, но и войти в его историю. Причем не как скандально известная на весь мир извращенка, а как государственный деятель с несколько эксцентричными привычками. Хотя по сути разницы между этими двумя понятиями было бы и немного, но ей бы хотелось, чтобы её запомнили в положительном ключе. И желательно чтобы подобное мнение сформировалось еще при её жизни, поскольку в ближайшие несколько столетий умирать своей смертью волшебница никак не собиралась.

— Если же рассуждать о ближайших персективах, то тут все просто и понятно. — Продолжал свою речь гоблин. — Сейчас сектанты всеми силами укрепляют захваченный ими кусок побережья, а Альянс собирает силы в кулак, чтобы лишить нежить и демонов выхода к морю. Значит, скоро несмотря на приближающуюся зимнюю пору на линии станет жарко.

— И мы будем участвовать в этом побоище? — Несколько нервно уточнила Хлоя.

— Вот еще. — Фыркнул Тимон. — Пока проклятый принц и личи обороняют свои укрепления, мы будем шалить на их коммуникациях, перехватывать обозы и освобождать рабов! Даже армия нежити зависит от службы снабжения, пусть и не так сильно. К тому же только там можно заполучить трофеи, которыми можно будет нагрузить боевые дирижабли. Ведь чем они отличаются от обычных грузовых и пассажирских?

— Гондола разбита на множество независимых отсеков, которые продырявить сразу все сложно. Кабина бронирована. Часть трюмов заполнена бомбами. — Начала перечислять Кармен. — Есть несколько отдельных люлек для стрелков. Правда, верхняя полусфера у них ничем не прикрыта и потому боевые дирижабли отбиться от более маневренного противника могут лишь если действуют группой…

— Мы не про их тактико-технические характеристики говорим. — Обовал её Строри. — Тимон имеет в виду то, что боевые дирижабли были и остаются крайне вместительными летучими машинами. Используя их можно незаметно появиться чуть ли не в любом точке, наплевав на дороги и рельеф местности. А потом оперативно исчезнуть, предварительно уничтожив всех врагов и нагрузив транспорт добытым в бою барахлом. Верно ведь?

— Я бы высказался несколько иначе, но да, ты попал в точку. — Кивнул гоблин. — Пока мне пришлось изображать из себя безумца, было время немного поразмыслить над картой, но окончательного решения так принять и не сумел. Обсудим плюсы и минусы наиболее явных вариантов?

Обсуждение затянутолось далеко за полночь, но так и не принесло никаких однозначных результатов. Строри и сестры Хорвальдс желали обезопасить земли дварфов и гномов. Несколько сильных магов и четыре боевых дирижабля с небольшой частной армией профессиональных бойцов на борту могли бы щелкать возведенные сектантами фортпосты как орешки. Вот только в них вряд ли бы нашлось мало-мальски ценное и вкусное ядро трофеев. Откуда богатства в приграничной крепости? Златокудрой хотелось продолжать рейды в Кель Талас. В конце-концов он был крайне велик и в столичную область, где засела Сильвана, они могли бы просто не соваться. Сури тыкала когтистым пальчиком в крупное внутреннее озеро, богатое рыбой. На берегу его стоял крупный город, в прошлом бывший чуть ли не торговой столицей Лордерона, а ныне ставший одной из крупнейших резерваций рабов. И паразитирующих на них магов смерти, не только не растащивших богатства захваченного края, но и дополнивших их награбленным из иных земель. Острога желала бы навестить черных дварфов, рассчитывая найти у тех некоторое количество пленников своего народа. Да и богатств данные отступники, не участвующие в войне с нежитью ни на одной из сторон, должны были скопить немало. Их ведь серьезно никто с самого окончания междоусобной распри не трогал.

Златокудрая вернулась в свою комнату и попыталась уснуть, но глаза никак не желали закрываться. Её мнение и опыт как командира крупного отряда не сочли достаточным поводом, чтобы принять намеченную волшебницей цель и это злило чародейку. К тому же чуткие уши эльфийки отчетливо различали шум, который доносился из занятой суккубой комнаты. Видимо гоблин уже приступил к её наказанию и похоже демоница не так уж и возражала против того, что с ней делали. И про то, как именно зеленый коротышка водил их всех за нос и изощренно издевался, Сури похоже и не думала напоминать мелкому поганцу. Саднящий зад, из которого Фиэль вытащила больше десятка заноз, взывал к отомщению…То есть это конечно же делала оскорбленная гордость эльфийки, ревнующей к сопернице…Однако в последнем чародейка не призналась бы даже самой себе. В любом случае, она настроилась на самые решительные действия и встала с постели.

Фиэль не очень умела строить пакости. Как никак до войны с нежитью она работала няней и наставницей, а не училась на диверсанта среди рейнджеров Кель Таласа. А потому, здраво рассудив, что сохранить инкогнито она все равно не сумеет, волшебница решила действовать с размахом. Так, чтобы это запомнилось маленькому нахальному коротышке и его ручной подхалимке надолго. И больше никто из них никогда бы не смел выставлять её дурой! Ну, или хотя бы думали над тем, стоит ли оно того, лишние пару секунд.

Чтобы охладить пыл гоблина, а за одного его же горячую голову, Златокудрая не нашла ничего лучше, чем вода. Много воды. Проще говоря, она сбегала до колодца, призвала максимально толстого водяного элементаля и потащила его внутрь под несколько ошалевшие взгляды охраны. Не будь они эльфами и соответственно её подчиненными, вряд ли бы у нее вообще это получилось. Дверь, ведущая в обитель порока, из которой доносились возмущенно-довольные взвизги и ритмичные хлопки, оказалась закрыта. Однако когда вставшую на путь мести волшебницу подобные мелочи могли остановить? Она просто пережгла петли, на которых висела преграда, а дальше состоящий из очень холодной воды воплощенный дух втек внутрь, мгновенно заполнив большую часть помещения. И почти сразу же развоплотился, получив мощнейшую телекенетическую плюху. Однако основательно замочить все помещение мини-цунами ему это практически не помешало.

— Фиэль. — По буквам процедил мокрый как мышь гоблин, сидевший прямо на полу и выглядящий крайне глупо. Он и так-то не отличался особо атлетическим сложением, а сейчас, будучи раздет, смотрелся просто смешно. Хотя кое-какая одежда у него все-таки была. Тапочек. Пушистый, в виде зайца. Сжатый в правой руке. Лежащая на коленях у маленького волшебника суккуба отплевывалась от воды и сверкала красными, буквально светящимися ягодицами. Из-за не слишком то удобной позы, в которой её лицо почти лежало на полу, демоница едва не захлебнулась. — Не знаю, хотела ты выказать нам таким образом неодобрение, или напротив тонко намекала, что тоже не против подвергнуться небольшому наказанию, но использовать такую тварь в любом случае не правильно. Совсем не правильно…Ёёёё…А тентаклиевого то монстра ты откуда взяла?!

Проследив за направлением его взгляда, волшебница выругалась и приготовила боевое заклинание. Под упавшей шторой из темного бархата барахталось нечто, обладающее большим количеством конечностей. Причем если некоторая часть из них еще походила на человеческие или там скажем эльфийские, то остальные представляли собой бешено дергающиеся туда-сюда щупальца!

— Спокойно. — Проскрипело странное существо хриплым и явно мужским голосом. — Я вам не враг. Кхе-кхе, ой. Иначе бы давно уже вырвал сердце этому мелкому развратному колдунишке и отродью межреальности, которое поганит собой наш дивный мир. Ох, тьфу!

— Дай угадаю, четвертого лишнего ты в нашу компанию запускать не намеревалась? — Осторожно уточнил гоблин у Фиэль и стоящее у стены зеркало треснуло. А спустя мгновение по воле телекинетика в воздухе замерло несколько десятков острых как бритва осколков.

— Вероятно, его опрокинуло волной и она же сняла чары невидимости. — Пробормотала эльфийка, пытаясь понять, чем ей лучше бить по противнику. Классической боевой магией или же друидизмом. Первая могла бы вызвать изрядные разрушения, а вторая не факт, что наберет достаточно мощи вдали от живых растений и плодородной земли. — Такое бывает, если иллюзия слабая.

Кое-как утвердившись на ногах, выглядящих какими-то тонкими, непрошенный гость наконец-то отбросил с себя штору. И Златокудрая едва удержала в руках созданный ей комок огня, способный зажарить рыцаря прямо в латах. Внешность у этого существа была просто чудовищной! Черная кожа головы не просто несла на себе шрамы, отметины ужасных ранений покрывали не меньше трети лица. Глаз не было, вместо них красовалась обожженная корка. Носа тоже, между глазами и ртом лишь темнел практически ровный провал. Волосы отсутствовали полностью, похоже их кто-то долго срезал громадными кривыми когтями прямо с черепа. В руках был сжат костяной посох, составленный из таких толстых позвонков, что он больше напоминал собою банальное бревно. Венчала его чья-то черепушка, с то ли пятью, то ли шестью хаотично расположенными глазницами, в которых тело зеленое пламя. А непонятные извивающиеся отростки оказались змеями, во множестве высовывавшимися из рукавов меховой одежды. Почти такой же, какую в свое время носила Острога.

— Холхюк. — Уверенно констатировал Тимон. Впрочем, вряд ли хоть кто-нибудь, слышавший об этом старом, уродливом и слепом шамане мог его с кем-то спутать. Уж слишком набор особых примет был впечатляющий. — Хм. Хм. Хм, хм, хм! Кого-то ты мне напоминаешь, вот только вспомнить не могу, кого конкретно.

Чего? — Не поняла Фиэль, даже и не подумав рассеивать подготовленное к бою заклинание. Компанию её составила Сури, изящно поднявшаяся на ноги и извлекшая непонятно откуда свой боевой хлыст. Эльфийка даже подумала, что демоница держала его где-то под рукой в расчете найти ему применение в самое ближайшее место. И ей даже не хотелось представлять, какое именно. Но все равно представлялось. — Почему у нас на территории неучтенный ледяной тролль, а я об этом ничего не знаю!

— Мне о наличии данного любителя нарушить чужой досуг охрана тоже сообщить забыла. — Успокоил её гоблин, на которого сама собой налазила раскиданная по полу одежда. С вещей текли ручейки холодной воды, но видимо коротышке на это было плевать. — Хотя определенно эту уродливую рожу я раньше где-то видел. Или похожую. Может, он и раньше за нами подглядывал?

— Я бы учуяла постороннего. — Неуверенно пробормотала Сури. — Наверное.

— Мы раньше не встречались, а дети мои, как правило, шли в своих мамочек. — Старый шаман без спросу уселся на ближайший к нему диван. Грации в его походке не было совсем, но на протезах он ковылял довольно шустро. Если ледяной тролль и испытывал какое-то смущение из-за того, что был пойман в чужой комнате, да еще когда её хозяева были заняты таким делом, то виду не подавал. Или просто Фиэль не могла ничего прочитать на том сборище разнообразных шрамов, которое заменяло ему лицо. — Ты хотел меня видеть. И дать денег. Золото мне пригодится, неси его сюда.

— Не просто так. — Заметил гоблин. — За разговор.

— Я слушаю. — Никого не стесняясь, Холхюк накрылся лежащим на диване пледом. И еще подушку себе под голову положил. У Златокудрой вдруг возникло дикое подозрение, что этого шамана хотели найти вовсе не по причине его таланта в темной магии. Просто одно дико наглое существо намеревается стребовать с другого редкостного хама алименты. Или заставить его признать отцовство. А может наоборот, порадовать новостями о том, что сделанного на стороне бастарда намереваются принять в лоно семьи. — Говори, чего тебе надо. И монеты тащи.

— Способ внести непоправимые нарушения в психофизическую матрицу… — Гоблин начал ковырять пол ножкой, явно пытаясь вспомнить нужные заковыристые термины из магической теории. — А, да в болото всю эту заумь! Ты вроде бы умеешь возрождающихся бессмертных то ли убивать, то ли сковывать так, чтобы с концами, а у нас как раз их многовато развелось на единицу площади. Научи других как это делать! За плату, само собой. А мы тебе и остаткам твоего клана заплатим. И хорошие условия жизни обеспечим в местах, где пока еще все тихо и спокойно.

— Так ты и сам умеешь. — Отсутствие глаз мешало понять, куда именно сейчас пялится Холхюк. А змеи, заменявшие ему органы зрения, были направлены во все стороны разом. — Я собирал о тебе слухи. И, пожалуй прикончил бы уже подающего надежды чернокнижника без разговоров, если бы он не разобрался с одним из личей.

— Та тварь поправится, совместными усилиями мне и девочкам удалось лишь слегка поломать ей разум. — Поморщился Тимон. — Да, в норму тот мертвый колдун придет не сразу…Но через пару лет он скорее всего восстановится полностью и станет только злее и осторожнее. Нужны более надежные и желательно менее сложные методы. И ты можешь их дать. Не мне, если та уж пошло. Научи чародеев дварфов, если не любишь людей, гоблинов и эльфов. Или гномов, уж те с вашей расой точно никогда не враждовали, ибо почти не пересекались.

— Нет. — Отказался тролль, не вставая с дивана. — Демонов я не люблю и личей тоже, но у вас ничего не получится. Чтобы воспользоваться этим методом, надо быть сыном моего отца. Даже своих детей я не смог научить, хотя пытался. И из более дальних поколений тоже ничего путного не вышло. Давай деньги.

— То есть способности должны быть врожденными? — Повинуясь жесту гоблина, суккуба достала из стоящего в её комнате сундука маленький кошелек. И передала его коротышке. — Ты можешь обследовать других ледяных троллей и найти среди них тех, кто ими обладает? Да и лесных заодно. Добровольцев я обеспечу. Или артефактов наделай, при помощи которых можно убивать бессмертных. За каждый из них Альянс тебя буквально озолотит.

Чувствуя, что разговор затянется, Златокудрая поискала куда бы присесть. На полу еще хлюпала вода. Диван был занят троллем. Кровать стояла в соседней комнате, а все стулья куда-то подевались. Сури уселась на тот же сундук, из которого забрала золото. В углу отыскалось расштанное кресло-качалка. Древнее и подозрительно знакомое. То ли данная мебель так понравилось гоблину, что он её спер, то ли напротив, коротышка остался недоволен предоставляемым в человеческой гостинице интерьером. И спер его, чтобы компенсировать переплату. Одно было ясно, он его спер. Фиэль могла бы вторично поставить себя на кон за то, что в уплату за данную мебель её хозяевам не перепало ни одной монетки.

— Эту силу приобретают в ходе ритуала. Очень опасного, очень древнего, очень темного. Проводимого над ребенком, имеющим два шанса из трех не увидеть следующий рассвет. — Шаман выпростал из под одеяла руку, на которой осталось всего два пальца, указательный и мизинец. Между ногтями прострельнули алые искорки. Миг и они сплелись в нечто вроде молнии, кружившей вокруг изувеченной плоти Холхюка, но не касавшейся его. — Абсолютное уничтожение. Пламя пожирает магию и растет на ней, опаляя душу. Если в артефакты и можно как-то его запихнуть, то способ мне неизвестен. Давай деньги, или я ухожу, и отныне ни один ледяной тролль не поверит твоему слову.

— Держи, но мы еще не закончили. — Бросил ему кошелек гоблин. — Так, стоп! Я, кажется, понял! Ну конечно! Да кой же ты гарный хлопец, коли ты негр губастый?

— Чего? — Не поняла ни слова из его последней фразы Фиэль, устроившаяся на кресле-качалке и теперь отчаянно надеявшаяся, что оно прямо под ней не развалится. — О чем ты говоришь?

— Да никакой это не ледяной тролль! И как я сразу этого не понял?! — Непонятно почем, но улыбка гоблина грозила порвать ему рот и достигнуть ушей. — Шрамы на голове остались от спиленных и выкорчеванных рогов. Глазницы пустые, потому как раньше в них полыхало демоническое пламя. Друидизм. Дамы, вешать вам лапшу на уши пытался представитель племени ночных эльфов, когда-то выбравший для себя путь охотника на демонов! Пламя, выжигающее магию, это ведь их можно сказать фирменная способность!

— Н-н-но их же всех уничтожили после того, как первое вторжение пылающего легиона было отбито! — Запротестовала Фиэль, опасно наклоняясь вперед на затрещавшем кресле-качалке. — Это, между прочим, и была одна из причин, из-за которой некоторая часть эльфов сбежала! Наши предки боялись оказаться следующими!

— Ну, полагаю профессиональные убийцы демонов это не новорожденные котята, которых можно и в ведре утопить. — Фыркнул гоблин. — Они наверняка сопротивлялись. И кто-то даже успешно. Во всяком случае, одного из них я видел. И он почти полная копия нагло занявшего мой диван фальшивого ледяного тролля. Только куда лучше сохранившаяся и чуть более светлого оттенка.

— Миниатюрность, похотливость, тяга к запретному, высокий интеллект вкупе с наплевательским отношением к последствиям своих действий… — Начал перечислять Холхюк, заметно напрягшийся. Во всяком случае, это было заметно даже по его изуродованному лицу. Да и посох, вместе со своим хозяином накрытый пледом, несколько изменил свое положение, одним концом уставившись прямо на гоблина. — А еще сила. Очень знакомая мне сила, вкуса которой я не чувствовал уже десять тысяч лет. Хм. А ведь это тоже мне кое-кого напоминает. Сильно напоминает. Очень-очень сильно напоминает.

Фиэль еще сильнее подалась вперед. Кажется, у неё наконец-то появилась возможность узнать, с кем или чем отныне связана её жизнь. На все вопросы гоблин лишь гнусно хихикал и утверждал, что всему свое время и она еще не готова. А потом начинал хихикать еще гнуснее и тянулся её лапать. Но если сейчас рядом с ней действительно находится существо, помнящее первую войну с демонами, то возможно оно действительно знает те силы, которым присутствие Пылающего Легиона в Азероте и даром не нужно. Ведь они просто по логике должны были быть союзниками, пусть даже на не слишком-то долгое время.

— Стесняюсь спросить, но ваше величество… — Холхюк прервался, видимо подбирая слова.

— Один из императоров древней империи троллей? — Забегали мысли в голове у эльфийки, которая подалась еще больше вперед и начала опасно балансировать на почти потерявшем равновесие кресле-качалке. — Ну да, многое сходится. Они никогда не чурались древних сил и темной магии. И это даже объясняет его аномальное сходство с гоблином, ведь они возникли именно из представителей этой расы, загнанных в каджимитовые шахты. Видимо как раз бывшие рабы-мутанты и сохранили исконный менталитет, в то время как лесные и ледяные тролли свою культуру утратили. И, пожалуй, это даже к лучшему.

— Королева Азшара, это действительно вы? — Наконец-то продолжил свою речь Холхюк. — Только вы могли бы пороть суккубу тапочком в ту пору, когда Пылающий Легион топчет Азерот. И только у вас могла сохраниться энергия Колодца Вечности, чей вкус мне не перепутать ни с чем другим, проживи я даже еще десять тысяч лет!

Фиэль рухнула прямо на влажно чавкающий ковер. Вместе с перевернувшимся креслом.

Глава 31

Холхюк подозрительно пялился на Фиэль. Златокудрая сама не могла объяснить как он это делал без глаз и даже выпущенных из под одежды змей, но она точно чувствовала на себе пристальный и недобрый взгляд бывшего охотника на демонов. Хотя почему собственно бывшего? Исчезло государство в котором он получил и отточил свои навыки. Пропал народ его породивший. Сменились очертания континентов. А изуродованный ночной эльф по-прежнему мог вломить любому непрошенному гостю из пустоты межреальности. Ну, или коренному жителю своего мира. Последних за минувшие тысячи лет изгнанник прикончил на парочку порядков больше, чем тех кто пришел в Азерот извне.

— А меня ваш гоблин все равно не убедил. — Разлепил потрескавшиеся губы дважды изгнанник. Сначала он бежал в Кель Талас вместе с мятежниками, а потом удрал уже и оттуда. По внутриполитическим мотивам, касающимся только его и первого короля светлых эльфов. Чего именно они не поделили, старик отказывался говорить наотрез. Возможно, просто забыл, за такую бездну времени из памяти и куда более свежие события могли выветриться. Но он настоятельно просил оставить себя для всех тех, кем он по сути дела и являлся. Очень старым и сильным шаманом ледяных троллей, к чьим словам волей-неволей прислушивались почти все старейшины этого народа. Ближайших родственников ночных эльфов, среди которых охотник на демонов завел себе жену и детей. А уж последние то в свою очередь волей-неволей растащили его кровь по большинству племен. — В нем энергия Колодца Вечности. А королева Азшара не мертва, во всяком случае так говорят духи мертвых. Эти два факта неоспоримы и умеющему логически мыслить их достаточно.

Фиэль почувствовала, что ей снова становится дурно. Хоть Тимон и отрицал свою принадлежность к правящей верхушке ночных эльфов…Но он много чего отрицал. Или все же оно? А может и вправду она? Холхюк уже успел пару раз описать характер и привычки призвавшей Пылающий Легион королевы. Совпадало до безобразия много. Во всяком случае, в своей жизни Златокудрая видела только одну персону, в которой непостижимым образом сочетались раздолбайство и тонкий расчет. Амбиции и безразличие к власти как таковой. Гедонизм и трудолюбие. Невероятная магическая мощь и крайне отвратное знание основ классической магии. Ни Тимону, ни Азшаре, они были попросту не нужны. С их силой нужный результат получался и так, а учиться делать как надо им было лень.

— Королева Азшара не мертва. — Подтвердил голос зеленого коротышки, вошедшего в небольшую каюту, расположенную у рубки управления боевым дирижаблем. — Королева Азшара теперь правительница наг, в которых превратились те ночные эльфы, которые не успели удрать от захвативших власть фанатиков. Я же тебе уже говорил.

— Не верю. — Мотнул уродливой головой Холхюк.

— Ну и твои проблемы. — Безразлично пожал плечами коротышка. — Будешь при всех называть меня королевой, прослывешь маразматиком. Согласись, будет обидно получить такую репутацию после того как десять тысяч лет сохранял более-менее свежими тело и мозги.

Холхюк гордо промолчал. Фиэль завистливо вздохнула. Охотник на демонов, несмотря на крайне уродливый вид и полученные в сотнях боев травмы, имел одну просто потрясающуюся особенность. Перенесенные в далеком прошлом мутации изменили его настолько, что тот стал практически абсолютно невосприимчив к отравлению магической энергией. Даже суккуба в этом плане уступала ветерану первой войны с Пылающим Легионом на порядок. Старик мог тянуть силу откуда угодно и абсолютно не переживать о последствиях. За счет чего и протянул столько времени, прекрасно обходясь без так необходимых эльфам источников волшебства. Жаль только себе подобных он создавать действительно не умел, для этого требовалось нечто больше, чем горячее желание и тысячелетие опыта. Нужен был талант, вернее гениальность. Такая же, как у Иллидана Предателя, помогавшего некоторым ночным эльфам стать настоящими охотниками на демонов.

— Так я чего вам новые слухи о себе сочинять помешал. — Продолжил гоблин, вопреки обыкновениям надевший доспехи. — Лагерь Альянса на горизонте. Уже хорошо виден замок, в котором квартирует начальство и палаточный лагерь, где ютятся простые солдаты. Вокруг нас патрульные грифоны уже минут десять как вертятся. Готовьтесь к высадке, будь она неладна. Эх, как же я не люблю, когда мои планы ломают!

Злобно сверкнувший глазами коротышка снова вышел за дверь. Кто-то из тех, кому Златокудрая отдавала свои страховочные письма, не удержался и прочел их. Информация о возможном спасении от жажды магии достигла принца Кель Таса, который в настоящий момент являлся наиболее авторитетным лидером народа высоких эльфов. Неизвестно, как давно это случилось и сколько он думал над полученной информацией, но просьба о личной встрече пришло в тот момент, когда уже практически был приговорен к уничтожению еще один маленький городок некромантов.

— Между прочим, когда в королевский дворец ворвалась толпа бунтовщиков, королева Азшара первым делом закричала, что они все испортят. — Как бы в никуда сказал Холхюк. — А разбираться в том, кто как и почему мешает её планам и угрожает её жизни, стала лишь после. Я это точно знаю, я был там.

— Как-то странно ты о ней говоришь. — Покосилась на него Златокудрая, которую вновь трезали смутные сомнения. — То утверждаешь, что такую редкостную дрянь, ставшую виновницей вторжения демонов еще поискать надо, то буквально на руках готов носить и благоговеешь в почтении.

— Первая любовь не забывается. — Мечтательно произнес старик, чье изуродованное лицо исказила гримаса, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся улыбкой. — Она была королевой, я был простым гвардейцем, молодым, зеленым и совершенно неопытным…И её величество многому меня соизволила научить. Впрочем, своей благосклонностью она неизменно одаривала каждого, кого считала достойным находиться близ её персоны. Это была последняя проверка, так сказать. На профпригодность.

— Ну и нравы у вас там были! — Покраснела Фиэль. — И неужели никто не возражал?!

— Если бы ты увидела её в своем истинном обличье, то тоже возмущаться не стала. — Как-то весь посмурнел охотник на демонов от воспоминаний, которые были уже не столь приятными. — Невозможно было не трепетать перед этим воплощением красоты, силы и мудрости. Даже когда она допустила чудовищную ошибку, едва не уничтожившую весь Азерот, многие остались ей служить. Я сам примкнул к мятежникам в надежде сначала все исправить, а потом вернуть прежние счастливые времена. И до сих пор корю себя за недостаточные усилия, из-за которых этого сделать не получилось.

Внезапно дирижабль содрогнулся и раздался грохот. Прицепленная к кабине пушка выстрелила, а учитывая, что летающий транспорт находился у военного лагеря Альянса, целью её могли быть только…

— Тревога! Горгульи! — Надрывался кто-то в коридоре. Судя по тону, это был представитель экипажа, то есть гоблин. — Еп! Да тут и костяной дракон! Срочно снижаемся!

— Отставить снижаться! — А вот этот рык точно принадлежал Тимону. — Вы разве не видите, как под нами вурдалаки маршируют дружным строем? Срочно набираем высоту!

— Проклятье! — Нервно выругалась Фиэль, сразу ощутив, как тонка оболочка воздушного шара, держащего всю конструкцию в воздухе. Да и стенка кабины несмотря на бронирование особой прочностью не отличались. Все-таки их создатели стремились облегчить свое творение настолько, насколько это вообще возможно. — Я еще никогда раньше не участвовала в воздушном сражении. И, похоже, друидизм будет тут бесполезен!

— Полностью. — Согласился с ней Холхюк, направляясь к выходу. — У меня имеется опыт воздушных боев. На драконе, с драконом, на грифоне, с грифоном…Но ни разу подобные схватки мне не понравились. А пару раз так и вообще закончились поражением. И падать было больно, кто похлипче охотника на демонов, тот авиакастрофу и вовсе не переживет.

С таким ободряющим напутствием шаман выпустил из своей одежды змей, заменяющих ему глаза. Ориентироваться на слух в помещении он еще мог благодаря тысячелетиям тренировок. Однако почувствовать налетающих тварей врага без помощи магии нечего было и пытаться.

Горгульи напоминали гибрид мертвого человека с летучей мышью. Да собственно они и были мертвыми людьми, которым темная магия изменила верхние конечности так, что кости на них разошлись далеко в стороны, а между ними наросла толстая перепонка из кожи. Для боя монстры использовали ноги, оснащенные внушительными когтями. Причем по ловкости они ничуть не уступали рукам и могли швыряться легкими дротиками, запас которых болтался при каждом чудовище в специальной перевязи. Но еще хуже были костяные драконы. Тела этой воистину грандиозной нежити, по размерам и форме вполне сравнимой с настоящими владыками неба, состояли из сотен скелетов, сплавленных воедино. Темная магия настолько насыщала эту отжившую свое плоть, что та уже сама скорее являлась некоей волшебной субстанцией и потому могла плевать на силу гравитации. А еще получившееся создание, внешне напоминающее гордых ящеров, было невероятно прочным, живучим и сильным. К тому же оно могло поднатужиться и выдохнуть облако, одновременно разлагающее и замораживающее все на своем пути.

— Один, два, девять… — Считал Тимон, наблюдая за тем, как в разбитое дротиком окно кабины выплывают полюбившиеся ему бомбы. Ветер трепал шевелюру маленького мага, но сбить ему концентрацию похоже не мог даже ураган. Взмах рукой и фитили на них затлели и сразу же снаряды унеслись вдаль, чтобы разорваться у цели облака огня. Видимо внутри присутствовала зажигательная смесь. — Ну вот, на одного уже меньше, а то очень уж число у этих посланников великой тьмы было нехорошее…Эй, а этот призрачный гопник небес из-за полыхающего зада дискофорта вообще что ли не испытывает?!

Подожженный его усилиями костяной дракон чадил, но выходить из боя даже не думал. Напротив, он резко пошел на сближение с боевыми дирижаблями. Хорошо хоть компанию в этом составил лишь еще один монстр. Остальные семь уже громили лагерь войск Альянса, разнося ударами когтистых лап укрепления, перекрывающие орде нежити вход.

— Одному я могу поджечь его магию. — Хладнокровно сказал Холхюк, метая в мелькнувшую за окном гаргулью сгусток какой-то дряни. И попадая в стену. Заклинание древнего ночного эльфа прошло преграду, не оставив и следа, а через мгновение к земле полетела рассыпающаяся на части нежить. Возможно, охотник на демонов и не мог похвастаться особой силой или талантом. Но опыта и хитрых трюков он за много сотен лет выживания накопил больше, чем все ветераны отдельной маленькой армии. — Но только когда он будет рядом, шагов двадцать, не больше. И не уверен, что это сразу остановит такую тварь, уж очень она велика. Пока истлеет, эту скорлупку уже десять раз уронить успеет. А слишком часто пользоваться пламенем абсолютного уничтожения нельзя, а то сам вспыхну.

— Мне не очень хочется знать, в какую сумму может встать ремонт боевого дирижабля. — Фыркнул гоблин, подозрительно прищуриваясь. — А он обязательно потребуется, если допустить этих милых костяных уродцев до ближнего боя. Старик, ты в своей системе пространственных рун сильно уверен?

Вместо ответа Холхюк сел в появившееся под его задницей плетеное кресло. А после выпил крайне вонючего самогона из возникшего в воздухе бурдюка. И закусил его шматком копченого сала, которого мгновением раньше не было в его руках. Старый шаман дал немало ценных советов и готовых решений сестрам Хорвальдс, поскольку в умении работать со свернутым пространством разбирался лучше большинства признанных гномьих артефакторов. Объяснялось это просто. На крайнем севере чтобы чувствовать себя комфортно, ну или хотя бы не замерзнуть насмерть, всегда нужно таскать с собой кучу барахла. Палатки, топливо, продукты… И к середине второго тысячелетия своего полудобровольного прозябания в снегах проживающий там охотник на демонов решил, что ему надоело изображать из себя вьючного мула и пора оптимизировать данный процесс.

— Позер. — Проккоментирвал его действия Тимон и окутался облаком непроницаемого вонючего дыма. Фиэль поморщилась, отгоняя от себя аромат паленого машинного масла. Она уже поняла, что задумал коротышка, и не собиралась мешать ему сворачивать свою шею. Хотя бы потому, что ей не так давно тоже порядочно досталось за водяного элементаля. Все тем же тапочком. — В своем племени не перед кем было свою крутость показывать, так решил здесь себя повыпячивать. Ну-ну, успехов, только позволь заметить, всему экипажу и пассажирам в данный момент немножечко не до тебя.

Рассеявшийся мрак явил взорам всех желающих все того же Тимона. Только облаченного в украшенный рунами полный доспех и со здоровым посохом в руках. Вот только гоблин был уже не настоящим. Под полумаской шлема, скрывающей процентов семьдесят лица, находилось лицо тщательно сделанной куклы. А сидящий в свернутом пространстве настоящий зеленый коротышка управлял её движениями и встроенным вооружением при помощи телекинеза. Свернутое пространство ослабляло его возможности раза в три, но взамен наделяло почти полной неуязвимостью. В боевых условиях обнаружить кармашек в ткани реальности было бы по силам разве только богу. А вот уже архимагу, пусть даже самому искусному, пришлось бы сначала узнать, а чего же именно он должен искать. Все остальные могли только пытаться уничтожить боевую куклу, стремясь испортить спрятанную внутри конструкции рунную вязь. И если им это удастся, гоблин вывалится в реальный мир во вспышках света, клубах дыма, языках пламени и прочих маскирующих эффектах. А после снова спрячется обратно, поскольку вместе с ним находится и еще одна кукла. Запасная. Тимон хотел бы увеличить количество подобных игрушек до бесконечности, но даже ему банально не хватало сил на питание артефактов, поддерживающих максимально стабильный пространственный карман. Хотя, если бы он выгрузил оттуда более чем солидное количество боеприпасов, а также комплект выживания и некоторое количество золота, то без труда смог бы затолкать в персональное хранилище даже танк. Однако, по мнению притворяющегося гоблином существа, пара сотен килограммов динамита, картечь, зажигательная смесь, гранаты и наличный капитал были ему нужнее.

Занятая своими мыслями эльфийка не заметила момента, когда из рубки боевого дирижабля исчезла кукла. А вместо разбитого окна в кабине появилась самая настоящая дырка, в которую теперь ощутимо задувало. Судя по повреждениям, сделали её не снаружи, а изнутри.

— Хорошо летят. Щас в лепешку расшибутся! — Холхюк с довольным видом отхлебнул еще самогона и кивнул в сторону небольшого дождичка из горгулий. Поднявшиеся выше боевого дирижабля в почти неохватывемую его орудиями верхнюю полусферу монстры падали, словно капли дождя. Ну, может и не так часто, но зато регулярно. По сравнению с любой другой нежитью, да и достаточно крупными живыми существами тоже, данные твари были откровенно тщедушны Некромантам было сложно заставить порхать мертвые тела, а потому их основная авиация по примеру птиц щеголяла пустотелыми костями. Если бы не скорость движений и быстродействующая разновидность трупного яда, всегда присутствующая у них на когтях и остриях дротиков, разделаться с подобной угрозой один на один смог бы и решительно настроенный крестьянин. — А ведь у сектантов таких созданий мало. И скоро станет еще меньше.

— Их делать тяжело. — Пожала плечами эльфийка, прижимаясь к дыре и высовываясь наружу. В следующее мгновение дирижабль содрогнулся, выплевывая ядро в приближающегося костяного дракона. Здатокудрой пришлось схватиться за разлохмаченную обшивку, чтобы не упасть. Правда, в качестве моральной компенсации она рефлекторно выпустила по пролетавшей мимо горгулье огненную стрелу. И даже попала. Заклятие снесло нежити треть левого крыла и та стремительно понеслась к земле. Из этого воздушного сражения монстр выбыл, но если никто его не добьет, то скорее всего он отожрется и регенерирует. Удар о землю, после которого ни один авиатор не смог бы уцелеть, станет лишь причиной временных неудобств. — Ой, проклятье, это было близко! Я пару раз видела изготовление нежити в полевых условиях. И куда больше раз допрашивала тех, кто этим занимался. Так вот, по сложности создания эти уродливые штуки уступают лишь мясным танкам, у которых два-три мозга сшивают в один, чтобы они могли всеми конечностями командовать. Ну и костяным драконом, само собой, но тут уж просто в масштабах и требуемой энергии проблема. Их если с чем сравнивать по затратам, так сразу с кораблями.

Клубок неживых тел, облепивших созданную телекинезом сферу, ненадолго вошел в поле видимости наблюдателей. Тимон и его механическая марионетка деловито истребляли наседающих на них монстров. Горгулий разрывало силой мысли, испепеляло расходящимися от посоха разрядами молний, дырявило пулями из небольшого пистолетика, возникшего в руке конструкта. Ответные удары, наносились зачарованным оружием, которое имелось почти у каждой нежити в одном или двух экземплярах. Те, кто командовал тварями намеревались если и не прикончить противостоящего им порхающего аки пташка чародея, так основательно его измотать и вывести из боя. Будь их целью кто-нибудь другой, они бы обязательно достигли успеха. Одновременно левитировать, пользоваться боевой магией и поддерживать защиту… Тот, кто продержится в подобном темпе дольше пяти минут, может пинком распахнуть дверь в любую школу волшебства. И остаться там навсегда. Директором. А в академии маги ему обязательно дадут собственную кафедру, лишь бы только мог научить начинающих адептов хотя бы десятой части своих умений.

С соседнего дирижабля ударила баллиста. Сразу двух тварей, пытавшихся процарапать незримый щит Тимона пронзило насквозь. Мат, которым покрыл коротышка меткого наводчика, Фиэль услышала даже внутри кабины. Судя по всему тяжеленное ошкуренное бревно со стальным наконечником имело куда большие шансы пробить установленный маленьким колдуном барьер, чем все усилия злобных, но легких горгулий. Златокудрая выпустила через пролом тройку самонаводящихся огненных заклятий по пятерке монстров, гнавшихся за грифоньим всадником. Она не знала, был ли он одним из тех, что сопровождал дирижабли и остался 'по наследству' от торгового барона или же являлся представителем местных сил Альянса. В седле сидел дварф, а мелкие подробности сейчас различить было абсолютно невозможно. Чары поразили свои цели и две горгульи сошли с курса, то ли время нужное для борьбы с огнем, то ли навсегда. Одну обернувшийся наездник пристрелил из небольшого арбалета, сжимаемого в руках. Но еще две метнули свои дротики и попали. Причем метили не в прикрытого кольчужной броней седока, а в его зверя. Засевшая в заднице грифона заноза не доставила могучему зверю существенных проблем. Однако второе легкое копьеце, ударившее на ладонь правее, перебило ремень подпруги. Седло и тот, кто сидел в нем, кувыркаясь полетели к земле. Страховочный механизм там вообще-то имелся, но то ли он выбыл из строя еще раньше, то ли оказался бракованным. Эльфийка воспользовалась тем, что победители на несколько секунд замерли на одном месте и прицельно выпустила четыре огненных стрелы. Одно заклятие на одно нетопыриное крыло. Теперь их обладатели никогда не смогут перевести падение в планирование и уцелеть.

— Не отвлекайся на мелочь, её итак уже успешно истребляют. Лучше растягивай щит на гондолу, кабину прикрываю я. — Коротко скомандовал Холхюк, начавший выделывать своим посохом странные фигуры, не сходя с плетеного кресла. Звучание задувающего в дыру ветра изменилось. Откликнувшиеся на призыв неимоверно древнего шамана духи окружили летучую конструкцию стеной. Воздушные элементали может были и не так сильны, как водные, но чтобы порвать перепонку на крыльях горгульи большие усилия прикладывать и не требовалось. Редкий дождик из падающих вниз монстров сменился настоящим ливнем. Опасно приблизившийся костяной дракон выдохнул струю не то магии, не то жидкости…Которая отскочила от защитной преграды. Которую не ставили ни Фиэль, ни Холхюк.

— Это наш штатный маг. — Коротко пояснил стоящий за штурвалом гоблин, до того молчавший как рыба, метко сплевывая в дыру скуренной до основания сигарой. — Так себе колдунишка, если честно. В Даларане даже до диплома не доучился. Однако подпитывать нанесенные на ткань руны может.

Фиэль понятливо кивнула. Она помнила негодующий вой, который издал Тимон после того как внимательно обследовал дирижабли и узнал причину своих неудач. Оказывается, зеленые коротышки не изобретали сверхсложных тканевых пропиток, а просто пользовались магией. По сути дела весь летучий корабль представлял из себя один большой артефакт. Ну, или комплекс из нескольких более мелких, явно показывающий, что целое иногда может быть больше суммы своих составляющих. Одно хорошо, узнав, что движущей силой служит воздух, которому зачарованные на манер термоса оболочки мешают остывать, гиперактивный коротышка перестал проводить опыты со взрывающимися газами. Или скорее просто отложил их до более подходящего момента.

Подлетевшего почти вплотную к их дирижаблю костяного дракона ударило в бок пушечное ядро. Видимо строй летающих судов оказался окончательно сломлен, раз одно из них развернулось носом к товарищу. Брызнули во все стороны осколки кости. На дыру немедленно хищной мухой упал Тимон. Белая крошка полетела во все стороны. У маленького волшебника явно были большие перспективы в горнодобывающей промышленности, так как он похоже был в состоянии заменить собой целую бригаду шахтеров. Плоть чудовища, по плотности совсем немного уступавшая камню, стремительно разрушалась, пропуская гоблина все глубже и глубже. Сложно сказать, стремился ли коротышка найти там алмазы, ну то есть жизненно важные внутренние органы, но по-змеиному изогнувшаяся тварь цапнула сама себя зубами. Однако у нежити не получилось выкусить засевшего на ней диверсанта, будто блоху. Громадные челюсти банально развалились после того, как в недра зияющей пасти зашвырнули извлеченный из свернутого пространства ящичек с динамитом.

Нежить это, к сожалению, не убило. Более того, составляющие её основу кости стали течь как горячий воск, исправляя повреждения. Количество потерянного чудовищем материала было ничтожно по сравнению с оставшейся массой. А маленького волшебника уже пытались раздавить лапы и крылья, изгибающиеся в самых невозможных местах и хлопающие по торсу с силой, достаточной чтобы сплющить наковальню в тонкий блин. Однако кукла зеленого коротышки была ничуть не менее проворна и благодаря телекинезу буквально исчезла в одном месте и появлялась в другом. Причем без всякой телепортации, одним лишь телекинезом перенося себя из одного места в другое. Попутно Тимон еще и умудрялся бить тварь молниями из посоха или прикреплять к ней то тут, то там, практически моментально взрывающиеся мины. Увы, наносимый ими ущерб не мог быстро сломить грандиозную выносливость монстра, не испытывающего боли, страха и необходимости в сохранении своей телесной оболочки. Однако, способности к псевдожизни этой плюющей на силу притяжение махине давала магия. И именно на неё нацелились гоблины, наводящие на цель свои баллисты. С небольшими перерывами в увлекшуюся поединком с коротышкой громаду вонизилсь сразу четыре особых стрелы. Каждая из них была артефактом, но не содержащим в себе магию, а напротив, стремительно высасывающим её. Подобные снаряды применились в борьбе с духами, элементалями, для истощения поставленных волшебниками барьеров…И костяному дракону они тоже чего-то нарушили в его внутренней структуре. Потерявшая способность удерживаться в воздухе конструкция из костей, ведомая чьей-то злой волей, рухнула вниз. И следом за ним канула к земле маленькая фигурка чародея, вокруг которого уже возникали новые зажигательные снаряды. Коротышка явно не был намерен оставлять от поверженного врага достаточно большой кусок, чтобы некромантом имело смысл его пытаться починить.

Второй костяной дракон, к сожалению, действовал более успешно. Он схватил пастью опасно близко подлетевшего к нему грифона и мгновенно превратил крылатого зверя и его седока в груду кровоточащей плоти. Потом огрел хвостом еще одного, пытавшегося подобраться к нему с тыла. Небесный всадник со своим животным налипли на чудовищную конечность, будучи пронзенными украшающими её шипами. От снарядов из баллист данная тварь ловко уклонялась, к тому же она зашла на ближайший к ней дирижабль сверху, оставаясь недосягаемой для пушек. Мощный выдох нежити пробил магический щит и выел в борту летучего корабля огромную дыру. К тому же серьезно пострадала и оболочка воздушного мешка, частично расползшаяся на лохмотья. Гражданский транспорт после подобного сразу бы рухнул, но оставшиеся герметичными отсеки военного судна не дали ему упасть.

— Холхюк, не спи! — Рявкнула Фиэль, выпуская по крылу чудовища огненный шар. Вот только созданное усилиями волшебницы пламя было не достаточно горячим, чтобы серьезно повредить почти неуязвимому монстру. Тот, не особо обращая внимания на ведущийся по нему обстрел, зацепился за кабину всеми лапами, повиснув на ней будто кот. И принялся крушить то, до чего мог дотянуться. Учитывая его размеры, на окончательное уничтожение своей цели костяной дракон должен был потратить максимум минуты три. — Почему ты ничего не делаешь?

— Далеко! — В гневе стукнул об пол кабины своим посохом переквалифицировавшийся в шамана охотник на демонов. Тот час же с небес упала молния, окутавшая разрядами башку твари, пытавшейся откусить дирижаблю один из рулей управления. — Я своим лучшим ударом не дотянусь!

— Понял. — Меланхолично откликнулся пилот, делая затяжку сигарой. Бушевавший вокруг бой его не волновал совершенно. И вообще он казался Златокудрой самым спокойным гоблином, которого она только видела. Златокудрая после завершения воздушного побоища была намерена любыми путями узнать состав той дряни, которую он курил. И оснастить покои Тимона ароматической курильницей, в которой будет вечно тлеть огонь. — Иду на сближение. Держитесь крепче.

В следующую секунду эльфийке показалось, что и их дирижабль взял на таран незаметно подобравшийся костяной дракон. От дикого рева, заставлявшего дрожать всю кабину, уши натурально сворачивались в трубочку. А начавшаяся тряска могла вытрясти сопли из носа у тех, кто в недобрый для себя час подхватил простуду. Однако же костяной дракон и терзаемое им воздушное судно начали резко увеличиваться в размерах.

— Ш-ш-што это за фигня?! — Холюхк поднялся на ноги после того, как прямо из под него ускакало кресло. — Да меня даже в шторм внутри плывущей на корабле паровой вагонетки с неисправным котлом так не мотало!

— Маневренные боковые ускорители. — Выпуская целый клуб дыма поведал пилот. — Пороховые или не реактивной тяге, я в этом не особо разбираюсь, мое дело в нужный момент рычаг дернуть и отпустить его, пока они не рванули.

— А могут? — Осторожно поинтересовалась Фиэль, выпутываясь из лозы. Магически созданное растение, появившиеся прямо из досок пола, спеленало её по рукам и ногам. Ей пришлось пойти на такие меры, чтобы не вылететь в пролом. — Впрочем, о чем я спрашиваю гоблина, не только могут, но даже и обязаны…

Фирменный прием охотника на демонов выглядел не слишком впечатляюще. Ну, молния. Ну, красная. В костяного дракона за этот короткий воздушный бой, длящийся казалось уже целую вечность, далеко не одним боевым заклинанием зарядили. Однако сразу же после этих чар, буквально выжигающих на своем пути пространство, нежить заполыхала. Да причем весьма активно, словно сухое полено, подброшенное в большой костер. А еще она мгновенно прекратила двигаться и ломать дирижабль. Но тем, кто находился внутри него, намного легче не стало. Теперь им пришлось бороться с набирающим силу пожаром.

— Отрывай твари засевшие в обшивке когти. — Приказал Холхюк, подходя к дыре и выпуская огромную ледяную сосульку. Снаряд ударил по лапе чудовища и слегка её надломил. — Туша тяжелая, лишим её пары точек опоры и она сама вниз грохнется. И хватит уже сближаться с этим дирижаблем, мы же сейчас столкнемся.

— То ближе, то дальше. — Печально вздохнул пилот, одной рукой вращая штурвал, а второй делая новый затяг сигарой. — Вот всегда так. Начальство само не знает, куда ему надо, а мне работать…

Внезапно Фиэль и Холхюк содрогнулись и машинально развернулись в сторону лагеря Альянса. Волшебники почувствовали отголоски не просто сильной, а невероятно сильной магии. А замок, являющийся центром воинского лагеря, потерял одну из башен. Вернее, на месте то она еще стояла, но наполовину осыпалась, покрывшись льдом. Чудовищный холод заморозил камни до такой степени, что те похоже просто треснули под собственной тяжестью. Там, кстати, вовсю кипело сражение. Ледяные драконы полегли все, но смогли сломить оборону цитадели и теперь в её разбитые ворота вливались орды вурдалаков. А от разбитого у стен лагеря уже ничего и не осталось. Его защитники либо отступили в крепость, либо лежали мертвыми, либо уже были подняты из мертвых некромантами и снова брошенными в бой, но уже на другой стороне.

— Высшая боевая магия. — Пробормотала Златокудрая, закусив губу. — Если это не какой-нибудь могучий демон, изучавший чары льда как любопытную экзотику, то где-то рядом находится…

— Кел-Тузед. — Закончил на неё охотник на демонов, которому слепота ничуть не мешала оценить масштабы случившегося. — Кхе. И я вовсе не уверен, что готов бросить вызов величайшему человеческому архимагу современности.

Глава 32

— Просто так, для справки. — Гоблин, которому в самом ближайшем будущем предстояло повстречаться в бою с самым могущественным личем всего мира, слегка нервничал. Во всяком случае, он почти проковырял в полу отверстие, практически оснастив дирижабль новым бомболюком. Ящики с боеприпасом, которые подтаскивала к нему команда, мгновенно опустошались. Израсходовавший изрядную часть взрывчатки коротышка стремился пополнить располагающийся в свернутом пространстве боезопас. — В этом лагере, в нем ведь не все войска Альянса стояли, верно? Есть еще кому нам прийти на помощь?

— Конечно. — Успокоила его Фиэль. — Просто армию трудно сосредоточить всю целиком вне крупных торговых центров. Кормить то солдат чем-то надо, а содержимого закромов средней деревни паре-тройке тысяч бойцов не хватит даже на легкий завтрак. В этом замке просто квартирует принц Кельтас и его начальник, лорд-маршал Гаритос. То есть, уничтожена оказалась лишь десятая часть всего войска. И оставшиеся солдаты вполне могут нам помочь, когда сюда доберутся.

— Это радует. — Несколько успокоившись, кивнул коротышка.

— И произойдет сие событие где-то через неделю. — Злорадно продолжила эльфийка. — Поскольку именно столько им потребуется на сборы и дорогу. И я вовсе не уверена в том, что ближайший к нам оплот сил сопротивления нежити не атакован тварями. В конце-то концов, раз здесь есть Кел-Тузед, то проклятый принц, скорее всего, находится где-то еще. Вдвоем они, конечно, действуют эффективнее. Но сражаясь в разных местах, могут сокрушить куда больше своих врагов.

— Вот умеешь ты ободрить. — Тоскливо протянул Тимон, тяжелым взглядом вцепляясь в еще недокуренную пилотом сигару. — Холхюк, как обстановка в крепости?

— Ворота покосились, но еще держатся. Нежить пытается лезть внутрь укреплений по обломкам рассыпавшейся башни, но пока твари не могут похвастаться большими успехами. — Откликнулся старый охотник на демонов, при помощи змей рассматривая проплывающий за окном пейзаж. Вот только где мы будем садиться, ума не приложу. Внутри стен не хватит места, за их пределами на нас сразу же накинутся орды вурдалаков. Ох и много тут этих образин…

— Десантируемся на крышу. — Пожал плечами гоблин, выгибая позвоночник и почесывая спину. Видимо та у него несколько затекла за время пребывания в свернутом пространстве, между боеприпасов. — Многих я пролевитировать не смогу, но уж парочку пассажиров без проблем удержу телекинезом. Приказ вести бомбардировку пеших войск противника с безопасной высоты экипаж уже получил. Костяных драконов больше нет, от горгулий остались рожки да ножки, должны справиться. Уж мы постараемся занять некромантов достаточно, чтобы они не могли без передыха пуляться вверх боевыми заклинаниями. Да и стрелки тоже не дураки, знают как противовоздушную оборону давить. Кстати, Холхюк, не вздумай сразу показывать все, на что ты способен. Будем надеяться, личи не успели еще разобраться с тем, чем именно им сожгли одного из костяных драконов и подпустят тебя достаточно близко для нанесения им повреждений, несовместимых с дальнейшим существованием.

— Не первый раз в битву против бессмертных иду, уж приберегу свою ярость для командиров. — Оскалился в злой улыбке древний ночной эльф, недавно лишившейся большей части своей семьи. — Только тогда тебе придется как-то отвлечь их внимание, я не смогу ударить пламенем абсолютного уничтожения по далекой цели. И если она будет прикрыта защитным барьером, то будет иметь шансы уцелеть или возродиться.

— У меня есть домашние заготовки для Кел Тузеда, если здесь нам повстречается именно он. Уж завладеть вниманием немертвого янки на парочку секунд точно смогу. — Кивнул гоблин, к которому начали подтаскивать очередную порцию взрывчатки. Так, все, шестнадцатый ящик бомб в меня не влезет!

— А давайте мы его вам на спину присобачим? — Выдал рацпредложение авиатор обслуги, видимо не желавший нести тяжелый груз обратно в артиллерийский трюм. — Или могу модную нагрудную ленту с кармашками под динамит одолжить. У меня есть в каюте лишняя.

— А давай. — Подумав, махнул рукой маленький волшебник.

— Ты решил заделаться камикадзе? — Златокудрая не смогла скрыть шока и радости в своем голосе.

— Конечно, нет. — Фыркнул коротышка. — Просто я давно мечтал о такой штуке, чтобы складывать в неё разные полезные мелочи.

— У тебя теперь свернутое пространство есть. — Тихонько, чтобы другие не услышали, отметила эльфийка.

— Конечно. — Кивнул гоблин и окутался темным вонючим дымом, заменяя себя на куклу. — Но вдруг оно откажет? Или окажется переполнено? А у меня как раз появится лишних два-три десятка золотых колец с разными камушками…Эм, я надеюсь, местным офицерам и генералам не считается зазорным носить дорогие перстни? Не бойся, с живых союзников я их снимать не буду, а мертвым они ведь все равно уже ни к чему, верно?

Подняв глаза к небу, эльфийка выдохнула сквозь стиснутые зубы и принялась считать до десяти. А потом до ста. Тот, кому она была вынуждена подчиняться, был просто невыносим! Когда Златокудрая немного отошла от легкого приступа бешенства, то под её ногами уже был один только воздух. Дирижабль стремительно удалялся, а закончивший процесс перевооружения гоблин левитировал себя и двух своих могущественных спутников к разрушенному участку замковой стены. Нет, он бы, скорее всего, куда большее количество подкреплений взять с собой не отказался. Но большое количество пехоты в боевые дирижабли просто не влезало. Даже пассажирские каюты имелись на одном единственном летучем корабля, бывшим не столько боевым судном, сколько личным транспортом Златокошеля. Опять же оставался вопрос того, как именно спустить бойцов с небес на землю. И толку от рядового рубаки внизу было бы решительно не много. А офицеры их отряда остались охранять гоблинский поселок или решали более важные задачи, нежели дипломатический визит.

Еще в полете гоблин начал избавляться от некоторой части боеприпаса, метко швыряясь зажигательными или разрывными снарядами в плотные группки нежити. Хотя особо целиться ему и не пришлось, вурдалаки устилали землю практически сплошным ковром, в котором редко-редко встречались вкрапления иной нежити. Видимо ведущий всю эту ораву Кел Тузед рассчитывал на молниеносный натиск, обязанный сломить оборону лагеря. А относительно человекообразные монстры потом должны были выковыривать последних защитников из щелей, куда более крупные создание просто не протиснутся. Однако, похоже, он переоценил приведенную им летающую нежить. Костяные драконы натворили немало дел, расчистив дорогу и не дав организовать защитникам правильную оборону, однако они уже все полегли. И уж конечно верховный лич даже не мог предположить о том, что к крепости внезапно подойдет существенное подкрепление. Да еще и парящее на такой высоте, что дотянуться до него у пехотных отрядов не получится при всем желании. Да и костяные пауки, которых впрочем, среди монстров почти и не было, на подобную дистанцию плеваться своей ядовитой слюной в принципе не умели.

— Всем привет, а вот и мы! — Обрадовал солдат альянса гоблин через свою марионетку, когда она коснулась ногами покрытых наледью камней. Кел Тузед, ну или иной чародей баловавшийся высшей боевой магией, пока особых признаков своего присутствия не подавал. Видимо отходил от проделанной им титанической работы и готовил силы для нового удара, сокрушающего все на своем пути. — Не ждали?

— Арпр…Хрпр….Тьфу! — Несколько неинформативно ответил ему ближайший боец. А после согнулся дугой и изверг из желудка полупереваренную пищу. — Ох…Зачем было так близко к нам свои бомбы кидать? Меня, кажется, ударной волной контузило!

Задняя лапа разорванного на клочки вурдалака, рядом с которым приземлилось три далеко не самых последних магов, согласно дернулась. Натиск на пролом в стене замка изрядно ослаб, поскольку ближайшая к нему нежить получила повреждения несовместимые с дальнейшем существованием неупокоенных трупов. Впрочем, заслуга в уничтожении тварей принадлежала не столько Тимону, сколько ювелирно отработавшим экипажам боевых дирижаблей. Гоблины смогли весьма точно высыпать смертоносный груз на головы врагов, не зацепив при этом союзников. Ну, или сделав это совсем чуть-чуть.

— Скажите пожалуйста, он еще и недоволен. — Всплеснул руками коротышка, отправляя еще одну порцию взявшихся из ниоткуда снарядов в ближайшую нежить. Рассредоточившаяся, чтобы не попасть под удар по площади, она все равно продолжала атаковать. Только теперь уже бросалась вперед не сплошным ковром, а отдельными группками по десять-двадцать штук. Остальные в это время пытались либо доломать итак уже покоившиеся створки ворот, либо взобраться по стене. Что удивительно, у некоторых последнее даже получалось. То ли щели между камнями строители оставляли слишком уж широкие, то ли державшиеся плотной кучкой некроманты создали партию каких-то особых вурдалаков, склонных к скалолазанию. Понятное дело, обороняющие стены солдаты встречали монстров сталью, пушечной картечью и магией. Лучше всего действовали как раз дварфийские артиллеристы, чьи орудия бухали хоть и не слишком часто, но крайне результативно. — Мне таки после подобной низкой оценки полученного результата будет даже неудобно выставлять счет вашему начальству за предоставленные услуги!

— Я точно не подписывал никаких бумаг, по которым должен чего то тебе платить, безбожная нелюдь! — Фиэль, в этом время тихо и мирно пытающаяся заставить траву перед проломом превратиться в плотоядные джунгли, вздрогнула и отпустила не до конца завершенное заклинание. Перед пролом в стене за считанные секунды появилась целая полянка кустиков, чьи листья с бритвенно-острыми краями наровили ударить всех и кажого, кто приближался к магически мутировавшей флоре. Нет, нежить то они уничтожали исправно, но если в те заросли сунется солдат Альянса, с ним случится то же самое. Из-за дикого рева мужика, облаченного в роскошные украшенные золотом и драгоценными камнями доспехи, эльфийка не смогла встроить в чары систему распознавания целей. — Убирайтесь туда, откуда пришли, отродья, пока я не выставил вас силой!

— Эээ…Он дебил? — Уточнил у окружающих Тимон, предварительно взглянув на орду тварей, карабкающуюся по обледенелым камням. Самые резвые из вурдалаков, кстати, немедленно потеряли равновесие и упали. Хотя возможно их сшиб не телекинез коротышки, а выпущенная кем-нибудь пуля. Гарнизон замка, среди которого имелось предостаточно вооруженных мушкетами дварфов, вовсе не был беспомощным. Из десяти монстров, пытающихся преодолеть укрепление, восемь уничтожались дистанционным оружием еще на подходе. И только двух оставшихся приходилось принимать на мечи и копья защитникам. До того как боевые дирижабли стали вываливать на тварей смертоносный груз ситуация была хуже, но теперь держащиеся плотной кучкой некроманты больше не могли прикрывать своих марионеток заклятьями. — Или просто его сегодня по голове бревном пару раз стукнуло?

— Он лорд-маршал Гаритос. — Пояснила Фиэль, почтения к человеческому аристократу не испытывающая совершенно. Многие беженцы из Кель Таласа осели в свежеотстроенных человеческих городах. И потому принцу высоких эльфов приходилось сотрудничать с данным вельможей, чьи земли благодаря удачному географическому положению оказались затронуты нежитью в меньшей степени. — Его не нужно бить бревном по голове. Он и так хорош.

Столб пламени, упавший с небес, сжег плотную группку из пяти или семи тварей. А следом появился и тот, кто его вызвал.

— Мое почтение, леди Фиэль. — Коротко поклонился бывшей нянечке эльф из правящего рода. Впрочем, его проявление вежливости вполне могло быть вызвано ситуацией. — Рад, что вы и ваши друзья все-таки нашли возможным заглянуть ко мне в гости. Хотелось бы поговорить в более спокойной обстановке, но увы, для того чтобы воспользоваться приглашением был выбран не самый благоприятный момент.

— Так это ты притащил на мои земли эту шваль? — Грозно нахмурил брови лорд-маршал, заставив Кельтаса скрипнуть зубами. Магу огня явно очень хотелось запечь собственное начальство живьем…Однако приходилось временно смирять свою гордость.

— Если как полноправный торговый барон я вызову его на дуэль и раскатаю в тонкий блин, как уже сделал с сером Джераром, подобное будет считаться убийством или все-таки благородной дуэлью? — Как бы в никуда уточнила гоблинская марионетка. Впрочем, будь на месте куклы сам Тимон, скорее всего он сказал бы то же самое. Длинный меч, висящий на поясе человеческого аристократа, мог являться артефактом. Даже, скорее всего он им являлся. Как и броня. Однако испугать этого зеленого коротышку нельзя было бы и десятком костяных драконов. Максимум озадачить. Но с тем, чтобы его разъярить, Гаритос похоже отлично справился единолично. — А как это превратить в официальный поединок кто-нибудь знает? Желательно так, чтобы победителю достались не только все трофеи с трупа лорда-маршала, то есть тьфу-ты, проигравшего, но и все его земли. Признаю, юрисприденция не моя сильная сторона. В отличии от умения ставить на место зарвавшихся ослов и вправлять им на место мозги чувствительными пинками под задницу.

— Сер Джерар… — Хозяин крепости повторил эти слова, а потом его лицо исказилось в гримасе бешенства. — Ты! Я убью тебя! А потом твою суч…

Договорить лорд-маршал не сумел. Перед его носом взвилась стена яростного алого пламени, преграждавшая аристократу дорогу. Впрочем, точно такая же возникла и перед фальшивым гоблином, в руке которой уже появился пистолет.

— Прекратите! — Рявкнул принц Кельтас, ответственный за это огненное шоу. — У нас тут нежити как минимум еще пара тысяч под самым носом, а вы друг с другом вздумали драться! Нельзя устраивать поединки в такое время и в таком месте!

— Можно-можно. — Заверил его скрипучий голос, с вкрадчивыми шипящими интонациями. Одновременно с этим Златокудрая ощутила, как из неё начинает в прямом смысле слова утекать жизненная сила, а перед глазами встает какой-то серый туман. Эльфийка мгновенно наложила на себя защитное заклинание, которым до того пренебрегала, чтобы сберечь энергию и огляделась по сторонам. Солдаты, до того успешно противостоящие мертвецам, со стоном начали опускаться на колени и выпускали из рук оружие. Или продолжали сражаться, но двигались теперь так медленно, словно каждому из них внезапно привязали к рукам и ногам по гире. Лишь некоторые из них, видимо обладающие наиболее качественными защитными амулетами, остались в строю. Не было никаких сомнений, их быстро сомнут не прекращающие своих атак вурдалаки. Агрессивные кусты пока тормозили чудовищ, но больше половины измененных растений уже погибло. — Продолжайте, прошу вас. Мне очень понравилось. Обещаю, я не буду мешать вашему поединку, и может быть даже пощажу того, кто победит.

— Кел-Тузед! — Ужас сковал эльфийку, когда она разглядела источник голоса. И застилающей взор хмари, отравленным туманом накатывающей на крепость и выпивающей из её защитников все силы. — Я узнала это проклятие порчи! Мне доводилось видеть его во время войны в Кель Таласе, пусть и издалека!

Теперь стало понятно, почему так бестолково и в лобовую, практически на убой, шли вурдалаки. На верхушке полуразвалившейся башни, там, куда не смог бы сходу взобраться и горный козел, находились личи. Семеро немертвых колдунов, холодно и бесстрастно взирали на живых. И один из них, от которого просто шибало во все стороны ощущениями силы и опасности, держал в своих вытянутых руках серый огонь. Бледное пламя танцевало на лишенных плоти костях, но не сжигало их, а исходило ужасным и почти прозрачным дымом. Пока слуги умирали под бомбами и мечами, их хозяева заняли выгодную позицию, из которой все укрепление было как на ладони. И теперь от верховного лича требовалось только держать заклятие достаточно долго, чтобы убить всех находящихся на стенах солдат. А его коллеги должны были лишь защитить своего предводителя.

В немертвых колуднов немедленно полетели стрелы, метательные дротики, чары, пули. Даже несколько пушечных ядер. Дварфийские артиллеристы, видимо и бывшие причиной относительно быстрой гибели костяных драконов, проворно развернули свои орудия. И не промазали. Вот только все их усилия оказались бесполезны. Отвлекшие от себя внимание мертвые колдуны возвели прочнейшие магические барьеры, которые могли выиграть им время. Причем в достаточном количестве, чтобы действующие на громадную площадь чары убили большинство скопившихся в укреплении солдат. А когда тех не станет, редкие обладатели надежных защитных амулетов или умелые маги окажутся просто погребены под лавиной нежити. Их явно останется слишком мало, чтобы сопротивляться напору орды тварей.

— Ага, Кел Тузед, значит. — Гоблинская марионетка уставилась на верховного лича абсолютно непроницаемым забралом шлема. А после принялась копаться под своими доспехами, что-то выискивая. — Черт, да где же это? А, нашел! Стоять, не двигаться! Федеральное Бюро Расследований, отдел контроля за сверхъестественными преступлениями! Вы арестованы по обвинению в незаконном пересечении магической границы Соединенных Штатов Америки и поступках, порочащих государство перед межмировой общественностью! Вы имеете право хранить молчание, все что вы скажете, может использоваться против вас в суде!

— Эээ…Что…Но…Как же это… — У Кел Тузеда отвисла лишенная плоти нижняя челюсть. Однако издавать бессмысленные обрывки фраз это могущественному покойнику ничуть не мешало. Он смотрел на маленький кусочек картона, сжимаемый в руке гоблина, и серое пламя в его руках медленно угасало. Нет, он не исчезло совсем, но утративший контроль над чарами лич явно стал вливать в него в два-три раза меньше энергии. Серый туман стал куда менее концентрированным и защитники слегка воспряли духом. И тут же начали изо всех оставшихся сил бить нежить, за время их подавленного состояния почти перехлестнувшую через стену.

Личи окружили Кел Тузеда еще несколькими магическими щитами. Использовали на нем чары, снимающие последствия паралича, оцепенения и прочих хитрых проклятий. Запустили в Тимона парочкой ледяных стрел, чтобы заставить коротышку защищаться и сбить ему концентрацию. Не помогло. Сочетание из неизвестных в Азероте букв, маленького портрета зеленого гоблина и изображения какой-то птицы без всякой магии ввергло сознание могущественного колдуна в настоящий ступор. Краем глаза Фиэль заметила, что кукла коротышки делает Холхюку какие-то непонятные знаки. И тот кивает, начиная швыряться ледяными снарядами в ближайших вурдалаков. Причем действует невероятно древний и опытный охотник на демонов едва ли на одну десятую часть своей силы, изображая из себя довольно посредственного колдуна. Который медленно приближается к переднему краю сражения, туда где осыпалась часть стены и на обломках осевшей башни стоят самые главные противники этой битвы.

— Господин, что с вами? — Исчерпав другие методы воздействия, один из подчиненных Кел Тузеда просто потряс его за плечо. Тот перевел взгляд на подчиненного, потом повернул светящиеся синим пустые глазницы черепа обратно на зеленого коротышку. Холхюк подошел к развалинам башни на расстояние плевка.

— Руки за голову, ноги на ширину плеч! — Скомандовала марионетка, делая вид, будто что-то ищет под своими доспехами. — Сейчас я надену на вас наручники и отвезу в участок, откуда вы сможете связаться со своим адвокатом! И пусть бог смилуется над вашей душой, поскольку католическая церковь явно будет настаивать на том, чтобы вас поджарили на электрическом стуле за фундаментальные научные и прикладные исследования черной магии! Черт, дубинка, револьвер, поп-корн, не то, не то, опять не то…

Мало кто уловил момент, когда распрямился едва ли не завязавшийся узлом конструкт, под ногами которого выросла горка из всякого хлама, на который ошалело пялился Кел Тузед. И он уже сжимал в руках необычайно толстое, хотя и весьма короткое ружье.

— Иди ко мне! — Если на Златокошеля Тимон охотился с простым оружием, то ради лича использовал средство повнушительнее. Тем более, ему было куда его прятать. Стальной канат, пороховой заряд, острое как игла трехгранное навершие с четырьмя раскрывающимися после удара и погружения в плоть цели лапками. Сестры Хорвальдс хорошо потрудились, создавая возможно лучшее гарпунное ружье в Азероте. Во всяком случае, в своем классе. Ведь обычно подобные агрегаты применяются при охоте на очень крупную и подводную дичь и потому делаются очень большими. А еще они и Холхюк нанесли на свой шедевр руны, делающие получившееся в итоге изделие идеальным оружием для травматического захвата и подтягивания к себе враждебных магов. — Жги, старик!

Снаряд, целью которого было пробивать магические щиты и намертво цеплять личей или демонов, со своей работой справился частично. В Кел Тузеда он благодаря возведенным на его пути барьерам, врезался в сильно оплавленном состоянии. Но артефактный гарпун все еще оставался с большой силой запущенной вперед железной чушкой на цепи, траекторию и скорость полета которой подправляли телекинезом. И этого оказалось достаточно, чтобы стукнуть верховного лича куда-то в центр груди, захлестнуть его стальной петлей и дернуть вниз. Будь великий и мертвый архимаг в несколько более спокойном состоянии, он бы отразил удар простым усилием воли. Если бы ему могло угрожать обычное оружие, сильнейший некромант мира уделял бы куда больше внимания своей безопасности. Вот только ничего из этого не произошло и навернувшийся со скользких камней скелет, облаченный в зачарованные шелковые одежды, покинул пределы возведенного личами защитного периметра. Заклинания, препятствующие угрозам извне, своего пропустили бестрепетно. Но сразу же после того, как Кел Тузед оказался за пределами охраняющего его тушку волшебства, он поймал алую молнию прямо в череп. И вспыхнул, будто брошенный в костер пук соломы.

На секунду битва замерла. Защитники не могли поверить, что уже практически высосавший из них жизнь колдун повержен. Личи не могли понять, как именно сильнейшего из них погрузили в такой ступор, что он проморгал атаку. У рядовой нежити просто перестраивались на новых командиров чары подчинения, поскольку главный генерал этой битвы выбыл из игры.

— Не, а че вы все стоите? — Задал вопрос непонятно кому фальшивый гоблин и совсем по-настоящему хрустнул костяшками пальцев. — Я второй раз так проехаться по стухшим мозгам мертвых колдунов в любом случае не сумею, так как они теперь будут знать чего ожидать и подготовят защиту. А значит, настало время просто вломить им!

Мусор, лежащий под ногами маленького волшебника, отправился прямо в личей, на ходу загораясь, вспыхивая и взрываясь. Гоблины были большими мастерами по взрывчатке и всегда могли придать ей нужную форму и вид. Во всяком случае, если не испытывали проблем с финансированием.

— Да! — Дружно откликнулись на призыв Тимона солдаты и принялись с удвоенными силами бить нежить. Вероятно, просто опасались, что их снова кто-нибудь поразит столь же масштабными чарами, превращающими воинов в кое-как двигающихся паралитиков.

Личи не сдавались и не отступали. Они перешли от защиты к нападению и разразились целым штормом заклинаний, выкашивающим среди живых настоящие просеки. Мертвым колдунам удалось даже подорвать боеприпас к одной из дварфийских пушек, сделав в стене еще один пролом, через который внутрь пытались прорваться вурдалаки. Однако, им все равно ничего не светило. Находившиеся за стенами крепости некроманты вели с боевыми дирижаблями оживленную перестрелку и не могли отвлекаться без риска получить бомбой по голове. А их командиров, засевших на обломках разрушенной башни, в конце-концов все же уничтожили объединенными усилиями маги гарнизона и неожиданно прибывшее к ним подкрепление.

— Вы смогли одержать победу, пусть я не до конца понимаю как и почему. — Проскрипел последний из мертвых волшебников, провожая взглядом раскатившиеся по земле косточки своего коллеги. Принц Кельтас сжег его огнем, по ярости и интенсивности пламени, подходящим скорее проснувшемуся вулкану. — Но в войне никому не победить мертвых. Во имя вечности!

— Щас ты её лично увидишь. — Пообещал слегка подмороженный конструкт, с которого просто осыпалась большая часть навесной брони, обнаружив скрывающий каркас марионетки поддоспешник. После случавшегося с верховным личем, его подчиненные настойчиво пытались прикончить коротышку. И если бы их цель и так не была неживой, им бы скорее всего это удалось. — Стоп! Не стрелять по нему пока!

— Это измена! — Обрадовался лорд-маршал Гаритос, наблюдая за тем, как летевшее в лича пушечное ядро меняет траекторию, сбитое выпущенной Фиэль огненной стрелой. — Я всегда знал, что вам, нелюдям, доверять нельзя! Взять предателей!

Солдаты покосились на аристократа. Подумали. А потом в большинстве своем сделали вид, что они глухие и контуженные. Парочка услужливых холуев среди них конечно же нашлась, но им заступил дорогу лично принц Кельтас, окутанный пламенем, словно факел.

— Холхюк, ты готов? — Не обратил внимания на враждебные действия вероятно претендента на корону Лордерона гоблин.

— Угу. — Коротко и ясно ответил охотник на демонов, медитирующий над своим посохом, чтобы как можно скорее получить возможность снова воспользоваться своим лучшим оружием. — Защиту с него снимите.

Впрочем, в собирающегося с силами для нового заклятия лича, итак летели стрелы. Десяток их возведенный ими барьер принял, но как только одиннадцатая клюнула мертвого мага в плечо, с костяных пальцев сорвалась мерцающая синим светом сфера. И в то же мгновение алая молния подожгла прошедшего перерождения колдуна сектантов. Устремившись вперед, последний удар волшебника почти достиг плотной группки из трех солдат-мечников, но был перехвачен метнувшимся наперерез зеленым побегом. Фиэль устало опустила руки, наблюдая, как выращенная её магией лоза распадается обледеневшими осколками.

— Я боюсь спросить, но… — Кельтас мучили сомнения. А также боль в превращенных в кровавое мессиво пальцах левой руки, которой он заслонил лицо от ледяной стрелы. — Эта схватка выглядела заранее спланированной. Словно вы уже давно готовились к ней. Специальное оружие, специальная магия….

— Я уже давно задумывался о том, как именно уничтожать восставших из мертвых колдунов и пришел к парадоксальному выводу. Чтобы окончательно их умертвить, требуется сначала поймать противников живьем. Ну, настолько, насколько вообще к ним применимо подобное определение. — Пожал плечами конструкт, окутываясь темным вонючим дымом. Видимо настоящему Тимону надоело сидеть в свернутом пространстве или же он просто торопился спрятать полученные обманкой повреждения, чтобы не выдать её природу. — Не испытывающие тревоги за себя враги будут до последнего пытаться, если и не освободиться, так уничтожить кого-то из пленителей. Живые ведь не воскреснут в отличии от них. И в это время по всем расчетам мертвые колдуны должны были проворонить для себя настоящую опасность.

— О чем говорят эти нелюди? — Прогудел лорд-маршал, старательно морща лицо и пытаясь хоть так восполнить недостаток извилин в мозгу.

— Я слышал про эксперименты с ментальными ударами. — Кивнул головой огненный маг, не обращая внимания на своего начальника. — Но то, чем поразили Кел Тузеда и этого лича сейчас, абсолютно точно ими не является. Мне вообще раньше подобных чар видеть не доводилось! Однако, если после такой подготовки и тщательного планирования использовали именно их, то это значит, что они эффективны. Ведь так?!

— Да. — Кивнула Фиэль принцу своего народа. — Если нам повезет, то верховный лич больше не воскреснет. Никогда.

— Жаль. Искренне жаль. — Закивал головой гоблин, разгоняя вонючий дым и хрустя костями шеи. — С таким интересным человеком я бы очень хотел поговорить по душам и обсудить некоторые волнующие нас обоих темы! Но, видно не судьба. Мне даже становиться немного грустно от того, что я настолько тщательно спланировал его убийство.

Глава 33

— Вернитесь! Я обещаю, что суд будет честным, а веревка на которой вас повясят, длинной! — Бушевал внизу лорд-маршал Гаритос, мечась туда-сюда и пытаясь найти оружие, из которого он мог бы достать до улетающих. Вот только выпущенная им из лука стрела преодолев всего пару метров упала на землю. Из мушкета аристократ случайно высыпал весь порох. А к пушке его не подпустили дварфы-артиллеристы, встав грудью на защиту орудия. И если бы горе-полководец, почти потерявший собственную крепость не отступил, он рисковал бы получить по морде банником. — Никто не сможет скрыться от моего гнева! Слышите?! Никто!

— Если это потенциальный лидер всех людей, то мне становится очень жалко эту расу. Человечество обреченно! — Пробормотал Тимон, левитирующий своих спутников и принца Келтаса на застывший в небе боевой дирижабль. — Как вышло, что одним из виднейших полководцев Альянса считается эта расфувыренная макака?

— Лорд-маршал на самом деле только кукла на веревочках. Он стал удобной компромиссной фигурой для старой аристократии, которая манипулирует своим ставленником и сама остается как бы не при делах. — Пояснил маг огня, с тоской взирая на уменьшающуюся крепость. — Цена, которую я плачу за возможность разместить беженцев нашего народа в чужих землях, в том и заключается, чтобы делать все за этого дурака. И мешать ему в тех случаях, когда он становится не просто дураком, а дураком деятельным. Получается, увы, не всегда. Надеюсь, теперь, после того как Кел Тузед повержен, хотя бы проблем с врагами станет поменьше.

— Не хотел бы сглазить, но боюсь, что он может и возродиться. — Вздохнув, сознался Тимон, бросив косой взгляд на парящего рядом с ним Хлхюка. Охотник на демонов давно признался в том, что его методы безотказно уничтожают бессмертных далеко не всегда. Но ничего лучшего ночные эльфы не знали. И превзойти их на этой почве вроде бы никто так и не сумел. — Рядового лича мы, возможно, раз и навсегда все-таки уничтожили. Однако такая фигура, как Кел Тузед…Если это хоть как-то возможно, его обязательно воскресят. Для некромантов он не просто самый главный, он их знамя и воплощенный идела. Окончательная гибель кумира обязательно пошатнет их веру, фанатизм и готовность жертвовать собой ради вечной жизни. Да, кстати, представляться нам надо?

— Не стоит. — Отмахнулся принц высоких эльфов и повинуясь жесту его ладони в воздухе зажегся огненный шарик, начавший кружить вокруг головы волшебника. — Леди Фиэль я видел неоднократно, про нового торгового барона узнал все, что только можно, а легендарного шамана-отшельника ледяных троллей просто не мог не узнать.

— Ну, мы ваше высочество тоже с первым попавшимся эльфом не перепутаем. — Хмыкнул гоблин. — И да, свой светильник можете погасить. Естественный фон магии вокруг меня итак достаточно высок, чтобы убрать у представителей вашей расы Жажду Магии.

— Привычка. — Развел руками пиромант, послушно убирая свое заклятие. — После уничтожения Солнечного Колодца я остался одним из немногих чародеев, кто вырабатывает намного больше энергии, чем нужно для жизни и творения заклинаний ему самому. Думаю во многом именно благодаря тому, что мне можно поддерживать еще десяток-другой сородичей я и стал сейчас кем-то вроде единого лидера нашей расы. Ну, почти единого. Многие эльфы готовы присягнуть присутствующей среди нас леди. Вернее, конечно её господину, но так они могут делать вид, будто сохранили все относительно в рамках приличия. Хотя на самом деле это будет просто самообман. Но слухи расходятся и все больше и больше народа готовы пойти на столь отчаянный шаг. Даже несмотря на некоторые…нежелательные последствия.

