Исповедь кочегара

Игорь Андреев

© Игорь Андреев, 2019

ISBN 978-5-0050-2335-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

РАСЩЕПЛЕНИЕ

Я, Курыбеда Игорь Андреевич, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, решился на фундаментальное расщепление в своей жизни. Если Вы, дорогой читатель, читаете эти строки в написанной мною книге, значит, моя мечта сбылась и отныне в моём теле теплится две личности, два совершенно разных разума. Первый — это обычный парень, муж, отец двоих детей, а второй — скрытый

самородок, тёмная и мечтательная личность, которая преобладает во мне во время ярких творческих всплесков.

Я долго думал над псевдонимом, перебрал множество разных вариантов, но не смог выбрать достойного. Поэтому решил воспользоваться уже готовой мыслью гениального писателя Евгения Петровича Катаева, он же Евгений Петров из легендарного дуэта писателей Ильфа и Петрова. Евгений Петрович просто и изящно сгенерировал псевдоним из своего собственного отчества. Я решил не изобретать велосипед и воспользоваться таким же простым способом получения псевдонима.

Игорь Андреев

Моё настоящее Я так и продолжит себе мирно существовать в бренной реальности, будет тяжко работать, чтобы обеспечивать семью всем необходимым, воспитывать детей и радоваться жизни.

А моё вымышленное Я (он же Игорь Андреев) будет время от времени доминировать над моим телом и творить литературные шедевры местами жутковатого содержания.

Очень надеюсь, что данная затея не закончится в психдиспансере с завязанными за спиной рукавами смирительной рубашки.

И последнее: не судите строго, если Вам покажется, что в некоторых местах моей работы я перегибал палку и отвращение просто зашкаливало. Если литературное произведение не вызывает никаких эмоций, то это мёртвая, бесполезная трата времени, а я не настроен тратить Ваше время.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Он решил тихо и спокойно покончить с собой, чтобы любимая девушка поняла, что грубо ошиблась, изменив ему. Что она предала решительного, волевого человека, который не боится принять самостоятельное смелое решение. Глупец! Его поступок никто не оценит по достоинству, а позже он узнает, что показал себя слабым и трусливым слюнтяем, для которого петля была единственным выходом. Эту истину поможет понять ему ОН, и ОН же вернёт его обратно в мир живых, чтобы всё исправить. Но парень даже не мог представить, какой ценой ему достается этот шанс.

Часть 1

ЗАТВОРНИК

ГЛАВА 1

ТРУБА

Хлестал жуткий ливень. Чёрное небо разрывали молнии. Потоки воды стремительно неслись вниз по лесным тропинкам.

Каждый, кто находился в этом лесу, был обречён промокнуть до нитки. Отдыхающие, которые выехали на пикник именно в этот день, попрятались в своих автомобилях и с тоской наблюдали, как проливной дождь тушит их костры.

В это время по грунтовой дороге вдоль леса поднимался молодой человек. Он уже никуда не спешил, потому что насквозь промок.

За плечами он нёс рюкзак и чехол с небрежно сложенной и наспех упакованной палаткой, поэтому часть палатки вывалилась из рюкзака и волочилась по земле. В одной руке он сжимал две удочки, второй — придерживал капюшон. Насквозь промокший, бедняга шёл очень медленно, еле переставляя ноги. Его голова раскалывалась от сильной боли. В ботинках хлюпала вода. Поскользнувшись, он не успел сгруппироваться и шлёпнулся лицом прямо в лужу и заскользил вниз по склону, где была лесная тропинка. Выругавшись, он не стал сразу подниматься на ноги. Лёжа в грязи, он завёл монолог внутри себя.

— Какого чёрта я здесь делаю?! На кой сдалась мне эта труба вместе с её чудаковатым кочегаром, который переводит запасы топлива! Почему я не пошёл на вокзал с друзьями, а пошёл совсем в противоположную сторону? Ну узнаю я причину, по которой он это делает, и что? Хотя вряд ли он станет отвечать человеку, который заявился к нему без приглашения и начинает задавать глупые вопросы. Да ещё и в таком виде!

Но стоило бедняге поднять глаза и через стену дождя увидеть ту самую трубу, из которой по-прежнему валил дым, как все вопросы тут же пропали, и им снова овладело необъяснимое желание утолить своё любопытство. А потом он выдохнул и с трудом поднялся. Свитер и штаны были безнадежно измазаны глиной, но это волновало парня

меньше всего. Он сошёл со скользкой дороги и далее пошёл по траве.

У него была только одна задача — добраться до кочегарки и узнать у кочегара, почему же горит огонь в печах.

В город Л. этот насквозь промокший юноша попал совершенно случайно. Два его друга, которые работают на частную кондитерскую фирму (один водителем, а второй экспедитором), сказали, что в городе Л. целая уйма водоёмов, на которых можно славно порыбачить и недурно отдохнуть. Так им сказал шустрый грузчик, который работает на одной из торговых точек в городе Л., на которую они поставляют товар. Один из этих прудов даже видно через листву старых дубов, если подъехать к этому магазинчику через задний двор. И с этим предложением они обратились к нашему, на данный момент, насквозь промокшему герою.

ГЛАВА 2

ТРИ ТОВАРИЩА

— Тим, поехали! — не унимался Алексей. — Посидим, отдохнем, закинем удочки в воду, поджарим какую-нибудь дрянь на костре к пиву, сосиски, например.

— Ну не знаю. Я не очень люблю чужие города, — промямлил Тимур.

— Да брось, старик, ты же сто лет уже никуда не выезжал отдыхать. Так смотри, помрешь завтра, тьфу-тьфу-тьфу, конечно, — сказал Стас, постучав себя по голове, машинально проговорив «голова-дерево», а с друзьями-то на рыбалку так и не съездишь.

— И вообще! Что тебя дурака застенчивого уговаривать ещё, — возмущённо фыркнул Алексей. — Боец, слушай мою команду! Отставить затворничать! В субботу утром чтоб был готов отправиться на отдых, — Алексей, сдвинув брови, мерил комнату шагами.

Одну руку он заложил за спину, а указательным пальцем другой руки, в такт своим словам, он оживлённо махал им вверх и вниз.

— При себе иметь рюкзак, в котором должны находиться…

Алексей стал загибать пальцы. Тимур улыбнулся, зная, какой Алексей искусный болтун. Он не стал ему мешать разыгрывать этот забавный спектакль. Он лишь скрестил руки на груди и молча, наблюдал за ситуацией.

— Первое. Свитер, штаны, носки и спрей от комаров, потому что мы едем с ночёвкой. Второе. Пиво, минимум четыре банки, обязательно алкогольное, потому что пора уже завязывать с поглощением этой безалкогольной «урины», — Алексей сделал соответствующий жест пальцами, который обозначал, что это слово он использовал

в переносном смысле, — государственного производства! К пиву разрешается взять сухпай в виде чипсов или сухарей. Далее. Средство связи брать с собой запрещается.

— Не согласен! — вскочил со своего места Тимур. — Как же я…

— Молчи, боец, тебе слова ещё не давали! — Алексей положил руку Тимуру на плечо и усадил его на место. — Как же ты что? Как же ты будешь держать связь со своей любимой пассией? Как же ты ей будешь строчить сообщения каждые две минуты, если вдруг телефон дома останется? Это ты хотел спросить? А? Так я тебе отвечу: никуда твоя суженая за два дня не денется! Потерпит! Как раз и телефон её от твоих сопливых сообщений просохнет. «Люблю…», «Целую…», «Скучаю…», «Места себе не нахожу…» Бгэх! Ужас какой! Убил бы тебя за твои сопли, не будь ты моим другом!

Стас заулыбался, наблюдая за неслабыми актёрскими способностями Алексея, которые он тут демонстрировал. А когда по лицу Алексея прокатилось наигранное отвращение во время последних слов, то Стас прыснул.

— Так, на чём мы остановились? Да! На телефоне. А точнее, на его отсутствии! Ты усвоил этот момент, боец?!

— Да, — еле слышно ответил Тимур.

— Не слышу!

— Да!

— Что «Да»?!

— Оставить телефон дома! — эта игра затягивала Тимура и внутренне он был уже согласен, так как и вправду давно не отдыхал как следует, но всё же разрешил Алексею продолжить.

— Во-от, уже лучше. Так держать. И ещё: к вышеперечисленному добавить в список палатку, спички, карманный нож и презервативы. — Глаза Тимура резко увеличились, а Алексей расплылся в ехидной улыбочке. — Ла-адно, не дергайся, я пошутил. Зная тебя, салага, ты слишком правильный для настоящих приключений, поэтому последний пункт можешь вычеркнуть. Хотя мне кажется, что именно этого тебе

и не хватает. Твоя-то грымза, наверное, до сих пор не подпускает тебя к себе, и где ты её только нашёл?

Сжав кулаки, Тимур сорвался с места и крикнул:

— Она не грымза, ясно?! Просто она…

Алексей перебил Тимура.

— Да-да-да, знаем. Ещё не готова.

Лицо Тимура залилось красной краской, и он стал хватать ртом воздух.

— Если ты не прекратишь так со мной разговаривать, то я никуда…

Алексей снова не дал закончить Тимуру.

— Но-но-но, полегче! — Алексей поднял вверх обе руки. — Заднюю включить уже не получится. Всё договорено. А до субботы у тебя будет время остыть. Так что соберись, тряпка! — Алексей снова включил командира. — И никаких мне тут пререканий. В субботу утром мы со Стасом зайдем к тебе. А от тебя все вместе держим курс на вокзал. Тебе всё ясно, солдат?

Тимур не ответил.

— Не слышу ответа!

— Да, — ответил Тимур.

— Что ты сказал?!

— Да пошёл ты… — у Тимура на глаза навернулись слёзы.

— Что за сопли, сынок?! — продолжал свой спектакль Алексей.

Тимур не ответил. Он опустил голову, и слёзы потекли по его лицу. В это время Стас подскочил к Алексею, отдёрнул его за плечо и сказал:

— Эй, кончай, ты снова перегибаешь. Прекращай измываться над пацаном, хватит с него на сегодня. — Алексей причмокнул языком сквозь зубы и посмотрел с недовольным видом на Тимура. — Ладно, пойдём домой, — Алексей сунул руки в карманы, развернулся к Тимуру спиной, собравшись было уходить, но сделав резкий поворот, обратился к нему вполголоса: — Как ты думаешь, Тим, я дождусь от тебя когда-нибудь нормальной мужской реакции? Когда уже наступит тот день, когда ты мне ответишь на моё хамство не эмоцией, а действием? Когда уже я дождусь от тебя удара в лицо? Я постоянно унижаю тебя, оскорбляю твою девушку, а тебе хоть бы хны… Что ты за тряпка такая, Тим?

— Хватит, — не выдержал Стас.

Тимур продолжал плакать.

— Тим, а ведь я твой друг и ты мне не можешь ответить. А что будет, если на тебя наедет какой-нибудь чужой человек, что ты сделаешь, тоже заплачешь? Или сразу убежишь, м?

— Я сказал «хорош»! — Стас повысил голос. — Он всё понял. В следующий раз он обязательно съездит тебе по физиономии.

Алексей ничего не ответил. Он развернулся и вышел.

Стас подошёл к Тимуру, присел перед ним и сказал:

— Эй, старичок, давай прекращай тут сырость разводить, всё хорошо. В субботу нормально отдохнём и всё нормализуется. — Стас встал, дружелюбно хлопнул Тимура по плечу и направился к выходу. — До субботы, Тим. Пока.

***

В субботу рано утром Тимур был уже на ногах. Он сидел на кухне, пил зелёный чай с печеньем и думал, всё ли он взял с собой в дорогу. Ему ужасно не хотелось ехать в незнакомый город в компании Алексея, но выслушивать новую порцию издевательств от дерзкого товарища, да ещё и с самого утра, он хотел ещё меньше, поэтому пришлось повиноваться.

Дорожный рюкзак и палатка были приготовлены ещё с вечера пятницы и стояли у входной двери. Тимур был аккуратным молодым человеком, и даже когда учился в школе, то всегда с вечера делал уроки и собирал портфель.

Но всё это было у Тимура в голове на втором плане. Главной мыслью был его сон, точнее ужасный ночной кошмар, от которого он проснулся задолго до будильника в холодном поту и с учащённым дыханием.

Ему приснилось, что он находится в пылающей печи и никак не может выбраться оттуда, что-то ему мешает. Услышав, что в ногах, где находилась дверца в печь, происходит какое-то движение, он начал кричать, взывая о помощи. Пламя вокруг него продолжало разгораться, высокая температура вызывала удушье, сухой кашель царапал горло. По ощущениям это напоминало колючую проволоку, которую

протягивают через глотку. Тимур продолжал звать на помощь, и когда дверца печи открылась, и чьи-то руки потянули его за ноги, то он безгранично обрадовался, он ликовал.

«Свободен! И жив,» — думал он про себя.

Но когда Тимур высунул ноги из дверцы печи, его освобождение было приостановлено и спаситель замешкался. Тимур не знал, что там происходит, но через мгновение он понял: чужие руки вытаскивают из его ботинок шнурки.

Тимур был в замешательстве: зачем чужаку понадобились шнурки, но думать об этом не было времени и, задыхаясь от кашля, парень предложил забрать шнурки вместе с ботинками, моля о спасении. Но ответом был толчок, который вернул его обратно в печь, и лязг металла закрытой дверцы.

Именно в этот момент Тимур проснулся со звоном в ушах от металлического хлопка. Его душил тот же кашель и запах дыма, которым пропитались его одежда и волосы.

И вот, сидя на кухне он размышлял о том, что произошло ночью в его голове. Была только одна мысль: «Сон слишком реален, чтобы быть просто сном…»

Звонок в дверь. Тимур обнаружил на пороге двоих друзей с рюкзаками и удочками.

— Здравствуйте, а зануда Тимур здесь живет? — изменив голос и ухмыляясь, кривлялся на пороге Алексей.

— И тебе привет, умник, — с достоинством принял вызов утреннего хамства Тимур.

— Ха! Красавчик! Вот видишь, можешь ведь нормально отвечать, без своих этих сюсипуси, — с сияющей улыбкой на лице Алексей похлопал Тимура по плечу, отодвинул его в сторону и направился в глубь квартиры.

— Эй, умник, ты куда? — крикнул Тимур вдогонку Алексею, надевая свой рюкзак. — Я уже готов!

— А я буду готов через пару минут! — голос Алексея донесся до ребят глухим эхом. — Можете подождать меня внизу!

Стас и Тимур поняли, что Алексей побежал в туалет, и ребята не стали его ждать. Они взяли свои вещи и спустились вниз. Алексей, как и обещал, вернулся через пару минут, довольный и жизнерадостный. После небольшой проверки, всё ли они взяли, друзья отправились прямо на вокзал. Там никаких происшествий не было, они купили билеты, сели в электричку и через 40 минут уже были на вокзале города Л…

Вокзал был чистеньким и ухоженным. Привокзальные здания выкрашены в нежно голубой цвет, перрон выложен разноцветной тротуарной плиткой. Главное здание вокзала украшали большие стрелочные часы. Территорию патрулировали сотрудники внутренних органов. По их лицам можно было увидеть, что им скучно. И с этим

выражением лиц, заложив руки за спину, они сосредоточенно продолжали измерять вокзал шагами. Ребята же, в свою очередь, зашли в ближайший магазин, чтобы купить воды, а заодно узнать дорогу к местным прудам.

Путь к прудам пролегал через парк, а потом через небольшой хвойно-дубовый лесок. Через 10 минут пешего хода они увидели, как солнечные лучи играют на водной глади. Это означало, что троица приближалась к конечному пункту своего пути. Выйдя из леса, путники остановились посреди дороги. Слева от них был пруд поменьше, но подходящего места, где они могли бы разбить лагерь, парни не увидели. Справа от них был ещё один пруд — по размерам он был больше. С трёх сторон этот пруд окружала грунтовая дорога, а с четвёртой, со стороны леса, была поляна. Увидев недалеко от берега пепелище, ребята решили, что здесь и будет их небольшой лагерь.

Прибыв на место, три товарища сбросили свои рюкзаки и присели на минутку, чтобы перевести дух после дороги. Во время отдыха они распределяли обязанности: кто и что будет делать. Алексей, недолго думая, поднялся, достал из сумки полотенце и набросил его на плечо.

— Не, ребят, я — пас. Мне нужно освежиться после дороги, а то сейчас засохну. Я пойду на пляж и проверю там обстановку, посмотрю, что к чему. Если вам будет легче, то можете считать, что моим заданием будет разведка местности.

Алексей надел солнцезащитные очки, развернулся и ушёл. Тимур со Стасом переглянулись, пожали плечами и решили, что пусть идёт, толку от него всё равно не много, так пусть хотя бы не мешает. Договорились, что Стас поставит палатку, а Тимур пойдёт собирать хворост для костра. С собой Тимур взял покрывало для дров

и пару яблок, чтоб было чем заняться по пути в лес.

Осмотревшись вокруг, чтобы выбрать в какую часть леса пойти, он обратил внимание на высокую трубу, которая виднелась за деревьями. Вроде бы ничего необычного в ней не было, но всё же он не мог оторвать от неё взгляда, потому что из трубы валил густой дым!

— Как такое может быть?! — подумал Тимур. — Какой идиот переводит топливные ресурсы в конце лета.

— Эй! Ты чего застыл? — Стас прервал размышления Тимура.

— Посмотри туда, — парень показал пальцем в нужном направлении, — ты не находишь странным, что до отопительного сезона ещё очень далеко, а какой-то идиот кочегарит в полный рост.

Стас, сидя на корточках, посмотрел на трубу, а потом на Тимура и, не вставая, сказал:

— Если ты и дальше будешь задавать дурные вопросы не по делу, то мы позовём к себе того кочегара. Он нам, видимо, быстрее костёр организует, чем ты! Какая тебе разница, кто, что, где и когда там палит?! Вариантов — масса! — И тут Стас поднялся на ноги и начал загибать пальцы в процессе перечисления. — Может быть, идут какие-

нибудь профилактические работы перед зимой, чтобы убедиться, что всё работает исправно и ничего не сломано, а если вдруг обнаружится неполадка, то её будет легче устранить в тёплое время года.

Может быть, приехала какая-нибудь проверка и хозяева дали кочегарам срочное задание сжечь всю чёрную документацию. Может быть, эта котельная давно уже заброшена и её совсем недавно выкупил какой-нибудь богатый дядя и сделал из неё крематорий для домашних животных. Может быть, печи растопили местные мафиози, а в печке там сейчас жарится живьём кто-нибудь любопытный. Кстати, можешь сходить узнать, может, они и тебя заодно сожгут, ну чтоб печку дважды не разжигать! Ты же у нас тоже обладатель пытливого ума.

Тимур не нашёлся что ответить, а просто развернулся и молча пошёл в сторону леса. Мысли о трубе не шли у него из головы. Он опомнился уже тогда, когда был среди деревьев и загадочную трубу отсюда уже не было видно. Собрав достаточно дров, парень отправился обратно. Тимур вышел из леска, в глаза снова бросилась

эта злополучная дымящаяся труба. Дыхание перехватило, и Тимур приостановился. Покрывало с дровами выскользнуло из рук и упало на землю. Глаза Тимура глядели на неё снова и снова, и он никак не мог наглядеться.

— Ну что, криворукий, ты там ещё долго будешь сопли жевать? — по голосу Тимур понял, что Алексей уже вернулся с так называемой разведки. — Давай дуй сюда! Костёр сам не разожжется, так что активизируйся, наконец, а то уже есть хочется!

Тимур ничего не ответил, а просто поднял свою ношу и понёс её к пепелищу, развязал узел и начал выбирать мелкие щепки, чтобы разжечь костёр.

— Что, вот так просто? — Алексей был немного удивлён поведением Тимура. — Ни пререканий, ни фырканья, просто берёшь и делаешь то, что тебе говорят?

— Да это всё из-за трубы, наверное, — пояснил Стас. — Целый день ходит и пялится на неё, никакой работы, только созерцание и глупые размышления.

— Что ещё за труба?

Стас показал в нужном направлении. Алексей посмотрел на трубу и ничего не понял, при чём же тут труба.

— Что вы мне тут голову морочите?! Ты, — Алексей ткнул пальцем в Тимура, — разжигай костёр, а ты, — Алексей развернулся к Стасу, — установи, наконец, эту чёртову палатку! А то развели тут самодеятельность! А я пока посмотрю, что тут у нас есть, — и после этих слов Алексей направился к вещам Тимура.

— Эй, это мой рюкзак! — Тимур бросился к Алексею, но тот просто оттолкнул его.

— Уймись, бездельник! Я всего лишь посмотрю, что ты там взял и всё. — И с ядовитой улыбочкой Алексей расстегнул змейку на рюкзаке, сунул туда руку и тут же достал мобильный телефон.

— Я так и знал… — улыбка на лице Алексея стала ещё шире.

Тимур рванулся к Алексею в надежде отобрать у него телефон, но ничего не вышло. Алексей поднял руку с телефоном вверх, а так как Тимур был ниже, то он просто безнадёжно прыгал вокруг обидчика, но так и не мог ничего сделать.

— Так, всё! Отстань от меня. Всё равно телефон назад не получишь. Держи свой рюкзак, ибо то, что я искал, я уже нашёл.

— Живо верни телефон! Вдруг Лена напишет, — у Тимура снова начиналась истерика, — я же ей ничего не сказал про сегодняшнюю поездку.

— Это же хорошо, боец, — Алексей продолжал издеваться, — значит, ты нарушил только один пункт нашего договора, а это очень хороший результат для первого раза.

— Верни телефон, кому говорят! — лицо Тимура начало приобретать багровый оттенок, а голос начал дрожать.

— Предлагаю сделку, — Алексей скрестил руки на груди, — ты наконец-то разжигаешь нам костёр, жаришь на всех сосиски, которые находятся в моём рюкзаке, и мы все дружно выпьем по банке пива. Вот только после этого я отдам тебе телефон. А пока, — Алексей зажал красную кнопку на телефоне, — мы его выключим, и он полежит

у меня в кармане.

Тимур напрягся, сжал кулаки с такой силой, что ногти впились ему в ладони. Сильно сцепив зубы, он услышал, как они скрипят, а в висках бешено колотился пульс.

— Та чего ты так напрягся, старичок, это же всего-навсего телефон. — Алексей подошел ближе, улыбнулся и хлопнул Тимура по плечу.

— Разожжешь костёр, поджаришь сосиски, выпьем пивка и всё — твой телефон у тебя в кармане. И только от тебя зависит, как быстро всё это случится.

Алексей ещё раз хлопнул Тимура по плечу, развернулся и пошёл к Стасу. Расстроенный парень постоял ещё немного и через пару минут, молча, пошёл и продолжил разжигать костёр. А через полтора часа три товарища сидели полукругом. На покрывале между ними стояла одноразовая тарелка с жареными сосисками и открытая пачка чипсов. Алексей достал из рюкзака три банки пива и, открыв каждую, раздал их ребятам.

— За нас! И за то, чтобы ты, Тимур, стал наконец-то настоящим пацаном!

— Верни телефон, — еле слышно промямлил Тимур. — Ты обещал.

— Да, обещал. И да, отдам, но только после того, как ты выпьешь

как минимум банку пива и немного расслабишься, — Алексей как обычно просиял дружелюбной улыбкой, поднял банку пива и сделал пару глотков.

Тимур взял банку пива и выпил её залпом. Пустая банка упала на землю.

— Телефон, — Тимур был краток.

Алексей был удивлён решительностью друга, но всё же решил играть свою роль дальше.

— О, уже лучше! Ты начинаешь исправляться, но вся беда в том, что ты не получил никакого удовольствия от процесса поглощения пива и только перевёл продукт. Теперь возьми ещё одну банку, постарайся расслабиться и выпить её с удовольствием, при этом не забывай о закусках к пиву и о своих друзьях, с которыми можно поговорить, пока пьешь пиво.

Тимур не сдвинулся с места. Он весь напрягся и был похож на кобру перед смертельным броском на врага. Его взгляд зло сверлил Алексея, кулаки были крепко сжаты, и он тихо повторил свою просьбу.

— Телефон. Ты обещал, — Тимур уже был готов броситься на Алексея с кулаками и силой получить своё.

— Ладно, ладно… держи свой телефон, только не скули.

Когда Алексей протянул руку с телефоном и ядовито улыбнулся, то Тимур сразу понял, что тут что-то не так, всё вышло слишком просто. Он попытался включить телефон, но ничего не вышло. И тут Алексей прыснул и начал громко хохотать. Открыв заднюю крышку телефона, Тимур увидел, что батарея отсутствует.

— Верни батарею! Ты! — у Тимура не хватало слов. — Верни сейчас же.

— Та не, тут ты не угадал. Мы договаривались только на телефон, а за батарею разговора не было.

Лицо Тимура приняло багровый оттенок, зубы заскрипели, а глаза плотно зажмурились. Он начал издавать нарастающий вопль гнева и бросился на провокатора. Алексей был захвачен врасплох, и первый удар кулаком в лицо прошёл с оглушительным успехом. Тимур залез верхом на обидчика и стал молотить его руками по голове. Удары были сильные и точные, чувство гнева ослепляло агрессора, он слепо

продолжал молотить друга. Тимур не знал, что именно придавало ему состояние высокой концентрации и контроля над ситуацией. Но когда Алексей закрывал руками лицо, то Тимур наносил боковые удары, попадая по ушам, вискам, щекам, а когда Алексей прикрывал голову по бокам — в его лицо летели прямые удары. Из носа ручьями шла кровь. Лицо Алексея превратилось в кровавое месиво.

И тут Алексей начал неистово хохотать, словно в истерике. Он заливался смехом, выпуская из лёгких весь воздух, а потом со странным звуком втягивал новую порцию воздуха. Тимур прекратил молотить кулаками и замер, не понимая, что происходит. Этот жуткий хохот отдавался эхом в голове Тимура, тем самым вводя его в какое-то задумчивое состояние.

— Эй, ты чего завис, истеричка, — спросил Алексей сквозь смех.

Внимание Тимура рассеялось, он закрыл глаза и зажмурился, а когда открыл их, то содрогнулся. Алексей сидел на том же месте, что и прежде, его лицо было цело и всё так же продолжало выражать прежнюю наглую ухмылку. Оказалось, что вся эта ситуация была лишь плодом воображения. Эмоциональный всплеск, который был спровоцирован недостойным поведением Алексея и вызвал эту галлюциногенную вспышку ярости в голове Тимура.

— Если ты всё ещё хочешь свою батарею, — сказал Алексей, тем самым выводя Тимура из состояния задумчивости, — то именно сегодня у тебя есть отличный шанс получить её! Всего лишь две банки пива вовнутрь твоего организма и батарея — твоя!

Алексей проговорил всё это голосом человека, который проводит аукцион. Но Тимур был сыт по горло плутовством друга, он просто развернулся и ушёл не очень твёрдой походкой в свою палатку.

— Эу, товарищ, куда ты? Мы же ещё не закончили, — сказал Алексей.

— Оставь его, — вмешался Стас, — дай парню отдохнуть. Он сегодня и так натерпелся.

— О, защитник! Что-то давно тебя слышно не было. Ты дремал? — Алексей и дальше продолжал шутить.

Складывалось впечатление, что в этом человеке желчи хватило бы на всех, что запас его насмешек и колких глупых шуток был неисчерпаем. По своей натуре Алексей был очень скользкий и неприятный тип. Тот факт, что у него было только два друга (огромное количество знакомых, которые знали Алексея на уровне приветствия при встрече, были не в счёт), его ничуть не останавливал в неприятных изречениях

в их адрес, особенно в адрес Тимура. Демон на его плече явно доминировал над его светлой и доброй стороной, но это его не волновало. Словесно «опустить» человека для него ничего не стоило, а если всё же Алексей перегибал с издёвками, то оправдание на этот случай было одно: «Ничего не могу с собой поделать, характер у меня такой».

А ещё Алексей был далеко не дурак, потому что издевался только над теми, кто физически слабее его. Крепких и спортивных ребят он обходил стороной.

— Так что ты скажешь, ты дремал или нет? — допытывался Алексей. — Если ты не дремал, то почему раньше не заступился за эту плаксу?

Стас ничего не ответил, он просто встал и ушёл проверить удочки.

Алексей не стал и дальше доставать Стаса, он просто махнул на него рукой и принялся за уже остывшие сосиски.

Стас превосходил Алексея в физическом плане, но это не давало ему повода преподать обидчику воспитательную трёпку, потому что Стас доминировал ещё и в умственных способностях. Тем более он хорошо знал Алексея, который, получив от Стаса по шее, припомнил бы ему в искажённом виде, будто Стас его избил, когда тот был пьяный и был не в силах защититься и всё в том же духе. Поэтому Стас просто держал всё в себе, ссылаясь на то, что у Алексея, кроме него и Тимура, совсем нет друзей.

Тимур в своей палатке уже крепко спал. Стас тоже отправился отдыхать. А Алексей, подкинув в костёр пару поленьев, остался лежать на покрывале у костра, допивая остатки своего пива. Впоследствии Алексей так и уснул под открытым небом, но проспал он там недолго. Стоило костру прогореть, как парень тут же озяб и, пробудившись ото сна с ещё хмельной головой, увидел, что уже светает. Но так как

Алексей был груб и невоспитан, и не мог оценить всю эту естественную лепоту, то он просто отправился в палатку, закутался в одеяло и тут же засопел.

ГЛАВА 3

СОБЕСЕДНИК

За грубым столом, более похожим на верстак, чем на стол, сидел задумчивый человек с бородой. Он скрестил руки на груди и беспрерывно смотрел на старые часы, которые висели над столом.

Стекло циферблата было покрыто изрядным слоем сажи. Складывалось впечатление, что он их пытался загипнотизировать. Человек с бородой судорожно тряс ногой под столом. Терпение его было на пределе. Как бы он хотел знать способ, чтобы переступить через этот предел и с облегчением вздохнуть…

— Нет, ты, наверное, ошибся, — сказал он вслух, — он не придёт.

Взволнованный мужчина был одет в засаленную фуфайку. Слой грязи и сажи, особенно на рукавах, был настолько большой и плотный, что первоначальный цвет фуфайки распознать было уже невозможно. На локтях были пришиты латки из кожзаменителя. Из-под латок торчали куски ваты. Левый карман был наполовину оторван, и на том месте материя была намного чище. Можно было предположить, что изначальный цвет был светло-коричневым, почти оранжевым. Фуфайка была застёгнута на две пуговицы. Между пуговицами были заткнуты грязные тряпчаные рукавицы. Под фуфайкой был тёмно-красный свитер с надписью «Canada». Также на нём были надеты ватные штаны, такие же грязные и засаленные, но целые. Картину довершали старые грязные ботинки с высокой шнуровкой. На голове должна была быть серая растянутая шапка, но в данное время она мирно лежала на столе. Бубон у шапки отсутствовал.

Лицо человека с бородой выражало тревогу. Брови были насуплены. Взгляд ясный и серьёзный. Такой взгляд не мог принадлежать взрослому человеку. В принципе, так и было: типу с бородой было примерно двадцать пять лет. И он работал кочегаром.

Юный кочегар всё так же держал руки скрещенными на груди, но уже не сидел. Он мерил котельное помещение шагами.

— Ты явно что-то перепутал. Ты где-то просчитался… — талдычил он вслух одно и то же. Если бы кто-то застал его в этот момент, то точно подумал бы, что парень сошёл с ума, так как в помещении больше никого не было.

— Как же я мог купиться на твою удочку, — всё не унимался кочегар и продолжал обвинять своего невидимого собеседника, — ты же не человек, ты сущее зло. Притащил меня чёрт знает куда и утверждаешь, что он придёт именно сюда и именно в этот час. Я уже неизвестно сколько здесь торчу, не бреюсь, не умываюсь (как ты и говорил), но мне кажется, что ты просто измываешься надо мной.

В ответ кочегару была тишина.

— Всё, я ухожу отсюда! — сказал кочегар и стал собирать свои

вещи, которые были больше похожи на лохмотья. — Найду себе ещё парочку наркоманов, — говорил вслух кочегар, одновременно с этим начал отряхивать свою спортивную сумку от пыли, — уберу их по-тихому, и на этом всё закончится. А своё предложение оставь себе. Я не собираюсь делать сомнительный «ход конем» под твою диктовку. Кочегар знал, что пара душ — слишком мало, чтобы заплатить за свою свободу, но сейчас было не самое подходящее время для арифметики. Отряхнув наскоро сумку, кочегар взял со стола ключи и направился к выходу. Резко открыв дверь, он замер на пороге.

— Стой! — раздался строгий голос в голове кочегара. — Вернись, он уже идёт к тебе…

ГЛАВА 4

ВСТРЕЧА

Тимур проснулся от того же страшного кошмара, который мучил его прошлой ночью. Он снова горел в печи, задыхался от нехватки воздуха и молил о помощи. Проснувшись в холодном поту, он остался неподвижно лежать на своём месте, гадая который

сейчас час. Батарею Алексей так и не вернул. Сквозь палаточный брезент пробивался свет, и это значило, что уже утро. Утренняя прохлада была чересчур освежающей и совсем некстати. Было желание ещё подремать пару часиков, но уснуть так и не удалось, Тимур просто лежал и смотрел в потолок палатки. Через некоторое время стало понятно, что кто-то из ребят уже проснулся. Шарканье ног по траве и хруст веток свидетельствовали о том, что кто-то пытается спастись от утренней прохлады и хочет развести огонь. Тимур решил выйти и проверить что там происходит. Расстегнув змейку палатки, он увидел Стаса, который жёг газету под кучкой мелких веточек.

— Доброе утро, — сухо сказал Тимур.

— О, ты уже проснулся, — Стас поднял на Тимура свои сонные глаза и тут же опустил их, пытаясь сосредоточиться на костре, — это хорошо, а то я уже хотел идти тебя будить. Доброе утро. Как спалось?

— Неважно, — ответил Тимур.

Стас поднял глаза к небу и несколько секунд рассматривал огромные чёрные тучи.

— Дождь собирается, — сказал Стас и перевёл взгляд на хмурого Тимура, — нужно сматывать удочки и валить домой. Тимур тоже посмотрел на небо, и его взгляд невольно упал на трубу, из которой по-прежнему валил густой чёрный дым. По его телу тут же пробежал мороз. Парнишка так и не понял, от чего именно была

дрожь в теле — от утренней прохлады или же от этой чёртовой трубы.

— Пойди разбуди Алексея, — сказал Стас, тем самым отвлекая Тимура от мутных мыслей, — и будем собираться.

— Не хочу я его будить, — ровно ответил Тимур, не спуская глаз с трубы.

Стас посмотрел на друга понимающим взглядом и громко крикнул:

— Алексей! Подъём! Тут дождь намечается, так что «свистать всех наверх»!

Ответ не последовал, и Стас снова обратился к Тимуру:

— Ну, хоть удочки ты можешь смотать? — спросил Стас.

— Удочки смотать могу, — ответил Тимур и направился к берегу.

Взмахнув удочкой, Тимур поймал леску руками. Наживки на крючке не оказалось. Смотав и сложив первую удочку, парнишка принялся за вторую. Со второй удочкой была та же история — крючок был пуст. Смотав удочки, Тимур вернулся к палаткам и обнаружил, что Алексей уже проснулся.

— Доброе утро, принцесса, — сонным голосом сказал Алексей.

Тимур сначала решил не отвечать, но потом все же сказал:

— Я не желаю с тобой разговаривать, пока ты не вернёшь мне батарею.

— О как, — усмехнулся Алексей, — ну в таком случае ты до самого дома будешь молчать, тебе же хуже. Тимур не ответил, он демонстративно развернулся и скрылся за подолом своей палатки.

— Кха! — снова усмехнулся Алексей. — Ну, в принципе, всё как обычно, обиженная улитка прячется в свой домик.

— Заткнись и иди собирай свою палатку! Достал уже! — крикнул Стас. Он уже был не в силах терпеть Алексея. Тот решил не отвечать. Алексей прыснул, скривил кислую рожу и, насвистывая, пошёл в сторону своей палатки. Стас узнал песню, которую Алексей совершенно бездарно насвистывал — это был вступительный момент песни «Еngel» немецкой группы «Rammstein». Стасу хотелось догнать и отпустить Алексею добротного леща за то, что медведь наступил ему на ухо, и он коверкает одну из его любимых песен! Но он сдержался и пошёл поговорить с Тимуром. Вход в палатку приоткрылся, и оттуда показалась голова Стаса. Тимур сидел в дальнем углу, обняв колени руками.

— Брось дуться, старичок, — сказал Стас, — пора собираться, а в пути, я уверен, вы помиритесь, и он обязательно вернёт тебе твою батарею, будь она неладна.

— Я с этим животным никуда не поеду, — ответил Тимур, даже не посмотрев на друга.

— Ну что ты начинаешь, — возмутился Стас, — нет времени играться, скоро дождь будет! Ты это понимаешь?

— Я всё понимаю, но в одной электричке я с ним не поеду.

Стас хотел продолжить кормить Тимура своими убеждениями, но тут что-то его остановило от дальнейших действий. Он вздохнул и понимающе посмотрел на друга.

— Ты твёрдо это решил? — спросил Стас.

Тимур молча кивнул головой.

— Я тебя понимаю. В таком случае вот, держи. — Стас достал из кармана клочок бумаги. — Это расписание электричек, я его купил вчера днём и, похоже, оно пригодилось. Согласно расписанию, следующая электричка будет через час, так что после нашего ухода ты можешь тоже собираться и идти вслед за нами на вокзал. — Стас задумался, но совсем ненадолго. — Я так понимаю, что телефона у тебя

не будет, поэтому, как попадёшь домой — позвонишь мне с домашнего, я буду ждать твоего звонка. Тимур ещё раз кивнул. Стас развернулся и направился к выходу.

— Стас! — окликнул его Тимур. — Спасибо тебе за… ну ты сам понимаешь. Спасибо, в общем, — сказал Тимур.

Стас улыбнулся и понимающе кивнул. Теперь была очередь Стаса — молча кивать и не произносить ни слова. Выйдя из палатки, он повелительным тоном сказал Алексею собираться и уходить, потому то времени до электрички осталось не так уж и много. Так же Стас сообщил, что Тимур поедет позже один. Эта новость очень развеселила Алексея. Он принялся дразниться, кривляться и петь всякие глупые песенки.

Тимур всё вытерпел и выслушал молча, не выходя из палатки, пока не убедился в том, что его друзья ушли. Через некоторое время он всё же высунул голову наружу и увидел их. Ребята уже успели отойти довольно далеко.

Над головой загремело, и это был словно знак, что пора шевелиться, а то можно попасть под дождь. Вынырнув из палатки, Тимур принялся собирать свои вещи в рюкзак. Через несколько минут дело дошло и до палатки. То тут, то там начали падать первые капли дождя.

Парень ускорился и поспешно начал выдёргивать из земли штыри, которые растягивали стропы, закидывая их прямо в палатку. Времени совсем не было, чтобы собирать их в индивидуальный чехол. Уже пустился полноценный дождь. Тимур как попало начал скручивать бедную палатку в неаккуратный и неправильный рулон, после чего он начал запихивать её в чехол, но палатка не хотела влезать, так как была

совершенно халатно собрана. Дождь шёл всего минут пять, а Тимур уже промок до нитки. С горем пополам он всё же впихнул палатку в чехол. Надев рюкзак и закинув на плечо чехол, Тимур пошёл по тропинке, которая вела не в сторону вокзала, а в совершенно противоположную. Он двигался в сторону трубы, из которой валил густой чёрный дым. Наш герой не знал, зачем именно он туда идёт и что скажет

кочегару. Но Тимур твёрдо решил, что он это сделает. Какие-то всевышние силы тянули его за невидимые нити, которые были продеты сквозь его запястья, и он слепо шёл вперёд. Пройдя по дамбе между двумя прудами, парень увидел, что обувь была безнадёжно испачкана мокрой глиной. На берегу одного из прудов была большая старая груша. Тимур стал под дерево и задумался: куда он идёт, зачем ему это

надо и какая разница, почему в печах кочегара бушует пламя. Но этот

просвет в его разуме быстро померк и через мгновенье окончательно

погас. Парень, словно завороженный, побрёл дальше по дороге.

***

Вот так мы и вернулись к тому, с чего всё началось. Теперь мы знаем не только имя нашего героя, но и часть его истории. Парень слепо шёл к своей странной цели. Миновав трансформаторную будку, он подходил к заброшенному дому внушительных размеров.

— Охренеть, какой он большой, — подумал про себя Тимур, — большой и брошенный. И зачем нужно было строить целый дворец, чтобы теперь он пустовал?

Дом действительно был огромен, словно сказочный замок. Черепичная крыша имела большое количество прорех. Красный кирпич, из которого был построен сам дом и колонны опоясывающей его ограды, оказался внутри с пустотелыми сквозными отверстиями. Время потрепало этот кирпич так сильно, что почти весь фасад дома был

словно изъеден огромными термитами. Постоянные перепады температуры и влажности разрушили лицевую сторону кирпича настолько, что были видны те самые полые сквозные отверстия.

Пройдя жутковатый большой дом, Тимур замер. Перед ним возвышалась та самая труба, которая его так манила всё это время. Она была очень высокая. Стальные канаты растягивали трубу в три разные стороны. Также на этой трубе была лестница. Тимур прошёл взглядом от нижней ступеньки до самого громоотвода. Задрав голову, Тимур стоял под дождём и внимательно смотрел на верхушку трубы, словно

завороженный. В ушах звенело, а тело отказывалось слушаться, словно его тело — каменная глыба. Что именно заставляет его так себя вести? Зачем он сюда пришёл? Что его так тянет сюда? Вопросов была масса, но внятно он не смог ответить ни на один. Прошло некоторое время, от непрерывного взгляда в одну точку у парня закружилась голова, и он пошатнулся. Тимур сумел удержать равновесие и устоял на ногах, одновременно с этим выйдя из своего оцепенения. Ноги были ватными, но всё же

он твёрдо решил постучать в ворота кочегарки. Обойдя здание вокруг, Тимур понял, что половина здания была заброшена и служила подросткам местом, где можно безнаказанно нацарапать на стене все матюки, которые только имелись в голове. Также возле заброшенной части здания стоял старый фонтан, который в прошлом представлял собой трёх слонов-пожарников, стоящих спиной друг к другу, а над

ними возвышалось гнездо аиста, от которого практически ничего не осталось.

Закончив изучение местности, Тимур очутился перед воротами в котельную, но всё никак не решался постучаться. Он прикинул, что не будет задавать глупых вопросов про то, почему печи горят не по сезону, а просто скажет, что приехал в город Л. на рыбалку, а дождь всё испортил, и теперь он промок до нитки и просто хочет переждать

дождь, отогреться и немного обсохнуть.

Собравшись с духом, Тимур постучал костяшками пальцев по металлу и сделал шаг назад. Немного постояв, парень понял, что постучал очень тихо и остался не услышанным. Он постучал снова, но на этот раз парень крепко сжал кулак и интенсивно барабанил им, словно молотом. Загремел засов и одна половина ворот резко открылась. На пороге стоял бородатый кочегар в рваной фуфайке. Он пристально сверлил непрошеного гостя холодным взглядом, от которого Тимуру стало не по себе.

— Здрасьте, — промямлил Тимур и тут же запнулся.

Кочегар по-прежнему внимательно смотрел на насквозь промокшего парня, при этом не говоря ни слова. Суровый взгляд кочегара в сочетании с его молчанием заставляли чувствовать себя неловко. Бедняга уже пожалел, что решил сюда прийти, но что-то менять было уже поздно, и он снова попытался завязать диалог.

— Я приехал в ваш город на рыбалку, — неуверенным тоном начал говорить Тимур и, словно в подтверждение своих слов, поднял две удочки, которые до сих пор сжимал в руке, — но тут пошел дождь. Тимур замялся, он был уверен, что его слова со стороны звучат как полная ахинея.

— Я весь промок до нитки… могу ли я…

Тимур даже не успел договорить, а кочегар развернулся и исчез

за дверью, так и не сказав ни слова. Парень был в полной растерянности. Он не понял, можно ему войти или нет. Тимур был воспитан и без приглашения никогда не вваливался в гости, но тут было что-то не то, и он всё же решил войти. Сделав пару шагов, он оказался в холодном коридоре, в котором ничего не было, кроме земляного пола и старых деревянных дверей. Потянув дверь на себя, Тимур ощутил жесткое сопротивление тугой пружины, которая натянулась между дверью и стеной.

— Разрешите войти, — сказал Тимур, сделав шаг через порог и не ожидая, что пружина будет столь жёсткой. Дверь ударила ему в спину, ноги запутались в болтавшихся верёвках палатки и парень упал на земляной пол.

Кочегар смотрел на непрошеного гостя сверху вниз и всё также молчал. Тимур поднял голову и увидел протянутую ему руку помощи.

— Простите за вторжение, — сказал парень, хватаясь за горячую руку кочегара. Через мгновенье Тимур был уже на ногах. — Меня зовут Тимур, ещё раз простите за вторжение. Кочегар снова промолчал, в ответ он наградил парня оценивающим взглядом.

— Может он немой? — подумал Тимур. — Это бы объяснило его странное молчание.

Кочегар спрятал руки в карманы, отвернулся и сказал:

— Иди погрейся у печи. Как закончится дождь — проваливай. Тимуру было, конечно, неловко за нарушение чужого личного пространства, и причину этой неловкости он не мог объяснить даже сам себе. Но то, что кочегар ведёт себя немного странно, парня насторожило ещё больше.

— Ещё раз простите, — смущённо пробормотал Тимур.

***

— Ты кого мне привёл?! — мысленно закричал кочегар, предварительно отвернувшись от своего гостя. — Он же ещё ребёнок, мы так не договаривались. Ты говорил, что приведёшь мне чистую душу, я согласился, но я никак не ожидал, что ты приведёшь кроткого, наивного, сопливого мальчишку, который и жизни

толком не повидал. Это не наш контингент, я надеялся увидеть какого-то отморозка, который подходил бы под наши параметры отбора.

— Я понимаю твоё возмущение, — раздался голос в голове кочегара, — но найти чистую и непорочную душу в теле, как ты выразился, отморозка, да ещё и в очень сжатые сроки — сложновато даже для меня.

Если человек отморозок, то он таков с самого детства, когда видит, как его родители без продыху пьянствуют или как отец бьёт мать прямо на глазах ребёнка. Бывают случаи, когда отморозок вырастает в нормальной семье. Виной этому становится дурная компания, в которой никто не хочет показаться белой вороной.

И, чтобы поднять свой авторитет, нужно сотворить что-то крутое, например, разбить чужую машину, унизить того, кто слабее тебя, ну и обязательно нужно трахнуть кого-то, и чем раньше ты это сделаешь, тем ты будешь круче.

— Я не совсем понимаю: к чему эта лекция про дурное воспитание? — мысленно зашипел кочегар. — Я, кажется, ясно спросил: что это за паинька, которая сейчас греется у печи? И где МОЙ клиент?

— Это не лекция, а правда вашей жизни, — ответил голос серьезным тоном, — а, как ты выразился, паинька и есть твой клиент. Именно он поставит точку во всей этой истории.

Кочегар мысленно выругался, он никак не ожидал такого чудовищного подвоха. Убить какую-то мразь, сделать этот мир чище — это одно, а убивать нормального человека — совсем другое. Конечно же, кочегар хочет стать свободным, но он не хочет получать свою свободу такой ценой, он себе этого никогда не простит.

— Я отказываюсь, — мысленно произнёс кочегар после недолгих

размышлений. — Я не смогу убить этого парня.

Кочегар ждал ответа, который так и не последовал. И поэтому он решил выпроводить парня как можно скорее. Пусть отогревается, обсыхает и катится отсюда, пока цел.

***

Тимур сбросил свой рюкзак и чехол с вывалившейся из него палаткой на грубый деревянный стул и подошёл к печи. Протянув открытые ладони, он почувствовал тепло. Бросив быстрый взгляд через плечо, Тимур увидел, что кочегар так и стоял к нему спиной.

— И всё же странный он какой-то — подумал парень, продолжая греться. — Я же ничего невозможного не попросил, всего лишь обсохнуть, отогреться и всё. Думаю, что у этого парня даже нет смысла спрашивать, почему печи горят не по сезону. Только на-

толкнусь на стену непонимания и этим всё и закончится.

И тут Тимур кое-что для себя понял. Когда кочегар говорил с ним, то голос собеседника показался Тимуру совсем молодым, абсолютно не соответствовавшим его внешности. Может, он просто стесняется своей профессии? Может, судьба бросила молодого парня в кочегарку, а он, в свою очередь, замаскировался под человека, который идеально подходил бы на эту роль.

Во время размышлений к Тимуру бесшумно подошёл кочегар и без единого слова просто отодвинул парня в сторону. Надев грубые рукавицы, кочегар открыл печь. Металлический лязг задвижки тут же бросил Тимура во вчерашний кошмар, который приснился ему накануне поездки. Печь открыла свою огненную пасть, и парню стало

не по себе. Кочегар с впечатляющей ловкостью растормошил раскалённые угли, после чего подбросил пару поленьев, а сверху высыпал ведро угля. Тимур попятился назад, ему стало плохо. Сердце бешено колотилось о грудную клетку, парню явно не хватало воздуха.

Закончив все свои дела, кочегар с громким лязгом закрыл дверцу печи и снял рукавицы. Тимур чувствовал, как его ноги подкашиваются от этого ужасного звука, но всё же нашёл в себе силы устоять.

— Эй, парень, с тобой всё в порядке? Ты немного бледноват, — сказал кочегар, пряча рукавицы в карман фуфайки. — Может, тебе лучше присесть, а то тебя шатает.

— Да, пожалуй, так и сделаю, — сказал Тимур, стараясь подавить свой страх. — Просто голова закружилась.

Парень сбросил свои вещи со стула и сел. Кочегар стоял на том же месте с абсолютно непроницаемым лицом.

Тимур узнал дверцу и ужасный металлический звук, с которым открывалась и закрывалась та самая дверца. Это была та самая печь, в которой он задыхался в ужасном вчерашнем кошмаре. И это не могло быть просто совпадением.

— На, выпей воды, — сказал кочегар и протянул бледному Тимуру белую эмалированную кружку с чёрной ручкой и облупленной эмалью на дне.

— Спасибо, — сказал Тимур и сделал пару глотков холодной воды.

Кочегар не ответил, он сел за свой грубый стол, уставился на настенные часы и погрузился в свои мысли. Сложившаяся ситуация погрузила обоих молодых людей в раздумья. Тимур думал про ужасный кошмар и поразительное сходство печей. Кочегар думал о том, как бы поскорей избавиться от парня. Когда Тимур отвлёкся от своих мыслей и посмотрел на «гостеприимного» обитателя ветхой кочегарки, то тот всё ещё находился в глубокой задумчивости. Кочегар застыл, словно муха, попавшая

в хрупкое сплетение паутины и неподвижно ожидающая своего палача, который без жалости оборвёт её тонкую жизненную нить. Человек с бородой был настолько неподвижен, что даже дыхание не выдавало его. Сейчас он походил на один из экспонатов музея мадам Тюссо.

Тимура очень угнетало молчание, которое камнем повисло в воздухе.

Ему было страшно, и он решил завести с кочегаром хоть какой-то примитивный разговор. Пусть это будет любая чушь, но это будет диалог с живым человеком, который немного разрядит сложившуюся обстановку. Тимур не знал, с чего начать.

— Кхе-кхе, — кашлянул Тимур, пытаясь хоть как-то привлечь

к себе внимание и понимая, как это глупо и наигранно прозвучало.

Кочегар никак не отреагировал и продолжал сверлить безразличным

взглядом грязные часы.

— Простите, что отвлекаю, — замялся Тимур, — но я… так и не знаю вашего имени. — Ничего лучшего парень придумать не смог. — Эй, вы меня слышите? — Тимур поднялся и медленно начал приближаться к кочегару. — Я повторюсь, меня зовут Тимур и… я хотел бы знать ваше имя, чтобы поблагодарить за то, что вы мне не отказали в помощи. — Ответа не последовало, кочегар сидел словно завороженный. Тимур где-то с минуту ждал ответа и в этот промежуток времени почувствовал себя полным идиотом. Осознав, что ответа он так и не дождётся, Тимур сдался.

— Простите ещё раз, что лезу не в своё дело, — Тимур отступил назад, — если вы желаете сохранить инкогнито, то я должен уважать ваш…

— Кай, — оборвал Тимура кочегар, сохраняя полную неподвижность тела.

— Простите, что? — Тимур не совсем понял, о чём речь.

Кочегар показательно вздохнул и повторил свой ответ.

— Я говорю, что меня зовут Кай, — холодно и всё также неподвижно выпалил кочегар, — и прекрати каждый раз извиняться, это очень раздражает.

— А, прост… — запнулся обрадованный парень, который всё же добился у кочегара имени, — то есть я хотел сказать, что очень рад знакомству. — Тимур сорвался с места и бросился к кочегару с протянутой вперёд рукой в надежде рукопожатия, но кочегар лишь наградил его коротким безразличным взглядом, продолжая гипнотизировать часы. Тимур смущённо опустил руку. Парню было невдомёк, почему этот человек так холодно себя вёл, но он не терял надежду найти к кочегару подход.

— Раз уж мы знакомы, то может, нам познакомиться поближе? —

Тимур и сам удивился тупости только что сказанной фразы.

Кочегар прыснул смешком и сказал, что он не такой.

— Простите, но вы меня, наверное, неправильно поняли, — смущённо залепетал Тимур, — я имел в виду не физическую близость, а, например, общие интересы, музыка, фильмы, или, может какие-то забавные истории, возможно, истории из детства.

Кочегар продолжал сидеть неподвижно, но не потому, что ему нечего было рассказать, или, что он всё так же холодно старался вести себя с незваным гостем, а потому, что на него нахлынули ужасные воспоминания из детства, которым он так и не смог найти объяснения.

— Я люблю комедии и боевики, — продолжил с запалом Тимур, даже не догадываясь, что этой фразой вырвал кочегара из старых воспоминаний, — а ещё люблю мультики, особенно люблю…

Рассказ парня становился всё тише, кочегар погружался в свои воспоминания всё глубже, и вскоре перед его глазами была белоснежная трескучая зима. Маленькие домики в пышных белых шапках из снега мирно дремали. Признаками жизни этих домиков были только тусклый свет в окошках и сизый дымок, который тихонько шёл

из трубы.

***

— Кай! Вы-хо-ди! — раздался детский голос где-то за окном.

По комнате пулей пролетел резвый мальчишка лет десяти. Затормозив на пороге кухни, сорванец начал прыгать, словно заведённая игрушка, и повторять одно и то же:

— Бабуля, можно я пойду гулять? Ну, пожалуйста, бабуль. По-жалуйста-пожалуйста-пожалуйста! — парнишка даже и не думал униматься.

Старушка улыбалась и наслаждалась каждым моментом, когда ей оставляли внука. Мальчик струился жизнью и добром, а неисчерпаемые запасы энергии часто выматывали бабушку до предела.

— Конечно можно, — ответила бабушка и погладила мальчика по головке, — только нужно хорошо одеться, чтоб ты не продрог, как только выйдешь на улицу.

— Ура! — после слов «конечно можно» мальчишка уже ничего не слышал, он носился кругами по кухне, как оголтелый, и радовался, как радуются дети, которых отпустили погулять. Одевшись рекордно быстро, мальчишка вышел на улицу. Там его ждал пухлый товариш примерно такого же возраста. Пухлик был в старой зимней курточке, явно в двух штанах и зимних ботинках. Также на парнишке были рукавицы и шапка, на лицо был намотан шарф, поэтому между шапкой и шарфом были видны лишь одни глаза.

— Ну, наконец-то, — застонал пухлик, — я уже весь устал тебя тут ждать.

— Какие у нас на сегодня планы? — с сияющей улыбкой на лице сказал мальчик, никак не отреагировав на стенания друга. — Может быть, построим снежный форт? Или слепим снеговика. Нет, снеговик — это слишком просто. Давай лучше слепим снежного монстра с ледяными клыками и шипами на спине, — глаза мальчика расширились, и он закачал головой, потому что его идея ему очень понравилась. — Всё, решено! Лепим монстра. Ты начинай лепить туловище, а я сбегаю домой за сосульками.

Парнишка уже было бросился бежать обратно домой, но пухлик его окликнул:

— Кай, подожди! Иди сюда, у меня есть идея получше.

Кай вернулся и молча застыл на месте, он очень сомневался, что его товарищ может придумать что-то более интересное, чем создание снежного монстра.

— Предлагаю, пока снег мокрый, — буркнул пухлик, — раскатать горку. Мой дед обил окно в сарае двойной, толстой плёнкой, я понял, что это знак, и отодрал её. — Пухлик расстегнул змейку куртки и, улыбаясь, вытащил большой прямоугольник целлофана. — Я понимаю, что за это получу дедовского ремня, но это будет позже, а возможно, даже завтра. К тому времени наша горка будет уже замерзать.

Кай взял целлофан, расстелил на снег и уселся ровно посередине.

Взяв передние два угла, он накрыл ими свои ноги.

— А что, с этого может и вправду что-то получиться, — сказал Кай и одобряюще кивнул головой.

— «Что-то»?! Да это суперидея! — распинался пухлик, оживлённо жестикулируя руками.

— Бежим скорее, — подскочил Кай и, наспех сложив целлофан, со всех ног побежал в сторону леса. Пухлик едва поспевал за товарищем. Ребята даже подумать не могли, что их разговор был подслушан и что их ждёт не очень приятный сюрприз.

***

Спустившись вниз по улице, мальчишки прибежали к тому месту, где основная дорога поворачивала направо, а прямо уходила узкая тропинка, ведущая в небольшой лесок. Зимой этой тропинкой почти никто не пользовался, и соседские мальчишки катались по этой тропинке на санках. Увидев, что это место исполосовано следами от санок, Кай решил, что нужно искать другое место.

— Нет, Павлуша, — сделал вывод Кай с очень умным видом, — это место нам не подходит. Мы сейчас раскатаем горку, а завтра эти вонючки испортят всё своими санками, и она уже не будет пригодна для катания на клеёнке.

— Но ведь мы всегда здесь катаемся, — заскулил Павлуша, немного расстроившись.

— Значит, нужно что-то менять! Мы найдём себе другое место, и у нас будет своя собственная горка! — едва закончив фразу, Кай рванул по дороге вдоль склона, выискивая подходящее место, чтобы деревья не мешали спуску. Пухлик бежал за Каем и, задыхаясь, просил остановки, чтобы отдохнуть, но Кай его не слышал, он внимательно всматривался в просветы меж деревьев, пытаясь высмотреть идеальный спуск. И тут Кай резко затормозил и крепко запыхавшийся пухлик врезался в него.

— Вот оно! — тихо сказал Кай, всматриваясь в идеальный просвет меж деревьями.

— Здесь и будет наша личная горка!

Пухлик не смотрел туда, куда показывал Кай, он никак не мог отдышаться.

— Нам нужно будет сесть на клеёнку и съехать пару раз, чтобы раскатать её.

Едва Кай закончил говорить, он тут же расстелил целлофан и уселся сверху. Мальчишка сделал пару неуклюжих попыток оттолкнуться, но у него ничего не вышло. Парень понял, что нужно менять стратегию.

— Пошли, — сказал Кай Павлуше, который уже почти отдышался, — нам нужно будет пройти весь спуск пешком, потому что снег мокрый и его очень много, проехать не получается.

— Подожди меня, — крикнул пухлик Каю, но тот уже тяжело ступал по снежному насту, стараясь ставить ноги максимально близко друг к другу, чтобы затоптать как можно больше снега. Снег набивался в обувь и начинал там таять, доставляя некий дискомфорт, но детская мечта была намного крепче и именно она вела ребят к поставленной цели. Спустившись в самый низ, Кай быстрым взглядом оценил проделанную работу. То, что он увидел, уже было на что-то похоже, но это только начало.

— А теперь обратно, — скомандовал Кай и, всё так же тяжело ступая, пошагал вверх.

Кай очень быстро поднялся на гору и теперь стоял, ждал, пока поднимется пухлик. Когда Павлуша вылез наверх, Кай уже успел отдышаться.

— А теперь — посторонись! — с радостью в голосе воскликнул Кай, и, прыгнув сверху на целлофан, понёсся вниз по склону. Первый спуск с горки оказался удачным. Кай доехал до самого низу, но скорость ему набрать не удалось. Парнишка совсем не расстроился, он прекрасно понимал, что горка ещё совсем не укатана и что для первого раза вышло очень даже неплохо. Поднявшись наверх, Кай увидел Павлушу, который в предвкушении спуска крепко сжимал в руках свой кусок дедовского целлофана.

— Ну что? — с азартом в глазах спросил пухлик.

— Порядок! Можно пробовать, — Кай был собой очень доволен.

Павлуша, недолго думая, плюхнулся на свой кусок целлофана и полетел вниз гораздо быстрее Кая. Восторженный крик удалялся вместе с парнем, и когда Павлуша был уже внизу, то он еле слышно кричал издалека, что Кай — гений! Так ребята катались до самой темноты. Снег в обуви уже давно растаял, но это не имело никакого значения, день удался, и мокрые ноги не могут испортить общего впечатления. Ребятишки стояли на самой вершине и любовались своим творением.

— Предлагаю назвать горку в нашу честь! Что скажешь насчёт «Спуск Кая и Павлуши»? Или может быть «Горка двух гениев». Тебе нравится или у тебя есть другой вариант?

— У меня есть другой вариант! — раздался голос из-за спины ребят. Ребята обернулись и увидели соседского мальчишку, который всегда строил козни всем детям в округе.

— О нет, только не он, — подумал про себя Кай и посмотрел на пухлика. Павлуша втянул голову в плечи и было видно, как его бьет дрожь, он ужасно боялся этого хулигана.

— У меня есть вариант и он, мне кажется, идеально подойдёт — «Личная горка Андрея Викторовича»! Как вам мой вариант, сопляки? — ухмыльнулся парень, скрестив руки на груди.

