Julianna S. (Star)

Сокрытое временем

«Дневник», — написал Малдер первое слово и задумался. Раньше приходилось вести дневник по многим причинам. Сейчас же это были не просто заметки, а способ запомнить недавние события. Он переживал, что снова может что-то забыть. Бывший агент до этого несколько раз страдал амнезией: исчезновение сестры, сфабрикованные обвинения в убийстве. А теперь… Малдер сомневался, что это просто амнезия. Он боялся, что сходит с ума.

Дневник Фокса Малдера, 1990 год

«Газеты, телевидение, — все говорит о том, что сейчас 1990 год! А значит мне 29 лет. Этого не может быть! Я уже прожил 1990 год, так же как и последующие одиннадцать лет. Мне сорок один год. Я помню все прожитые годы: свою работу, борьбу, любимую женщину и сына. Последнее мое воспоминание перед провалом в памяти связано с письмом Скалли. Я находился в убежище у друга. Ночь выдалась холодной. Я проворочался в постели, вспоминая каждое слово из письма. Только с рассветом меня окутал сон. А затем — пустота. Сейчас у меня есть лишь одно подозрение: мое перемещение как-то связано с новым делом. Мы с Фрэнком задумывали удар по планам колонизаторов. Но в чем он заключался, и удалось ли нам его воплотить, я не могу вспомнить.

Два дня назад я очнулся в своей старой квартире. Обстановка, за исключением незначительных деталей, была прежней. Первые минуты все казалось правильным. И вот с уходом остатков сна, пришло понимания, где я нахожусь. Что я здесь делаю? Что заставило меня вернуться? — задавался я вопросами.

Я позвонил Скалли. Знаю, это было опасно. Но моя амнезия казалась не менее опасной. «Номер вызываемого абонента не существует», — сообщили мне в трубку. Это заставило паниковать еще больше. Что случилось с номером Скалли? Еще вчера она писала, что все было по-прежнему. И вдруг невероятная мысль мелькнула в голове: что если для меня «вчера» было на самом деле несколько дней назад… Что должно было произойти, чтобы я вернулся в свою квартиру? Не мог же я просто исчезнуть из убежища и материализоваться здесь…

Голова шла кругом. Я включил телевизор, надеясь узнать, сколько дней прошло с момента моих последних воспоминаний. Ведущий новостей сообщил, что сегодняшний день станет важной датой в истории американской политики, провозгласив начало девяностых новой эпохой.

Первая моя мысль: очередное ток-шоу подняло архивы новостей. Но на всех каналах твердили о 1990 годе. Что за день девяностых устроили на телевидении?

Раздался стук в дверь. Я быстро выключил телевизор, задаваясь вопросом, кем может оказаться незваный визитер. Осторожно заглянув в глазок, заметил газету на пороге. В коридоре никого не было.

Я не мог поверить глазам, но и с новой газеты смотрел на меня 1990 год.

Дурной сон! Ущипнув себя несколько раз, я так и не смог прогнать наваждение.

Я надеялся, что холодный душ поможет очнуться. Но зеркало в ванной комнате удивило меня еще больше. В нем отражался я, но моложе лет на десять, без лишних морщин на лице и без проборов седых волос.

Я решился заглянуть к соседям и пройтись по улице. Даже осмелился зайти в здание Гувера. Это был 1990 год, без сомнений. Нет, этот кошмар — не сон. Что же мы натворили с Фрэнком, что я оказался здесь? Конечно, оставался вариант, что я сошел с ума. Но слишком много странных событий происходило в жизни, что бы я так просто поверил в свою невменяемость. Мне нужна помощь Скалли. Могу ли я вмешиваться в прошлое, чтобы поговорить с ней? Как это может повлиять на наше будущее? Я решил не торопиться со встречей.

Размышляя, что делать дальше, я осознал, что в этом времени секретные материалы как раз появились в моей жизни. Старые дела, куча папок и пыльный подвал. Я все еще работал в отделе тяжких преступлений и только после основной работы или в выходные мог уделять время секретным материалам.

На следующий день с раннего утра я сидел в подвале здания ФБР, разыскивая похожие случаи в папках. Я нашел дела о путешествиях во времени. Вспомнил дело, которое расследовал со Скалли. Но в моем случае все было по-другому. Я хотел поговорить с кем-то, но знал, что мне не поверят.

После обеда в подвал заглянул агент Рас. Я работал с ним в паре над несколькими делами. Рас сообщил, что меня ищут. Нас направляли на очередное расследование. Просматривая файлы, я понял, что не знаком с этим делом. Неужели прошлое начало меняться? Возможно, мой скачок в прошлое связан с расследованием? В любом случае, игнорировать я это не мог».

* * *

Дана закончила отчет по очередному вскрытию и задумалась, отложив в сторону бумаги.

Учеба в медицинском университете закончилась год назад. Сейчас подходила к концу интернатура по судебной медицине.

«Куда дальше?» — был главный вопрос на протяжении нескольких месяцев. Ей пришло пару предложений работы патологоанатомом. Многие сокурсники уже определились с дальнейшей работой, но Дана все никак не могла сделать выбор. Ей нравилась судебная медицина. Для нее это было очередным вызовом. Отец говорил, что это мужская работа. Убеждал выбрать другое направление в медицине. Но она была непреклонна. В течение года интернатуры Дана доказывала себе и окружающим, что справляется не хуже мужчин. Но что теперь? Она добилась, чего хотела. Но со временем все превратилось в рутину: адреналин больше не подскакивал, как в начале, в крови, заставляя увлеченно работать, да и работа уже не приносила былого удовлетворения. И появились сомнения.

— Дана Скалли, зайдите в кабинет директора лаборатории! — донеслось из громкоговорителя.

Очередное предложение работы. Теперь пораньше уйти домой не получится. Придется слушать, мило кивать и обещать подумать.

Скалли сняла лабораторный халат и подошла к зеркалу.

Она распустила хвостик, и темно-рыжие локоны упали ей на плечи.

Дана устала от халата, от стен лаборатории. Нужен перерыв, иначе она никогда не примет решения.

Скалли поднялась на этаж выше и заглянула в кабинет директора.

У письменного стола стояла женщина средних лет в строгом деловом костюме.

— Извините, — окликнула ее Скалли, — где директор…

— Вы Дана Скалли? — перебив ее, спросила женщина.

— Да.

— Проходите. Я комиссар полиции Анжела Тишоу.

Женщина протянула руку, и Скалли пожала ее, удивляясь мужской хватке комиссара.

— Вы слышали об исчезновении четырех девушек?

— Слышала о двоих, — вспомнила Скалли программу новостей.

— На данный момент — уже четверо. Но мы до сих пор не можем найти, что их связывало.

— И зачем вам я? — напряглась Скалли. Очередное предложение работы, но на этот раз необычное. Дана чувствовала подступающее волнение.

— Это деликатное дело. Одна из пропавших — дочь помощника мэра. Мы подозреваем, что в университете, где учились двое из пропавших — не все чисто. Были проведены проверки, допросы, но они ничего не дали. Нам нужен человек изнутри.

Скалли видела, как неловко женщине говорить. Но она все еще не понимала, чем может помочь.

— Я не знаю…

— У нас к вам предложение. Мы хотим внедрить вас в персонал университета. Что скажите?

— Неожиданно, — единственное, что смогла произнести Скалли.

— В других обстоятельствах, я бы дала время подумать. Но сейчас у нас нет такой роскоши.

— Почему выбрали меня?

— Нам порекомендовали вас. Я не могу сказать, кто именно. Но он заверил нас, что вы не откажитесь. Он ошибся?

— Нет! — спохватилась Скалли. Это был шанс, хоть и необычный, она могла попробовать себя в чем-то другом. Единственное, что настораживало — кто ее так хорошо знал, что порекомендовал?

— Я согласна!

— Рада слышать. Завтра утром вы приступите к работе. Соберите вещи, вы будете жить в общежитие университета!

Комиссар достала папку и протянула ей.

— Здесь вся информация по делу. Расследование возглавляет ФБР. Но вы будите сотрудничать с ними через меня. Завтра в восемь утра жду вас в своем кабинете.

* * *

Скалли приехала домой в возбужденном состоянии. По дороге она размышляла о том, правильное ли решение приняла. Отец наверняка бы не одобрил. Но ведь это ее жизнь, ее выбор. Скалли достала сумку и начала собирать вещи.

Телефонный звонок прервал ее.

— Алло, — подняла трубку Дана.

— Привет, — послышался мужской голос. — Наши планы на сегодня еще в силе?

— О, Джек, извини, я совсем забыла! — Дана прикрыла глаза. Ужин совершенно вылетел из головы. Мысли о новой работе полностью поглотили ее.

— Столик заказан, нас ждут там через час.

— Я не могу. Сегодня мне предложили работу…

Скалли закусила губу, обдумывая как лучше сказать. Они с Джеком встречались уже месяц. Он работал адвокатом по уголовным делам. С ним было интересно. Ей нравилось слушать о его работе. Теперь ей предстоит окунуться в похожий мир. Стать его частью, а не просто наблюдателем со стороны.

— Ты знаешь комиссара полиции Анжелу Тишоу?

— Конечно.

— Я буду работать под ее началом.

— Значит, я буду чаще появляться в участке. Если нужна моя помощь, можешь обращаться в любое время.

— Спасибо, Джек, и извини, что так получилось.

Скалли положила трубку и взглянула на папку, лежащую на диване. Та словно манила ее. Взяв папку, Дана прошла в спальню, устроилась среди разбросанных вещей и вытащила копии следственных отчетов по делу и фотографии с места преступления.

В отчетах говорилось, что была найдена одежда, в которой последний раз видели пропавших, и на ней — следы крови.

Как установили эксперты, кровь принадлежала похищенным девушкам. Так же на каждом месте преступления был обнаружен клочок бумаги с руническими символами, приколотый к нижнему белью.

Возраст жертв — от двадцати двух до двадцати восьми. Пропавшими на данный момент считались пять девушек. Но только четырех из них могли отнести к одному делу, так как только их одежда была обнаружена в разных парках города. Было неизвестно, похищали девушек из парка, или же их одежду привезли туда позже. Если найдутся и вещи пятой, то можно будет остановиться на последней версии. Связь между пропавшими не прослеживается. Только две из них учились в одном университете.

Дана закрыла папку и взглянула на свою одежду. Завтра ей предстоит глубже вникнуть в дело.

* * *

Утром Дана подъехала к офису комиссара. Шел дождь. Взяв папку с пассажирского сидения, она взглянула на себя в зеркало. Деловой костюм и немного косметики на лице.

Теперь она хотела соответствовать тем людям, которые придерживались дресс-кода, и над которыми из-за этого смеялась в студенческие годы.

Скалли вышла из машины под дождь. Уложенные и распрямленные рыжие пряди в миг превратилась в завитки.

Анжела Тишоу сидела в своем просторном кабинете.

— Мисс Скалли, здравствуйте, — встретила Дану комиссар.

— Здравствуйте, мэм, — Скалли зашла в кабинет.

— Вас пристроят в аспирантуру, — сразу перешла к делу Тишоу. — Вы сможете контактировать с преподавательским составом, студентами, ординаторами. Вы просмотрели отчеты?

— Да, ознакомилась, — Скалли передала папку, присаживаясь напротив.

— Ваши новые документы, — комиссар протянула файл. — Будете изучать у них медицинскую генетику.

— Продолжать медицину…

— Профиль Университета — физика, но так же есть кафедры медицины, философии и другие. Одна из пропавших студенток изучала физику, другая философию. Так как вы окончили медицинский университет, то удобней будет, если мы направим вас на медицинский факультет. Попробуйте что-нибудь узнать, завтра в это же время встречаемся здесь.

Разговор был окончен и Дана нерешительно встала. Она ожидала чего-то большего от встречи. Создалось такое чувство, что ее словно кидали в воду как ребенка, проверяя, сможет ли выплыть. Была ли это действительно проверка или ее роль в деле не так важна? Чем бы это не оказалось, Дана твердо решила взять из него максимум опыта. Возможно, это был ее шанс, наконец-то, определиться с дальнейшей дорогой в жизни.

* * *

Здание университета представляло собой массивную пятиэтажку в форме буквы «П» с внутренним двором.

Не на шутку разыгравшийся ливень с порывистым ветром вынудил большинство студентов отсиживаться в здании. И только немногочисленная часть пребывала на улице около родной альма-матер.

Дана зашла в здание. Найти административную часть, зарегистрироваться, и отметиться на кафедре медицинской генетики не составило труда. Преподавательский состав показался излишне суетливым. Лишних вопросов, которых она так боялась, не задавали, а закончив с бумагами, отправили устраиваться в общежитии. Все это показалось ей странным.

Дане выделили небольшую, но одноместную комнату, что очень обрадовало. Кровать, тумбочка, шкаф, стол и холодильник занимали почти все место, оставляя небольшой проход.

Распаковав одежду, Дана решила лучше ознакомиться с университетом. Так как на кафедре медицинской генетики ее ничего не интересовало по делу, кроме странного поведения персонала, то она решила начать с кафедры атомной физики. Одна из пропавших училась там в аспирантуре.

Дана изучала физику еще в университете Мэриленда и надеялась, что полученные там знания помогут ей в этой тайной миссии.

Кафедра занимала все правое крыло университета.

Дана открыла дверь в ординаторскую. В просторной комнате с четырьмя столами сидела лишь одна девушка.

— Чем могу помочь? — спросила она, оторвавшись от бумажной работы.

— Здравствуйте. Я Дана Скалли, новый аспирант кафедры медицинской генетики. Хотелось бы ознакомиться с научными направлениями вашей кафедры, и возможно, я бы могла использовать кое-какую информацию в своей научной работе.

— Я Джена, тоже аспирант. Располагайся за одним из столов. Почти весь состав кафедры на собрании. Это затянется на весь день. А материалов для научной работы у нас хоть отбавляй.

Джена открыла большой шкаф, полностью забитый папками.

— Выбирай! — улыбнулась девушка.

— Спасибо!

Скалли повесила сумку на спинку стула и, пододвинув его к шкафу, села.

— Джена, а на какое собрание все ушли? — вытаскивая папки, как бы между делом, спросила Скалли.

— Руководство университета созывает совет в этом месяце уже второй раз. Что-то они зачастили последнее время. Раньше собирались раз в два месяца. Чувствую, грядут большие реформы.

Дана же чувствовала, что это не просто реформы, а нечто большее. Руководство университета что-то недоговаривает. Может быть, они замешаны в исчезновениях студенток? Надо будет обсудить это с Анжелой Тишоу при первой же встрече.

Дана просмотрела десятки работ, разыскивая фамилию одной из пропавших. «Невидимые материи и атомная физика» — гласило название научной работы Лейлы Хэнон.

— Интересная работа, — Дана привлекла внимание Джены. — Автор увлекается невидимыми материями!

— Ты про Лейлу, — сразу поняла девушка. — Да, она любит таинственное. Лейла тоже аспирант кафедры.

— Хотелось бы с ней поговорить.

— Сейчас это вряд ли возможно. Лейла уже три дня не появляется. Ее родители обратились в полицию. Они думают, что она пропала, как и остальные девушки. Ты слышала о них?

— Да. Но ты так не думаешь? — усомнилась Скалли.

— Лейла иногда так поглощена своими идеями, что ничего не замечает вокруг. За неделю до исчезновения она познакомилась с парнем. Кажется, она решила устроить себе отпуск! — Джена задумалась на секунду и тут же сменила тему. — Вот только сегодня в клубе должна выступать наша любимая группа. Мы хотели вместе пойти, а теперь я осталась без компаньонки.

— Джена, а ты не будешь против, если я пойду с тобой? — спросила Дана: это был шанс побольше узнать о пропавшей студентке и университете.

— Здорово! — воскликнула Джена.

* * *

В девять часов вечера Дана встретилась с Дженой возле клуба.

— Я в предвкушении потрясающего вечера! Пойдем! — Джена потащила Дану ко входу.

— Минутку, юные леди! — остановил их охранник и поставил люминесцентную метку на тыльной стороне кисти девушек.

Как только они вошли внутрь, знак засветился. Дана не смогла разобрать символ и вскоре потеряла всякий интерес к этой печати.

Скалли и Джена заняли забронированный столик.

— Лейла многое упускает, — делая заказ, сказала Дана.

— Она сама виновата!

— Джена, а Лейла дружила с другими пропавшими?

— Насколько я знаю, она была знакома с одной из них.

На сцену вышли гитаристы группы, и в зале тут же раздались восторженные крики.

— Не волнуйся, Лейла со своим парнем! — выпалила Джена, заканчивая разговор. — Расслабься, ты не занимаешь ее место.

— А вы часто с Лейлой приходили сюда? — попыталась продолжить тему Скалли.

— Относительно, — бросила Джена. — Смотри, а вот и вокалисты!

Тут восторженные крики переросли в нечто оглушительное, и Дана больше не делала попыток что-либо узнать.

Джена была поглощена музыкой. Дана старалась не выделяться и не пить. Но новоявленная подруга уговорила ее на пару бокалов вина, затем вытащила на танцплощадку. Надо во что бы то ни стало втереться к ней в доверие: Джена многое знала.

В общежитие Дана вернулась во втором часу ночи, и тут же рухнула на кровать. Странный сон немедленно окутал ее своими сетями.

* * *

Сначала Дана почувствовала ужасный запах: смесь сырости, мочи и еще чего-то отвратительного. Затем ощутила боль в руках.

Скалли открыла глаза. Она находилась посреди камеры со связанными руками, прицепленными к свисающему крюку.

— Тебе стоит сказать только «да»! — послышался мужской голос справа. — Твои мучения тут же закончатся.

— Что происходит? Где я? — из-за сухости во рту она могла только шептать.

Она попыталась оглядеться вокруг. Света от керосиновой лампы хватило, чтобы заметить присутствие двух мужчин. Один стоял около нее. В его внешности было что-то странное: длинные волосы, облегающий чистый костюм и неестественный цвет глаз. Второй мужчина стоял возле двери. На нем была накидка, полностью скрывающая внешность.

— У тебя даже рассудок тронулся из-за обстановки. Ты хочешь отсюда убраться в уютную комнату с пищей и водой? — продолжал сладким голосом мужчина.

— Освободите меня! — прошептала Дана.

— Скажи «да»! — мужчина склонился к ее уху.

— Хватит! — раздался властный голос человека, стоящего все это время в тени.

— Но она еще не согласилась!

— Довольно! Отведите ее в мою комнату, и принесите еды и воды!

— Думаешь, она станет покорнее? Я сомневаюсь! — засмеялся мужчина.

— Это уже мои проблемы!

Дана не знала, радоваться, что ее отвязывают, или паниковать. Как она сюда попала? Почему не может вспомнить ничего, что происходило накануне? Может, это дурной сон? Но все так реально! И тут ее начала охватывать паника.

— Иди веред! — приказал первый мужчина.

Дана следовала по лестнице за вторым. Свет лампы играл на каменных стенах, с которых струилась вода. «Куда я попала?» — Этот вопрос Дана задавала себе в сотый раз, пока они не вышли в просторный чистый коридор. Ее провели в комнату, где царил полумрак. Лишь несколько свечей и слабый огонь в камине освещал комнату.

— Скажи слугам, чтоб наполнили ванну и принесли еды! — распорядился второй мужчина, закрывая за собой дверь.

Дана застыла посреди комнаты. Теперь она осталась наедине с человеком, скрывавшим свою внешность.

— Кто вы? — осмелилась спросить она.

— Фокс… Фицджеральд. Тебе ничего не грозит, Сэйла.

Мужчина снял накидку. Его светлые волосы доходили до плеч. А в глазах не было ничего пугающего, в отличие от другого. Но привлекательная внешность не успокоила Дану. Ей нужно было выбраться отсюда.

— Почему вы называете меня Сэйлой? Это не мое имя! Меня зовут Дана! Что происходит? Почему я здесь?

— Дана? Но мне сказали…

В это время в дверь громко постучали. Дана от неожиданности подпрыгнула.

— Фокс, вы обещали, что мне ничего не грозит…

— Называй меня Фицджеральд! — тут же поправил он ее. — Входите!

Двое слуг вошли с ведрами горячей воды. Они прошли к ванне, стоявшей в углу комнаты. Только сейчас Дана заметила, что обстановка в комнате далеко не современная.

Как только ванна была наполнена, слуги вышли.

Дана позволила себе осмотреться. Ее взгляд остановился на резной деревянной кровати, занимавшей треть комнаты.

— Ты сказала, что тебя зовут не Сэйла…

Дана взглянула в зеркало перед ними, но увидела отнюдь не свое отражение. Не веря своим глазам, она подошла поближе и вытянула руку. Незнакомка в зеркале повторила движения. Фицджеральд подошел сзади.

— Что с тобой?

— Это не мое отражения! Это не я! — ошеломленно произнесла Дана, дотрагиваясь до своего лица. — Ты видишь меня такой же, как в зеркале?

— Да! Ты уверена, что это не твое отражение?

— Ты мне веришь? — удивилась еще больше Скалли. — Я хочу проснуться!

— И я хочу проснуться от этого кошмара!

В этот момент в дверь снова постучали.

Фицджеральд словно застыл, смотря на свое отражение. А когда прокричал «Войдите», его голос стал намного грубее, взгляд — хищнее, шаги — тверже, словно человека подменили. Он забрал поднос с едой и с силой захлопнул дверь.

— А теперь Сэйла, мы поговорим!

И тут знакомый звук разрушил странный мир, в котором она очутилась.

* * *

Дана проснулась от звона будильника. Нужно вставать, но сон все еще не отпускал. Ощущение, словно не спала вовсе. Усталость чувствовалась в каждой клеточке тела. Уставившись на часы, Дана осознала, что ночью завела будильник не на шесть, а на восемь. Вскочив с постели, она в спешке оделась, умылась, выбежала из комнаты, и позвонила комиссару с телефона на первом этаже.

— Комиссар Тишоу?

— Да.

— Здравствуйте, это Дана Скалли.

— Почему вы не явились на утренний доклад?

— Были некоторые проблемы. Но я готова подъехать сейчас…

— Нет. Оставайтесь на месте. К вам едут агенты ФБР. Потом доложите, как отреагирует персонал и студенты.

— В ФБР знают, кто я?

— Нет.

* * *

Дана пришла на кафедру медицинской генетики, когда по коридору уже сновали агенты ФБР и задавали вопросы.

— Почему вы тратите наше время? Ни одна из пропавших не училась на нашей кафедре! — кричал профессор.

— Но двое учились в вашем университете! — констатировал факт фэбээровец. — Я надеюсь, что больше никто не пропадет…

— Вы лучше бы искали похитителя, а не отвлекали нас! — бросил другой преподаватель.

— Мы вас уверяем…

Один из агентов неожиданно замолчал, уставившись на Дану. Почему он так на нее смотрит, ведь никто из ФБР не знает о ней? Дана ускорила шаг.

— Мисс, подождите!

Дана остановилась.

— Здравствуйте, я агент Фокс Малдер… это агент Рас.

Почему его имя кажется таким знакомым? Именно имя, а не фамилия. Где она могла слышать его раньше? И тут вспышки воспоминаний из сна вывели фразу: «Фокс… Фицджеральд». Это было наваждение. Человек, стоявший перед ней, совершенно не походил на героя сна, но в его взгляде было что-то до боли знакомое. Хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что она не спит.

— Вы Дана Скалли?

— Да это я!

Откуда он ее знает? Или ФБР уже доложили о ней?

— Вы здесь учитесь?

— Я аспирант, — ответила Дана, боясь, что ФБР выдаст ее своими вопросами. Два недовольных преподавателя стояли рядом, наблюдая за ними.

— Аспирант? Неужели? — удивился Малдер.

— Да!

Почему он не верит? Еще не хватало подозрений!

— И какого года вы аспирант?

— Агент Малдер, Дана у нас недавно! — вступился один из профессоров. — Она не знакома с пропавшими.

— А Дана сама не может ответить?

— Вы собираетесь пройтись по всему списку наших сотрудников? — раздраженно бросил другой преподаватель. — Может нам сделать День ФБР? Отменим все занятия. Ведь у нас только вы работаете!

— Я действительно ничего не знаю. Мне нужно идти, — Дана развернулась и быстро ушла.

* * *

Дана поспешила к ближайшему телефону-автомату: делать подобные звонки с территории университета она теперь опасалась.

Сначала неполная информация, без объяснений, за кем именно нужно следить, что искать. Затем — агенты ФБР со своими вопросами. Что за проверку ей устроили?

Прошло семь долгих гудков, прежде чем в трубке послышалось:

— Комиссар Тишоу.

— Это опять Скалли.

— Вы что-то выяснили?

— Кажется, у меня проблемы. Агент Малдер расспрашивал меня при всех. Похоже, он не верит что я аспирант. Вы им про меня не рассказывали?

— Нет, я ничего не говорила ФБР.

— Прекрасно. Значит, меня подозревают всерьез. Мне что, вызывать адвоката?!

— Не говорите больше с ФБР и приезжайте, как освободитесь.

* * *

Дневник Фокса Малдера.

«Что с этим временем? Почему события не соответствуют моим воспоминаниям о прошлом? Возможно ли, что моя память и здесь дала осечку? Я не знаю, как действовать и реагировать. Мог ли я оказаться в параллельном мире? Сегодня ночью мне приснился странный сон. Я привык ко всяким кошмарам, но на сей раз, я не знаю, что и думать.

Осознать, что я, возможно, сплю, получилось только благодаря одной девушке. Кажется, ее звали Сэйла. Но до нее я думал, что на этот раз, действительно, спятил. Я оказался во сне среди странных людей. Десять мужчин, все как один, с белокурыми волосами. Они, казалось, не удивились, что я был там. Я молчал во время их разговора, пытаясь понять, куда опять меня закинула судьба.