— Да? Хм. — Задумался гоблин. — Вы нас в чем-то обвиняете?

— Отнюдь. Не вы взорвали крупнейший источник магии на континенте, и уж тем более не вы виноваты в том, что наша раса стала от него зависимой. — Покачал головой принц Кельтас. — Но даже если бы я и попытался очернить вас, то это не имело бы ни малейшего смысла. С каждым годом последствия Жажды Магии все нарастают. У нас за последнее десятилетие почти не родилось детей. Многие стремительно стареют, у каждого второго появились какие-то хронические заболевания или просто общая слабость. Еще немного и эльфы будут готовы хоть к черным дварфам присоединиться, если их господин поможет спастись. Он, конечно, тоже зло и тоже демон, но, по крайней мере, не относится к числу тварей, уничтоживших Кель Талас.

— Постараемся до такого не доводить. — Хмыкнул гоблин и схватился рукой за оставленный им же пролом в обшивке кабины дирижабля. — Хотя не скрою, получить целую расу в должники было бы…соблазнительно. Но даже последнему идиоту ясно, что вечно энергетический поводок вас на цепи не удержит. Рано или поздно, но выход из кабалы найдется. И потому я предпочту хорошую дружбу варианту с полным подчинением на несколько лет. Или десятков лет. В крайнем случае, сотен. Благодарность чувство эфемерное, но зато и злобу на воспользовавшегося бедственным положением чужака никто из представителей долгоживущей расы веками копить не будет.

— Дружба, да… — Кельтас заколебался, вслед за коротышкой опускаясь на доски пола. — Вы дали информацию, что создатель Колодца Вечности еще жив. Насколько бы мне хотелось в это верить, не передать словами. Но есть ли иные варианты, кроме как начинать войну за самого охраняемого в мире узника? Боюсь всех усилий уцелевших жителей Кель Таласа не хватит, чтобы выиграть войну с нашими дальними родичами, живущими на соседнем континенте.

— Ищите, авось найдете. — Пожал плечами Тимон. — В конце-то концов, я не нанимался решать все ваши проблемы. И тем из высоких эльфов, которым без магии стало совсем уж невмоготу, отказывать в служении не собираюсь. Моя текущая цель — остановить экспансию нежити и демонов, а с более мелкими проблемами разобраться можно будет и потом.

— Да, боюсь если тварей не остановить, они могут вырезать остатки нашего народа раньше, чем они сгинут от Жажды Магии. — Едва уловимо улыбнулся принц Кель Тас. — Вы не могли бы подать мне карту? Я как раз сегодня с утра выслушивал доклады рейнджеров о передвижении сил врага и могу точно указать, какие крепости они атаковали кроме нашей. Если им удастся взять эти укрепления, положение Альясна на данном фронте станет критическим.

— Для нас эта будет большая честь… — Начала было говорить Фиэль, которая в присутствии принца несколько робела по старой памяти. Но возвышенную речь прервал протестующий взвизг, вырвавшийся из её горла. Ничуть не смущаясь окружающих, наглый коротышка ущипнул её за такое место, что стерпеть не было никакой возможности. И даже кольчуга ему не смогла помешать, будучи слегка приподнятой телекинезом. Не говоря уж о кожаной юбке и шелковых трусиках.

— Мы вроде бы не нанимались быть летающей палочкой-выручалочкой. — Непреклонно заявил маленький волшебник. — Одни только боеприпасы, которые сегодня были потрачены, стоят не меньше полутысячи золотых. И я уж не говорю о амортизационных средствах на ремонт дирижабля, боевых выплатах команде, призовых за образцовый вывод из строя бессмертного руководства противника…

— Альянс оплатит все. — Слова эти дались огненному магу нелегко, но произнесены все же были. — Все равно финансовые дела вместо лорда-маршала веду именно я. Даже не уверен, умеет ли он вообще писать. Я смогу убедить человеческих аристократов в том, что нам сейчас пригодится чужая помощь и просто необходимы все возможные союзники. В конце-то концов поражение и потеря части территории и войск обернется для них еще большими убытками.

— В таком случае, договорились. — Кивнул Тимон. — Я всегда за создание взаимовыгодных отношений. Холхюк, притащи из кают-компании карту, там вроде бы самая большая и подробная висит.

— Да, моя королева. — Кивнул охотник на демонов и затопал своими протезами по палубе в нужном направлении.

— Эээ…Королева? — Переспросил маг огня, судя по конвульсивному движению руки, внезапно захотевший прочистить себе уши.

— Ну, вы же знаете, как пагубно запретная магия влияет на сознание. — Развел руками гоблин. — Это у моей расы к ней естественный иммунитет, ибо если мозги и так работают криво, еще больший перекос сильно положение не ухудшит. А у старичка к тому же еще и маразм имеется в крайне запущенной стадии. Причем заболел он им еще тогда, когда большинства ныне существующих королевств банально не существовало. Кстати, не советую оставаться с ним один на один.

— Почему это? — Насторожился принц.

— Фигура у вас стройная, грация плавная, волосы длинные. — Начал перечислять коротышка с самым серьезным лицом. — Короче, можно сослепу и с дамой перепутать. А жену свою шаман схоронил так давно, что успел об этом три раза позабыть и теперь временами требует супружеского долга от всех дам, которых принимает за неё. И отказов не приемлет. Учитывая же отсутствие у него глаз, плохую память и не затронувшее иные функции организма кроме мыслительных старческое сумасшествие…

Фиэль выпучила глаза. Если бы она не стояла слегка за спиной принца, то он бы по одному виду её лица понял, что над ним жестоко издеваются. Но маг огня на свою соотечественницу не смотрел, явно вспоминая, как гибли личи от заклятий Холхюка. А затем как-то бочком-бочком прижался плотненько к стене. На лице его твердо отразилась решимость стоять до последнего, в крайнем случае, окончив жизнь торжественным самосожжением.

— Вот карта. — Вернувшийся Холхюк если изменения и заметил, то виду не подал. — Что ты хотел на ней показать?

— Форт Сиплхом. — Уверенно ткнул пальцем эльф в точку, отмеченную жирной подписью. — Еще лет тридцать назад это была самая настоящая дыра. Которую оживляла своими попытками по освоению магии маленькая девочка, ныне зовущаяся Джоаной Прадмур. А сейчас там крупный город.

— Это не её постоянная резиденция. — Заметила Фиэль. — Владычица герцогства Штормграда в основном проживает в одноименном городе.

— Обычно да. — Согласился с ней принц Кельтас. — Но месяц назад она и некоторое количество её приближенных перебрались в старые владения её отца, использовавшиеся раньше в основном как охотничий домик. Чтобы быть ближе к месту событий и иметь возможность влиять на них. Как-никак она одна из немногих архимагов, которые остались у людей после гибели Даларана. Вот только к нежити она оказалась слишком близко. Если мои разведчики не врут, то сейчас туда движется принц Артас, видимо надеющийся перекинуться парой слов с бывшей невестой.

— А у вас были разведчики? — Удивилась Фиэль, кое-как сумев взять себя в руки и добившись, чтобы её голос не дрожал. — Мне казалось, нападение на крепость было неожиданным.

— Посланные на разведку ближайших окрестностей следопыты из людей уверяли, будто враги подойдут к нам лишь через двое-трое суток. — Тяжело вздохнул принц Кельтас. — И я поверил, поскольку нельзя быстро протащить по местным дорогам катапульты, без которых штурм твердыни казался бесперспективным. А потом эти предатели попытались открыть ворота когда твари пошли на штурм. Дальнейшие объяснения, пожалуй, излишни.

— Но о принце Артасе донесли ваши люди, в смысле эльфы? — Требовательно уточнил зеленый коротышка. — Хорошо. Тогда есть шансы, что мы и проклятого принца сможем снять с доски. Он как раз всеми признанный боец ближнего боя, если не будет чувствовать опасности, то должен стоять на острие атаки.

— Это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Проскрипел Холхюк, крутя перед лицом карту. Зачем он это делал, учитывая, что змеи из его одежды пока не высовывались, сказать было сложно. — Я помню многие войны, но ни в одной из них еще не получалось сразу уничтожить всех полководцев врага и тем одержать победу.

— Хочу напомнить, проклятый принц куда более опасен на поле боя, чем его придворный маг, котрого вы хотелось бы верить убили окончательно. Воистину чудовищный меч и лишь чуть-чуть уступающие ему зачарованные доспехи наделили Артаса изрядным могуществом. — Счел нужным предупредить Кельтас. — Удары, которые должны были вбить в пыль даже великана, уже много раз оказывались бессильными против его мертвого тела. Он отражает стрелы клинком и способен им же прорубить окованные гномьей сталью ворота. И магия против него почти бессмысленна. Мне лично два раза выпадал шанс прожарить этого мерзкого предателя и убийцу с безопасной дистанции. Не получилось сжечь ему даже прядь тех седых косм, которые он сам видимо, считает волосами!

— Я собирал сведения по виднейшим вражеским фигурам. — Заверил его коротышка. — А Фиэль и сама видела Артаса во время осады столицы Кель Таласа.

— Очень издалека. — Сочла нужным заметить волшебница. — С расстояния в раз десять большего, чем полет стрелы. И то мельком, поскольку проклятый принц без всякой лошади перемещается по полю боя не многим медленнее, чем лучшие наездники из легкой кавалерии.

— На всякую хитрую жопу у нас найдется, мда, найдется. — Маленький волшебник задумчиво постучал себя по лбу пальцем, а потом подозрительно уставился на Фиэль. — Мы ведь взяли большой такой прямоугольный ящик с надпись. 'Игрушки'? Верно?

— Да. — Эту штуку Златокудрая помнила хорошо. Потому как пыталась выкинуть из и так заполненного до отказа багажного отсека и за самодеятельность снова получила тапочком.

— Тогда к встрече с принцем Артасом мы готовы. — Довольно потер руки Тимон и перевел взгляд на принца Кельтаса. — С нами полетите?

— Увы, не могу. — Развел руками маг огня. — Мне надо присматривать за лордом-маршалом. И командовать помимо своих эльфов еще и якобы его людьми.

— Тогда я сейчас спущу вас и начинайте собирать документы, свидетельствующие о том, что мы работаем на Альянс. Но не подчиняемся ему. — Решил коротышка. — Будет неприятно, если нам не дадут пополнить запасы в этом самом форте. Или того пуще, встретят огнем и откажутся пускать к леди Джоане как подозрительных бродяжек.

— Подозрительные бродяжки на боевых дирижаблях не летают. — Заметила ему Златокудрая, наблюдая за тем, как принц эльфов исчезает в дыре с разлохмаченными краями. — И смести с лица земли небольшой городок не могут.

— Ситуации, они разные бывают. — Не согласился с ней гоблин. — Нужно всегда быть готовым к тому, что встреченный на дороге оборванец в дырявой одежде с чужого плеча на самом деле может оказаться будущим спасителем мира. Ну, или уничтожителем. Вот взять хотя бы меня…

Златокудрая использовала свою магию, чтобы модифицировать собственный организм. Она вырастила в ушах абсолютно незаметные для посторонних беруши из плотного мха, надежно отсекавшие от её сознания безумные речи гоблина. Ничем подобным эльфийка раньше не занималась, считая подобные эксперименты глупыми и неоправданно опасными, но теперь была твердо намерена освоить целиком и полностью данную ветвь искусства друидизма.

Форт Сиплхом встретил их патрулями горгулий. Нежить при виде такого првевосходство сил врага забила своими крыльями изо всех сил…Но от дальнобойных авиационных баллист её это не спасло. Однако провести безопасную бомбардировку врага у дирижаблей не получилось. Как и просто приблизиться к заблокированной противником твердыне незамеченными. Вокруг стен города стянулось правильное кольцо осады. Принц Артас то ли не смог, то ли не захотел брать штурмом прямо с марша это поселение. Скорее всего, причиной его медлительности служили высокие башни, на которых сверкали искорками посохи волшебников. А также широкий и глубокий ров, соединенный с текшей рядышком рекой. Или каменные стены высотой в три человеческих роста с деревянной надстройкой в еще два поверх. Разгрызть подобный орешек даже приведенная проклятым принцем нежить так уж быстро не могла. Однако и никого другого она к нему не пускала, надежно блокируя путь по земле, воде и воздуху.

— Четыре костяных дракона это не так уж и много. — Задумчиво решил Тимон, убирая от глаз подзорную трубу. — Мне всадники их не нравятся. Здоровые, краснокожие, крылатые и рогатые. Вот собственные уши без соли съесть готов, не просто так эти демоны на летающую скотину взобрались. И их вполне хватит, чтобы отразить вражеский авиационный налет. Особенно если будут действовать совместно с имеющейся у противника полусотней горгулий, кружащихся в воздухе словно вороны. А уж если их смогут поддержать с земли прохаживающиеся среди тварей некроманты, то нам станет совсем кисло. Собьют раньше, чем успеем глазом моргнуть.

— Ясное дело, в седлах находятся чародеи. — Согласилась с ним стоящая рядышком Фиэль, которая использовала заклинание дальнозрения. — Ни у одного из демонов я не вижу оружия. Ну не собственными же когтями в воздушной дуэли они собрались орудовать!

— Да, устроить рукопашную прямо в воздухе, это было бы круто. Но реализовать подобный сценарий будет даже для обладающего весьма широкими возможностями режиссера слишком напряжно. — Согласился с ней зеленый коротышка. — А потому данный вариант можно всерьез не рассматривать. Что можешь сказать по пехоте противника? Я их посчитать не могу, пусть даже приблизительно.

— Много. Одних катапульт на колесах тут штук восемьдесят. Было больше, но судя по разбитым остовам, артиллерия у защитников все же получше будет. — Эльфийка закусила губу, вспомнив, как почти такие же орды тварей стояли под стеной столицы её народа. Легкая осадная техника пасовала против крепостных укреплений и дальнобойной магии, сжигавшей или разбивавшей в щепу один вражеский механизм за другим. Вот только на конечном результате такое превосходство обороняющихся почти не сказалось. — Вурдалаков около четырех тысяч, где-то в два раза меньше костяных пауков. Три сотни мясных танков. Более чем солидный ударный кулак, к тому же усиленный некоторым количеством некромантов и демонов. Последних…Не знаю, я сколько их, они слишком рассредоточены, чтобы примерную численность прикидывать. Но тоже предостаточно. И принц Артас лично, который в одиночку будет опаснее, чем вся местная летающая погань.

— Где он, кстати? — Начал рыскать подзорной трубой из стороны в сторону гоблин. — В упор не вижу. А ведь по идее должен сильно выделяться из окружения. От нежити и демонов тем, что человек, от прочих сектантов…Ну, чем-нибудь. Хотя бы большим зачарованным мечом и черными доспехами. Колдуны то ведь обычно носят только мантии, а простых бойцов из числа поклоняющихся демонам предпочитают оставлять на охране рабов.

— Да, большое количество железа на себе мешает создавать заклинания, ведь для этого нужно использовать ауру большей части тела. — Согласилась с его доводами Златокудрая, сама пытаясь рассмотреть предавшего свой народ, страну и расу человека. — Особенно данный факт актуален для всяких недоучек, это мне уже подобные помехи почти безразличны. А вот уже обычный выпускник академии Даларана латы на себя не напялит. Ну, если он конечно не хочет лишиться половину своей магической мощи или не готов защитить звание магистра.

— Это конечно интересно, но где наш искомый принц на белом коне? — Начал раздражаться коротышка. — Скотину его я уже нашел, если конечно этот оживленный костяк лошади не принадлежит кому-то еще. Однако куда подевался сам водитель кобылы?

— В какой-нибудь из палаток. — Решила Фиэль, осматривая лагерь еще раз. Массивная фигура проклятого принца, чьи длинные седые волосы отлично выделялись на фоне его антрацитово-черной брони, на виду явно не было. — Строит коварные планы проникновения за стены города. Или составляет план сражения, в котором отделается наименьшими потерями. Не знаю, сколько Джоана Прадмур притащила с собой войск, но вряд ли она стала мелочиться. Наиболее явный лидер человечества не та персона, чтобы путешествовать с эскортом в семь-восемь десятков бойцов.

— Да только на стенах сейчас пара тысяч народа стоит. — Осмотрел укрепления гоблин. — Часть, правда, явные ополченцы, но тут как раз все понятно. Кидаться камнями с высоты на головы штурумующих большого ума не надо. Да и солдат все время держать в состоянии боевой тревоги нельзя, людям надо банально есть и спать.

— Что будем делать, начальник? — Уточнил пилот, взирая на врагов затуманенными наркотическим дымом глазами. — Идем вперед? Идем назад? Стоим на месте и ждем, пока наши активы обанкротятся?

— Летаем кругами на безопасной дистанции. Авось у их наблюдателей голова закружится и они с ног попадают. — Хмыкнул гоблин. — А если серьезно, то поднимаемся повыше и начинаем осторожно наглеть. С предельной дистанции выстрела из носовой пушки мы по крупным скоплениям противника попадем, а вот некроманты нас своими дальнобойными заклинаниями вряд ли всерьез достанут.

— А если их драконы повзлетают с земли и постараются нас вместе с горгульями прижать? — Уточнила Златокудрая, которая чувствовала себя в воздухе не слишком уверенно. Все же в отрыве от земли и растений адептка друидизма лишалась половины своих способностей и вынуждена была полагаться лишь на классическую школу волшебства.

— Так это нам и надо, кажись. — Хмыкнул пилот и чуть не выронил изо рта обслюнявленную сигарету. — Мы ведь пытаемся выманить на себя удар вражеских летунов, верно, босс? Если разобьем костяных драконов, то все, можно гадить всем внизу на головы и пехоте останется лишь утираться.

— Не так все просто. — Покачал головой Тимон. — Волнуют меня эти демоны. И катапульты, в принципе тоже способные попасть по столь массивной цели, как слишком близко подлетевший дирижабль. Если бы одним лишь превосходством в воздухе удавалось выигрывать войны, то в этом мире имелся бы куда более существенный воздушный флот.

— Дождемся момента, когда нежить пойдет на приступ, а потом ударим в тыл? — Предложила Фиэль. — Хотя нет, Артас на такое не пойдет. Выделить достаточно сил для того, чтобы игнорировать наше присутствие, он может. Но тогда натиск на укрепления получится слишком слабым и точно их не прорвет.

— Получается, у нас патовая ситуация. — Задумчиво потер подбородок гоблин. — И самое выигрышное положение занимаем как раз мы. В случае проблем дадим деру и поминай, как звали. Осажденный город этого сделать не может физически. Да и осаждающая нежить вряд ли отступит, поскольку в таком случае может получить погоню себе на хвост.

— Проклятый принц обязательно чего-нибудь придумает. — Со вздохом, констатировала Фиэль. — Он тварь, каких не должна носить на себе земля, но он к тому же еще и тактический гений.

— Хорошо бы связаться с теми, кто сидит в крепости. — Задумчиво пробормотал коротышка, явно над чем-то размышляя. — Можно попробовать…Нет, это раскроет один из основных моих козырей…А если…Стоп! Об этом даже думать надо как можно тише, слишком уж рискованная идея…Фиэль, сколько птиц можешь сделать почтовыми, чтобы они дотащили до внутреннего периметра стен абсолютно одинаковые послания?

— Да хоть сотню. — Фыркнула Златокудрая, а потом немного подумав, внесла уточнение. — Но потом должна сутки отдохнуть. И мне надо принести этих самых птиц прямо в руки, не вырывающимися и способными летать. Если сначала приманивать, потом приручать, то только десятка два или три. А в чем дело?

— Мне надо доставить послание в крепость так, чтобы о его содержании обязательно узнали враги. — Пожал плечами коротышка. — Скажем, перехватив некоторую часть курьеров. А голубей, ворон или сорок не так жалко, как обычных гонцов. Конечно, они могут и не поверить полученным сведениям…Однако, проверить их будут просто обязаны. И тогда нам станет намного легче.

— У тебя появилась идея? — Настороженно уточнила эльфийка, с неудовольствием понимая, что ей придется как-то перетерпеть новую порцию гоблинских безумств. — Какая?

— Если у вас возникли проблемы с численностью нежити, то есть универсальное решение этой ситуации. — На этих словах коротышка почему-то скорчил очень хитрую физиономию и весьма ехидно захихикал. — Нужно построить зиккурат!

Глава 34

Джоана Прадмур уставилась на доставленное ей сообщение так, словно пергамент с не просохшими еще до конца чернилами мог её укусить.

— Просьба удерживать неприятеля на занимаемых им позициях. — Осторожно перечитала она последние строчки. И покосилась в окно башни, из которого открывался прекрасный вид на нежить. В частности на большие щиты, которые сколачивали отловленные тварями пленники для жировиков. Прикрываясь ими и так то малоуязвимые для обычного оружия туши должны были справиться с воротами быстрее, чем самый лучший таран. Особенно если их прикроют некроманты и выдвинувшиеся на дистанцию броска тележки-катапульты. — В течении суток за чисто символическую плату вы будете избавлены от его присутствия. Если же удар по чистой случайности слегка разрушит стены города…

— Последний случай применения против нежити магии подобной мощи был во время осады нежитью Даларана. — Несколько нервно пробормотал седой старик с морщинистым лицом, бывший одним из личных наставников Джоаны. Свой титул самого молодого архимага современности она носила по праву, но никогда бы не достигла подобной мощи, если бы не была наследницей крупнейшего герцогства. К её услугам с самого детства были лучшие учителя, которых только можно было нанять. И не обязательно за деньги. — Но тогда чары подпитывали все волшебники города! И, увы, наш любимый храм науки это не спасло.

— Сейчас у врагов не хватит пленников на гектакомбу, чтобы призвать демонов. — Осторожно заметил комендант гарнизона. — Я в этом почти абсолютно уверен! Мы успели эвакуировать жителей близлежащих деревень в безопасные места, а к врагу караванов с рабами пока не подходило.

— Да причем тут нежить и демоны?! — В гневе стукнула ладонью по злосчастному посланию девушка, порвав тонкий пергамент. — По моему городу собирается швыряться тактической высшей магией психованный гоблин!

В дверь аккуратно постучали и вошедший слуга передал своей повелительнице еще три послания. Точно таких же, как то, которое она читала. С порядковыми номерами восемь, пять и семнадцать. Тот, кто писал их, серьезно отнесся к вопросу доставки информации до адресата. И он не был так уж неправ, поскольку летающие вокруг осажденного города гаргульи перехватили не меньше половины таскающих футляры птиц. Во всяком случае, в ряде порядковых номеров легших на стол Джоана извещений зияли внушительные прорехи.

— Если же удар по чистой случайности слегка разрушит стены города, то все претензии выдвигать лесным троллям. — Вернулась к прочтению текста волшебница. — Ведь именно их заброшенное святилище я использую как основу для своего зиккурата.

— Причем тут, кстати, зиккурат? Это как у некромантов, ступенчатая штука облицованная костями жертв? — Уточнил начальник гарнизона, бывший от магии человеком весьма далеким.

— Просто такие сооружения делать легче и быстрее, чем нормальную башню. — Отмахнулся от него старый маг. — Если есть каменные плиты или хороший геомант, то можно не возиться с расчетами при строительстве. А вытянутая форма внутреннего пространства облегчает накопление магической энергии, если в шпиле разместить нужные артефакты.

— Ладно, демоны с ним, с этим гоблином. В конце-то концов, он нам вроде как помогать собрался, а не наоборот. Да и не верю я, что у него действительно чего-то получится. Вот только у нас разве есть рядом с городом старые святилища троллей? — Задумчиво постучала себя пальцем по щеке Джоана. — Кажется, нет. Во-всяком случае, я о них ничего не знаю. Отец бы обязательно разрушил все строения этих лесных варваров, если бы смог их найти.

— Если он намерен пустить в ход такие силы, то это не может остаться незамеченным. — Почесал свою седую голову магистр. — Хм…Да, колебания энергии должны быть очень значительны. Получается, если провести несколько элементарных ритуалов и проанализировать их отклонения от нормы…

— То мы сможем установить, где это святилище! — Кивнула ему давно ставшая полностью самостоятельной ученица, сумевшая превзойти своего наставника. — И даже по косвенным признакам можем установить, какие именно силы там намерены спустить на окружившую нежить город. И подготовиться, если с меткостью у чародеев-гоблинов дела обстоят примерно так же, как у гоблинов-стрелков!

Через полчаса в заклинательной замке зала старый магистр склонился над картой.

— Это…здесь. — Он ткнул пальцем в коричневую точку. — Точно здесь! Я дважды перепроверил все расчеты. И там действительно есть…Нечто. Зиккурат, общежитие для молодых колдунов, лежбище сильного стихийного духа. Вариантов много, но энергетический фон в данной точке явно выше нормального, причем раз эдак в двадцать.

— Я проверила правильность выполнения ритуала и расчетов в третий раз. Все сходится. — Кивнула ему Джоана, разглядывая рисунок, отображающий её земли. — Ну надо же…Никогда бы не подумала. Как, спрашивается, лесные тролли умудрились построить свое капище на единственном в радиусе двух дней пути болоте?!

— С других мест их, наверное, гоняли, — предположил её учитель. — А та глушь, да кому она спрашивается нужна? И потом, неизвестно сколько лет тому святилищу, скорее всего оно очень старое. Даже когда я был молодым, в наших землях уже не было селений представители этой расы. Да и отдельные представители появлялись не часто, поскольку люди их народ не любят.

— Однако, если мы нашли этот чертов зиккурат так быстро… — Джоана в сомнении уставилась на карту, и в голове её зародились некие пока не явные подозрения. — То что, спрашивается, помешает это сделать нежити? Для того, чтобы справиться с подобной задачей Кел-Тузед не нужен. Достаточно будет и более-менее грамотного волшебника, не спавшего на уроках. А среди некромантов такие точно имеются, ведь не все же они недоучки, которых обучили трем-четырем заклинаниям и снабдили артефактами. А уж про демонов так и вообще молчу.

В то самое время, когда она произносила эти слова, на воздух взлетело сразу два демона. А еще пять вурдалаков и семь костяных пауков. Одновременный подрыв сразу нескольких мин, это не шутки. А надежная тропа к свежепостроенному зиккурату была всего одна. Нет, раньше то добраться к тому месту, где он появился, было намного проще. Благо болото не могло похвастаться большой глубиной и размерами. Но всего лишь за стуки почти не способный заработать истощение магических сил гоблин со светящимися глазами при помощи телекинеза изъял из под воды большое количество грунта. Он ему был нужен для строительства громадного холма, на вершине которого и стояло здание. А над ним парили простреливающие все подступы дирижабли. Как результат относительно устойчивые участки, на которых совсем недавно крестьяне собирали клюкву, превратились в настоящую трясину. Дорога в ней, впрочем, была. Одна. Извилистая, как путь три дня гулявшего в кабаке пьяницы. И утыканная ловушками чаще, чем ежик иголками.

— Нам нужно подкрепление! — В гневе вскричал падший эредар, наблюдая, как уходит в жадную трясину передовая часть его отряда. При помощи магии командовавший здесь демон мог отражать пушечные ядра. По одному. По очереди. О, он не был новичком, скорее уж наоборот, мало кто из ветеранов Пылающего Легиона имел столько же опыта и сил. Фактически, по своим силам и талантам данное существо почти уже сравнялось с натрезимом…И именно потому оказалось передано под управление принца Артаса, который не имел привычки беречь бойцов. — Нас здесь слишком мало, чтобы просто подойти к зиккурату!

Холм из влажной земли, над которым кружилась летающие корабли, окутывала небольшая тучка. Внутри опущенного на землю грозового облака непрестанно били молнии, временами принимавшие облик гуманоидных фигур. Могучие воздушные элементами охраняли стены угловатой пирамиды из белого камня. Или того, что камнем казалось. Широкое основание, четыре отчетливо просматриваемых этажа-яруса и длинный постепенно сужающейся шпиль иглы. Там творилась магия, отголоски которой без труда ощущались не только волшебниками, но и неразумными животными, давно уже сбежавшими из этого места. Место, где плелись действительно могучие чары, было хорошо защищено. Причем не только ловушками.

— Эй, не спать, красномордые! — Мелкое зеленое недоразумение, на фоне монументального представителя Пылающего Легиона выглядело воинственно пищащей мышью. Прыгучей блохой. Ничтожной пылинкой. Даже напяленные на него кольчуга и большой рогатый шлем, спадающий на длинный нос, придавали коротышке лишь еще больше забавное выражение. Но пройти мимо него или тем более по его трупу не получалось. Невидимые удары сталкивали нежить и её погонщиков в болото. Удары невероятно сильных молний били под ноги и расходились во все стороны благодаря воде, пропитавшей каждые клочок земли. А сам коротышка счастливо избегал поражения током, невысоко паря в воздухе и гадко хихикая. — Сегодня у меня на фезюляже можно нарисовать уже целых сорок семь звездочек, давайте уже округлим список моих побед до круглого счета!

Демон зарычал в бешенстве, но не сделал и шага вперед. Полсотни бойцов, пятая часть его отряда, уже была уничтожена. Причем на виду все время был всего один гоблин. Один! Для отражения угрозы в виде четверти тысячи тварей защитники не сочли нужным выставить больше! А ведь там, у зиккурата, мелькали помимо элементалей и иные фигуры. Такого унижения солдату Пылающего Легиона не приходилось испытывать уже давно. Засевший на узком перешейке твердой земли волшебник определенно умел подбирать себе правильную позицию! Чтобы добраться до него, пришлось бы преодолеть длинный и прямой как стрела участок тропы, где больше двух-трех врагов в ряд уместиться не могло. Зато сам волшебник шутя сметал мановением руки хоть по пять-шесть целей сразу. Даже с дальнего конца тропы. Прямо в окружающую топь. Даже если одновременно держал защитный барьер и вел стрелковую дуэль. Добежать до зловредного гоблина под прикрытием обстрела не получалось. А когда это все-таки почти удалось, он активировал заранее спрятанную мину. Следовало ждать, либо пока он устанет сражаться, либо продолжать попытки закидать его мясом в жалкой надежде на успех. Однако опыт и интуиция подсказывали демону, подчиненные у него кончатся раньше. А даже если и нет, за такие потери голову незадачливому командиру точно оторвут. И за дело.

— Господин, принц Артас говорил, что не может выделить достаточно сил на разведку возможной угрозы. — Осторожно заглянула в глаза своему покровителю одна из двух входящих в отряд суккуб. Крылья её были покрыты грязью, а сама демоница слегка дрожала, лишь чудом избегнув смерти. Ударная волна швырнула её в топь и лишь чудо помогло выбраться из её жадных объятий потерявшей весь лоск соблазнительнице. Во всяком случае, никто другой из тех, кто плюхался в холодную жижу обычно наружу больше не выныривал, за несколько мгновений целиком скрываясь в трясине. — Но ведь разведку мы провели. Угроза действительно есть! И какая! Мой хвост дрожит от ощущения энергий, что стягиваются в том месте. Да к тому же охраняют его соответственно. Эти дрянные летающие бочки, не меньше сотни бойцов, духи стихии…Их всем мы видим. Значит, приказ уже выполнен. Теперь пусть тот, кто командует, присылает сюда тех, кто сможет это разрушить и всех тут убить. Не нас. У нас большие потери, которые мы понесли в бой, вступив в бой с охраной. Со всей охраной.

— Ты хочешь, чтобы мы просто бежали, не сумев одолеть одного единственного противника, трусливая тварь?! — Рыкнул эредар, хватая любовницу за горло и поднимая над землей. Впрочем, гнев он только имитировал. А его подчиненная прилежно изображала дикий ужас и попытки панического сопротивления, несмотря на то, что на самом то деле никто её не душил и никакого дискомфорта она не испытывала. Широко размахнувшись, он швырнул суккубу в сторону трех некромантов. Худое и гибкое тело пролетело над пригнувшими головы магами смерти и плюхнулось у них за спиной. — Да такого позора в моей жизни не было уже…Полтора месяца. Но знать об этом кому-нибудь лишнему совершенно необязательно.

Демон-ветеран спокойно смотрел на то, как оседают трупы колдунов. Двоим его подчиненная, с которой он вместе провел не одну сотню лет, вонзила в спины короткие отравленные стилеты, а третьему сейчас перегрызала горло, жадно чавкая теплой кровью. Других людей в отряде больше не было. Только нежить, которая никому не сможет ничего рассказать. И его вассалы, давно привыкшие к тому, что высокое начальство далеко, а непосредственный руководитель близко. И он всегда отрывает головы слишком говорливым личностям, способным подпортить ему карьеру и репутацию. Да и связанны они с ним были многими групповыми грешками.

— Оу. Кхм. Ну, вы, блин, даете. — Гоблин издал не блещущую изящными словесными конструкциями тираду. Гоблин выпучил глаза. Гоблин потряс головой. Гоблину неожиданные действия врагов похоже причинили больше беспокойства, чем все попытки его уничтожения вместе взятые. — Эй, народ, вы чего, собрались из Пылающего Легиона дезертировать?

— Мы вернемся. — Пообещал недавнему противнику падший эредар. — Скоро, очень скоро. И тогда тебя уже ничего не спасет.

— А я ведь наябедничаю. — Заверил его весьма паскудным тоном зеленый коротышка, в волнении ковыряя болотистую почву сапогом.

— Тебе никто не поверит. — Хмыкнул демон, отступая так, чтобы не показать волшебнику спину. — Да впрочем и спрашивать не будут. Так что удачи тебе, смертный!

— Вот же ж поганцы. — Произнес гоблин, когда все враги скрылись из виду. Он окутался черным дымом и спустя секунду ступил на землю уже собственными ногами, а не конечностями марионетки. — Настоящие отродья зла, что тут еще сказать? Рыбка моя, вылези из воды и проверь, не оставили ли эти рогатые на трупах случайно чего-нибудь ценного. Я, конечно, видел как они их обыскали, но проведено это было без огонька и задора, наверняка чего-нибудь пропустили.

Болото, принявшее в себя сегодня не одно тело, недовольно булькнуло.

— А я говорю, вылезай. — Непреклонным тоном заявил коротышка. — А то сниму с тебя за неподчинение приказам в боевой обстановке гидрокостюм. Встретишь тогда принца Артаса плавая в камышах с голым задом, прикрытым лишь вцепившимися в него пиявками!

Из мутной жижи, засасывающей в себя все подряд, медленно восстала фигура. Женская. Если бы кто-нибудь соскреб с нее слой грязи и снял гермтичный шлем-маску, то возможно даже определили бы её как эльфийскую. Фиэль, органично умевшая сочетать классическую магию и друидизм, легко управлялась с корнями растений, почвой, илом, водой…В общем, Златокудрая могла в любой трясине плескаться абсолютно безнаказанно. А уж вместе с большим запасом воздуха, расположенным в свернутом пространстве, так и вообще могла часа не выныривать. И помогать упавшим в топь врагам идти на дно как можно быстрее. Различить девушку под защитой мутной жижи не смог бы и самый глазастый противник. А тонкую сенсорную магию напрочь забивало присутствие сочащегося энергией гоблина и творящийся в зиккурате кавардак.

— Бргхм! — Злобно сказала Фиэль и пошлепала по болотной зыбки, аки посоху, к берегу где остались лежать трупы некромантов.

— Да, я такой, тиран и деспот. — Сознался зеленый коротышка и принялся снова ковырять землю ножкой. — К тому же наличие рядом трофеев, которые мы могли бы забрать, но едва не проигнорировали, негативным образом действует на мое душевное спокойствие. Даже если это всего пара золотых, а ежемесячный доход равняется пара тысяч желтеньких кружочков. Тут важен сам принцип!

— Уф! — Эльфийка сняла с себя шлем. Костюм для передвижения под водой и кое что другое был спрятан именно в том ящике, который она едва не выбросила. Нет, ну кто же знал, что сестры Хорвальдс обзовут свои новейшие изделия игрушками? Разве только гоблин, участвующий в их проектировании. — Ты просто жадный! И мелочный! Вот чтобы было, если бы сейчас из кустов выбрался проклятый принц и схватил меня, а?

— Мне было бы очень жаль и пришлось бы искать нового друида. — Пожал плечами коротышка. — Такого, который бы не проворонил отряд нежити и не забыл в боевой обстановке оглядывать подступы к нашим позициям при помощи зачарованных животных. Ну как, есть у них чего?

— В карманах пусто, перстни срезали вместе с пальцами… — Бывшая нянечка не испытывала никаких моральных терзаний, ворочая туда-сюда трупы. Ей случалось и ведь, и делать вещи куда более жуткие. — Могу снять с одного из них сапоги. Вроде неплохие, на пару серебряных потянут. Будем брать?

— Проверь нет ли в них заначки! — Крикнул ей торговый барон, ворочающий по идее капиталами, оцениваемыми минимум в миллион золотых Ну, может захваченный им поселок полный алхимиков в общей сложности стоил и меньше, но не намного. — В каблуке особенн удобно делать тайники! Что? Нету? Какие нехорошие нам попались некроманты! Глупые. Ну кто же на войну без денег ходит?

— Проклятый принц, например. — Недовольно буркнула Фиэль, которой не хотелось лезть обратно в болото. Да, её оно утопить в себе не могло, но зато было грязным. И пивяки в нем действительно водились, хорошо хоть прогрызть зачарованный шелк одежды для подводных работ не могли. — Он и так все, чего захочет, получит. Просто отберет. Мда, просто не верится, что я участвую в подготовке ловушки для этого монстра…Это же…Ну…Да на дракона идти с сачком было бы не так страшно!

— Глупости. — Рубанул рукой воздух гоблин. — В тебе говорит страх, который поселился в сердцах эльфов после уничтожения Кель Таласа. Ну, чего в нем такого то? Нет, принц Артас бесспорно опытный воин и талантливый полководец. Ну, могущественный, ну бессмертный и неуничтожимый почти в своей скорлупе. Мечом выпивает души врагов, получая за счет этого дополнительную энергию. Способен на массовый подъем любых трупов и виртуозно командует ближайшей нежитью, за счет слаженности действий повышающей свою эффективность в разы. Но и все!

— С сачком. — Передернулась Фиэль от перечисления достоинств проклятого принца. — На дракона! Нет, на королеву всех драконов, великую Алекстразу!

— Ой, можно подумать, ты действительно считаешь эту древнюю магическую ящерицу богом, подобно некоторым другим недоумкам. — Фыркнул гоблин. — Она просто крайне опытное разумное существо, имеющее абсолютно непередаваемое количество жизненного опыта, личный источник волшебства и непробиваемую из обычной баллисты чешую. Будь иначе, не охотились бы рыцари на ворующих скот или крестьян рептиилий, не брезгающих между прочим людоедством. Хотя да, противник она серьезный. В разы более опасный чем проклятый принц. Ведь тот хоть и сверхмогучий, но простой боец ближнего боя. Пока он не подошел на дистанцию удара клинка, то мало чем отличается от обычного некроманта. Прочностью брони в основном. Но и это его достоинство можно попробовать превратить в недостаток. Лишь бы он сам пришел, не прислал сюда какого-нибудь заместителя…

— Заявится. — Недовольно буркнула эльфийка, начиная погружаться в холодную болотную жижу. — Холхюк такой волшебный ветер устроил, имитируя подготовку в высшей магии, что Артас обязательно прибежит. С каждой поглощенной его клинком могучей душой он становится чуть-чуть сильнее. Да и сам далеко не трус. Главное, чтобы эта тварь за собой всю армию не прихватила.

— Это да. — Согласно покивал ей гоблин, хотя собеседница его уже скорее всего не слышала. Она как раз одевала обратно шлем, готовясь ухнуть в болото с головой. — Осаду мы в таком случае, конечно, снимем…Собранные вместе горгульи и костяные драконы нам могут поломать всю игру и боевые дирижабли. Сами то мы с тобой уйдем, так вражеская пехота по лесам нас просто не догонит, но вот потерю авиации возместить будет не просто.

Гоблин достал из кармана сигарету и закурил, успокаивая нервы и выдыхая ароматный дым, пользуясь небольшим количеством оставшегося ему времени. Все-таки несмотря на браваду он изрядно храбрился, так как скоро ему скорее всего предстояла встреча если и не с воплощением истинного зла, так по крайней мере с полноценным его представителем. Пилот одного из летучих кораблей как раз накануне упорно пытался понять, какая же сволочь его обчистила и, самое главное, как? Ведь запас курева он всегда держал при себе, охраняя пуще, чем кошелек. Все равно в последнем после покупки первого почти ничего не осталось.

Нежить появилась через два часа. В количестве тысячи тварей. И своего предводителя, решившего, что он в одиночку заменит монстрам погонщиков-некромантов. Демонов с собой принц Артас не взял, решив, будто справится сам. Дойти до зиккурата, разломать его, вернуться обратно…Что могло быть в этом сложного для него? Того, кто сжигала города и убивал бессмертных генералов Пылающего Легиона. Вести лишние разговоры с врагами и подставлять своих марионеток под пушки дирижаблей проклятый принц посчитал излишним.

— Фростморон жаждет крови! — Повинуясь взмаху его меча, вокруг толпы скалящихся тварей возник магический щит в форме купола. Ударивший в него снаряд пробил преграду и поразил вурдалака…Одного…Не насмерть. Хотя по идее должен был пропахать в рядах плотно сгрудившейся цели настоящую просеку. Пусть принц Артас и не был профессиональным чародеем, но несколькими освоенными заклятиями пользовался виртуозно. И силы на них не жалел ни капли, ведь он мог черпать из своего клинка столько магической мощи, сколько хотел.

— Бляаа… — Расстроено протянул гоблин, наблюдая как к нему приближается командующий армии мертвых. Раскинувшаяся по бокам топь волновала его не сильно. Даже если бы он туда упал, то без проблем вылез бы и пролез по дну. Да и четыре десятка жировиков, гулко топающих за его спиной, без проблем пройдут там, где вурдалаки сгинут. Они были больше, тяжелее и куда более устойчивы к разного рода неблагоприятным факторам. В том числе и к деградации магической структуры под действие неблагоприятных внешних условий. В принципе, такие существа могли бы даже небольшой морской залив форсировать по дну. — Я же знал, что что-то забыл! Я забыл придумать себе звучный боевой клич! Хотя, пожалуй вру, есть же! Сись…Э, нет, сюда это точно не годится. Совсем-совсем точно!

Удар зачарованного клинка был принят на посох. Выпад, выпад, укол. Три удара понадобилось Артасу, чтобы пронзить противника насквозь. И это он еще осторожничал, подозревая ловушку. Ведь его противник, не спешащий в панике убегать от проклятого принца, обращался со своим оружием куда менее умело, чем простой крестьянин с оглоблей.

— И это все? — Как-то даже с разочарованием спросил непонятно кого Артас, переступая через упавшее тело. — Хм…Чего-то не хватает…

Мощнейший удар в пах заставил проклятого принца ненадолго воспарить. А потом приземлиться носом в землю. В то же время участок тропы, по которому шли живые мертвецы стал погружаться под воду. А вроде бы убитый гоблин завис в воздухе и ехидно хихикал, сверкая серебряными глазами. Дыра в его груди, оставленная зачарованным лезвием, исходила черным дымом и быстро затягивалась чем-то зеленым, мало похожим на кровь.

— Не хватает души. — Сделал вывод проклятый принц, поглядывая на противника с резко возросшим уважением. Противники, которых не мог убить его клинок с одного удара встречались Артасу нечасто. Жировики окружили своего командира неживой стеной, готовясь прикрыть от возможных угроз. К ним на спину вспрыгнуло по два-три костяных паука и начали обстреливать с таких своеобразных шагающих башен порхающую мишень. Прочая нежить встала на берегу, получив приказ временно не лезть в воду. Обстрел дирижаблей не наносил ей ощутимого вреда, уж чего-чего, а силы проклятому принцу было не занимать. Поставленный им щит немногим уступал по своим качествм крепостной стене. У врага бы раньше кончились боеприпасы, прежде чем он смог бы уничтожить столько тварей. — Хм. А ведь даже у личей она есть, я проверял специально. Так кто же ты?

— Да так, один маленький поганец, считающий себя чертовски хитрым сукиным сыном. — Самокритично обозначил свой статус гоблин. Плевки костяных пауков скатывались с незримой сферы вокруг него, будто брызги воды с каменной стены. — Ах да. Еще я хочу хорошенько подрихтовать тебе морду. Ну, вот просто так. За любовь к безумным поступкам.

— Хм. — Проклятый принц остановился и кинул взгляд на своих тварей, в большинстве своем еще толпящихся на берегу. — Ты пытаешься вывести меня из себя и увести подальше от армии, чтобы потом без помех попытаться навалиться гурьбой на одиночку? Жалкий глупец! Со мной бы подобный трюк не прошел, даже если бы я еще был живым!

Фростоморон, перехваченный двумя руками за рукоять, с размаху вонзился в болото. Ледяная корка начала расходиться в стороны все дальше, дальше и дальше…Спустя несколько мгновений принца Артаса и его эскорт соединил мост из замороженной воды. Правда, жировики в получившихся оковах застряли, но они сразу же начали ломать прочную корку. Правда, внезапный приход земли захватил на все болото. Даже у предводителя армии мертвых было недостаточно мощи, чтобы тратить её совсем уж куда попало. А разумной экономии сил любой стоящий боец учится чуть ли не раньше, чем правильным стойкам с оружием. Тем более, своей цели он добился. По льду застучали лапы монстров, рванувшихся вперед под аккомпанемент кровожадных завываний. Миг и они окружи своего предводителя целым морем из скалящихся пастей и когтистых лап.

— Умри! — Миг назад лезвие волшебного меча еще было глубоко во льду, но спустя секунду оно уже указывало на гоблина. Луч мутно-зеленого света удари прямо в коротышку…И тот рухнул вниз, ударившись об лед с глухим стуком и окутавшись черным дымом….Но спустя пару мгновений уже воспарил обратно, целый и неврдимый. Даже вурдалаки к нему подскочить просто не успели. Если бы кто-нибудь присмотрелся, то он бы заметил, что продырявленная Фростморонном кольчуга вновь стала целой.

— Эй, я же кажется говорил про начистить морду, а не начать выяснять, чья темная магия вуду круче! — Возмутился он. — Я, знаешь ли, тоже не вчера родился и знаю кое-какие фокусы! Вот, например, призыв русалки!

С глухим чпоком женская фигура вылетела из под незамерзшей части болота, окутанная слоем тины и водрослей. Надо сказать, опознать в эльфийку в ней было весьма затруднительно. Как и вообще разумное существо. Облепленный подводной растительностью шлем напоминал непропорционально большую уродливую голову. Руки маленького волшебника сомкнулись на пятой точке Фиэль, оставив посох висеть само по себе в воздухе. Девушка, несмотря на ситуацию, протестующее замычала и попыталась начать отбиваться. Но у неё был очень уважительный повод. Холодные ладони марионетки то ли случайно, а то ли специально, легли прямо на пояс, удерживающий герметичные штаны на своем законном месте. Оказаться же перед проклятым принцем в одном белье Златокудрой очень не хотелось.

— Эм, ну да, пример неудачный. — Уворачиваясь от пощечины признал гоблин. Его противник тем временем окутал себя покровом какого-то темно-синего сияния. То ли дополнительную защиту на итак почти неузявимого себя наложил, то ли намеревался бороться с иллюзиями, действующими даже на его сознание. — Ну ладно, тогда покажу другой пример. Водородная бомба!

Взрыв ненадолго ослепил тех, кто находился на дирижаблях. Невероятная мощь ударной волны встретилась с развернутым над нежитью защитным куполом. С его внутренней стороной.

— Вообще-то, под водородной бомбой обычно подразумевают несколько иное. — Задумчиво пробормотал коротышка через свою марионетку, задумчиво гуляя руками по пятой точке эльфийке. Та была немного в шоке и потому не возражала. Видимо она не представляла, что те маленькие коробочки, которые она прятала по всему болоту, могут настолько сильно детонировать. — Но емкости со свернутым пространством, куда закачен этот взрывоопасный газ, тоже весьма неплохи. Однозначно лучше пороховых хлопушек, которыми обычно развлекаются все непрошенными гости гоблинов. Правда, к сожалению они оказались недостаточно хороши, чтобы поджарить тебя. Фростморон до сих пор в руках, латы не раскалились и даже прическа не стала еще больше неряшливой. Выходит не врали те сведения, в которых говорилось, будто ты уязвим лишь для чисто материального оружия, напрочь игнорируя любую враждебную магию. Что же это за эпическая броня такая, хотелось бы мне знать!

— Ах, ты, ублюдок! — Проклятый принц уцелел и даже не казался сколько бы либо поврежденным. Сохранилась и его ближняя свита в виде резко загоревших жировиков, воняющих прогорклым салом. Правда, с них попадали изрядно опаленные костяные пауки, теперь бултыхающиеся в смеси из болотной жизни и ледяной крошки. А вот половина вурдалаков либо сгорела напрочь, либо не делала попыток подняться на поверхность воды. — Спускайся и сразись со мной, как мужчина!

— Можешь считать меня мальчиком! — Хмыкнул взлетающий еще выше гоблин, уворачиваясь от нового луча зеленого света. Он вовсе не хотел потерять еще одну марионетку. Или тем более Фиэль, поскольку запасную эльфийку ему сестры Хорвальдс точно не изготовят. — Во всяком случае, мне часто говорят, что я веду себя глупо и ребячусь!

— Я разрушу твой зиккурат! — Пообещал проклятый принц и стремглав припустил к белой пирамиде. Тем более, что снующий вокруг неё народ вдруг начал рассасываться, забираясь на спущенные им с дирижаблей веревочные лестницы. Даже воздушные элементали вдруг взяли и исчезли, вернувшись в мир духов.

— Тааак! — Проклятый принц остановился и заподозрил ловушку. Тем более, что странный гоблин, переживший удар Фростморона, забрался в один из летучих кораблей. И все четыре дирижабля вдруг полетели по направлению к осажденному городу, держась на почтительной высоте. — Опять ловушка? Да сколько же эта зеленая поганка могла здесь взрывчатки запрятать?! Неужели все болото заминировала?

Артаса никто бы не назвал глупцом. Ну, во всяком случае, не когда он находится где-то поблизости, а не то тело попрощается с головой и душой одновременно. Однако мыслительных способностей проклятого принца не хватило, чтобы понять, чего же именно добивался гоблин. Особенно когда посланная на разведку нежить, пердвигающяся маленькими группками, не обнаружила ни мин, ни даже зиккурата. На место последнего была обычная скала. Покрашенная белой краской так, чтобы издалека выглядеть пирамидой. А в это время боевые дирижабли, идущие полным ходом, уже зависли недалеко от города. Они то могли двигаться по прямой, не обращая внимания на рельеф местности.

— Ну-с, теперь пришло время пустить в дело настоящую гоблинскую магию. — Хихикнул Тимон и взял в руку голову с длинными белыми волосами. Вернее, муляж головы, чьи черты лица целиком и полностью повторяли принца Артаса. В другую руку он взял копию Фростморона, издалека идентичную натуральному. — Универсальные чары высшей магии: 'Всех наебатус'! По ситуации данное заклинание может быть наступательным, оборонительным, целительным, строительным, дипломатительным…

— Ты заговариваешься! — Заметила ему Фиэль, уже успевшая переодеться в нормальное платье.

— Прости, волнуясь перед сценой. — Повинился зеленый карлик и скорчил рожу пострашнее. — Как думаешь, сектанты и демоны поверят, что я на самом деле завалил Артаса? А со стен города от изумления никто не грохнется? Не хотелось бы стать причиной чьей-то гибели, особенно если думающие будто потеряли своего командира твари не решатся просто развернуться и удрать. А то ведь если они промедлят, то к ним и настоящий проклятый принц вернуться может. Увы, драться с готовой к бою армией это совсем не то же самое, что преследовать уносящее ноги войско.

Глава 35

— Ну, не прокатило. Ну, бывает. Но зачем же сразу бить? Да еще и сразу в морду? — С выражением полного недоумения на лице развел руками гоблин, а потом поднял их обратно к голове. И принялся поочередно прикладывать лед к магическим знакам, появившимся у него на физиономии. Фингалы с волшебными свойствами ему поставила лично Джоана Прадмур. Своей собственной печатью, оттиск которой завеял наиболее важные государственные бумаги. Когда вышедший к городу принц Артас пытался понять, почему это на него с таким видом пялится высыпавший на стены народ и даже у собственной живой лишь частично армии морды какие-то слегка ошарашенные. Коротышка, впрочем, тоже в долгу не остался и принялся щипать разбушевавшегося архимага женского пола за те места, до которых мог и хотел дотянуться. Растащить двух персон, обладающих изрядной волшебной силой, личными воинскими формирования и земельными наделами, смогли не сразу. Ну, не было предусмотрено дипломатических протоколов на подобный случай, а действовать самовольно стража долго не решалась. Проскользнувшие в осажденный город дирижабли выглядели больно уж внушительно. — Хс! Как жжется! Нет, ну правда, драться то зачем было? Можно подумать, я чего плохого сделал…Между прочим, благодаря нашим усилиям из строя уже вышел целый полк врагов! А их верховный главнокомандующий получил глубокую моральную травму!

— Вот за то, что не физическую и приложила! — Рявкнула на него леди Прадмур, у которой сильно ныли грудь и бедра, на которых теперь наверняка расцветали пышным цветом шикарные синяки. Но в отличии от гоблина она не могла все бросить и начать их лечить, поскольку травмы находились уж в очень неудобных местах. По которым, кстати, время от времени с интересом скользил взгляд коротышки. Видно облаченная в белые меха и синий шелк блондинка вызывала у него совершенно определенные эмоции, несмотря на некоторую полноту. С некоторой долей удовольствия Златокудрая отметила, что архимагу явно не помешает чуть меньше возиться с бумагами и заклинаниями. А также сбросить несколько лишних килограммов. Нет, толстой её бы никто не незавал, но вот звания пухлой уже было заслуженно той по праву. — У тебя же был шанс его прикончить! Почему ты им не воспользовался, а?!

— Моя ловушка провалилась. Со стороны это, быть может, выглядело и несколько иначе, но я то знаю правду. — Без тени раскаяния в голосе ответил Тимон, перекладывая лед с одного фингала на другой. — Принц Артас обладает слишком хорошей защитой, чтобы быть уничтоженным дистанционно. И чересчур опасен в ближнем бою, чтобы я рискнул схватиться с ним лицом к лицу. Он не пожелал тонуть в болоте, которое могло бы сковать его движения и дать нам спеленать проклятого принца специально подготовленными сетями. Ему оказался безразличен взрыв, после которого дварфийский танк бы рассыпался на кусочки. Имею наглость полагать себя мощнейшим телекинетиком, но импульсы, способные забить насмерть великана просто рассеивались на расстоянии метра от его брони. Да даже удар в пах стальным ломом, маскирующимися под магический посох, остался без последствий. Хотя я был готов поклясться, что слышу треск сминающегося бронированного гульфика.

— А просто закидать мерзавца разным мусором уже нельзя было?! — Взвыла Джоана. Бывшего жениха она давно надеялась увидеть окончательно мертвым. Хотя бы потому, что из-за его наличия ей ни одного нормального кавалера найти так и не удалось. Даже положение чуть ли не правительницы всей человеческой расы помогало слабо. Слишком уж возможных претендентов на руку, сердце и иные органы волшебницы отпугивал страшный конкурент. Ведь в начале войны с нежитью предводитель армии мертвых пару раз посылал ей предложения с брачным и политическим союзом. И тайны из этого не делал. — Расстрелять из пушек, забросать камнями из катапульт! Если уж ты смог его почти в одинчоку выманить туда, куда хотел?!

— Его эльфийские рейнджеры в упор зачарованными стрелами расстреливали! Причем не только из луков, но и из крепостных баллист! Настоящими бревнами швырялись и даже попадали! — Рявкнул в ответ гоблин с мощью, которой нельзя было ожидать в его тщедушном теле. — И в лучшем случае могли заставить отступить, чтобы навести марафет и выдернуть из тела занозы! Я сам, слышишь ты, сам разговаривал с ними! Так Артаса не взять, надо придумать чего-то другое! Причем реализуемое почти молниеносно! Эта практическая неуязвимая сволочь умеет бегать очень-очень быстро, если ей надо уйти из опасного района. К тому же она слишком уж метко швыряется какими-то пакостными лучами, уничтожающими на своем пути все живое и неживое!

— Да ты!

— Что я?!

Фиэль тяжело вздохнула и с надеждой посмотрела на коменданта местного гарнизона. Тот перехватил взгляд эльфийки и отрицательно замотал головой. Растаскивать парочку неимоверно сильных магов, если они снова подерутся, он не собирался. Пусть лучше ведут себя как дети и громят нижние покои башни, в которой в данный момент и происходит нечто среднее между военным советом, сходкой преступных авторитетов и дипломатическим визитом.

— И ведь фальшивку то заранее изготовил, шельмец. — Выпустив пар, волшебница чуть-чуть успокоилась. В достаточной мере, чтобы больше не рисковать случайно поджарить кого-нибудь шаровой молнией. — Зачем, интересно?

— Не, ну хорошая же идея для розыгрыша. Я о подобном давно задумывался. К тому же это очень ликвидный товар. Представь, вот заходят к тебе и кидают на стол голову Артаса и Фростморон, прося за них скажем каких-нибудь жалких сто золотых монет. Ты дашь за них сто золотых монет? Да ты больше дашь! А когда отойдешь от шока и поймешь, что они фальшивые, так эти сто золотых монет уже ой как далеко будут. — Тимон в очередной раз переложил слегка подтаявший кусок льда с синяка на синяк. — Да и как подарочный сувенир на память сгодится. Я некоторых подчиненных принимал, выставляя с позволения сказать трофеи на свой стол, так работоспособность персонала повысилась, по-моему, не меньше чем на восемьсот процентов! Достаточно было лишь взмахнуть пару раз Фростморон над головами тех, кто не выполняет план. Потом, правда, они сообразили, в чем дело, но месячную норму за декаду до окончания отчетного периода выполнить уже успели. Сейчас еще в мастерских архидемона надувного делают, вот интересно, получится ли повторить эффект…

Фиэль посмотрела на архимага Джоану и потянулась за зеркалом. Проверить, а не появились ли у неё после долгого и плодотворного сотрудничества с одной конкретной маскирующейся под гоблина тварью такие же большие и выразительные округленные глаза. Было бы неплохо получить хотя бы такую компенсацию, а то седых волос за этот же период у эльфийки заметно прибавилось.

— По крайней мере, у нас теперь есть четыре боевых дирижабля. — Попытался успокоить повторно впавшую в состояние шока бывшую ученицу присутствующий здесь же старый маг. — Их пушки во время отражения штурма будут совсем не лишними. К тому же в случае чего на них можно будет вывезти женщин и детей. Ну, попытаться вывезти, если летающую нежить не уничтожим.

— Человек двести туда поместиться. — Кивнул гоблин, отвлекшись от рассуждений о стимулировании персонала при помощи демонов, премий и запретной магии. — Если мы оставим на земле весь груз, мебель, часть броневой обшивки, балласт и орудия, то даже и все четыреста упихаем. Пусть даже это и будет стоить мне ну просто ооочень кругленькой суммы. Понятное дело, расчет я вел на более-менее полноразмерных особей человеческой расы, а не грудничков…

— Вот только за стенами сейчас укрывается десять тысяч гражданских. — Вздохнула Джоана. — И совсем скоро сюда подойдет еще и Кел-Тузед, который отправился уничтожать ближайший к нам оплот Альянса…

— Не подойдет. — Заверил её гоблин. — Если только возродится. Фиэль, ты разве не взяла наш маленький подарок?

— Он тяжелый и даже на вид опасный. — Пожала плечами эльфийка. — Я его на входе в башню оставила тем же солдатам, которые и оружие наше охраняют. Пусть кто-нибудь им крикнет, чтобы втащили гримиуар.

— Та большая черная книга…Если это то, что я думаю…Нет! Если это очередная штука, я сгоню вас в темнице и пусть мне потом хоть все гоблины и эльфы Азерота войну объявляют! — Голос у Джоаны опасно зазвенел.

— Я не знаю, что ты думаешь. Мысли читать так и не научился, знаешь ли. — Развел руками гоблин. — Но сейчас этажом ниже лежит ежедневник одного мертвого архимага, которого знают под именем Кел Тузед. Во всяком случае, мне кажется, будто это ежедневник. Ничего магического в книге точно нет. Только текст и цифры. Много-много непонятных закорючек, которые вряд ли сможет прочесть кто-то другой в Азероте.

Златокудрая промолчала. О том, что сам гоблин записи частично расшифровал, а непонятные места скопировал, он строго-настрого запретил ей говорить. Впрочем, эльфийка и сама прекрасно понималда, что в случае потери такой информации тапочком она не отделается. Все-таки они тут не и в игры играют. Хотя иногда об этой в последнее время волшебница и забывала, ибо на общение с мелкой зеленой катастрофой уходило сил больше, чем на войну с нежитью. Однако результаты последней, как ни странно, неуклонно повышались. Год назад она бы на предложение поохотиться вдвоем на принца Артаса только расхохоталась. И приняла бы его исключительно, если намеревалась умереть долгой и мучительной смертью.

— А… — Начал было спрашивать что-то пожилой волшебник.

— А то вы не слышали про амулеты, мешающие ментальной связи нежити и некроманта. А также про способ вывести из игры даже бессмертного лича, снеся ему напрочь все сознание скоординированной атакой нескольких чародеев. — Довольно грубо перебил его гоблин. — Моя работа! И понятное дело, в условиях конфликта с нежитью я не мог не развить свои идеи дальше. С Артасом сегодня ничего не получилось, но вот Кел Тузеду буквально вчера не повезло! Будем надеяться, фатально. Могу и другие трофеи показать, но в них нет ничего интересного. Обычный зачарованный балахон и цепь, представляющая из себя артефакт-накопитель. Вещи очень и очень качественные, но ничего необычного в них нет. У вас наверняка в самых охраняемых сокровищницах не хуже штучки найдутся.

— Нежить! Нежить! — Внезапно раздался на улице крик, в котором слышалась самая настоящая паника. — Нежить пошла на приступ!

— Договорим потом. — Решила Джоана и вскочила из-за стола, крепко сжимая покрытый резьбой посох из белого дерева, который до того был мирно прислонен к её креслу, похожему на трон. — Сейчас у меня есть задачи поважнее, чем слушать всяких там проходимцев, лжецов и балаганных фокусников!

— Да хоть комедиантом назови, только подоходный сбор за выступления не требуй. — Пренебрежительно отмахнулся от неё гоблин, ласточкой ныряя в окно. Уже снаружи раздался его крайне недовольный голос. — Эй, Фиэль, тебя долго ждать? Давай скорей за мной!

— Иду-иду! — Эльфийка как раз раздумывала над тем, можно ли считать себя нормальной, если понемногу появляется привычка покидать помещение не через дверь. Не то чтобы гоблин перемещался подобными маршрутами из чистой любви к протесту, но он резонно полагал, что так обычно быстрее. И её частенько с собой тащил. — Не торопись так, все равно здешние укрепления даже армия мертвых с разбега не возьмет.

— Дай-то светлые боги, — пробормотал начальник гарнизона, не торопясь бежать на стены сломя голову. Все возможные приготовления к штурму он уже закончил и теперь от одного единственного военного, притом далеко не самого молодого, почти уже ничего не зависело. — Дай-то светлые боги.

Процедура взлома крепостей была отработана осадившими город врагами неоднократно. Кричали на жертвенных алтарях терзаемые ритуальными ножами рабы, а из возникшей арки перехода между реальностями медленно выбирались боевые големы Пылающего Легиона и шустро бежали гончие хаоса. Время от времени порталы шли рябью искажений, повинуясь непонятным колебаниям энергий. И тогда проходившие сквозь них существа погибали. Буйство вышедшей из под контроля магии просто раздирало их на куски, расшвыривая далеко в стороны окровавленные ошметки и осколки раскаленного камня. С каждой секундой помех становилось все больше и больше. Наконец наступил момент, когда с той стороны врат перестали гнать подкрепления, решив не тратить бойцов понапрасну.

— Все. — Задумчиво пробормотала Златокудрая, наблюдая за тем, как демоны выстраивают своих магических слуг и прирученных животных в боевой порядок. — Больше в ближайшую пару лет в окрестностях города врата они не откроют. Слишком исказили они своей магией течение природных энергий. Проходить сквозь них будет просто самоубийством.

— Да они и так многих потеряли. — Задумчиво пробормотал висящий в воздухе гоблин, рассматривая порядки противника. — Треть! Не меньше! То-то я еще удивлялся, почему представителей Пылающего Легиона тут так мало. Видимо построение действительно надежных порталов между мирами, через которые можно шастать туда-сюда, действительно большое искусство. Во всяком случае, Сури в Азерот переправляли вместе с сотней товарок в заранее подготовленном храме, построенном специально для этой цели. И то двух или трех суккуб погубили в процессе. А культовое место на десять лет стало просто памятником архитектуры.

— Затолкать бы в такой разрыв Артаса. — Задумчиво протянула волшебница. — Думаю, это даже его проймет. Во всяком случае, высшие демоны потому так редко на полях битвы и появляются, что не хотят рисковать собой. Ведь по тем, кто держит чары, в этот момент можно шарахнуть даже не насмерть, лишь бы концентрацию им сбить. И все, нет у Пылающего Легиона генерала. Ищите его куски и душу по всей межреальности.

— Да, их предводителя, Саргераса, примерно так и прищучили. — Кивнул ей маленький волшебник. — До сих пор в себя толком не придет, хотя уже сколько лет прошло. Жаль, что эксперименты с открытием подобных врат отнесены к запретной магии и из ныне существующих чародеев их способны открыть только сильнейшие, вроде тебя. Да и то не куда им нужно, а чисто случайно и с непредсказуемыми последствиями. Даже Холхюк в этом плане бесполезен. Навоевавшись с демонами по самое не могу в молодости, интерес к данной области навеки утратил.

Пылающие каменные исполины шли к стенам, несмотря на плотный обстрел. Собственно, единственным, что могло их существенно повредить, были пушки, рядом с которыми артиллеристы едва ли не плясали, пытаясь выдать следующий залп как можно быстрее. Чтобы хотя бы надколоть тела подобных созданий снаряд должен был весить много, очень много. К тому же големы не могли истечь кровью. Чтобы остановить демонические конструкты, их требовалось полностью уничтожить. Да и от волшебства они оказались защищены более чем хорошо, во всяком случае какой-то молодой ученик чародея, пустивший в ближайшего молнию, добился лишь подзатыльника от учителя. Не в первый раз эти колоссы появлялись на полях сражений и люди уже волей-неволей успели узнать, на что они способны.

Навстречу громадным фигурам вставали другие исполины, не слишком уступающие им по размерам. Духи земли, до сего дня спокойно спавшие перед стенами, были могучими существами. Для того чтобы призвать такую груду одушевленных булыжников, лишенную страха, сомнений и разума, магам требовалось изрядно потрудиться в течении недели. Зато будучи положенными на одно место они тихонько лежали и ждали команды вставать, лишь время от времени требуя периодической подпитки волшебством, чтобы не развоплотиться. Раскаленный камень столкнулся с затвердевшим грунтом. И не смог втоптать его в грязь. Противники были примерно равным по силам, однако несколько различались по количеству. Призванные силы Пылающего Легиона мутузили своих врагов из расчета два к одному.

— Хм, а это место гораздо лучше подготовлено к обороне, чем та крепость где кукует лорд-маршал. — Тимон с интересом уставился на то, как начинается битва титанов. — Смотри, Джоана призывает сразу трех элементалей воды, используя для этого ров. Еще трех. И еще…Хех, а ситуация не так безнадежна, как казалась на первый взгляд.

Горгульи, до того кружившие в некотором отдалении, рванули к укреплениям, намереваясь засыпать людей большим количеством отравленных дротиков. Однако на подлете их перехватил старый маг, бывший наставник Джоаны. Не один понятное дело, с товарищами по цеху. В воздухе от рва поднялся странный туман…Сложно сказать, чего такого туда наколдовали волшебники, но у влетевшей в искусственное облако нежити мгновенно обмерзала вся поверхность тела. Особенно страдали большие крылья с тонкой перепонкой. Они просто ломались, отправляя порхающих уродцев в короткий полет к земле. Уничтожить их это по-настоящему масштабное заклинание не смогло, но из боя вывело надежно. Сложно драться или хотя бы кидаться дротиками, если единственные более-менее рабочие конечности, это ноги. Как пехота насильно приземленные горгульи проигрывали даже не простому человеку, а решительно настроенному десятилетнему ребенку. Если, конечно, у того есть подходящее к его габаритам копье, лук или арбалет.

— Принц Артас не стал бы тратить время на подготовку, если бы думал, что может победить легко и просто. — Фыркнула эльфийка, висевшая рядом с гоблином в воздухе. — Опусти нас у ближайших городских ворот, там как раз яблоневый сад неподалеку. Попробую прущих к ним жировиков энтами задержать. Сильные маги после массового призыва и того ледяного тумана по факту выбыли из строя. Кто поопытней на пару часов, а совсем молодые волшебники так и на сутки-другие.

— Нет, не ты куда смотришь то, а? — Хмыкнул гоблин и беспардонно ткнула пальцем по очереди сразу в несколько скоплений чародеев. — Видишь, они вполне себе чего-то колдуют. Да и как иначе, ведь большинство из них те, кто пережили гибель Даларана. Они подались к леди Прадумур поскольку она во-первых их сестра по духу и таланту, во-вторых крупный земельный феодал, чьи владения не были захвачены нежитью и в-третьих, по матери принадлежит к правившей в городе волшебников рабочей династии архимагов. Ты разве не читала аналитические записки, которые по моей настоятельной просьбе приготовил Златокошель?

Самые тяжелые пехотинцы нежити действительно уже приближались к стенам, огибая по широкой дуге сражающихся големов и духов. Для прикрытия от стрел они несли громадные грубо сколоченные из досок ростовые щиты, на которых при удаче можно было бы переплыть океан. Пушкари были заняты более крупными и более опасными целями. Маги, которых здесь имелось не так уж и мало, приготовились обрушить на них всю мощь своих заклинаний, но оказались вынуждены перенести огонь на новые цели. С неба на стены упали костяные драконы, просто снося своими телами пушечные расчеты или крупные скопления защитников. Непонятно, с какой высоты камнем падали эти твари, но даже висящие над городом боевые дирижабли не успели отреагировать на появление конкурентов за господство в воздухе. К тому же они оказались покрыты настоящим ковром из костяных пауков, сейчас отцепляющихся и вступающих в бой. Под предводительством принца Артаса, судя по всему лично решившего возглавить десант.

— Оу, мне это не нравится! Мне это совсем не нравится. — Сквозь зубы выдохнул коротышка, наблюдая за тем, как приближаются к стенам катапульты. Не слишком мощные и дальнобойные по отдельности, они смогут разрушить укрепления несколькими едиными залпами, если защитники будут по горло занята другими проблемами. Например тем, как заставить обслугу орудий вернуться обратно, если там их ждет проклятый принц лично. — Забудь про яблоневый садик, мы летим добывать оригиналы моих сувенирных товарчиков!

— Как бы они не добыли нас. — Поморщилась эльфийка, у которой все равно не было выбора. Она могла многое, но умение летать самостоятельно не числилось среди её талантов. — Ты не справился с Артасом, когда у нас были все козыри на руках! Что сейчас изменилось?

— Он пробивается к своей бывшей девушке. — Маршрут проклятого принца можно было проследить с закрытыми глазами, ориентируясь на крики ужаса. Его меч летал как молния, рассекая плоть. И те, кто падали к ногам предводителя армии мертвых, через несколько секунд начинали шевелиться, чтобы снова подняться и вступить в бой. Но уже на другой стороне. — Будем надеяться, она тоже не забыла о том, кто некоторое время являлся её кавалером и запаслась неожиданными подарками на случай встречи!

Дирижабли, стрелки на которых наконец-то проснулись, выдали залп по взлетающим со стены костяным драконом. Притом они сумели скоординировать свои усилия, и потому один из монстров сразу же рухнул вниз, передавив не успевших убежать костяных пауков. Ядрами ему оторвало одно крыло и две лапы, а в шее и груди застряло с десяток артефактных снарядов, выпущенных из баллист. Три оставшихся чудовища пошли на сближение с воздушными судами, намереваясь выяснить, кто же окажется крепче. Но удалось это всего двоим, поскольку еще одну ужасающую пародию на летающего ящера сбила лично Джоана. Выбрала ли она его целью специально, или просто телепортировалась куда подальше от спешащего к ней проклятого принца, значения не имело. В любом случае, волшебница исчезла в одном месте и появилась в другом. И сорвавшийся с её посоха сноп молний бил вертикально вверх целых десять секунд, вонзившись в брюхо твари. Оставив после себя здоровенную оплавленную дыру. Потерявшая целостность конструкция из тысяч скелетов просто развалилась на отдельные костяки. Видмо архимаг смогла поразить какое-то критически важное место монстра или просто разрушила чары, обеспечивающие его существование.

— Не хочу показаться нудным, но на всякий случай спрошу тебя еще раз. — Гоблин окутался черным дымом, и вышла из него уже повторящая коротышку марионетка. А также десяток бомбочек, фитили на которых уже тлели. — Как Артас планирует в случае проблем отсюда уходить? Все-таки ты его видишь в подобной ситуации далеко не первый раз, при осаде вашей столицы он много раз лично ломал вражескую оборону.

— Спрыгнет со стены наружу. — Пожала плечами эльфийка, наблюдая, как взрывы крошат каменную кладку. Но все, чего маленький волшебник смог добиться своими усилиями, так это пошатнуть опору под ногами проклятого принца и разорвать в клочки несколько ближайших к нему мертвецов. Даже курс движения он сменил не из-за обстрела, а потому как его цель в виде женщины-архимага оказалась несколько в другой стороне. — А если мы сумеем уронить его внутрь, взберется назад и все равно спрыгнет, если захочет. Такие удары ему будут смешны, а по вертикальным поверхностям он карабкается лишь чуть-чуть медленнее, чем бежит по пересеченной местности.

— Вот же ж герой выискался на нашу голову. — Сплюнул гоблин и внимательно проследил за каплей слюны, унесшей вниз. Близко подлетать к проклятому принцу он все-таки опасался, видимо боясь не успеть увернуться от ответных атак. Фиэль, чтобы не болтаться в воздухе без дела, последовательно отправила в Артаса огненную стрелу, огненный шар, шаровую молнию и попыталась натравить на него подбирающуюся к одному из трупов ворону. Как ни странно, последнее оказалось наиболее действенным. Во всяком случае отмахнувшись мечом предводитель армии нежити не меньше двух секунд соображал, а чего же это собственно такое налипло на Фростморон и насколько оно опасно. — Хм. Значит, игнорируем взрывную волну, да? И магию. Но остаемся все же частично доступными для воздействия материальными предметами. Ударить нельзя, коснуться можно. Видимо на остановку обладающих слишком малой потенциальной и кинетической энергией угроз сила не тратится. Умный энергосберегающий режим. Так, первоначальные прогнозы, кажется, подтверждаются. Ничего, мы еще посмотрим, доступна ли тебе парень перезагрузка после встречи с боссом уровня. Фиэль, сейчас я создам куклы из земли вроде той, которой паладина давил, а ты попробуй нарастить агрессивную флору. С какого расстояния сможешь контролировать свои цветочки?

— В зоне прямой видимости. — Пожала плечами эльфийка, наблюдая за тем, как по Артасу разворачивают прямой наводкой пушечное орудие. Клинком проклятый принц заслонил себе лицо, а от доспех выпущенная с расстояния нескольких шагов картечь просто отлетела! Вернее, черных лат она даже не коснулась, развернувшись на расстоянии пары пальцев от них. Обладающая острым зрением эльфийка видела это совершенно точно. — Но я не верю, что это поможет.

— Верить вообще не надо! Я, как существо отчасти мистическое, голосую всеми конечностями за научный атеизм. — Хмыкнул коротышка, чуть-чуть опускаясь к улице, от которой навстречу ему уже летел грунт, камни из мостовой и какой-то мусор. — Ты главное сделай то, что нужно. А нужно мне, чтобы когда Артас подберется поближе, его твои лианы опутать пытались. Даже если их на куски разрубит. Даже если мою куклу в щебенку изрубят. Даже если Джоана Прадмур вокруг своего шеста вдруг стриптиз исполнит, и мы с проклятым принцем прекратим битву, чтобы на него без помех полюбоваться!

Глава 36

С оглушительным грохотом в небесах что-то взорвалось. Поскольку костяные драконы детонировать были не склонны, то скорее всего это был один из дирижаблей. И после подобной катастрофы о выживших или уцелевшем имуществе нечего было и мечтать. Правительница города снова переместилась. На прежнее место, где она и была первоначально. А сейчас там не было ничего, даже трупов. Поднятые проклятым принцем, они уже ушли на поиски живых. Ничуть не смущаясь, главнокомандующий армии нежити развернулся на сто восемьдесят градусов и снова побежал к ней. Ну, по крайней мере, защитников на его пути уже не осталось.

— Опусти меня на какую-нибудь крышу повыше, маньяк озабоченный. — Вздохнула волшебница, мысленно оценивая вероятность того, что зеленый коротышка переключится на новый объект домаганий. И станет принцем-консортом для всей человеческой расы. — И быстрее уж! Чувствую, без нашей помощи стены могут и пасть.

Битва бушевала. Жировики били в ворота как живые тараны. Сверху их поливали расплавленным свинцом из большого чана. Големы и элементали взаимно уничтожились, заодно прихватив с собой в небытие оставшиеся силы магов, безостановочно призывавших новых воплощенных духов на смену павшим. Костяные пауки вели перестрелку с лучниками, причем было непонятно кто в ней побеждает. Оставшиеся целыми пушки ломали одну катапульту за другой, однако нет-нет, но и сами выходили из строя. Гибли под обломками камней расчеты, взрывался сдетонировавший от зажигательных снарядов боекомплект. Адские гончие переплыли ров и ползли вверх по кладке, где их поджидали солдаты с мечами и булавами в руках. Демоны промаршировали до мокрого рубежа и остановились, прикрывшись куполами защитных заклинаний, из под которых регулярно контратаковали магически. Они явно не считали нужным умирать самим, если в пекло мясорубки пока можно посылать других. Вурдалаки под контролем некромантов живой цепочкой передавали друг-другу вязанки хвороста. Основная пехота армии мертвых уже почти смогла наладить довольно сносную переправу, завалив водную преграду фашинами. Однако по ту сторону стены их уже готовилось встретить ополчение. Снаряженное кое-как и еще хуже обученное, но крайне многочисленное. Пожалуй, большая часть населения города собралась здесь и сейчас, чтобы принять участие в схватке. Ведь в случае поражения их всех ждала смерть, а то и нечто куда более худшее. Резервы оперативно пополняли сражающиеся на стенах отряды, когда выбывшие из строя бойцы освобождали место. Вот только вряд ли даже самый горячий энтузиазм мог полностью заменить мастерство профессиональных военных.

— А могут и не пасть. — Не согласился с эльфийкой коротышка, уже формируя две ноги-тумбы, каждая с колонну величиной. Златокудрую тем временем словно ветром отнесло на крышу ближайшего здания, оказавшегося каким-то храмом. Забраться по его высоким стенам наверх задачей было далеко не самой простой, а потому можно было надеяться на то, что волшебницу кто попало не побеспокоит. — Это сейчас не наши проблемы. А вот если принц Артас продолжит бегать вдоль гребня укреплений, снося с них все живое и не немертвое, то в город твари прорвутся точно. Эй, ты, блондинка в черном! А ну хватит приставать к девушкам, это моя прерогатива!

Движимая не столько ногами, сколько силой телекинеза махина, внутри которой спрятался гоблин, осторожно пошла на сближение с Артасом. Ширины гребня стены ей едва-едва хватало, чтобы не свалиться. Вражеский главнокомандующий, впрочем, даже такого противника заметил не сразу. Был занят тем, что отбивал мечом настоящий дождь из острых как бритва льдинок, бьющих с рук Джоаны Прадмур.