— Как по мне, то слишком высокомерно, это раз, — зашипел Кай, — а два — ты не можешь принимать участие в названии, потому что ты не помогал нам её раскатывать!

— Ну и что? — прыснул смешком Андрей и резко вырвал кусок целлофана из рук пухлика, тот даже не успел ничего понять. — Чтобы иметь горку, не обязательно в

чём-то там участвовать. Я за вами, сопляками, наблюдаю с самого начала. И мне в голову пришла гениальная идея — вы раскатаете горку, на которой буду кататься только я! — Хулиган расхохотался и помчался вниз по идеально накатанному спуску. У ребят тут же пропало всё настроение.

— Кай, пошли домой, — замямлил пухлик, — ну её ту горку. Покатались и хватит, пусть этот гад забирает её себе!

— Нет, — процедил сквозь зубы Кай, — это наша горка. Хулиган уже поднялся наверх и сиял злорадной улыбкой.

— Вау, — воскликнул Андрей, в голосе отчётливо слышались издевательские нотки, — какую классную горку вы мне раскатали! Я доволен.

— Горка — наша, — грозно выпалил Кай, — так что отдай моему другу клеёнку, а сам проваливай отсюда! Иди и сам раскатай себе горку, назови её «Горка Андрея-злодея» и катайся, сколько душе влезет!

Понял? — На последнем слове Кай аж запищал так он был зол.

Андрей сначала рассмеялся, а потом резко подскочил к Каю, завалил его, воткнул лицом в снег и заломал за спиной руки. Для хулигана все эти действия не составили особого труда. Во-первых, он воспользовался эффектом неожиданности, а во-вторых, Андрей был намного старше десятилетних ребят.

— Пусти, гад, иначе я тебе сейчас хребет сломаю! — в ход пошли фразы, которые он слышал в крутых американских боевиках. Кай был в бешенстве, он брыкался, плевался снегом, но ничего сделать не мог.

— Ой, боюсь-боюсь, — смеялся хулиган, сидя на Кае верхом, — пожалуйста, не бей меня.

Павлуша стоял, как вкопанный. Он не знал, чем помочь другу в этой ситуации, и поэтому молча наблюдал, дрожа от страха.

— А теперь слушайте сюда, сопляки, — Андрей начал говорить в приказном тоне, — эта горка теперь моя! Если кого-то из вас увижу на своей горке — поломаю ноги. Толстый, ты усёк? — Андрей сверкнул злобным взглядом на Павлушу, тот интенсивно закивал головой, давая понять, что он всё понял. — С жирным разобрались, теперь ты, бунтарь. Тебе всё понятно?

— Иди в баню! — рычал Кай. — Это наша горка.

От долгого контакта со снегом лицо Кая онемело.

— Ну, в общем, я тебя предупредил. Пухлый, иди сюда, — сказал Андрей и помахал рукой Павлуше, — сейчас я встану, а ты заберёшь своего дружка-истеричку и по дороге объяснишь ему то, что ты понял с моих слов. — Павлуша понимающе кивнул и подошёл ближе. — Вас, неудачников, сейчас отправлю домой, а завтра — прям с утра — буду кататься на своей личной горке. Ночью будет минусовая температура, — мечтательным тоном произнес хулиган, — и моя горочка заледенеет и будет ещё лучше.

Андрей слез с Кая, но руки не отпускал. Поставил парня на ноги, толкнул его в сторону пухлика, одновременно с этим пнув его ногой под зад.

— Забирай своего друга и чтоб больше я вас тут не видел!

Кай рвался покарать обидчика, изрыгая обидные слова и угрозы, Павлуша его держал изо всех сил, и если бы не его масса тела, то Кай обязательно бы вырвался. Ну а хулиган никак не реагировал на оскорбления, он просто засмеялся, помахал им рукой и снова поехал вниз с горки на отобранном куске целлофана.

***

Вечерело. Мальчишки молча брели домой, они были абсолютно расстроены и подавлены. Кай пытался теплотой собственной ладони отогреть онемевшую щёку, которая достаточно долго контактировала со снегом. Внешне Кай успокоился, но внутри него бушевала буря гнева и негодования. Дойдя до места, где ребятам нужно

было расходиться в разные стороны, Павлуша попросил Кая вернуть хотя бы одну дедовскую плёнку, вторая осталась в руках хулигана. Кай поднял руку и увидел, что всё это время он так и не выпустил плёнку из рук. И тут Кай задумался. Павлуша уже было хотел забрать плёнку у друга, но Кай резко рванул её обратно и просиял.

— Что, — Павлушу от неожиданности передёрнуло, — что такое?

— Завтра! Я тебе верну её завтра. Обещаю!

И Кай со всех ног бросился бежать домой. Слова пухлика, которые летели ему в спину, так и не были услышаны, потому что мозг Кая лихорадочно работал.

— Он хочет нашу горку — он её получит! — мысленно сказал Кай и зло заулыбался.

Откуда в голове десятилетнего мальчишки появились такие мысли, он и сам не знал, но кое-что он знал наверняка — он сделает это!

Кай прибежал домой. Оставив целлофан пухлика на улице, чтобы его шелест случайно не услышала бабушка, он прокрался в дедовский сарай. Включил свет, осмотрелся. На верстаке с инструментами Кай взял молоток и отвёртку. Пошарив в разнообразных металлических баночках, он набрал в карманы гвоздей и саморезов. Последним штрихом была пустая тара — баклажка из-под лимонада и стеклянная бутылка.

Проверив, всё ли необходимое он взял, Кай потушил свет и вышел из сарая. Подойдя к углу сарая, он замер и спрятался в тени дома.

Калитка во двор была открыта, а на улице стояла бабушка. Уже давно темнело, и бабушка переживала за внука.

— Прости меня, милая бабушка, но домой мне ещё рано, — мысленно умолял Кай.

Немного постояв, бабушка зашла обратно в дом. Кай вздохнул с облегчением, его не заметили. Немного повременив, парень бегом побежал на улицу. Сгрузив своё добро в целлофан, он побежал к той самой горке. По дороге Кай набрал воды в баклагу из уличной колонки.

И вот он на месте. Положив свою целлофановую котомку на снег, он взял молоток и бутылку. Стало здорово холодать, и Кай решил немного ускориться. Отойдя на пять шагов от горки, он разбил бутылку, собрал самые острые и длинные осколки, положил их в другой карман. Засыпая всё остальное снегом, Кай взял ко всему прочему ещё и отвёртку и аккуратно начал спускаться вниз. Пройдя треть всего спуска, мальчишка присел на корточки и ощупал скользящую поверхность горки. Она была идеально гладкая, мороз уже успел сделать спуск сплошным слоем льда. Как же Каю не хотелось портить их с пухликом творение, но он должен — просто обязан! — это сделать.

— Эта горка будет либо наша, либо ничья. Либо на потеху друзьям, либо на боль и страдания врагам! — сказал вслух Кай, а потом взял отвёртку, упёр крестовиной в лёд, а сверху ударил молотком.

После третьего удара отвёртка вошла достаточно глубоко, Кай вытянул её, а в отверстие вставил саморез остриём вверх. Отступив сантиметров десять, Кай снова приставил отвёртку к поверхности спуска, трижды ударил, и перед тем как вытащить отвёртку, хорошенько ею расковырял отверстие. Теперь пришёл черёд битого стекла. Кай достал из кармана один осколок и вставил его самым острым концом вверх. Отверстие оказалось слишком большим, и осколок болтался в своей лунке, но это ничуть не тревожило Кая. И таким же способом парнишка усеял горку всем, что было в карманах, а именно гвоздями, саморезами и битым стеклом. Всё! Основная работа была окончена. Практически вся поверхность горки, не считая верхней трети спуска, стала смертельно опасной. Кай умышленно оставил этот отрезок пустым, чтобы дать негодяю возможность как следует разогнаться перед наказанием. Теперь остался последний штрих. Кай быстро вскарабкался на верхушку, взял баклажку с водой и в потёмках полез обратно вниз.

— Хоть бы самому сейчас не поскользнуться и не ощутить свои же приготовления на собственной шкуре, — подумал про себя

Кай, спускаясь по склону на полусогнутых.

Достигнув низа, Кай принялся практически вслепую нащупывать отверстия и задавать гвоздям и саморезам правильный прямой угол в 90 градусов, забивая дырочки снегом и заливая их водой. Острые осколки оказались в положении параллельно спуску, а не поперек. Задумка была в том, чтобы когда цель приближалась к осколку, то она

скользила по нему, словно по лезвию ножа, и разрезала одежду. Было бы идеально, если бы осколок достал ещё и до самой плоти жертвы.

Если осколок вставить поперёк спуска, то спускаемый объект своей массой тела просто обломает его и урон от сломанного осколка будет минимальным.

Так Кай настроил на нужный угол каждый гвоздь и осколок, который смог нащупать уже в полной тьме. Руки юного инженера окончательно окоченели. Парень вылез наверх и вылил остаток воды на отрезок спуска, который остался не нашпигованным гвоздями и битым стеклом, чтобы обеспечить ускорение при разгоне.

Всё! Дело сделано. Теперь пора отправляться домой и понести заслуженную трёпку от бабушки.

***

Кая весь вечер вычитывали за то, что он не явился домой до наступления темноты. За это его наказали, запретив гулять целую неделю. Но сегодня был день расплаты, и Кай просто не смел его пропустить.

Встав рано утром, он тихонько оделся, шёпотом попросил у спящей бабушки прощения и, захватив целлофан пухлика, отправился в сторону адского спуска. Было довольно рано. Кай был уверен, что в этот час Андрей не появится на горке и пошёл окольным путём.

Время подходило к девяти утра и пора было действовать! Кай показательно шёл под окнами хулигана, активно махая рукой, в которой зажал целлофан, чтобы его было хорошо видно. Решив, что этого мало, Кай подошел к низенькому забору, помахал в окна рукой, показал язык и, звонко засмеявшись, пошёл в сторону горки. Мальчишка

очень надеялся, что Андрей в это время стоял возле окна и проглотил наживку. Кай шёл не спеша, постоянно оглядываясь назад. До горки оставалось метров сто.

— Эй! А ну, стой!

Кай резко обернулся, и всё его тело тут же напряглось, к нему быстро приближался злой хулиган.

— Куда это ты собрался? — грозно зарычал Андрей.

— На свою горку, — крикнул в ответ Кай, развернулся и бросился бежать. Как парень и задумывал, хулиган бросился в погоню. До горки оставалось пятьдесят метров, и Кай не знал, что ему делать дальше. Андрей очень быстро догонял его. До горки осталось тридцать метров, и Кай уже перебирал в голове, что он будет говорить, когда Андрей его настигнет. И тут пришла одна хитрая мыслишка.

Не останавливаясь, Кай обернулся и с улыбкой крикнул:

— Кто первый съедет, тот и хозяин горки!

Когда до опасного спуска оставалось десять метров, Кай почувствовал толчок в спину. Андрей толкнул мальчика, выхватил у него кусок целлофана и, громко хохоча, побежал дальше. И тут Кай осознал всю тяжесть содеянного им поступка…

— Стой! — крикнул Кай, вставая на ноги. — Не спускайся!

Но было уже поздно. Андрей бросил целлофан на снег, плюхнулся на него и, показав Каю средний палец, оттолкнулся руками и помчался вниз.

— НЕ-Е-Е-ЕТ!!! — взревел Кай, но было уже поздно.

Андрей с триумфальным чувством победы быстро начал набирать скорость, и когда первые гвозди стали с треском рвать его одежду, он сначала не понял, что происходит. Саморезы и стёкла разрывали плоть, Андрей начал тормозить руками, и это была его первая ошибка. Ладони тут же превратились в багровые ошмётки. Резко отдёрнув

ладони от поверхности спуска, он совершил ошибку номер два. Бедняга откинулся на спину, отчего тут же пострадали лопатки и затылок, он начал извиваться, словно уж на раскаленной сковородке. Андрей хотел скатиться вбок с адского спуска, но вместо этого совершил третью и последнюю свою ошибку — вместо того, чтобы перекатиться

со спуска в сторону, парень перевернулся на живот и всё повторилось заново: треск одежды и хруст, с которым рвалась нежная кожа на животе. Андрей не выдержал всего этого, потерял сознание, и остаток спуска полностью расслабленное тело мальчика, проехало в полном контакте с поверхностью горки. Больше всего пострадали колени, живот, ладони… и лицо.

Подбежав к краю спуска, Кай увидел в самом низу покромсанное тело Андрея. Он не подавал никаких признаков жизни. Кровавый шлейф тянулся по всей длине спуска, на которой были оставлены гвозди и битое стекло. Куски одежды были практически на каждом кончике гвоздя. Кай понимал, что нужно немедленно позвать на помощь, но его тело, словно налитое свинцом, не желало его слушаться.

Андрей всё также не шевелился, под ним начала расплываться лужа крови.

***

Открыв глаза, Кай увидел Тимура, который что-то упорно рассказывал и активно жестикулировал руками. Он был немного зол на гостя, который заставил вспомнить столь ужасный момент из его жизни.

Кочегар заметил, что парень уже не такой весёлый, как был недавно, а ещё он перестал махать руками. Каю показалось, что гость сейчас говорит о чём-то наболевшем и решил послушать его, стараясь уловить нить разговора.

— … А потом он забрал мою батарею от телефона, — продолжал бубнить себе под нос Тимур, — и я отказался ехать с ним домой в одной электричке. А пока ждал другую электричку — пустился дождь и, по непонятной мне причине, я пришёл именно сюда, а не на вокзал. Вы, конечно, можете подумать, что я сумасшедший, но меня как будто магнитом сюда притянуло.

Кай сразу понял, о чём речь, и совсем не считал, что парень сумасшедший, он прекрасно знал, что сюда его привёл Иван. Разговаривать не было никакого желания, но постоянно молчать тоже не выход. И кочегар решил немножко поддержать разговор.

— А почему ты не забрал то, что по праву принадлежит тебе? — без всякого интереса спросил Кай.

Лицо Тимура покрылось лёгким румянцем. Он и сам не знал, почему не забрал батарею у Алексея.

— Не знаю, — ответил Тимур, пожимая плечами, — наверное, просто не захотел ввязываться в конфликтную ситуацию.

Кай ещё раз убедился в чистоте помыслов этого мальчика, которого Иван привёл на роль покорного агнца, после смерти которого мнимый кочегар стал бы свободным от кровавого долга чудовищу в дорогом костюме.

— Зря, — только и ответил Кай.

— А может, не будем больше говорить на эту тему, — с надеждой в голосе, сказал Тимур, — расскажите лучше о себе. Как вы здесь оказались? Где учились? Где живёте? Как родители относятся к вашему роду деятельности? Есть ли у вас любимая девушка? Ну и всё такое.

Кочегар напрягся, он крепко сжал кулаки. Костяшки пальцев побелели, а ногти впились в ладони. Тимур подставил стул к столу, где сидел кочегар, плюхнулся на грубое сиденье и подпёр подбородок рукой, тем самым давая понять, что он готов слушать. Парень даже не догадывался, что своими, на первый взгляд, стандартными вопросами он задел самые болезненные струны его души.

Тимур оживился в предвкушении, что сейчас кочегар вывалит ему всю свою жизнь.

Чёрта с два!

Кай был взведён до предела, словно пружина. Он мог взорваться в любой момент и тут же выгнать незваного гостя вон, но вместо этого кочегар жалобно выдохнул и всё же нашёл в себе силы сдержаться. Кай немного призадумался и загрустил от того, что не мог придумать, что же ответить наглецу, который задавал такие дерзкие, но вместе с этим такие простые вопросы.

В голове кочегара была только одна более-менее здравая идея, которая позволит ему не отвечать на поставленные гостем вопросы.

— Ты слаб, — заговорил Кай и сам удивился такому началу его речи, — и физически, и морально. Ты не вызываешь у меня уважения, именно поэтому я не хочу тебе ничего рассказывать. Единственное, что мне хочется, так это врезать тебе за твою мягкотелость и покладистость. На лице Тимура тут же вспыхнул румянец, а сам он начал нервно ерзать на стуле. Такого он никак не ожидал.

— Вот что я тебе скажу, — продолжил кочегар, глядя парню в лицо, гость от этого взгляда чувствовал себя неловко, — если тебе действительно интересна моя история жизни и ответ, почему я нахожусь здесь, то тебе придётся вернуться домой и преподать жёсткий урок вежливости своему другу, после которого ты должен чётко и ясно

разъяснить, кто есть кто. Здесь я буду находиться до среды, а это значит, что у тебя есть три дня. В среду я уйду отсюда навсегда, и ты меня уже никогда не увидишь.

— И тем самым будешь спасён, — подумал про себя Кай, так и не осмелившись произнести это вслух, чтобы ненароком не увеличить количество ненужных вопросов.

— Но я хочу тебе дать один совет, — продолжил Кай, не сводя с собеседника пристального взгляда, от которого Тимур боялся даже пошевелиться, — и буду молить всевышние силы, чтобы ты услышал меня. Не лезь не в своё дело. Поставь обидчика на место, забудь про меня и постарайся прожить эту жизнь достойно. В этом мире ты ещё

не вкусил и сотой доли отведённого тебе наслаждения. Тебе предстоит познать удовольствие твоей первой близости с девушкой. Эти ночи любви будут казаться ничтожно короткими, когда будешь заниматься любовью с любимым человеком.

У Тимура отвисла челюсть от удивления.

— Откуда этому кочегару известно, что я девственник? Неужели по мне это видно? — подумал парень, не решаясь перебить своего собеседника.

— Прогулки под ночным звёздным небом, — теперь Кай говорил с закрытыми глазами, мечтательно откинув голову назад, — встреча рассвета, дожди и туманы… Когда ты последний раз смотрел на небо не для того, чтобы посмотреть, будет ли сегодня дождь или нет, а для того, чтобы окунуться в его глубину, восхищаясь чудаковатыми изгибами облаков?

— Я… э-э-э, не знаю, — вопрос был неожиданным для Тимура, и поэтому он не нашёлся что ответить.

— А это только вершина айсберга, — Кай никак не отреагировал на замешательство мальчишки и продолжал, — далее тебя ждёт радость отцовства. Это будет особенно чувствоваться, когда твоё чадо начнёт умилять тебя своими первыми победами. Первые взгляды, брошенные ещё мутными и фактически ничего не видящими глазами, первые чихи, первые зубки, первые шаги, первые слова…

По лицу кочегара, покрытому слоем сажи, потекли слёзы и тут же оставили две чистых борозды. Тимур был в шоке, он не знал, что ему ответить. Также он не знал, что только что кочегар поведал ему о своей мечте, которой так и не суждено было сбыться.

Кочегар понял, что зашёл слишком далеко. Мечтательные черты лица тут же стали суровыми. Смахнув рукавом фуфайки остатки слёз, он резко встал. В одну руку взял рюкзак Тимура, в другую — самого Тимура.

— Но подождите, там же уже вечер, — упирался Тимур, но Кай волочил его за руку с неимоверной силой.

— Тебе пора уходить отсюда, — сказал Кай, открыл ногой дверь и вытолкнул парня в тёмный коридор.

Открыв ворота на улицу, он бросил рюкзак на мокрую землю и выпроводил Тимура.

— Иди вверх по аллее мимо общежития. Когда упрёшься в главный учебный корпус — обойдёшь его слева и через турникет выйдешь на дорогу. Пройдёшь по дороге метров сто и будешь на вокзале. — Речь кочегара была холодной и не потерпела бы никаких возражений. — Там сядешь на нужную тебе электричку. Очень надеюсь, что ты

меня услышал, и мы с тобой больше никогда не увидимся.

Последнюю фразу кочегар сказал очень тихо, после чего закрыл за собой воротину и загремел внутренним засовом. Тимур был в расстеряности, он никак не ожидал такого развития

событий. Вместо того, чтобы при помощи элементарного общения немного уменьшить барьер непонимания и скованности, его выгоняют на ночь глядя, так ничего толком и не объяснив, где именно он допустил оплошность. Парню оставалось лишь закинуть мокрый рюкзак на плечо и идти на поиски вокзала.

Кочегар ворвался в помещение и зло заговорил вслух:

— Я не смог! Не смог найти в себе силы выпутаться из этой истории за счёт наивного парня!

Кочегар метался по комнате взад-вперёд, трогая голову и небритое лицо грязными руками.

— Сейчас я иду спать, а утром приведу себя в порядок и верну тебе долг более приемлемым для меня способом.

— А как же твоё обещание по поводу трёх дней ожидания, которое ты дал парню? — раздался голос в голове Кая.

— Будем считать, что я его обманул, — резко ответил Кай, — уверен, что он переживёт эту ложь. А тебе бы я посоветовал найти мне более подходящий контингент. Больше никаких сокращений пути.

Если мне суждено пройти по человеческим костям, то я хочу, чтобы эти люди были достойны смерти.

На это голос ничего не ответил. Кай уже было хотел аккуратно достать из кармана не совсем обычный осколок зеркала и посмотреть на своего собеседника, но передумал. Он чувствовал себя чертовски уставшим и измотанным, хоть и не выполнял сегодня никакой физической работы, но моральная усталость просто валила с ног.

Кай даже не потрудился снять свою фуфайку, он рухнул на грубую кровать полностью одетым, и даже обутым, и тут же провалился в глубокий сон.

После того, как Кай крепко уснул в кочегарке, послышались чьи-

то шаги. К лежанке кочегара подошёл высокий, статный мужчина в роскошном, дорогом костюме. Он навис над Каем, словно голодный коршун, но он пришёл не за тем, чтобы убить парня, нет. Кай был в кровавом долгу перед человекоподобным существом в дорогом костюме, и поэтому громила пришёл, чтобы совершить свой хитрый задум. Он сложил руки над спящим кочегаром и начал тереть ладони

между собой. С рук начала сыпаться, еле уловимая человеческим глазом алмазная пыль. Этой пылью человек в дорогом костюме осыпал кочегара с ног до головы. Пыль не оседала, она парила над кроватью Кая и даже не думала улетучиваться. Когда кочегар втянул носом немного пыли, человек заулыбался. Дыхание спящего тут же замедлилось до предела, а работа организма была практически полностью

остановлена.

— Пелена сна позволит тебе проспать столько, сколько мне будет нужно, — сказал вслух лысый мужчина, — я не позволю, чтобы ты обманул этого доверчивого мальчишку. Я ему помогу в выполнении твоего глупого условия. Под моим чутким руководством этот щенок морально уничтожит своего друга настолько, что он больше и рта не посмеет на него открыть. И после всего этого наш агнец на радостях прилетит к тебе со всех ног, чтобы поделиться с тобой своей безоговорочной победой, а взамен потребует ответы на свои простые вопросы, пытаясь узнать тебя получше. И когда ты это сделаешь, то отпустить его уже не сможешь. И чтобы навсегда заткнуть ему рот, у тебя будет только один способ. Короче говоря, всё произойдёт так, как я задумал.

Незнакомец всё стоял над спящим кочегаром. Его лицо сияло дьявольской самодовольной улыбкой.

— Эх, Кай, Кай, Кай, — с ухмылкой вздохнул громила, — жаль, что ты не слышишь меня и не можешь по достоинству оценить всю гениальность и изящество моего плана. Но это не беда. Я терпеливый, подожду, пока ты проснёшься и, когда ты всё узнаешь, я с удовольствием буду наслаждаться твоим недоумением и потерей во времени.

— А сейчас, прости, — хитрец выпрямился и собирался уже уходить, — мне пора идти. У меня впереди ещё много дел, но до нужного срока, я уверен, мы с непорочным агнцем справимся.

Человекоподобный тактик в дорогом костюме развернулся и ушёл прочь. Кай спал глубоким сном. Сновидения отсутствовали, так как эта спячка была принудительной мерой.

ГЛАВА 5

НЕПОРОЧНЫЙ АГНЕЦ

Тимур благополучно нашёл дорогу до вокзала. Так сложилось, что только придя в конечный пункт своего маршрута, парень увидел, что на перроне уже стоит какая-то электричка. Подойдя ближе, Тимур увидел на стекле кабины название своего города и ловко запрыгнул в первый вагон.

— Хоть где-то повезло, — подумал Тимур.

Двери электрички с шипением тут же закрылись и состав тронулся. У парня не было ни билета, ни денег, и поэтому он очень переживал, чтобы его не высадили на первой же остановке. Он очень надеялся, что в этой электричке не будет контролёра и ему дастся беспрепятственно добраться до дома.

Время было позднее, поэтому имелась масса свободных мест. Сев на пустую лавочку, Тимур прислонил голову к окну и закрыл глаза. Сжав кулаки, он сунул руки накрест себе под мышки и весь сжался. Стук колёс и монотонное покачивание вагона погрузили парня в состояние дремоты.

— Ваш билетик, — сказал огромного вида мужчина, стоя возле Тимура.

Парень встрепенулся от неожиданности и тут же пытался придумать какую-нибудь достойную отговорку, но ничего не выходило. Неловкое мычание и почухивание собственного затылка было контролёру вместо ответа.

— У вас нет билета? — спросил контролёр у Тимура.

Тимур сдался, потому что ничего придумать так и не смог.

— Да, у меня нет билета, — тихо ответил Тимур, потупив взгляд.

— В таком случае придётся купить билет.

— Я бы с радостью, но это невозможно.

— Почему это? — как-то наигранно удивился контролёр.

— Потому что у меня нет денег.

Контролёр не торопился с ответом, а Тимур в это время изучал мужчину, который требовал у него билет.

Этот человек был огромного роста и с широкими плечами, но это не внушало Тимуру никаких подозрений, ибо рост — это не показатель. Парня смущала одежда огромного мужчины. Вместо голубой железнодорожной формы на нём был надет дорогой костюм чёрного цвета, который отливал блеском от тусклого освещения. Идеальный покрой, скорее всего — шёлк. Багровая рубаха была тоже не из дешёвых. Рукава пиджака были закатаны вместе с рукавами рубашки и багровое текстильное кольцо сжимало локтевой сустав мужчины, от чего его могучие руки покрылись переплетением вздутых вен.

— Вы меня, конечно, простите, — Тимур чувствовал себя неловко в этот момент, — но вы не очень-то похожи на человека, который проверяет билеты.

— Как это? А на кого же я, по-вашему, похож?

— Ну не знаю, — Тимур ещё раз окинул мужчину взглядом, — на главного босса из компьютерной игры.

— Что, правда? — снова наигранно удивился человек в дорогом костюме, и этот момент был замечен Тимуром. — А как вы определи ли, что я не контролёр?

— Ну не знаю, на вас нет формы, нет бейджа с именем и должностью, а ещё у вас нет ручного кассового аппарата.

— Да уж, — человек в дорогом костюме от души расхохотался, — неважный из меня актёр. В таком случае, примите мои извинения, это и вправду был небольшой розыгрыш, который с треском провалился.

Мужчина в дорогом костюме присел рядом с Тимуром.

— А разрешите полюбопытствовать, далеко ли вы, молодой человек, в столь поздний час держите путь?

— Домой.

— А то, что у вас нет денег, это так и было задумано? У вас какой-то молодёжный квест, типа «попади домой, не потратив ни копейки»?

— Да нет, просто так сложилось.

Тимур немного замялся, но всё же решился на вопрос, который висел в воздухе.

— Простите, а мы с вами знакомы? — спросил парень. — Или, может быть, у нас имеются общие знакомые, которые решили меня разыграть?

Незнакомец довольно улыбнулся и сложил крест-накрест огромные руки.

— Да, можно сказать и так, у нас имеются общие знакомые, — ответил незнакомец, — но об этом мы поговорим позже. Сейчас вам нужно благополучно добраться домой. И первое, что вам нужно, — мужчина достал из внутреннего кармана пиджака солидную пачку американских долларов, которые были под золотым зажимом в виде головы дракона, — это деньги для покупки билета. У парня округлились глаза и произвольно открылся рот. Он никогда в жизни не видел столько денег, тем более заморской валюты. Незнакомец ловко вынул из пачки банкноту достоинством в десять

долларов и сунул в руку парню.

— Нет, что вы, не стоит, — Тимур хотел вернуть купюру назад, но огромный человек уже спрятал пачку денег обратно во внутренний карман и встал.

— Как вернёшься домой, — сказал чудаковатый незнакомец тоном, который не терпел возражений, — оставь входную дверь незапертой, я зайду к тебе позже, и мы обо всём поговорим, а сейчас мне пора.

Мужчина резко развернулся и скрылся за дверями тамбура. Парень сидел в полном недоумении: незнакомец, неудачный розыгрыш, деньги… Что всё это значит, он не понимал. Вдруг его кто-то начал настойчиво трясти за плечо.

— Просыпаемся, товарищ спящий пассажир, и предъявляем билет, — дерзко сказал кто-то, явно обращаясь к Тимуру. Парень открыл глаза и увидел перед собой самого настоящего контролёра, в форме, с бейджем и ручным кассовым аппаратом.

— Это был всего лишь сон, вот и всё объяснение, — подумал парень и с облегчением вздохнул.

— Я спрашиваю, как обстоят дела с билетом? — с раздражением повторил контролёр. У бедняги был сегодня явно не самый хороший день.

— Простите, но у меня нет билета, — сказал Тимур, чувствуя лёгкое дежавю.

— Тогда придётся оплатить проезд.

— Снова простите, но и денег у меня…

Тимур замер на полуслове, потому что понял, что в руке у него что-то есть. Разжав ладонь, парень увидел скомканный клочок бумаги. Когда же он его разровнял, то его тут же прошиб холодный пот, ведь Тимур не знал, как такое вообще возможно.

Он держал в руках десять долларов.

***

Тимуру было невдомёк, что вообще произошло в электричке. Версий было множество, они роились в голове парня, словно дикие пчёлы. Была даже версия, что он сошёл с ума, и всё, что с ним произошло только что — грубая галлюцинация. Но Тимур не хотел впадать в крайность и решил разобраться во всём утром, возможно, он даже расскажет обо всём Стасу — про странного кочегара, про случай в электричке. Но это будет завтра, а сегодня — домой и спать. Сегодня у парня был, пожалуй, самый насыщенный день в его жизни. Так много странных и загадочных событий он не переживал никогда!

Подойдя к своей двери, Тимур увидел батарею от мобильного телефона, которая была приклеена полоской широкого пластыря длиной примерно десять сантиметров. На пластыре была корявая надпись: «На! Только не ной!». Почерк был явно Алексея. Тимур содрал батарею вместе с пластырем. Войдя домой, парень бросил мокрый рюкзак на пол, а ключи на полку и тут же принялся вставлять батарею. Когда Тимур включил телефон, то он был неприятно удивлён. Ни одного пропущенного звонка, ни одного сообщения — ничего. Он хотел тут же написать Лене, своей девушке, которая, наверное, очень сильно за него переживала (где он и что с ним случилось), но передумал, потому что уже поздно и было решено, что он сделает всё это завтра.

Этот момент очень задел парня, он почувствовал себя ненужным. Но Тимур слепо убеждал себя, что этой ситуации завтра обязательно найдётся объяснение.

Закрывая за собой дверь (всё это время, как оказалось, дверь была открыта), в голове парня эхом пронеслась сегодняшняя фраза, сказанная мнимым контролёром:

«… Оставь входную дверь незапертой, я зайду к тебе позже и мы обо всём поговорим»…

Тимур почувствовал, как на уровне ног потянул сквозняк, но двери были уже закрыты.

— Нет, это был всего лишь сон, — улыбнувшись, подумал парень, и, вставив ключи в замочную скважину, дважды провернул их. Тимур снял обувь и пошёл на кухню. Открыв холодильник, он разодрал пачку с сосисками, достал три штуки и, чавкая на ходу холодными сосисками, пошёл в спальню. Он вбрасывал их в рот одну за другой, практически не жуя, тут же глотал, потому что за сегодняшний день у него во рту ничего съедобного не было. Прикончив сосиски, Тимур решил, что самое время завалиться спать, пока желудок не понял, что его обманули всего лишь тремя сосисками вместо полноценного ужина.

В голове был страшный калейдоскоп, который без устали вертелся. Но вместо цветных стёкол были картинки из сегодняшнего дня. Труба, Стас и Алексей, телефон, батарея, проливной дождь, кочегар, страшная печь из кошмара, дорога домой, лысый псевдоконтролёр, десять долларов… Голова парня шла кругом. Только сейчас он понял, что Лена во всём этом списке была на последнем месте, и Тимур никак не мог понять почему. Он ни разу не вспомнил о ней с самого утра, хотя до этой поездки парень думал о ней каждый час, каждую минуту, каждое мгновенье. Он просто жил ею, а сейчас не чувствовал никакого влечения, никакой любви к ней. Было ощущение, что весь его интерес к девушке просто взяли и отрезали. А самое страшное и непонятное для Тимура было то, что ему это нравится. Наконец-то в его голове есть другие мысли, другие размышления, потому что до этого было просто какое-то тотальное поклонение, словно бессмертному идолу. Тимур лежал на своей кровати, закинув руки за голову, и просто думал: «Черт, как же это здорово, просто лежать и думать». Парень

закрыл глаза и, заулыбавшись, продолжил свои размышления. Мысли парня аккуратно переплетались с личными иллюзиями и сладкими грёзами. И совсем незаметно для себя Тимур сладко уснул.

***

— Я же нормально попросил оставить дверь открытой! — громко грянул грубый голос. Парень от неожиданности подпрыгнул с кровати и, запутавшись

в одеяле, упал на пол.

— Кто здесь? — испуганным голосом крякнул до смерти напуганный Тимур.

В комнате царил мрак, лишь тусклый свет луны пробивался в окно через гардину. Чей-то мощный силуэт просматривался возле дверного проёма в спальню. Выключатель расположен возле двери, и парень понимал, что включить свет у него никак не выйдет. Тимур был в полной растерянности и, замерев, запутавшись в одеяле, словно в коконе, просто ждал ответных действий от незнакомца. Возможно, это ограбление, но зачем тогда так орать?

Теневой голем не заставил себя долго ждать, он медленным, но уверенным шагом вошел в комнату. Взяв у стены стул, незнакомец поставил его возле кровати и сел. Лунный свет упал на лицо ночного гостя, и Тимур тут же узнал его.

— Эй! Да ведь это же вы! Тот человек из электрички, липовый контролёр билетов, — воскликнул Тимур и, высвободившись из объятий одеяла, сел на край кровати напротив ночного гостя.

— Да, это я, — улыбнулся человек в дорогом костюме.

— Но как вы попали в квартиру, я же запер дверь.

— Хотя я тебя просил не делать этого, — с лёгким укором в голосе сказал гость, так и не ответив на вопрос.

— А как вы узнали, где я живу? Вы следили за мной?

Ночной гость от души рассмеялся. Его жуткий смех прокатился эхом по квартире, и Тимуру стало не по себе. Парень был напуган и совершенно не понимал, как себя вести в сложившейся ситуации. Напряжение Тимура было так велико, что оно не осталось незамеченным великаном.

— Да расслабься ты, — дружеским тоном сказал гость и хлопнул парня по плечу, — я здесь, чтобы поговорить, да и только. Разговор будет происходить по следующему плану: сначала ты мне расскажешь про ситуацию, которая сложилась у вас с кочегаром, потом я выскажу тебе своё мнение по этому поводу, ну и в конце нашей беседы тебе

будет предложен выбор, который ты должен будешь сделать сам.

Тимур не совсем понимал, что здесь вообще происходит, и откуда этот человек знает про кочегара.

— А откуда вы знаете… — Тимур не успел закончить вопрос.

— Давай начнём по порядку, — перебил его ночной гость. — Расскажи мне о кочегаре. Что он от тебя потребовал? Почему выгнал на ночь глядя, так и не разрешив тебе переночевать в кочегарке?

Ответы на все эти вопросы были заранее известны этому человеку огромных размеров, но Тимур этого не знал и старался объяснить, что же случилось тем вечером в кочегарке.

— Ну мы беседовали с ним, — неуверенно начал Тимур, — точнее, я ему рассказывал, а он всё время смотрел в одну точку. Временами казалось, что кочегар находится в трансе или умеет спать с открытыми глазами, потому что он даже не моргал во время моих россказней. Всё было хорошо до тех пор, пока я не задал ему несколько простых, можно сказать, стандартных вопросов для поддержания разговора, так сказать, хотел передать слово ему. Но вместо ответа я почувствовал, что кочегар очень напрягся и начал нести какую-то ересь. Про то, что я слаб, что я не вызываю у него уважения, хотя я совсем не понял, к чему это было сказано. Потом он начал втирать мне про какие-то

прогулки под луной и радость отцовства. Я был полностью сбит с толку. Вместо обычных ответов, типа, живу там-то, родители мои там-то, а девушка учится в институте, например, он мне нагородил целую груду какого-то философского хлама, а потом выставил меня за дверь и сказал, что очень надеется, что мы больше никогда не увидимся, или что-то в этом роде.

— И всё?

— Нет. Ещё он выдвинул какое-то, на мой взгляд, странное условие.

— Какое?

— Что он ответит на все мои вопросы только тогда, когда я заберу то, что по праву принадлежит мне, и что я должен поставить обидчика на место.

— И что ты собираешься предпринять по этому поводу? — спросил человек в дорогом костюме мягким тоном психоаналитика.

— Ничего. То, что по праву принадлежит мне, — это батарея от моего мобильного телефона и она уже у меня. Её стащил мой товарищь Алексей, он же, в данной ситуации, обидчик. По приезду домой я обнаружил батарею на своей двери. Её приклеили куском пластыря…

— …на котором было написано порицание в твой адрес в повелительном тоне, — закончил фразу парня загадочный ночной гость.

— Да, — согласился Тимур, — но я уже не держу на него зла, потому что хорошо знаю его нрав. Батарея у меня, она работает и с этой историей покончено.

— Ты добрейшей души человек, мальчик мой, — мягко проговорил ночной гость, — любой другой на твоём месте уже давно бы разбил мерзавцу лицо и был бы прав. Ну а ты… у меня просто нет слов. Тимур пытался рассмотреть лицо незнакомца, но лунный свет был слишком тусклым и было невозможно увидеть, какие эмоции оно выражает. Также парень умолчал о галлюцинации (или что оно такое было), в которой он жестоко избивал Алексея. Ему стало по-настоящему стыдно за эту утайку.

— Но разве тебе не интересна история кочегара? — великан даже не думал сдаваться.

— Интересна конечно, но не настолько, чтобы бить друга в лицо.

Повисло неловкое молчание.

— Мне больше интересно, — продолжил Тимур, — почему у меня пропало влечение, я даже не говорю о любви, к моей девушке Елене? До вчерашнего дня это был самый обожаемый мною объект на свете. А после встречи с кочегаром она будто бы умерла для меня. Чувствую себя маленьким шелкопрядом, который закуклился в свой кокон безразличия и не желает туда никого впускать.

А то, что она даже ни разу не позвонила, не написала в течение того дня, когда мы ездили на рыбалку, наложило на мой кокон безразличия дополнительный слой шёлковой нити.

Незнакомец молчал, выжидая нужный момент. Тимур был готов ать руку на отсечение, что этот великан сейчас улыбается.

— Я не силён в амурных делах, но мне кажется, что момент ушёл, искра страсти погасла и самое время вам двигаться в разных направлениях. Если вы и дальше будете тянуть эту лямку, не чувствуя друг к другу никаких нежных чувств, то за это впустую потраченное время у вас может появиться что делить. Так что лучше разойтись сейчас

и это будет минимально безболезненно и максимально правильно.

Тимур задумался по этому поводу, но ночной гость не дал ему времени на размышления и продолжил говорить.

— Первый пункт нашего плана прошёл успешно, — продолжил говорить великан, всё так же восседая на стуле, — и, исходя из результатов нашего диалога, я думаю, что будет правильным, если мы продолжим.

Для начала скажу, что твоё решение продолжать дальше закрывать глаза на пакости обидчика и бездействовать — опрометчивы. Ты должен дать понять, что ты ничем не хуже его.

Завтра твои друзья явятся к тебе, и это — идеальный момент для раздачи ролей в этом представлении. Твой дерзкий товарищ в свойственной ему манере, как обычно, начнёт тебе хамить. Ты же, в свою очередь, с серьёзным видом, не смеясь над его дешёвым глумом, должен будешь заставить его замолчать строгой фразой, например: «закрой рот». Когда он рассмеётся тебе в лицо, а я уверен в этом, то ты скажешь то же самое, но с дополнением словесной угрозы, например: «Закрой рот, иначе я тебе его закрою».

— Я, наверное, не смогу такого сделать, — тихонько сказал Тимур.

— Сможешь! Я тебе в этом помогу.

После второй фразы с твоей стороны твой дружок начнёт быстро приближаться и просить исполнить угрозу. Вот тут тебе придётся действовать.

Когда оппонент подойдёт вплотную, ты демонстративно размахнёшься, целясь в лицо, но удар, в конечном итоге, должен будет попасть в солнечное сплетение.

— Если я ударю его, то он уничтожит меня сразу же после того, как выровняет своё дыхание, — сказал Тимур, очень сомнительно отзываясь о затее незнакомца.

— Не уничтожит. Твой друг немного поваляется на полу корчась и кривляясь от боли, а потом поднимется и ринется к тебе. Ты, не двигаясь с места, будешь просто стоять и смотреть ему в глаза, мысленно представляя крыс.

— Представлять крыс? Как это спасёт меня от гнева Алексея?

— А так! Крысы — это самая большая фобия Алексея. Ты будешь смотреть ему в глаза и представлять крыс, а всё остальное сделаю я, просто одному мне не справится. Ты должен будешь мне помочь, я использую твои глаза как проектор, а воображение Алексея будет служить нам белой простыней, на которую наша проекция ляжет.

После того, как Алексей мысленно встретится со своей фобией, он будет очень близок к апатии, и чтобы он не умер на месте от страха, ты должен будешь вывести его из этого состояния сильным ударом в нос. После этого удара галлюцинация Алексея прекратится, и твой друг вернётся в реальность.

— Какой-то сомнительный план, — сказал Тимур и заерзал на кровати.

— Это ещё не всё. После того, как Алексей окажется на полу, он будет максимально восприимчив и уязвим. В этот самый момент ты должен будешь подойти к нему и с суровым выражением лица сказать ему, что если он не прекратит свой постоянный глупый стёб, то всё, что он увидел, с ним непременно станется. На этом дело будет сделано. Твой друг будет бояться тебя как огня, а ты в свою очередь, после всего этого можешь смело ехать к кочегару и требовать заслуженные ответы на свои вопросы.

Выслушав чужака, Тимур долго сидел и молча думал. Парень не мог понять: что тут вообще творится?

— Что за чертовщина происходит со мной последние два дня? Я хочу жить как раньше: тихо и спокойно. А тут что-то не так. Кочегар, липовый контролёр и ночной незваный гость в одном лице, странные сны, из которых я вытаскиваю материальные предметы…

— Можешь думать что угодно, — сказал Иван, — но я хочу, чтобы ты сделал всё в точности, как я тебе сказал. Скоро утро и мне пора уходить. И чтоб ты не думал, что это был всего лишь сон, я разобью эту чашку с водой. Иван протянул руку и одним пальцем столкнул чашку с тумбочки, которая стояла у изголовья кровати. Чашка разлетелась вдребезги, и на полу начало растекаться багровое пятно. Каким-то образом вместо воды в чашке оказалась кровь. Тимур посмотрел удивлённым взглядом на окровавленные осколки, а потом перевёл взгляд на ночного гостя, который широко улыбался жуткой улыбкой. Улыбка переросла в смех, Иван поднялся и вышел из комнаты.

— Помни о нашей договорённости, — сказал ночной гость и, продолжая смеяться, захлопнул за собой дверь.

***

Тимур проснулся от хлопка. Встрепенувшись и бросив сонный взгляд на дверь, он увидел, что она открыта. С двери взгляд был переведен на чашку, которую разбил ночной гость. Чашка стояла на своём месте, целая и невредимая. Перевернувшись на живот и свесив голову с кровати, Тимур не обнаружил никакой жидкости на том

месте, где якобы разбилась чашка.

— Это был очередной дурной сон, — подумал Тимур и с облегчением вздохнул.

Комнату заполнила тишина, лишь отчетливо слышался какой-то странный шорох. Тимур начал прислушиваться и понял, что источник звука совсем рядом. Парень поднял голову и от увиденного зрелища чуть не обомлел. Кровь отхлынула от лица, оно вмиг побелело, а его тело сковал страх.

Чашка, стоявшая на тумбочке, медленно вращалась вокруг своей оси. А странный шорох, долетавший до ушей Тимура, оказался трением керамического донышка чашки о лакированную поверхность столика. Пульс в висках Тимура бил кузнечным молотом, а сердце обезглавленной курицей билось о грудную клетку. Хорошо, что дыхание

относится к безусловным рефлексам человеческого организма, иначе бы насмерть перепуганный парень уже давно бы задохнулся. Тимур не мог оторвать взгляда от вращающейся чашки, он абсолютно не моргал, поэтому из глаз потекли слёзы.

Чашка сделала свой последний оборот и замерла на месте. Это подействовало на Тимура как определённый знак, он часто заморгал, от чего слёзы потекли ещё сильнее. Не успел испуганный парень отереть слёзы, как чашка снова пришла в движение. Только на этот раз она медленно начала наклоняться в сторону, касаясь тумбочки

только одной стороной донышка. Она наклонялась до тех пор, пока не стала ровно по диагонали относительно горизонтальной поверхности тумбочки. Достигнув угла наклона, примерно сорок пять градусов, чашка снова замерла. И снова эта пауза между движениями чашки дала Тимуру возможность отдышаться и вытереть новую

порцию слёз. Парень даже отдышаться не успел, как чашка снова пришла в движение. На этот раз она медленно, но уверенно, всё так же находясь в неестественном положении, начала ползти к краю тумбочки. Когда чашка достигла самого края, то, по идее, она должна была упасть и разбиться, но чашка парила в воздухе, словно у тумбочки было невидимое продолжение столешницы. Немного отлетев от ночного столика, чашка снова замерла и повисла в воздухе. Тимур не сводил с неё глаз и всё так же боялся пошевелиться. Немая сцена длилась где-то минуту, для парня же эта мину-

та показалась долгим часом.

Раздался звонок в дверь. Тимур никак не отреагировал на него, продолжая сверлить взглядом парящую в воздухе чашку. Через время раздался более настойчивый звонок. Парень с удовольствием бы сейчас встал и открыл бы дверь, но тело его не слушалось, он словно окаменел. Всё решил короткий удар в дверь, скорее всего ногой, от которого

Тимура подбросило и вернуло телу подвижность конечностей. А вот чашка от этого удара утратила свою невесомость, полетела на пол и со звоном разбилась. Не сводя взгляда с осколков, Тимур сначала боком, а потом задом медленно продвигался к входной двери. Повернув ключ, парень даже не успел дотронуться до ручки, как дверь

распахнулась, и в прихожую ворвался Алексей. Бесцеремонно, даже не поприветствовав друга, он начал лить грязь.

— Если у тебя с утра бодрый стояк, то это не значит, что мы будем торчать под дверью и ждать, пока ты кончишь сеанс утреннего онанизма!

— Я не… Что? — Тимур вообще не понял, что Алексей имел в виду.

— Меня не интересуют подробности твоего полового созревания. Лучше сваргань чайку, а то с утреца хавать охота.

Следом зашёл Стас. Поздоровался с Тимуром и, улыбнувшись, сказал, чтоб он не слушал глупости, которые ему говорит Алексей, а после поинтересовался бледностью хозяина квартиры. Бросив беглый взгляд на Алексея, который уже лежал в гостиной

на диване и щелкал пультом дистанционного управления, прогоняя

подряд все каналы, Тимур схватил Стаса за рукав и потащил на кухню.

— Ты, конечно, вправе мне не верить, — дрожащим голосом начал излагать суть Тимур, — но она летала!

— Кто она? — Стас был в полном недоумении.

— Она летала! Понимаешь?

— Да кто летала-то?

Тимур вплотную подошел к Стасу.

— Чашка, — еле слышно сказал бледный Тимур, взъерошив на голове волосы. — Она летала. Будто это не чашка вовсе, а заплутавший гравипоплавок, который выпорхнул из-под тёмного одеяния барона Владимира Харконнена. Тихо-мирно съехала с тумбочки и вместо того, чтобы шмякнуться на пол и разбиться, она полетела себе дальше.

— Дружище, ты уверен, что это тебе не…

— Да, я уверен, что это мне не показалось и не приснилось, — перебил Тимур. — Потому что в моём сне эта чёртова чашка разбилась, а когда я проснулся, то она была цела и стояла на месте!

— Ну, тогда даже не знаю, что тебе сказать, — ответил Стас и призадумался.

Из-за спины ребят послышался сдавленный смешок. Обернувшись, они увидели Алексея, стоящего в дверном проёме и облокотившегося о косяк.

— Зато я знаю, что тебе сказать, — смеясь, выдавил Алексей, — ты обдолбаный шизик, который находится в процессе полового созревания, а твои воображаемые друзья колотят твою домашнюю утварь.

Алексей громко засмеялся, тем самым спровоцировав Тимура.

— Закрой свой рот, — с серьезным видом сказал Тимур и, если быть честным, то он сам от себя такого не ожидал. Эта фраза вырвалась наружу непроизвольно. Но Тимур не испугался сказанной фразы, как он сделал бы это раньше, а наоборот. Сложившаяся ситуация накалялась, и Тимуру это нравилось. Он был настроен очень серьезно, его руки сжались в кулаки, а сам парень был напряжён, словно пружина.

Алексей зло сдвинул брови и направился к Тимуру.

— Что ты там тявкнул, щенок, повтори ещё р…

Удар ногой в живот не дал Алексею закончить фразу. Он согнулся и опустился на пол, хватая ртом воздух, словно выуженная рыба. Стас вообще не понял, что произошло. Быстрый и точный удар в солнечное сплетение от вечно робкого Тимура заставил ребят выпучить глаза и открыть рты. Единственная разница в том, что Алексей делал это от боли, а Стас — от удивления. Тимур же спокойно стоял и пристально сверлил взглядом кривляющегося друга.

— Ты чё творишь, гад, — всё ещё задыхаясь, простонал Алексей. — У тебя есть время спрятаться в шкаф, потому что я сейчас встану и тебе кранты, домовой.

Губы Тимура тронула лёгкая довольная улыбка. В данный момент он чувствовал себя великолепно! Сложившаяся ситуация приносила Тимуру истинное наслаждение. Чувство смелости, уверенности в себе и безнаказанности своих действий окутали Тимура с головой, они подпитывали его изнутри, и он решил, что всё это неспроста и что самое время попробовать воплотить в жизнь инструкции ночного гостя.

Сделав пару медленных, размеренных, уверенных шагов в сторону Алексея, Тимур навис над товарищем. Выждав паузу, он стал на колени и продолжил миролюбиво, с томной улыбкой смотреть на Алексея.

— Чё вылупился, сучок, — неуверенно сказал Алексей, было хорошо слышно, что его голос дрогнул от страха, — думаешь, что если сам подошёл, то дядя Лёша накажет тебя несильно? Хрен тебе! Сейчас ты у меня получишь по полной пр…

Резким движением рук Тимур бьет Алексея по ушам открытыми ладонями и тем самым снова не даёт договорить товарищу. Не отпуская рук, Тимур продолжает держать голову товарища, максимально приблизив её к своему лицу. Выдохнув, Тимур широко открыл глаза и пристально смотрел в лицо Алексея, пытаясь представлять крыс, как и говорил ночной гость. Щелчок пальцев за спиной друзей эхом раздался в комнате, но молодые люди его уже не слышали. Все трое замерли, словно в финальной немой сцене бессмертной комедии Николая Васильевича Гоголя, увидав настоящего ревизора. К компании ребят подошёл человек в дорогом костюме и, оценив

ситуацию, сделал вывод.

— Ну что ж, господа, прошу прощения за остановленное мною время и причинённые неудобства. После этой небольшой паузы вы будете чувствовать лёгкое головокружение и ломоту в теле, но об этом потом!

Троица ребят никак не отреагировала на обращение незнакомца, словно каждый из них только что встретился взглядом с василиском.

Оратор же продолжил свою пламенную речь, перейдя на личности.

— Вы, Тимур, — учтиво сказал Иван, — превосходно справились со своей ролью. Всё было по плану и теперь моя очередь выхода на сцену.

Иван стал за спиной скрюченного Алексея, и за шиворот вытянул его сознание из тела и поволок в тёмную дыру, которая только что образовалась в стене.

***

Придя в себя, первое, что он ощутил, так это жуткая головная боль и запах сырости. Взор был затуманен, и никак не удавалось рассмотреть, что творится вокруг. Попытавшись подняться, он почувствовал, что руки сцеплены между собой и привязаны над головой. Пара резких рывков ничего не дала. Пелена постепенно рассеивалась, и он увидел, что лежит в клетке, и его верхние и нижние конечности крепко привязаны цепями. Спину и бедра холодили стальные прутья, как оказалось, он был абсолютно голым. На крики о помощи никто не откликнулся.

Где-то вдалеке заскрипела дверь. Шаркающие шаги давали понять, что кто-то медленно приближается к клетке. Лёжа в клетке, он увидел согбенный силуэт в чёрной рясе. Огромный капюшон был накинут на голову, и при данном скудном освещении лицо пришедшего тонуло во мраке. Пленнику казалось, что это лишь ужасный сон, и он очень надеялся, что пришедший человек, который был похож на что-то среднее между магом и монахом, не успеет выполнить свою миссию.

— Отпустите меня, я ничего не сделал, — надтреснувшим голосом взмолился узник.

Пришедший человек даже не пошевелился и хранил полное молчание. Хриплое монотонное дыхание вырывалось из-под капюшона, и узник начал терять всякую надежду на спасение. Человек в рясе подошёл к клетке и начал возиться с засовами.

Верхняя часть клетки открылась и откинулась назад. Узник рассыпался в благодарностях и обещаниях никому не рассказывать о происходящем, но, видимо, он поспешил. Пришедший монах не спешил развязывать путы пленника, а начал закреплять на его животе небольшую металлическую клетку без дна. Эта клетка была странной формы: дном клетке служила плоть узника, а верх — вдавлен вовнутрь, словно миска для фруктов. Узник никак не мог понять предназначение этой клетки, и от этого бедняга еще больше паниковал. К связанному телу снова подошёл человек в рясе. Монах зашевелился, и из складок рясы показались руки, большие руки с огромными ладонями. Узник понимал, что время чего-то недоброго становится всё ближе, и жалобно застонал. Крепкие руки мага потянулись к жертве, и тот зажмурился, моля о пощаде.

— Ладно, хватит с тебя этого представления, — послышался довольный голос из-под капюшона. Узник открыл глаза и увидел, как маленький сморщенный человечек берётся за полы рясы, резким движением сбрасывает её и выравнивается во весь свой огромный рост. Под рясой оказался настоящий великан, который был облачён во всё белое. Белые туфли, белые брюки, белый жилет поверх белой, плотно облегающей могучее тело, футболке. Белые зубы дополняли общую картину.

— Ну здравствуй, Алексей, — приветливым тоном сказал человек в белом, — вот мы и встретились.

Пленник был в шоке и, открыв рот, не мог выговорить ни слова.

— Мы не знакомы, поэтому разреши отрекомендоваться. Имя мне — Иван, — великан сделал учтивый поклон, — и я здесь, чтобы разъяснить раз и навсегда одну вещь. Очень надеюсь, что мы найдём общий язык и больше никогда в жизни не увидимся.

— В-всё, что скажете, — промямлил пленник со слезами на глазах.

— Вот и чудно, но сначала я тебя познакомлю с твоими новыми друзьями.

Улыбаясь белоснежной улыбкой, Иван скрылся из виду. Когда он вернулся, то руки у него были заняты.

— Вот! — довольным тоном сказал человек в белом и поставил на стол клетку с крысами и какую-то металлическую сферу.

— Ч-что это? — заикаясь, сказал узник, совершенно ничего не понимая.

— Это твои новые друзья, — сказал великан в белом, указывая на клетку с крысами, — они помогут тебе запомнить мои наставления.

А вот это, — великан указал на сферу, — то, что немного подзадорит твоих новых друзей. А теперь слушай меня очень и очень внимательно и старайся внемлить каждому моему слову. Великан взял грубое деревянное изделие, очень похожее на стул, поставил его рядом с узником и присел.

— Итак, приступим, — сказал белоснежный щёголь, расстегнув при этом пуговицы на жилете. — Алексей, я надеюсь, что сумею достучаться до тебя с первого раза. Дело в том, что я хочу, чтобы ты кардинально изменил свои взгляды на жизнь, чтобы ты изменил отношение к окружающим тебя людям, которых ты привык называть серыми

тварями, людишками, и так далее. А самое главное, я хочу, чтобы ты начал ценить такое понятие, как дружба. Ведь дружба, по моему мнению, стоит в списке основных человеческих ценностей даже выше, чем любовь! Любовь — это всего лишь болезнь, которая поражает головной мозг человека на пару лет, у кого-то больше, у кого-то меньше, всё зависит от темпераментов влюблённых, но в среднем — пара лет, не более. После этого срока любовь проходит и чаще всего так называемые влюблённые разбегаются. Бывают случаи, когда любовь перерастает в привычку и тогда тандем больных протянет немного дольше, но в конечном итоге тоже развалится.

А настоящая дружба бессмертна! Если любимая может разлюбить или решит сравнить своего партнёра с другим, путём вступления в прямой физический контакт, то настоящий друг всегда будет верен тебе! А знаешь, в чём заключается то маленькое отличие между дружбой и любовью, которое позволяет мне смело заявлять, что дружба является высшим благом человека? Уверен, что не знаешь.

На самом деле, всё элементарно! Просто любовь не терпит более, чем одного партнёра, это сразу переходит в разряд измен, предательств и так далее. А в дружбе всё диаметрально противоположно, чем больше друзей, тем лучше. И если твой друг поехал отдохнуть на рыбалку, например, с другим другом, то никаким упрёкам тут

просто нет места! Сегодня он отдохнул с другим, а завтра наступит твоя очередь, и все будут довольны. А в любви так не бывает. Если ты связался с одним партнёром, то и по жизни идти тебе только с ним и ни с кем другим, и это угнетает.

Так что слушай сюда, у тебя всего лишь два настоящих друга, и если ты не начнёшь обращаться с ними достойно, то ты сгниешь у меня заживо в этом богом забытом месте! Угроза зазвенела металлическим звоном в ушах Алексея, а холодный взгляд Ивана подтверждал, что он не шутит.

— Клянусь! — захрипел Алексей. — Клянусь! Только отпустите!

— Ну что ж, — Иван поднялся с грубого стула, — я хочу тебе верить, но прежде, чем отпустить тебя, я завяжу небольшой узелок в твоей памяти, чтобы ты никогда не забыл наш разговор. Иван подошел к узнику и открыл маленькую дверцу в клетке, которая была надежно закреплена на его животе.

— С фантазией у меня, в принципе, проблем нет, — сказал великан в белых одеждах и взял со стола огромные щипцы, — но я решил не изобретать велосипед, а просто воспользоваться уже существующим, от лидера Нидерландской революции ХVI века Дидрика Соноя.

Великан повис огромной тенью над пленником, сжимая в руках медные щипцы. Лицо Алексея стало бледным, и он был готов умереть от страха, но хозяин подвала лишь дружелюбно улыбнулся и попросил, чтоб тот немного расслабился, ибо ещё ничего не началось.

— Да не напрягайся ты так, — великан снова улыбнулся и направился к клетке с крысами, — я уверен, что всё будет хорошо.

Открыв клетку с крысами, Иван просунул в дверку щипцы, поймал за холку одну из крыс и выудил её, закрыв после этого клетку. Потом подошёл к узнику и сунул крысу в клетку на животе Алексея, закрыв за ней дверку. Узник стал извиваться, тяжело дыша и всхлипывая.

— Да не ёрзай, дурень, а то всё испортишь! — грубо прогремел голос великана.

— Нет, пожалуйста, не надо! Я всё понял. Я сделаю так, как вы просите, только прекратите-е-е… — на последних словах узник не выдержал и зарыдал.

Не обращая внимания на стенания пленника, палач в белых одеждах продолжил пересаживать крыс из клетки, которая стояла на столе в клетку, которая была закреплена на животе Алексея. Когда все крысы были успешно пересажены, великан бросил щипцы обратно на стол. Бедный мученик был готов потерять сознание

от страха, но этого не происходило. Он ощущал на своём теле, как десятки маленьких коготков слабо впиваются в нежную плоть. Мерзкие твари без остановки ползали по клетке и тем самым щекотали парня своими мерзкими, холодными, чешуйчатыми хвостами. Некоторое время Иван просто стоял и, улыбаясь, наблюдал за происходящим. Жертва без конца молила о пощаде и твердила, что полностью осознавала все свои оплошности.

— Эх, если бы ты знал, что это ещё не всё, что самое интересное ещё впереди. Если бы ты только знал, — подумал про себя Иван.

— Теперь ты понимаешь, как неприятно находиться рядом с крысой, — усмехнувшись, сказал великан, — особенно если она не одна. Да, согласен, это очень грубый и буквальный пример, но в обществе примерно так и есть. Когда в твоём окружении есть крыса, ты чувствуешь себя некомфортно, тебе противно и неприятно её присутствие.

Так, с примером мы разобрались, вернёмся к узелку для лучшей памяти!

Хлопнув в ладоши, великан довольно потирал ими. Пришло время воплотить в жизнь основной замысел палача — запугать мерзавца до основания.

— Как ты думаешь, что это такое? — спросил Иван и указал на металлическую сферу.

— Не знаю. Отпустите меня, пожалуйста, — еле слышно прошептал Алексей. Как личность, парень был уже сломлен и подавлен.

— Скучный ты, хоть бы разок попробовал угадать. Ну да ладно!