После перемещения в 1990 год я боялся, что снова могу забыть предыдущие события. Так и получилось — я не помнил, как там оказался. Прокручивал последние воспоминания по новому расследованию и не мог понять, что привело меня сюда. И тут мой взгляд упал на мои руки: они не принадлежали мне! На пальце красовался громоздкий перстень с гравировкой «Братство В». Что происходит? Хотелось вопить, но я молчал, оставаясь неподвижным. На собрании обсуждали одну из избранных. Девушку похитили для ритуала зачатия — на нее указали руны. Сэйла из рода друидов, должна была дать согласие на принятие титула Фицджеральда из Братства В. Уже в своей комнате, куда меня привел один из белокурых, я понял, что Фицджеральд — это я. А зеркало показало мою новую внешность, полностью соответствующую остальным братьям. Я в теле неизвестного человека. В комнате, обставленной старинными вещами. Был ли это все еще 1990 год или меня закинуло еще дальше, я так и не смог понять.

Фирсон сообщил, что убедить девушку будет трудно. Сэйла оказалась очень строптивой. Ее держали запертой в подвале без воды и еды уже двенадцать часов. Когда мы спустились к ней, я остановился около решетки, не решаясь зайти внутрь. Куда я попал? Что это за изверги?

Фирсон пытался манипулировать Сэйлой, в то время как во мне поднималась буря протеста. Я думал, что это мое благоразумие требовало спасти ее. Но чем дальше, тем сильнее просыпалась потребность в избранной. Слово «Моя» возникло в моей голове из ниоткуда. Всплеск ярости настиг меня, когда Фирсон склонился к ее уху. Мое тело не поддавалось контролю, кровь закипала. Страсть и чувство собственности было во мне только к одной женщине. Скалли. На меня вновь нахлынули воспоминания, но от этого не стало легче.

Это тело хотело Сэйлу, и мой разум следовал за телом. Я приказал оставить девушку в покое и отвезти в мою комнату, не имея плана, что делать дальше. Ее голос и взгляд сводили с ума. Я держался из последних сил, ненавидя себя за слабость. Я любил одну женщину, и это была не Сэйла. Но когда Сэйла сказала, что ее зовут Дана, я решил что все же сошел с ума. Она говорила об отражении в зеркале, словно читала мои мысли. Дана не верила в происходящее, она думала, что спит. И это помогло взять себя в руки. Сон. Сон, — повторил я про себя, всматриваясь в отражения. И тут почувствовал, что видение рассеивается. Я проснулся.

Приоткрыв глаза и опять зажмурив, я надеялся, что очнулся в своем 2002 году, но это все еще был 1990-ый. Я не мог забыть увиденное. Что за странный сон? Что скрывало мое подсознание? Я мучил себя размышлениями, пока не вспомнил одну деталь. В похищении Сэйлы или Даны фигурировали руны, так же, как в расследовании нового дела.

Я с напарником направился в университет на кафедру философии и древней религии, надеясь больше узнать о рунах. Но на кафедре мы никого не смогли найти. Рядом располагалась кафедра медицинской генетики. Так мы с Расом оказались перед агрессивными профессорами. То, что произошло дальше, выбило меня из колеи — я увидел свою Скалли. Что она здесь делает? Чем ближе она подходила, тем больше росло недоверие к ситуации. Передо мной стояла Скалли. Она выглядела почти так же, когда впервые зашла в подвальный офис. До нашей настоящей встречи еще два года. Я просчитал в уме, что Скалли должна была уже закончить учебу в университете. Что она здесь делает? Это ведь не тот университет, в котором она училась! Я не успел расспросить ее, как она ушла. А преподаватели снова накинулись на нас с Расом. Я пытался найти Скалли, но она исчезла. И только потом к нам в офис явилась комиссар полиции и потребовала отстать от Даны, объяснив, что она работает на них».

* * *

Дана подходила к участку, когда ее окликнули: через дорогу к ней спешил Джек.

— Привет, что ты здесь делаешь?

— Забыл, что я работаю с комиссаром?

— Нет, конечно. И как?

— Уже успела вляпаться с ФБР.

— Давай рассказывай!

Дана передала разговор с агентом.

— С чего бы ему к тебе приставать… — задумчиво произнес Джек. — Может у него такая манера клеиться? — шутил он.

— Все у тебя так, — усмехнулась Дана.

— Заходи, — Джек открыл дверь, пропуская Дану вперед.

Зайдя внутрь, Скалли замерла, увидев агента Малдера, который что-то писал, сидя за столом. Словно почувствовав ее взгляд, Малдер поднял голову. Время словно остановилось.

— Мисс Скалли! — позвала Тишоу, подходя к ним.

Нарушив зрительный контакт с Малдером, Дана повернулась. Она чувствовала волнение.

— Комиссар, вы знакомы с Джеком Минтоном?

— Да, знакома, — Анжела и Джек обменялись рукопожатием.

— Комиссар, у меня информация от арестованного, — адвокат достал файл, — думаю, вы продвинетесь теперь.

— Спасибо, — взяла его она. — Мисс Скалли, а вы что-нибудь узнали?

— Преподаватели подозрительно суетливы, похоже, внутри их правления что-то происходит. При мне ничего не обсуждалось.

К ним незаметно подошел Малдер. Услышав его голос, Дана чуть не подскочила от неожиданности.

— Дана Скалли, я пришел извиниться. Я не хотел навлекать на вас подозрения, — произнес агент. Дана окинула его неуверенным взглядом.

— Я так полагаю ситуация разрешилась? — Джек, взял Дану за руку.

— А вы кто? — Малдер скрестил руки на груди.

— Джек Минтон. Адвокат, специализируюсь на уголовных делах. А вы, полагаю, тот самый агент ФБР…

— Я все объяснила агенту Малдеру, — вмешалась комиссар.

— Я не ожидал, что мои вопросы вызовут столько проблем, что понадобится адвокат.

— Джек здесь не из-за меня, — вставила Дана.

— Отлично. Тогда, давайте, каждый будет заниматься своим делом, — бросил Малдер, глядя на Минтона.

— Надеюсь, вы больше не принесете неприятностей! — бросил адвокат.

Мужчины обменялись пристальными уничижительными взглядами.

— Дана, давай подвезу до университета? — Джек приобнял ее за талию.

— Мисс Скалли останется здесь! Она участвует в деле и нам нужна ее помощь не только в университете! — продолжал словесную перепалку Малдер.

— Все хорошо, Джек. Поезжай, увидимся вечером, — сказала, наконец, Дана. Она чувствовала себя странно. Почему-то в присутствии этого агента ее разум пытался уловить что-то знакомое. Все дело в недосыпе и кошмарах, — решила Дана.

Она сжала руку Джека в благодарности. Он вернул жест и, еще раз окинув агента враждебным взглядом, вышел.

— Агент Малдер, мисс Скалли под моей ответственностью! — напомнила комиссар. — Если вам нужна ее помощь, вы должны решать это через меня. Иначе я сама верну Минтона!

— Не беспокойтесь! — улыбнулся Малдер. — Я хотел только проконсультироваться с Данной по медицинским вопросам.

— Но у нас нет тел, — возразила комиссар.

— У нас есть кровь на одежде, — не сдавался агент.

— Агент Малдер, я не исследую улики, — возразила Дана.

— Нет, но у вас есть нужные знания.

— Я не думаю…

— Вы себя недооцениваете. Комиссар, вы не против, если я возьму Скалли с собой в лабораторию?

— Только в лабораторию, — предупредила комиссар и отошла от них.

— Агент Малдер, почему вы хотите взять меня с собой?

— Я чувствую в вас потенциал!

— И это никак не связано с инцидентом между нами?

Малдер только усмехнулся.

Захватив со стула пиджак и, вернувшись к двери, Малдер положил руку Дане на поясницу. Он чувствовал себя окрыленным: Скалли вместе с ним расследует дело. Как же он скучал по этим временам.

— Вы готовы?

— Да, — Дана отстранилась от него, открывая дверь, — вперед.

Малдер улыбнулся, вспоминая подобный случай, и молча вышел из комнаты. Дана шла рядом с ним к машине, соблюдая небольшую дистанцию. Малдер сел за руль. Секунду спустя Дана заняла пассажирское место рядом с ним. Она почему-то решила, что он откроет ей дверь… Дана чувствовала, что Малдер относился к ней с симпатией. Он смотрел на нее так, словно они были давно знакомы. Сначала его беспочвенные вопросы в университете, затем — словесная дуэль с Джеком, потом — предложение поработать вместе, и рука на пояснице. Дана понимала, что понравилась ему. Все мужчины в ее жизни пытались привлечь ее внимание галантным поведением. Предупреждая этот шаг, Скалли сама открыла дверь перед Малдером. Но около машины она хотела проверить свою теорию. Возможно, она представляет для него интерес только как источник информации?

— Все в порядке? — спросил Малдер, заводя мотор.

— Да, в полном, — задумчиво ответила она.

Поворачивая на перекрестке, Малдер решился спросить:

— Дана, скажите, кто такой Джек Минтон?

— Адвокат, разве вы не слышали?

— Вполне ясно, но я имел в виду, кто он вам?

— А это имеет значение?

Малдер не стал настаивать. Он не помнил, чтобы его Скалли рассказывала об этом человеке. Насколько важным он был в ее жизни? Или это опять искаженное прошлое?

Дана даже для себя не могла ответить, кто такой Джек. Два года они были просто друзьями, а затем начали встречаться, совершенно случайно столкнувшись на вечеринке у друзей. Но Дана не могла точно сказать, куда вели эти отношения. Будет ли Джек хорошим мужем и отцом? Наверняка, да. Но почему-то ее мучили сомнения. В последнее время она сомневалась во многом: работа, близкий друг, всякие мелочи, встающие на пути…

Через несколько минут Дана нарушила тишину.

— Если вам не говорили, кто я, почему вы обратили на меня внимания в университете? Почему усомнились, что я аспирант? Откуда узнали имя? — Дана развернулась от бокового окна к Малдеру.

— У нас список всех сотрудников кафедры с фото. Мы взяли его как раз перед встречей. У меня хорошая память, — выкрутился Малдер, не сводя взгляд с дороги. — Я, наверное, почувствовал что-то не то, — пожал плечами он.

— Вы чуть не испортили прикрытие!

— Моя ошибка, — Малдер повернулся к ней.

Дана снова отвернулась к окну, пытаясь взять себя в руки и не поддаваться эмоциям.

— Вы давно сотрудничаете с полицией? — не дал ей уйти в себя Малдер.

— Первое дело. Если вы сомневаетесь в моей…

— Я бы вас не взял с собой, если бы сомневался. Мне нужна ваша помощь.

Малдер свернул на небольшую автостоянку перед зданием лаборатории.

Показав на посту документы, они прошли в кабинет, где хранились улики.

Малдер достал пакеты из ячейки, и вытащил содержимое.

— Это одежда Эрики Зинтер, — сказал он.

— Что вы хотите обнаружить? Я полагаю, эксперты все досконально изучили.

— Идею!

— Что? — удивилась Дана.

— Это помогает понять мысли похитителя, его энергетику. Я профайлер.

— Вы чувствуете преступника через энергетику? — подняла бровь Дана. От этого родного жеста Малдер расплылся в улыбке.

— Вы не верите, — констатировал он.

— Вы руководите расследованиями. Не мне судить о ваших методах.

— Вы не верите! — настаивал Малдер.

— Не верю, — чуть улыбнулась она.

Дану удивило, что Малдер разглядывал ее, даже не пытаясь скрыть это. Она отвела взгляд и взяла клочок бумаги со знаками.

— Вы выяснили, что они означают?

— Здесь три руны. У них много значений. Трудно сказать, что имел в виду похититель. Я планирую поговорить с профессором древних религий в вашем университете.

Малдер разложил одежду остальных пропавших, молча всматриваясь, словно пытаясь прочитать невидимое.

— Теперь мы можем идти! — сказал он неожиданно.

— Эврика?

— Возможно, и спасибо за помощь.

— Какую? — удивилась Дана.

— Настрой. В нашем деле главное — настрой! — бросил Малдер, упаковывая улики.

Они вышли из здания. Малдер молчал, прокручивая в голове детали дела. Дана наблюдала за ним, не осмеливаясь расспрашивать.

— Мне нужно возвращаться на кафедру, — сказала она, открывая дверцу машины. Хотелось спать. Голова гудела. Утренний кофе, выпитый на ходу, уже не помогал.

— Я вас отвезу. Мне все равно нужно поговорить с профессором.

Дана заметила, что Малдер изменился, когда они вышли из лаборатории. Теперь он был полностью сосредоточен на преступлении, и будто не замечал окружающей действительности. Дана впервые видела профайлера за работой. Она раньше читала, как специалисты пытаются понять ход мыслей преступника, их мотивы и поведенческие привычки. Малдер все больше притягивал ее.

Он вел машину, соблюдая правила дорожного движения, но при этом, словно не видя дороги. Пока они были в лаборатории, такая отрешенность не тревожила Дану. Но сейчас, за рулем…

— Малдер, — решила потревожить его Дана.

— Что? — не отрывая туманного взгляда от дороги, откликнулся он.

— Вы здесь?

— Да, — агент встряхнул головой. — Когда я работаю, то полностью поглощен расследованием.

— Расскажите, что еще известно по делу? О чем вы думали?

— Я размышлял, почему субъект выбрал именно этих девушек.

— Между ними не нашли связи. Только двое учились в одном университете, — вспомнила Дана.

— Есть еще одна важная деталь. В доме Эрики Зинтер под вентиляционной решеткой нашли книгу о рунах.

— Под вентиляционной решеткой? Кому в голову пришла идея лезть в вентиляционную шахту?

— А меня больше интересует, почему книгу вообще спрятали…

Малдер прикусил губу, обдумывая версии. Через минуту молчания, он неожиданно вернулся к вопросу.

— Я заметил открученный болтик на полу. Над ним как раз оказалась решетка. Но важно другое: девушка тайно увлекалась рунами. Получается, тут важна связь не между жертвами, а между жертвой и похитителем.

— А другие девушки увлекались рунами?

— У пятой жертвы, вещи которой все еще не нашли, было много интересов. В том числе и руны. Но ее знакомые уверяют, что девушка просто убежала с новым парнем, поэтому мы до сих пор не можем отнести ее к делу.

— Джена тоже так говорит. Это подруга Лейлы Хэнон.

— Вы знакомы?

— Да, очень открытая девушка. Думаю, она на самом деле верит, что Лейла со своим парнем. Надеюсь, так и есть.

— Мы приехали! — Малдер остановил машину недалеко от университета. — Я не хочу, чтоб из-за меня вас начали подозревать, поэтому не провожаю.

— Конечно, спасибо! Я хотела бы узнать, как пройдет ваш разговор с профессором.

— Тогда дождитесь меня.

* * *

Малдер прошел на кафедру философии и древних религий. На этот раз ему повезло: профессорский состав был на месте.

— Здравствуйте, я агент ФБР Фокс Малдер, — представился он, открыв дверь в ординаторскую. — Меня интересует профессор Пели.

— Это я, — встал мужчина средних лет. — Чем могу помочь?

— Я хотел бы проконсультироваться. Мы можем поговорить наедине?

Они вышли из кабинета, стараясь не замечать недовольные взгляды остальных сотрудников. Пели провел агента в пустую аудиторию.

— Я вас слушаю.

— Насколько мне известно, вы преподаете древние религии …

Профессор кивнул.

— В курс входят лекции по руническому письму?

— Да, и не только лекции. Еще мы проводим элективы.

— И много слушателей?

— Достаточно. Что именно вас интересует?

— Что вы можете сказать об этих рунах? — Малдер вытащил из кармана клочок бумаги в пакетике для улик.

Профессор настороженно взял его.

— Это связано с пропавшими девушками?

— Они найдены на их вещах.

— Формула из трех рун турисаз — тейваз — турисаз. Она означает защиту.

— Защита? — удивился Малдер.

— Каждый символ сам по себе может означать многое. Но в формуле руны направляются намерениями на что-то одно. Это защита.

— Профессор, скажите, вам знакомы имена этих девушек?

Малдер передал ему листок со списком пропавших.

— Одну я знаю. Она записана ко мне на основной курс. А вот остальных нужно проверить по журналу элективов.

Пели достал из ящиков журналы и торопливо начал листать.

— Я нашел еще две фамилии из списка.

— Выходит, трое из пяти точно увлекались рунами, — вслух размышлял Малдер.

— Агент Малдер, руны — не игрушка. Эти знаки предназначены не только для передачи информации, но и для магических ритуалов.

— Магических ритуалов?

— Да. Например, ирландцы пользовались рунами для гадания и принятия решений. Так же руны легли в основу алфавита. Но бездумное использование рун опасно.

В этот момент на пейджер Малдеру пришло сообщение со знакомого номера. Диана Фоули. Малдера взволновало сообщение. В его времени Диана умерла, помогая Скалли спасти его. Помимо прошлых чувств, чувство благодарности всплыло в памяти. Он должен увидеть ее, возможно, ей нужна помощь.

— Спасибо за информацию. Я должен идти! — выпалил Малдер, и пошел искать телефон.

Но на выходе уже ждала Дана, которая взяла его за руку и потянула в пустую комнату.

— Что-нибудь узнали?

— Эти руны означают защиту. Трое пропавших занимались у Пели. Извините, мне нужно срочно позвонить.

* * *

Дана отпустила Малдера, надеясь, что позднее он все объяснит. Но любопытство взяло верх. Она прошла на кафедру философии и древних религий и ознакомилась с расписанием профессора Пели. Сегодня как раз планировался электив «Руны в истории друидов». На занятие уже записалось тридцать человек. Дана стала тридцать первой.

* * *

Малдер позвонил с телефона автомата на углу здания университета.

В трубке прозвучал голос Дианы: «Слушаю».

— Привет, это Малдер.

— Фокс, рада тебя слышать.

— Ты в порядке?

— Да. Я вернулась из командировки, и попросилась на ваше с Расом расследование. Теперь мы снова в одной команде. Ты можешь сейчас приехать в участок?

— Скоро буду.

Малдер повесил трубку. Снова в одной команде. Было ли это когда-нибудь правдой? Сотрудничала ли Диана с Курильщиком до открытия секретных материалов? Отношения с Фоули казались напоминанием о нормальной жизни. В то время он не знал ни Курильщика, ни о заговоре синдиката. Была ли та жизнь иллюзией? Малдер отчаянно хотел верить, что нет.

Малдер приехал в участок. В общем зале, ему сообщили, что Рас с новым агентом в кабинете напротив. Через приоткрытую дверь Малдер услышал имя Скалли от Раса. Он застыл, прислушиваясь, о чем разговор.

— Медицинский интерн само очарование. Даже твой избранный слюну пустил. Он явно увлекся ей.

— Как ты сказал, ее зовут — Дана Скалли?

— Заинтересовалась?

— Странно, что сама комиссар просила ее о помощи. Я хочу проверить эту девушку. Здесь явно что-то нечисто.

— Диана Фоули ревнует? — усмехнулся Рас.

В этот момент к Малдеру подошла комиссар.

— Агент, хорошо, что вы здесь. Нашли вещи пятой пропавшей.

— Где?

— Центральный парк.

— Комиссар, что случилось? — спросил Рас, выходя из кабинета с Фоули.

— Вещи пятой, — повторил Малдер. — Я на место поеду.

— Фокс, я с тобой, — Диана сделала шаг вперед.

— Малдер справится сам, к тому же там полно криминалистов. Вы двое мне нужны здесь. Появилась новая зацепка.

* * *

Лекция началась в пять вечера. К этому времени Дана успела выполнить поручения на своей кафедре. Она ждала новостей от Малдера, но он так и не появился. Электив продолжался один академический час. Пели говорил по большей части о культуре друидов, руны были упомянуты только в конце. Дана была несколько разочарована. Она ожидала большего. Перед тем как распустить всех, профессор напомнил, что сегодня в клубе «Сила» состоится тематическая вечеринка, вначале которой будет представление о древних кельтах и их магии рун. Дана вспомнила, что это тот же клуб, куда она ходила с Дженой.

Выйдя из стен университета, Дана прямиком направилась в участок. Но ни комиссара, ни Малдера там не было. Осмотревшись, она заметила агента Раса.

— Вы не знаете, где агент Малдер? — подошла к нему Дана.

— Найдены вещи пятой девушки. Он на месте преступления.

— Значит, и последняя пропавшая связана с делом…

— Да. Вещи обнаружили под деревом возле центральной дорожки парка. Мы теперь знаем, что одежду маньяк подбрасывает позже. Вы хотите что-то передать агенту Малдеру?

— Я узнала, что сегодня в клубе «Сила» будет тематическая вечеринка по рунам.

— Думаете это важно? Мы бы послали туда людей, но у нас все заняты.

— Я буду там. Если что, сообщу.

— Рас, Малдер еще не вернулся? — к ним подошла высокая брюнетка.

— Сегодня Малдер нарасхват! Дана Скалли, позвольте вам представить Диану Фоули! Теперь вы можете дожидаться его вместе, — агент оставил женщин наедине.

— Могу ли я вам чем-то помочь? — спросила Диана у Даны.

— Нет.

— Вы можете мне доверять. Я работаю вместе с агентом Малдером и Расом.

— Дело не в доверии, а во времени. Мне нужно идти. Все, что нужно знать агенту Малдеру, я передала Расу.

Дана сделала шаг вперед, но Диана преградила путь.

— Я хорошо знаю Фокса, — Диана покрутила свое обручальное кольцо. — Он будет беспокоиться… если это что-то важное…

— Нет, всего лишь информация о тематической вечеринке по рунам. Я справлюсь сама.

Диана отступила в сторону, освобождая дорогу. Но тут же бросила вдогонку.

— Я знаю кто вы! Не заигрывайтесь в специалиста по таким делам! — Дана резко остановилась, развернувшись. — Вы не подготовленный агент, вы даже не детектив. Спасибо за сотрудничество, но предоставьте все остальное нам!

— Возможно, я и не обучалась на детектива и агента ФБР, но все поправимо. Думаете, я не смогу закончить Академию?

— Сначала попробуйте поступить. Вы мало подходите для этой работы.

— С вами бы не согласился информатор комиссара, уговоривший взять на такое щекотливое, опасное и запутанное дело интерна медицинского университета.

— А вот это и странно! — бросила Диана.

— Может, это вы недальновидны?

Дана развернулась и быстро вышла из участка. Диана Фоули вывела ее из себя. Ей стоило больших усилий держать себя в руках. Что это было? Не подходит для такой работы? Ведь она ее даже не знает! Дана сделала несколько глубоких вдохов. А что за намек с обручальным кольцом? Диана и Малдер помолвлены? Но у него не было кольца. Или было?

Добравшись до общежития, Дана полностью совладала со своими чувствами. Она внушила себе, что такая работа потребует еще большей выдержки. Дана пообещала себе закалять самообладание. Не важно, что говорят такие, как Фоули. Не важно, что тебе понравился агент, с которым ты работаешь над делом. Тебя не интересует, что происходит в его личной жизни. У вас есть общее дело, и ты должна сосредоточиться на расследовании. Если ты хочешь работать в Бюро, придется усвоить эти правила!

Дана по пути зашла в комнату к Джене.

— Привет подруга! — открыла она дверь.

— О Дана, как ты себя сегодня чувствуешь? Я еле вынесла утренние занятия… Голова после вчерашней вечеринки раскалывается!

— А я надеялась, что мы сегодня сходим в тот клуб. Там тематическая вечеринка по рунам.

— И ты туда же! И что вас всех так прельщает в рунах?

— Ладно, отдыхай. Я схожу одна.

— Эй, я разве отказалась? Сейчас приму таблетки и буду как новенькая.

— Тогда жду тебя через полчаса в своей комнате.

* * *

Джена пришла к Дане уже через пятнадцать минут полностью готовая к очередной тусовке.

— Как голова? — спросила Дана.

— Надеется, что трепа по рунам будет по минимум!

Девушки рассмеялись. Но как же Дана надеялась на обратное!

В это время в дверь постучали. Дана открыла ее и застыла от неожиданности.

— Ты не позвонила, — сказал Джек.

— Трудный день.

— Это уже начало входить в привычку?

К ним подошла Джена.

— Привет, я Джена. Подруга Дана!

— Я Джек, надеюсь, все еще парень Даны!

— Ты что-то хотел? — спросила Дана.

— Да, нам нужно серьезно поговорить.

— Я все поняла! Оставлю вас! Дана, ты знаешь, где меня искать.

Джена скрылась в коридоре.

— Как ты узнал, где я?

— Комиссар сказала. Я многое узнал об агенте Малдере.

— Я тебя не просила.

— Послушай… В ФБР у него прозвище Призрак. Он верит в паранормальные явления и всяких там зеленых человечков. Он помешан на этом! Он лучший профайлер. Но то, как он забирается в головы преступников, как он меняется, походит на сумасшествие…

— Почему тебе так важно убедить меня в этом? — перебила его Дана.

— Я не хочу, чтоб он испортил тебе жизнь.

— Как он может это сделать? Подожди, ты ревнуешь?

— Дана, я думаю мир преступлений не твое…

— А знаешь, что я думаю? Что это не твое дело! Почему все хотят все за меня решать? Я взрослая женщина и могу принимать решения. Ты тоже думаешь, что я не справлюсь, что я мягкотелая?

— Эй! Я не говорил этого! Дана, кто тебе такое сказал? Малдер?

— Нет, он и комиссар, кажется, единственные, кто в меня верит.

— Дана, я верю в тебя!

— Джек, уже поздно. Я не хочу спорить с тобой. Если ты не против, я хотела бы на время расследования взять тайм-аут в наших отношениях.

— Дана…

— Спокойной ночи! — Она открыла перед ним дверь.

* * *

Дана и Джена прибыли в клуб в самый разгар событий. На сцене разыгрывалась сценка между студентами. Заняв свободные места, девушки заказали по коктейлю.