— Опять ты, коротышка! — Чтобы проклятый принц не перепутал его с кем-нибудь другим, гоблин даже высунул торс своей марионетки наружу из получившегося голема. Тот, кстати, выглядел совсем даже недурно. Может основа и была у него земляной, зато поверх маленький волшебник налепил как кольчугу камень. Да и про обломки досок не забыл, утыкав живот и плечи своего творения импровизированными шипами. — За то, что ты посмел солгать, будто смог победить меня, смерть твоя будет долгой!

— Между, прочим, я и слова никому не сказал! — Возмутился Тимон, заслоняя свою куклу рукой конструкта от луча зеленого света. Конечность осыпалась вниз грудой мусора, вместе с частью плеча. Но почти мгновенно вновь поднялась в воздух и приросла на место. Даже самая темная магия не могла разрушить структуру, которой там в общем-то и не было. Ведь мусор он и есть просто мусор. Удерживаемый силой телекинетика на нужном месте. — Просто показал повыше кусок воска с прицепленной поверху паклей, а остальное уж люди и нелюди сами додумали!

— Не имеет значения. Фростмороон жаждет крови! — У проклятого принца появился противник в зоне досягаемости. Причем такой, которого Артас жаждал действительно уничтожить, а не просто убрать незначительную помеху со своего пути. Других доводов для того, чтобы вступить в бой, ему не требовалось. С невозможной для человека ловкостью и прыткостью предводитель армии мертвых уклонился от удара глыбы земли. А потом просто запрыгнул на руку получившегося у гоблина конструкта и побежал по ней к голове, роль которой исполнял сам коротышка. И вместе с громадным количеством земли рухнул вниз со стены, когда творение маленького волшебника рассыпалось на отдельные части, а сам он вылетел из оков грунта, будто пробка из бутылки. Однако падение никакого вреда Артасу не причинило, а из груды земли, камней и разного мусора он выкопался моментально. Еще более злым, если только это вообще возможно.

— Эй, парень, побольше такта, если ты хочешь со мной подружиться! — Радостно выкрикнул Тимон, выпуская из посоха молнию. И одновременно слегка отлетая вдаль по прилегающей к укреплениям улице. Никакого вреда он проклятому принцу не причинил, но видимо коротышке просто нравился сам вид мерцающей дуги, соединившей его и Фростморон. — Никто не обещал, что будет легко. Пожуй ка для начала черепицу!

Крыша ближайшего дома начала стремительно зиять разрастающимися прорехами. Её куски срывались со своего законного места и непрерывным дождем били в Артаса, разбиваясь об черные доспехи и меч целыми фонтанами крошки. Никакого вреда это ему не нанесло, даже длинные седые волосы не запылились, однако ответный удар не заставил себя ждать. Зеленый луч, метнувшийся к цели, изогнулся словно змея и почти поразил пытавшуюся от него уйти марионетку. Но встретил на своем пути возникшую из воздуха ледяную глыбу, разлетевшуюся миллиардами сверкающих крупинок.

— Мне не нравится, когда обо мне забывают. — Вопреки легкомысленным словам, намерения у Джоаны были самые серьезные. Это можно было понять хотя бы по следующему миниатюрному айсбергу, рухнувшему прямо на голову бывшего жениха архимага. Груз, способный сломать хребет дракону, при встрече с лезвием зачарованного меча просто развалился на несколько частей. И одну из них, размерами сравнимую с небольшим быком, принц Артас просто взял и швырнул в бывшую девушку, словно комок грязи. Хозяйка города смогла остановить этот снаряд, отбив его в сторону возникшим вокруг её фигуры магическим щитом, но следом за ним уже летел сам проклятый принц, прыгнувший с места не меньше чем на двадцать метров в длину. Однако на его пути вынырнули из под земли выращенные втихомолку Фиэль лианы и потому предводитель армии мертвых не смог зарубить свою первоначальную цель. Чтобы порвать опутавшие его зеленые ростки потребовалась всего секунда, однако этого хватило архимагу чтобы исчезнуть с легким хлопком. И появиться уже намного дальше, в относительной безопасности. На земле где-то под Тимоном, отлетевшим от укреплений уже шагов на сто.

— Бегите, трусы, бегите! — Злая улыбка исказила лицо проклятого принца в насмешливо-снисходительной гримасе. — Все равно вам не скрыться от моего гнева! Даже тебе, Джоана! А ведь все могло быть совсем иначе, подумай ты тогда получше и прими ты мое предложение…

— Думать надо было тебе! — Прадмур тяжело оперлась на свой посох. Телепортироваться она умела, но каждое такое перемещение в пространстве давалось ей очень и очень нелегко. — Причем до того, как ты присягнул демонам и залил собственную страну кровью! Да я возношу благодарственную молитву всем богам за тот день, когда послала тебя подальше и отправилась заниматься проблемами своих земель! Ведь всего через год после этого ты вырезал всю свою родню и мне почему-то сомнительно, что ради жены было бы сделано исключение! А даже если и так, твои хозяева с их темным благословлением и ароматом тухлятины из пасти могут поцеловать меня в задницу!

— Очень соблазнительное предложение. — Заметил висящий в воздухе гоблин. — Что? Я бы принял!

Хозяйка города с сомнением поденяла голову и покосилась на зеленого коротышку. Опустила взгляд на Артаса. Снова одарила своим вниманием мелкого чародея. Но в конце-концов швырнула небольшое ледяное облачко, на пути которого трескались камни мостовой, все-таки в проклятого принца. Тот, однако, и не подумал поскальзываться на возникшей у него под ногами ледяной корке или замерзать насмерть. Был слишком занят тем, что снова рубил лезущие из земли толстые корни, пытающиеся самым натуральным образом снять с него сапоги. Фиэль решила, что если броня её противника непробиваема, то надо попробовать избавить его от лат. Вот только как она не старалась, ей ни удалось нащупать на обуви Артаса ни одной застежки. В голове волшебницы против воли возник вопрос, а как она вообще снимается и снимается ли вообще. А если нет, то чем же тогда пахнет нога под черным металлом и насколько силен данный аромат.

— Как ты его терпишь? — Поинтересовалась Джоана у сидящей на крыше храма эльфийки, призывая двух духов воды. Воплощения стихии задержали снова прущего вперед с неумолимостью горной лавины Артаса едва ли на пару секунд. Всю аномальную растительность он уже изрубил в салат и даже землю на полметра вглубь проморозил, чтобы не лезло новой. Лезвие магического меча уничтожило свои цели с одного касания, оставив растекаться по улице одну большую лужу. Но потом в дело вступил вновь собранный гоблином из разного хлама голем. Состоящий по большей части из мусора конструкт попытался накрыть мишень собой и погрести её под рукотворным курганом. И у него это даже получилось. Вот только проклятый принц прорвался сквозь обступивший его грунт, будто сквозь паутину. — Я бы уже давно прибила этого мелкого извращенца! Нет, я бы прибила его прямо сейчас, если бы здесь не было Артаса!

— Ну, обычно мне достается далеко не все его внимание. — Про заключенное ей по дурости и с треском проигранное пари Златокудрая решила промолчать. Тем более, объяснять было долго, а она пыталась заставить росший в чьем-то саду молодой дубок превратиться в энта. Ожившие дерево у неё получилось хиловатым, но выдержало аж целых три удара Фростмороном! Первыми двумя проклятый принц обрубил ветки-руки и только потом добрался до ствола-сердцевины. — Рядом с ним есть еще женщины. Много. В количестве от трех и до бесконечности.

Чавк! На голову проклятого принца упала дохлая коровья туша. Понятное дело, раздувшийся труп он отбил в сторону мечом, словно легкий камешек. Брызнувшая во все стороны трупная гниль благодаря усилиям некромантов была достаточно ядовитой, чтобы заставить проржаветь в пару секунд железо. Она не смогла коснуться предводителя армии мертвых, но жуткой вонью его все равно окатило. И судя по тому, как скривилось лицо Артаса, обоняние он все еще почему-то не потерял. Хотя и был давно и основательно дохлым.

— Катапульты еще стреляют. — Гоблин старательно сделала вид, будто он тут не причем и никто не подправлял траекторию полета снаряда. Однако повыше Тимон на всякий случай все равно поднялся. И тут же переправил по той же цели еще один гостинец, запущенный осаждающими. На этот раз громадную каменную глыбу, обмотанную горящими канатами. Меч проклятого принца разрезал её, словно обычный снежок. — Это не хорошо.

— Моя армия сейчас сломает эти жалкие стены. — Хмыкнул Артас и, неожиданно резко развернулся и пустил зеленый луч в не ждавшую такого Фиэль. Эльфийка судорожно попыталась создать какую-нибудь очень мощную преграду на его пути, понимая, что стандартная защита чары предводителя армии мертвых не остановит. Увы, она решительно не успевала и от понимания этого её волосы встали дыбом и кажется еще чуть-чуть поседели. Зато успел гоблин, выдернувший свою подневольную девушку с уже насиженной крыши, словно рыбу из воды. У Златокудрой даже ребра затрещали от сжатия незримыми тисками, однако возмущаться она и не подумала. Не после того, как нагретый её спиной храмовый шпиль разлетелся металлической пылью. — Собственно я удивлен, что она еще этого не сделала. Но падение стен лишь вопрос времени. И тогда колдуны смогут заняться своей работой, а ваши убитые солдаты восстанут из мертвых, чтобы нести погибель живым. Вы все сохните тут! Во имя вечности!

— На сегодня у меня другие планы. — Проинформировал его гоблин и забор садика, из которого Фиэль призвала молодой дубок, разлетелся на отдельные штакетины. И все они одна за другой полетели в проклятого принца, словно непрестанный поток из дротиков. Последнему пришлось несколько секунд изображать из себя лесопилку, уничтожая эти своеобразные метательные снаряды. — Во имя сисек!

— Ч-Чего? — Джоана была так удивлена, что даже промазала огненным шаром, ударившим в землю на расстоянии пары шагов от Артаса. Впрочем, возникшего на секунду облака пламени все равно хватило, чтобы воспламенить стружки и обломки, в которых тот стоял по колено. — Это еще что за клич такой, а?!

— Нет, ну я мог бы крикнуть, скажем 'За пони'. — В руках у гоблина возникла бомбочка, которая секундой позже развалилась на две части под лезвием Фростморона. Зажигательная жидкость, пылая, стекла с черных лат, не в силах за них зацепиться. — Но потом подумал и решил не связываться с плагиатом. Ну чего, продолжим танцевать, ваше дохлое высочество?

— Величество! — Строго поправил его Артас, пытаясь достать верткого коротышку зеленым лучом. Последний хоть и обладал некоторыми свойствами к самонаведению на цель, но не успел угнаться за гоблином, нырнувшим в печную трубу. И тут же вылетевшим из окна, держа в обнимку пузатый горшок. — Я король Лордерона!

— Нет. — Рука была сунута в посуду, извлечена наружу и вдумчиво обсосана. — Не варенье. Овсянка какая-то. Жаль, не выйдет из меня Карлсон.

— Много чем меня убить пытались. — На этот раз проклятый принц от летящего в него снаряда просто увернулся. — Но вот кашей, кажется, первый раз.

— Всегда полезно открывать для себя новые горизонты. — В руках у Тимона появилось гарпунное ружье. — Вот, например, давайте обсудим с вами вертикальный взлет, страх высоты и аварийную посадку!

— В другой раз. — Артас поймал оружие за цепь и демонстративно её порвал. — Я сейчас не в настроении.

— А мы настаиваем! — Растительность в зоне досягаемости Фиэль кончилась и потому она перешла на классическую магию. Огненная стрела ударила в вывеску магазина, под которой остановился проклятый принц, и размалеванная деревянная доска почти хлопнулась ему на голову. К сожалению эльфийки, Артас успел сделать шаг в сторону. Его даже пылью не обдало, поскольку мостовую как следует замостили булыжником.

С гулким треском обрушился участок стены, к счастью никого под собою не похоронив. От защитников его уже очистил Артас, а нападающие на него почему-то так и не зобрались. Крики там, где шла битва, начали постепенно затихать. Не то чтобы бой кончился, но накал его очевидно снижался. Одна из сторон явно одерживала победу, а вторая вымоталась донельзя. Да и пушки гулко бухали все реже и реже. Лишь три оставшихся в воздухе боевых дирижабля продолжали равномерно осыпать поле боя градом снарядов из орудий, уцелевших после близкого знакомства с костяными драконами. Роспись принца Кельтаса и втихую свистнутая им печать лорда-маршала Гаритоса стояли под документом, смысл которого сводился к фразе 'Альянс заплатит за все'. И потому гоблины старались как могли, опустошая свой боезапас до донышка и зарабатывая золото.

— Кажется, все кончено. — Принц Артас повернулся в сторону пролома и улыбнулся. По-настоящему, широко. Он был если и не счастлив, то определенно весьма рад. — Теперь уже вам не удержать город, когда в него ворвется орда вурдалаков.

Одинокая фигурка, весьма ловко карабкающаяся по камням, несмотря на протезы, вряд ли была тем, кого ожидал увидеть проклятый принц.

— Все. — Гордо заявил Холхюк, покрытый кровью от макушки и до отсутствующих у него пяток. Костяной посох выглядел так, словно его составляющие несколько минут назад находились еще в чьей-то спине, а черепушка на его вершине имела крайне сытое выражение морды. Точнее, оборжавшееся до отвращения к еде, как к явлению. Непонятно было, как лишенная плоти голова неведомого монстра умудряется корчить такие гримасы, но, тем не менее, ей это удавалась прекрасно. — Я закончил.

— Закончил что? — Принц Артас насторожился и заколебался, не зная, кого атаковать следующим.

— Твою армию, чего же еще. — Пожал плечами гоблин, как будто говоря о чем-то само собой разумеющимся. — Видишь ли, наш уважаемый Холхюк при всех своих достоинствах и уникальных талантах на ниве магии по сути дела вовсе не заклинатель. Он боец. Контактный. Когда-то давно изначально готовившийся к схваткам с многочисленными, но тупыми врагами. Отточивший свое умение до такой степени, что обычные противники просто физически не представляют для него угрозы. Пока демоны, катапульты и некроманты соревновались в огневой мощи с пушками, стрелками и чародеями, он скромно спустился вниз и бродил вдоль основания стены. Убивая по три-четыре вурдалака или гончих хаоса в секунду. А большее количество противников сразу к нему подобраться не могло, поскольку они сами себе мешали. Произведя же подсчет времени, который прошел с начала штурма и нехитрые математические вычисления, можно примерно подсчитать процент потерь среди атакующей пехоты. Артиллерией же и магами город не взять. Их просто перебьют в лабиринте улиц, где нельзя поражать цель на большой дистанции.

Сначала несмело и робко, а потом все сильнее и сильнее начали раздаваться победные крики людей. Отбросившие тварей защитники перевели дух, поняли, что они, скорее всего, переживут этот день и начали бурно радоваться жизни. Даже сломанная в качестве прощального подарка кем-то стена не особо их волновала.

— Хм, что ж, сегодня вы победили. Но я вернусь! — Артас сорвался с места…И завяз в настоящей метели из битого камня, которую поднял своими усилиями телекинетик. Пока Тимон говорил, он как бы между делом летел навстречу охотнику на демонов. Проклятого принца он обогнул по изрядной дуге, но разглядывающий нового противника Артас не придал данному факту значения. И теперь между проклятым принцем и остатками его отступающей армии находилось уже два крайне опасных существа.

— Держи его Холхюк! — Отчаянно заорал коротышка, цепляясь за ближайшую крышу, чтобы не отвлекаться на поддержание в воздухе самого себя. — Девочки, давайте ко мне! Тормозите его! Не дайте этой твари уйти! Мы его сейчас должны дожать!

— Глупцы! — Фростморон принял на себя алую молнию, созданную охотником на демонов. И заклятие времен первой войны с Пылающим Легионом не смогло одержать верх. Чары бессильно разлетелись дождем из искр, оставляющих в мостовой крохотные пятнышки лавы. Однако и владельцу магического меча пришлось прорываться через настоящий ливень из всякого мусора, отскакивающего от черных лат. — Меня невозможно убить! Я вечен и неуязвим!

— Ври больше, блонди! — Оскалилась гоблинская марионетка, идея навстречу проклятому принцу и начиная раскручивать в руках железный посох. — Твоя защита хороша, но не идеальна! Она имеет фиксированный запас прочности! Большой, просто огромный, но отнюдь но не бесконечный и достаточно медленно восстанавливающийся! И сейчас он близок к концу.

— Что?! — Артас на секунду замер, настолько велико оказалось его удивление. Казалось медленно и неловко ковыляющий ему навстречу на своих протезах Холхюк взорвался вихрем ударов, буквально размазываясь от скорости. Сделанный из позвонка дракона посох одним концом отвел в сторону зачарованное лезвие клинка, а вторым почти подсек ноги предводителю воинства мертвых. Ему не хватило буквально волоска, чтобы стукнуть по черному металлу. — Да ты свихнулся, коротышка!

— Сделай не такое каменное лицо, дохляк или носи шлем, чтобы скрыть свой испуг! — Не остался в долгу гоблин, отвлекая разговором вступившего в фехтовальный поединок проклятого принца. Град из всевозможных предметов и не думал утихать, огибая Холхюка и падая на Артаса. Камни и мусор уже кончились, теперь в проклятого принца летел спрессованный грунт и обломки ближайшего дома, который медленно переходил в состояние откровенных руин. — Для того, чтобы сложить два и два и получить четыре не надо быть избранным! Энергия не берется ниоткуда, а на свои фокусы ты тратишь целую кучу сил. Но даже море можно вычерпать, а в твоем распоряжении отнюдь не море, а всего лишь волшебный меч. Хороший, великолепный, превосходный, через который у тебя налажена связь с истинным хозяином всей нежити. Однако свои ограничения есть и у него, и у тебя.

— Больше глупости в жизни не слышал! — Расхохотался проклятый принц слегка надтреснутым голосом, безуспешно пытаясь зацепить Фростмороном Холхюка. Однако охотник на демонов был ничуть не медленнее проклятого принца, а точнее даже гораздо быстрее его. Глаз не успевал за скоростью движений ветерана первой войны с демонами, прошедшего через изменивший его по образу и подобию врага ритуал. Если бы не незримая броня и явная боязнь противника хотя бы поцарпаться о зачарованный клинок, Артас уже давно был бы размолочен до состояния железно-костяной пыли. — Жалкая букашка, да ты никак сошла с ума! Я смету тебя как пылинку!

Фиэль, которую между делом опустили на новую крышу, стала концентрироваться на том, чтобы превратить почву под ногами Артаса в зыбучий песок. Болото он сумел заморозить, но пройдет ли такой фокус с осыпающимся барханом? Особенно если топать по нему тяжелым сапогами черных доспехов.

— Блефуешь, падаль. — Ласково улыбнулся Артасу гоблин, нижаясь над проклятым принцем. Холхюк отскочил назад, тяжело дыша. Его напор мог размолотить в каменную пыль скалу, но на проклятом принце не осталось ни царапины. — Чтобы понять это, достаточно лишь проанализировать крупнейшие битвы этой войны и сделать выводы. Кел Тузеда лишали тела то ли пять, то ли шесть раз. Старичок воскресал на алтаре и как ни в чем не бывало продолжал работать. А вот тебя терять никак нельзя было. Ведь запасного Фростморона в наличии нет. И потому верховный лич изредка проигрывал, но никогда не отступал. А ты регулярно драпал от превосходящего противника, когда он умудрялся создать по-настоящему опасную ситуацию, в которой вроде бы непроницаемую защиту могут истощить. Ведь кое-кто тут страшно боится умирать, зная, что без волшебного меча он никому и даром не нужен.

Фростморон срезал голову марионетке первым же ударом. Намертво сцепленная со шлемом деталь магическим образом управляемого манекена покатилась по многократно перепаханной магией земле, пятная её каплями черной жидкости, пахнущей лесным орехом. Сестры Хорвальдс все-таки оставались женщинами и потому обычному машинному маслу предпочитали ароматическое, сделанное по собственному рецепту. Пачкаться подобным составом им было приятнее. Однако поскольку контрольные руны остались целыми, кукла и не подумала выходить из строя. Широко распахнув руки, она обняла обомлевшего проклятого принца, ожидавшего чего угодно, но только не этого. А потом отскочила, окутываясь черным дымом. На пояснице Артаса, выше миниатюрному подобию гоблина было не дотянуться, осталось висеть несколько кусочков динамита. Грянул взрыв.

— Души нет и, кажется, даже не было никогда. Голова отросла практически мгновенно. — Предводитель армии нежити с сомнением посмотрел на свое оружие, оказавшееся бесполезным. Ему практически в лицо, правда, с расстояния в несколько десятков метров, скалилось еще одно подобие гоблина. На этот раз Тимон взял их больше чем две шутки, пожертвовав большей частью носимого боезапаса. — Джоана! Милая моя, что за тварь ты умудрилась призвать на защиту своего города?

— Я тебя не милая. — Проинформировала бывшего кавалера архимаг, зажимая небольшую ссадину на щеке. Сразу же после своего вопроса проклятый принц швырнул в волшебницу своим любимым боевым заклятием. Вознкший перед её лицом ледяной щит выдержал удар, но брызнувшая от него крошка лишь чудом не оставила девушку без глаз. — И я его не звала. Он сам пришел. Вместе с этим чудовищем, которое словно дракон пожевал, до половины переварил и выплюнул. И ты еще заявился…Не везет мне сегодня, ой как не везет…

— Да ладно, Тимон смирный. Сколько его знаю, а чуму он на страны не насылал, города не сжигал, кровавую резню не устраивал. — Заверила её эльфийка, заканчивая создавать управляемые зыбучие пески. И умалчивая о конкретных сроках, с которых начались их взаимоотношения. Ноги Артаса начали медленно скрываться из виду, уходя в глубины земли. Ну как в глубины, Златокудрая ограничилась трехметровым слоем. В конце-то концов её силы были далеко не беспредельны. — Главное вовремя кормить, водить гулять и сводить с его ручной суккубой. А Холхюк так и вовсе весьма уважаемая персона среди себе подобных. Самый старый и мудрый шаман ледяных троллей, практически дедушка всей нации! Причем до начала войны с нежитью вообще уже целую кучу столетий жил скромно, стараясь лишний раз не напоминать миру о своем существовании.

— Ну, ты думай, чего говоришь! — Постучала по шлему себя марионетка, пуская в Артаса второй рукой молнию из посоха. — Я тебе чего, пекинес, чтобы обо мне так обзываться! Между прочим, я самый страшный темный маг в нашей спальне! Ладно, твое поведение мы потом обсудим, когда наконец устроим одной слишком буйной горстке праха принудительную кремацию.

Хозяйка города тем временем попыталась пробить спину Проклятого принца целым роем острых льдинок, срывающихся с её посоха. Десятки и сотни сверкающих на солнце снарядов били в одно и то же место, словно хрустальный поток и даже Фиэль с её острым зрением не успела заметить темную тень, мелькнувшую среди светлых снарядов. А потом уже было слишком поздно.

— Ааа! — Волшебница с криком вырвала из запястья пробивший ей ладонь кинжал, с украшенный крупными синими камнями рукоятью. А потом застонала чуть ли не сильнее, чем до того. Плоть Джоаны стремительно распухала и гнила, обнажая кости. Лезвие явно было смазано ядом.

— Что такое, дорогая. — Обернулся Артас, метнувший оружие в слепую. — Не ожидала, что твои защитные чары могут проигнорировать то, в чем хранится частика сил их создательницы? Или ты забыла о том прекрасном ноже, который подарила мне на пятнадцатилетие? А я, как видишь, бережно хранил подарочек. Всегда носил его в рукаве. И сейчас вернул его с довеском!

С хлопком архимаг исчезла с улицы и появилась на крыше рядом с Фиэль.

— Защити меня, пока я вожусь с отравой. — Прохрипела она, серея на глазах. Гниющую конечность волшебницы покрыл наколдованный лед и разложение, уже почти дошедшее до локтя, остановилось. — Я хорошая целительница и смогу вывести яд, но мне нужно время! Если оставить эту дрянь в покое, она за десять ударов сердца разнесется по всему организму!

— Сделаю все, что смогу. — Кивнула Фиэль, мысленно примеривая подобную травму на себя и передергиваясь. Она бы остановить процесс гниения скорее всего просто не смогла из-за болевого шока и погибла бы хоть и быстро, но весьма мучительно. — Обещаю.

— А мы поможем. — Кивнул гоблин и обрушил на проклятого принца с десяток бомбочек, извлеченных из свернутого пространства. — Займем нашего дорогого гостя так, чтобы он своими ногами отсюда точно не ушел!

Ушедший в зыбучий песок до голени Артас легко вырвался на свободу и попытался уйти, кинувшись в одну из боковых улиц. Однако путь ему перекрыл гоблин, просто обрушив стены близкостоящих зданий. А там и отдышавшийся Холхюк подоспел. Костяной посох крутился в руках, разрывая воздух быстрее чем лопасти гномьего вертолета. Если бы проклятый принц не отбивался, то в каждую секунду получал бы не меньше десятка ударов. И оставалось только гадать, как долго могла продержаться под подобной нагрузкой его нематериальная броня

Фиэль управляла своей песчаной ловушкой, пытаясь тормозить проклятого принца и одним глазом наблюдала за хозяйкой города. И то, что она видела, заставило её испытать самую настоящую зависть. Под слоем прозрачного льда гнилая плоть постепенно розовела, лопины на ней закрывались, рука возвращалась к нормальному состоянию. Леди Прадмур явно губила свой талант, изучая боевую магию вместо того, чтобы сосредоточиться на целительстве.

— Я долго и безуспешно искала способ бороться с чумой мертвецов. — Пояснила волшебница, перехватив взгляд эльфийки. — Успеха пока не добилась, но кое-какие промежуточные результаты на ниве борьбы с последствиями темной магии определенно есть. А у этой проклятой эпидемии и нанесенном на тот кинжал зелье похоже очень много общего.

— Ты до сих пор не веришь, что сегодня наступает твой последний день? — Участливо осведомился у Артаса гоблин, вновь устраивая настоящий дождь из камней, когда охотник на демонов отошел отдышаться. Джоана, окончательно победившая яд, перекрыла ледяной пробкой переулок, куда едва не юркнул её бывший кавалер. А затем методично и последовательно стала устранять ему и другие пути к отступлению. — Смирись, мужик, ты попал в мою ловушку. Все было распланировано от и до! Сначала пришлось тратить энергию на болоте. И ладно бы сам спасался, ты еще и своих миньонов берег. Затем кросс по пересеченной местности с умопомрачительной скоростью, когда я начал морально твоих слуг разлагать при помощи фальшивок. На то, чтобы двигаться быстрее идущего на форсаже дирижабля тоже энергию тратить пришлось, скажешь, нет? Потом ритуал по призыву демонов. А ведь когда слишком мало рабов, роль главной батарейки исполняет Фростморон. Я специально уточнял, когда собирал сведения о тебе и ходе крупных сражений. Ну а следом был сам штурм, в котором ты устраивал массовый подъем нежити и принимал на грудь пушечные выстрелы. Ну а теперь финиальный аккорд. Четыре архимага…Ну ладно, пусть три с хвостиком. Фиэль до этого звания все-таки изрядно не дотягивает, да и Джоана в силу молодости среди титанов волшебства идет в самой низшей лиге.

— Эй, я свое звание получила по праву! — Возмутилас Прадмур, затыкая ледяной пробкой еще одну щель межу домами. — А вас в списках своих коллег вообще не помню!

— Холхюк старше, чем Даларан и все его корифеи вместе взятые, а у меня энергии больше, чем у десятки таких как ты. — Отмахнулся от неё гоблин. — Детали и формальности не имеют значения, главное, что мы по тем или иным причинам обладаем схожими характеристиками.

— Да с чего ты вообще взял, будто мои силы могут иссянуть, жалкий карлик?! — Взревел бешенным быком Артас. Зеленый луч сорвался с руки проклятого принца и полетел в Холхюка, не успевающего из-за ничтожности разделяющей их дистанции среагировать…Но сорвавшийся с верхушки его посоха с диким и обреченным воем слетел рогатый череп и принял на себя весь удар, рассыпавшись быстро тающими черными искрами. — Я бессмертен! Я вечен! Я неуязвим!

— При осаде Даларана слитный залп архимагов развернул тебя на сто восемьдесят градусов. Сколько таких нужно было, чтобы одержать победу? Два или три, максимум четыре. А игра в кошки-мышки с Сильваной, после которой ты сбежал со стрелами в заду? Тогда за несколько дней не прекращающейся битвы и обстрела с безопасной дистанции рейнджерам эльфов удалось истощить твою защиту. — Спокойно, словно маленькому ребенку, пояснил гоблин, оттаскивая излишне увлекшегося охотника на демонов телекинезом назад. — И она не могла наполниться в бою или за пару редких часов затишья, для этого процесса требовалось время. Именно потому ты казнил пленницу настолько медленно и мучительно, хотя под конец она сломалась и была готова на любые унижения и преступления, лишь бы ей только перестали делать больно. Но тебе требовалось отыграться за собственный страх, когда костлявая хватка смерти вдруг сомкнулась на твоем горле и выпустила его очень-очень неохотно. Я и про другие похожие случаи навел справки, но извини, сейчас мы их вспоминать не будем. Ведь пока здесь чешут языками, твоя нематериальная броня пусть медленно, но восстанавливается.

— Но как…Откуда ты про эту излишне меткую дрянь то узнал?! — Артас определенно был обескуражен. И он больше не мог удержать на своем лице каменную маску. Теперь уже каждому, кто бросил бы на него хотя бы беглый взгляд, стало ясно, как сильно напуган проклятый принц. — Там же не было посторонних! Никаких!

— Слуг всегда можно разговорить и заставить действовать против хозяев. — Фыркнул гоблин, на самом-то деле с Сильванной просто пару раз беседовавший на тайных встречах. Фиэль даже присутствовала на одной из них и не могла не признать, что перемены пошли бывшей главе рейнджеров на пользу. Она уже очень сильно напоминала себя-живую, а не просто сохраняющую тот же облик кровожадную тварь. И действовала соответственно, за месяцы своей работы разогнав несколько шаек мародеров и браконьеров, в которых однако же никого не убила. Во всяком случае, никого из эльфов, иначе бы Златокудрая точно узнала об этом. — Даже если они мертвые. Кто будет следить за странно ведущим себя дохлым полотером и проверять его на предмет предательства? Особенно если он лишь прилежно исполняет свои обязанности и избавляет твой дворец от мусора. А пользы от него может быть много. Мне, знаешь ли, чихать на установленные законами запреты в искусстве магии.

Бряцая железом, в конце улицы появился отряд ополченцев. Спустившись со стены, они видимо намеревались начать тушить разгоравшиеся в городе пожары, однако откладывать оружие в сторону было еще рано. Быстро проанализировав обстановку, они опознали предводителя вражеской армии и подняли крик.

— Не лезть! — Рявкнула своим подданным Джоана, опасно свесившись с крыши. — Вы тут только зря поляжете! Зовите магов! Артиллерию! Рыцарей!

— Фиэль, подай какой-нибудь сигнал на дирижабли! — Крикнул тем времен Тимон, рядом с которым вместе двух пустых домов стояло уже два котлована. Для того чтобы запулить тяжелым снарядом в свою цель, гоблин уже использовал камни из фундамента. — Столб света там или иную какую иллюзию! Хватит им не пойми куда палить, пусть упражняются в точечном бомбометании!

— Вам не остановить меня! Нет! Не остановить! — Непонятно было, кого убеждает этим криком Артас. Своих противников или все-таки себя. Он ринулся вперед, размахивая мечом и начал теснить Холхюка. В мастерстве охотник на демонов превосходил своего соперника многократно, однако был по сравнению с ним все-таки слишком уязвим. — С дороги, урод!

Удар закованной в черную сталь ногой по протезу сломал зачарованную дерявшку как тростинку. В следующее мгновение лезвие Фростморона погрузилось глубоко в грудь старого ночного эльфа, выйдя из спины.

— Я заберу твою душу! — Рявкнул проклятый принц в лицо поверженному врагу, пытаясь хотя бы частично восстановить силы при помощи своего клинка. Руки изгнанника, ставшего живой легендой среди ледяных троллей, вцепились в лезвие, однако Артас не придал этому ни малейшего значения. Сколько уже его жертв умерло у его ног подбным образом, не знал даже он сам. Неожиданностей не должно было быть.

— Перебьешься, сопляк! Имел я твоих демонических покровителей с их грязными чарами! Если они хотят из меня чего-нибудь высосать, то пусть лично жамкают своими губами мой посох! — Длинные и корявые пальцы сжались поверх черных перчаток брони, не давая вытащить меч. В пустых глазницах вспыхнуло пламя, да так там и осталось, сформировав два огненных шарика с вертикальными черными провалами зрачков. Из шрамов на лысине полезли многочисленные корявые рожки, покрывающие голову костяной короной. Холхюк внезапно увеличился в размерах чуть ли не втрое, а за плечами его раскрылись крылья из тьмы. Охотник на демонов перестал маскироваться и показал свое истинное лицо. А для полного счастья из разорвавшейся в клочья одежды вылезло полтора десятка разных змей. По конечностям своего хозяина как по мосту они переползли на проклятого принца и юркнули ему за воротник непробиваемых доспехов. И кусали, кусали, кусали все на своем пути! — Давайте моя королева, я держу его!

Дополнительно к лезвию Фростоморона противников соединило сразу две алых молнии, бивших из глаз Холюхка. На этот раз незримая броня Артаса не смогла поглотить их полностью и волосы закричавшего от гнева или боли проклятого принца вспыхнули. Если раньше он был еще относительно красив, хотя и изрядно непричесан, то сейчас мгновенно стал напоминать обычного низшего живого мертвеца. Магическое пламя не могло сжечь его плоть дотла, но все же заставляло её пузыриться и кипеть. Подлетевший к замершей в жутком объятии парочке Тимон извлек из свернутого пространства длинный трехгранный и странно изогнутый штырь. Гоблин вонзил его в спину предводителя армии нежити, подналег и быстро-быстро задвигал им по кругу, не то разрезая, не то разрывая черный металл зачарованной брони.

— У всех жестянок уязвимость к консервным ножам! — Прохрипел коротышка, изо всех сил налегая на жалобно трещащую рукоять. Ему явно едва-едва хватало сил, притом что мелкий волшебник смог бы при завязать узлом пушечный ствол, если бы тот оказался достаточно гибким, чтобы не порваться. — Против классового дебаффа не попрешь!

Прорезав отверстие, в которое мог войти кулак, Тимон затолкал внутрь проклятого принца зажженную динамитную шашку. Самую большую и качественную, которую смог найти в своей расположенной внутри свернутого пространства кладовой. А потом принялся бить Артаса по рукам, пытаясь заставить выпустить Фросмторон. Взрыв заворошил все пылью, а когда она рассеялась, на месте трех опаснейших существ лежало просто три тела. Одно маленькое и зеленое, истекающее машинным маслом. Одно большое и почти черное, с засевшим в груди мечом. И одно похожее на цветок, поскольку черные доспехи на спине раскрылись довольно причудливым образом. Живым последнее не было уже давно, но теперь и существовать дальше не могло совершенно точно. Во всяком случае ошметки головы Артаса, узнаваемые в основном по волосам, вели себя смирно и даже не моргали.

— Хол! Хюк! — Марионетка попыталась подняться, но у неё отвалилась одна из ног. Тогда оставшееся просто взлетело в воздух при помощи телекинеза. Каким чудом контрольные руны оказались не повреждены было решительно непонятно. — Ты! Как?!

— Жив. — Однозначно ответил охотник на демонов, вытаскивая из груди Фростморон. — Но теперь я долго не смогу принять нормальное обличье, в нем подобный порез просто убьет меня. Проклятье, да если бы он ударил еще раза два три или попал в сердце, а не в легкое, то аура бы уже расползлась клубком гнилых ниток. Да, темная штуковина, давно я таких не видел…

— Мда. Ты, полагаю, тоже у нас бессмертная. Или трудноубиваемая настолько, что дракон рядом будет выглядеть как улитка без раковины. — Хозяйка города очень уж недружелюбно посмотрела на Фиэль. И поудобнее перехватила свой посох. — Да где ж вы раньше то были, а, мастера запретной магии?! Почему раньше не помогли всю эту дрянь передавить в зародыше?! А?! Почему?!

— А с чего вдруг расправляться с армиями нежити и присягнувшими демонам правителями государств вдруг стало прерогативой тех, кого официальные власти за их исследования бросали в тюрьмы?! — Внезапно неожиданно самой для себя окрысилась на архиимага эльфийка. Хотя как внезапно…Краем глаза несмотря на накатившее на неё раздражение она заметила крайне сосредоточенное лицо гоблина. Проклятый карлик просто управлял её эмоциями! И, похоже, то же самое он зачем-то делал с внезапно разбушевавшейся Джоаной. — Или это новый знак отличия такой и почетная привилегия?! Да и вообще, если бы да кабы, то Артаса следовало еще в колыбели удавить! Однако чего-то за последнюю тысячу лет более-менее внятно изъясняющихся пророков как то не случалось. Да и до того их было не густо. Ты же сама его послала подальше, чуя гнильцу. А я его вообще первый раз увидела, когда он столицу Кель Таласа штурмовал!

— Ладно, сейчас для такого разговора не время и не место. — Архимаг протянула исцелившуюся полностью руку и коснулась эльфийки, а после они обе с хлопком телепортировались с крыши. И возникли у развороченного тела Артаса. — Меня сейчас больше интересует, чего же нам с Фростмороном делать. Такой артефакт представляет изрядную опасность. Но и изучить его ой как хочется. Хотя нет, пожалуй, лучше этого не делать, а то мы рискуем получить второго проклятого принца, только без короны на голове. Значит, надо его уничтожить или спрятать.

— Да чем тут думать? — Фыркнула гоблинская марионетка, по-прежнему висящая в воздухе и плюхнулась на песок. Теперь, когда Фиэль больше не колдовала, он перестал быть зыбучим. Но горожане явно еще скажут в её адрес много интересного, увязая в небольшом бархане. — Щас я его съем! И пусть сектанты и демоны хоть все свои силы в рейд собирают, если им так приспичит лут из этой маленькой зеленой тушки выбить.

Уцелевшая не иначе как чудом рука марионетки, покрытая необычно пахнущим машинным маслом словно кровью, цапнула рукоять оружия. Пасть марионетки растянулась так, что аж треснула. Кончик лезвия начал погружаться в рот куклы и тут же она окуталась черным дымом, скрывая манипуляции с пространственным карманом. Спустя секунду он рассеялся, а на месте фальшивки сидел уже целый и невредимый Тимон. На сей раз настоящий. А Фростоморона не было.

— А? — От такого поворота событий Джоана вновь оказалась ввергнута в состояние шока. Хотя, казалось бы, после такого дня её уже никто и ничто не могло удивить. — Стой! Ты это…Это как?!

— А ничего так дрянь. Сытная. Бодрит и сил прибавляет, вон я как сразу в норму пришел. — Задумчиво пробормотал он и похлопал себя по пузу. А потом задумчиво перевел взгляд на Джоану. — Вот только послевкусие у нее отвратительное. Чем бы таким сладеньким заесть…

Златокудрую, стоящую рядом с хозяйкой города, внезапно окутал страх. Но ей достались лишь отголоски того эмпатического удара, который обрушился на эмоции Джоаны.

— ИИИИ! — Архимаг, принявшая последние слова на свой счет, завопила словно маленькая девочка, увидевшая мышь. А после зажмурила глаза и отважно долбанула гоблина своим посохом по голове. Дерево оказалось слишком хорошо зачарованно и потому коротышка просто не сумел остановить его телекинезом. И отправился в глубокий нокаут. — Помогите!!! Кто-нибудь! Спасите меняааа!

— Секундочку. — Пришла в голову Фиэль мысль, заставив даже отложить ненадолго приведение Тимона в нормальное, ну относительно нормальное, без учета психики, состояние. — А ведь наше знакомство вроде бы тоже с ударов этого зеленого паршивца чем-нибудь тяжелым по голове начиналось!

Глава 37

— У вас все готово? — Требовательно наступал Тимон, грозно сверкая очами. Рабочие на всякий случай попрятались кто куда. Видимо уже были в курсе последних новостей и потому свое начальство дружно решили жутко бояться своего шефа. А может просто опасались, что с них попробуют слупить штраф за простой и невыполнение плана. Длинный нос одного гоблина даже высовывался из чего-то, похожего на доменную печь. Фиэль никак не могла взять в тол, как он умудряется там прятаться, если под основанием странного тумбообразного механизма горит огонь, причем, судя по покрасневшим железным бокам, достаточно давно.

— У нас ничего не готово! — Вяло отбивалась Хлоя, пытаясь собственным телом закрыть верстак, на котором шевелилось чего-то червеобразное и притом механическое. Между прочим, с того момента как нам дали техзадание, прошло едва ли дней двадцать!

— Ну и чё? — С максимально наглым и туповатым видом осведомился зеленый коротышка, успешно прятавший от всех окружающих свой интеллект. — Это разве повод бездельничать? Я за это время сколько всего натворил! Наносил добро, причинял справедливость, выставил Альянсу счет в полтора его годового бюджета…

— Не заплатят. — Подумав, решила Кармен. — Нет. Войну нам объявят, а с таким количеством золота не расстанутся.

— Не объявят. — Фыркнул гоблин. — Побоятся, что я срыгну и с содержимым своего желудка наперевес возглавлю армию мертвецов! Тем более, мы уже начали торговаться, сбавлять сумму и растягивать платежи во времени и пространстве. Но тем не менее, итоговое пополнение нашего бюджета все равно выйдет существенным. И потому у меня есть вопрос! Прошел уже почти месяц! Где мой супердирижабль, который я вам заказывал?!

— В основном на стадии проектирования. — Пожала плечами старшая гномка. — Но почти все детали для его главного механизма уже готовы к сборке. Не хватает только вас.

— В каком смысле, его? — Подозрительно осведомилась Фиэль, поглядывая на гоблина. В голове у неё против пронеслись воспоминания о тех моментах, когда коротышка начинал бурно жаловаться на собственное тело. Слишком хлипкое, слишком тощее, слишком маленькое. — Тимон, ты собираешься переделать себя в машину?!

— Да нет, настолько я еще не спятил. И отрасль нормального киберпротезирования покуда не создал. — Попытался успокоить девушку гоблин. — Просто ты знаешь в чем причина того, что гоблины на соседний континент добираются как и все, кораблями? Дирижаблям нужно топливо. А тащить его столько, чтобы хватило перелететь океан…Короче, дешевле нанять архимага и на пару минуток открыть туда портал. Или снарядить забитое грузом до верхушки мачт судно. Однако если есть почти бесконечный источник энергии…

— То есть ты. — Мгновенно поняла эльфийка.

— Угу. — Кивнул коротышка. — По плану магические печати, почти аналогичные тюремным, высасывают из находящихся в моей каюте существ силу. Только не так интенсивно, но зато постоянно. И при помощи забранного греют турбину.

— Нет, ну не все так просто. — Сочла нужным заметит Хлоя. — Часть энергии не будет из магической превращена в механическую, а станет сразу передаваться на специальные артефакты. Защитные, атакующие поддерживающие расширения пространства…

— А мне силенок то хватит на то, чтобы выдержать все ваши аппетиты? — Забеспоколися гоблин, чьи способности были хоть и велики, но отнюдь не безграничны. — Дайте ка мне расчеты…И объясните, что за штука на этом верстаке вибрирует? Опять используете казенные материалы для создания своих извращенных игрушек, вместо того чтобы просто мужика себе найти? Одобряю, то есть тьфу ты, негодую, но для подобной деятельности у вас и существует свободное время.

— Это не то о чем ты подумал! — Запротестовала Хлоя, почему-то краснея. — Хотя да, внешне немного похоже. И конструктивно. Но предназначение у этой штуки своем другое! Самое, что ни на есть боевое!

— Вы вставили туда блок самонаведения?! — Содрогнулся зеленый коротышка. — Мне уже страшно! Но я боюсь, это оружие после первого же применения запретят как слишком ужасное, чтобы существовать! А нам таки объявят войну весь Альянс, а демоны и нежить выступят вторым фронтом!

— Да нет, говорю же, это совсем не то! — Хлоя сорвала с верстака извивающуюся червеобразную штуку и из её раскрывшейся задней части на пол посыпались какие-то непонятные цилиндры. — Вот! По идее, вместо муляжей здесь должны быть установлены специальные динамитные шашки! А сама конструкция является подземным червем-миноукладчиком! Он роет в не слишком плотной почве норы и минирует то, что надо его хозяину! Эффективность сравнима с лучшими диверсантами, виртуозно владеющими чарами невидимости и искусством маскировки! Во всяком случае, на ближайшую пару лет, потом наверное будут разработаны специализированные охранные чары и амулеты, засекающие его по дрожи земли.

— Оригинально. Многообещающе. Мне нравится. — Подумав, одобрил гоблин. — Но я заказывал у вас не миноукладчик, а дирижабль-крепость!

— Так это и не наша разработка. — Пожала плечами Кармен. — Вон, в проверяющем эффективность охлаждающих элементов баке энтузиаст-подрывник сидит. Мы ему только помогали…Немножко.

Гоблин, прятавшийся в агрегате похожем на доменную печь, это услышал. И тут же спрятался в ней еще глубе и даже заслонку задвинул. Да еще и на засов, судя по скрежету.

— Чего это он? — Удивленно проводил взглядом изобретателя Тимон.

— Стесняется. — Пояснила Хлоя, почему-то краснея еще больше. — Он у нас такой скромный…

— Да ну? — Тимон еще раз подозрительно взглянул на стоящий на огне бак. — Ладно, это мы потом исправим. А сейчас прекращайте запираться и показывайте мне то, что вы сделали в наше отсутствие…

— Господин барон! Господин барон! — В мастерскую влетел гоблин-посыльный, споткнувшись о порог и долбанувшись головой о злосчастный испытательный бак.

— Занято! — Глухо послышалось из недр стоящей на огне конструкции. Потирающий обожженный и ушибленный лоб коротышка отскочил от испытательного агрегата еще на два шага. Налетев на осовбодившийся от миноукладчика верстак и перевернув его. А затем снова подался к необычной конструкции, случайно наступив на ногу зло зашипевшей Хлое. Испугался, подпыргнул, приземлился на валявшийся на полу имитатор динамита, подскользнулся и улегся прямо на не выдержавшую такого натиска Кармен. Та спихнула с себя внезапно обретенное счастье и последнее не вставая на ноги поползло прямо к огню. Проверить, а настоящий ли. И постучать по железяке, чтобы точно удостовериться в том, что ему не почудилось.

— Ну я же сказал, занято! — Истерично крикнул изнутри стенсительный изобретатель в ответ на попытку потревожить его покой. — И не стучите! Не открою!

Судя по перепуганным, однако блестящим азартом глазам курьера, ему было очень страшно и очень интересно, кого же тут то ли жарят, то ли варят живьем. Причем, не встречая ни малейшего сопротивления со стороны объекта экзотической кулинарии. Он даже встал и принялся дергать ручку маленького люка, ведущего в недра бака. Как оказалось, последний был весьма слабо закреплен на опоре, держащей его над огнем. А потому уже после второго свалился и покатился по полу, грозя подмять под себя всех, кому не посчастливилось оказаться на его пути.

— А ну стоять, воплощение мировой энтропии! — Тимон телекинезом остановил емкость, внутри которой ойкало и охало. А заодно поднял посыльного в воздух, где тот при всем желании не мог дотянуться до чего-нибудь ногами или руками. — Пока тебя не разорвало бурлением внутренних процессов, говори чего ты меня звал, и зачем я так срочно понадобился.

— Там это, посольство прибыло. — Сообщил гоблин, роясь в карманах своих штанов. Из одного из них выпал гаечный ключ и приземлился прямиком на скатившуюся с верстака запаянную ампулу. Вспышка малинового света и неповторимый запах давным давно стухших яиц наполнили помещение. — Из Альянса.

— Что, уже деньги привезли? Быстро они чего-то. Либо золото вдруг обесценилось, либо тамошние дипломаты решили, что я при наличии времени еще выше итоговую сумму задрать сумею. — Удивился Тимон, устраивая одновременно в мастерской максимально возможный сквозняк. Фиэль покосилась на треснувшую раму и решила не говорить, что вообще-то данное окно открывалось во внутрь. Все равно на этом месте теперь придется вставлять новое. Или делать еще одну дверь. — А за Сури уже послали? Она ведь у нас теперь главный казначей. Ну и её ручной хомячек на цепочке.

— Нет, послы не с золотом. — Горестно вздохнул посыльный, которому на такое количество монет в одном месте явно хотелось бы ну просто посмотреть. Ну и заодно постараться себе взять немного, кто же там заметит пропажу на общем фоне? А пока всю сумму пересчитают, можно добраться до соседнего континента. — Они прибыли военной помощи просить. Новый главнокомандующий нежити разбил их армии.

— Э… — Судя по замешкавшемуся на пару секунд Тимону, коротышка такого явно не ожидал. — Но как?! Я только что прибыл с фронта! Врага же отбросили вглубь континента и даже взяли то ли три, то ли четыре города некромантов! Сектанты просто не могли собрать заново достаточно сил в районе военных действий! Да еще на фоне потери верховного командования!

— Ну, я не очень хорошо понял, но кажется войска подловили на марше, когда те пытались освободить занятую сектантами территорию. — Посыльный озадаченно почесал головы, видимо пытаясь хотя бы так стимулировать свою память. Спрыгнувшая с его волос неимоверно жирная блоха приземлилась прямо на нос выглянувшему из бака изобретателю. Тот в панике снова скрылся внутри емкости и, судя по звукам, принялся возводить у входа в свое убежище баррикаду. И еще начал кричать чего-то про атакующих нерубианцев, но его было достаточно плохо слышно, чтобы разобрать слова. — Еду солдат отравили во время ужина. Спать ложилось несколько тысяч солдат, а рассвет встретило уже точно такое же количество живых мертвецов. После того как главнокомандующий нежити обзавелся войском, он перешел в контрнаступление и снова вырвался к океану. И даже военный флот Альянса весь целиком захватил. Прямо в гавани и вместе с моряками. Какая участь постигла последних и все население захваченного города, думаю, пояснять не надо.

— Ээ… — На этот раз маленький волшебник пытался осмыслить услышанное в два раза дольше. — Но кто?! В смысле, откуда у нежити взялся новый главнокомандующий? И что он вообще такое?

— Ну, это я уже совсем плохо понял, поскольку меня за порог выпихивали и послали вас разыскать, но кажется это какой-то противоестественный гибрид проклятого принца и верховного лича. — Еще более неуверенно произнес гоблин-посыльный. — Кажется, это существо во всеуслышание обещало мстить вам за своих родителей. Во всяком случае, глава делегации из Альянса принц Кельтас об этом очень громко кричал. Он вообще какой-то нервный.

— Эээ…. — Тимон обескуражено посмотрел на эльфийку большими выразительными глазами. Он явно пытался собраться с мыслями и чего-нибудь сказать. Но ничего у него не получалось. — Эээ….

— Но они же оба были дохлыми, так? — Уточнила Кармен.

— Угу. — Кивнула Златокудрая, сама находясь в глубоком шоке от услышанного.

— И оба мужчинами, верно? — На всякий случай спросила Хлоя, покрасневшая так, что об нее можно было зажигать спички.

— Угу. — Фиэль хватило на то, чтобы утвердительно мотнуть головой. Но не больше. Тимон развернулся на одном месте и пошел к выходу. Ударился носом об открытую дверь, не сумев её обойти. Немного пришел в себя, помотал головой и продолжил движение по выбранному маршруту, на всякий случай выставив вперед руки, чтобы на преграды натыкаться сначала ими.

— Какие, однако у изучающих магию смерти открываются интересные перспективы! — Задумчиво пробормотала гномка-волшебница. — Никогда бы подумала…С другой стороны, смерть это обратная стороны жизни…А у нас нет никакого пленника, который бы достаточно хорошо разбирался в некромантии? Ну, чтобы он мне хотя бы чисто теоретически мог этот момент обосновать? Это же очень интересно и перспективно, согласись?

— Ааа! — Донесся из коридора панический крик. — Зомби!

— Угу. — Сама не поняв, чего и на какой вопрос ответила, Фиэль вышла следом за гоблином. На чужих ошбиках Златокудрая умела учиться даже в таком состоянии и потому руки вытянула вперед сразу.

— Ааа! — Выскочившая ей на встречу перепуганная гоблинка в платье служанки заверещала так, словно в ночное время переходила на сторону некромантов, подрабатывая на полставки баньши. — Спасайся, кто может! Их тут много!

— Эй! Кто-нибудь! — Неуверенно позвал на помощь посыльный, по-прежнему висящий в воздухе, несмотря на отчаянные дергания и кривляния. Усилившимся сквозняком его начало сносить в сторону пролома, ранее бывшего окном. — Снимите меня!

Загудела тревожная сирена в ритме, оповещающем население об атаке нежити. Один из часовых услышал вопли служанки и не разбираясь в их причине вдавил положенную в таком случае тревожную кнопку. Поселок гоблинов стремительно переходил на военное положение, с аэродрома взлетали почти пустые от команды дирижабли с дежурным расчетом на борту. Вздрогнувший от резких звуков служитель вивария случайно дрогнул за рычаг, открывающий клетку с экспериментальным хобгоблином. Здоровенная чешуйчатая туша откусила ему голову и понеслась гулять по дворцу, сея на своем пути смерть, разрушения и панические крики 'Демоны'. Следом за ней несся второй и последний представитель обслуги живого уголка, призывая живьем брать демона. Златокошель обещал скормить его муравьям, если уникальный питомец пострадает и хотя бывший торговый барон теперь сам стал невольником, но об этом пожилой гоблин всю жизнь работавший на обслуживание старого алхимика просто позабыл.

Прислушавшаяся к звукам погрома Сури, которая вышла поприветствовать принца Кельтаса как заместитель куда-то подевавшегося Тимона, моментально вырубила высокого гостя двумя ударами. Одним в челюсть, вторым между ног, в качестве контрольного. На последний пребывающий без сознания эльф никак не прореагировал, и потому суккуба приступила к подготовке допроса пленного. Размышляла она просто, раз враг оказался внутри охраняемого периметра, не подняв шума на внешних рубежах обороны, то значит, имеет место предатель. А посторонние, в виде делегации альянса, буквально напрашивались на эту роль. Тем более и прибыли они без тщательной проверки. Телепортом. Наконец-то дорвавшаяся до хорошей жизни демоница была твердо намерена вырвать у предводителя нападающих сведения о том, какие силы врага сейчас громят её жилище. А еще она мысленно хвалила сидящего сейчас в тюрьме Златокошеля за правильную подготовку залы для переговоров. Помещение со встроенной антимагической печатью располагалось очень далеко от гостевого крыла, в котором размешали свиту гостей. И прямо над небольшой личной пыточной, куда вел отдельный тайный ход.

Обрадовавшийся свободе мутант своим поведением доказывал, что по происхождению он все-таки самый настоящий гоблин! Выходил в одно окно, входил в другое. Обычно они были расположены на разных этажах, по стенам существо карабкалось с ловкостью и проворностью обезьяны. Часовые в него исправно стреляли, наполняя дворец грохотом и криками. Кричали тоже в основном они, когда убеждались, что даже попавшие в бронированную грудь мушкетные пули не могут нанести чудовищу смертельной раны. Монстр, правда, своих обидчиков почти не преследовал, занятый более важным делом. Спасением своей шкуры. В одном из коридор он наткнулся на нового хозяина и его спутницу и, для забавы, не иначе, одним рывком сдернул с той платье. Во всяком случае, иные мотивы у него вряд ли могли быть, поскольку мутанты обычно стремления к продолжению рода не испытывали. Хотя он был и весьма необычным экземпляром…В любом случае, теперь за ужасающим чудовищем гонялись две персоны еще более опасные и притом разумные. Одна швырялась молниями, позабыв про телекинез из-за покушения на то, что гоблин привык считать своим. Вторая явно намеревалась разорвать несчастное создание голыми руками. Или запинать голыми ногами. Ну не заслуживало оставшееся на ней нижнее белье гордого статуса одежды.

Приготовившая пленного к допросу Сури почувствовала пущенные в ход Тимоном силы и слегка расслабилась. Нападающих явно было немного. Даже благодаря эффекту внезапности нанести смертельный удар в спину тому, от кого зависело благосостояние суккубы, они не смогли. А значит ей можно было не волноваться за свою жизнь, с недавних пор полную вкусной еды, боязливого почтения со стороны окружающих, роскоши и свободного времени, проводимого в тепле и уюте. Демоница оценила взглядом свою добычу и осталась довольна увиденным. И взяла в изящные ручки первую иглу. Принц Кельтас, увидев её улыбку и осознав на какое место она нацелилась, почти сумел проглотить вставленный ему в рот кляп.

Кто-то из раззяв-часовых выстрелил в Фиэль, приняв её за суккубу и за общей обнаженности и срывающихся с губ проклятий всему живому. И попал, поскольку будучи практически у себя дома эльфийка защитными чарами особо не увлекалась. Прямо в грудь, почти убив волшебницу на месте. Мутант смог оторваться и выпрыгнуть в примыкающий к дому сад. Удачливого снайпера почти разорвало на куски силой мысли, но тут вмешались подбежавшие эльфы из личной дружины Златокудрой. И попытались четвертовать стрелка-дварфа без помощи подручных средств. Гоблин оставил их заниматься этим без сомнения благородным делом и потащил пострадавшую к целителю, кое-где ломая стены чтобы срезать путь. У выходцев из Кель Таласа скорее всего рано или поздно получилось бы осуществить задуманное, но тут заявился Строри с громадной секирой. По пути он столкнулся с Тимон и окровавленной Фиэль и потому был зол так, что из ушей едва ли пар не валил. Разогнав самосуд при помощи обуха сотник заявил, что все будет происходить согласно традициям его народа! И если Златокудрая скончается, он лично запихнет преступника в чан с расплавленным металлом! Ну а если пронесет, то стрелявший по своим идиот будет работать на неё бесплатно целый век или примет иное наказание, применимое в данном случае в соответсвии с законами Стальхолма.

Сури оставила пленника доходить до кондиции и наслаждаться ощущениями, выглянула в коридор и постаралась узнать обстановку. Ей попался один из слегка побитых Строри эльфов, спешащий в лазарет, чтобы целители занялись его не то сильно ушибленной, не то слегка сломанной рукой. От расспросов он отмахнулся. Из короткого и не слишком внятного бурчания раненного следовало, что все в порядке. Тревогу сейчас отменят, поймавшую пулю в грудь леди Фиэль обязательно вылечат, а бегающую по саду на редкость прыткую тварь наконец-то пристрелят. Суккуба не стала уточнять, кивнула и вернулась к совсем не скучавшему без её общества принцу Кельтасу. Ситуация была ясна ей как день. Диверсия, покушение или чего там еще задумывали нападающие, сорвалось. Последнего из них вылавливают в окрестностях дворца. Предпоследний лежит в пыточной, изображая из себя подушку для иголок. Тяжело пострадала Златокудрая, на месте которой легко могла оказаться она, Сури. Ведь ей тоже приходится очень много времени проводить с одним конкретным гоблином. Который по всем законам логики и был главной целью атаки.

В саду поднялись спрятанные было в земле турели. Опустились. Тот, кто сидел за пультом управления орудиями подсчитал, во что обойдется ремонт и высаживание новых зеленых насаждений. И, самое главное, ему показалось, будто все эти деньги сдерут непосредственно с того, кто их уничтожит. Мутант метался между деревьями, уходя от выстрелов охраны и постепенно приближаясь к забору. Всем уже жутко надоело его гонять, но просто так отупстить чудовище мешало чувство самосохранения. Монстр должен быть убит, иначе есть шансы, что он проголодается и вернется домой. Пообедать.

Сууккуба смерила связанного эльфа взглядом и решила, что живым его не отпустит. Какое именно положение занимает её пленник среди себе подобных она, если и слышала, так пропустила мимо ушей. Ренегатка Пылающего Легиона вообще в реалиях Азерота ориентировалась слабо, по обычаю демонов перевалив все заботы о дипломатии и политике на свое начальство, имеющее право решать. А потому сочла своего пленника обычным расходным мясом, которое назначил на роль фиктивного главы фальшивого посольства настоящий командир террор-группы. И решила с ним хорошенько поразвлечься. Ей давно хотелось пойти на поводу собственным инстинктам, но то времени не было, то лишние свидетели были. С точки зрения самой Сури подобный поступок даже мог считаться добром. Ведь будущий труп протянет чуть-чуть подольше и возможно даже получит в процессе немного удовольствия.

Тимона тем временем в госпитале успокоили, причем целиком и полностью. Собственно сама Фиэль это и делала. Пуля в грудь конечно очень неприятна даже для могущественной волшебницы, но если она не погибла в первые несколько секунд после получения раны, то почти наверняка полностью поправится в самые короткие сроки. Если не добьют. А Златокудрую к тому же еще и лечили так, что уже к вечеру она должна была стать абсолютно здоровой. Выглянувший в окно гоблин увидел злополучного мутанта, выругался, сконцентрировался…Мощнейшая телекенитическая плюха обрушилась на голову чудовища, сжимая её со всех сторон одновременно. Из ушей, глаз и ноздей его вырвались струйки крови и монстр, жалобно взвизгнув, рухнул навзничь.

— Тварь на помойку. — Коротко распорядился гоблин и вспомнил, что кое о чем забыл. — Да, а где наш гость, принц Кельтас?

Поиски главы делегации из Альянса результатов не дали. Эльфийский принц как сквозь землю провалился. Последний раз его видели в компании с Сури, но суккуба пропала тоже.

— Так, ну будем рассуждать логически. — Задумался Тимон. — Была ложная тревога, был вырвавшийся на свободу монстр…Но не мог же он их сожрать. Кельтас сделал бы из этой чешуйчатой обезьяны барбекю. Да и Сури все-таки какой-никакой, а демон. Позволить быстро себя растерзать взбесившейся жертве алхимических опытов не даст. Даже если бы на неё напал дракон, она как минимум бы успела завизжать на весь дворец. А тут все было тихо. Нет, логически у меня вычислить, куда понесло из залы для переговоров эту парочку не получается. Хм…Парочку. А ведь есть там один укромный уголок…

С точки зрения суккубы гоблин в пыточную ворвался как нельзя вовремя. Она еще не успела снять юбку, с первого взгляда принимаемую посторонними за широкий пояс. Или вообще не замечаемую. И даже носимая вместо верхней одежды кираса хоть и уже оказалась расстегнутой, но все еще прикрывала грудь. Теперь, чтобы она не слетела, Сури была вынуждена дышать очень-очень осторожно и почти не дышать. Но она все равно была довольна. Войди её покровитель несколькими секундами позже — и факт измены было бы уже поздно отрицать. А так у демоницы еще оставались некоторые шансы придумать более-менее рациональное объяснение ситуации, в которой их застали.

— Господин, он уже почти во всем сознался! — Обрадовала она гоблина, надеясь, что тот даст её возможность продолжить процесс дознания. Вернее, начать его. Ведь кляп из зубов принца эльфов она так и не вытащила, а с ним отвечать на еще не заданные вопросы было несколько…затруднительно. — Мне осталось совсем чуть-чуть и это жалкое мясо выдаст нам всех своих сообщников!

— Сообщников в чем? — Подозрительно уточнил гоблин. — Может я чего-то не знаю?

— Ну, в нападении… — Сури поняла, что они ничего не понимает. — На вас…Была же тревога, Фиэль подстрелили…

— И во всем виноваты криворукие смотрители зверница, от которых удрал редкостный талант, то есть тьфу ты, мутант. — Голос маленького волшебника не предвещал ренегатке из Пылающего Легиона ничего хорошего. А уж смысл его слов и вовсе заставил её судорожно сглотнуть…И прижаться боком к стене, чтобы кираса не упала. — Но причем здесь наш гость и зачем было тащить его в пыточную я решительно не понимаю!

— Но ведь тревога…гудела…код нападения некромантов… — Сури пыталась собрать все свои разбегающиеся мысли в одну кучу и выдать четкое и разумное оправдание своим действиям. Получалось плохо. Ну, не блистала она талантами и не могла вот так вот сходу симпровизировать. — Я думала, он предатель.

— Девять, десять… — Гоблин суккубу даже не услышал. Считал воткнутые в главу делегации Альянса иглы, идя сверху вниз. Поначалу он пробовал еще и пальцы загибать, но на руках они быстро кончились. — Семнадцать, восемнадцать…Еще и там одна?! Сури!!!

— Да, хозяин? — Суккуба уже по голосу поняла, что она сделала чего-то не так. Но чего она сделала не так, решительно не понимала и потому на всякий случай решила попробовать заранее подлизаться к своему покровителю. Однако некое неясное предчувствие уже сигнализировало демонице, в этот раз отделаться парой легких шлепков у неё не получится. А в голове бродили мысли о том, что шевелиться надо быстрее, добычу прятать лучше и от трупов избавляться своевременно.

— Готовь свой хвостик к ампутации под самый корень! Нет, вместе с корнем! — Обрадовал её гоблин, сейчас больше всего напоминающий демона в миниатюре. Крыльев и пламени у него не было, но выражение лица совпадало один в один. — Щас мы вас с принцем Кельтасом, исполняющим обязанности правителя всех высоких эльфов, местами менять будем! Кровь за кровь, глаза за глаз, иглу в…В общем, на этих органах принцип справедливого возмездия использовать не получится по анатомическим причинам.

— Упс! — Шея суккубы зачесалась, предчувствуя скорое знакомство с топором. Или потерю поддерживающих её костей, ведь хвост рос из позвоночника и тот в общем-то и являлся его корнем. Своего подчиненного, допустившего подобную оплошность, демоница без колебаний отправила бы к ближайшему палачу. Не взирая на наличие личных симпатий, в конце-концов, новую игрушку обладающей властью и силой персоне найти можно быстро. Только свистни, целая толпа набежит. — А может мы его добьем? Ну чтоб не мучился. А то заживать ведь все это будет долго…

Принц эльфов протестующее замычал, активно возражая против подобного развития событий. А может просто испытал новый приступ боли из-за так и не вытащенных инородных предметов в своем теле.

— Ладно, сами разбирайтесь. — Гоблин щелчком пальцев извлек все иголки из едва не потерявшего сознание от боли мага огня. А следующим уничтожил веревки. — Я вам мешать не буду. И антимагическую печать сейчас отключу, чтобы здесь не только обладатели сверхбольшого резерва колдовать смогли. А с тобой, Сури, мы потом поговорим, если ты выживешь. Принц Кельтас, я сильно надеюсь на то, что этот разговор состоится, и она будет способна отвечать. А в противном случае могу слегка расстроится. Думаю, вы сами можете спрогнозировать последствия и потому дважды подумайте о них, прежде чем испепелять тут все направо и налево.

С этими словами мрачный как грозовая туча коротышка вышел, притворив за собой дверь. А суккуба судорожно взглотнула и позволила расстегнутой кирасе все-таки свалиться со своей груди. Ей предстояло много очень-очень неприятных минут и для того, чтобы их пережить, хороши были любые средства.

Спустя тридцать секунд из пыточной выбрался принц Кельтас, уверенно ползущий в только ему известном направлении.

— Если хоть одна живая или мертвая душа об этом, я из могилы вернусь, чтобы заткнуть чрезмерно болтливые пасти! — Прохрипел он. — Сейчас ты поведешь меня в винный погреб и упоишь вином до беспамятства! Для всех я ушел в пьяный загул! На неделю!

— Ну да, понимаю. — Хмыкнул гоблин, поднимая мага огня в воздух. — На то и был расчет, что ты не захочешь, чтобы кто-нибудь знал о подобном компрометирующем событии в биографии претендента на эльфийский престол. Не бойся, твоя тайна вместе со мной будет жить вечно. А если у нас возникнут политические разногласия, я инкогнито опубликую мемуары от лица Сури. С иллюстрациями. И поверь, они будут пестреть такими подробностями, что ты сам в них поверишь!

Где-то на ближайшей свалке встрепенулось тело экспериментального мутанта. Полураздавленный мозг регенирировал и чешуйчатая туша встрепенулась. А потом резво подорвалась со своего места и потрусила резвой рысью исследовать такой незнакомый для неё мир. Он был большим и далеко не самым добрым для своих детей, но у монстра была модная черная чешуя, крепкое здоровье и большие отравленные клыки. В общем, в будущее тварь глядела с оптимизмом, даже не зная, что это вообще такое.

Глава 38

— Вы задержались! — Обвиняюще ткнула в гоблина Джоана Прадмур своим посохом. И тут же отдернула его назад, когда увидела с каким интересом коротышка косится на замерший перед носом артефакт. Сожрет еще…А потеря такого инструмента даже для правительницы едва ли не всей человеческой расы будет заметна. Истинные шедевры в отличии от грубых ремесленных поделок маги создают редко. И еще реже их могут использовать в своих целях другие, не теряя большей части волшебных свойств зачарованных предметов. Проскользнувшую следом за маленьким волшебником гостем эльфийку она не удостоила и взгляда. Впрочем и сама Златокудрая намеревалась хранить полное молчание и изображать из себя не то телохранителя, не то секретаря, заняв место на одном из стоящих вдоль стен диванчиках. Там уже скучали несколько паладинов, старательно начищавших тряпочками сжимаемые в руках двуручные молоты, мечи и топоры. Конкуренцию им составляло примерно такое же количество волшебников, увлеченно полирующих свои посохи, как бы случайно направленные на гоблина. Рядом с ними курил дварфийский пушечный расчет. Вроде бы артиллеристы были без своего орудия, но стоящий рядом с ним шкафчик имел очень уж странную форму. И совершенно не вписывался в окружающий интерьер. Однако приличия были соблюдены. — Мы ждали вас еще десять дней назад!

— Дирижабли стояли на капитальном ремонте после участия в боях. — Отмахнулся от неё коротышка, с интересом рассматривая всех присутствующих. В основном тех, кто сидел за длинным овальным столом. Остальные участники чего-то среднего между военным советом и дипломатическим приемом отвечали ему тем же. Разве только в их взглядах было чуть меньше любопытства, но зато его с лихвой восполняла осторожность и даже опаска. Дураков среди присутствующих не было. И они прекрасно понимали, что вошедший в просторный зал гоблин мог быть сколько угодно смешным, наглым, безумным или совмещающим в себе все три этих качества. Однако он оставался существом, которое смогло победить двух предводителей армии мертвых. И значит огнедышащий дракон рядом с ним просто маленькая забавная ящерка. — Нужно было ждать, пока их починят. Да и вообще, у меня другие дела были.

— Принц Кельтас должен был обеспечить вам телепорт до Штормграда. — Нахмурилась Джоана. — Кстати, где он?

— Увы, но беднягу не скоро выпустят из нашего госпиталя. — Пожал плечами Тимон, плюхаясь в оставленное свободным специально для него кресло. И пододвигая к себе поближе бутылку трехсотлетнего вина, вытащенную архимагом из семейных подвалов. — Мешать на пятый день пьяного разгула в одном желудке три бутылки оригинальных настоек от мастера-алхимика моего народа было не лучшей идеей. А давать потом медсестре золотые монеты за срочную, бережную и анонимную промывку желудка еще худшей. Думаю, когда он все-таки сумеет сбежать от врачей, то станет самым здоровым в мире больным. Так как вы смогли столь доблестно потерять несколько армий и сдать врагу кучу территории? Кельтас поначалу пытался мне чего-то объяснять, но он и сам знал слишком мало, а пил слишком быстро.

— Да, похоже, крушение нашего освободительного похода ударило по нему очень сильно. Наверное, малец уже видел как выжигает огнем всю нежить в человеческих землях. А после не встречая преград на своем пути восстанавливает свое эльфийское королевство. — Тяжко вздохнул сидящий в самом высоком кресле дварф. Судя по почти касающейся порога белой бороде и обильно изрезавшим кожу морщинам, для него маг огня нескольких сотен лет от роду и вправду мог казаться еще ребенком. — Но в любом случае я, Роквар Серебряная Бровь, прошу больше не сыпать нам пепела в пороховницы. В числе прочей нежити, ранее бывшей освободительным войском, сейчас где-то бродят семеро представителей моего клана.

— Ладно, постараюсь от резких слов воздерживаться. — Судя по беззаботному виду коротышки, особо стараться он и не собирался. — В крайнем случае, похраплю. Тем более основные выводы получилось сделать и так. Если отрава, вызывающая так хорошо известную нам всем болезнь, попала в пищу большого количества народа, то речь идет о предательстве. Либо интендантов, либо кого-то выше.

— На сей раз в ваших размышлениях есть ошибка. — Это сказал высокий худой человек, чье лицо прямо таки кричало о десятках поколений благородных предков. — Агенты врага прятались среди маркитанток. Сектанткам оказалось не так уж и сложно соблазнить охранников обозов. А пока те спали, утомленные вином и ласками, вся пища оказалась отравлена. Хотя то, как виртуозно и скоординировано они действовали, проделав всё едва ли не одновременно в большинстве отрядов, выдает личность автора этого ужасного преступления.

— Кел-Тузед. — Кивнул гоблин. — Дайте угадаю, армия собиралась уже давно? И заранее комплектовалась всем необходимым, включая легкодоступных женщин,?

— Ну да. — Кивнула Джоана, даже и не подумав смущаться из-за затронутой темы. В конце-то концов, она была не только женщиной, но также архимагом, политиком и главнокомандующим. Даже по отдельности эти милые профессии надежно отучали от излишней мечтательности, щепетильности и принципиальности. А уж все вместе… — Собственно то необычайно быстрое наступление, когда в осаду попали пять крупнейших крепостей на побережье, было упреждающим ударом. Проведенным в фирменном стиле принца Артаса.

— Да, необычайно быстрая передислокация войск, блокировка наших оплотов с последующим их взятием, уничтожение тех, кто координирует войну с нежитью. — Закивал некто, облаченный в белую рясу с золотой вышивкой. Представитель очень многим распоряжающейся на человеческих землях церкви был очень молод, ему едва ли исполнилось двадцать…Видимо, более старших собратьев по вере поблизости не оказалось и потому пришлось звать того, кто под руку подвернулся. Или старшие священнослужители слишком медленно бегали и потому оказались все сожраны нежитью. — Проклятый принц чудовище, достойное воистину вечных мук, но он к сожалению еще и военный гений.

— Был. — Уточнил гоблин, а потом посмотрел на мрачные взгляды своих собеседников и сразу все понял. — Воскрес? Уже? Я боялся, что это произойдет, но чтобы так быстро…

— Да. — Тяжело вздохнула Джоана. — И Кел Тузед с ним…В нем…Или они оба слились, просто получившееся существо больше на Артаса похоже из-за доспехов…Короче, новый главнокомандующий нежити, это громадный скелет в зачарованных латах. Четырехрукий и двухголовый. Одна череп называет себя Артасом, второй, судя по всему, является его придворным магом. Который теперь будет всегда под рукой у своего господина. Или он у него, это уж как посмотреть.

— Фух! — Выдохнул гоблин так, что заколыхались шторы на окне, расположенном в противоположенном конце залы. — Не гибрид! Так и знал, что Кельтас чего-то напутал. Ну, морально мне уже легче.

— Зато нам физически тяжело. — Вздохнула Джоана. — Альянс на пределе. Новые воины просто не успевают вставать на место погибших, не говоря уж о обучении. Полтора десятилетия назад люди были озабочены не рождением детей, а спасением собственных жизней. Потом же им тоже было не до дел семейных, поскольку требовалось без всего прокормить хотя бы себя. А у нежити таких проблем нет. Казалось бы только недавно мы разбили их на голову, а сейчас уже из глубины континента снова прут орды тварей, считать которых разведчики просто замучились. К тому же теперь у неё есть еще и флот. Снова! Просто страшно представить, во что нам теперь обойдется уничтожение кораблей и гаваней! Не уверена, что на такое вообще хватит силы.

— Мы? — Поднял вопросительно бровь гоблин.

— Я тоже уничтожала прошлое тело проклятого принца. — Заметила волшебница. — И сражения в трех крепостей из пяти без тебя проходили. Правда, две из них нам обратно отбивать пришлось, но это дело не меняет. В любом случае, сейчас вести войну тяжело. Это всегда далеко не самая легкая затея, но ужаснее этого конфликта найти сложно. И потому мы просим помощи.

— Ладно. — Кивнул гоблин. Впрочем, Фиэль на его месте тоже бы не стала октазываться. Не тогда, когда на тебя нацелена плохо замаскированная пушка. Хотя…проклятого принца такие мелочи бы не смутили, а сейчас жерло орудия целилось фактически в его победителя. — Но так чего вы хотите то? Армии у меня нет, одолжить бойцов не смогу.

— А она тебе сильно нужна? — Ответила вопросом Джоана. — Как то я этого не заметила. И Кел Тузед с Артасом тоже. Да, ты не смог их уничтожить…Но они все равно понесли больше урона, чем от всех наших действий за последние лет пять! Да даже за всю войну! Менять доспехи, коня или слуг — это одно. А вот получить по морде лично уже совсем другое!

— Но ведь результат вас не порадовал. — Ткнул пальцем в висящую на стене карту, утыканную разнообразными значками, гоблин. — Не так ли?

— Потеря территории это плохо. А гибель солдат и мирных жителей так вообще ужасна. — Вздохнул дварф. — Однако есть в печальных новостях и хорошие известия. Те кто видел нового главнокомандующего нежити в бою…Не впечатлились, скажем так. Да, у него есть фехтовальное мастерство и отличный магический клинок. Однако то же самое есть у любого хорошего рыцаря. И даже вторая голова и дополнительная пара рук, плетущие заклинания, положение исправляют не сильно. Кел Тузед хоть и сохранил остроту своего ума, судя по результатам диверсии, однако магической мощи изрядно утратил. Раньше принц Артас и верховный лич могли уничтожить целый город, действуя хоть вместе, хоть по отдельности. Вдвоем у них просто получалось намного быстрее. Сейчас они едва-едва сумели разбить сотню обычных бойцов. Причем были не одни, а с небольшой свитой в полтора десятка вурдалаков. И в результате половина солдат спаслась бегством.

— Еще раз напоминаю, армии у меня нет. — Счел нужным заметить гоблин. — Есть хороший отряд. Пожалуй, самый лучший среди себе подобных. Им можно нанести нежити укол. Возможно, весьма болезненный. Например, докончить начатое и постараться окончательно добить проклятого принца и верховного лича. Если удастся их подловить. Хотя мне почему-то кажется, что теперь они будут осторожничать куда больше, чем раньше. Но на большее вам рассчитывать не стоит. Да и охоту за лидерами сектантов я начну только при одном условии. Соответствующем вознаграждении.

— Но раньше то ты с ней воевал бесплатно. — Счел нужным заметить аристократ. — И я бы не сказал, что безуспешно. Разрушенный город некромантов…Дворянское звание с богатым земельным владением обычно дают и за меньшее.

— Раньше, если верить старикам, вода была мокрее, трава зеленее, а воздух чище. — Фыркнул коротышка, ничуть не удивленный тем, что о нем наводили справки. Скорее уж он удивился бы, останься безвестным и неинтересным для здесь сидящих существом. — Ясное дело, меня и сейчас от похода за добычей ничего не остановит. Подчеркиваю, за добычей. Это значит, целью будет не максимальный ущерб нежити, а личное обогащение. И потом, на одних сектантах свет клином не сошелся. В закромах черных дварфов опять же покопаться хотелось бы. И вряд ли те демоны, которым они поклоняются, составят проблему.