Не будем тянуть кота за хвост. В этой сфере, — великан открыл защелку, и верхушка сферы была отброшена внутренней пружиной — раскаленные угли. Сейчас мы их как следует раздуем кузнечными мехами, вот так, и всё для завязывания узелка будет готово. Палач захлопнул крышку сферы, поддел её железным прутом за крюк и бросил на вдавленную часть клетки с крысами, которая была закреплена на животе Алексея. Сфера идеально легла на своё место. Крысы в клетке тут же возбудились и начали резво рыскать, ища выход.

— Механизм запущен, — просиял палач. — Теперь я объясню тебе, что будет происходить дальше.

Учуяв слишком высокую температуру, крысы будут пытаться выбраться из клетки, а когда они поймут, что выхода нет, то начнут прокладывать новый проход к бегству от жара путём прогрызания тропы в плоти жертвы, то есть они будут пытаться уйти через твоё тощее брюхо.

С каждым словом глаза Алексея становились всё больше, и к концу речи палача он в панике начал метаться, пытаясь порвать путы, но ничего не получалось. Пронзительный крик вырвался из глотки пленника и, ударяясь о голые стены, покатился эхом дальше по коридору. Крысы начали грызть плоть. Жгучая боль пронзила живот, Алексею стало плохо и его вырвало. Поперхнувшись рвотными массами, бедняга начал кашлять и от натужных движений животом крысы, словно на батуте, начали подпрыгивать, прижигая свои спины о сферу. После этого они начали грызть плоть вдвойне интенсивнее. Изо рта пленника пошла кровь. Крики и мольбы о пощаде ни на секунду не утихали.

Раздался лязг металла, и Алексей открыл глаза. Палач открывал все крючки и засовы на клетке узника. Когда клетка открылась и все стенки упали на пол, словно лепестки с увядшего цветка, то великан в белом одеянии схватил сферу голыми руками и швырнул её в стену. Потом он снял с Алексея клетку, в которой были крысы, и тоже

бросил её в сторону. Клетка с грохотом покатилась по мрачному коридору, крысы разбежались в разные стороны. Палач схватил мученика за голову своими огромными лапищами и притянул его лицо к своему таким образом, что их глаза оказались напротив.

— А теперь внимательно посмотри в мои глаза… — еле слышно прошептал великан в белых одеждах.

***

После того, как Тимур ударил Алексея и тот свалился на пол, Стас был очень удивлён. Он никак не мог ожидать такого от скромного, миролюбивого друга. Но когда Тимур устроил странного вида очную ставку, то Стасу стало очень любопытно, чем же это всё закончится, и стал наблюдать за происходящим. Буквально на секунду Стас почувствовал лёгкое недомогание. У него закружилась голова, подкосились ноги, и он чуть не рухнул на пол рядом с Алексеем. Но всё же нашёл в себе силы не упасть. Когда Стас снова посмотрел на ребят, то почувствовал, как внутри всё

сжимается: что-то было не так. Алексея словно подменили: бледное лицо, на котором были звериные, полные ужаса глаза, нижняя губа судорожно тряслась.

Тимур испугался, выпустил из своих рук голову друга и отпрянул назад. Алексей же, в свою очередь, начал судорожно задирать на себе рубашку. Он это делал с таким рвением, что по полу запрыгали пуговицы. Разодрав на себе рубашку, Алексей начал ощупывать свой живот. Ребята не на шутку испугались, не тронулся ли их друг умом, потому что так качественно притворяться просто невозможно.

— Эй, приятель, у тебя всё в порядке? — осторожно спросил Стас, не решаясь подойти ближе.

Вместо ответа Алексей поднял голову и начал судорожно улыбаться, словно он самый счастливый человек на Земле. Но радость длилась недолго. Через пару мгновений Алексей уже рыдал и, растирая руками слёзы по лицу, пополз на коленях к ребятам.

— Друзья мои, родненькие, простите меня, пожалуйста! Простите меня за всё. Я больше так никогда не буду делать.

— Как не будешь делать, старичок, — Стас старался говорить как можно деликатнее.

— Теперь я стану совсем другим, — Алексей полностью проигнорировал вопрос Стаса и продолжал ползать по полу, — я буду для вас самым лучшим другом, обещаю. Клянусь!

На последнем слове Алексей упал лицом ниц и замер. Тимур и Стас переглянулись.

— Это твоих рук дело? — спросил Стас. — Если ты его как-то загипнотизировал, то разгипнотизируй его обратно, иначе он себе сейчас весь лоб расшибёт.

— Нет, это не я, — испуганно открестился Тимур, — я ничего такого не делал.

Тимур не рискнул рассказать всю правду про липового контролера и про ночной разговор с ним, не хотел выглядеть сумасшедшим.

— А то, что ты ударил его, а потом пристально смотрел ему в глаза, это что? — не унимался Стас.

— Да, я его ударил, — Тимур импровизировал прямо на месте, — потому что он реально меня вывел! Да, я смотрел ему в глаза… эм… Ничего более-менее похожего на правду не приходило на ум.

— Я в кино видел! Когда хороший парень лупит плохого, а потом вот так подходит, смотрит в глаза и говорит что-то типа «ещё раз повторится такое и тебе — крышка!» А я только взял его, даже угрозу озвучить не успел, как он совсем слетел с катушек! Вот.

Тимур замер в ожидании, проглотит ли Стас эту мутную версию или нет. Стас пристально смотрел на Тимура, а потом прыснул смешком и покачал головой. Парня тут же попустило. «Вроде пронесло», — подумал Тимур, стараясь не подать вида, что он впервые соврал другу и что ему очень стыдно.

— И что нам теперь делать? Вызывать людей в белых халатах?

Алексей резко вскочил на ноги и, перебив разговор ребят, запрыгал резиновым мячиком вокруг них.

— Друзья! Может быть, вы хотите мороженого? Я с удовольствием сбегаю, потому что для своих самых лучших в мире друзей я могу ВСЁ! — с сумасшедшим смехом Алексей выбежал из квартиры и побежал вниз по лестничной клетке.

— Я за ним, — взволнованно бросил Стас и побежал следом за помешавшимся другом. — До скорого, Тим.

Ошарашенный сложившейся ситуацией, Тимур даже ничего не ответил, лишь поднял руку, да и только. Парень остался один, мысли в голове путались, перебивая одна другую. Неужели всё это действительно дело рук ночного незнакомца? Неужели я и впрямь стал орудием в руках собственного ночного кошмара? Вопросов было больше, чем ответов. Голова шла кругом, и было лишь одно желание — прилечь.

Стас написал Тимуру короткое SMS-сообщение: «Веду Алексея домой. Обратно в гости не жди».

Прочитав текст, Тимур почувствовал, как по телу растекается приятная усталость, хотя никакого физического труда в течение дня он не выполнял. Хоть на дворе был только полдень, но это ничуть не смущало парня, его клонило в сон, и он не стал сопротивляться.

В 12:04 парень уже провалился в глубокий дрём и мирно посапывал.

***

— Эй, парень! — сквозь сон Тимур услышал уже знакомый голос. — Разреши поздравить тебя с нашим общим успехом. Ты всё правильно сделал и благодаря этому план, который мы задумали, успешно выполнен! Негодяй обуздан и наказан! Теперь ты смело можешь вернуться к кочегару и потребовать от него все ответы, которые тебя интересуют, а он — просто не смеет отказать!

Открыв глаза, Тимур увидел того же липового контролёра, только на этот раз он был во всём белом. Великан был так возбуждён успехом, и от этого его речь звучала на повышенных тонах. Приподнявшись, Тимур сел на край дивана.

— Что вы сделали с Алексеем? — про кочегара Тимур думал не в первую очередь. — После вашей проекции и моих мыслей о крысах с ним творится что-то неладное. Я за него переживаю.

— Да брось, — отмахнулся Иван, — с ним всё будет в порядке. Зато теперь он будет тебя и твоего второго товарища боготворить, не щадя себя!

Ночной гость ещё долго что-то рассказывал, но Тимур его почти не слушал. Он очень расстроился и корил себя за то, что ввязался в сомнительную сделку с нечистым. Да-да, именно с нечистым, потому что нормальному человеку никак не под силу то, что выделывал этот субъект. Тимур надеялся, что Алексей обязательно поправится и к нему вернётся здравый смысл, а с ним и его дерзкий нрав.

— Ну что, — восклицание нечистого отвлекло Тимура от внутреннего диалога с самим собой, — завтра среда. И завтра самое время заявиться к кочегару. Что скажешь?

— М-м, не знаю, нужно ли мне это… — задумчиво пролепетал Тимур.

— Эй, приятель, что за мягкотелость? Мы сделали дело, которое, по твоим словам, было невыполнимым. А теперь, когда нужные козыри у нас в руках — ты просто пасуешь! Так не делается. Ты всю свою жалкую жизнь то и делал, что сдавался, прогибался, уступал, отдавал, а взамен что? А ничего. Может быть, уже хватит, может быть, уже пора что-то менять?

Окстись, щуплый. Сейчас такое время, что никто не любит тряпок. Нужно всё делать до конца, даже если ты уже на коленях и полностью измотан, а впереди ещё половина пути. Значит, нужно подняться и идти вперёд всем врагам назло. Тем более, что в твоём случае самое сложное ты уже одолел, остался пустяк — навестить кочегара и получить своё. Тимур очень внимательно всё выслушал и решил, что этот человек (пусть он и вправду нечистый!) — прав.

— А, действительно! Почему это я должен останавливаться, когда самое сложное уже позади? — мысленно сам у себя спросил Тимур. — Почему я должен всегда волочиться в хвосте, когда могу самостоятельно добиваться того, чего я хочу!

— Ты прав, верзила, — уверенно сказал Тимур, даже забыв об уважении, — я не хочу быть человеком, которого погубит его собственная скромность. Завтра же я отправляюсь в город Л. к кочегару в гости.

— Вот это я понимаю — поступок, достойный сильной личности, а не бесхребетного эмбриона. Только о твоей командировке никто не должен знать, ни твоя девушка, ни твои друзья.

— Тю, а почему? Я думал Стасу рассказать, чтобы он…

— Никто не должен знать о местонахождении кочегара! — стальным тоном Иван перебил Тимура. А потом великан приблизился вплотную и прошептал парню на ухо.

— Кочегар в бегах. Его ищут серьёзные люди, и если ты приведешь за собой хвост, то кочегар, скорее всего, тебя убьет. Тимур ненадолго замер, вся его уверенность тут же растворилась, а всякое желание что-то там узнать испарилась, будто его и не было

никогда.

— Да не бойся ты так. Если кочегар не узнает о нашем разговоре и вообще никто не узнает о твоей поездке к кочегару, то всё будет тип-топ! — Иван дружелюбно улыбнулся и подмигнул растерянному Тимуру. — Только когда кочегар начнет тебя поносить всеми грязными словами, которые только знает, будет пытаться сбить тебя с толку и убеждать, что ты зря вернулся, то ты не ведись на его уловки, а решительно и непоколебимо стой на своём. Будь твёрд! Будь мужчиной!

— Постараюсь, — вздыхая, кротко ответил Тимур.

— Отлично! Теперь ложись отдыхать, а завтра вперёд за получением ответов! И помни, что ты личность, независимая единица мышления, которая может получить всё, что пожелает, только для этого всего лишь мыслить — мало, нужно ещё и действовать.

***

Всё тело ломило, ныли суставы.

— Что со мной происходит? Где я? — спрашивал он, но ответа не было.

Так долго находясь в этой яме, он совсем потерял ощущение времени. Усталость не давала поднять туловище со дна ямы, поэтому он так и лежал, скрючившись дугой. Было светло, солнечный свет хорошо проникал в яму. Но дна, где находился наш истощенный герой, свет не касался. Складывалось впечатление, что его, без всякого предупреждения, бросили в персональный Лимб. Затуманенный разум не позволял здраво мыслить, поэтому он просто лежал и не шевелился.

Вдруг над краем ямы кто-то наклонился и пристально начал всматриваться в глубь земляного мешка. Фигура была высокая, лицо скрыто за капюшоном чёрной академической мантии. Он не стал взывать о помощи, потому что вид у наблюдателя был мрачным, хотя на него и падал солнечный свет.

«Вот он — мой палач», — подумал про себя несчастный и уже был готов принять наказание. Почему-то ему казалось, что его кара будет в виде железобетонной плиты, которую на него скинут, и она раздавит его тело всем своим весом. Но ничего подобного не происходило. Он закрыл глаза, проигнорировав присутствие палача, и решил не смотреть смерти в лицо.

Точный удар в голову, словно кулаком, яркая вспышка под закрытыми веками. Взвыв от боли и открыв глаза, он увидел, как сверху тянется верёвка, на конце которой был завязан массивный узел, им-то он и получил в переносицу.

— Вылезай, — глухо прозвучал знакомый голос, — ты мужественно выдержал три дня персонального карцера, пришло время просыпаться. — После этих слов человек в мантии скрылся из виду. Из носа текла горячая кровь. Не вставая на ноги, он схватил верёвку руками и начал подтягиваться. От перехвата до перехвата он прилагал огромные усилия. Когда он уже полностью оторвался от земли, к нему начали возвращаться силы и он подключил ноги. Наш герой успешно вылез из тени ямы, солнечный свет будто придавал ему силы. Чем выше он поднимался, тем ярче становился свет. И когда он уже практически вылез, его глаза были полностью ослеплены ярким солнечным светом.

***

Тимур проснулся от звонка в дверь. Он совсем не выспался и поэтому чувствовал себя скверно. Открыв входную дверь, парень увидел на пороге сияющего Алексея с тортом в руках.

— Доброе утро, дружище, — чуть ли не пропел Алексей и полез обниматься. — Какой прекрасный день! Не так ли?

Тимур не сразу понял, что происходит, и поэтому неосознанно позволил другу заключить себя в объятия.

— Я принёс тортик. Сейчас поставлю чайник, и все вместе будем пить чай! — Алексей обошел Тимура и направился на кухню.

— Привет, — хлопнув по плечу сонного друга, поздоровался Стас. — Он всё так же странно себя ведёт. Нам остаётся либо что-то срочно предпринимать, либо просто начать привыкать к тому, что наш фанфарон превратился в добрую фею.

— Думаю, остановимся на втором варианте, — сказал Тимур и подмигнул Стасу. — Друзья засмеялись и пошли к Алексею на кухню.

Когда друзья попили чаю и прикончили почти весь торт, Тимур тактично выпроводил их, ссылаясь на одно очень неотложное дело. Ребята решили, что нашему голубку нужно кое с кем поворковать на душевные темы, но не стали расспрашивать. Тимур, пользуясь случаем, улыбнулся, так ничего и не объяснив.

— Если они решили, что я пойду к своей Лене, то так тому и быть. Я ничего внятного не сказал, соответственно, я никого не обманул, — думал Тимур и собирался в путь.

Парень потерял всякий интерес к девушке, она уже третий день не объявлялась, и Тимур не хотел делать первый шаг, ему было плевать на неё. Он оделся, закрыл за собой дверь и направился на вокзал. В электричке Тимур испытывал смешанные чувства. Сначала он ликовал, чувствуя вкус победы. Потом он вжимался в сиденье, и чувство страха сдавливало ему горло, пробуждая мысли, чтобы сойти на первой же остановке и стремглав пуститься в обратный путь. В городе Л. Тимур сошёл на уже знакомой платформе и двинулся в сторону старой кочегарки. Сухость в горле заставила зайти по пути в магазин, чтобы купить бутылку воды. Названия у магазина не было, но на вывеске была большая цифра «5». Продавщица с греческим профилем и тёмными волосами была очень любезна с Тимуром, и от этого его настроение немного улучшилось, но скованность тела никуда не пропала. Промочив горло, Тимур продолжил свой путь.

***

Пробудившись ото сна, Кай почувствовал жуткую ломоту во всём теле. Мышцы ныли, а голова казалась намного тяжелее её привычного веса. Зверский голод дал о себе знать сразу же после того, как Кай встал со своей грубой лежанки. Пытаясь найти что-нибудь съедобное, он полез в столик, где хранились чайные принадлежности. Ничего толком не обнаружив, Кай взял блюдце с рафинадом и стал жадно разжёвывать сахарные кубики один за другим. В этот момент кто-то постучал в дверь, парень перестал жевать. На часах был почти полдень. Перебирая в голове варианты, кто бы это мог быть, кочегар пошёл открывать. Отворив дверь, Кай чуть не рухнул на пол. На пороге стоял всё тот же застенчивый и вечно извиняющийся мальчик, которого ему подсунул Иван.

— Я бы на вашем месте не налегал так на сахар, а то можно схлопотать диабет, — улыбаясь, сказал Тимур.

— Что ты тут забыл? — спросил Кай с полным ртом сахара, чуть не подавившись.

— Я выполнил ваше условие и приехал за ответами на мои вопросы.

— Чушь! — Кай был возмущен. — Как тебе удалось выполнить моё условие за одну ночь?!

— Эм, простите, конечно, но с последней нашей встречи прошло уже три дня. Сегодня среда.

— Невозможно! Вчера вечером я тебя вытолкал, лёг спать, а на следующее утро ты снова заявляешься и…

Кай почувствовал неуверенность и замялся в конце фразы.

— Твоих рук дело? — зло спросил про себя Кай.

Ответа не было.

Тем временем Тимур вынул телефон, включил календарь и протянул его кочегару. В центре красного квадрата была цифра 12, а сверху написано — среда. Кай отдал телефон и молча вернулся в кочегарку. Тимур вошёл следом и остановился на пороге. Кочегар ходил кругами, со стороны казалось, что он о чём-то оживлённо размышляет.

На самом же деле он мысленно хулил Ивана самыми последними словами.

— Ладно, — кочегар сел на грубо сколоченный стул и обратил свой взор на Тимура, который топтался на пороге, — допустим, ты говоришь правду и ты действительно наказал своего дружка. В таком случае расскажи, как всё было?

Тимур с энтузиазмом гордо начал свой рассказ с того момента, когда кочегар его вытолкал за дверь и приказал отправляться домой.

Но когда он дошел в рассказе до того места, где встретился в электричке с высоким широкоплечим мужчиной в дорогом костюме, Кай вскочил со своего места.

— Что?! Этого не может быть!

Потом Тимур рассказал про десять долларов, которые он вытащил из сна и про ночной визит того же человека.

— Ну ты гад, — кочегар засеменил по комнате, не зная куда деть руки. — Такой подляны я от тебя не ожидал.

— Что, простите? — Тимур начал опасаться взбесившегося кочегара и сделал пару шагов назад.

— Это я не тебе. Продолжай, — Кай снова сел на место, но не просидев и пары секунд, снова сорвался с места и продолжил ходить по комнате. Рассказ продолжился полётом чашки и визитом утренних гостей. А когда Тимур рассказывал про встречу его глаз с глазами друга и про якобы трансляцию крыс в сознание обидчика, то кочегар замер

и жадно впитывал каждое слово рассказчика до самого окончания повествования. И когда история подошла к концу, кочегар взорвался и начал яростно кричать.

— Идиот! Податливая марионетка! Ты уничтожил своего друга! Ты вообще отдаешь себе в этом отчет, что ты на пару с бесом превратил человека в овощ! И ради чего? Ради ответов?

Тимур не на шутку испугался, он вжался в стену и не знал, что ему теперь делать. В это время кочегар широко шагал в сторону изрядно побледневшего парня. Приблизившись на расстояние удара, кочегар грубо схватил агнца за ворот и поволок за собой в глубь комнаты. Ноги гостя подкашивались, и он готов был упасть, поэтому сопротивление кочегару было минимальным. Бросив Тимура, словно мокрую тряпку, на стул, кочегар с грохотом поставил совсем рядом ещё один стул и сел.

— Я готов, — спокойным голосом сказал Кай. — Спрашивай.

Я отвечу на все твои вопросы, раз уж ты не воспринимаешь на слух предостережения, вступаешь в сговор с нечистым и морально — ни за что! — уничтожаешь человека, то ты и вправду заслуживаешь с… — кочегар запнулся на полуслове, но через мгновение

исправился. — То ты и вправду заслуживаешь ответов на все интересующие тебя вопросы.

Тимур уже сам был не рад, что ввязался в эту авантюру с возвращением к этому бородатому субъекту. Его нутро сжалось в комок, и он остро ощущал, что вляпался в какую-то недобрую историю. Но попытка включить «заднюю» уже не прокатывала.

— Может быть, не стоит? — тихо спросил Тимур, выглядывая из-подо лба виноватым взглядом. — Я всё понял.

— Поздно, мальчик мой. Ты хотел ответы, и ты их получишь, прямо здесь и прямо сейчас. Спрашивай, не заставляй меня ждать. Холодный голос кочегара звучал властно. Тимур был готов сорваться с места и броситься бежать прочь, но неуверенность и кротость, которые сопровождали парня на протяжении всей жизни, не давали ему это сделать. Ком, подступивший к горлу Тимура, начал его душить, из глаз покатились слёзы. Переборов страх, дрожащим голосом, он смог выдавить лишь одну фразу.

— Кай, расскажи мне свою историю.

Это всё, что смог сказать наш загнанный в угол непорочный агнец. Кочегар глубоко вдохнул и пристально посмотрел в глаза Тимуру. Может это была лишь игра света при тусклом освещении, но Тимур смог разглядеть в этом взгляде очень многое: и боль, и злость, и еле различимые, угасающие искры добра, и жалость, которая, скорее все-

го, предназначалась именно ему, Тимуру.

— Ты будешь первым человеком, — начал говорить Кай, — который услышит мою историю с того самого дня, который я уже множество раз проклинал и проклинаю доселе. Клянусь, что каждое слово, которое ты услышишь из моих уст, — правда. Даже когда мои речи будут звучать словно конченый бред умалишенного и внутри тебя

закрадётся сомнение на счёт подлинности моих слов — вспомни те моменты, когда во сне тебе была вручена бесовская купюра, и когда на твоих глазах обыкновенная чашка плясала в воздухе без какой-либо посторонней помощи. Я тебе охотно поверил, потому что после того, что я пережил, я ничему уже не удивляюсь.

— И правда, кочегар даже ни на йоту не усомнился в моих словах, как это сделал Алексей. Странно, — подумал про себя Тимур.

— Это был обычный день, — Кай снова заговорил после небольшой паузы, — и ничто не предвещало беды. Моя мать стряпала на кухне, а я прослушивал новую порцию добытой из интернета музыки, добавляя достойные песни на свой плеер. Всё было до тошноты обыденно и заскорузло. Но тут ко мне в гости пришел мой друг Сашка, и… и если бы я знал, что этот визит перевернёт всю мою жизнь, я бы прогнал его и закрылся на все замки. Но уже ничего не изменишь.

Часть 2

ГЛАВА 1

ГОСТЬ С ДУРНОЙ ВЕСТЬЮ

— Кай, выключи, пожалуйста, свою тарахтелку, иди сюда, разогрей картошку с котлетами, покушай нормально, а потом занимайся всякой ерундой!

— Уже иду! — был ответ.

Голос матери глухо прорывался сквозь ритмичную музыку. За компьютером сидел молодой парень и зачарованно вслушивался в замысловатые мелодии. Он не представлял свою жизнь без музыки и слушал её все дни напролёт, а бывало, что и ночью в его комнате звучала музыка. Юноша судорожно дергал ногой, в такт музыке качая головой. Дослушав трек до конца, парень довольно кивнул и с выражением на лице, которое современная молодежь называет «Not Bad», добавил его на свой старенький плеер.

На столе завибрировал телефон. Это было входящее сообщение со следующим текстом: «Есть дело. Ты дома?». Ответ был таким же коротким: «Да, дома. Приходи».

— Кай, сынок, я начинаю терять терпение, — голос стал суровее. — Иди, поешь, а потом дальше слушай арии своих бездомных кошек.

В дверь позвонили.

— Ну хоть дверь-то ты можешь открыть?

— Да, мам, уже бегу. Это, наверное, Сашка.

— Так, сначала поешь, а потом уже Сашками занимайся!

— Хорошо, мам, — с улыбкой на устах ответил парень и поспешил открывать дверь.

Открыв дверь, Кай увидел на пороге хмурого товарища.

— О, привет, — с сияющей улыбкой сказал Кай. — Чего такой кислый? Не выспался?

— Та так, — замялся гость, толком ничего не сказав.

— Заходи, я тебе сейчас такой мега-трек включу — закачаешься!

Кай втащил гостя вовнутрь и быстро толкал его вперед, чтобы как можно быстрее пройти кухню, где мать снова зовет своё чадо на обязательную трапезу.

— Кай, я честно сказать, по делу пришел, — еле слышно отозвался Сашка.

— Да погоди ты, сейчас включу и сделаю погромче, чтобы ты прочувствовал всю соль этой песни. Называется «Другие границы понимания свободы», очень крутая песня! В ней столько позитива, что даже твоя кислая рожа вмиг засияет доброй улыбкой. Понеслась! — Кай сел за компьютер, запустил проигрыватель и сделал музыку много громче, чем было изначально. — А? Ты чувствуешь это? Чувствуешь, как мелодия трубы решает все твои проблемы? Чувствуешь, как мурашки бегут по твоей коже?

И не дожидаясь ответа, Кай начал подпевать:

Рождает злость, лишь только злость,

Давай зажги добра огни,

Свободы факел вверх взметни,

Будь впереди идущим.

— Кай, сделай тише, я не слышу собственных мыслей! — Сашка закрыл уши руками и старался перекричать оглушительную музыку. Кай сделал немного тише.

— Эх, жаль, что ты не такой же истинный ценитель качественной музыки, как я, — улыбаясь, Кай театрально задрал голову и стукнул себя кулаком в грудь.

— Кай, я серьёзно пришел по очень важному делу, — сказал Сашка, вырвал из рук друга компьютерную мышь и закрыл проигрыватель, — это касается Ольги.

— Да? И что с моим солнышком не так? Она скучает по мне?

Кай не переставал дурачиться, потому что в душе он был конченый оптимист! Таких веселых и позитивных людей в нашем мире очень мало. Можно сказать, что они относятся к вымирающему виду. И юноша по имени Кай был в своём роде уникальным, потому что с лёгкостью находил в любой беде массу плюсов. Вот и сейчас он не хотел

говорить на «серьёзные темы», потому что это скучно и неинтересно.

— Да послушай же ты меня! У неё есть другой, с которым она проводит своё свободное время!

Веселость Кая немного поугасла, но он начал проявлять недоверие к словам друга.

— Откуда такая информация? Ты свечку держал? — Кай сам пошутил и сам улыбнулся, лицо Сашки же осталось непроницаемым.

— Я серьезно говорю, без шуток. Если не веришь, — Сашка вытянул из кармана карту памяти и протянул её Каю, — посмотри сам. Эти снимки я сделал вчера вечером в ночном клубе. Я взял с собой фотоаппарат, чтобы пофотографировать красивых девушек и под этим предлогом попробовать завести новые знакомства. Но то, что я там

увидел, повергло меня в шок, и я тут же забыл обо всём на свете и постарался стать невидимым.

Кай медлил, взвешивая в ладони флеш-накопитель, но всё же вставил её в USB-разъем и открыл папку с фотографиями. После просмотра первой же фотографии Кай помрачнел. На фотографиях были изображены двое: Ольга и какой-то парень. Они зажимались, открыто целовались, а когда на них никто не смотрел, то этот смельчак совал ей руки под одежду.

— Зачем ты мне это принёс? — ледяным тоном спросил Кай.

— Не знаю, наверное, хотел, чтобы ты знал, что твоя Ольга — шворка.

Кай резко вскочил со своего места и ударил Сашку в нос. Тот не успел среагировать на молниеносную атаку тренированного боксера, и его лицо взорвалось кровью. Сашка не успел толком и на пол рухнуть, как Кай тут же подхватил его за лацканы рубашки и резко поднял обратно, грубо прижав к стене.

— Ты что, озверел?! — Сашка выл от боли, держась руками за лицо. С носа обильно текла алая кровь и капала на руки и одежду Кая.

— Никто не смеет оскорблять мою девушку, — Кай процедил эти слова сквозь зубы, делая ударение на каждом слове.

— Это не оскорбление, это — факт! И вместо того, чтобы калечить человека, который помогает тебе открыть глаза, пошел бы к своей этой… — Сашка чуть снова не назвал Ольгу, мягко сказать, легкомысленной, но вовремя исправился, — девушке и поговорил бы с ней начистоту. А меня, во-первых, поставь на пол, а во-вторых, отвали от меня, знать тебя не хочу! Я к тебе по-человечески, со всей душой, а ты — в морду! Ни за что, ни про что. Тоже мне друг называется. Кай разжал руки, и Сашка ощутил пол под ногами.

— Ну и вали! — Кай был в бешенстве, но больше Сашку бить

не стал. — Не нужен мне такой друг, как ты! Понял? И после этих слов Кай, весь измазанный чужой кровью, выскочил из комнаты и ринулся к выходу. В этот момент из кухни вышла мать Кая, чтобы узнать, что там за гвалт. Но когда она увидела окровавленного сына, который грубо её оттолкнул и, ничего толком не объяснив, выбежал из квартиры, ей стало плохо. Мать Кая бросилась в слёзы и истерику. В груди очень сильно закололо. Она достала из фартука пластинку таблеток «Валидол», вылупила одно драже и отправила его под язык. Держась за стену, мать Кая вернулась на кухню и присела в ожидании, когда боль приутихнет.

***

Некоторое время Сашка сидел на полу и слушал звон в своих ушах. Он не спешил уходить, потому что сильная мигрень и головокружение завладели его головой. С того момента, как Кай убежал, прошло уже минут десять.

— И всё же план удался. Но какой ценой… — подумал Сашка.

Посидев на полу еще пять минут, Сашка решил, что пора убираться отсюда, пока этот сумасшедший Ромео не вернулся обратно.

С трудом поднявшись, он вынул флеш-накопитель из компьютера Кая и тихонько начал пробираться по тёмному коридору. Проходя мимо кухни, Сашка увидел мать Кая, сидящую за столом. Он, было, уже хотел попрощаться, но увидев, что женщина явно задремала (только каким-то странным образом, с приоткрытыми глазами), Сашка тихонько покинул квартиру.

Парню даже в голову не пришло подойти ближе и поинтересоваться самочувствием пожилого человека, потому что у него самого раскалывалась голова и слезились глаза. Возможно, именно поэтому парень не разглядел в глазах хозяйки смерть. Да-да, смерть! Когда Сашка уходил, то мать Кая была уже мертва. Последний приступ её

сердце не выдержало.

ГЛАВА 2

ВЫЯСНЕНИЕ ОТНОШЕНИЙ

Кай шёл очень быстрым шагом. Его совсем не волновало, что люди оглядываются и тычут в него пальцами. Он по-прежнему был изрядно выпачкан кровью. Дом Ольги находился недалеко, минут 5—7 ходьбы, но Кай добрался до конечного пункта за три минуты. Проигнорировав звонок, парень начинает бешено колотить в дверь

кулаком. Через мгновенье дверь отворилась, на пороге стояла перепуганная девушка. Это была она — Ольга.

— Боже мой, что случилось? — прошептала девушка, глядя на окровавленные руки и одежду Кая, при этом прижимая свои руки к груди.

Но Кай даже и не думал что-то там объяснять, он пришел, что бы услышать правду из уст любимой девушки. Он безумно любил её, и поэтому был готов слепо поверить на слово только ей.

— Это правда? — спросил Кай, пристально глядя на бледную Ольгу.

— Что правда? — Ольга не могла понять, о чём идет речь. — Господи, ты ранен? Тебе нужна помощь, ты весь в крови.

— Это не моя кровь. Так это правда или нет? — не унимался Кай.

— Что значит не твоя? А чья тогда? Ты убил кого-то? — Ольга закрыла лицо руками и была готова разрыдаться в любую секунду. — И какой правды ты у меня выпрашиваешь, объясни толком!

Кай понял, что это может продолжаться вечно и решил всё растолковать. Он глубоко выдохнул и оглянулся. По счастливой случайности никого из вольных зрителей рядом не оказалось. Парень только сейчас осознал, что вся эта перебранка происходит в дверях и в любой момент кто-то может стать свидетелем очень странной сцены выяснения отношений, а при виде крови сделать неправильный вывод

и вызвать служителей порядка. Поэтому Кай втолкнул Ольгу внутрь, зашёл сам и прикрыл за собой дверь.

— Ко мне сегодня приходил Сашка, — спокойно начал говорить Кай, — и всё мне рассказал. То, что я услышал, затмило мой разум, и эмоции взяли верх. В приступе слепого гнева я разбил ему нос. Это его кровь на моих руках и одежде.

А теперь я хочу услышать подтверждение или опровержение этой информации из твоих уст. Ольга, скажи мне, пожалуйста, всё это правда или глупый вздор?

Бедная девочка полностью растерялась и не могла вымолвить ни слова. Она не знала наверняка, какую историю скормил Сашка Каю. Ту, что они так тщательно сфальсифицировали и которая разрабатывалась именно для ушей Кая? Либо же совесть друга проснулась в очень неподходящий момент, и Сашка рассказал всю правду, за что и поплатился собственной кровью? Теперь Ольга боялась прогневать Кая, ибо никак не хотела той же участи, что постигла их общего знакомого. Немного поразмыслив, она собрала всю свою смелость и на свой страх и риск снова задала вопрос.

— Кай, — еле слышно отозвалась Ольга, — я не знаю, какой именно правды ты от меня хочешь, поэтому задам вопрос по-другому. Что тебе наплел твой Сашка?

— Он сказал, что видел тебя с другим.

Кай этого не заметил, но Ольга с облегчением вздохнула, и к ней тут же вернулась её смелость.

— Я сначала ему не поверил, — продолжил Кай, — думал, что он всё это выдумал, но потом он показал мне эти ужасные фотографии, и я потерял контроль над собой. А теперь я хочу услышать твои объяснения по этому поводу.

Ольга пренебрежительно хмыкнула.

— А каких объяснений ты от меня ждёшь, дружок? Да, я была в этом клубе. Да, мне понравился там один мальчик. Да, мы познакомились и хорошо провели время. Солнышко, так бывает, когда одного человека тянет к другому, и бывают моменты, когда жать на тормоза не хочется. Вокруг очень много достойных соблазнов

и назови мне хоть одну причину, по которой я должна отказываться от них.

Слова девушки подействовали на него, как ушат ледяной воды.

Он замер на месте, будто громом пораженный и не мог вымолвить ни слова.

— К-как?.. — речь Кая была еле уловимой. — А как же я?

— А что ты? Ты был и останешься в моей памяти, как один из самых искуснейших любовников, которых я только встречала. Стоит мне закрыть глаза и вспомнить те горячие моменты с твоим участием, которые мы пережили, как хочется тебе отдаться прямо здесь и прямо сейчас. Но так сложилось, что ты всё испортил.

— Я? — Кай был крайне удивлён последним словам.

— Да, ты. Потому что я, сладкий мой, птица вольного полёта, а ты со своими отношениями и планами на «светлое будущее» с совместными детьми и прочими мерзкими штуками всё испортил. И поэтому, пока ты не посадил меня в свою свинцовую клетку из детских воплей и обыденного быта, я улетаю из твоих рук. По моему мнению, я идеально вписалась в твою жизнь и полностью уверена, что это будут самые яркие приключения, которые только могут быть в твоей скучной, в будущем, жизни. И на этой печальной ноте мы вынуждены попрощаться, так как абсолютно не подходим друг другу. Кай был полностью разбит и подавлен. Он никак не мог ожидать

такого исхода событий. Планы на жизнь с этой девушкой рухнули в один миг.

— Но я же не смогу без тебя жить.

— Значит, не живи. Это твоя жизнь, и ты вправе делать с ней всё, что захочешь, даже оборвать её. А теперь уходи. — Ольга открыла дверь и вытолкнула Кая за порог. — Как только ты убьешь в себе собственника и искоренишь внутри себя все зачатки моногамии — звони, сладкий мой, развлечемся всласть. А пока — прощай.

Кай схватился за закрывающуюся дверь так свирепо, что костяшки рук побелели.

— Если ты меня сейчас прогонишь — я убью себя!

— Валяй, — безразлично сказала Ольга, пожав плечами, — мне всё равно.

Дверь закрылась, и в голову Кая забралась страшная мысль — покончить жизнь самоубийством. С этой мыслью он бросился домой, словно затравленный зверь, который чует за собой погоню. Ворвавшись вихрем в прихожую, Кай вспомнил, что дома он не один. Сердце бешено колотилось в груди. После недолгого размышления Кай все же решил выполнить задуманное. Он решительно направился в свою комнату. Проходя мимо кухни, Кай не повернул головы, опасаясь встретиться с матерью взглядом. Войдя в комнату, он закрыл дверь и стал думать, что делать дальше. Осмотревшись, Кай понял, что вязать петлю к люстре точно не будет, потому что если

она оборвется, то будет слишком много шума и придётся потом объяснять матери, что он тут задумал, а этого никак нельзя допустить. Поэтому было решено привязать петлю к трубе отопления, которая проходила над дверным косяком. Следующей проблемой было найти веревку или что-то похожее. Ремень, как очень короткое средство самоубийства, был откинут, как вариант. Подумав ещё, в голове Кая

остался только один вариант — это шнурок из его кроссовок. Но чтоб добыть шнурок, Каю нужно было снова пройти мимо кухни и, возможно, попасться матери на глаза.

Кай решил рискнуть! Выйдя из своей комнаты, он максимально быстро прошёл по тёмному коридору, как и в первый раз не рискуя смотреть в кухонный дверной проем. Добравшись до кроссовок, парень стал вытаскивать шнурок. Дело было практически в шляпе, и тут Кай понял, что перед смертью хочет увидеть мать и услышать её родной голос.

Вытащив шнурок, он положил его в карман и медленно пошёл на кухню.

— Мам, мне сейчас так плохо, что-то голова разболелась, — с глазами в пол сказал Кай, войдя на кухню, — можно я…

Кай поднял глаза и не смог закончить фразу. Мать сидела за столом, опёршись на него грудью. Мимолётное замешательство, а потом парень одним прыжком оказался рядом с матерью.

— Мам, тебе плохо? Сердце, да? — Кай взял мать за руку и ощутил холод. После этого он приложил два пальца к шее матери, где должен был биться пульс. Пульс отсутствовал. Кай не знал, что ему делать, кричать или плакать. Сегодня был самый ужасный день в его жизни. Сегодня он поссорился с лучшим другом, любимая девушка его бросила, а мать и вовсе покинула этот бренный мир. Кай тихонько заскулил, он не понимал, за что ему всё это. И теперь бедняга был уверен, что сегодня он должен умереть.

— Прощай, мамочка, — прошептал Кай и поцеловал её в лоб, — возможно, скоро мы встретимся.

И после этих слов, Кай побрёл по коридору. Достал из кармана шнурок, на одном его конце сделал маленькую петельку и в эту петельку продел другой конец шнурка. После этого Кай подкатил своё компьютерное кресло и забрался на него. Было очень неудобно. Мало того, что кресло каталось на роликах туда-сюда, так оно ещё и вращалось вокруг своей оси. Но всё же Каю удалось привязать шнурок к трубе.

Закончив все приготовления, Кай ощутил страх перед ликом смерти. Где-то, глубоко внутри, он не хотел умирать, он хотел жить, и на жизнь у него было много интересных планов. Но всё же злоба на Ольгу и смерть матери сыграли основную роль в этой ситуации.

— Моя мать мертва, — подумал Кай, — и теперь она не сможет осудить моей поступок. А вот Ольга жива. И пусть, когда она узнает, что меня больше нет, ей будет плохо, и только тогда она поймет, что я был человеком слова!

С этим убеждением Кай надел петлю, и пока в его голову не закрались сомнения по поводу дальнейших действий, он вытолкнул опору из-под ног. Кресло укатилось, и его тело безвольно повисло в воздухе.

Неспособность вдохнуть вернула горе-суицидника в реальность, но было уже поздно. И в этот момент Каю стало очень страшно. Он немного посопротивлялся, но слабость, которая медленно растекалась по его телу, была сильнее, и Кай опустил руки и сдался. Совсем скоро Кай закрыл глаза и прекратил тщетные манипуляции своими конечностями. Он сдался окончательно! Всё было кончено, и теперь его тело мирно покачивалось на шнурке.

ГЛАВА 3

БЕГСТВО

Было больно, было душно. Собрав все свои силы, Кай с огромным трудом приоткрыл веки. Его окружал мрак. Воздух спёртый и затхлый. Попытка что-то увидеть оказалась тщетной. Слишком темно. Но вдруг вспыхнул яркий свет, словно ночной сторож включил мощный прожектор, направленный прямо в лицо. По глазам резануло, словно где-то неподалёку разорвалась светошумовая граната. На мгновенье бедняге Каю показалось, что он Антуан Риши и что сейчас именно тот момент, когда он входит в комнату своей дочери Лауры, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. Его так же ослепил яркий свет. И Кай так проникся этим воспоминанием, что боялся открыть глаза и увидеть перед собой голый лысый труп молодой девушки. Собравшись с духом, он всё-таки приоткрыл глаза, и так как они уже немного успели привыкнуть к освещению, то было видно, что вокруг нет никаких трупов. Вокруг Кая вообще ничего не было, его окружала пустота.

— Фух, — выдохнул Кай.

Отсутствие трупов немного успокоило Кая, но его всё ещё интересовал вопрос: где он находится? Во рту пересохло, и бедняга попытался глотнуть слюну. Но эта попытка была напрасной. Язык безнадёжно прилип к небу. После этого горло Кая взорвалось приступом сухого кашля. Он схватился за него руками в надежде прокашляться, но тут же отдёрнул руки, ибо к горлу было невозможно дотронуться, оно ужасно болело. Спустя время, Кай аккуратно провёл по горлу пальцем и нащупал воспалённую горизонтальную полосу, которая проходила через всё горло. Это был след от шнурка. В голове промелькнула мысль о том, что он уже мёртв. И с этой мыслью на глаза

навернулись слёзы. Но Кая не оставляла надежда, что это всего лишь страшное видение, и он скорым движением смахнул слёзы с глаз, пытаясь подняться на ноги. Чтобы встать с колен, нашему герою пришлось приложить некоторые усилия.

Сделав пару шагов по прямой, Кай старался рассмотреть хоть что-то вокруг себя, но яркий свет и слезящиеся глаза не позволяли это сделать. И вдруг ему на мгновенье показалось, что он видит чей-то силуэт. Тень плавно приближалась к нему. Парень не мог двинуться с места, и в этом безвыходном положении решается задать вопрос.

— К… к… Кто ты? — спросил испуганным голосом Кай, увидев перед собой размытый силуэт.

— Я — ангел господний. Мой покровитель сам первоапостол Пётр, хранитель ключей, — ответил ангел.

У Кая было полное оцепенение тела. Он не мог понять, где он и кто тот человек, который называет себя ангелом. Освещение слишком яркое, а зрение отказывалось фокусироваться, поэтому Кай видел перед собой всего лишь абрис человека в белом.

— Это что же, получается, что я умер? — ничего другого, кроме

стандартного вопроса, в голову Кая не пришло.

— Разве ты не этого хотел, когда затягивал на своей шее петлю? —

совершенно спокойно спрашивал собеседник у Кая, при этом медленно приближаясь.

Горе-самоубийца тут же вспомнил и ссору с Сашкой, и расставание с Ольгой, и труп матери на кухне, и самопальную петлю из собственного шнурка. В горле мгновенно образовался ком, а в груди неистово забилось сердце. Оно билось о рёбра в бешеном ритме. Кай не нашел что ответить чужаку, вздохнул, закрыл глаза и опустился

на корточки, тихо всхлипывая. Задумавшись над своим поступком, Кай не заметил, как незнакомец подошел к нему вплотную. Открыв глаза, он увидел, что над ним возвышается чужак. Парень от неожиданности плюхнулся на пол и в истерике завопил не своим голосом:

— Не подходи ко мне! Не трогай меня! — Кай кричал во всё горло, при этом отползая назад, словно какое-то неуклюжее членистоногое существо. — Не прикасайся, говорю тебе! И тут силы покинули его, он сдался и упал на спину, захлёбываясь рыданиями. Горло разразилось невыносимой болью. Человек в белом подошёл ближе и продолжал наблюдать за Каем, словно коршун, который кружит над своей добычей и томится в ожидании пиршества.

— Мне жаль тебя, слабое человеческое существо, которое сотворено, как вы сами говорите, по подобию Божию, — человек в белом присел и внимательно смотрел своим холодным взглядом прямо в лицо Каю. От этого взгляда молодому человеку стало не по себе. Он чувствовал, что здесь что-то не так, что ангелы не могут так пристально смотреть. У Кая возникло чувство, будто этот человек смотрит ему не в глаза, а в самую душу. Но бедняга не стал бить тревогу раньше времени и ответил уже спокойным голосом, ибо взгляд незнакомца вывел его из состояния истерии.

— Не стоит меня жалеть, я сам во всём виноват.

— Дружок, а кто тебе сказал, что я тебя жалею? — лицо незнакомца стало дружелюбным. — Мне жаль тебя. Не потому, что я жалостлив по своей натуре, а потому, что, глядя на тебя, я понимаю, насколько вы, людишки, жалкие и глупые существа.

Человек в белом расплылся в довольной улыбке. Зубы незнакомца были белы, словно ожерелье из жемчуга.

Последняя фраза чужака ввергла Кая в ступор. Он никак не ожидал таких речей от ангела.

— Что-то для ангела ты не слишком приветлив и миролюбив, как я погляжу.

Кай сидел на полу, обхватив колени руками. Он уже не плакал и не истерил. Чувство страха, обречённости и безысходности покинули тело молодого человека. Сейчас Каем владело лишь одно чувство — чувство тоски.

— Разве ты не должен сейчас просить меня, чтоб я признал все свои грехи и ошибки, чтоб я каялся, ползая у твоих ног, чтоб я бил своим челом и падал ниц перед твоей фигурой только ради того, чтоб ты мне позволил попасть в рай?

Кай почувствовал, как кожу лица стягивают высохшие слёзы, но этот незначительный дискомфорт был слабее любопытства, и он ждал ответа. Ответ последовал не сразу. Человек в белом потёр подбородок и усмехнулся.

— Хм, а ты не дурак. И это значит, что я совсем не зря трачу на тебя своё время. Теперь всё зависит от твоих ответов на мои вопросы. Кай слушал. Он никак не мог понять, где он, что с ним, кто этот незнакомец? Парень поднялся на ноги. По телу пробежала дрожь неуверенности, но всё же он решился на главный для себя вопрос:

— Кто ты и где я нахожусь?

Собеседник тоже поднялся на ноги и ровным голосом ответил:

— Время для ответов на твои вопросы ещё не пришло. Для начала мне нужно узнать твоё отношение к вашему Богу и желаешь ли ты попасть в рай?

Когда незнакомец сказал «вашему Богу», то Кай сразу понял, что никакой это не ангел. За такие дерзкие слова этого так называемого ангела уже давно бы лишили крыльев и сбросили вниз. Поэтому Кай решает подыграть собеседнику.

— Да чхать я хотел на вашего Бога! Ничего хорошего за свою короткую жизнь я от него так и не дождался. Сплошные проблемы окружали меня. Ты, конечно же, сейчас скажешь, что это божие испытания, которые он посылает на Землю, чтобы проверить силу духа людей, но его испытания мне совсем не по вкусу! Почему он шлёт денежные барыши всяким неудачникам, чтобы их испытать алчностью, а мне достаются одни проблемы и разочарования? А? Почему кто-то катается на дорогих машинах, кушает в дорогих ресторанах, общается с роскошными девушками, которые по развитию не могут догнать даже канарейку, а потом едут в отель, снимают королевский люкс, заказывают омаров и шампанское в номер и трахают этих глупых кукол прямо в джакузи! Когда я тем временем валяюсь дома в убогой квартире и загибаюсь от воспаления лёгких. А теперь скажи мне, пожалуйста, где справедливость?! Или у вас тут только бездарям дают такие жизненные испытания?

Ангел стоял молча с каменным лицом и внимательно слушал.

Сложив руки за спиной, он ответил Каю:

— Твоё отношение к нему — отрицательное. Это я усвоил. А как насчёт рая? Ты хочешь попасть в рай?

— К чёрту ваш рай. После того, что со мной случилось, я вряд ли найду покой в вашем раю. Если ты меня сбросишь в Лимб, то мне там будет намного лучше, упаду в озеро отчаяния, покроюсь коркой льда и останусь там навеки.

— Не делай опрометчивых решений, в Лимб мы всегда успеем, — незнакомец улыбнулся и подмигнул Каю. — То, что я хотел узнать, — я узнал. Твои ответы меня пока устраивают. Теперь твоя очередь спрашивать, я с удовольствием тебе отвечу, — ангел снова дружелюбно подмигнул парню.

Наш герой был сбит с толку поведением незнакомца, все эти его подмигивания и ухмылки ничего хорошего не сулили. Но всё же он выглядел как ангел. Белоснежное одеяние было неестественно белым, казалось, что оно излучало свет. Над головой просматривалось свечение очень похожее на нимб, на ногах какие-то убогие сандалии, а кожа рук и лица — карамельно-молочного цвета, которая так и манила прикоснуться к ней.

— Мои вопросы прежние: кто ты и где я нахожусь?

Незнакомец снова заулыбался и начал медленно ходить вокруг Кая, рассматривая его со всех сторон.

— А ты целеустремлённый малый, это мне тоже нравится, что ты стучишься в одни и те же двери, пытаясь получить своё. Хотя теперь мне совсем непонятно, как человек с таким сильным характером полез в петлю. Ну да ладно, мы ещё вернёмся к этому, а сейчас отвечу на твои вопросы.

Твоё тело находится там, где ты его повесил, а душа — здесь. Названий у этого места много. Самое распространенное и понятное вам — астрал. Также вы называете его «небытие», «та сторона» и так далее. Скажу тебе проще: ты находишься на распределении между раем и адом. — Кай вздрогнул. — Перейдём ко второму вопросу, который касается меня. Кто я? Я думаю, что уже нет смысла продолжать этот маскарад и можно открыть тебе своё настоящее лицо.

И тут ангел взял себя за белоснежные полы своей туники и резко рванул их в разные стороны. Туника тут же исчезла, а вместе с туникой пропало свечение над головой. Перед Каем стоял совершенно другой человек. Высокий широкоплечий мужчина с гладковыбритой лысиной, на которой играл солнечный блик. Лицо незнакомца выражало удовольствие. Морщинистый лоб, большой нос, чёрные глубокие глаза, в глазах горел огонь. Рот искажен неестественно широким оскалом, улыбкой Гуинплена. От ангела в этом человеке осталась только белоснежная улыбка. Одет незнакомец был очень консервативно. Багровая рубашка, тёмно-зелёный костюм в вертикальную

полоску, идеально выглаженные брюки, чёрные лакированные туфли с металлическими носками. Пиджак расстёгнут, рукава закатаны, под костюмом имелся жилет. Незнакомец стоял во всей красе перед ошеломлённым Каем, сунув руки в карманы брюк. Он так же точно, как и ангел, улыбнулся и подмигнул нашему герою. У Кая отвисла челюсть от этих превращений, он оказался не готов к ним. Его тело сковало чувство страха и неуверенности. Незнакомец продолжал улыбаться, он остался доволен своим эффектным перевоплощением.

— Так гораздо лучше, не правда ли? — незнакомец сделал глубокий вдох и, выдохнув, продолжил. — Не люблю я эти маскарады, но иногда они необходимы.

Кай находился в ступоре. Он не знал, что ему делать, и поэтому он так и продолжал стоять с открытым ртом.

— Вот теперь можно и представиться, хоть я и обладаю многими именами. За время моего существования меня изрядно бросало по свету. Когда я был в Грузии, то имя мне было Вано, в США я был Айвеном, когда судьба меня бросила в Трансильванию, то я носил имя Ивон. Сейчас я веду диалог с украинцем и, думаю, имя Иван будет

для тебя вполне уместным. Так что разреши отрекомендоваться, меня зовут Иван! — Незнакомец церемонно поклонился. — И если ты сделаешь правильный выбор, то на ближайшее время я стану для тебя самым близким другом!

Кай немного замешкался, но, в конце концов, представился и протянул руку. Во время рукопожатия первое, на что обратил внимание Кай, так это размер ладони Ивана. Второе, что бросилось в глаза, — это массивный золотой перстень с огромным изумрудом!

— Очень приятно, Иван. Меня зовут Кай, — парень впервые улыбнулся за долгое время, — Кай Караванский. Мой отец очень любил сказки, и поэтому…

— … назвал тебя в честь мальчика из «Снежной королевы». Прости, что перебил тебя, но я знаю про тебя всё, всё до мельчайших подробностей детства и юности. Знаю твои привычки и увлечения, знаю твои победы и восхищения, знаю твои обиды и разочарования. Моя любимая история из твоей жизни — это когда ты был ещё

мелким семилетним щенком, то мечтал стать Ихтиандром. А ребята с улицы, которые были старше тебя, узнав это, решили подшутить над тобой. Они сказали тебе, что если ты засунешь голову в воду и будешь держать её там до тех пор, пока у тебя не закончится воздух, то у тебя прорежутся жабры и ты сможешь дышать под водой.

Так как ты был ещё мал и доверчив, а желание стать не таким, как все, могло исполниться, то ты в тот же день набрал воду в корыто и, пока никто не видит, погрузил свою бестолковую голову в воду.

И если бы твоя мать не вышла во двор в этот момент и не выведала, чем занят сын, то через десять минут твоих попыток ты бы захлебнулся. Короче говоря, я знаю всю твою жизнь, от рождения и до сегодняшнего дня.

Кай в очередной раз был шокирован. Столько удивлений, столько переживаний, столько оцепенений за такой короткий период он ещё никогда не испытывал. Понимая, что молчание затягивается, Кай пытался найти нужные слова, но так и не смог этого сделать.

— Нет слов… — это всё, что смог выдавить из себя бедный юноша.

Скрестив руки на груди, Иван улыбался. Он любил, когда люди терялись и не знали, что сказать. Но этот момент длился недолго, Кай уже созрел для очередного вопроса.

— Раз ты всё про меня знаешь, то что тебе от меня нужно? Если ты бес и тебе просто нужна моя душа, то тогда зачем тебе столько знаний обо мне? Чего ты хочешь?

— Да, в принципе, ничего. Вернуть обратно тебя, дурака, хочу.

— Каким образом? Я же умер.

— Да, это так. Но билет обратно уже у меня в кармане. — Иван демонстративно похлопал себя по карману жилета. — И если ты будешь хорошим мальчиком, — Иван заговорил голосом, которым разговаривают с маленькими детьми, — и перестанешь хандрить, то я, может быть, снизойду и помогу тебе.

Внутри Кая проснулось любопытство насчёт билета. Что это: обычный блеф, актерская игра или же что-то более существенное?

— Не нужен мне твой билет, — коротко ответил Кай.

— А твои глаза говорят совсем другое, — и Иван расплылся в ехидной улыбочке.

— Мои глаза ничего не могут тебе сказать, потому что они пусты, пусты и безжизненны, как и моя душа. У меня была мать, была любимая девушка, почти невеста. У меня были грандиозные планы на жизнь с ней, я думал найти вторую работу, я даже нашёл место, куда можно было бы устроиться работать, чтобы у меня было достаточное количество денег. Даже мать не знала о моих планах, я ей тогда ничего не сказал, потому что она была против моей связи с этой, как она говорила, «вертихвосткой». А теперь мама скончалась прямо за кухонным столом, девушка оказалась дешёвой подстилкой, а мой лучший друг получил ни за что хорошую трёпку и отвернулся от меня. И после того, как я за один день умудрился потерять трёх самых близких мне людей, я видел только один выход — петля.

Так что, спасибо за твоё предложение, Иван, но я вынужден отказаться, ибо там мне делать нечего. Если хочешь — забирай мою душу, мне она больше не нужна.

— Мне твоя душа ни к чему, — ответил Иван, — коллекционировать души несчастных — это не мой профиль. Я тебя выслушал, а теперь, я думаю, будет справедливо, если ты выслушаешь моё мнение по этому поводу.

— Валяй! — Кай был не против.

— Присаживайся и продолжим наш диалог.

— Куда, скажи мне, пожалуйста, я должен… — Кай запнулся, потому что, оглянувшись назад, он увидел огромное кресло с высокой спинкой. Кресло обтянуто чёрной кожей, а подлокотники выглядели, как настоящее произведение искусства. Обернувшись к Ивану, Кай увидел, что его собеседник уже сидит в таком же кресле и жестом приглашает его присесть. Кай не заставил просить себя дважды. Кресло оказалось такое глубокое, что парню показалось, будто он погружается в него, как в болото, а хрустящая кожа обволакивала его со всех сторон. Подлокотники выполнены из какого-то тёмного дерева, и это была явно ручная работа. Кай положил свои ладони на две львиных головы с раскрытыми пастями, у которых вместо глаз сверкали огромные аметисты. Кай был настолько восхищён и погружён в изучение подлокотников кресла, что не сразу заметил, что в его ушах звучит музыка. Стоны девушки переплетались со звуками гитары, Кай немного оживился.

— Эй, — воскликнул Кай, — я знаю эту песню. Это же «Jane Air».

Увидав его изумление, Иван улыбнулся и подкурил сигару.

— Да, ты прав. Я хорошо знаю твой музыкальный вкус и решил сделать так, чтобы тебе было более комфортно и уютно. Кстати, твои музыкальные предпочтения довольно специфичны, но разнообразны. Об этом мы поговорим позже, сейчас есть разговор поважнее. Надеюсь, тебе удобно? — спросил Иван, чтобы сменить тему разговора.

Кай кивнул, продолжая прислушиваться к музыке, ожидая первых строк текста песни, но их так и не последовало. Это оказалась инструментальная версия песни.

— Может быть, сигару? — Иван открыл коробку, которая стояла на журнальном столике между креслами. — Кубинские.

— Нет, спасибо, я не курю, — ответил Кай, изучая журнальный столик, на котором и стояла коробка, полная сигар, а ещё бронзовая пепельница, мини-гильотина для сигар и спички. И тут Кай услышал голос Антона Лиссова. Вырванные строки из песни эхом покатились в пустоту.

…И запах ладана

И тысячи людей идут за ним

Верные, как псы со стволами у виска

Идут к обрыву овцами…

Куплет так и не был окончен, и снова продолжил звучать инструментал.

— Эй! Я никогда не слышал такого ремейка. Это что-то новое? — Кай был искренне удивлен, потому что активно следил за творчеством этой группы.

— Это мой личный вариант песни, — улыбнулся Иван. — Я прослушал её полностью, и эти строки показались мне самыми удачными, поэтому я их выделил и оставил.

— Как ты это делаешь? — поинтересовался Кай, переводя взгляд со столика на собеседника.

— Сейчас мы находимся в моём мире, в котором я всесилен, поэтому никакая задача не составляет для меня никаких затруднений. — Иван раскурил пухлую сигару, и его лицо заволокло дымом. Кая передёрнуло, когда сквозь дым ему показалось совсем другое лицо.

Мертвенно-бледная кожа обтягивала череп, неестественно широкая улыбка, больше похожая на оскал, глубокие морщины в уголках губ, большие рыжие зубы и сверкающие глаза, налитые кровью, которые, казалось, светились сквозь пелену табачного дыма. От этого зрелища у Кая перехватило дыхание, но Иван подался вперёд, дым развеялся и с его лицом был полный порядок, оно было такое же, как и прежде.

— Показалось, — подумал Кай.

— Итак, вернёмся к нашему разговору. Ты утверждаешь, что твои глаза пусты и безжизненны, так же, как и твоя душа, так?

— Так, — Кай кивнул.

— Ясно. А твоя невеста тебя обманула и бросила, так?

— Так, — к горлу Кая подступил ком.

— Хорошо. Ну а твой лучший друг, — Иван сделал затяжку и выпустил облако дыма, после чего продолжил свои размышления, — схлопотал от тебя крепкую взбучку, причём зря, и отказался с тобой о чём-либо разговаривать, так?

— Так-так! Но я не могу понять, к чему ты клонишь? — Кай терял терпение.

— А вот к чему! — Иван затушил почти целую сигару и вскочил со своего места. Сделав стремительный оборот вокруг своей оси, он сел на быльце кресла справа от собеседника и обнял его. Таким образом, их глаза были совсем близко, и Иван говорил Каю прямо в лицо, в буквальном смысле.

— Твои проблемы решаемы, — Иван широко улыбнулся и спрыгнул с быльца кресла, — а это значит, что ты возвращаешься обратно!

— Что значит «решаемы»?! — Молодой человек возмутился легкомысленности собеседника. — Что значит «решаемы», а? Ты хочешь сказать, что ты сможешь вернуть моей матери жизнь? А потом ты, как человек в черном, вытащишь из кармана фотовспышку в форме раскладного «тампакса», щелкнешь нас, и мы с Ольгой снова будем вместе и всё начнем с чистого листа. А потом заявится Сашка, обнимет нас и скажет, что искренне рад за нас и что в скором будущем ожидает от нас приглашения на свадьбу!

— Тише-тише, не кипятись, дружок, — Иван сделал жест ладонями, — не всё так просто. Во-первых, твоя мать умерла естественной смертью. Её сердце прилично износилось за всю её жизнь, и последней каплей была твоя выходка, твои крики на Александра, который показал тебе фотографии, которые он сделал в ночном клубе. И когда ты выбежал из дому к своей благоверной, то именно в это время твоя мать и отдала богу душу.

Кай замешкался, его брови сдвинулись, а глаза быстро бегали из стороны в сторону.

— Так что это получается, что моя мать погибла из-за меня? Значит, я всё сделал правильно?

— Стоп-стоп-стоп, дружок, твои рассуждения меня огорчают. В тебе нет ни капельки эгоизма, и в этом твоя беда.

— Почему это?