— А актеры ничего! — улыбнулась Джена.

— Я бы даже сказал одаренные! — к ним подошел Пели.

— Здравствуйте, профессор! — поздоровалась Дана.

— Вы новая слушательница моих элективов — Дана? — вспомнил ее профессор.

— У вас познавательные лекции! — сказала Дана.

— Вы не против, если я к вам присоединюсь?

— Конечно, садитесь! — улыбнулась Джена.

Пели взял стул из-за соседнего стола.

— Я — Джена, признаюсь честно, не увлечена древними религиями.

— Тогда позвольте вас, Дана, еще больше заинтересовать, а вам, Джена, показать, что это может быть интересным.

— Интригующе! — улыбнулась Джена.

— Что скажите, Дана? — спросил профессор.

В это время в клубе появился Малдер:

— Здравствуйте!

— Агент Малдер, что вы здесь делаете? — удивился Пели.

— Я слышал у вас тут тематическая вечеринка. Хотел лично посмотреть. Надеюсь, вы не против?

— Если вам интересно…

Малдер взял соседний стул и подсел к ним.

Дана делала вид, что не знает его. В памяти с новый силой вспыхнул разговор с Фоули. Интересно кто Малдеру передал о вечеринке: его пассия или Рас? Взгляд Даны скользнул на его пальцы — обручального кольца не было.

— Агент Малдер, вы расследуете дело пропавших девушек? — спросила Джена.

— Да. И сегодня мы нашли вещи пятой.

— Лейлы Хэнон?

Малдер кивнул. Джена тут же изменилась в лице.

— Извините, мне срочно нужно выйти!

Она убежала в дамскую комнату.

— Печальная новость, — опустил голову Пели.

— Профессор, скажите, вы знаете, что означает набор этих рун?

На этот раз Малдер начертил знаки на салфетки.

— Очищение! — как-то разочарованно произнес Пели. — Я должен идти к своим ребятам.

— Подождите, последний вопрос! Как давно возрос интерес к рунам среди студентов?

— Вы не считаете эту тему достойной интереса?

— Напротив! Мне только любопытно, проводились ли тематические вечеринки месяц назад, ходили ли такие толпы людей на ваши элективы тогда?

— На что вы намекаете?

— Вы не ответили!

— Вечеринка проводятся всего лишь второй раз. А на мои элективах всегда многолюдно! — бросил Пели, отодвигая стул.

Малдер и Дана остались вдвоем за столом.

— Вы довольны их реакцией? — бросила Дана.

— На данном этапе да! Тут сильное внимание уделяется древней религии, и в частности рунам.

— Вы думаете о секте?

Малдер улыбнулся ее предложению.

— Вот видите, вы недооценивали себя! Вполне рациональное предложение, но мне кажется, тут что-то другое. Дана, вам нужно быть аккуратней, мы не знаем, кто именно замешан!

— Ваша невеста не против, что вы тут? — язвительно заметила Дана.

— Вы познакомились с Дианой. Скалли…

— Не нужно оправдываться. Ваша личная жизнь меня не касается. Мне просто не понравилось ее предвзятое отношение ко мне.

— Вы не должны волноваться о ней.

— Я волнуюсь только о деле.

— Хотите поужинать?

— Я хочу досмотреть представление.

Малдер не знал, как объяснить Дане о Фоули. Ему трудно было рассказать все своей Скалли даже после смерти Дианы. И реакция напарницы тогда была не лучшей. Что он может сказать этой Дане, которая даже не знает его толком. Все происходящее словно возвращало его в 1998 год, когда они со Скалли потеряли секретные материалы, а в его жизни снова появилась Фоули. Целый год невыносимого напряжения тяготил над ними, когда они собирались втроем. Малдер думал, что неприязнь между Фоули и Скалли в первую очередь касается профессиональных отношений. Скалли не доверяла ей, а Фоули пыталась вернуться в его жизнь, оттесняя Скалли. Теперь же в этом времени они даже не знают друг друга, но умудрились при первой встречи обменяться колкостями. Послужила ли этому ревность Фоули?

Вернувшись с места преступления, Малдеру пришлось выслушать всю недоброжелательность Фоули о Скалли. Радость от встречи сменилось раздражением.

Размышления Малдера прервала подошедшая Джена.

— Дана, я оставлю тебя. Мне лучше пойти домой! — глаза девушки опухли, а нос покраснел.

— Да, конечно. Тебя проводить?

— Нет.

Джена быстро ушла.

Представление больше не интересовало Дану, она внимательно смотрела на Малдера. Что в нем так ее притягивало? Согласиться на ужин и еще раз проверить свою выдержку? Но она хотела активнее участвовать в расследовании. Узнать, как работают агенты.

— Я согласна поужинать при условии, что вы расскажите мне больше о деле!

— Тогда как на счет другого места…

— Только если вы угощаете!

— У меня в номере есть фото и отчеты. Мы могли бы взять еды и поехать ко мне! — предложил Малдер.

— Агент Малдер, вы не забыли о своей невесте?

— Я не собираюсь вас соблазнять! Всего лишь предлагаю поработать в более тихой обстановке.

— Хорошо. Но не забывайте, у меня есть адвокат! — улыбнулась она. — Кстати, Джек мне сегодня рассказал кое-что о вас!

— Буду рад услышать это в машине, пойдемте.

Дана встала и проследовала за Малдером к выходу.

* * *

— И что же вам Джек обо мне поведал? — спросил Малдер, выезжая со стоянки.

— Ничего хорошего. Призрак, который всех пугает манерой работы и верой в невероятное.

Малдер улыбнулся, вспоминая, как за глаза Скалли начали называть миссис Призрак, тем самым как бы признавая, что он и она неразлучны.

— Я не буду разубеждать!

— А я не просила. Что насчет дела?

— Профессор нам сегодня соврал. Я проверил списки: еще месяц назад электив проводился раз в пять недель, а не как сейчас два раза в неделю, и тогда там не набиралась и десяти человек. Сейчас же это стало модной тенденцией у молодежи.

— Ты думаешь, Пели замешан?

— Возможно…

— Тебе надо было срочно позвонить днем из-за…

— Найденных вещей пятой жертвы! — закончил предложение Малдер, замалчивая, от кого поступила информация. — Было несколько несоответствий с другими похищениями. Вещи в парке появились на два дня позже, и клочок бумаги был с другими рунами. Как ты слышала от Пели, они означают очищение, а не защиту. Эта девушка определенно отличалась от остальных. Следов насилия также нет. Никаких сообщений о выкупе. Похититель верит, что защищает и очищает девушек с помощью магии рун. Не думаю, что этот человек наслаждается похищением. Он больной, искренни верящий в свой праведный путь… Это намного страшнее.

Дана зевнула. Она откинула голову назад, устраиваясь удобней. За два последних дня она мало спала, только и мечтая об отдыхе, но обстоятельства не позволяли. Теперь же, расслабившись, она слушала рассуждения Малдера.

Дана пыталась наблюдать за дорогой, но картина расплывалась, а глаза слипались сами собой. Хоть бы Малдер не уснул за рулем! Может надо было все же попросить отвезти ее в общежитие? Нет, нельзя проявлять слабость. Она же думает о работе в ФБР. А если хочешь выбрать этот путь в жизни, нужно вести себя соответственно и не поддаваться усталости. Может, хоть кофе в номере Малдера поможет взбодриться.

* * *

Дана очнулась в тускло освещенной комнате. Она чувствовала себя в чем-то теплом и уютном. Постепенно приходя в себя, Дана поняла, что обнаженная находится в теплой ванне. Оглянувшись вокруг, она ужаснулась: это была та же самая комната из прошлого сна.

Кошмар продолжался. Дана надеялась, что в комнату никто не войдет.

«Это сон. Просыпайся», — твердила она себе и щипала руки — безрезультатно. Она только собралась встать, как дверь заскрипела.

Дана резко села в ванне, прижав колени к груди, и обняв себе руками. В комнату зашел Фицджеральд.

— Сэйла, как тебе ванна? Ушибы болят уже не так сильно? — зло усмехнулся он.

— Почему ты так говоришь? Ты обещал, что мне не причинят вреда!

— О, видимо ванна, действительно, творит чудеса! Ты стала разговорчивой! Я думал, тебя опять придется заставлять… Ты согласна вступить в орден?

Фицджеральд склонился к ней, опираясь на ванну.

— Я не Сэйла!

— О нет, это больше не сработает!

Фицджеральд грубо схватил ее руки и отвел от груди.

— Ты уже принадлежишь мне! Тебе осталось решить, как это будет: жестоко или нежно.

Фицджеральд сильней сдавил ее руки. Дана сопротивлялась что есть силы.

— Нет! Отпусти меня!

* * *

— Скалли! Проснись! Скалли!

Малдер тормошил ее за руку. Резко открыв глаза, Дана выдернула руку из его захвата. Тяжело дыша, она все еще приходила в себя.

— Скалли, это всего лишь сон!

— Нет, этот кошмар с продолжением!

Дана взглянула на свою руку, где уже образовался кровоподтек.

— Извини, я не хотел тебя так сильно хватать, — произнес Малдер, посмотрев на нее. — Давно тебя мучают кошмары?

— Второй день.

— Тебе повезло. Меня — всю жизнь.

Дана покосилась на него.

— Это все из-за работы?

— Частично… Но по большей части кошмары личного плана.

— Я не привыкла к таким кошмарам. Я знала, что сплю, но не могла проснуться.

— Расскажи, что тебе приснилось. Я попробую расшифровать, что хочет сказать твое подсознание.

— Ты? — удивилась Дана.

— Я — психолог! Попробуй, тебе станет легче.

— Я была в ванне посреди жилой комнаты, обставленной под старину.

— Ты была обнажена? — спросил Малдер, не отводя глаз от дороги.

— Это важно?

— Для общей картины.

— Малдер, ты точно психолог?

— Да, могу показать документы! — усмехнулся он.

— Ладно, да, я была обнажена! — выпалила Дана, чувствуя как щеки начали гореть.

Малдер громко сглотнул.

— Что дальше?

— Пришел мужчина, он был очень груб. Хотел, чтоб я вступила в какое-то братство.

— Скалли, а что было в первом сне? — резко спросил Малдер, все еще не веря в такое совпадение.

— Я очнулась за решеткой в подвале. Там было двое мужчин. Один из них уговаривал сказать «да». Я не понимала, о чем он. Второй мужчина заставил его освободить меня. Его имя Фи… как-то…

— Фицджеральд! — резко остановил машину Малдер около обочины.

— Как ты догадался? Это какой-то психологический трюк?

— Нет, Скалли. Я кое-что должен тебе рассказать и, пожалуйста, выслушай меня.

Дана кивнула. Малдер начал пересказ своего сна, глядя в окно. Когда он закончил, Дана не могла произнести ни слова.

— А теперь найди десять отличий в наших снах! — нервно хмыкнул Малдер.

— Этого не может быть! Ты и Фицджеральд! — нахмурилась Дана.

— Тебе снился Фицджеральд сейчас. Но я не спал. Значит, там во сне был настоящий Фицджеральд. И, видимо, он опасен.

— Почему мы видим эти сны?

— Я не знаю. Я думал, что это был очередной кошмар, но теперь сомневаюсь. Нам нужно провести опыт. Мы попробуем вместе заснуть и, встретившись в сновидении, скажем друг другу кто мы на самом деле. Так же попробуем узнать время и место во сне.

— Ты думаешь, что это не просто проекция нашего подсознания?

— Я надеюсь…

— Обсуждение отчетов отменяется?

— Ты должна выспаться. Но теперь тебе спать без меня опасно!

— Слышал бы нас кто со стороны! — усмехнулась Дана, опустив голову.

— Я обещаю не приставать, — грустно улыбнулся Малдер, заводя мотор.

* * *

По дороге Малдер остановился около круглосуточной забегаловки и купил курицу гриль. К отелю они подъехали в первом часу ночи и Малдер надеялся, что с Фоули они не столкнуться. Он быстро и без лишнего шума провел Дану по коридору.

Дана чувствовала себя неуютно в его номере. Покосившись на кровать, она села на стул возле стола.

Малдер разложил курицу по тарелкам и пододвинул себе стул.

— Еда не лучшее снотворное для меня, — сказала Дана, беря кусочек.

— Вот увидишь, через пятнадцать минут ты будешь уже спать!

Малдер помнил, как поздний ужин влиял на Скалли. Она могла заснуть посреди их разговора.

— Ты же не знаешь меня, как ты можешь ручаться?

— Я психолог, не забывай, — в очередной раз нашелся Малдер.

Доев свою порцию, он отодвинул тарелку.

— Дана, ложись на кровати. Я устроюсь в кресле.

— Там неудобно спать. А если я засну раньше тебя, то окажусь с настоящим Фицджеральдом!

— Ты поверила мне…

— А ты что, шутил? — напряглась Дана.

— Нет, просто удивлен, как легко мне удалось убедить тебя.

Молодая Скалли, казалось, была более доверчивой и способной мыслить широко. Что же настроило ее за пару лет до встречи с ним на несгибаемый скептицизм?

— Ты хочешь спать на кресле? — спросил Малдер.

— Ты обещал не приставать, так что я не против, если будешь спать на своей стороне кровати.

— Не соблазняй меня, женщина, — пошутил Малдер.

— В твоих фантазиях.

— И снах. Кстати, ты сказала, что ты там обнаженная в ванне?

Малдер словно забылся. Он подтрунивал, как над своей Скалли.

— Я ведь могу и передумать! — скрестила руки Дана.

Почему она так доверяет ему? Верит в безумный сон? Да, он старший агент и психолог. Но то, что он говорит, кажется невероятным. Мог ли им присниться просто одинаковый сон? — задумывалась Дана.

— Обещаю спать на своей половине! — сдался Малдер.

Дана хотела принять ванну, но возможности не позволяли. Умывшись, и сняв только пиджак, она присоединилась к Малдеру в кровати. Он выключил свет, погружая их в темноту.

* * *

Дана очнулась в постели, под одеялом, обнаженная. Отчаянно надеясь, что в комнате не окажется Фицджеральда, Дана оглядывалась вокруг в поисках одежды. И тут ее взгляд наткнулся на мужской силуэт у окна, стоявший спиной к ней.

Дурацкое освещение, — подумала Дана.

Она вся сжалась. Мужчина, словно чувствуя ее, развернулся.

— Сэйла? — мягко спросил он.

Дана молчала. Страх все больше овладевал ею. Фицджеральд подошел к кровати.

— Дана? — неуверенно спросил он.

— Да, — так же неуверенно ответила она.

— Скалли?

— Малдер?

— Безумие.

Агент сел на кровать и потянул к себе Дану. Он хотел обнять ее, убедиться, что она настоящая.

Но Дана вытянула руку вперед, не позволяя ему.

— Малдер, я без одежды.

Он тяжело вздохнул.

— В прошлый раз ты была в ванне без одежды?

Она кивнула.

— Выходит, события здесь так же развиваются, пока нас нет в них.

— Малдер, что он мог натворить с Сэйлой за это время?

— Ты чувствуешь, что с ее телом что-то не так?

— Болит рука, спина. Но я не чувствую следов сексуального насилия.

— Возможно, он ждет, когда она скажет «Да». Я не знаю, что это за братство, и какие у них традиции, но мы должны это выяснить.

— Что там, за окном?

— Только лес.

Малдер безрезультатно пытался найти хоть какую-то одежду для Даны.

— Тебе придется завернуться в простыню. Сиди в комнате и не выходи. Я попробую узнать…

— Нет, один ты не пойдешь!

— Я тут свой, в отличие от тебя! Не переживай. Помни, это просто сон!

* * *

Малдер оставил Дану в комнате и направился в зал, где в прошлый раз проходило собрание братства. Там он заметил книги, которые, возможно, могли бы пролить свет на некоторые вопросы.

В зале оказался Фирсон.

— О, Фицджеральд! Как твоя подопечная? Уже стала полностью твоей? — усмехнулся он.

— Пока нет.

— Я же тебе говорил, что рано мы ее освободили!

— Но прогресс есть!

— Поэтому ты не с ней? — продолжал усмехаться Фирсон.

— А ты что тут делаешь?

— В отличие от тебя, в моей спальне нет девицы!

— Что за бумаги? — кивнул Малдер на стопку возле Фирсон.

— Изучаю план, как присвоить еще в этом городе несколько домов!

— И как успехи?

— По мне, так я бы уехал из Хэйвана. Не нравится он мне. Местные жители слишком въедчивы и принципиальны.

— Сколько лет этому городу?

— О, достаточно.

— Надо внести год нашего прибытия сюда на самом видном месте площади! Напишем, что… — сделал вид, что задумался Малдер.

— 1909 год — год братства В! — вставил Фирсон.

— Отличная идея! — психологический прием помог и на этот раз. Значит, он и Скалли оказались в прошлом. Теперь нужно вернуться в 1990-ый и выяснить, что происходило в этом городе в 1909 году.

— Удачи с планом, я возвращаюсь к своей женщине.

— Тогда это тебе понадобиться удача!

* * *

Малдер вышел из зала и быстро направился к спальне. Но подойдя ближе, услышал из-за двери какой-то шум.

— Скалли! — Малдер поспешил к ней.

Ворвавшись внутрь, он столкнулся с двумя незнакомыми мужчинами, обступающими Дану с двух сторон. Она, закутанная в простыню, с растрепанными волосами, напоминала амазонку.

— Эй, вы кто?! — властно прокричал Малдер. Они не были похожи на белокурых братьев, возможно слуги… Но нет, вместо ответа тот, что был ниже ростом, набросился на него. Малдеру удалось увернуться. Второй в это время достал пистолет.

— На помощь! — что есть мочи прокричал Малдер через открытую дверь. Тут же в коридоре появились белокурые братья, вбежали в комнату и мигом скрутили напавших.

— Фицджеральд, как они сюда попали? — спросил один из братьев.

— Я только зашел и увидел, что они обступают Сэйлу.

Дана забилась в угол. Малдер подошел к ней и обнял.

— Сэйла не сопротивляется объятиям? Или у тебя действительно наметился прогресс, или это были ее люди, и теперь она поняла, что безнадежно влипла! — произнес Фирсон.

— Это не ее люди. Она защищалась от них! — выпалил Малдер.

— Тогда становится все интересней. Мы выясним, кто они. А пока успокой ее.

Братья вышли, оставив их наедине.

— Скалли, ты в порядке?

— Не знаю, — призналась она. Малдер уселся рядом с ней на пол.

— Как они оказались здесь? Что хотели?

— Дверь не запиралась. Я подумала, что ты вернулся. Но вошли двое незнакомцев. Они думали, что я Сэйла, говорили, что уведут меня отсюда. Я сказала, что не пойду. Они упоминали имя Кастиэля, что они от него. Я схватила стул и приказала им убираться, но они перешли в наступление. Я бросила в них стул и отбежала, и тут появился ты.

Дана спрятала голову в ладонях.

— Эй, все хорошо.

— Я твердила себе, как ты говорил, что это сон. Я даже опять хотела проснуться, но у меня не получилось.

— Я думаю, что мы попали в прошлое. В тела когда-то реально существующих людей!

— Этого не может быть! С чего такая безумная идея?

— Я узнал название города — Хэйван 1909 год. Мы можем проверить.

Малдер сжал ладонь Даны.

— Мы проснемся, и все выясним! Все хорошо?

— Я думаю, что Диана и Джек были правы, говоря, что эта работа не для меня.

— Дана, я не знаю, почему мы перемещаемся сюда. Обычно в расследованиях такой паранормальщины не бывает. Если ты захочешь работать в ФБР, я уверен, у тебя все получится. Я недавно обнаружил множество папок с нераскрытыми делами под грифом икс. В них как раз расследуются дела, связанные с паранормальными явлениями. В будущем я хотел бы ими заняться, но пока могу только изучать. Сейчас нам с тобой представился шанс расследовать одно из таких дел. Я прошу тебя быть моей первой напарнице по икс — случаю. Я верю, что ты справишься!

— И что нужно делать напарнице?

— Оставаться в этой комнате. Если те парни и вправду хотели помочь Сэйле, я должен с ними поговорить. Нам нужно узнать: на чьей они стороне. Этой девушке угрожает опасность. Мы должны помочь ей сбежать, пока не проснулись.

— В чем тогда прелесть быть твоей напарницей, если все делаешь ты?

Малдер улыбнулся, вспоминая споры со Скалли о том, что он ее бросал в погоне за истиной.

— Обещаю, это будет увлекательно, только подожди меня здесь.

* * *

Малдер снова оставил Скалли в комнате и направился в подвал. Спускаясь по лестнице, он услышал крики заключенных.

В камере по соседству с той, где держали Скалли, стояли два стола. Пленники были распластаны на них и привязаны руками и ногами к механизму, который при прокручивании растягивал конечности, причиняя страшную боль.

Малдер узнал в нем средневековое орудие пытки, именуемое «Дыба» и в очередной раз ужаснулся варварским методам.

С заключенными было двое белокурых братьев. Они задавали вопросы, которые игнорировались.

— Фицджеральд, ты решил присоединиться? — усмехнулся Фирсон, еще раз прокручивая механизм. Сквозь сжатые губы послышался стон пленника.

— Я бы хотел остаться с ними наедине! — сказал Малдер.

— Понимаю, тебя затронуло сильнее, но они нам еще живые нужны. Зная твои методы, брат, я не решаюсь оставить тебя с ними.

— Ты сомневаешься в моем здравомыслии? На кону моя судьба! Ты думаешь, я поддамся порыву, из-за которого может все сорваться? — играл Малдер.

— Я не имел в виду…

— Я все понял, а теперь оставьте нас! — приказал Малдер.

— У тебя пятнадцать минут.

Молча, переглянувшись, два брата покинули камеру. Как только Малдер услышал их удаляющиеся шаги, он подошел к столам.

— Итак, кто вы такие? — потребовал ответа Малдер.

— Ты Фицджеральд? — спросил тот, что был ниже ростом.

— Со слухом и памятью, вижу, у тебя все хорошо! — съязвил Малдер.

— Ты Малдер? — спросил другой.

Агент застыл.

— А теперь у вас есть две секунды, чтобы объясниться! — Малдер положил руку на механизм. Страх заставил его действовать методом, который казался еще минуту назад зверским.

— Стой, Малдер! Мы от Каса! — прокричал первый.

Малдер остановил механизм.

— Я не знаю никого Каса!

— Кастиэля! — выпалил второй.

— И его тоже не знаю!

— Наверное, ты его еще не встретил… А перемещения во времени тебе о чем-нибудь говорят? — спросил первый.

— Кто вы? — прокричал Малдер.

— Я — Дин, это — Сэм. Мы из будущего!

— Мы на твоей стороне! — заверил Сэм.

— Почему вы пытались похитить Сэйлу?

— Мы хотели спасти ее. Пока ты спишь, может она и в безопасности, но как только Фицджеральд приходит в себя, наступает опасный момент. Если она согласится на брак, то братство завладеет мощной силой! — протараторил Сэм.

— Что за сила?

— Ты вообще знаешь, где оказался? — съязвил Дин.

— Тут я задаю вопросы!

— Ага, только ты сам в дерьме по самое «не хочу»! — выпалил Дин. — Если тебя раскусят, то дыба покажется райским облаком по сравнению с теми пытками, которые тебя ожидают. Если ты умрешь здесь, то и в будущем тоже!

— Ты должен помочь нам! — добавил Сэм. — У нас мало времени. Они скоро вернуться, и тогда нам уже не выбраться!

— Вы не ответили на мои вопросы!

— Так поторопись с ними! Это тебе не желание загадывать для джина! — прокричал Дин.

— Что за сила у братства? — спросил Малдер, окинув Дина раздраженным взглядом.

— Род братства давно проклят, — начал быстро объяснять Сэм. — Они занимаются магией, но она не так сильна, как в прежние времена. Если их род породнится с предками друидов, которые знали толк в рунической магии, проклятье разрушится! У них будет безграничная власть. Но связь должна быть по взаимному согласию, иначе ребенок, родившийся в результате брака, вообще не будет владеть ни одной из магий.

— В чьих вы телах? Откуда мне знать, что если я передам вам Сэйлу, она потом не окажется у еще больших извергов?

— Извергов? — возмутился Дин. — Да ты на себя посмотри! Не успел здесь появиться, как решил поиграть с дыбой!

— Не в твоих интересах сейчас возникать! — бросил Малдер, снова вернув руку на устройство.

— Дин, успокойся! — прокричал Сэм. — Мы в своих телах. Кас нас просто перенес во времени.

— Но мы тогда почему в их телах? — потребовал ответа Малдер.

— Вы связаны рунами. Вас пометили. Такими же рунами помечены Фицджеральд и Сэйла! — ответил Сэм.

— Что?

— Это все, что нам известно. Кас мало, что успел рассказать! — произнес Сэм.

— Малдер, — у входа в камеру появилась Дана.

— Что ты здесь делаешь? — прокричал он.

— Я не позволю себя так бросать. Это меня тоже касается! Я верю им! Мы должны помочь Сэйле!

— Ты все время была здесь?

— Да, я почти сразу пошла за тобой! Если хочешь, чтоб я была твоей напарницей, придется считаться с моим мнением!

— Отлично. Еще один вопрос, — Малдер развернулся к пленникам, — из какого вы года?

— Люди 2010 приветствуют вас! — скривился Дин.

— Инопланетяне еще не вторглись? — спросил Малдер.

— Демоны, вампиры, вурдалаки, перевертыши… — перечислял Сэм, — но инопланетяне…

— Да он просто издевается! Инопланетян не существует! — воскликнул Дин.

— Малдер, хватит попусту тратить время! — вставила Дана. — Дин прав, их не существует.

— Когда-нибудь я докажу тебе обратное! — пообещал Малдер.

— Надеюсь, вопросы закончились? — не выдержал уже Сэм.