— Да уж, по сравнению с тобой и твоими приближенными, они могут оказаться милыми и добрыми существами. — Неодобрительно посмотрела на гоблина Джоана. — Не буду скрывать, послав к тебе за помощью Кельтаса, мы боялись, как бы лекарство не оказалось опаснее болезни. И до сих пор не забыли свои страхи.

— Вообще-то я добрый. — Попытался уверить собравшихся гоблин, поглаживая живот, куда только что отправилось полбутылки ужасного дорого вина. В компанию к якобы проглоченному Фростморону. — Только про это никто не знает. А те, кто знают, уже никому не расскажут. Так чего конкретно вы хотите то? Чтобы вам в какой-нибудь боевой операции помогли дирижабли и некоторое количество хороших бойцов и первоклассных магов?

— Ранее наше противостояние с проклятыми выглядело как бой, в котором облаченный о дну рубаху воин добра оказался вынужден сражаться сразу тупым ножом и неуклюжей грубой булавой. А его закованный в латы противник имел хороший щит и наносящий ужасные раны топор. — Возвышенно и как-то отрешенно начал вещать хорошо поставленным голосом молодой священник. — Ныне же ситуация может измениться. Если будет к нам милосерден свет, оба поединщика могут взять в руки длинные мечи, раны от которых будут одинаково тяжелы для обоих!

Фиэль напряглась, пытаясь понять все хитросплетения произнесенных человеком аллегорий. Нет, общий смысл она прекрасно поняла, так как аристократы эльфов на торжествах бывало выражались и заумнее. Но в речи представителя церкви наверняка был какой-то скрытый подтекст, который она не уловила. Гоблин поступил проще. Он нахмурился. Потряс головой. Постучал себя по уху. И в итоге сказал только два слова.

— Шо-шо?

— Этот излишне увлекающийся красивыми речами малец говорит, что раньше мы воевали с нежитью на её условиях! — Громыхнул Роквар, поглаживая свою белую бороду. — Нам удавалось её поцарапать, но не ранить! Некроманты натравливали своих тварей и, если те проигрывали, сбегали. Иногда нам удавалось их догнать и перебить, но толка с того было только чуть! Предводители врага, являлись они демонами или личами, в худшем для себя случае отделывались легким испугом. А потом воскресали и как ни в чем не бывало продолжали делать свое грязное дело! Но теперь у нас появился шанс все изменить!

— Сделать так, чтобы эти твари наконец-то узнали, что такое настоящие боль и страх! — Сжал руки в кулаки аристократ и в глазах его на миг мелькнуло что-то такое…В общем, увидь его сейчас Сури и побежала бы маленькая суккуба прятаться куда подальше от настолько страшного и жестокого существа.

— Стереть их в порошок во имя света! — Священник, несмотря на некоторый конфуз в своих словесных излияниях тоже был настроен очень решительно. — Сделать так, чтобы от монстров и их слуг не осталось даже пепла!

— Похоронить саму память о них так глубоко, чтобы до корней гор докопаться стало проще. — Глухо бухнул дварф. — С твоей помощью.

— Меня на всех не хватит. — Как бы извиняясь, развел маленькими лапками гоблин. — Если вы только будете бессмертных врагов ловить, вязать и по одному подносить…Но у Альянса сил на такое банально не хватит. Иначе вы бы уже давно одержали победу.

— Это нам и самим ясно. — Вздохнула Джоана, на лице которой боролись какие-то непонятные для посторонних эмоции. — Но ты, тем не менее, можешь оказать нам огромную, просто неоценимую помощь. И твои коллеги тоже. Если возьмете учеников. Три чародея, прекрасно знающих запретную магию, почти смогли уничтожить проклятого принца и его верховного лича. Тридцать сделают это, не особо напрягаясь. Триста развеют нежить по ветру и рассуют заспиртованных демонов по баночкам, которые поставят к себе на полку.

На несколько секунд в зале установилась торжественная тишина после этих великих слов. Но гоблин как всегда все разрушил, испортил и опошлил.

— Вы чё, народ, перегрелись? Так вроде погода для такого не подходящая. Зима близко. Или её внезапно решили отменить особым декретом министерства огня, воды и всемирного разума? Боюсь, прогорит конторка, если в ближайшем будущем не перестанет такой серьезный план курить. — Коротышка осторожно понюхал свое вино, будто не от уже успел выхлестать почти всю бутылку и на всякий случай отодвинул уже полный бокал подальше. — Триста…Не, ну это даже не смешно! Хочу напомнить, у вас даже учитывая прекрасно развитую школу классического чародейства трехсот архимагов нет, не было и вряд ли будет в ближайшем будущем! А ведь затраты на подготовку и количество прошедших её будет в принципе сопоставимо! Но даже если я соглашусь на это безумие, каких-либо существенных результатов вы с меня будете иметь право требовать не раньше, чем лет через сто!

— В Даларане обладателей звания архимага было почти четыре десятка. — Хмуро заметила Джоана, учившаяся в уничтоженном городе магов. — Правда, примерно четверть из них была слишком стара, чтобы на момент уничтожения города представлять собой сколько-либо грозные боевые единицы. А еще примерно половина спустя рукава относилась к развитию боевых навыков, предпочитая вместо этого заниматься целительством, алхимией, созданием артефактов, а то и вообще по большей части теоретическими дисциплинами вроде предсказаний. И потому полноценно дать отпор врагам смогли далеко не все. Хотя это к делу и не относится.

— В общем, цифру леди Прадмур назвала вполне реальную. Теоретически. — Важно кивнул головой дварф, почти подметя пол кончик длинной белой бороды. — Во всяком случае, первую. И потом, мы же все понимаем! Сколько получится, столько и получится. Потери ожидаемы, никто им не удивится, а недостаточно талантливые будут брать свое числом или в крайнем случае окажутся переведены на другую работу. Но иметь тех, кто разбирается в запретной магии нам сейчас настоятельно необходимо! Причем как можно больше!

— Ладно, это обсудим позже. — Вздохнул гоблин, судя по всему решивший временно воздержаться от совершения глупостей и стать ненадолго серьезным. — Но сразу напрашивается другой вопрос. Почему именно я?

— А кто? — Развела руками Джоана. — Больше некому. Наиболее развита магия у народа эльфов, так как среди них больше всего одаренных. Собственно от них то ей по большому счету и научились все остальные. Но среди выживших жителей Кель Таласа процент профессиональных чародеев крайне мал. К тому же в этом государстве очень серьезно относились к изучению тех ветвей волшебства, которые объявили запретными. Обычно их наказывали пожизненным заключением и для долгоживущего народа страх подобной кары бал очень веским аргументом. Я знаю лишь об одной персоне, которая смогла сохранить свои интересы в полной тайне и не попасть в тюрьму. Фиэль Златокудрая, ныне сидящая за твоей спиной.

— Скорее всего, были и другие. Например, те, кого правители эльфов наделили соответствующими полномочиями для изучения опасных разделов великого искусства. — Счел нужным заметить дварф. — Или вменяемые из числа преступников, которые еще не успели сгнить за решеткой. Однако крах своей страны никто из них пережил. Или же они умеют крайне мало и потому сидят тихо-тихо. Классическая магия людей от эльфийской не отличается ничем. Вообще. Нет, архимаги Даларана сразу же после того как стали независимыми конечно же вели свои исследования. В том числе и в тех областях, которые раньше им трогать запрещали. Несмотря на то, что подобное официально не одобрялись церковью и Кель Таласом. Однако дела у них шли не лучшим образом из-за большой траты ресурсов и многочисленных случайных жертв. А последним главой этого направления и вовсе был Кел Тузед, которого в итоге изгнали за слишком смелые эксперименты. И с собой будущий верховный лич увел всех своих учеников или сотрудников. Совсем всех, правда часть похоже в виде нежити.

— Среди народа почтенного Роквара и их блажайших родичей-гномов, сильных магов почти нет. — Взял слово аристократ. — Искусных много. Талантливых хватает. Но могущественны они только по сравнению с сородичами. И к тому же тоже обычно пользуются хорошо известными и безопасными схемами классической магии. Это просто быстрее и результативней, чем возиться с запретным волшебством.

— Шаманы троллей у настоящих чародеев вызывают хохот. — Развела руками Джоана. — Ну, за редким исключением. Кстати, специалисты по культуре этой расы очень удивились когда узнали, что мифический Холхюк вполне реально существует и он скорее всего действительно способен на все то, о чем говорится в легендах. Среди этих дикарей, как и среди дварфов встречаются свои демонопоклонники. Однако они тоже не сильны. Во всяком случае, классические маги их как правило легко уничтожают.

— В общем, мы просто не знаем больше ни одной достаточно компетентной в интересующем нас вопросе персоны. — Перебил ей священник и решительно рубанул рукой воздух. — А если отдельные чернокнижники и известны, так на них как правило клейма ставить не куда. И чему они могут научить это еще большой вопрос. Вас же в особо ужасных грехах никто не обвиняет. Ну, почти никто, лорд-маршал Гарритос не в счет. Заслуги же велики и неоспоримы.

— Как и то, что вы отлично можете координировать свои усилия. — Поддакнула ему Джоана. — Три сработавшихся мастера запретной магии, это уже немало. Вы одержали победу над проклятым принцем и его верховным личем. Что вообще может сравниться с такими рекомендации? И потому мы просим, заметь, именно просим, подготовить других. Чтобы иметь реальные шансы закончить эту проклятую войну с нежитью! Иначе Альянс просто разобьют рано или поздно.

— Ладно, уговорили. — Кивнул головой зеленый коротышка. Фиэль облегченно выдохнула. Она до последнего боялась, что непонятное существо притворяющееся гоблином выкинет еще какой-нибудь неожиданный фокус. — Начинайте подбор кандидатов. А потом кто отчислится, кто отсеется, кого мы сами прибьем, чтобы в будущем больших проблем не было…

— Я уже взял смелость на себя провести набор добровольцев среди владеющих магией братьев и желающих научиться новому чародеев, получивших образование в Даларане и способных надолго покинуть те места, где они сейчас находятся. — Улыбнулся священник.

— Вот список кратких требований к неофитам. — Не слушая его, продолжил Тимон. — Пол женский, возраст аналогичный человеческому в период от двадцати до двадцати пяти лет, стройная фигура, крепкие нервы, размер бюста не ниже второго, умеренный цинизм, отсутствие детей, мужа, строгих родителей и постоянного парня…

Представитель цервки закашлялся и покраснел. Дварф удивленно и совсем не солидно хрюкнул в свою длинную бороду. Аристократ остался невозмутим. Один из паладинов выронил из рук двуручный молот и испортил напрочь участок каменного пола, сделав в нём небольшую выбоину.

— Ты издеваешься?! — Уточнила Джоана, глаза которой метали молнии в самом прямом смысле слова. Правда, недалеко. Стекающие с её кожи синие разряды притягивались к посоху архимага и втягивались внутрь. — Или собираешься создать школу профессиональных путан?!

— Эй, кто тут лучше разбирается в предмете, я или вы? — Обвиняющее ткнул пальцем в разгневанную волшебницу зеленый коротышка. — И потом, если и не запретной магии, так какой-нибудь другой общественно полезной профессии они точно обучатся!

Глава 39

— Вернитесь, я все прощу! — Орал изо всех сил гоблин скрывающимся на горизонте кораблям. Суда в воде сидели низко. Очень низко. Фактически они черпали бортами воду, столько нежити набилось в их трюмы. Да и не только в них. Костяные пауки облепили собою все борта, словно экзотическая водоросль, проросшая прямо на древесине.

— Тебе разве этих мало? — Мал кивнул в направлении гавани, сейчас занятой войсками противника. Сколько их здесь скопилось точно сказать было сложно…Но много, очень много. Некоторую беспечность орк мог себе позволить только потому, что находился на абсолютно открытом пространстве. И в часе ходьбы от слегка подпочечных стен и снующих между ними тварей.

— Вполне достаточно. — Пожал плечами коротышка, как ни в чем не бывало, отворачиваясь от водной глади. — Просто я отчаянно не понимаю логику, по которой часть сил перед дракой надо отправлять куда подальше. А раз главнокомандующие нежити на идиотов не похожи, значит, у них есть план.

— Может, они просто хотели уберечь корабли от огня? — Предположил орк. — Сжечь судно, это просто! Особенно магам, колдующим с борта наших дирижаблей.

— Маловероятно. Зачем на спасаемых судах увозить войска, если появляется риск потерять верфь, где их делают? — Гоблин кивнул в сторону деревянных остовов, во множесте стоящих на песке и окруженных строительными лесами. Сектанты развернули очень масштабное строительство, причем за ничтожно маленький промежуток времени. И добились невероятно больших успехов, во всяком случае полуготовых кораблей на берегу стояло около сотни. — Неужели враг рассчитывает, что уже готовые корабли принесут ему так много пользы? Но где и как в таком случае он намеревается использовать свой флот?!

— Узнаем, когда он на нас нападет. — Пожал плечами орк, для которого большая часть высоких материй, к которым он относил стратегическое планирование, оставалось пустым звуком. — Почему мы стоим? Чего ждут войска Альянса?

— Вероятно, вырабатывают план, как им без лишних потерь уничтожить зиккураты. — Гоблин покосился сначала назад, туда, где в боевых порядках стояло пять тысяч человек, дварфов, гномов и эльфов. А потом перевел взгляд вперед. Туда, где среди частично сгоревших строений возвышались новые постройки. Узкие длинные конусообразные пирамиды белели на солнце свежими человеческими костями, пошедшими на облицовку ключевых узлов конструкции. — Их там почти четыре десятка. Это много. И хотя стоят накопители магической энергии врозь, каждый из них заберет с собой не одну жизнь. Хорошо хоть скопленная внутри мощь слишком груба, чтобы некроманты могли использовать её для чего-то кроме подпитки своих тварей или примитивных выплесков, сносящих все на своем пути голой силой. А не то потравятся, болезные.

— А демоны? — Мал приметил среди захваченной гавани внушительную краснокожую фигуру. — Их там много.

— Два-три сильных заклятия и даже они будут вынуждены сделать перерыв, чтобы не схватит интоксикацию. — Задумчиво потер подбородок рукой гоблин. — Энергия, получаемая от смерти, даже для них слишком уж экзотичное кушанье. Попробовать его могут все, но большинство лишь один раз в жизни. Вот личи, эти да. Трудно нам с ними будет, при наличии таких хранилищ силы под костлявой рукой дохлые колдуны станут опасней на порядок. А они здесь есть. Как гласит разведка, моя собственная разведка, имеющая самые достоверные данные из возжных, тут их целых восемь. А это много. И все они готовят нам теплую встречу лицом к лицу, да еще с экстремальным подогревом тыловой части своих долгожданных гостей.

— Ну, у нас ведь есть козыри в рукаве, верно? — Строри вопросительно уставился на гоблина. — Мы их применим? Стальгорн поставил примерно пятую часть находящихся здесь воинов и массовую гибель соплеменников я не хотел бы допустить.

— Применим. — Успокоил его коротышка. — Нам просто деваться некуда. Появившуюся репутацию надо закрепить. Да и наш козырь, хе-хе, больше не намерен сидеть в тени и ждать у моря погоды.

С грохотом позади них что-то взорвалось. С большим грохотом. И ничуть не уступающей ему ударной волной, заставившей покачнуться даже одетого в доспехи орка.

— Пороховой обоз! — Буквально простонал дварф и не вставая начал натурально выдирать себе бороду. — Прошляпили! Ууу, отродья глубин, как можно было проворонить диверсантов, прорывающихся к такому важному месту?! Да даже генеральный штаб не надо так охранять как его, так как сидящих внутри дворян и архимагов перерезать не так то и просто!

— Спокойно. — Гоблин внимательно осмотрел лагерь и не нашел там следов жертв и разрушений. Ну, во всяком случае, таких, которые там обязаны были быть. Народ бегал в панике…Но бегал, а не поднимался земли или заливал подмерзшую из-за первых морозов траву кровью. Да и дыма не было. — Насколько я помню, взрывчатку возят малыми партиями, хранимыми отдельно при каждом орудии. И это грохотала не она. Больше похоже на результат какого-то заклинания, вот только не пойму, зачем нежити массово глушить и валить с ног солдат Альянса? Учитывая, сколько сил было вложено в этот хлопок, это выглядит просто глупым. Если запитать такой мощью какие-нибудь другие чары, то сотню солдатиков разнести ими в кровавую пыль вполне бы получилось.

— Значит, это не нежить. — Сделал очевидный вывод Мал. — И не ты. Но кто-то, кому очень захотелось привлечь к себе внимание и сделать так, чтобы его выслушали. Сразу же, как пройдет звон в ушах.

— Знаешь, Пумба, а ведь ты, похоже, прав. — Гоблин стремительно зашагал туда, где развивались стяги предводителей Альянса. — Во всяком случае, одну очень подозрительную фигуру в плаще из вороньих перьев я уже вижу!

В кольце вооруженных людей вещал высокий худой старик, опираясь на украшенный все теми же вороньими перьями посох. Голос его пробирал до самых печенок, и, казалось, резонировал с костями черепа, заставляя поджилки трястись.

— Оставьте месть мертвым или освобождение захваченных нежитью земель! Слушайте меня, ибо говорю я вам, что над всеми нами сейчас нависла новая, куда более жуткая угроза! В далеких землях Калимдора демоны нанесли новый удар! Они снова смогли накинуть чары подчинения на часть народа орков! Братья сейчас там бьются с братьями, а ночные эльфы не могут защитить свои земли и теряют один город за другим! С помощью своих рабов эти ужасающие твари создают ужасные гектакомбы и отравляют черной магией все живое, превращая обычных зверей в чудовищных монстров! Наш истинные враги создают великий портал, через который орды их хлынули из своих мрачных глубин под наше небо!

— Кто этот мерзкий колдун?! — Ревел бешенным быком лорд-маршал Гаритос и рвался вперед из рук удерживающих его рыцарей. — Почему он еще не в цепях?!

— Посмотрел бы я на того, кто смог бы отправить его в тюрьму. — Задумчиво пробормотал себе под нос старый учитель Джоаны Прадмур, который всюду таскался со своей ученицей. — Он же сильнейший человеческий маг своего поколения. Впрочем, у них это семейное.

— Пумба, прикрой меня. — Тихонько прошептал орку гоблин и спрятался за спину громиле. — Строри, а ты с другой стороны встань. И теснее прижмитесь!

— Меня зовут Мал. — В который раз напомнил коротышке воин. Надежды на успех у него было мало, но орки всегда были упрямым народом. — И чего ты делаешь?

— Как это чего? — Даже удивился такому вопросу гоблин. — Прячусь! Не хочу показываться этому мутному типу с сомнительной родословной и еще более неодназначными поступками на глаза. Видишь ли, я очень не люблю разного рода пророков и прочих манипуляторов, сначала заваривающих кашу, а потом заставляющих расхлебывать её других.

— Так может врезать ему в лоб? Топором. — Орк определенно тоже не пылал любовью к тому, чьи деяния даже спрятавшийся за его спиной гоблин считал в лучшем случае сомнительными. — Ну, или в затылок, так он точно не увернется.

— Этот тип может оказаться почти так же толстокож, как проклятый принц до разлучения со своим любимым магическим ковыряльником. — С некоторым огорчением вздохнул коротышка. — К тому же вроде бы умеет воскресать. Эх, что за жизнь пошла? Куда ни плюнь, попадешь в личность, которая из собственной гробницы удрать норовит.

— И что мы будем делать? — Поинтересовался Строри, прижавшийся к орку так, что гоблин мог бы поджать ноги и не упасть, будучи крепко сдавлен с двух сторон прочными доспехами. — Мне все равно, какой великий он там чародей и чего предсказывает, но дварфы эту захваченную нежитью гавань либо очистят от всякой мерзости, либо снесут. У нас там была своя слобода. Из двух сотен жителей выжило трое детей, успевших удрать, пока их родители стояли насмерть.

— Ну, значит, потихоньку двигаемся на передовую. — Хмыкнул гоблин. — Не в характере Медива лезть в прямую схватку. Особенно если речь идет не о решающей битве своего добра с чужими интересами, а лишь о крупной драке, которую забудут на следующий месяц. Все равно сносить укрепления врага и зиккураты придется грубой силой. А уж в ней-то меня можно считать признанным авторитетом.

Волшебник в одежде, расшитой вороньими перьями, вещал. Заткнуть его или увести куда-нибудь подальше не получалось. Эксцентричный чародей повторял одно и то же на разные лады и явно хотел, чтобы его слышало как можно больше публики. Но маховик подготовки к бою уже раскручивался и явившийся непонятно откуда оратор остановить его не мог. Да он и не пытался, видимо понимая, что приготовившаяся к схватке армия Альянса просто так свою добычу из зубов не выпустит. А может у него просто горло охрипло, в конце-то концов, не каждый сможет долго перекрикивать все шумы воинского лагеря. Даже с магией.

Приблизившись на дистанцию выстрела артиллеристы не торопясь стали наводить пушки на первый зиккурат. На вершине его засуетилась и замахала руками фигурка, пытаясь напитать силой чужой смерти свое собственное заклинание. И у неё получилось. Облицовывающие постройку кости вспыхнули бледным пламенем. Оно поднялось вверх, словно пламя свечи, а потом оторвалось от своей основы и полетело к цели. Вытянутый как веретено комок почти прозрачного огня несся вперед. Маги постарались его затормозить, ставя на пути чар одну защиту за другой, но смогли лишь существенно ослабить. Почти рассеявшееся, но не исчезнувшее заклинание поразило наводчиков-дварфов, заставив их закричать от невыносимой боли. Выпущенное ими ядро промахнулось мимо своей цели на добрый десяток шагов, а к пострадавшим сразу же бросились целители. Однако армия, понятное дело, взяла с собой далеко не одну пушку. Десяток снарядов, выпущенных другими расчетами, попали в свою цель. Невысокая пирамидка брызнула во все стороны осколками костей и кирпичей, да к тому же заметно накренилась. Засевший на её вершине колдун успел ударить еще раз, прежде чем вся постройка рухнула, погребя его под своими обломками. Нескольким пострадавшим дварфам целители привели здоровье в норму при помощи магии. А потом уже сами они восстановили свой боевой дух парой глотков вина из фляжек. И, как ни в чем не бывало, покатили свои пушки на новый рубеж.

— Сектанты лепят свои дрянные постройки сикось-накось. — Сплюнул Строри, взирая на груду строительного мусора и костей. — Нет у них не только талантливых мастеров, но и хоть чего-то соображающих ремесленников. Или они их сюда не пустили, оставив трудиться в захваченных городах. Для нас это хорошо. Жаль только, дальше так легко не получится. Из-за зданий построенные в глубине города зиккураты не досягаемы. А сносить все подряд слишком долго и дорого. Придется бить из пушек прямой наводкой, получая по морде в ответ и отмахиваясь от прыгающих на спину тварей. На открытой то местности им не развернуться, а вот в лабиринте улиц умоемся мы сегодня кровушкой.

— Угу. — Гоблин был странно задумчив. — Я только понять не могу, почему всей собранной энергией поставили распоряжаться какого-то неумеху? Удар по нам был нанесен в моем фирменном стиле, сила солому ломит. Если бы эту мощь использовал опытный чародей, твои соплеменники легким испугом бы не отделались и легли в могилу. А лич так и вовсе испортил бы своим ударом даже пушку. Причем так, что её пришлось бы отдавать в переплавку.

— Может самые опытные колдуны врага удрали на тех кораблях? — Предположил полусотник. — Или просто ждут нас в более удобном для драки месте? Воскрешение даже для генералов армии нежити процесс не такой уж простой, дешевый и быстрый. А уж правильно распоряжаться ресурами они умеют.

— Может быть. — Пожал плечами гоблин и телекинезом вырвал из земли целую глыбу, которой постарался заслонить артиллеристов, как раз вошедших в зону поражения следующего зиккурата. Бледный огонь стал чуть мене концентрированным, пройдя через грунт, но и только. Пушечному расчету снова потребовалась помощь целителей и на этот раз одного из дварфов она уже не спасла. Сердце подгорного жителя не выдержало, и маги не смогли снова заставить его биться.

Путь через опустевший город выдался трудным. Очень трудным. Оттянувшаяся от простреливаемых окраин нежить пряталась в домах и нападала из укрытий только тогда, когда считала нужным. Вурдалаки внезапно выпрыгивали из окон вторых и третьих этажей, падая на головы солдатам. Костяные пауки не отставали от них, правда предпочитая сначала выплевать весь свой ядовитый желудочный сок. Причем с высоты попадать в лица живых у монстров получалось куда лучше, чем целить им в глаза, находясь на одном уровне. Призраки всплывали из грунта и выходили прямо из стен, компенсируя относительную слабость многочисленностью и временным численным перевосом на конкретных участках. Твари перемещались целыми стаями по канализации, появляясь то тут, то там, на казалось бы уже очищенном участке и нападая со спины. Маскировались под мусор, причем довольно неплохо так маскировались, даже эльфийские рейнджеры подчас их не находили до тех пор, пока на чьем-нибудь горле не смыкалась зубастая пасть. Просто жители лесов привыкли прятаться и искать своих врагов на фоне зелени, а не среди полуразрушенных зданий. Один за другим солдаты гибли. Особенно большую цену приходилось платить за разрушенные зиккураты. Маги выбивались из сил, но не могли полностью отразить потоки энергии смерти. А просто прикончить засевших на вершине колдунов не давал окружающий их щит, подпитывающийся напрямик от собранной в постройке силы.

— Во имя вечности! — Орал сектант, каким-то чудом переживший крушение постройки. Кажется, его просто стряхнуло с плоской крыши, когда обозленная потерей своих людей Джоана Прадмур вынесла ледяной глыбой одну из стен постройки. — Вы все сдохнете!

— Угу, обязательно. — Буркнул гоблин, и шея лежащего на земле человека хрустнула, выворачиваясь под немыслимым для живого углом. Тимон и сопровождавший его отряд из полусотни бронированных дварфов и аналогичного количества эльфов составили компанию правительнице Штормграда и её эскорту. В роли последнего выступало около сорока рыцарей с парой-тройкой конных оруженосцев каждый, восемнадцать магов разных направлении и почти триста простых бойцов. Первоначально, правда, гоблина пытались перевести на другой участок, где присутствие чародея такого уровня было нужнее, вот только сделать этого не удалось. Бросающий алчные взгляды на пухлые форму архимага коротышка тут же принялся канючить и подлизываться к волшебнице, притом в таких выражениях…В общем, красный цвет лица леди Прадмур утратила нескоро. А первые попавшиеся ей на пути противники были умерщвлены с особой жестокостью. — Вместе с тепловой смертью Вселенной. Вот как только, так сразу.

— Берегись! — Чуткий слух Фиэль уловил скрипнувшие наверху дерево и она не рассуждая отшвырнула коротышку в сторону. И оказалась погребена под отвратительно воняющей тушей на редкость крупного костяного паука, упавшего с крыши. Тварь немедленно пронзило выросшими из земли шиами сразу в пяти или шести местах. Однако лапы монстра успели весьма серьезно помять друидку даже несмотря на окружавший Златокудрую магический щит. А вцепившиеся в руку челюсти сломали конечность в нескольких местах. Впрочем, без защитных заклинаний обладающую весьма хрупким телосложением эльфийку вообще бы расплющило.

— Фиэль! — Буквально прорычал зеленый коротышка, когда нежить слетела со стонущей девушки и буквально расплющилась о ближайшую стену. Причем сам он не имел к этому никакого отношения. Постарались эльфиские маги, дружно обрушившие на тварь свою мощь в виде разнообразных заклинаний. Из полусотни жителей Кель Таласа, идущих сейчас с отрядом, чародеями являлось больше половины. А оставшиеся считали себя рейнджерами и, в принципе, тоже могли при большой необходимости чего-нибудь колдануть. В общем, появлялось только два вопроса. Первый, каким чудом они заодно не разорвали на клочки командовавшую ими Златокудрую. Второй, из чего такого строили дом, если её не смог проломить ни костяной паук, ни бьющий по его останкам шквал заклинаний. — Вот зачем это было делать, а?! Посмотри мне в глаза и скажи, зачем?!

— Рефлекс. — Сказала Фиэль, несмотря на терзавшую её боль, мысленно называя себя полной дурой. Громко пыхтящая и возмущающаяся марионетка не удостоилась даже взгляда. А сидящий внутри свернутого пространства гоблин не пострадал бы, даже если бы куклу разорвало на тысячу кусочков. — Забыла, что рядом идешь именно ты, а не кто-то другой. Иначе бы я этой твари еще и поаплодировала за хорошую попытку.

Гоблин из своего передвижного убежища только крякнул, но ничего не сказал. Вместо этого коротышка задрал голову подделки под себя самого и заставив её пялиться на дом, с которого спрыгнула нежить. Остановить такую атаку даже у замечательного телекинетика получалось далеко не всегда. Чтобы заставить тварь замереть в воздухе под действием воли маленького волшебника, ему требовалось сначала обнаружить цель. К тому же Тимон был один, а зачистка велась во многих местах одновременно. Солдаты растекались во все стороны, пытаясь проверить каждую щель и заглянуть под каждый камень. Армия стремилась закончить расправу с врагом до наступления темноты, когда продолжать бой с нежитью стало бы просто безумием. А выделить на уничтожение врага несколько дней генералы Альянса не могли, так как опасались попасть в клещи, если к врагу подойдет подкрепление. Или вернуться на пепелище, если оставленных дома сил не хватит, чтобы защититься от нового набега.

— У неё несколько сложных переломов. — Констатировал маг-целитель, после осмотра Фиэль. — Ничего страшного, но возиться придется долго. Особенно с рукой, где придется вправлять на место кости. Надо доставить её обратно в лагерь и потом, когда у нас не будет более тяжелых раненных и восстановятся силы…

— Я сделаю это! — Вызвался один из рыцарей и спрыгнул с седла, чтобы попытаться взять раненную на руки. — Тварей за нашими спинами уже нет, а если и есть, моего коня они не догонят.

— Нет, я пойду дальше! — Волшебница заскрипела зубами, а потом наложила на себя заклинание, благодаря которому просто не чувствовала боль. Заодно, правда, пропало осязание, а также изрядно притупились остальные чувства. В таком состоянии можно было истечь кровью и не заметить, но сейчас эльфийка просто не могла позволить себе отступить. Она еще не расквиталась с нежитью за то, что монстры сотворили с её родной страной. — Сейчас…Встану и пойду!

Выросшая прямо сковзь утоптанную землю трава покрыла волшебницу зеленым коконом, оставив на свободе только лицо. А потом он поднялся на ноги и сделал шаг. А затем еще один и еще. Растительность, которой управляла эльфийка, не могла дать ей особой физической силы или как-то защитить от мало-мальски серьезной угрозы. Но передвигать ставшее вдруг непослушным худенькое тело она была вполне способна.

— Ладно, твой выбор. — Пожала плечами Джоана, тоже выглядевшая несколько уставшей. За сегодняшний день архимаг помогала разрушить целых семь зиккуратов и пыталась всеми силами ослабить ведущийся из них обстрел. — Тем более, я уже вижу как блестит вода в гавани, а именно там мы будем ждать, пока остальные отряды закончат со своими участками.

Солдаты снова потопали вперед, прикрываясь щитами и настороженно косясь на темные места. Притом большинство рыцарей как-то незаметно перекочевали в хвост боевого порядка, хотя их коням для разбега и требовался какой-никакой, но простор. Почему-то вместе с ними назад подались и тяжелобронированные дварфы-бойцы, до того закованной в металл грудью встречавшие угрозу удара нежити лоб в лоб. К Строри подъехал один из всадников и попытался убедить полусотника, что ему над прикрыть правый фланг. Однако старый воин убедительно изображал из себя глухого пня в хорошо глушащем звуки шлеме. Аристократу на помощь даже парочка мушкетеров подошла, дергая своего командира за руки и крича ему прямо в уши то, что пытался скомандовать рыцарь.

— Стоп! На пристани стоит целых три зиккурата и полно тварей! — Крикнул кто-то из передового дозора. — Одни мы с ними можем и не справиться. Назад! Назад!

— В бой! — Зычным голосом скомандовал один из офицеров Альянса, сейчас ведущий рыцарскую конницу. И всадники его послушались, наклонили пики, кольнули шпорами своих коней и поскакали…На перекрывающих им дорогу дварфов. Те, впрочем, такого маневра собственной кавалерии ждали и давно. Ничем иным объяснить их мгновенное превращение в ощетинившийся оружием строй, бросок гранат фактически по собственным тылам и залп из мушкетов в ту же сторону объяснить было нельзя. Примерно половина пехотинцев, бывших дружинниками этих рыцарей, набросилась на вторую, состоящую из представителей регулярных войск, подчиняющихся правительнице Штормграда. Вот только устроить резню у них не получилось. Полсотни эльфов, держащих наготове боевые заклинания или заранее наметивших цель для выстрела из лука на воистину смешной дистанции, были грозной силой. Около семи десятков человек, решивших повернуть оружие не туда, умерли раньше, чем успели осознать опасность.

— Что за…? — В голосе Джоаны слышалось неприкрытое удивление и огромная растерянность. — Остановитесь! Это безумие!

— Смерть узурпаторше! — Надрывался командир рыцарей, а вокруг лилась кровь. Люди схватывались с людьми. Причем для половины из них внезапная междоусобица чем-то неожиданным явно не стала. В отличии от скорости реакции на их действия. Шедшие с гоблинов дварфы и подчиняющиеся Фиэль эльфы бестрепетно вступили в схватку с недавними товарищами по оружию. И пока умудрялись обходиться практически без потерь, превосходя противников по выучке, снаряжению и боевому духу. — Слава королю Гаритосу!

— Нет, это не безумие. — Гоблин остался спокоен, даже когда стены ближайший к пристани домов вдруг пошли рябью и развеялись. Под прикрытием иллюзии скрывались демоны. Много демонов. Самых разных демонов, из которых вряд ли хоть одна тварь являлась представителем низшего звена Пылающего Легиона. Как грибы стали повсюду прорастать из под земли призраки, до той поры таившиеся глубоко в грунте. И в это же время в гавани из под воды начали выбираться скелеты, жировики и личи. Неловко поводя сложенными крыльями, в мокрые доски вцепились своими когтями целых четыре костяных дракона. От пагубного воздействия стихии мертвые колдуны самих себя и своих марионеток, очевидно, смогли на некоторое время защитить. А дышать им всем в принципе не требовалось. Вел их весьма приметный представитель нежити. В черных латах, четырехрукий и двухголовый. С большим волнистым мечом в руках, габаритами едва ли не превышающим своего владельца. — Это предательство. Делай раз!

— Что?! Откуда они здесь?! — В голосе командира рыцарей, не бросившегося вслед за своими подчиненными в схватку, а пытающегося командовать ей, звучали истеричные нотки. — Их не должно здесь быть! Нам же обещали…

Договорить человеку не дала стрела с черным оперением, пронзившая его латный доспех в районе сердца, словно гнилую тряпку. Выпустившая её эльфийка с сероватым цветом кожи была облачена в одежды рейнджеров, сейчас мокрыми полотнищами облепившие шикарные формы. Как и прочая имеющая материальное тело нежить, леди Сильвана вышла из под воды. И теперь сохранившее большую часть своего очарования лицо первой красавицы Кель Таласа, ставшей генералом армии мертвых, улыбалось. А его хозяйка предвкушала кровавую резню. Демоны и личи обрушили на войска Альянса целый град из заклинаний. Пламя всех цветов радуги, черные воронки засасывающие в себя всё подряд, лучи света, какие-то хищные тени, големы, элементали, созданные при помощи колдовства метательные снаряды из льда, уплотненного яда, псевдоматерии и только боги знали чего…Но на пути этого богатства встала непреодолимой стеной преграда, которую совместными усилиями подняли два с половиной десятка чародеев из Кель Таласа. Ветераны войны, в которой пощады не давали и не просили, представители расы, имеющей настолько плотную связь с магией, что без неё они чахли, эльфы смогли выдержать первый удар. Пусть при помощи спрятанных под одеждой накопительных артефактов, заполненных энергией под завязку, но смогли.

— Что, коротышка, все повторяется, но теперь не я, а ты попался в ловушку! — Радостно проскрежетала правая голова необычного скелета, украшенная желтым обручем с выступами, напоминающими зубы дракона. Почти такую же сняли с головы проклятого принца, только та была куда более изношенной. Золото весьма мягкий металл и за годы эксплуатации в качестве головного убора этот атрибут монархов попросту поистерся.

— Телепортация невозможна! — Вскричала в панике Джоана, наблюдая, как трещит под ударами заклинаний и зачарованного оружия барьер, едва-едва удерживаемый эльфами. Сил на контратаку у них просто не оставалось, к тому же поставленная защита не обладала односторонней проницаемостью. Поэтому стрелки или обладатели метательного оружия, да тех же гранат, вынужденно в битве не участвовали. Пока. Ну, если не считать обмена руганью с демонами, пыхтящими изо всех сил в попытках проломить барьер. Неудачливые мятежники уже все погибли. Рыцарей просто не пустили под защиту магии, поставив на растерзание монстрам, а оставшихся пхеотинцев просто дорезали. Даже тех, кто пытался сдаться и изъявлял желание вновь стать в один строй. — Они блокируют её!

— Не забудьте, мой король, гоблина нам надо взять живым. Пусть не очень целым, но дышащим. — Едва слышный шепот вырвался из второй головы главнокомандующего нежити, почти все время склоненной к земле. Тусклый огонек внутри пустых глазниц светился едва-едва. Впрочем, нижняя пара рук монстра, сжимающая какой-то посох, выглядела вполне рабочей. Просто сейчас остатки верховного лича не колдовали. Видимо силы берегли. — У меня есть к нему вопросы, а вам будут полезны полученные на них ответы. Очень полезны, очень.

— Не напоминай мне, Кел-Тузед! — Отмахнулся от своего собеседника Артас. Или то, в чем содержались сейчас остатки личности проклятого принца. Учитывая, что теперь они делили одно тело, жест выглядит донельзя странным. — Мне плевать на то, что ты хочешь узнать, но эта поганая лягушка в любом случае будет умирать долго!

Глава 40

С криком верхняя пара рук двухголового скелета нанесла размашистый удар по магическому барьеру. На груди одного из эльфов-чародеев лопнул хрустальный кулон, заставив волшебника выругаться. Хотя возможно в этом был виноват самый резвый из костяных драконов, выдохнувший поток льда и гнили лишь несколькими метрами левее своего главнокомандующего. Джоана, прекрасно понимающая, что долго их защита не продержится, начала чертить концом посоха прямо на земле руны, готовя воистину сокрушающий удар. Её подчиненные маги занимались тем же самым. Дворфы, временно оставшиеся не у дел, начали возводить баррикады буквально из ничего. Как ни странно, у них неплохо получилось. Женщина архимаг даже остановила подготовку ритуальной части мощнейшего из известных ей ледяных заклинаний. Она никак не могла взять в толк, откуда на заваленной телами людей людей улице вдруг взялись ровные стенки, составленные из мешков с песком. Однако уделить ей время подгорные жители не смогли. Были заняты тем, что копали ров. Со скоростью примерно метр в секунду. Топорами и прикладами мушкетов. Как ни странно, получалось.

— Ну, предположим, ква! — Гоблин бестрепетно подошел к самой границе мерцающего барьера. А потом встал на одну ножку, поднял руки в вверх и начал крутиться, временами щелкая пальцами и странно дергая головой. — Вот только Фростмороном ты бы любое заклинание расковырял в два счета. А без него кишка тонка, не так ли?

— Ты заплатишь за то, что сделал с ним и со мной! — Украшенная короной голова скелета сделала то, чего от неё ну уж со всем никто не ожидал. По-детски всхлипнула Выращивающая перед расширяющимся и углубляющимся рвом колючие заросли Фиэль счастливо улыбнулась. Страдание, чувствовавшееся в голосе проклятого принца, доставляло эльфийке практически сексуальное наслаждение. — Мы были связаны с ним неразрывно! Даже пребывая за той гранью, что отделяет мертвых от живых, я чувствовал, как он уменьшается, гибнет, распадается! Слов таких нет, чтобы передать все те муки, которые мне пришлось из-за тебя испытать.

— Я тоже страдал. — Доверительно поведал ему коротышка, даже прекращая ненадолго крутиться на одной ножке. — Полторы недели. Запором! И поверь, чувствовал каждую паршивую крошку твоего клинка, пока его переваривал. Не знаю, сравнятся ли наши мучения по интенсивности, но поверь, повторять эти дни я определенно не хочу. А потому если демоны тебе опять подкинут какую-нибудь супер-игрушку, будь добр, швырни её в вулкан. Да и сам можешь следом прыгнуть.

— Арр! — Взвыла коронованная голова скелета и лезвие двуручника замелькало с частотой капель дождя, стремясь сокрушить волшебную преграду. Впрочем, ни его усилия, не заклинания едва ли из собственной кожи не вывертывающихся демонов пока результатов не принесли. Эльфы хорошо готовились к этому моменту и даже репетировали его. До тех пор, пока у них оставалась магическая энергия, барьер был несокрушим. Фиэль тихонько хмыкнула. Рассказывать кому-нибудь о том, как она почти десять дней сторожила кузню, в которой Тимон грубой силой курочил Фростморон, она не собиралась. Магический меч сопротивлялся как мог, пытаясь подчинить себе разум ближайших живых существ и был неимоверно прочным. Однако нет такого металла, который бесконечно выдерживал бы жар углей, холод наколдованной глыбы льда, давление телекинезом и неимоверно изощренные гоблинские матюги. По крошкам, но зеленый коротышка растащил великий артефакт на отдельные кусочки. Множество кусочков. Половину их он уже зарыл в разных местах, над которыми пролетал его дирижабль. А оставшейся намеревался прикармливать рыб во время перелета через океан. Если, конечно, он доживет до этого момента.

— Много силы. — Поднял сою голову Кел-Тузед. — Хорошей силы, знакомой силы. Ты ведь такой же как я. Алкал силы и согласился на сделку с тем, кому вся его мощь не помогла за последние несколько сотен лет хоть раз пошевелиться. Только мне достало воли и ума сбросить накинутый поводок. Если уж продавать душу, так тому, кто даст за неё наивысшую цену.

— От меня гнилью не воняет. Ни в прямом смысле, ни в переносном. — Пожал плечами коротышка, вновь возвращаясь к своему странному танцу. — Хотя, чего еще ожидать от янки?

Скелеты окружили воздвигнутый барьер со всех сторон и принялись колотить его мечами, стремясь истощить вложенную в чары энергию. Их было не так уж и много, но чтобы окружить импровизированную магическую крепость по периметру хватило. За их спинами парили призраки, творящие нечто между чарами примитивной магии смерти и хоровым пением. Еще дальше встали личи, которых было всего пять, считая Сильвану. Их охранял от возможного налета с тылу десяток жировиков. Все-таки мертвые колдуны были товаром штучным и в армии нежити занимали место, аналогичное высшим офицерам. К самому резвому из костяных драконов медленно ковыляли остальные, неловко переваливаясь на коротких лапах. На земле эти чудовища теряли всю свою мобильность, а взлетать им почему-то не разрешали. Видимо боялись, что завидев этих монстров, сюда сбежится вся армия Альянса, сейчас пытающаяся зачистить несчастный город. Демоны из занятых ими домов так и не вышли, предпочитая стрелять или бросать заклинания из какого-никакого, но укрытия. Если рукопашники среди них и были, то от общей массы они видимо решили не отделяться. Зачем, если полно их рабов, готовых принять на себя все удары пока еще огрызающейся добычи?

— Я британец! — Возмутился Кел-Тузед. — Просто…Вынужден был на долгое время покинуть Туманный Альбион. На землях протестантов не терпят католических инквизиторов, но ради меня уже готовились сделать исключение.

— А, нагл, еще лучше. — Хмыкнул гоблин, продолжая непонятные для окружающих манипуляции и речи. — Мне надо было догадаться раньше. Хитрость и удары из-под тишка, это же ваш фирменный стиль. Вот только слишком полагающиеся на интриги личности имеют свойство в конечном итоге терпеть полное фиаско, в результате чего ваши планы идут прахом, как у фрицев под Москвой.

— Как что? — Не понял лич. — Стоп! Ты из этих ненормальных комми?!

— Как Титаник ко дну, если ты хотя бы его застал. — Фыркнул коротышка. — А таки шо? Вы чего-то имеете против идей мировой революции, товарищ? Так хочу заметить, у вас сейчас вообще президентом стал разносящий демократию ракетно-бомбовым путем негр. И, пока не поздно, цивилизацию надо спасать!

— Хватит болтать! — С очень похожими интонациями рявкнули проклятый принц и Джоана. А потом с непередаваемым букетом эмоций уставились друг на друга.

— Прекрати экономить силы и ломай барьер, чтобы мы скорее могли добраться до их глоток! — Первым взял слово Артас. — Еще чуть-чуть и мы их дожмем.

— Нас сейчас прикончат! — Правительница Штормхолда уже сделала все, что могла. Нет, она бы и дальше могла готовиться к безнадежному бою, но на земле уже просто свободного места не осталось. Итак на созданные её руны пару раз уже наступили и лишь чудо пополам с искусством волшебницы не дало отряду понести новые потери в тот момент. — А ты тут занимаешься…Да у меня слов таких нет, чтобы полностью охарактеризовать то, чем ты занимаешься! В этих движения же нет ни капли магии, в отличии от транса шаманов, действительно способного увеличить их силы!

— Это называется танцем злобного гения. — Гоблин перестал кружиться на одной ноге, но вторую вниз все-таки не опустил. И пальцами периодически щелкал. — И ты не права, магия в нет есть, просто тебе не хватает квалификации, чтобы правильно все увидеть и понять.

— Да ну? — Ответил зеленому коротышке не обомлевшая от такого заявления Джоана, а Кел-Тузед. — И что же это за волшебство такое, которое даже я не уловил?

— Нет, ну она-то ладно, но ты то? В конце-концов, кто из нас тут гниющий труп, подвизающийся при троне дохлого недокороля? — Обиженно уставился на него гоблин с великим укором в глазах. — Массовый контроль перехвата над нежитью, конечно! Ой, то есть что я говорю! Массовый перехват контроля над нежитью!

Проклятый принц успел развернуть свое совместное с верховным личем тело как раз вовремя, чтобы увидеть, как все четыре костяных дракона делают слитный выдох. По колдунам-демонам. Два занятых ими дома мгновенно стали братскими моглиами. Увлекшись атакой, на свою защиту представители Пылающего Легиона сил почти не выделяли. Или набросили пару защитных заклинаний и решили, что этого хватит. Однако от облака из холода и яда, накрывшего чародеев Пылающего Легиона, нужно было прятаться за крепостной стеной. Да еще и от камней её отходить подальше, чтобы уж точно не достало. Несколько десятков демонов просто перестали существовать. Всего секунда потребовалось им, чтобы стать расползающимися на части под действием гнили промороженными тушками. Три жировика взмахнули руками, в которых было сжато оружие. Тяжелые топоры, изготовленные специально под габариты этих чудовищ. Двоих личей разрезало от макушки до пяток, третьему всего лишь снесли верхнюю часть туловища вместе с плечевым поясом. Призраки, завопившие в несколько раз громче, чем до этого, бросились рвать скелетов. А стоявшая натянутой тетивой Сильвана вколотила полыхающую зеленым пламенем стрелу прямо под золотой обруч с зубцами. Нижняя пара рук двухголового скелета в латах вскинула свой посох, но последний из мертвых колуднов метнул нечто вроде сотканного из огня диска. И срезал им повинующиеся Кел-Тузеду конечности под самый корень.

— Неовзможно! — Проскрипел верховный лич, которого по всей видимости эффект боевого артефакта затронул в меньшей степени. Говорить он мог, а вот колдовать даже не пытался. За выражением его лица было сложно следить из-за отсутствия на костях мягких тканей, но даже огоньки в глазницах гледяли как-то испуганно и шокировано. Проклятый принц ничего не сказал. Зачарованная стрела, которую изготовили совместными усилиями Холхюк и Сильвана специально для него, не могла убить нежить. Но она парализовала её на некоторое время. Причем нанесенные на древко руны сковывали не только тело, но и не давали душе покинуть свою бренную оболочку. — Немыслимо!

— Какая ирония! Ты так долго использовал предательство других, что сам перед изменой оказался беззащитен. Ловить в ловушку того, кто раньше поймал в ловушку тебя, не самая хорошая идея. — Хмыкнул гоблин и щелкнул пальцами. В последний раз. Понявшие его сигнал эльфы убрали порядком истощивший силы их накопителей барьер. Все равно нежити рядом с ними, кроме застывшего камнем вражеского главнокомандующего, больше не осталось. Призраки разобрали скелетов по косточкам и оттянулись к костяным драконам, попирающим когтями остатки взбесившихся после утраты поводырей жировиков. — Вам с Артасом следовало бы подумать получше над тем, как составлять план. Не спорю, идея была неплоха. Сначала нас должны были потрепать обманутые вами изменники, оперативно сообщавшие своему начальству и вашим шпионам в их рядах все сведения о маршруте леди Прадмур. Ну а потом победителей добили бы основные силы засады. Но даже самый гениальный тактик не может предусмотреть всех случайностей. Особенно если они не случайны, а заранее подготавливаются. Делай два!

Двадцать пять специально отобранных и тренированных эльфийских магов на остатках сил выполнили одно-единственное заклятие. Ментальный удар. Сознание верховного лича и проклятого принца буквально взорвались, когда четверть сотни мстителей принялись терзать их разум и рвать его на части. Пережившие гибель Кель Таласа чародеи свирепствовали до тех пор, пока черепа двухголового скелета не рассыпались в пыль, не выдержав нагрузки.

— Они вернутся. — Произнесла подошедшая Сильвана и, присев, бережно взяла в руки парализующую стрелу. — Я чувствую это. Мы не смогли уничтожить их навсегда.

— С еще меньшими силами чем раньше и частичным безумием? — Хмыкнул гоблин. — Пускай. Убьем их еще раз. А потом сделаем это столько раз, сколько потребуется, чтобы получившиеся в итоге слюнявые огрызки можно было затравить до окончательной смерти зайцами.

— Это что сейчас такое было? — Нервно уточнила Джоана, косясь то на костяных драконов, то на бывшую главу рейнджеров. Её люди окружали правительницу Штормграда сплошным кольцом, но хранили почтительное молчание. Только моргали часто-часто, видимо чтобы доказать самим себе, что им не почудилось.

— Все в силе? — Взглянул на мертвую эльфийку гоблин.

— Да. — Кивнула она, извлекая из кармана несколько колец, кулонов и прочей бижутерии. А потом принялась одевать их на место, постепенно приобретая облик и ощущения вполне себе живой и весьма красивой женщины. Для того, чтобы воспользоваться их частью, требовалось раздеться, но Сильвану данный факт нисколько не смутил. — Мне это не нравится, но ничего лучше я придумать не смогла.

— А дальше? — С искренним интересом поинтересовался гоблин, после того как на сосках первой красавицы Кель Таласа закачались небольшие подвески с алыми рубинами.

— Ну не при них же. — Эльфийка слегка качнула головой в сторону замершего за полевыми укреплениями строя солдат. И запахнула свои липнущие к телу мокрые одежды. Пара сотен здоровых мужиков синхронно сглотнули и постарались заново научиться дышать.

— Что это… — Джоану Прадмур, похоже, заклинило. — Это…Это…

— Возьмите себя в руки, юная леди! — Велел подошедший к ней лич. Правда, мертвым он уже не выглядел. — Или вы забыли все, чему я вас учил?

— Дедушка?! — Глаза волшебницы чуть не вылезли из орбит. — Но ты же погиб при осаде Даларана!

— Был завален под руинами, а после откопан демонами и принесен в жертву, с последующим поднятием в виде нежити. — Педантично поправил её бывший хозяин города магов. — С потерей большей части сил и частичной потерей личности, но все же…К счастью, мое унылое и безрадостное существование некоторое время назад заиграло совсем другими красками. Я обрел свободу воли, снова могу курить трубку, да и ноги из-за артрита уже не болят. Кстати, надеюсь, моя коллекция жуков никуда не делась за те годы, которых меня не было в кругу семьи? Мне с трудом удалось эвакуировать её к вам из своего дома перед самым началом осады и я так и не смог узнать, хорошо ли она доехала.

— Эту мерзкую дрянь я выкинула. — Созналась правительница Штормграда — Давно руки чесались.

— Что?! — Закричал чародей и схватился за сердце, оседая прямо там, где стоял. — Да как ты могла! Я их триста лет собирал! Это же было крупнейшее в мире собрание энтомлогических редкостей!

— Целителя! У него опять инфаркт! — Рявкнула Джоана, с хлопком телепортируясь прямо к личу. Видимо со смертью демонов пропали и препятствия такому способу перемещения с места на место. — Стоп! Какой еще инфаркт?! У тебя же больше нет сердца. Да и вообще, а ты ли это…

— Ох, умираю! — Стонал архимаг, лежа у ног своей оторопевшей внучки. — Кто-нибудь! Воды! Ну, чего стоишь, дрянная девчонка?! У меня же всегда есть в поясной фляжке тот целительный настой на малине. Быстро давай его сюда, пока я снова не заставил тебя повторять все неправильные глаголы из языка ночных эльфов!

— Точно ты. Больше меня ими никто не пытал. — Джоана села на землю рядом с личем и оторопело уставилась на маленького зеленого коротышку. Впрочем, этим же большая часть собравшегося здесь народа занималась. Гоблин даже как всегда, когда хотел изобразить смущение, начал ковырять землю ножкой. — Я уже спрашивала. Но спрошу еще раз. Что, во имя всех богов, тут происходит?!

— Ну, если возражающих нет, то похоже, что моя коронация. — Золотой обруч взлетел с земли, куда слетел после гибели проклятого принца и величественно приземлился прямо гоблину на голову. А после взял и съехал на глаза, поскольку ковали его в расчете на куда более широкую черепную коробку. Лишь длинный нос коротышки остановил украшение от того, чтобы превратиться в ошейник. — Приветствуйте все нового владыку Лордерона! Плевать, что земли сначала отвоевать придется, все равно приветствуйте. И не забудьте выказать соответсвующие почести его наместнице, леди Сильване. Как-никак она теперь повелительница всей нежити, которая там обитает.

— Если мои слуги, которых ты снабдил в большом количестве динамитом и таймерами не оплошали, то да. — Хищно улыбнулась бывшая глава рейндежров. — А если нет, сначала придется перебить остатки личей, сектантов и демонов, разумеется, с одновременным разрушением их алтарей. Впрочем, это в любом случае не должно быть серьезной проблемой, так как лучшие из лучших вояк армии проклятых уже плывут в Калимдор. Проклятый принц и его верховный лич задержались тут исключительно ради засады на вас.

— Боги, это какой-то бред. — Джоана отшатнулась от своего мертвого деда, который так и не дождался помощи, а потому решил встать на ноги самостоятельно. И чуть не налетела на нечто, что сразу опознать не смогла. Препятствием оказалась развалившаяся на собственноручно выращенных зеленых насаждениях Фиэль. Раненная эльфийка заставила растения сплестись в нечто вроде шезлонга и теперь с удовольствием на нем разлеглась, потягивая из хрустального фужера красное как кровь вино. Сегодня те, кто уничтожил её страну, получили изрядную плюху. Притом происходило это даже на глазах самой адептки друидизма. За это абсолютно точно требовалось выпить. К тому же чары обезболивания она с себя уже сняла, и теперь требовалось приглушить получаемые от ушибов и переломов ощущения. К собственному счастью, Златокудрая теперь тоже имела небольшой пространственный кармашек для полезных мелочей. Носить в нем содержимое оружейного погреба подобно гоблину волшебница конечно же не могла, но некоторые вещи первой необходимости отныне были всегда при ней. — Иллюзия! Морок! Фантосмогория!

— Добро пожаловать в мои кошмары. — Отсалютовала ей фужером эльфийка. С недавних пор Фиэль твердо решила, что от всего происходящего ей пора учиться получать удовольствие. А проблем и неприятностей жизнь подбросит и сама. В животе у девушки плескалось уже половина выпитой натощак бутылки, в крови гулял азарт недавно закончившегося сражения, на душе после зрелища очередной гибели Артаса и его верховного лича было светло, тепло и слышалось чье-то благостное хоровое пение…В общем, она решила пошутить. В гоблинской манере, поскольку с образчиками иного юмора уже давно не сталкивалась. — Раздевайся!

Взвизгнувшая Джоана телепортировалсь обратно в строй бойцов, забыв на прежнем месте посох. Солдаты, правда, особо внимания на перепалку эльфийки со своим командиром не обратили. Были заняты тем, что стояли строем и опасливо пялились на близкую нежить. Но не атаковали пока, прекрасно понимая свою слишком малую численность. Особенно если на стороне оставшихся тварей соизволит выступить один маленький зеленый гоблин. Пускай даже без своего отряда.

— Но-но! — Погрозил захмелевшей девушке лич, бережно подхватывая добытую некогда им самим реликвию, не дав той даже коснуться земли. — Я правнуков хочу! Вот когда они появятся, только тогда…

— Дедушка! — Совершенно несолидно заорала правительница Штормграда, прячась за спинами своих воинов. — Хватит! Уймись уже, трухлявый пень с магическим приводом! Тебя даже могила не исправила!

— И это моя внучка. — Пожаловался окружающим мертвый чародей. — Ну, никакого уважения к старшим!

— Все? — Уточнил держащийся недалеко от Тимона Мал, покачивая в руке так и не изведавшую сегодня крови секиру. Орку приходилось все время охранять зеленого коротышку, а до него почти никто из врагов добраться просто не успевал. Ну, кроме прыгнувшего сверху костяного паука, которого уничтожили без участия воинов. — Мне можно убирать топор?

— Подожди еще. — Цыкнул на него Строри. — Не видишь, тут дипломатия, мать её…И, кстати, а что это за подозрительно крупная ворона тут на снижение вдруг идет?

Замеченная дварфом птица ударилась о землю и обернулась Медивом. Взор колдуна метался туда-сюда, между смирно ведущей себя нежитью и не спешащими атаковать её солдатами. Судя по всему, он разыгравшейся на битвы он не видел, прилетев, когда уже все было кончено, и потому тоже никак не мог понять, что здесь происходит. Гоблин со сползшей на нос короной Лордерона тоже удостоился любопытного взгляда. Как и Сильвана. С усилием оторвавший глаза от облепленных мокрой тканью прелестей эльфийки, на лицо уже неотличимой от живой, волшебник наконец заметил деда Джоаны. И совсем несолидно выкатил глаза.

— Вы? Но как?!

— Ага, вот и наш беглец выискался. Правильно делал, что не верил слухам, будто тебя убили. — Очень недобро нахмурился мертвый архимаг, благодаря косметическим иллюзиям тоже вполне способный сойти за живого. — Где тебя носило, когда демоны наш город штурмовали, ренегат несчастный?! Хочу напомнить, ты не вольный маг, который мог бы наплевать на все приказы и призывы к обороне! Ты, мать твою, да облетят голуби её памятники десятой дорогой, с удовольствиями пользовался всеми привилегиями нашего сообщества! А когда его потребовалось защищать от врагов, почему-то не ответил ни на одно из моих посланий!

— Вы живы… — Волшебник всмотрелся в глаза своего старшего коллеги и тот час же поправился. — Нет, мертвы. Но не марионетка демонов, а обладите свободой воли.

— Я знаю, что у тебя способности к ясновидению выше, чем у трех оракулов вместе взятых! — Гневно рявкнул лич, уже забывший о ссоре с внучкой. — Я спрашиваю, почему ты не отвечал на мои послания и не появился, чтобы защитить Даларан?!

— Подержи-ка. — Гоблин стянул с себя слишком большую для его головы корону и вручил её Сильване. — Примерять только не советую, примета плохая.

— Ты чего это задумал, а? — Подозрительно осведомился Мал, наблюдая, как гоблин сдвигается так, чтобы чародей в плаще из вороньих перьев его не видел. Учитывая, что тот как раз вступил в яростную перепалку со своим коллегой, проделать подобное было не трудно.

— Да так… — В этот момент гоблин окутался черным дымом из которого раздалось пакостное хихиканье. — Понимаешь, раз девочки соорудили мне надувного архидемона, грешно его не использовать…

Из дыма вынырнул гоблин. И большая красная трпяка. Последняя стала немедленно разбухать, надуваясь воздухом, увеличиваясь в размерах и принимая вид громадного рогатого гиганта с кожей бронзового цвета. Легкое шипение, с которым надувалась кукла, на фоне общих криков и бряцания оружием остались незаметны. Да и на действия коротышки никто особого внимания не обратил. Ну, гоблин. Ну, занимается какими-то глупостями…Другого от него и не ожидалось, в общем-то. Люди, эльфы и дварфы даже разошлись в стороны, когда в них уперлись надувшиеся тумбообразные ноги, имеющие вместо ступней антрацитово-черные копыта. А волшебникам было не до того. Тем более, что к перепалке присоединилась правительница Штормграда, опасливо косящаяся на изрядно набравшуюся Фиэль.

— Медив, ты принес без сомнения важные новости, но зачем было прерывать наш военный совет?! Да еще так бесцеремонно, едва не порвав людям барабанные перепонки! — Кричала на старика в украшенном перьями плаще Джоана. Действия Тимона она, конечно же, видела. Но ей было сейчас несколько не до него. Скорее уж требовалось как можно поскорее пообщаться с дедом, понять, насколько хорошо тот сохранился в виде нежити и чего ожидать от этих непонятных немертвых вообще. Мертвый архимаг отвечал как мог, временами помогая внучке рявкать на Медива. А их собеседник если и заметил, что стало несколько темнее, то наверное просто решил, что на солнце набежала тучка. Вполне обыденное явление для поздней осени. — Это переходит уже всякие границы! Твоя сила и память о заслугах и подвигах твоей матери не дают тебе права указывать нам, что делать!

— В Лордеороне меня не слушали и Лордерон пал! — Провозгласил волшебник, вновь заводя уже знакомую песню. Судя по всему, он специально разучивал текст наизусть. Или просто ему было лень переделывать заклятие, при помощи которого волшебник придавал своим словам совершенно особое звучание. — И вы разделите его судьбу, если не прислушаетесь к моим словам! Земли Калимдора, вот путь к победе! Да, я понимаю всю вашу боль и страх, что еще живые земли могут превратиться в мертвые пустоши! Но если мы не остановим демонов на соседнем континенте, любая крепость падет перед их натиском!

Надувной гигант заколыхался род порывами ветра. Гоблин скептически оглядел его и шепча под нос 'Ой, не пойдет, ой, халтура', принялся придавать грубому подобию архидемона достоверность. Пятерки дымовых шашек укутали подделки ноги до пояса антрацитово-черным маревом. На груди появилось несколько шрамов, сделанных при помощи валяющейся под ногами грязи. А потом на неё и, особенно на голову куклы, пролился дождик из горючей смеси. И сразу же заполыхал. Впрочем, если присмотреться внимательно, то можно было заметить, что она не касается фальшивой кожи, а держится в воздухе. Сам коротышка занял стратегическую позицию за затылком искусственного архидемона. В толпе солдат послышались восхищенно-недоуменные шепотки, с явными нотками опасения. Даже Сильвана сглотнула и судорожно потянулась наложить на тетиву стрелу. Теперь кукла собственно на куклу походила уже не очень. И смотрелась она до ужаса натурально.

— В чем дело? — Медив обратил внимание на то, что фокус внимания публики ушел с него на что-то еще. Что-то, расположенное за его спиной. Волшебник развернулся и замер. Волосы откинули капюшон с его головы. Самостоятельно. И, кажется, даже без магии. А по штанам спереди и сзади начали расплываться дурнопахнущие пятна.

— Ты говоришь, что тебя никто не слушает. И ты не прав. — Зловеще пророкотал гигант и все вокруг содрогнулись от внезапно нахлынувшего на них ощущения ужаса. — Люк, я твой отец! И я слушаю тебя очень внимательно! Мне очень интересно, чего же такого ты можешь сказать, чтобы оправдать свое дальнейшее существование.

Медив страшно захрипел, пустил изо рта кровавую пену и рухнул, держась за сердце. Даже дураку при одном взгляде на него было ясно, это не обычный обморок.

— Целителей сюда! — Закричала Джоана, наклоняясь к магу и сталкиваясь на половине пути со своим дедом. Удар лбом о прикрытый иллюзией голый череп лича не добавил её хорошего настроения. Впрочем, предполагаемый пациент уже не бился в судорогах. Затих. Даже грудь не вздымалась. А маги констатировали, что аура его стремительно разрушается, свидетельствуя о смерти. — Быстро!

Целители, которых вокруг было довольно много, только разводили руками. Сердце чародея не выдержало.

— Чего, правда, сдох? — Высунулась из-за надувной головы архидемона удивленная мордочка гоблина. — Ой, я нечаянно! Видимо переборщил с ультразвуком, когда при помощи телекинеза создавал звуковые колебания.

Надувной архидемон потух, начал сдуваться и опадать. А сам Медив вдруг подскочил с подмерзшей земли, на которой лежал и якобы уже начинал остывать.

— Ах вы! — Голос волшебника, весьма правдоподобно имитировавшего собственную смерть, дрожал и срывался, походя на воронье карканье. А со штанов по-прежнему капали дурнопахнущие вещества. Причем исключительно натуральные. — Я для вас! А вы! Все! Хватит! Теперь разбирайтесь со своими проблемами сами, а я сваливаю из этого мира, в котором плюнуть некуда, чтобы не попасть в какую-нибудь жуткую тварь!

Подпрыгнувший в воздух чародей обернулся птицей и, громко крича, полетел на запад. По пути он попытался с мстительной мелочностью нагадить на гоблина, но тот успел вовремя прикрыть себя. Орком. Терпение отважного воина не выдержало. Ему уже давно надоело корчить из себя то лошадь, то вьючного мула, то предмет мебели. И даже смерть казалась уже не такой уж и плохой альтернативой.

— Эй, меня с собой забери! Я тоже больше не могу тут оставаться! — Орал Мал вслед улетающему волшебнику, но тот к его мольбам был глух и беспощаден.

Глава 41

— Итак, сейчас вы возьмете в руки нож! — Гоблин особо ярко сверкнул светящимися глазами, пытаясь нагнать страху на собранную ему на растерзание…то есть, конечно, на обучение, стайку волшебниц. — Это специальный нож. Будьте осторожней. Не порежьтесь. Отрезанные пальцы складываем на отдельную тарелку, после занятия пойдете к целителю, и он пришьет их вам обратно. Если перепутаете где чей, крика поднимать не нужно. У вас таких уроков будет еще много, в следующий раз поменяетесь при случае обратно!

— Эм, а мы точно будем всего лишь готовить суп? — Уточнила одна из чародеек, на всякий случай, втянув голову в плечи.

— А чё, я еще и на бригаду поваров тратиться должен, если у меня два десятка бесхозных баб по кораблю шатается? — Вопросом на вопрос ответил гоблин. — На первое суп, на второе жаркое, на третье компот или морс! Сверх нормы продуктов не брать! Меньше назначенного объема не варить! Соли, перца и приправ не жалеть! Лично проверю за обедом! Вместе со всей командой!

Насвистывая, довольный собой зеленый коротышка удалился из камбуза. Громадный летающий дирижабль, чья кабина благодаря свернутому пространству по размеру больше породила на маленький замок, рассекал воздух над океаном. Как гоблины смогли построить такое чудо всего за месяц, не могли объяснить даже они сами. Только хмыкали, мекали и считали осевшую в их кармане прибыль. Или убытки. Бывший торговый барон Златокошель в своей камере уже дважды пытался покончить жизнь самоубийством при виде выставленной сметы. И свои суицидальные наклонности оставил лишь после того, как его освидетельствовала леди Сильвана и поклялась, что мертвым он умения вести документацию и сводить баланс точно не растеряет.

Наместница Лордерона твердо держала всю нежить в своих руках, добив последних оппонентов и разрушив все алтари демонов. Сектантам бывшая глава рейнджеров при помощи своих слуг и одержимых невольников уже давно скармливала на их обрядах медленнодействующие яды, которые через месяц-другой обязательно добьют даже тех из них, кто хорошо спрятался. Внезапные удары в спину и заранее заложенная взрывчатка устранила большинство некромантов и личей. Самых везучих её призраки и та высшая нежить, которой сочли нужным даровать свободу воли, просто и без затей задавили массой. Особо костяные драконы отличились. Одной из главных их составных частей, оказывается, являлась душа сильного мага, которого заживо хоронили в центре конструкции из костей, чтобы обеспечить ей управляемость и возможность к пусть и грубому, но использованию волшебства. Понятное дело, добровольцев на такое дело не находили, а потому использовали пленных, ныне очень жаждущих отомстить. Заодно она освободила всех рабов и не пускала живых на занятую территорию, совпадающую со старыми границами государства. Во всяком случае, без приказа своего сюзерена или собственного желания.

Мало кто знал, что на самом деле её вассалитет одному маленькому зеленому пронырливому гоблину был чистой фикцией, продиктованной обстоятельствами. Стал бы Альянс договариваться с покойницей или воздерживаться от рейдов на её территорию? Вот уж вряд ли. Осмелится ли он выставить какие-нибудь претензии существу, сожравшему Фростморон, переподчинившему себе остатки нежити и ныне продолжающему воевать с общим врагом на соседнем континенте? Может быть, но не сейчас. А то он ведь и вернется, ему недолго. Или вообще объединится с противником. И тогда точно всё. Всем. Совсем всем. И вообще, надо как можно быстрее восстанавливать экономику и осторожно захватывать обратно те земли, которые так любезно очистили от своего присутствия твари. Как можно больше и не дай боги отстать в этом важном деле от соседей. В общем, на одном континенте Азерота было весело, но уже не так кроваво. А вот на втором события неслись вскачь, словно взбесившиеся лошади.

— Мда, когда меня направляли сюда, я ожидала чего угодно, но только не этого. — Задумчиво пробормотала одна из волшебниц и уставилась на лежащую перед ней головку лука. — Эм, девочки, а кто-нибудь из вас действительно хорошо готовить умеет? А то я толком лишь любовные эликсиры варю.

— Целительные бальзамы. — Отозвалась её коллега в мантии послушницы.

— Духи. — Высокомерно бросила высокая эльфийка с черными как вороново крыло волосами. — Я парфюмер, мне вообще грубые запахи, такие как здесь, противопоказаны.

— Боевые эликсиры у меня неплохо получались. — Буркнула мускулистая словно орк дамочка, у которой отсутствовал один глаз, а вместо него наличествовал след от удара когтистой лапы. — Даже если в их состав входила только вода и перловка. Почему-то все равно действовало, словно зелья берсеркерства. Лучше только чеснок с солью работал, он вообще едва ли не от всего помогал.

— Мы стихийницы, нас в столовой последние десять лет кормили! — Откликнулось хором сразу трое выпускниц небольшой провинциальной школы волшебства. Такая согласованность действий была вызвана тем, что они были тройняшками и думали, в общем-то, одинаково.

— А у меня вообще личный повар был. — Протянула еще одна представительница эльфов, явно дворянской наружности. — Даже после бегства из Кель Таласа.

— Ай! — Раздалось с дальнего конца стола, на котором лежала полуразделанная и толком не оттаявшая баранья туша. Из-за предназначенного для разделки куска мяса лишь выглядывала чья-то рыжая макушка. Судя по всему, стоявшей там даме не повезло с ростом. Или повезло с предками-гномами. — Я порезалась!

— Мда, кажется, предупреждение насчет остроты ножа и пришитых на место пальцев было действительно актуальным. — Произнес кто-то, и на камбузе воцарилось угрюмое молчание.

— Вся, я их общественно-полезными работами загрузил по самую макушку. — Гоблин аккуратно притворил за собой толстую стальную дверь, украшенную рунами. Последние обеспечивали помещению, назначенному на роль командного штаба, весьма неплохую защиту от любителей подслушать чужие разговоры и заглянуть одним глазком в секретные планы. — Даже несмотря на их количество, сварить мясо быстрее положенного срока нашим новым волшебницам вряд ли удастся. А дать возможность лишним поварихам отдохнуть и пошататься по дирижаблю помешает обычый эгоизм. Никому не хочется, чтобы он работал, пока другие бездельничают.

Фиэль недовольно дернула бровью, будучи несогласной с его утверждением. Сидящая рядом с ней Острога, сейчас старательно чистящая собственными накрашенными алым лаком коготками яблоко, также скептически хмыкнула. Мал всхрапнул и получил от Строри тычок локтем в бок, чтобы проснуться. Орка на собрание притащили как эксперта по своим сородичам, сейчас активно развлекающимся войной на Калимдоре. Тем более он только вернулся из отпуска, который провел, мотаясь на особо скоростном воздушном курьере по оставшимся континенте поселениям своего народа и общаясь с ближней, дальней и сверхдальней родней. В последнем ему помогали гоблины, подбрасывающие подчас самые необычные вопросы и систематизирующие добытые сведения.

— Зачем мы их вообще взяли? — Проскрипел Холхюк, задевая рогами потолок. Охотник на демонов до сих пор пребывал в своей боевой ипостаси, поскольку нанесенная ему рана упорно не желала заживать до конца. Нет, процесс шел…Но до его окончания оставался по меньшей мере еще месяц.

— Не придумал, как вежливо отказаться. — Развел руками коротышка, плюхаясь в кресло и пальцем маня к себе лежащий на столе блокнот и краски. Недавно очень и очень опытный шаман, которого ледяные тролли искренне считали своим патриархом, посоветовал ему для развития контроля передвигать при помощи силы мысли уже окрашенные волокна бумаги так, чтобы в итоге получился годный рисунок. И гоблин старался, недостаток мастерства возмещая терпением, усидчивостью и традиционной для него больной фантазией, стимулирующей к проявлению первых двух качеств. А Фиэль потом бегала по всему дирижаблю, пытаясь понять, куда же зеленый коротышка прицепил очередной свой шедевр. Конечно, на полотнах именно она изображалась далеко не всегда, но эльфийке хватило и одного раза. Тогда на картинку в стиле ню два дня пускали слюни обитатели машинной палубы. Златокудрая успокаивала себя только тем, что в тот раз её изображение красовалось на листке бумаги в полном одиночестве. А ведь были еще и групповые портреты. Причем на них старающийся в реальности сдерживать свою натуру гоблин давал волю самым невероятным фантазиям. Фиэль была уверенна в этом абсолютно точно, ибо ничего из нарисованного с ней еще не происходило. А такого бы она не забыла никогда! — Я и так сделал все возможное, чтобы желающих попасть в наш центр подготовки требовалось искать днем с огнем. Но вот поди ж ты, отрыли где-то подходящих под заявленные мной критерии особ.

— Ладно, два десятка молодых ведьмочек нас, пожалуй, не объедят. — Хмыкнул Холхюк. — Да и полезными могут оказаться, причем не только как повара. Раз даром обладают, то по крайней мере смогут заряжать артефакты-накопители или участвовать в ритуалах как поддержки и источник энергии. А я их за это, скажем, рунам немного поучу. Или Фиэль друидизму.

— Легко. — Пожала плечами Златокудрая, не особо собирающаяся хранить секреты семейного мастерства. Ведь там, куда они летели, оно являлось не просто широко распространенным, а прямо-таки доминирующим среди остальных ветвей искусства магии. — Хотя на то, чтобы ухватить хоть азы мастерства им пары лет будет мало. А после либо демоны свой портал достроят и всех сожрут, либо мы их все-таки вышвырнем из Азерота.

— Да, в ближайшее время обстановка будет жаркой. — Гоблин взглянул на карту Калимдора, висящую на одной из стен. — Давайте вместе обсудим то, в какую дрянь мы на этот раз влезем, где в ней можно чего-нибудь ценное ухватить и, самое главное, как оттуда делать ноги в случае больших проблем.

— Центр материка занимает империя ночных эльфов. — Тяжело вздохнул Холхюк. — Остатки империи…Руины былого могущества, ныне обжитые скатившимися почти до варварства фанатиками. Абсолютная теократическая монархия с верховной жрицей во главе. Матриархат. Почти всех мужчин после наступления совершеннолетия погружают в магический сон. Они становятся источником энергии для особых измененных магией природы деревьев. А те для своих обитательниц являются одновременно и домом, и храмом, и самыми надежными защитниками. Мало кто сможет угрожать тысячелетней сосне, если она умеет переползать с места на место, а также в состоянии захлестать насмерть своими ветками дракона. Почти отсутствует промышленность, все необходимые товары создаются при помощи магии природы, единственной разрешенной для ночных эльфов. Притом учиться ей могут лишь наиболее выскопоставленные представители этого общества, ставшие хотя бы младшими жрицами.

— Я прекрасно понимаю своих предков, которые от этих фанатиков сбежали. — Фиэль попыталась себе представить жизнь в таком государстве. И возникшая перед глазами картина ей понравилось меньше, чем очередной неприличный гоблинский шедевр. — Вот только почему государство ночных эльфов не развалилось окончательно?

— Две причины. — Буркнул демонизировавшийся представитель этого народа. — Первая это то, что благодаря питающемуся от Источника Вечности магическому древу на всем этом континенте сложно собрать чистую магическую энергию. Она практически вся имеет несколько другие свойства и для классической магии почти не подходит. А вторая…Нет, не хочу говорить. Это слишком отвратительно и бесчестно. Если бы древние короли нашего народа предвидели бы такую мерзость, они бы вырезали все культы природопоклонников подчистую. И даже тех, кто просто случайно в их храмы пару раз заходил. Просто для гарантии.

— Вторая причина того, что это государство еще стоит, это наличие живого полубога и его многочисленного потомства. Кенариус не просто живая святыня для их культа и очень-очень могущественный бессмертный полукозел. Он еще и отец дриад. — Голос коротышки, внимательно рассматривающего испятнанный тканями лист бумаги, был крайне мрачен. — Брюхатит всех преступниц и те рожают существ, сочетающих в себе черты животных и ночного эльфа. Отчетливо смахивающих на отца кентавридов убивают, как слишком сильных, неподконтрольных и способных к производству на свет жизнеспобного потомства. А вот из тех гибридов, которые пошли в пусть и долгоживущих, но смертных родительниц, изначально стерильных девочек оставляют в живых. Их растят, воспитывают, тренируют как машины для убийства. И промывают мозги, при помощи магии и педагогики отучая иметь собственное мнение, желания и прочие глупости. Понятное дело, матери после таких родов никогда не выживают, поскольку существо сравнимое по габаритам с жеребенком их просто разрывает. Но недовольных жительниц в государстве ночных эльфов благодаря мудрому управлению верховной жрицы хватает. А потому на отсутствие личной жизни Кенариус вроде бы никому не жаловался.

— По той части Калимдора, которая не покрыта лесами, небольшие табуны кентавров бродят. — Счел нужным заметить сонно протирающий глаза Мал. — У Орды были с ними схватки. И именно за помощь в войне с ними к ней присоединились таурены.

— Потому сейчас кентавридов и убивают сразу при рождении. — Вздохнул Холхюк, нервно сжимая когтистые руки в кулаки. — Пару тысяч лет назад они, как и дриады, были военно-карательными силами ночных эльфов, а после устроили бунт. И даже смогли его пережить. Догнать их на открытой местности по силам только Кенариусу, а полубог считает себя слишком важной персоной, чтобы отлавливать по одному чрезмерно расплодившееся потомство.

— Одно радует, Пумба, число дриад у противника не велико. Да и вообще у ночных эльфов не армия, а чрезмерно разожравшаяся помесь городской и храмовой стражи. А простые жительницы умирать за свою повелительницу и стоять до конца против захватчиков не очень-то и хотят. — Хмыкнул гоблин и щелчком пальцев выбил из бумаги мутную каплю. Видимо лишняя краска ему мешала. — Твои соплеменники это прекрасно доказали, судя по тем архивам писем, которые мы проанализировали. Пожалуй орки бы и сами прекрасно с Калимдором управились и порядок в нем навели, не приплыви в разгар их конфликта с ночными эльфами сектанты. Пока войска этого огрызка древней империи пытались убедить прущую вперед Орду, что ей все-таки оказывают сопротивление, нежить обрушилась на те земли, откуда всех солдат угнали на фронт. Захватили несколько городов, набрали полным-полно рабов, создали целые армии тварей. И призвали демонов. Много демонов, в том числе и нескольких высших, которые решились рискнуть собой и лично появиться на поле боя.