— Почему-почему, — передразнил его Иван, строя печальные гримасы, — да потому что, если бы ты был эгоистом, то ни за что бы не обвинил себя в смерти матери. Твоя меланхолия ослепила тебя, и если ты не в силах узреть истинную причину кончины своей матери, то я тебе помогу. — Иван стал над Каем, сунул руки в карманы и продолжил. — В смерти твоей матери и в ссоре с Александром, твоим другом, целиком и полностью виновата Ольга, и только она. Если бы не её выходки в клубе, то ты не поссорился бы с приятелем. А если бы не было ссоры и ты не выбежал бы в истерическом состоянии из дома, то твоя мать не переживала бы и её сердце и дальше бы билось в нормальном ритме. Так что усвой раз и навсегда — ты не виноват! Во всём

виновата Ольга! И жизнь твоей матери потеряна навсегда, ты слышишь меня?

Лицо Кая покраснело, а глаза налились слезами. Бедняга уже готов был разрыдаться, но Иван схватил его своими огромными руками за голову.

— Соберись! — приказал ему Иван. — Сейчас не время для скорби. Сейчас самое время собрать свои силы в кулак и действовать. Тем более, я уже знаю, чем заполнить твою внутреннюю пустоту, — и Иван приложил свои губы к уху Кая, — это месть, дружок. Месть! — Иван отпустил голову парня и отвернулся от него. Далее он говорил с Каем

стоя к нему спиной. — Если ты не прислушаешься к моему совету, то твоя меланхолия поглотит тебя бесследно и тогда будет всё кончено. Я понимаю, что ты сейчас можешь быть не готов к серьёзным действиям, но я могу отправиться обратно вместе с тобой и помочь тебе. Тебе нужно только…

— Я согласен, — Кай перебил Ивана.

Иван широко улыбнулся и повернулся лицом к Каю, тот сидел в кресле и по его щекам текли слёзы. — Я согласен вернуться обратно во имя мести.

Незнакомец внутренне ликовал, но его радость осталась при нём.

Он не хотел показывать ее раньше времени, Кай был ему нужен именно в таком подавленном состоянии.

— Ну что ж, друг мой, — Иван выговаривал каждое слово с точностью профессионального диктора, — второй шанс даётся далеко не каждому, и ты принял правильное решение, выбрав жизнь. Вместе с жизнью тебе будут дарованы уникальные способности, которые ты должен будешь освоить и научиться контролировать самостоятельно.

А сейчас встань и подойди ко мне, я вручу тебе твой билет домой. — Кай повиновался. Он подошёл к Ивану и стал напротив него. — Готов ли ты поклясться своей душой, что ты исполнишь свои обещания и совершишь акт возмездия над девушкой, из-за которой умерла твоя мать?

— Клянусь!

— Принимаешь ли ты себе в помощь мой дар в виде уникальных способностей, которые я тебе дарую вместе с жизнью?

— Принимаю! А что это за способности?

— Терпение, друг мой, — Иван улыбнулся и сверкнул неестественно широкой улыбкой, от которой Каю стало не по себе. — Всему своё время. Для начала тебя нужно вернуть обратно, — Иван демонстративно похлопал себя по карману жилета, — а там — посмотрим.

— А как выглядит мой билет обратно? — поинтересовался молодой человек. — Это какой-то порошок? Или, может быть, волшебное снадобье, которое нужно выпить, и я в одно мгновение окажусь дома.

Иван залился громким смехом. Он так смеялся, что на его глазах выступили слёзы.

— Да-а, малыш, ты очень забавный тип, — Иван хлопнул Кая по плечу, Кай в свою очередь качнулся от внезапного удара. — Фантазии тебе не занимать. Ты бы ещё сказал, что у меня там крем, которым пользовалась Маргарита, героиня бессмертной рукописи Булгакова.

— Тогда что там? — с любопытством поинтересовался несостоявшийся самоубийца.

— Всё намного проще, чем ты думаешь. — И с ясной улыбкой Иван запустил руку в карман жилета. — Вот он, твой билет обратно! — с той же лучезарной улыбочкой Иван достал из кармана шнурок.

Кай не знал, как реагировать на эту плутовскую выходку.

— И что это? Шнурок? — спросил Кай.

— Да! — Иван сиял, как отполированный самовар. — Да, это твой шнурок, который отправит тебя обратно.

— Мой шнурок?

— Да, дружок, твой шнурок, — Иван показал Каю глазами на его обувь. Парень опустил глаза и, увидев, что в его кроссовках присутствует только один шнурок, сразу всё понял.

Это тот самый шнурок, на котором я… — Кай запнулся и страшно побледнел.

— … Повесился! — закончил Иван. — Да, всё совершенно верно.

— И каким образом эта вещь вернёт меня обратно? — Каю пришлось приложить колоссальные усилия, чтобы задать этот вопрос, потому что ком в горле играл против него.

— Очень просто, мой милый друг. Сейчас я тебе всё объясню. — На данный момент твоя душа находится здесь, в астрале, тем временем как твоё тело висит в десяти сантиметрах над уровнем пола в твоём доме.

Кай нервно сглотнул.

— Сейчас в твоём физическом теле дотлевают последние искры жизни, и кровь потихоньку начинает стынуть в жилах. Там ты мёртв, а здесь, в некоторой степени, жив. Если ты приложишь руку к своей груди и прислушаешься, то поймёшь, что твоё сердце не бьется.

Кай судорожно схватил себя обеими руками за грудь и ничего не почувствовал. Приложил два пальца к шее, туда, где должна была пульсировать кровь, но пульса не было.

— Это значит, что я умер окончательно? — в панике спросил Кай. — Это значит, что уже ничего нельзя сделать?

— Нет, шанс на твоё спасение ещё есть, — ответил Иван, — и этот шанс в моих руках.

Человек в костюме продолжал сжимать в руке шнурок несчастного суицидника.

— На данный момент, — Иван чётко выговаривал каждое слово, — у нас два барьера, которые нам нужно преодолеть, чтобы вернуть тебя обратно: остановка сердца и остановка дыхания. Мой план таков: я запускаю твоё сердце, и у нас будет ровно одна минута, чтобы ты помог мне порвать этот шнурок. Если за эту минуту у нас не получится разорвать шнурок, то третьего шанса у нас уже не будет, и ты умрёшь

окончательно и безвозвратно.

Кай не совсем понимал, почему они должны действовать именно в такой последовательности.

— А почему сначала нельзя порвать шнурок, а потом запустить моё сердце, таким образом мы избежим нежелательного риска.

— Ты правильно мыслишь, но этот шнурок просто так не порвать, потому что ты его держишь там, в реальном мире.

— А если я помогу тебе порвать этот шнурок прямо здесь? Я возьмусь за один конец, а ты за второй, и мы с лёгкостью порвём его.

Иван прыснул лёгким смешком.

— Валяй, умник, — он протянул руку, в которой держал тот самый шнурок, — тяни.

Кай не понял насмешки собеседника и протянул руку, чтобы взять шнурок за второй конец, но его рука прошла сквозь текстильное изделие. У парня от удивления отвисла челюсть, и он уставился стеклянными глазами на Ивана.

— Ты — дух. — Иван был холоден. — И ты не в силах осязать физические предметы, к числу которых относится тот же шнурок. И, надеюсь, в дальнейшем ты будешь слушать, что я тебе говорю, даже если на твой взгляд это будет выглядеть полным безумием. — Иван ненадолго замолчал, утверждая этим своё превосходство. — Слушай

и запоминай: как только я запущу твоё сердце, ты почувствуешь жёсткую нехватку воздуха и начнёшь задыхаться. Это будет означать, что отсчёт пошёл и что у тебя будет где-то минута, чтобы помочь мне порвать шнурок. В этот момент ты будешь биться в слепой агонии, потому что твоё тело там, а твоя душа — здесь. В эту решающую для

тебя минуту ты должен брыкаться, дёргаться, раскачиваться, в общем, ты должен помогать физически повлиять на шнурок.

Кай внимательно слушал собеседника и старался вникать в каждое его слово.

— Сейчас я ударю тебя в грудь, — Иван продолжил диктовать инструкции всё с тем же непроницаемым лицом, — и именно с этого момента начнётся обратный отсчёт. Тебе всё ясно? Если у тебя есть вопросы — задай их прямо сейчас.

— Нет, у меня нет вопросов, мне всё понятно, — ответил Кай.

— В таком случае, — Иван начал сильнее закатывать рукава, — в таком случае, как говорят медики, разряд!

— Чего? — в растерянности спросил Кай.

Но было поздно. Иван стоял уже рядом с ним и вместо ответа выбросил молниеносный удар открытой ладонью. В момент соприкосновения ладони с грудью в разные стороны полетели яркие искры.

Грудь Кая взорвалась вспышкой. Кай чудом устоял на ногах, но его лицо было искажено маской страха, и он, как и предполагал Иван, стал задыхаться. Это значило, что прекардиальный удар попал точно в цель. Бедняга обеими руками схватился за горло, и в мгновенье его лицо стало краснеть. Сквозь звон в ушах Кай услышал, что в его голове звучит музыка. Начало песни было ему знакомо. Он не понимал, откуда она звучит, и стал оглядываться по сторонам в поиске источника звука, но почувствовал, что задыхается, и этот вопрос перешёл на второй план.

— Давай, дружок, не сдавайся! Сопротивляйся удушью изо всех сил! — скомандовал Иван Каю, а сам тем временем намотал концы шнурка на руки и стал с огромным усилием тянуть.

Кай бился в истерике, его ноги шагали вперёд, но он оставался на месте. Он яростно пытался нащупать шнурок на шее, чтобы ухватиться за него, но его пальцы ничего не находили. И тут парень понял, что силы начинают покидать его, и он упал на колени, но, к большому удивлению, не почувствовал пол под ногами. И тогда бедняга решил

согнуть ноги в коленях, чтобы упасть, но вместо падения он завис в воздухе и тихонько покачивался.

— Эй, парень! — Иван был крайне напряжён, а его лоб покрыла испарина. — Что ты там качаешься, как сморчок на веточке?! Ты мне совершенно не помогаешь, а твоё время тикает.

Кай осознал одну вещь: здесь и сейчас его душа чувствует то же, что и его тело там. Вот почему этот громила советовал ему брыкаться и раскачиваться… чтобы порвать шнурок там… в реальном мире.

— Ну ты начнёшь мне помогать или так и будешь висеть колбаской?! — Иван уже выбивался из сил, но продолжал тянуть. Шнурок врезался в кожу и алые капли крови падали на пол, но Иван даже не думал сдаваться, он твёрдо знал, что ему нужен этот парень и что он отработает каждую каплю потерянной им крови.

— Кай, последний шанс! Либо ты начинаешь действовать, либо все мои старания псу под хвост, — сказал Иван, скрипя зубами от напряжения.

Кай потерял слишком много времени на ненужные размышления и поиски источника звука и решил действовать из последних сил. Он начал энергично дёргать ногами. Со стороны казалось, что он крутит воображаемые педали.

Зрелище получилось не для слабых духом. Молодой человек с багровым лицом, повисший в воздухе, держался руками за шею и размахивал ногами, будто пытаясь убежать от невидимого врага, а рядом стоял огромный человек и растягивал в руках какой-то шнурок.

Музыка звучала всё громче, Кай продолжал яростно брыкаться, но все попытки были тщетны. И тогда он решил попробовать сгибать и резко разгибать ноги, тем самым увеличивая давление на шнурок.

Но и тут нашего резвого кузнечика ожидала неудача, эта попытка не принесла никаких результатов. Силы покидали Кая. Запаса воздуха почти не осталось, и Кай решил воспользоваться своей последней попыткой — попробовать раскачаться, словно на качелях.

— Кай, я уже не чувствую своих пальцев, — выплюнул эти слова Иван, — давай напрягись! Сделаем последний рывок!

В ушах Кая стоял звон, сердце готово было разорваться, но бедняга начал раскачиваться. Сведенные судорогой ноги не хотели уже подниматься, они отяжелели словно налились свинцом. Кай уже готов был сдаться, но тут ему на помощь пришла музыка, которая звучала уже с оглушительной громкостью. До этого момента это была просто песня, но Кай не мог её до конца принять. Потому что песня звучала инструментально, мелодия шла, но слов не было. Но когда зазвучал припев, зрачки Кая расширились, а тело пробрала дрожь. Это была одна из его любимых песен. Это было «Бегство».

Я как будто проспал старт!

Старт этой гонки!

Кай воспринял эту строчку из песни как знак! Знак того, что он действительно потратил слишком много времени на всякую ерунду, а не на то, что для него жизненно необходимо. И он решил реабилитироваться и всё же порвать этот шнурок.

Кай, сам не ожидая того, заметил, что голос вокалиста наполнил его тело силой, которой будет достаточно для последнего рывка. И повешенник с фиолетовым лицом стал раскачиваться с ловкостью профессионального гимнаста.

Иван уже не верил в успех этого предприятия и тоже был готов сдаться, но увидев, что Кай болтается в воздухе с максимальной амплитудой, которую себе только можно представить, из последних сил навалился на шнурок.

Кай испытывал огромнейшее давление на голову, ведь он качался на шнурке, который больно впивался в шею. Оглушительная музыка и звон в ушах звучали в диссонанс. И тут Кай понял, что песня почти кончилась и так сложилось, что когда он находился в наивысшей точке амплитуды раскачивания, то вылетает последняя строчка этого

музыкального шедевра:

Я продолжаю дышать!!!

И в этот самый момент Кай выпрямил согнутые в коленях ноги и шнурок лопнул.

Кай летит в пропасть под всё ещё оглушительные крики той самой песни и падает на пол в своей комнате, делая глубокий вдох, словно он только что вынырнул из-под воды.

Музыка исчезла, но в ушах остался звон, а в висках стремительно забился пульс. Он смог. И он снова дышит.

ГЛАВА 4

ДЕНЬ ПЕРЕРОЖДЕНИЯ

Кай лежал на полу достаточно долго, он даже успел отдышаться. В шее всё так же пульсировала боль, а в ушах до сих пор стоял звон. Он никак не мог понять: всё то, что с ним случилось — это простое совпадение или его душу и вправду спас тот огромный и жуткий тип в пиджаке?

— Кх, не такой я уж и огромный, — раздался чей-то голос.

Кай от неожиданности подскочил, словно его ужалила змея, но от резкого подъёма у него закружилась голова, и он тут же присел, держась руками за голову.

— Тише, парень, не рви рубашку, слабость ещё не покинула твоё тело, и тебе стоит проявить к ней уважение.

Кай вертел головой по сторонам, но вокруг никого не было.

— Где ты? Я тебя не вижу! — Взволнованно прохрипел Кай.

— Так и есть. Ты и не сможешь меня увидеть, — ответил голос, — потому что в данный момент мы в твоём мире, мире живых. Я Иван — твой спаситель, а ты Кай — мой должник. И я здесь, чтобы ты не обманул меня и исполнил свою клятву.

И тут в голове Кая закрутился калейдоскоп из недавних воспоминаний, и ему стало дурно.

Бред…

Всё это было слишком фантастично, чтобы быть правдой, но этот голос был явным подтверждением всех этих посмертных приключений. Кай закрыл лицо руками и замер. Отняв руки от лица, Кай созрел на вопрос.

— Значит, ты пришёл за тем, чтобы проконтролировать, что я действительно убью Ольгу?

— Да.

— С этим понятно, но где ты сам? Я тебя не вижу.

— А ты меня и не увидишь, потому что меня нет. Для тебя я невидим, меня можно увидеть только глазами мертвеца. Когда ты был За Гранью, ты видел меня, потому что там Мой Мир.

А здесь, в твоём мире, я всего лишь незваный и невидимый гость.

Я голос в твоей голове.

Кай опешил от такого поворота событий, но всё же нашёл в себе силы продолжить беседу.

— Допустим, ты говоришь правду, — предположил вслух Кай, — но всё это попахивает шизофренией, которая появилась после клинической смерти. Что ты можешь сказать в своё оправдание?

Кай решил, что его предположение достаточно логичное, и пусть теперь этот умник попробует выкрутиться.

— Я думаю, что сейчас не самое удачное время для разговора, — ответил Иван, — потому что на кухне лежит ещё не до конца остывшее тело твоей матери.

Кай ахнул, он совсем забыл об этом.

— И с момента её смерти, — продолжил Иван, — прошло уже достаточно много времени, чтобы на тебя упали ненужные нам подозрения. Но если ты требуешь доказательств, то — держи.

В этот самый момент в углу комнаты хлопнула пустая мышеловка.

— Мне не по силам передвигать какие-то тяжёлые предметы, но на мелкие шалости я вполне способен, — сказал Иван.

Кай на мгновенье замер от неожиданности, но тут же поднялся и побрёл на кухню, где было тело матери. Отталкиваясь от стены к стене, он всё же добрался до кухни и ввалился в дверной проём. За обеденным столом было тело матери Кая. Грудная клетка и голова лежали на столе. Одна рука усопшей была в районе сердца и казалась

придавленной общей массой тела, а вторая — свисала со стола. Голова была повёрнута набок, глаза открыты. От этой картины Каю сдавило грудь, и горло взорвалось новой

порцией боли. Ноги невольно подкосились, он опустился на колени, на глаза навернулись слёзы и тут же упали на пол крупным градом.

Не решившись подняться, он ползком начал продвигаться к телу матери. Добравшись до стола, Кай протянул руки к холодной руке матери, стал покрывать её поцелуями и прижимать её к своему лицу.

Слёзы лились рекой, и всхлипывания сотрясали его тело.

— Мама… мамочка… — шептал Кай. — Как же так? Как же я теперь без тебя?

Поднявшись на ноги, Кай посмотрел матери в глаза. От стеклянного взгляда усопшей его ноги снова подкосились, но он успел упереться руками в стол и устоял.

— Кай, раз уж ты находишься в стрессовом состоянии, — за спиной Кая зазвучал всё тот же ровный и спокойный голос, — то я тебе скажу всё, что ты должен будешь сделать сейчас.

Во-первых, ты должен набрать номер скорой помощи и сказать, что по приходу домой обнаружил мать мёртвой. Когда медики приедут сюда, то будь готов, что они приедут не одни, а с нарядом милиции, так что советую тебе надеть какой-то свитер с высоким горлом, ну или гольф, чтобы скрыть прекрасную синюю линию на твоей шее. Им ты скажешь, что дома тебя не было, а когда ты явился домой, то твоя мать уже была мертва. Медикам скажешь, что мать последнее время частенько жаловалась на сердце и постоянные головные боли.

Кай замер на месте и не двигался, словно ему в глаза только что посмотрела сама Медуза Горгона. Со стороны казалось, что он вникает в каждое слово, сказанное Иваном, но нет, причина оцепенения была совершенно другой. Когда Иван только начал диктовать свой план действий, Кай, стоя над матерью, внимательно смотрел в лицо ей и с горечью вспоминал всё то хорошее, что было с ней связано.

И совершенно случайно он увидел движение в её глазах. Присев и всмотревшись внимательнее в холодные зрачки, Кай ощутил страх. В глазах матери отражался Иван, который ходил взад и вперёд за спиной Кая и активно жестикулировал руками. Поначалу Кай хотел обернуться, чтобы убедиться, что это ему привиделось, но тут он вспомнил слова Ивана… « Для твоих глаз я невидим, меня можно увидеть

только глазами мертвеца…».

Кай отказывался верить в происходящее, но факт остаётся фактом: Иван всё так же маячил у Кая за спиной и даже не догадывался, что на него мёртвыми глазами матери смотрит перепуганный мальчишка.

— … ну и последнее, — продолжил говорить Иван, — позвони своей тётке, она сама всё сделает, справки, бумажки, морги, похороны, она всё возьмёт на себя. Ты всё усвоил?

Кай пропустил добрую половину инструкции, но ему было всё равно, он просто кивнул в знак согласия и, приложив огромные усилия, чтобы подняться, побрёл к телефону.

— Да и ещё, чуть не забыл самого главного! — парень вздрогнул от неожиданного оклика Ивана. — С днём рождения тебя, Кай!

Сегодня ты заново родился, и я смело могу сказать, что ты заслуживаешь свою жизнь, ты отчаянно боролся со своим так сказать «обвитием» и ты всё же сделал это! Ты переродился.

Кай был уверен, что Иван сейчас сложил руки на груди, тем самым демонстрируя свою развитую мускулатуру, и широко улыбался.

— Спасибо, — сказал Кай. Это было единственное слово, которое он сумел выдавить.

Кай потрогал свою шею и понял, что петля из собственного шнурка до сих пор болтается на нём. Он сорвал ёё и бросил на пол.

— Ну что ты, Кай, — сказал Иван, — это, можно сказать, твоя вторая «пуповина». И вместе с этим — ещё и трофей с того света. Разве так поступают с бесценными вещами? Лично я свою половину трофея буду носить всегда при себе. Тем более что

на твоём шнурке осталась моя кровь, это смахивает на такой себе своеобразный «Blood Impact». А когда наши приключения закончатся, то я с удовольствием отправлю этот экспонат в свой личный музей.

Кай ничего на это не ответил, он поднял свой шнурок с пола и отправил его в ящик кухонного стола. После этого развернулся, снял трубку телефона и набрал 103.

ГЛАВА 5

ИСТИННОЕ ПРОЗРЕНИЕ

Кай попрощался со своей тёткой и её мужем и закрыл за ними дверь, они ушли последними. Ещё час назад в квартире было полным-полно народу: медработники, представители внутренних органов, сестра умершей (родная тётка Кая) с мужем.

Доктор констатировал смерть по причине сердечной недостаточности. Кай мужественно ответил на все вопросы следователя. Иван остался доволен его ответами и поведением. Тётка предлагала племяннику поехать с ними, но он отказался. Она не настаивала и сказала, что если вдруг он передумает или ночью будут мучить кошмары, то пусть звонит в любое время суток. Тело матери забрали в морг, а тётка (как и говорил Иван) взяла все заботы на себя. На прощание они обнялись.

Закрыв дверь, Кай облокотился на нее спиной. Он закрыл глаза, глубоко вдохнул и на выдохе сполз на пол, обдумывая дальнейшие действия.

— Первый шаг сделан! — резко сказал Иван. Кай не ожидал и невольно вздрогнул. — Что планируешь делать дальше?

Парень немного замешкался с ответом, но он точно знал, что хочет делать дальше.

— Я хочу поговорить с Ольгой, — спокойным тоном сказал Кай.

— А для чего? Хочешь её немного напугать перед смертью? — с ухмылочкой в голосе спросил Иван.

— Нет, я хочу разобраться в наших отношениях. Мне сейчас, как никогда, тяжело. Мамы нет, а самый близкий для меня человек после мамы — Ольга. Да и с Сашкой некрасиво получилось. Он хотел мне помочь, а я наградил его разбитым носом.

Кай буквально на мгновенье задумался, но тут же продолжил:

— Когда теряешь родного человека, то по-настоящему начинаешь ценить тех, кто ещё остался рядом. Это как прозрение. Иван, я прозрел, понимаешь?

Иван был очень недоволен услышанным словам.

— Что?!! — через какое-то время взорвался возмущением разъяренный Иван. — Ты что, больной?! Какое к чёрту прозрение?

Кай не ответил, он встал с пола и направился к зеркалу. Оттянув горло гольфа, Кай осмотрел горизонтальную синюю полосу.

— Гольф, пожалуй, оставлю, — сказал Кай, — не хочу её напугать.

— Ты что это — серьёзно? — Иван был в бешенстве. — А как же

наш договор? Ты не имеешь права его нарушать.

— Я думаю, мы найдём выход из этой ситуации.

— Нет! Мы найдём выход из этой ситуации только, когда прольётся кровь блудницы, в данном случае это кровь твоей подружки — Ольги.

Кай не поддался на провокацию и не стал спорить с Иваном.

— На сегодня хватит с меня приключений, — сказал Кай, — а вот завтра я пойду к ней, и мы поговорим о нас.

Кая немного насторожило молчание Ивана.

— Иван, ты здесь? — спросил Кай, прислушиваясь к каждому шороху. Он старался уловить хотя бы дыхание невидимого демона, но все попытки оказались тщетны. Кая окружала тишина.

— Как бы сейчас пригодились мамины глаза, — подумал Кай.

Но делать было нечего, Иван молчал, и Кай не знал: молчит он или его здесь вообще нет.

И тут желудок Кая предательски заурчал, тем самым давая ему понять, что он не ел уже целую вечность. Он направился в кухню, поставил на плиту чайник, а из холодильника достал котлеты и картошку, которые так и не разогрел по просьбе матери. Подойдя к столу, Кай замер. Ещё совсем недавно за этим столом находилось тело его матери. Он не рискнул сесть на то же место, где сидела она, и осторожно разместился напротив. Сняв крышки с кастрюль, Кай одной рукой взял холодную котлету, а другой — комок холодного картофеля.

Отправляя пищу в рот, парень монотонно жевал. Ел он без аппетита, целью было подавить чувство голода.

— Приятного аппетита, — сказал Иван.

Кай от неожиданности подавился и начал кашлять.

— Спасибо конечно, но ты хоть предупреждай, когда пропадаешь, а потом резко появляешься, а то мы скоро снова повидаемся в твоём мире.

Кай смахнул со стола кусочки пережёванной пищи, которые вылетели изо рта.

— Прости, я не хотел тебя напугать, — сказал Иван, — просто я пока забываю, что ты меня не видишь.

— Проехали, — сказал Кай и отправил в рот очередную порцию холодной пищи.

— Я тут подумал, что ты прав, — сказал Иван, — тебе и вправду нужно поговорить с Ольгой.

Кай от удивления перестал жевать и широко открыл глаза.

— Ты правда так думаешь? — спросил Кай и насторожился, не задумал ли этот пижон что-то недоброе.

— Конечно! Вот только нужно идти к ней не завтра, а сегодня, и причём прямо сейчас, она тебя ждёт.

— А откуда ты знаешь, что она меня ждёт? — спросил Кай и недоверчиво прищурился.

— Я только что был у неё, и она сейчас сидит дома и очень сожалеет о вашем последнем конфликте. Бедняжка вся в слезах, мечется по квартире и места себе не находит.

— Правда? — Кай от удивления привстал.

— Да, правда, — ответил Иван. — А если хочешь, то Ольге можно будет сделать сюрприз. Ты явишься к ней без предупреждения и зайдёшь прямо в квартиру. Она будет вся такая разбитая, в слезах, и тут являешься ты, словно по волшебству, обнимаешь

её и утешаешь. После чего вы целуетесь и миритесь. Как тебе сценарий?

— Мне, конечно, такой поворот событий по душе, — сказал Кай, — но есть одно «но» — у меня нет ключей от квартиры Ольги.

— Я это знаю, — спокойно ответил Иван, — но ты же должен помнить, что если чего-то очень хочешь, то это обязательно сбудется. Я тебе скажу даже больше, как писал наш общий знакомый Пауло Коэльо: «Если ты чего-то очень сильно желаешь, то вся все-

ленная будет помогать тебе». Ты понимаешь, о чём я?

— Понимаю, но вряд ли, если я захочу иметь ключи от квартиры Ольги, то они тут же материализуются у меня в руках.

— Хм, частично ты прав, — ответил Иван, — но у тебя же есть Я, а это очень увеличивает твой шанс владеть нужными нам ключами. От тебя требуется только произнести вслух своё желание.

После этого голосовые вибрации унесут твою мысль в космос, и ты станешь на один шаг ближе к своей цели.

На последних словах Иван, еле сдерживая смех, невольно прыснул. Кай понял, что этот бес просто глумится над ним.

— Издеваешься, да? — Кай сел обратно за стол и продолжил чавкать холодной котлетой.

— Кто, Я? Не-е-ет, — протянул Иван, в его голосе явно слышалась насмешка. — Как ты мог подумать такое? Мы же взрослые, серьёзные люди.

Иван снова прыснул.

— И ты хочешь сказать, что если я, — сказал Кай, — произнесу сейчас вслух, что я хочу ключи, то они появятся?

— Да, — еле слышно ответил Иван.

— Ну давай попробуем. — Кай, конечно же не верил во всё это, но всё же решил подыграть призраку. — Я хочу ключи от квартиры Ольги. И после этих слов парень сложил руки лодочкой и протягивает их вперёд.

И тут Иван не выдержал и захохотал. Смех был настолько громким и жутким, что Каю стало не по себе, по спине пробежал мороз, и было непонятно от чего именно он: от холодной пищи или от дьявольского смеха Ивана.

— Прости, дружище, — сказал сквозь смех Иван, — я не удержался. Я знаю, что ты мне не поверил и всё такое, но ты своими руками-лодочками меня добил, и меня, как у вас принято говорить, порвало!

— Ха-ха, — холодно сказал Кай, — очень смешно. Складывается впечатление, что ты не бес, а шут.

Кай отправил в рот очередной кусок холодной картошки.

— Ну всё-всё, — улыбаясь сказал Иван, вытирая слёзы смеха, — пошутили и хватит. Будут тебе ключи, и я к этому абсолютно не причастен, она сама тебе их оставила в…

— Что значит «оставила»? — перебил его Кай. — Ничего она мне не оставляла!

— Кай, ну ты даже не дослушал. Слово «оставила» можешь взять в кавычки. Скажу немного иначе, случай оставил тебе ключи, а Ольга их банально потеряла, а я знаю, где именно она их потеряла. Теперь ты понимаешь, к чему я веду?

— Снова в шуточки играешь со мной? — Кай не верил Ивану. — Второй раз я не куплюсь на твою удочку.

— Нет, сейчас я говорю совершенно серьёзно. Эта минутка юмора мне была нужна для того, чтобы выиграть время, а теперь пора действовать. Сейчас ты встанешь и пойдёшь к Ольге, но не по привычному маршруту, а придется сделать небольшой крюк через парк, там в кустарнике, рядом с синей лавочкой (она там одна) ты найдёшь ключи. И после этого быстрым и уверенным шагом пойдёшь к своей возлюбленной.

— В кустарнике? — переспросил недоверчивым тоном Кай. — Каким образом ключи оказались в парке, в кустарнике? Снова твои шуточки?

— Нет, — всё тем же уверенным и спокойным голосом ответил Иван, — э то не шутка. А как ключи оказались в кустах и почему мне нужно было выиграть время — я тебе расскажу после истинного прозрения, то есть после истинного примирения. А теперь не трать время на лишние вопросы, ступай по заданному маршруту, я буду ждать тебя в парке.

— Иван, постой! К чему такая спешка?

Ответа не последовало.

Каю всё это казалось очень подозрительным: сначала Иван сердится, когда слышит, что парень хочет примирения, а потом сам толкает его на это примирение, да ещё и всё нужно делать очень быстро, а почему — непонятно. Но Кай решается снова сыграть в игру по правилам Ивана, и если он его опять обманет, то тогда всё, Кай больше

никогда ему не будет верить.

***

Кай прибежал в парк и был очень рад, что в парке пусто. Никто

не увидит, как молодой парень что-то ищет в кустах.

— Иван, ты здесь? — шёпотом спросил Кай.

— Да, я здесь, — ответил Иван. — И я так понимаю, что пришло время посвятить тебя в наш первый совместный секрет, а то если ты будешь бегать по городу и разговаривать сам с собой, то тебя скоро закроют с диагнозом «шизофрения».

Для того чтоб я тебя услышал совсем не обязательно говорить вслух, достаточно обратиться ко мне мысленно, как это делал Денни в «Сиянии».

Сначала Кай решил, что это очередная хохма, но решил попробовать.

— Привет, Иван! — мысленно крикнул Кай.

— Привет, Кай, — ответил Иван, — и на будущее знай, что орать не обязательно, а то у меня от тебя тоже пойдёт кровь не только изо рта, как у того повара, но и из ушей.

А теперь полезай в кусты и ищи ключи.

Кай кивнул и бросился в кустарник. Пошарив там, он наткнулся на кучу всякого мусора. Множество пустых бутылок, жестяных банок, медицинских шприцов, а также там имелись использованные презервативы, ну куда же без них.

— Иван, а ты уверен, что Ольга потеряла ключи именно в этих кустах? — спросил Кай.

— Абсолютно! — громко заявил Иван. — Лично я их уже вижу, посмотри немного левее, и дело в шляпе.

Кай опустил глаза и увидел ключи. Он поднял их и некоторое время рассматривал свою находку на раскрытой ладони.

— Поразительно, — еле слышно сказал Кай. Он не мог в это поверить. Как голос в голове может знать такие вещи, как точное местонахождение потерянных ключей?

— Порядок! Ты нашёл их. А теперь дуй к своей суженой, уже самое время.

Кай даже не сдвинулся с места, он до последнего думал, что это глупые бесовские проделки, а оказалось, что это всё — правда. Что на самом деле это не его воображение и не какой-то там внутренний голос, нет. Внутреннему голосу не под силу такие знания, и это действительно покровительство нечистого.

— Как? — Кай был в ступоре. — Как ты это делаешь?

— Дорогой мой, это всё пустяки, — ответил Иван, — по сравнению с моими истинными возможностями. Поспеши, и ты познаешь чудеса намного интереснее, чем банальное обнаружение нужного нам неодушевлённого предмета. И прекрати разговаривать

со мной вслух!

— Прости, — смущённо сказал Кай.

— Прощаю! А теперь поспеши в конечный пункт назначения, иначе ты своими удивлениями и ступорами всё испортишь!

Кай ничего не ответил. Он молча кивнул головой и полетел к Ольге. По пути он уже начал представлять, как тихонечко входит в её квартиру и слышит тихие всхлипывания. И тут он врывается в её комнату, девушка в восторге прыгает в его объятия, Кай целует ее солёные от слёз губы. Потом они присаживаются на диван, она кладет свою голову ему на колени, а он гладит её волосы и шепчет слова любви.

— Эу, Ромео! Мы уже на месте.

Голос Ивана вышиб Кая из его фантазии. Опомнившись, он понял, что уже стоит у дверей Ольги.

Кай сжимал ключи в руках, а его сердце бешено колотилось.

— Вот он, момент истины, — подумал про себя Кай.

Вставив ключ в замочную скважину и медленно сделав один оборот, Кай замер, но ненадолго. Опустив ручку, Кай тихонько отворил дверь, чтобы не создавать лишнего шума. Из дверного проёма вместо ожидаемых всхлипываний доносились — о боже! — женские стоны.

Кая словно молния ударила, он всем сердцем надеялся, что это стонала не его девушка.

— О, да! — простонал женский голос. Кай узнал голос Ольги.

Кай хотел ворваться в комнату и разорвать подлеца!

— Не торопись, это ещё не всё, — сказал Иван. — Если хочешь, то можешь сделать пару шагов и тихонечко посмотреть на этот спектакль двух актёров в отражении зеркала, чтобы ты мне потом не говорил, что этого не могло быть, но сначала послушай ещё.

Кай был на грани истерики. Эти стоны удовольствия, эти ритмичные хлопки, которые отдавались эхом в его голове, сводили с ума.

Как бы он ни убеждал себя, что это бред, это сон, это вздор, чушь, фальшь, неправда — стоны продолжали литься из глубины квартиры и доказывали, что это реальность, что всё это происходит на самом деле. Кай наслушался уже достаточно и решился сделать пару шагов. И вот он уже видит большое зеркало в прихожей. Остаётся последний

шаг, и угол отражения будет такой, как нужно. Сделав его, Кай поймал отражение в зеркале и очутился в одном из самых жутких кошмаров в своей жизни под названием «Измена». Он видел отражение Ольги, которая стояла на краю кровати в медицинской позе «локти-колени», а сзади, схватив её руками за бёдра, был молодой парень. Кай отказывался верить своим глазам. Это был Сашка! Его лучший друг — Сашка!

Они сливались в одно целое прямо у Кая на глазах и даже не догадывались об этом. На их влажных телах играли солнечные лучи, которые проникали через окно. Сашка шлёпал своим животом о задницу Ольги, а та, в свою очередь, сладко стонала, уткнувшись лицом в одеяло.

Если бы она подняла голову, то встретилась бы с Каем взглядом, но ей было слишком хорошо, и она зарылась в одеяло ещё сильнее.

— Я всё правильно делаю? — с задорной ухмылкой спросил полностью голый парень. В ответ из одеяла раздалось глухое мычание согласия.

В этом голосе Кай узнал голос друга. И ему было настолько противна вся эта ситуация, что парень уже собирался уйти, но Иван остановил его:

— Задержись, сейчас ты сам всё услышишь.

Каю казалось, что он уже увидел и услышал вполне достаточно, но если Иван говорит остаться, то, пожалуй, следует остаться. Потому что Иван уж очень убедительно себя зарекомендовал. Понемногу наш герой пришёл в себя. Глухие грязные стоны продолжали вылетать из горла девушки, и Кай стал размышлять, как именно он заткнёт навсегда эту глотку.

Но тут влажный партнёр заговорил и тем самым отвлекает Кая от его мыслей.

— Никогда бы не подумал, что с тобой так приятно иметь дело, хоть для этого мне и пришлось получить хорошую взбучку, — изрядно запыхавшись, сказал Сашка. — Пара десятков фотографий липового компромата, и я имею, в прямом смысле этого слова, такую шикарную тёлку, как ты! Жаль только нашего Каюшу, он отличный парень, но сильно близко принял это к сердцу. Видела бы ты его лицо, он реально был в бешенстве, даже сломал мне нос, но это ничего, так даже лучше. За сломанный нос я потребую с тебя дополнительный круг наслаждения. А ты тоже ещё та штучка, пристала к какому-то парню в клубе, разрешила ему себя облапать, да и ещё подарила ему шикарный французский поцелуй, а я всё это, типа, скрыто запечатлел. Ты

мой лучший заказчик, который у меня только был.

— Этот сосунок мне был вовсе не нужен, — отозвалась Ольга из складок одеяла, — мне была нужна только его девственность, и я её получила.

— Ха, так Кай, оказывается, был неопытным мальчишкой? Кру-уто! — радостно отозвался Сашка.

— Дружок, не отвлекайся на пустую болтовню и не сбавляй темп, сейчас начнётся самое интересное.

Ольга всё же вылезла из-под одеяла, высоко задрала голову и закатила глаза от удовольствия. Мельком глянув в дверной проём, она увидела отражение человеческой фигуры в зеркале. Девушка охнула от неожиданности, а когда посмотрела в зеркало ещё раз, то там уже никого не было. А Сашка, в свою очередь, застонал, потому что испуг Ольги был ему на руку. От страха внутри у девчонки всё сжалось, и Сашка получил дополнительную порцию удовольствия.

***

Кай всё же встретился с Ольгой взглядом, но успел скрыться незамеченным. Сейчас парень шёл домой, представляя, как умрёт эта тварь. В кармане он сжимал ключи, он не знал, зачем теперь они ему нужны, но Иван настоял на том, чтобы забрать их.

— Теперь ты сам всё знаешь, — сказал Иван, — но если вдруг у тебя остались вопросы, то я на них отвечу.

Кай шел молча, ему сейчас не хотелось говорить.

— Надеюсь, теперь ты понимаешь, зачем я тянул время у тебя дома, — снова заговорил Иван, не желая хранить молчание по пути домой, — чтобы наши голуби успели прийти домой и приступить к очередной оплате договорённости. А ключи Ольга потеряла, когда скрепляла этот контракт, так сказать, секс-печатью. Он её так

драл, что ключи просто-напросто…

— Хватит! — громко крикнул Кай. Люди, шедшие рядом с ним, обернулись. Кай понял, что крикнул это вслух, поэтому удручённо опустил голову и ускорил шаг.

— Хватит об этом, — уже мысленно сказал Кай, — я не желаю знать всех этих грязных подробностей.

— Да? Ну прости, я хотел как лучше. Теперь ты реально прозрел. Я бы это назвал — истинное прозрение! Что скажешь?

Иван гордился своим коварством. Он умышленно подливал масла в огонь, чтобы Кай уже точно не соскочил с его крючка. И даже сейчас он шёл рядом с Каем и ехидно ухмылялся, потому что всё снова было Его по плану.

— Я хочу убить их двоих, — холодно сказал про себя Кай. — Такая девушка, как Соня Мармеладова, и такой друг, как Иуда Искариот, мне не нужны…

Услышав эти слова, Иван чуть не захлопал в ладоши. Они прозвучали, как музыка, но он взял себя в руки и спокойно ответил.

— Я тебя прекрасно понимаю, но этот выпад невозможно будет скрыть. На тебя тут же выйдут, и ты сядешь в тюрьму. Если тебя устроит смерть девицы и тюремное заключение дружка, то я могу поделиться с тобой своими мыслями по этому поводу.

Кай скривил кислую недовольную мину, но выбирать было не из чего.

— Согласен, — вслух сказал Кай и тут же осознал, что снова облажался. Он никак не может привыкнуть к тому, что с иллюзорным бесом нужно говорить не в голос.

— В таком случае держи путь домой, а я тебе по пути буду рассказывать свой план. Только иди не по улице, а через сквозные дворы, просто если мы пойдём по прямой линии, то я не успею всё растолковать.

Кай кивнул и на развилке дороги — через парк, по главной дороге или через дворы — свернул во дворы. Иван только криво улыбнулся, потому что его личная марионетка проглотила очередную наживку и сейчас она может умереть, если её уровень ловкости и скорость реакции не окажутся достаточно высокими. И на этом всё закончится.

ГЛАВА 6

ИСПЫТАНИЕ СТРАХОМ

Уличный пёс поднял голову и навострил уши, услышав человеческие шаги. Он жадно втягивал воздух носом в надежде заблаговременно учуять опасность. В голове блуждали только две мысли: затаиться в тени и не шевелиться или не испытывать судьбу и уйти прочь.

Совсем недавно уличный пёс в жизни не позволил бы себе таких трусливых и позорных мыслей. Люди всегда боялись ходить через этот проходной двор, ибо знали, что там обитает злой бездомный пёс. Они откупались от него тем, что у них было, начиная с корки хлеба и заканчивая колбасой. Однажды толстому и лысому мужчине даже

пришлось расстаться с приличным куском свежего мяса, потому что ничего другого у него не было. Убежать он не смог бы, а враждебный оскал и пена, которая летела во все стороны, когда пёс лаял, вселила ужас в тучного мужчину, и он не стал рисковать. Просто трезво оценил свои физические способности и с чувством безысходности расстался с мясом.

Так было всегда, и пёс был доволен своей жизнью, но однажды его жизнь крепко изменилась. Это был обычный вечер и, услышав человеческие шаги, пёс уже приготовился к привычному для него нападению. На его холке шерсть стала дыбом, а в уголках пасти выступала пена. В арке подворотни появился силуэт молодого человека. Он был высокий и худой, на голову был накинут капюшон. Шагал этот молодой человек вяло и размеренно, было видно, что парень никуда не спешит.

Пёс вышел на середину дороги, и теперь его никак нельзя было обойти. Случайный прохожий остановился примерно в десяти шагах перед рычащей преградой. Пёс начал медленно подходить к своей жертве, при этом он злобно рычал. Молодой человек так и стоял, в капюшоне, не поднимая головы, и даже не думая убегать, только медленно вынул руки из карманов. Он что-то крепко сжимал в обеих руках. Пёс был уже готов получить своё угощение, но парень ничего не предложил псу, он только сделал тройное резкое движение кистью левой руки. Пёс даже не понял, что произошло, он только увидел, что в руке у незнакомца что-то сверкнуло. Этот резкий жест пёс расценил как издевательство и понял, что это верный сигнал к атаке! И недолго

думая, пёс бросился на парня. Он был в предвкушении наказать чужака и ощутить вкус его крови! Добежав до парня, пёс прыгнул, но тут парень сделал резкий рывок вправо, одновременно с этим он ударил пса ножом и сделал резкий рывок на себя, распоров псу всю бочину.

Ошеломлённый пёс даже не понял, что произошло, он только рухнул наземь тяжёлым мешком. Обжигающая боль в боку стала невыносимой, и пёс, заскулив, барахтался на земле, частично потерявшись в пространстве.

Хмурый победитель схватки снова сделал тройное резкое движение кистью левой руки (видимо, правая рука ему даже и не понадобилась), спрятал руки в карманы и ушёл прочь, даже не поинтересовавшись судьбой раненого пса. Ему было абсолютно плевать на всё. В его голове была только одна мысль: где взять денег на новую дозу, ибо

этот загадочный молодой человек был наркоманом.

Именно после этой истории дворовой пёс, «гроза» местной подворотни, чудом оставшийся в живых, превратился в полное тревоги и страха жалкое трусливое, которое местные жильцы подкармливали исключительно из чувства жалости.

***

Вечерело. Кай шёл через сквозные дворы и внимательно слушал план Ивана по поводу наказания Ольги и Сашки. Он даже не догадывался, что человек в дорогом костюме ведёт его по опасной тропе. Кай был очень зол и на наказание своих обидчиков настроился со всей серьёзностью.

— В целом твой план мне подходит, — мысленно обратился Кай к Ивану, — но я не совсем понял про моего помощника, который мне якобы поможет. Среди моих знакомых таких людей уже нет.

Кай чувствовал, как внутри всё сжимается. Он в один момент потерял и веру в светлую любовь, и веру в крепкую дружбу. От этих мыслей Кай был готов перекусить стальную цепь либо сбить угол кирпичного здания ударом кулака.

— Ты с ним скоро встретишься, — спокойным тоном сказал Иван, — даже быстрей, чем ты думаешь. Ты, главное, не дай своему страху вытеснить свою злость, в состоянии которой ты сейчас находишься, иначе всё пойдёт прахом. Или ты просто-напросто

умрёшь.

— Что ты хочешь этим сказать? — Кай не совсем понимал, что от него хочет этот широкоплечий бес.

Иван молчал. И тут проходя очередную арку, услышал металлический звук и боковым зрением успел заметить, как от кирпичной стены отслаивается тень. Наш герой не успевает обернуться, чтобы всё лучше рассмотреть, потому что его хватают сзади худыми ледяными руками: одна рука зажимает рот, вторая сжимает нож, который упирается Каю в глотку.

— Если я хоть звук услышу — ты труп, — хриплым низким голосом прошипел незнакомец.

У того начинается паника. Его дыхание резко учащается, и он не знает, что ему делать.

— Главное, не дай волю страху, иначе он тебя прирежет, а потом ограбит, — спокойным тоном сказал Иван.

— Как насчёт деньжат, сука, — резким тоном потребовал голос.

— Что мне делать?! — мысленно кричал Кай. — Иван, что делать?!

— Делай то, что я тебе сказал — не давай воли панике и страху, а ещё лучше верни свою злость и приумножь её! — интонация Ивана была абсолютно спокойной.

Рука тени, которая сжимала рот Каю, уже шарила по его карманам.

— Но как это сделать? Ведь мне и вправду страшно!

Кай внутренне был уже на грани срыва. Мочевой пузырь мог выйти из-под контроля в любую секунду.

— Всё очень просто, друг мой, — неспешно рассуждал Иван, — для разогрева вспомни, труп своей упокоенной матушки.

Кая словно током ударило. — Ну а потом вспомни, как твой лучший друг драл твою девицу. Вспомни эти стоны, эти шлёпающие звуки, вспомни, как блестели их тела…

Дальше Кай уже ни слова не слышал. В его голове рваными вспышками возникали обрывки сегодняшнего дня, словно он присутствовал на какой-то адской фотосессии. Труп матери, труп матери, совокупление тварей, труп матери, совокупление тварей… Кай скрежетал зубами, его глаза были налиты кровью. Сейчас он был готов

на всё, даже на убийство.

— Ух-х, какой ты красивый, — сказал Иван с улыбкой на губах, — твоя ярость просто зашкаливает! А теперь вырви жало у этой пчёлки и преподай урок вежливости. Но будь готов, что жало у него не одно.

Кай, словно завороженный, слушал Ивана, и когда тот закончил говорить, схватил рукой лезвие так, что большой палец упёрся в остриё ножа. Тень не успевает понять, что произошло, Кай резким движением выгибает лезвие, оно ломается и остаётся у него в руке. Как оказалось, нож-бабочка был дешёвой китайской подделкой. Тень в недоумении смотрела на оставшийся в руке поломанный нож, и Кай, пользуясь этой

растерянностью, бьёт противника с локтя в висок.

— Хо-хо! Хорош! — воскликнул Иван и стал хлопать в ладоши. — Тащи!

Удар был такой сокрушительной силы, что тень оказалась на земле. Это был худой высокий парень в толстовке с капюшоном. Тень мотнула головой, пытаясь развеять помутнение рассудка, потому что удар Кая, как выражается сейчас молодёжь, «забил памороки». После секундного колебания тень поднялась на ноги. Кай услышал ещё один металлический звук и тут же увидел ещё один нож. Тень была ещё оглушена, и нужно было пользоваться моментом. Кай встаёт в стойку и ждёт, что противник нападёт первым. Нападающий качается из стороны в сторону, делает шаг вперёд и наносит удар ножом, но Кай делает оттяжку и тут же отвечает ударом ноги в живот. Противник в капюшоне складывается пополам, и Кай наносит удар по руке с ножом, словно он вратарь, который хочет выбить мяч на середину поля.

Нож высоко подлетает в воздух и падает в пяти шагах от Кая. Обидчик снова на земле, он сжимает живот руками, пытаясь восстановить дыхание.

Кай тем временем поднял нож, вернулся к своему врагу, оседлал его и сорвал с него капюшон. Мутные глаза парня с чёрными кругами под глазами были безумны и пусты.

— Ну что теперь скажешь? — спросил Кай вне себя от ярости, прижимая нож к горлу бывшей тени. — Кто теперь из нас сука?

— Всё, Кай, уймись, — сказал Иван, — отдай человеку нож и познакомься со своим помощником.

— Что? П-помощником? — подумал Кай, сдвинув брови.

— Только не удивляйся, отдай ему нож, назови свой адрес, и он завтра же явится к нам.

— Что? — удивился Кай. — Отдать этому психу нож, чтобы он меня тут же подрезал? Не-ет уж. — Кай встал на ноги и смотрел на парня в капюшоне свысока. Потом он взялся за нож одной рукой, а второй — отломал лезвие так же, как сделал и с первым ножом. — Так будет надёжнее.

Наркоман взвыл от ярости, Кай тут же понял, что эти ножи были очень важны для него.

— Ты покойник! — дрожащим голосом выпалил лежачий парень.

Кай ничего не ответил, он просто ещё раз превратился во вратаря, который выбивает мяч, но в этот раз вместо ножа было лицо худого бледного парня. Бум! Лицо взорвалось кровью, и парень вырубился. Кай спокойно развернулся и пошёл домой.

— Иван, прости, но я не дам ему свой домашний адрес, — спокойным тоном сказал Кай, — иначе этот отморозок явится ко мне этой же ночью и подожжёт мой дом.

— Можешь не бояться, — ответил Иван, — этот не подожжёт.

Главная способность этого парня — умение владеть «бабочками», которые ты сегодня безжалостно сломал на его глазах. А пиромана в наших нынешних планах пока нет. Знакомство с ним запланировано на потом.

— О чём ты вообще тут толкуешь? Ты меня вёл прямо в лапы какого-то психа с полными карманами ножей, который мог меня легко прирезать, а ты заливаешь тут про каких-то пироманов!

Кай был сбит с толку. Он только сейчас начал осознавать всю серьёзность ситуации.

— У парня многодневная ломка, поэтому его шанс на победу был намного ниже. Если бы он тебя убил, то я бы даже не расстроился, потому что если ты не в силах справиться с обдолбанным наркоманом, то о серьёзных делах не могло быть и речи. А в остальном могу тебе сказать только одно: — не забегай вперёд, — сказал Иван, — делай то, что я тебе говорю и не торопи события.

Кай не ответил, он знал, что Иван ещё не закончил.

— Своё первое боевое испытание, — продолжил Иван, — ты прошёл на «отлично». Ты грамотно обезвредил врага, уничтожил его оружие прямо у него на глазах и в меру помял своего будущего напарника. То, что ты не дал ему свой адрес, — тоже правильно, парню нужно дать время остыть. Ну а к следующей встрече тебе нужно будет немного подготовиться, чтобы наладить с этим парнем контакт, поддобрить его и всё! Такого преданного и верного слуги тебе во всей области не сыскать.

— То, что этот отброс способен на убийство, — мысленно ответил Кай, — это я уже усвоил, но каким образом мне наладить с ним контакт — ума не приложу.

Кай уже подходил к своему дому.

— Всё до безобразия просто! Но на сегодня приключений уже достаточно. Сейчас иди домой и ложись отдыхать.

— Вряд ли мне удастся сегодня уснуть. — Кай выглядел очень уставшим. — Возврат с того света, смерть матери, измена, потеря друга, знакомство с обдолбанным психом — слишком много событий за один день. Даже если у меня и получится провалиться в объятия сна, то я уверен, что сниться мне будут лишь кошмары.

— На этот счёт можешь не переживать, — с улыбкой ответил Иван, — я сделаю так, что ты беспробудно проспишь до следующего утра. Мир сновидений очень сильно схож с моим миром, а так как в вашем мире я всего лишь бесплотный дух, то в мире человеческого сна — я всесилен! Да, и ещё, с сегодняшнего дня тебе будут сниться

только цветные и качественные сны, которые не будут забываться сразу после пробуждения. Большинство этих снов могут вызывать у тебя массу вопросов, и я с удовольствием помогу тебе с интерпретацией, если ты будешь в этом нуждаться.

— Охренеть, — улыбнулся Кай, прыснув смешком, — мало того, что у меня есть свой личный дух, который говорит со мной, всё про меня знает, умеет искать вещи на расстоянии, так он ещё Фредди Крюгер и Зигмунд Фрейд в одном лице! Я в шоке. Как же скучно я раньше жил.

— Ладно, хватит паясничать, — сказал Иван, — ступай домой, ляг в постель, закрой глаза и досчитай до десяти, а всё остальное я сделаю сам. Ну а завтра первым делом нам предстоит сделать пару интернет-покупок к грядущему примирению.

Кай пришёл домой. В квартире царила гнетущая тишина. Сняв водолазку, он подошёл к зеркалу и увидел, что полоса на шее стала фиолетовой.

— Давай ложись уже, — сказал Иван.

— Ты что, шутишь? — Кай произнёс эти слова вслух. — На часах только восемь часов вечера. Я думал ещё что-то перекусить и послушать музыку, это меня немного успокоило бы.

Каю действительно было дико ложиться спать в восемь вечера, но он настолько вымотался, что решил для себя сдастся при следующем же выпаде Ивана.

— Всё это можно будет сделать и завтра, а сейчас — спать! — в голосе Ивана звенела сталь, от весёлого беса не осталось и следа. — Тяжёлый день был не только у тебя, и если ты думаешь, что мне не нужно пополнять резервы своей энергии, то ты глубоко ошибаешься. Сегодня я вернул тебя с того света, а на это ушли почти все мои силы, я истощён до предела.

— Разреши полюбопытствовать, каким образом ты восполняешь свои потраченные силы? — спросил Кай и уже укладывался на диван в гостиной. — Ты тоже будешь спать?

— Нет, для меня сон это пустая трата времени, я не спал уже более тысячи лет.

— Не слабо, — присвистнул Кай. — Тогда каким образом ты набираешься сил?

— Исполняю чужие желания, — ответил Иван.

— Исполняешь желания? — удивился Кай. — Ты что, подрабатываешь феей? И каким образом это тебе придаёт сил?

— Я выполняю только глупейшие желания из самых заветных. — тон Ивана был строг и не терпел никаких поблажек или возражений. — А теперь закрывай глаза и начинай считать.

Кай ничего не ответил, он просто закрыл глаза и начал считать.

— Раз…

— Считай мысленно, — перебил Иван.

— Два… три…

Иван не стал ждать до того момента, когда Кай скажет «десять», и на расстоянии вытянутой руки сжал его сознанию сонную артерию на слове «четыре». После этого невидимая рука накрыла Кая лёгким пледом. Убедившись, что всё под контролем, Иван развернулся на пятках и пошагал тяжёлым шагом по гостиной. Эхо шагов билось

о голые стены и катилось дальше по коридору. Через мгновенье Иван исчез, а эхо продолжало биться о стены, словно птица в клетке.

ГЛАВА 7

ВАШЕ ЖЕЛАНИЕ ИСПОЛНЕНО!

Он. Он безумно влюблён.

Молодой человек, подающий большие надежды, заканчивает высшее учебное заведение, идя на отметку в среднем «хорошо». До выпуска осталось всего ничего. Последняя сессия успешно закрыта, и остаётся на носу остаётся лишь защита дипломной работы. Он никогда не был фанфароном, хотя кому-кому, а ему было чем похвастаться. Он отлично разбирался в точных науках, технике и искусстве. С ним

всегда было весело и интересно. Среди друзей он не был изгоем.

Также он был любимчиком большей части преподавателей его вуза.

Но его не манили перспективы, которые, по словам преподавателей, ему светили. Также ему было скучно в больших компаниях, в которых он оказывался. Всё это не потому, что он зануда или сноб, нет, всё намного проще. Практически всё его окружение обладает очень скудным интеллектом, и любой разговор его среди своих сверстников практически всегда заканчивается ярым обсуждением онлайн-игр.

Одни толкуют о заточке вещей и осадах замков, вторые — о танках и стратегии ведения боя (также не обходится без хвастовства), ну а третьи яростно обсуждают магические компании эльфов с орками.

А ему нечего сказать по этому поводу, потому что он не тратит своё время на компьютерные игры. Его удел — книги. Поэтому он просто слушает весь этот современный бред. Как же ему повезло, что он влюблён! Влюблён в неё…

Она. Она для него — Ангел во плоти.

Образец красоты и ума. С тех пор, как они случайно столкнулись в библиотеке (а встретить в наше время девушку в библиотеке — это уже победа!), почувствовали какую-то невидимую связь друг с другом и продолжили общение в соцсетях, потом начались вечерние прогулки, романтика. Чувство влюблённости грело его душу. В её компании он чувствовал себя более чем уютно. Обсуждение книг порой затягивалось до поздней ночи. Ну а когда она касалась его руки своей, то внутри него разливалось море удовольствия. Тем, кто никогда по-настоящему никого не любил, этого не понять. И тут он для себя осознал, что хочет прожить с ней всю свою жизнь.

Сегодня вечером они снова встретятся, и он, как школьник, пришёл на полчаса раньше. Он сжимал в руке алую розу и представлял себе её лучезарную улыбку.

— Я понимаю, что я пришёл раньше условленного времени, но я бы отдал всё, чтобы как можно скорее быть с ней, — подумал он.

Закрыв глаза, он стоял в волнительном ожидании, мечтая, что сегодня, возможно, решится впервые её поцеловать.

Пронзительный визг автомобильных покрышек заставил его открыть глаза — прямо на него мчалась машина. Она неслась слишком быстро, и было уже поздно что-то предпринимать. Далее для него всё происходило, словно в замедленной съёмке: капот, крыша, полёт в воздухе, асфальт. Ему казалось, что этот миг длился целую вечность.

Он лежал на асфальте с закрытыми глазами и боялся пошевелиться, но услышав уверенные шаги, открыл глаза. Перед ним стоял высокий, широкоплечий мужчина в дорогом костюме с закатанными до локтей рукавами.

— Ваше желание исполнено! — сказал человек в пиджаке с жуткой улыбкой на лице.

Он не совсем понимал, о чём речь и что именно хочет от него этот незнакомец.

— Простите? — он был в растерянности. — Какое желание?

Незнакомец подошёл ещё ближе, высокой тенью навис над ним и сказал:

— То, которое вы только что загадали.

Ему было не по себе, этот мужчина в пиджаке вселял в него настоящий ужас.

— Я только что ничего не желал, — сказал он и оглянулся. Недалеко от него была разбитая машина, из которой валил белый дым. Вокруг места аварии стали собираться зрители. Он, мужчина в пиджаке и машина были в эпицентре всеобщего внимания. Его насторожило только одно: вокруг была полнейшая тишина. Приехали пожарные

и карета скорой помощи, но звука не было.

— Может быть, это просто из-за потрясения, которое я только что пережил, — подумал он.

— Нет, это не из-за потрясения, — снова заговорил незнакомец, — а потому, что я исполнил ваше желание.

По его телу прошла дрожь. Этот тип умеет читать мысли.

— Я н-ничего не ж-желал, — испуганным голосом крякнул он.

— Извольте, сударь! — незнакомец широко открыл глаза, и его лоб покрылся глубокими морщинами. — Разве вы только что не желали быть как можно скорее рядом со своей дамой сердца и что ради этого вы отдадите всё что угодно.

— Д-да, у меня была такая мысль, как раз перед самой аварией, — ответил он, — причём здесь это?

— А притом, что вашу благоверную переехал горящий грузовик буквально десять минут назад. Вы загадали желание, когда она была уже мертва. Следовательно, то, что я организовал неполадку в мимо проезжающем автомобиле, который сбил вас насмерть, — я выполнил ваше желание.

— Как мертва?! — крикнул он и поднялся на ноги. — Что вы такое говорите? И почему вы говорите, что я мёртв, ведь я же жив!

Дорого одетый прохожий улыбнулся, взял его под руку и немного отвёл в сторону со следующими словами:

— Не паникуйте, — говорил широкоплечий незнакомец, — всё уже закончилось. Я понимаю, что я вас немного ошарашил своей прямолинейностью, но такова моя натура. Вы — люди — существа недоверчивые, вам подавай всё осязаемое и зримое. Ну что ж, я готов подтвердить свои слова.

Незнакомец развернул его, и он увидел себя самого, всего окровавленного, лежащего на асфальте в луже собственной крови. Ноги подкосились, и он упал на колени.

— Э… этого не может б-быть… — он отказывался верить своим глазам.

— Как ни прискорбна данная ситуация, но это так! Мне очень жаль, но вы — мертвы. И так как я выполнил ваше желание, то осмелюсь потребовать свою плату за проделанную работу. — с этими словами громила в пиджаке разматывал окровавленные бинты на своих ладонях. — Вряд ли я буду оригинален в выборе своей награды, но я желаю заполучить вашу душу.

Незнакомец широко улыбнулся, но парень видел в этой улыбке дьявольский оскал.

— Нет, я не хочу умирать, — шептал он, пытаясь уползти от сумасшедшего в пиджаке. Его лицо побледнело.

— Увы, — сказал с улыбкой Иван и выставил вперёд свои огромные руки, направляя раскрытые ладони на свежую душу.