Скалли освободила Дина, Малдер отвязал Сэма.

— Ребята, надеюсь, у вас есть план здания, потому что мы не представляем, где находимся! — произнесла Дана.

— Это замок. Он стоит над рекой, — сказал Сэм. — Подвалы уходят под воду, поэтому со стен течет вода. Мы изучили замок. Нужно спуститься ниже, там начнутся пещеры, которые выведут нас.

— Но это нижний этаж! — возразил Малдер. — Где выход?!

— Он здесь! — сказал Сэм, обстукивая стену в коридоре. — Нам понадобиться лом.

— Ваше время истечет тут же: если начнете рушить стену, примчатся братья! — заметил Малдер.

— А у нас есть выбор? — бросил Дин.

В одной из камер нашлись топоры. Малдер даже думать не хотел, как они использовались раньше. Стена начала рушиться с первого удара. С четвертого удалось пробить когда-то замурованный проход. Но шум привлек братьев. Сверху послушались крики и звук шагов.

— Торопитесь! — прокричал Малдер. — Я их задержу!

— Ты идешь с нами! — вцепилась в его рубашку Дана.

— Кто-то должен задержать их. Увидимся, когда проснемся.

Малдер подтолкнул Дану вперед, и в этот момент сзади послышались громкие крики.

— Фицджеральд, что ты делаешь?

Малдер бросился на приблизившихся братьев, надеясь, что остальные смогут убежать. Но резкий стук в дверь вырвал его из сна.

Малдер открыл глаза. Дана все еще спала, уткнувшись в его плечо.

— Скалли! — Малдер провел ладонью по ее щеке. Она не отвечала. Стук повторился с удвоенной силой.

— Фокс, это Диана. Я знаю, что ты там, лучше открой.

Малдер встал с постели и поплелся к двери.

— Диана, сейчас ночь! — Малдер чуть приоткрыл дверь, облокотившись на косяк.

— Я хотела, — Диана скользнула под его рукой в комнату, и тут же замерла, увидев в постели Дану. — Что она здесь делает?

— Малдер! — прокричала Дана, открыв резко глаза.

— Я здесь! — подошел он к кровати.

— Фокс, ты без пяти минут мой муж! — кричала Диана. — Что ты себе позволяешь?

— Диана, ты все не так поняла!

Скалли приходила в себя, наблюдая за ссорой.

— А как это можно правильно понять?! — бросила Фоули.

— Потише, — спокойно произнес Малдер.

Ситуация зашла в тупик. Как все объяснить Диане? Стоит ли попросить ее выйти и поговорить в коридоре? Объясняться при Скалли было неудобно. Малдер и без того чувствовал себя не в своей тарелке.

— Когда я тебе говорила о вечеринке и играющей в детектива девчонке, то никак не подозревала, что она затащит тебя в постель. Видимо, она права: я недостаточно проницательна. Теперь понимаю, что ее не ФБР интересует, а определенный агент!

— Диана, прекрати! — предупредил Малдер.

— Чем она лучше меня?

— Моложе? — не выдержав, бросила Дана первое, что пришло в голову.

— Дана Скалли, оставьте меня с моим мужчиной! — потребовала Фоули, сделав акцент на слове «моим». — У нас личный разговор!

— Она останется здесь!

— Ну что ж, кошмарных вам снов! — Диана развернулась и вышла, хлопнув дверью.

— С пожеланием вы явно опоздали. Мы и так по уши в кошмарах! — прокричала ей вслед Дана.

— Ты в порядке? — спросил Малдер.

— Не уверена, — Дана покачала головой. — Малдер, извини, я не знаю, что на меня нашло. Такое ощущение, что я не совсем проснулась.

— Ты думаешь, дело в сне? — спросил Малдер.

— Мне еще раз извиниться? — кипятилась Дана.

— Глупая ситуация получилась …

— А ты чем думал, когда решил, что мы должны спать в одной комнате?

— Я тебе уже говорил, что хотел проверить теорию…

— Отлично! Вместе с этим проверили выдержку твоей невесты!

— Я не заставлял тебя оставаться. Да и Диана тебя даже не смутила…

Осталась ли Скалли сегодня с ним, потому что поверила в его теорию или же здесь замешано что-то личное? Малдер понимал, что своим поведением мог разжечь огонь чувств. Но как он мог быть холоден с ней, после того, через что они прошли? Хотела ли его юная Скалли, несмотря на то, что он помолвлен с другой? Малдер чувствовал, что все дальше уходит в дебри своих рассуждений, размышляя, куда они могут завести.

Взяв себя в руки, Скалли нарушила тишину.

— Я уже сказала, что мне плевать на твою невесту. И мне все равно, что она подумала. Я не собираюсь с тобой заводить роман, так что можешь ей передать, чтоб не беспокоилась.

— Проехали… Вам удалось бежать? — вернулся Малдер к теме сна.

На пару секунд, прикрыв глаза, Дана решила забыть о споре.

— Я помню, как почувствовала, что куда-то тянет. Видимо я начала падать, так как Дин подхватил меня на руки, и я очнулась. Братство было близко. Не знаю, смогли ли мы выбраться…

— Нужно просмотреть архивы города Хейвена. Тогда и выясним, что там произошло.

— Значит, это не просто сон?

— Дин сказал, если мы умрем там, то умрем и в этом времени. Что бы мы не узнали в архивах, это больше, чем обычный сон.

Дана покосилась на часы: три часа ночи.

— Я не хочу больше кошмаров. Если мы заснем, то окажемся в самом пекле.

— Фицджеральда застали за предательством, так что это окажется самым горячим пеклом.

— Нам нужно много кофе. А тебе еще догнать Диану и все объяснить.

— Не думаю…

— Ты сомневаешься, что она поверит?

— Как раз в этом не сомневаюсь? — покачал головой Малдер.

— На нас есть знаки, мы должны выяснить, где они. Если мы не собираемся спать, то, может, съездим в лабораторию?

— В три часа утра? — удивилась Дана.

— А почему бы и нет?

* * *

В машине Дана не переставала прокручивать в голове неловкую ситуацию.

Что на нее нашло? Что послужило катализатором? Неужели, простая ревность? Все дело в Малдере, или в ее разыгравшемся в последнее время воображении? А может сон так сказывается? И насколько крепкие отношения у Малдера и Дианы?

Скалли не заметила, что все это время смотрела на руки Малдера.

— О чем думаешь? — прервал ее мысли он. В очередной раз замечая ее взгляд, Малдер понял, что Скалли искала на его левой руке. Кольцо. Когда-то, в прошлой жизни, он действительно носил его, но сейчас, зная, чем закончатся отношения с Дианой, он просто не мог оставить на своем пальце этот символ верности. Верности? Только не Диане.

— Почему ты не носишь кольцо? — задумчиво спросила Дана, и тут же спохватилась. Она ведь не хотела снова поднимать эту тему. — Меня это не…

— Я не любитель колец. Оно сильно натирает, а расширить все времени нет, — спокойно ответил Малдер.

Дальнейшая дорога прошла в тишине.

* * *

В лаборатории охранник пристально изучал их документы.

— Сейчас почти четыре часа утра, — сказал он, подняв на них взгляд.

— Мы знаем, — произнес Малдер.

Как только агенты расписались в журнале посещений, охранник дал им ключ.

Малдер и Дана прошли в один из кабинетов.

Скалли вытащила из ящика ультрафиолетовый фонарик, который приметила еще днем.

— С какого участка тела начнем? — подмигнул Малдер, протягивая руку за фонариком.

— Хочешь, чтоб я разделась? — подняла бровь Дана.

— Руны где-то на теле… мы…

— Малдер, знаки есть не только на мне. Давай начнем с тебя.

Дана включила фонарик.

— Начнем с рук. Снимай пиджак и рубашку.

Малдер молча стянул вещи, не отрывая взгляд от Даны.

— Музыку включить?

— Не против, но на чаевые не рассчитывай! — улыбнулась она.

Малдер стоял с оголенными руками и грудью. Дана подошла ближе. Она провела фонариком по кисти левой руки, предплечью, плечу, внимательно рассматривая кожу. Малдер чувствовал дыхание Скалли, от чего по телу побежали мурашки.

— Уже замерз? — Дана перешла к груди.

— Скорей наоборот.

Дана усмехнулась, продолжая исследование.

— Руки, грудь и спина — чисто.

— Спускаемся ниже? — Малдер опустил руки на ремень.

— Непременно, но сначала лицо, — Дана подняла руку.

— Ты думаешь, что клеймо поставили…

— На лбу! — перебила она.

— Что?

— У тебя знак на лбу.

Малдер забрал фонарик, и повернулся к зеркалу.

— Здорово, — он попытался его стереть, но безрезультатно. — Клеймили как животное. Еще бы на заднице сделали! — негодовал он.

— Я тоже разочарована, — усмехаясь, Дана покосилась на его штаны.

— Сейчас посмотрим, где твой знак спрятался!

— Начнем со лба.

— Думаешь, тебе повезет?

— Проверим.

Малдер провел по лбу, щекам, шеи — все было чисто.

— Раздевайся, красавица.

— Думаешь, тебе повезет? — сняв пиджак, Дана закатала рукава легкой кофточки.

— Неужели стесняешься? — Малдер вновь поднес к ней фонарик.

— Хочу растянуть тебе удовольствие.

— Ох, Скалли, чувствую «растягивание» — наша судьба.

— Ты о чем?

— Сеанс окончен. Руна на ладони.

Дана уставилась на знак.

— Тебе повезло больше, — усмехнулся Малдер.

— Малдер, — Дана стала серьезной. — Я знаю, кто мне поставил знак!

— Может нам сегодня и повезет…

— Два дня назад в клубе «Сила». Малдер, этот символ нанес охранник — это люминесцентная метка!

— Он всем их наносил?

— Мне и Джене, при входе. Про остальных я не знаю. Та же руна, что и у тебя.

— Только я в клубе до вчерашнего дня не был, а сны начали сниться раньше. И я бы точно запомнил, если бы мне на лбу кто-то поставил метку.

— Малдер, пару лет назад у меня был провал в памяти… А у тебя такого не бывало?

— Несколько дней назад я проснулся у себя дома, не помня предыдущий день, — решил признаться Малдер.

— Что последнее ты помнишь перед этим?

— Скалли, как бы там ни было, провал в памяти произошел раньше назначения на дело!

— С того момента ты все хорошо помнишь?

— Да, я даже начал вести дневник, беспокоясь, что могу забыть что-то!

— Малдер, тогда… — Дана задумалась.

— Я был втянут в дело раньше, чем назначен на расследование, — констатировал Малдер.

— Кто-то хотел, чтобы мы попали в эти странные сны? У Джены такой же знак на руке, но с ней, вроде, все в порядке…

— Ты уверена? — спросил Малдер.

— Я поговорю с ней. Правда, не представляю, как это сделать, чтобы она не подумала, что я сошла с ума…

— Ты справишься. А я заеду в библиотеку, хочу узнать о Хейване. Но прежде мы поедем в клуб.

— В пять утра?

— Как раз успеем к закрытию, — подмигнул Малдер.

* * *

Малдер и Скалли подъехали к клубу, когда показались первые лучи солнца.

Малдер дернул входную дверь, но она оказалась запертой.

— Полуночники легли спать?

— Время ранних пташек, — улыбнулась Дана.

Малдер постучал, но им так никто и не открыл.

— Давай поищем другой вход, — предложил он.

Они обошли здание и наткнулись на открытую боковую дверь.

— Есть кто-нибудь? — прокричал Малдер.

Послышались шаги, и вышел охранник.

— Мы закрыты! — грубо бросил он.

— ФБР, — Малдер показал удостоверение.

— Что вам нужно? Мы ничего…

— Успокойтесь, нас интересуют люминесцентные знаки, которые вы ставите на посетителях.

— Это противозаконно?

— Кто выбрал именно этот знак для клуба? Вы знаете, что он означает? — спросил Малдер.

— Распоряжение директора. Означает покровительство, защиту, процветание… — начал перечислять охранник.

— Это руны… — охранник кивнул. — Мы хотели бы поговорить с вашим начальством об этом символе.

— Директора сейчас нет в городе. Ничем не могу помочь.

— Вчера я заметил, что у вас висят камеры. Мы можем просмотреть записи?

Охранник замялся:

— Не думаю…

— Мы можем достать ордер, перевернуть тут все кверху дном и подпортить репутацию вашего клуба. Решать вам.

— Хорошо, идемте, — сдался он.

* * *

Получив коробку с видеокассетами за последние две недели, Малдер и Дана поехали в участок.

— Что именно ты хочешь найти на пленках? — спросила Дана, как только они тронулись с места.

— Эти метки ставили с определенной целью… Тебе не кажется странным: куда не сунься, повсюду руны? Что если похититель выбирал девушек именно так?

— Ты думаешь, на них указали руны, так же, как на Сэйлу из сна?

— Вполне вероятно. Давай просмотрим кассеты. Возможно, кто-то следил за девушками с рунами на руках.

— И за мной …

— Скалли, может, на тебя руны подействовали по-другому? Ты перенеслась в прошлое…

— Знаешь, Малдер. Мне легче поверить, что руны могли как-то указать на девушек, чем поверить, что мы действительно побывали в прошлом.

— Скалли, а, по-твоему, где мы побывали?

— Пока не знаю…

— Законы квантовой физики не противоречат теории путешествия во времени. Разве не об этом твоя научная работа? — вспомнил Малдер.

— Ты читал мою работу? Как ты…

— Я привык узнавать информацию о людях, с которыми мне предстоит работать.

— Отлично, и…?

— Я понял, что ты мыслила гораздо смелее тогда…

— Мне было двадцать три года. Теоретически допускаются путешествия во времени. Но ограниченные возможности человека делают это невозможным на девяносто девять процентов.

Малдер улыбнулся, вспоминая, как Скалли сказала ту же самую фразу в «будущем». Только тогда она была более категоричной. В «будущем» напарница не оставила ни одного процента для путешествий во времени, заявив просто что это невозможно. От года к году Дана действительно становилась более скептичной. Интересно, как бы она реагировала, если бы начала работать над секретными материалами в двадцать три года, когда ее мышление было более открытым?

* * *

Дана больше не могла смотреть на экран. На нее буквально пялились. Просмотр видео с того дня, когда она и Джена проводили время в клубе, превратился в шоу для служителей закона.

— Отлично танцуете, — подмигнул вновь вошедший полицейский.

— Обращайте больше внимания на людей, наблюдающих за девушками со знаками! — бросил Малдер, в очередной раз становясь на защиту Даны.

Они приехали в участок полчаса назад. За это время в общем зале собралось много желающих помочь найти что-то полезное на пленках. Малдер уже пожалел, что не дождался комиссара, и не взял у нее ключи от кабинета, в котором стоял еще один видеомагнитофон.

На пленке было видно, что метки были только у девушек.

Дана же только сейчас смогла оценить эффект, который она и Джена произвели на посетителей клуба. Площадка, на которой они танцевали, была окружена мужчинами.

Малдер сдерживал улыбку, вспоминая, как уговаривал Скалли станцевать для него, как они вместе танцевали, как он решил исполнить для нее стриптиз на день рождения. Целый год потрясающих исследований в их личных отношениях. Как же он скучал по тем временам.

— Фокс, мы весь день будем наблюдать это представление? — не выдержала Фоули, которая до этого игнорировала их.

— Досмотрим остальные пленки, попробуем вычислить одних и тех же мужчин, что следят за девушками, — ответил он.

— А почему девушка не может быть подозреваемой? — спросила Диана.

— Пока не знаю. Может быть и девушка. Нужно просмотреть остальные пленки. Каждый возьмет по кассете. У нас целая коробка записей за две недели.

— Малдер, я хочу поговорить с Дженой, — сказала Дана и направилась к выходу.

— Хорошо, увидимся позже! — прокричал Малдер ей в след.

* * *

Дана пыталась расспросить Джену о странных снах, но та не понимала, что она имеет в виду.

— Я не верила, что Лейлу тоже похитили, — никак не могла успокоиться Джена.

— Ее найдут, так же как и остальных. Джена, сосредоточься, это важно. Ты помнишь, что тебе снилось в последнее время?

— Это имеет значение?

— Тебе снились какие-нибудь клетки, замки, странные люди с белыми волосами?

— Нет. Если ты хочешь отвлечь меня вопросами о снах, ничего не выйдет. Я не могу перестать думать о подруге.

— А как насчет того, чтобы посетить электив Пели? Тема сегодняшней лекции: гадание с помощью рун.

— Ты думаешь, он сможет нас научить гадать? — немного оживилась Джена.

— Возможно, — подмигнула Дана.

* * *

Лекция на этот раз была сокращенной. Профессор куда-то спешил. Но он все же решил продемонстрировать, как гадали древние. Желающих среди студентов было полно. Но Пели выбрал Дану.

— Я чувствую, что вам предстоит судьбоносный выбор. Хотите узнать будущее?

— Я не верю в гадания, но мне интересно, что вы скажите, — ответила Дана, подходя к нему.

Пели загадочно улыбнулся, раскладывая руны на столе.

— Судьба не предначертана. Будущее — наш выбор. Оно постоянно меняется, стоит нам выбрать одно и отклонить другое. Но вы уже сделали выбор дальнейшего пути. Видимо, я неверно почувствовал ваши желания и сомнения.

— Я думаю, что на восемьдесят процентов решила, но…

— Хотите убедиться в правильности выбора?

— Да.

— Я нанесу вам на руку одну руну, и когда вы заснете, вам присниться ответ на ваш вопрос.

Вернувшись к себе в комнату, Дана обнаружила под дверью конверт. Все еще под впечатлением от слов Пели, она открыла его, и не поверила своим глазам — это было приглашение на работу от главного исследовательского института Джефферсона. О таком месте она и не мечтала. Но как ее нашли, ведь этот адрес никто не знал? Может, письмо пришло через участок? Дана решила выяснить это позже.

Медицина или работа в Бюро? Дана посмотрела на новую руну на руке. Лечь спать и проверить слова профессора? Но она боялась оказаться опять в том странном сне прошлого. Как получилось, что она поверила во все это? Какое-то сумасшествие…

Вскоре усталость последних дней взяла вверх, и Дана погрузилась в сон.

* * *

Просмотр видеокассет занял больше времени, чем Малдер рассчитывал. Вместе с коллегами он обнаружил, что все пропавшие побывали в клубе в течение последних двух недель. И у всех них стояли метки на ладони, которые почему-то светились ярче, чем у остальных. Так же выявили несколько подозрительных мужчин, постоянно крутившихся вокруг пропавших, и решили этим вечером поговорить с ними в клубе.

Малдер заметил, что большую часть времени Фоули не было в участке и обрадовался этому — выяснять отношения сейчас он не мог и не хотел.

Выбраться в архив библиотеки, чтобы узнать о Хейвене, так и не удалось.

Солнце начинало садиться, когда в участке появилась встревоженная Скалли.

— Агент Малдер, я хочу поговорить с вами.

Он тут же напрягся из-за ее официального тона.

— Что случилось?

— Мы можем выйти на улицу?

Малдер захватил пиджак, и пошел вслед за Скалли. Они перешли дорогу, остановившись в парковой зоне.

Дана не знала, как начать разговор. Она села на скамейку, Малдер последовал ее примеру.

— Сегодня я была на элективе у Пели. Он предложил нанести на руку руну, чтобы я могла разобраться в правильности своего решения.

Малдер пока не понимал, куда клонит Скалли. Но наличие рун и профессора ему уже не нравилось.

— Ответ должен был прийти во сне…

— Скалли, ты знаешь, что небезопасно спать без меня!

— Дослушай, не перебивай.

Малдер смиренно кивнул.

— Я проспала почти весь день, пропустив лекции. Возможно, усталость сказалась или влияние новой руны, — Дана на секунду прикрыла глаза, собираясь с мыслями. — Я заснула и оказалась, как мне кажется, в будущем. Я выглядела старше. Это был 1999 год, во всяком случае, так было написано в газете. Я как бы наблюдала со стороны за собой более старшей. Она начала писать заявление об уходе из ФБР. Затем достала другой листок и написала «Малдеру». В этом письме присутствовало столько боли! Она упоминала их пройденный путь вместе в секретных материалах. Об ее и его потерях, доверии и предательстве. Но, дописав, она разорвала письмо на мелкие кусочки, так же как и заявление об уходе.

Дана сделала глубокий вдох, не решаясь посмотреть на Малдера.

— Я понимаю, что это всего лишь сон, который мог показать потаенные страхи. Но я сейчас настолько запуталась со всем, что твориться в моей жизни, что не могу просто забыть об этом.

— Скалли…

— Малдер, из всего этого я поняла, что если выберу путь ФБР, то буду работать с тобой над теми таинственными делами, о которых ты упоминал. Это станет личным испытанием для меня: похищение, рак, потеря сестры, бесплодие и никакой личной жизни. Словно оживет какой-то кошмар. Ты будешь с Дианой, а я — со своими проблемами. Я не хочу этого!

— Скалли, — Малдер решил открыться. Иначе было Дану не остановить. Может быть, она поймет его и не наделает глупостей.

— Скалли, если ты пойдешь в ФБР, то испытаний и боли будет много. Я даже сам сомневался, стоит ли истина того, через что нам пришлось пройти. Я не буду с Дианой. Год, который ты упомянула, изменил многое в наших отношениях. Но мы будем вместе. Скалли, ты родишь мне сына, ты не бесплодна. Я не могу тебя потерять, ты моя опора в жизни, мой лучик света, мой пробный камень.

— Малдер, о чем ты? Ты тоже видел будущее?

— Скалли, я сам из будущего! Из 2002 года!

— Это уж слишком! Я не могу в это поверить! — Дана встала.

— Да, это похоже на бред. Но, как ты думаешь, откуда я так хорошо тебя знаю? — Малдер схватил ее за руку.

— Ты говорил, что психологические приемы…

— Нет, я знаю тебя, так как провел с тобой десять лет жизни. Я люблю тебя.

— Я не могу, — Скалли замотала головой, пытаясь мягко вызволить руку из захвата, но Малдер не отпускал. Она чувствовала огромное давление. Вся ее жизнь с недавних пор оказалась окутана какой-то ирреальностью из-за мужчины перед ней. Ее непреодолимо влекло к нему. Признание в любви заставило сердце биться чаще, но воспоминания о сне действовали, как ледяной душ.

— Я не хочу такого будущего, — сквозь ком в горле произнесла она. — Мне предоставили шанс увидеть, к чему может привести мой выбор. И я благодарна за это, потому что теперь точно решила, что буду работать в медицине.

— Скалли, ты будешь работать в медицине. Наши расследования часто зависят от твоих медицинских знаний, — он умоляюще смотрел на нее.

— Малдер, я окончательно решила, — взяла себя в руки Скалли. — Не пытайся меня переубедить. Я никогда не была трусихой и не боялась трудностей. Но я не хочу такого будущего. Не хочу проверять, насколько я сильна и много ли смогу вынести. Я хочу семью, детей, собаку. Чтоб им и мне ничего не угрожало.

— Ты сейчас многого не знаешь, поэтому не можешь быть объективной! — Малдер встал со скамейки.

— Я подозреваю, что не знала куда попаду, когда меня назначали на секретные материалы. Все сложилось так, что у меня не было выбора.

— Это не так. Ты хотела продолжать работу! — настаивал он.

— Поэтому написала заявления об уходе и порвала? Интересно, сколько раз я так делала и не решалась довести дело до конца?

— Скалли, это не показатель. Тебе открыли далеко не лучшую часть будущего. Работая вместе, мы спасем много жизней, изведаем такое, что науке и не снилось. Мы переживем весь синдикат с его заговорами. У нас будет сын, у которого будут способности…

— Малдер, я не хочу сына-супермена. Я хочу обычных детей. Я не согласна с таким будущим! Я могу его изменить и изменю! Если бы тебе представился такой шанс… Хотя, если ты говоришь правду, то он тебе тоже представился! Ты можешь изменить свою судьбу, — Дана освободила руку из захвата.

Малдер чувствовал себя опустошенным.

— Скалли…

— У меня назначена встреча с комиссаром. Я сообщу ей, что бросаю расследование.

— А как же наши сны? Ты не боишься засыпать?

— Я постараюсь стереть знак. Может быть, мы помогли Сэйле бежать, и теперь не будем перемещаться туда.

Дана ушла, оставив Малдера одного возле скамейки.

Он вновь сел, склонив голову к коленям. Прошло несколько дней, а он так и не узнал, каким образом оказался в прошлом. Все только еще больше запуталось, и он потерял Скалли. Малдер не хотел будущего без нее. Она сказала: у тебя есть шанс изменить судьбу. Что, если она права? Он уже знает ответы на вопросы, которые мучили его. Что, если ему не вступать в игры с синдикатом, а работать простым агентом и быть со Скалли? У них могут быть дом, дети…

Но как же трудно отказаться от дорогих воспоминаний. Скалли легче отказаться от увиденного будущего, она ведь не испытала его на себе, не прочувствовала полностью. От этих мыслей Малдера отвлек мужчина в черном плаще.

— Что ты натворил? — произнес незнакомец.

— Кто вы? — поднял на него взгляд агент.

— Считай меня ангелом-хранителем!

— Отлично, ангел, только где ты свои крылья потерял? Что тебе от меня надо?

— Кто давал тебе право менять будущее?

Малдер замер, уставившись на него.

— Кто ты? — спросил он снова.

— Ангел Кастиэль.

— Тогда я демон, и если ты не начнешь говорить правду…

— Я правду говорю. И ты не демон.

— Ты сказал Кастиэль? Кас…

Малдер вспомнил имя из ночного сна.

— Так называют меня мои друзья.

— Дин и Сэм?

— С Винчестерами ты знаком? Но как?

— Как только ты начнешь говорить правду, получишь ответы! — поставил условие Малдер. Он больше не собирался слепо следовать в неизвестность. Ему нужны были ответы и он намеревался их получить.