— А откуда они столько трупов взяли для целой армии? — Заинтересовалась Острога. — Орков вроде бы не так уж много. А ночные эльфы от старости по слухам вообще не умирают.

— У нас с давних пор принято очень уважительно относиться к своим покойникам. — Вздохнул Холхюк. — Тела мумифицируют, помешают в специальный погребальный саркофаг, сохраняют в глубоких фамильных склепах, созданных при помощи магии. Там всегда очень холодно, что еще больше препятствует процессам разложения. Все это делается не просто так, в годы моей юности при желании любой представитель ночных эльфов мог вызвать духи своих предков и спросить у них совета. Для некромантов наши кладбища это просто клад из первоклассных материалов. Даже очень-очень древние покойники сгодятся хотя бы на плохонького скелета. Учитывая же то, сколько тысяч лет они там копились…

— О нежити и демонах никому из присутствующих рассказывать не надо. — Поморщилась Фиэль, представив количество монстров, которых могли создать сектанты. — Видели мы их, всяких и разных. В больших количествах. Давайте лучше разберем ход войны ночных эльфов с орками Договориться с первыми не получится точно, да и Орда…Мы же вроде как представляем Альянс? Или нет?

— Расслабься, все будет нормально. Пока не начнем нападать на них с оружием, и не будем строить своих поселений на землях, которые они объявили своими. — Заверил её Мал. — Мы кочевники и мимо проезжающим или пролетающим по своим делам путникам бояться нечего. Ну, если они не попробуют осесть на территории хозяев. А уж если сможем договориться с вождями о том, чтобы вместе бить врагов, да хоть ту же нежить, то и вовсе станем желанными гостями. Людей среди нас почти нет, а этих молоденьких ведьмочек на стоянках лучше не выпускать. Во всяком случае, одних.

— И все равно, как шла война ночных эльфов с орками? — Продолжала гнуть свою линию Фиэль. — Нам же нужно…Ну, Тимон знает, чего нам нужно. И с фанатиками мы схлестнемся обаятельно. Знать же, как они действуют, очень важно!

— Да не было там никакой войны. — Буркнул Строри, вытаскивая из кармана трубку и кисет с табоком. — То, чего там творилось, больше походило на спектакль. Юмористический. Я сам помогал разбираться в добытой информации и пытался ей не верить…Однако слишком многочисленны свидетельства очевидцев произошедшего и даже участники тех событий, вернувшиеся на континент чтобы перетащить в новый дом семьи. Начнем с того, что разведки у ночных эльфов не было. А может, и сейчас нет. Ну, просто их верховная жрица не сочла нужной завести себе такую службу. И потому орки то знали с кем столкнутся, получив сведения от тех же кентавров и тауренов. А вот про них до самого вторжения в леса не ведал никто. И, если бы зеленые под сень вековых деревьев не сунулись, то не узнать о новых соседях могли бы долго.

— Орда не могла остаться на неплодородном побережье. — Счел нужным заметить Мал. — Таурены и кентавры могут питаться одной травкой, кочуя туда-сюда по равнинам. Моим же собратьям требовалось место, где можно добывать дичь и разбивать поля. И если для последнего требуется сначала выкорчевать выращенные друидами на мало-мальски хороших местах деревья, то так тому и быть.

— Основной опасностью для ночных эльфов долгое время были плодящиеся в их лесах волки, медведи и некоторые представители магической живности. Те же кентавры после своего бунта домой возвращаться боялись сильнее, чем обычной смерти. А таурены оказались слишком умными ребятами, чтобы из-за пустяков связываться с фанатиками, способными в случае больших проблем вытащить из храма Кенариуса. — Набивая трубку, вещал Строри. — Понятное дело, о каком либо воинском опыте с такими противниками говорить просто смешно. Да и разрозненные диссиденты собственного народа не могут научить воевать. Но по лесам ночные эльфы ходить умеют, да…В общем, в один прекрасный день бригада орочьих лесорубов обнаружила себя в окружении ночных эльфиек с луками. И стало им как-то неуютно от взглядов женщин, нормального мужика видевшего аккурат в позапрошлом тысячелетии. Право на рождение ребенка в их почти не изменяющемся обществе заслужить было не легче, чем у нас дворянство. И если рождался сын, то матери его обычно даже не показывали, выращивая до зрелости в специальном храме и после погружая в магический сон. Прерываемый лишь изредка, ненадолго и по делу о продолжении рода.

— Короче, пропала та партия лесорубов с концами. — Хмыкнул гоблин и сально ухмыльнулся. На листе бумаги перед ним уже вырисовывались контуры чего-то не очень приличного. — Но шаманы при помощи духов смогли их обнаружить и узнать, что те живы. И тут же выслали за потеряшками спасательную группу. Нет, та их даже посреди чужих лесов нашла быстро. А когда обнаружила, проявила мужскую солидарность и решила немного подождать…А потом еще немного…И еще…Пока, наконец, кто-то из временно оказавшихся не у дел ночных эльфиек не соизволил заметить скромную и незаметную толпу зеленых клыкастых орясин, после себя вытоптавших в вековой чаще отчетливо видимую колею с поваленными деревьями. Дальше все было, как положено. С одной стороны выстроились местные жители с луками наголо и неполным комплектом одежды, с другой представители Орды и так стояли как столбики. Предводитель орков, снабженный разговорным словарем языка потенциального противника, выступил вперед и попытался толкнуть речь. В лучших традициях эльфов, любящих красивые обороты и многосмысленные зубодробительные конструкции, которые не один век надо правильно учиться произносить. Он был опытным рубакой и в свое время много и близко общался с жителями Кель Таласа как во время войны, так и после.

— И ничего наш язык не сложный. — Недовольно буркнула Фиэль, немного лукавя. За вышеназванные недостатки даже аристократы высоких эльфов, бывало, родную речь поругивали куда менее изящными конструкциями. Уж кому как не служившей много лет прислуге было знать это точно. К тому же волшебнице ужасно не нравилась гоблинская интерпретация произошедших событий. Общую суть она, возможно и отражала, но зеленый карлик, похоже, стремился максимально опошлить все, что только мог. И получал от этого удовольствие. — Дело кончилось резней?

— Полный текст его речи восстановить не получилось. — Продолжал, как ни в чем не бывало маленький волшебник, склонившись над холстом и высунув язык от усердия. — Но общий смысл сводился к тому, что они представители великой Орды и все, кто выступит против них получать лишь прах и тлен. Но далекий от лингвистического образования орк под конец оговорился, и у него получилась несколько иная словесная конструкция. Похожая, но все же немножечко не такая. Трах и плен.

— Тимон! — Гневно вскричала Златокудрая, чувствуя, как стремительно краснеет. — Ты невозможен!

— А причем тут я? — Возмутился гоблин, даже оставивший ненадолго в покое свое рисование. — Это, между прочим, официальный исторический факт. Его многие подтвердили. Короче, местные жительницы бросились в атаку. Сборище охотниц-любительниц с многовековым стажем против толпы орков, которые совсем недавно насмерть рубились с людьми и вгрызались в гнилые глотки нежити. Силы были явно не равны. Зеленошкурые это сразу поняли, когда дождь из стрел срезал с них все, кроме этих самых шкур. Попытка отмахаться топорами успехом не увенчалась. А дальше внезапно капитулировавшие военнопленные потребовали исполнения данных им обещаний. И пригрозили, что если они услышаны не будут, то вот тогда то захватчики и узнают настоящий эльфийский гнев. Обошлось без потерь, но на следующие сутки, где-то ближе к вечеру, поцарапанная и измотанная спасательная экспедиция на подкашивающихся ногах вернулась домой с победой и пленными.

Острога булькнула чего-то и подавилась яблоком, которое сейчас дожевывала. Холхюк попытался хлопнуть её по спине, но шаманка увернулась. И правильно сделала. Громадная исходящая черным дымом рука, не встретив на своем пути препятствий, врезалась в стену и слегка пошатнула оббитый тканью стальной каркас.

— Орда поняла, дальше конфликт оттягивать не удастся. И куча здоровых брутальных орков, оставивших свои семьи на соседнем континенте пару лет назад, появилась на окраине поляны. Последнюю сами ночные эльфы за удобное месторасположение считали городом. — Продолжал вещать коротышка в своем неповторимом стиле. — Там их встретило настоящее сопротивление от лица контролируемых штатными жрицами домов-деревьев и нескольких представительниц из числа наиболее ярых религиозных фанатиков. В приграничной зоне, к всеобщему счастью, селились в основном те, кого официальная политика лесбийского, то есть тьфу ты, матриархального государства изрядно напрягала. Однако сбежать за океан без корабля нечего было и пытаться. А кентавры и таурены мало устраивали потенциальных бунтарок по анатомическим причинам. Хотя, раз их оказалось так много в местности, прилегающей к ареалам обитания народов, не страдающих от матриархата…Ладно, не будем обсуждать чужую личную жизнь.

Златокудрая задумалась о том, чтобы навсегда остаться на Калимдоре. Если рассказанное гоблином хотя бы на половину правда, то у неё есть некоторые шансы не прослыть аморальной и распущенной особой. А сам коротышка без труда найдет себе еще много объектов для своих грязных поползновений. Хотя почти сразу же её пришла в голову мысль, что от добра добра не ищут. Помотав головой волшебника постаралась выбросить оттуда всякую чушь. Ей еще предстояло с демонами и нежитью воевать, а потому велики шансы, что проблемы возвращения к хотя относительно нормальной жизни никогда не возникнут.

— В общем, через несколько суток первые беженки достигли других городов и стали распространять шокирующие новости. Видимо ради красного словца они несколько преувеличили увиденное, поскольку ночные эльфийки массово выступили в священный поход на чужаков. Даже раньше, чем о конфликте узнали в столице и издали указ, поднимающий всех на борьбу с врагом. И почему-то совсем без жриц. — Продолжал рассказывать гоблин наблюдая за тем, как дварф судорожно пытается не проглотить свою трубку. — А сумевшие встать на ноги орки объявили приведшего их в эти земли Тралла лучшим шаманом всех стран, времен, народов и рас. Большая часть Орды их поддержала одобрительным мычанием. Но все равно не сумели найти в себе сил для того, чтобы хотя бы подползти к своему мудрому лидеру и поздравить его лично. Или их не отпустили, цепко взявшись изящными, но крепкими ручками за надежные рычаги управления.

— Не, на самом деле все было не так весело и радужно, а заодно чуть более кроваво. — Счел нужным заметить Строри. — Однако никакого сравнения нельзя провести даже со штурмом захудалого человеческого замка. Число погибших в этой битве установлено точно. Шестнадцать эльфиек и десять орков. На полторы тысячи рубак с одной стороны и вчетверо большее население города с другой.

— Так мало? — Не поверила Фиэль. — Если бы город моих сородичей штурмовал такой отряд врагов…Да он бы на штурм даже не пошел. Скорее уж это высокие эльфы вышли бы за стены и преследовали его, пока не перебили бы всех непрошенных гостей до единого.

— Из них двоих клыкастых зарезали уже после боя, когда они, ну скажем так, развлекались. И сильно обидели тех, с кем это делали. — Счел нужным заметить дварф. — Остальные орки вели себя культурней. Или просто жительницы захваченного поселения оказались слишком шокированы, чтобы сопротивляться. Но, в общем и целом, Орду жители провинциальных лесов встретили почти как освободителей. Не вломись они туда и лет через сорок-пятьдесят, по меркам этого народа в ближайшем будущем, в тех краях грозил вспыхнуть полноценный бунт. К тому же воевать обычные ночные эльфийки в любом случае не умеют, а потому массово попадают в плен со всеми вытекающими. С вероятностью процентов в девяносто следующее поколение Орды будет уже не зеленым. Собственно первые полукровки Калимдора уже учатся размахивать оружием. А их отцы в свободное от войны время таскают в захваченные города продукты, строят нормальные здания, да учатся ухаживать за теми из жилых зеленых насаждений, которые тамошние обитатели сохранили для личного пользования во время битв. В общем, выполняют привычную им роль охотников и кормильцев для своих многочисленных жен.

В дверь заколотили так, что она если и не заходила ходуном, то начала ощутимо вздрагивать. Сначала находящиеся внутри помещения приготовились к бою, потому как решили, будто прочная преграда содрогается от удара тараном. Потом все-таки осмелились её открыть и еще больше насторожились, поскольку по ту сторону оказалсась всего лишь гномка. Причем не маг. А значит она колотилась о дверь всем телом.

— У меня две срочные новости! — Выдохнула Кармен Хорвальдс, тяжело дыша и щелкая своим механическим бюстгалтером. Внутренности дирижабля были достаточно большими, чтобы после пробежки по ним имеющая проблемы со здоровьем изобретательница самым натуральным образом запыхалась.

— Начни с хорошей. — Попросил её гоблин.

— Не получится. — Гномка оперлась об косяк, переводя дух. — Они обе плохие.

— Тогда с самой худшей. — Решила Фиэль, недоумевая, откуда сейчас на борту дирижабля могли появиться проблемы. Они летели над открытым морем, а это значит, что напасть на них не могли. Водные обитатели на несколько сотен метров в вышину просто не допрыгнули бы. А пушки кораблей никогда не приспосабливались для отражения воздушных налетов или охоты за летающими кораблями. Даже с драконом, перескающим подобную преграду на собственных крыльях, шансы столкнуться были не велики. К тому же огнедышащие ящеры были разумны и просто так с по-настоящему крупным и потому опасным противником связывались редко.

— Кто-то испортил основной запас наших накопительных артефактов. — Выдохнула гнома. — Дверь на склад была взломана, а иллюминатор в нем высажен. Скорее всего, они уже плавают где-нибудь у побережья. Новые мы с сестрой изготовим, но это значит, ближайшую пару суток Тимону придется непрерывно подпитывать наши машины. Заряд в том хранилище энергии, которое работает сейчас, уже почти кончился.

— Я начинаю уважать этого террориста. — Задумчиво проговорил Тимон, медленно вставая со своего места и откладывая в сторону рисунок. — Как крепкого профессионала по части диверсий. Я стал тщательно контрлировать свою еду и оказался слишком устойчив для отрав, так он из строя весь наш транспорт попытался вывести. Поймаю — отдам на растерзание Сури. И никаких запретов ей устанавливать не буду.

— Да, кстати, может её уже пора выпустить? — Осторожно уточнила Острога, несколько переживавшая за суккубу. Общие интересы и покровитель сделал их если и не подругами, то соратницами. — Она уже достаточно была наказана, разве нет?

— Амбиции и умение действовать самостоятельно это хорошо, но к ним еще и толковая голова прилагаться должна в обязательном порядке. — Отрицательно покачал головой гоблин. — Не умеет контролировать себя, пусть сидит в клетке и учит выданный ей учебник по механике. Как при помощи подручных предметов и магии сумеет открыть замок — свободна.

— Но в её каюте нет даже пыли! — Возмутилась полукровка. — Она пуста, причем абсолютно!

— Нет, ну а кто ей мешал попросить у кого-нибудь отмычку? — Хмыкнул гоблин. — Во всяком случае, не я. И сама ей ничего не приноси, пока не попросит. Пусть учится работать в коллективе и добиваться помощи от других, если попала в сложную ситуацию. Так, а втоаря плохая новость то какая?

— Ну, я бы не сказала, что она уж сильно плохая. Скорее просто неоднозначная. — Подумав, решила гномка. — Просто команда сегодня на десерт получила компот с солью, перцем и приправами. Поварихи говорят, это твое распоряжение.

— Мда, приспособить толпу молодых волшебниц к делу будет сложнее, чем я думал. — Обескураженно потер себе лоб гоблин, вспоминая то, что он недавно им говорил. — А ведь это еще только цветочки. Ладно, пошел изображать из себя реактор. А вы тут подумайте еще немного, как и куда их еще можно пристроить без лишних жертв и разрушений. Униформу им там соорудие, тактику действий разработайте, у меня были кое-какие заметки…

На этих словах гномка все-таки утащила гоблина питать энергией артефакты громадной и очень сложной машины.

— Заметки? — Хмыкнула Острога и взялась за оставшееся без хозяина рисование. — Это вот эти?

— Ну, надо думать. — Задучиво посмотрела на картину Фиэль, узнавая в намалеванных им особах присланных Альянсом волшебниц. — По крайней мере, что-то похожее на униформу тут имеется.

— А тактика? — Уточнил Холхюк, но тут эльфийка показала ему рисунок и охотник на демонов закашлялся. — Да, хорошая тактика. На нежити вряд ли сработает, но демонов ошеломит надолго.

Через двое суток, потребовавшихся на пошив униформы, усталый и не выспавший гоблин плелся в свою каюту. Закачивать энергию в машины было не тяжело…Певрые несколько часов. А потом он почувстовал первые признаки утомления, а гномки притащили ему артефакт-накопитель, чем резко увеличили нагрузку. В общем, вымотавшийся донельзя коротышка едва переставлял ноги. Пока в одном из коридоров не врезался в стенку, не сумев вписаться в поворот. Слишком уж он засмотрелся на группку тащущих продукты волшебниц.

— Фиэль! — Рык зеленого коротышка заставил эльфийку буквально материлиазоваться перед жаждущим объяснений начальством. — Это что на них такое?!

— А что не так? — Посмотрела она в недоумении на перепугавшихся девушек, сейчас неуклюже пытающихся собрать с пола рассыпавшуюся крупу. — Ты же сам захотел, чтобы они были одеты в такую униформу.

— А что не так? — Посмотрела она в недоумении на перепугавшихся девушек, сейчас неуклюже пытающихся собирасть с пола рассыпавшуюся крупу. — Ты же сам захотел, чтобы они были одеты в такую униформу.

— Я? — Поразился коротышка и попытался продолжить путь в свою катюту. Но тут одна из волшебниц нагнулась и он врезался в стену вторично. — Ой! Нос! Нет, мне в принципе нравится…Очень нравится…Но это же не функционально!

— А зачем же тогда ты им такую униформу придумал? — Удивленно уставилась на него Фиэль. — Мне едва-едва удалось их сначала пошить, а потом надеть это безобразие.

— Я придумал? — Еще больше поразился гоблин. — Да не было такого никогда! Мне, конечно, наглости не занимать, но она всегда идет рука об руку с рационализмом. А в таком наряде в леса, где нам предстоит действовать, точно не выйдешь. Сожрут не попавшиеся на пути орки, так банальные комары. Закрытых мест в подобном костюме, кажется, в принципе нет.

— Ну, ты же сказал, что им нужна униформа. А у тебя уже есть какие-то наметки. И рисунок ты нам оставил. — Фиэль почему-то вспомнила Сури, тоже не совсем верно разобравшуюся в казалось бы понятной ситуации. — Ну, вот и сделала все прямо как там.

— Кажется, я создал монстра. — Задумчиво пробормотал гоблин, обходя кругом эльфийку и рассматривая её, словно видел в первый раз. — Симпатичного, но слегка безумного. Рабочие заметки у меня лежат в рабочем кабинете. В ящике стола. А тогда я просто тренировался в контроле энергий и раздумывал над тем, как бы принести в этот мир новые фасоны нижнего белья.

— А. Гхм. — Фиэль посмотрела вслед удоляющимся волшебницам. — Это многое объясняет.

Чародейки мрачно топали по коридорам дирижабля, нервно зыркая на всех встречных. Благодаря героическим усилиям совершившей ошибку эльфийки, униформой им отныне являлся комплект из перчаток по локоть, ажурных чулок, крайне миниатюрной юбочки и корсета. Обувью служили высокие сапоги. Причем все было радикально черного цвета.

Глава 42

— Щас встанет! Щас встанет! — Лихорадочный голос сверкающего серебряными глазами гоблина и расходящиеся от него во все стороны волны силы изрядно мешал Фиэль сосредоточиться на процессе. А он и так-то не отличался особой легкостью. Со стороны это конечно выглядело иначе, но на самом-то деле ей приходилось нешуточно напрягаться, чтобы в такой ответственный момент не сбиться с ритма. Тем более, что зеленый коротышка как будто специально задался целью ей мешать, а Острога всеми силами ему в этом помогала. — Поднимается! Смотрите, он поднимается! Встает!

— О да! — В голосе суккубы царил один только азарт и ничего больше. Ни разума, ни стыдливости. Хотя они вообще-то находились в мужской спальне. Вернее, казарме. Забитой битком. Куда бы не бросала взгляд эльфийка, отовсюду торчали волосатые ноги. Дварфов, гоблинов, троллей, эльфов, даже парочка людей сюда затесалась. Громадный дирижабль тащил в своем нутре четверть тысячи одних только солдат и сейчас десятая часть их была сосредоточена в одном месте. — Я возьму его? Можно?

— Еще рано. — Вздохнул гоблин, несколько успокаиваясь и переставая испускать из себя едва ли не видимый ветер магической энергии. Уже долгое время наблюдавшая за ним Златокудрая не могла не отметить, что с течением времени возможности странного существа постепенно росли. Нет, контроль над доступным ему сумасшедшим количеством силы возрос не так уж и сильно…Увеличилось количество последней, будто втекающей в коротышку широким потоком. — Пусть хоть до кухни доберется, террорист доморощенный. Ну или куда он там посреди ночи собрался.

Слегка неловкими движениями повар из отряда Фиэль, выбрался из ниши в стене, служившей для рядовых солдат спальным местом. А после начал натягивать на себя одежду, двигаясь абсолютно бесшумно. Хоть по меркам своих сородичей он и считался посредственным воином, но мог один на один выйти в схватку с большинством бойцов из числа других рас и хорошо готовил. В дирижабль он попал как ветеран отряда Златокудрой и теперь днем командовал молодыми волшебницами, как оказалось мало способными приготовить съедобную пищу самостоятельно. А ночью…Вот на этот счет у гоблина возникли кое-какие подозрения. Которые он сейчас и подтвердил.

— Не похоже на одержимость. А предатель бы нас всех отравил давным-давно. Выпил противоядие, подсыпал медленно действующего яда в котел и через сутки ушел бы в увольнительную. Дряни, которую почти невозможно вывести из тела даже магам-целителям, хватает. Наша общая смерть была бы дегко осуществимо даже в гоблинском поселке. Ведь штатных поваров ты на всякий случай заменил. — Заключила эльфийка, осматривая подчиненного. Ритм скрывающего их троицу заклятия бился в виски волшебницы. Держать его четвертый час подряд было тяжело. Особенно учитывая то, что примерно раз в пятнадцать минут гоблину становилось скучно, и он начинал развлекаться как мог. И факт нахождения их в засаде и большого количества спящих зрителей кругом не мешал ему пытаться нагло приставать к занятой делом чародейке. Или подзуживать на то же самое суккубу. Последняя ужасно радовалась вновь обретенной свободе и потому малейшие капризы мелкого чудовища понимала с полуслова и незамедлительно бросалась исполнять. Златокудрой удавалось отбиться и не развеять свою магию, но с каждым штурмом делать это становилось все сложнее. Во всяком случае, часть её одежды уже пала в неравной битве, просто порвавшись. — Мне кажется, это лунатизм.

— Какой-то странный у него лунтазим. — Не согласился с ней гоблин. — Глаза открыты, ведет себя уверенно…

Как раз в этот момент повар уперся в закрытую дверь и замер на месте, испытывая затруднения с тем, чтобы её открыть. Хотя ключ и торчал в замке, эльф только дергал ручку.

— А кто вообще её запер? — Подозрительно уставился на своих спутниц гоблин. — И зачем? Когда мы сюда вошли, вся казарма уже спала. Причем закрываться они даже и не думали.

— Рефлекс. — Как можно беззаботней пожала плечами Фиэль, у которой запирать все помещения, внутри которых оказывалась она и гоблин, стало буквально таки манией. С тех самых пор, как Острога внезапно зашла зачем-то в технический отсек с какими-то жутко гудящими механизмами и задержалась. А эльфийка не смогла удрать из сразу двух пар рук. Сложно сказать, пропадал ли в суккубе преподавательский талант или просто иматериал ей попался в высшей степени подходящий, но фактом было одно. Плохому шаманка успешно научилась. И теперь буквально жаждала самосовершенствоваться дальше. — Стоп, зачем он достал отмычки? И откуда?!

— Пожалуй, в самом деле, лунатизм. — Сделал вывод гоблин, наблюдая за тем, как взламывается замок. Ключ от которого небрежно уронили на пол, не придав ему ни малейшего значения. — Часть мозга спит, а часть работает и ищет на пятую точку своего тела приключений. Хм, вышел в коридор, лезет в вентиляцию… Да я же специально проектировал её под свои габариты! Более крупное существо в этих трубах просто застрянет. Да и чтобы некоторые места и ловушки преодолеть, надо пользоваться телекинезом.

— Похоже, в расчеты вкралась ошибка. — Констатировала суккуба, не став уточнять, зачем гоблину понадобилась возможность незаметно попадать почти в любое место дирижабля. — Хм, я все еще вижу его. Ползет по трубе, быстро ползет. Вперед, а то отстанем!

Троица прячущихся под иллюзией наблюдателей гнались за своей целью. И едва-едва умудрялись не отстать, насктолько стремительно та передвигалась.

— Фиэль, а у вас в Кель Таласе своя гильдия воров была? — Уточнил гоблин, взлетая, чтобы угнаться за своими длинноногими спутницами. — Ты смотри, он вылез из вентиляции, прошмыгнул в технический отсек, выбрался на обшивку через иллюминатор, переполз по стенке на этаж вверх…Если не любитель чужого добра, то убийца. Или крайне опытный любовник, наловчившийся лазать в башни к знатным дамам. Впрочем, возможно и пересечение всех трех вариантов.

— Официально, конечно же, не было. — Выдохнула уставшая эльфийка. — Но те, у кого я работала, пару раз к их услугам прибегали. Но как там мог оказаться лунатик?

— Полагаю, данным расстройством он заболел уже после уничтожения вашей родины. — Фыркнул гоблин. — Удар по голове, расстройство психики, перенесенная на ногах болезнь…Причин частичной рассинхронизации работы его мозга может быть много. Вполне возможно, он и сам о своем недуге не знает, иначе бы так просто не подставился.

— Просто? — Удивилась суккуба. — Мы не могли вычислить его несколько месяцев!

— Моя вина. Искали не психа, а холоднокровного диверсанта. — Пожал плечами зеленый коротышка, взмывая почти к самому потолку. — Когда я не смог вычислить злоумышленника при помощи чтения эмоций, то решил, что противостою типу, для которого убить как высморкаться. А значит у него на редкость холодный разум. Казалось, свою вину диверсант пытался свалить на Лонари, благо цапаемся мы с ней почти каждый раз, когда видимся.

— Кстати, а почему она тогда не сидела со мной в клетке, если накануне отлета попыталась вас ударить? — Вдруг задалась вопросом суккуба. — Мне там было тесно и скучно, а вдвоем хоть и повернуться бы толком не получилось, но время бы летело куда веселее…

— Я не применял к ней меры особого воздействия по причине наличия у этой почти рейнджерши кавалера. Вот этого самого повара, с которым они периодически куда-то пропадают, а потом Лонари пару дней ходит мирная и добродушная. — Фыркнул гоблин. — То, что казалось мне попыткой найти для расследования очевидного козла отпущения, на самом деле оказалось местью. Или ревностью, все же идея тогда перед отлетом пытаться использовать её штаны вместо флага оказалась не самой удачной. Надо было взять плащ, а поверх него приклеить лифчик.

— И повара ты ни в чем таком не подозревал? — Удивилась Фиэль. — После того как так обращался с его девушкой?

— Отмел как слишком очевидный вариант. — Поморщился коротышка. — Травить меня ему было действительно весьма удобно. Но матерый профессионал так бы себя не поставил. А жаждущий нести возмездия во имя костлявых прелестей Лонари выдал бы себя эмоциями. В то время как штатный кашевар оставался абсолютно спокоен и выражал искреннее недоумение во время расследований и опросов. Я оказался недостаточно параноиком и не предусмотрел вариант с тем, что у виновника данных событий могут просто отсутствовать по тем или иным причинам части памяти.

Внезапно по дирижаблю разнеслась сирена, которую гоблины не особо сомневаясь вытащили из дома прежнего торгового барона и перетащили на дирижабль. И сигнал, который она играла, был тревожным.

— Нашего диверсанта засекли? — Удивилась Фиэль. — Странно. Мы же…мы же…Рядом с прачечной?

— Налево стирка, направо ванные комнаты. — Пожал плечами Тимон. — Это самая нижняя палуба дирижабля. Тут нет ничего ценного, хрупкого или важного. И датчики установлены намного более примитивные. Да и для общей боевой тревоги один диверсант проблема не тех масштабов, если только он не запустил систему самоуничтожения. Которой на этом летающем бегемоте в принципе не предусмотрено.

— Он ползет обратно. — Поведала Сури, благодаря своему демоническому зрению видевшая предметы едва ли не насквозь. — Прижимает к груди какую-то штуку, кажущуюся мне знакомой. Сейчас появится.

На пол мягко, без единого звука, вывалился сжимающий нечто цветастое эльф. Лицо его в первую секунду было обескураженным. Он явно не понимал, как здесь оказался и чего делает. А в следующий момент изрядно испугался, поскольку гоблин внезапно вылетел из под покрова иллюзии. И врезался в обладающего неожиданными талантами повара всем телом. Любитель гулять по ночам всхлипнул и обмяк, будучи отправленным в нокаут.

— Совсем с катушек слетел, паразит! — Зло прошипел взбешенный коротышка. — Ничего, мы тебя вылечим. Наша карательная психиатрия лучшая карательная психиатрия в мире! Пускай и за неимением конкурентов.

— Это… — Взгляд эльфийки остановился на одежде, похожей на балахон с капюшоном, только весьма обтягивающий. Небольшого размера. И ярко окрашенный в желтый цвет, а потом еще и испятнанный чем попало. Златокудрая не могла даже представить, какое вещество способно оставить после себя потеки, переливающиеся всеми цветами радуги. — Рабочая одежда одной из сестер Хорвальдс?

— Да. — Несколько успокоился зеленый коротышка. — Почти скафандры, пригодные для действий в агрессивных средах или неглубоко под водой. Нанесенные на них руны предохраняют наших главных механиков от опасностей внешней среды. В баллоне, который тащит весь дирижабль, воздух нагрет до высоких температур. И его нужно осматривать изнутри на предмет дефектов находящихся там механизмов. Если эту одежду удалось аккуратно повредить, и она не вовремя вышла бы из строя, одна из наших главных механиков сварилась бы заживо.

Фиэль вздрогнула. Не из-за перспектив ужасной смерти для Хлои или Кармен. Просто суккуба вдруг обняла её и прижалась своими губами к острому ушку эльфийки. А гоблин этого не заметил, был занят отвешиванием повару пинков.

— От него позавчера пахло машинным маслом и незнакомыми мне женщинами. — Интимно прошептала Сури на самой грани слышимости, теснее прижимаясь к Фиэль. Крылья её, обычно сложенные за спиной, с двух сторон сомкнулись над головами девушек, создавая вокруг их лиц нечто вроде купола. Руки демоницы вцепились в ладони Златокудрой, вовремя прикрывшей грудь, а хвост пошел в атаку между судорожно стиснувшимися ногами. — Двумя сразу. Нам надо принять меры, если мы не хотим однажды оказаться не у дел…

— Твои предложения? — Машинально уточнила Златокудрая, не веря собственным губам. А затем резким ударом впечатала локоть под ребра охнувшей суккубы. И мстительно стиснула её нежный хвост бедрами так, словно стремилась его оторвать напрочь.

— Девочки, потом наиграетесь! — В голосе гоблина, вопреки его словам, сердитых ноток не имелось. — Я вам это обещаю. А сейчас время узнать, почему это у нас по дирижаблю боевую тревогу гудят!

На командном мостике троицу встретил гоблин-пилот, довольный собою, миром и собственной сигарой с крайне действенным релаксантом. Сизые облака дыма окутывали собой все и вся. Холхюк, замерший черной угрожающей глыбой в углу, смотрелся посреди подобного антуража на редкость к месту.

— Кхе-кхе. — Разогнала неблагоприятную атмосферу Фиэль. — Что случилось?!

— Хорошая новость. — Улыбнулся пилот. — Ветер всю дорогу был попутным, и мы достигли континента на пять дней быстрее, чем планировалось. И еще одна хорошая новость в том, что даже с курса почему-то не сбились и вылетели аккурат к гавани, где основательно окопались беженцы из Альянса. Вон, видите, как она полыхает?

— Ты в честь приезда устроил салют главным калибром, но попал не в небо, а в землю? — Подозрительно уточнил Тимон.

— Я хотел! — Улыбаясь, кивнул ему пилот. — Но кто-то поджег город раньше! И, кстати, в магический щит прикрывающий дирижабль время от времени чего-то стучится. Думал птицы, но потом с нижней палубы передали, что они наблюдают молнии. Как думаете, в этих краях могут водиться громовые дятлы?

— Спокойно. Спокойно. Спокойно. — Пробормотала себе под нос Фиэль, начиная дышать часто-часто и втягивать ноздрями воздух. — В конце-концов, это задымившее весь воздух успокоительное так успокаивает…

— Бомболюки задраены, турели убраны под броню, накопительные кристаллы в магических орудиях полны под завязку, докладов о поражении целей не слышно. — Пробормотал маленький волшебник, после того как пробежался глазами по показаниям установленных в рубке приборов. — Мы чего, совсем не ведем ответный огонь? А почему?

— А куда палить? — Вопросом на вопрос ответил Холхюк, разводя руками. — Ясное дело, нас атакуют из под воды чародеи нагов. Вот только их в родном океане достать трудно, им любая волна как укрепление. К тому же пойди их еще разгляди, среди ночи под слоем жидкости и среди рыб. Даже мои демонические глаза пасуют. Все, что я смог придумать, так это отдать приказ на набор высоты и увеличение скорости. Авось отстанут и перестанут дотягиваться.

— Сыпните бомбочек все же штучек пять, чтобы им жизнь медом не казалась. Авось всплывет два-три чешуйчатых тельца, остальные глядишь и призадумаются. — Вздохнул гоблин, принимая правоту слов охотника на демонов. — И давайте к суше ближайшим маршрутом. Там то они не смогут от наших орудий на глубину уйти.

— Уже. — Улыбнулся пилот. — Только ближайшим маршрутом, это мимо города. А мы там припасы хотели пополнить, пресной воды опять же набрать.

— Вот только его штурмуют. — Буркнула Фиэль. — Уж не наги ли, кстати?

— Могут. — Пожала плечами Сури, без спроса усаживаясь на один из приборов, при помощи которых управляли дирижаблем. — А может мои сородичи. Или вообще орки. А эти рыбешки подтянулись на шум, желая потом пограбить все, что останется от города.

— Скоро уже увидим все своими глазами и посмотрим, помогать ли и если да, то кому. — Буркнул гоблин, деловито проверяя боеготовность летающей крепости. — А ну кыш отсюда! Мне сейчас индикатор заряда общего магического щита интереснее, чем место, из которого у тебя хвост растет!

Запиликал один из приборов и, дождавшись, щелчка расположенной под ним рукоятки, разразился голосом Строри.

— Докладывает носовой наблюдательный пост! — Судя по раздраженному тону, полусотник дварфов был явно не рад ночной побудке. — При помощи артефактов ночного зрения и подзорных труб мы видим, что творится прямо по курсу. Только вот ничего понять не можем.

— Рассказывай. — Приказала ему Фиэль.

— Там орки дерутся вместе с демонами. Жгут дома и режут людей. — Голос старого солдата был изрядно растерянным. — А их бьют другие орки, которые сражаются вместе с людьми. В гавани затоплены корабли, причем много, больше она для судоходства непригодна. Причалы обороняет нежить, из последних сил отбивающаяся от штурмующих их наг. Причем я вот прямо сейчас наблюдаю, как одна из этих рептилий потрошит своим копьем человеческую женщину, пытавшуюся прикрыть собой детей. Чешуйчатых просто нереально много. По-моему никто и никогда их в таких количествах не видел.

— Про то, что часть орков попала под контроль демонов, мы слышали. — Задумчиво пробормтала Сури. — Не стоило их вождям с Пылающим Легионом ради силы клятвы на крови заключать. Самих предводителей племен уже давно нет, но их родня оказалась чарам вполне подвластна.

— Я могу разрушить такую связь. — Буркнул Холхюк. — Любые хорошие шаманы могут. Но не массово и не навсегда. Чтобы кого-то освободить от власти демонов, мне надо дотронуться до его тела и немного поколдовать. Но эффект скорее всего будет временным. Несколько дней, в лучшем случае месяцев. И так до тех пор, пока не погибнет архидемон, с которым заключали договор. Если не ошибаюсь, в данном случае речь идет о Маноротхе.

— Строри, ищи своими телескопами здоровенную демоническую фигню, смахивающую на гибрид кентавра с драконом! — Скомандовал маленький волшебник. — Кентавра…Хм…С драконом…Интересно, а они с Кеннариусом точно не могут быть родственниками, а? Очень уж сходство подозрительное.

— Во время первой войны с демонами этот полубог и Маноротх были самыми непримиримыми врагами по обе стороны фронта. — Задумчиво пробормотал себе под нос очевидец тех событий. — Даже когда Колодец Вечности был уничтожен, этот архидемон оставшись в одиночестве, не попытался сбежать. Он дрался до уничтожения своего физического тела. Причем в процессе и бессмертной жизнью немало рисковал, ведь сражался то вовсе не с простым смертным. Да, если подумать, похоже у них какие-то личные мотивы имеются.

— Тут таких штук восемь или девять. — Доложил дварф. — Здоровые и свирепые, аж просто жуть. Дома своим телом разносят, словно злобные с бодуна гуляки собачьи будки. Тебе какой нужен то?

— Генерал пылающего легиона не ходит без свиты. Не солидно ему. — Пожал плечами Холхюк. — И…Я не уверен в том, что нам надо с ним связываться. Маноротх не то существо, которого можно уничтожить при помощи обычных методов. Пули, взрывы, низшая магия, все это почти бесполезно против архидемона. Охотники на демонов могли бы помочь, но выходить против подобного противника надо не меньше чем несколькими десятками. Меня одного он, скорее всего, сожрет походя. Общими усилиями можно заставить его повозиться и пару раз испытать боль, но…

— Ищи самого здорового с двуручным бревном, похожим на глеву-переросток. У него еще башка пылает костром. — Выдал более конкретные целеуказания Тимон и посмотрел на древнего ночного эльфа. — Я все правильно сказал?

— Да. — Кивнул тот, внимательно рассматривая коротышку и обнажая клыки в ужасной усмешке. — Именно так он и выглядит.

— Нашел. — Доложил Строри. — Сейчас он ломает ворота крепости, которая еще держится. Оттуда его поливают расплавленным свинцом, но не похоже, чтобы такой дождичек мог пронять его шкуру. Металл просто стекает по крыльям, словно обычный дождь. Что дальше?

— Да ничего. — Пожал плечами гоблин. — Продолжаем набирать высоту и приближаться к цели. Только надо внимательно следить за тем, чтобы не подниматься выше дистанции, с которой мы сможем попасть главным калибром в цель, размером с дракона. Пора провести нашему маленькому воздушному кораблику боевые стрельбы по живым мишеням. А для десанта сегодня, увы, похоже, не сезон.

Глава 43

Стальная чушка, которой предали вытянутую форму и слегка заострили с одного конца, упала проскользила по направляющим. Тыльный конец снаряда ткнулся в плотно утрамбованную залежь динамита, в центре которого был упрятан небольшой амулет-зажигалка. В стволе прогремел взрыв настолько сильный, что если бы его стенки не были укреплены магическими рунами, то их бы просто разорвало. Синхронно с этим содрогнулась и другая точно такая же пушка, установленная вплотную. Их станины даже были скреплены заклепками в единое целое. Когда гоблины строили эту махину, им показалось, что обычное орудие для такого колоса будет смотреться как-то бедновато. А потому самый громадный дирижабль мира гордо смотрел вперед громадной спаренной артиллерийской установкой.

— Падение энергии в накопителе на одну десятую. — Спокойно сообщила Хлоя Хорвальдс. — Еще пять залпов главного калибра и его придется менять.

— Плевать. Не отвлекай меня от анализа эффективности подкалиберных снарядов. — Отмахнулся приникший к зрительной трубе Тимон. — Я должен по достоинству оценить то воздействие, которое произвели на архидемона два мирно пролетающих по своим делам стальных лома.

— Два зачарованных стальных лома. — Поправила его Кармен. — Обычные пробивают броню на сорок восемь процентов хуже. И они весили по центнеру каждый. А уж стоили….

— Менее впечатляющие снаряды могли просто отлететь. — Вздохнул гоблин, наблюдая за тем, как громадное чудовище выдирает из своих крыльев вонзившиеся туда занозы. Поскольку ими он за секунду до залпа прикрыл свою ужасающую морду от выстрела крепостных пушек, способных оставить после себя пару-тройку синяков, двойной выстрел в затылок у наводчиков не удался. Хотя они очень старались. Но даже пройди все как задумано, вряд ли бы тяжелым стальным стрелам, запущенным в полет при помощи взрывов, удалось бы пробить череп монстра. Они едва-едва справились с тонкими косточками крыльев и толстой мясистой перепонкой между ними. А когда их выдернули, оставили после себя аккуратные круглые ранки. Плоть архидемона на мгновение вспыхнула огнем и спустя секунду уже оказалась цела и невредима.

— Арр-ха-ха-ха! Неплохо! Мне было слегка больно и на какую-то секунду почти страшно! — Громовой раскат голоса Маноротха, казалось, заставил дрогнуть и без того изрядно расшатанную усилиями архидемона крепость. Оттуда на голову генерала Пылающего Легиона продолжали лить свинец, но он не очень-то и возражал против подобного душа. Намеревался в дальнейшем просто содрать с себя застывший металл заодно с грязью и старой чешуей. Этому чудовищному созданию во время завоевания чужих миров редко выдавалась возможность нормально помыться. А стрелы, пули и заклятия обычной боевой магии, возглавлявший армию зла монстр игнорировал вообще. Они в принципе не могли нанести ему ни малейшего урона. Максимум, заставляли лишний раз моргнуть. — Кто посмел и сумел ранить меня?! Ну, же, покажись! Если ты сможешь в прямом бою показать себя столь же достойно, то я подумаю о том, чтобы сделать тебя рекрутом своей великой армии. Да что там рекрутом, офицером!

Летевший далеко огромный дирижабль он заметил. Но большого значения ему не придал, посчитав расстояние между ними слишком значительным. Маноротх подобно многим по-настоящему древним существам был изрядно консервативен и потому изрядно недооценивал лишенные магии вещи. К тому же вонзившиеся в его крылья зачарованные куски металла архидемон счел дротиками. Ну а как иначе, если на них нет оперения и они ну очень большие? Под стать ему самому. И потому монстр отправился искать по округе достойного его врага. Оставить такую угрозу без внимания генерал Пылающего Легиона просто не мог себе позволить. Раз к нему однажды подкрались на дистанцию выстрела, то смогут сделать это и еще.

— Результат близок к отрицательному. — Задумчиво сказал Тимон, отлипая от подзорной трубы. — Мда, это вам не Артас. Такого динозавра на одном месте не удержать. Ладно, переходим к запасному плану. Уничтожаем всякую мелочь и надеемся, что из защитников города кто-нибудь если и не прибьет архидемона, так хотя бы сможет спастись бегством. Да и в любом случае, эта туша на себе все ценное из развалин не упрет и зимовать тут вряд ли останется. А значит, когда она свалит, в руинах можно будет и порыться.

— Будет сделано, босс! — С готовностью откликнулся ближайший гоблин-артеллирист и замерший в небе громадный дирижабль начал извергать из себя смерть сплошным потоком. Два десятка баллист пробивали навылет одного демона за другим. Маги, спустившиеся на самый нижний уровень, метали заклинания вертикально вниз. Операторы нескольких бомболюков приникли к прицелам, и когда в тень воздушного судна чисто случайно попадал какая-нибудь невезучая тварь, то на голову ей сваливался взрывающийся гостинец.

Понятное дело, незамеченным это остаться не могло. Некоторая часть демонов, как оказалось прекрасно умеющих летать, поднялась из пылающего ада, в который превратился город. Похожие на тени, стремительные и опасные, они неслись по воздуху к своей цели…И если не успевали отвернуть, размазывались в клочья.

— Щит истощен на треть. — Довольно быстро сообщила Хлоя, наблюдая за сползающими по незримой преграде остатками одного из самых резвых неудачников. — Хорошо, что у противника луки на такую высоту не достреливают, а нам сверху вниз палить ничего не мешает. Иначе бы выходить из боя пришлось почти сразу же.

Маги как мишени в тире уничтожали авиацию противника. Защищенные общим магическим щитом дирижабля, отдельными комплектами чар примененных специально к стрелковым галереям, собственным волшебством и необходимостью противника попасть в узкую бойницу они находились прямо таки в тепличных условиях. Даже два десятка молодых чародеек отработали немногие известные им боевые заклинания, поджарив, мелко нарубив и заморозив чего попало. Если бы не большое расстояние, отделявшее их от земли, были бы жертвы среди защитников. А так все обошлось, их далекие от совершенства заклятия просто разваливались раньше, чем преодолевали столь существенную дистанцию, если промахивались мимо целей. Баллисты прицельно выбивали нелетающих монстров. И иногда даже попадавших в зрение наводчиков наг. Земноводные, очевидно, окончательно добили защищающую гавань нежить и теперь схлестнулись непосредственно с демонами. Причем слабыми и беззащитными на фоне чудовищ Пылающего Легиона они не выглядели. Вместе со змеевидными телами наступала и вода, уничтожающая все на своем пути. Повинуясь воле морских чародеев она закручивалась водоворотами и торнадо. Обволакивала, чтобы топить и давить. Застывала глыбами льда вместе со своими пленниками или кипела, превращаясь в крайне экзотический суп.

— Почему-то у меня такое ощущение, что мы лишние на этом празднике жизни. — Пожаловался гоблин окружающим, наблюдая за кипевшим внизу котлом схватки. — А еще я никак в толк не могу взять, чего здесь забыли орки? Нет, которые подчинены демонам, те вопросов не вызывают, но остальные то? Здесь же территория Альянса и на рабов они не похожи. У тех оружие, доспехи и призывающие духов налево и направо шаманы встречаются редко.

— Где ты видишь шаманов? — Завертела подзорной трубой Хлоя.

— А я их и не вижу. — Пожал плечами гоблин. — Просто когда мостовая встает на ноги и начинает кулаками проламывать рогатые головы, то либо делали её из отходов мастерской големостроителя, либо рядышком какой-то говорящий с духами призывает элементалей земли.

— Так, элементалей вижу…Они охраняют большое здание, кажется человеческий храм. К ним движется тот большой демон, которого ты считаешь их главным. — Гномка подкрутила подзорную трубу, настраивая резкость. — Проклятье, там дети! Целая толпа орочьих детей…Или тролльих…А, понятно, полукровки с местными темнокожими эльфами.

— Чего? — Гоблин тоже перенес фокус своего внимания обратно. — Ух ты, это ж как их туда столько набилось?!

Пожалуй, не меньше тысячи ребятишек разных возрастов, щеголяющих кучей оттенков зеленого, фиолетового, синего, коричневого и кажется даже разового теснились в здании храма. Входы, окна и даже уже парочку проломов в стенах охраняли чистокровные орки в количестве двадцати или тридцати штук. Раньше их было больше, наверное, целая сотня, но две трети защитников уже пали от рук, лап, чар и клыков демонов. Последние активно штурмовали возведенные из разного хлама баррикады, пытаясь прорваться внутрь.

— Стоп, а это что еще за афро-терминатор-нудист?! — В голосе гоблина внезапно появились нотки настоящего шока. — Ну, видишь, у пролома стоит. Из баллисты с вытянутых рук стреляет. Спасибо хоть, что с одной. А вон из окна еще одна выглядывает. А на втором этаже храма их вообще целый взвод с балкончика на балкончик перепрыгивает, несмотря на расстояние в десять-пятнадцать метров между ними. То-то я смотрю, демоны на подступах к оркам как-то подозрительно быстро кончаются. А по ним, оказывается, ведут кинжальный огонь киборги-убийцы из ужасного толерантного будущего. Вот только почему они вместо бластеров или на худой конец пулеметов вооружены чудом средневековой осадной мысли? К оригинальному оружию патроны кончились и пришлось ограбить ближайший замковый арсенал, в котором складировалась корабельная артиллерия?

— Это ночные эльфийки. С луками. — Гнома довольно быстро нашла особу, что вызвала у зеленого коротышки такую бурю эмоций и непонятных слов. — И они не голые, просто одежда, очень обтягивающая и телесного цвета. Ну, для них телесного. А в чем дело? Даже я знаю, что огромное количество природной энергии в этих краях делает местную популяцию эльфов несколько крупнее и сильнее своих собратьев с нашего континента.

— Это?! Эльфийки?! Двухметровые?! — В голосе гоблина шок сменился истерикой. — Нежные, хрупкие, возвышенные?! Да ты посмотри на то, какие у них мышцы перекаченные! Я даже с такого расстояния эти бугры не могу не видеть! Сиськи есть, тут не спорю, но по ходу дела у них в одной единственной сиське мышц больше, чем у меня во всем тщедушном тельце!

Гоблин оторвался от зрительной трубы, протер объектив собственной одеждой и вновь приник к ней, чтобы убедиться в отсутствии оптических обманов зрения.

— Я начинаю сомневаться в достоверности тех сведений, которые нам собрал Мал. — Сказал он, пытаясь взять себя в руки. — Не могла Орда захватить город, где проживают ТАКИЕ эльфийки вчетверо меньшими силами. Скорее уж его жительницы вышли прогуляться за добычей и вернулись домой не с пустыми руками. Просто оркам было стыдно в этом признаться. И сейчас в их империи идет не завоевательная война, а повальное распространение моды на новых домашних любимцев. Только чуть более рациональных, чем котята, щеночки и хомячки. Со стильным зеленым окрасом.

Балкончик, на котором столпилось с десяток местных жительниц, рухнул вниз облаком камня и кровавых ошметков, когда в него ударила сферой темно-фиолетового цвета какая-то суккуба. От прочих своих сородичей данная демоница отличалась весьма не характерным наличием скрывающей почти все тело одежды. Впрочем, приталенный синий плащ, облегавший её фигуру, не сильно помог против сверкающего алым цветом молота, запущенного в полет одним из орков. Оружие, вообще-то бывшее вовсе не метательным, преодолело разделяющее их расстояние и сгустившийся вокруг заклинательницы щит. Брызнули во все стороны роскошные черные волосы, запятнанные мозгами и обломками черепа. Однако погибших лучниц это уже вернуть, конечно же, не могло.

— Так, Хлоя, скоординируй огневую мощь на тех тварях, которые рвутся к храму. Начинаем спасательную операцию. — Деловито скомандовал гоблин. — Хм…Будем считать, эту проблему мы решили. Остается Маноротх. Маленькая такая проблема, малюсенькая, ну прямо таки микроскопическая, если смотреть на неё в телескоп и с другой планеты.

Как раз в этот момент увидевший оплот сопротивления своим войскам архидемон зарычал и взмахнул своим оружием, оставляя в воздухе огненную черту. Спустя мгновение она разбухла в десятки раз и понеслась вперед настоящим огненным валом. Пламя ударило по храму, вцепилось в камень, протиснулось через высокие стрельчатые окна. Стена устояла, но скорее всего внутри здания стало жарко. Возможно даже вспыхнул пожар. И почти наверняка появилось несколько дестких трупиков. Или несколько десятков. А также некоторое количество взрослых женских, если лучницы недостаточно оперативно отшатнулись от проемов.

— Готовьте десантный отсек к приему народа. Опускайте лифтовые платформы, будем проводить эвакуацию. Авось спасенные помогут наладить отношения с Ордой или оппозицией местной империи ночных эльфов. А если им на них чихать, то бесплатная рабочая сила еще никому не мешала. И да, один разрывной снарядик запишите на мой счет. — Вздохнул гоблин и телекинезом открыл ближайший к себе иллюминатор. — Стоп, Хлоя, а ты не знаешь, куда мы убрали надувного архидемона? Где стоять баллоны с водородом я помню.

Моноротх крушил и смеялся, радуясь царящей вокруг кровавой резне. Правда, в этот момент из его противников ничего не лилось, поскольку они были каменными. Но архидемон искренне считал себя непривередливым и умел не расстраиваться по мелочам. В конце-то концов, на то чтобы уничтожить нескольких элементалей у него не уйдет много времени, а после можно будет поразвлечься с теми, кого они охраняют. Или сойтись в схватке с по-настоящему сильным соперником. Он всем телом чувствовал чью-то чужеродную энергию, принадлежавшую по-настоящему могущественному существу, но никак не мог взять в толк, где же находится её источник. Упавшего с неба маленького зеленого гоблина, сжимающего в объятиях длинный железный конус, генерал Пылающего Легиона попросту не заметил. А если бы даже и заметил, не предал значения. Решил, что того просто пнул кто-то из пришедших вместе с ним демонов-разрушителей.

— Всем привет. — Раздалось из недр глухого шлема мягко приземлившегося на ноги коротышки. Орки, рядом с которыми он упал на землю, на чистых рефлексах попробовали его зарубить, но их оружие внезапно увязло в воздухе. — Спокойно, ребята, я друг. И в доказательство этого вон та группа демонических гончих сейчас окажется зажаренной.

С неба, а вернее с дирижабля, прямо в центр бегущей к храму стаи тварей упала на редкость крупная зажигательная бомба. Волна вспыхнувшей жидкости разлетелась во все стороны обжигающими брызгами и паре десятков монстров их сопротивляемость магии нисколько не помогла. Орки призадумались и развернулись обратно к наседающим на них демонам от непонятного коротышки, в котором с некоторым трудом опознали гоблина. Большей частью.

— Т-ты к-кто? — Слабым голосом спросил пришельца с неба дряхлый зеленокожий старик, укутанный в целое море всевозможных бус, косточек и амулетов. Сил на то, чтобы драться дальше, у растратившего все резервы шамана больше не было. Однако на то, чтобы разобраться в ситуации ветеран Орды все еще был способен. — Я-а т-тебя-а, р-раньше н-не в-видел.

— С той летающей халабуды прибыл. — Гоблин кивнул на застывший высоко в небо дирижабль. — Сейчас с него опустится платформа, грузите туда детей. Сразу всех не упихивайте, а то навернутся с края, в несколько приемов малышню перетаскаем.

— М-мы с-сейчас! М-мы м-мигом! К-клык, С-синий, К-кусок, а н-ну х-хвать п-прохлаждаться! — Орк несмотря на возраст не утратил остроты зрения и потому мгновенно разглядел в ночном небе путь к спасению для прячущихся в храме детей. Команда дирижабля работала весьма шустро, и потому здоровенная люлька, пригодная для десантирования танка, уже стремительно приближалась к земле. Троица ближайших воинов, истекающих кровью из многочисленных ран, обернулись на вопли шамана. — У-умрите, но д-дайте р-ребятишкам з-залезть на эту ш-штуку!

— С героической гибелью повременим. — На орков в этот момент наседали демоны, выглядевшие, словно сумевшие как-то заполучить себе объем тени. Черные силуэты внезапно начали лопаться один за другим, словно лягушки на которых решил сплясать своими подковами не любящий земноводных конь. — Ты мне вот чего скажи, как так получилось, что вы оказались в человеческом городе?

Маноротх уничтожил последнего из элементалей, после чего медленно и величественно развернулся к храму. Он видел, что источник ощущаемой им энергии где-то тут. Но не мог понять, где именно. И потому медлил, опасаясь увлечься уничтожением и пропустить новый неожиданный удар.

— Н-не у-успеем. — Обреченно выдохнул старый шаман и неожиданно вырвав из-за пояса кривой нож, вонзил его себе прямо в сердце. А после, невзирая на полученную рану, выдал какой-то непонятный горловой звук, протягивая трясущиеся руки в сторону архидемона. С неба упала молния, чудом не задев почти достигшую земли лифтовую платформу и оставила после себя десятка полтора призрачных орков. Очень недружелюбных орков, судя по вырвавшемуся из их пастей дружному рычанию. Призванные существа яростно кинулись на врага, размахивая светящимся словно болотные гнилушки оружием. А тот, кто привел их в этот мир, испустил свой последний вздох.

— Это займет его минуты на две. — Решил гоблин, наблюдая за тем, как архидемон топчет призраков своими копытами. Примерно так бы выглядел кот, если бы его вдруг атаковала впавшая в неистовство берсеркеров мышиная стая. — А потом будет моя очередь геройствовать. Эй, так может мне кто-нибудь ответит, почему вы оказались в человеческом городе?

— Вождь-шаман Трал и вождь-шаман Джоана еще два года назад через своих посланников поклялись не нападать на земли друг друга. Люди и орки не любят друг друга, но нежить и демонов наши народы не любят еще больше. И местные хозяева не были рады ни людям, ни оркам. Войну меж нами приостановили до тех пор, пока все твари не умрут. — Ответил один из раненных, к которым обращался незадолго до своей смерти шаман. Очевидно, это был Синий, во всяком случае, все лицо у него покрывала сложная татуировка как раз такого цвета. На человеческом языке воин говорил с весьма сильным акцентом, чем разительно отличался от оставшегося на борту дирижабля Мала. — Недавно часть наших братьев сошла с ума. Они вырезали много наших селений, принося собственных детей и женщин в жертву. Мы жили в городе, который принадлежал раньше ночным эльфам, а теперь стал принадлежать еще и Орде. Почти все мужчины лишились рассудка, и их жены снова взяли в руки луки, чтобы спастись самим и спасти детей. В человеческие земли бежать оказалось ближе и безопаснее. Вождь-шаман Джоана даже разрешила оставить нам оружие. А вчера этот город атаковали лишившиеся разума орки и их хозяева.

— Стоп, Джоана здесь? Где именно? — Удивился коротышка. — И как она могла попасть сюда так быстро, мы же совсем недавно с ней на соседнем континенте разговаривали?

— Вратами духов. — Пожал плечами орк с синей татуировкой. — В крепости покои главных людей.

— А, ну да, телепортом. — Кивнул гоблин. — На такие расстояния им перемещаться очень и очень дорого, но правительница людской расы такие расходы себе позволить точно может. Да еще и свиту прихватить. Ладно, приличия мы соблюли, о политической погоде поговорили, пора заняться делом. Так, по той фиговине, которая сейчас выползет из соседнего переулка, не стрелять. Все слышали? Не стрелять!

Раздавивший последнего призрака в кулаке Маноротх закрутил головой, выискивая новых противников. И нашел. Правда, он не был уверен в том, что это именно противник, но кого-то он точно нашел. Из-за ближайших домов медленно и с ясно видимыми усилиями выползало нечто, выглядящее как его собрат-демон. Очень большой демон, передвигающийся исключительно на четвереньках, иначе бы его торс и рогатая голова возвышались бы над крышами человеческих построек. И курс его движения вел прямиком к генералу Пылающего Легиона.

Новая порция демонов выбежала к храму и набросилась на успевших слегка перевести дух орков, готовящихся к безнадежной схватке с чудовищами, превосходящими их раз эдак в сто. Во всяком случае, по массе.

— Ты еще кто такой? — Маноротх выставил вперед свое оружие, поскольку без его использования сладить с тем, кто размерами ничуть не уступал ему самому, было бы затруднительно. Одним из его знакомых или подчиненных он не был. Ауры не имел вообще, словно был неодушевленным объектом вроде камня или куска дерева. Однако же двигался, на загнутых рогах плясал пахнущий гарью огонь, а на земле после него оставались следы. Пусть слишком слабые для столь массивной туши, но оставались. А фантомы или иллюзии подобного проделать точно не могли. — Это ты в меня дротиками кидался? Отвечай!

Но ползший на четвереньках гигант хранил гордое молчание. Он добрался до Маноротха, встал, не устрашаясь направленного ему в живот лезвия, а после вообще попытался обнять генерала Пылающего Легиона. Громадное лезвие с легкостью, поразившей даже владельца оружия, вскрыло грудь странному существу с пылающими рогами. А в следующее мгновение прогремел взрыв. Казалось, на земле появилось второе солнце. Ближайшие к храму дома рухнули. Оживленно сражающихся демонов и орков сдуло и разбросало кого куда. Некоторых с летальным исходом. Висящий высоко в небе дирижабль качнуло и могло бы унести в сторону от места событий, но стоящая на земле лифтовая платформе сыграла роль якоря. Архидемон икнул, пошатнулся, осел на бронированную задницу и снял с рогов лоскут какой-то тряпки.

— Хар-роший фантом. — Раскатисто произнес Маноротх, тряся головой, на которой почти угасло пламя. Архидемон был обожжен и слегка контужен, но стремительно регенерировал. Выбитые ужасающим взрывом глаза уже успели отрасти вновь, и теперь пытались прорморгаться. — Я таких еще не видел. Эй ты, который его создал, а ну выходи! Найду, хуже будет!

— Так и знал, что не сработает. Надеюсь, хоть отбуксированный телекинезом ему за спину снаряд он не заметил. — Вздохнул Тимон и шаркающей походкой поплелся к уверенно и неотвратимо приходящему в норму гиганту. — Эх, отдал бы любые деньги за плутониевое ядро, да только кто же тут его продаст? Или может на рынке следовало объявление оставить? Глядишь и смог бы какой-нибудь искатель приключений выполнить сей эпический квест ради заслуженной награды и бонуса в виде возможности официальным путем попасть на территорию моего гарема. Они же не знают, что я замки меняю раз в неделю и каждую ночь по случайному графику его патрулирую. Эй, толстозадый, ты чего на меня пялишься так своими прожекторами, а?! Проблем захотел?!

— Такая сила. — Гоблину удалось сделать с Маноротхом то, чем могли похвастаться немногие. Монстр был серьезно озадачен. Нельзя сказать, что он был шокирован. Но контраст между микроскопической с точки зрения генерала Пылающего Легиона букашкой и расходящейся от неё щедрой рекой силы, внушительной даже по меркам архидемона, заставлял задуматься. — В таком теле…

— Ну, не дается мне пока физическая трансформация. — Развел руками гоблин и ближайшие к нему тушки убитых демонов поднялись в воздух, чтобы миг спустя обрушиться дождем на своего командира. — Чего уж тут поделать.

— Стоп, я вспомнил! — Внезапно гулко расхохатался Маноратх так, что платформа на которую дежурные гоблины погрузили с полтысячи детей, накидав их едва ли не в три слоя, опасно закачалась в воздухе. С неё даже кто-то упал и, не успев толком закричать, разбился вдребезги. — Это ты дал пинка нежити, с которой так долго возились натрезимы. Теперь её наконец-то оценили по достоинству и признали тухлым мясом, которым только и можно, что пугать рабов. Х-ха! Я сам хотел передавить всю эту пакость, но ты меня опередил!

— Ничего личного, развел руками гоблин, постепенно отходя подальше от храма. И следом за ним от полного детей здания отворачивался и Маноротх. — Мне заплатили. Кстати, за тебя мне заплатили тоже.

— Надеюсь, ты не продешевил. — Архидемон бросился в атаку, с места развив очень даже неплохую скорость. Лезвие его оружия глубоко пропахало землю в том месте, где секунду назад стоял зеленый коротышка. Но гоблин успел взмыть свечкой вверх…И попасть под облако неимоверно плотного и жаркого пламени, выдохнутое генералом Пылающего Легиона. Из ревущего огня вырвалось темное облако неимоверно плотного черного дыма, чтобы попасть прямо под удар вытянувшимся в несколько раз крылом и оказаться сбитым на землю.

— Хе-хе, я разочарован. — Провозгласил архидемон, наблюдая за лежащим на земле изломанным телом. — Мне казалось, ты должен сражаться лучше. Похоже, кто-то тут имеет дурную привычку переоценивать себя, а потому сейчас отправится в небытие!

Глава 44

Словно распрямившаяся пружина или атакующая змея, гигантский монстр прыгнул к тому месту, куда упал дымящийся коротышка. Земля содрогнулась от удара ужасающих копыт. Удар лезвием, весящим больше чем кузнечные наковальни со всего города, был отклонен телекинезом в сторону, и оружие глубоко ушло в землю. Маноротх замер. Пламя, пылающее вокруг его головы, свернулось в толстый огненный шлем. Из под которого с непонятным выражением на маленького волшебника взирали заметно увеличившиеся в размерах глаза.

— Полтора метра вглубь, а дальше никак. — Изломанный и истекающий черной жидкостью с запахом ореха дымящийся коротышка казался невероятно удивленным. — Стесняюсь спросить, но как ты смог в таком месте настолько мышцы накачать? Я мог бы пробуравить этим длинным и толстым стальным дрыном крепостные ворота. Ну, не сразу, конечно же, но мог бы.

— Повелитель Маноротх! — Встревожено вскричал кто-то из демонов-офицеров, отвлекаясь от драки с защищающими храм из последних сил орками. — Что с вами?! Почему вы так странно дергаетесь?

— У любого живого существа есть уязвимые по сравнению с остальным телом места. — Наставительно сказал ему переломанный гоблин, вновь окутываясь черным дымом и спустя секунду становясь абсолютно целым. — Обычно они расположены близко к голове, которую твой хозяин защищает крыльями, лапами, пастью и огнем. Но, как правило, есть одно и с противоположенного конца. Оно у него тоже надежно прикрыто. Прекрасным бронированным хвостом. Вот только кто-то тут имеет дурную привычку, сильно задирать его в сторону и использовать как дополнительную рабочую конечность, когда идет в атаку.

— Я. Тебя. Уничтожу. — Раздельно, практически по буквам, пообещал архидемон, неловко пятясь назад и пытаясь одной рукой дотянуться самому себе до крупа. — Всю память о расе гоблинов сотру!

— Это еще не все. — Зловеще пообещал ему гоблин и сложил руки в демонстративном магическом жесте. — Запретная техника! Заглубленный взрыв!

Хлопнуло. Хлюпнуло. Завоняло. Маноротх содрогнулся всем телом и завыл, заставив орков и рядовых демонов побросать оружие и схватиться за уши. Чудовищный монстр трубил не столько от боли, хотя она его и терзала. Для столь могущественного существа детонация разрывного снаряда даже в таком интимном месте была далеко не смертельной. И даже не особо калечащей, все несмертельные повреждения должны были исчезнуть всего через несколько секунд. Главной причиной, заставляющей генерала Пылающего Легиона издавать такие звуки, была смесь бешенства и унижения.

— Ты выжил? — В голосе коротышки был слышен отчетливый страх. — Но ты не должен был! Кенариус говорил, что тебя это точно убьет!

— Кенариус?! — Зырчал монстр и рванулся вперед за бросившимся от него наутек прямо по воздуху обидчиком. — Кенариус?! Я убью и сожру этого вонючего козла-извращенца!!! Но тебя я проглочу первым!

Гоблин бросился наутек. Впрочем, удирал маленький волшебник не совсем куда глаза глядят. Его курс неизменно вел к гавани, полной невесть с чего решивших выбраться на сушу в этом месте наг. Несущемуся за ним следом архидемону маршрут, по которому они передвигались, был полностью безразличен. Как и вообще окружающий мир. Дома на его пути разлетались облаками горящих щепок, поскольку монстр был слишком зол, чтобы их огибать или перепрыгивать. Камни мостовой плавились до состояния лавы. От немногочисленных защитников оставались разносимые ветром горстки пепла. От нападающих на город тварей, причем даже демонического происхождения, впрочем, оставалось то же самое.

— Кажется, зря я в это ввязался. — Гоблин приник к земле и волна пламени, рядом с которой извергающийся вулкан смотрелся вовсе не так уж внушительно, прошла выше его слегка расплавленного шлема. — И еще зря дал такие нечеткие указания своим подчиненным. Разве непонятно, что теперь уже можно прекратить вести себя относительно тихо и пора применить главный калибр?

Мелкая зеленая фигурка пробила собой слой почвы и скрылась в ливневой канализации, чья решетка секундой раньше попалась ему на глаза. Вовремя. Там, где она находилась секунду назад, пронеслось сметающее все не своем пути лезвие, срезавшее фонарный столб, будто колос пшеницы. Маленький волшебник пересек четыре улицы, сворачивая на развилках по велению своей левой пятки и снося на своем пути всякие заторы из мусора при помощи телекинеза. А после замер, увидев, как по трубе прямо к нему ползет поднимающаяся все выше вода. Чародеи наг не дремали и, судя по всему, готовились коллективными усилиями просто утопить занятый демонами город.

— Уничтожу! — Маноротх, совершивший длинный прыжок, приземлился на подбитый уже несколько часов назад дварфийский танк, стоящий посреди улицы. Несчастный кусок искореженного железа, превратившийся в тонкий блин, не сделал архидемону ничего плохого. Однако прямо под ним и замер его обидчик. Локальное землетрясение обрушило значительный участок ливневой канализации. Однако гоблин был уже далеко, удирая прямо по затопленным тоннелям. Марионетка ведь не могла захлебнуться, а внутри свернутого пространства воздуха хватало.

— Демоническое видение жизни и магической энергии наличествует. — Мрачно констатировал сам себе коротышка, встречая на пути завал и пробуравливаясь сквозь него подобно реактивному кроту. Закипевшая вокруг него жидкость только добавила прыти. Выдох Маноротха прожег слой земли и частично испарил, частично вскипятил находившуюся внутри канализации воду. — Хорошо еще, что количество исходящей от меня энергии здорово сбивает демонам чуйку, и они не могут распознать свернутое пространство, поскольку эта тонкая магия напрочь забивается другими, более грубыми эманациями.

Новый завал заставил гоблина выйти обратно на поверхность, подняв фонтан воды в точке выхода и сделав в ливневой канализации новый сток. Смысла двигаться по затопленным ходам больше не было. А попытку спрятаться в глубинах земли он посчитал самым крайнем случаем. Было у него такое подозрение, что преследующий его архидемон будет копать быстрее, чем даже самый лучший телекинетик. Даже если генерал Пылающего Легиона займется этим делом первый и последний раз в жизни.

— Я уничтожу тебя! — Пророкотал Манорох, пробегая через чей-то и так уже обрушившийся богатый дом и спотыкаясь об остатки первого этажа, на строительство которого не пожалели камня. Одна стена громадного монстра бы не остановила, но тот как-то умудрился последовательно проломить одним и тем же копытом целых три и завязнуть в фундаменте. Вдобавок туша замершего в попытке сохранить равновесие чудовища провалилась по колено в подвал, сотрясая землю. Пылающая огнем голова оказалась как раз перед оцепеневшей от испуга нагой, сжимающей в руках сделанный из кости лук. — Испепелю! Сожру! Растопчу! Раздавлю! Покараю!

Принявшая все это на свой счет морская обитательница, способная поместиться в пасти архидемона целиком и отделенная от неё буквально каким-то метром, зашаталась от акустической атаки и исходящего из чудовищного рта зловония. А после вообще взяла и свалилась в обморок. В падении она задела кончиком хвоста ноздрю Маноротха, но тот все равно её не заметил. Все внимание монстра было сосредоточенно на стремительно удаляющейся фигуре маленького зеленого коротышки. Обидчик уходил, и генерал Пылающего Легиона наконец вспомнил о магии. Хоть он и предпочитал всегда проблемы решать при помощи грубой силы и оружия, но и нескольким весьма впечатляющим трюкам за очень долгую жизнь конечно же научился. Специально для того, чтобы разнообразить свой арсенал в битве против тех немногих существ, которых просто размазать не получалось. Или догнать. В длинной-предлинной карьере архидемона встречалось бесчисленное множество тех, кто не жаждал познакомиться с ним поближе. Иногда попадались очень прыткие.

— Узри же силу моей пылающей крови! — Маноратх располосовал когтями одной руки кожу на второй. Жидкость, которая текла внутри, медленно и неохотно начала изливаться наружу, зависая в воздухе комками всесжигающего пламени, способного повредить не только тело, но и саму душу. Спустя несколько секунд перед ним в воздухе замер уже настоящий рой из огненных шаров. Помимо весьма серьезного даже по меркам генерала Пылающего Легиона поражающего действия они обладали еще одним очень ценимым им свойством. Самонаведением. — Тебе не спастись!

Комки огня рванулись вслед за улепетывающим вдаль и ввысь коротышкой. Он заметался, пытаясь уйти от них, но сгустки магии было не так-то просто стряхнуть с хвоста. На различные материальные предметы, которые летели им на перехват, они не обращали ни малейшего внимания. Мускулистого нага в костяной броне, выставленного при помощи телекинеза на их пути, мимоходом обратили в пепел. И полетели преследовать свою цель дальше, даже не уменьшившись в количестве. Внезапно коротышка завернул широкую дугу и помчался обратно к Маноратху. А магические снаряды следовали за ним. Вставший на дыбы архидемон извег навстречу обидчику целое море огня…Но он выдержал бушующее пламя. И построенные на крови и силе генерала Пылающего Легиона заклятья тоже. В последний момент маленький телекинетик просто швырнул себя как снаряд в сторону, подныривая под пытающуюся поймать его лапу. И сразу оказался на спине своего противника. Чья магия как раз пыталась добраться до гоблина по кратчайшему маршруту.

— Ух! Ыт! Кха! — Каждое попадание собственноручно созданного заклинания генерал Пылающего Легиона воспринимал словно человек удар под дых. Зачарованный нагрудник, который Маноратх носил с незапамятных времен, треснул, когда один из огненных шаров ударил в поддерживающую его цепь. Когда то он мог отразить и не такой напор, но в течении тысячелетий просто…выносился. А его хозяин не слишком сильно нуждался в одежде как таковой и потому вечно забывал обновить гардероб. Почти в прямом смысле вечно. — Мелкая букашка! Я заставляю тебя страдать!

Однако того, к кому обращался генерал демонической армии, рядом уже не было. Он летел свечкой вертикально вверх, взяв в качестве утешительного приза потерявшую сознание нагу и безмерно радовался тому, что вообще сумел уйти живым от архидемона.

— Что б тебя там наги закусали. — Пожелал он на прощание окруженному со всех сторон жителями моря Маноротху, залетая в дирижабль. Впрочем, особого чувства в голосе гоблина не слышалось. Он явно не верил в такой вариант развития событий. — Так, эту к Сури и на допрос! Её на допрос, а не Сури. Хочу знать, что заставило наг атаковать этот город. А я устал!

— Что случилось? — Тихонько уточнила Фиэль, на которой камнем повис гоблин, вцепившийся в её руку обгорелой конечностью своей марионетки.

— Тащи меня в медпункт. И зови на всякий случай Холхюка — Едва слышно прошептал коротышка. — Не знаю, какой изжогой страдает эта тварь, но меня её пламя даже в свернутом пространстве достало и опалило. Целительные артефакты все уже вышли, боль убрать я ими кое-как смог, но сил после такой гонки и латания ран не осталось вообще. А ожоги и подпалины до сих пор кровоточат…

Спустя три часа пошытвающийся от истощения гоблин выбрался из лазарета итак переполненного народом. Довольно большое количество полукровок и несколько ночных эльфиек требовали внимания целителей лишь немногим меньше, чем он, поскольку так же попали под пламя архидемона. Пусть не такое концентрированное и всего один раз, но этого хватило, чтобы большинство раненных умерло еще на земле. А те, кого задело лишь чуть-чуть, обзавелись страшными ранами и увечьями. Сила, которая плескалась внутри маленького зеленого тельца, все же смогла защитить своего обладателя. Частично.

— Не понимаю! — Жаловался Тимон, осторожно поддерживаемый за плечи Малом. Все обладающие даром сейчас были заняты тем, что пытались помочь раненным, а потому сопровождать вымотанного коротышку пришлось именно орку. — Почему так?! Как это возможно?! Ладно, мы с тобой теперь стали братьями по лысине. Те жалкие клочки, которые остались от моей шевелюры, действительно было легче сбрить, чем привести в божеский вид при помощи мастерства парикмахера. Но почему она такого цвета?!

— Фиэль сказала, разрушились эти, как их, пыгмеи. — Тяжело вздохнул воин, который в прошедшем сражении был вынужден ограничиться ролью наблюдателя. Даже ворот лифтовой платформы ему покрутить не дали, поскольку этим занимался магический механизм.

— Пигменты. — Поправил его гоблин. — В принципе, при таком ожоге в этом нет ничего удивительного. Хорошо, что я лицо успел руками прикрыть. Но цвет? Почему он такой?! И, кстати, куда ты меня тащишь?

— К душевым. — Пожал плечами орк.

— Да я вроде умывался. И одежду сменил. Хотя…. — Гоблин принюхался к самому себе. — Пожалуй, ты прав. Паленым все еще попахивает.

— С мытьем могут быть проблемы. — Проинформировал коротышку Мал. — Твою личную ванную комнату заняла Сури. Сказала, что в остальном дирижабле для проведения нормального допроса шляется слишком много народу, а там и кровь как раз отмывать удобно.

— Ч-чего?! — Гоблин попытался ускорить шаг и почти упал, но был удержан за плечи орком. А вот как раз тот то и увеличил скорость движения, просто приподняв маленького волшебника так, чтобы его ноги не касались земли. По сравнению с доспехом, сейчас на Мале отсутствующим, весил коротышка ничтожно мало.

Отделенная от общих помещений ванная комната, которую специально для своих целей спроектировал Тимон, встретила их клубами горячего пара и едва слышным треском пламени.

— Нет, ну она молчала как рыба! Вот и я решила поступить с ней, как с рыбой! — Поспешила заявить Сури, едва встретившись взглядом с недовольным лицом гоблина. Кнут она мгновенно спрятала за спину, но его из-за его длины кончик все равно лежал на полу, выдавая хозяйку. — Ой, господин, а вы теперь совсем иначе выглядите! Вам идет!

— Да неужели? — Ядовито осведомился коротышка и погладил молодую нежно-розовую кожу своей лысины. Впрочем, куда большего внимания чем суккубу, коротышка удостоил свою пленницу. Та, впрочем, тоже внимательно всматривалась в него через перегородку из толстого стекла и лениво шевелила хвостом, чтобы оставаться на одном месте. Мелкая-мелкая чешуя покрывала почти все её тело, создавая впечатление одежды, но на почти эльфийском лице без сомнения читался вполне себе развитый разум. Да и на длинных ногтях рук присутствовали узоры маникюра, что тоже служило неплохим показателем способности к общению. Вот только вступать в коммуникацию морская обитательница очевидно не намеревалась. И даже большая спиртовка, нагревающая толстым язычком огня воду в сосуде, куда запихнули пленницу, положения не меняла. — Сури, а куда ты рыбок из аквариума дела?

— В баночку. — Скромно ответила суккуба. — А её в предбанник поставила. И сказала нашим поварихам, чтобы не трогали.

— Они могут. — Несколько успокоившись, кивнул гоблин. — Так значит молчит?

— Молчит. Вернее, изредка чего-то щелкает и скрежещет, претворяется, будто не знает нормальную речь. — Кивнула демоница, отгоняя от лица облако пара. — Скоро сварится, а все равно молчит.

Гоблин взлетел, потрогал воду в аквариуме пальцем и еле успел отдернуть руку. Мелкие острые зубы клацнули впустую. Чешуйчатые руки попытались было вцепиться в края емкости и дать возможность гибкому телу подтянуться, чтобы выбраться на свободу, но Сури взмахнула кнутом. Получившая по пальцам пленница вернулась в медленно нагреваемую емкость.

— Не понимаю, почему она молчит. — Изрядно смутившись собственному непрофессионализму, призналась демоница. — И даже выбраться из воды особо не пытается.