Он посмотрел на повернутые к нему ладони, на которых были открытые раны. И именно это его и погубило. Раны начали расширяться, из ладоней полился яркий свет. Он смотрел, словно завороженный, на две светящиеся сферы на ладонях незнакомца. Маска страха была на его лице, тело окаменело и покрылось мелкими трещинами. Через мгновенье с лица полетели первые хлопья. Его тело разлагалось на бледные воздушные лепестки, которые затягивало в ладони Ивана.

После того, как последний лепесток души был впитан ладонью Ивана, свежие раны тут же затянулись и покрылись грубыми рубцами.

— Так намного лучше, — Иван, закрыл глаза, глубоко вдохнул, выдохнул и просиял своей самой широкой улыбкой. — Теперь можно снова приступить к работе.

Бросив презрительный взгляд на уже накрытое белой простынёй тело, Иван развернулся на пятках и пошёл прочь, тихо напевая шёпотом себе под нос:

Несётся на нас

Горящий «КамАЗ».

Я выбираюсь отсюда,

В этой игре я — пас.

ГЛАВА 8

ПОИСК РАВНОВЕСИЯ

Дверь тихонько скрипнула и отворилась. В узкую щель дверного проёма просочился мужской силуэт. Дверь закрылась, и прихожая погрузилась во мрак. Незваный гость стоял, прислушиваясь к каждому шороху, но кроме работы холодильника и тиканья стрелочных часов он ничего не услышал. За время, которое он стоял в бездействии, его глаза немного привыкли к темноте. Далее чужак расстегнул пуговицы длинного плаща и извлёк обрез. Бесшумными шагами он направился прямо в спальню. Вторгнувшийся в дом мужчина прекрасно знал, где она находится. Дверь в опочивальню была открыта, и цифровые электронные часы, которые стояли на телевизоре как раз напротив большой двуспальной кровати, бросали достаточно света, чтобы увидеть двух сладко спящих людей, которые сладко спали. Огромный ковёр на полу дал чужаку возможность беззвучно приблизиться и стать в ногах кровати. Он поднял руку и направил ствол на мужчину.

Первый выстрел достался хозяину дома. Он спал, поэтому ничего не почувствовал. Многие люди считают, что умереть во сне не самая ужасная смерть, но не в данном случае. От выстрела проснулась супруга уже покойного мужчины. Она мигом включила ночник и посмотрела на мёртвого мужа, на его шее зияла рваная рана и кровь хлестала на его пижаму. Ничего не успев осознать, она перевела взгляд на тень, которая частично закрывала циферблат электронных часов, а присмотревшись ещё внимательнее, девушка узнала убийцу. Набрав в лёгкие воздух, чтобы закричать, она даже не успела открыть рот, потому что раздался второй выстрел. Из дула обреза вылетела вторая порция дроби, взорвавшая лицо девушки, которая тут же обмякла

и рухнула обратно в постель. Опустив обрез, убийца стоял в облаке порохового дыма. Но сквозь звон в ушах он услышал торопливый топот маленьких ножек. Обернувшись, он увидел маленькую девочку, которая стояла в дверном проёме и не могла понять, что здесь происходит.

Почему этот дядя стоит в комнате у мамы и папы? Папа должен проснуться и прогнать его, потому что этот чужой дядя своими хлопушками может разбудить маму.

Человек с обрезом вздохнул, сделал резкое движение кистью руки, и обрез переломился пополам. По полу запрыгали дымящиеся гильзы. Он достал из кармана два патрона и медленно перезарядил оружие. Снова резкое движение кистью, и обрез был готов к бою.

Девочка по-прежнему стояла на том же месте. В полном молчании она безропотно следила за всем процессом перезарядки, всё ещё недоумевая, что же здесь происходит. Малышка хотела спросить дядю, кто он и что делает в комнате родителей, но не успела. Незнакомец поднял обрез и хладнокровно выстрелил. Девочка упала замертво, так и не сказав ни слова. Всё кончено. Спрятав своё оружие под плащ и сбросив карманный балласт в виде зелёных бумажек, убийца направился к выходу. Это были американские деньги, все купюры номиналом по пятьдесят долларов.

На пути к выходу лежал труп девочки с красным пятном на груди. Для него это не было препятствием, убийца переступил крохотный трупик и пошёл дальше. Открыв дверь на улицу, мужчина с обрезом обернулся и прислушался. Он ничего не услышал, кроме звона в собственных ушах, все были мертвы. Убийца вышел. Под порывом ночного ветра полы плаща незнакомца затрепетали. Ночь выдалась тихой и тёплой. Огромная луна освещала всё вокруг. Неожиданно раздалось карканье тысячи ворон, но убийца никак не отреагировал на это, он поднял ворот и теплее укутался в плащ.

Где-то в ночи было слышно жуткое пение тоненьким женским голосом, но и на это никак не отреагировал убийца. Выйдя на крыльцо, он с силой захлопнул за собой дверь.

Именно в этот момент Кай проснулся. В комнате звучала музыка. Приподнявшись на локте, он увидел, что его компьютер включен и запущен музыкальный проигрыватель «Винамп». Теперь Кай понял, откуда в его сне взялось карканье ворон и жалобное пение женским голосом. Из колонок звучала «Экзекуция» в исполнении группы

«##### (5 Diez)» с нужным уровнем громкости, тем самым уровнем, что открыл для себя Кай.

Кай был большим любителем музыки и совершенно случайно заметил, что если громкость винампа будет выставлена на три полных деления, а громкость стереосистемы стоит на отметке «16», то можно спать и есть высокая вероятность того, что она прорвётся сквозь пелену сна и будет тихонько сопровождать тебя в твоих же грёзах. Этот эксперимент действовал не всегда, но семь раз из десяти он успешно

работал.

— Доброе утро, друг мой! — радостно сказал Иван.

Кая передёрнуло. Он не мог пока привыкнуть к тому, что Иван рядом.

— Доброе, — бросил Кай.

Он вылез из-под одеяла и сел на край кровати.

— Разбудить меня такой песней была не самая лучшая идея, — вслух сказал Кай, — да ещё и в сочетании с тем кошмаром, который мне сегодня приснился.

— Спасибо, вижу, ты оценил моё умение соединять музыку с картинкой, — сказал Иван улыбаясь. — С меня мог бы выйти отличный звукач для каких-то кровожадных сиквелов.

— Псих, — сухо ответил Кай, — не делай так больше.

— Чего ты завёлся? Ведь было весело.

— Не очень. — ответил Кай и после короткой паузы продолжил. — И что это за шизанутые ужасы с убийцами-психопатами мне снятся?

Твоих рук дело?

— Это были не шизанутые ужасы с убийцами-психопатами, как ты их назвал, а всего лишь очная ставка, — от весёлости Ивана не осталось и следа, — можно даже сказать, что ты стал единственным свидетелем тройного убийства, которое до сих пор

не раскрыто.

— В смысле? — Кай пока не понимал, где Иван шутит, а где говорит правду.

— В прямом, — прозвучал холодный ответ, — это случилось прошлой осенью. Кстати, ты с ним в ближайшем будущем обязательно встретишься.

— Зачем мне с ним встречаться?

— И снова ты забегаешь вперёд, друг мой, — Иван снова повеселел, — я же тебе уже говорил, что всему своё время! Твоей первоначальной задачей есть примирение с нашим вчерашним знакомым, потому что тебе нужна помощь, чтобы поквитаться с твоей

девочкой.

Кай изменился в лице, оно стало непроницаемым, словно фарфоровая маска.

— Она не моя, — сухо ответил Кай, — и тем более, — не девочка. — После этих слов он поднялся и направился в ванную. Плеснув себе в лицо холодной водой, Кай немного успокоился.

— М-да, кажется, примирение немного переносится, — сказал Иван. — Прежде чем окончательно наказать твою… — Иван осёкся, — … прежде чем окончательно наказать нашу девицу, тебе нужно подравнять кое-какой момент, а то счёт с результатом 0:1 пагубно на тебя влияет.

Кай сначала не совсем понял, о чём речь, но потом смекнул, куда клонит Иван.

— Предлагаешь трахнуть лучшую подругу Ольги? — зашипел Кай.

— Закатай губу обратно, — был ответ, — эта высокомерная тварь тебя к себе и близко не подпустит.

— Тогда что ты предлагаешь?

— Воспользуемся эскорт-услугами, — весело сказал Иван.

— Спасибо за предложение, но я — пас, — Кай отнёсся равнодушно к идее Ивана.

— А твоего мнения никто не спрашивал, — хихикнул Иван, — я уже всё устроил. Наша продажная жрица любви уже в пути, так что поторопись с утренним умыванием и про душ не забудь.

Кай от неожиданности заплевал всё зеркало зубной пастой.

— Ты что, спятил?! — взревел Кай. — Кто тебя просил? Да и как ты вообще это сделал?

— Пусть это останется для тебя тайной, — хихикнул Иван. — А девочку я выбрал для тебя самую лучшую, так что не упрямься и приведи себя в порядок.

— Я же тебе сказал, что я не желаю играть в такие игры.

— Не капризничай, друг мой, она — профессионал. Я заказал весь курс: начиная от стриптиза и лёгкого расслабляющего массажа, заканчивая шикарным сексом. М-м-м, — Иван замычал, словно гурман, — класс! Эта сладкая штучка сделает всё сама. Если ты не захочешь трахнуть её, то хотя бы оцени гибкость её тела, это того стоит, я знаю, что говорю. Ты сможешь в любой момент сказать «стоп!» и она тут же остановится. Этой схемой пользовались Ванда фон Дунаева и Северин фон Кузимский, только там у них ключевым было слово, обозначающее цвет — красный. Что я тебе рассказываю, я же знаю, что ты читал эту занятную книжонку! Так что соглашайся.

Кай закончил умываться и стоял перед зеркалом в нерешительности.

— Ну не знаю даже, — мямлил Кай, а сам уже мысленно представлял себе полуобнаженную танцовщицу, — а хоть примерно можно поинтересоваться, какую сумму она запросит?

— О деньгах можешь не переживать. В прихожей на полке лежит конверт. Вручишь его по окончании мероприятия этой шкуре.

Там находится сумма, которая её полностью устроит.

— Ого, а можно полюбопытствовать, откуда деньги?

— После сходки всё тебе расскажу. Идёт? А сейчас нет времени на разговоры, ты либо соглашаешься, либо нет.

Кай замер, переваривая информацию, которой было реально многовато с утра. Он тарабанил пальцами по раковине и кусал губу изнутри.

— Ладно, — крикнул Кай явно громче, чем хотелось, — чёрт с тобой! Я согласен!

— Вот и чудно, — заулыбался Иван, — правильное решение. Наша сладкая штучка уже в пути, так что у тебя есть время принять душ и застелить постель.

Кай ничего не ответил, он ограничился лёгким кивком головы и направился в душ.

***

Наш разгорячённый Казанова метался по комнате, не понимая, как Ивану удалось уболтать его на эту сомнительную затею.

Но отказываться было уже поздно. Было немного страшно, но Кай решил для себя, что посмотрит стриптиз в исполнении этой городской куртизанки, скажет стоп, заплатит и отправит её домой. Звонок в дверь прервал поток мыслей. Кай бросился открывать.

Вытерев потные ладони о штаны, он открыл. На пороге стояла шикарная девушка в белой блузке и мини-юбке. Чёрные туфли на высоченных каблуках завершало её незамысловатый, но очень сексуальный образ! Чёрные кудрявые волосы доходили до плеч и были мокрыми. При виде больших неестественно синих глаз сразу было ясно, что девушка носит контактные линзы. При одном взгляде на круглую упругую грудь возникали похотливые желания.

Девушка не сказала ни слова, только подмигнула и улыбнулась Каю. Парень застеснялся и молча разглядывал гостью. Девушка, недолго думая, зашла, оглянулась и двинулась в глубь квартиры. Кай поспешно закрыл дверь и направился за незнакомкой. Когда стеснительный хозяин догнал гостью, то она уже стояла у стола с компьютером.

Грациозно нагнувшись, она вставила флешку, изъятую из крохотной сумочки, и начала работать мышкой. Кай наблюдал за дамой на расстоянии, пожирая взглядом её соблазнительные формы, не решаясь ничего спросить. В голове парня была до смешного глупая мысль, что за последнее время это уже второй раз, когда посторонние люди вставляют в его системный блок свои флешки.

Через пару минут заиграла музыкальная композиция. «Ins — LOVEHEADSHOT». Глупые мысли тут же развеялись и в предвкушении продолжения не очень культурной программы ладони Кая снова вспотели. Сделав погромче, девица по-кошачьи выгнулась и окинула Кая соблазнительным взглядом.

— Ты готов, сладкий мой? — спросила девушка и закусила нижнюю губу.

Кай был не в силах ничего сказать, поэтому неуверенно кивнул.

Девушка томно улыбнулась, ей очень нравились робкие клиенты, их можно было лепить, словно мокрую глину. Медленно пройдя по воображаемой линии, танцовщица вплотную подошла к Каю и нежно прильнула к нему. Растерянный парень не знал, как себя вести в подобной ситуации, поэтому стоял, словно каменный колосс. А она, в свою очередь, чувствовала себя как рыба в воде. Это была её стихия, и именно поэтому она захотела с ним немного поиграть. Плавные соблазнительные движения были идеальны. Девушка поднесла свои губы к губам Кая, и парень закрыл глаза в ожидании поцелуя, но это была хитрая игра. Чертовка втянула ртом воздух, так и не прикоснувшись к его губам. Вместо поцелуя Каю достался грубый толчок в грудь

и, не удержавшись на ногах, он рухнул в кресло. Девушка ловко забралась верхом на парня и, запрокинув голову, выгнулась. Прозвучала очередь расстегивающихся кнопок, блузка распахнулась и сползла с нежных женских плеч, перед лицом Кая оказалась шикарная грудь.

Руки девушки потянулись за спину, бюстгальтер щёлкнул застёжкой, и грудь выпрыгнула на волю из своего тесного плена. По телу Кая пробежал мороз. Девушка вывернулась и, не слезая с колен потенциальной жертвы, развернулась, прижавшись к его груди спиной. Взяв своими руками его руки, она положила их на горячую грудь и соблазнительно застонала. Соски девушки стали твердыми, Кай это ощущал, когда зажимал их между своих пальцев. Девица почувствовала оживление в штанах симпатичного клиента и решила немного потереться своими ягодицами о его колени. Не переставая извиваться, она ловко задирала юбку вверх до тех пор, пока не показались откровенные трусики красного цвета. Кай чувствовал, как внизу живота разгорается желание.

Полуобнаженная плутовка слезла с колен и зашла Каю за спину. Запустив обе руки ему под рубашку, она замурлыкала ему на ухо следующее:

— Я чувствую, как ты весь дрожишь, такое бывает. А ещё я чувствую, что ты хочешь меня. — девица провела по его шее и щеке кончиком языка. — Поэтому не будь глупышкой и не тормози уже запущенный процесс. Айда, развлечемся как следует, обещаю, тебе понравится.

Слова кончились, и язык молодой искусительницы отправился в ухо скромному клиенту. Кай был на гребне удовольствия. Всё, что с ним происходило, ему, безусловно, нравилось. Она схватила его за волосы и грубо рванула на себя. Кай невольно запрокинул голову.

Даже не успев вскрикнуть от боли, Кай почувствовал, что язык девицы уже у него во рту. Он не стал сопротивляться и ответил на поцелуй.

— Good boy, — сказала девушка томным голосом порноактрисы.

Отпустив волосы нашего героя, она обошла вокруг кресла, стала так, чтобы Кай мог её хорошо видеть. Немая встреча взглядов, после чего девица развернулась и медленно, покачивая шикарными бедрами, направилась в комнату Кая, где была кровать. По пути юбка была изящно сброшена на пол. Остановившись в дверном проеме, хозяйка положения обернулась, поманила Кая пальчиком и продолжила вальяжно двигаться к кровати, по пути немного спустив трусики, но до конца так и не сняв.

Песня сменилась другой композицией, уже незнакомой Каю, но очень похожей на первую. Кай встал со своего места и на ватных ногах кое-как добрел до дверей. Абсолютно нагая искусительница извивалась на постели, лаская себя и постанывая.

— Ну чего же ты ждешь, дурашка, — улыбнулась девица, — сбрасывай с себя одежду — она нам будет мешать — и нападай!

Здравое мышление Кая здорово затуманилось. По ощущениям это было похоже на сорванный стоп-кран. Кай уже ни о чём не думал, он просто сдирал с себя одежду. Шнурок на штанах, вместо того чтобы развязаться, затянулся двойным узлом. Так бывает, но сейчас это было совсем не вовремя. Кай пытался быстро развязать узелок, но своими конвульсивными движениями только насмешил свою гостью.

— Поторопись, Буратино, а не то я могу начать без тебя, — сказала девица и отправила свой средний и указательный пальцы себе в рот.

Кай рванул на себе штаны, но они не поддались, поэтому он стащил их силой. Из-за завязанной веревки, Кай содрал себе с бедра кожу. Сбросив с себя всю одежду, Кай запрыгнул на девицу и хотел было поцеловать её в губы, но та увернулась.

— Не спеши, дружок, — она закрыла ему рот своей ладонью, — ты заставил меня ждать, играясь со своими штанами, а я не люблю, когда меня заставляют ждать, поэтому я налагаю на тебя небольшую штрафную санкцию. Так что, будь добр, немедленно приступи к исправительным работам.

После этих слов она взяла его за волосы и дерзко опустила вниз.

— Сделай там всё как следует, не стесняйся, — сказала она и положила свои ладони ему на затылок.

Легкие женские стоны, круговые вращения тазом и еле уловимый шепот, гласивший «good boy», «good boy», давал Каю понять, что он делает всё правильно.

Кай мысленно отключился, выбросив из головы все проблемы, и полностью отдался процессу.

***

Кай проснулся в своей постели один. В ванной шумела вода, значит, его гостья ещё не ушла. Он сладко потянулся, зевнул и, улыбаясь, остался валяться в постели. Сейчас Кай чувствовал себя отлично. Настроение приподнятое, состояние бодрое, голова ясная. Он

даже подумать никогда не мог, что секс может быть таким шикарным способом, чтобы отвлечься. Это как глоток свежего воздуха после долгого пребывания в тёмном сыром подвале.

В комнату вошла она, вся мокрая. Её тело было закрыто полотенцем.

— Здравствуй, красавчик, — она соблазнительно улыбнулась.

— П-привет.

— О-о, у нас прогресс, первое слово за второй день, неплохо, — девушка звонко засмеялась. — М-да, хорошо, что в искусстве любви ты разбираешься больше, чем в искусстве ораторского мастерства, а то вчера мне было бы скучно.

Кай ничего не ответил, он лишь немного покраснел.

— Мне пора собираться, сладкий мой, хотя я бы с удовольствием осталась с тобой на завтрак, который бы случился у нас прямо на столе. — девица закатила глаза и закусила губу якобы от удовольствия. — Но нужно бежать, меня подружки ждут, у нас сегодня намечается небольшая оргия, так что нужно привести себя в порядок. Если хочешь, я бы могла тебя взять с собой, ты, как оказалось, очень способненький мальчик.

Кай никак не ожидал такого поворота событий и тут же побледнел.

— Судя по цвету твоего лица, ты ещё не готов к подобным мероприятиям, да?

Кай энергично закивал головой.

— Ну хорошо, пока что оставайся дома и читай литературу, которую тебе задали на каникулы, а мамочка сходит по делам. Всё ещё влажная нимфа сбросила с себя полотенце и увидела, что застенчивый мальчишка внимательно рассматривает её. Обнаженная леди осталась довольна взглядом голодного юнца, улыбнулась, посла-

ла ему воздушный поцелуй и начала одеваться.

У выхода девушка взяла конверт с полки, на который указал Кай, заглянула внутрь, и её бровка довольно дрогнула.

— Спасибо тебе, богатенький Буратино, за шикарно проведенное время. — девушка спрятала конверт в сумочку и поцеловала Кая в лоб. — Надеюсь, что у тебя нет постоянной спутницы и что ты захочешь снова со мной встретиться, я буду очень ждать, — промурлыкала довольная девушка и ещё раз его поцеловала. — Чао, морячок.

Она вышла и захлопнула за собой дверь, Кай не спускал с неё глаз до самого закрытия двери.

— Ну, что ты теперь скажешь? — раздался голос Ивана.

— Скажу, что не обламывай мне послевкусие этой встречи, дай посмаковать пережитые прелести, которые я вытворял с этой штучкой. Кстати, что было в конверте?

— Ты вытворял? — раздался зычный хохот. Вопрос Кая был нагло проигнорирован. — Не смеши мои запонки. Тебя оттрахали, как зажатую школьницу! Ты за всё время сказал одно слово, а теперь претендуешь на звание хозяина положения. Забудь, мямля! Продажная барышня тебя немного морально разгрузила, этого вполне доста-

точно. А теперь, папа карпачо, садись за компьютер и принимайся за дело!

Кай хотел было уже поспорить, но темный щегольский товарищь был прав, вчера скромность и застенчивость взяли верх. Поэтому парень фыркнул и занял место за столом.

— Что ищем? — спросил Кай.

— Ножи-бабочки из титанового сплава.

— Когда ты говорил, что этот нарик — мой будущий напарник, ты ведь шутил, правда? — Кай застучал по клавишам.

— Нет.

ГЛАВА 9

ВЫНУЖДЕННОЕ ЗАТИШЬЕ

Девушка в халате лежала на диване и лениво листала ленту новостей в соцсетях на своём телефоне. Избитые цитаты и глупые картинки наводили на неё тоску. Ей было реально скучно, а безделие только ухудшало её настроение. Войдя в свои сообщения, она увидела, что её подруга тоже в сети, и решила ей написать.

— Лизка, привет.

— Привет, моя любимка, — ответила подруга и в конце сообщения добавила смайлик в виде помадного следа от пухлых губ.

— Ты знаешь, я отфутболила Кая.

— Знаю.

— Так вот, я уже соскучилась за ним. Подскажи, как мне быть? Может, написать ему?

— Олька, не будь дурой! Просто лайкни его фотку, и он тебе сам напишет, — и подруга добавила смайлик в виде красного чёртика.

— Я бы так и сделала, но он ещё ни разу не появлялся в сети с того дня, когда я дала ему понять, что я девушка свободная. А его дружок не дает мне прохода после того, как он помог мне провернуть расставание с моим Каюшей. Кстати, он полный придурок, надоел мне уже.

— Да пошли ты их обоих!

— С Сашкой так и сделала, а Каюше, наверное, сейчас напишу. Хочу его. Хотя бы разик, — и после точки посыпался целый ряд сердечек и хлопушек.

— Как знаешь, подруга. Я бы не писала. Много чести.

Ольга ничего не ответила подруге, она свернула приложение и открыла свои SMS-сообщения. После долгого подбора слов она отправила Каю короткое сообщение и с нетерпением стала ждать ответ.

***

Кай закончил с заказом ножей через интернет. Ножи были выбраны, заказ сразу же оплачен через банковскую карту Кая. Домашний адрес Кая указывать не стали. Иван сказал, чтобы Кай указал адрес ближайшего отделения почты, номер мобильного телефона и пометку «До востребования!». Продавец пообещал, что ножи отправит сегодня же, так что завтра посылка будет уже на месте.

— Все! Что будем делать дальше? — спросил Кай.

— Пока ничего. Ждём посылку, — спокойным тоном ответил Иван.

Телефон Кая завибрировал на столе. Кай нажал на конвертик и прочитал сообщение: «Мне скучно».

— Тварь! Она мне ещё и пишет, — лицо Кая исказилось от гнева. — Сейчас я тебе отвечу!

— Не торопи события, — вмешался Иван. — Во-первых, не стоит отвечать на провокационное сообщение сразу же, как только оно пришло, потому что это выглядит так, будто ты только и делал, что, не выпуская из рук телефон, ждал в надежде, что она напишет. Во-вторых, не вздумай ответить на вопрос положительно, это будет тоже не в твою пользу. Ну а в-третьих, вообще не отвечай! Как минимум до тех пор, пока не наладишь отношения со своим новым другом.

— Но почему? — Кай был возмущен. — Я бы с удовольствием сейчас ей ответил, и этот ответ точно не был бы положительным.

— Желчный плевок хамства и обиды может сыграть с тобой злую шутку, и тогда уж точно весь замысел рухнет. Нам нужно продержать её хотя бы пару дней в неведении. Будет лучше, если ты сейчас просто проигнорируешь это сообщение, а ещё лучше —

выключи телефон. Сейчас у неё на душе чувство потери своей собственной вещи, игрушки, которую она выбросила после того, как вдоволь наигралась.

Кай почувствовал себя неловко, когда Иван назвал его игрушкой, но ничего не сказал, потому что именно так и было, и он это прекрасно знал сам.

— У такой девицы, как наша подопечная Ольга, — продолжил Иван, — такое состояние продлится около трёх недель, но это при условии, что ты будешь всячески её игнорировать. После того, как она увидит, что интересующий объект активно её избегает и не идёт на контакт, ей всё это надоест и она начнет успокаиваться и переключать внимание на других, более современных и более сговорчивых индивидуумов, которые будут проявлять к ней интерес.

Если же ты изначально клюнешь на эту дешевую уловку, то она поймет, что ты к ней ещё не остыл окончательно и снова будет потихоньку пускать тебе пыль в глаза, а сама в это время начнет вить вокруг тебя паутину, пока окончательно не закуклит тебя в кокон пресмыкающегося раба.

Пробьет час, и ты сможешь высказать всё, что у тебя накипело внутри, а пока нам нужно выиграть время. Ты меня понимаешь?

— Понимаю, — тихо ответил Кай и выключил свой телефон.

ГЛАВА 10

ДЕЛЬНЫЙ СУВЕНИР

Прошло два дня. Посылку немного задержали. Причиной тому послужила ошибка, которую отправитель допустил в индексе. Но эта заминка никак не повлияла на общий план действий. За это время Кай упорядочил свои мысли, мысленно составил представление о том, как он будет вести себя при второй встрече с наркоманом

и, конечно же, за всё это время так ни разу и не включил свой телефон.

Сейчас наш главный герой прямо с почты направляется в гости к любителю

ножей-бабочек. Дом по указанному Иваном адресу находился на соседней улице, до которой было семь минут пешего хода. На шее у Кая болтались его новые наушники, которые Иван заставил взять с собой, не объяснив толком, с какой целью это нужно было сделать. По пути в Кая врезался молодой паренёк лет пятнадцати с виду.

В его ушах торчали вакуумные наушники, а в руках был телефон, от которого прохожий не отводил взгляда, причиной этому и стало столкновение.

— Простите, — сказал прохожий и вытащил из ушей «бананы».

— Да ничего страшного, — улыбнулся Кай и пошел дальше.

— Запомнил его? — Иван подал голос.

— Кого? — Кай не совсем понял, кого нужно запомнить, и стал оглядываться по сторонам.

— Мальчишку, который в тебя только что врезался. Не знаю, как ты, а он тебя о-очень хорошо запомнил. Тебя и твои наушники.

Кай оглянулся назад, но за спиной уже никого не было, тротуар был пуст. Куда подевался невнимательный мальчик, осталось для Кая загадкой.

— А куда он делся? — Кай растерялся.

— У же неважно, мальчик мой, просто в следующий раз будь внимательнее. С того момента, как я вытащил тебя из петли, все случайности напрочь исключаются из твоей жизни. И чем скорее ты усвоишь эту аксиому, тем лучше для тебя. А этот

змеёныш скоро попытается тебя ограбить, вот тогда вы с ним и познакомитесь.

— Ничего не понимаю, — Кай отрицательно замотал головой. — Давай сначала решим вопрос с наркоманом, хорошо?

— Первая умная вещь, которая слетела с твоих уст за последние сутки.

Кай молча выдержал обидный выпад и не стал вступать в дискуссию. До указанного демоном пункта наш герой так и шёл молча.

Первый подъезд, второй этаж, квартира номер восемь. Кай позвонил в звонок. Никаких признаков жизни. Кай позвонил ещё раз, уже настойчивее. Тишина. Иван молчал, и наш герой не хотел его тревожить, поэтому решил постучать в дверь. И при первом же ударе дверь приоткрылась.

«Ловушка» — первое слово, которое пришло Каю на ум. Но щегольская сущность молчала и было два варианта: либо Иван отлучился и не может предупредить нашего героя об опасности, либо никакой опасности вовсе нет, и демон просто молча наблюдает за происходящим.

Кай решает не задавать никаких вопросов и войти внутрь. Пара шагов, и Кай, прислушиваясь, замер на пороге. Резкий кислый запах ударил в нос. Ещё пара шагов. Скрип половых досок выдавал точное местонахождение нашего героя, и это ему не очень нравилось. Кай прошел ещё одну комнату. Вокруг творился жуткий бардак.

— Эй, есть кто? — тихо спросил Кай.

Ответом была тишина. Оставалась ещё одна приоткрытая дверь, из дверной щели лился тусклый электрический свет. Кай медленно приоткрыл дверь, и перед ним оказалась крохотная комнатка с голыми стенами и одинокой лампой под потолком без люстры. В комнатушке с трудом помещались деревянный стол и старая панцирная кровать.

На столе догорала свеча, рядом со свечой лежала закопченная копотью ложка, на полу валялся пустой шприц, а на кровати лежало тело наркомана с открытыми глазами и разбитым лицом. С последней их встречи лицо наркомана стали украшать гематома под левым глазом и затянувшаяся рана возле верхней губы.

Увидев пустой шприц, Кай сделал вывод, что наркоман принял дозу и мирно ловит кайф. Он только подошёл к лежащему на кровати овощу и приложил три пальца к шее. Пульс есть.

— Что мне теперь делать? Ждать, пока он очухается?

— Нет, — сухо ответил Иван. Как оказалось, он всё это время находился рядом. — Оставь ему свой адрес и убирайся отсюда, здесь может быть небезопасно.

— Я очень сомневаюсь, что он явится по указанному адресу сразу же как проснется.

— У нас нет времени ждать, пока он придет в чувство, так что нам остается только надеяться. Оставь адрес и сваливаем отсюда.

Кай задумался. После недолгих размышлений наш герой стал распечатывать посылку. Достав один из ножей, Кай стал его рассматривать. Это был шикарный чёрно-белый матовый нож.

Кай по-дилетантски открыл нож двумя руками и оценил в руке его вес.

— Красивая штучка, — сказал он вслух Кай.

После положил нож на стол, а сам принялся искать бумагу, на которой мог бы черкнуть пару строк. Беглый поиск ничего не дал, все шкафы и серванты оказались пусты. Лишь на одном из подоконников оказался огрызок простого карандаша. Кай уже хотел написать прямо на столешнице, но в последний момент обнаружил под одной

из ножек стола книгу. Твердый переплёт черного цвета был изрядно поцарапан. На лицевой стороне книги были нарисованы два дракона, которые двигались по кругу, и каждый из драконов заглатывал чужой хвост. Как впоследствии оказалось, это была шедевральная вещь из-под пера мастера жанра Марио Пьюзо «Крестный отец».

— За такое обращение к книгам я бы его придушил прямо сейчас, — буркнул недовольный Кай и по-детски стукнул наркомана этой же книгой по голове. Жертва ребяческого насилия даже не шелохнулась.

Кай по привычке пролистал всю книгу, никаких закладок не обнаружилось.

Он так и думал.

Лишь первая страница, на которой были изображены те же драконы, что и на обложке, выпала из переплета и упала на пол. Кай поднял вырванную страницу и, недовольно вздохнув, принялся писать на ней ранее найденным огрызком карандаша.

После этого Кай оставил книгу на столе, взял нож и направился к выходу. Возле дверей наш герой оглянулся на беспечное кайфующее существо, он всё никак не мог понять, какую помощь может принести этот овощ. Ещё раз фыркнул, с силой пригвоздил к дверям записку новеньким ножом и удалился прочь.

ГЛАВА 11

ОЛЬГА

Завтрак из кукурузных хлопьев, залитых молоком, не приносил никакого удовольствия. Ольга и не ела толком, она просто перемешивала вязкую жижу в тарелке и поймала себя на мысли, что молчание Кая пагубно на неё влияет. Она не привыкла к такому отношению, ей было дико, что парень смеет её так нагло игнорировать. Закралась даже мысль, что она по-настоящему влюбилась, но с брезгливым отвращением была быстро откинута, Ольга не верила, что какой-то там прохвост, даже такой идеальный, как Кай, способен влюбить в себя леди Неприступность. Ольге были чужды серьезные отношения, она не относилась к разряду девушек, которые

хотят поскорее выйти замуж, завести детей, свить уютное семейное гнездо и так далее. Нет. Её интересовали только мимолетные интрижки, толпы ухажёров, которыми можно помыкать, при этом ничего не терять и не давать взамен. Ну и самый желанный пункт — это секс.

Ольга очень любила совокупляться с молодыми парнями, и чем чище

и скромнее субъект, тем больше Ольге хочется его соблазнить.

После того как она осчастливливала очередного застенчивого птенца, он тут же пытался возомнить себя бывалым орлом и всяческими способами показывал, что хочет серьезных отношений. Вот на этой позитивной ноте Ольга и рубила по канату надежды наивных желторотиков своим топором эгоизма и безразличия.

У каждой уважающей себя девушки есть своё хобби. Кто-то собирает фарфоровых ангелочков, кто-то продает косметику, кто-то играет в бадминтон. У нашей же героини очень жестокое, лишённое всякой фантазии, хобби — коллекционировать разбитые надежды. Всё было бы ничего, если бы она дурачила бывалых мачо, которым плевать на серьезные отношения или на новость о расставании. С такими толстокожими, самовлюбленными охотниками играть было неинтересно, поэтому Ольга «откусывала головы» только слабохарактерным юношам, которые верят в большую и светлую любовь. Ну а когда эти неудачники после принятия к сведению того факта, что с ними поиграли и теперь они больше не нужны своей королеве, ещё и любовные сообщения с просьбами о примирении и клятвами в вечной любви пишут, то это просто триумфальная и безоговорочная победа! Такие расставания Ольга просто обожает.

Вот и Кай оказался таким же влюбчивым молодым человеком.

Но вот было в нем что-то такое, что очень выделяло его из общей массы, и Ольга это отличие сразу заметила и ловко забросила крючок, который доверчивый Кай тут же проглотил. Всё закрутилось по стандартной схеме искусительницы, и когда дело дошло до постели, то выплыл один очень интересный факт — Кай оказался совсем неопытен

в постели с девушкой. В этот момент Ольга поняла, что сорвала джекпот и тут же обхватила свой девственный приз обеими ногами и стала обучать его искусству любви. Позы менялись одна за другой, Ольга уже была готова задохнуться от удовольствия, а её горячий ученик всё не выдыхался и с каждым часом становился всё выше и выше в рейтинге её любовников, пока не занял почётное первое место!

Кай нравился Ольге. Он был простым, веселым, харизматичным, очень быстро освоил науку любви Ольги. Девушка не собиралась бросать этого монстра секса. Но пришел тот день, когда Кай завел разговор об отношениях. Нашу Снежную Королеву передернуло, но поначалу она не подала виду и ловко уходила от прямого ответа. Ольга поняла, что пришло время списать Кая как очередного использованного игрока, но что-то внутри не давало ей сделать этого. Она не могла открыто ему сказать, что всё кончено, и ей приходит в голову, что нужно сделать так, чтобы он сам её бросил. Ольге пришлось связаться с этим неудачником Сашкой, лучшим другом Кая. Она очень долго пыталась объяснить этому тугодуму, чего она от него хочет. В итоге он разродился идеей с подставным бой-френдом и якобы скрытой фотосессией. За то, что он ей поможет, была запрошена банальная плата — секс.

Ольга была возмущена дерзостью этого выскочки, именно поэтому она не работает с такими, как Сашка, потому что они точно знают, чего хотят, в отличие от неуверенной и застенчивой половины парней. Ольга согласилась, а Сашка потребовал «половину вознаграждения» прямо на месте встречи. Это переходило все границы, но у Ольги не осталось выбора, потому что, если сделка будет расторгнута, то неизвестно, в каком свете этот мелкий прыщ донесет их разговор до Кая. «Оплата» состоялась, механизм был запущен. Девушка добилась долгожданного расставания, но, как позже

оказалось, Кай был не готов к принятию столь откровенной новости от друга и произошел конфликт, который чуть всё не испортил. Ольга надеялась, что после выяснения отношений Кай не сдастся и продолжит донимать её звонками, сообщениями и личными визитами в надежде помириться. Но этого не случилось, Кай сдался (или просто был понятливым парнем, что только укрепляет его на почетном первом месте) и после разрыва полностью исчез из жизни девушки. Холодная липкая пустота, которую оставил после себя Кай, не заполнялась мольбами о примирении. В такой ситуации Ольга оказалась впервые, и ей стало грустно, что пришлось порвать с безоговорочным фаворитом. Желание самой позвонить или написать Каю с каждым часом становилось всё сильнее, но пока Ольга держалась, хотя была уже на грани.

Эксперт по наплевательскому отношению к чувствам чужого человека сама угодила в капкан игнорирования. После долгих размышлений было принято решение, что если он не позвонит до завтрашнего вечера, то она сама это сделает! Оставшись довольной своей мозговой деятельностью, что для неё очень непривычно, Ольга принялась

поглощать уже напрочь раскисшие хлопья.

ГЛАВА 12

ВЗЯТКА ПРИНЯТА, НО РАЗГОВОР ЕЩЁ НЕ ОКОНЧЕН

В желудке была пустота, кроме сильного спазма там больше ничего не было. Голова при малейшем телодвижении шла кругом. Дикая боль пульсировала во всех мышцах. Ломка прогрессировала. Ощущалось огромное желание кого-то убить или умереть, лишь бы не чувствовать этой боли. Дрожь в руках, неудачная попытка встать на ноги. Луч света пробивался через прореху в занавеске и падал на стол. Это означало, что на охоту выходить рано и можно ещё полежать.

Он бревном лежал на кровати и таращился в потолок. В голове помаленьку прояснялось, но общее состояние оставляло желать лучшего. Через десять минут полнейшего покоя ему удается встать на ноги. Он плавно начинает двигаться в сторону выхода из комнаты, чтобы найти хоть что-то съедобное. В холодильнике оказалось пусто, в кухонном столе — тоже. В хлебнице нашлась черствая краюха хлеба.

Он набрал в чашку проточной воды и, стал грызть сухарь, запивая его водой со вкусом хлорки. Завтрак был скудным, но ему этого будет достаточно, чтобы немного привести себя в чувство. Он вернулся в комнату, уселся на кровать и начал думать. Скоро стемнеет и придет пора, выходить на охоту, но у него теперь не было «аргументов», с помощью которых можно требовать добычу от прохожих. Последний щенок оказался с зубами и не позволил провести привычный ритуал опустошения чужих карманов. Более того, эта мразь лишила меня моих… ножей.

Мысли в голове замерли, когда он ставил чашку и стол качнулся. Книга, которая лежала под ножкой стола, находилась на столешнице. Странно как-то всё это. Он не помнил, чтобы её оттуда вытаскивал. И тут взгляд пал на лист бумаги, который был пригвождён к двери новым, шикарным ножом. Напряжение в его теле стало стремительно нарастать. «А вдруг этот некто всё ещё в моём логове?» — первое, что

пришло ему в голову. Режим тени тут же активировался, зрачки расширились. Это было с ним впервые в светлое время суток. Затылок интенсивно пульсировал, в руках была нежелательная дрожь, он встал и по-кошачьи добрался до дверей, выдернул нож, прижался спиной к стене и стал слушать. Было тихо, слишком тихо. Передвигаясь

короткими перебежками, он обошел весь дом. Было странно, но в помещении никого не было, входная дверь открыта. Так часто бывало, когда он возвращался домой в беззаботной расслабленности. В такие моменты всякие мелочи такие, например, как закрытие двери, были слишком ничтожны, чтобы об этом стоило заботиться.

Закрыв дверь, он вернулся обратно. По пути был подобран листок из книги. Присев на кровать, он принялся читать.

«Увы. Первое знакомство прогремело провалом. Будем надеяться, что при второй встрече ты будешь более сдержан. Прости, что оборвал крылья твоим «бабочкам». Ты нападал, мне пришлось защищаться. Готов возместить ущерб. Первый нож уже

в твоих руках, за вторым придешь в парк. Встречаемся сегодня в 23:00.

Надеюсь, ты будешь более дружелюбным, чем в прошлый раз. Р. S. «Крестный отец» не достоин такого к себе обращения. Если его прочесть, то можно кое-чему научиться».

— Мало того, что этот сукин сын разбил мне лицо, сломал моих «кормилиц», выследил меня, проник в моё убежище, так он ещё и учит меня жить! Этот урод крепко рискует своей шкурой, — возмущению наркомана не было предела.

Наркоман роптал на дерзость залётного смельчака, а вместе с этим рассматривал свою новую игрушку. Стальная полоска была идеальна. Приятный холодок успокаюваще воздействовал на общее состояние наркомана. Новый нож был тяжелее, чем его прежний. Резкое тройное движение кистью моментально превращало нож в безобидную рукоятку. Когда в его кармане было это чудо, то он чувствовал себя намного увереннее. До встречи с ничтожным выскочкой оставалось шесть часов, это означало, что у наркомана будет время выкурить резервную пипетку травки и ещё поспать, чтобы набраться сил.

***

— А если этот тип снова обдолбается и придет на встречу в невменяемом виде? Я не хочу снова рисковать своей шкурой ради какого-то сомнительного шанса обрести, как ты выражаешься, слугу.

Кай серьезно волновался, что и в этот раз ему удастся выйти победителем в схватке с отпетым «неадекватом». Тем более, что теперь у этого типа будет титановое продолжение руки, которое не удастся так просто сломать.

— Да не переживай ты так, — Иван, как всегда, был на позитиве, — к чему эта сушка весел раньше времени? На твоей стороне светлый разум и тёмная сущность. Я бы на твоём месте вообще не волновался.

— Да что ты говоришь! А на его стороне титановое перо и жажда мести, плюс плотная, многослойная пелена от наркотиков разной тяжести. Современным языком этого человека можно обозначить одним словом — отморозок.

— Если ты сделаешь всё так, как я сказал, при этом будешь вести себя уверенно и не показывать страха, то он может клюнуть.

— Может?! Спасибо, успокоил.

Кай был в тупике. С каждой репликой Ивана желание идти на встречу с наркоманом стремительно уменьшалось.

— Я не виноват, что время так помяло людей. Пару столетий назад уверенность в людях была обыденным безоговорочным делом, женщины были леди, а мужчины — джентльменами. Если джентльмен что-то говорит, то этому можно было верить, потому что на кону была его репутация. А сейчас о своей репутации пекутся разве что хозяева продуктовых магазинов и цветочных киосков, и то это всё искусственно. В душе им плевать на всех и каждого, но они готовы кривляться, кланяться в ножки только ради того, чтобы их товар не пропал и не пришлось подсчитывать убытки.

Что касается простых смертных, то тут об уверенности вообще нечего говорить. Особенно если речь идет о современной молодежи. Они произносят вслух громкие клятвы, по пьяни называют друг друга братьями, обещают вечную дружбу, а в итоге даже не брезгуют овладеть девушкой друга, которая перебрала лишнего на дискотеке и которая, как оказывается, всю жизнь была влюблена в другого. А когда вся эта грязь всплывает, то все клятвы бьются, словно хрустальный кувшин о бетонный пол.

Что касается женских клятв и обещаний, то тут ещё проще.

Фраза «я просто пошутила» или «я не помню» является финальным

элементом в любой конфликтной ситуации.

— Всё это я и без тебя знаю, — возмутился Кай, — лента новостей в любой соцсети просто кишит изобилием такой информации. Ты мне лучше скажи, что мне делать с твоим наркоманом.

— Есть только одна вещь, на которую он может купиться.

— Какая?

— Любопытство. Просто сделай всё так, как я сказал, и будет тебе счастье!

Грубый гортанный смех демона заставил Кая поёжился. Замысел выглядел очень сомнительным, но жажда мести за материнскую кончину была всё такой же сильной, и поэтому Кай решает рискнуть.

***

Вечерний мрак был для него родной стихией. Прохладный воздух освежал разум. Время встречи приближалось. Полная луна была сегодня не на его стороне, яркий лунный свет заливал всё вокруг, от этого тени было сложно спрятаться.

Через парк шел неизвестный в чёрной кофте с капюшоном. Он посмотрел прямо ему в лицо, словно этот прохожий знал его точное местоположение. Дойдя до лавочки, неизвестный не сел на неё, а облокотился сзади, достал из кармана нож, вонзил его в спинку лавочки и, сложив руки на груди, смотрел в тень прямо на него.

Внутри наркомана было замешательство: неужели этот выскочка смог увидеть его в этой густой тени старого дуба? А теперь он ещё и машет ему, чтобы тот выходил. Такого с наркоманом никогда не было. Тень решает покинуть своё укрытие и выйти на свет. Медленные неуверенные шаги сокращали расстояние между ночными посетителями парка.

Когда наркоман подошел, Кай жестом указал на нож и улыбнулся.

Наркоман выхватил нож, торчавший из лавки, и достал из карман второй нож, уже приведенный в боевое положение. Кай не шелохнулся, он продолжал улыбаться. Наркоман был готов расправиться с наглецом и уйти прочь, но перед решающим выпадом его голова сильно закружилась и картинка перед глазами поплыла. Обладателя ножей качнуло.

Стараясь совладать с вестибулярным аппаратом, наш наркоман снова взглянул на того самого выскочку и увидел его с нимбом. Только нимб был не над головой, а вокруг шеи. Он сделал вывод, что резервная травка оказалась качественной и её действие продолжается. Что-то сегодня у него внутри было против насилия, и наш наркоман

решает, что у этого прохвоста просто счастливый день, пусть живет.

Синхронное складывание ножей произвело на Кая положительное впечатление. Наркоман, спрятав своих «друзей» в карманы, развернулся и ушел.

— Стой, у меня есть к тебе предложение, — сказал Кай.

Наркоман ничего не ответил, он просто остановился, не поворачиваясь лицом.

— Мне нужна помощь. Помоги мне организовать убийство одного человека.

Никакой реакции не было, наркоман так же стоял к Каю спиной, но через мгновенье он стал удаляться, так ничего и не ответив.

— Помоги мне, и я буду снабжать тебя средствами для покупки нужных тебе вещей до тех пор, пока ты сам не скажешь: «Хватит!» Ну или пока сам не сдохнешь от передозировки.

Обещанные золотые горы сделали своё дело, наркоман остановился и развернулся. Кай, не переставая улыбаться, подошел ближе к обладателю ножей.

— Вот номер моего телефона, — Кай протянул руку, между средним и указательным пальцами был зажат клочок бумаги, — если надумаешь окончательно — звони, обговорим детали.

Наркоман не спешил брать бумажку. Так они и стояли некоторое время.

— Брось номер и уходи, — вдруг вмешался Иван в немую сцену.

— А вдруг не поднимет? — Кай сомневался в совете Ивана.

— Поднимет. Бросай!

Кай разжал пальцы, накинул капюшон, развернулся и ушел.

— Только не оглядывайся, — Иван был доволен поведением своей марионетки.

Наркоман немного растерялся от такого дерзкого поведения незнакомца. Было непреодолимое желание догнать и всадить ему меж лопаток сразу два ножа, но интерес к этому парню возрастал, да и с казнью дерзкого подлеца можно повременить. Поэтому он поднял клочок бумаги, не глядя, сунул его в карман и направился в объятия густой, такой уютной для него тени.

ГЛАВА 13

КАЗНЬ МИЛЕДИ

Утро началось с примитивного SMS сообщения и продолжилось диалогом, который оказался ключевым в данной ситуации.

Доброе утро, красавица.) 09:03

Чё те надо 09:03

Да так) Решил поинтересоваться, как твои дела, сладкая) 09:04

Отвали 09:04

Фу, как грубо) Детка, мы же друзья) 09:04

Ковровый клоп тебе друг 09:05

Вау, какие яркие сравнения) Неожиданно) 09:05

Но я пишу не для того, чтобы испортить тебе утреннее настроение) нет) 09:06

Я хочу пригласить тебя на вечернюю прогулку с вином, фруктами и шоколадом 09:06

Обещаю, что приставать не буду) Просто хочется встретить твой закат 09:07

То есть, хочется встретить закат с тобой))) 09:07

Я в душе романтик) Ты знала?) 09:07

Остынь, Ромео. Я никуда с тобой не пойду 09:08

А никуда идти и не нужно) Я пришлю за тобой своего шофера, он тебя заберет

и привезет на место) 09:09

Не спеши отвечать отказом) У тебя есть время подумать до шести) 09:09

Уверен, что у тебя на вечер есть куча планов, но я обещаю, что тебе всё понравится, и ты не откажешь старому знакомому) 09:10

Чё ты мутишь Я с тобой в ращоте 09:11

Абсолютно согласен!) Обещаю, что это будет всего лишь дружеская прогулка и всё 09:11

Ну так что, милая Ольга?) Вы согласны?) 15:47

Станешь приставать, выцарапаю глаза 15:49

Да чтоб я сдох!)) Машинка будет ждать тебя под твоим окном ровно в 18:00)

Жду) 15:50

Карета подана, миледи) 17:58

***

Ольга вышла из своего подъезда в начале седьмого. Под её окном стояла машина Сашки, ВАЗ 2108. Каблучки застучали в направлении подержанного автомобиля. Она постучала в тонированное боковое окно, ответа не было. Ольге пришлось самой открывать себе дверь.

— Мог бы и поухаживать за дамой, — Ольга возмущенно ввалилась на пассажирское сиденье, — тоже мне водит…

Девушка от неожиданности замерла на полуфразе, она никак не ожидала этой встречи.

— Кай? Что ты здесь делаешь?

— Выступаю в роли водителя, — скромно ответил Кай, который сидел за рулём.

— А как же… Нет-нет-нет, меня никуда везти не надо, это всё твой дружок придумал, который… — Ольга старалась быстро придумать складную отговорку, которая могла бы объяснить её присутствие здесь в машине, но ничего не получалось кроме серпантинных взмахов руками и словесного ступора.

Кай завел двигатель и тронулся, чтобы не привлекать чужого внимания.

— Тебе не нужно оправдываться, потому что это всё придумал я, а потом подговорил Сашку помочь мне вытащить тебя из дома.

Кай говорил безэмоционально, не глядя на Ольгу. Со стороны это выглядело, словно он был зациклен на дороге и ни на секунду не отрывал глаз от дорожной разметки.

— Ты подговорил Сашку? — недоверчиво спросила Ольга.

— Да, — очередной сухой ответ. — Мы теперь снова друзья.

— Ты не перестаешь меня удивлять, — восторженно заявила Ольга. — Всегда умел удивлять, но этот ход с водителем, — девушка начала лениво хлопать в ладоши, — браво! Кстати, милый у тебя шарфик.

— Ваш верный слуга всегда к Вашим услугам, миледи, — Кай приподнял воображаемый цилиндр и не стал заострять внимание на шарфе.

Ольга расхохоталась и, судя по всему, окончательно успокоилась.

Она никак не предполагала такого поворота. Максимум, который ожидался от Кая, это то, что он наконец-то включит телефон и ответит на сообщение, которое Ольга не выдержала и написала первой.

— А куда мы едем? В какой-нибудь клуб? — спросила довольная Ольга.

— Нет, программа состоится по расписанию, — ответил Кай.

— М-м, — Ольга похотливо улыбнулась, — ты будешь ко мне приставать на закате Солнца?

Её рука легла Каю на колено и начала медленно продвигаться в область паха. Кай убрал руку.

— Нет, у меня к тебе есть разговор.

— О боже, нет. Только не говори, что ты собираешься сделать мне предложение, — лицо Ольги передернуло отвращением.

— Обещаю, что речи о наших отношениях не будет, — сказал Кай немного строже, чем требовалось.

— Вот и славно, — Ольга снова расслабилась, — тогда я тебе обещаю, что сегодня ты не ускользнешь от меня. И на обратном пути ты будешь весь светиться от счастья, — сказала Ольга и послала Каю воздушный поцелуй.

Минут пять они ехали молча.

— Долго ещё ехать? — спросила Ольга, — а то боюсь не вытерпеть сорвать стоп-кран на середине пути.

Кай впервые отвлекся от дороги и начал шарить рукой за водительским сиденьем.

— На вот, отвлекись, — Кай вручил ей початую бутылку вина.

— Даже так? Ну хорошо, — сказала Ольга и выдернула пробку из бутылки, — за тебя! За то, чтоб сегодня на закате ты вел себя плохо, очень плохо.

После этих слов Ольга перешла к жадному поглощению вина.

— Только не увлекайся, — сказал Кай, — мне нужно, чтобы ты хоть немного соображала.

— Какой же ты скучный тип, — Ольга скорчила кислую мину и снова опрокинула бутылку с вином себе в рот.

Кай не стал больше ничего говорить, потому что Ольга делала всё назло и этим могла всё испортить. Автомобиль резко остановился, и девушка от неожиданности выронила бутылку с вином.

— Полегче, парнишка, — возмутилась Ольга, — ты же даму везешь, а не дрова.

Кай не сказал ни слова, он с проворностью ящерицы выскользнул из машины и открыл пассажирскую дверь.

— Прошу, — Кай помог Ольге выбраться из машины.

После чего ловко отбросил спинку пассажирского сиденья и нырнул назад. Так же быстро вынырнул и вручил девушке покрывало.

— Постелишь для нас? — получилось так, что интонация Кая превратила этот вопрос в приказ. — Выбери место так, чтобы нам был виден закат. Вон под той старой грушей, я думаю, будет идеально.

Ольга не ожидала от Кая такой уверенности, она привыкла, что этот парень веселый, но робкий, а сейчас он ведет себя как-то не так.

Кай продолжил копошиться в машине, девушка не стала ничего спрашивать, она, словно по мановению чужой руки, направилась под ветвистое дерево. Расстелив покрывало, Ольга села на него и почувствовала легкое гудение в голове, которое сопровождалось неестественной расцветкой окружающего мира. Это странное чувство былопохоже на галлюцинацию, но девушка ничего, кроме вина, сегодня не употребляла.

Явился Кай с серьезным видом и новой бутылкой вина.

— Прости, что заставил тебя ждать, — сказал он и присел рядом.

— Пустяки, — хитренько улыбнулась Ольга, — то, что сейчас здесь начнется, стоило пары минут ожидания.

Место было безлюдным, здесь были только одни они.

Кай не успел среагировать, как язык Ольги был уже у него во рту. Он не стал сопротивляться, но и не стал отвечать на поцелуй. Кай просто подождал, пока все закончится само собой.

— Что такое, зайчик? — спросила Ольга, одновременно с этим положила ему руку на ширинку. — Ты не настроен на жесткий трах на свежем воздухе?

— Не очень.

— Тогда какого чёрта было меня завозить так далеко? Только не говори, что тебе нужно со мной поговорить, потому что проделать такой путь лишь для разговора — это тупо даже для тебя.

Кай не стал отвечать, он просто молча начал открывать бутылку с вином. Содрал плёнку, вдавил пробку пальцем вовнутрь и сделал три больших глотка. Только после этого сказал:

— Ты можешь не поддерживать этот разговор, но тебе придется меня выслушать, после чего мы расстанемся навсегда.

— Отлично, — Ольга скрестила руки на груди, — валяй. Покончим с этим дерьмом и отвези меня домой, ты стал очень скучным.

— Не думаю, — сказал Кай с легкой улыбкой, точно зная, что Ольга не поедет сегодня домой.

— В этом-то и вся беда, ты не думаешь!

Кай пропустил мимо ушей эту обидную колкость и ещё раз приложился к бутылке с вином. Ему было страшно, но он очень хотел довести начатое до логического завершения. Задействовано слишком много сил и средств, чтобы всё это устроить, так что отступать было некуда.

Кай смотрел немигающим взглядом на зарождающийся закат и спокойным голосом сказал:

— Посмотри, какой чудесный закат, посмотри, какое шикарное буйство красок. Алые разводы похожи на кровь Солнца, которое получило свой роковой, смертельный удар и медленно умирает, погружаясь в густой мрак горизонта. Только разница между человеком и Солнцем в том, что Солнце на рассвете воскреснет и снова заживет

яркой жизнью, а человек — нет.

— Что ты несешь, тупица! Ты вывез меня в лес, чтобы накормить своими философскими бреднями? — Ольга резко встала на ноги. — Немедленно отвези меня домой!

Кай поставил бутылку, спокойно поднялся и врезал Ольге пощёчину.

— Сядь и закрой рот! — рявкнул Кай. — Что за дурная привычка перебивать человека? Пока я не закончу, ты и с места не сдвинешься.

Ольга была шокирована грубой выходкой застенчивого тихони. Такого она никак не ожидала.

— Как… Да как ты посмел поднять на меня руку? — Ольга с испуганным видом потирала покрасневшую щеку. — Знаешь, кто ты после этого?

— Ничтожество, — тихо промолвил Кай.

— Вот именно! Ты…

— …полное ничтожество, — перебил Кай, — что не сделал этого раньше. Позволил тебе сломать свою жизнь. Ты, ничтожное туловище, дешёвая шкура, которая не достойна в этой жизни ничего того, что тебе предоставлено, но, при всём этом, ты продолжаешь ходить по земле и дышать воздухом, даже не догадываясь, что своими выходками ты лишила меня друга, а мою мать — жизни!

Ольга в недоумении замерла, видимо пыталась переварить полученную информацию.

— А самое главное это то, — Кай не стал ждать, пока ступор девушки пройдет и продолжил свою тираду, — что я из-за тебя чуть не лишился своей собственной жизни. Да-да, ты не ослышалась, я пытался покончить с собой. После нашей последней встречи, где ты ясно дала мне понять, что я тебе больше не интересен и что ты бросаешь меня, я тебе сказал, что не смогу жить без тебя, что убью себя. Ольга попыталась что-то возразить, но Кай не позволил ей и слова сказать.

— Только не говори, что не было такого или ты ничего не помнишь!

Твой дословный ответ был: «Валяй! Мне всё равно». Я его навсегда запомню, потому что для меня он был как удар розгами по глазам. А после того, как ты закрыла перед моим лицом дверь, я вихрем бросился бежать, сбивая по дороге прохожих, чтобы сделать только одно. Когда я добрался домой, то вспомнил, что дома меня ждёт мать и мысль о суициде существенно ослабла, но когда я увидел её остывающее тело, то воспринял это как окончательный толчок к задуманному.

Кай задумался и усмехнулся. По его лицу побежали слёзы.

— Какой же я был дурак! Вместо того, чтобы вернуться к тебе и сразу восстановить баланс путем умерщвления твоего жалкого организма, я принял самое опрометчивое решение в своей прошлой жизни. — Кай снимает шарф и задирает подбородок, чтобы фиолетовая полоска на шее была хорошо видна. — Я решаю удавиться.

Ольга была очень напугана таким развитием событий, она закрыла лицо руками и принялась реветь. Лицо Кая осталось непроницаемым, лишь новая порция слез покатилась по щекам.

— Ты знаешь, — Кай заговорил раньше, чем Ольга успокоилась, — наверное, всё это к лучшему. Если бы я в тот же день принял путь возмездия, то меня поймали бы и посадили. А так, все ниточки твоей смерти будут вести к моему лучшему другу, он же твоя личная шестерка.

— Что ты сказал? Моей смерти? — в глазах девушки вспыхнул страх.

— А у тебя что, после совокупления с этим неудачником появились проблемы со слухом? Или ты думала, что я ничего не узнаю?

Только не вздумай убегать или голосить, потому что мой новый друг перережет тебе горло, и этим самым ты сломаешь весь мой план, который я так скрупулёзно для тебя готовил.

Девушка не успела озвучить вопрос: «Какой ещё друг?», как возле её горла оказался нож.

— А теперь советую тебе не делать никаких резких движений, которые будут расценены как оказание сопротивления человеку с ножом. Уверяю тебя, у него уверенности больше, чем у меня, так что он может выполнить казнь, даже не дожидаясь окончательного приговора.

— Кай, что происходит? — девушка рыдала, но не решалась шевелиться. — Мне страшно.

— Есть одна хорошая мудрость: такое блюдо, как месть, следует подавать холодным. Вот и я решил, что моя месть уже достаточно остыла. Остыла и превратилась в холодный расчет. Пока ты гуляла и развлекалась, я строил свой план мести. Изначально я планировал сделать всё сам, но в итоге понял, что без помощника мне не обойтись. Да, я говорю про своего нового товарища. Кстати, во время нашего первого знакомства я был на твоём месте, в прямом смысле этого слова. Не буду вдаваться в подробности и не буду вас знакомить, потому что это бессмысленно.

Лучше перейду к главному. — Кай достал из кармана шнурок. — Поговорим о моей попытке суицида. Тебе будет интересно знать, что я хотел повеситься на своём собственном шнурке из своего собственного кроссовка. К счастью, он не выдержал моего веса и порвался, но на память об этом событии мне досталась клиническая смерть, которую я чудом пережил.

В моей руке второй шнурок из той же самой пары кроссовок, — Кай показательно продемонстрировал его перед бледным лицом Ольги, — он и послужит орудием моего возмездия. Я хочу, чтобы ты почувствовала то, что чувствовал тогда я.

— Ты не сделаешь этого, Сашка не станет прикрывать тебя собой. — Внезапная волна смелости нахлынула на Ольгу. — Ты сядешь, чертов ублюдок!

Нож впился в горло Ольги, и она почувствовала, как холодная

сталь обжигает её кожу.

Кай немного подумал, улыбнулся и дружелюбно заговорил, не обращая внимания на оскорбление из уст девушки.

— Друг мой, не горячись, ослабь хватку. — После чего Кай подошел ближе и стал смотреть вплотную на Ольгу. — Давай поспорим на твою жизнь, что Сашка не придет к тебе на помощь.

Повисло неловкое для Ольги молчание.

— Даю тебе возможность на один телефонный звонок.