— Теперь уж смысла нет скрывать. Я из 2010 года. На небесах сейчас неспокойно. Наши артефакты раньше хорошо охранялись, но теперь… После войны начался хаос. В этой неразберихе кое-что было украдено. Пропали шапка Мономаха и печать века.

— Что это?

— Это не простые вещи. Шапка Мономаха позволяет переносить сознание в другие тела, причем время и место не имеет значения.

— Так я оказался здесь?

— Рад, что ты начал верить.

— Я во многое верю, но мне нужны доказательства.

— Доказательство в тебе! Но как ты в прошлое попал, не знаю.

— Ты же сказал…

— Я сказал, что переместил тебя… но не из твоего времени, а из другого прошлого.

— Как такое может быть?

— Хоть я и ангел, но не могу все знать.

— У вас пропали волшебные игрушки, при чем здесь я?

— Я просканировал настоящее и не нашел нового владельца шапки. Пути указывали в прошлое. Я почувствовал две души вне своего времени. Они подавляли сознание тех, в ком оказались. Ты затмил сознание своего молодого прототипа. А вор — неизвестного мужчины. Вы были примерно в одинаковых отрезках прошлого. Я не знал, кто именно из вас окажется тем, кто мне нужен. Я нашел тебя, но разумных доводов не смог получить. Твоя память, твой разум начали накладываться на разум твоего более молодого прототипа, в теле которого ты застрял. Я вытащил тебя из более юного тела твоего прототипа, прервав дальнейшее разрушение твоего разума, но уловил сигнал активированной печати. Я смог оставить твой разум в твоем другом прототипе 1990 года, во времени, где была зафиксирована активация печати. Но времени до того, как твое сознания снова начнет накладываться на твоего прототипа, осталось немного — семь дней. Человек может жить в прошлом или будущем только перемещенный в своем временном теле. А ты был изначально перемещен только сознанием с душой. Я выяснил, кто ты, и решил воспользоваться твоей помощью. Я надеялся, что не дойдет до нашей встречи. Чем меньше знает человек, тем лучше.

— Даже если он решил, что спятил?

— Мне жаль, но таково правило.

— Это ты поставил мне руну на лбу?

— Да. Благодаря ей ты должен был почувствовать связь с печатью века. Я сделал так, чтобы тебя назначили на расследование похищений девушек, как я думал связанное с пропавшими небесными артефактами. Сам я не могу узнать, где они скрыты, и кто тот человек, чье тело захватил вор. Oни защищены рунами, активированными печатью века. Печать — самый мощный генератор энергии. Работая над делом, ты мог приблизиться к вору.

— А как Скалли вписывается во все это? Именно ты изначально изменил будущее, а не я! Это из-за тебя она решила не идти в ФБР. Если бы ты оставил ее в покое, она стала бы моей напарницей через два года.

— Твое состояние нестабильно. И ваше будущее мне известно. Скалли нужна была тебе в этом деле. Я планировал стереть ей память потом, так же как и тебе, переместив в настоящее. Сейчас переместить тебя могу только в измененное будущее.

— Отлично, так сотри память Скалли. Пусть она забудет нашу встречу, и все вернется на круги своя.

— На ней руна, активированная печатью, она не позволит вмешательство.

— Значит, ничего поделать нельзя? Может это и к лучшему… У нас со Скалли будет другая жизнь.

— Ты не понимаешь всей ответственности, возложенной на вас.

— Неужели?

— Ты увидишь свое будущее. Я дам тебе шанс самому передумать.

Кастиэль дотронулся до лба Малдера, и тот застыл.

* * *

Малдер открыл глаза. Оглядевшись, он понял, что находится в своем подвальном кабинете. В какой год его забросил Кас? На столе он заметил газету с обведенным текстом. На первой странице стояла дата: 1999 год. Кас отослал его в тот же год, что видела Скалли во сне.

— Фокс, — в кабинет зашла Фоули.

— Диана? — удивился Малдер.

Настолько изменилось прошлое?

— Пока тебя не было, звонили с института Джефферсона. У них появилась информация для тебя. Я оставляла записку на столе, ты видел?

— Нет.

— Они отказались говорить, в чем дело. Им нужен именно ты.

Диана присела на край стола, за которым сидел Малдер.

— Сегодня можно сказать почти наша годовщина, я надеялась провести вечер вдвоем. Может, ты перенесешь встречу?

— Годовщина?

— Знаю, годовщину помолвки мало кто отмечает. Тем более, когда она была десять лет назад. И факт что мы расстались почти семь лет назад…

— Диана…

— Фокс, я все понимаю. Мы это обсуждали много раз. Если бы мы остались вместе и поженились, то не смогли бы вдвоем работать над секретными материалами. Непростые правила у бюро…

Фоули провела рукой по его волосам.

— Фокс, может, стоит что-то изменить в эту годовщину? Мы могли бы вновь начать встречаться хотя бы тайно…

Малдер не мог поверить. Значит, все эти годы Диана работала с ним? Вот как изменился мир? Сотрудничает ли Диана и здесь с Курильщиком? Как сложилась жизнь Скалли? И насколько он сам погряз в играх Cиндиката здесь?

— Я съезжу в институт, затем мы поговорим.

Малдеру нужно было время разобраться. Кас хочет, чтоб он понял, что этот мир — ошибочен. Ну что ж, пока ему это удается.

* * *

Малдер припарковал машину на стоянке института. Весь путь он размышлял на тему: что еще изменилось, как найти Скалли, и помнит ли она их последний разговор.

Малдер зашел внутрь и остановился около пропускного пункта.

— Мне звонили.

— Все хорошо, пропустите его, — прокричала с верхних ступенек Скалли, одетая в белый халат.

Охранник отошел в сторону. Малдер прошел, не сводя с Даны взгляда. Значит, она ему звонила? Они общаются в этом времени? Малдер словно светился. Скалли же, наоборот, выглядела напряженной.

— Агент Малдер, здравствуйте, у нас появилась интересные факты для вас.

Они стояли посреди огромного зала, а мимо них сновали люди в белых халатах.

— Скалли, я очень рад тебя видеть.

— Я, конечно, понимаю ваше нетерпение и эмоциональность…

— Я полагаю, вы агент Малдер, — к ним подошел широкоплечий чернокожий мужчина. — Я заведующий этим отделом Стен Ли.

Мужчины обменялись рукопожатием.

— То, что мы с Даной обнаружили, поразительно. Тела этих существ явно внеземные.

— Внеземные? — напрягся Малдер.

— Стен, я еще не успела ввести агента Малдера в курс дела.

— Понятно. Агент Малдер, я знаю, вы несколько раз сотрудничали с нашим институтом. Мы очень рады были обнаружить мумифицированное тело по тем координатам, которые вы дали. Надеюсь, наше сотрудничество будет постоянным. Дана вам все покажет и расскажет, а мне нужно на совещание.

— Конечно, еще увидимся, — изобразил улыбку Малдер.

Как только Стен отошел от них, Скалли встревожено огляделась по сторонам.

— Агент Малдер, давайте пройдем в мой кабинет.

Малдер кивнул, наблюдая за ней. Он знал, что происходит что-то не то.

Скалли проводила его на третий этаж. Кабинет оказался просторным: стол, большой шкаф, диван и кресло.

— Ты что, с ума сошел? — набросилась Дана, как только закрыла за ними дверь.

— Что? — Малдер пытался присесть на диван, но от слов Скалли застыл.

— Зачем при всех заявил, что рад меня видеть? К чему такая довольная ухмылка?

— Не понимаю, о чем ты? — Малдер передумал садиться.

— Если из-за тебя нас раскроют, я не знаю, что с тобой сделаю!

— Скалли, стоп! Успокойся, и расскажи все по порядку. Почему нас должны раскрыть? Что мы сделали?

— Малдер, это не смешно! — не сводя с него глаз, Скалли подошла вплотную. — Если выяснят, что мы давно знакомы и копаем под них… Малдер, у меня есть доказательства того, что мумия инопланетянина, которую Ли выдал за подлинную, на самом деле фальшивка. Он с ними заодно. Информация о найденной мумии не разглашается, только потому, что она подготовлена специально для тебя. Они пытаются манипулировать тобой. Свести твою работу к нулю.

— Скалли, ты помнишь, как мы познакомились? — Малдер положил руки ей на плечи.

— Да, причем тут это?

— Ответь, — он склонил голову к ней.

— Я столкнулась со странным случаем. Понадобилась помощь, и мне посоветовали тебя. Это было семь лет назад.

— Скалли, а ты помнишь, что когда-то хотела работать в ФБР? Что тебе предоставили возможность работать над одним делом…

— Ты вспомнил?

— А я разве забывал?

— Малдер, это не смешно. Что происходит? — Скалли отошла от него.

— Ответь на вопрос, и я расскажу тебе все.

— Семь лет назад, когда я обратилась к тебе за помощью, ты меня не вспомнил. Я пыталась доказать, что мы работали вместе над случаем, но мне это не удалось. Документы по этому делу оказались неполными, и мое участие никак не было зафиксировано. Однако ты согласился помочь. Через месяц тебе понадобилась моя помощь. Мы наткнулись на неопровержимые факты правительственного заговора с целью проведения опытов над людьми с ДНК инопланетян.

— Невероятно! — улыбнулся Малдер. Как бы не изменялся мир, они со Скалли все равно вляпывались в одно и то же.

— Помнишь наш последний разговор, когда ты решила не работать над делом по рунам?

— Смутно.

— Ты сказала, что тебе приснился сон о будущем…

— Малдер…

— Скалли, выслушай меня, не перебивай. Я не шучу. С этого разговора для тебя прошло девять лет, а для меня меньше дня. Я говорил тебе, что из будущего. Меня сюда перенес Кас, он же меня перенес в то время, когда мы познакомились. Помнишь руну, которую ты обнаружила у меня на лбу? Ее поставил Кастиэль. Это ангел, о котором упоминали ребята из нашего общего сна.

— Ты хочешь сказать, что ты не из этого времени?

— Теперь я даже не знаю, откуда я. Мир изменился. Я помню его совсем другим: таким, какой он приснился тебе тем вечером, и которого ты испугалась.

— Малдер, в это трудно поверить.

— Придется, потому что доказательств у меня нет.

— Зачем Кас перенес тебя сюда? Ты же говорил, что из 2002 года.

— Рад, что у тебя память сохранилась, — улыбнулся Малдер. — Он хотел, чтобы я понял, какую ошибку совершил, решив изменить будущее. Скалли, расскажи мне об этом мире.

Малдер присел на диван и похлопал возле себя. Скалли неуверенно подошла и уселась рядом.

— Даже не знаю, с чего начать. Мы работаем вместе по большей части тайно, официальных сотрудничеств было немного.

— Почему?

— В тот вечер, когда мне приснился сон о будущем, я получила письмо с предложением работы из института Джефферсона. Его прислали в общежитие. О том, что я нахожусь там, мог знать только кто-то из участка. Однако выяснить, как меня нашли, я так и не смогла. Я начала работать в институте, ничего не подозревая, пока случайно не встретила Диану Фоули и Стена Ли вместе. Они явно были хорошо знакомы. Я знала, что Ли приложил руку к тому, чтобы меня взяли в институт. По его словам, меня порекомендовал директор лаборатории, в которой я проходила интернатуру, но просил не распространяться об этом. Но когда я решила поговорить с директором, тот сказал, что рад за меня, но это не его заслуга.

— В это время мы с тобой уже тайно расследовали два дела, когда Диана уезжала в командировку. Она не знала о наших встречах. Я поделилась с тобой подозрениями, что Диана причастна к моему назначению в институт. Она разделила нас. Ты не поверил. Мне было обидно, но что я могла сделать? К этому времени я вышла замуж, родила ребенка. И все же я попросила тебя и впредь ничего обо мне не рассказывать Диане. Примерно через полгода ты сам обнаружил, что она связана с синдикатом. Все твои дела и расследования с ней были под контролем теневого правительства. Ты был взбешен, хотел разоблачить их, вывести на чистую воду. Но я убедила играть против них. Мы все же «засветились», так как меня официально приставили к делу о найденных мумиях, которое ты расследовал. Мумиях, якобы внеземного происхождения. Но все это изначально было фальшивкой. У меня есть доказательства, представив которые, ты сможешь разоблачить синдикат.

— Скоро этого не понадобится.

— О чем ты?

— Синдиката не станет. Скалли, значит в этом мире у тебя семья, ребенок, и не было похищения, опытов?

Скалли кивнула, сжав губы.

— Значит, этот мир действительно лучше, — грустно улыбнулся Малдер. — Мне только жаль, что мы не вместе.

— Я разве так сказала?

— Но ты сказала, что у тебя есть муж…

— Был. Мы развелись через два года после свадьбы. У меня есть дочка от него. Мой муж — капитан. Он ушел в плавание на полгода, а через три месяца я забеременела. Аборт делать не хотела, но и скрыть, что ребенок не от него, не получилось бы. Но я так же не хотела разводиться. С ним я чувствовала себя любимой и нужной…

— Скалли, от кого ты забеременела?

— Это случилось, когда ты понял, что Фоули предательница. Мы были в загородном домике, я пыталась привести тебя в порядок. Все вышло случайно. Но одного раза хватило. Малдер, у нас с тобой есть сын.

— Вот это да!

— Я думала, что это была ошибка. Хотела сознаться мужу и попросить простить меня. Но чем больше я об этом думала, тем больше понимала, что не хочу быть с ним. Когда он вернулся, я убедилась в этом окончательно. Мы развелись. С тобой мы почти не виделись в то время. Я рассказала о беременности, когда уже нельзя было скрыть живот. С тех пор мы не только тайно ведем дела, но и тайно встречаемся.

Скалли дотянулась до его руки, и Малдер легонько сжал ее.

— Знаешь, Малдер, когда я думала, что, выбрав медицину, у меня будет нормальная семейная жизнь, я никак не рассчитывала, что получится так. Но все же, я ни о чем не жалею.

— Возможно, скоро нам не нужно будет скрываться.

— Что ты хочешь сказать?

— Большая часть синдиката будет уничтожена.

Малдер приобнял ее и поцеловал в лоб. Как же он хотел, наконец, нормальную жизнь со Скалли. Пусть она и не помнит, через что им пришлось пройти, зато она довольна, — думал Малдер. Но в глубине души, он скучал по своей Скалли. Что бы она сказала в этой ситуации, что выбрала? Малдер еще сильней стиснул Дану, пытаясь подавить, подступивший к горлу ком.

— Малдер, — Скалли подняла на него взгляд, — видимо, какое бы я решение не приняла в прошлом, в будущем мы все равно вместе.

— Значит, оставляем это будущее. Ну что ж, Кас потерпел неудачу.

Телефон Малдера завибрировал.

— Фокс, — послышался голос Дианы. — Тебя срочно ждут в бюро.

— Кто?

— Приезжай.

Малдер поднялся с дивана.

— Скалли, мне нужно идти.

Дана поднялась в след за ним и, подойдя ближе, поцеловала в щеку.

— Увидимся, — улыбнулась она.

Малдер открыл дверь, но тут же прикрыл.

— Скалли, а то наше первое дело… — Малдер на секунду задумался, в праве ли он воспользоваться ситуацией в поиске похитителя. — Преступника поймали?

— Насколько я знаю по отчетам, настоящего похитителя так и не удалось задержать. Все похищенные девушки оказались живы. Малдер, как я говорила, с документами поработали, чтобы многое скрыть, мне мало что известно.

— А сны о прошлом тебе снились еще?

— Нет.

— Цель похищений и связь с рунами так и не определили?

Скалли покачала головой.

* * *

Оставив машину на стоянке, Малдер направился к лифту.

— Агент Малдер, — окликнули его.

Малдер обернулся и увидел Курильщика.

— Что вам нужно?

— Я хочу предложить вам сделку.

— Неужели?

— Вам рассказали в институте, что мумия на самом деле внеземного происхождения. Агент Малдер, вы столько лет искали доказательство инопланетной жизни, теперь оно в ваших руках. Как распорядиться этими знаниями, дело ваше. Но если станете работать на нас, я покажу вам не только вершину, но и весь айсберг.

— Почему я должен на вас работать? — прикусил губу Малдер.

— Ваш отец тоже работал на нас. Нам нужны такие люди, как вы. Мы можем устроить встречу с вашей сестрой.

— Словно дежавю, только с опозданием на полтора года, — усмехнулся Малдер.

— О чем вы?

— О том, что вы можете показать мне очередного клона, так как моей сестры давно нет!

— Вы в этом уверены? А как вам то, что вы сможете открыто жить с любимой женщиной?

— Можете оставить Диану себе.

Курильщик засмеялся.

— Я говорю о Скалли. Неужели вы думаете, что мы не знаем о ваших тайных встречах? О ребенке?

Малдер напрягся.

— Только попробуйте ей что-нибудь сделать, и я вас пристрелю!

— Спокойно, агент Малдер. Сегодня я пришел к вам как друг.

Малдер обошел его и вышел к лестнице. Добравшись до своего кабинета, он готов был рвать и метать. Как так вышло, что они оказались на крючке у Курильщика?

Малдер вошел в кабинет и хлопнул дверью так, что Диана от неожиданности чуть не подпрыгнула.

— Что-то случилось?

— Кто хотел меня видеть? — рявкнул Малдер.

— Ты никого не встретил на автостоянке?

— Мне назначил встречу Курильщик? Почему ты сразу не сказала?

— Я не знала. Мне позвонил мужчина и сказал, что он твой информатор.

— Однако ты не сильно удивлена, что это оказался Курильщик.

— На что ты намекаешь?

— Это ты договорилась, чтобы Дану Скалли приняли в институт Джефферсона? — Малдер верил Скалли, но ему нужно было это услышать от Дианы. — И не говори, что не помнишь, кто это…

— Я помню ее, но когда ты вспомнил?

— А кто тебе сказал, что я забывал? Мы встречаемся очень давно, и я собираюсь сделать ей предложение.

Малдер провоцировал Диану, желая услышать правду.

— Да! Я договаривалась о ней в институте Джефферсона. И уж конечно не для того, чтобы вы тайно встречались!

— Договаривалась? Но откуда у тебя такие связи? Тем более девять лет назад?

— Какое это имеет значение?

— Большое!

Малдер вышел из кабинета. Она лгала, а я, идиот, верил в «искренность чувств»!

Это может означать, что у Дианы были связи с синдикатом еще до открытия секретных материалов.

Диана вышла за ним.

— Подожди!

— Зачем?

— Я хотела поговорить.

— Поговорить? Зачем? Неужели работа для тебя так важна, что ты изначально готова была даже спать с объектом наблюдения и контроля?

— Ты о чем?

— О твоей связи с Курильщиком! И вашей игре против меня!

— Малдер, это не то, что ты думаешь!

— Неужели! Диана, у меня есть неопровержимые доказательства. Мне просто интересно, зачем ты играла в чувства с первой нашей встречи и сейчас пытаешься вернуть отношения?

— А ты не подумал, что мои чувства искренние, что я защищаю тебя?

— Нет, ты думала, что так будет легче меня контролировать!

Малдер больше не стал ее слушать. Он развернулся и направился к выходу.

* * *

Малдер шел, не разбирая дороги. Голова гудела от наплыва эмоций. Он вышел к парковой зоне, когда за его спиной появился Кастиэль.

— Как тебе это будущее?

Малдер резко обернулся.

— Познавательно, — грустно усмехнулся он.

— У нас осталось не так много времени.

— Что ты от меня хочешь? Чтобы я решил, как все исправить? Хочу тебя огорчить: этот мир мне нравится больше! Здесь было меньше потерь и боли.

— Это не означает, что в будущем их будет меньше.

— А откуда мне знать, ты ведь меня перенес не в мой 2002 год!

— Я говорил тебе, что ты перенесся сознанием и душой. Я мог переместить тебя только в то время, где сохранно твое тело.

— Ты хочешь сказать, что в моем времени меня не станет?

— Твое тело будет жить, но оно не принадлежит тебе. Скалли не успеет тебя спасти. Ты превратишься в суперсолдата.

— Как? Почему не успеет?

— В этом мире не твоя Скалли. У нее нет той силы, выдержки, знаний и связей, чтобы вовремя спасти тебя.

— Но ты же можешь перемещаться в будущее… ты мог бы рассказать ей, как спасти меня!

— Я не могу еще больше менять будущее. Неизвестно, к чему это может привести.

— Я придумаю, как все уладить, чтобы этот мир сохранился.

— У тебя не так много времени, — повторил Кастиэль, дотронувшись до его головы.

Они оказались в том же парке, откуда его перенес Кас.

— Надеюсь, ты сможешь вовремя найти владельца украденных вещей, иначе в другой раз ты можешь просто не проснуться. Сознание твоего молодого прототипа подавит твое, а ты растворишься в небытии. Будущее навсегда изменится.

— Я это понял, — буркнул Малдер.

— Ты знаешь теперь обо мне и нашей задаче. Как ты связан с Винчестерами?

— Когда я засыпаю, то оказываюсь в теле мужчины из 1909 года. Фицджеральд, как и я, связан с рунами. Видимо, из-за них я перемещаюсь в него, во всяком случае, так думают твои друзья. Дин и Сэм тоже в этом прошлом, они говорят, что ты их отправил туда.

— Я этого не делал.

— Возможно, еще отправишь… Винчестеры уверяют, что мое перемещение связано с рунами, которые на мне. Там есть девушка Сэйла. Ей угрожает опасность, — Малдер не сказал, что Скалли становится этой девушкой. — Если она согласится на брак с Фицджеральдом, то его братство получит огромную магическую силу.

— Я хочу проследить путь твоего сна. Возможно, смогу почувствовать связь с рунами…

— Ты хочешь остаться со мной на всю ночь? — поднял бровь Малдер.

— Я буду только наблюдать твой сон, — немного растерянно произнес Кас.

— Эй, я надеюсь на это, — указал пальцем Малдер. — Ладно, расслабься.

* * *

Малдер врезался в угол здания. Голова шла кругом. Где он? Агент пытался оглядеться, но кромешная тьма не позволяла.

— Что с тобой? — раздался голос Фирсона, одного из белокурых братьев. Малдер помнил, что братство напало на него, когда он спасал Дану. Так его схватили? Но он явно не в подвале: ветер дул в спину.

— Эй, ты меня слышишь?

— Все в порядке, — отозвался Малдер. — Тут очень темно.

— А как ты хотел? Обыскивать город при свете?

Неожиданно стало немного светлей. Малдер поднял голову. Из-за туч показалась луна. Привыкнув немного к темноте, Малдер огляделся еще раз. Он с трудом мог разобрать силуэты людей, рассредоточенных по улице.

— И сколько мы здесь будем ходить? — спросил Малдер.

— Сколько потребуется. Пойдем.

Малдер вместе с Фирсоном двинулся дальше. Как так вышло, что его не пленили? Почему ему по-прежнему доверяют? Или все же нет? Радовало одно: Сэйле и Винчестерам удалось бежать. Он надеялся, что они уже далеко. Ну что ж, Кас, надеюсь, ты поймешь, почему руны переносят меня сюда.

— Заворачивай, дальше они не могли пройти, — послышалось со спины.

— Почему?

— Здесь граница города. Как только Сэйла сбежала с незнакомцами, я поставил вокруг города энергетический щит. Его не сможет пробить ни одна магия. Никто не пройдет через руническую защиту, активированную печатью века.

Малдер вспомнил, что печать была украдена. Выходит, в этом времени она принадлежит братству?

Они остановились на развилке.

— Посмотри в том направлении. Я пойду по этой дороге, — указал Фирсон.

Малдер двинулся дальше один. Пройдя пару домов, он услышал странный звук, слабо доносящийся из-за домов. Малдер подошел ближе.

— Фицджеральд? — из кустов, окружающих дом, показался Сэм с винтовкой в руках.

— Малдер, — поправил его он.

— Докажи.

— Интересно, как?

Сэм прицелился.

— Хорошо, успокойся, — поднял руки Малдер. — Я встретился с вашим Кастиэлем. Только он говорит, что не посылал вас.

— Значит еще не время, — Сэм опустил ружье. — Город окружен электромагнитным щитом, мы не можем выбраться за его приделы.

— Есть план?

— Тебе Кас ничего не сказал?

— Да он даже не знал о моем перемещении сюда, не говоря уже о вашем присутствии…

— Кас обещал появиться позже. Вот только когда это позже настанет…

— Один из братьев сказал, что через этот щит никто не пройдет. Кас не мог стереть память человеку из-за наложенной руны с печатью века. Руны уменьшают его силы. Возможно, щит так же не пропустит его сюда.

— Тогда как ты перенесся?

— На мне руна, которая как-то влияет на перемещение. Возможно, только таким способом можно обойти защиту. Что если Касу переместиться сознанием в тело другого человека?

— Тоже не пройдет. Ему для этого нужно согласие человека. А он его может получить, только находясь рядом.

— Тогда остается продолжать прятаться. Вы нашли надежное укрытие?

— Вроде… идем со мной.

— Если я проснусь, и Фицджеральд окажется с вами, весь побег станет напрасным.

— У нас есть винтовка на этот случай. С Сэйлой что-то не то…

— Что? — спохватился Малдер.

— После побега, мы поняли, что перед нами Сэйла, а не Дана. Она была напугана, забилась в угол комнаты и ничего не говорила. Но пару часов назад она изменилась. Мы с Дином оказались под дулом нашей же винтовки. Она потребовала ответов, кто мы, что происходит, где она. Мы пытались ей объяснить, но она заявила, что ее зовут Дана, а не Сэйла. Мы и тогда попытались ей напомнить, что произошло. Но вышла загвоздка: это не та Дана Скалли, что была с тобой.

— Подожди. Я точно знаю, что Дане больше не снились сны.

— Как ты можешь быть уверен?

— Побывал в будущем, — пожал плечами Малдер.