— Она владеет элементарной логикой. Горючего в спиртовке осталось на самом донышке, а температура в аквариуме вполне себе терпимая, при большей иногда и мы с тобой купаемся. Если бы не закрытая дверь, то даже пара бы не было. — Фыркнул гоблин. — Ну что за детский сад! Надо же как-то соизмерять свои действия и желаемый от них результат! Впрочем, ладно. Я устал, и у меня нет желания возиться с допросом. Не хочет говорить или не может, это уже её проблемы.

Гоблин подошел к стене, на которой были установлены какие-то рычажки и начал ими щелкать. Большая белая ванна, занимающая большую часть помещения, начала быстро заполняться водой.

— Стрелять так стрелять, любить так любить, варить так варить! — Провозгласил он, направляя одну руку в сторону прозрачной жидкости. С пальцев коротышки сорвалась толстая гудящая струя огня. Вода практически тут же начала весьма активно пузыриться, а стоящий на отдельном постаменте громадный аквариум взлетел в воздух и начал медленно наклоняться над интенсивно бурлящей ванной.

— Стойте! — На вполне понятном языке закричала пленница, изо всех сил цепляясь за края своей тюрьмы. Кнут легонько ударил её по пальцам и нага начала неотвратимо вываливаться в громадный клокочущий котел, будучи не способной удержать себя на весу при помощи одной руки. — Нет! Не надо!

С душераздлирающим криком она рухнула в воду. Длинное гибкое и покрытое чешуей тело заметалась туда-сюда между поднимающихся пузырей.

— Мал, дружище, прости меня, но ты здесь явно лишний. — Невидимые руки подняли орка и аккуратно вынесли вон. А после захлопнули толстую звукоизолированную дверь. Они же начали секунду спустя развешивать одежду гоблина на рычаг. Тот самый, который включал в спроектированном гоблином джакузи подачу воздуха для образования характерных пузырьков.

Глава 45

— Объясняю вам политику партии и правительства. Ну, или мое сугубо личное мнение, что в принципе одно и то же. — Тимона был спокоен, в отличии от всех остальных, кто находился в рубке. Ну, за исключением пилота. Но он был гоблином, причем не просто гоблином, а гоблином укуренным, а потому от происходящего испытывал исключительно полное и всеобъемлющее счастье. — Мы летим в центр занятых империей ночных эльфов земель, к горе Хиджал. За нами с некоторым отставанием несется со всей воей оравой Маноротх. Данного архидемона мои выходки взбесили весьма конкретно, а потому он вряд ли отстанет. Во всяком случае, до тех пор, пока не повстречается со своим старым знакомым, Кенариусом, на которого я попытался перевести все стрелки. Сей полубог, его многочисленное потомство и храмовая армия ночных армия эльфов в данный момент занимаются тем, что не без успеха пытаются отстоять от натиска подконтрольных демонам орков одну священную рощу. Не из любви к природе, а потому что она стала домом для одного козла-переростка, хранилищем ценных артефактов, жреческой школой и вообще вторым после столицы городом. А нас очень интересует объект, который расположен рядышком, но все же немного в стороне. Громадный подземный концлагерь, в котором дожидаются одновременной смерти и родов преступники из числа ночных эльфиек, вместе с лежащими в магическом сне мужчинами.

— Сколько же интересно там сейчас народу скопилось? — Хмыкнул Мал. — Десятки тысяч? Если мы их всем поднимем…

— Их всех поднять вновь вошедший в силу Кел-Тузед не осилит. — Фыркнул Холхюк. — Магическая кома не полезна для здоровья. После нескольких столетий в ней непоправимо угасает разум и почти сразу с этим начинается деградация тела, из которого просто уходит истощенная сверх всякой меры душа. Девять десятых из тех, кто оказался там заключен, либо безумцы, либо покойники. Да и оставшиеся…По сути дети в атрофировавшихся от долгой неподвижности взрослых телах, которых никто никогда не учил сражаться или колдовать. Напротив, за попытку стать самостоятельными сурово наказывали.

— Где-то там находится первый из охотников на демонов, создатель колодца Вечности, Иллидан Предатель. — Спокойно продолжи говорить гоблин. — Кадр очень-очень ценный. Он и сам по себе игрок высшей лиги, ничуть не уступающий в бою архидемону. Холхюк не даст соврать, он его лично видел, да и не только. К тому же высокие эльфы, большую часть которых сейчас терзает Жажда Магии, будут готовы ради возможности снова зажить нормальной жизнью почти на все. Да и если демонам мы все-таки проиграем, то всегда сможем удрать из Азерота куда подальше и создать новую магическую цивилизацию в любом удобном для нас месте.

— А точное его местоположение известно? — Нервно уточнила Фиэль, кусая губу. Совсем скоро ей предстояло увидеть то, за что она не так давно и заплатила самую высокую цену, которую только могла. Надежду для своего народа. — Где то рядом с местом, где сейчас сражаются орки и ночные эльфы, это слишком расплывчато.

— Концлагерь не пропустим. Он большой и должен сильно выбиваться из общего магического фона. — Успокоил её гоблин. — А искомая цель на самом дне, в самой охраняемой его камере. Там рядышком и еще кто-нибудь полезный может отыскаться, если нам повезет. Бесполезных местное жречество почти сразу убивает, сохраняет только самые перспективные кадры, надеясь позже не пытками, так уговорами принудить к сотрудничеству.

— Таких ценных пленников могут и убить, чтобы чужим не достались. — Заметил Мал.

— Придется действовать быстро. — Пожал плечами гоблин. — Хоть нам и будут мешать. Кстати, особое ваше внимание хочу обратить на личность главы сего непочтенного заведения. Некто Маев, имеющая очень редкую до последнего времени в этом мире магическую специализацию. Она некромант. Вернее, у местных это высокопарно называется магом ночи и теней, но раз её коронный трюк это массовый вызов призраков некоторого количества собственноручно замученных жертв, то разницы нету никакой.

— Это же противоречит догматам веры природопоклонников. — Удивилась Златокудрая. — Разве нет?

— А то! — Фыркнул охотник на демонов. — Но не уличать же в ереси одну из высших жриц и едва ли не единственную подружку правительницы? Все покойники, которых она в течении тысячелетий поднимает из могил, все кровавые жертвы которые она приносила, все это было сделано во имя высшего блага!

— Аминь. — Заключил гоблин. — При столкновении с ней рекомендую отступить и заманивать противника в засаду. Считайте, что это второй Маноротх, только маленький и симпатичный. Кстати, если он от нас не оторвется, попробуем их вместе стравить.

— А наги за нами следом не поползут? — Уточнил Строри. — Что удалось выяснить во время допроса пленницы?

— Что она жутко боится щекотки. — Сально ухмыльнулся гоблин и вновь стал серьезным. — А вообще нет, не доползут. У королевы Азшары, командующей этим водным народом, дела с разведкой и планированием обстоят примерно так же, как у ночных эльфов. Родственные народы, сходное мировоззрение и древние правительницы почти погодки, что тут еще сказать? Наги узнали о прибытии демонов, которые хотят захватить этот мир и атаковали их как только увидели. Попавшихся по пути обитателей суши, резали по причине крайне националистических взглядов на мир. Мол, высшей расе не пристало разбираться в породах и настроениях земляных червяков. Они не опасны, по крайней мере, пока. Вот орки нам вломить могут.

Подконтрольные демонам? — Хмыкнул дварф. — Это понятно и так, чай мы не идиоты.

— Не только. — Покачал головой гоблин. — Если верить самым старшим гостям из того детского сада, который сейчас обосновался на борту, сохранившие мозги в порядке родственнички Пумбы тоже где-то здесь по кустам носятся. Во главе с их вождем Траллом, он то же где-то в этом районе бегает и одним ударом фамильного молота выбивает из мятежников всю дурь вместе с зубами. Впрочем, данный парень вполне вменяемый и потом обязательно извинится. Если будет перед кем. А потому в отряды, которые останутся сторожить периметр, обязательно должны войти орки из числа спасенных или полукровки кто постарше. Их точно как минимум выслушают.

Внезапно Холхюк исчез в одном месте и появился в другом. Могло показаться, что он телепортировался, но на самом деле охотник на демонов просто умел двигаться быстро. Очень быстро. В громадной черной лапе ночного эльфа так и не сменившего облик на нормальный оказалось зажато нечто, похожее на туманную дымку с женским эльфийским лицом. Черты нематериального лица исказились в гримасе боли, а после странный объект пролился между пальцем лужицей быстро испаряющихся капель.

— Призрак. — Констатировала Фиэль. — Уж эктоплазму я после ну очень близкого знакомства с баньши ни с чем не перепутаю. Как он смог попасть на дирижабль?

— Очень старый и мощный призрак. — Поправил её Холхюк. — Даже я, будучи в демонической форме, заметил его не сразу. Сомневаюсь, что в этих краях найдется много некромантов достаточной квалификации, чтобы заслать свою нежить на борт летящего высоко в небе корабля. Маэв где-то здесь. Вот только шпионаж она никогда не любила, в отличии от отправки противнику на голову пары-тройки террор групп из своих тварей!

Зазвенел сигнал тревоги. Кнопка, которая его подала, оказалась буквально вдавлена в пульт.

— А меня еще называли параноиком, когда я отрабатывал с командой действия при абордаже. — Несколько обиженно сказал гоблин и приник к механизмам управления. — Стоп машина! Мы уже приехали и теперь отражаем атаку противника!

— Ты думаешь, эльфийский концлагерь где-то тут? — Удивилась Фиэль. — Но по карте нам до него еще пара часов лета как минимум!

— Она не слишком точна и потом, там отображен парадный вход и административные здания. Вернее, ходячие поленья, периодически кочующие с места на место. — Пожал плечами зеленый коротышка. — Почему бы безумно старой подземной тюрьме и не иметь парочку выходов на поверхность где-то рядом? Вглубь же её строить сложнее, чем вширь. И мне сомнительно, что комендант будет далеко отходить от своего заведения.

— Третья орудийная батарея не отвечает! — Послышался чей-то испуганный голос из системы связи.

— На второй палубе вспыхнул бой! — Вторили ему из совсем другого конца летающей крепости.

— Лазарет в осаде, но целители пока держат барьер!

— Из кухни тянет так мерзостно, что даже гоблины-алхимики еще больше зеленеют!

В тесных коридорах и отсеках летающего корабля вспыхивали скоротечные схватки между его экипажем и нежитью. Чаша победы не могла склониться ни туда, ни сюда, поскольку весь экипаж состояли лучшие из лучших воинов и магов, оснащенных самым качественным снаряжением. И далеко они оружие не убирали даже во время сна. Обороняющимся серьезно мешала невозможность использовать по-настоящему мощные чары или взрывчатку, чтобы не повредить свое транспортное средство. Не осторожничай они чрезмерно и не умей призраки проходить сквозь стены и пол, нападающие бы были уничтожены практически мгновенно. Количество их составляло никак не больше нескольких десятков, но к сожалению на смену уничтоженным тварям мгновенно откуда-то появлялись новые.

— Видимо Маэв не может контролировать большее количество нежити. — Заключил Холхюк, разрывая у входа в рубку очередного неупокоенного духа. — Это хорошо.

— Вот только как она телепортирует своих рабов сюда, в обход дублированных несколько раз защитных чар против подобного перемещения?! — Раздраженно выдохнул гоблин, наблюдая как еще одна прозрачная эльфийка со диким стоном развеивается, получив в лицо молнию от эльфийки вполне себе материальной. — Фиэль, будь осторожнее! Если ты сломаешь ту машину, в которую сейчас едва не всадила разряд электричества, то кофе мне будешь варить сама!

— Им! — Сделанный из костей дракона посох Остроги ударил очередного призрака своим металлическим навершием в голову. А потом нижнем концом подсек ему ноги, заставив потерять равновесие, словно вполне живое существо. Холхюк за долгие тысячелетия жизни успел от скуки наклепать немало артефактов. И после уничтожения племени своих самых прямых потомков вывез вместе с уцелевшими изрядную часть невероятно богатого арсенала. Который бестрепетно раздал вошедшим в экипаж ледяным троллям. Последние ради уникального оружия весьма охотно согласись подчиняться тому, кого они искренне и по праву считали своим патриархом. — Нет! Конца!

Прозрачная эльфийка умерла окончательно то ли от травмы головы, то ли от удивления. Вряд ли она хотя бы могла подозревать, что её все еще возможно проломить череп.

— Верно, похоже глава местной карательной системы имеет какой-то источник, поддерживающий её силы почти безгранично. — Кивнул гоблин. — По моей оценке на дирижабле уже уничтожено не меньше сотни единиц противника, а она все шлет и шлет нам новых! Холхюк, хватит перегораживать коридор магическими ловушками! Мы с тобой летим к земле, если ты со своими глазами её не обнаружишь, никто Маэв против её воли не найдет!

— Ох, как я не люблю летать! — Выругался охотник на демонов, проворно топая в сторону ближайшей внешней стены. — Стой, ты куда? Мне же не пролезть в это маленькое окошко!

— Маленькое преимущество богатство заключается в том, что можно не особо жалеть окружающую обстановку. — Кусок стены просто выломало телекинезом зависшего в воздухе гоблина. — Ну, чего стоишь, полетели?

— Может, ты для начала меня в воздух поднимешь? — Холхюк с некоторым опасением выглянул наружу, крепко держась за разлохмаченный край пролома. — Просто прыгать вниз, знаешь ли, как-то очень не хочется.

— Эй, мне опять тебя тащить?! — Возмутился гоблин. — Беспредел! У кого из нас вообще есть крылья?

— Они не рабочие, а скорее рудиментарные. Ими по-настоящему тяжелую тушу в воздухе не удержишь. И не спланируешь толком. — Вздохнул охотник на демонов. — Даже в Пылающем Легионе все, кто летают, пользуются магией. А большая их часть вообще либо бегает по земле, либо прыгает по ней же. Правда, последнее там умеют делать довольно высоко и далеко.

Невидимые руки подхватили тушу охотника на демонов и спустя секунду он начал описывать круги вокруг дирижабля, постепенно увеличивая радиус облета. Зеленый коротышка держался рядом.

— Ниже опусти! — На седьмой или восьмой окружности потребовал Холхюк. — Ага, так, хорошо. В следующий раз, когда будем пролетать над этим местом, резко пикируешь нас к земле, а после начинаем рыть!

— Ты уверен? — Уточнил маленький волшебник. — Там же ничего нет, одна трава.

— Вообще ничего. — Кивнул древний эльф, в чьих глазницах пылало пламя с черными щелями зрачков. — Ни деревьев, ни больших кустов, ни живности в ней. Я сейчас максимально усилил свое демоническое зрение и вижу жизненную энергию даже не мышей, а насекомых. И в том месте их практически нет, там выбивающееся из общего фона пятно. На то, чтобы замаскировать себя, Маэв хватило. Но за те тысячи лет, которые мы не виделись, былую хватку она очевидно подрастеряла. В первой войне с демонами ей бы за такой камуфляж любой офицер Пылающего Легиона выдрал бы всю задницу!

— Но-но, её зад по возможности следует оставить в целостности и сохранности! — Непреклонно заметил коротышка, уже вцепляясь глазами в намеченный участок. — Полагаю, главный заключенный этой тюрьмы очень жаждет учинить над ним расправу лично!

Две упавшие камнем фигуры ударили в почти ничем не примечательный участок леса и неимоверно сложная иллюзия рассеялась, открыв ухоженную каменную площадку. Сплошь покрытую ковром из лежащих лицом вверх женских тел и залитую кровью. Судя по тому, как беззвучно разевали рты некоторые из жертв, стоящая в центре фигура еще не успела выкачать все силы из трех или четырех десятков живых батареек. Хотя часть их она уже опустошила полностью, поскольку некоторые эльфийки таращились вверх стеклянными мертвыми глазами.

— Охотник на демонов! — Черты лица главной тюремщицы было не различить из-за шлема, полностью скрывавшего голову. Даже глаз было не различить сквозь узкую т-образную щель. Да и тело было полностью покрыто чем-то средним между накидкой и украшенным острыми шипами доспехом. Однако в голосе некромнатки были слышны ненависть и презрения. С зазубренной круглой метательной чакры, сжимаемой в её руке, капала свежая кровь. — Где ж ты прятался столько времени, реликт минувшей эпохи? Последнего мстителя из вашей братии я скормила крысам раньше, чем отметила тысячелетней юбилей нашей победы!

Алая молния пронзила место, где находилась Маэв и унеслась дальше, не встретив на своем пути препятствий. Фигуру некромантки успели окутать поднявшиеся вокруг неё тени, и она исчезла, переместившись непонятно куда.

— Так, так… — Холхюк осторожно запустил руку в недра живого ковра из тел, что там нащупал и выдернул из земли скованный из меди штырь, украшенный эльфийским черепом. Те из жертв, что еще были в сознании, немедленно обрели возможность шевелиться и завозились, пытаясь встать. — Остальные искать не будем, чтобы отползти отсюда этого хватит, а дальше ими твои лекари займутся. Люк, ведущий в подземные катакомбы, находится в самом центре. Разгребай его и пошли быстрее, пока Маэв нам новые сюрпризы не преподнесла.

— Угу. — Гоблин телекинезом поднял несколько живых и мертвых тел, а после аккуратно переместил их в сторону, обнажая железную крышку, закрывающую проход. — Эх!

Металл разорвало телокинетическим импульсом и отбросило в сторону. Но из под него показалась плотная решетка, через которую вряд ли бы протиснулось существо крупнее крысы. За ней обнаружились уводящие куда-то вниз каменные ступени. И еще одна решетка всего через пять шагов. И следующая через десять. После первого пролета дальнейший ход преграждала железная дверь. За которой еще клубилось облако пыли и красовался свежий завал. При строительстве подземной тюрьмы на оборудовании отнорков из неё явно не экономили. Вероятно не хотели, чтобы у беглецов имелись хотя бы малейшие шансы выбраться наружу. Но против тех, кто силой проламывал себе путь внутрь, работали они неважно.

— Ух! Ха! Ну! — Тяжелые стальные плиты, камни, кованные решетки, все разлеталось на куски и впечатывалось в стены, когда к преградам подходил один маленький гоблин. При помощи своей силы он просто вырывал в препятствии дыру под свои габариты и шел дальше. Холхюк кое-как протискивался следом, на древнеэльфийском кроя матом свои габариты, возраст и строителей подобного кошмара архитектуры. — Ой, фу!

— Это был перегородивший нам проход медведь, а не мягкая оббитая мехом дверка. — Хмыкнул охотник на демонов, взирая на перепачканного зеленого коротышку. Стоявшего уже за растерзанным трупом, в котором он машинально пробил дыру, подходящую под свои размеры. А потом прошел через неё раньше, чем зверь успел свалиться с задних лап. — Почему ты не держишь вокруг себя какого-нибудь барьера?

— Да как бы держу. — Задумчиво пробормотал гоблин, и вся грязь с него начала медленно стекать вниз. — Только он почему-то не сработал.

— Ага. — Холхюк обернулся назад и бросил оценивающий взгляд на мохнатую тушу. — Значит, это был не просто зачарованный зверь, а сменивший ипостась друид-оборотень. Наполненная силой умирающего чародея кровь обладает весьма занятными свойствами.

— Мужчина? — Удивился коротышка. — Один из тех, кого местные феминистки все-таки оставили на развод?

— Может и так. — Пожал плечами Холхюк. — Но скорее всего женщина. Друидка. Молодая и глупая дурочка вроде твоей Фиэль, только лучше обученная обращаться к силам природы и совсем не знающая классической магии. Приготовься, раз пошли живые охранники, скоро нам придется пробивать себе дорогу с боем. Впрочем, я уже слышу, как топает вверху по нашим следам десантная группа с дирижабля. Да еще, похоже, вместе с частью команды.

— Все правильно. — Кивнул коротышка, ломая телекинезом очередную дверь. — Чем быстрее мы зачистим этот гадючник, тем быстрее сможем смыться отсюда подальше, и получим больше времени на вынос всех ценных вещичек. Уж поверь, гоблины такое очень ценят. Да и экипаж подбирался не только для ухода за машинами, но и в расчете на будущие схватки. Жаль технику по этой крысиной норе не протащить. И пушки…

Гоблин осекся, уставившись на зрелище, представшее ему в открывшемся зале. Просторное помещение, освещаемое какими-то светящимися растениями, ютящимися в кадках, оказалось буквально завалено трупами. Не меньше трех десятков защитниц встретили здесь свою смерть. В отличии от простых обитательниц империи ночных эльфов, здешние стражницы носили закрывающую все тело зеленую броню, чьи чешуйки были покрыты резьбой и искусно стилизованы под листья. А кроме них здесь погибло не меньше пяти десятков весьма крупных волков, также оснащенных доспехами.

— Это не похоже на ритуалы некромантов. — Уверенно констатировал Холхюк, пинком отбрасывая в сторону конечность эльфийки, которой кто-то выпустил кишки. — И на травмы, полученные в результате сражения с демонами или нежитью. Раны не несут на себе следы магии, когтей или клыков, они рубленные. А еще трупы не очень свежие, уже разбухать начали. Думаю, им чуть меньше суток. Излишне напонминать, что мы вчера от этого места были еще далеко.

— Перерублен наполовину. — Гоблин уставился на тушу одного из волков, оскалившего в смертном оскале длинные сахарно-белые клыки. Вернее, на половину туши в виде морды, части торса и передних лап. — Это же кем надо быть, чтобы разрезать на две части такую зверюгу вместе с латами? Да еще, похоже, одним ударом.

Холхюк наклонился и достал из под ближайшего трупа рукоять меча с обломанным клинком. Остаток лезвия длинной в пару пальцев был неимоверно толстым, но несмотря на это оставался острым, как бритва.

— Орки. — Констатировал охотник на демонов. — Только у них хватает силы и дури, чтобы ворочать такими тяжелыми клинками. Ну, еще у огров или великанов, но для них рукоять слишком маленькой будет. Тел зеленокожих не вижу, значит, они унесли их с собой. Получается, не демонические марионетки. Тем на такие тонкости как правильное погребение погибших плевать пузырящейся от бешенства слюной.

— Зачем Траллу сюда соваться? — Задумался гоблин. — У него же вроде как дел по горло с междоусобным конфликтом. Где уж тут на подземную крепость ночных эльфов рот разевать?

— Может военнопленных хотел освободить. — Пожал плечами охотник на демонов наблюдая, как в помещение заходят укрывшись щитами первые представители десантной группы, являющиеся ледяными троллями. — Или случайно наткнулся на вход и попробовал внутрь залезть, чтобы проверить, а чего тут так старательно охраняют. Война это всегда такой бардак, на нем и похуже совпадения регулярно бывают.

— Ковры, картины, диванчики, медленно засыхающая в кадках зелень. — Гоблин оглядывался по сторонам. — Слушай, да тут обстановочка не меньше чем на сотню золотых потянет. Ну, если кровь отмыть без следа получится. Однако, не похоже это на мрачные казематы тюрьмы. Ты уверен, что административный корпус этого концлагеря располагается в совсем другом месте?

— Да кто этих баб знает, могли и перестроить. — Пожал плечами местный житель, не бывавший дома уже очень давно. — Толковых карт то мы, если помнишь, так и не нашли. Все что есть, имеет масштаб, измеряемый в днях пути. Но обжито это место действительно неплохо. Я чую откуда то тянет сыростью совсем как у нас в ванных отсеках. Значит, либо бани, либо бассейн. С другой стороны, чтобы женщины то и не привели в порядок самую глухую пещеру, если им делать по сути нечего, а времени есть несколько тысяч лет….

— Ну вот, опять начинается! — Взвизгнула вываливающаяся из прохода Фиэль, стряхивая с себя эктоплазму. — Опять эти призраки лезут из всех щелей!

Груда эльфийских тел вздрогнула, плоть стремительно теряла свои очертания и сливалась в единое темное, почти черное месиво. Освободившиеся кости состыковывались под самыми невозможными углами, образуя длинные хлысты с многочисленными крючьями на конце. Первые волшебники из числа десантной партии, успевшие выйти в зал, машинально разрядили по быстро развивающемуся плоду темной магии свои заклинания. Какой-то шустрый гоблин-мечник, сжимающий в руках зазубренные и покрытые ядом кинжалы, даже бросился вперед и попытался заколоть то ли врага, а то ли просто враждебное явление. Бесполезно, самые тяжелые раны не могли повредить тому, чья плоть аморфна и не несет в себе никаких органов. Новорожденное подобие спрута в первый раз неловко, но ужасающе быстро попыталось взмахнуть своими щупальцами…Но сразу же вспыхнуло фонтаном белого огня, бьющим из самого центра твари и превращающего насыщенную магией плоть в безвредный пепел.

— Не, ну я может быть и дурак. Возможно, даже и неизлечимо больной. — Протянул гоблин, покачиваясь с носка на пятку. — Вот только кем это надо быть, чтобы не заподозрить ловушку в братской могиле, если штурмуешь логово некроманта? А термитные шашки у меня всегда с собой. Хотя теперь их уже на оду меньше. Хорошо хоть сумел затолкать её в самый центр раньше, чем наш враг активировал свои чары.

Призраки то по одному, а то целыми десятками продолжали выплывать из стен…Чтобы оказаться тут же уничтоженными. Вне хрупкого и пожароопасного дирижабля церемонились с ними уже куда меньше. К тому же сейчас солдаты были готовы к бою и ждали его.

— Поправка, могила была сестринской. — Вставил Холхюк, о чем-то задумавшись. — Хм…А ведь я не почувствовал угрозы до самого последнего момента. Да и демоническое зрение в этом месте как-то…подводит. В мышцах появляется ломота, словно после долгой отравы. Такое чувство, что я будто бы отравлен. Или не до конца поправился после того удара клинком проклятого принца.

Один из маленьких коренастых танков, являвшихся закованными в тяжелую броню дварфами и гномами, чего-то пробурчал. А после забросил на плечо монструозного вида мушкет с тремя дулами и стянул с головы глухой шлем с микроскопическими щелями для глаз. Как оказалось, под стальной шапкой с войлочной подбивкой пряталась Кармен Хорвальдс. Её сестра, тоже облачившаяся в броню, но куда менее громоздкую, сейчас занималась поджариванием парочки особо наглых призраков при помощи струи огня, срывающейся с её посоха.

— Вон там на потолке руны. И они явно магические. — Произнесла изобретательница, тыкая пальцем вверх. — Хлоя еще на входе сказала мне, что магическая энергия течет тут не так, как должно. И чем глубже мы уходит, тем сильнее нарастает их воздействие. Да вот хотя бы у чародеев спросите. Только не у Фиэль, она как друид к местным слишком близка по энергетике. А ты вообще настолько толстокожий, что гранитные валуны имеют большую восприимчивость к негативным воздействиям.

— Сведение на нет возможности колдовать для пленников? — Задумался гоблин и мимоходом развеял телекенитическим импульсом осмелившееся к нему приблизиться приведение. — Звучит логично. Только я думал, что подобным образом работают индивидуальные заклинания на камерах и оковах. Впрочем, почему бы для большей эффективности и не дополнить их общим воздействием, если можно сделать его избирательным для своих? Расковырять и поломать всю эту рунную систему мы можем?

— Да, но времени понадобится много. — Пожала плечами гномка, надевая шлем обратно, из-за чего голос её стал звучать очень глухо и почти неразборчиво. — Не знаю, каковы размеры у этого подземелья. К тому же кроме видимых рун, наверняка еще присутствуют запасные конструкции, упрятанные в толще стен, пола и потолков.

— Тогда ну их к черту. — Решил гоблин, оглядывая свой отряд. Видимых потерь от драки с периодически появляющимися призраками он не понес, а раненных оперативно привели в полный порядок идущие вместе со всеми целители. — У нас достаточно огнестрельного оружия и взрывчатки, чтобы справится почти с любым противником даже если магия совсем откажет. В крайнем случае, отступим, но этого делать очень бы не хотелось. Ладно, все вперед, главное остерегайтесь ловушек!

— Вперед куда? — Уточнила Фэиэль, оглядываясь по сторонам. — Из этой залы я уже вижу целых три коридора. А еще в них есть двери, которые непонятно куда ведут. Можно, конечно, выслать разведчиков или разделиться…

— Нет смысла, там самый большой угол наклона, значит идем вниз. — Кивнул головой на один из проходов зеленый коротышка. — Наша цель, по идее, должна быть упрятана в самое глубокое здешнее подземелье. Главное по пути не упереться в тупик, свернув в продуктовый погреб. Но даже если и так, вернуться то мы всегда сумеем.

— В узких коридорах этой кротовой норы нас даже небольшой отряд очень хороших бойцов может задержать надолго. — Мрачно заметил Холхюк. Охотник на демонов, несмотря на некоторую слабость, решил по-прежнему возглавлять строй. Он вполне обоснованно считал, что мало найдется угроз, которые существу с его возможностями и опытом не удастся превентивно ликвидировать. Даже лишись древний ночной эльф девяти десятых своих сил, оставшегося бы хватило, чтобы намять бока паре-тройке человеческих рыцарей вместе с их конями. — Здесь не получится зайти со спины или устроить массовый обстрел противника. Маги и стрелки, на которых ты всегда делал основную ставку, просто не смогут эффективно работать из задних рядов.

— Хороших против нас? — Самоуверенно хмыкнул гоблин, протягивая руки к отполированной плите, перегородившей проход. И та немедленно поползла вверх, да притом сделала это как-то излишне резво. — Да кто же это такой может быть…

— Ну, напримеееер я. — Проговорил проблеял задевающий рогами потолок кентавообразный исполин, покрытый белой шерстью. За дверь скрывался вход в новый большой зал, сейчас целиком занятый ночными эльфами, их боевыми зверьми, несколькими ожившими деревянными конструкциями и даже осадной техникой в виде небольших переносных баллист, сейчас нацеленных на вход. Ну и конечно же растениями. Лианы вились по высокому потолку, царапались за стены, свивались в жгуты и канаты, образуя укрепления, за которыми прятались лучницы врага. Нежная молодая трава покрывала собой каменный пол, проросла сквозь ковры и даже диваны. — А заодно мои верные ученики. Но мы сегодня доообрые. Мы вообще доообрые. И потому если вы сейчас же слооожите оружие и сдадитесь, то не познаете на себе, что такое бооожественный гнев прирооооды!

— Сиськи! — Радостно проорал на все подземелье гоблин. — Пузико!

— Тимон. — Страдальчески подняла глаза к потолку леди Сильвана. Каждая встреча с гоблином была немаленьким испытанием для нервов мертвой эльфийки. — Как я рада, что мы давно не виделись.

— Чего?! — В тоне Джоаны Прадмур бушевал такой коктейль эмоций, что многие подумали об объявлении войны между всем Альянсом и одним конкретным маленьким гоблином. — Пузико?!

Глава 46

— И вот это и есть тот самый специалист по запретной магии и предположительно наша последняя надежда? — Ткнула пальцем в гоблина укутанная в легкомысленная полупрозрачные шелковые тряпочки ночная эльфийка, восседавшая на спине саблезубого тигра. — Вы издеваетесь?!

— Я чувствую в нем силу. Не знал бы, что это невозможно, сказал бы о её принадлежности Источнику Вечности. Но первый из них давно уничтожен, а второй полностью скрыт Мировым Древом. — Вторил своей правительнице и супруге друид, наполовину трансформировавшийся в растение. Во всяком случае, среди волос на его голове и в длинной седой бороде виднелись листья сразу нескольких пород деревьев. Корешки их крепились к похожей на дубовую кору коже и, похоже, это не доставляло одному из немногих мужчин расы ночных эльфов ни малейших проблем. В довершение всего из черепа мага природы торчало некоторое количество прорастающих прямо из плоти веточек. А две самые крупные из них и вовсе закручивались по бокам головы длинными загнутыми назад рогами. — Однако её явно недостаточно, чтобы представлять более-менее серьезную угрозу даже для меня одного! Любой архидемон растопчет его и не заметит.

— Тиренд. Малфурион. — Холхюк стиснул свой посох до хруста костяных позвонков и, почти бросился в битву. Удержал его воздух, ставший на пути охотника на демонов плотным, словно камень. Предводитель вторгшегося в подземелье отряда не желал дальнейшего продолжения конфликта. Во всяком случае, пока.

— Внешность обманчива. Первые впечатления тоже. Маска клоуна и озабоченного дебила, возможно, никакая и не маска. Однако его дурные привычки не отменяют того факта, что это самое опасное существо на моем родном континенте. — Тяжело вздохнула правительница Штормграда, с ясно видимым усилием опуская поднятый для магического удара по коротышке посох. — Он вычистил оттуда нежить, взяв остатки последней под свое управление. Демоны, наводнившие ваши края, по большей части едва успели от него сбежать на кораблях. А не так уж давно это существо сумело отогнать генерала Пылающего Легиона от замка, где я находилась. Я истратила весь свой резерв в попытках заморозить ту тварь и уже мысленно готовилась к смерти или плену, но тут монстра отвлекли и увели прочь. Только поэтому солдаты смогли удержать стены и выиграть мне время, дав открыть портал и увести спрятавшееся в крепости население и солдат. Какие еще нужны доказательства?

— Девочки, вот если бы вас не было, у нас сейчас без лишних разговоров началась бы славная кровавая резня! — Радостно улыбнулся гоблин. — Но вы среди ночных эльфов. Как и, ради всего святого, зачем?!

На последнем слове голос коротышки обрел такое пробирающее до костей звучание, что содрогнулся даже стоящий рядом с ним Холхюк. Некоторые волки непроизвольно сократили кишечник, чем очень не порадовали стоявших позади них солдат. Медведи, вне зависимости от того, были они друидами или просто зачарованными зверьми, поголовно начали страдать своей фирменной болезнью. И даже верховой тигр повелительницы ночных эльфов присел на задние лапы и трава под его хвостом тут же намокла. Стоявшие за спиной коротышки солдаты из десантной группы не пострадали, поскольку весь удар инфразвуком был направлен вперед.

— Все просто. У Альясна больше нет сил, чтобы драться дальше. Как ты уже слышал раньше, он хочет закончить эту войну. Потому объявленный тобою своей собственностью Лордерон оставили в покое, взяв одного единственного высокопоставленного заложника. Меня. — На леди Сильвану неразличимый обычным ухом звук, после которого у живых начинало болеть сердце и слабели ноги, впечатления не произвел вообще. Все же она являлась нежитью, пускай очень хорошо замаскированной даже от себя самой. — И потому Джоана и экспедиционный корпус, собранный из последних сил, находятся тут. Если все оставить как есть, демоны и нежить захватят этот континент. Местные хозяева сдулись даже против орков, которые от нас удрали куда подальше. Нет, с тех пор объединенные армии эльфов, людей, гномов и дварфов изрядно ослабели, но все-таки…При условиях невмешательства максимум через пару лет война вернется на наши земли снова. К счастью, у рода Прадмур были налажены торговые связи с немногими открытыми для внешней торговли портами ночных эльфов. А они, будучи на грани гибели, все же решились отказаться от старых порядков и допустили чужаков на свои земли.

— Временно, конечно, до тех пор пока мы не сможем общими усилиями избавиться от демонов. — Заметила Джоана, устало потирая лоб. Судя по всему, последнее время выдалось для волшебницы весьма напряженным. Даже её лишний вес существенно уменьшился и теперь уже почти не бросался в глаза. — С вождем Орды, Траллом уже созданы предварительные договоренности о перемирии между нами двумя. Теперь только осталось сделать соглашение трехсторонним. Если получится. А потом люди уйдут и пусть ночные эльфы режутся с зеленокожими столько, сколько хотят. Тебе тоже предлагается присоединиться к этому соглашению. Хоть сил ты имеешь гораздо меньше чем у Альянса, Орды или местных обитателей но…В общем, не считаться с ними будет просто глупо. А если нападешь сейчас на этих ночных эльфов, считай это объявлением войны и со мной, и с орками. Это тебе за 'Пузико'!!!

Холхюк выругался. Потом выругался еще раз, причем адресно, поминая стоящих напротив персон по заслугам и с тщательным перечислением их родословных. Охотник на демонов уже нацелился освободить первого и лучшего представителя своей професиии, а тут вдруг такие новости. Фиэль закусила губу и скользнула взглядом по представителям своего отряда. Их было слишком мало, чтобы пытаться драться с присутствующими здесь ночными эльфами, даже без учета полубога.

— Не понимаааю, почему мы должны разговааааривать с этими полуживотными! — Проблеял Кенариус, оскорбленный словами старого шамана. В десантной группе послышались смешки. Слышать такое от пусть и божественного, но полукозла, было крайне нелепо. — Все должны трепетать и покоряться величию матери-природы! Пусть повинуются или умрууут! Я промчусь по занятому ими коридору, а вам лишь останется собрааать кровавую гряяяязь!

— Учитель, спешу напомнить вам, что против орков подобная тактика не сработала. Как оказалось десяток этих дикарей уже вполне достаточно, чтобы они могли своей смертью остановить ваш величественный бег. — Загородила путь своей живой святыней верховная жрица. — А всего лишь десятками они не ходят! И этих чужаков тут тоже много!

— Мнэээ! — Рассердился Кенариус и грозно потряс руками. — Хватит говориииить со мной как с глупцооом! Я умнее и намного древнее тебяяя! Просто после пооотери своооей священной рооощи очень зол! Настало вреееемя войны за весь мир и торжество прирооооды!

— Да хоть за распространяемую ракетно-бомбовыми ударами демократию. Мне, в общем-то, все равно. — Фыркнул гоблин. — Я сюда сунулся потому, что обещал высоким эльфам главного сидельца этого концлагеря. Способного к плодотворной работе и перевязанного розовой ленточкой. Ну, того, который состоит в отношениях с верхушкой местного общества. Он ведь вроде тоже в свое время учился у этого милого пушистого няши повышенной кровожадности. А кое-кому тут вообще нежно ненавидимый братик. Если вам не трудно, доставьте сюда Иллидана Предателя, а? Готов купить по самому выгодному курсу. Чисто для работ по саду и огороду, в частности рытья колодцев.

— Альянс в числе главных условий союзной помощи выдвинул требование создать на территории Кель Таласа новый магический источник. — Тиренд очень нехорошо посмотрела на зеленого коротышку. Хрупкая красота эльфийки, выглядевшей намного менее мускулистой и высокой чем большинство её подчиненных, завораживала. Но плескавшийся во взгляде океан презрения, сплошь покрытый айсбергами высокомерия, быстро возвращал обратно в нормальное состояние. — Им было достоверно известно о том, что официально казенный предатель все еще жив. От тебя. Хотя, казалось, круг посвященных в эту тайну невелик. Ты получишь то, чего хочешь. Под надежной охраной этот мерзкий чернокнижник отправится на ваш континент и создаст магический источник, без которого наши заблудшие родичи, отказавшиеся от света истинной веры, обречены на вымирание. Я лично буду контролировать ход работ, а после упрячу его обратно!

— Мне пришлось долго объяснять необходимость такого поступка, но без него нам бы пришлось вести войну еще и с высокими эльфами. — Пожала плечами Джоана. — Принц Кельтас сейчас вместе с войсками Альянса, спешит сюда. Судя по данным разведки основной удар демонов направлен на столицу ночных эльфов и их главную святыню и источник всех сил, Мировое Древо. Кратчайший путь к которым лежит именно через эти края. А так, если мы сможем отразить их удар и уничтожить тварей, все останутся довольны.

— Фух. — Выдохнула Фиэль, у которой буквально камень с души свалился. — А зачем тогда на наш дирижабль своих призраков натравливать было? У нас между прочим даже убитые есть! То ли восемь, то ли девять.

— Моя подчиненная поступила необдуманно, она будет наказана. — Пообещала правительница ночных эльфов. — Впрочем, её извиняет тот факт, что мы сейчас находимся в состоянии войны и не ждали гостей. Если бы мои глубокоуважаемые гостьи не узнали вас по краткому описанию от Маэв, то владыка Кенариус обрушил бы на пришельцев всю свою мощь.

— Хотелось бы увидеть товар лицом. — Скромно заметил гоблин, ковыряя каменный пол прохода ножкой. — Не утратил ли он, так сказать, кондиции? Вдруг великий чернокнижник свихнулся за столько времени или растерял свои таланты? Да и просто поговорить с такой персоной было бы замечательно. Если кто не понял, это значит, что под вашим соглашением я подпишусь. Оно меня устраивает. Целиком и полностью.

— Орки! — В дальнем конце зала отворилась дверь, явив Маэв. Сквозь скрывавшие все её тело доспехи подробности разглядеть было сложно, но тон эльфийки был достаточно напряженным. А грудная пластина необычной брони вздымалась в слишком частом темпе для спокойного дыхания. — Орки!

— Тралл уже успел ответить на то послание, которое я ему отправила, да к тому же прислал своих дипломатов? — Подняла брови Джоана. — Быстро он.

— Нет, эти держатся занятого ими участка пещер и после заключенного перемирия сроком на сутки пока не показывались! — Помотала головой тяжело дышащая девушка. — Вот только к нам подошли проклятые демонами отродья! Те самые, что спалили священную рощу господина Кенариуса и чуть не зажарили на костре из её поленьев его самого!

— Выбирррай выражения, труполюбка! — Взбесился полубог и гневно затопал копытами. — Или я прооооломлю тебе череп!

— Против правды не попрешь. — Развела руками Маэв, ни капли не устрашась гнева Кенариуса. Впрочем не удивительно, учитывая тот факт, что они были соседями. И регулярно сотрудничали на ниве исполнения наказания для преступниц, содержащихся в подземном концлагере. В таких условиях волей-неволей привыкаешь к тем, с кем провел много времени. — Ваши дочери перебиты, ваш храм разрушен, жители вашего города частично сдались в плен или бежали. Оставшиеся взяли в руки оружие и теперь помогают оборонять мои подземные владения. Помогали. Я чувствую дыхание смерти, раскатывающееся по коридорам. Демоны режут их без жалости и сострадания.

Некромантка распалась тенями, а спустя мгновение в месте, где она находилась, забушевало ужасающей мощи пламя. Вслед за опавшим огнем появился и тот, кто его вызвал.

— Догнал! Нашел! Поймал! — Радостно объявил занимающий весь дверной проем Маноротх, набирая воздуха в грудь, чтобы снова извергнуть из себя всесокрушающее пламя. Говорить и одновременно готовиться атаковать было трудно, но архидемон справился. Он бы не смог достичь своего статуса и положения, если бы не был талантливым малым.

— Меэ! — Вот Кенариус стоял перед гоблином и вот там его уже и нет. Рога зероподобного полубога почти вошли в живот архидемона, но тут последний наконец то разродился целым фонтаном неимоверно жаркого пламени, отбросившего живую святыню ночных эльфов назад. Да к тому же вдогонку встретивший старого врага генерал Пылающего Легиона съездил ему по хребту свои оружием, будто хворостиной. И примерно с тем же результатом. Белая шерсть возможно и была мягкой и шелковистой, но своего обладателя защищала куда лучше, чем доспехи. Во всяком случае, десяток воительниц ночных эльфов, попавших под пламенный выдох, изжарились на месте, а от представителя и сыну их божества даже паленым козлом не запахло.

— Я сокрушааал тебя раааньше, сокрушу и сейчааас! — Проблеял то ли себе, то ли окружающим Кенариус, вновь пытаясь наскочить на противника. Но метнувшееся к рогатой голове лезвие заставило его отойти обратно. Магическая растительность, занявшая собой весь зал, пошла в атаку, но лианы или острая словно лезвия ножей трава не могли причинить урона архидемону. А ожившие деревья никак не могли протолкаться к нему, поскольку из-за неожиданного появления врага оказались в глубоком тылу воинских порядков. К тому же целиком выбравшийся в громадный зал архидемон больше не был один. Следом за ним в проход живой рекой вливались орки. Много орков. Весьма необычных орков. Глаза их были красны так, что не было видно зрачка, кожа несла на себе грубо-нанесенные и пылающие алым светом татуировки, а острая кромка оружия отливала антрацитово-черной тьмой.

— В этот раз тебе не спастись, ублюдок! — Пророкотал архидемон, наступая на пятившегося полубога. Копыто одной из задних ног Кенариуса наступило на лучницу, сбитую на землю шарахнувшимися прочь от архидемона эльфийками и с мерзким влажным хрустом раздавило ей голову. — Межу нашими родами давние и кровные счеты, которые сегодня наконец-то окажутся оплачены! Вперед, слуги мои! Режьте их! Бейте их! А потом мы попируем!

— Опять этот наглый предводитель козявок?! — На Кенариуса синхронными движениями в высоком прыжке бросились сразу пять совершенно одинаковых орков. Вставший на дыбы полубог приласкал двоих из них передними копытами, а еще двух поймал руками. Четыре фантома развеялось, а их создатель размахивающий здоровенным двуручным топором отлетел в сторону, с развороченной ударом подкованной ноги челюстью. — Я же его убил!

— Ар, ты всего лишь оторвал мне руку, которой я вырезал из тебя кусок мяса! — Оскалился развороченным оскалом клыков вождь порабощенных демонами орков. Желтоватые острые зубы на глазах вставали на место, а десны и губы переставали кровоточить. — Но знаешь, после того как я съел твою вырезку, у меня в течении суток отросла новая, причем ничуть не хуже старой!

— Я несу возмездие во имя луны! — Глаза правительницы ночных эльфов вспыхнули серебряным светом, как и её кожа. Мощный луч тусклого сияния сорвался с поднятого ей над головой серебряного диска и буквально испарил первых два или три десятка орков, врезающихся в порядки врага. Еще столько же отделались тяжелыми ожогами. Предводитель этой братии всего лишь заслонил свое лицо топором, а после того как опасность исчезла сразу же метнул его в размахивающего деревянным посохом и чего-то колдующего Малфуриона. От последнего аж во все стороны кровавые щепки полетели.

— Ох, спина! — Простонал соправитель империи ночных эльфов, падая с развороченным напрочь боком. Его одежда мгновенн оказалась запятнана смесью крови и древесного сока. Какой-то орк из вновь ворвавшихся в помещение попытался повторить подвиг своего командира и метнул в него дротик. Однако покрытое тьмой лезвие, ударившее друида в шеку, лишь едва-едва смогло разорвать напоминающую древесную кору кожу. Чтобы справиться с ней обычного оружия, похоже, было явно недостаточно. А засевший в ране топор судя по всему являлся далеко не слабым артефактом. Ну или может сыграла роль рука, запустившая секиру в полет. — Ааа! Помогите!

— Угу, добейте его чтобы не мучился. — Посоветовал окружающим позабытый всеми гоблин, опуская каменную плиту на место. Конечно, архидемона или даже большое количество жаждущих драки орков она задержать не могла…Но у них и без коротышки с его отрядом было кем заняться. — Так, Сильвана, не отпускай Пузико. Но и не придуши ненароком. Она у нас, во-первых, правитель суверенной державы, а во-вторых, очень полезный в хозяйстве человек и пароход, тьфу ты, телепорт.

— Ну, ты меня еще по лесам браконьеров выслеживать поучи! — Недовольно буркнула бывшая глава рейнджеров, дружески обнимая женщину-архимага одной рукой за талию, второй за шею. Очень цепко. Так, чтобы пленница скорее потеряла голову, чем смогла сбежать.

— Что это значит? — Закашлялась волшебница, которой слишком сильно перекрыли кислород. — Ты что, переметнулся на сторону демонов?!

— Да упаси меня сиськи! — Замахал руками зеленый коротышка, прислушиваясь к шуму битвы за каменной плитой. В это время его отряд дружно пятился назад, пытаясь выйти из узкого коридора обратно на оперативный простор. — Не конкретно Сильвана, а вообще. Просто пока сильно злые мальчики бьют очень нехороших девочек, у нас есть время на то, чтобы быстренько обделать все свои дела. В частности взять главный приз, обещанный на после войны. А то мало ли, как она там повернется. Нет, мне, конечно, хотелось бы самому понаказывать местных обитательниц. Однако сил на всех может и не хватить. Тем более, тут выискались такие конкуренты. Холхюк, чего у тебя?

— Эта слишком молодая, работает недавно и на глубинные уровни её не пускали. — Охотник на демонов поднял руки с лица пускавшей слюни эльфийки. Сразу же исполняющая роль помощника шамана Острога подсунула старшему коллеге новую жертву, старательно пучащую глаза и пытающуюся мычать сквозь кляп. Пленниц отступающий коротышка набрал с запасом, дернув на себя телекинезом не только Джоану и быстро сориентировавшуюся в обстановке Сильвану, но и нескольких представительниц потенциального союзника. Занятые дракой с орками ночные эльфы потери далеко не самых ценных воинов не заметили. Или не успели на неё отреагировать раньше, чем проход закрылся. — Ну, куда ты мне эту суешь? Не видишь разве, какой у неё узор брони? Она не из местных стражниц, давай её к уже отработанным.

— Не надо! — Отчаянно заверещала связанная эльфийка, которой неудобная поза не давала увидеть, что уже прошедшие через лапы охотника на демонов товарки остаются вполне себе живыми. Просто находятся в глубоком обмороке, вызванном уходом вселенного в них духа. Других методов развязать язык за пару мгновений кроме контролируемой им одержимости Холхюк не знал. — Я младший оруженосец одного из телохранителей госпожи Тиренд, которая часто навещала госпожу Маев в её покоях! И мне пару раз выпадала честь прислуживать им за обедом! Там нельзя сделать и шага в сторону или тебя убьют духи наказанных за свои грехи преступниц! Говорят, оттуда есть ходы к сокровищнице с артефактами времен древней империи, личным заклинательным залам и спуск к камерам с особыми заключенными!

— Почему бы живущему на одном месте несколько тысяч лет некроманту и не оборудовать себе рабочее место в шаговой доступности? — Задал риторический вопрос гоблин. — Ладно, убедила. Если найдем там то, что ищем, получишь свободу и билет до любого угодного тебе места. В противном случае, сама понимаешь, лучше бы тебе было молчать. Эй, народ, слушай мою команду! Пока идем до места, захватывайте с собой все, что плохо лежит! Во-первых, нашему главному бухгалтеру наверняка лень выписывать вам премии. Во-вторых, все потом на орков спишем. В-третьих, если нас зажмут, мне хоть будет чем по врагу кидаться.

— Как-то это неправильно. — Прозвучал откуда-то из недр сплоченного строя тонкий детский голосок. — Это же…Ну…Воровство. А брать чужое нехорошо.

— Кто сказал? — У гоблина от удивления шея вытянулась вверх так, словно он уже успел искусно овладеть навыками трансформации тела и теперь пытается принять облик жирафа. — Покажите мне этого идеалиста, каким-то чудом еще не снявшего розовые очки в нашем суровом мире!

Бойцы расступились. Группа молодых чародеек, одетых в свои провокационные наряды, вытолкнула вперед самую младшую ученицу.

— Да ….я….щас…шваброй! — От нецензурного вопля гоблина, кажется, даже стих шум битвы за стеной. Вряд ли успевшая отметить совершеннолетие девочка приняла это на свой счет и упала в обморок. Видимо в её мечтах роль первого возлюбленного отводилась прекрасному принцу, а никак не средству для уборки помещений. — Какой мудак пустил на боевую операцию детей?! Я ж его возьму на морскую рыбалку в качестве приманки для акул! Если бы у нас тут была серьезная драка, весь этот цветник полег бы напрочь! Они же даже доспехи не одели, дурынды малолетние!

— Потом будешь наказывать невиновных и награждать непричастных. — Оборвал его Холхюк, накладывая руны рядом с каменной плитой. — У нас времени мало. А эта компания кухонных вредительниц все равно кроме как тебе никому напрямую не подчиняется. И разрешения соответственно на свои действия не спрашивает. А отсылать их обратно уже поздно, если по пути попадется хотя бы пара толковых демонов или орков, они просто не дойдут.

Глава 47

В быстром темпе ведомый удачно попавшейся под руку проводницей отряд двигался по лабиринту из благоустроенных природных пещер и явно вручную сделанных помещений. По пути ему несколько раз встречались группы воинственно настроенных орков с красными глазами и ночные эльфийки, также не пылающие миролюбием. Но большой проблемой они не стали. Да, не чувствующие боли и страха берсеркеры в узком проходе это страшная сила…Но не против взрывной волны и десятка пуль в ногах и головах. А местные жительницы и вовсе при виде такого количества чужаков обычно предпочитали как можно быстрее оказаться подальше. То ли стражницы подземной тюрьмы, то ли беженцы из разрушенного города, они явно не горели желанием вступать в безнадежный бой с несколькими сотнями чужих бойцов. Ну не тогда, когда их собственное число измерялось в лучшем случае десятками.

Пятерых или семерых героинь, явно испытывающих серьезные проблемы с рассудком, без особых проблем задавили численным перевесом, оглушили и положили отдохнуть в уголке. Сложно показать индивидуальное фехтовальное мастерство в поединке со строем, норовящим обойти тебя со всех сторон и долбануть под коленки или сразу по затылку. Куда большему количеству лучницу, пытавшихся выпустить с предельной дистанции стрелу и сбежать, повезло меньше. Солдаты не были намерены с ними церемониться и потому большая часть поступивших подобным образом воительниц остались истекать кровью из несовместимых с жизнью пулевых ранений. Маги свою энергию берегли, поскольку с восстановлением сил в этом месте у них могли быть явные проблемы.

В коридорах то тут, то там попадались двери, ведущие в небольшие и скудно обставленные комнаты, разительно отличающиеся от окружающего великолепия. Вероятно это и были камеры для заключенных, которых в настоящий момент почему-то не было в своих покоях. Или выпустили их при начале военных действий, или, скорее всего, оперативно отправили в руки заведующей здесь колдуньи. Вряд ли устроившая нападение призраков на дирижабль некромантка использовала в своих целях добровольцев.

— Ой, какая хорошая картина. — Одна из молодых волшебниц остановилась перед висящим на стене морским пейзажем, действительно нарисованным весьма искусно. Либо одна из стражниц зарывала свой талант в землю, либо кто-то из заключенных оказался неплохим художником и был принужден поработать на украшение своей тюрьмы. — Я возьму?

— Дай сюда. — Довольно невежливо вырвал оправленный в резную раму у девушки ледяной тролль. — Она тяжелая, надорвешься еще.

— А ничего так вышивка… — Примерилась через несколько шагов её товарка родом из Кель Таласа к лежащему на небольшом диванчике покрывалу. — Эй, куда, я первая его увидела!

— Ничего не знаю. — Проявившая свойственную рейнджерам ловкость и сноровку Лонари теперь раскаивалась в своем поступке. Место в заплечном мешке было ограниченным, а трофеев предстояло еще много. Вынужденная очень плотно общаться с гоблинами продолжительное время эльфийка волей-неволей перенимала их жизненные ценности. К тому же прихватизированию трофеев очень способствовали воспоминания о партизанском прозябании в лесах, во время которого местные жители даже не задумывались о том, чтобы помочь дальним родственникам в борьбе за существование.

— Фух. Как же стены давят. — Холхюк остановился и пошатнулся. — Проклятье. Не провел бы в чумах несколько сотен лет, подумал бы, что у меня клаустрофобия. Все. Я здесь больше не боец. Собственную руку с трудом вижу. Острога, детка иди ка сюда. Понесешь мой посох, а то чего-то он тяжеловат стал.

— Если охотнику на демонов здесь худо, то значит, верной дорогой идем мы, товарищи! — Радостно провозгласил Тимон. — Так, Строри, оставь здесь десяток своих архаровцев окапываться. Будут стеречь нам тыл и заслуженного предка большей части ныне существующих ледяных троллей, наконец-то почувствовавшего свой возраст.

— Мы еще не пришли, но я знаю дорогу! Дальше будет большой спирально уходящий вниз пандус. — Быстро-быстро тараторила пленница, нервно косясь на покрытое кровью оружие в руках солдат. — Его специально таким сделали, чтобы владыке Кенариусу удобно было ходить. Их таких у нас много, потому как лестницы не очень подходят для его копыт. Поотом будет коридор и еще один пандус. Внизу камеры, в которых ждут родов самые страшные преступницы, смертью искупающие свои грехи и дающие новую жизнь. А после них пойдут уже и личные покои госпожи Маэв вместе со всеми помещениями, куда меня не пускали.

Громоподобное испуганно-болзененное блеяние и ничуть не менее громкий торжествующий рев разнеслись оттуда, куда пробирался отряд.

— Больше ходить не будет. — Задумчиво протянул гоблин, замирая в самом начале пандуса. — Кажись, отбегался, козлик. Всем тихо, стоять тут и не отсвечивать! Сильвана, передай Джоану кому-нибудь другому, например Строри, он уже давно на её пухленькие формы облизывается. А мы с тобой тихонечко, как настоящий спецназ, поползем на разведку.

— Вас не заметят. — Хмыкнул закованный в латы гном, с большой охотой обнимая волшебницу, чтобы не дать её уйти телепортацией. Вернее, переместиться она бы могла…Но только вместе с ним. И в таком случае старый вояка скорее всего просто свернул бы девушке шею ничуть не менее эффективно и безжалостно, чем немертвая глава рейнджеров. — Ну, если ты только как всегда не примешься взрывать все препятствия на своем пути динамитом.

Пандус вился спиралью по стенам не просто громадной, а просто таки титанической пещеры, способной вместить в себя крупный город. Ну, если не ставить здания друг на друга, то может быть среднего пошиба село. С верхнего яруса было прекрасно видно его подножие. Внизу вовсю кипела битва двух древних и разумных чудовищ, сходных друг с другом габаритами, мощью и строением тела.

— Гнилаааая кровь! — Чернеющей изрядно опаленной шерстью Кенариус пятился назад, голыми руками принимая удары оружия Маноротха. Как ни странно, никаких особо заметных следов на коже полубога они не оставляли. Было решительно непонятно, зачем архидемон вообще таскает с собой такую громадную штуку, если она потрясающе неэффективна. Разве только она дорога ему как память. — Ты ошибка мааатери-природы и будешь повеееержен.

— Умри! — Настпующий генерал Пылающего Легиона говорил тяжело. В горле у него засело штук шесть пылающих рунами стрел и можно было лишь гадать, насколько сильным было это оружие, что оно смогло ранить чудовище. К тому же по его коже то тут, то там расплывались пятна похожего на мох лишая. И постепенно они захватывали все новые и новые участки шкуры, умудряясь пить соки из целого архидемона. — Ваш род заплатит за свои преступления. Он исчезнет весь и не останется никого! Вообще!

На фоне двух гигантов почти незаметными казалась их свита. Подумаешь, что такое три десятка принявших промежуточную форму между эльфом и зверем друидов. Ночные эльфы обоих полов активно наколдовывали разнообразную хищную флору или рвали покрывшимися шерстью лапами врагов. Противостояли им с полсотни красноглазых и истерично завывающих орков…Обычных зеленокожих здоровяков уже три раза отравили бы ядовитой пыльцой и удушили лианами. Но служба демонам помимо очевидных недостатков явно несла в себе и положительные стороны. Теперь магия едва ли не отскакивала от шкур клыкастых рубак, а вложенная в их удары сила заставляли крошиться и ломаться даже толстые грубые сабли, сделанные из вполне приличного железа. Правда, двух или трех из них сам Маноротх и задавил невзначай. А одного вообще расплескал во все стороны кровавыми брызгами рефлекторным ударом хвоста, когда тот задел своего повелителя плечом в районе, откуда этот самый хвост растет.

— Никак неееервничаешь, мутант? — Рога Кенариуса засветились синим светом и между ними возникла шаровая молния. Вторая, третья, десятая и двадцатая. Град электрических шаров ударил в грудь архидемона, обугливая плоть и разбрасывая во все стороны крупную чешую. — Прааавильно! Бойся меняаааа!

— Вы всегда были семейством извращенцев! — Поднялся на дыбы генерал Пылающего Легиона и раскрутил свое оружие так, что оно слилось в мерцающий круг. — И помощников себе подбирали под стать! Или ты думаешь я не понял, почему от той жрицы и её муженька настолько сильно пахло тигром, а, кровосмесительное отродье?!

— Не, я конечно девушка не самых строгих правил…Особенно после смерти…И созерцания головы проклятого принца на стене своего дворца… — Если бы Сильвана нуждалась в воздухе, после таких известий она могла бы задохнуться. — И природу в принципе люблю…Но…Проклятье, я же с этими двумя за руки здоровалась!

— Да тише ты. — Шикнул на неё гоблин. — Все равно есть у меня такое чувство, что больше им у власти не сидеть. Скинут их по итогам войны, зуб даю. Вот хоть тот, что сейчас у Маноротха божественный полукозел копытом выбил. Кстати, как они отнеслись к тому, что ты мертвая?

— С пониманием. — Пожала плечами бывшая глава рейнджеров. — Я не уверена, но кажется эта их Маэв тоже мертвая полностью или хотя бы частично. Не знаю чем объяснить, вроде дышать она не забывает, да к тому же тепло в её теле есть, но…Не чувствую я под теми доспехами жизни.

Выпад разрезал Кенариусу бок, но полубог не сплоховал и показал настоящий мастер-класс руко-копытной борьбы. Он словно цирковой акробат запрыгнул на спину своему противнику, используя выброшенную вперед конечность последнего как точку опоры. Острые копыта вонзились в плоть архидемона. Но куда более важным был тот факт, что теперь шея генерала Пылающего Легиона оказалась в мощном борцовском захвате. И отец кентавров своего противника весьма успешно душил.

Ударяясь боками об все стены подряд, чудовищный дуэт поднимался вверх по пандусу и на втором или третьем витке нашел слабое место. Два сцепившихся в жестокой драке монстра прошибли собою какую-то большую узорчатую дверь, подходившую полубогу по габаритам. Друиды закончили рвать орков и потянулись следом за своим господином. Все четверо выживших, причем каждый из них был весьма серьезно изранен. Сверкнули отсветы огня. Донеслось протестующее возмущенное блеяние.

— Чую, так развлекаться они могут долго. — Нервно заметил гоблин. — А нам как бы надо вниз и далее.

— Звуки битвы удаляются. — Прислушалась Сильвана. — Правда, они становятся громче, видимо там нашлось подкрепление для обоих сторон. Ладно, еще немного подождем и как затихнет, попробуем провести отряд. Будем надеяться, победитель будут измотан, ведь шансов на взаимное уничтожение ими друг друга практически нет. Правда, если нас в этих подземельях зажмут, оторваться будет ой как тяжело.

Наконец, будучи удовлетворенными отсутствием грумких звуков, пара разведчиков отважилась спуститься по пандусу. Не обнаружив никого живого кроме тяжело раненного орка, который медленно умирал от кровопотери, они рискнули подозвать остальной отряд и двинуться дальше. И буквально через несколько минут вновь замер у почти такого же пандуса.

— Все. — Констатировал гоблин, опасно свешиваясь за его край и разглядывая то, что творилось у него под ногами. — Теперь точно допрыгался козлик.

— Что? — Не поняла его выступавшая в роли проводника ночная эльфийка, а потом проследила за взглядом коротышки и ахнула, прижав руки ко рту. — Нет! Владыка Кенариус!

Обугленная туша с остатками не везде сгоревшей белой шерсти слабо ворочалась в дальнем конце пандуса. Причем причиной её шевеления был полуголый зеленокожий громила с большим двуручным топором, споро разделывавший уже неживую святыню ночных эльфов на куски и тут же их жадно пожиравший. Полубога, очевидно, оттеснили от своих союзников, а потом убили. Само собой, отец кентавров без боя не сдался. Тут и там лежали тела орков, ночных эльфов, парочка разломанных на куски оживших деревьев, несколько ростовых каменных статуй, явно неспроста оказавшихся на поле боя. Немаленькие участки каменного пола оказались покрыты кровью, по которой еще гуляли язычки алого пламени. Кое-где в его свете блестела крупная чешуя. В руках погибшего олицетворения мощи магии природы был сжат громадный рог, вырванный с корнем из кого-то другого. А единственный, кто подходил для него по габаритам, это был Маноротх. Скорее всего, ему же принадлежало большое кожаное крыло, которое получилось заметить далеко не сразу, поскольку отлетело оно в очень уж укромный уголок. Где-то в недрах подземной темницы еще полыхал бой, судя по долетавшему шуму сражения, но здесь и сейчас битва уже кончилась.

— Шум идет из того места, в которое поместили посольство Альянса. — Прислушалась Джоана. — Может, вы меня уже отпустите? Все равно помогать местным жителям защищать своего легендарного ренегата мне нет никакого смысла. А если Иллидан не сможет по каким-то причинам создать новый магический источник для высоких эльфов, то они будут жаждать вашей крови, а не моей.

— Я боюсь отпускать тебе одну. Случись чего, кому тогда принимать руководство Альянсом? Мне что ли? Архидемон где-то тут и я догадываюсь, кого он может искать. — Задумчиво протянул гоблин, созерцая увлеченного своим делом орочьего вождя. Отряд в несколько сотен бойцов тот пока не заметил, поскольку чавкал громче, чем все они топали. — Остается, конечно, вариант, что Маноротх уполз зализывать раны или ловить правителей ночных эльфов. Однако мне почему-то в них не очень верится. В покои Маэв и далее можно попасть другим путем?

— Теоретически да. По водоводу с верхних уровней. В принципе это почти такой же пандус, только не настолько удобный. — Подумав, решила пленная эльфийка. — У него есть ответвление в кухонный блок. Но я не знаю, попадает вода к нижним камерам. К тому же до него далеко идти. Но обратно то все равно придется идти по пандусу.

— Или лететь вверх против течения. — Пожал плечами гоблин. — Но это я так, сугубо теоретически. Все за мной. Орка, если не будет кидаться, не трогать. Пусть обедает, авось лопнет. А нам шум не нужен, мало ли кто на него может выглянуть из соседних переходов.

Вождь зеленокожих на несколько сотен бойцов не кинулся. Похоже, он их вообще не заметил, столь увлеченно он лопал. Нет, даже не так. ЖРАЛ!!!

— Вообще-то плоть полубога должна обладать весьма интересными качествами. — Задумчиво покосилась на тушу Кенариуса Сильвана. — Как знать, быть может, попробовав её, я смогу воскреснуть?

— Или упокоишься с миром. — Пожал плечами гоблин, протягивая руку в сторону поедаемого трупа. Из ладони Кеннариуса выполз сжатый его мертвыми пальцами загнутый рог и полетел в сторону коротышки, лишь немногим превосходящего отломанное от башки архидемона украшение размерами. Впрочем, тащить такую ношу в руках Тимон не собирался, во всяком случае до тех пор, пока к его услугам имеется свернутое пространство, куда добычу оперативно и упаковали. — А может у тебя вдруг вырастут волосы. Мягкие, курчавые и шелковистые, один в один как еще сохранившая на трупе шерсть. По всему лицу. Ты тогда станешь первой красавицей не только Кель Таласа, но и Стальгорна. Впрочем, поступай как знаешь, мешать не буду. Даже помогу этого оглоеда отогнать. Кстати мне кажется, или он уже слопал больше, чем весит сам? Или это Маноротх куснул поверженного противника пару раз, слизнув в свой желудок чуть не четверть всей туши?

— Любовь дварфов и гномов к бородам сильно преувеличена слухами! — Поспешно заявила мертвая эльфийка и больше к этому разговору не возвращалась. Тем более, что они уже оказались перед крепко запертой дверью в покои Маев. Стоило открыть её и три десятка непонятно откуда взявшихся призраков бросились на живых…Чтобы растечься спустя пару секунд безвредной эктоплазмой.

— Так, это ведь не позолота? — Утвердительно спросил гоблин, уставившись на ручки двери, ведущей во внутренние помещения.

— Нет. — Дал однозначный вердикт Строри, ударом меча срезя кусок мягкого желтого металла.

— Будем надеяться, у нас получится посетить покои Тиренд с дружеским визитом. — Хмыкнул гоблин, оглядывая обстановку. — За дело, ребята, тащите все, что вам понравится, а там разберемся! Надо же оправдать репутацию варваров в глазах ночных эльфов. Ищите спуск вниз и остерегайтесь ловушек! С книгами и свитками, если найдете, будьте особенно аккуратны. Сомневаюсь, чтобы в этом мире нашлось много некромантов с подобным стажем. Полагаю собранные Маэв знания являются просто бесценными. И хоть ради них погибло множество ни в чем не повинных жертв, дать пропасть им будет преступно!

— Так, картинная галерея. Так, ванная с небольшим бассейном. Так, склад ингридиентов. Фе, ну и мерзость. — Фиэль заглядывала в одну комнату за другой. Периодически на волшебницу бросались используемые в качестве сторожей призраки…Однако будучи окруженной хорошим магическим щитом и группой поддержки в несколько сотен бойцов эльфийка находилась почти в полной безопасности. Крайне глупо и примитивно действующая нежить могла бы остановить не туда зашедшую служанку. Ветераны войны с некромантами, привыкшие к управляемым искусным разумом тварям, над подобным противником разве только не смеялись. — Так, туалет.

— Ё-мое, да тут и вправду золотые унитазы! — Непонятно чему восхитился гоблин. — Ну ты глянь, похоже для верхушки ночных эльфов коммунизм уже давным давно настал!

— Мда, если кто-нибудь узнает, что я украл у едва ли не правительницы ночных эльфов её ночной горшок, то в Стальгорне такую знаменитость будет знать в лицо каждая собака. — Строри почесал шлем, скрывающий его голову и нацелился прямиком на изделие ювелирной сантехники. — А когда они поверят, что он действительно оказался золотым, да еще инкрустированным изумрудами, то даже самый последний подзаборный пес того гляди начнет мне уважительно кланяться.

— Ой, а можно мы… — Дварфа окружила стайка юных волшебниц, наклонявшихся к нему и требовательно заглядывающих старому вояке в глаза. В отряде появились дополнительные потери. Засмотревшийся ледяной тролль уронил на голову скатывающему ковер в рулон гоблину взваливаемый на плечо сундук с чем-то очень тяжелым. Вскрыть его на месте нашедшиеся среди бойцов специалисты не сумели, а ломать динамитом побоялись. Шум то ладно, но содержимое могло испортиться, а оно похоже обещало оказаться очень и очень дорогим. — Ну…Воспользуемся…По прямому так сказать назначению…Надо нам, очень

— Чего, всем сразу? — Строри затряс головой, пытаясь привести мысли в порядок. А еще он серьезно заподозрил, что какие-то групповые ритуалы эти девочки уже успели разучить и теперь коллективными усилиями пытаются промыть ему мозги. — Ладно уж…Идите…Только чтобы потом все отмыли дочиста, а то я заставлю вас на дирижабле нужники до конца войны чистить!

Так….Это допросная? — Фиэль оглядела новое помещение, рефлекторным движением вонзив зачарованный кинжал в горло кинувшегося на неё призрака. — Или зал для ритуальных пыток? Но где тогда алтарь и зачем здесь кровать?

— Игровая комната. — Хмыкнул гоблин, оглядывая цепи и висящий по стенам инвентарь, а также стоявшее по центру громадное ложе и несколько странных конструкции, наводящих на мысли о дыбе. — Видишь, оковы мехом оббиты? Хотел оборудовать на дирижабле похожую, увы, не хватило места. А жаль, Сури бы думаю оценила. Ладно, идем дальше и ищем спуск вниз! Возможно он будет замаскирован…

— Нашли! — Высунулся из-за двери, с которой кто-то уже успел сковырнуть золотую ручку какой-то гоблин, пряча изящную вазу в заплечный мешок. — Там лестница. Только это…Судя по звукам, кто то нашел её раньше нас и сейчас внизу уже дерутся. И хорошо так дерутся, душевно.

— Угу. Шумят более чем знатно. — Согласился с ним прислушавшийся гоблин. — Знаешь, если это опять окажутся Кенариус и Манотх, я не удивлюсь. Почему бы оскотиневшемуся полубогу не иметь запасного тела? Архидемоны имеют дурную привычку себе новую шкурку создавать, когда им старую попортили недостаточно качественно. А он так и вообще мог бы имея ресурсы целой страны в каждом храме держать по клону, в которого можно вселить свою душу.

— Дварфы вперед, тролли-копейщики во вторую линию, маги пойдут третьими, прикрывая их. — Начал раздавать команды Строри, лучше всех разбирающийся в тонком искусстве устраивать драку в тесное подземных помещений. — Стрелки, убрали напрочь луки! Вы чего, навесом стрелять собираетесь? А потолок вам не помешает, нет? Так, ну а вы куда претесь то?!

— Ну, маги же в третью линию… — Неуверенно заикнулась молодая волшебница с украшенным шрамами лицом.

— Маги, а не малолетние заготовки под них! — Выругался дварф. — Так, вы стойте тут! Будете…э…Тылы охранять. И отмывать теперь уже мою личную сантехнику.

— Правильно. — Кивнул гоблин, прислушиваясь к идущим снизу звукам битвы. — Делать им там точно нечего. К тому же у них еще не поставлены как надо боевые заклятия и высока вероятность накрыть своим залпом дружеского огня. А нам и так будет в этой каменной кишке малость тесновато.

На этих словах коротышка шмыгнул вниз по найденной лестнице и большая часть его отряда последовала следом.

— Нас не ценят. — Вздохнула молодая черноволосая эльфийка. Волшебницу изрядно задевало такое пренебрежение, назначенные ей обязанности и отсутствие возможности присвоить ценную добычу. — Совсем!

— Угу. — Откликнулась ей товарка из числа людей, ранее носившая мантию церковной послушницы. И сменившая её на новую униформу лишь под угрозой быть отданной на перевоспитание суккубе. — Я, отправляясь в обитель греха и запретных знаний, управляемую гоблином, морально готовилась к самым тяжелым испытаниям. Но такого себе не представляла точно!

— Ой! — Раздалось испуганное пищание их самой младшей коллеги по несчастью из ванной комнаты. — Я ничего не трогала! Оно само!

— Сломала? — Заинтересовалась черноволосая эльфийка. — Правильно! Нечего этим мужланам пользоваться нашей беспомощностью! Пусть раз такие умные сами работают! Моют, чистят, готовят…Мы в конце-концов им не в горничные нанимались! Еще немного и я сама буду грызть окржующих не хуже, чем голодный вурдалак!

Про то, что довольно большая часть квартирующих на дирижабле солдат представлена её соотечественниками, причем принадлежащими к слабому полу, девушка в этот момент даже не задумывалась.

— Она не сломала! — Выскочили из ванной комнаты близняшки, по отдельности похоже даже сны не умеющие смотреть. — Она нашла! Там дверь в стене открылась!

— Тайник! — Сверкнули огнем очи молодой волшебницы из числа аристократов. — А что в нем?!

— Неважно! — Рубанула воздух мускулистой рукой чародейка без глаза, но со шрамами на лице. — Чего бы там ни было, оно станет нашим и только нашим!

Девушки, которых в новом образе жизни не устраивало решительно все, переглянулись. Безмолвный пакт о совместных действиях и их сокрытии от начальства повис в воздухе настолько явно, что едва не сумел воплотиться в виде бумажного документа с кучаей печатей в реальность одной только силой мысли.

Глава 48

Спуск оказался весьма крутым, но не таким уж и долгим. Спустя минуту незваные гости оказались в большой круглой зале, чей потолок подпирали колонны. Правда, были они там далеко не одни.

— И….что…все…это…значит? — Усталый и раздраженный голос Малфуриона разорвал тишину, повисшую в зале. Поводов для такого недовольного и нецензурного заявления у успевшего себя подлатать друида было два.

Повод первый являл собой разномастную толпу иноземцев, внезапно вывалившихся из ведущего наверх прохода очень близко от него самого. С этой бандой он стоял практически нос к носу у врат в наиболее защищенные апартаменты подземной темницы. В коротком отнорке было лишь несколько камер, предназначенных для самых особых постояльцев и сейчас пустовали все они кроме одной. В оказавшейся от друида на расстоянии удара толпе мелькали практически все известные ему разумные цивилизованные низшие твари, от дварфов и эльфов-ренегатов, до троллей и гоблинов. Стоявшего впереди всех Тимона выделяло в глазах соправителя государства ночных эльфов помимо его нагло скалящейся физиономии и дикарского внешнего вида, еще одно обстоятельство. От него прямо таки разило магией, вкус которой ни с чем спутать невозможно! Малфурион уже обращал внимание на этот факт, но тогда до его обсуждения просто не дошло из-за вломившегося на огонек архидемона. Теперь же наполовину ставший растением маг природы снова чувствовал крайне знакомую силу, и это будило в его разуме неясное беспокойство.

Второй повод оказался для соправителя древнего государства куда более известным, но ничуть не более приятным. Что в этой пещере забыл немаленький отряд тауренов и лично их вождь, вывалившиеся в зал буквально из стены, которую они проломили, не иначе как лбами, было совершенно непонятно. Да мало того проломили, они еще и напали на ночных эльфов! И посмели выдержать шквал боевых заклятий магии природы и стрелы стражниц! Нет, несколько рогатых громадин они потеряли, но забрали за каждую жизнь не меньше чем двойную цену. Кэрна Кровавое Копыто Малфурион знал, пускай и не лично. Хоть государством и правила безраздельно Тиренд, но она держала супруга в курс дел, творящихся в Калимдоре. При первом случившимся в далекой древности упоминании минотавров она уже называла его имя вскользь. Мол, есть такие звери полудикие, во главе стада древний старик Кэрн всегда идет. Из степей своих носа не суют. Внимания не заслуживают…

Лишь недавно, когда удалось получить лично в руки донесения от всех разведчиков и углубиться в их изучение, Малфурион узнал, что племена минотавров в один прекрасный день начали спешно сниматься с мест и стекаться к стойбищу Кровавого Копыта.

Далее, в течении трех месяцев, по семи крупнейшим табунам кентавров были нанесены колоссальной мощи удары, проредившие их численность на три четверти, и заставившие удирать из степей куда-нибудь, лишь бы подальше от минотавров, чьи племена внезапно превратились в организованные прекрасно подготовленные ударные группы. Затем быки сходу заключили альянс с высадившимися на побережье орками.

В Хиджаль, заодно с зеленокожими варварами, они не лезли, хотя мелькали донесения о том, что в чащах бродят минотавры-разведчики, ищущие вождей местных троллей.

В последнем донесении, которое довелось прочесть друиду, упоминалось, что отряды быков, совместно с орками вполне успешно мнут нежить на побережье. А заодно вполне успешно отражают атаки в большом количестве поселившихся в тех краях людишек. И что небольшой отряд, под главенствованием одного из молодых вождей двинулся по направлению к Фелвуду.

— Надо вырвать разведчикам глаза… — С тоской подумал Малфурион, внимательно разглядывая «древнего старика» Кэрна.

Если эта прямоходящая бычара и имела за спиной солидный жизненный стаж, то скрывала его не хуже отравленного кинжала. Ибо выглядел Кэрн на треть своих лет, да и то с натяжкой, имел недюжее, даже по меркам минотавров, телосложение, совершенно нетипичную для тех же быков прямую осанку, и совершенно дикий внешний вид. И очень сильно напрягал друида, считавшего, что очень долгую и практически вечную жизнь заслуживают лишь создания высшей расы! Да и то не все, а только те, кто исповедуют правильную веру и чтят его, Малфуриона, как великого героя войны с демонами, удостоенного благословления богини Элуны и руки её верховной жрицы. А еще он был спасителем мира, живым святым и очень скромным типом, не возражающим, чтобы посвященные ему статуи верующие задвигали в самые дальние уголки своих храмов.

— Ситуация настолько деликатная, что кажется немного пошлой… — первым нарушил тишину гоблин.

— Именем Элуны, я, жрица Тиранд, приказываю убраться вам всем отсюда! — Затянувшуюся неопределенную ситуацию разрушила правительница ночных эльфов, наконец-то соизволившая прийти в себя. Несколько ранее во время битвы с демонами и подчиняющимися им орками ей на голову банально свалился камень. Их тогда вообще много попадало, когда пошедший в любимую таранную атаку рогами Кенариус промахнулся мимо своего главного соперника, поскользнувшись на пытавшихся заслонить ему путь трех орках, а после врезался в поддерживающую потолок колонну. Повезло, что столь меткий булыжник оказался относительно маленьким. Он лишь чуть-чуть превышал тот вес, который могла отразить наложенная на повелительницу целого государства магическая защита. Телохранители верховной жрицы и её консорт вынесли свою хозяйку в безопасное место, чтобы привести в порядок. Теперь наконец-то оправившаяся эльфийка метала взглядом молнии, опираясь на своего верного верхового тигра.