Ольга не решалась пошевелиться. Тогда Кай сам залез к девушке в карман и достал её телефон.

— Смелее, — Кай вложил телефон девушке в руку и отошёл на пару шагов. — Решайся. Второго шанса не будет.

Ольга несколько секунд помедлила, после чего судорожно начала набирать номер Сашки. Ожидание зуммера показалось для девушки вечностью. Но когда пошли гудки, в кармане Кая заиграла старая, всем известная песня «Шалава». Кай с улыбкой достал телефон из кармана.

— М-да, — сказал Кай, — судя по мелодии, ты не была у Сашки в авторитете. Ой, совсем забыл сказать. Сашка ничего об этом всём не знает, и мы с ним не мирились. Я по-прежнему его ненавижу, потому что он тоже частично виноват в смерти моей матери.

А мой план охватывает сразу двоих виновных. Ты заплатишь жизнью, а он — свободой.

Кай сбросил вызов, а человек с ножом вырвал телефон из рук девушки.

— А ведь я крепко рисковал, когда позволил тебе воспользоваться телефоном, — Кай снова улыбнулся. — Ведь если бы ты позвонила не Сашке, а кому-нибудь другому, то весь бы план мог рухнуть.

Я очень надеялся на твою глупость, и ты меня не подвела, спасибо тебе за это.

Кай подошёл ближе и начал рассматривать ветви старой груши.

А Ольга в это время с ужасом рассматривала шею Кая.

— Ну а теперь, собственно, приступим к самой экзекуции. Обвинение ты уже услышала, самое время приступить к наказанию.

Кай сделал мини-петельку с одного края шнурка и продел в неё второй край. Большую петлю он медленно начал надевать на голову девушки.

— Нет-нет-нет, — шептала Ольга, — пожалуйста, не делай этого…

— Ш-ш-ш, не сопротивляйся, не унижайся, будь такой же сильной, как и прежде.

Кай очень боялся этого момента, боялся, что не сможет, или что слёзы и мольбы девушки могут всё испортить и он сдастся. Но ничего этого не происходило. Он надевал петлю на шею живого человека и не чувствовал ни капли сострадания. Возможно, это из-за того, что этот человек виновен в смерти другого человека и тем самым цели-

ком и полностью заслуживает наказания.

Петля была плотно затянута на шее Ольги. Девушка продолжала тихо всхлипывать и шептать о пощаде, но Кай был глух, он был полностью сосредоточен на процессе. Когда шнурок был переброшен через сук над головой Ольги, Кай завязал двойной узел. Девушка с петлей на шее стояла и не понимала, что происходит. Шнурок был туго на-

тянут между шеей девушки и суком старой груши, но дышать было возможно.

Кай подал знак рукой и нож у горла девушки исчез. Исчез также и тот, кто стоял за её спиной. У Ольги появилась надежда, что Кай всё же решил её помиловать.

— Прощай, Ольга, — устало выдохнул Кай, — очень надеюсь, что ты попадешь в ад.

Ольга ничего не успела ответить, потому что её колено взорвалось нестерпимой болью. Тот, кто стоял позади Ольги, нанес сокрушительный удар по коленному суставу. Девушка вскрикнула, её ноги подкосились, и она тут же захрипела, потому что на её шее затянулась петля. Прижимая ладонь к колену в надежде унять боль, Ольга почувствовала, что между пальцев сочится горячая кровь. Воздуха не хватало, и она решает немного приподняться на здоровой ноге, чтобы сделать вдох. Но это была плохая идея. Как только Ольга привстала, чтобы вдохнуть воздух, второе колено постигла та же участь. Девушка рухнула бы оземь, но шнурок выдержал вес её тела. Ветвь, к которой была привязана приговорённая к смерти, качнулась, и девушка повисла с маской нестерпимой боли на лице. Кай смотрел на всё это как на что-то естественное, внутри никакой жалости не было. Он почему-то был уверен, что если бы ему вложили в руку орудие для телесных увечий и сказали бить, то он бы, не задумываясь, ударил снова.

Лицо девушки постепенно краснело, она продолжала хрипеть. Её окровавленные руки пытались нащупать тонкую полоску удушающего её шнурка, но всё тщетно, он уверенно впился в кожу и не давался в руки. Раздробленные колени не позволяли подняться на ноги, чтобы вдохнуть такой необходимый в данный момент воздух. Ещё несколько конвульсий и тело Ольги окончательно обмякло. Всё было кончено.

Кай застыл в раздумии, что делать дальше. Из-за спины умершей выплыла тень с битой и направилась к заказчику.

— Самое время сваливать отсюда, — сказал наркоман, — забери бутылку с вином, а я положу её телефон на место. Надевай свои перчатки и хорошенько всё протри.

— Милая у тебя бита, — Кай сам удивлялся своему спокойствию, — когда ты её успел модернизировать? Только не говори, что ты это сделал, пока ждал своего часа лежа в багажнике.

Кай улыбнулся. В данный момент его настроение было на удивление задорным, хотелось улыбаться и отпускать глупые шуточки.

Состояние истерики было совсем близко, поэтому Кай решил отшучиваться, чтобы хоть немного взять себя в руки.

— Нет, этот инструмент я изъял у местного школьника, шедшего домой с какой-то костюмированной вечеринки. Сначала я подумал, что это бутафория, жалкий аксессуар к дополнению костюма, но нет.

Бита оказалась настоящей. Тот, кто её делал, явно потихоньку готовился к зомби апокалипсису. А теперь поторопись, сейчас не время для разговоров.

Наркоман демонстративно взмахнул битой ещё раз. Обдолбаный помощник, давно лишенный нормального сна, стал очень серьёзным и проворно выполнял все необходимые действия. А Кай продолжил любоваться инженерным шедевром. В верхней части биты зияло сквозное отверстие и большим болтом привинчено два полотна для ручной электропилы. То, что вышло, выглядело по-современному

эпично. Такой битой не то что колено — голову можно снести!

***

Машина неслась по лесной дороге. За рулем сидел наркоман, Кай сидел рядом. У обоих на руках были дешёвые строительные тряпичные перчатки, одетые наоборот, резиновым вкраплением наружу, чтобы можно было протирать все глянцевые поверхности от отпечатков пальцев.

— Теперь мы связаны общей тайной, — Кай нарушил затянувшееся молчание.

— Теперь ты пожизненно должен мене башлять бабки, — поправил наркоман.

— Не пожизненно, а до тех пор, пока ты не завяжешь с этой гадостью.

— Но я не собираюсь завязывать.

— А хотел бы завязать?

— Хотел бы. Но то, что происходит внутри тебя, когда пытаешься выкарабкаться из этой ямы — нет уж, спасибо, я больше не хочу этого испытывать.

— Если ты реально этого хочешь, хочешь завязать — я тебе помогу. Обещаю. Ну а пока, — Кай поднял бутылку с пола, где уронила её Ольга, — вот, держи, здесь осталось немного. Я высыпал в вино дозу, чтобы немного затуманить её разум. Тебе хватит, чтобы немного вставило.

Наркоман вырвал бутылку из рук Кая и жадно залил содержимое в себя. После чего протер бутылку и выбросил её в окно, стараясь, чтобы та разбилась.

— Боже, сколько в тебе осторожности, — довольно заметил Кай, — с ножами на «ты», да ещё и осторожный, как ниндзя. Чего же тебя понесло не в ту сторону?

— Лучше тебе не знать, — сухо ответил наркоман.

— Не, я серьезно, — улыбался Кай.

— Я тоже, — в расширенных зрачках наркомана сверкнула угроза.

Улыбка Кая тут же погасла, вместе с ней и желание развивать эту тему.

— Осталось поставить машину на место, позвонить жрецам Фемиды и сообщить об убийстве. Окровавленная бита в багажнике и милая переписка голубков будут достаточно убедительными уликами в этом деле. Думаю, что Сашке вряд ли поверят, что какой-то неизвестный псих усыпил его хлороформом, при этом не украв денег. А ключи и телефон мы оставим в машине.

— Слишком всё гладко выходит, — прищурился Кай. — Чую где-то проколемся.

Кай призадумался и решил перестраховаться.

— Иван, ты здесь? — мысленно спросил Кай.

— Да.

— Мы что-то упустили?

— Нет.

— Хорошо. Теперь ты доволен? Мы в расчете?

Ответа не последовало. Кай не стал требовать ответа, потому что боялся сказать что-то вслух, тем самым вызвать ненужные вопросы у человека, который только что перебил молодой девушке два колена.

— Всё будет нормально. Доверься мне, — Кай улыбнулся и хлопнул водителя по плечу.

Наркоман окинул его таким взглядом, что Кай пожалел о содеянном жесте дружелюбия. Враждебность наркомана была настолько сильной, что Кай чуял её носом, она пахла потом и вином.

До дома было уже недалеко и Кай решает включить магнитолу, потому что заводить очередной натянутый разговор не хотелось. Диск завертелся, и песня зазвучала с середины:

Забудь меня,

Забудь мой голос.

На нашей жизни больше нету места

Для белых полос,

Для чёрных полос.

Текст идеально вписывался в сложившуюся ситуацию.

Кай улыбнулся. Ему было приятно, что хоть частично удалось привить другу нормальный музыкальный вкус. Откинувшись на спинку, Кай подпевал про себя и прокручивал в голове те моменты, когда он был с Ольгой.

***

Наркоман высадил Кая возле парка. Убедившись, что за ним не следит ни один человеческий взгляд, Кай пошёл в противоположную сторону от дома. Сделал небольшой круг и направился домой. Этот маневр был сделан для того, чтобы дать возможность наркоману добраться до конечного пункта, оставить машину там, где

она была угнана, и спокойно удалиться. По пути Кай воспользовался таксофоном. Было очень кстати, что служителям порядка можно было позвонить без карточки.

Чуть понизив тональность голоса, Кай заявил о жестоком убийстве девушки. Назвал домашний адрес Сашки, модель и номер его машины, ну и примерное местонахождение трупа. Также предупредил, что убийца хитёр и опасен. Последнее, что Кай сообщил, так это то, что в багажнике машины находится орудие убийства. Ну и завершающий трюк: Кай раскаивается, признается в соучастии убийства, сдает своего якобы соучастника, а сам намерен совершить самосуд, потому что жить с этим не сможет.

Кай повесил трубку, оглянулся, вроде бы никто не обращает на него внимания. Вздохнул и пошёл домой. Но пройдя шагов десять, решает лично убедиться, поверили ли ему стражи порядка. Сашка жил недалеко от Кая, поэтому долго ходить не пришлось.

Свернув за угол, Кай увидел две патрульные машины с включёнными мигалками под подъездом Сашки. Кай тут же спрятался за кустом жасмина. Он пришел как раз вовремя, Сашку вели под руку к его машине. Попросили открыть багажник. Сашка почему-то вообще не сопротивлялся и постоянно твердил, что это какая-то ошибка. Ни слова о нападении на него неизвестным он не сказал, это было странно. Багажник открывается, и Сашку тут же заламывают двое в форме и надевают наручники, третий служитель порядка держит его на мушке табельного оружия.

— Прощай, дружок, — еле слышно прошептал Кай, — надеюсь, в твоей камере окажется много других заключённых, и они будут в курсе, что ты сделал с молодой девушкой.

ГЛАВА 14

НЕОЖИДАННАЯ ПОПРАВКА

Кай вернулся домой, дома было тихо. Не снимая обуви, он пошёл на кухню и сел рядом с тем местом, где когда-то сидело холодное тело его матери.

— Вот и всё, мам, — прошептал Кай, — виновные наказаны.

Но внутреннего спокойствия эта месть мне так и не принесла. На душе по-прежнему паршиво. Стыдно признаться, но убивать мне её было вовсе не жаль. Даже имени этого человеческого существа не хочется произносить вслух. Уверен, что ты не одобрила бы мой поступок, ты всегда говорила, что людей нужно прощать, что Бог их рассудит.

Но я не смог удержаться перед предложением приспешника лукавого.

Да и нет никакой гарантии, что тот самый Бог, в которого все так яро верят, на самом деле существует. Если бы таковой был, то он не посмел бы тебе вот так дать запросто умереть. Тяжелый вздох, титаническое усилие над собой, чтобы не зареветь. Кай сильно кусал нижнюю губу. Собравшись с мыслями, он продолжил:

— И если твоя смерть — это моё испытание, то я считаю, что я его, хоть и с величайшим трудом и колоссальными потерями, но прошёл.

Посвящаю эту Пиррову победу ему, этому незримому добродетелю и всем верующим в него слепцов. Надеюсь, там, где ты сейчас, тебе хорошо. И, с твоего позволения, я пойду спать. Сегодня был очень сложный день, и я хочу наконец-то отдохнуть.

Кай встал и поплёлся в свою комнату. Едва дойдя до кровати, он тяжело рухнул на неё.

— Иван, ты здесь?

Ни сил, ни желания на мысленную беседу с личным демоном у Кая не было, поэтому он говорил вслух.

— Да, — тихо ответил Иван.

— Сегодня я стал соучастником убийства, на моих руках человеческая кровь. Теперь ты доволен?

— Да, — очередной сухой ответ.

— Хорошо. Хоть ты и на тёмной стороне, но всё же, спасибо тебе за помощь. Я был рад знакомству с тобой. Я хоть знаю, что в отличии от бога, ты реально существуешь. Также спасибо тебе за мою вторую жизнь. И сразу хочу попросить прощения за мои следующие слова, но очень надеюсь, что мы с тобой больше не встретимся.

— Мне очень льстит, что ты приготовил для меня такую пламенную речь, — перебил Иван, — но ты очень рано со мной прощаешься.

Кай не совсем понял, что именно имел в виду Иван под последним своим высказыванием. Из беглого анализа совместной с демоном деятельности Кай сделал вывод, что самое время прощаться, но Иван спутал все карты и наш герой растерялся. Быстро сформулировать качественный вопрос не представилось возможным, и Кай ограничился шаблонным вариантом современного подростка:

— В смысле?!

***

— Я сказал, что не буду этого делать и точка! Мы договаривались только на смерть Ольги, она уже мертва, и на этом я вынужден попрощаться с тобой.

Кай был не в настроении разговаривать вежливо, и поэтому он немного вспылил и, как оказалось, сам это прекрасно понимал.

— Кай, я не хочу с тобой ссориться, когда нам предстоит сделать вместе ещё много дел, но позволь разъяснить тебе сложившуюся ситуацию. — Иван присел на стул рядом с кроватью Кая. — Пойми, что когда мы обговаривали условия твоего возвращения, то одной смерти мне было вполне достаточно. Но твоя неповоротливость, твоя суетливость, твоя неуверенность, вялость и лень

сыграли с тобой злую шутку. В отведенное тебе время, когда ты был в петле, то ты думал непонятно о чём, «тормозил», как говорит современная молодёжь, и жутко тупил. Из-за этого мне приходилось практически всё делать за тебя. Я жал изо всех сил

так, что кожный покров не выдержал, и от этого пролилась моя кровь. Если бы я не додумался вдохнуть в тебя силу и решительность с помощью музыки, то затеянное мной дело было бы проиграно и моя кровь была бы пролита зря. Но всё же нам удалось

это сделать, ты снова жив. Кстати, первая выплата по твоей кровавой задолженности прошла успешно. Теперь тебе осталось всего ничего — лишь одну душу за каждую мою каплю крови, которую я пролил по твоей милости. Тише, тише! Я уже вижу свирепое возмущение на твоём лице. И поэтому я решил округлить нашу цифру до тринадцати, кстати, моё любимое число. Оно всегда приносило мне удачу. Тринадцать минус один равняется — двенадцать! Это не такая уж и высокая плата за твою

собственную жизнь. Если учесть положение в твоей стране, курс доллара, уровень безработицы и инфляцию, то… о-о-о… ты бы со мной никогда не рассчитался бы. А так, всего-то стандартную дюжину человеческих душонок, и ты абсолютно свободен!

— Можешь шутить и ёрничать сколько угодно, я тебе уже всё сказал. Если хочешь меня убить — валяй, но лично я никого убивать не буду.

— Кай, ты взрослый человек и прекрасно должен понимать, что если я тебя убью, то тогда мне вообще ничего не обломится и я останусь с носом. Поэтому я даю тебе десять дней, чтобы передумать.

— Десять? А почему именно десять, а не семь? Не хочешь плагиатить Самару Морган? Ах да, я понял, у тебя шевелюра не такая шикарная, как у неё.

— Шутить тебе осталось недолго, я тебя предупредил. А почему именно десять, я отвечу. Потому что именно столько может выдержать человек без сна. И усвой одну вещь, мальчик. — Тон Ивана стал ледяным, и Каю стало не по себе. — На протяжении

этой декады я всегда буду находиться рядом с тобой, но от меня ты не услышишь ни единого слова, ни звука до тех пор, пока ты не скажешь: «Я согласен!». И пока я не услышу этого простого словосочетания, ты не сможешь уснуть, точнее, я не советую

тебе этого делать. А если всё же тебе удастся провалиться в забытье, то я обещаю тебе самые жуткие кошмары, от которых ты тут же будешь просыпаться. И бонусом за каждую смелую попытку поспать будет получение ощутимого сувенира, которого и врагу не пожелаешь!

После этих слов Иван онемел, а Кай, находясь под впечатлением грозы, сидел молча. После недолгого гнетущего молчания Кай всё же заговорил, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Та хоть трёхдневный понос наколдуй, я всё равно не собираюсь никого убивать и ещё раз повторяю: хочешь — уничтожь меня, но я не желаю становиться убийцей ради спасения своей собственной души.

Ответа не последовало.

— Молчишь? — спросил Кай. — Ну, молчи.

Прилично напуганный, парень лег в кровать и накрылся одеялом с головой, ему было реально страшно. После недолгих опасений, Кай всё же уснул, и не потому, что за день он изрядно вымотался и хотел набраться новых сил, а потому что Иван навел на него дремоту, чтобы провести небольшую демонстрацию того, что ожидает упрямца в случае неповиновения и принятия опрометчивого решения в виде отказа.

И тут послышались уже знакомые нам шаги, и огромная фигура присела на стул рядом со спящим Каем.

— Ну что ж, начнем воспитательную работу. — Иван хрустнул костяшками пальцев. — Не хочешь по-хорошему, будет — по-моему!

ГЛАВА 15

ДЕМОНСТРАЦИЯ

Первая ночь.

По воле Ивана, Кай провалился в забытье, где нет снов, но это было временно. Нечистый уже готовился и был в предвкушении, для начала, маленькой скромной демонстрации с небольшим ночным кошмариком. Кстати, приз уже тоже

был готов, осталось только вручить. Также Иван учёл любовь Кая к музыке и решил, что кошмарик будет с достойным музыкальным сопровождением. Он остановил свой выбор на композиции Ludovico Einaudi — Eros.

***

Он ничего не видел, что творилось вокруг, потому что на его голову был надет тряпичный мешок. Во рту торчал кляп из грязной тряпки со вкусом желчи и чьей-то рвоты. Видимо, этот кляп использовался не впервой. Руки и ноги туго связаны. До ушей доносился надсадный жалобный скрип колес. Судя по всему, его куда-то везут.

Когда повозка остановилась, то его грубо толкнули в плечо, вероятно, толчок был сделан ногой, и он упал с телеги на сырую землю, сильно ударившись головой. При падении мешок слетел с головы, и он увидел, что находится на грязной площади, где уже собралось полным-полно людей в грубой крестьянской одежде. Эти люди пребывали в ярости, они что-то кричали, скалили свои гнилые зубы, поднимали вверх вилы и грабли, как рыцари поднимают свои копья в знак нападения. Но он не слышал ни слова, он только видел, как их губы шевелятся, а лица искажаются свирепыми гримасами. Единственное, что он слышал, это музыку. Очень красивую и тревожную музыку.

Один из стражников, возможно, тот, кто столкнул его с повозки, взял человека с кляпом во рту и потащил к помосту, на котором стояла гильотина. Но ни страха, ни тревоги у парня не было, он просто плелся туда, куда его толкали, чтобы увидеть, что будет дальше.

На какой-то момент парень задумался, и перед его глазами пролетел калейдоскоп непонятных для него вещей. Первле, что он увидел, был белый голубь. Такой свободный, такой изящный голубь, который порхал над чудной поляной близ хвойного леса. Далее он увидел молодых людей, которые в обнимку сладко спали на огромной кровати. Они явно были вымотаны сегодняшней бессонной ночью и теперь мирно отдыхали, хотя Солнце было уже высоко в небе. После этого он увидел гордого самца оленя с огромными рогами. Он не спеша пил прохладную воду из зеркально-чистого водоема, потому что был уверен, что все хищники в такую рань ещё спят.

Ушат гнилой воды, вылитой в лицо, вернул его обратно в Средневековье, где он уже стоял на помосте, рядом с гильотиной. Обычно смертников ставят на колени, просовывают голову в специальное отверстие и таким образом приводят казнь в исполнение. Но у него была особенная гильотина, где рядом с отверстием для головы была лежанка из досок, и поэтому ему не нужно было вставать на колени.

Слух к нему так и не вернулся, а звуки музыки становились всё громче, всё тревожнее. Не успели его положить на грубую лежанку, как калейдоскоп странных событий вернулся.

Голубь беспечно кружил над чудной поляной и не заметил, как из-за высоких сосен вылетел дикий сапсан.

Милая девушка, пробудившись ото сна в объятиях молодого человека, сильно встревожилась, пытаясь как можно быстрее разбудить своего спутника, показывая ему на часы. Гордый олень продолжал утренний водопой, даже не подозревая, что на него смотрит матёрый охотник. Грубый бросок на лежанку развеял его галлюцинации. Не развязывая пут, его укладывали на место, просовывая голову в отверстие.

Самым необычным было то, что его положили на помост вверх лицом и сейчас он видел над собой огромное лезвие, но по-прежнему никакого страха не было. Чья-то рука опустилась на рычаг, который приводил хитрый механизм гильотины в действие. Солнечный свет, слепивший смертника, проходил сквозь большой изумруд в перстне, который был надет на палец палача. Музыка зазвучала ещё громче прежнего, и сейчас тревога и волнение в звучании достигли своего апогея. Перед глазами завертелся тот же калейдоскоп событий, и, судя по его положению, это были его последние галлюцинации.

Сапсан пронзительно закричал и камнем бросается на голубя. В спальню врывается разъяренный мужчина и застает свою любимую с другим.

Охотник готовится к выстрелу, он вытаскивает из колчана стрелу.

«Твоя смерть на острие стрелы», — прошептал охотник, вложил стрелу, натянул тетиву и, задержав дыхание, замер. Он смотрит на стальное лезвие, весь сброд крестьян замер

в ожидании. Музыка звучала максимально громко, и тревога в нотах ощущалась чуть ли не физически!

САПСАН АТАКУЕТ ГОЛУБЯ И РАЗРЫВАЕТ ЕГО ОСТРЫМИ, КАК БРИТВА, КОГТЯМИ!

ОБМАНУТЫЙ МУЖЧИНА ВОЗВРАЩАЕТСЯ С ОГНЕСТРЕЛЬНЫМ ОРУЖИЕМ В РУКАХ И, НЕ ЗАДУМЫВАЯСЬ, УБИВАЕТ СНАЧАЛА ЕЁ, А ПОТОМ ЕГО!

ОХОТНИК СПУСКАЕТ ТЕТИВУ, И ГЛАЗ ОЛЕНЯ ПРОНЗАЕТ КРЕМНЕВЫЙ НАКОНЕЧНИК СТРЕЛЫ!

СТАЛЬНОЕ ЛЕЗВИЕ СТРЕМИТЕЛЬНО ПАДАЕТ ВНИЗ И…

Музыка оборвалась, всё провалилось во тьму.

***

Кай пробудился от ужасного кошмара, ему хотелось плакать. До восхода Солнца оставалось ещё часа два. Пытаясь извергнуть на Ивана страшные проклятия, он не услышал звука собственного голоса.

— Иван, что происходит? — мысленно спросил Кай. — Почему у меня пропал голос и что, черт тебя подери, значит этот жуткий сон?! Ответа не последовало. Кай ещё немного повозмущался, но потом понял, что весь этот монолог — без толку, что великан решительно настроен держать слово. После неудачной попытки поговорить с Иваном, Кай так и не смог уснуть.

Провалявшись до утра в постели, Кай размышлял над своим плачевным положением. Он думал, что Иван немного позлится на него, помучает немножко, а потом изменит условия возврата долга на более благоприятные для Кая. Рассвело, солнечный свет падал в окно. Измученный Кай решил, что самое время выпить чаю.

— Возможно, это поспособствует возврату моего голоса, — подумал Кай и с этой мыслью поплелся на кухню.

Прошел ещё час. Кай сидел за кухонным столом и, глядя на то место, где совсем недавно находилось холодное тело его матери, погрузился в вязкие размышления. Перед Каем стояла полупустая чашка с холодным чаем. Голос к нему так и не вернулся. Он был очень подавлен. Настроение отсутствовало. Единственное его желание на нынешний момент — это хорошо выспаться. Но страх перед очередным кошмаром этого щегольского чудовища останавливал его.

Кай относился к той категории людей, которые высоко ценят сон. Если он был сильно уставшим, то мог лечь спать в восемь часов вечера, и это его ничуть не смущало, главное, что на утро он будет чувствовать себя бодро. А сейчас, судя по красной сетке на его глазах, можно смело сказать, что Кай ужасно хочет спать!

На часах был полдень. Кай даже не заметил, как провел достаточно долго сидя на одном месте. Из-за своих глубоких размышлений он был словно в трансе. И, пренебрегая угрозами Ивана, Кай отодвинул чашку с остатками чая и, не сгибая рук в локтях, вытянул их на всю длину стола, а сверху положил голову и тут же задремал. Парень был так измотан, что заснул раньше, чем его голова коснулась рук.

ГЛАВА 16

ВЫЖИТЬ В КНИЖНОМ ПЕРЕПЛЁТЕ

— Эй ты, проснись! — раздался чей-то голос, за которым последовал толчок в бок. — С тобой хочет говорить сам «папа».

Кай поднял глаза на человека, который его разбудил, и увидел перед собой какого-то солдата в форме и с копьём в руке.

— « Папа?» — подумал Кай. — « Какой ещё папа? Или Иван устроил для меня личную аудиенцию в Ватикане, или я не понимаю, что от меня хотят».

— Сначала «папа» приказал, — заговорил человек с копьём, — чтобы мы тебе дали поспать и не трогали тебя, но ты спишь уже очень долго и терпение «папы» кончилось. Нам велено тебя разбудить и проводить в приёмные покои.

Кай смекнул, что перед ним всего лишь подчиненный — охранник.

Он встал со стула и оглянулся. Комната, похожая на каменный мешок, была ему незнакома. Окон в комнате не было, из освещения был только факел у дверей. А вот стол он сразу же узнал! Это был кухонный стол Кая, на котором по-прежнему стояла его чашка с чаем. Парень понял, что это очередная проделка Ивана.

— Следуй за мной, — сказал охранник и направился к двери, ловко выхватив факел по пути. — И не вздумай юлить, а то я проткну тебя раньше, чем мы доберёмся до «папы», — охранник сощурился и приставил копье к шее Кая.

Кай повиновался. Они шли длинным извилистым коридором, очень похожим на кирпичную кишку. Выйдя из подвала во двор, охранник показал копьём, куда следует идти дальше. Воздух был влажным, и очень хорошо чувствовался запах йода. Кай сделал вывод, что рядом есть море. Также во дворе были ещё стражники с копьями. С наблюдательных вышек на них смотрели лучники.

Приближаясь к небольшому, но роскошному дворцу, Кай обратил внимание, что здесь были стражники в более дорогом облачении. Стальные шлемы со страусовыми перьями, кольчуги и блестящие медью панцири. Войдя в мини-палац, Кай увидел высокий трон и сидящего на троне человека. Парень сделал вывод, что это и есть

тот самый «папа».

— Ну здравствуй, человек с полосой на шее, — сказал восседающий на троне старик. — Мы ждали тебя.

Кай уже было открыл рот для ответа, но человек встал с трона и, не дав ему сказать ни слова, продолжил говорить:

— Моё имя — Мигель Монзано, но все меня зовут «папой». Я хозяин острова Сан-Лоренцо. И я рад приветствовать тебя в месте, где ежедневно выполняются сотни Законных, — «папа» сделал ударение на это слово, — смертных приговоров. Меч Фемиды, как средство наказания преступников, уже давно устарело. Крюк Монзано — вот где истинное орудие правосудия!

Кай нахмурил брови и пытался сосредоточиться на происходящем. Сан-Лоренцо… крюк… «папа» Монзано… всё это он уже где-то слышал. И тут Кай вспомнил где встречал все эти слова. Его ноги подкосились, и он плюхнулся на пол, словно неуклюжий годовалый ребенок.

Курт Воннегут «Колыбель для кошки»! Всё это оттуда, из этой книги. Кай когда-то читал это произведение, а сейчас сам оказался в гуще событий.

— Сейчас ты выглядишь удивлённым и напуганным, — продолжил «папа», — но я знаю, кто ты такой и зачем явился сюда. У меня давно не было такого достойного слушателя, как ты. Ты внемлешь каждому моему слову. И прежде чем произойдет то, что должно, ибо неизбежность всесильна, я бы хотел тебе поведать свою историю.

«Папа» Монзано повернулся к парню и пошёл. Стражник толкнул Кая в спину, тем самым давая понять, чтобы тот следовал за стариком. Пройдя через задние двери, хозяин острова и юный пленник оказались на просторной террасе, в центре которой стоял стол и две лавки. «Папа» любезно предложил присесть за стол и еле заметным жестом отпустил стражника. Когда Кай очутился на лавке, «папа» Монзано сел

напротив, упёрся локтями в столешницу, сплёл пальцы рук между собой, а большими пальцами уткнулся в подбородок. Цепкий, оценивающий взгляд «папы» не давал расслабиться парню. Но он помнил, что это лишь очередная игра человека в дорогом костюме с его изможденным сознанием. Кай выдержал взгляд Монзано и «папа» улыбнулся.

— Ты и вправду силен духом, мальчик мой, — сказал старик, — если бы не своевременный сигнал, то у тебя были бы все шансы на победу.

На лице Кая отобразилось недоумение. Он действительно не понимал, о чём говорит Монзано.

— Не удивляйся, — продолжил «папа», радуясь, что он на шаг впереди, даже не догадываясь, что его собеседник воистину находится в полном неведении, — и не притворствуй, потому что я знаю, зачем ты здесь. Ты здесь, чтобы ликвидировать меня и занять моё место, но, увы, твой план провалился.

Кай замахал головой и руками, пытаясь объяснить, что «папа» ошибается, но старик Монзано грубо перебил его.

— Не пытайся обмануть меня, мальчишка! — рявкнул «папа» и ударил кулаком по столу. — Ты под полным моим контролем. Оглянись и убедись сам.

«Папа» сделал широкий жест руками. Кай посмотрел по сторонам и увидел, что терраса окружена дюжиной постов, где на каждой из сторожевых башен находится лучник.

«Папа» поднял руку, и каждый из двенадцати лучников натянул тетиву.

— Хоть одно резкое движение с твоей стороны, и ты превратишься в решето. Даже если один не попадёт, хоть я в этом очень сомневаюсь, то остальные — точно попадут! Поэтому я предлагаю тебе медленно присесть на место и выслушать меня.

Кай повиновался.

— Вот так, — «папа» тоже уселся на своё место. — Так-то лучше.

А теперь, когда нас никто не слышит, я тебе расскажу то, что до тебя ещё никто не слышал. Очень надеюсь, что ты не сочтешь меня сумасшедшим и поверишь мне, ибо сие повествование — чистейшая правда.

Дело было два года назад, и дело было — дрянь. Я был безнадежно болен. Смертельная болезнь пожирала меня изнутри. Первое время я глушил жуткие боли наркотиками, но пришло время, когда уровень боли сравнялся с высоким уровнем наркотиков в моём организме. Это означало, что наркотики уже не помогали от боли, а если я увеличу дозу наркотиков, то просто-напросто умру от передозировки. Я был в тупике. И единственный выход из сложившейся ситуации я видел только один, и это, — «папа» Монзано потянул за шнурок, который был повязан на его шее и достал крошечный цилиндрический мини-контейнер, — лёд-девять!

Кай сглотнул при виде чудовищного изобретения Феликса Хониккера.

— Боли были невыносимы, — продолжил «папа», — и я решился на принятие в свои уста единственного средства, которое спасло бы меня от мук, даже ценой собственной жизни. И когда я уже изъял лёд-девять из тайника, в мои покои вошёл настоящий великан, одет он был странно, таких нарядов мне никогда не приходилось встречать.

Кай даже не уточнял приметы, он был уверен, что речь идёт об Иване.

— Сначала я принял его за очередную галлюцинацию, — продолжил старик Монзано, — но когда он вошел, то сразу же крепко сжал своей ручищей мою дрожащую руку, в которой я держал «решение от всех проблем». В таком положении мы ненадолго замерли, пока этот гигант не положил свою свободную руку мне на голову, закрыв

ладонью глаза. После этого в моём мозгу блеснула вспышка, и я увидел себя со стороны. Это было невероятно. Я смотрел на самого себя, видел, как лёд-девять касается моих губ, как я покрываюсь инеем, как моё тело выгибается дугой и окончательно замерзает. Кай понял, что здесь Иван показал хозяину острова, как могли

развиваться события, если бы тот принял лёд-девять.

— После второй вспышки, — продолжил «папа», — я увидел, как отпрыски Хониккера старательно собирают все осколки льда-де-вять и бросают их в кипящую воду. После чего эти три дьявола взяли окоченевшее тело моего личного лечащего врача немца Шлихтера фон Кенигсвальда — как оказалось, он тоже ощутил на себе воздействие льда-девять — и хладнокровно сунули его в шкаф.

После третьей вспышки моему взору представилась картина, как во время праздника в честь «ста мучеников за демократию» самолеты, которые должны были бомбить изображения знаменитых тиранов, плавающих на водной глади, взмыли в воздух. Но что-то пошло не так, и один из самолетов врезался в мой замок. Крепость начала рушится, и моё выгнутое дугой тело несется в воду. Лёд-девять моментально

замораживает океан, и на землю обрушивается множество смерчей. Это был конец. Когда мне всё это показали, я закрыл глаза, а когда открыл, то увидел, как крепкий титан убирает с моей головы могучую длань, давшую мне возможность заглянуть в будущее. В тот момент я никак не мог понять, было ли это истинное видение или же это была лишь качественная галлюцинация.

Вот что тебя ждёт, если ты позволишь этому проникнуть в твое тело, сказал мне хмурый великан и, вырвав из моих рук осколок, бросил его в банку и закрыл крышкой. Я ему, в свою очередь, поведал, что смертельно болен и что это способ единственный для меня, чтобы унять дьявольскую боль, которая ютится в моём теле.

Загадочный гость убеждал меня, что я глубоко заблуждаюсь:

— Я могу помочь тебе и забрать с собой твою хворь и боль, которые разрушают твоё тело, — говорил мне титан в странных одеждах, — если ты выполнишь моё условие.

Не в силах терпеть адские мучения, я согласился. И мой загадочный спутник выдвинул своё условие. Он хотел, чтобы я поделился крюком, символом страха и порядка на нашем острове, со все ми людьми на Земле. Он хотел, чтобы наш остров стал всемирным оплотом правосудия, где круглосуточно выносились бы смертельные

приговоры и незамедлительно приводились в исполнение! Тысячи людей должны были искупить свою вину, пропуская через своё тело стальной крюк. Также могучий колосс во плоти сказал, что люди, которые признали свою вину и готовы понести заслуженное наказание, на усмотрение «папы» могут рассчитывать на помилование

и мгновенную смерть. И гигант положил свою огромную руку на банку, где лежал мой осколок льда-девять. После объяснения всех тонкостей уговора огромный человек ещё

раз спросил, готов ли я пойти на его условие. Я немедля согласился, и этот демон — в тот момент я так и думал — навис надо мной, поднял свои руки с растопыренными пальцами, и в этот момент его руки засветились, словно раскаленное железо. Не успел я и слова сказать, как резким движением его руки вошли в мою грудь по самые запястья. Я ощутил жгучую боль и не смог сдержать громкий гортанный вопль.

Кай поморщился, представляя жуткую картину, но не произнёс ни слова.

— Я не знаю, — продолжил «папа», — сколько это продолжалось, но, по моим ощущениям, эта процедура длилась целую вечность!

В мою голову даже закралась мимолетная мысль, что демон хочет живьем вырвать из меня душу. Но всё же он вытащил руки из моей груди. Они были все измазаны кровью и подкожным жиром. Тиран поднес к моему лицу раскрытую ладонь, я увидел на ней какой-то сморщенный комок бледного мяса с кровавыми прожилками. Это была раковая опухоль.

— Теперь хворь больше не потревожит твой организм, — сказал «лекарь».

— Пригласи к себе своего секретаря, — продолжил говорить колосс, — и продиктуй ему приказ «папы», президента и хозяина острова Сан-Лоренцо. Суть приказа будет заключаться в том, чтобы все кузнецы, которые есть на острове, живо принимались за работу! Чтобы каждый кузнец взял к себе в подмастерье одного — а то и двух! — уче-

ников и немедленно разжигали кузнечные горны и начинали изготовление кованых крюков! Ты же, — великан ткнул окровавленным пальцем старику Монзано в грудь, — будешь восстанавливаться и набираться сил. Через неделю в местный порт прибудет первый корабль с обречёнными на смерть. К этому времени всё должно быть готово.

После своих инструкций красавец-великан развернулся и ушел.

Я был настолько слаб после той адской терапии, которая лишила меня болезни и всех сил, что я просто не успел задержать и задать ни единого вопроса моему демоническому человекоподобному спасителю. Через некоторое время я позвал к себе секретаря и продиктовал ему приказ, в точности соответствовавший напутствию великана. Прошла неделя и, как и говорил демонический целитель, в наш порт вошло огромное грузовое судно, на борту которого было несметное количество людей, по рукам и ногам закованных в цепи. К этому времени все приготовления были выполнены. Кузнецы, которые изготавливали крюки, и плотники, которые сооружали небольшие помосты с двухметровым бревном посередине, где на самой верхушке

крепился стальной крюк, отлично справились со своей работой! Когда сотни «адских вешалок» были аккуратно выстроены одна возле одной на главной площади города, то дрожь пробежала даже по моей спине, — признался старик Монзано. — Жуть пробирала при мысли, что должно было происходить в тот день. Но всё прошло очень быстро и воспринялось как само собой разумеющееся. Выходил человек, ему оглашали обвинение и тут же его исполняли. На крюках оказывались не только мужчины, но и женщины… и даже дети.

В тот день я во все глаза высматривал своего загадочного гостя, чтобы получить его одобрение и уважение за проделанную работу или же упрек и презрение за какой-то невыполненный нюанс, который я мог просто не расслышать или же элементарно пропустить мимо ушей во время жуткой лихорадки. Но нашей повторной встречи

так и не состоялось. С тех пор прошло уже два года. К нам продолжают регулярно привозить узников со всего мира. Откуда всем известно про крохотный остров Сан-Лоренцо, так и осталось для меня загадкой. И все эти два года мы систематически вешали преступников на крюк, ждали, пока они испустят последний дух и сжигали их на очищающем огне. Кстати, нам совсем недавно прислали из Германии реактивный двигатель, специально оборудованный стальной клеткой у самого сопла. Теперь

сжигать трупы тех, кто вкусил местного правосудия, стало намного легче.

Но однажды вечером, когда я уже выполнил все приготовления ко сну и даже улегся в свою постель, ко мне сквозь мрак и пелену сна обратился знакомый голос:

— Твоей власти на острове грозит опасность!

Я приподнялся на локтях и увидел смутные очертания огромной тени возле своего президентского ложе.

— Остерегайся мальчишку с горизонтальной полосой на шее, — продолжила тень, — он очень умен и попытается перехватить бразды правления в свои руки с помощью хитрости и коварства. Когда ты встретишься с ним лицом к лицу, ты можешь жестоко ошибиться и обжечься, сделав скидку на его юный возраст.

Возможно, при встрече ты рассмеёшься ему в лицо, думая, что этот с виду сосунок даже на воина не тянет. Это не так. Внешность обманчива. Он будет качественно играть роль невинной, ничего непонимающей овечки, притворяясь, что у него пропал голос, и он не может сказать ни слова.

— Так и есть! — крикнул Кай, резко подорвавшись со своего места. Но с уст парня не сорвалось ни единого звука.

Старик Монзано вскинул вверх руку и застыл. В бегающих глазах был отчетливо различим страх, а кожа на лице старика побледнела.

Невооруженным глазом было видно, что «папа» действительно боится Кая.

— Сынок, ещё одно такое резкое движение, и ты никогда не узнаешь, чем же закончилась эта история.

Кай замер, словно изваяние, только грудная клетка напряжённо двигалась. Парень ещё раз попытался сказать хоть слово в своё оправдание — тщетно.

— А теперь медленно сядь и дослушай, — посоветовал встревоженный старик, — но предупреждаю: если ты ещё хоть раз встанешь без разрешения, я дам лучникам команду на групповой залп!

Кай шумно опустился на лавку, потеряв всякую надежду.

— Я сказал медленно! — рявкнул «папа».

Кай даже ухом не повел. Чувство обреченности временно затмило инстинкт самосохранения.

— Именно об этом меня и предупреждали, — тихо продолжил старик и сел на своё место, — когда тебя прижмут к стенке и разоблачение станет неизбежно, то твоё поведение, молодой человек, станет более грубым и развязным. Но ночной визитёр настоятельно рекомендовал мне от тебя избавиться раз и навсегда, и как можно скорее. Возможно на острове уже есть твои соучастники, или того хуже — последователи! Поэтому ты немедленно отправляешься на крюк. Стража!

Кай не верил своим ушам. Он никак не ожидал такого стремительного развития событий. Да, он понимал, что это всё сон, но после того как Кай связался с Иваном, сны набрали силу и очень сильно переплелись с реальностью. Красочная, четкая картинка, звуки, запахи, ощущения — всё максимально приближенно к реальности. А после

пробуждения сон не забывается, а остается в памяти, словно вчерашний день, прожитый полноценный день. Кстати, боль в этих снах тоже реальна и очень даже ощутима.

Кай отвлекся от мыслей уже тогда, когда стражники волочили его через тесную каменную кишку. Когда они вышли на свет, то яркий солнечный луч резанул Кая по глазам. Его уже тащили по площади, на которой то тут, то там висели мученики на крюках. Одни яростно барахтались, пыхтя от невыносимой боли, другие уже сдались и просто висели в ожидании смерти. Каю стало плохо, его желудок свело спазмом, а рот наполнился слюной.

— Для тебя мы приготовили нечто особенное! — Кай услышал крик «папы». Оглянувшись, он увидел старика на балконе, откуда ему было хорошо видно всю площадь.

— Такой чести ещё никто не удостаивался, — громко продолжил дряхлый диктатор, — ты будешь первый! У всех этих смертников, которых нам присылают, на уме только грязные мысли. Если разум отравлен многочисленными пороками, то и тело, соответственно, такое же. Даже если кожа чиста, то нутро этих грязных туш — гнилое. А гнилое мясо достойно лишь стального крюка.

Ну а ты, мальчик мой, — «папа» указал своим перстом на Кая, — по праву можешь считать себя уникальной личностью. Твоё тело молодо, твой разум чист, а твои смелость и отвага вызывают у меня к тебе уважение. Даже перед ликом смерти ты не сдался и не раскрыл своих карт и возможных подельников. Твои слабые места так и останутся для меня загадкой. Именно поэтому я решил, что ты недостоин стального крюка.

Внутри Кая вспыхнул слабый огонёк надежды, что его казнь отложится и его упрячут в темницу для того, чтобы выпытать какую-то информацию. К тому времени он надеялся, что проснётся и избежит ужасной пытки крюком. Задержав дыхание, Кай ждал от старика окончательного решения.

Да, ты недостоин стального крюка, — повторился «папа», растягивая интригу. — Такие, как ты, достойны большего, достойны лучшего.

Именно поэтому я решил оказать тебе огромную честь. По еле заметному жесту старика Кая привели в самый центр площади и развернули лицом к балкону, где находился старый оратор. По левую руку от Кая что-то было тщательно накрыто алой материей, что именно — невозможно было увидеть.

— Такого шанса не удостаивались даже знатные вельможи, которые ради забавы омывали свои руки кровью невинных людей, а когда настал час наказания — предлагали баснословные суммы за спасение их никчемной шкуры. Но ты, — «папа» снова указал своим дряхлым перстом на обреченного Кая и улыбнулся, — ты мне нравишься. Мне жаль расставаться с тобой, но ты сам сделал этот выбор, когда хотел

захватить власть на острове. Поэтому разреши показать тебе то, что я сам придумал, и очень долгое время не мог найти применения этому. Старик дал знак страже, и та сорвала алый покров.

— Золотой крюк! — с восхищением произнес диктатор.

Надежда Кая тут же погасла окончательно и безвозвратно. — Крюк из чистого золота, — всё не унимался противный старикашка, — который предназначен только для тебя! После казни твоё тело будет засушено и забальзамировано, помещено в специальную герметичную колбу и выставлено на всеобщее обозрение, чтобы весь люд смотрел, что случается с чересчур уверенными в себе заговорщиками.

А сейчас, — «папа» сделался серьезным, — я оглашу твой приговор.

Повисла гнетущая пауза. Каю казалось, что время остановилось в ожидании вердикта ветхого диктатора.

— Виновен! — завопил во всё горло старик Монзано со своего балкона. — Стража! Немедленно привести приказ в исполнение! На крюк этого наглеца!

Стражники схватили Кая и, заламывая ему руки, потащили до смерти перепуганного мальчишку на деревянный помост. Бедняга по-прежнему не мог сказать ни слова, он открывал рот, но ни слова не доносилось. Со стороны он выглядел как выброшенная на берег рыба. Перед ликом смерти силы Кая удвоились и стражники (они же и палачи) еле удерживали вырывающегося мальца. И один из стражников не выдержал и осадил осуждённого, сильно ударив его коленом в живот. Кай перестал дышать. Только через несколько мгновений парень начал рывками глотать воздух. Этот удар вывел его из равновесия и стражники, воспользовавшись этим, быстро дотащили Кая до деревянного столба.

— На крюк его! — приказал «папа».

Стражники оторвали Кая от земли и уже были готовы насадить его живьем на острие крюка, но последняя, отчаянная попытка спасти свою жизнь решила исход дела иначе. Кай по-змеиному изогнулся и вывернулся из рук стражи, но спасительный маневр выполнялся очень близко к крюку и Кай почувствовал, как острие крюка входит

в его плоть. Стражники окончательно выпустили осуждённого из своих рук и в нерешительности замерли, глядя на балкон и ожидая, что на это скажет «папа». Под тяжестью тела кожа Кая неприятно захрустела. Немой вопль вырвался из горла Кая, повешенного на крюк.

По правилам острова Сан-Лоренцо казненного вешали на крюк за брюхо так, чтобы острие вышло со спины. А Кай вывернулся и подвесил себя за руку. Крюк вошел под мышку, а вышел — через ключицу.

— Кретины, — тихо сказал старик, глядя уничтожающим взглядом на парочку стражников. Резкое, небрежное движение рукой дало понять стражникам, что «папа» их не желает более видеть. Бледные стражники тут же скрылись из виду, считая, что ещё очень легко отделались.

— Глупец! — обратился старик к извивающемуся Каю. — Посмотри, что ты наделал. Теперь твои забальзамированные останки не будут производить должного эффекта. Может даже пойти молва, что на Сан-Лоренцо потеряли былую хватку и теперь вешают преступников за что попало.

Старик Монзано застыл и притих.

— Мне нужно подумать, что дальше с тобой делать.

Небрежно брошенная фраза пролетела мимо ушей Кая, сейчас ему было не до выслушивания упреков. Обжигающая боль терзала его плечо. Дряхлый диктатор скрылся, а Кай продолжал висеть на крюке. Сильная мигрень ворвалась в черепную коробку Кая и начала там неистово бесноваться. Удивительно было то, что крови не было. Казалось бы, что при такой ужасной сквозной ране кровища должна была

хлестать ручьем, а по факту — даже капельки не упало. Под лучами палящего Солнца Каю стало дурно, и он потерял сознание.

Ушат холодной воды, который привел парня в чувство, был словно глоток свежего воздуха во время палящего зноя. Сильная головная боль не отступила. Бросив взгляд на рану, Кай увидел, что кожа вокруг раны побелела и вытянулась. Мученик сделал вывод, что он довольно длительное время был в отключке.

— Я долго размышлял и никак не мог прийти к окончательному решению, что же с тобой делать.

Кай узнал голос «папы», но не мог сориентироваться, откуда именно он звучит. На балконе было пусто, да и в узком поле зрения парня тоже было безлюдно. И Кай решил, что старик стоит у него за спиной.

— Нежданно-негаданно, — продолжил «папа», — ко мне явился мой спаситель, он же и мой информатор, который предупредил меня о твоём грязном рейде на мой остров.

К моему величайшему удивлению, он посоветовал мне помиловать тебя и даровать быструю безболезненную смерть. Его тон был холоден и непоколебим. Я не осмеливаюсь его ослушаться и привожу в исполнение Его волю, не мою. Старик Монзано достал из складок одежды какой-то маленький стеклянный фанфурик. К мигрени Кая добавился ещё и озноб, парня очень трусило, и это приносило новые физические мучения, поэтому он не мог хорошо рассмотреть предмет. Первая мысль была, что в стеклянной таре яд, но Кай ошибся.

— Знаешь, что это? — спросил старик и поднес банку к лицу Кая.

«Папа» не дал ответить и продолжил. — Ясное дело, что не знаешь! Это то, что очень быстро убьет тебя. Это лед-девять.

Кай вздрогнул, тем самым причинил себе боль.

— Сейчас я расскажу тебе твою дальнейшую судьбу. Приняв лед-девять, ты мгновенно замерзнешь и превратишься в ледяное изваяние. Твое окаменевшее тело сожгут дотла уничтожающим всё живое пламенем немецкой турбины. Не думай, что мы просто хотим поизмываться над твоим трупом, нет, это не так. Просто эта предосторожность очень важна для всего человечества. Если хоть один мельчайший кристалл попадет в мировой океан, то настанет конец — холодный и безвозвратный. Поэтому после твоей смерти мы растопим весь лед-девять, который будет находиться в твоем теле. После

чего твой прах, как и прах всех смертников, будет развеян над водной гладью. По хребту Кая пробежался озноб страха от грядущей участи. Он был бессилен и нем. Он окончательно сдался, его дух был сломлен в очередной раз.

Старик Монзано молча открыл крышку и вынул маленьким пинцетиком крохотный осколок.

— А теперь открой рот, — вежливо попросил «папа».

Кай устал сопротивляться и что-то доказывать, он повиновался и приоткрыл рот.

— Надо же, даже перед кончиной ты не теряешь своего достоинства и смело встречаешь смерть с гордо поднятой головой! Могу заверить тебя, что за два года, которые мы тут вершим правосудие, ни один не принял с таким достоинством заслуженное наказание. Если бы ты пришел не по мою душу, то я, не задумываясь, обменял бы тебя на любого генерала нашего острова. Но не судьба…

Прощай, человек с синей полосой на шее, я очень рад, что тебе всё рассказал, теперь у меня на душе значительно легче. С этими словами «папа» коснулся губ Кая заветным осколком. Губы мгновенно занемели, освежающий холод покатился в глотку.

По ощущениям это напомнило Каю, словно он проглотил целиком ментоловую конфету. Зрачки глаз покрылись инеем. Он ещё видел «папу», словно через зимнее окно, расписанное морозом, но пошевелить глазами уже не получалось. Это был конец.

***

На этой оптимистической ноте Кай в ужасе проснулся. Одышка душила парня, голова не перестала болеть, а ещё ему чудовищно хотелось спать! Ко всему этому набору добавилась непонятная боль под рукой. Кай поднял руку, а пальцами другой руки потрогал предполагаемый источник боли. Под мышкой была большая шишка.

Дотронувшись до неё, Кай почувствовал острую боль и тут же отдернул руку.

«Что это такое?» — хотел крикнуть Кай, но забыл, что голоса по-прежнему нет.

— Что за чёрт?! — мысленно возмутился Кай, но ответом ему была тишина — Что ты со мной творишь? Зачем всё это? Думаешь, что этим ты заставишь меня убивать людей? Ха! Нет. Меня так просто не сломать!

Боль была и впрямь ужасная, Кай не мог до конца опустить руку, шишка мешала.

— Очень надеюсь, что у тебя с головой проблем нет и что это не бубонная чума, иначе я же могу умереть!

Тишина. Ни единого намека на присутствие Ивана.

— Можешь и дальше в молчанку играть, а я пойду в больницу и сам узнаю, что ты со мной сотворил, кретин безмозглый!

Кай замер и прикусил язык. После того, как он отпустил грубое оскорбление сущности с безграничными возможностями, ему стало не по себе. После краткого замешательства Кай направился к входной двери. Но пройдя по коридору несколько шагов, голова парня сильно закружилась, всё вокруг завертелось и заплясало. Потеряв равновесие, Кай плюхнулся на задницу и от толчка шишка под рукой взорвалась невыносимой болью. На глаза навернулись слёзы. Тело обмякло, руки и голова стали очень тяжелыми. Кай упал навзничь и ударился затылком. Взор затянуло пеленой, и до предела измождённый парень потерял сознание.

ГЛАВА 17

НЕВОЛЬНЫЙ САМЕЦ

Что-то очень больно укусило за щеку. Он убил насекомое, тем самым привёл себя в чувство. Влажность воздуха чрезмерно высока, это хорошо чувствовалось. Приоткрыв один глаз, он увидел вокруг себя огромное количество буйной растительности. Первой

мыслью было, что он находится где-то в саду, но огромные москиты и пение неизвестных ему экзотических птиц дали понять, что он где-то в джунглях. Попытка подняться принесла новую вспышку подмышечной боли.

«Добро пожаловать в очередное испытание от щегольского франта», — подумал Кай и поднялся на ноги, чтобы немного осмотреться. Вокруг была непроходимая чаща, над головой висели толстые лианы. Превозмогая боль подмышкой, он был уверен, что всё это проделки хитрого беса, потому что и тут, и на острове Сан-Лоренцо, и на лавке гильотины ему совершенно не хотелось спать, в отличие от жестокой реальности, которую ему устроил Иван. Что ожидать от этого места, Кай не знал. Он очень надеялся, что поблизости нет никаких хищных животных, которые разорвут его

за пару минут. Парень решает, что стоять и бездействовать — не самый лучший вариант, поэтому Кай выбрал себе путь, где был самый большой просвет в окружающей его листве, и стал медленно продвигаться вперед. По дороге он оторвал плотный лист местного кустарника и принялся отгонять надоедливых насекомых.

Вдруг Кай обратил внимание, что стало очень тихо. Птицы умолкли, и всё вокруг затаилось в ожидании чего-то ужасного. Вдалеке был слышен топот копыт. Парень был знаком с творчеством Фенимора Купера и решил воспользоваться одной из многочисленных хитростей краснокожих воинов. Став на колени, Кай, словно матерый

индеец-следопыт, приложил ухо к земле. Он даже не ожидал, что эта простая манипуляция так эффективна. Было хорошо слышно, что стадо неизвестных животных очень быстро движется прямо на него. Издалека долетел боевой клич. Этот отголосок оказался очень схож со звонким кличем Ксены-воительницы из зарубежного сериала, который очень любил смотреть Кай, когда был маленьким мальчиком.

Стук копыт становился все ближе, теперь не нужно было прикладывать ухо к земле, чтобы его услышать. Кай решил, что пора уносить отсюда ноги. Повернувшись спиной, он побежал в противоположном направлении. Колючие листья больно били по лицу, а корни, словно живые, все норовили ухватить его за лодыжку. Из-за густой листвы

Кай пробирался практически на ощупь, сильно прищурив глаза и выставив руки вперёд, чтобы не врезаться в дерево. Страшный клич повторился снова, и на этот раз его подхватило ещё несколько голосов. Для Кая это было не очень приятное открытие, но, игнорируя глубокую одышку, он решает ускориться. Полоса листвы резко закончилась, и Кай выбежал на поляну с вытянутыми вперед руками. Он упёрся руками в колени и остановился хоть немножко отдышаться. Преследователи находились совсем близко. И только сейчас Кай замечает, что на другой стороне поляны виднеется небольшое поселение.

«Спасен», — подумал он и продолжил бег,. А в это время, за спиной Кая показался первый наездник. Какое же изумление было на лице парня, когда он увидел, что его преследует крепкая женщина в туго стянутом кожаном облачении, соблазнительно облегающем каждый изгиб её тела. Она сидела верхом на зубре — зубре! Подумать только… — и вытаскивала из длинных волос сухие веточки и жухлые листочки. Лицо воительницы было суровым, искаженным открытой ненавистью. Увидав Кая, застывшего и внимательно разглядывавшего её, воительница позабыла про мусор в волосах и издала уже знакомый крик, подняв копьё вверх. Тут же из кустов выскочило ещё полдюжины крепких женских тел верхом на зубрах. Жертва и преследователи

замерли в немой сцене и стали разглядывать друг друга. Кай окинул всех женщин беглым взглядом и остановился на той, которая отличалась от всех остальных. В руках этой воительницы был меч, а у всех остальных — копья. На голове надет металлический шлем, а у остальных девах — кожаные повязки, да и зубр её отличался габаритами от остальных присутствующих животных. Кай сделал вывод, что эта

особа в шлеме тут главная. И, как впоследствии оказалось, не ошибся. Воительница вскинула в воздух свой меч и издала уже успевший надоесть звонкий боевой клич. Зов был тут же подхвачен, и вся шумная компания ринулась на бедного Кая. Парень стал быстро удирать, но погоня продлилась недолго. Одна из наездниц ловко бросила веревку с привязанными на концах кремневыми осколками. Это орудие плотно обмоталось вокруг ног Кая, при этом кремниевые грузики рассекли кожу на икрах, и он упал. Воительницы обступили поверженного плотным кольцом, и та, что была с мечом в руке, снова завопила, а потом выпалила какое-то незнакомое слово с большим количеством гласных звуков. Все женщины дружно вскинули копья и подхватили

ликование своей предводительницы. Кай предположил, что может быть это слово «победа!» или «добыча!».

Крики смолкли. Одна из девушек молча подошла к Каю и зависла над ним. Её суровый взгляд заставил пленника заволноваться. Хищница занесла над Каем своё оружие и нанесла оглушительный удар в голову древком копья. Жертва тут же потеряла сознание.

***

Кай пришёл в себя. Его голова и шишка под рукой пульсировали болью. Парень искренне хотел открыть глаза и убедиться, что он дома и что кошмар с доинственными наездницами уже позади. Отворив свои очи, Кай увидел над собой соломенную крышу тесной хижины. Чудо не свершилось. Попытка пошевелиться дала Каю понять, что все его четыре конечности крепко привязаны. Приподняв голову, Кай увидел, что он абсолютно голый и что его нагло распяли на низкой кровати. Кстати, кроме кровати, на которой был привязан нашгерой, в хижине из мебели больше ничего не было. Стыд и смущение тут же вытеснили боль во всём теле. Попытки освободиться оказались тщетными.

Занавеска, которая служила дверью в хижине, приподнялась и на пороге появилась девушка с кокосовой скорлупой в руках. Это была та самая воительница, которая огрела Кая древком копья, только теперь на ней не было одежды из кожи зверей, которая обтягивала её тело. Также отсутствовала повязка на голове, длинные волосы были распущены. Копья тоже не было. Ничего не было. Девушка вошла в хижину нагишом. Кай отвернулся и из приличия старался не смотреть на её соблазнительные формы. Девушка подошла ближе и замерла над ним. Терпеть больше не получалось, и Кай поднял на неё глаза. На лице не было ни злости, ни ярости, оно было бесстрастно.

Взор пополз ниже, скользнул по упругой молодой груди, плоскому животу и остановился на треугольнике волос между ног. Девушка никак не отреагировала на то, что её разглядывают. Она лишь наклонилась и поднесла к губам Кая кокосовую скорлупу, в которой оказалась очень горькая жидкость. Парень не стал сопротивляться и выпил всё до дна. Девушка уронила кокосовую чашу и продолжила стоять на месте, будто чего-то ожидая. Кай старался не думать о девушке, но вожделение оказалось сильнее силы воли, и у парня в голове запрыгали развратные мысли. Член начал увеличиваться, и через мгновенье его обелиск был в полной боевой готовности. Преобразившаяся воительница шевельнулась и оживилась, будто именно этого и ждала. Она плюнула на ладонь и отправила руку себе меж ног. После чего девушка запрыгнула верхом на эрегированный член Кая, и он почувствовал, как теплая влажная

рука направляет его в пылающее лоно. В момент проникновения нагая девица резко втянула воздух открытым ртом, и Кай окончательно вошел в неё. Половой акт был грубым и сухим, наездница доминировала, она полностью контролировала процесс слияния. Девушка ускоряла свои возвратно-поступательные движения, и Кай чувствовал, что уже на пределе. Не в силах больше это терпеть, он изверг своё семя

внутрь воительницы.

Девушка остановилась. С довольным лицом она слезла с парня, заткнула свою щель кусочком ткани и вышла из хижины. У парня складывалось впечатление, что над ним только что надругалась. Связанный пленник еще не успел толком отдышаться, как в хижину вошла очередная обнаженная воительница. Вошедшая девушка была старше предыдущей. А ещё на её лице была грусть. Плевок на ладонь, и ситуация повторилась один в один, только процесс слияния занял больше времени. Когда девушка слезала с Кая, чтобы вставить себе тряпичный вагинальный кляп, то её тело было полностью

покрыто росой пота.