— Весело, — усмехнулся Сэм. — Тогда ты и выясняй, что там за новая Дана Скалли, и откуда она взялась.

— Пойдем, только будь бдителен. Смотри за мной.

Сэм повел Малдера между домами.

— Что вам устроила Дана, что ты отправился за мной?

— Скажем так, стреляет она очень метко, а дерется, как профи.

— Вы что, напали на нее?

— Напали? Да кто на кого еще напал. Она увидела себя в зеркале и словно обезумила. Ей явно не нравились наши ответы. Она расстреляла стену позади меня точно над моей головой.

— Может она, наоборот, плохо стреляет? — усмехнулся Малдер.

— Не смешно. Дин пытался обезоружить ее. Его глаза и пах, думаю, еще долго будут ныть.

— Вам удалось ее успокоить?

— Да, случайно. Сказали, что можем привести Малдера. Она согласилась отпустить одного из нас. Так что, Дин дожидается под дулом винтовки.

— Теперь понятно, почему ты рискнул меня найти.

— Она испугана, мы не можем предпринять серьезных действий. Будь она Сэйлой или Данной, девушка остается невинной жертвой. Мы на ее стороне. А нападать на тех, кого мы спасаем не в наших правилах.

Малдера все больше беспокоило, кто мог оказаться в теле Сэйлы. По манере поведения, стрельбы и драки, он узнал Скалли, но все-таки не был полностью уверен. Малдер думал, но не мог найти ответ.

Они подошли к дому. Трехэтажное строение сливалось с темнотой.

— Чей это дом?

— Мы его обнаружили до проникновения в замок братьев. Хозяева уехали, он пустой.

Сэм постучал в дверь с определенным интервалом. Дин открыл спустя несколько секунд.

— Малдер? — воодушевленно спросил он.

— Да, это я.

— Отлично, — Дин повернулся к Дане, — вот он.

— Это не Малдер, — бросила Скалли.

— Это я, все хорошо. Положи винтовку, — убеждал Малдер, проходя в дом.

— Может, я тебе пулю в лоб лучше засажу? — съязвила Скалли.

— Видишь? — изобразил улыбку Сэм.

— Скалли, я Малдер. Я могу это доказать. Я так же, как и ты, оказался в теле другого человека.

Малдер попробовал сделать еще один шаг к ней, но Скалли тут же выстрелила ему под ноги.

— Эй, дамочка, ты не могла бы прекратить пальбу? Нас вообще-то ищут! — прокричал Дин.

— Возможно, тот, кто нас ищет, наконец, скажет праву.

— Твое полное имя — Дана Кэтрин Скалли, — быстро начал Малдер. — Твою маму зовут Маргарет, а брата — Билл. Он служит в ВМС. Ты обожаешь йогурты с пыльцой…

— Эту информацию может добыть любой!

— Даже про йогурты? Узнаю свою Скалли. Но я все еще не понимаю…

— Значит, это точно Дана Скалли? — рискнул спросить Сэм.

— Это Скалли, но вот откуда? — задумчиво произнес Малдер.

— Что значит откуда? И где я сейчас? — требовала ответов Скалли.

— Ты в 1909 году, — ответил Малдер.

— Этот бред долго будет продолжаться? — Скалли обвела всех троих дулом ружья.

— В каком году ты была до появления здесь? — пошел напролом Малдер.

Скалли замерла.

— Ты не помнишь? — Малдер еще раз решился сделать шаг, но Скалли тут же отступила.

— Я помню, в каком году я живу, — голос у Скалли дрогнул. — Но перед появлением здесь, я услышала по радио — 1990 год…

— Хорошо, в каком году ты живешь?

— В 1999-ом, — уверенней ответила она.

На этот раз замер Малдер. Могла ли быть перед ним Скалли из измененного будущего? Мог ли Кас случайно перенести вместе с ним и ее в прошлое?

— Скалли, ты помнишь, как рассказывала мне о сыне? — более спокойно спросил Малдер.

— Вот ты и попался! — Скалли наставила на него ружье. — У меня нет детей. Кто ты? У тебя пять секунд, чтобы ответить.

— Скалли, расскажи, что ты помнишь последнее из 1999 года?

— Зачем? Вы не те, за кого себя выдаете. Вы хотите запутать меня еще больше?

— Нет. Я настоящий Малдер. Я думал, что изменил будущее. В нем у нас есть сын уже в 1999 году.

— Как ты мог изменить будущее? Я не могу иметь детей!

— О нет, — Малдер схватился за голову. Он окончательно понял, что перед ним Скалли из неизмененного будущего. Именно его Скалли, та, по которой он так скучал. Но как такое может быть?

— Скалли, спроси у меня все что хочешь. Я докажу кто я.

— А откуда она? — спросил Дин.

— Дана Скалли моя напарница из будущего, которое, как я думал, изменил.

— Вот это жизнь, повороты покруче наших. А я уж думал, круче не бывает, — присвистнул Дин.

— Если ты неверно ответишь на вопрос, я прострелю тебе ногу. Мне надоело это. Согласен?

— Да, задавай.

— Когда мы первый раз занимались любовью?

Малдер от такого вопроса поперхнулся.

— Или этот вопрос с подвохом, или ты из еще одной версии будущего. Потому что в 1999 мы с тобой только друзья.

— Значит, это на самом деле ты… Межу нами действительно ничего не было, я проверяла тебя, — Скалли опустила оружие. — Последнее, что я помню, — мы раскрыли дело, связанное со спорами грибов. Они затягивали людей под землю и переваривали их. В это время у нас были галлюцинации. Теперь я поняла, что мы так и не выбрались. Если я выстрелю в одного из вас, то польется желтая жижа, а не кровь.

Скалли попыталась выстрелить, но трое мужчин одновременно напали на нее.

Малдер выхватил ружье и отшвырнул в сторону. Дин держал Дану за руки, но она уже перестала сопротивляться.

— Я хочу домой, — прошептала она.

— Отпустите ее, — велел Малдер.

Дин и Сэм отошли в сторону.

— Скалли, я тоже хочу этого больше всего.

Малдер уселся рядом с ней на пол.

— Это действительно ты? — Скалли провела ладонью по его лицу.

— Да. Скалли, наши расследования всегда были паранормальными…

— Дана, смотри, — Сэм достал нож и провел лезвием по ладони. Тут же появился кровавый след. — Настоящая кровь. Мы не галлюцинация.

— Все равно, это безумие, — покачала головой Скалли.

— Малдер и Скалли, Малдер и Скалли, точно! — воскликнул Дин, вскочив со стула.

— Эй, у тебя с головой все в порядке? Скалли тебе ничего не отстрелила, пока нас не было? — бросил Малдер в ответ на странное поведение Дина.

— Я понял! — поиграл бровями Дин.

— Брат, ты меня пугаешь, — произнес Сэм.

— Сэм, помнишь, мы смотрели фильм о паранормальных явлениях? Героев звали Малдер и Скалли.

— Дин? — непонимающе уставился Сэм.

— Зомби, чаша Лазаря, интим в гробу, — перечислял Дин, жестикулируя руками.

— О нет, — замотал головой Малдер, поняв, о чем идет речь.

— О да! — улыбнулся Дин во весь рот. — Ребята, признавайтесь…

— Малдер, о чем он? — спросила Скалли, понемногу отходя от шока.

— Не важно.

— Эй, как это не важно! Это не может быть совпадением. Ладно еще имена, но вы тоже расследуете паранормальные явления! — настаивал Дин.

— Дин, к чему ты ведешь? — спросил Сэм.

— Да к тому, что я тебе доказывал, что чаша Лазаря на самом деле существует. Этот фильм снят по реальным событиям. Они даже имена в фильме оставили настоящие, вот дебилы. Малдер и Скалли, вы легенда!

— Скалли, кажется, мы столкнулись с нашим фанатом.

— Кто мог снять фильм о нас? — спросила Скалли. Новая тема, казалось, помогла ей немного отвлечься.

— Да нашелся один недоделанный сценарист тире продюсер тире помеха тире головная боль.

— Ты имеешь в виду друга Скиннера? — заинтересовалась Скалли. — Но он же только хотел позаимствовать идеи.

— Ух, какие же это идеи! — продолжал улыбаться Дин. — Малдер, а правда, что у Скиннера фонарик больше?

— Фанат пресловутый, заканчивай! — выпалил Малдер.

— Получается, что Дана на самом деле предпочла Скиннера?

— Я что?

Малдер вскочил, пытаясь схватить Дина.

— Это я еще про интим в гробу между вами не спрашивал.

— Я его убью, — произнес Малдер, покачав головой.

— Да скажите ему, что чаши Лазаря не существует! — выпалил Сэм.

— Не знаю, как чаша, но шапка Мономаха и печать века, по словам Кастиэля, украдены. И печать века здесь, в руках братства. Может, об этом поспорим? — выпалил Малдер.

— Не знаю, о чем вы говорите, но я хочу узнать о фильме. Неужели его сняли?

— Скалли, поверь, тебе лучше этого не знать, — замотал головой Малдер.

— Значит, чаша Лазаря тоже может храниться у Каса на небесах, — размышлял вслух Дин.

— Сэм, ты бы присмотрел за братом, чую, он оживить кого-то вздумал, — предупредил Малдер.

— Не впервой, — тяжело вздохнул Сэм.

— Отлично, теперь, когда все выяснили, что делать будем? — спросил Малдер.

— Нам нужен Кастиэль. Но он сможет пройти, только если снимут щит, — сказал Сэм.

— А снимут его, в лучшем случае, если братство обнаружит Сэйлу, — добавил Малдер.

— А в худшем? — спросил Сэм.

— Вас вместе с ней.

— Ты хочешь вернуть Сэйлу? — недовольно спросил Дин.

— У нас появится немного времени. Я попробую проснуться и поторопить Кастиэля, чтобы он вас перенес сюда, а затем и сам вернулся.

— Малдер, а почему тебя не схватили? — перевел тему Дин.

— Хочешь посмотреть, как теперь меня на дыбу положат?

— Я серьезно.

— Наконец-то. Я не знаю, — Малдер развел руками. — Нам нужно действовать.

— Я не хочу к тем людям, — произнесла Дана.

— Все будет хорошо.

И тут резкая головная боль пронзила Малдера. Он почувствовал, что исчезает.

— Прячьтесь! — успел прокричать он.

* * *

Дневник Фокса Малдера

«Прошло всего пару дней с моей последней записи. Но за это время случилось многое.

Страх что-то снова забыть сменился потрясением: сначала от встречи с молодой Даной в 1990; затем от странного сна, затянувшего нас еще дальше в прошлое, в тела незнакомых людей; от потери напарницы, решившей выбрать медицину, а не ФБР; от будущего, которое изменилось из-за ее выбора; от встречи в 1909 году с моей Скалли из настоящего 1999 года, которая так же непонятным образом перенеслась в прошлое; от истины, которую я узнал (из-за чего я оказался в теле своего молодого прототипа); от встречи с ангелом, манипулирующим ситуацией…

Я потерял Дану из-за странного сна, открывшего ей будущее с помощью магии рун. Она не захотела такого будущего и решила выбрать медицину. И все это из-за профессора Пели с его рунами, которые он нанес на руку Даны. Помимо подозрений, у меня выработалась личная неприязнь к этому человеку. Хотя в нашем будущем со Скалли он точно не виноват. Он не в ответе за наши испытания, за мое стремление к истине.

В этой истории замешан еще один человек, правильней будет сказать ангел, как бы невероятно это ни звучало. К вере в пришельцев присоединилось знание об ангелах. Ангел Кастиэль, именно он направил меня на это расследование вместе со Скалли. Он перенес меня в прошлое, которому я не принадлежал. Теперь я знаю, как оказался в 1990 году.

Кастиэль нашел меня случайно, разыскивая путешественника во времени с украденными небесными артефактами. Он уверен, что этот человек сейчас в 1990 году и похищения девушек связаны с ним. Благодаря шапке Мономаха вор переместил свое сознание в прошлое, в тело неизвестного и теперь управлял им.

Наличие рун и здесь немаловажно. Из-за них мы со Скалли во сне переносились сознанием в 1909 год, в тела неизвестных людей. Там я встретил братьев Винчестеров. Интересные парни. Дин и Сэм оказались посланниками ангела Кастиэля. Я чувствую, что могу им доверять, несмотря на перепалки с одним из них. Они из 2010 года, и не верят в инопланетян. Это обнадеживает, возможно, к этому году колонизаторы не так сильно будут влиять на мир.

Скалли… Я думал, что потерял ее. Она изменила будущее своим решением. Кастиэль отправил меня в то, другое будущее. И как ни странно, оно мне понравилось. Там не было столько боли, потерь. И мы со Скалли были вместе. Я узнал, что Диана Фоули изначальна была не на моей стороне. Столько лет обмана, а я был слеп. В этом будущем Скалли смогла мне доказать, кто в моей жизни враги, а кто друзья. Я даже хотел оставить этот измененный мир, и не пытаться все вернуть. Но мое решение изменила настоящая Скалли. Именно Дана Скалли из моего настоящего мира только другого года — 1999. Непонятным образом она также оказалась в теле Сэйлы в 1909 году. Я так скучал по напарнице. Я думаю, она могла перед этим оказаться в теле своего молодого двойника, Даны из 1990. Но я не понимаю, каким образом она в этом увязла. Кастиэль считает, что это связано с изменением будущего. Проснувшись, я пытался найти мою Скалли здесь, в 1990 году. Я даже думал раздобыть телефон Джека Минтона, ее парня, но быстро отверг эту идею. Я связался с комиссаром, надеясь получить домашний телефон и адрес, так как прежняя Дана уехала из общежития. Комиссар пообещала перезвонить, как только доберется до документов. А у меня выкралось немного времени, чтобы написать…»

* * *

За час до этого…

Малдер вскочил с постели. Пару секунд спустя он понял, что проснулся окончательно. Значит, Фицджеральд остался с Винчестерами и Скалли. Нужно срочно заснуть опять. И почему он проснулся, ведь его никто не будил?

Малдер обернулся в поисках Каса. Ангел сидел на кресле в медитирующей позе, не реагируя. Малдер лег обратно, отчаянно надеясь, что сможет заснуть. Усилия оказались напрасными.

— Кас, — подошел он к нему. — Кас, проснись!

Малдер потрепал его за плечо.

— Я не сплю, — ответил ангел, даже не шевельнувшись.

— Ты смог выяснить связь перемещений с рунами? Мне нужно снова заснуть, остальные оказались в неприятностях из-за того, что меня выдернули из сна, — выпалил на одном дыхании Малдер.

— В прошлое ведут тебя руны, я ясно видел след. Но пройти за тобой до конца не смог. Что-то помешало мне. Я больше ощущал, чем видел… Ты не сможешь заснуть. Ты не просто проснулся, тебя вытеснил Фицджеральд.

— Такое возможно?

— Видимо, они владеют действительно мощной магией. Но я не смог определить род этой магии, меня что-то не подпускает к ним.

— У них печать века. Город закрыт магическим шитом: никто не может войти или выйти.

— Но печать века уже несколько столетий хранилась на небесах, до того как ее украли в 2010. Она не может быть у них в 1909 году. Если только… — Кас задумался.

— Что?

— Вор перенесся еще дальше в прошлое, вместе с печатью… Но я чувствую сейчас его присутствие в этом времени, в 1990…

— Возможно, он скоро перенесется… Винчестеры находятся в прошлом из-за тебя, но ты говорил, что не переносил их туда. Получается, ты скоро должен будешь перенести братьев: за несколько дней до событий, которые происходят там сейчас.

— До того, как поставят щит, — добавил Кас.

— Да, и вернуться примерно к тому времени, как его снимут.

— Тогда мне следует поторопиться за Сэмом и Дином, — Кас встал.

— Подожди, это еще не все, — остановил его Малдер. — Я тебе рассказывал, что там есть девушка Сэйла из древнего рода, но не сказал, что в ее тело переносилось сознание Даны.

— Видимо, поэтому руна у тебя на лбу стала обладать такой мощью. Я ее активировал, но она не могла быть так сильна. На Дане была руна, активированная самой печатью, возможно, через нее твоя руна получила большую энергию. И когда Дана перенеслась в прошлое, твоя руна отправила тебя за ней. Мир состоит не только из физического и материального, есть астральные тела. И вы с Даной связаны на астральном уровне. Но я все же не пойму, почему руна унесла ее в прошлое… О других пропавших ты там не слышал?

— Нет. Но сейчас важнее другое. Попав в измененный 1999 год, я встретил Скалли. Она сказала, что с того дня, как приняла решение не работать в ФБР, ей больше не снились эти сны. Она не переносилась в прошлое. Однако сейчас, во сне, я снова встретил Скалли в теле Сэйлы. И эта Скалли — из 1999 года, настоящего для меня, не измененного мира.

— Из неизмененного будущего? — удивился Кас.

— Да, я уверен. Она сказала, что из 1999 года, но перед тем как оказалась во сне, услышала по радио — 1990 год. Подозреваю, что Скалли так же, как я, переместилась в своего молодого прототипа, которая отмечена рунами. И именно из-за них тоже перенеслась в тело Сэйлы. Это ты перенес Скалли в 1990 год из 1999?

— Нет. Даже если бы хотел, не смог бы. Будущее изменилось, так же как и люди в нем. Если бы я перенес Скалли из 1999 года сюда, то она так же была измененной, не из твоего настоящего мира.

— Тогда как? — потребовал ответа Малдер. Нервы были на пределе.

— Это может быть одно из последствий влияния на будущее. Я тебе говорил, что не знаю, как очередное изменение будущего может отразиться на реальности. Возможно, наше перемещение в 1999 год усугубило ситуацию. От твоей настоящей Скалли остался фантом, некая субстанция, вытесненная и замещенная чем-то новым, продиктованным измененными обстоятельствами. Линия жизни Скалли была переписана. Но следы ее жизни продолжают проявляться. Фантом мог почувствовать тебя, и последовать за тобой. Твоя связь с настоящим будущим могла помочь ей окрепнуть.

— Ты хочешь сказать, что мы изменили будущее, и я тем самым убил, превратил в фантома свою, настоящую Скалли? — Малдер не мог поверить.

— Мир очень сложен. Предугадать невозможно, что случиться. Но другого объяснения я не вижу. Фантом, связанный с тобой, мог так же последовать за нами в прошлое. Она оказалась в 1990 году, как раз на пороге, когда произошло…

— Расщепление будущего, — помог найти слово Малдер.

— Да. Тем самым ее сознание полностью вернулось, застряв в своем двойнике.

— Я хочу вернуть свою Скалли. Да, мы многое пережили, но мы были теми, кем нас сделала жизнь. Я люблю свою Скалли. Не верю, что все испортил.

— Через семь дней твое сознание бы подавил молодой прототип, и ты стал бы всего лишь фантомом, блуждающим среди миров. Теперь мы должны вернуть твое «настоящее» время.

— Я найду Скалли!

— В этом я помочь не могу, она скрыта от меня печатью. Я должен переместить Винчестеров в 1909 год.

Кас исчез, и Малдер остался один. Он позвонил комиссару, надеясь узнать адрес Даны.

* * *

Малдер поехал домой к Дане, но ее там не оказалось. Тогда, по старой памяти, он вскрыл замок. Аккуратность, присущая Скалли, присутствовала во всем. Агент проверил автоответчик: несколько сообщений, но ничего, что могло указать на то, где Дана. Открыв холодильник, Малдер обнаружил, что тот пуст. Возможно, Скалли еще не вернулась домой… Но и в общежитии ему сказали, что Дана Скалли съехала.

Где она может быть? Что, если его теория верна, и в молодой Дане — сознание Скалли из 1999 года? Она же подумает, что сошла с ума.

От этой мысли Малдеру стало еще больше не по себе.

Он набрал номер Маргарет Скалли, надеясь, что Дана у матери. Но и там ее не оказалась. Маргарет посоветовала позвонить Джеку Минтону, парню Даны. Малдер скривился от такого предложения. Но она права — нужно проверить все варианты. И Малдер перезвонил по номеру, полученному от Маргарет.

— Слушаю, — раздалось в трубке.

— Здравствуйте, это агент Малдер.

— Что вам нужно?

— Я разыскиваю Скалли. Вы не знаете, где она может быть?

— Надеюсь подальше от вас!

— Она может быть в опасности…

— Значит, я все-таки был прав. Не стоило ей связываться с ФБР, и тем более с вами. Я не знаю, где она может быть, но попытаюсь узнать…

Джек бросил трубку, оставляя агента слушать гудки. Как же ему хотелось удавить этого адвоката. Внезапно пейджер в кармане Малдера ожил.

* * *

Подъехав к больнице, Малдер припарковался на стоянке и поспешил внутрь.

— Где Лейла Хэнон? — спросил он на посту, показывая удостоверение ФБР.

— Двадцать… — Малдер не дослушал, заметив агента Раса возле палаты, и направился к нему.

— Рас…

— Малдер, девушка здесь, — указал он на дверь. — Следов побоев или изнасилования нет, как и следов наркотических веществ. У нее лишь незначительно повышен уровень эндорфинов.

— Кто и когда ее доставил сюда?

— Неизвестно. Она оказалась здесь во время пересмены персонала. Никто из них не может ответить…

— А Лейла что говорит?

— Тебе лучше самому с ней поговорить, — Рас приоткрыл дверь.

Девушка спокойно лежала, устремив взгляд в окно.

— Я агент ФБР Фокс Малдер, — он вошел в палату. — Как вы себя чувствуете?

— Относительно нормально, — повернулась к нему Лейла. — Вы хотели задать вопросы?

— Если вы в состоянии… — Лейла кивнула. — Кто вас сюда привез?

— Не знаю. Я очнулась уже в больнице.

— Вы помните что-нибудь о том…

— Агент Малдер, профессор Пели замешан в похищении! — спокойно сказала Лейла.

— Он вас похитил? — Малдер был напряжен, словно струна, в то время как девушка была само спокойствие. Агент отметил это, но меньше чем через минуту его волновало совсем другое.

— Я не совсем уверена. Но он был там, где нас держали.

— Вы стали последней, кого похитили, но вас вернули…

— Я им не подошла. Но я не была последней.

В это время в палату ворвалась Джена.

— Подруга, как я рада видеть тебя! — поспешила она к постели больной.

— Джена, — обрадовалась ей девушка, протягивая руки.

— Прости меня, я не верила, что тебя похитили, — сквозь слезы произнесла Джена.

— Лейла, вы знаете, где вас держали? — продолжил Малдер, не обращая внимания на вошедшую.

— Нет, — Лейла обняла подругу. — Мы были в доме, из окна виднелся только лес… Я мало что помню, и когда начинаю вспоминать, голова начинает раскалываться. Мы можем продолжить позже?

— Последний вопрос… Вы не знаете, кого похитили после вас?

— Нет.

— Джена, вы случайно не видели Дану Скалли? — спросил Малдер, наконец-то обратив внимание и на нее.

— Она сегодня всем нужна, — невзначай бросила Джена.

— Кто-то еще спрашивал? — агент напрягся.

— Да! Профессор Пели.

— Вы сказали ему, где ее можно найти?

— Нет. Она уехала из общежития… Я не знаю…

Малдер быстро покинул палату и направился в университет. Раса он проигнорировал — тот все равно ничем не мог помочь, даже не поверил бы в происходящее. Все же Скалли была единственной напарницей, подходящей ему полностью. Фокс боялся поверить, что она оказалась в руках похитителя. Нужно немедленно найти ее. Она нуждается в нем, а он — в ней, единственной связующей с его настоящим миром.

* * *

Малдер зашел на кафедру древних религий. Ординаторская была пуста. Обходя кабинеты на этаже, агент наткнулся на одного из профессоров, ведущего занятие.

— Извините, вы не знаете, где профессор Пели?

— Задание у вас есть, думайте, — сказал профессор студентам и вышел в коридор к Малдеру.

— Я профессор Грин. А вы агент ФБР?

— Да, Фокс Малдер. Я ищу профессора…

— Я слышал. Пели сегодня не появлялся на кафедре.

— Могу я получить его домашний адрес, телефон?

— Боюсь, что вам это не поможет.

— Что вы хотите этим сказать? — Малдер упер руки в бока.

— Его квартира пуста. Мы ее проверили первым делом.

— Вы? — удивился агент.

— Агент Малдер, давайте пройдем в ординаторскую.

Зайдя внутрь, профессор указал на стул.

— Садитесь, нам предстоит долгий разговор.

— У меня не так много времени, — покачал головой агент.

— Если вы хотите найти Пели, садитесь.

Тяжело вздохнув, Малдер присел на стул.

— Наш университет был открыт в 1912 году, — начал профессор. — Его основатели были не простые люди. Они входили в тайное общество, которое образовалось в 1909 году в городе Хейване.

— Хейван? Вы знаете историю города? — вскочил со стула Малдер.

— Более того, я знаю об этом городе то, о чем нельзя узнать из библиотечных книг. Территория Хейвана была одной из первых, заселенных американцами. Но не многие из первых жителей остались там. Люди бежали из города. На нем лежало проклятье. Много странного происходило в Хейване. И никто не мог это остановить. Люди с необычными способностями скрывались там. До недавних пор в городе было затишье: никаких странных случаев, проявлений необычных способностей. Но две недели назад все изменилось: город покрыл туман и не отходит до сих пор. Как будто город сигнализирует об опасности. Так же две недели назад, у нас начали пропадать девушки. Когда обнаружили их одежду с рунами, у нас появились подозрения — ведь одна из загадок Хейвана в 1909 году тоже была связана с рунами.

— Вы знаете, что происходило в 1909 году в Хевайне? — взгляд Малдера был умоляющим.

— В одном из замков на берегу поселились странные люди. Их обходили стороной, называя колдунами. Вскоре поползли слухи, что они похищают девушек, выбранных с помощью рун.