— Моим новым братьям из народа орков нужна помощь спрятанного здесь чернокнижниа. — Пророкотал Керн. — Если кто-то и сможет навсегда разрушить чары подчинения, созданные демонами на их крови, то только он. Мы хотели забрать его добром, не проливая крови. Увы, не получилось. Отдайте, или возьмем сами.

— Ты не получишь моего брата! — Заявил Малфурион, немного нервно косясь на сжимаемые тауренами топоры. — Я лучше сам его убью!

— Если вы таки намерены подраться, то могу взять его временно на сохранение. — Скромно заметил гоблин, смущенно ковыряя землю ножкой.

От такой наглости Малфурион обомлел, Керн совершенно по-коровьему фыркнул, Тиренд чуть не упала, а почуявший настрой хозяйки тригр сделал несколько шагов вперед и грозно зарычал на зеленого коротышку.

— Ни шагу вперед! — Предупредила гоблинская марионетка, запуская руку в карман, чтобы скрыть манипуляции со свернутым пространством. — Или щас будет котуклизма!

— Ты носишь это с собой? — Шокировано спросила Фиэль, наблюдая за грозно втягивающим в себя воздух медицинским приспособлением весьма солидного объема. Тигра его вид тоже впечатлил, поскольку он попятился назад и чуть ли не спрятался за свою хозяйку. — Зачем?!

— Хотел сегодня ночью тебе сюрприз сделать, вот и спер вчера из шкафчика одного из докторов. — Пожал плечами гоблин. — Как чувствовал, что пригодится.

Фиэль задумалась о переходе на сторону потенциального противника. В частности об обращении с просьбой о принятии нового гражданства к находящейся здесь правительнице ночных эльфов. Конечно, в подобном случае ей придется очень постараться и не умирать, чтобы не отдать хотя бы свою душу в лапы мерзкого коротышки. Но ведь друидизм она знает, а благодаря священному дереву рядом с ним адепты магии природы теоретически могут жить вечно.

— Ай!

— Мама!

— Аааа!

Троица чародеек попадали друг на друга, образовав кучу-малу из крайне фривольно одетых женских тел. Обнаруженный секретный проход привел их…Куда-то. Причем дверь, ведущая в этом место, смотрелась очень внушительно. Открыть её удалось лишь групповыми усилиями, а когда преграда наконец-то поддалась и резко уехала в сторону, то удержать равновесие девушки не смогли. Хорошо, что все запоры были исключительно с внутренней стороны, иначе такую толстую перегородку, сделанную целиком из стали, они бы вряд ли смогли открыть даже при помощи магии.

— Так, ну и чего тут у нас такое? — Выбравшаяся из узкого лаза молодая волшебница с изуродованным лицом оглядела место, куда вел найденный секретный ход. — Так…Руны на потолке, руны на полу, руны на стенах…На двери рун столько, сколько у меня в классе по руноведению никогда не было. И заперта она походу снаружи. Статуя сидящего в позе лотоса демона по центру. Заклинательный зал, однозначно. Не пойму, правда, для каких он целей. Магия в этом месте странно себя ведет, а активно колдовать я опасаюсь, боясь привлечь к себе внимание хозяев или сторожевых заклятий.

— И пыльно тут слегка. — Заметила бывшая послушница, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. — В этом месте явно надо чаще бывать уборщикам или обновлять бытовые чары. Из чего статуя?

— Камень. — Лишенная глаза мускулистая девушка постучала по рогатому и крылатому существу, застывшему в одной позе. — Хм, нет, какое-то дерево. Но сделано искусно, смотрите, он совсем как живой. Да и аура есть, правда не такая как у живых существ. Но и не как у простых объектов. Думаю, перед нами артефакт. Или своеобразный алтарь.

— Подписи нет. — Протараторили абсолютно одинаковые сестры. — Постамента нет. А это точно статуя, может какой-то демон под чарами паралича?

— Сейчас проверим. — Мускулистая волшебница сняла с пояса кинжал и стала пытаться расковырять им подозрительный объект. — Уф, плотный какой. Даже гномская сталь только стружку снимает. Нет, точно статуя. Раз она так хорошо выглядит и зачарована, то местным зачем-то нужна. Пожалуй, я её себе заберу, если не будет возражений.

— Как? — Посмотрела на неё черноволосая эльфийка. — И зачем?

— Выменяла у сестер Хорвальдс один мешок со свернутым пространством. — Несущая на своем лице отметины былых сражений девушка извлекла из небольшой поясной сумочки свернутой кусок ткани. — Отдала свои накопления за полгода, но кажется, теперь это вложение начнет окупаться. В конце-концов, мы будущие темные волшебницы или все-таки посудомойки? Надо же нам иметь какой-нибудь подходящий по статусу антураж, который будет не стыдно поставить в прихожей собственных особняков? Ну, когда они у нас будут, конечно. А пока этим идолом дверь в наше общежитие подпирать можно, чтобы посторонние не вовремя не заглядывали. На встроенные замки надежды нет, ключами от них, по-моему, озаботился уже каждый мужик на дирижабле.

— А что все-таки за дверью? — Требовательно уточнила аристократка, наблюдая за тем, как безразмерный мешочек, словно чулок, пытаются натянуть на статую. — Мне кажется, я слышу какой-то шум.

— Ругаются…Топают…Э….Мычат? — Бывшая послушница подтвердила её слова. — Ой, я кажется голос этого мерзкого зеленого коротышки узнаю. Он тут, в нескольких десятков шагов за дверью.

— Уходим быстро и делаем вид, что ничего не было. — Решила одноглазая девушка. — Новых трофеев нам все равно не дадут, а вот за самовольную отлучку с той позиции всыпать могут. Да, кстати, унитаз то кто-нибудь отмыл?

— Ага. — Кивнула забирающаяся обратно в лаз аристократка. — Я в него зарядила очищающим заклинанием. Только будем надеяться, что у того сварливого дварфа артефакта со свернутым пространством не отыщется. Пусть он его на своем горбу тянет!

На теле упрятанного в свернутое пространство Иллидиана Предателя наконец-то выступила кровь. Охотник на демонов, из-за слишком смелых экспериментов ставший почти неотличимым от своей добычи, за тысячелетия пребывания в каменном мешке практически окаменел. Ну, как минимум, заживо мумифицировался. Нанесенные на все поверхности его тюрьмы самим Кенариусом руны мешали ему даже пошвелеиться, чтобы стряхнуть с себя пыль. И это приходилось делать тюремщицам. Вернее, самой Маэв, поскольку подчиненным она столь ценного пленника не доверяла. Обязанности уборщицы изрядно злили некромантку, и потому после каждой такой процедуры количество пленников обязательно сокращалось на три-четыре жертвы. Нет ничего удивительного, что в таких условиях живущий на одной только магии организм частично усох и теперь уже не совсем подходил под определение живого.

— То есть как это нет?! — Схватилась за сердце Тиренд спустя пять минут, лично перепроверяя камеру своего бывшего возлюбленного.

— Сбежал! — Ахнул Малфурион и бросился рвать себе листья из бороды, раскачиваясь из стороны в сторону. — Но как?! Мы же три дня назад заходили сюда вместе с учителем, чтобы проверить, не ослабла ли рунная вязь!

— Я испытываю такое нехорошее чувство, что Орду и меня лично хотят обмануть. — Недовольно прогудел Керн, оглядывая абсолютно пустую камеру.

— Поддерживаю. — Поддакнул ему гоблин, буравя взглядом ночных эльфов так, что они без всякой магии чувствовали, куда именно он сейчас направлен. — Так, либо нам сейчас предъвят Иллидана Предателя, либо Фиэль выселится из моей спальни на диван в прихожей. И в таком случае я разозлюсь. У меня на эту ночь боооольшиеее планы.

— Это все вы виноваты! — Нашла тех, на ком можно сорвать свою злость и страх верховная жрица. — Наверняка он уже давно готовится к побегу и сейчас, когда все стражницы и головой отвечающая за него Маэв оказались отвлечены сражением, дал деру! Теперь его не найти, он заляжет в самую глухую дыру Азерота!

— После этой камеры ему все равно везде будет хорошо! — Вторил супруге друид. — А то и вовсе свалит из этого мира!

Трехстороннюю перепалку перед дверью в самое сердце подземной тюрьмы прервал визит орка. Вернее, не орка целиком, а его отрезанной чем-то острым левой половины. Под аккомпонимет оглушающего рева сверху, она вывалилась из самого дальнего прохода с верхних ярусов, пятная все вокруг себя кровью. И отряды всех собравшихся в подземелье сторон поспешили уведомить об этом своих командиров, сейчас оживленно ругающихся перед пустой камерой, предназначенной для самого важного в тюрьме пленника.

— У меня есть такое неприятное ощущение, что мы кое о чем забыли. — Хихикнул гоблин, разрушая установившуюся после этого события тишину. — Но вряд ли это кое что забыло о нас. Вот только я не пойму, с кем это Маноротх дерется, если все мы здесь?

— Маэв? — Забеспокоилась Тиренд. — Где Маэв, почему я её до сих пор не вижу?!

— Опять спряталась куда-нибудь, паршивка. — Буркнул Малфурион. — Потом как всегда будет доказывать нам, что изводила врага проклятиями из укрытия.

— Возможно, это мой друг и вождь Тралл. — Пророкотал глава тауренов. — Я пошел за нужным нам колдуном, а он отправился искать своего друга и брата по прозвищу Гром, павшего жертвой демонической магии и ставшего командирам тех, кто поддался грязным чарам.

— Вот только его тут и не хватало! — Вспылила Тиренд. — Владыка Кенариус не будет разбираться, что за орк перед ним и растопчет их всех, когда увидит!

— Вашего полубога немножечко съели. — Хмыкнул гоблин, прислушиваясь к доносившимся сверху звукам. — Вот, Джоана не даст соврать.

— Ч-ч-что?! — Верховной жрице словно с размаху ударили по лицу, так она отшатнулась назад и если бы не сыгравший роль опоры тигр, то обязательно бы упала. — Ты лжешь, животное!

— Нет. Он варвар и низшее существо, но в данный момент сказал правду. — Эти слова дались Малфуриона нелегко. — Я почувствовал смерть учителя.

— Продолжим после. — Керн развернулся в сторону прохода, откуда выпало разрубленное вдоль тело и неслись звуки сражения. — Вы предлагали нам союз и если хотите его, то чернокнижник ночных эльфов снимет чары с орков.

— Эй, мы с тобой! — Крикнул гоблин, давая знак своему отряду идти следом. — Надеюсь, против хорошей компании в драке вы ничего не имеете?

— Не знаю кто ты. — Безразлично пожал плечами старый таурен. — Но раз так, то мы не ссорились. А кто я такой, чтобы мешать другим сражаться с нашим общим врагом?

— Мы…Тоже пойдем. — Кивнула Тиренд, сумевшая взять себя в руки. — Манортх наверняка изранен после боя с учителем, а это значит, что мы можем за него отомстить.

Впрочем, их уже никто не слушал, поскольку таурены бодро запрыгали по ступенькам, ведущим наверх. И сборная солянка из представителей разных рас под предводительством гоблина старалась от него не отставать.

— Опять громадная пещера и пандус! — Пробормотал Тимон, преодолевая последнюю ступеньку лестницы. — У меня только два вопроса. Что за идиот все это построил? И как он смог сделать так, чтобы все это не рухнуло на следующие сутки после подписания акта приема?

В воздухе витала удушливая пыль, облака пара, запах крови, крики и звон железа. Большая часть свободного пространства была занята орками. Большим количеством орков, увлеченно мутузивших друг друга. Вот только если красноглазые и покрытые татуировками били насмерть, то их соперники, бывшие судя по всему вменяемыми, старались своих противников скорее оглушить. Ну, или просто покалечить, скажем, лишив руки или ноги. Из толпы себе подобных заметно выделялся огромный зеленокожий громила, важно рассекающий ряды сражающихся на антрацитово-черном волке, вымахавшем до размеров скаковой лошади. Молот в его руках без перерыва выдавал длинные ветвистые молнии, которые заставляли демонических марионеток биться в конвульсиях. Пока пострадавшие от его волшебства тряслись, как эпилептики, их аккуратно валили и глушили. Бока шамана прикрывали две животинки, в размерах не уступающие его скакуну, но полупрозрачные подобно призракам. Громила с двуручным топором, видимо забросивший свою трапезу или таки доевший полубога, спрыгнул откуда-то с верхней части уводящего ввысь пандуса и попытался к нему пробиться. Он разваливал молниеносными взмахами на несколько частей всех, кто оказался рядом с ним, включая собственных подчиненных. Вот только примерно на полпути получил отправившимся в полет молотом по лбу, отлетел к ближайшей стене и отключился. А оружие, словно бумеранг, вернулось в поднятую руку хозяина. Таурены под предводительством своего вождя и старейшины охотно включились в забаву, и число пылающих красными глазами зеленокожих здоровяков начало сокращаться еще быстрее.

— Наверное, у меня со зрением проблемы… — Гоблин поднял телекинезом в воздух пяток ближайших к нему красноглазых орков и начал стучать их головами друг об друга. — Где Маноротх? Это же он рычал, верно?

Рев архидемона раздался снова, взметнувшись к потолку вместе с целым облаком густого белого пара. И шел он из большой черной дыры в полу, которую поначалу мало кто заметил, поскольку все внимание отвлекали на себя орки.

— А там у вас что? — Спросила до сих пор таскаемую с собой пленницу-проводницу Сильвана. — Вроде бы сыростью тянет.

— Не знаю. — Пожала плечами ночная эльфийка. — Наверное, какой-то подземный резервуар.

Из дыры высунулась блестящая мокрой чешуей лапа Маноротха, вцепившаяся в край дыры. А затем балансирующий одним оставшимся крылом архидемон подтянулся целиком, явив однорогую голову с медленно рассасывающимся отпечатком молота на лбу. Тело чудовища несло на себе следы жестокой драки с полубогом и теперь уже восстанавливалось явно куда медленнее, чем раньше. И поскольку провал в какой-то водоем находился в противоположенном конце занятой однородной массой сражающихся орков пещеры, одного маленького зеленого гоблина и его свиту монстр разглядел первым.

— Ты! — Сложно сказать, как можно одновременно кричать во все горло и выдыхать пламя одним и тем же ртом, но видимо генерал Пылающешго Легиона долго тренировался.

— В стороны! — Коротышка просто отшвырнул себя в сторону телекинезом, заодно им же спихивая своих спутников вглубь по лестнице. Вовремя, ужасающий поток пламени, источаемый архидемоном, просто расплавил выход в пещеру, заставив камень потечь. Для тех солдат, кто скопился на нижнем ярусе подземной тюрьмы, этот путь оказался перекрыт. — Эй, однорогий, однокрылый, ты чего быкуешь, хотя и не таурен? Хочешь, чтобы тебя для симметрии еще одноруким и одноногим сделали?

Маноротх глухо взревел и пополз прямо на обидчика. Восседающий на волке вождь орков, оказавшийся у него на пути, попытался метнуть в него свой молот. Увы, в этот раз монстр устремившееся ко лбу могучее оружие просто поймал рукой, несмотря на брызнувшие из неё во все стороны капли пылающей крови. И как камень швырнул в отправителя, которого сдуло из седла.

— Ага, так это и есть та кусачая букашка, которая пытается вырвать власть над моими рабами. — Злобно пророкотал генерал Пылающего Легиона, всей тушей нависая над поверженным противником. — Что ж, похоже сегодня у меня действительно удачный день!

— Я не позволю тронуть Тралла! — Орк с двуручным топором, как оказалось уже успевший относительно прийти в себя, помотал головой. Его глаза и татуировки снова вспыхнули красным цветом и он помчался вперед, высоко воздев свое оружие над головой. Вот только целью для атаки он избрал своего недавнего хозяина, на которого прыгнул словно кузнечик, перелетая через головы сражающихся сородичей. — Я свободен! Я больше не буду подчиняться тебе, Маноротх!

— Сколько пафоса! — Пробормотал гоблин, подлетая к потолку громадной пещеры и извлекая из свернутого пространства рог архидемона. Загнутый костяной нарост, бывший тем не менее весьма острым, начал крутиться в воздухе, все убыстряя и убыстряя обороты.

— Опять сбросил чары?! — Эпичный полупрыжок-полуполет привел к закономерному итогу. Архидемон пришлепнул кинувшего на него орка своим оружием, словно мухобойкой. Удар плоской стороной лезвия сшиб зеленокожего здоровяка на землю. — Хм, Гром, пожалуй пора подыскать тебе замену. Таких воинов надо еще поискать, но слишком уж ты своеволен. А заодно я съем этого мальчишку и испепелю всех, кто тут сейчас находится, не разбирая правых и виноватых.

— Нет! — Просипел вождь красноглазых орков, наблюдая, как огромная рука архидемона поднимает оглушенного шамана, а пылающая огнем пасть распахивается. — Не смей!

— Ах-ха-ха! Узрите мою мощь, жалкие смертные! — Захохотал Монротх, плотно сжимая в кулаке свой будущий легкий перекус, чтобы тот никуда не делся. Архидемон раздулся в размерах, набрал воздуха в грудь и оглушительно зарычал с такой силой, что с потолка посыпались камни. Под сердцем монстра вспыхнул фонтан огня и пополз ввысь и в сторону, постепенно увеличиваясь в размерах и набирая все большую силу. Сражение замерло, поскольку его участники под воздействием чудовищного рева попадали с ног или оказалась заворожены ощущением неотвратимого конца и трепетали, ожидая когда на них обрушится вся мощь архидемона. Наконец полоса огня доползла до плеча чудовища и остановилась. А потом в середине груди разошлась в стороны и открыла…. Наглую гоблинскую морду, опознать которую удалось не сразу из-за частично перекрывающих её тягучих капель пылающей крови.

— Ку-ку! — Провозгласил Тимон, который находился все-таки не в самой ране, а сразу за ней.

Криво срезанная верхняя половина торса Маноротха съехала вниз и замерла, пятная все вокруг себя горящей жидкостью. Нижняя часть туловища тоже брякнулась с копыт. Частично сожравший Кенариуса орк проворно пополз на четвереньках в сторону, чтобы не изжариться на месте.

— Не, ну а чё? — С виноватым видом развел руками гоблин, леветриующий в районе, где несколько секунд назад была спина чудовища. И воздух ножкой как бы в смущении поковырял. — В циркулярной пиле, знаете ли, главное не острота или форма диска, а скорость вращения. В принципе там даже контакт распиливаемого материала с самим лезвием не особо обязателен, если хорошо постараться, она его и одним лишь воздухом распилить может.

Загнутый рог Маноротха, весь покрывшийся щербинами, но выдержавший нагрузку, тихо гудел, рассекая воздух и постепенно теряя обороты. Предназначенное для боя природное оружие архидемона могло рассечь плоть подобных ему созданий. И кости тоже. Для того оно собственно и предназначалось. Только использовано в этот раз было не своим хозяином, а против него же.

— Ну чё, будем знакомы. — Продолжал придерживаться избранного стиля общения коротышка, приземляясь рядом с верхней половиной архидемона. — Я Тимон. И если ты сейчас не подпишешь предложенный тебе Джоаной пакт о совместных действиях против демонов, то в следующей вашей стычке я выступлю на стороне Альянса, взяв с его предводительницы оплату натурой.

— Я Тралл, вождь Орды! — Провозгласил измятый предводитель орков, уже успевший выбраться из потерявшей хватку мертвой лапы архидемона. Здоровенный каменный молот сам собою прилетел ему в руку и оказался высоко воздет над головой. — И с меня союзный договор и пиво!

Глава 49

Иллидиан Предатель, основатель ордена охотников на демонов, величайший маг былых эпох, обладатель кучи не менее звучных и сомнительных титулов и достижений, наконец-то соизволил прийти в себя. Почувствовав где-то рядом со своей тюрьмой архидемона, а вернее просто услышав его рев, изменивший собственную суть ночной эльф усилием воли вогнал себя в состояние глубокого оцепенения. Шансы на то, что его убьют сразу, без расплаты за предательство по отношению к демонам, были невелики. Но они все-таки были. И не способный даже пошевелиться узник сделал все, чтобы просто не почувствовать свою кончину.

— Однако, не повезло. — Мелькнула в просыпающемся сознании великого чернокнижника отдающая смирением с собственной судьбой и безнадежностью мысль. — Я не в своей камере, ведь высасывающих всю энергию из ауры рун больше нет. Значит, нападение на тюрьму отбить не удалось. Ну, здравствуйте, пытки, и последующее пожирание моей души кем-нибудь из архидемонов! Давно я вас ждал и, если честно, согласился бы подождать скажем лет эдак еще пару тысяч!

Из органов чувств преобразившегося до полной неузнаваемости ночного эльфа первым проснулось обоняние. Пахло…Духами. А еще слегка подгоревшей кашей. И чем-то еще, аромат чего Иллидиан Предатель давно уже забыл. Но именно он его почему-то волновал очень сильно и доносился с нескольких сторон сразу. Великий маг попытался сделать то, чего жаждал все душой уже несколько тысяч лет. Почесать под левой лопаткой. Увы, как он не напрягался, но не сумел даже пошевелиться.

— Цепей на себе не чувствую, но толку то с того? — Философски спросил сам себя один из лучших волшебников этого мира, привыкший к себе самому за неимением других собеседников. — Телу не дала атрофироваться магия, но даже она не всесильна. После такого долго периода полной неподвижности придется заново учиться ходить, не говоря уж обо всем остальном. Хотя даже если бы я был в полном порядке, далеко ли смог бы уйти? Один? Без оружия? С архитектурой у демонов не очень, но вот тюрьмы они строят на редкость качественные, вобрав в их создание все худшие черты мест принудительного заключения из неизвестно какого количества миров. И чем же это так интригующе пахнет в пыточной то? Или меня решили сначала подлечить у целителей, чтобы потом сполна насладиться страданиями? Тогда появляется шанс удрать. Пусть даже одна тысячная шанса, но обязательно надо попробовать ей воспользоваться.

Вторым чувством, которое заработало у великого мага, был слух. И он изрядно озадачил Иллидана. Вокруг него что-то шуршало, бегало туда-сюда на расстоянии вытянутой руки, тихонечко топало по полу, швырялось чем-то легким и периодически ругалось разными голосами.

— Вокруг меня целая стая каких-то злобных тварей. — Понял гениальный волшебник, преданный собственными близкими. — Охраняют видимо. Но кто конкретно и почему они так изумительно пахнут?! Я знаю многие породы демонов, но никто из них вроде бы не может похвастаться столь пленительными ароматами!

Наконец-то у Иллидана заработало и зрение. И только окаменевшие многие века назад мышцы лица не дали ему отвесить челюсть. А переставшие примерно в то же время исполнять свои функции железы внутренней секреции не дали захлебнуться собственной слюной.

— Кошмар! Кошмар! Ну, просто ужас!!! — Бегала кругами по небольшому помещению, отданному начинающим волшебницам, полуодетая черноволосая эльфийка. Полуодетая даже по меркам себе подобных, ибо из своей мало чего скрывающей униформу сейчас несла на себе лишь один чулок, едва-едва прикрывающую середину бедер юбку, корсет и сжимаемые в руках перчатки. — У нас дипломатический прием на борту, а одежды нет не только приличной, но и хотя бы чистой!

— Расслабься, оркам на такие тонкости плевать. — Девушка со шрамами на лице сидела перед самым носом притащенной ей в качестве трофея 'статуи' и натягивала сапог на длинную мускулистую ногу. Остальные обитательницы помещения тоже занимались тем, что пытались прихорашиваться или сообразить, как можно выглядеть прилично в выданной им униформе. И возможно ли это вообще. А потому пребывали в разных степенях одетости и полураздетости. Учитывая фасон их костюмов, разницы практически не имелось. На в прямом смысле загоревшиеся глаза своей подпорки для двери внимания не обратил никто. У девушек были куда более важные дела, в виде незаконченного маникюра, не подведенных глаз или растрепанных волос. А еще жуткий дефицит времени, отведенного на наведение красоты. — Они ребята простые. А таурены кроме набедренной повязки одежд не носят. И похоже не понимают, зачем она представителям других рас вообще нужна.

— Спятил. — Констатировал Иллидан, без особого, впрочем, протеста в своем мысленном голосе. О сумасшествии просидевший много лет в камере заключенный начал догадываться после первого отмеченного в одних и тех же стенах тысячелетнего юбилея. Или немного раньше, все-таки следить за временем ему было трудновато. — А галлюцинации хороши…Знал бы, что они такими будут, рехнулся бы давно и специально. Интересно, а я все-таки в плену или ревевший в паре сотен шагов от моих апартаментов архидемон тоже был плодом больного воображения?

— Так, кто-нибудь скажите этому наглому гоблину, что мы не пойдем! — Остановилась в центре помещения эльфийка. — Нам совершенно нечего надеть.

— Если мы заявимся на дипломатическом прием голыми, он будет совсем не против. — Бывшая послушница оказалась настроена философски. Она заранее готовила себя к ужасным тяготам и испытаниям и вот, наконец-то самые худшие прогнозы начали сбываться. — Ибо во-первых, похотлив и развратен без меры. А во-вторых, мы там будем нужны, чтобы внимание на себя отвлекать от строчек договора, написанных мелким шрифтом.

— Аарр! — Остроухая волшебница подняла руки к потолку и в гневе начала ими трясти.

— Так, для начала следует рассмотреть тот маловероятный вариант, в котором я не сошел с ума. — Лениво размышлял Иллидан, любуясь прекрасной в гневе девушкой. — Что тогда получается? Архидемон вытащил меня из камеры и запихнул в свой гарем? Нет, оно конечно хорошо бы, но вряд ли. Ужасающие пытки, применяемые этими отродьями зла, сложно даже представить…Но если бы там применялись подобные наказания, то за место в их тюрьме платили бы золотом по весу заключенного. Сами заключенные бы и платили. Да и вообще, где в таком случае суккубы?

— Так, вы скоро тут? — Подпертая Иллиданом дверь распахнулась, небрежно отодвинув охотника на демонов в уголок. Сури была значительно сильнее, чем это могло бы показаться при взгляде на её стройное тело. — Оу, неплохие грудки! Эй, девочка, как насчет зайти ко мне в каюту после того, как эти паршивые гости наконец уберутся!

— Убери свои грязные лапы, извращенка! — Завыла черноволосая эльфийка, пытаясь вырваться из объятий суккубы, обхватившей её сзади и запустившей руки под корсет. Еще больше её заставляли паниковать жаркое дыхание в районе левого уха и хвост ренегатки Пылающего Легиона, скользнувший под короткую юбку и сейчас пытающийся проложить себе дорогу через нижнее белье. — Я самой Златокудрой пожалуюсь!

— А мы и её позовем! — Не желала сдаваться суккуба, на душе у которой все пело. Тот, чьей приближенной она стала, уничтожил архидемона. Лучшего доказательства правильности избранного для себя пути Сури представить было сложно. Тех, кто рискнет разозлить подобную персону, причинив вред его имуществу, в которое демоница относила и близких господину существ включая себя, трудно найти и еще труднее похоронить. Просто от их трупов мало чего остается. — Не хочешь? А ладно, ну и ночуй в своей кровати, как дура! Ей, девочки, а в каких вы отношениях с семейкой Хорвальдс? Устроим показательный поединок между двумя парами сестер, а? Я буду помощником главного судьи!

— Заказвал суккубу, получил суккубу. Хорошо! — Настроение Иллидана неуклонно ползло вверх, и даже утрата рассудка не казалась уже столь печальной. Последние тысячи лет он не был избалован зрелищами, а тут вдруг сразу такое. — Даже если я действительно в плену у демонов, оно того явно стоило. Жаль только, что пошевелиться пока не получается. Уж тогда бы я…Ууу…Скорей бы все наладилось! И тогда будет уже все равно, окажись на самом деле эти красотки даже моими палачами, а крылатенькая демоница хоть самим Архимондом! От меня — не отмашутся. Вот только почему они все такие экзотичные? Нет, это их нисколько не портит, но хотелось бы и чего-нибудь привычного, родного…

— Сури, ты куда пропала? Мы же уже опаздываем! — Заглянувшая в женское общежитие Острога ужасно походила на такую ночную эльфийку, какими их запомнил угодивший в заключение чернокнижник. Еще не подвергнутые изменениям из-за большого количества магии природы представительницы его народа имели примерно такой цвет кожи и сложение, ныне сохранившееся если только у Тиренд и её сверстниц. Ледяные тролли отличались куда большей мускулистостью и грубыми чертами, чем их ближайшие родичи, но доля человеческой крови убрала эти недостатки. Да и что такое нормальная женщина проведший много тысяч лет в заточении узник уже помнил крайне смутно. — Ага, вот ты чем тут занимаешься! А почему вы меня не позвали?

— А может я все-таки умер? — Предположил Иллидан, наблюдая за сценой женской драки. Молодые чародейки групповыми усилиями пытались вытолкать непрошенных гостей при помощи подручных средств, в виде сапог, чулок и подушек. А те отчаянно сопротивлялись, с большим энтузиазмом используя самые грязные приемы, вроде лишения одежды и выкручивания сосков. — И теперь мне полагается компенсация по каким-нибудь законам мирового равновесия? Я, правда, не видел ни разу, чтобы они работали, но вдруг все-таки есть высшая справедливость?! Это же сколько мне причитается за столько веков ужасного заточения, а?

В это время высокие дипломатические переговоры уже начались. Орки притащили обещанное пиво несколько раньше времени, и теперь в упор не желали понимать, почему это дегустацию напитка и одновременное решение важным проблем надо отложить. Гоблин их в этом горячо поддерживал. Джоана желала как можно быстрее убраться от периодически пытающегося подсесть к ней коротышки подальше, а потому тоже желала максимально быстрого развития ситуации. Ночным эльфам, пытавшимся соблюсти церемониал, пришлось уступить.

— Орки не любят людей. — Тралл прихлебывал янтарного цвета напиток и довольно щурился, позволив себе несколько расслабиться впервые уже за очень долгое время. — Поэтому на наши земли им лучше не заходить. Зарежем.

— И съедим! — Добавил его друг и заместитель Гром Адский Крик, чьи глаза больше не пылали красным. Но тут шаман укоряющее посмотрел на долго служившего демонам орка и тот тут же исправился. — Ладно, просто зарежем.

— Но демонов мы искренне ненавидим. — Продолжил прерванную речь верховный вождь и шаман орды. — Я не помню прошлую войну, маленький был. Но тогда мой народ совершал ужасные вещи, потому как был ими обманут. И жестоко за это поплатился, когда проиграл. Мы бы все равно не заключили с ними мира и не стали добрыми соседями. Но потом набирающая силу нежить вырезала несколько наших резерваций, за счет безоружных и не способных сопротивляться полупленников увеличивая свое число. Вдобавок недавняя попытка подчинить Орду при помощи магии крови принесла очень много зла. Четыре наших города вымерло полностью, поскольку пришедшие в себя орки совершили самоубийство после того как осознали, что творили с собственными семьями. Еще в пяти огромные потери, спастись оттуда смогли не многие. О более мелких трагедиях просто молчу.

— Ваших города? — Взвивалась Тиренд с кресла, которое ей любезно уступил гоблин, пытавшийся поближе подсесть к Джоане. — Это были наши города, которые вы оккупировали! Неисчислимое количество моих подданных попало на алтари демонов, позволив им впустить в этот мир настоящую армию из-за ваших действий, презренные полуживотные! Немедленно верните всех, кого вы сделали своими рабынями, или вы каждую ночь будете слышать пение наших стрел!

— Демоны зло. — Отхлебнул пива Тралл и перевел взгляд на верховную жрицу. — Ты тоже зло, но зло меньшее. Обыденное. Я согласен навсегда замириться с людьми Джоаны, если её народ уйдет обратно домой, на соседний континент. Или даже останется здесь, но не будет лезть в те земли, которые мы уже занимаем. И готов дать клятву не обнажать оружие против ночных эльфов десять лет.

— Даже не смешно! — Пробурчал в несколько поредевшую бороду Малфурион. — Что можно успеть за такой короткий промежуток времени?! Заключать договор, так уж на века…Ах да, все время забываю, через жалкую сотню зим ваши косточки уже сгниют, ведь все низшие создания просто бабочки-однодневки перед лицом высшей расы.

— И я не выдам никого из тех, кто искал укрытия у Орды, спасаясь от плохих и глупых законов вашей империи. А такие у нас все. — Продолжал свою речь шаман, просто пропустив слова друида мимо ушей. — После того, как вы выпустили и обнародовали указ, по которому вернувшиеся военнопленные приравниваются к закоренелым преступникам, для немногих настоящих невольниц самой страшной угрозой стало возвращение домой. Ну, может, найдется десятка три фанатичек или просто дур, их не жалко. Однако за тех, кто стал родственниками орков или просто решил жить по нашим обычаям, Орда будет биться до последней капли крови. С любым врагом.

— Мы избавим свои леса от низших созданий! — Схватился за свой посох Малфурион, в то время, когда его более практичная жена уже направляла серебряный диск на вождей орков. Последние впрочем, тоже мгновенно достали свой молот и двуручный топор!

— Так, всем тихо, пока я не сорвал стоп-кран и не отправил зал для переговоров вертикально вниз! — Гоблин отвлекся от попыток зайти в тыл к не выпускающей его из поля зрения Джоане. — Давайте сначала разберемся с более актуальными проблемами, чем междоусобные разборки! Сюда движется армия демонов, так? Целью её является то ли столица ночных эльфов, то ли растущее в её центре священное древо, которое в хозяйстве тоже штука крайне полезная. И все мы желаем, чтобы твари успеха не добились, верно?

— Целиком и полностью. — Кивнула предводительница Альянса. — Моя армия уже здесь и она готова дать бой врагу. Но одной её не хватит, как бы не печально было это признавать. У нас много сил, но быстрый сбор их в одном месте, да еще и на чужом континенте, физически невозможен. Однако здесь и сейчас находятся самые лучшие бойцы, которые только есть среди людей, высоких эльфов, дварфов и гномов.

— Эй, лучших бойцов эльфов забрал себе я! — Не замедлил возразить ей гоблин. — Кто раньше встал, того и тапки! Хотя да, сил с собой удалось взять меньше, чем хотелось бы. Одни ледяные тролли, если их собрать в кучу, на дирижабле бы просто не поместились.

— Орда готова драться с демонами. И будет с ними драться в любом случае. — Спокойно проговорил Тралл, коварно допивая первый из принесенных им самим бочонков, чтобы другим меньше досталось. — Но здесь и сейчас она не вступит в бой, если мы не будем иметь доказательств, что ночные эльфы не ударят нам в спину. Альянсу мы готовы поверить, пусть и с некоторым скрипом. А убийца Маноротха, если захочет, вообще может стать одним из вождей Орды. Его и всех, кто придет с ним, мы будем чествовать как героев. Впрочем, вечная слава в песнях орков им уже гарантирована, даже если мы потом станем врагами.

— До тех пор, пока у тебя не появятся симпатичные взрослые дочери, можешь меня не бояться. — Хмыкнул зеленый коротышка. — А отнимать у орков жизненное пространство просто неинтересно. У вас тут все равно нет никакой инфраструктуры в виде стриптиз-баров или спа-салонов для мужчин. Стадионы для спортивных состязаний и то еще не построили. Нет уж, найдутся для активного отдыха и другие места.

— Детей у меня пока нет, а значит, нашему союзу ничего не угрожает. — Подумав, решил Тралл. — Но на будущее ты учти, молот я метаю метко.

— Запомним, запишем, перед выходом на дело оденем каску. — Серьезно кивнул гоблин. — Но возвращаясь к проблеме демонов, которые прут сюда уверенным курсом. Три стороны из четырех жаждут им изо всех сил вломить и не видят причин, чтобы не сделать этого совместно. Даже орки после смерти Маноротха решили свои проблемы…

— Не решили. — Вставил замечание Гром, поглаживая татуировку на своей щеке. — Сделанное под воздействием этой грязной магии уже не исправить. Многие из тех, кому также не повезло потерять свою волю, намерены найти искупление, убивая тварей. А когда последняя из них умрет, то будут искать место, где можно с доблестью сложить голову. И я в том числе.

— Ха, какая демонстрация воинской доблести и пафоса! — Фыркнула Тиренд. — Даже мои гвардейцы на параде себя скромнее ведут.

— В одном городе со мной жила моя семья. И двое из трех жен имели детей, а третья ждала нашего первого ребенка. — В глазах орка загорелся красный огонь, а голос приобрел рычащие нотки. — Я хорош в бою и командованию отрядами. Сбежать не смог никто. В моем клане сейчас живы лишь те воины, которые не убили себя после избавления от демонической магии. А скоро не останется вообще никого, мы поклялись в этом все. И сдержим свое обещание тем или иным способом.

— Смотри, как бы ты сам не стал тем, чего так боишься. — Задумчиво посмотрел на него гоблин. — И…Соболезную.

— Мы в любом случае будем защищать свою столицу. — Нарушила установившееся молчание Тиренд. — Я пробужу десятки и сотни священных деревьев и отправлю их сражаться с врагом. И храмовые стражи уже давно тренируют ополчение, готовя его к битве. Демоны идут к Мировому Древу, в этом нет сомнений. При помощи жертв можно открыть портал ненадолго. При большом количестве жертв, создать много порталов. Но лишь по-настоящему огромное количество волшебной силы поможет создать постоянно действующие врата, связывающие миры в единое целое. Однако я все равно не допущу посторонних на священную землю нашей столицы!

— Полагаю, тогда нам придется туго. — Кивнул Тралл.

— Нам и без того достанется. — Вздохнула Джоана. — Мои разведчики смогли отловить нескольких некромантов из тех, что сопровождают взятую на роль иушечного мяса нежить. Армию врага ведет лучший полководец и маг Пылающего Легиона. Тот, кто разрушил Даларан. Архидемон Архимонд.

— Старый враг. — Поморщился Малфурион. — Он был могуч прежде и вряд ли растерял свою мощь сейчас. Хорошо, вижу люди уже заготовили комплект каких-то документов, видимо тот самый договор. Давайте их сюда, если там все написано так, как вы рассказывали моей супруге, мы подпишем. И можете заводить свои отряды на наши позиции. Я лично позабочусь, чтобы наши растения и животные не воспринимали чужих как врагов.

— Но Малфурион… — В шоке посмотрела на него Тиренд, словно не веря своим ушам.

— Мы в любом случае будем защищать свою столицу. — Напомнил он её же слова. — К тому же это временная мера. С людьми и иными союзными им народами нам делить нечего. А орки…Десять лет для нас это немного. Мы подождем более благополучного времени для продолжения священной войны.

— Тогда остается еще один вопрос. — Прорычал Гром, из чьих глаз медленно исчезала краснота. — Иллидан. Брат рассказал мне, что хотел воспользоваться его услугами. Ведь если нами мог командовать Маноротх, то возможно сможет однажды воспользоваться магией крови и другой демон.

— Да и нам он очень-очень нужен. — Кивнул гоблин. — Хотя бы на время. И если мы узнаем, что кто то тут решил его спрятать для личного употребления…В общем обещаю, что тогда Архимонда вы будете воспринимать как мелкого хулигана из ближайшей темной подворотни.

— Мой брат сбежал. — Вздохнул друид. — Я обыскал всю подземную тюрьму, но его нет нигде. Обещаю, как только мы его найдем, то заставим выполнить обязательства, предписываемые нашим союзническим договором. А тому, кто приведет его ко мне, обещаю тысячекратный вес этого изменника в золоте!

— И я храмовых сокровищ добавлю. — Кивнула Тиренд. — В сокровищницах есть многие реликты иных эпох, принадлежащих давно уже исчезнувшим народам, с воистину уникальными свойствами. А теперь мы уходим, срочных дел у нас слишком много, а времени ничтожно мало. Да и вам надо воздушный корабль поближе к Мировому Древу перегнать, чтобы оборонять его удобней было.

Молодые волшебницы безуспешно пытались отстоять свое жилище и самих себя от чрезмерно расшалившейся суккубы и её талантливой добровольной помощницы. Они терпели одно поражение за другим, теряя в процессе детали туалета и последние остатки стыдливости, сменяющиеся то ли азартом жаркой схватки, то ли чем то еще. Тем более потенциальные чернокнижницы старались всячески затянуть схватку опасаясь того, что им все-таки придется показываться перед гостями в своей повседневной форме. И хорошо если перед ними придется только стоять в виде почетного караула, а вдруг им и чего другого захочется? Отказать же правителям государственных образований вряд ли получится. Наблюдавший за этой крайне необычной женской дракой Иллидин уже не был настроен столь радужно. Его от творящегося в помещении буйства защищала распахнутая до упора дверь, задвинувшая неподвижную подпорку в уголок. Однако демоническим глазам изменившего себя до полной неузнаваемости ночного эльфа тонкая деревянная перегородка нисколько не мешала. И потому он вовсю наслаждался зрелищем. И заодно мучался от него же.

— Нет, наверное, я все-таки в плену! — Метались в его голове заполошные мысли. — Это пытка такая! Фирменная, демоническая! Особо изощренная! Все видеть и ничего, ничего не мочь сделать! Ууууууу!

— Вы чего так разорались?! — В помещение вломилась леди Сильвана и тут же получила подушкой по голове. Такая непочтительность бывшую главу рейнджеров и нынешнюю фактически правительницу государства свободных немертвых просто взбесила. К тому же она и так пребывала в скверном расположении духа. Пропавший Иллидан был нужен для спасений её народа. Кроме того великий чернокнижник являлся тем, на кого она возлагала большие надежды в деле собственного возвращения к жизни. Да и гоблин на что-то такое упорно намекал… — Ах, вы! Непростительная дерзость!

Веселье быстро стихло, когда у его участниц появилось несколько переломов и обязательные фингал под каждым глазом. Никак не желавшая утихомириваться Сури получила такие украшения под оба. Еще Сильвана пыталась затолкать демонице её же хвост в одно место, но быстро отказалась от этой затеи. Осознала, что суккуба искреннее наслаждается данной процедурой.

— Все вон! — Зарычала мертвая эльфийка, собственноручно выкидывая ренегатку Пылающего Легиона за порог. — Вон отсюда! Марш на кухню, шаболды! Вас там нечищеные котлы уже сто лет как дожидаются! И если сегодня за ужином они не будут блестеть ярче, чем лезвие моего меча, то я вам покажу, почему из десятка кандидатов в рейнджеры до получения плаща доходило всего трое!

— Но…Мы же не одеты… — Попыталась возразить ей черноволосая соотечественница и отправилась следом за демоницей. Сильвана никогда не была кроткой овечкой, иначе вряд ли бы она смогла занять в вооруженных силах Кель Таласа свой пост. Смерть лишь усилила негативные черты её характера. А сегодня к тому же предводительница свободной нежити находилась в на редкость преотвратном настроении.

— Кому сказала! — Сильване не потребовалось много времени на то, чтобы выгнать из общежития его обитательниц. Острога проявила свойственную шаманам мудрость и вовремя смылась сама. Однако бушующую внутри королевы призраков бурю эмоций учиненная расправа пригасила лишь совсем чуть-чуть. — Эх, попадись мне только этот Иллидан! Я б его лично отымела так, как своих кадетов сопливых не имела! Как некромантов пленных не имела! Как…как…Как вообще никого не имела!!!

Со скрипом дверь отъехала обратно и отрезала помещение от основной части дирижабля. На замершую Сильвану уставился пламенеющими глазами некто, сочетающий в себе черты демона и ночного эльфа. И не Холхюк. Иллидан молчал, потому как сказать ничего не мог. Его оппонентка молчала, потому как пребывала в легком шоке и напряженных раздумьях. Она наконец-то нашла пропажу. Вернее, похоже, пропажа сама решила найтись, каким-то образом пробравшись на летящий по воздуху дирижабль и не подняв тревоги. И явно намеренно показалась ей на глаза, после столь опрометчиво данного обещания. Неужели намекает? Или…Заигрывает? После очень и очень длительного тюремного заточения последнее было бы вполне ожидаемо. Тем более, что Сильвану при жизни не зря звали первой красавицей Кель Таласа. И сейчас она от себя прежней внешне почти не отличается.

— Нежить. — Сосредоточенно думал Иллидан. — Странная какая-то, но несомненно нежить. Чего ей от меня надо то? И почему в таком случае на меня суккуба и те девочки реагировали, словно я был пустым местом?

— Вы случаем с Тимоном не родственники? — Спросила первое, что пришло ей на ум, Сильвана. — Маленький такой, зеленый, жутко наглый и на редкость неубиваемый…Все время на мой бюст косится.

Сидящее в позе лотоса существо нагло проигнорировало её слова, сделав вид, что оно не слышит. А еще находится тут с полным на то основанием и уже давно. А еще оно, возможно, было способно помочь Сильване по-настоящему ожить. И уж совершенно точно вряд ли знало о том, кто она на самом деле такая. В конце-то концов, сомнительно, чтобы узнику достаточно подробно описывали одного из генералов армии нежити, родом с соседнего континента.

— Так, похоже, меня поймали на слове. — Произнесла эльфийка, справившись с растерянностью и составив примерный план действий. А заодно решив временно не афишировать тот факт, что не является совсем уж живой. Про преимущества, получаемые охотниками на демонов от особых глаз, она просто не знала. А потому Сильвана окинула свою находку оценивающим взглядом, признала скорее экзотичной чем уродливой, а после начала раздеваться. Некроманты в Лордероне давно кончились, рабов всех отпустили, а ей хотелось простых незатейливых житейских радостей. И не от суррогата в виде извращенных гномьих конструкций. Немногая высшая нежить, сохранившая разум, как правило демонстрировала прискорбное состояние своих тел, способных далеко не на все ранее бывшие у них функции. Верховный лич просто не счел нужным сохранить их у кого-нибудь кроме наложницы проклятого принца. А живые от неё шарахались. Даже казалось бы совсем не имеющий тормозов в голове гоблин не был готов так далеко зайти. — Что ж, так тому и быть. Пользуйтесь моей слабостью, беспомощностью, беззащитностью…

— Нет! Не надо! Я не хочу!!! — Мысленно орал великий чернокнижник, не способный пошевелить даже пальцем. Он повидал в своей жизни многое, но определенно оказался не готов к тому, что его будет насиловать какая-то сумасшедшая нежить. Что скрывается под одеждой Сильваны ему из-за высокой зачарованности одеяний эльфийского рейнджера разобрать было сложно. А потому паникующий Иллидан ожидал мерзкой гниющей плоти, скорее всего перемешанной с личинками и червями, которые не могли не завестись при теплой погоде в тухлом мясе. — Проклятье! Это все-таки плен и пытки! Зря я тогда не послал родню лесом и стал двойным агентом! Почему, ну почему я не остался верно служить в Пылающем Легионе?! Уйди тварь, уйди! Великие темные боги, много тысяч лет подряд я мечтал о женщине, но во имя всех существующих в мироздании сил, не о такой же!!!

Сильвана продолжала воевать с многочисленными застежками и пуговицами. Полное одеяние рейнджеров снять было лишь чуть-чуть проще чем рыцарский доспех, поскольку оно давало почти такую же защиту. А немертвая эльфийка свой личный комплект брони еще и усилила по мере возможностей. Все равно лишний вес обмундирования теперь не представлял для неё каких-либо проблем. К тому же большей частью её внимания прочно завладел Иллидан. Который на обнажающуюся перед ним девушку не отреагировал вообще никак. Ну, если только огненные глаза чуть-чуть увеличились в размерах и стали интенсивнее гореть. А в остальном он все так же непоколебимо сидел в позе лотоса. Но и не сбежал, чего признаться эльфийка изрядно опасалась. Поколебавшись, Сильвана решила, что это какая-то непонятная ей игра. В конце концов, кто их знает, какие там сексуальные обычаи существовали у ночных эльфов несколько тысяч лет назад.

— Никто не смеет меня игнорировать! — Решительно заявила первая красавица Кель Таласа, наконец отбрасывая в сторону скрывающие её тело зачарованные тряпки. — Посмотрим, насколько хватит твоей выдержки!

Глава 50

Зевающий гоблин чуть не вывихнул себе челюсть, когда дверь перед которой он караулил уже очень много времени, наконец открылась. В следующее мгновение он отлетел к противоположенной стене, окутываясь черным дымом. Спустя несколько считанные мгновения на его месте уже была неотличимая от оригинала боевая марионетка. Небольшой диванчик, на котором он сидел, сам собой отъехал в сторону. В процессе с него свалилась Фиэль, отчаянно пытающаяся натянуть на место задранную едва ли не выше головы юбку. Впрочем, изменился и тот, кто безуспешно пытался выйти из помещения. За ручку двери держался обычный светлый эльф, чье лицо оказалось напрочь лишено каких-либо особых примет. А вот обратно в недра женского общежития отшатнулось уже существо, похожее на выходца из преисподней больше чем большинство настоящих демонов.

— Ты?! — Прорычала тварь, за спиной которой сгустился в два больших кожистых крыла сам первородный мрак.

— Я должен был догадаться! — Со всего размаху припечатала себя по шлему управляемая магией кукла, вызвав гулкий звон. — Кто же еще мог издавать такие звуки на весь дирижабль в течении целых семи часов и притом не сделать ни единого перерыва! Сильвана то там хоть живая осталась? Хотя да, вопрос некорректный…Функционирующая?

Иллидан смутился и обернулся. Затуманенный взгляд бывшей главы рейнджеров, лежащей поперек ближайшей кровати и частично свешивавшейся на пол, пялился куда-то в потолок. Впрочем, она слегка приподняла голову, чтобы лучше видеть происходящее у двери. Вероятно, на одних рефлексах. Поскольку реагировать адекватно или вообще хоть каким-нибудь образом определенно не могла. Вопреки расхожим представлениям, у нежити тоже были свои пределы выносливости. К тому же у обладающих разумом её представителей усталость могла быть не только физическая, но и моральная. Просто утомить её обычными методами, это надо хорошо постараться. Очень хорошо.

— Мы сильно шумели? — Задал вопрос великий чернокнижник, сканируя окружающую местность при помощи магии и находя очень большое количество живых существ. Спящих. Нападать на него, похоже, никто не собирался. А если бы у кого-нибудь и было это желание, то он мог реализовать его раньше, чем он пришел бы в сознание. Или раньше, чем Иллидан закончил бы с самыми неотложными делами.

— Ну, не то чтобы очень. — Пожал плечами гоблин. — Просто мне стало интересно, кто же это настолько занял Сильвану, что она не выходит из оккупированной жилплощади столько времени и законным обитательницам этого места пришлось ночевать на кухне. Хотел пожать руку, направить на всякий случай к целителям и взять на заметку, как особо эксклюзивный кадр.

— Ну…Жми. — Иллидан практически полностью утратил демонические черты, приняв облик среднестатического ночного эльфа, только с закрытыми повязкой глазами. — Хотя я бы предпочел крепкие объятия.

— Дружеские? — Подозрительно уточнил Тимон, на всякий случай отлетая подальше.

— Я бы сказал братские. — Решительно рубанул воздух рукой охотник на демонов. — Но брат у меня, увы, есть. Хотя лучше бы и не было. По вышеупомянутой причине этот термин считаю в данной ситуации неприменимым и крайне ругательным. Да, кстати, не представишь меня своей…э…Спутнице?

— Алиса — это пудинг. Пудинг — это Алиса. — В свойственной себе манере брякнул полную галиматью гоблин, опуская на пол и убирая марионетку обратно в свернутое пространство. — Может, пройдем в более подходящее для разговора место? Лишних ушей нет и здесь, все же к себе на дирижабль я не брал кого попало. Просто там удобнее вести дела, чем посреди коридора.

— После той проклятой камеры мне даже в общественном туалете вполне себе комфортно будет. — Иллидан глубоко втянул в себя воздух. — Свобода! Вот оно, счастье! Проклятье, а я ведь уже не верил, что получится! Действовал почти полностью по инерции! Ну и еще чтобы чем-нибудь время занять и ощущение надвигающегося конца перебить!

— Так, вы чего, друг друга знаете? — У Фиэль довольно легко получилось опознать, кто перед ней. Охотники на демонов не те персоны, чтобы их нельзя было пересчитать на пальцах. Собственно только двое их и осталось. Если конечно где-нибудь в глуши еще подобные Холхюку реликты не схоронились случайно.

— Конечно! — Радостно кивнул эльфийке великий чернокнижник, сейчас готовый полюбить весь мир. И может быть даже не один. — Как я могу не знать своего лучшего и любимого ученика! Одного из многих, с кем поделился своими силами и единственного, оказавшегося достойным их! Таланта и гения, с которым отныне и вовеки буду советоваться по всем важным вопросам, так как он доказал свое право указывать мне, что делать!

— Ну, ты еще громче ори. — Недовольно буркнул гоблин, а после цапнул охотника за демонов и куда-то быстро потащил. — Авось еще не весь дирижабль проснулся, и на земле тебя могли случайно не расслышать.

— Ученика?! — Фиэль помотала головой и села обратно на диванчик, с которого минутой раньше свалилась. — Но ведь лучший ученик Иллидана Предателя, это наш первый король…

— Померший от перенапряжения в процессе создания магического источника. — Сильвана, очевидно от громких звуков относительно оклемавшаяся, со второй попытки смогла занять на кровати правильное положение. — Ох. То-то мне сразу показалось, ощущается в них чего-то общее…Знаешь, Златокудрая, а я сейчас пришла к очень интересному выводу.

— Какому? — Подозрительно посмотрела не неё Фиэль.

— С момента развала древней империи ночных эльфов мужики непоправимо деградировали. — Тяжело вздохнула бывшая глава рейнджеров. — Слушай, ты не знаешь, в Академии Даларана кто-нибудь серьезно магией времени занимается? Если там есть такие исследователи, и они пережили войну, в Лордероне я создам им все условия для долгой и плодотворной работы. Целый институт отгрохаю.

— Но почему он мне ничего не сказал?! — Почти взвизгнула волшебница.

— Знаешь, это для женщин важно, пытается затащить их в постель великий древний король или мерзкий вонючий гоблин. — Пожала плечами умудренная жизнью и смертью Сильвана. — А вот мужикам без разницы. Даже если он мерзкий вонючий гоблин, то все равно наделяет себя таким апломбом, словно он великий древний король.

— Я определенно открыл для себя новые значения слова 'паранойя'. — Задумчиво сказал пару часов спустя Тимон, наблюдая в окно за передвигающимися внизу деревьями. Выращенные на основе обычных елок вполне живые и даже частично разумные исполины почти маршировали, при помощи цепляющихся за почву корней синхронно переползая на новое место. — Мне кажется, или в этом городе питающихся силой природы конструктов разнообразного хозяйственного и боевого назначения больше, чем жителей?

— Тебе не кажется. — Спокойно проинформировал его Холхюк. — Я расспросил кое-кого из наших гостей, решивших не возвращаться к сородичам. Половина энергии, собранной от лежащих в магическом сне мужчин, шла на нужды главного храма. Якобы затем, чтобы поддерживать в нормальном состоянии природу, чрезмерно напрягающуюся из-за наличия крупных поселений в местных лесах. Вот только почему-то нет особых отличий между местными заповедными дебрями и произрастающими на соседнем континенте чащами. Зато в столице находятся многие сотни живых деревьев, служащих жилищами, мастерскими, храмами и даже трудящихся на тяжелых работах. И все они подчинены верховной жрице и её консорту.

— Что-то не похоже, чтобы они держали постоянную связь хотя бы с парой сотен деревянных исполинов. — Заметила Фиэль. — Я бы такое обязательно почувствовала.

— Скорее всего у них ментальная связь с парой священнослужителей высоких рангов. А те в свою очередь передают в главном храме приказы рядовым жрецам, которые и командуют конструктами на местах. — Пояснил патриарх ледяных троллей. — И конечно вся цепочка связана насмерть магическими клятвами, исключающими возможность их бунта. А от свержения действующей власти грубой силой её охраняют как раз таки эти самые живые деревья. И тут они куда более опасны, чем в любых других регионах страны.

— Да, здесь, в тени от Мирового Древа, даже мне кажется, что из-за огромного количества подходящей для магии природы энергии можно сразиться хоть с архимагом. — Задумчиво пробормотала Фиэль. — А ты и наш гость себя нормально чувствуете? Нет такой слабости, как в том проклятом подземелье?

— Мне хорошо. — Кратко откликнулся Иллидан, оторвавшись от медленно смакуемого бокала с вином. Седьмого за последние полчаса. Сидевшая на коленях у великого чернокнижника Сильвана смотрела на них крайне неодобрительно, но вырвавшийся из многотысячелетнего заточения колдун не обращал на это никакого внимания. Был слишком занят испытываемыми им ощущениями и давным-давно забытым вкусом. — Все-таки тут под корнями этой мерзкой зеленой пакости скрыт и источник моей силы. Она поглощает большую часть идущей оттуда магии, но далеко не всю.

— К счастью у нас есть несколько экспериментальных подземных миноукладчиков, способных добраться до него незаметно для окружающих. И с поставленной задачей они обещают справиться в течении шести часов. — Хихикнул гоблин, довольно потирая руки. — Знал, что пригодятся и потому не пожалел выделяемых их изобретателю средств! Вряд ли бы ночные эльфы спокойно отнеслись к попыткам срубить и выкорчевать их главную святыню.

— О да, Тиренд и Малфуриона от такого зрелища удар бы хватил. — Расплылся в многообещающей и крайне недоброй улыбке самый талантливый чернокнжник этого мира. — Ничего, предателям еще предстоит полюбоваться на это зрелище…Потом, когда мы разберемся с демонами.

— Может быть лучше все же убить их сейчас? — Задал в пространство вопрос гоблин. — Я и Холхюк разработали с десяток шаблонов для устранения крайне проблемных персон. Ядом их не проймешь, а удар в спину отразит постоянно действующая магическая защита, но есть же и другие методы. К примеру, можно пригласить их снова к нам в гости, предварительно поднявшись повыше. А потом на середине подъема просто подорвать лифтовую платформу, в полое дно которой мы натолкаем первоклассного динамита. Взрыв нескольких центнеров взрывчатки прямо под ногами и последующее падение с большой высоты имеет шансы вывести из строя даже архидемона. А будет мало, добавим сверху точечно-ковровым бомобеметанием. Возродиться же в Источнике Вечности им помешает Иллидан.

— Да, если удастся сделать оттуда боковой отводок, я смогу перехватить управление над своим шедевром. — Кивнул наслаждающийся свободой и полноценной жизнью волшебник. — Но лучше все-таки с этим повременить до окончания схватки с демонической армией. Мой брат и моя бывшая возлюбленная все-таки очень сильны. И сейчас в их руках сосредоточено управление большей частью нашего народа, сконцентрировавшего в столице все свои силы. Эх, как мне хочется бросить все и просто уйти! Гори она огнем, эта столица, вместе со всеми природопоклонниками, её населяющими! Неблагодарные уроды! Сектанты! Фанатики и потомки фанатиков…

Начавшего пьяное буйство великого чернокнижника Сильвана заткнула единственным возможным способом. Поцелуем. Нет, в принципе другие методы прервать его горькие излияния тоже имелись, но они были вовсе небезопасными.

— Может нам начать прятать спиртное? — Предложила Фиэль. — До подхода демонов по предварительным сведениям еще дня три. Спиться за это время вроде бы и тяжело, но я в таланты и потенциал самого Иллидана верю.

— Найдет. — Вздохнул гоблин. — Не у нас так на земле, наплевав на риск обнаружения. А не найдет, так сварит при помощи алхимии из всякой попавшейся под руку дряни. Имитировать самогонный аппарат при помощи одной только магии даже я могу, чего тут сложного?

— Фух! — Оторвался от первой красавицы Кель Таласа великий чернокнижник, которого очень длительное заключение сделало готовым к тому, чтобы со смирением принять большинство недостатков у представительниц противоположенного пола. К тому же, когда он наконец сумел более-менее восстановить управление всем своим телом, что-то предпринимать было уже поздно. Решительно взявшаяся за дело Сильвана получила полный контроль над одной очень важной его частью несколько раньше. И даже поза лотоса ей не помешала. — Вино мне нисколько не вредит, тем более я от него почти не пьянею, а только наслаждаюсь вкусом. Ведь алкоголь это яд, а уж к ядам то тела всех охотников на демонов невероятно устойчивы.

— Всех. — Вздохнул Холхюк и посмотрел на основателя своего ордена. — Всех двух. Кроме нас других уже и не осталось.

— Будут и новые. — Пожал плечами ночной эльф, устраивая на своих коленях Сильвану как можно удобнее. — Только немножечко другие. За время моего заточения, чтобы не свихнуться, мне много теоретических разработок всесторонне обдумать пришлось. Полагаю, в изменившие нас ритуалы будет целесообразно внести ряд улучшений…Ладно, это потом. Сначала надо как-то пережить нашествие демонов.

— Угу. — Кивнул гоблин. — Большая часть моих десатников уже строит укрепления на окраине города, куда местные согласились допустить чужаков, пусть и с некоторым скрипом. Жаль, что мины нельзя установить раньше времени. Запас их, увы, ограничен. А с какой стороны предпочтут навалиться на город эти твари предсказать просто невозможно.

— Рядовые демоны это плохо, но не смертельно даже в очень большом количестве. — Снова потянулся к бутылке с вином Иллидан. — Если они вырежут в столице все живое, я плакать не буду. А уж поваленному Мировому Древу еще и поаплодирую из безопасного места. При условии, что к созданному мной источнику магической энергии доберутся маги Пылающего Легиона, они смогут на его берегу максимум быстрее восполнить своей резерв. Чтобы обуздать такую силу и не подохнуть в процессе нужен великий талант к искусству волшебства. И совершенно точно он есть только у одного из наших противников. Архимонда. Вот его обязательно надо убить или хотя бы временно развоплотить. Или придется всем нам иммигрировать в другую реальность.

— И много времени на это надо? — Уточнил гоблин.

— Если с риском расщепиться на кусочки, то пара часов. — Пожал плечами великий чернокнижник. — А для полностью безопасного прохода хотя бы год. Чем больше будет потрачено времени на подготовку, тем выше окажутся шансы уцелеть.

— Оставим вариант с бегством как запасной. — Фыркнул гоблин. — Я так и не побывал в Лордероне, но на карте мира размеры этой страны мне нравятся. Титул короля в изгнании это конечно тоже звучит неплохо, но не настолько, как действующее обращение 'ваше величество'. А отсутствие на такой территории нормальных подданных есть явление временное. Как и чем будем моего второго архидемона убивать?

— Маноротха ты скорее всего только развоплотил. — Поправил его Иллидан. — Он воскреснет рано или поздно. Хм, скорее поздно, ведь до этого Кеннариус неплохо его потрепал. Лет через пятьдесят, к тому же потом еще и понадобится время на реабилитацию. А Архимонд…Он подобно мне не боец ближнего боя, хотя безусловно в нем будет стоить больше любого полка своей армии. Но в первую очередь он невероятно умелый маг.

— Свернутое пространство засечет? — Быстро уточнил гоблин. — У нас есть несколько экспериментальных бомб, которые несут свою боевую часть не совсем в материальном мире.

— Свернутое пространство он, увы, обнаружит. Да и с межреальностью должен работать всяко лучше чем вы. И даже лучше чем я. — Категорично покачал головой Иллидан, с ясно видимой неохотой отрываясь от бокала. — Просто в силу опыта. Полагаю мало кому хотелось сойти с архидемоном в прямом бою и потому в ловушках он разбираться должен.

— Будь ты хоть гением, а если внимание чем-нибудь отвлечь, то маневры противника имеешь шансы не заметить. — Задумчиво почесал гоблин. — Хм…А если мы сломаем несколько накопителей энергии, вырвавшаяся оттуда магия готовые к активации чары скроет?

— Смотря насколько они будут сильны. — Пожал плечами охотник на демонов. — Но уж это-то не проблема. Я смогу наполнить их просто огромное количество, как только будет готова отводка к Источнику Вечности. Но незаметными такие помехи для архидемона в принципе не сделать.

— Кто говорит о незаметности? — Хмыкнул гоблин. — Я собираюсь ломать их об его голову!

— А если попробовать чары телепортации? — робко предложила Фиэль. — Подобное обычно считается уделом архимагов, поскольку они очень затратны. Но раз с энергией проблем у нас нет…Заранее наметим ориентиры, а после перенесем бомбы куда надо.

— Может сработать. — Кивнул иллидан. — На поле боя мне показываться нельзя или ночные эльфы гарантированно ударят нам в спину. Но телепортировать заряды прямиком из ваших трюмов на поле боя…Почему нет? В том хаосе энергий, который воцарится в разгар сражения учуять магию своего брата даже Малфурион не сможет. А еще…Как быстро копают эти ваши подземные миноукладчики? Насколько они вместительны? И сколько их есть вообще?

— Зависит от плотности породы и мастерства операторов, которые у нас пока все новички. — Задумался гоблин. — А в чем дело?

— Если создать замкнутый контур и наполнить его энергией в достаточном количестве, то появится возможность открыть портал. — Хрустнул пальцами охотник на демонов. — Примитивный и нестабильный, конечно же. Я бы даже сказал не способный никого и никуда переправить целиком. Только кусками. Вернее мельчайшей пылью и обрывками энергетики, которые боги не соберут воедино. Способ уничтожения бессмертных врагов проверенный, жаль лишь очень сложный.

— Телепортировать миноукладчики по периметру архидемона. — Щелкнула пальцами Сильвана. — Прямо в почву, поменяв местами два объема. Так можно, у меня в числе рейнджеров была парочка магов, специализировавшихся на мгновенных перемещениях.

— Тогда уж наполнить им трубы, а трубы поменять с нужным объемом земли! — Громыхнул Холхюк. — Чего ограничиваться полумерами?!

— Успеет удрать. — Покачал головой Иллидан. — Вопреки расхожему мнению перенос с места на место вовсе не мгновенный. Там, куда готовится телепортироваться маг, возникают характерные возмущения энергии. Почувствовав вокруг себя внезапно возникший контур характерной формы архидемон гарантированно шарахнется в сторону.

— О, на этом тоже сыграть можно! — Важно поднял палец вверх гоблин.

— Однако постепенно заполнение энергией созданного под землей контура можно и не заметить. — Продолжал размышлять вслух великий чернокнижник. — Во всяком случае, в разгар битвы. Если специально искать не будет.

— Но значит, Архимонда придется как-то удержать на одном месте и отвлечь. — Задумалась Фиэль. — Хотя бы ненадолго, а то почует. И я как-то сомневаюсь, что он будет передвигаться по полю боя исключительно гусиным шагом или надолго замирать на одном месте.

— Есть еще один вариант. Самый простой и примитивный, а оттого наиболее очевидный для нас и наших врагов. — Иллидан поднял вверх левую руку, и между растопыренных пальцев заплясала алая молния. — Разрушение упорядоченных магических структур. В том числе и тех, при помощи которых архидемоны регенерируют или заставляют свою душу остаться привязанной к реальности и снова облечься плотью. Добиться этого можно, если создать специальное заклинание, которое при соприкосновении с целью вызывает резонансные колебания энергии.

— Пламя антимагии. — Кивнул Холхюк. — Но сколько я ни старался, я так и не смог научить ему кого-нибудь еще…Вернее не смог сделать, так, чтобы ученики выжили во время тренировок. Все они просто сожгли сами себя.

— Да, это сложно. — Иллидан убрал свои чары и почесал голову. — Я бы даже сказал не намного проще, чем создать магический источник. Тебе и всем остальных охотникам на демонов я просто вплавил в ауру особый участок. По сути дела, протез. Или не имеющий в себе ни частички материи механизм. Он берет энергию и выдает это заклятие.

— Сколько нужно времени, чтобы снабдить им кого-нибудь еще? — Деловито уточнил гоблин.

— Месяцев шесть. — Развел руками охотник на демонов. — И примерно половина кандидатов навсегда останется инвалидами. А кое-то и вовсе помрет. Однако, вызвать разрушение обеспечивающих архидемонам их бессмертие чар можно и другим способом. Артефактным оружием, делающим то же самое, что и изобретенный мною чары. Изготавливать такое я не умею, но у нас ведь должны были остаться трофеи…

— Тот здоровенный дрын, который таскал с собой Маноротх. — Хлопнул себя по лбу гоблин. — Так вот зачем он ему был нужен! Оружие не против слабейших, а исключительно для уничтожения сильнейших!

— Еще мои мечи, если вам удалось их достать. — Кивнул Иллидан. — Я забрал их у поверженного архидемона еще в пору своей молодости. Хотя ему они скорее служили ножами-кастетами…Ладно, это уже детали. Они у вас?

— Сперли. — Утвердительно кивнул зеленый коротышка. — А как насчет встроенного вооружение архидемонов? Или полубогов? Рога Манортха я прихватизировал. Кеннариуса, жаль, не додумался на полезные материалы раскурочить, одних костей в его туше сколько осталось…

— А я тебе говорила! — Наставительно заявила ему Сильвана, о сохранении скелета святыни ночных эльфов на самом деле даже и не помышлявшая. Её интересовала исключительно мягкая и сочная плоть.

— Частям своего тела можно придавать нужные для разрушения чужеродных магических структур свойства. — Изо лба Иллидана медленно начало прорастать два рога. — Клыкам, когтям, шипам, да хоть простым кулакам. Но делать это может только сам хозяин. А еще не надо считать этот способ абсолютной гарантией уничтожения противника.

— Я догадывалась, что будет какой-то подвох. — Пробурчала Фиэль. — Иначе вряд ли бы с нами воевали все те же архидемоны, которые уже проиграли в одном конфликте тысячи лет назад.

— Делающие их бессмертными чары работают даже в поврежденном виде. Просто им нужно больше времени на то, чтобы восстановить своего хозяина. Чтобы прикончить архидемона надо очень удачно попасть именно по тому участку его энергетического тела, к которому привязано данное заклинание. — Развел руками Иллидан. — Или разрушить все его целиком и мгновенно. Эти твари специально разжираются до своих невообразимых размеров, чтобы сделать подобное практически невозможным.

— Ладно, у нас есть цели, у нас есть средства их достижения. — Маленький гоблин попытался выглядеть зловещим. Получалось у него не очень. — А еще у нас есть немного времени на подготовку. Пожалуй, имеется все необходимое для решения поставленной задачи. И если мы с ней не справимся, то будем сами виноваты.

Глава 51

— Мины! Мины! Кому мины от лучших гоблинских мастеров-взрывотехников?! — Где-то не так уж и далеко раздавались взрывы и крики, а на окраине столицы темных эльфов маленький зеленый торговец пытался продавать разнообразное оружие и боеприпасы всем желающим. И они даже находились, причем в большом количестве. Вываливаемые на сколоченный из каких-то досок вещи исчезали чуть ли не быстрее, чем из ящиков доставались новые. Предчувствуя по-настоящему кровавую мясорубку едва ли не каждый солдат пытался запастись каким-нибудь козырем, способным увеличить его шансы. — Мины…Кому…

Взгляд гоблина перебегал с одного зеленого лица на другое. Непонятно откуда взявшаяся толпа соотечественников внезапно окружила торговца оружием и под их пристальными взглядами коммерсант почувствовал себя крайне неуютно.

— Ты откуда тут такой взялся, приятель? — С большим интересом поинтересовался у него Тимон. Вернее, конечно же его марионетка. В дополнении к обычной амуниции в виде легких и дешевых, но максимально скрывающих тело доспехов она несла за своими плечами длинный и очень широкий клинок, лишенный какого-либо намека на рукоять. Собственно о том, что это не щит, можно было догадаться лишь взглянув на бритвенно-острые края. Громадное оружие Маноротха было слишком массивным, а потому пришлось аккуратно его разобрать на части. Новый владелец хотел бы еще больше уменьшить в размерах чужой артефакт, но Иллидан в таком случае не мог гарантировать его работы. — Я от всех и каждого слышал, что посторонним попасть на земли ночных эльфов сложно. А в столицу так и вообще невозможно. Вся торговля ими ведется в паре-тройке открытых портов. И даже жаждущих оставить на чужбине свои денежки туристов эти дикари к себе не пускают.

— А это мое дело! Финансовая тайна, между прочим! — Огрызнулся продавец оружия, оглядываясь на трех своих помощников. Те проворно достали из-за ящиков уже заряженные мушкеты. И сразу сникли, когда их соотечественники в ответ продемонстрировали арсенал, размерами превышающий товарооборот данной торговой точки за последние несколько месяцев. — Ладно, ладно, вижу вы парни серьезные…Стоп, ты летаешь без воздушного шара или порохового ускорителя в штанах?! Ой, простите, не признал, господин торговый барон!

— Колись, давай, предприниматель. — Посоветовал гоблину маленький волшебник, машинально приподнявшийся в воздух. — А не то быстро станешь недобросовестным конкурентом!

— Да я ни о чем таком даже не думал! — Замахал руками торговец. — Вы хоть местную стражу спросите, Сэм Звонкий честный малый! Они честно меня ловят на нарушении их законов и когда поймают, посадят в тюрьму! А я честно заплатил их главной набором из ожерелья, броши и пары сережек, чтобы ловили они меня подольше. Скажем, до вечера. Завтра с самого утра опять будут ловить, ювелирная продукция гномов в этих краях такая редкость! А ведь еще были расходы на таможню, на въезде в город, на подарки храмам, чтобы не оскорбить случайно местные верования…

— Когда нельзя, но очень выгодно, то можно. — Понимающе кивнул Тимон. — И не побоялся ты сунуться в центр войны?

— Все мои активы вложены в оружие, а на нашем родном континенте спрос неожиданно резко упал. — Вздохнул частный предприниматель. — Хотя до недавнего времени был нереально высок. Если не продам его вовремя и за действительно хорошие деньги, то просто разорюсь. Куда уж тут деваться. Хорошо, нашел достаточно быстроходный корабль, чтобы вовремя в этот город прибыть. Демоны, конечно, зарезать могут, но кредиторы как мне кажется сделают это вернее.

— Ладно… — Покивал каким-то своим мыслям гоблин. — Так почем, говоришь, твои мины?

— Специально для вас… — Торговец подумал. Потом при помощи целесообразности мысленно разжал сомкнутые у него на горле когти жадности. — Пятьдесят золотых за ящик. Меньше не могу, итак отдаю их по себестоимости. Но только их!

— Беру все. — Решил Тимон, подвешивая в воздухе купленный товар. — А также весь имеющийся в наличии порох. Все народ, я полетел. Покажите этим тварям мастер-класс снайперской стрельбы из обычных крупных и очень крупных орудий. Постараюсь сделать так, чтобы контрстрельбы демоны открыть не смогли, оказавшись по уши в заботах по отражению бреющего бомбардировщика имени меня.

— Эй, а деньги?! — Раздался вслед вопль торговца.

— Выпиши мне чек! — Донесся с небес ответ, заставивший предпринимателя схватиться за сердце. — Предъявишь к оплате после окончания боя, если еще будет кому!

— Брошу коммерцию, отращу бороду и уйду в гномы. — Принялся биться головой о собственный прилавок гоблин. — Или нет, лучше наращу мускулов, найду большой топор и буду всем врать, что самый настоящий орк! Только в детстве много пил, курил и болел!

— Но шеф, мы ведь уже перекрыли все затраты минимум вдвое. — Осторожно заметил ему один из помошников. — А товара у нас чуть-чуть еще осталось.

— Молчи! — Последовал командный окрик. — Ничего ты не понимаешь! Это ж какие сверхприбыли улетают! Интересно, а кадры этот торговый барон все еще набирает? Наш деловой этикет он явно знает в совершенстве, а судя по скорости роста активов, очень перспективный был бы начальничек…

— У нас есть деловой этикет?! — Хором переспросили все три гоблина-помощника.

— Конечно, есть! — Посмотрел на своих подчиненных как на умалишенных торговец. — Состоит из целых трех правил! Прибыльность действий, эффективность работы, удовольствие от жизни! Хоть без одной из этих составляющих ни один из вас, остолопов, в жизни ничего так толком и не добьется!

— Где ты? — Возник в голове гоблина вопрос от Иллидана. Великий чернокнижник смог вернуть себе абсолютный контроль над собственноручно созданным магическим источником. А после использовал установившуюся между зеленым коротышкой и своим шедевром связь как мост для мысленного общения. — Поторопись. Людей скоро сметут.

— Тащу хлопушки, чтобы прикрыть их отступление. За те шесть часов, что смогли продержаться их позиции, взятые мною с дирижабля ферйверки по большей части уже успели прожить свою короткую, но яркую жизнь. — Ответил Тимон. — Все, не отвлекай. По мне уже зенитный огонь открыли…А нет, не по мне и не зенитный. Это твоя бывшая какое-то заклятие массового поражения колдует.

Первой линией обороны эльфийской столицы по какому-то капризу судьбы оказались не стройно стоящие ряды сторожевых деревьев, а палатки и временные сооружения войск Альянса. Видимо командиры демонов решили, что легче перебить этих противников сейчас, чем потом долго выковыривать их из-за зеленых укреплений. Десяток костяных драконов, меж ребер которых прятался десант в виде большого количества обычных скелетов и нескольких личей камнем упал с небес в самый центр их лагеря. Одновременно с этим маршировавшие по дороге прямо к главным воротам столицы войска врага четко выполнили поворот налево и ушли в лес. Плотная стена деревьев окружала главный город ночных эльфов со всех сторон. Их периодически рубили, но благодаря большому количеству энергии природы новые дремучие пущи вырастали за считанные годы. Двигаться между частоколом стволов и сквозь паутину ветвей было бы сложно. И поэтому архидемон просто выжег в нем дорогу для своего войска, зайдя с той стороны, откуда его не очень то и ждали.

Однако войска Альянса достойно встретили относительно неожиданно свалившегося им на голову противника. Джоана Прадмур лично заморозила одного из костяных драконов раньше, чем из него успел выскочить десант. Не отстал от неё и принц Кельтас, сжегший еще одну пародию на летающего ящера хоть и не до пепла, но до состояния, в котором мертвые кости уже больше не пытались шевелиться. Их подвиг с относительным успехом попытались повторить другие чародеи, но им пришлось уступить свои лавры танком. Два десятка лязгающих броней дварфийских боевых механизмов, внутри которых сидели лучшие расчеты Стальгорна, высыпавших прямо на машины скелетов банально передавили гусеницами. А после прямой наводкой разорвали их транспорт в мелкую пыль, отделавшись незначительными повреждениями. Замораживающее и разлагающее дыхание костяных драконов оказалось бессильно перед покрывавшими корпус рунами, специализированными на противостояние именно такой угрозе. Изготовлявшие технику для войны с мертвыми мастера предполагали, что против этих передвижных крепостей будут применены как раз таки эти летающие монстры. Ведь более мелкие и слабые противники уничтожить танк могли лишь при большой удаче или просто невероятном численном перевесе. Относительно успешны оказались лишь личи, чьи заклинания успели убить или покалечить почти сотню солдат…Но потом мертвых колдунов, оказавшаяся в самом центре вражеских подразделений, озверевшая пехота банально растащила на клочки.

Тем временем свернувший с прямого пути архидемон понял, что его тактические таланты дали осечку. Обычно живые напитанные влагой деревья горят не так уж и хорошо…А здесь они были очень крупные. И очень нежелающие становиться дровами. Причем последнее оказалось противно их натуре до такой степени, что занявшиеся язычками огня лесные исполины сползали со своих привычных мест и шли чистить морды обидчикам. Друиды телепортироваться в нужную им точку из-за особенностей своего обучения, увы, не умели. Но выбравшаяся из опустевшей тюрьмы Маэв легко открывала для магов природы порталы в любую нужную точку столицы и её ближайших окрестностей. Осталось секретом, кто шел под нож некромантке ради столь энергозатратной магии. Но судя по частоте, с которой оживали полыхающие деревья и пытались задавить собою врагов, жертвенный алтарь должен был едва ли не утонуть под слоем покрывшей его крови.