Так повторилось восемь раз. Кай чувствовал себя опустошенным до предела, но девушки-воины всё шли и шли за своей порцией спермы. Также Кай не понимал, почему его эрекция не проходит и он может снова и снова. Наверное, разгадка кроется в том горьком напитке, которым его напоила первая нагая девушка с распущенными

волосами. Пауза между изнасилованиями затянулась, и у Кая появилась надежда, что всё кончилось и теперь его отпустят. Но надежда мгновенно погасла, когда на пороге хижины появилась суровая предводительница в своем шлеме и с мечом в руках. На ней была кожа зверя, которая прикрывала грудь и живот, отсутствовала только набедренная повязка.

— Она так и не решилась расстаться с мечом, — подумал Кай, — возможно, она меня боится, а возможно, меч — это символ власти, с которым нельзя расставаться.

И почему она не разделась полностью, как это делали все остальные? Может, она стесняется? А может, по статусу не положено?

Хищник подошел ближе и с презрением посмотрел на возбужденные гениталии жертвы. Во время плевка на лице была неприкрытая ярость. Казалось, что она это делает, потому что так надо. Партия началась, и карта пиковой дамы покрыла трефового вальта. Меч, который наездница держала в руке, так и не был отложен

в сторону. Присутствие стального оружия не давало связанному мученику сосредоточиться на процессе, тем самым растягивая время слияния. Брови воительницы нахмурились, и она с рыком занесла для удара меч. Она думала, что Кай испугается и всё сделает быстро, но этим угрожающим жестом было всё окончательно испорчено. На почве испуга и неуверенности фаллос Кая утратил былую твердость и стал уменьшаться в размерах. Эрекция предательски угасала, и последствия этого могли быть плачевными. Ещё пара движений и вялый член просто выскочил из влагалища. Сначала разъяренная баба пыталась впихнуть его обратно, но когда

поняла, что из этого ничего не выйдет, она впала в неистовство. Оглушительный вопль боевого клича вырвался из дебелой глотки женоподобного монстра. Пальцы воительницы намертво вцепились в горло Кая. Лицо тут же побелело, словно у мертвеца, ему нечем стало дышать. Казалось, он был хрупким эдельвейсом в лапах горного тролля. Предводительница разжала стальную хватку только тогда, когда лицо Кая посинело. Глотая драгоценный воздух, пленник не сразу заметил, что над ним занесли меч. Попытка увернуться ничего не дала, было слишком поздно, и оскорбленная воительница сделала успешный выпад. Острие клинка вонзилось Каю в низ живота. Тупая боль прокатилась по всему телу до самого мозга. Немой вопль вырвался изо рта раненного пленника. Он почувствовал, как по ногам текут горячие струи. Это была кровь. Кровь и моча струились по ногам Кая и стекались в липкую

лужу под ступнями. Лезвие меча вонзилось в мочевой пузырь.

ГЛАВА 18

НА ПОРОГЕ ОТЧАЯНИЯ

Кай сильно зажмурился и продолжал лежать без движения. Он точно не знал, сколько времени прошло с момента ранения. Пока он был в полузабытьи, чувство времени предательски покинуло его. Ноги были мокрыми и холодными, значит, прошло уже приличное количество времени, что даже кровь уже успела остыть. Небольшое колебание и Кай решается приоткрыть глаза. Он узнал свою гостиную, где лежал в виде извергнутого и брошенного на пол никому не нужного эмбриона.

Долгожданная безопасность. Чувство страха рассеялось, подобно утреннему туману в лучах солнечного света. Но радоваться было рано, потому что пустоту, которую только что занимали страх и отчаяние, мгновенно заполнила сильная боль под рукой и чувство усталости, которое тяжёлым грузом давило на нашего главного героя. Уже

более трёх суток он нормально не спал. Тело ломало, а мозг требовал немедленного отдыха. Кай лежал на полу, не решаясь подняться, но тут случилось то, чего он никак не ожидал. В районе паха потеплело, и он быстро поднялся на ноги! От резкого рывка шишка под рукой заныла. Попробовав рукой штаны, Кай понял, что только что, словно капризный младенец, намочил штаны.

— Этого ещё не хватало, — подумал Кай и, качнувшись от резкого подъема, ухватился за стену.

Когда голова немного (но не окончательно) перестала кружиться, парень обратил внимание, что все предметы вокруг потеряли своё былое чёткое очертание. Они шатались в разные стороны. Лишь на мгновенье резкость приходила в норму и тут же пропадала. Крепкая нехватка сна серьёзно сказывалась на бедняге. Мысленно выругавшись, он побрел в ванную, виляя и шатаясь, словно пьяный.

Находясь в ванной комнате, Кай снял мокрые штаны вместе с носками и бросил их в раковину. Сняв трусы, Кай замер в замешательстве от увиденного. Они были все в его семени. Мутная клякса была такого размера, словно он в последнее забытье пережил дюжину поллюций.

Видимо, то, что он пережил в той хижине, происходило с его телом по-настоящему.

— Ты мне за это заплатишь, грязный псих.

В мысленном обращении Кая была открытая угроза.

— И долго это будет продолжаться? Ты меня будешь затравливать, как вшивого пса, пока я не издохну? Если да, то хочу тебя порадовать, ты почти у цели!

Ответа не последовало.

Не успел Кай продолжить свою тираду, как снова случилась маленькая авария. По ноге заструилась теплая струйка мочи.

— Прекрасно, — равнодушно сказал Кай, стоя в луже. — Если ты здесь, будь ты трижды неладен, то держу пари, что тебе сейчас стоит огромных усилий, чтобы не потешить свою глотку адским смехом.

Ни звука в ответ наш герой не услышал.

Желание заплакать застало Кая врасплох и крепко схватило его за жабры. В горле образовался огромный эмоциональный ком. Ему хотелось, чтобы вся боль ушла, чтобы вернулась ясность разума, чтобы его наконец-то оставили в покое. Сложившаяся ситуация уже так осточертела, что Кай готов капитулировать и покорно отдаться в лапы молчаливому чудовищу.

— Иван, убей меня. Я больше не могу это терпеть, — мысленно простонал Кай человеку, который держал в руках невидимую плеть и безбожно терзал его плоть.

Ответа по-прежнему не было. Кай надел сухие чистые трусы на грязное тело, потому что сил едва хватало на элементарное передвижение в пространстве, речь о принятии душа даже не шла. Желание поспать было невыносимо сильным, но страх перед очередным кошмаром был ещё сильнее и Кай не знал, что ему делать. Вдруг откуда-то из кухни донёсся шум. Ничего не оставалось, и наш изможденный герой поплелся посмотреть, что там происходит. В принципе все было на своих местах. Вот только возле кухонного стола валялись осколки разбитой чашки. Кай не знал, как это

понимать. Как ветреную шалость или как знак. И тут сонный юноша замечает, что на столе лежит лист бумаги. Из-за недостатка сна у Кая перед глазами всё было размыто и поначалу казалось, что лист чистый, но подобравшись ближе, Кай увидел, что рядом с листом бумаги лежит простой карандаш. Рухнув на стул, Кай пододвинул лист к себе и увидел текст. Почерк был изумительным, в стиле средневековья. Если бы не наличие простого карандаша на столе, то можно было бы подумать, что послание написано пером. Кай прищурил один глаз, чтобы сфокусировать более-менее приличное зрение и принялся читать.

Пристрастья не питая к трупам,

Спасибо должен Вам сказать.

Мне ближе жизненные соки,

Румянец, розовые щеки.

Котам нужна живая мышь,

Их мёртвою не соблазнишь.

Кай был обессилен и измотан игрой Ивана и поэтому не понял смысл написанного, он просто отметил для себя, что уже где-то читал эти строки и сейчас пытался вспомнить, где именно.

— Их мёртвою не соблазнишь, — мысленно повторял про себя Кай, пытаясь понять смысл послания.

От попыток немного поработать мозгом, голова Кая разболелась. Ещё одна попытка подумать, строки были хороши и очень знакомы. Кай так и не смог вспомнить, где ранее встречал эту поэзию.

— Говорить ты со мной не хочешь, зато настрочить писульку — это ты мастак. И как мне понимать Ваше послание, мистер молчаливая барракуда?

Вместо ответа мочевой пузырь Кая снова дал слабину, и по ногам потекла тёплая жидкость. Её было немного, не больше рюмки, но сам факт все равно неприятен.

— Ах, черт! — взревел Кай. — Будь ты тысячу раз проклят!

Так и не дождавшись никакой реакции от невидимого собеседника, Кай направился в свою, комнату, чтобы снова переодеться. В процессе смены белья до Кая все же дошёл смысл рукописного послания. Это в очередной раз доказывает, что парень нужен демону живым. Но зачем? Что в нем такого ценного? Ответ на этот вопрос знал толь-

ко наш крепкий кукловод в дорогом костюме.

В свете новых событий Кай понял, что теперь ему никак не выбраться в больницу, потому что не успеет он пройти и ста метров, как снова случится мелкая, но очень неприятная авария. Усевшись в кресло, на котором совсем недавно стоял ногами с петлёй на шее, Кай позволил себе немного подумать.

— Теперь и мой мочевой пузырь против меня, — подумал Кай. — Что мне делать дальше, ума не приложу. Может, и вправду сдаться? О боги, как же хочется спать. Беда в том, что я не хочу никого убивать. И чем больше Он меня принуждает, тем сильнее мне противна сама эта мысль. Если бы появилась возможность, то я с удовольствием убил бы своего мучителя, потому что Он воистину заслужил смерть, а убивать невинных никчемных людишек — это не по мне. Даже если большинство всех человекоподобных существ (некоторых очень сложно называть людьми) проводят всё свое свободное время в безделии, не пытаясь даже частично самосовершенствоваться. Если есть свободное от работы время, то оно убивается, чаще всего, лежа под телевизором, обрастая подкожным жиром. Более молодое поколение убивает время, сидя по самую шею в выгребной яме под названием «интернет».

Эти скучные самоликвидаторы не достойны такой участи, как умышленное умерщвление их калорийных тел. Они, сами того не замечая, медленно себя убивают.

Даже если человек — последняя мразь, зловонный, разлагающийся кусок мяса в гуще общества, который умеет только уничтожать литры алкоголя и пакостить в общественных местах, воруя, что получается уворовать и ломая то, что унести нельзя. Даже такие заслуживают право на жизнь. Хотя будет правильнее сказать, что они не живут, а влачат жалкое существование. Но от замены слов суть не меняется.

Человека можно убить только за умышленное убийство другого человека, но, увы, наша многоуважаемая власть настолько яро рвется в международные политические круги, что им абсолютно плевать на виновных и невиновных, в частности. Теперь мы цивилизованное общество, которое не допускает такой вещи, как смертная казнь. А жаль. Исходя из логики правительства, лучше посадить убийцу и насильника за решётку на десять лет, чтобы у него было время подумать и осознать всю тяжесть содеянного им преступления, чем наказать гада сразу же после суда тем же способом, каким он пользовался сам, чтобы убивать и грабить. Правительство свято верит, что негодяи за решеткой думают. Так и есть, они думают.

Только не о том, что они натворили, а о том, где же они прокололись! За то время, что они будут сидеть, они только отточат своё искусство до мельчайших деталей. Концентрация и самообладание заключённого тоже выйдет на новый уровень.

А им, слепцам в дорогих костюмах с депутатскими значками на лацканах, всё хиханьки да хаханьки.

Кай ещё долго бы рассуждал, но тут подошел невидимый для глаз парня Иван и стал за спиной ничего не подозревающего мученика. Кай откинулся на спинку офисного кресла и продолжал размышлять. Мощные ладони сомкнулись над головой сонного мыслителя, и Иван начал потирать руки. И снова из ладоней посыпалась алмазная пыль. Кай подвергался этой процедуре и даже не подозревал об этом. Блестящие частички были лениво втянуты носом жертвы. Легкое головокружение, и Кай начал погружаться, словно батискаф, в пучину сна. Иван смахнул с ладоней остатки пыли, поправил воротник, стряхнул несуществующую соринку с плеча и твёрдым шагом ушёл прочь.

***

Кай очнулся полон сил и без единого намека боли. Было страшно пошевелиться, он опасался очередного подвоха. Кай водил глазами из стороны в сторону, ни на градус не поворачивая головы. Он по-прежнему сидел в своём стареньком кресле на роликах, рядом с которым стоял журнальный столик и огромное кресло, обтянутое

чёрной кожей. Вокруг была пустота. Тишину нарушил щелчок открывшейся бензиновой зажигалки. После последовал ещё один звук, это был звук колеса, из-под которого вылетел пучок искр, и зажглось яркое пламя. Крепкий мужчина сидел на подлокотнике уже знакомого Каю кресла и раскуривал сигару. Треск тлеющего табака был отчетливо слышен в этой гробовой тишине. Глубокий вдох и выдох, за которым последовало облако дыма.

— Предлагаю взять тайм-аут и поговорить как взрослые люди, — деловым тоном сказал Иван и встал с места, чтобы в очередной раз поправить пиджак.

— После того, что ты со мной сделал, у меня непреодолимое желание убить тебя, а не разговоры разговаривать, — слова Кая вылетели с неприкрытой злостью, хотя внутри парень весь дрожал. Уровень непредсказуемости демона был слишком высок.

— Во-первых, это была вынужденная мера. Ты хотел обмануть меня, пытаясь всячески избежать выполнения своей стороны контракта. И это после того, как я с полной отдачей и рвением выполнил свою. Также ты был поставлен в известность моих намерений, но лишь пропустил их мимо ушей, за что и поплатился целостностью

и здоровьем собственной шкуры.

Повисло молчание, и началась битва взглядов. Каждый смотрел в глаза другому, даже не моргая. Во взгляде Кая звенела ненависть и обида, в то время как Иван смотрел с самодовольством и с пакостной улыбочкой на устах. Кай моргнул и отвёл взгляд. Очередная победа демона. Иван продолжил излагать.

— Я считаю, что ты уже ощутил на себе все прелести бессонного существования, плюс дополнительные бонусы в виде неприятных болячек. Как говорят люди — «чтоб жизнь малиной не казалась». Надеюсь, что ты заметил моё отсутствие и у тебя было полно времени, чтобы хорошенько подумать над моим предложением и самостоятельно, без натиска и словесных убеждений с моей стороны, принять правильное решение.

— Без натиска? — Кай поднялся с кресла.

— Ш-ш-ш, — осадил его Иван, — я же ещё не окончил. Присядь пожалуйста и дослушай до конца.

Кай повиновался.

— В свете новых обстоятельств выяснилось, что ты, как личность, очень упёрт и категоричен. Твоя воля крепка и непоколебима. Если на всех остальных субъектах мои методы безукоризненно работают и они уже на следующий день согласны на всё, то ты выдержал уже третий вал и по-прежнему твёрд в своем решении. Уверен, что если мы продолжим нашу игру без сна, то ты просто умрешь от недосыпа. Кивни, если я прав.

Кай кивнул.

— Я уже было подумывал не тратить больше времени, плюнуть на тебя и покончить со всем этим дерьмом! Но что-то подтолкнуло меня не сдаваться и подождать ещё. Я так и сделал. И вот вчера я, совершенно случайно влез в твою голову и прочитал твои мысли. Во-обще-то я таким не занимаюсь, это низко даже для меня, но ты — исключение, и поэтому действовать нужно исключительно иначе, чем обычно.

Твои стенания и жалость к глупым людишкам до крайности удивляет. Ты, так же, как и я, недолюбливаешь их. И в то же время, не желаешь им смерти. С одной стороны, ты тоже глуп и жалок. Ты готов пожертвовать собой ради них, в то же время это самопожертвование никто не оценит по достоинству. Уверен, что его даже не заметят. Ты будешь корчиться в страшных муках от боли и бессонницы, а тебе даже некому принести стакан воды.

Но если посмотреть на ситуацию с другой стороны, то можно увидеть, что никто, кто был до тебя на твоём месте, не был готов пойти на такую жертву. Это и делает тебя уникальным, не таким, как все, понимаешь?

— И что из этого? — Кай не понимал, к чему ведет Иван.

— Раз сложилась такая ситуация, и я имею дело с уникальным индивидуумом, то я готов пойти на некоторые изменения в нашем договоре.

— Ты меня отпустишь? — спросил Кай, хотя в душе ни капли не надеялся на благотворительность Ивана.

— Конечно же нет! Ты ещё не отработал свою часть по нашей договоренности и можешь полностью выбросить эту мысль из головы. Ты освободишься от моего присутствия лишь в том случае, если пойдешь по человеческим трупам. Ну, или если сам станешь трупом. Кай ни капли не расстроился. Именно такого ответа он и ожидал.

— Моё предложение заключается в следующем. Хочу освободить тебя от роли марионетки и предлагаю тебе партнерство. Я буду обращаться к тебе, как к равному по разуму существу, как к напарнику. Я знаю, что ты знаком с творчеством писателя Джеффри Линдсея. И поэтому я предлагаю тебе занять роль Декстера Моргана, а я буду

что-то вроде Тёмного Попутчика.

— Ты предлагаешь мне резать людей на куски и забирать на память об этом каплю крови с каждого места преступления, в то время как я и просто так не могу убить человека? А ты будешь сидеть на заднем сиденье автомобиля и раздражать меня своим смехом? Уверен, что это абсолютно провальная идея.

— Да нет же, умник. Ты не с той стороны посмотрел. Даю подсказку: кого убивал Декстер?

— Педофилов-убийц, — сухо ответил Кай.

— Всегда поражался твоей памяти и тому, как придирчиво ты читал книги и запоминал все те детали, которые обычный человек даже не заметил бы. Ты ответил чересчур точно. Попробуй обобщить.

Кай скорчил рожу недовольства и отрицательно покачал головой, тем самым дав понять, что не желает отвечать.

— Плохих парней, — тихо подсказал Иван. — Декстер убивал исключительно плохих парней. Именно такое напутствие дал ему отчим Гарри. И тот никак не смел его нарушать. Под его ножом оказывались только гнусные отбросы общества! Так почему бы и нам не сделать этот мир немного чище, хотя это совсем невиданно, чтобы приспешник темной стороны вершил добро. Но всё же я делаю тебе такое

предложение. Кай, я предлагаю вернуть тебе свой кровавый долг кровью плохих парней. Теперь ты принимаешь моё предложение или же ты предпочитаешь умереть?

Кай призадумался. И чем дольше парень находился в раздумии, тем шире становилась улыбка на лице Ивана. Он не сомневался, что теперь мальчишка согласится.

— Нет, я всё равно отказываюсь, — спокойно ответил Кай.

Он, не моргая, смотрел куда-то вдаль и во время ответа даже не окинул взглядом Ивана. А зря. Потому что сначала лицо Ивана исказило недоумение и приобрело глупый вид. А потом его зубы заскрипели, и на лице демона отразилась ненависть. Секундное промедление, и могучее тело уже нависло над Каем. Парень поднял глаза и с жалостью посмотрел на багровое лицо разъяренного собеседника.

— Как ты смеешь снова Мне отказывать, мальчишка, — Иван сделал ударение на слово «Мне», словно он Властелин вселенной.

Кай пожал плечами и со скучным видом продолжил рассматривать Ивана. Отсутствие страха выводило демона из себя. Он поставил свою лакированную туфлю между ног Кая, прямо на сиденье офисного кресла, а на свою согнутую коленку облокотился локтями, свесив расслабленные кисти рук. Все эти пафосные угрозы порядком уже осточертели Каю, ему надоело бояться непонятно чего, поэтому он выбрал

выжидательную стратегию и с томным видом продолжал сидеть.

— Раз ты не хочешь принять помилование, то совсем скоро твоё тело сдастся, а душа полетит ко всем чертям в самое пекло! Но сначала я позабочусь, чтобы ты прошел через Террариум! Ну а когда от твоей душонки останутся одни лохмотья, тогда мы её бросим в пекло, и она полетит вниз, словно сморщенный пожелтевший лист в осеннюю пору.

Последние слова Иван выплюнул в лицо Каю с особой жестокостью, и даже не дав Каю ничего ответить, демон грубо оттолкнул ногой от себя кресло, и Кай стремительно покатился в пустоту. Крепкий силуэт демона с каждой секундой уменьшался. Кай зажмурил глаза и весь напрягся, ощущая, что совсем скоро все это закончится. Мощный удар, кресло резко остановилось и перевернулось. Невыносимая вспышка боли под рукой была настолько неожиданной, что Кай закричал, закричал немым воплем. Парень открыл глаза и увидел, что он врезался в стену своей комнаты и сейчас лежит на полу. Из глаз потекли слезы отчаяния, и, вдобавок ко всему, тяжким грузом навалились на плечи Кая усталость и непреодолимое желание поспать.

ГЛАВА 19

ТЕРРАРИУМ

Голова шла кругом, в черепной коробке эхом шумели угрозы щегольского демона. Желание шевелиться отсутствовало.

О принятии вертикального положения не могло быть и речи. После падения Кай не изменил позу, он так и продолжал неуклюже лежать.

В области паха стало тепло, но и это не помешало остаться парню в неподвижном состоянии. Морально Кай был сломлен, но его принципы остались непоколебимы, словно стальной стержень внутри полой бамбуковой палочки. Зубы демона с огромной силой вгрызались в неё, но удавалось лишь снять стружку и окончить выпад со щепками во рту. Обрушивались попытка за попыткой, чтобы сломать парня изнутри, но всё тщетно. Скрежет эмали по металлу и ничего больше. Только в этом Кай пока побеждал, если это можно назвать победой…

Никаких определённых мыслей не было. В голове кружилось лишь одно слово, которое в порыве гнева слетело с губ демона. Террариум. Парню было невдомек, что это за место, которым его пугал адский оппонент.

Чувство одиночества и обреченности усиливались с каждой секундой. Нашему герою казалось, что весь мир отвернулся от него, а его верными спутниками по-прежнему оставались лишь боль, голод и усталость. Даже надежда хотела уйти от парня, но ей это

не удалось, Кай успел накрепко приковать её к стальному стержню своих принципов. И теперь она ходит по кругу, гремя цепью, словно одичавшая собака, и время от времени натягивает цепь в поиске слабого звена.

Вдруг Кай услышал глухое завывание. Звук доносился откуда-то из шкафа. Наш герой решил, что это уже начались слуховые галлюцинации и не придал этому особого значения. Пение становилось всё ближе, всё чётче. Мелодичный женский голос пел сладкую песню морских сирен, голос был звучным и приятным на слух. Ещё мгновенье, и к акапельному пению добавилась полоса света, которая пробивалась сквозь дверки шкафа. Кай не мог поверить в увиденное зрелище, но факт наличия света в шкафу был стопроцентным. Следом за светом и пением со шкафа заструилась вода и стала равномерно растекаться по полу. Наш герой, продолжавший лежать на полу, глубоко вдохнул, когда ледяная вода потекла под его спину. Пришлось встать.

Необычные водные процедуры немного отогнали желание сна. Кай знал, что ничего хорошего из этого не выйдет, но всё же решился открыть дверцу шкафа.

Первое, что он увидел, это был горящий факел в кованой подставке. Всё выглядело так, как будто его уже ждут. Первый шаг в шкаф — и Кай оказался по щиколотки в воде.

— Превосходно, — подумал Кай, — моя личная Нарния. Вот только жаль, что сантехника у них нет.

Кай взял факел и побрёл вглубь по каменному насту. Идти пришлось недолго, за первым же поворотом, сквозь стену воды пробивался свет. Кай осознал, что находится в пещере под водопадом. Здесь было холодно и влажно. Хотелось поскорее выбраться отсюда на свет, потому что ноги Кая по щиколотки до сих пор находились в ледяной воде и уже изрядно замерзли. Но чтобы выбраться наружу, нужно было пройти сквозь стену падающей воды, и поэтому Кай не решался на такой шаг. Но тут, по другую сторону водной стены, показался чей-то силуэт. Вода волшебным образом

раздвинулась, словно ситцевая занавеска, и перед Каем оказалась девушка в тёмно-алой мантии с высоким воротом и магическим посохом в руках.

— Слева от тебя есть нора, — сказала неизвестная, — оставь факел и вылезай на свет.

Её слова звучали как подсказка друга, а не как приказ, и это радовало. Вода снова сомкнулась, и загадочная незнакомка скрылась из виду. Кай не заставил себя долго ждать и сразу же полез в узкое пространство. Наш герой был абсолютно спокоен и даже разок усмехнулся, когда представил себя персонажем компьютерной игры —

Генри Тауншендом.

Парень вылез на поверхность, весь измазанный землёй. Его ослепил яркий солнечный свет, и он прикрылся рукой, чтобы глаза немного привыкли.

— Ну здравствуй, Кай, — прозвучал всё тот же женский голос, только на этот раз совсем близко.

Кай шарахнулся от неожиданности, он был не готов к тому, что рядом с ним кто-то есть.

— Не пугайся ты так, — на лице девушки засияла добродушная улыбка, — я — Лила и я твой друг. Моя задача не напугать тебя, а провести познавательную экскурсию по владениям моего хозяина.

— А я и не испугался совсем, — сказал Кай. — Эй, мой голос вернулся! Это значит, что я прощён?

Похотливая улыбка просияла на лице Лилы, Каю это показалось немного неожиданно.

— Мне очень жаль, но пока что нет. Мой хозяин и владелец этого места, — Лила развела руки в стороны, — оказал мне честь и предоставил возможность попробовать пролить свет на твою глупость и переубедить тебя в том, что ты рискуешь упустить единственную возможность сохранить свою жизнь.

Мой хозяин много рассказывал о тебе. Если не знать наверняка, то со стороны его озабоченность выглядит, будто он восхищен тобой!

Твоя настойчивость, твоя категоричность, твоя позиция не дает ему покоя. И ничего не способно поменять твоего решения. Ни его гнев, ни лесть, ни угрозы, ни телесные хвори не помогают в поиске компромиссного варианта ваших разногласий.

При нашей последней встрече мой хозяин был в гневе, он неистовствовал, когда рассказывал про твой очередной отказ. Он сказал, что больше не будет перед тобой унижаться, словно какой-то жалкий торгаш в надежде продать чемодан без ручки по очень выгодной цене.

Когда ты сдашься и снова уснешь, то он накличет на тебя смертельную болезнь, которая погубит тебя в течение часа. Я же, на свой страх и риск, предложила ему другой вариант.

Снова эта похотливая улыбочка. Если бы это происходило в другое время и при других обстоятельствах, то Кай подумал бы, что эта девушка с ним заигрывает.

— Лила, — задумчиво начала девушка, — это имя мне досталось вместе с властью и силой, которая заключена в этом предмете, — Лила показательно подняла вверх свой громоздкий, похожий на оркский штандарт, посох. — Моё прежнее имя вместе с моими воспоминаниями о былой человеческой жизни были зверски стёрты из моей памяти.

После чего мне дали новое имя, а точнее кличку, санскритский термин, который в буквальном смысле означает «игра». И раз уж дело зашло так далеко, что хозяин решает окончательно избавиться от тебя, тем самым признавая своё заочное поражение, я — «начинаю игру». Уровень моего обаяния и харизмы порой бывает

очень высоким, а в дополнение к моей красоте и грации, — Лила подмигнула Каю, — в общем, я не оставила моему хозяину шансов, и он разрешил мне немного «поиграть». Кстати, я рада, что мне удалось тебя заполучить, ты такой же симпатичный, как я себе и представляла, даже чуточку лучше. Поэтому не будем тратить времени, пройдемся

вдоль реки, а то ты можешь в любой момент проснуться, и тогда наш разговор может закончиться, так и не начавшись. Лила взяла Кая под руку и повела по тропинке, где по левую руку у них была речушка, по правую — широкое поле. Кай не совсем понимал, что происходит и что именно хочет от него эта приятная девушка. Вдобавок его не покидало ощущение, что за ним кто-то наблюдает.

Владычица с посохом мило щебетала Каю на ушко всякие лестные слова, а Кай всё вертелся по сторонам в надежде заметить того вражеского наблюдателя, который не давал ему покоя, слушая милую девушку в полуха.

— Прекрати вертеться, болван, — еле слышно зашипела Лила и больно вонзила свои когти Каю в руку, — держим курс вон на тот лесок, там я всё тебе разъясню.

Кай поморщился от боли, но посчитал нужным прислушаться к совету и больше не вертел головой по сторонам. Ну а когда они наконец-то добрались до лиственной посадки, то Лила еле заметно подняла свой посох, и он стал излучать какую-то

невидимую человеческому глазу энергию. Кай тут же услышал, как зашелестела листва, а когда он обернулся, то увидел, что все листики на кустах и деревьях, словно маленькие чешуйки, развернулись таким образом, что из того места, где они только что проходили, абсолютно ничего не видно за плотной стеной листвы. Лишь сверху пробивалось совсем немного солнечного света.

Лицо девушки стало серьёзным, даже немного суровым. Она оглянулась вокруг, пристально всматриваясь во все просветы.

— Зря ты не принял его предложение, — тихо сказала Лила, продолжая оглядываться. — Ты даже не догадываешься, что это за существо.

— Но почему я должен…

— Да потому, — перебила она, — что ты своим упрямством заочно очаровал меня! Во время рассказов и истерик в твою честь я тихо восхищалась тобой. Но я имела неосторожность улыбнуться во время его гнева, после чего он мне поставил условие: либо я убеждаю тебя согласиться на его предложение, либо он избавится от меня вместе с тобой и найдёт нового хранителя Террариума.

Девушка смолкла.

Кай молча стоял и переваривал полученную информацию.

— Я, конечно, дико извиняюсь, но я что-то не понимаю, на чьей ты стороне? — спросил Кай.

— Я на стороне здравого смысла, — сказала она. — Мой хозяин серьезно настроен на то, чтобы Террариум расцвёл, и пока это у него отлично получается. Но ещё серьезней он относится к своим играм со смертными. Это звучит глупо, но именно из этих игр он черпает вдохновение, поэтому они так важны для него. И когда его игра находится под угрозой срыва, хозяин неистовствует, потому что без достойной подпитки Террариум не будет развиваться, и без должного развития всё может рухнуть, толком и не начавшись.

— Эй, легче, — замахал руками Кай, — не всё сразу! Для начала объясни мне, что такое этот Террариум? А то только и слышу о нём, а до сих пор не могу понять, о чём речь.

Лила напряглась:

— У нас мало времени, мы очень долго находимся на одном месте, смотрящие могут что-то заподозрить.

— Плевать! Что такое Террариум? — Кай твёрдо стоял на своём.

— Ну что ж, ты и вправду умеешь добиваться желаемого. — Лила улыбнулась. — В таком случае иди, умой своё лицо в реке, и я всё тебе расскажу.

Кай чувствовал какой-то подвох в этой просьбе, но почему-то хотелось ей верить.

— Смелее, — улыбка девушки стала ещё шире, именно такая фальшивая улыбка была во время их первой встречи.

Но наш герой не заставил просить себя дважды и спустился к воде.

Последний недоверчивый взгляд, адресованный девушке, и Кай набрал в ладони воды и щедро умылся.

Едва отняв руки от лица, он увидел, что они все в крови. Слабость подкосила парня, и Кай плюхнулся на берег. Так вышло, что вода, которой Кай умывался, попала ему в рот, и солоноватый привкус вызвал у него рвотные позывы. Но наш герой сумел сдержать их. Парень брезгливо стал тереть ладони о траву, а лицо об одежду, но когда трава под руками захрустела, Кай остановился, чтобы посмотреть, что там такое. Это было невозможно, но вся трава вмиг стала сухой, а мир вокруг преобразился до неузнаваемости. Стало очень страшно, потому что такие колоссальные изменения просто невозможны без вмешательства потусторонних сил.

Вдобавок к сухой траве, на деревьях пропала листва. Деревья превратились в полусгнившие, полувысохшие изваяния. На жутких ветвях раскачивались повешенники. По идее, они все должны быть мертвы, но по факту — глаза несчастных по-прежнему моргали и лениво следили за происходящим. Плотная верёвка была не только на шее, она опутывала тугой спиралью всё тело, тем самым превращая несчастных в жуткие коконы. У некоторых невольных наблюдателей впавшие

щёки на безэмоциональных лицах насквозь прогнили, и из просвета выглядывали зубы.

Жуткое зрелище вынудило Кая отвернуться и зажмуриться. Где-то вдалеке зазвучала музыка и чей-то шёпот всё твердил: Terrarium! Terrarium!

Welcome to Terrarium! Terrarium!

После краткого промедления Кай всё же решает открыть глаза.

То, что он увидел, сильно его впечатлило. Перед его глазами раскинулась река. Река крови. Багровая вода бурлила и пенилась. То тут, то там в реке просматривались бледные поплавки. Один такой всплыл совсем рядом с берегом, Кай увидел человеческое тело синего цвета. Наш герой встретился с мёртвыми глазами утопленника, и вода плавно забрала тело обратно в свои холодные объятия.

Музыка становилась всё громче. Кай мог связать это только с одним — сюда направлялся Иван, и чем ближе он был, тем громче ставала музыка.

— Теперь ты доволен? — женский голос прозвучал совсем близко. — Ты интересовался, что такое Террариум, и ты удостоился чести увидеть всё воочию.

Кай не обернулся к девушке для поддержания разговора, он просто стоял и рассматривал оранжевое небо.

— Тебе несказанно повезло, — продолжила Лила, — ты смотришь на зарождение того, что в итоге будет страшнее, чем ваш скучный ад, которого вы, людишки, так боитесь. Это место с каждым мгновением наполняется новыми душами самоубийц. Река крови, в которую без исключения попадают все те глупцы, которые режут себе вены в поисках лучшей участи, была разработана и мастерски запущена в эксплуатацию моим хозяином. Небо над Террариумом — это не просто небо, это вход для всех нежелающих жить в виде большой перепонки. Сейчас ты можешь наблюдать, что цвет неба ярко-оранжевый, это значит, что перепонка между двух миров ещё в состоянии выдержать вес накопленных в ней душ. Но когда квота будет набрана сполна, то небо станет ярко-красным и прольется дождь из крови и душ несчастных. Все они попадут в эту реку, тем самым сделав энергетику этого места ещё сильнее.

Ты не сможешь помешать этому, но ты можешь не попасть сюда в виде заплутавшей души. Если ты окажешься здесь, то мой хозяин не пожалеет тебя, он будет кромсать, рвать, уничтожать и потешаться.

Мой тебе совет — согласись на Его условия. Согласись, иначе Он совершит непоправимое. — Лила перешла на шёпот. — Если ты не послушаешь меня — конец придёт нам обоим. Сначала умру я, а потом исполнится твой самый страшный кошмар. Пока я жива, у тебя есть шанс выбраться из стальной хватки моего хозяина, и первой ступенью к твоему спасению есть рукопожатие с демоном, как знак принятия

его условий. Пожалуйста, поверь мне. Пожалуйста. Иначе…

Лила смолкла на полуслове.

— …Иначе ты будешь корчиться в страшных муках, моля о прощении, — голос девушки зазвучал громко, с неприкрытой угрозой в голосе. Ехидное выражение лица и фальшивая улыбка выглядели очень наигранно, лишь глаза, в которых застыла мольба о том, чтобы Кай её услышал, выдавали её истинное состояние.

Кай увидел за спиной девушки крепкую фигуру Ивана и сразу понял, для кого Лила так старается. Весь этот спектакль затянулся и Каю стало скучно.

— Не слишком ли ты грубо с нашим гостем? — спросил Иван.

Лила резко обернулась, поклонилась и отошла в сторону, чтобы не закрывать собой Кая. Образовавшийся треугольник представлял собой занятную фигуру: демон, полудемон и человек.

— Этот несчастный не до конца понимает, с кем имеет дело, — весело начала Лила, — для него всё это игра, но мне кажется, что всё увиденное должно его достаточно впечатлить, чтобы он смог принять верное решение. Ну а если этот смертный посмеет снова ошибиться, то я лично буду за ним следить, когда он сюда попадёт. — Лила выражалась всё громче. — И чтоб эта увлекательная экскурсия не показалась ему сном, мы немного рассмотрим местные достопримечательности с высоты птичьего полёта.

После последних слов Лила начала звонко смеяться. От гортанного смеха девушки Каю стало не по себе. Посох ожил и тал тускло светиться. Чем громче Лила смеялась, тем ярче было свечение. Он будто напитывался голосом хозяйки.

Смех оборвался, и Лила запела, словно целый хор морских сирен.

Девушка направила свой пылающий посох на огромный валун и резко подняла его вверх. Валун сорвался с места и взлетел ввысь. Кай никак такого не ожидал. Вслед за первым камнем сразу же полетел второй, третий, четвертый. И тут Лила направляет свой взгляд на Кая, игриво улыбается ему, и с помощью силы голоса и светящегося посоха, подбрасывает нашего героя вверх. После чего, довольная устроенным

представлением, делает оборот вокруг своей оси и лихо подпрыгивает вслед за Каем.

Кай подлетел на добрый километр, на мгновенье замер среди оранжевых облаков и камнем полетел вниз. Он громко кричал, предвкушая стремительную и безболезненную смерть, но тут скорость начала уменьшаться, и Кай завис в воздухе рядом с Лилой. Ноги нашего героя касались верхушки высохшего дерева, Лила держала его на прицеле своего магического посоха и улыбалась.

— Окстись, жалкий раб! — громко и внятно начала Лила. — Откажись от своих принципов и прими единственно правильное для тебя решение. Прими щедрейший дар из рук моего господина в виде своей жалкой жизни!

Лила смолкла, будто все заранее заготовленные слова вылетели у неё из головы.

— И в завершение разреши подарить тебе краткий обзор владений моего хозяина. Надеюсь, тебе понравится. Снова зазвучало громкое гортанное пение, и Лила с улыбкой

на устах направила свою раскрытую ладонь на Кая, а посох — на горизонт. Кая стали царапать верхние ветки, а это значило, что тело нашего героя начало левитировать. Хозяйка Террариума летела вместе с Каем, но она была выше и верхушки деревьев были ей не страшны. Скорость увеличивалась, удары сухими ветками становились всё

сильней.

— Не подумай, что я это делаю с удовольствием, — Лила говорила эти слова с искренним сочувствием, — но эта процедура нам нужна, чтобы мой хозяин увидел результат проделанной мной работы.

Молю тебя, согласись на его условия, сохрани мне и себе жизнь, и я открою тебе его слабые места. А они у него есть, поверь мне. Кай ничего на это не ответил, он просто закрыл лицо руками и ждал, пока всё это прекратится.

Удары ветками становились реже, лес закончился. Они летели над поляной. Кай сжался в комок, ожидая новых ударов, но таковых не последовало. С помощью силы, которая заключалась в посохе, Лила развернула Кая, словно испуганного ежа. Ноги вместе, руки по швам, голова прямо. Спина Кая сильно пострадала.

— Прости меня, но так было надо, — тихо шепнула Лила.

Их встреча подходила к концу, и Лила приблизилась к Каю максимально близко.

— Возможно, я буду корить себя за то, что хочу сейчас сделать, —

шепнула Лила, — но если я этого не сделаю, то буду корить себя ещё больше. После чего Лила запустила пальцы в волосы Кая и сладко поцеловала его в губы.

— Это было великолепно, — сказала Лила после поцелуя, не открывая глаз. — Надеюсь, ты меня услышал. А теперь тебе пора обратно. Закрой глаза и попытайся уснуть.

Кай летел, словно бумажный самолёт. Его раны обдавало холодным потоком воздуха, ему было зябко, но в душе стало тепло от того, что он, возможно, нашел союзника, который его понимает и который поможет освободиться от навязчивой компании хитрого демона.

ГЛАВА 20

ЧУДОВИЩНАЯ ЗАМЕНА

Очередное пробуждение на том же месте. Тот же пол, те же болезненные ощущения в теле, тот же полумрак. К мутному чувству обречённости добавилось присутствие дежавю. В голове вертелся образ милой девушки, который безостановочно взывал о помощи.

Новая порция боли, пульсирующая в свежих царапинах на спине и не только, исключала всякую возможность того, что всё то, что приключилось с Каем в Террариуме, лишь сон нашего героя. Кай не стал мешкать и сразу же принялся кликать Ивана. Попытка призыва демона голосом тут же провалилась, голос по-прежнему отсутствовал.

Пришлось хорошенько прокашляться, чтобы унять болезненное першение в горле и воззвал к демону мысленно.

— Иван! Где ты? Я согласен на твои условия. Явись ко мне и скрепи нашу сделку крепким мужским рукопожатием!

Уже привычная тишина была Каю ответом. Всё так же лёжа на полу, Кай думал, что через некоторое время он уснёт и случится их встреча с Иваном, но он никак не ожидал, что прямо здесь и прямо сейчас откроется дверь и войдёт крепкий демон во плоти. Кай опешил и растерялся. Иван навис над Каем, словно коршун над беззащитной добычей. И снова битва взглядов, и снова Кай не выдерживает и от-

водит взгляд. Вдобавок ко всему мочевой пузырь снова подвёл своего хозяина, и Кай почувствовал позорное тепло, которое растеклось по штанам мокрым пятном.

Кай был уверен, что сейчас Иван отпустит какую-то глупую шуточку по этому поводу, но он даже не шелохнулся, его лицо было серьёзным как никогда.

— Надеюсь, твоё решение окончательно и бесповоротно? — серьёзность тона подтверждала, что Иван не настроен на юмор.

— Да, — подумал Кай, — ты победил. Я преклоняюсь пред тобой и готов принять твои условия.

Кай не без усилия поднялся на ноги и, держась за стену, протянул руку Ивану для рукопожатия. На демонической роже просияла довольная улыбка, Иван ударил по ладони и крепко сжал руку Кая. Наш герой взвыл от боли и упал на колени.

— М-да, такого прогиба я от тебя никак не ожидал, — Иван улыбнулся и заметно повеселел. — Мало того, что я с твоей помощью обнаружил очень опасного заговорщика и удалил это слабое звено из своей цепи власти, так я ещё и получу то, что моё по праву!

— Что ты имеешь в виду под этими словами? Какой заговорщик?

— А Лила оказалась молодцом, — Иван проигнорировал вопрос Кая и, прищурившись, продолжил рассуждать, — ловко же она тебя провела.

— Что значит провела? Она меня обманула? Отвечай!

— Да тише ты, — сказал Иван, — чего шумишь? Да, частично, она тебя обманула.

Кай почувствовал обиду и разочарование, что снова поверил девушке и снова его обманули.

— Не расстраивайся, — сказал Иван и хлопнул Кая по плечу.

Лицо Кая скривилось от боли, якобы дружеский хлопок демона вызвал ноющую боль под рукой. Большая шишка никуда не делась и за последние дни прилично увеличилась в размерах.

— В скором времени у тебя будет возможность выяснить с ней отношения, ибо именно она должна будет поглотить все твои недуги, которыми я тебя наградил.

Кай ни с кем больше не желал выяснять отношения, он устал от боли и лжи, которые ему приносит женский пол. Ведь именно из-за него он влип во всю эту историю с жизнью и смертью, сном и забвением, хворью и мукой, доверием и разочарованием. Хотелось прямо здесь нарушить обещание и умереть от недостатка сна и переизбытка

болезней в хилом истощённом организме.

— Ритуал очищения состоится в Террариуме. Процедуру очищения проведёт Лила. После процедуры очищения ты снова вернёшься в свой мир полноценным человеком. Я дам тебе двое суток, чтобы отоспаться и восстановить силы, после чего мы приступим к работе.

— А если я откажусь? — спросил Кай.

Демон ответил не сразу. После паузы Иван сверкнул на измученного мальчишку глазами и холодно произнес:

— Если ты нарушишь своё слово, то ты мгновенно окажешься в руках моего верного надзирателя Террариума, в полной её власти.

Ну а потом, я тебе не завидую. Так что советую всё же сдержать своё слово.

— Лила? Ты меня пугаешь этой юной девицей? Какая-то неубедительная угроза. Не стимулирует к тому, чтобы я сдержал своё слово.

Иван не вступал в словесную перепалку и молча ждал, пока Кай выговорится.

— Уверен, что самая яростная пытка, которой она меня наградит, — это блеф и обман. Я буду верить, а она обманывать. Здорово придумал. Класс!

Кай выговорился и замолчал, потирая сонные глаза. Иван не стал отвечать ни на одну из издевательских реплик. Он просто выпрямился и, не глядя на Кая, с улыбкой на устах сказал следующее:

— Самое время лечь и поспать, ты, наверное, чертовски устал за эти дни. Обещаю, что пока ты полностью не восстановишь силы, я тебя не потревожу. И даже не взглянув на парня, Иван развернулся и с довольным видом удалился. Весёлость Ивана обескуражила нашего героя, и он решает послать всё к чертям собачим и наконец-то, нормально поспать. Во время этих размышлений Кай почувствовал, как теплая струйка

побежала по ноге. Парень искренне надеялся, что это случилось с ним в последний раз.

***

Повторный визит в место под названием «Террариум» случился сразу же после погружения нашего героя в глубокий сон.

На этот раз Кай очнулся на дне глубокого оврага, очень похожем на воронку после разорвавшегося снаряда. Шум воды подсказывал, что рядом протекает та жуткая речка, в которой плавают трупы. Ноющая боль под рукой и отсутствие голоса дали понять, что во второй раз он сюда попал далеко не здоровым человеком. Но это и не удивительно, ведь именно для этого Кай сюда и явился, чтобы избавить своё тело от всего того зла, которым его наградил Иван.

Жутковатый женский смех привлёк внимание Кая. Со дна оврага была видна спина девушки с посохом. Встреча с этой особой Кая совсем не радовала, но именно она должна была избавить его от хворей.

Кай подумал, что хорошо всё-таки, что он лишён возможности говорить, ибо желание вести беседу с человеком, который так нагло умеет обманывать, отсутствовало.

Делать было нечего, и Кай стал карабкаться наверх. Продвигаясь метр за метром, он приближался к Лиле. Когда Кай наконец-то вылез из воронки, то он оказался на гребне: справа была воронка, а слева внизу — кровавая река. В пяти шагах от Кая стояла девушка с посохом, под её ногами лежало хрупкое женское тело с отрубленной рукой.

— Лживая безжалостная тварь уже терзает свою очередную жертву, — подумал Кай и подошёл ближе к девушке.

— Привет, красавчик, — прозвучал знакомый голос, от которого у Кая затряслись поджилки. — Соскучился по мне?

После чего снова зазвучал тот же жуткий смех.

— Нет, этого не может быть, — с ужасом подумал Кай. Страх сковал всё его тело, но Кай до последнего надеялся, что он ослышался. А когда девушка с посохом развернулась к нему лицом, все надежды Кая рухнули. Перед ним был самый жуткий его кошмар. Ольга.

Она продолжала смеяться и тешиться над его тотальным замешательством. По ноге потекла тёплая струйка, и Кай не знал, от чего именно это случилось: от страха или от «подарка» Ивана. Кай рассматривал её и был поражен переменам, которым подверглось тело Ольги. Кожа рук и лица стали белыми. Под глазами чёрные круги,

а в глазах жажда мести. К бледности кожи добавилась худощавость: щёки и глаза глубоко впали, а руки превратились в когтистые лапы сказочной ведьмы.

— По твоему виду вижу, что ты очень скучал, — улыбнулась Ольга, — так что не соглашайся на всякие там уговоры со стороны моего нового хозяина, нарушь своё слово и в знак наказания он подарит тебя Мне! Ну а там я поговорю с ним и попробую договориться, чтобы в этом замечательном месте было два надзирателя — ты и я.

На последних словах глаза Ольги загорелись дьявольским пламенем.

— Не слушай её, она хочет отомстить тебе, — раздался хриплый, еле слышный голос Лилы.

— Замолчи! — зашипела Ольга и наступила полуголой Лиле на голову ногой. — Твоё время истекло, и ты жива только потому, что тебе предназначена последняя предсмертная миссия — избавить моего любимого мальчика от всяких там щекоток и поганок.

Кай заметил, что по ноге Ольги течёт кровь и стекает прямо на лицо Лилы, заливая глаза и рот. Было два возможных варианта источника крови: либо у Ольги красный день календаря, либо это кровь из раздробленных коленей.

— Так что, — продолжила Ольга, — тщательно выполни свою работу и убирайся на дно реки, где тебе самое место.

И Ольга столкнула Лилу с горы к реке. Тело бедной девушки кубарем покатилось и плюхнулось в кровавую воду чудовищного водоёма.

— Ну, что застыл? — сказала Ольга. — Беги вниз и освободись от всего лишнего, пока этот бесполезный кусок мяса не пошёл ко дну раньше времени.

Ольга изменилась не только внешне, но и внутренне. Кай не узнавал в этом чудовище ту ветреную барышню, с которой неоднократно развлекался, и с которой хотел связать свою жизнь. Кай ничего не сказал, да и не мог, он только бросился вниз к берегу реки, а когда добрался, то принялся вытаскивать искалеченное тело из багровой воды. Было неожиданно, но вода в реке оказалась тёплой, даже горячеватой, поэтому Кай сел в воду и положил голову Лилы себе на колени, чтобы согреть её. Тело бедняжки было ледяным, руки и лицо имели синий цвет. Кай гладил девушку по волосам и хотел немного успокоить её, но лишь шевелил губами, не издавая ни звука.

— Новая смотрительница — Ольга — права, — простонала Лила, —

моё время истекло. Наш разговор был подслушан и дословно пересказан злому демону. Сущность, которую ты называешь Иваном, сильно разгневалась. Долгие размышления, как дальше со мной поступить, оттягивали мою кончину, и вдруг мой прежний хозяин придумал ужаснейший план, который заставит тебя безоговорочно подчиняться

ему. Он отнял у меня магический посох, а вместе с ним и всю власть, и передал всё это той, кто искренне желает тебе боли и мучений.

Лила начала сильно кашлять, изо рта текла кровь. Немного переведя дух, она продолжила.

— Самое занятное в этой истории то, что демон не стал ей, как мне, стирать память. В дополнение к этому Иван в красках рассказал, как жестоко ты с ней обошелся. А ещё он оставил раны на ногах новой надзирательницы открытыми и без конца кровоточащими до тех пор, пока ты жив, чтобы Ольга помнила о том, что ты с ней сотворил.

Кай облажался, он не мог поверить в происходящее. Та, которую он считал обманщицей и интриганкой, на самом деле оказалась на его стороне. Она поплатилась за это своим высоким положением и жизнью. Что делать дальше, он не знал. Страх перед сложившейся ситуацией блокировал логическое мышление. Глупые идеи, например, уехать из города или спрятаться в церкви, беспорядочно роились в го-

лове. Этот поток глупости был нарушен очередным приступом кашля истекающей кровью девушки.

— Пришло время расставаться, — тихо прохрипела Лила. — Отпусти меня и позволь этой проклятой реке принять меня в своё лоно.

Кай осторожно взял голову девушки, опустил её на воду и поднялся на ноги. Зазвучала музыка. Кай сделал вывод, что за происходящим идёт наблюдение демоном, который умеет заставлять звучать музыку в голове Кая, но увидеть Ивана ему так и не удалось. В инструментальном виде песня получилась немного психоделичной. Cyber Snake —

The Snake.

Лила неподвижно лежала на поверхности воды и, не моргая, смотрела в никуда. Течение понемногу уносило её тело.

— Прощай, милый храбрец по имени Кай, — прохрипела Лила, — надеюсь, тебе удастся выбраться живым из этой истории.

Очередной приступ кашля, глубокий вдох и Лила запела жутким оперным голосом. Этот звук был больше похож на душевный стон, чем на пение. Ей удалось вложить в это всю свою боль и те страдания, которые выпали на её тяжкую долю. По щекам Кая покатились слёзы, и в горле образовался ком, который не позволял вдохнуть.

По телу пробежала неприятная дрожь, руки и ноги начало выламывать от боли. Поначалу Кай хотел списать это на боль сочувствия, но когда эта боль сбила его с ног, то он понял, что происходит что-то нездоровое. Шишка под рукой зашевелилась и с хрустом всосалась обратно под кожу. Кай закричал от боли, и вместе с воплем изо рта

нашего героя вырвалось что-то такое, что напоминало облако серого тумана. Это облако, словно живое, завертелось над плывущим телом. Лила запела громче, и весь этот сгусток тумана тоненькой струйкой стал вливаться в рот поющей девушки. После полного поглощения, она тут же ушла под воду, но петь не перестала. Пузыри воздуха вырывались на поверхность воды и, лопаясь, выпускали из себя последние звуки женского голоса.

Всё было кончено. Исцелённый Кай стоял на коленях у берега кровавой реки и рыдал. Обречённое на жуткие муки тело Лилы погрузилось в кровавую пучину. Новая смотрительница Террариума наблюдала за происходящим с высокого холма. А на противоположном берегу реки стояла высокая фигура, одетая с иголочки. Руки в карманах брюк, пуговицы пиджака расстёгнуты. Лёгкий прибрежный ветерок трепал лацкан. Каменное лицо наблюдателя было хмурым. Потеря Лилы его вообще не радовала. Он всегда знал, что она пыталась творить козни за его спиной, но никогда не опасался этого, потому что точно знал, что у неё ничего не получится. Главное было то, что у неё здорово выходило вести дела Террариума. И то, какой Террариум сегодня, целиком и полностью её заслуга.

А с появлением этого мелкого крысёныша всё пошло наперекосяк. Этот тандем мог иметь шанс на успех, а этого никак нельзя было допустить. Поэтому пришлось прибегнуть к радикальным мерам. Устранение опасного, но одновременно с этим такого нужного элемента и замена на другую, вселяющую страх, фигуру.

Иван стоял и наблюдал за сложившейся картиной, пытаясь понять, правильно ли он поступил. Сможет ли Ольга быть такой же расторопной смотрящей, как была Лила, или же желание мести ослепит её, и пойдет насмарку труд всей его жизни. А ещё Иван надеялся, что чувство страха поможет ему обуздать этого норовливого мальчишку.

В любом случае жребий брошен. Обратного пути не было.

— Да начнётся же игра, Кай Караванский, — безэмоционально сказал Иван.

После чего демон развернулся и ушёл.

ГЛАВА 21

ИЖДИВЕНЕЦ

Пробуждение было тяжёлым. Голова гудела, как и прежде. Всё тело ломило и ужасно хотелось спать. Кай чувствовал гнетущую подавленность, как физическую, так и моральную. Местонахождение нашего героя было очевидно, он лежал на полу своей комнаты. На нём были мокрые и уже холодные штаны. Чтобы снять их, пришлось приложить немало усилий. От штанов исходил резкий запах мочи. Кай очень надеялся, что такое больше не повторится и что теперь его мочевой пузырь снова подчиняется ему, а не пляшет под демоническую дудку.

В дверь постучали. Кай никого не ждал, но решил, что стоит открыть. Пока он надевал сухую одежду, в дверь постучали снова, но уже настойчивее. Кай уже волочил ноги к выходу, как некто забарабанил в дверь уже ногой. Поворот ключа, одиночный щелчок замка, не успел Кай обвинить пришедшего в его нетерпеливости, как дверь резко распахнулась, и неизвестный в капюшоне затолкал нашего героя внутрь, захлопнул дверь и припёр его к стене. Если бы не крепкая рука, которая держала Кая за горло, то он, наверное, упал бы.

— Вздумал на дно залечь? — тихо сказал неизвестный. — Не выйдет, приятель. Я своё слово сдержал, так вот и ты, будь добр, держи. Иначе…

Перед лицом Кая возник тот самый нож-бабочка, который он давеча презентовал наркоману. И тут сразу всё стало на свои места.

— Чего притих? Гони бабки, а то у меня терпение короткое.

Кай уверенно сбросил руку обидчика со своей шеи и решил показать наркоману, что в этом дуэте главный он, пока ещё не поздно.

— Ну, во-первых, — хриплым сонным голосом Кай заскрипел, словно старая карета, — я не собирался, как ты выразился, залечь на дно.

Каю было очень приятно снова услышать звук своего голоса. Он за ним даже успел немного соскучиться.

— Во-вторых, чтоб я больше не видел, что ты размахиваешь ножом перед моим лицом. Ну а в-третьих, у меня нет пока денег для твоего содержания.

Мощный толчок в грудь Кая оказался слишком болезненным для его ещё не окрепшего тела.

— Что значит — нет?! — взревел наркоман. — Я тебя сдам ментам.

Сначала порежу изрядно твоё лживое туловище, а потом сдам со всеми потрохами.

— И пойдёшь как соучастник, — игриво заметил Кай. — Не забывай, что я знаю, где ты живёшь.

На лице наркомана промелькнуло замешательство. С каждым моментом злоба всё сильнее искажала его лицо.

— Да не напрягайся ты так, — дружелюбие Кая только подливало масла в огонь. — Если я говорю, что пока для тебя нет денег, то это не значит, что я тебя обманул.

Кай замолчал и с глупой улыбочкой стоял некоторое время, словно слушал чьи-то инструкции. Хотя на самом деле так и было, но наркоман об этом не догадывался.

— Просто денег и вправду нет. Мне нужно провернуть одно дельце, но уже в одиночку, и тогда будешь получать хоть каждый день ту сумму, которую попросишь.

Сегодня четверг. До пятницы я буду беспробудно спать, это однозначно. В пятницу у меня будет встреча с посредником, а в воскресенье я узнаю точную сумму, которую я получу от грядущей сделки.

В понедельник поеду в Киев, заберу свою долю, и во вторник вечером я готов утолить твои материальные желания.

Сосредоточенность сдвинула брови на лице наркомана, было чётко видно, что он что-то лихорадочно обдумывает.

— Пять дней. Слишком долго! — наркоман хлопнул ладонью об стену на уровне лица Кая, и этот хлопок эхом прокатился по голове сонного хозяина квартиры.

— Послушай, морячок, ты хочешь, чтобы я выплачивал тебе безразмерную, бессрочную и безвозмездную ренту на протяжении ВСЕЙ твоей скучной и никчемной жизни, но при этом отказываешься повременить пять дней.

Кай оттолкнул от себя наркомана, который никак не может понять, что тут происходит. Он думает, что этот любовник-мститель хочет его обмануть, но никак не может понять, в чём именно подвох.

— А сейчас убирайся. Приходи во вторник, а лучше — в среду.

Если я тебя обману, то можешь нагадить мне на коврик, а потом поджечь дом. — Кай выталкивал растерявшегося наркомана. Возле выхода он выхватил с полки квитанцию за свет, к которой было прикреплено скрепкой пару купюр. — Вот возьми два Тараса и ступай восвояси, проклятый дармоед. — Кай совал купюры наркоману в руки, и тот

случайно выронил на пороге нож, но Кай не остановился. Последний толчок, и наркоман вылетел на лестничную клетку.

— И ты тоже ступай, поспи, а то, как медведь косолапый, из рук всё валится. — Кай поднял нож и небрежно бросил его в наркомана.

Тот испугался, прикрыл голову руками, а когда нож врезался в плечо и со звоном упал на пол, наркоман с недоумением смотрел, как дверь закрывается. Так он и стоял, не двигаясь, с деньгами в руках и с ножом, лежащим на полу.

— Надеюсь, этот придурок до указанного срока больше не заявится, — мурлыкал Кай, пробираясь к своей кровати. — А ещё я надеюсь, что та чушь, которую я дословно пересказывал с твоих слов, и которую я повесил на уши этого психа с ножом, стоит хоть чего-то.

Кай рухнул на свою кровать.

— Кстати, а что это за история с заказчиком? Какой-то очередной псих? И что за поездка в Киев?

— Всё до безобразия просто, мальчик мой, — весело замурлыкал Иван. — Всё, что тебе нужно, — это купить билет…

— …на балет, — перебил Кай. — Всё, избавь меня от подробностей своего гениального плана до того момента, как я нормально высплюсь.

Кай умостился поудобнее, глубоко вздохнул и замер в ожидании сна. Но тут решил перестраховаться и спросил у Ивана:

— Надеюсь, на этот раз мой сон обойдётся без твоих фокусов, и я проснусь сухим. Иначе я не знаю, что с тобой сделаю.

Зазвучал жутковатый смех.

— Что ты, мальчик мой, — замурлыкал Иван, — вражда окончена. Теперь мы партнёры.

— Ну-ну, — сказал Кай, тут же отвернулся к стене и засопел.

ГЛАВА 22

ВТОРНИК

День почти кончился. Багровый закат медленно догорал на безоблачном горизонте. Кай молча наблюдал за этим зрелищем из окна поезда. Старенький плеер и вакуумные наушники были проверенным способом для погружения в свой собственный мир. Раньше этот мир вместе со всеми его чудаковатыми прелестями был лишь

дурацким вымыслом. Невинная иллюзия, которая никому не могла навредить. Но за последнее время многое изменилось. Случилось непоправимое. Смерть, тёмная сделка, перерождение, а вместе с ним Каю были предоставлены определённые возможности.

Наш герой был совсем один в купе. И это была не удача, просто Кай решил перестраховаться и купил все четыре места. Все эти предосторожности были из-за спортивной сумки, которая стояла на столе перед ним, а точнее, из-за её содержимого. В наушниках зазвучал мурлыкающий голосок Amy Winehouse, которая исполняла

песню «Back To Black». Кай соскрёб сумку со стола и крепко обнял её.

В который раз он с ужасом расстёгивает её, опасаясь, что она окажется пустой, и что всё это лишь очередная глупая шутка щегольского демона. Но когда сумка по-прежнему остаётся набита тугими пачками украинских гривен, то мечтательная улыбка на губах счастливого юноши становится ещё шире прежней. Миллион гривен наличными

и ещё два миллиона на балансе его банковской карты. Мысли о тех возможностях, которые ему теперь подвластны, вскружили Каю голову. Десятки, сотни интересных мыслей теперь могут осуществиться в любой момент, стоит лишь этого захотеть.

Кай решает, что самое время поговорить с Иваном об их дальнейших совместных планах и вытаскивает из ушей наушники, но музыка не перестаёт звучать. Умение демона воспроизводить музыку в голове Кая — это единственное положительное свойство, за которое наш герой просто обожает Ивана!

— Три года! Три года я играл в различные лотереи и хоть бы раз так повезло. — Кай говорит об этом без сожаления и с улыбкой на устах. — Что я только не делал: скрещивал пальцы, загадывал желания на Новый год и дни рождения. Обещал богу, что в случае, если я выиграю, то по-настоящему поверю в него и так далее. Но всё заканчивалось лишь позорными выигрышами в семь гривен, в то время, когда билет стоил десять!