— Значит, было несколько похищений? Я думал, что похитили только Сэйлу.

— Вы знаете? — удивился профессор.

— Я знаю о белокуром братстве В.

— Значит, мы не ошиблись. Вы тот самый агент ФБР.

— Что это значит? — в очередной раз Малдер вскочил со стула.

— Нашим предкам около века назад было пророчество, что странные события продолжатся, и на помощь придет агент ФБР. Они сумели сохранить эту информацию для нас. А мы призваны наблюдать за Хейваном. Мы заподозрили Пели, как только начались похищения, но ничего не предпринимали, следя за ним. Профессор работал в университете почти всю свою жизнь. Никогда ничем не выделялся. Мы проверяли его, когда брали на работу, и ничего подозрительного не обнаружили. Совершенно обычный человек: с работы — домой, утром из дома — на работу, больше никуда не ходит. Но сегодня днем нам позвонила Лейла, наш так сказать… тайный агент.

— Лейла? — теперь Малдеру стало понятно, что не только лекарства способствовали излишне спокойному поведению девушки.

— Да, — кивнул профессор. — Мы следили за ней через «жучок». Но когда ее похитили, он перестал работать. Наши подозрения подтвердились — это Пели. Лейла сказала, что у него что-то вроде раздвоения личности — ночью его голос и выражение лица изменяются, он как будто становился другим человеком. Когда мы пришли к Пели, то не обнаружили его дома. Зато нашли в доме скрытый ход, который ведет в канализацию. Проверили и там, но тоже безрезультатно. Поэтому, чтоб найти профессора, нам придется провести специальный ритуал. Причем сегодня, в полнолуние. Для этого нужен человек с активированной руной. Лейла не подойдет — ее руну дезактивировали.

— У меня на лбу активированная руна. Только не спрашивайте, откуда…

— Отлично… А то мы уже начали искать девушек из клуба…

— Откуда вы узнали, где нужно искать? — Малдер вспомнил, что Дана получила свою печать на руке, как и остальные девушки — в клубе.

— У нас есть свои люди в полиции и в других службах.

Следующая пара часов прошла как в тумане. Малдеру больше ничего не сказали. Его оставили одного в подвальном зале. От странного запаха свечей агент чувствовал себя опьяненным. Он перестал замечать время и людей в странных балахонах. Картина перед глазами превратилось в одно расплывчатое пятно.

Малдер очнулся от того, что ему в лицо плеснули холодной водой.

— Мы знаем, где Пели, — профессор передал ему листок с адресом. — Торопитесь… Мы постараемся подавить его магию…

— Спасибо, — произнес Малдер, не став расспрашивать, как им это удалось. Он знал, что у него мало времени. Возможно, позже…

Он добрался до телефона и набрал номер Раса. К этому моменту в голове у него полностью прояснилось и чувствовался сильный приток энергии.

* * *

Одинокий дом, затерявшийся среди леса, светился странным светом. Окутав окна и двери, свечение перебиралось на стены. Группа вооруженных агентов приблизилась вплотную. В окно Малдер увидел странную картину: посреди большой комнаты на столе, скрестив руки и ноги, сидел Пели. Вокруг стола, словно под гипнозом, стояли похищенные девушки, обернутые лишь в белые простыни. Среди них он узнал Дану. Малдер подал знак, и агенты ворвались внутрь, но замерли на несколько секунд, ослепленные и парализованные светом…

Девушки в кругу начали одна за другой падать, и Малдер бросился к Дане. Рас добрался до Пели.

— Вы арестованы…

— Он ушел, — произнес Пели. — Его больше нет в этом времени.

— О чем вы говорите? Кто ушел? Ваш сообщник? Куда пошел? — требовал ответов Рас.

— В прошлое, — Пели посмотрел на Малдера.

Агент присел на пол, привлекая Скалли к себе.

— Я не мог ему сопротивляться… Но пытался, оставляя на вещах девушек защиту из рун.

— Но вы оставили другие руны на одежде Лейлы Хэнон. Затем отправили ее в больницу. Она вам не подошла? — спросил Малдер.

— Лейла не подошла ему, — уточнил Пели.

— Кому? — требовал ответа Рас.

— Почему она не подошла, Пели? — не обращал внимание на напарника Малдер.

— Он сказал, что она нечиста. Лейла делала аборт.

— Как вы выбирали девушек? — давил на профессора Малдер.

— Не знаю, он это просто чувствовал. Я не мог читать его мысли, в отличие от него. Он полностью контролировал меня, а ночью мое тело переставало принадлежать мне.

— Кто он? — еще раз спросил Рас.

— Я не знаю, — Пели опустил голову.

— Не спускайте с него глаз! — велел Малдер.

Он вынес Дану из дома и аккуратно положил ее на скамейку около веранды. С растрепанными рыжими волосами и обернутая лишь белой простыней, Дана напоминала Малдеру о лучших временах. Он встряхнул головой, словно прогоняя приятное видение.

Послышались звуки сирен. Пели вывели из дома. К девушкам, которые неожиданно разом очнулись, направились парамедики.

Скалли отказалась от осмотра, заявив, что сама врач, но со скамейки вставать не спешила.

Малдер пытался выяснить, какая именно Дана Скалли перед ним, не задавая прямых вопросов. Он несколько раз спросил, в порядке ли она. На что получил одинаковые ответы: «Я в порядке, Малдер».

Лес уже не казался таким заброшенным. Всюду царила суета, фонари освещали окрестности, прибывали все новые машины скорой помощи, полицейские… Джек Минтон вышел из одной из них.

«Его еще тут не хватало», — успел подумать Малдер, когда адвокат заметил их.

— Дана! — Кинулся к ней Джек.

Скалли подняла на него обеспокоенный взгляд, затем обернулась к Малдеру.

— Дана, ты как? — Джек присел на корточки возле нее.

— В порядке, — ответил она, чуть поежившись.

Джек захватил ее руку, сжав в своих ладонях. Скалли напряглась.

— Джек, Дане нужно время… — попытался вмешаться Малдер.

Помимо собственной неприязни к этому человеку, он видел, что Скалли чувствовала себя как будто не в своей тарелке. И Малдер все еще не был полностью уверен, какая именно Скалли перед ним.

— Дана, пойдем. Я о тебе позабочусь, — Джек игнорировал Малдера, пытаясь поднять Дану. — Ну же, Грейпфрутик, поднимайся.

Малдер резко встал со скамейки, схватив Джека за руку.

— Джек, вы забываете, кто здесь старший агент!

Адвокат не успел ответить, как Скалли выдернула руку из его захвата.

— Минтон, еще раз назовешь меня Грейпфрутиком… пожалеешь! — последнее слово Скалли произнесла с паузой. Малдер только по ее взгляду догадался, что она что-то поняла. Как же ему не терпелось узнать, из какого времени перед ним Скалли. Ведет ли она себя странно из-за пережитого в этом доме или же…

— Минтон, ты прекрасно знаешь, что я ненавижу это прозвище.

— Дана, я отвезу тебя в больницу.

— Я поеду туда, когда сочту нужным. И с моим напарником. Это место преступления, так что тебе здесь делать нечего. Или ты сменил профессию?

Малдер молча наблюдал, не в силах спрятать ухмылку. Минтон бросил на него озлобленный взгляд.

— Дана, поговорим позже. Надеюсь, влияние агента Малдера к тому времени пройдет.

Минтон ушел, оставив их наедине друг с другом и своими мыслями. Скалли не произнесла ни слова. Спустя минуту Малдер решился на очередной шаг.

— Скалли, какой сейчас год?

— Ты издеваешься? — Дана окинула его убийственным взглядом.

— Я хочу лишь проверить, что ты в порядке, — невинно пожал плечами он.

— Малдер, а ты не хочешь проверить того человека, которого вы арестовали! — она кивнула на машину, где держали Пели.

— Ты не знаешь, кто это? — удивился Малдер. Дана должна была помнить своего преподавателя. Но если она из 1999 года… Ангел изменил события. В настоящем мире Дана не училась в этом университете, так же как не участвовала в расследовании под прикрытием. Значит она не должна знать Пели… Малдер решился еще на один шаг:

— Скалли, сейчас 1999 год.

— Малдер, почему ты привязался к этому году? — раздраженно бросила Скалли.

— Ты не возразила.

— Что ты от меня хочешь? — поднялась со скамейки она, но тут же села обратно.

— Ты Дана Скалли из 1999 года, а сейчас 1990!

Агент, проходивший мимо, странно покосился на него.

Скалли молча смотрела на Малдера. Он пытался угадать ее мысли, но чувствовал, что терпит фиаско.

— Скалли, ты помнишь сон? Ты была в теле девушки по имени Сэйла. С тобой были Винчестеры.

— Малдер, что происходит? — неуверенно спросила Дана. — Я сплю?

— Нет, Скалли, — он взял ее за руку.

— Как? — спросила она, слегка сжав его руку.

— Как я тебе уже говорил в том сне, у нас было много паранормальных расследований. Считай это одним из них. Во всяком случае, мне это помогает не сойти с ума.

Малдер обнял Скалли, и она уткнулась лицом в его грудь.

— Скалли, ты в порядке?

— Нет. Но спроси меня завтра, а лучше, когда это все закончится, когда мы окажемся в нашем кабинете, когда мы будем писать очередной отчет…

Скалли сжала кулаки, ее начинало трясти. Одной рукой накрыв ее кулаки, другой поглаживая по спине, Малдер пытался успокоить напарницу. Он хотел ей сказать, что они теперь не вернуться в их кабинет и не сядут за очередные отчеты, во всяком случае, он точно. Он был из 2002 года, и больше не занимался секретными материалами. Теперь бывший агент скрывается от колонизаторов, пытаясь найти их слабые места, ведь от этого зависят их жизни, жизнь их сына и судьба всего мира. Но Малдер не мог сказать этого Скалли. Она из 1999 года, тогда в их жизни было больше тайн, но меньше страха. Ей нужно успокоиться, а не вдаваться в подробности с кем она оказалось, об этом он подумает за них двоих.

— Как ты сюда попала? — спросил Малдер, удерживая ее в объятиях.

— Не знаю, — Скалли отодвинулась от него, но не отпустила его руки. — Малдер, помнишь, я говорила, что не знаю, где очнулась перед сном? Так вот теперь я уверена это был 1990 год. Я не помню, как на меня напали, но помню, что проснулась именно в этом доме. Схватили именно меня, а не моего молодого прототипа. Моих вещей нигде не было и остальные девушки помогли мне закутаться в простыню.

Скалли потрепала край простыни, невольно привлекая внимания к своему одеянию.

— Я думаю, мы найдем твою одежду в очередном парке, как и вещи остальных, — произнес Малдер, тяжело вздохнув. — Что было дальше?

Скалли протянула вперед руки, внимательно осматривая их.

— Мои руки и в тоже время не мои. Не могу поверить.

— Скалли, на этом лучше не зацикливаться. Поверь, я сам чуть не сошел с ума, пытаясь разобраться.

— Малдер, знаю, что я профессионал, агент ФБР…

— Ты человек в первую очередь, а люди не часто сталкиваются с такой ситуацией, чтобы быть профессионалами в этом.

Скалли покосилась на него. И в первый раз за это время, Малдер увидел улыбку на ее лице.

— Я рада, что ты здесь. Ты словно связующее звено с настоящим, словно последняя преграда на пути к безумию.

— Скалли, — Малдер потянулся к ней, удивленный, как точно она выразила его собственные мысли. Но Скалли вытянула руку, препятствуя ему.

— Мне нельзя раскисать, иначе труднее будет справиться с собой. Нас всех привел в зал Пели. Оружия у него не было, сообщников тоже, но не смотря на это мы выполняли все его приказы. Все казалось не существенным, кроме его голоса. Мысль о побеге даже не возникала. Он велел нам стать вокруг стола, свечи уже горели… больше ничего не помню. Все как в тумане.

— Что случилось во сне, когда я исчез?

— Многое. Что именно ты хочешь знать?

— Все. Начни, с того момента, как я исчез…

— Фицджеральд относительно быстро пришел в себя. Как мы и договаривались, я должна была оказаться у братства, поэтому не убежала. Сэму удалось скрыться. Дин решил остаться со мной. Мы не сопротивлялись захвату. Нас с Дином заперли в клетке, почти что подвесив за руки. Малдер, мне легче поверить в инопланетян, чем во все, что там творилось. Я пыталась проснуться, но не получалось. Теперь, кажется, понимаю почему: меня накачали снотворным, когда похитили.

— Скалли, из этого сна трудно самой выбраться и без снотворного. Помогает только внешний раздражитель: будильник, стук в дверь…

— Малдер, меня наверняка переносили. Это больше, чем просто раздражитель…

— Я понял, продолжай…

— Появился Фицджеральд.

Скалли закрыла глаза, вспоминая.

* * *

— Значит, ты действительно не Сэйла, — усмехнулся Фицджеральд. Скалли не ответила.

— Я не мог понять первый провал в памяти… Списал на перенапряжение. Но второй провал вышел боком: я оказался схвачен моими же братьями. Как я уверял их, что не помогал сбежать вам, говорил что ничего не помню… И тут Фирсон вступился за меня. Он сказал, что я странно себя вел, и что можно проверить одну теорию. Братья решили следить за мной и контролировать каждый шаг. С наступлением ночи, мы отправились обыскивать город. И тут опять провал в памяти. Как нам ранее всем объяснил Фирсон, есть магия более могущественная, чем та, которой владеем мы. Благодаря ей, душа другого человека переноситься в меня, затмевая мое сознание. Фирсон не оставлял меня на улице, он продолжал следить даже тогда, когда из темноты показался один из врагов. Когда твой сообщник и я зашли в дом, подоспевшие братья остались снаружи, и стали ждать моего знака. И я дал этот знак, как только вернулось сознание. Благодаря ритуалу Фирсона я смог изгнать чужака из тела.

— Теперь, когда ты знаешь, что она не Сэйла, что тебе нужно? — прокричал Дин.

— Мне так же нужно знать кто ты и твой спутник… Как вы проникли в замок? Кто вселялся в меня и почему?

— Боюсь, это тебе придется выяснять самому! — бросил Дин.

— Тобой займутся мои братья. Я сосредоточусь на Сэйле. То есть на Дане, — усмехнулся он. — Род Сэйлы обладает очень могущественной силой. Мой род благодаря ей сможет убрать древнее проклятье, и увеличить многократно магические силы. Но это может произойти, только если Сэйла согласиться добровольно отдаться мне. Тем самым она вступит в орден. Если же я возьму ее силой, то ребенок не будет иметь вообще никакой магической силы. И мой род потерпит неудачу. Но теперь появился другой вариант, благодаря тебе, Дана. Сознание Сэйлы сейчас ни на что не реагирует. Получается, если я возьму тебя силой, сознание Сэйлы не будет против, а значит, наш ребенок будет иметь магическую силу.

— Не посмеешь! — прокричал Дин.

— Ты прав, — в камеру вошел Фирсон. — Фицджеральд не дотронется до Даны. Это сделаю я.

— Что? — воскликнул Фицджеральд. — Я был избран!

Скалли наблюдала за всем, не в силах поверить в происходящее. Ужас сковал ее. Это не может быть правдой. Всего лишь дурной сон.

— Мы с братьями посовещались и пришли к выводу, что ты нечист, — сказал Фирсон. — В тебе был чужой дух. Неизвестно, как это скажется на потомстве.

— Чушь! — бросил Фицджеральд.

— Это решение братства! Пойдем со мной, и ты убедишься.

* * *

Скалли приоткрыла глаза.

— Что было дальше? — осторожно спросил Малдер.

— Они ушли. Я осталась с Дином. Он отчаянно пытался выбраться, говорил, что план был ошибкой. А я все еще была в шоке.

— Скалли, с тобой ничего не сделали?

— Не знаю. Спустя какое-то время Фицджеральд появился снова и сказал, что у меня небольшой выбор. Он подозревал, что в Фирсона тоже кто-то вселился. На повторном совете братства, он случайно выдвинул теорию, что захватить сознание могли любого из них. Откуда им знать, что этого не произошло с Фирсоном? И тогда Фирсон сознался братству, что он из будущего, а его имя Бальтазар. Он показал печать века, которая для белокурых братьев была подобна святому Граалю, и заявил, что поведет их род к могуществу.

— Мои подозрения оправдались. Печать у братства появилась благодаря вору небесных артефактов, — размышлял Малдер. — Если у Фирсона была печать, и он признал, что его настоящее имя Бальтазар, значит, наконец-то мы получили похитителя. Возможно, Кас его знает… Скалли, что было дальше?

— Бальтазар уговорил их отдать ему меня, то есть Сэйлу. Но Фицджеральд был уверен, что это уловка, а все братья ослеплены с помощью рун, активированных печатью века.

— Почему это ослепление не подействовало на него? — спросил Малдер, поглаживая ладонь Скалли. Он сам не заметил, как взял ее руку снова.

— Он не знал, только догадывался. Фицджеральд предложил нам с Дином сделку. Если я соглашусь пойти с ним, то Фирсон не дотронется до меня, так как Сэйла будет отмечена им, она больше не будет девственницей.

— Почему он думал, что ты согласишься?

— Он подозревал, что в Фирсоне живет могущественный демон. Что братство поглотит ад, так же как и всю землю, если мы дадим ему силу. Он назвал имя демона — Бальтазар. Дин его знал. Но он сказал, что это не демон, а ангел, сумевший приспособиться к новым реалиям. Он собирал библейские артефакты и не брезговал коллекционированием душ. Но Фицджеральд твердил свое, что это демон и он разрушит мир. Дин даже начал сомневаться, что они говорят об одном и том же Бальтазаре.

— Так братья именно этого и хотели — заполучить большую магическую силу. Что же им еще надо?

— Да, но они хотели, чтобы мир оставался прежним. Они ведут долгое соперничество с другими магами. Но никто из них не хочет уничтожения мира.

— А это не было уловкой, чтобы заставить тебя согласиться?

— Дин подумал об этом же. Я хотела только проснуться, решение должна была принять Сэйла. Но мне не удалось.… Малдер, я пошла с ним. Но меня разбудили в тот момент, когда мы пересекли комнату.

— Дана Скалли, вы в порядке? — прервала их подошедшая Фоули.

— Диана? — удивилась Скалли.

— Агент Фоули, — поправила ее та. — Что здесь произошло?

— Агент Фоули, а вы что здесь делаете? — бросила Скалли.

— Вопросы задаю я. Напомню вам еще раз, вы не агент ФБР!

— Неужели? Тогда кто я, по-вашему? — возмутилась Скалли, забыв о своем положении.

— Хороший вопрос! — бросила Фоули. — У меня есть еще один… Фокс, как ты узнал, что нужно искать именно здесь?

— Диана… — попытался Малдер.

— Что? Мы тут всеми силами проверяем клуб, безрезультатно допрашиваем мужчин, то время как ты неизвестно, чем занимаешься. А стоит пропасть Дане Скалли, как ты непонятным образом разыскиваешь ее!

— Диана, ты не могла бы нас оставить на минутку, — попросил Малдер.

— А что, ночи в одной постели вам не хватило? — фыркнула она и ушла.

Скалли перевела непонимающий взгляд на напарника. Что бы здесь не происходило, Диана явно с годами набралась терпимости и выдержки, которых сейчас ей явно не хватало.

— Малдер, о чем она?

— Я заподозрил, что у нас с тобой одинаковые сны, и попросил тебя остаться у меня, чтобы проверить теорию…

— Малдер, но мы же не были знакомы до 1992 года. И я согласилась? — прищурилась Скалли.

— Тогда ты была более открыта для паранормальных теорий…

— Между нами ничего не…? — беспокойство отразилось на ее лице.

— Мне нужно тебе многое рассказать, — тяжело вздохнул Малдер. — Ты не против поговорить в машине? Случайные свидетели могут принять нас за сумасшедших.

* * *

— Перемещение в измененное будущее невозможно, — растерянно произнесла Скалли, дослушав рассказ Малдера.

— Скалли, Скалли, — усмехнулся агент. — Как же мне этого не хватало.

— Значит, такой могла быть моя жизнь, если бы я сделала другой выбор, а я этого даже не помню. Сколько я упустила?

— Это еще не известно. Сколько разных жизней можно прожить и сделать иной выбор, — Малдер вспомнил один ночной разговор со Скалли, состоявшийся после ее встречи с бывшим бой-френдом. Тогда напарница уснула в самый разгар его рассуждений.

— А если верный выбор только один? А остальные — не верны, а на пути нет никаких ориентиров?

От этих слов Малдера словно накрыло дежавю. Скалли повторила точно те слова, которые скажет в будущем.

— Ты не обязательно должна помнить. Это было не твое решение. В свое время ты выбрала ФБР.

— Но я же с небольшой помощью выбрала и другую жизнь, в измененном будущем, в котором ты побывал.

— Какой бы выбор мы не сделали, жизнь все расставляет по своим местам. Все, что не делается, делается для приобретения опыта. Это одни из смыслов жизни.

— Я могу судить о нем только по твоим словам… тогда какие выводы я должна сделать?

— Возможно, я сделал выводы. Да, это твой выбор жизни, твой путь. Но иногда бывает так, что шаг, оставшийся для нас незамеченным, для других служит важным уроком.

— Малдер, ты чего-то не договариваешь.

— Я понял, кто на самом деле Диана. Я не хотел верить, выгораживал ее. Она стала моей ахиллесовой пятой. Теперь я понимаю, как ошибался. Диана сотрудничала с теневым правительством изначально. Я надеялся, что в моей жизни было подобие чего-то нормального. Но оказалось, я просто был слеп.

Малдер замер, увидев, как из-за деревьев показался Кастиэль. Ангел выглядел очень взволновано. Он подошел к машине и, открыв заднюю дверцу, проскользнул внутрь.

Малдер рассказал ему о том, что произошло здесь. К этому моменту всех девушек уже увезли в больницу. В доме работали криминалисты.

— Что случилось, когда ты проснулся сегодня? Остальных схватили? — спросил Кас.

— Дина и Сэйлу, Сэму удалось сбежать, — Малдер пересказал вкратце историю Скалли.

— Я знаю Бальтазара так же, — сказал Кас. — Своими действиями, даже если не совсем осознанно, он может приблизить апокалипсис.

— И как нам с ним бороться? — спросил Малдер.

— Я перенес Дина и Сэма в прошлое и там оставил их, но сам не чувствую еще, что к ним на выручку могу перенестись, — произнес Кас, оставив вопрос Малдера без ответа.

— Значит, защита, активированная печатью века, все еще действует, — произнес Малдер.

— Кас, а что, если тебе перенестись в прошлое, незадолго до того, как ты оставил Дина и Сэма, и когда печать еще не была активирована? — неожиданно спросила Скалли, на которую никто не обращал внимание. Ангел словно специально пытался не замечать ее.

— Получается, мы зря вернули тебя братству, — сказал Малдер, посмотрев на напарницу.

— Я не могу менять будущее даже находясь в прошлом. Твое присутствие здесь — доказательство того, как непредсказуемо это может быть, — возразил Кас, первый раз смотря ей в глаза.

— Кас, что-то не так? — спросил Малдер, замечая странное поведение ангела.

— Активированная печатью руна на руке Скалли глушит любую другую магическую силу, кроме рунической. Рядом с ней у меня голова идет кругом.

— Не у тебя одного, — усмехнулся Малдер, но из-за серьезного взгляда ангела вернулся к теме. — А если ты будешь в прошлом, но затаишься и выступишь, когда схватят Дина и Скалли, — предложил неожиданно он.

— Можно попробовать. Я боюсь менять один временной интервал несколько раз. Вы его с Бальтазаром уже изменили, и теперь он идет по своему новому направлению, которое вы снова и снова задаете, всякий раз оказываясь в телах тех людей. Но это измененное время, не смотря на ваше постоянное вмешательство течет по одной линии. Если бы я переместился, и что-то из ваших неудач исправил, до того как вы снова заснете, то временной интервал изменился бы еще раз. Прошлое нельзя менять, но когда выхода нет, нужно постараться не дробить его на несколько вариаций, иначе это может привести в последствиям, с которыми мы с вами не справимся. А такой вариант, что я перемещаюсь, но не вмешиваюсь до определенного момента мне нравится.

— Но мне понадобиться ваша помощь.

— Ты полагаешь, что если мы уснем снова, то окажемся там? — спросил Малдер.

— Я кое-что выяснил. Печать века не вечна, простите за тавтологию. Если очень часто и интенсивно ее использовать, она может сломаться. А это грозит большими бедами. Поэтому на ней есть что-то вроде сигнализации. Наш вор Бальтазар первый перенесся в прошлое, а Скалли оказалась там по зову печати. Когда печать перегружена, срабатывает «сигнализация». Только человек, активированный печатью, может дезактивировать ее. Между ними создается сильнейшая связь. Попав в руки этого человека, печать дезактивируется.

— Выходит, Скалли случайно оказалась в прошлом. Если бы не она, ее место заняла бы другая похищенная девушка. Руны выбрали Дану, как и остальных, по одним им известным законам. А печать выбрала последнего, чтобы прекратить утечку энергии.

— Почему мы переносимся именно в тела именно этих людей? — спросил Малдер.

— Я думаю, что они тоже отмечены печатью с рунами.

— Значит, Бальтазар, попав в тело Фирсона, зачем-то нанес печать на Фицджеральда и Сэйлу? — предположил Малдер.

— Нам предстоит это выяснить, — ответил Кас.

— Почему тогда Дане из измененного будущего, куда ты меня перенес, больше не снились эти сны, раз она все еще была соединена рунами?