Демонов и нежить конечно же не получилось остановить разнообразными и многочисленными пакостями из арсенала магии природы. Однако они существенно замедлили их передвижение и дали людям время, чтобы перевязать раны и подготовиться к отражению атаки. Заодно ближайшие сторожевые конструкты, превосходящие обычные оживленные магией деревья как дракон крокодила, начали стягиваться к их позициям. Однако игры в одни ворота у ночных эльфов не получилось. Архимонд смог запеленговать один из порталов Маэв, перебить отряд вышедших оттуда друидов раньше чем они сделали свое дело и даже запустить в него террор-группу. Диверсанты полегли все, однако смогли навести изрядного шороху и, самое главное, умудрились тяжело ранить саму некромантку. Какой именно урон получила эта ведьма союзникам никто не сообщал, но больше в этой битве она не участвовала.

Наконец-то прорвавшихся через чащу демонов встретил артиллерийский обстрел. Танки и пушки показывали просто чудеса меткости, разрывая в клочья бросившихся вперед тварей. Тем более, в этот раз основные силы мертвых представляли собой высохшие до состояния мумий покойники древних эльфов, превращенные в подобия вурдалаков. Вот только получилось они весьма хрупкими и легковоспламеняемыми. Ну, по сравнению с монстрами, сделанными из свежих трупов. Однако Пылающий Легион был готов к сражениям, даже очень и очень жестоким. Его чародеи прикрыли остановившихся солдат стационарной магической защитой. А закованные в зачарованные латы клыкастые и когтистые бойцы и в общем-то не спешили дохнуть или хотя бы опрокидываться при встрече с ударной волной или осколками. Хлюпики в их число попасть не могли даже чисто теоретически. Ну, если только в качестве обеда. К тому же возвышавшийся над своими подчиненными словно башня архидемон вышел вперед и устроил артиллерийскую дуэль с большей частью противников сразу.

Огненные шары, слетавшие с рук Архимонда, рвали в клочья землю наскоро сделанных укреплений. Корежили и плавили металл. Испаряли плоть. Были настолько убийственно-точны, что даже отчаянно маневрирующие на своих танках дварфы редко когда могли от них уйти. А уж обычные пушки и вовсе детонировали вместе с боекомплектом, стоило лишь генералу Пылающего Легиона наметить их в качестве цели. Возведенные чародеями Альянса щиты помогали против чар этого титана волшебства крайне слабо. А сам он казался практически неуязвимым, стремительным бегом больше похожим на полете перемещаясь по полю боя и выискивая самые удачные ракурсы для атак. Ядра, пули, стрелы, боевая магия и целые водопады острой словно стальные иглы хвои, ничего не могло остановить с головой ухнувшего в схватку Архимонда. От выстрелов из орудий он уворачивался, словно от толстых и неуклюжих очнувшихся после весенней спячки мух. Причем проделывал это грацией истинного танцора. И даже если в процессе ему в ногу попадал бронебойный снаряд выпущенный из главного орудия, подлетевшего к месту действия дирижабля, это не сильно мешало грациозности и скорости его движений. Сквозь водопады наколдованного огня, льда и яда проходил будто рыба через мутный участок реки. А менее существенные угрозы, кажется, просто не замечал.

Даже прибывшие к месту боя со своими личными отрядами вожди орков и ночных эльфов, к которым по дороге присоединился один мелкий нахальный гоблин, не могли ничего противопоставить ему. Во всяком случае, до тех пор, пока держащийся на достаточно удаленной дистанции архидемон не подойдет поближе. Однако генерал Пылающего Легиона сократить разделяющую его и врагов дистанцию вовсе не стремился. Ему и издалека удавалось прекрасно рушить оборону участка, где планировалось наступление, выводя своими огненными шарами один козырь противников за другим. Ведь разнесенные едва ли не на винтики танки, в которых заживо испекся их экипаж, не могли быть снова поставлены в строй. Во всяком случае, не без капитального ремонта, для которого не было свободных мастеров и нескольких дней времени. Да и число противостоящих демонам бойцов изменяться могло только в меньшую сторону. Подкреплений ждать обороняющим столицу ночных эльфов силам было просто неоткуда. Всех, кого могли, они уже в один единственный кулак стянули.

Нет, слаженные удары чародеев и удачно взявшие прицел наводчики регулярно накрывали громадную синекожую фигуру, чье тело скрывали начищенные до блеска медно-рыжие доспехи. Вот только охраняющие великого мага чары прекрасно справлялись с тем, чтобы Арихмонд мог не слишком-то тревожиться из-за вражеских успехов. Сыплющие солнечными зайчиками латы лишь несколько раз оказались забрызганы темной, почти черной кровью, вытекшей из небольших ранок на открытых частях архидемона. Его защита была великолепна, феноменально хороша и изредка пасовала лишь потому, что даже одной сотой обрушенных на генерала Пылающего Легиона сил хватило бы, чтобы срыть с лица земли маленькую гору. Благодаря удачному сочетанию сразу нескольких факторов предводитель демонов все-таки получил несколько мелких для него ран. Однако каждая подобная травма лишь давала защитникам несколько лишних минут передышки. Архимонд вовсе не старался лезть на рожон, действуя с завидной осторожностью. Стоило ему почувствовать даже самую незначительную боль, и он отступал за спины своих подчиненных, чтобы сделать небольшой перерыв и полностью излечиться. А потом возвращался, и как ни в чем не бывало, продолжал уничтожать вражеские укрепления, действуя с методичностью и расчетливостью машины.

— Так-с, похоже, я вовремя. — Пробормотал летящий над столицей гоблин, сделавший небольшой перерыв, чтобы пополнить боекомплект и немного отдохнуть. Свои пределы выносливости имел даже он и несколько часов забрасывания архидемона разным мусором потребовали сделать передышку. — Что за народ эти ночные эльфы, а? Стоило отбыть и вместо трех сотен оперативно приползших сюда боевых деревьев одни обугленный пеньки остались. А я, признаться, надеялся, хоть пару часов в кровати просто поваляться!

Тяжелая пехота демонов выстроилась клином и шла по кратчайшему курсу к позициям противника, не обращая внимания на потери. Артиллерии у войск Альянса просто не осталось, все танки и пушки были подбиты. Да и потери в живой силе были такие, что менее элитные части давно бы развернулись и побежали куда глаза глядят. Но лучшие из лучших солдат, которых Джоана Прадмур взяла с собой на соседний континент, стояли. Вернее, медленно пятились вглубь эльфийской столицы, огрызаясь огнем по приближающимся к ним тварям и лично Архимонду. Последнего отвлекала правительница ночных эльфов. Она восседала на верхушку особенно большого магического дерева и поднимала вверх ярко блестящий диск, с которого к небесам летел луч света. Достигая облаков, он как бы превращался в мягко светящееся облачко, из которого обратно на землю падал настоящий огненный дождь. Пламя, правда, было серебряного цвета, но очевидно жгло сильно. Во всяком случае архидемон бросил швыряться огненными шарами и был занят тем, что держал над своими войсками нечто вроде сотканного из черной мглы зонтика. Однако поскольку защита была растянута по очень большой площади, кое-где она прорывалась. И тогда нежить сгорала двигающимся молчаливым костром. А демоны превращались в настоящие факелы на ножках, недолго бегающие туда-сюда и даже поджигающие своих собратьев.

— Мне кажется, это подходящий момент для атаки. И второго такого мы можем ждать достаточно долго. — Раздалась в голове гоблина мысль Иллидана. — Моя бывшая возлюбленная обратилась прямиком к своей покровительнице, этот огонь является настоящей божественной магией. И поскольку она разрушает чужеродную магию не хуже моих фирменных алых молний, то по-настоящему опасна архидемону, потому он полностью должен быть сосредоточен на защите от неё. Но даже верховная жрица не может призывать подобные силы слишком часто.

Монстрам до отступающих войск Альянса оставалось примерно метров двести и они уже предвкушали начало мясорубки, но тут земля начала взрываться и гореть у них под ногами. Причем без всякой магии. Одного из вовремя успевших установить свои мины гоблинов удостоила похвалы сама Джоана. Правда, она облачившегося в кольчугу по росту коротышку перепутала с Тимоном, но длинносый карлик решил ей об этом не сообщать. Шансы, что ему перепадет чего-нибудь кроме теплых слов были не велики, но а вдруг?!

— Понял. — Маленький волшебник ускорился так, как только мог. И изменил траекторию полета на дугообразную, чтобы зайти возвышающемуся над полем боя колоссу не прямо в лоб, а в бок. Даже почти со спины. Громадное лезвие за его спиной замерло рядом с коротышкой, нацелившись своим острым концом в шею Архимона. — Проверим, как трофейный кусок железа справится с его нашейными тентаклями!

— Стой! — Попытался убедить его Иллидан. Но слишком промедлил. — Это плохая идея!

Разогнавшейся до умопомрачительной скорости коротышка чиркнул боевым артефактом по шее архидемона. А купленная им взрывчатка, следовавшая тем же курсом, полетела Архимонду в глаза и тут же детонировала. Вот только отростки, свешивающиеся с подбородка генерала Пылающего Легиона, оказались не просто декоративным украшением. Всего один из них попался на пути зачарованного лезвия. Но этого хватило, чтобы вскрывающий горло удар превратился в небольшой и ни капли не опасный укол миниатюрного щупальца.

— Какого…?! — Тимон аж задохнулся от нахлынувших на него эмоций, взирая на результат своих действий. Очень скромный результат. Мягкая плоть разошлась под ударом, обнажив прятавшуюся под ней белую трубку. Для громадной туши архидемона подобная травма была не опаснее, чем для среднестатистического человека порез при бритье. — Они костяные?!

— Именно. — Вздохнул мысленно Иллидан. — Подвижность обеспечивается большим количеством суставов. Демоны, знаешь ли, изрядно подвержены самым экзотическим мутациям. Эта по их меркам не более необычна, чем маленькая родинка на щеке у кого-нибудь из людей.

В этот момент верховная жрица устала. Или сделала вид, что устала. Во всяком случае дождь из серебряного пламени прекратился. А её личное дерево-транспорт проворно зашагало вглубь эльфийской столицы. Архидемон восстановил поврежденные близкими взрывами глаза, проморгался и перевел свой крайне недовольный взор на того, кто смог ранить его.

— Упс! — Улыбнулся висящий в воздухе Тимон и попытался спрятать зачарованное лезвие себе за спину. — А мы тут плюшками балуемся!

— Задержи его на этом месте как-нибудь. И отвлеки. — Прозвучал в голове Тимона мысленный голос великого чернокнижника. — Миноукладчики на месте. Копают.

— Вот оно значит, какой ты. — Архидемон посмотрел на свои войска, вырвавшиеся вперед и преследовавшие отступавших защитников города. Ночные эльфы, орки, люди, гномы и представители иных рас прекратили отступать. Они гибли десятками каждую секунду, но заставляли неисчислимую орду монстров стоять на месте. Или, в крайнем случае, дорого платить за каждый шаг. Лишившись поддержки своего предводителя, армия демонов и нежити несла громадные потери. Боевые заклинания и взрывчатка выкосили уже практически всю нежить, которую демоны старались пускать впереди себя в самые горячие участки. А горячо сейчас был буквально везде! — Странно, мне казалось, действующая в этом мире уже очень давно разведка собрала все возможные сведения о по-настоящему могущественных персонах. Тех, кто мог бы помочь осуществлению наших планов. Или заставить потратить на них больше времени. Однако почему-то среди них не оказалось тебя.

— Устрой им публичную порку за такой провал. — Посоветовал коротышка, выдыхая целое облако черного дыма. Вряд ли оно могло скрыть его от глаз архидемона, но у гоблина выработался уже определенный шаблон действий по манипуляциям со скрытым пространством. Из искусственного облачка один за другим стали вылетать крайне необычные снаряды. Глыбы камня в форме правильного параллелепипеда. Иначе говоря, кирпичи. Сестры Хорвальдс, перед которыми поставили задачу изготовить быстро и много одноразовых накопителей, для своей продукции избрали почему-то именно такую форму. — А если среди них есть симпатичные разведчицы, то тем приватную, в своих апартаментах.

— Уже. — Коротко ответил архидемон, накрываясь индивидуальным магическим щитом. Врезавшись в него артефакты взрывались словно тяжелые бомбы. Покрывающие их поверхность руны преобразовывали примерно половину прятавшейся внутри энергии в различные поражающие факторы. А оставшаяся из-за общей грубости зачарованных булыжников рассеивалась в окружающем пространстве. — Хм, необычные снаряды. Хотя действуют лучше, чем ваши игрушки на алхимических смесях.

— Магию может победить только магия! — Наставительно произнес вынырнувший до пояса из черного облака коротышка, подняв вверх правую руку и оттопырив указательный палец, с надетым на него перстнем. Доспехи с него пропали, марионетка уступила место оригиналу, которому сейчас могла потребоваться вся доступная ему мощь. С кончика ногтя сорвался разряд и полетел к Архимонду, все утолщаясь и превращаясь в невероятно разрушительную молнию. Плеть электричества вцепилась в магический щит прямо напротив глаз архидемона, слепя его и заставляя щуриться. Требовались очень зоркие глаза чтобы заметить, как с золотой оправы украшения сорвался упрятанный в неё камень и полетел прямо сквозь боевые чары к генералу Пылающего Легиона. Артефакт абсолютно неслышно взорвался мелкой бесцветной крошкой, рассеиваясь в пространстве. Спустя пару секунд исчезло и заклинание, так и не сумевшее пробить оборону Архимонда, исчезло. А в следующее мгновение он контратаковал.

— Почему-то слишком многие считают, что архидемон это в первую очередь сила. Грубая сила. — Архимонд прижал руки к груди и между его ладоней появилась маленькая иллюзорная фигурка гоблина. А после руки мага начали сжиматься. Вокруг Тимона воздух пошел отчетливо видимой рябью, создавая щит из воли и силы маленького волшебника. И он отчетливо прогибался, испытывая на себе чудовищные нагрузки незримой атаки. Точно такая же сфера возникла и в руках генерала Пылающего Легиона. Очевидно, используемые им чары имели обратную связь со своей целью. — Не спорю, часто это бывает именно так. Стать главным может только очень сильный демон. Вот только для того, чтобы возвыситься над подобными вожаками полудиких стай, нужна не только голая мощь. Требуется еще и дисциплинированный разум. Который сам по себе есть сила, перед которой склоняются даже боги!

— Говоришь ты красиво и даже правильно. Вот только демонстрируешь почему-то лишь примитивную тавматургию. — Защитная сфера вокруг коротышки, чьи глаза сияли как настоящие серебряные прожекторы, медленно сокращалась в объемах. Более того, свет начал пробиваться сквозь его кожу. На утратившего свой зеленый цвет коротышку стало просто больно смотреть. Но не смотря на все это, силовое противостояние с архидемоном он явно проигрывал. Пусть и крайне медленно. Или может это его противник не спешил закончить столь необычный поединок, наслаждаясь медленно и неотвратимо приближающейся победой. — Любая деревенская ведьма так умеет!

— Может быть. — Подумав, внезапно согласился с ним архидемон. — Чем чары проще, тем они надежнее. И я потратил на идеальное овладение своим любимым разделом волшебства больше лет, чем существуют иные страны и континенты! Теперь мое коронное заклятие нельзя сбросить, отменить, рассеять, перенаправить на другую цель или просто пробить грубой силой, чтобы вырваться из незримых тисков! Ты стал его целью, и теперь ты обречен!

— Да ну? — Ничуть не впечатлился гоблин, до кончика острого носа которого остался какой-то метр свободного пространства.

— Ну да. — Спародировал его Архимонд, который как многие личности, считающие себя весьма интеллектуальными, ценил юмор и сатиру. А после он начал еще больше увеличиваться в размерах и окутываться огнем. Если раньше архидемон был вровень с какой-нибудь рядовой башней, то теперь её мог попросту перешагнуть. — Я так понимаю, предлагать тебе сохранить свою жизнь и стать моим вассалом бессмысленно? Из тебя мог бы получиться неплохой слуга.

— Целиком и полностью. — Раздался ответ из темного облака. — Видишь ли, я не люблю над собой начальство, да к тому же на редкость амбициозен. И этот мир — мой!

— Ах-ха-ха! — Не смог сдержать хохота архидемон и протянул вперед руку. — Возможно, ты и силен, но по сравнению с моим искусством и талантом ты лишь очень сильный мышонок! И очень глупый мышонок! Видишь ли, я прекрасно понимаю причину, по которой тебе так важно выиграть время! Хитроумное плетение, которое незаметно встроилось в ту бурю энергии, которую устроили здесь взорвавшиеся артефакты.

— Мда. — Гоблин озадаченно почесал затылок. — Заметил все-таки?

— Попытка была хороша. — Хмыкнул Архимонд, еще плотнее сжимая сферу в своих руках, с которых вниз на землю даже капнуло чуть-чуть крови. Окружавший коротышку щит уменьшил свой объем сразу на треть. — Но…Как бы это сказать…Слишком очевидна. Я прекрасно представляю себе устройство и принцип работы использованных артекфактов. Сделать их, наполнить энергией и использовать как бомбы, ну право слово, дешевле бы было серебряными слитками в меня кидаться.

— А может, у меня под рукой просто драгметаллов не было? — Робко предположил Тимон. Созданное им облако дыма потихоньку рассеялось и теперь коротышка был отлично виден целиком и полностью.

Командовавшие армией демонов и нежити офицеры решили прервать ненадолго контакт с противником и отвести своих бойцов. Наступление без поддержки архидемона оборачивалось для них слишком большими потерями, за которые позже с командиров бы обязательно спросил он сам. Даже тот факт, что боевыми заклятиями хоть как-то владел почти любой разумный демон не помогал. Пришедшие на выручки солдатам силы действовали весьма эффективно. Десятки и сотни магических древесных конструктов, стекающихся со всех концов города, бестрепетно жертвовали собой, пробивая в строе настоящие просеки, прежде чем оказаться уничтоженными. Аналогичным образом действовали и духи с элементалями, которых зеленокожие клыкастые шаманы призывали в больших количествах. В проделанные ими бреши резво втекала пехота врага, рубя все направо и налево кривыми орочьими саблями и широкими секирами, сжимаемыми в руках тауренов. Ночные эльфийки предпочитали держаться позади бойцов-рукопашников. Но на выбранной ими дистанции действовали не менее эффективно. Стрелы, метательные копья, звезды, чакры и вообще любая острая дрянь, которая только могла найтись в их хозяйстве. Причем обычному металлу долгожительницы предпочитали металл зачарованный и оттого еще более эффективный. К тому же их правители далеко не ушли и теперь совместными усилиями правящая чета из верховной жрицы и главного друида превращали землю под ногами врагов в жадное, засасывающее все и вся болото.

— За прошедшие с нашей последней встречи несколько тысяч лет эта скотина стала еще более себялюбивой. — Заметил у коротышки в голове мысленный голос Иллидана. Именно он был в ответе за то громадное количество энергии, которое теперь давало возможность маленькому волшебнику сопротивляться направленной на него атаке просто чудовищной мощи. — Не думал, что такое вообще возможно. Контур для нестабильного портала копается, держи его дальше. В процессе миноукладчики наткнулись на слишком плотную породу, поэтому потребуется чуть больше времени, чем планировалось. Кстати, работающие из свернутого пространства бомбы уже выходят на позиции. У тебя есть идеи, куда я должен выдать взрыв самой первой из них?

Глава 52

Из дальних уголков столицы постоянно подходили подкрепления в виде сил, оставленных там, как говорится 'на всякий случай'. Ведь до самого последнего момента было неясно по какому именно району города будет нанесен первый удар, а потому защитникам пришлось свои силы изрядно распылить. Когда к месту боя подкатил отряд передвижных баллист, играющих у ночных эльфов роль артиллерии, демоны и нежить окончательно откатились к ногам своего повелителя. Нет, их боевой дух вовсе не был сломлен, а силы имелись как бы не в большем количестве, чем у всех противников вместе взятых. Но какой опытный военный сочтет, что одержанная на несколько минут раньше победа может стоить жизней его бойцов и возможно его собственной жизни? Тем более, что воспользоваться этим мини-отступлением защитники города не смогли. Они остались стоять на месте, строить за своей спиной баррикады из разного хлама, считать потери, переводить дух и срочно оттаскивать многочисленных раненных к целителям. Волей-неволей внимание обоих сторон конфликта сосредоточилось на самом напряженном и заметном зрелище. Своеобразном поединке грозного предводителя демонов и мелкого зеленого коротышки, про которого уже тоже расходились по всему свету крайне неоднозначные и пугающие слухи. Причем вмешиваться в него никто не думал. Подчиненные Архимонда не желали злить своего хозяина, отбирая у него добычу. А откатившимся вглубь поселения защитникам столицы банально было далековато для эффективной стрельбы. Даже парящий в вышине дирижабль прекратил обстрел архидемона из своих бортовых пушек. Все равно он в него почти ни разу не попал, а когда наводчикам все-таки улыбалась удача, все снаряды отбивались магической защитой.

— Рассеянная вокруг меня энергия была тебе нужна. А зачем? А затем, что я как и всякое по-настоящему могущественное существо могу довольно быстро втянуть рассеянную в окружающем пространстве силу. Восполнить свои резервы и оказаться вновь готов к схватке с любым врагом! — Продолжал хвалебную оду своему хитроумию и гениальности Архимонд. Предводитель Пылающего Легиона пребывал в полной уверенности, что он переиграл противника и потому наслаждался своим триумфом. Он даже чуть ослабил натиск на попавшегося в его ловушку коротышку, чтобы не убить его раньше времени. В конце-концов, хорошие слуги на дороге не валяются даже раз в тысячелетие. А что этот конкретный карлик ему сейчас повиноваться не согласен…Да кто и когда вообще склонял голову перед архидемоном добровольно?! Всех по-настоящему полезных соратников пришлось в свое время обламывать и подчинять так или иначе. И периодически приходиться напоминать им, кто тут главный, когда его подчиненные слишком много воли себе берут. — Знаешь, на лишенном разума зверобоге или зверодемоне это могло бы сработать. Не знакомый с логикой высший дух пал бы жертвой твоего коварства. Даже тупой вояка вроде Маноротха, имеющий привычку сначала делать и лишь потом, если надо, думать, имел бы шансы попасться в ловушку. Но было наивно предполагать, что я, Архимонд, глупо пожру разлитую в окружающем пространстве энергию, которая благодаря твоим манипуляциям стала ядом!

— Ладно, раз по-хорошему не получилось, будем действовать по-плохому. — Решил коротышка. — Я не хотел этого, но ты сам виноват. Смотри и ужасайся!

Гоблин, защитная сфера которого уже даже сферой в общем-то не была, облегая коротышку скорее как слишком большие для него латы, вытянул вперед руки. Крутящаяся в воздухе пыль собралась в изображение Архимонда размером с самого коротышку. Не слишком качественно сделанное и местами вообще расплывающееся словно клякса, подобие все же было вполне себе узнаваемо.

— У тебя не получится. — Хмыкнул Архимонд. И на всякий случай освободил одну свою руку от попыток раздавить иллюзию гоблина и создал при помощи неё защитное заклинание, на несколько минут усиливающее его итак великолепную защиту от всевозможных магических угроз. Пренебрегать своей безопасностью генерал Пылающего Легиона никогда не намеревался. — Чтобы жалкий смертный мог победить меня в игре на моем же поле! Не бывать такому никогда! Тут и большинство настоящих богов спасует!

— Не боги горшки обжигают, не боги стоят у станка, не боги дают разным тварям пинка! — Криво ухмыльнулся коротышка, а после со всего размаха пнул созданное им подобие демона между ног. Злобно зыркающие друг на друга армии оглушил грохот многочисленных взрывов, слившийся в один звук. На самом деле, он прозвучал на долю секунды раньше, чем сапог гоблина достиг точки назначения, но это заметили совсем не многие. А кто заметил, тот позже решил, что он немного ошибся.

Архидемон, который временно ограничил свои способности по поглощению магической энергии из окружающей среды, заодно потерял и изрядную долю чувствительности. Если проводить аналогии, то спасаясь от ветра он натянул себе шапку поглубже на уши и старался дышать через рот, чтобы не почувствовать неприятный до рези запах. А заодно был отвлечен от окружающего мира своим противником, сосредоточив фокус своего внимания на явно опасном коротышке. Не было ничего удивительного в том, что великий маг проморгал доставку размещенных в свернутом пространстве боеприпасов к месту назначения. А им служили ближайшие окрестности гульфика Архимонда. К тому же усилив свою магическую защиту и продолжая удерживать в волшебном кулаке упорно не желающего давиться гоблина, генерал Пылающего Легиона несколько ослабил оборону от чисто физических угроз. Таких, как ударная волна и осколки. В общем, архидемон в полном соответствии с расчетами Иллидана Предателя проморгал удар в точку, которую выбрал еще не определившийся с основным прозвищем Тимон. А после возвышающийся словно одинокая скала гигант издал тихое для него, но все равно отчетливо слышимое по всей столице 'Уууу!'. Затем этот титан согнулся как червяк, прижал к пострадавшему месту обе руки и завалился на бок, раздавив немало жмущихся к его ногам рядовых демонов.

— Фаталити! Провозгласил парящий в воздухе зеленый коротышка утробным голосом, похоже, воспользовавшись магией, чтобы придать ему какое-то потустороннее звучание и изрядную громкость. А затем картинно раскинул руки в стороны и поклонился взирающей на него снизу публике. — Тимон Уинс!

— Контур нестабильного портала готов больше чем наполовину. — Прозвучал в голове коротышки голос Иллидана. — Не отлетай от него далеко. Лучше вообще держись вплотную, чтобы он точно с этого места не ушел.

— А раньше это сказать было нельзя?! — Мысленно панически заорал коротышка, не меняя своей пафосной позы. — В предыдущем этапе развития нашим с Архимондом взаимоотношения время еще можно было слегка потянуть. А вот сейчас, боюсь, он со мной разговаривать не станет!

— Намек понял. — Ответил великий чернокнижник. — Приму меры!

— Разорву! Растерзаю! Зажарю целиком и буду поддерживать жизнь даже после того, как все мясо превратится в шашлык! — Архимонд, с которого слетел налет свойственной магам интеллигентности, показал свое истинное нутро. А после смог разогнуться и со стоном сел. Регенерация архидемона делала свое дело. Через появившиеся на доспехах щели и выбоины в районе его причинного места еще сочилась кое-где темная кровь, но это были уже последние капли. Однако судя по тому, как двигался гигант, фантомные боли в сознании его еще преследовали. — Сожру!

Висящий в воздухе гоблин, которого перестали давить невидимые руки, открыл рот и хотел что-то сказать, но не успел. В прикрывающий его спину магический барьер врезалось черное ядро, на котором выделялись светящиеся даже ясным днем руны. Странный снаряд взорвался сетью электрических разрядов и искр всевозможных цветов пламени. Корчащийся коротышка камнем упал вниз, ударился об землю и затих. Лицо его было покрыто кровью.

— Чего смотришь?! Жуй быстрее! — Крикнула усилив голос при помощи чар Фиэль, отлипая от пушки. Орудие, бывшее продуктом совместных усилий дварфийских мастеров и сестер Хорвальдс, цепко сжимал своими ветвями древесный конструкт. Который как-то незаметно отделился от общей массы себе подобных и теперь на максимальной скорости топал по направлению к Архимонду. Других пассажиров на нем не было. — Слышишь, глотай его немедленно! А то этот мелкий поганец сейчас очнется!

— Предательница! — Кто первый издал этот крик, было непонятно. Скорее всего, были и другие с примерно таким же смысловым содержанием, но обрушившийся на эльфийку и её транспорт вал огня просто их заглушил. Магическое создание на основе ожившего дерева разлетелось щепками, но волшебница успела во время с него спрыгнуть. Использовав ударную волну от многочисленных взрывов за своей спиной как дополнительный ускоритель, она расправила за спиной паруса-крылья из чистой магии и на них буквально влетела в ряды демонов. Те расступились и спрятали беглянку за своими спинами. А после их колдуны снова начали возводить магическую сертификацию, поскольку огонь и не подумал стихать.

— Хм… — Архимонд в задумчивости потер себе подбородок одной рукой. А второй бросил на замершего гоблина какие-то чары, принявшие вид толстых черных цепей, окутывавших его по рукам и ногам. Генерал Пылающего Легиона блокировал пленнику возможность колдовать. Лишил его сознания. Повесил высасывающие энергию из ауры чары. Дублировали эти системы. Подумал, что этого слишком мало и наложил свои чары в третий раз. Затем еще одни и еще, исполняющие те же функции, но уже другой конфигурации, чтобы снимать их дольше было. Столь же тщательно он позаботился и о том, чтобы его недавний противник не мог даже пальцем пошевелить. Глотать поверженного коротышку архидемону определенно не хотелось, причем сразу по нескольким очевидным с его точки зрения причинам. Во-первых, слишком легкая смерть. Во-вторых, его заинтересовал способ, которым этот карлик смог набрать столько силы. В-третьих, подпускать подобного специалиста по пакостям к своим внутренним органом далеко не лучшей идея. Даже тщательно пережевав. — Эй вы, сброд, расступитесь! Скажи мне эльфийка, почему ты это сделала?

— Если уж моя задница все равно принадлежит воплощению вселенского зла, то пусть по крайней мере это будет самый большой босс. — Зло улыбнулась Фиэль, несколько нервно косясь на обступивших её демонов. — Во всех смыслах большой.

— Мудрый выбор. — Улыбнулся ей Архимонд, к которому потихоньку вернулась часть присущего древнему архидемону апломба. — Обещаю, ты не пожалеешь. И не окажешься разочарованна, хе-хе-хе…

Самодовольный смех генерала Пылающего Легиона прервал глухой рокот. И четко ощущаемая дрожь земли. Внезапно ночные эльфы взвыли все разом и схватились кто за голову, кто за сердце. А их святыня, наполняющая окружающие земли энергией природы, оказалась сметена ударившим снизу потоком чистого света, расшвырявшим заглушки из древесины на многие тысячи шагов вокруг. Вся мощь магического источника, выплеснувшаяся в едином потоке, устремилась к небесам, завернулась дугой и саданула в землю рядом с архидемоном. И так там и застыла огромным режущим глаза куском солнца, постепенно принимающим гуманоидные очертания. Демоны взвыли не хуже местных жителей и бросились закрывать глаза руками. Огромное количество энергии, расположенной так близко и ничем не экранированной, слепило их привычные к выискиванию малейших крох силы организмы. Нет, глаза тварей непременно адаптировались бы к подобным нагрузкам, но на это требовалось время. Хотя бы пара минут. А им его никто давать не собирался.

— Ч-щ-и-т-о?! — Комок сырой магии оформился в виде очень-очень насыщенной и плотной иллюзии гоблина. Булькающего от злобы словно забытый на плите чайник и шипящего подобно змее с отдавленным хвостом. Причем таких габаритов, что Архимонд ей едва-едва до щиколоток доставал. — Ты чем-то еще и недовольна осталась, сучка?!

Фиэль картинно сглотнула и с легким хлопком испарилась куда подальше при помощи телепортации. Стоящие рядом с ней демоны её бегству мешать даже не попытались. Во-первых, прекрасно понимали мотивы чародейки, во-вторых искренне желали сделать то же самое, ну и в-третьих и самых главных пока не отошли от сенсорного шока. Получившийся фантом ужасал и подавлял своими габаритами и количеством вложенной в него энергии. Причем всех. Даже защитников столицы ночных эльфов шлемы слетали, будучи подняты с головы вставшими дыбом волосами.

— И вот это щипало меня за задницу?! — Джоана схватилась за сердце.

— Осмелюсь напомнить. — Склонился к уху правительницы её старый учитель, взятый на чужой континент не столько как маг, сколько как советник. — Вы еще не замужем, а престолу нужен наследник. Срочно. Можно бастард. Все равно ему об этом факте в лицо не каждый бог сказать осмелится. Ну, во всяком случае, как подрастет.

— Я ж пообещал поить его в случае победы пивом. — Тралл прибегнул к испытанному средству прочистки мозгов. Молоту. Однако удар по голове видение вздымающегося длинным носом к облакам гиганта не убрало. — Сколько выпить сможет.

— Пора вводить в Орде сухой закон. — Решил Гром Адский крик. — Иначе не хватит.

— Священное древо, священно древо! — В ужасе бормотали синхронно правящая чета ночных эльфов, взирая на остатки символа своего могущества. Как очень сильные и умелые волшебники, они уже оправились от шока, вызванного резкими колебаниями энергетического фона, в котором отныне составляющая большую часть магия природы практически исчезла. Теперь друиды на подчиняющейся им территории будут ничуть не сильнее обычных чародеев. А может даже и слабее, ведь обилие силы приучило их к тому, чтобы плести свои заклятия спустя рукава.

— Я не понимаю… Архимонд, наверное, единственный из тех, кто был на поле боя, опознал в возвышающимся рядом с ним гигантом безобидную иллюзию. Да, насыщенную энергией до едва ли не физической плотности. Но полностью и абсолютно безвредную. Боевое заклинание, если бы в него вбухали столько силы, смогло одним ударом пробить щиты генерала Пылающего Легиона и порядочно подпортить его тушку. Возможно даже нанести ей несовместимые с пребыванием в этой оболочке повреждения, отправив на перерождение. И имело некоторые шансы его уничтожить. Правда, сжать такой запас силы в более агрессивные чары чем морок требовало куда больших усилий от чародея, ведь небрежно выполненная иллюзия далеко не так опасна, как потерявшее прицел боевое заклинание. — Ты издеваешься надо мной, коротышка?! Да как ты смеешь?! Я Архимонд! Я тот, пред кем трепещут сами боги! Я…

Иллюзия подняла ногу. И с размаху её опустила на разошедшегося архидемона. Который не посчитал её действия угрозой, но свою магическую броню на всякий случай усилил. Это подарило ему примерно половину секунды, когда активировался прокопанный вокруг генерала Пылающего Легиона контур, создав нестабильный портал. Архимонд перестал существовать. Заодно проработавший лишь несколько мгновений прежде чем сломаться прокол в ткани реальности зацепил некоторое количество стоящих рядом со своим предводителем простых демонов и часть нежити. В какую часть мироздания занесло их кусочки не взялся бы сказать даже самый ученый теоретик пространственной магии. Просто слишком уж уникальны оказались характеристики портала, созданного при помощи подручных средств и держащегося до тех пор, пока не обвалилась часть прокопанной миноукладчиками галереи.

— Что?! И это все?! — Принц высоких эльфов Кельтас, которого в ходе драки контузило близко случившимся взрывом, помотал головой. Иллюзия сосредоточенно что-то рассматривающего в районе своей ноги гигантского гоблина никуда не пропала. И по-прежнему была пугающе реалистичной. — Мы трепетали пред этими тварями и рассказывали о них на ночь страшные легенды, а потом пришел какой-то наглый зеленый тип и просто на главнокомандующего армии демонов просто наступил?!

Иллюзия шаркнула ногой сначала справа налево. Потом слева направо. Будто что-то старательно размазывала. К новым потерям это не привело, поскольку твари отхлынули от опустившейся рядом с ними конечности гиганта на очень почтительное расстояние. Фантом оглядел их ряды, продолжающие медленно пятиться назад, громогласно хмыкнул и исчез. В земле остался продавленный отпечаток овальной формы, совпадающий с размерами громадного портала. И он сильно напоминал отпечаток от ботинка. Даже каблук на подошве характерно выделялся. Это было то место, где миноукладчики наткнулись на плотную породу и сделали участок контура с несколько отличными от остальной части характеристиками.

— И где… — Кто-то из немногочисленных уцелевших к настоящему моменту бойцов-людей, стоящих в первом ряду, сделал неопределенный жест руками. Однако его все поняли.

— Копать надо, чтобы найти. — Решил стоящий рядом седой орк с иззубренными топорами в обоих руках. — Если к подошве не прилип.

Часом позже на борту дирижабля слегка пьяный маленький гоблин остановился и подозрительно уставился на сородича. Которого здесь ни в коем случае быть было не должно. Сначала Тимон предположил, что видит алкогольную галлюцинацию, но потом вспомнил как мало прошло с момента победы. Отметить её настолько хорошо за столь малый промежуток у него вряд ли бы получилось при всем желании.

— Ты как здесь оказался, пройдоха? — Наконец подозрительно осведомился он у вполне материального торговца, стоявшего к нему спиной и пялющегося в иллюминатор.

— Кто пройдоха? Я пройдоха? Да вы спросите кого хотите, Сэм Звонкий честный малый! — Активно запротестовал продавец оружия и лишь потом разглядел, кто к нему обратился. — Когда основной товар честно кончился, я стал честно продавать средство для увеличения потенции. И оно честно работает! Причем работает самым лучшим образом! Тот малость рогатый ночной эльф, который меня сюда дернул прямо с земли и забыл вернуть обратно, явно уже слышал об этом, иначе зачем бы он стал его покупать! Ой, а это вы, да? Простите, опять вовремя не узнал. Богатым будете. В смысле, еще больше чем сейчас, хотя, наверное куда уж больше…

— Угу. Понял. Попробуешь честно украсть схемы корабля или еще чего важного, честно пойдешь вниз своим ходом. — Тимон обогнул заискивающе заглядывающего ему в глаза торговца и шагнул дальше. Остановился, помотал головой.

— Переработал видимо. И все-таки немного преребрал. — Подумав, решил для себя маленький и немного пьяный волшебник. — Ну, еще бы. Такие стрессы, чрезмерная нагрузка по ночам, попадание надувного имитатора в спину, кровопотеря от нанесенных своим же телекинезом ссадин, выдергивание аварийным телепортом обратно на дирижабль в фирменном стиле охотников на демонов. Особенно последнее. У них даже принятие душа, наверное, по степени своей экстремальности сравнимо только со смывом в гигантский унитаз…

Слегка успокоившийся гоблин обогнул заискивающе смотрящего ему в глаза торговца и снова шагнул вперед.

— Так, я не понял, чего это за особая уличная магия? — Снова остановился Тимон, оглядываясь назад. С прежнего места он определенно сошел. Но каким-то образом уличный коммерсант вновь оказался перед ним, все в той же позе и с тем же выражением лица. — Чего тебе надо, мелкий дилер смерти? Вниз до земли спустить? Так подойди к ребятам на лифтовой платформе, они бесплатно прокатят, а я за это золото возьму. Много.

— Я заплачу! — Мгновенно ответил гоблин, улыбаясь так, словно это ему предложили дать денег, а не наоборот. — Только мне хотелось бы привлечь ваше внимание к другому вопросу. Взаимовыгодному.

— Излагай. — Пожал плечами Тимон и все-таки пошел дальше. — У тебя есть время, пока я не дойду до рубки.

— Понимаете, тут возник один крайне любопытный вопрос. — Торговец продолжал семенить спиной вперед впереди маленького волшебника, каким-то вовсе уж непостижимым образом умудряясь уворачиваться от препятствий. — Скажите, а что нужно делать для вступления в культ?

— В чей? — Придирчиво уточнил маленький волшебник, мысленно перебирая известные ему религии этого мира.

— В ваш. — Тот час же последовал совершенно серьезный ответ.

— В мой? — Тимон снова остановился и задумался. — Очень интересно. И кому там молятся?

— Ну… — Тут уж Сэму как следует, пришлось поднапрячь мозги. — Вам. Понимаете, как коммерсант я не то чтобы безнадежен…Однако четко ощущаю, что это все же несколько не то, к чему лежит душа. Хотелось бы чего-то более…Более…Возвышенного. Перспективного. Великого. Например, служения в качестве жреца. До недавнего времени от ухода в религию останавливало отсутствие достойных вариантов и общее предубеждение к представителям нашей расы со стороны других народов, давно и прочно занявших все ступени возможной карьерной лестницы. Но после случившихся сегодня событий, когда стало четко ясно, что ваш культ просто обречен на то, чтобы привлекать в себя множество сторонников…

— У меня нет никакого культа. — Фыркнул Тимон. — И вообще, разве гоблины не атеисты?

— Не, ну мы тоже так считали. — Пожал плечами Сэм. — Однако в свете прощедших пару часов событий, полагаю, значительная часть нашего народа изменит свою религиозную парадигму. Подождите, а отказ от культа это ваша принципиальная позиция или могут быть варианты? Простите, если веду себя слишком нагло, но ведь у нашего народа до этого дня богов не было. И сколько-нибудь приемлемых кандидатов на такую должность! Вы только представьте, какие перспективы открываются на этом рынке!

— А действительно, чего бы не создать себе маленький карманный личный культ. А вот просто так, для смеха. Все остальное то я могу купить или на худой конец украсть. — Хмыкнул гоблин. — А нехай будет! Авось в хозяйстве пригодится! Значит так, инициатива ве первую очередь бьет инициатора, а потому доставай бумагу, будешь заповеди записывать. Потом если найдутся другие такие же идиоты, дашь им почитать.

Откуда в руках уличного торговца появилась толстая тетрадь и карандаш маленький волшебник сказать так и не смог. И заподозрил собеседника либо во владении артефактом со свернутым пространством, либо в умении материализовывать вещи усилием воли.

— Пункт первый. Основная цель верующих — развитие самих себя и окружающего их мира. А для того, чтобы мир развивался, надо его всеми силами совершенствовать и кем-то населять. — На этих словах Тимон гаденько захихикал. — Ну и не делать слишком больших глупостей в процессе развития. За это будут полагаться кары, соразмерные с нанесенным в процессе вредом. Отметь примечание. Для развития помимо желания требуется время и ресурсы. Настоятельно рекомендуется сначала обеспечить их себе и только потом заниматься второстепенными делами, в частности духовным самосовершенствованием. А не то помрут еще верующие от голода, холода и старости, покуда научатся колоть астральным телом орехи и подметать ментальным полем скорлупу.

— А что понимать под развитием? — Придирчиво уточнил Сэм, мысленно примеряя на себя лавры верховного жреца, вместе с прилагающимися к ним мощью, богатством и влиянием. Конечно же, честным образом заработанные, а как же иначе! — Лучше сразу все расписать как можно подробнее. Чтобы кривотолков не было.

— Все равно будут, поэтому отметь пункт второй. — Хмыкнул гоблин. — Разрешено всё, что не противоречит здравому смыслу. Пункт третий. Если это не должно работать, но работает, значит какие-то из имеющихся представлений не верны и надо их пересмотреть. Пункт четвертый. Выполняющим предыдущие пункты за их выполенние не будет от меня ровным счетом ничего, кроме самосовершенствования их самих и окружающей среды, которое и явялется их заслуженной наградой.

— Это сложно назвать выгодным предложением. — Счел нужным заметить Сэм, почесывая себе затылок карандошом.

— Пускай. Зато, если не обещать никому никаких благ, не надо стараться, обеспечивая их. — Хихихкнул немного пьяный Тимон. — Верующие есть, расходов на них нет, понимаешь? Только это надо правильно учение составить, чтобы оно дальше само работало, вообще без моего внимания.

— Да. — Кивнул его собеседник. — Но может все-таки лучше максимально увеличить оборот и тем повысить прибыль, сиречь соотношение между расходами и доходами?

— Кто тут главный! Я тут главный! — Пьяно стукнул по стене Тимон, твердо решивший настоять на своем. — Так, ладно, над остальными пунктами подумаем потом. Когда потолок вертеться перестанет. Перейдем к структуре званий новоявленного культа и их иерархии, пока у меня в голове интересная мысль крутится.

Эпилог

Вице-президент нервничал и поминутно вытирал насквозь мокрым платочком непрерывно покрывающуюся капельками пота лысину. Но у него были вполне себе уважительные причины для беспокойства. Все-таки не каждый день присутствуешь при акте капитуляции собственной страны, которой как казалось совсем недавно равных нигде и никогда не было. К тому же прямо напротив него сидел развалившись в мягком кресле один из победителей. Внешне он весьма походил на человека. Две руки, две ноги, голова с относительно привычными чертами лица. Одежда, больше всего похожая на холщовые штаны и свитер из крашеной белой шерсти. Дальше начинались отличия. Нежно-зеленый цвет кожи, тройной частокол клыков, два комка огня вместо глаз, рост под три метра. Одной руки нет, вместо неё установлен абсолютно невероятный протез, состоящий похоже из чистой энергии. Или из плотного света. Только в него непонятно зачем и как смогли имплантировать несколько вполне материальных деталей.

На разглядывающего его человека монстр внимания не обращал. Был занят. При помощи оторванной от занавески тряпочки полировал череп. Министра обороны череп. Человека, с которым вице-президент был знаком не один десяток лет, входил в одну политическую группировку и еще сегодня утром здоровался за руку и пил кофе. Впрочем, в своей смерти он мог бы винить только себя, если бы еще был в состоянии это делать. Надо быть идиотом, чтобы не сделать собственноручно разработанный план по очистке занятых дикими аборигенами земель совершенно секретным. Особенно когда эти самые аборигены неплохо умеют допрашивать многочисленных пленных. И не тратят времени на всякие глупости вроде суда с оглашением заочно вынесенного приговора. Посол победителей, прибывший чтобы согласовать условия капитуляции, сразу после взаимных приветствий опознал одного из главных виновников случившегося конфликта. На всякий случай вежливо уточнил, не ошибся ли он. После чего его телохранитель без всяких предисловий, команд своего шефа и видимых усилий оторвал министру оборону голову. А после за полторы секунды очистил её от лишней плоти. Несмотря на то, что его жертва стояла в трех десятках метров от делегации гостей. Как оказалась, искусственная конечность умеет очень и очень неплохо удлиняться. Даже не подумав извиняться за этот инцидент, посол потащил президента в его рабочий кабинет, выставив куда подальше всех остальных. Даже официальному заместителю главы государства пришлось ожидать завершения переговоров в прихожей. Вместе со свитой дипломата, представляющего стремительно захватывающую страну армию. Впрочем, переживать на счет присутствия поблизости столь агрессивных созданий было глупо. Достаточно было выглянуть в окно, чтобы увидеть какое-нибудь из оккупировавших столицу чудовищ. И вряд ли они были менее агрессивны и опасны, чем прибывшие специально для переговоров посланники.

— А может они вообще умеют читать мысли? Ну, по крайней мере, некоторые из них? — Подумал вице-президент, рассматривая других своих гостей. На диванчике в углу помещения развалилась затянутая в блестящую черную кожу готическая красотка с нереально белой кожей и антрацитовой помадой, подобранной в тон волосам. Маникюр её длинных ногтей тоже казался пятнышками первородного мрака. Как раз сейчас она его подкрашивала не иначе как украденным в одном из разгромленных магазинов лаком. Во всяком случае, мужчина легко узнал эмблему одной из известнейших косметических фирм. Телепатом также могла оказаться шелестящая страницами и чешуей женщина-змея, забравшаяся с хвостом на стоящий посреди кабинета стол. Пренебрегающее одеждой существо, несмотря на сходство с антропоморфной рептилией все-таки являлось млекопитающим. Доказательства пятого размера, выставленные на всеобщее обозрение, изрядно отвлекали вице-президента от его тяжких дум. Последним кандидатом на роль профессионального чтеца чужих мыслей являлась высокая и красивая светловолосая девушка, отличавшаяся от обычных людей лишь заостренными кончиками ушей и отсутствием зрачка в слегка святящихся зеленым глазах.

— К-кофе, с-сер? — Секретарша, принесшая черный и ароматный напиток, слегка заикалась. На девочку, в прошлом году ставшую победительницей какого-то регионального комплекса красоты, видимо произвел большое впечатление состоявшийся несколько часов назад штурм здания правительства. Хотя как штурм…Резня. Вице-президент мысленно пообещал себе, что добьется для всей верхушки управления внешней разведки смертного приговора. Если он не слетит со своего поста. И если кто-нибудь из потрясающе некомпетентных дегенератов, обычно называемых правительством, вообще останется жив после окончания этой войны. По всем прогнозам людей, обязанных быть лучшими в своем деле и получающими соответствующую зарплату, война должна была закончить быстрым проигрышем аборигенов. Нет, не так! Её вообще как таковой не должно было быть!

— Мне стаканчик, пожалуйста. — Улыбнулось полирующее череп существо, оставив на время свое занятие. Даже буквально излучая дружелюбие, оно выглядело опасным. Но не настолько опасным, насколько на самом деле являлось. Вице-президент его уже видел. На прямой трансляции с места вторжения врага. Там эта тварь, относительно похожая на человека, подавила огнем несколько десятков отчаянно огрызающихся корабельных орудий. Потоки света, срывавшиеся с необычного протеза, резали на куски ракеты и снаряды. Импульсы ведущего обстрел противников с орбиты боевого лазера смотрелись рядом с ними тусклыми вспышками карманного фонарика. При помощи магии света этот монстр легко отсекал стволы пушек. Дырявил бронированную обшивку кораблей. Детонировал сложенные в их трюмах боеприпасы. Сбивал словно уток сверхзвуковые истребители. Испарял пытавшихся сопротивляться людей, оставляя на месте облаченных в форму солдат лишь черные силуэты на металле или бетоне. Ни один тактический компьютер не смог бы справиться с таким потом целей. Однако дикарь в грубой одежде из натуральных материалов об этом, похоже, даже не догадывался. — И шесть ложек сахара. Надо бы восполнить потерю энергии, а то эта возня с вашим ударным флотом так меня вымотала…

Вице-президент едва удержался от болезненного стона при новом упоминании о позорном разгроме. Если бы он мог вернуться в прошлое на полгода назад, то собственными бы руками задушил идиотов, нашедших способ избавиться от большей части экономических проблем. В отличии от рядовых граждан чиновники его уровня прекрасно знали о том, что явление называемое магией существовало. Немногочисленные чародеи всегда крутились рядом с верхушкой общества, предоставляя уникальные услуги. Даже развитие науки и техники не смогло полностью заменить их способности. К примеру, особое подразделение колдунов-спецназовцев охраняло здание правительства. И подстраивало неугодным персонам несчастные случаи, расследовать которые в принципе не мог ни один обычный криминалист. Он уже не помнил, кому и когда из этой братии пришла в голову мысль, что если окружающий мир уже поделен и конкуренты вдруг стали слишком зубасты для извлечения сверхприбылей из торговли с неразвитыми странами, то рынок сбыта можно найти и подальше. Эта идея, обещавшая просто фантастические дивиденды, пришлась всем по вкусу. Несколько лет шли исследования. Непонятно на что тратились огромные деньги. Подготавливалась специальная армия, нужная для присоединения нужных территорий. И вот полгода назад спевшиеся маги и ученые пришли к президенту и стали требовать себе премий и наград. Они смогли открыть портал в иное измерение. Измерение, население которого казалось на фоне развитой цивилизации немногочисленным и диким. Не осознающим, какое богатство на самом деле представляют собой занимаемые им земли.

Экспедиционный корпус по началу не встретил особенных проблем. Правда, он и появился то в почти необитаемых землях, где промышлявшие дичью охотники то бывали не каждую неделю. Во все стороны брызнули разведывательные отряды. Взвился в небо со специального носителя начавший картографировать территорию спутник. Представителей местной флоры и фауны, в том числе и разумной, внимательно изучали лучшие специалисты. Аномальныо высокое владение местными магией отметили сразу же. Как и наличие среди разумной жизни этого мира огромного числа мутаций, скорее всего её и вызванных. Но серьезного значения не придали. Автоматы и гранаты уравнивали в правах хорошего солдата и чародея. Новые хозяева мира широко шагали по теперь уже почти своей земле, а их генералы мысленно уже намечали места для частной собственности, выбирая себе кусочки побольше и посочнее.

С местными жителями же никто не собирался церемониться. Какие-то дикари, которых просто нельзя было воспринимать серьезными противниками, чего слушать их жалкие бредни? На бумаге вертолеты выкашивали из пулеметов вооруженные мечами и луками рати. Полевая артиллерия легко громила старомодные крепости, физически не способные служить защитой для спрятавшихся внутри солдат. Оставшееся после бомбардировок мирное население сгонялось в резервации. Ученым было очень интересно покопаться во внутренностях таких необычных существ. Да и дешевая рабочая сила лишней никогда не была. Тем более, что по существующим законам рабство было запрещено только для людей, а про представителей других видов в конституции не было сказано ни слова.

— Ай! — Неловко дернувшаяся секретарша пролила ну просто очень горячий кофе на штаны ожидающего ароматного напитка нелюдя и замерла, словно птичка перед змеей. В глазах её уже проносились все возможные и невозможные варианты собственной смерти, вплоть до потрошения заживо и зажаривания на костре прямо перед зданием правительства.

— Ох. Да что ж вы все на меня так смотрите, будто я монстр какой? — Тяжело вздохнул охранник посла. А после взглядом заставил развернуться девушку на сто восемьдесят градусов и отвесил её хорошего шлепка пониже спины. — Новый стаканчик спроси на кухне! И вообще, Шиэль, хватит так улыбаться. Энергетических следов телекинез почти не оставляет, но зачем они вообще нужны, если все твои эмоции написаны на лице?

Женщина-змея захихикала и прикрыла себе лицо журналом, с обложки которого призывно улыбалась сжимающая свою грудь рыжеволосая красотка. Вице-президент мысленно попросил небеса, чтобы она листала издание для мужчин не в качестве обеденного меню.

Мокрое пятно на одежде вполне разумного чудовища высохло. Вице-президент предположил, что он просто заставил усилием воли влагу испариться. Не самый впечатляющей трюк после того, что он уже видел по видеозаписям или даже вживую. Казавшаяся неудержимой лавина экспансии встретила отчаянное сопротивление местных жителей. Первой ласточкой послужила перерезанная прямо в казарме сотня спящих солдат. Диверсанта схватили и допросили. Оказывается, гулявшему далеко от родного дома охотнику нажаловались на свою судьбу призраки его домочадцев, закончивших жизнь на лабораторном столе пытливых до новых знаний ученых. И он пошел мстить, причем далеко не безуспешно. Специалист по добыче редкого и опасного зверя половину своей жизни провел в местных крайне опасных лесах, совершенствуясь в искусстве быть абсолютно незаметным. А в молодости он проходил курс обучения не то в академии магии, не то в духовной семинарии…Местные эти два понятия разделяли слабо. А изучавшие дикарей эксперты внимания религии уделяли прискорбно мало. И сочли потери чрезвычайной ситуацией, тем не менее укладывающейся в допустимые рамки. До первого штурма поселения, которое имело статус города. И встречи с младшим жрецом.

— Эй, чурбан! — Лежавшая на столе авторучка отправилась в короткий полет, чтобы разлететься в пластиковые щепки при столкновении с лицом полирующего череп охранника. — Оторвись уже от пополнения своей коллекции, на меня посмотри!

Вице-президент ощутил дурноту. Строчки с описанием результатов боестолкновения с младшим жрецом, выученные им едва ли не наизусть, сами собой встали перед глазами. Перед внезапным ударом единственный на весь городок священнослужитель, на полставки работающий главным колдуном, был выбран приоритетной целью. По рекомендации магов-специалистов дом их наиболее авторитетного в данной местности коллеги уничтожили дистанционно. Работавшие на их страну чародеи были не слишком опасны в прямом противостоянии, но вот если дать им возможность для партизанских действий… Чтобы избежать лишних потерь, с беспилотника пустили ракету. Как оказалось, надо было бить сразу противобункерным боеприпасом. Или вообще тактический ядерный заряд использовать. Здание устояло, жрец выжил. Ну, он и две его жены банально не ночевали дома, оставшись у какой-то прихожанки на ночь. А детскую при строительстве разместили почему-то в хорошо укрепленном магией подвале. Почти половину ребятишек удалось откопать живыми. Закончивший спасательные работы взбешенный священнослужитель вместе с разъяренными до невозможности супругами своим примером показал, что мститель из числа охотников был просто жалким дилетантом.

— У? — Вопросительно уточнил единственный в этой компании монстров мужчина, потерев пострадавший лоб, но даже не оторвавшись от своего занятия. Хотя оно ему нанесло видимых повреждений больше, чем весь похоже уже закончившийся конфликт. Во всяком случае военные не оставили на его теле никаких следов. А вот чешуйчатая рептилия-нудистка рассекла кожу аж до крови. Впрочем, выступающая из ссадины алая жидкость почти мгновенно втянулась обратно, а рассеченная кожа сомкнулась без следа.

Вице-президент облегченно выдохнул. Похоже, здание правительства еще постоит, а находящиеся внутри него люди пока поживут. При захвате того самого злополучного города рухнуло пять десантных вертолетов, сбитых вылетевшими непонятно откуда огненными шарами. Существенная потеря людей и техники была сравнима с месяцем оккупации какой-нибудь маленькой страны, чье население активно возражает против попытки нести им цивилизацию и чужие законы. Провалилось под землю три сверхсовременных танка и один шагающий боевой робот. Их потом отрыли, а задохнувшийся экипаж вытащили, но снова поставить в строй не смогли. Вся тонкая механика электроника просто сгнила, оставив после себя много очень дорогого железного лома. Пропало некоторое количество бойцов, оказав разлагающее влияние на моральный дух солдат…Некоторы из них потом даже нашли. Кое-кого даже живыми. Правда, без части внутренних и внешних органов.

— Я хочу туда! — Как оказалась, листаемый женщиной-змеей журнал для взрослых уже успел смениться туристическим путеводителем. — Прямо сейчас!

Глядя на эту капризначащую особу, вице-президент просто не мог поверить, что перед ним находятся представители тех сил, которые по факту уничтожили его государство. Да, города стоят покуда на прежнем месте и население их по большей части живо, но уже никогда ничего не будет как прежде. В числе эвакуированных на родину калек попал и младший жрец со своими супругами. Их особо и не проверяли. Даже не допрашивали. Ну сложно это сделать по отношению к окровавленному куску мяса, лишенному глаз, ушей, носа, языка, больших полосок кожи и половины конечностей…Лишь намного позже эксперты узнали, что чары иллюзии для будущих священнослужителей являются профильной дисциплиной. И одной из самых важных. Попавшие на родину своих врагов мстители смылись из военного госпиталя, пробрались на ближайшее военное кладбище и, принеся в жертву несколько сотен попавшихся им под руку человек, подняли около трех тысяч мертвецов. А после с помощью сохранивших часть своих прижизненных умений покойников взяли штурмом ближайший арсенал и отправили ходячие трупы сеять смерть и ужас. Уничтожить нежить быстро не смогли. Замолчать происшествие, стоившие жизни десяткам тысяч людей, тоже. Тем более, что через неделю оно повторилось. Троица колдунов героически гибнуть вовсе не собиралась. Перед ними стояла совсем иная задача. Месть. Страшная и кровавя. А для её совершения требовалось оставаться в нормальном состоянии и на свободе. Общественность содрогнулась от регулярных нашествий тварей, протерла глаза и потребовала у правительства объяснений.

— Угу. — Череп военного министра по-прежнему занимал телохранителя посла целиком и полностью. — Да-да, обязательно…

В воздухе замерцало марево портала. Открытого без всяких видимых усилий и приготовлений. С той стороны пространственной аномалии донеслись азартные выкрики. Осторожно заглянув в него, вице-президент встретился взглядом с ошеломленным крупье. Пока работник сферы развлечений и второе лицо государства смотрели друг на друга, на первого из них приземлилось нечто среднее между птицей и женщиной. И принялось требовать с него свой выигрыш.

— Казино?! — Растопырившей пальцы черно-белой красотке хватило одного взгляда на портал, чтобы понять куда он ведет. — Опять?! Ну, уж нет! Мне еще прошлого раза хватило!

— У нас тут война проиграна, а развлекательные заведния все равно работают. — С тоской подумал вице-президент, вспоминая начало открытого конфликта, события, случившиеся каких-то пару месяцев назад. Кто-то из пытавшихся отбрехаться официальных лиц впервые произнес страшные слова 'война', 'другой мир', 'магия'. Секретная и обязанная оказаться крайне легкой операция перешла в состояние полноценного конфликта, к которому страна не готовилась. И тут трясущиеся эксперты в виде доморощенных колдунов и с их помощью изучавших дикарей специалистов на подкашивающихся ногах притащили командованию шокирующие сведения.

Весь этот хаос и кровавую баню устроили не лучшие из лучших, а худшие из худших. Провинциальные специалисты, стоящие в самом низу иерархии себе подобных и привыкшие к сугубо к мирной жизни. Равных им есть еще многие сотни, если не тысячи. А сила, талант и мастерство старших из числа местных жрецов и чародеев растут пропорционально занимаемому положению в обществе. Вернее наоборот, чтобы чего-то добиться, нужно что-то из себя представлять на общем фоне. Способности же родных экспертов-колдунов на местном уровне могли признать недостаточными, чтобы выдать им справку о начальном магическом образовании. Но и на этом 'хорошие' новости не закончились. Мир, в которой так радостно и резво вломилась армия вторжения, оказывается, прекрасно знал о том, что он такой не один. И поддерживал с соседями связи. Торговые, культурные, родственные, религиозные. Как оказалось, существовал целый конгломерат измерений, чьи обитатели очень внимательно относились к объединявшему их в единое целое не то к учению, не то к религии…И это именно его адепты могли голыми руками переделать прущий на них танк в комфортное мягкое кресло, усесться в него, откусить у летящей им в лицо ракеты боеголовку и запить её сцеженной у подбежавших к этакому сибариту врагов кровью. После подобных известий у мало-мальски компетентных военных начались ночные кошмары и энурез.

— Действительно! — Поддержала коллегу наиболее человекообразно выглядевшая девушка, делая непонятный жест в сторону разрыва пространства. Который тот час же исчез с легким хлопком. — Тем более мы сейчас на работе!

— Хороший спектакль. — Мысленно поаплодировал им вице-президент. — Если бы они не говорили на нашем языке, то я бы может в него и поверил…Стоп…Но ведь они и не говорят…Однако все слова тем не менее вполне понятны.

— Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! — Совсем по-детски заканючила женщина-змея. — А еще с меня ведерко клубничного мороженного!

— Ну, если так… — Светловолосая и остроухая закалебалась. — Нет! Все равно нет! Наш семейный бюджет не может себе позволить такие катастрофы, как ты в казино, чаще чем раз в три месяца!

— Предательница! — Обиделась чешуйчатая нудистка и плюнула в любительницу мороженного какой-то бесцветной жижей. Та пригнулась. В стене за её спиной образовалась дыра, размером со слоновью голову. Вошедшая в кабинет секретарша, подающая охраннику после его напток, снова пролила кофе. И опять на то же место.

— А ну цыц! — Готическая красотка исчезла с дивана и появилась на столе. Во всяком случае, так показалось вице-президенту. И лишь пошедшая по помещению волна ветра свидетельствовала о том, что она на самом деле не телепортировалась, а преодолела это расстояние обычным способом. Только очень-очень быстро.

— Учишь тебя, учишь! А толку никакого, тупое ты создание! Мозгов нет, одни инстинкты! — Черно-белая девушка скатывала отчаянно сопротивляющуюся противницу в чешуйчатый клубок. — Давно пора тебя гнать из семьи…Хм…Эй, мужчина, а вы не хотите завести себе нового питомца? Приучена к туалету, телевизору и горячему кофе. К одежде приручаем второе столетие, пока безуспешно. Хотя, как мне кажется, определенный прогресс все же есть. По команде «Дай лапу!» способна отгрызть руку боевому роботу. Утопить не пытайтесь — у неё жабры. Прививок нет, родословной нет, кастрирует сама кого угодно. Отдадим бесплатно или примем в подарок книгу «Блюда экзотической кулинарии из морских животных».

— Я…Э…Нет! — Вице-президент увидел, как с надеждой глядит на него эта готическая красавица. И понял, что если он согласится, то это ей очень понравится. Вот только вряд ли он переживет ответную реакцию развернувшейся девушки-змеи.

— Что за паршивый мирок! — Вздохнула черно-белая. — Вместо нормальных мужиков какие-то трусливые паникеры, которые только и умеют жать на кнопки или швыряться бомбами с высоты!

Вице-президент поморщился. Но смолчал. С точки зрения стоящей перед ним особы примерно так все, наверное и обстояло. С другой стороны, хорошо идти в бой лицом к лицу, если ты с равным успехом можешь отбивать рукой лазерные лучи, бегать быстрее боевого робота на атигравитационной подушке и заживлять раны, с которыми обычные врачи хоронят пациентов в закрытых гробах. А все это победители умели. И даже сверх того. Когда армия вторжения, наконец, встретила настоящее противодействие со стороны подготовленных профессионалов, быстро выяснилось, что все достижения прогресса, которыми так гордилась его страна, не стоят. Да и техника у их противников имелась. Конструкторы натуральным образом плакали, когда им притащили образец чудом подбитой магической бронетехники. Пошедший на её изготовление зачарованный металл, судя по химическому анализу даже толковой сталью не являющийся, демонстрировал прочность как минимум титанового сплава. А весил немногим большие фанеры того же объема. Соответственно конструкция из него получалось нереально быстрой и прочной.

Правда, слишком уж много машин-артефактов, прибывающих на оккупированную территорию откуда-то из дальних краев и как бы не иных измерений, военные добыть так и не успели. Они дали несколько крупных сражений, с треском их проиграли и объявили общую эвакуацию. Которая приняла характер лавинообразного бегства после того, как камеры бесстрастно крутящегося на орбите спутника транслировали картинку, на которой из эпицентра устроенного на месте последнего побоища ядерного взрыва выходили какие-то фигуры, светящиеся от покрывающих их защитных заклинаний. Портал закрыли, материальную его часть на всякий случай разобрали. И стали спешно готовиться к оборонительной войне. Все были уверены, без последствий неудавшаяся попытка экспансии не останется. Собранные в кулак силы помогли выиграть время, когда долгожданное вторжение наконец началось. Сильнейшая армия мира смогла продержаться почти сутки, прежде чем у неё кончились техника и солдаты. Возможно, кто-то где-то уже сражался, но это была уже агония.

— Ну, наконец-то! — Третий стакан кофе наконец попал по назначению, в руки полирующего череп монстра. — Хм, я вижу, вы хотите что-то у меня спросить?

— Скажите, а… — Выполнившая свои обязанности секретарша надолго замялась, но все же набралась смелости, чтобы заговорить. — А это правда, что у вас обязательное многоженство? И все неженатые девушки попадают в рабство?

— Пф! — Подавился кофе охранник посла. Двое из его спутниц прекратили бороться и свалились с дивана, оглушительно хохоча. И даже самая спокойная из них, светловолосая, не смогла сдержать хихиканья.

— У вас абсолютно неверное представление о наших обычаях. — Все еще улыбаясь, сказала она. — Рабство есть, тут не спорю. В моей родной стране, например, на шестьдесят миллионов жителей приходится примерно пять тысяч рабов. Из них половина пожизненно осужденные преступники, вторая — военнопленные. Для вторых подобный статус есть явление временное. Женщин намного больше, тут все верно. Мужчин просто в плен не так охотно берут.

— И многоженство есть. Вон, наш муж подтвердит! — Кивнула женщина-змея на обладателя энергетического протеза. Но тот не ответил, был занят. В очередной раз избавлял свою одежду от кофе. — Но оно не общее. Просто это одно из обязательных требований к жрецам. Причем кандидаты на этот пост должны не только предъявить супруг из разных рас, но и доказать, что каждая из них как минимум равна ему по силам и теоретически может своего главу семьи прикончить. Если захочет и если так будет зачем-то ей нужно.

— Какой странный обычай. — Секретарша была шокирована. Впрочем, вице-президент, когда ознакомился с этой информацией, сначала хотел вынести выговор виновным в столь глупой шутке. Которая оказалась самой настоящей правдой.

— Рациональный. Заставляющий кандидатов быть очень чуткими существами, умеющими налаживать совместную работу между очень разными личностями, постоянно перетягивающими одеяло на себя. — Пожала плечами отсмеявшаяся готическая красотка, используя достоинства чешуйчатой нудистики в качестве подушки. — Во всех смыслах. Для нас еще и прописан минимальный уровень магической силы. К слову весьма высокий. Я едва-едва смогла дотянуть до нужной планки и то лишь со второго раза. Соответственно та, кто обладает подобными талантами, в принципе не особо нуждается в муже. При желании любая из нас может с необычайной легкостью комфортно устроиться одна. Причем где захочет и кем захочет.

— К тому же жрец по факту является командиром небольшого сплоченного отряда из сильных волшебников. — Все еще улыбаясь, добавила светловолосая. — К тому же кровно заинтересованного в их общем благополучии. Проблем, с которыми не сможет справиться такая команда, на самом деле очень мало. И именно поэтому продвижение вверх по иерархической лестнице у них сильно зависит от состава семьи.

— Но… — Девушке такое было сложно принять. А еще она по мнению вице-президента была не слишком-то умна. Иначе бы не задавала таких глупых и провокационных вопросов настолько опасным собеседникам. Или просто не смотрела телевизор, в котором показывались результаты того, что бывает когда рассердится по-настоящему сильный маг. — Зачем это нужно? Нет, ну мужчинам то ясно…Но вам?!

— В основном для удовлетворения собственных амбиций. — Ухмыльнулась женщина-змея. — Хорошего мужика найти сложно, а жрецы гарантированно представляют собой первосортный продукт, который сможет помочь тебе всегда и во всем. К тому же те, кто выполняет все требования нашей религии, взамен накладываемых на них обязательств получают самое ценное, что только есть во всех мирах. Инструмент, при помощи которго всегда можно добиться желаемого. Силу.

— И семью. — Сочла нужным заметить черно-белая красотка. — А вместе с ней мир, покой и настоящее счастье.

— Да-да. — Помахала рукой женщина-змея. — Вот только хорошо жить может любой. А жить хорошо и постепенно набрать достаточно мощи, чтобы убить всех, кто попробует разрушить твое благополучие, могут только жрецы. И их жены.

— Это как? — В глазах секретарши виднелось крушение её картины мира. — То есть чем больше жен, тем выше статус в иерархии и тем сильнее ваши заклинания?

— Нет, не дура. — Решил для себя вице-президент. — Спецагентка. Видимо кто-то из наших спецслужб пытается работать и получать информацию даже в таких условиях. Если выживет, представлю к награде. И возьму на заметку. Такие холоднокровные профессионалы мне нужны.

— Не совсем. — Поправила секретаршу светловолосая. — Официальный статус жреца далеко не главное. Просто надо жить по заветам нашей веры. Соблюдать все предписанные там требования. Не формально, а на самом деле. И тогда способности и таланты тех, кто занимается этим, действительно растут. До того, как выйти замуж, я была обычным целителем. Могла убрать синяк, вылечить простуду, наслать на недруга головную боль…

Вице-президент кивнул. Такое могли и находившиеся у него в подчинении чародеи. Если они еще не дезертировали. Или не поглибли.

— Потом вышла замуж. Супруг попался хороший, соблюдающий предписанные исповедуемым нашим учением правила. Мы крепко встали на ноги, притерлись друг к другу. Постепенно семья расширилась за счет ночных жен и детей. Муж получил статус жреца. Теперь я способна исцелить любые раны. Застарелые травмы. — Продолжала рассказывать девушка. — Магические повреждения энергетического тела. Снимаю проклятия. При необходимости даже выращиваю новые органы.

— Еще бы. — Фыркнула женщинма-змея. — Учитывая, какое у тебя за эти годы было количество практики сначала просто с пациентами, а потом с ними и нашими детьми, тут и самый последний бездарь бы научился. Ладно больные, калечащиеся кто во что горазд. Но карапузы это действительно нечто! Последнее время я подозреваю, что эти мелкие паршивцы специально бьются об острые углы, дают покусать себя разной хищной и ядовитой пакости или допускают ошибки во время тренировок. Особенно те, которые взрослые. Поскольку только когда они тяжело больны, мы снова начинаем с ними сюсюкаться, а наш муж бросает свою высокую политику и вспоминает о том, что у него вообще-то есть семья! А если не вспоминает, я ломаю ему ноги!

— Два дня назад супруг сурово меня наказал за то, что я хотела распылить в вашей столице собственноручно созданный штамм чумы. — Спокойно, с улыбкой, продолжала рассказывать светловолосая. — Я пришла к этой идее после того, как изучила захваченные документы ваших военных о использовании биологического оружия. И полюбовалась на притащенные ими контейнеры, внутри которых дожидались своего часа боевые микроорганизмы. Над которыми мной потом было поставлено несколько опытов, которые должны были повысить их эффективность.

— Да? — Задумалась готическая красотка. — Я думала, тебе эту отраву мой кузен-некромант подарил. Вы же с ним так оживленно перепесивыетесь на счет общих вопросов магии жизни и смерти.

Секретарша сглотнула и побелела. Не настолько, как явно пользующаяся косметикой гостья из иного мира. Но все же весьма и весьма.

— Это уже не уровень простого и скромного целителя, которым я считалась когда-то в молодости. — По-прежнему с мягкой улыбкой продолжала рассказывать светловолосая. — За то, что соблюдались святые заветы, в дар была получена истинная сила. Когда точно, не могу сказать. Могущество моё увеличивалось постепенно в течении многих лет. И если не свернем все мы с избранного пути и не остановимся, то не отвернется от нас бог и продолжит одаривать своими милостями.

— Не обращайте на неё внимания, она у нас слегка на голову ушибленная. — Посоветовала вице-президенту и секретарше женщина-змея. — Хотя суть передала верно. По сути наша религия — простая сделка между паствой и богом. Мы ведем себя так, как он хочет. Способности и таланты наши растут. Высокое начальство всегда жулье, это аксиома. Но данный тип, которого к сожалению трудно найти и еще труднее поймать, свои обязательства держит. Пускай и не всегда он уделяет верующим свое внимание, но если терпеть достаточно долго, то очередь и до тебя дойдет.

— Значит, чтобы стать жрецом нужно иметь двух жен младших рас. — Секретарша отбросила в сторону даже ту невеликую осторожность, которую до сих пор проявляла. — И выдержать какие-то испытания на вступление в сан. Верно?

— Чтобы считаться младшим жрецам и вправду нужны минимум две супруги разных рас. — Спокойно кивнул охранник посла, видимо все-таки закончивший приводить череп в идеальное состояние. — Ну и для закрепления своего положения надо бы все же пройти испытания. На что они способны вы знаете.

— Уничтожить маленький городок. — Кивнул вице-президент, невольно отвечая ему вслух. — Или спасти от почти любой угрозы.

— Обычным шесть. — Продолжал рассказывать зеленокожий. — Уговорить столько женщин жить дружно, это сложно. А еще помимо несколько усложненных испытаний добавляется обязанность поддерживать их всегда молодыми, здоровыми и красивыми. Можно перепоручить эти обязательства одной из супруг, но за помощью к посторонним специалистам обращаться нельзя. Редкий мегаполис может похвастаться тем, что в его храме живет истинный жрец. Но если такой там все же есть, то даже крохотное село за несколько лет превращается в крупный город, почти не знающий проблем.

Вице-президент смолчал. Маги такого уровня…По сути дела бессмертные…Нет, сколько-то их в его родном мире было. Штук пять. Ни одного не удалось убедить сотрудничать целиком и полностью на постоянной основе. Максимум — просьбы. А злить подобных персон было себе дороже. В ответ могли устроить многое. Собственно нет причин удивляться своему поражению, если у противника таких по меньшей мере десятки и все работают сообща.

— Старшим жрецам вроде меня полагается десяток жен. Хорошо хоть не обязательно таскать их с собой повсюду одновременно. Идиотов, с какого-то перепугу согласившихся на подобный статус, редко бывает больше, чем несколько штук на целый мир. Хотя чем более развита среда обитания, тем больше в нем священнослужителей. Жаль, на нашу родину свет истинной веры попал совсем недавно. — На этом зеленокожий тяжело вздохнул. И покосился на своих спутниц. — Эх, зачем я согласился тянуть эту лямку?! Мне дел и без того по горло хватало! Но нет, кого-то потянуло в политику!

Женщины дружно отвели глаза и сделали вид, что они тут вовсе не причем.

— Теперь то пустыню ты в цветущий сад превращай, то вечную мерзлоту растапливай, то реки поварачивай! В прошлом году меня остров со дна морского поднять как-то уговорили! А то видите ли маленькому, но очень гордому княжеству, сестра правителя которого сейчас старательно разглядывает свой хвост, начала угрожать проблема перенаселения! — Жрец возмущенно уставился на женщину-змю. Та картинно засмущалась. Довольный достигнутым результатом, мужчина начал по-настоящему орать, закатывая при посторонних настоящий семейный скандал. — Теперь вот еще войну выигрывай, пространственные барьеры создавай, чтобы вся радиация от взрывов в межмировое пространство ушла! А у нас ведь дети дома одни сидят! Небось опять на подвиги попрутся, едва родители из дома уйдут! А мне потом опять с драконами дипломатический конфликт улаживай и новых внуков запоминай! Вы учтите, я их образованием и воспитанием больше заниматься не собираюсь! Мне продвижение по службе не нужно! Если работы еще прибавятся, то все брошу и уйду в еретики-отшельники-аскеты!

— Для высших жрецов планка резко задирается вверх, ведь там уже добавляется требование к количеству и качеству детей. — Тихонько поведала черно-белая на ухо замершей секретарше. — Для получения этого статуса у каждой супруги жреца должно быть хотя бы двое детей, не уступающих своими талантами родителям. Вот только очень мало кто такого добиться может. Зато каждый достигший такого статуса удостаивается личной беседы с нашим богом. Честно говоря, я давно мечтаю на него посмотреть…

— Через мой труп! — Заорал зеленокожий так, словно его режут. — Делать нечего! Да я вас искалечу, чтобы откосить, если вдруг это случится!

— Боится, что нас у него уведут. — Подмигнула замершей секретарше женщина-змея. — Наш бог такой. Он может. И даже компенсации потом не выплатит. Придется муженьку тогда самому изыскивать средства своему покровителю рожу набить. Еще говорят есть верховные жрецы…Но пока такой вроде бы всего один. И то его многие уже как бога чествуют, поскольку планка, отделяющая такую персону от всемогущества, чувствуется крайне слабо. Там требуется, чтобы не меньше двадцати внуков достигли статуса старших жрецов. А правнуков чтобы было не меньше, чем десять тысяч. По всем расчет это достаточное количество, чтобы завоевать, удержать и привести в свет истинной веры даже самый сопротивляющийся мир.

— Все! Он готов. — Дверь кабинета распахнулась и на пороге предстала улыбающаяся особа женского пола, сжимающая когтистой лапой здоровенную кипу документов. Краснокожая, рогатая, крылатая. И слегка исходящая черным дымом, пахнущим почему-то словно ореховое масло. Виднеющийся за её спиной президент выглядел так, словно эта демоница вместо согласования условий капитуляции показывала ему самый лучшие с её точки зрения уголки преисподней. — Я его дожала. Милый, завизируй акт о капитуляции на каждой странице!

— Дорогая, а может ты сама? — С надеждой протянул жрец, окидывая взглядом груду государственной макулатуры. — Ты же так хорошо подделываешь подчерк…

— Вот еще! — Толстенный слой бумаг хлестнул зеленокожего по лицу. — Хватит с меня и того, что ты сразу после свадьбы свалил на меня всю официальную волокиту с государственными делами и вдобавок к ней добавил бюрократическую тягомотину!

— Эй, между прочим, это был брак по расчету! — Заявил жрец и тут же был вынужден защищаться руками от следующего удара бумагами. — Зачем бы мне могла понадобиться еще одна жена, если она не будет воевать со всей этой бюрократией? Прекрати, прояви уважение к моему сану и могуществу…. Ай! Хватит! Помогите!!!

Content

Мясоедов Владимир Михайлович
Спасти рядового Иллидиана

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Эпилог