— Только предположение… — предупредил Кас. — Эту Скалли номер один, — Кас указал на Дану перед ним, — похитили, а затем с ней и другими девушками провели ритуал, который позволил прыгнуть Бальтазару в 1909 год. Но ту Дану номер два, которая только что решила не работать на ФБР, возможно Бальтазар в теле Пели не смог похитить. Я думаю, первая Скалли была дезориентирована из-за ее перемещения в прошлое, из-за чего послужила легкой добычей для Бальтазара. Но вторая Дана не была в таком же состоянии, она смогла дать отпор. И последующее несколько часов просто не спала. Возможно, из-за этого была выбрана другая девушка для ритуала. Вор сбежал в 1909 год. А печать там могла сломаться, нарушив связь рун. Поэтому Дане номер два больше и не снились эти сны с перемещением в прошлое. Но это уже история. Мы изменили мир, непонятным способом переместив Скалли номер один сюда. И Бальтазар с помощью нее прыгнул в прошлое. Нам нужно теперь думать об этом, а не то что могло быть.

— Получается, мы со Скалли начали переноситься во сне в начале расследования, но Бальтазар прыгнул в прошлое еще раз только сейчас…

— Вы столкнулись в прошлом с Винчестерами тоже в начале расследования, но я перенес их туда только сейчас. Время не линейно, его трудно понять.

— Тогда давайте поймаем этого вора. Малдер, заводи мотор, нам нужно место, где нас бы не разбудили, — воодушевилась Скалли.

— Слушаюсь, — подмигнул Малдер, доставая ключи.

* * *

Его сознание было все еще затуманено. Слово «наслаждение» первым пришло на ум. Вдруг ощущения усилились. Пытаясь удержать себя, Малдер попытался сосредоточиться на чем-то другом. Он услышал шумное дыхание. Кровь немедленно прилила к голове, ослабив приятную боль в паху. Распахнув глаза, Малдер резко приподнялся. Он был в постели с какой-то девушкой. Сумрак в комнате не позволял увидеть ее лицо. Память моментально вернулась. Они со Скалли вернулись в отель, повесив табличку «Не беспокоить» на дверь. Кас дотронулся до их голов, а затем — пустота. Они, должно быть, заснули, а значит, он должен быть в теле Фицджеральда. Скалли говорила, что во сне пошла с Фицджеральдом в комнату, чтобы Сэйла не досталась Бальтазару.

Привыкнув к темноте, Малдер смог разглядеть облик женщины под ним. Сэйла. Ее глаза испуганно следили за ним, а взгляд словно гипнотизировал. Он не мог оторваться от нее. Малдер вспомнил, что девушка была девственницей. Что же Фицджеральд сделал с ней?

— Мне жаль, — промямлил Малдер. — Сэйла…

Малдер отпрянул от нее. Он хотел заверить, что ей нечего бояться. Рука самостоятельно потянулась к ее лицу, как девушка резко отстранилась, пресекая новый контакт.

— Еще раз попробуешь дотронуться до меня, и я тебя кастрирую, понял!? — угрожающе произнесла она, отползая как можно дальше на кровати.

— Скалли, это ты? — неуверенно спросил Малдер, поразившись своей догадки.

— Малдер? — так же неуверенно спросила она.

— Да, это я.

Скалли обняла его.

— Никак не могу привыкнуть к этим перемещениям, — прошептала она, уткнувшись ему в плечо.

— Все хорошо, нам нужно прийти в себя, — он успокаивающе поглаживал ее спину.

Осознав, что она абсолютно голая прижимается к его обнаженному телу, Скалли попыталась отстраниться, но Малдер не позволил.

— Мы не одеты, — пробормотала она.

— Знаю. Но это и не наши тела, — оправдывался он.

— Я не поняла сразу, что это ты, только чувствовала… а потом осознание пришло ко мне, когда ты замер. Я рада, что это ты.

Скалли от нахлынувшей волны облегчения прижалась еще ближе, тут же пожалев об этом. Малдер не смог сдержать стон. Она снова попыталась отстраниться.

— Скалли, пожалуйста, не двигайся, — умолял он, справляясь со своим возбуждением.

— Малдер, хоть это и не наши тела, но наши ощущения. Мы напарники…

— Больше нет. Я тебе говорил, что я из 2002 года…

— Я забыла, — призналась Скалли. — Но ты чувствуешь себя так…

— Я по тебе очень скучал, — признался Малдер.

— В прошлый раз ты сказал, что у нас в измененном будущем есть сын уже в 1999 году. Что это значит? — Скалли все же немного отстранилась, прикрывшись простыней.

— Я тебе рассказывал про это будущее…

— Но ты мне не рассказывал про свое настоящее будущее. По твоей фразе о сыне можно подумать, что и в твоем времени у нас есть ребенок. Но это невозможно, ведь так? — неуверенно произнесла Скалли.

— По словам Каса, человеку лучше не знать свое будущее. Не спрашивай, каким образом, но у нас с тобой есть сын.

— А мы в этом будущем вместе? — сощурилась Скалли, обдумываю его слова.

— Да, я люблю тебя.

— Понятно.

— Что?

— Нам нужно найти Дина. Вставай.

Скалли спустила ноги с постели. Одной рукой придерживая простыню, другой подняла одежду с пола.

— Что означал твой тон и взгляд? — не унимался Малдер.

— Одевайся, — Скалли кинула ему штаны и рубашку. А сама натянула платье.

Быстро одевшись, Малдер подошел к Скалли вплотную.

— Тебе не понравилось мое признание?

— Это твое будущее. Я не в ответе за то, что произойдет. И то что ты ждешь от меня, представляя, что я это она… Но я…

— Я от тебя ничего не жду. Ты что ревнуешь сама к себе?

— О чем ты говоришь?!

— О том, что ты призналась, что давно любила меня, когда мы начали встречаться. А сейчас делаешь вид, что тебе это неприятно.

— Отлично, в будущем я тебе все рассказала о своей жизни?! — хмыкнула Скалли.

— Нет, ты упустила одного человека. Кто в твоей жизни был Джек Минтон? О нем ты мне вообще ничего не сказала.

— Так же как и ты ничего не рассказывал о Диане.

В этот момент раздался стук в дверь.

— Малдер, Скалли, вы там? — послышался голос Каса.

Малдер открыл дверь, впуская Каса, Дина и Сэма.

— Команда в полном сборе… — бросил Малдер, покосившись на Скалли.

— Когда ты успел их найти? — спросила Скалли, игнорируя взгляд Малдера.

— Благодаря твоей идеи, — ответил Кас. — Я снова перенесся во время, когда Дин и Сэм пробрались в замок первый раз. Я тайно пошел за ними, и спрятался в одной заброшенной комнате, дожидаясь нужного времени, чтоб не повлиять на будущее.

— Он нашел меня блуждающим возле замка, — продолжил Сэм. — Вместе мы вытащили Дина из камеры и…

— Вас никто не заметил? — перебил Малдер.

— Это и странно, — ответил Кас. — Я не видел братьев ни на улице, ни в подвале, ни в коридорах.

— Еще одна странность, — добавил Малдер. — Почему они позволили Фицджеральду прикоснуться к Сэйле? Почему не заперли его, раз решили, что он не подходит для оплодотворения?

— Может их исчезновение связано как-то с девушками, которых мы освободили сейчас, — предположил Сэм.

— Были еще похищения, — уточнил Малдер, вспоминая слова профессора о Хэйване.

— В камере почти все было готово к ритуалу. Девушки, словно под гипнозом, сидели по кругу. А на столе вместе с незажженными свечами лежала шапка Мономаха. Один артефакт небесный мы нашли, — объяснил Кас.

— Бальтазар хотел убежать дальше в прошлое или назад в будущее… А почему здесь так темно? — спросил Дин, включая фонарик и оглядываясь, ища, где можно присесть. Все его тело ныло.

— А вы, видно, хорошо провели время. Завидую! — уставился Дин на смятую постель.

— Это не мы, — уточнила Скалли. — Я с Малдером оказалась здесь, когда все было закончено.

— Сэйла вполне может забеременеть, — предположил Малдер.

— Братство получит свою Силу? — спросил Сэм.

— Нет. Вы не правы, — возразил Кас. — Я кое-что предпринял, пришлось приложить усилия. Метка на руке Скалли и щит на этом городе сильно истощили мою энергию. Я смог направить вас в то самое время, когда Фицджеральд собрался проникнуть в тело Сэйлы. Весь акт дальше совершили именно вы, а не они.

— Но мы этого не помним, — возразила Скалли.

— Почти не помним, — уточнил Малдер. — Мы пришли в сознание ближе к финалу.

— То, что вы не помните, не означает, что я не прав. Весь акт совершили вы, а не они. Поэтому план братства провалился. Хоть Сэйла не могла возразить, чтобы ребенок не обладал магией ее рода, но и Фицджеральд не мог провести ритуал полностью, для того чтоб потомок имел его магическую силу. Если даже Сэйла после этой ночи окажется беременной, младенец скорее не будет обладать никакой магической силой. Не были учтены многие факторы для создания чудо-ребенка.

— Надеюсь, Кас, за это время, что ты отсиживался, ты придумал план? — бросил Малдер.

— У нас есть план, — Дин уселся на кровать, два раза подпрыгнув на ней. — И все-таки я завидую.

— Ты решил своей завистью побороть братство и Бальтазара? — саркастически спросил Малдер. Он все еще был раздражен от разговора со Скалли, а тут еще добавляли негатива.

— У нас есть план, но для этого мы должны пробраться в библиотеку, — сказал Сэм, строго посмотрев на брата, чтобы пресечь его попытки продолжать перепалку.

— Что в библиотеке? — спросила Скалли.

— Правильней будет задать вопрос, что там будет, — произнес Дин, возвратив брату взгляд.

— Мы сделаем ловушку и заманим туда всех белокурых братьев, — сказал Кас.

— Но сначала нам нужно найти их, — прикусил губу Малдер.

* * *

Коридор и лестница от спальни Фицджеральда до библиотеки оказалось тоже пуста. Кас и Малдер шли впереди, проверяя безопасность. За ними на небольшом расстоянии следовали Скалли, Сэм и Дин.

— Кас, — обратился к нему Малдер, идя следом. Ангел обернулся. — Если нам удастся захватить Бальтазара, вернуть печать века, что будет со мной и Скалли?

— Ты вернешься в твое настоящее время. Все встанет на свои места.

— Значит, ты сотрешь нам память, как планировал раньше?

— Сейчас не время обсуждать это.

— Многое произошло… Ты не можешь стереть нам память.

— Ты представляешь, каково придется Скалли? Если я сохраню память молодой Дане, пойдет ли она в ФБР? Как она будет жить, зная свое будущее? Ты хоть понимаешь, на что хочешь обречь ее? И это не считая того, что в любой момент она захочет изменить свое будущее, и мир опять окажется в опасности. Если я оставлю память Скалли из 1999 года, то же самое грозит и ей.

— Как насчет меня? Я из 2002 года…

— Я знаю, откуда ты, и обещаю подумать…

Они подходили к библиотеке, когда остальные догнали их.

— Почему Фицджеральд на этот раз ничего не предпринял, чтобы защитить свое тело от проникновение другого духа, то есть меня? — спросил шепотом Малдер. Он пытался снова переключиться на дело, отгоняя мысли о возможно новой амнезии.

— Наверное, он рассчитывал, что одного ритуала достаточно, чтоб тебя выгнать из его тела, а так же чтоб не пустить обратно, — предположил Дин.

— Возможно, он и воспользовался еще раз ритуалом, но он не возымел эффект, — Кас распахнул дверь библиотеки. Посреди комнаты в очерченном кругу стояли застывшие на месте братья. В руках у Фирсона была печать века.

— Это многое объясняет, — произнес Сэм, переступая порог библиотеки.

Осматриваясь, они обошли стороной очертания круга на полу.

— Значит, это дело рук Фицджеральда, больше некому, — произнес Сэм.

— А мужик своего не упустит. Нашел даже способ, как заключить Бальтазара в ловушку, — присвистнул Дин.

— Нам же легче, — сказал Малдер.

— Смотрите, — указал Кас на печать в руках Фирсона. — Видимо, он хотел ее использовать, печать вся светится огненно-красным — плохой знак. Скоро энергетическое поле печати разрушит преграду, и печать сломается.

— Мне нужно взять печать у Фирсона? — спросила Скалли, вспоминая разговор о том, что только она может ее дезактивировать.

— Любой, кто войдет в круг, разрушит тем самым ловушку. Ты не успеешь ничего сделать, как окажешься в плену у братства, так же, как и мы, — ответил Кас.

— Есть варианты? — поинтересовался Малдер.

Затрещал пол внутри круга, оттуда словно вырвался холод и в момент окутал весь зал.

— Что происходит? — в один голос воскликнули Малдер и Скалли.

— Смотрите, — Сэм указал на круг.

Внутри вместе с магами теперь находились и тени, отчаянно пытаясь преодолеть границы, сдерживающие их.

— У нас мало времени! — произнес Кас. — Печать века начала ломать магические границы изнутри. Щель стала проходом для черных душ. Границы круга нужно обсыпать солью немедленно.

— Это у нас есть, — Сэм начал быстро доставать из-за пазухи небольшие мешочки.

— Сколько их у тебя там? — удивился Дин, когда брат выложил уже двадцатый мешочек.

— Лучше помоги обсыпать круг, — Сэм придвинул брату соль.

— Малдер, Скалли, отодвиньте диван и солью обведите пол вокруг него. Оставайтесь в пределах круга. Это на время задержит их. Дин, Сэм, как только закончите тоже прячьтесь, — отвлек их Кас от рассыпания соли. — Я попытаюсь сдержать магов и тех, кого они освободили. Как только я буду уверен, что Фирсон-Бальтазар и братья ослабнут, дам знак. Скалли, тогда ты возьмешь печать. Что бы ни случилось, не выпускай ее из рук, пока она не потухнет.

Малдер и Скалли отодвинули диван подальше и развернули его спинкой к кругу белокурых братьев.

— Скалли, кто для тебя Минтон? — спросил Малдер, развязывая один из мешочков с солью.

— Малдер, мы в самом пекле, рядом с колдунами, призраками, пытаемся спасти мир, а тебя интересует, кто такой Минтон?

— Кто он такой, я знаю. Мне интересно, кто он для тебя.

К ним подошел Дин.

— Малдер, возьми, — он передал ему еще несколько мешочков. — Много соли в нашем деле никогда не бывает.

Малдер засунул соль в карманы, и протянул один из мешочков Скалли. Но стоило ей взять его, как напарник схватил ее за руку. Малдера сводила с ума эта тайна вокруг мужчины из прошлого Скалли. Почему о нем не рассказывала сама напарница из его времени? Почему молодая Дана не стала отвечать, кто такой Джек? Почему Скалли из 1999 года продолжает игнорировать его вопросы об этом человеке? Здесь какая-то тайна? Или всего лишь паранойя?

— Кто для тебя Минтон?

— Когда ты успел таким стать? Малдер, это личное! — Скалли выдернула руку, высыпав соль на пол.

— В будущем это личное станет и моим тоже, — намекнул он.

— Вот с будущей Скалли и разбирайся, — ответила она, взяв другой мешочек у Дина.

— Эй, а кто такой Минтон? — на этот раз спросил Дин, так же рассыпая соль рядом с ними.

— Неважно, — бросила Скалли.

В это время к ним подбежали Кастиэль и Сэм.

— Как вы тут? Все готово? — спросил Сэм.

— Да, только сейчас выясним, кто такой Минтон, — усмехнулся Дин.

— Вы что издеваетесь! — не выдержала Скалли.

— А кто этот Минтон? И при чем он сейчас? — спросил Кас.

— Вот именно сейчас он точно ни при чем, у нас могущественные колдуны под властью Бальтазара, может, об этом подумаем! — вышла из себя Скалли.

— Скалли, нас уже трое, кому интересен Минтон!

— Малдер, ты невозможен!

Внезапно раздавшийся треск заставил спорящих одновременно обернуться — они увидели, что белокурые братья ожили.

Призрачные тени набирали силу, стараясь прорвать защитный барьер, в какой-то мере это им удалось. В образовавшуюся брешь ворвался посланный Фирсоном огненный шар. Задымился диван.

Малдер повалил Скалли на пол. Кастиэль, выбравшись из укрытия, начал быстро бормотать что-то на латыни. Огненные шары не долетали до него — обрушивались, словно разбиваясь о невидимую стену.

Белокурые братья тщетно пытались выбраться из круга — что-то не выпускало их. Пока Кас отвлекал Фирсона, Дин и Сэм успели еще раз обсыпать круг солью.

Скалли попробовала пошевелиться, но Малдер еще сильней прижал ее к полу.

— Скалли, не время геройствовать.

— Получается, время отлеживаться?

— Кас даст тебе знак, пока лежи.

Малдер вытащил из кармана мешочки, рассыпав соль возле них, создавая еще один защитный круг.

— Малдер, — тихо произнесла Скалли. По сравнению с грохотом, раздающимся за диваном, криками и монотонным заклинанием, голос Скалли был еле слышим. Малдер наклонился к ней.

— Да?

— Для меня Минтон никто. Даже не ошибка молодости. Если бы не прозвище, которое он мне придумал, я бы его не вспомнила.

— Почему ты мне не рассказывала?

— До какого момента не рассказывала? Опять меня путаешь с твоей Скалли из будущего?

— Ты и есть моя. Всегда была и будешь ею. Из прошлого или из будущего — не важно. Я встретил здесь несколько твоих прототипов, и только одна из них не была моей: Скалли из измененного будущего. Она принадлежала другому Малдеру, не мне.

Дин и Сэм, увернувшись от очередного огненного залпа, спрятались за диван.

— Не скучаете здесь? — покачал бровями Дин. Малдер отстранился от Скалли.

— Как дела у Каса? — спросил он.

— Справляется. Силы у Фирсона-Бальтазара на исходе, — ответил Дин.

— Кастиэль, чего ты добиваешься? — все услышали голос Фирсона-Бальтазара. Залпы огненных шаров прекратились. Голоса братьев-магов утихли.

— Я исправляю твои ошибки, — ответил Кас.

— Ошибки? Да это был лучший план, пока ты не влез! Откуда вообще ты здесь взялся?

— Мне давно следовало догадаться, что это ты. Но только благодаря Фицджеральду, которому ты выболтал свое имя, я понял, с кем имею дело. Ты вселился в Фирсона и нанес руны на Фицджеральда и Сэйлу. Только зачем? Что тебе нужно в этом времени?

— Я, кажется, понял, кто вселялся в Фицджеральда. Кто-то из твоих пешек? Я видел Дина и Сэма. Как же мне трудно было притворяться, что я их не знаю, чтобы не бросить на себя подозрения. Я хотел выяснить, что они здесь делают, но не успел. Вы испортили мои планы с Фицджеральдом. Ты представляешь, какой потенциал у душ этих магов? А если бы у Фицджеральда и Сэйлы родился ребенок, он стал бы драгоценным. Но братство посчитало Фицджеральда нечистым, раз в нем побывал дух, и тут мне пришла идея стать отцом этого ребенка. Я мог дать жизнь такому чуду.

— Чтобы использовать ребенка в своих интересах?

— А для чего еще? Фицджеральд опередил меня. Я уже подготовил новых девушек для ритуала перехода. Осталось только оплодотворить Сэйлу и скользнуть в будущее, где ребенок достигнет совершеннолетия для полного развития своих магических сил. Но этот пройдоха заманил нас в ловушку! Кто был в теле Фицджеральда?

— Агент ФБР, — бросил Кас. — И это не он обманул тебя и загнал в ловушку, а настоящий Фицджеральд. Ты вечно недооцениваешь тех, с кем тебе приходится работать. Ты украл вещи, которые тебе не принадлежат. И ты не имеешь понятия об их истинной силе. Даже я не знал, пока не пришлось изучить историю артефактов.

— Да, я уже понял, что совершил ошибку, не изучив до конца эти артефакты. Из-за этого я оказался в 1990 году, когда мне сразу нужно было в 1909.

— Теперь ты жалуешься? Ты — вор!

— Артефакты никому не были нужны долгие столетия. Я их позаимствовал, и ты всполошился из-за этого?

— Я отслеживал твой путь с 2010 года. Я знаю, что ты завладел телом Пели, благодаря шапке Мономаха. Ты с помощью рун и печати века выслеживал девушек!

— Да ты хоть знаешь, как трудно было отыскать их! Рунам подавай особенных девушек. Я сначала ставил печать на девицах, увлеченных рунами, но, как оказалось, среди них не хватает особенных. Мне пришлось придумать еще один план: ставить печати на всех девушках, чтобы ничего не заподозрили. Я ввел это новшество с люминесцентной меткой в клубе. Ты хоть представляешь, сколько энергии ушло у печати века, чтобы обнаружить нужных?

— А ты хоть представляешь, что может стать с печатью через пару минут? Ты растратил почти всю энергию печати, ее нужно дезактивировать, иначе она взорвется!

— Нет… — Бальтазар изменился в лице, — ты врешь…

— Ты видишь, как она светиться? Это признак, что до взрыва осталось немного…

— Да кому нужен этот взрыв, как ее обезвредить? — Бальтазар вытянул руку подальше от себя, но выкинуть печать за энергетическое поле не мог.

— Печать может обезвредить только последний человек, на котором активировались руны.

— Ты сказал пару минут… где я тебе найду последнего? — прокричал Бальтазар.

— Дана! — позвал Кас.

Скалли вышла и подошла к кругу, в котором стояли маги. Их снова что-то сковывало.

— Возьми печать!

Маги не могли двигаться, но продолжали следить за происходящим. Скалли быстро выхватила горячую, словно раскаленную печать из рук Фирсона-Бальтазара, и хотела передать ее Касу, но тот покачал головой.

— В твоих руках она должна остыть, иначе не дезактивируется.

Малдер подошел сзади, Скалли чувствовала его близость.

— Малдер, не трогай ее. Только чистая энергия Скалли может погасить печать.

Скалли с трудом терпела боль, на ладонях появились ожоги. Слезинки одна за другой скатывались с ее щек к ладоням на печать. Одна, вторая… Печать потухла, дезактивация была закончена.

Кас забрал печать и провел рукой по ладоням Скалли. Раны от ожогов исчезли, так же как и боль. Маги в кругу рухнули на пол. Призрачные тени исчезли в образовавшаяся в центре круга черной дыре, которая всосала их. Только вор в теле Фирсона остался стоять, как и прежде.

— Что ты теперь будешь делать? — спросил он.

— Исправлять ошибки.

Эпилог

2002 год.

Скалли открыла ноутбук и начала писать письмо:

«Малдер, я не могла не написать тебе. Знаю, это с каждым разом становится все опаснее. Я скучаю по тебе. Но кроме этого, написать письмо меня заставило нечто странное. Сегодня утром мне позвонил твой бывший домовладелец. Новые жильцы в твоей квартире делали ремонт и обнаружили твой личный дневник. Зная, что ты был агентом ФБР, он посчитал нужным передать его через меня. Малдер, в этом дневнике всего несколько записей. Они датируются 1990 годом. Это точно твой почерк, но то, что там написано, заставило меня усомниться. Там говорилось о перемещениях во времени, что мы познакомились на два года раньше, и еще некоторые невероятные вещи. Я перешлю тебе их в электронном виде. Надеюсь, ты сможешь понять, что они значат, так как меня они пугают».

Малдер сидел за ноутбуком, не зная, с чего начать ответ.

«Дорогая Дана, я прочитал записи из дневника. Да, почерк мой. Но я не помню, чтобы писал такое. И не думаю, что это розыгрыш или продуманный ход наших врагов.

Сегодня я проснулся сам не свой. Оказалось, я не помню последние сутки из своей жизни. Я боялся, что до меня добрались колонизаторы, пока не наткнулся еще на одну странную записку на моем столе. Кто и когда ее оставил — не знаю.

«Малдер, твоя амнезия не из-за болезни. Не пытайся вспомнить, что произошло, это все еще может грозить изменением будущего. Знай, что ты помог в битве против зла. У тебя много друзей. Верь в свободу выбора, справедливость и высшие силы. До встречи в 2012 году. Мир будет спасен».

Дана, я думаю, мои записи в дневнике и эта записка связаны.

Нам предстоит решить загадку из прошлого».

«Малдер, ты же не веришь, что то, что написано в дневнике — правда?»

«Ты сама писала научную статью о путешествии во времени. И мы расследовали одно из дел о путешествии во времени. Почему сейчас ты не можешь допустить, что это правда?»

«Потому что теория есть теория. И я не совсем уверена, с кем мы столкнулись, расследуя дело о человеке якобы из будущего, убивающего своих коллег».

«Скалли, я рад, что ты не меняешься. Бальзам для моей израненной души. Даже в нашем положении мы продолжаем спорить».

«Малдер, в твоих записях говорится, что я приняла другое решения, не выбрав ФБР. У нас было другое будущее. Иногда я задумываюсь, какое оно было бы, если бы я на самом деле не пошла в ФБР. И читая твои строки, я вижу частичный ответ. Теперь задаюсь вопросом: если бы я знала свое будущее, поступила бы так же?»

«Возможно, нам и не нужно знать своего будущего, когда мы принимаем решения. Нас может что-то напугать. Отказавшись, мы можем упустить кое-что важное. Каким бы сложным пройденный путь не оказался — он наш, и я дорожу воспоминаниями. Все, что случилось, формировало мой и твой характер, жизненные позиции. Как бы хотелось просто стереть плохие моменты, но тогда кем мы станем?»

«Ты закончил писать дневник на самом интересном месте. Все же, что было дальше?»

«У меня есть предположение, что мы все-таки победили, раз я снова оказался в своем времени, и мы оба ничего не помним. Кас, видимо, постарался и стер нам память. Как бы там ни было, этот дневник и записка дают надежду, что мы не одни. И в сражении против колонистов на нашей стороне будут такие люди, как Винчестеры, и такие ангелы, как Кастиэль».

«Тогда мы обязаны победить».

«Мы обязательно победим, Скалли, но у меня вопрос: кто такой Джек Минтон из моего дневника?»

Конец

Content

Julianna S. (Star)
Сокрытое временем