А теперь я понял суть проблемы: чтобы сорвать куш нужно сдохнуть и стать слугой тёмной сущности, которая способна сделать тебя миллионером с первого же билета. Обычному смертному просто так заполучить солидный выигрыш не по зубам.

— Ну зачем же так грубо? Мы с тобой партнёры, — сказал Иван.

— Да ладно тебе! Партнёров не держат на коротком поводке и не пичкают болячками как рождественского гуся, чтобы выдавить согласие в верности и непрекословном исполнении всех прихотей.

Иван не стал оправдываться и развивать конфликт, потому что, по большому счёту, Кай прав. Он — марионетка в руках зла, и оба это понимали. Молчание демона Кай воспринял как победу в словесной перепалке и сам сменил тему разговора.

— Что делать с нашим вечно жаждущим товарищем? Неужели я и вправду должен его пожизненно содержать?

— Решать тебе. Ты можешь, при первой же вашей встрече, сделать с ним всё, что хочешь. Можешь позволять ему ежедневно лакомиться из твоей кормушки, твоё материальное положение это теперь позволяет, а можешь вписать его имя под вторым номером в нашей долговой расписке. Но сразу же осмелюсь дать совет: выбери первый вариант. Потому что, во-первых, наш горе-сообщник, как это ни прискорбно, проживёт очень короткую жизнь, так и не дав всходу новому потомству, а во-вторых, он умрёт не от твоей руки.

Кай не стал отвечать, он немного призадумался. Песня, звучавшая в голове нашего героя, была слишком хороша, чтобы игнорировать её и думать о скучных проблемах грядущего дня.

— О чём ты думаешь? — спросил Иван с неподдельным любопытством.

— Я слушаю песню и прокручиваю в голове свой видеоролик.

А ещё, я не хочу сейчас говорить о делах, я хочу немного отвлечься и помечтать, этот процесс успокаивает меня лучше всяких там антидепрессантов и алкоголя.

Иван хотел задать ещё один вопрос, но решил повременить и позволил Каю остаться наедине со своими мыслями. Когда предыдущая композиция подошла к концу, Иван запустил очередную, Frank Sinatra — My Way, под которую Кай тоже любил частенько

помечтать.

ГЛАВА 23

ПРИНЦЕССА И ДЕМОН

Дорога домой получилась утомительной и полностью лишённой неприятных ситуаций. Кай закрыл за собой дверь на замок, очень надеясь, что сегодня не увидит бледное лицо наркомана, жаждущее денег, и громко плюхнулся в кресло.

— Какие дальнейшие наши действия? — спросил Кай.

— В поезде ты сказал, что не желаешь говорить о делах и хочешь помечтать. Я уступил и позволил тебе подумать. А сейчас Я не хочу говорить о «дальнейших действиях», так как ты затронул очень интересную тему для разговора. Ты сказал, что прокручиваешь в голове видеоролик, когда слушаешь любимую композицию.

— Да, это так, — сказал Кай. — А к чему этот необоснованный интерес к моим мыслям?

— Когда мы ехали домой, там, в поезде, что ты представлял, когда, как ты выразился, хотел помечтать?

— Да ничего такого, просто прокручивал клип к песне, который давеча смотрел в интернете. Я так в основном делаю. А если клипа к песне нет или я его не видел, то просто в голове кружатся всякие цветные ленты и узоры, как это происходит, когда слушаешь музыку через проигрыватель.

— А когда звучит песня, которая напоминает тебе о чём-то плохом, то ты добровольно уничтожаешь себя, казнишь, критикуешь, поливаешь грязью и обвинениями. Твердишь сам себе, что тогда, два года назад, нужно было поступить иначе, даже если это касается сущей мелочи, которую обычный человек забыл бы уже

на следующий день после случившегося. Если песня связана с воспоминаниями о человеке, то я на девяносто пять процентов уверен, что ты представляешь себя пушистым ковриком под его грязными ногами, салфеткой, которой вытирают чужой зад. загнанным ишаком, который покорно готов тащить на своей спине все свои

обиды, только ради того, чтобы не портить отношения. Собственное мнение? Ты всегда оставляешь его при себе и во всех вопросах соглашаешься с собеседником. Чувство собственного достоинства? Отсутствует. Честно говоря, ты мне напоминаешь пингвинов из мультфильма, которые только то и делают, что улыбаются

и машут. Ты готов сожрать любое дерьмо, которое тебе подсунут под нос!

— Хватит! Что это только что было? За что ты меня так морально уничтожаешь? Этим и так успешно занималось моё окружение, начиная с продавщицы из магазина по соседству и заканчивая друзьями, которые в итоге окончательно перевелись! Главное, зашёл издалека, про музыку вещая, а закончил бичеванием моей личности.

— Твоя ошибка в том, — сказал Иван, — что ты убиваешь музыкальные композиции, которые реально достойны внимания, тем, что соединяешь их с людьми и горькими моментами своей жизни.

Кай молчал и своим молчанием давал понять, что Иван прав.

— Поясняю на примере. Скажи мне, пожалуйста, о ком ты думаешь, когда ты слышишь, ну, например, композицию «Нить» в исполнении группы Оригами? Я специально взял песню из твоего плейлиста, чтобы тебе было легче.

В голове Кая зазвучала вышеупомянутая песня. Это была одна из его любимых композиций, но сейчас она наводила на него тоску. После своего условного перерождения он слышал её впервые.

До этого Кай относился к композиции без особого интереса к внутренним переживаниям исполнителя, песня ему нравилась и этого было достаточно.

Но сейчас текст песни поднимал бурю переживаний внутри Кая.

Парень плотно переплетал текст песни со своей жизнью и переживал страшную душевную муку, которая царапала его нутро шикарным женским маникюром. Мысли об Ольге бешено мелькали. Сначала страсть, желание, влюблённость и яркие эмоции. Ну а под конец — отвращение, злоба, … страх. Страх перед сущностью и возможностями

нынешней Ольги.

— Твой немой ответ принят, — сказал Иван. — Сейчас я могу быть полностью уверен, что в данный момент ты думаешь о тех временах, когда вы были вместе. И в этом твоя ошибка.

***

— Хватит о тебе, пожалуй. Надеюсь, суть ты уловил. Ну а сейчас — вывод.

Никогда и ни при каких обстоятельствах не связывай себя и своих близких с людьми и ситуациями, которые используются в текстах песен. Эти манипуляции могут ввергнуть тебя в вихрь необратимых последствий, начиная депрессией и заканчивая

суицидом. Также это касается и позитивных композиций. Когда мнишь себя каким-то крутым парнем, которому море по колено и который всё может, то тоже можешь попасть впросак. Согласен, что такие песни добавляют самоуверенности и всё такое, но вживаясь в чужую роль, ты медленно, но уверено теряешь самого себя. Чей-то чужой образ самородка затмевает в тебе личность, и ты подражаешь, возможно, даже, вымышленному персонажу.

Просто будь собой, и жизнь пойдёт на поправку. Пусть ты не будешь крутым парнем, но, по крайней мере, ты не будешь чь ейто вялой пародией.

Кай еле заметно кивал головой в знак одобрения. В словах Ивана было что-то такое, что заставляло задуматься.

— Ну а теперь — наглядный пример! — Кай вздрогнул от неожиданного возгласа Ивана. — Возможно, ты не оценишь мои действия по достоинству, но я всё же попробую. Ложись в кровать и попытайся уснуть, а я пока объясню, как всё будет происходить и что ты должен будешь делать.

Кай покорно лёг в кровать и расслабился. Почти весь день ушёл на обратную дорогу домой и предложение поспать было очень удачным.

Иван был полон сил, и желание показать парню настоящее представление перерастало в навязчивую идею.

— Первым делом ты закрываешь глаза и внимательно слушаешь. — Иван четко выговаривал каждую букву. Голос лился мягко и тихо, тем самым убаюкивая Кая. — Как только услышишь музыку — это значит, что ты уже спишь и можешь открыть глаза.

Я попробую открыть перед тобой новое восприятие музыки. Когда слушаешь композицию, то постарайся представлять чужих людей, красивых, нереальных, с невероятными отличиями от нормальных людей. Подставляй их в изящные красочные жизненные моменты. Когда будешь выполнять эти действия, то выжимай из своей фантазии максимум. Воспроизводи в своей голове что-то типа клипа, но он должен быть как минимум на миллион долларов. И не используй уже существующий клип, так как это чужая фантазия, к которой ты не имеешь ни малейшего отношения. И забудь про свои глупости с лентами и узорами. Чтобы я больше не слышал таких глупостей.

Кай услышал, как играет музыка. Он знал эту песню, слышал её пару раз, когда воспроизводил всё своё накопленное, но не перебранное, музыкальное добро. Ей так и не суждено было попасть в список востребованных песен, но после сегодняшнего показа Каю вряд ли удастся её забыть. Cyber Snake — Princess and Demon.

— Можешь открыть глаза и увидеть МОЮ фантазию на эту композицию.

Кай открыл глаза, но ничего не изменилось. Он всё так же лежал в кровати своей спальни, которая была погружена во мрак. Но музыка продолжала звучать. И тут парень чуть не потерял сознание, увидев Ивана, который стоял у изголовья.

— Добро пожаловать в мой мир, мальчик, — Иван широко улыбнулся и поклонился.

— Я что, снова умер? — спросил Кай.

— Нет, ты жив. Просто ты спишь, а когда ты спишь, то можешь меня видеть.

А теперь хватит болтать, поднимайся и пошли, представление скоро начнётся.

Кай встал с кровати, и Иван тут же подхватил парня под руку и повёл к дверям из спальни.

— Эй, это не мои двери! — в недоумении сказал Кай, пялясь на роскошные двустворчатые двери из красного дерева и золотыми ручками в виде полумесяца.

— Это мой мир, — подмигнул Иван, — и это двери в мою личную фантазию. Прошу!

Иван толкнул двери и, вместо прихожей. Кай оказался в огромном зале. У парня перехватило дух от окружающей его роскоши. Полы из чёрного мрамора, огромный багровый ковёр в центре комнаты.

Хрустальные колонны упирались в купол, расписанный в венецианском стиле. Там же, под куполом, висела огромная костяная люстра с людскими черепами вместо абажуров. Глазницы светились светло-зеленым светом. Слева от двери был фонтан в виде грубого воина.

В одной руке он держал меч, а в другой — голову зрелого мужчины с бородой и короной на макушке. На лице отрубленной головы застыла маска покорности, а из раны на шее струилась голубая жидкость.

Кай понял это как шарж на свержение царствования короля и пролитие голубой крови.

Справа стояло то самое кресло (Кай его сразу узнал!), в котором он сидел при первой встрече с Иваном. Огромное кресло, обтянутое чёрной кожей, с резными деревянными подлокотниками.

— Будь сегодня моим гостем, — сказал Иван.

И тут Кай увидел, что демон при полном параде. Красная ливрея, наглухо застёгнутая на все пуговицы. Чёрные щегольские штаны и идеально начищенные сапоги со шпорами. На поясе висел короткий кинжал. Рукоять и ножны были из чистого золота и усеяны россыпью драгоценных камней. В руке у Ивана была маска.

— А теперь прости, но мне пора идти. Садись поудобнее, — Иван указал на кресло, — и наслаждайся зрелищем.

Иван улыбнулся, надел маску и пошёл в сторону трона. Трон! Почему Кай заметил его только сейчас?

На троне сидела хрупкая девушка. Её лицо скрывала маска из синих перьев. Алые губы безропотны. Шикарное платье из синего шёлка было великолепно. Шея и плечи открыты. Тонкую шею украшало бриллиантовое колье.

Иван подошёл к трону и еле заметно поклонился леди. Девушка никак не отреагировала.

Кай сидел в кресле и наблюдал за немой сценой. Никто в зале не смел даже шелохнуться.

И тут леди открыла рот и высунула язык. На языке лежало лезвие. Тонкими пальчиками она взяла лезвие и приставила его к запястью. Секундное промедление и резкий рывок! Порез вышел не поперек вен, а по диагонали. Лезвие перекочевало из одной руки в другую и вены снова вскрылись. Окровавленное лезвие упало на пол.

Иван ещё раз поклонился, одну руку он заложил за спину, а вторую — протянул леди, в надежде, что она не откажет ему в удовольствии и примет его приглашение на танец. Последний для неё танец…

Леди в маске положила свою крохотную ручку на огромную ладонь Ивана и поднялась с трона. Пара закружилась в танце. Кай вжался в кресло и с ужасом наблюдал за шокирующим зрелищем, как Демон во плоти танцует с кроткой принцессой. По спине парня тонкой струйкой стекал холодный пот, а вместе с этим по его затылку и плечам бежали мурашки, но не от ужаса увиденного, а от удовольствия, которое он испытывал от звучащей композиции. То, что Иван выбрал одну из его любимых композиций, вряд ли было простое совпадение.

Пара продолжала кружиться в танце, кровь из запястий принцессы продолжала струиться. Подол платья волочился по полу и впитывал в себя ещё не успевшую остыть, кровь. Юная леди с каждым мгновеньем становилась слабее. Её движения — более вялыми, невыразительными. Принцесса чуть не оступилась, но стальной хват Демона в маске не позволил ей упасть. Силы хрупкой партнёрши были на исходе, она стала смертельно бледна и никакие румяна не могли этого скрыть. Жизнь медленно выветривалась из принцессы. Демон понимал, что пришло время кульминации. Он обернулся и посмотрел на Кая, который вцепился пальцами в деревянные подлокотники, и улыбнулся ему. По блеску в глазах парень понял, что сейчас произойдёт что-то очень ужасное, но никак не мог разгадать этот чудовищный замысел.

Демон наслаждался всем происходящим, он просто упивался каждым мгновением.

Композиция подходила к концу, силы принцессы практически иссякли, и Демон решает, что пора внести последний штрих в данный вечер. Он выхватывает кинжал из золотых ножен и, развернув принцессу лицом к Каю, становится за её спиной.

— Баста! Иван, не делай этого! — закричал Кай, резко поднявшись с места.

Демон выглянул из-за плеча принцессы вороватым взглядом, жалкое подобие улыбки было больше похоже на грозный оскал. Приставив кинжал к тоненькому горлу принцессы, Демон замер. Девушка в маске еле стояла на ногах и покорно запрокинула голову назад в ожидании освобождения от гнетущей её усталости. Лезвие с силой

вжалось в плоть, и Иван перерезал глотку бедной принцессе. Девушка открыла рот и сильно захрипела. Из её горла бил багровый фонтан крови. Хрупкое тело обмякло в демонических лапах партнёра. Иван не дал бездыханному телу упасть на пол, ловким движением он развернул её к себе и продолжил танцевать.

Пара продолжала танцевать, а Кай всё смотрел на это жуткое зрелище, как демон кружит в танце мёртвую девушку. И тут всё тело принцессы вдруг засветилось изнутри. Изо рта, потухших глаз и зияющей раны на шее ударили яркие лучи света, которые были намного ярче общего свечения тела. Кожа девушки начала

трескаться и шелушиться, словно в руках демона не плоть умершей девушки, а фарфоровый манекен. Трещины стали расходиться, из них просочился такой же яркий свет, как изо рта. Кожный покров стал шелушиться, и хлопья из плоти посыпались, словно лепестки с абрикосового дерева в конце апреля. Но эти хлопья не падали на пол, а загадочным образом кружились вокруг танцующей пары. Свет, который пробивался изнутри бедной девушки, стал невыносим, и Кай закрыл глаза рукой.

В этот момент тело принцессы окончательно распадается, свет медленно начинает меркнуть, но демон продолжает кружиться в сонме хлопьев. Свет погас, Кай убрал руку и увидел, как все эти хлопья Иван впитывает в себя. Композиция закончилась, демон прекращает танцевать и делает поклон своему единственному зрителю.

ГЛАВА 24

КОЛЕСНИЦЫ БОГОВ

Случившееся сегодня ночью выходило за рамки возможного.

Поражённый мозг Кая отказывался верить в то, что произошло на его глазах. Демон погубил ни в чём невинную девушку, после чего уничтожил её душу и впитал в свою кожу, словно солнечные лучи. Кай знал, что Иван черпает свои силы, выполняя чужие желания, но он никак не предполагал, что эти, на первый взгляд, безобидные вещи заканчиваются губительной концовкой, для глупого человека, который загадывает эти желания, даже не задумываясь о последствиях. До этого момента Кай считал своего личного демона особенным, не похожим на всех остальных. Но после того, что он сегодня увидел, Иван стал гадким, скучным, банальным бесом, пожирателем душ.

Единственное, что его отличало от остальной нечисти в глазах Кая, так это то, что он всегда был одет с иголочки.

— Ну, как тебе зрелище? — спросил Иван и этим вопросом выдернул Кая из задумчивости. — Мой напарник остался доволен этой скромной демонстрацией?

Кай молчал. Ему было мерзко представить, что он должен будет опуститься до определённого уровня, чтобы остаться в живых и рассчитаться с Иваном.

— Я хочу, чтобы ты поделился со мной своим вдохновением, — тихо сказал Кай. Иван никак не ожидал такой просьбы и поэтому просто промолчал. — Возможно, я не подхожу по параметрам для этого или у меня нет определённых возможностей, но я хочу испытать то, что ты чувствуешь во время исполнения желаний.

— Я не совсем понимаю…

— Я хочу, чтобы ты позволил мне впитать в себя часть чужой души, — Кай уверенным тоном перебил собеседника.

Желание мальчишки показалось демону чересчур дерзким, но Иван сумел парировать этот выпад.

— Твои аппетиты растут, и это не может не радовать, — усмехнулся Иван, — но эта затея слишком рискованная. Твоё тело может не выдержать этого, и ты сразу же умрёшь.

Это была ложь. Просто всё, что касалось его добычи, было исключительно его добычей, которой он ни с кем не собирался делиться.

Материальное барахло в виде ненужных бумажных купюр и самый разнообразный металл любого оттенка и любой пробы, которые так милы обычному человеку, это сколько угодно. Но живительные жизненные соки, естественный румянец лица, душевные силы — этим Иван делиться не готов.

— А я готов рискнуть, — Кай был уверен в этой затее как никогда. — За последнее время я выдержал многое, и если выдержу это, то такое понятие, как страх, мне будет неведомо. Я даже выбрал место для этого мероприятия время, а самое главное — песню, под которую я хочу ощутить, так сказать, подпитку.

Сегодня на небе сияет полная луна, я это расцениваю как благоговейный знак, и именно сегодня всё и случится. Если ты откажешься, то рискуешь прослыть трусом в моих глазах, а для такого самоуверенного и харизматичного (чуть не сказал человека), щегольского пройдохи, как ты, это будет не самый слабый удар по самолюбию, мессир!

Кай сделал смелый и очень рискованный словесный выпад и сейчас он покорно ожидал ответа. Пауза затягивалась, Кай начал немного переживать за свою судьбу. Он не был уверен, но, похоже, Иван скрипел зубами, и это был не самый хороший знак. Но существовал вариант, что Кай просто придумал себе это, потому что звон в ушах Кая

не позволял полноценно прислушаться к звукам окружающего мира.

— Хорошо! Ты получишь то, о чём просишь, — грозно молвил демон. — Ты отведаешь сполна из моей чаши и ни в коем случае не будешь обделён, но заруби себе на носу, — тональность голоса изменилась до неузнаваемости, она была обильно пропитана ненавистью и неприкрытой угрозой, — за твою дерзость я буду работать самым

грубым образом. Твоё тело подвергнется максимальному нажиму с моей стороны, и если какая-то из костей не выдержит, или треснет твоя бледная шкура, то пеняй только на свою хилость и неподготовленность.

Ну а сейчас — ПРЯМО СЕЙЧАС! — ты встанешь и без единого промедления направишься на то самое место, которое ты посчитал достойным для нашей, как ты выразился, подпитки.

***

Была глубокая ночь. Холодной рукой проникала за шиворот ночная прохлада. Кай интенсивно шагал к намеченному пункту назначения. Он не знал, что происходило, но его тело было сковано давящей усталостью. По ощущениям это походило на огромный камень, который он взвалил себе на хребет и, надрываясь, волочит его вниз по склону. Тропка, которая вела нашего героя к месту, вилась сверху вниз. Если бы он шёл под горку, то воображаемый камень можно было бы сравнить с крестом, а гору — с Голгофой. Но этого не случилось. Ещё пара шагов и Кай остановился. Он стоял на небольшой поляне. Справа от него был дубовый лес, слева — крутой овраг и огороды дачников, которые уже давно заросли полевыми сорняками.

— Всё, мы пришли, — сказал Кай.

Иван не ответил. Кай стоял, ощущая, что тяжесть невидимого груза не чувствуется, когда стоишь на месте.

Подул неестественно холодный ветер, ночные облака разошлись, на небе показалось огромная полная луна и залила всю поляну светом. Кай смотрел на то, как трава переливается в лучах лунного света, и уже хотел повторно обратиться к молчаливому демону, но вдруг обратил внимание на одно очень любопытное и неестественное явление. Граница лунного света сужалась. Такое было бы легко объяснить, если бы облака начали закрывать собой луну, но Кай поднял взгляд вверх и увидел, что на небе вообще нет ни единой тучки, а месяц засветился ещё ярче.

Граница света продолжала сужаться. Это происходило до тех пор, пока Кай не оказался в ярком лунном конусе, диаметр нижнего основания которого был не более трёх метров. Внутри черепной коробки Кая начала звучать музыка. Это была именно та песня, о которой Кай говорил Ивану (The Korea — Армада), а это означало, что всё началось без какого-либо предварительного предупреждения. Температура воздуха внутри конуса начала стремительно понижаться. Каю стало не по себе, и он решил выйти из круга света, но ничего не вышло. Он только наткнулся на невидимую стену и всё. Упершись в воздух руками и пытаясь вырваться из плена, Кай ощутил очень холодный отпор. Отдёрнув руки, наш герой увидел на ладонях добротный слой

инея, и в этот момент наступила паника. Изо рта вместе с прерывистым дыханием вырывался пар. Было чертовски холодно. Сила звучащей музыки росла. Усталость вернулась в тело Кая и возрастала в геометрической прогрессии. Было чувство, что лунный свет имеет вес и огромный многотонный столб давит на хрупкое человеческое

тельце.

Мы здесь…

Вылетели первые слова, которые прозвучали неестественно громко. Невидимая тяжесть соединилась с силой звука, ударили Каю по ушам, и сбили его с ног. Кай упал на колени, и острые заледенелые листья травы вонзились в плоть. Зазвучал первый куплет, голова Кая закружилась от оглушительного вопля, и он упёрся ладонями в землю, отчего ощутил болезненные уколы тех самых неестественно твёрдых стеблей полевого бурьяна. Было очень громко, но тут дело дошло до третьей строчки и…

Перед тобой величие силы

…Из ушей Кая тонкой струйкой потекла кровь. Сам демон не издавал ни звука, но он нашёл очень интересный способ общаться с Каем.

Он создал крепкий, звуконепроницаемый купол света и увеличивал громкость внутри него на тех строчках, которые хотел выделить как обращение к Каю. Выделяемые Иваном строчки доходили до весьма высокой отметки и с лёгкостью вызывали контузию. Последняя выходка Кая сильно разозлила демона, и он решил жёстко проучить наглеца. Безжалостная процедура перевоспитания продлится ровно четыре минуты сорок семь секунд. Именно столько длится выбранный Каем трек. И если за это время наш герой не сдастся и не испустит дух, то Иван решил сдержать своё слово и позволить впитать Каю хлопья чужой души.

Тем временем процесс перевоспитания продолжался. Кай вопил во всё горло, но никто этого не слышал, столб лунного света не пропускал сквозь себя ни малейшего звука, все человеческие вопли уходили в небо.

Армада — движение рук вверх.

Очередная сверхгромкая строчка-послание, но в этот раз Иван добавляет физическое вмешательство в жестокий поучительный момент. Всё это происходило в реальном времени, в котором существовал Кай. В этом пространстве демон невидим, и он решает этим воспользоваться. Находясь за пределами лунного столба, Иван трансформируется в настоящее чудовище и в несколько раз увеличивает свои габариты. Руки превратились в отвратительные, когтистые лапы, вместо ступней стали копыта, лицо превратилось в страшную морду с хищным оскалом, а на лбу прорезались крошечные рога.

После последней строчки-послания Иван протянул свои лапы к Каю (столб лунного света не стал для демона помехой), крепко схватил его за запястья и медленно потянул вверх. Кай в этот момент почувствовал, как его руки зажали в стальные тиски, а потом он поднялся в воздух и завис на высоте трёх человеческих ростов.

Армада — нет больше, нет больше надежд.

Ещё один удар по чувствительным барабанным перепонкам, и Кай неожиданно падает вниз. Он сильно ударяется ступнями о замёрзшую землю. Его стоны остаются неуслышанными. Холод становится невыносимым, онемевшие пальцы отказываются слушаться. Кровь, сочащаяся из ран, замерзает прямо на коже.

Каждый сам за себя, не остановить меня!

Силы Кая были на исходе, присутствовало огромное желание сдаться. Невидимый гнёт лунного света становился всё сильнее, но это были цветочки по сравнению со следующей выходкой демона.

После очередной оглушительной строки Иван в виде чистого воплощения зла поднимает своё копыто и с лютой ненавистью опускает его на грудь Каю. Наш герой не понял, что произошло, но он услышал хруст, который слабым отголоском откликнулся в его голове. Это можно было сравнить с бетонным блоком, который сорвался со строительной площадки четвёртого этажа и угодившим плашмя прямо в грудину. От боли зубы Кая заскрежетали, и изо рта брызнула кровь. Иван не хотел убивать Кая, но ему было непонятно, как хрупкое, человеческое тело способно выдержать такие увечья и при этом оставаться в живых. Демон временно прекращает давить нашего героя

смертельной громкостью и, похрустев костяшками когтистых пальцев, решает испытать свои возможности телекинеза.

Кай лежит в осколках ледяной травы и тяжело дышит. Элементарное дыхание приносит ему невыносимую боль, потому что у него сломано не менее пяти рёбер. Руки и ноги давно онемели, пальцы на ногах начали чернеть. И тут Кай чувствует, что снова поднимается в воздух. Перепуганный пленник зарыдал, пытаясь схватиться хоть

за что-нибудь, потому что знал, что от левитации ничего хорошего ждать не придётся. Но удержаться не удалось. Демон стоял вне круга света и протянул когтистые лапы в сторону парящего туловища Кая. Растопырив пальцы, он полностью контролировал полёт своей живой марионетки. Первое, что пришло в голову демона — это дыба, и он подумал: «Почему бы и нет?». И, словно уличный мим, сжал перед собой кулаки, схватив лишь воздух перед собой. В это же время Кай вытянулся горизонтальной стрункой и ощутил на запястьях и на щиколотках уже знакомый захват невидимых

тисков. Иван медленно разводил кулаки в стороны, а тело Кая начало неестественно растягиваться. Каю казалось, что хруст суставов заглушал даже вопль неудержимой музыки. Крик беспомощности рвался из глотки растягиваемого, но его слышал только Иван и сам Кай. Иван разжал кулаки, и Кай снова упал на осколки льда. Даже не дав

парню отдышаться, демон продолжает свою холодную пантомиму.

Он якобы накрывает еле живого пленника своей огромной ладонью и, возомнив себя барменом, который протирает стойку, делает энергичные вращательные движения. Кай начинает вихрем кататься по кругу лунного света, ломая в острые осколки остатки нетронутых листьев травы. Ивану быстро надоело, да и время подходило к концу. Настал момент для последней — финальной — строки. Кай лежал лицом ниц, весь в резаных ранах. Иван не придумал ничего лучше и вонзил свои когти парню под лопатки. Наш герой это ощутил, но сил на крик боли уже не осталось. Пришло время ощутить последние муки.

Высоко меж звёзд

Боги с холодом в сердце

Смотрят на нас.

Зазвучали финальные строки, под которые Кай, подвешенный на невидимых крюках за лопатки, стал медленно подниматься вверх. Его полностью расслабленное тело устало сопротивляться и безвольно повисло, словно старое пальто на вешалке. Он поднимался всё выше и выше, не выступая за границы лунного света. Выбранная Каем песня подходила к концу. В этот момент он находился на высоте примерно трёх сотен метров над землёй. И как только трек закончился — наступила полная тишина. Столб лунного света закрыла единственная на всём небе туча, словно занавес закрывает сцену, и это свидетельствует о том, что представление окончено. Кай прекращает медленно

подниматься вверх и начинает стремительно падать. Так и не потеряв сознания на протяжении всей пытки, Кай молниеносно приближался к земле. Он был готов встретить свою погибель, но Иван решил иначе.

***

Лёд, который был совсем недавно основанием светового конуса, начал таять. Рядом с этим кругом стоял всё ещё видоизменённый Иван и держал обмякшее тело Кая на своих лапах. Присев, Иван положил то, что осталось от человека, на свежую траву и встал над ним во весь свой огромный рост. Глаза Кая не видели этого огромного чудовища, но он ощущал его, он даже был уверен в том, что именно Иван поймал его буквально в паре метров над землёй. Хриплое дыхание и мелкая дрожь от холода, которая больше походила на предсмертные конвульсии, были единственными признаками жизни, подаваемыми измождённым Каем.

— Ты смог, — раздался грубый, видоизменённый голос Ивана. — Ты выдержал все испытания, которые я послал на твою долю.

Я восхищаюсь твоей силой духа и твоим мужеством! Я был очень зол на тебя за твоё хамство и неуважение, но ты вкусил моего гнева сполна, и я преклоняюсь пред твоей выносливостью. За то, что ты не умер, и даже не потерял сознания, я выполняю твою прихоть в полной мере! Я позволю поглотить тебе полноценную душу человека, а не часть, как ты изначально просил. Это даст тебе возможность частично восстановить потраченные силы.

Кай не проронил ни звука. Силы, которые остались в его теле, едва хватало, чтобы дышать и просто смотреть на небо. Он не мог пошевелить ни руками, ни ногами. Единственное, что он чувствовал, это тёплые струйки крови, которые стекали по холодной коже. Иван прекрасно понимал: то, что пережил этот крохотный человечек достойно уважения. Лишь один из тысячи способен выдержать такое температурное, психологическое и эмоциональное давление. И вот этот тысячный лежит сейчас у ног уже успокоившегося демона и истекает кровью.

— Нет времени мешкать, — подумал демон, — нужно действовать, пока он окончательно не выдохся и не умер от потери крови.

Огромный монстр раскинул свои лапы в стороны и тяжело задышал. Шерсть на холке Ивана стала дыбом и, закричав, он упал на колени. Его грубая, местами чешуйчатая, кожа начала трескаться. Свет вырывался из трещин на коже Ивана. Первые хлопья сорвались с места и начали кружить над Иваном весьма замысловатые виражи. Так

продолжалось до тех пор, пока демон окончательно не принял свой прежний человеческий облик. Руки Ивана по-прежнему были широко раскинуты, этим жестом он как бы контролировал сонм целительных хлопьев давеча погубленной человеческой души. Кое-как поднявшись с колен, демон неуверенным шагом подошёл к мирно лежащему телу Кая. Мимолётное колебание (стоит это делать или нет?), и демон опускает руки ладонями вниз. Тысячи светящихся хлопьев медленно начали опускаться и, не подлетая в плотную к телу Кая, они ускорялись и светящимися иглами вонзались в тело. Большинство хлопьев врезались в открытые раны, которые прямо на глазах начинали затягиваться. Последний элемент света проворно влетел в рот изрядно потрёпанного парня и, возможно, именно это спровоцировало Кая широко

открыть глаза и глубоко втянуть в лёгкие прохладный ночной воздух.

Это была одноразовая вынужденная мера, после которой наш герой снова закрыл глаза, выпустил из лёгких воздух и мгновенно уснул. Да-да, именно уснул, это был не обморок, а целительный сон, который напустил изнеможённый, бледный, еле державшийся на ногах, Иван, но он старался не выдавать своей усталости.

Так было нужно, потому что только в таком состоянии, в состоянии глубокого сна демон имеет полную власть над человеком. Человеческое тело в принципе не предназначено для поглощения душ, но если такое случается, то после такого мероприятия перегруженные мышцы человека отказывают, и он не в силах даже пошевелить пальцем. Сейчас Кай находился в той же ситуации, но Иван предусмотрел это и снова решает задействовать один из своих скрытых талантов. Но так как ситуация нестандартная, то демон сделает переплетение из телекинеза и лунатизма.

На дворе глубокая ночь, улицы безлюдны, луна спряталась за густыми облаками. Истощённый демон чувствует, что его силы уже на пределе, но он не может бросить Кая здесь. И он начинает. Иван водит руками в воздухе. Круговые движения, будто он колдует, выглядели по-детски примитивно, но в данный момент обессиленный демон не может справиться одним лишь взглядом. Сначала Иван навеял на Кая лунатизм, а потом сразу же помог ему подняться на ноги при помощи телекинеза. Вялое тело Кая напоминало тряпичную марионетку, за нити которой дёргал неумелый кукловод -дилетант. Равновесие было поймано, и демон медленно повёл подопытного в сторону дома.

Часть 3

ПЛАТЁЖ ПО ВЕКСЕЛЮ

ГЛАВА 1

ЯДОВИТАЯ ТВАРЬ

На следующий день после сеанса брутальной подпитки Кай не нашёл в себе сил даже приподняться с кровати. Тотальная крепатура после поглощения душевных хлопьев временно парализовала все мышцы тела. Иван решил, что будет лучше погрузить пострадавшего во временный летаргический сон.

Прошла неделя.

Кай полностью восстановился, но за время, которое он провёл в постели, не смог вспомнить ни малейшего фрагмента. Последнее, что помнил Кай, — это состояние свободного падения с огромной высоты. О той ночи ему будут напоминать многочисленные мелкие шрамы от порезов остекленевшей травой. А самое обидное — это то, что он даже не помнил заветный момент поглощения. От всего процесса

Кай вкусил лишь щедрую порцию горького послевкусия, которое полностью обездвижило всё его тело.

Как позже выяснилось, на протяжении всей недели к Каю приходил наркоман и хотел вынести дверь сокрушительными ударами. Иван подстраховывал спящего хозяина и просовывал под двери крупные купюры денег. Наркоман их забирал и убирался прочь.

Неотложных заданий пока не было, и Кай решает прогуляться, чтобы немного проветриться и подышать свежим воздухом. Во время прогулки в голову полезли угнетающие размышления по поводу оплаты долга человеческими душами. Начали перебираться возможные варианты из местного окружения.

Было жарко. Сухой горячий воздух натолкнул на мысль, что неплохо бы сделать паузу в размышлениях и купить мороженого.

Энергично взбежав по ступеням, Кай приветливо кивнул продавщице, которая разговаривала по мобильному телефону и даже не соизволила окинуть покупателя взглядом, потому что внимательно вслушивалась в слова собеседника. Наш герой не стал отвлекать продавщицу и направился к витрине с мороженым, ведь тётя Вера

никогда не отличалась приветливостью, она всегда была груба, резка и вечно недовольна. Видимо, отсутствие мужчины пагубно сказывалось на общем душевном состоянии.

Тётя Вера работает в этом магазине уже больше двадцати лет, Кай её помнил с самого детства. Когда ей было около тридцати лет, то у неё имелся женатый любовник, который выглядел в два раза старше её самой. Он был скуп и противен, но, видимо, вариантов было не шибко много, поэтому тётя Вера довольствовалась тем, что есть.

Про это знала вся округа, но высокомерной продавщице было плевать на мнение окружающих. Даже жена седого «Казановы» была в курсе сложившейся ситуации, но никогда не опускалась до уровня склочной бабы, которая будет устраивать разборки на почве ревности, потому что была такой же высокомерной тварью, только в модной шляпке и с мелкокалиберной дворняжкой на поводке.

Ещё у тёти Веры имелась душевная отрада — любимый сынок, которого она раскормила до размеров колхозного кнура. Тупоголовое создание с трудом окончило девять классов средней общеобразовательной школы, а вот ПТУ осилить не удалось, выгнали на втором году за систематические прогулы. Но меньше любить сыночка тётя Вера не стала.

С тех пор прошло десять лет. Седовласый Мега Мачо, любовник, уже три года как издох, и его никому ненужная могилка обильно зарастала сорняками. Любимый сынуля переехал в большой город, устроился сторожем на продуктовом складе и, заступив в ночную смену, потягивая краденое сгущенное молоко прямо из жестяной банки, даже не думал вспоминать про родную мать. Всеми брошенная, сексуально неудовлетворённая, раздражительная тётя Вера осталась фактически одна. Любой современный подросток уже начал бы задумываться о возможных вариантах зрелищного суицида, чтобы хоть как-то (даже посмертно) обратить на себя внимание. Но этого не случилось, потому что наша тётя Вера не из робкого десятка. Баба-кремень! И она нашла себе отраду в этой жизни. Вариант внутреннего самоудовлетворения нашей склочной особы был очень примитивным, низким и в какой-то мере бородатым. Это были сплетни. На две трети вымышленные, вечно перекрученные, грязные слухи.

Считанные подруги, можно с уверенностью сказать собутыльницы (потому что только алкоголь мог собрать их за «душевным» разговором), с жадностью впитывали всю ту грязь, которая изливалась из пасти этой падшей женщины. Такие беседы начинались с того, что бывалые подружки орошали свои клювики дешёвым пивом или портвейном и тут озвучивалась дежурная фраза, с которой завязывался гнилой диалог.

— Подруга, я тут такое узнала, в жизни не поверишь, — говорила тётя Вера и подкуривала тонкую дамскую сигарету. — Только это секрет, так что ты никому.

— Я — могила! Ты же знаешь.

После этих дежурных фраз, словно два шпиона, которые обменялись словесными паролями, начинается изрыгание мутных вод.

Основным предметом для застольного разговора «лучших» подруг является сменщица, мать-одиночка, которая живёт с родителями, — Алевтина.

Аля очень чуткая и скромная особа, жизнь её не сложилась изначально, поэтому ей приходится работать продавщицей в посредственном продуктовом магазине. Родители Алевтины уже в возрасте, за ними нужно присматривать, поэтому съехать на съёмную квартиру возможности нет.

Кроткая девушка не лишена естественной красоты, и покупатели мужского пола частенько преподносят ей небольшие презенты в виде шоколада или мороженого, всячески стараясь обратить на себя её внимание. Но она вежливо сводила все их попытки на нет, и после ухода неуклюжих кавалеров возвращала товар обратно на витрину, а стоимость товара брала себе деньгами, потому что дома есть крохотная дочурка, которой шоколад ещё рано, но зато есть ряд других обязательных потребностей, таких как памперсы, детское питание и так далее. Та крохотная зарплата, что она получает в этом вшивом гадюшнике, часто недостаточна для её нужд, а обманывать покупателей Аля не может, потому что воспитание не позволяет.

Именно в такие моменты внутри тёти Веры вспыхивает такое недоброе человеческое качество, как зависть.

— Алька, ты дура! — с дружеской улыбкой на устах говорит тётя Вера и по-матерински обнимает девушку за плечи. — С таких ротозеев можно снимать тройной вершок, причем, не прилагая никаких усилий, а ты довольствуешься шоколадкой, у которой скоро годовщина по случаю новоселья в нашем «замечательном» магазине.

Тётя Вера придвинулась ближе и заговорщицки зашептала Але на ухо:

— А если ещё и ножки раздвинуть…

Алевтина не хотела этого слышать и энергично высвободилась из объятий сотрудницы.

— Нет, я так не могу! И вообще, мне уже пора домой. Отпустите меня, пожалуйста, меня дочка дома ждёт.

Тётя Вера разочарованно махнула рукой в сторону девушки.

— Иди, куда тебя денешь такую непутёвую, — и наигранно улыбнулась.

Алевтина поспешно сбросила с себя рабочий фартук из её глаз брызнули слёзы. Ей стало очень стыдно, потому что слова тёти Веры всегда очень оскорбляли кроткую натуру девушки. Она была не в силах сдержать слёзы и начинала плакать прямо при ней. Это случалось крайне редко, но в 90% случаях Аля успевала выходить из магазина

и лишь тогда тихо рыдала по пути домой.

— Иди-иди, только и знаешь, что ныть, — подумала про себя тётя Вера, провожая разволновавшуюся девушку взглядом, — мне бы твои данные, я бы уже целый гарем из спонсирующих лохов укомплектовала бы.

Тётя Вера завидовала Алевтине, завидовала чёрной завистью. Ей чертовски не хватало мужского внимания и те скудные попытки, которыми она пыталась заинтересовать своей разжиревшей персоной хоть одного Алькиного ухажёра, заканчивались ничем. Именно поэтому бурлящая грязь, льющаяся из оральной клоаки тёти Веры, лилась

именно на голову Алевтины.

***

— Скажите, а у вас есть какое-нибудь фруктовое мороженое?

Кай ждал очень долго, но продавщица, занятая телефонным разговором, не желала обращать на покупателя никакого внимания.

— Я тебе говорю, она дала ему прямо в подсобке! Я когда пришла, то она уже натягивала на себя трусы, — тётя Вера пыталась кому-то что-то доказать, упрямо не замечая клиента.

Кай помахал двумя руками прямо перед лицом продавщицы. Ура!

Она обратила на него внимание.

— Чего тебе? — недовольно поинтересовалась тётя Вера, прикрывая рукой микрофон мобильного телефона.

— Говорю, фруктовое мороженое имеется в продаже?

— Не знаю. Выбирай из того, что есть, — дерзко бросила продавщица и продолжила разговор.

Кай не захотел разводить дискуссию и терпеть неуважение, он развернулся и направился к выходу. И уже переступив порог, он слышит следующее:

— Представляешь, а ко мне тут только что забегал соседский байстрюк, ну той неблагополучной из соседской пятиэтажки, хотел мне сделать нервы, но его попытка явно провалилась, — и эта реплика была подкреплена издевательским смешком.

Кай остановился в дверях, и, не поворачиваясь, застыл на месте.

Он прекрасно знал определение слова «байстрюк», он прекрасно знал, что тётя Вера никогда не стремилась к эвфемизмам, и если ей удавалось кого-то оскорбить или унизить, то она считала, что день прошёл не зря. Кай не стал посвящать продавщицу в то, что его мать умерла, он решает лично преподать урок вежливости. Так и не обернувшись, герой удаляется. За его спиной раздаётся очередной, громкий пуще прежнего, издевательский смех. И этот смех окончательно убеждает его в правильности своих намерений по поводу невоспитанной, испорченной продавщицы.

ГЛАВА 2

АМПУТАЦИЯ ВО БЛАГО

— Дайте, пожалуйста, перекись водорода и капли в нос, которые моментально пробивают заложенность носа.

Раскрасневшийся Кай бросил пятьдесят гривен на монетницу в аптеке и нетерпеливо ждал, пока молоденькая фармацевточка пробьет лекарства.

— Вам пакетик нужен? — с заигрывающей улыбочкой спросила девушка.

— Нет, — грубо ответил Кай, давая понять, что ему сейчас не до знакомства.

Сладкая улыбочка тут же пропала, и девочка разочарованно объявила общую сумму.

— Сдачи не надо, — сказал Кай, сгрёб два пузырька, уверенно подмигнул и улыбнулся симпатичной особе в белом халате, не желая портить её настроение.

***

Кай поспешно направлялся в сторону скромного обиталища тёти Веры, он прекрасно знал адрес её убогой съёмной квартиры. На часах было почти семь, а это значит, что эта тварь скоро закроет магазин и будет идти домой. Срезав путь через сквозные дворы и параллельные улицы, Кай занял позицию в пышных кустах сирени.

Было принято решение отдышаться и проверить содержимое своего рюкзака. Перекись водорода, капли в нос, новая пара садовых перчаток, пассатижи, моток липкой ленты, третий титановый нож-бабочка, купленный через интернет, который Кай пока оставил у себя, и старый эластичный бинт, валявшийся в рюкзаке ещё со времён юношеских тренировок боксом. Всё, что требовалось для воспитательной беседы, было в наличии. Вот только за прошедшее время злоба ощутимо убавилась, и Кай крепко остыл в своём намерении. Руки била мелкая дрожь. Но Кай понимал, что отступать уже поздно, ему нужны чужие души, точнее он стал орудием для умерщвления человеческих тел, чтобы щегольский демон получил эти самые души и оставил нашего героя в покое.

Кай начал прокручивать в голове ту самую издевательскую фразу тёти Веры, которая спровоцировала его на данный замысел. Он вертел эти слова снова и снова, издевательский смех эхом проносился в голове, к этим мыслям непроизвольно добавилась картинка мёртвой матери, лежащей на столе.

Злость снова захлестнула Кая с головой, он даже поймал себя на мысли, что явно перестарался с попыткой самомотивации, потому ему уже не хотелось обойтись лёгким увечьем, Кай хотел выскочить из кустов и всадить в дряблую грудь нож. Но к тому времени, пока дичь появилась в поле зрения охотника, Кай немного утихомирился, и это «немного» идеально хватало для данной задумки наказания.

Тётя Вера появилась из-за поворота и направлялась в сторону затаившегося мстителя. В голове еле слышно зазвенело, клацнуло и зазвучала знакомая песня. KoЯn — Blind. Это значило, что демон тут и что он не смог себе отказать в таком зрелище, даже чувствуя (по его словам) чудовищную слабость в теле.

Жертва была уже в относительной близости. Через листву Кай видел, что приближающаяся особа говорила по мобильному телефону и между репликами выскакивал мерзкий смех. Звук гитары сделался немного громче прежнего, и стартовая фраза была ещё громче.

Are You Ready!

Кай приготовился, его тело, словно у пантеры перед прыжком, было напряжено. Вокруг не было ни души, только хищник и жертва.

Ещё и тётя Вера свернула с дороги на тротуар, тем самым упростив задачу. Момент истины. Плотная продавщица, абсолютно ничего не подозревая, проходит возле пышного куста сирени, из которого выскакивает Кай. Парень хватает свою жертву левой рукой за затылок, а правой — за лицо и резко затягивает её в кусты. Он сработал

идеально. Кай действовал, как профессионал. Этот выпад можно смело назвать как минимум «бросок кобры», а как максимум — «язык хамелеона».

Тётя Вера ничего такого не ожидала, и, естественно, рухнула на землю. Кай находился сзади и двумя руками закрывал рот тяжело дышащей сплетнице. И тут наш горе-хищник понимает, что упустил одну очень важную деталь, он совсем забыл про маскировку, ну там маску или капюшон какой-нибудь.

— Твою мать… — тихо выругался Кай.

Что делать, было не совсем понятно, но Кай решает не сдаваться и начать своё представление. Сжимая одной рукой рот перепуганной «лани», другой — нашарил нож. Показательно раскрыл его перед лицом хрюкающей сплетницы, и следующее произнёс шёпотом, чтобы, не дай боже, быть узнанным по голосу: — Молчите, прошу вас. Услышу хоть один звук из вашего грязного рта — перережу горло. Будете вести себя тихо — останетесь в живых. Понятно?

Тётя Вера энергично закивала.

— Хорошо.

Кай немного ослабил хватку и дал жертве вдохнуть вечернего воздуха.

— А теперь слушайте внимательно. — Кай продолжал заговорщицки шептать продавщице прямо на ухо. И, несмотря на то что он был хозяином положения, это не помешало ему оставаться вежливым. — Ваша жизнь ничтожна, вы паршивая болячка на теле окружающего вас общества. Мне ничего не стоит зарезать вас, словно жирную свиноматку, но я хочу видеть не вашу смерть, а ваше раскаяние.

Кай слушал свои слова со стороны и не узнавал себя. Откуда взялось это чужое красноречие? Откуда столько злости в его речи?

Пусть там уважение, оно было заложено в воспитании Кая изначально и звучит привычно, но глубина сказанных слов резала слух, потому что ранее парень никогда не выражался так замысловато.

Всегда было так: что у Кая на уме, то и на языке, он никогда не разговаривал витиевато. Именно это его и отличало от остальных сверстников — прямолинейность.

Внезапно нахлынувшие размышления заставили Кая замолчать. Во время затишья тётя Вера воспользовалась моментом и начала медленно поворачивать голову, чтобы посмотреть на нападающего. Но Кай вовремя опомнился и крепко сжал голову жертвы.

— Стоять! — зашипел он. — Ещё одна такая выходка, и на вашей шее образуется глубокая резаная рана, впоследствие которой вы в считанные секунды истечёте кровью.

От услышанных слов тётя Вера тяжело задышала и засуетилась.

Кай шикнул на неё, как на засыпающего ребёнка, которому начинает что-то недоброе сниться, и он капризничает. В добавку к этому, он сильнее прижал острое лезвие к горлу.

— Вы — сплетница! — продолжил шептать Кай. — Грязная сплетница. Вы беспардонно клевещете на ни в чём не повинных людей, а потом питаетесь их душевными муками и стеснениями. Ваших действий недостаточно для смертного приговора, но ваше поведение и двуличность заслуживает наказания! И сегодня вас постигнет долгожданная кара.

Господи, как же театрально, наигранно и неестественно звучали эти слова, будто реплика безымянного мстителя из малобюджетного фильма.

Но даже в такой смешной форме сказанные им Каем слова произвели весьма впечатляющий эффект. Перепуганная женщина начала суетиться и попыталась высвободиться, но мститель твёрдо держал хватку.

— Ваши вялые попытки ни к чему не приведут, они только доказывают, что я прав. Ну а сейчас, — Кай сделал паузу, — да свершится (чуть не сказал правосудие) — наказание!

Не дав хоть как-то отреагировать на сказанные слова, Кай убирает лезвие от горла жертвы и наносит сокрушительный удар локтём по макушке ничего не ожидавшей тёти Веры. Локоть, мизинец и безымянный палец прострелило электрическим разрядом. Ожидание охотника не оправдалось, женщина не потеряла сознание, а всего лишь на пару секунд потерялась в пространстве. Кай выругался и, рискуя быть узнанным, вскакивает на ноги и добивает уже оглушённую жертву резким

ударом открытой ладонью в лоб. Тётя Вера опрокидывается и сильно бьётся затылком о землю, тем самым закрепляя успех юного мстителя.

Тучная туша не двигалась. Шумный выдох облегчения невольно вырвался из груди Кая. Дальше нужно было действовать очень быстро, счёт времени шёл на секунды, оглушённая сплетница могла в любой момент прийти в себя. Кай в спешке вывалил содержимое рюкзака на траву. Первым делом он надел садовые перчатки. Далее была перекись водорода, Кай скрутил пробку двухсотграммового фанфурика и поставил в сторону, чтоб не разлить ненароком раньше времени.

Было огромное желание перестраховаться и ослепить жертву, но на эту мысль была найдена рациональная замена. Кай намотал вокруг головы пару витков липкой ленты на уровне глаз. Следующим шагом были пассатижи и титановый нож-бабочка. Кай раскрыл рот продавщицы и несильно зажал язык. После чего взял в свободную руку нож и замер. Момент промедления затягивался.

Нужно было сильнее сжать язык, вытащить его наружу и резануть ножом. Но Кай медлил, он никак не мог решиться на финальное действие. В случае с Ольгой было проще, он всего лишь привязал её, как испуганную козочку, к деревцу, ну а наркоман уже нанёс решающий удар. В данной же ситуации Каю придётся лично показать, на что

он способен.

Да пропади оно всё пропадом!

Это была последняя мысль в голове Кая, после чего он сжал язык пассатижами и вытащил наружу. Никак не ожидая такого зрелища, но язык оказался очень длинным, сантиметров двадцать длиной.

— Было бы другое место, — подумал Кай, — и другие обстоятельства, можно было бы сделать отменный «кубинский галстук».

Вспомнился момент из детства Кая, когда к отцу в гараж приходил сосед, работавший инструктором по вождению, занимающийся со школьниками старших классов. Одной из его избитых историй была про школьника, у которого по жизни случались приступы эпилепсии.

Но этой детали инструктор не знал. И во время одного из практических занятий у этого мальчика начался приступ. Со слов соседа, всё началось с того, что мальчишка перестал разговаривать, а когда и вовсе не свернул соответственно пунктирной разметке, он отвлёкся от дороги и посмотрел на юного водителя, чтобы прикрикнуть на него

и тут же замолчал на полуслове. Бледный мальчик крепко упёрся руками в руль и вжался в кресло. А когда растерянный инструктор поинтересовался о самочувствии школьника, ответом был вывалившийся изо рта длиннющий язык. Инструктор дал по тормозам, благо в автомобиле была предусмотрена педаль тормоза со стороны пассажирского сиденья, и после остановки, он всунул в рот мальчика первое, что попалось под руку, а именно огромный гаечный ключ.

Во время рассказа этой истории, сосед без конца поправлял огромные очки, за которыми были широко раскрытые поросячьи глазки. Мальчишка Кай с восторгом подслушивал, веря каждому слову, а отец с собравшимися в гараже ротозеями хохотали от души и уверяли, что ничего бредовее в жизни не слыхали. Отец для Кая в те времена был авторитетом и то, что он не поверил рассказчику и открыто при свидетелях освистал рассказанную историю, вполне убедило мальчишку, что это не более чем дворовая байка.

Но сейчас, когда картинка из детства, где у школьника, сидевшего за рулём, выпадает язык на грудь, накладывалась полупрозрачным кадром на реальную ситуацию, сомнения в правдивости дворовой былины отпали сами собой.

Возможно, конечно, что эта женщина была из числа тех феноме нальных людей, которых показывают по телевизору. Они там лихо достают кончиком языка до глаза. Но скорее всего, это из-за зверских манипуляций, которые Кай проделал с помощью гаражного инструмента.

Растерянность нашего героя прошла, как только пленённая мадама начала приходить в себя. Постанывания и попытки поднять голову были тому подтверждением. Кай взмахнул рукой, в которой был нож, и чуть не вырвал бабе язык с корнем. Вообразив, что в его руках мачете, он думал перерубить язык одним ударом, но не тут-то было.

Действия развивались не в голливудском фильме, а в бренной реальности, где даже острые ножи не отрезают человеческие языки за один взмах.

И приняв вызов суровой реальности, Кай начинает «пилить» язык ножом, в прямом смысле этого слова. Тётя Вера истерически завизжала. Кай уже был не рад, что ввязался в эту кровавую авантюру, от которой так и разило провалом. Наспех «допилив» язык, Кай попытался снова оглушить женщину, но удар оказался слабым и абсолютно ничего не дал. Тело тёти Веры начало содрогаться от всхлипываний, она зарыдала. Шанс оказаться обнаруженным становился весьма высоким. Достаточно любому прохожему заглянуть в заросли сирени, увидеть там сложившийся акт насилия, окровавленное и потерянное лицо нападающего и навсегда его запомнить. Поэтому Кай решает действовать быстро, чётко и закончить это раз и навсегда.

Сильнейший удар в солнечное сплетение забивает дыхание жертве. Стальная хватка сдавливает её горло.

— Закрой свой рот! — прошептали тёте Вере на ухо. Голос нападающего дрожал, то ли от страха, то ли от гнева. — Ещё один звук, и я перережу тебе глотку.

Вежливость нападающего явно закончилась, и перепуганная продавщица это подметила. Её глаза были закрыты чем-то прозрачным, она могла видеть лишь размытый силуэт нападающего.

Руки на шее женщины понемногу ослабляли хватку, и тётя Вера жадно втянула ртом воздух.

Воспользовавшись временным затишьем, Кай схватил пузырёк с перекисью водорода и плеснул в рот женщине. Жертва не ожидала такого, чуть не захлебнулась, начала кашлять и завывать. На шее тут же сомкнулась рука.

— Уймись! Это всего лишь перекись.

Тётя Вера затихла.

Изо рта валила алая пена. Кай решил, что пора сваливать. Наспех снятые садовые перчатки были брошены в открытый рюкзак.

Туда же отправились и пассатижи, и окровавленный нож, и моток скотча. Остатки перекиси Кай вылил себе на руки, а пустой пузырёк решил забрать с собой. Из глотки жертвы снова продолжили вылетать жалобные стоны. Наспех застегнув рюкзак, Кай изо всей силы ударил ногой в живот тётю Веру и чуть не ляпнул на прощанье: «Это

тебе за маму, тварь», но вовремя одумался. Забив дыхание лежащей на земле женщине, у нашего начинающего мстителя, появилось немного времени до очередной порции жалобных стонов, чтобы успеть скрыться. Беглый осмотр улицы на предмет прохожих — никого! — и быстрый уход. Для верности Кай перепрыгнул через забор и оказался в чужом дворе. Надеясь, что у хозяев нет собаки, беглец пробежался по ухоженной грядке и, ещё раз перепрыгнув через забор, оказался на параллельной улице.

— Стоять! Вот ты и попался, голубчик.

Кай остолбенел и чуть было не обомлел.

— Попался, — подумал он.

Перед ним стояла высокая, стройная, симпатичная девушка с огненно-рыжими волосами. Хищная улыбка и сверкающий взгляд делали эту особу загадочной, Кай не мог разгадать намерения смазливой девицы. Мини-юбка и туфли на высокой платформе.

— Ага, если сбить эту барышню с ног, то можно будет убежать, но где гарантия, что она не закричит. Да и моё лицо она уже хорошо рассмотрела. Побег пока отменяется. Нужно выяснить, что ей от меня нужно.

— Красавчик, так и будем молчать или ты сам во всём признаешься?

— Н-не понимаю, о чём вы, — буркнул Кай, стирая холодный пот со лба.

— Всё ты прекрасно понимаешь, мой маленький скромник, — незнакомка схватила Кая за руку и начала тащить в неизвестном ему направлении, — и прекрати валять дурака, а то мне начинает казаться, что я тебе не нравлюсь.

Резкая остановка, Кай не ожидал этого и врезался в девушку.

— Я ведь тебе нравлюсь? — спросила рыжая с таким выражением, будто это был риторический вопрос.

Кай чисто машинально бросил оценивающий взгляд, но ничего внятного по поводу внешности рыжеволосой девицы сказать не смог.

— Вы, н-наверное, меня с кем-то перепутали, — крякнул Кай, — я лучше пойду.

— И правда, вид у тебя бледноват, — скривилась рыжая.

Небольшая «рекламная пауза», рыжая думала.

— Хорошо, — громко выдохнула она, Кай от неожиданности дёрнулся, — иди домой, поспи, поешь, прими душ или съешь пластинку активированного угля и запей энергетическим напитком. Мне плевать, что ты будешь делать, но чтоб к вечеру ты был новенький, бодренький и полон сил. — Рыжая достала из сумочки шариковую ручку красного цвета и на руке Кая принялась писать какие-то цифры. — Это мой номер телефона, позвонишь сразу же, как приведёшь себя в чувство.

И не вздумай проигнорировать меня, я знаю где ты живёшь! У меня на тебя большие планы. А теперь — беги.

Рыжеволосая незнакомка хлопнула Кая по заднице, тихо хихикнула и пошла своей дорогой.

Наш герой стоял на месте как вкопанный. Ему было невдомёк: что только что произошло? Эта милая девушка обозналась, приняв его за давнего знакомого. Или же она видела, как Кай жестоко обошёлся с беззащитной женщиной, и теперь хочет получить свою выгоду от сложившейся ситуации. Поведение этой стройной особы было

весьма уверенным, значит она что-то знает!

— Довольно глупых размышлений, — опомнился Кай, — хватит торчать здесь у всех на виду, самое время рвать когти, пока никто не обратил внимания на разиню, который стоит посреди улицы с открытым ртом.

***

— Твою мать! Вот это вляпался, — бурчал взволнованный Кай и активно мерил шагами свою комнату.

— Да не суетись ты так. Всё же прошло гладко.

— Гладко? Супер! Ты меня успокоил. Теперь я само спокойствие.

Смотри на мои руки, — Кай протянул вперёд верхние конечности, их била сильная дрожь, — моё тело — прям храм для внутреннего умиротворения. Любой хирург, наверное, обзавидовался бы твёрдости моей руки. Тебе, кстати, аппендикс вырезать не надо?

— Какой ты скучный тип, — фыркнул Иван. — Просто ты сделал это без удовольствия, сделал грубо, некачественно, оправдав свои действия тем, что так надо было сделать.

— Удовольствие?! О чём ты вообще толкуешь? Я живому человеку язык отрезал!

— Ты просто обязан был это сделать! Честь твоей усопшей матери поставили под сомнение, а ты восстановил баланс в этом моменте. Да, согласен, выбранный метод разъяснительного мероприятия немного необычен, зато он эффективен, и теперь можно твёрдо быть уверенным, что эта особа не будет более лить грязь ни на твою мать, ни на кого-либо другого.

Кстати, нашу подопечную уже обнаружили. И пока мы здесь беседуем, её уже везут в карете скорой помощи со всеми удобствами. Служители Фемиды прибыли сразу же после медиков.

— Вот чёрт… А они…

— А они, — перебил Иван, предугадав вопрос Кая, — возбудили уголовное дело по статье сто двадцать первой Уголовного кодекса Украины, а через некоторое время ещё и сто двадцатую пришьют.

— Вот же влип…

— Да не терзай ты себя так, — успокоил Иван паникёра, — дело закроют за недостатком улик. Пусть ты и выполнил это дело без удовольствия, но самое главное, что ты сделал всё чисто, даже пустой флакон из-под перекиси забрал. Я просматривал разные временные векторы развития событий. И в одном из вариантов тебя вычислили именно по пустому флакону.

На видеозаписи камер наблюдения аптеки, там, где ты накануне членовредительства сделал покупку. Но, хвала твоей внимательности, мы сейчас находимся далеко от того печального временного кольца.

— А как же свидетельница, которая поймала меня прямо на улице?

— Какая ещё свидетельница? Не было никаких свидетелей, я лично следил за процессом и периодически осматривал окрестности, всё было чисто.

— Вот эта свидетельница! — Кай повысил голос и поднял вверх руку с написанным на ней номером телефона.

Пауза.

— Я ничего об этом не знаю. Кто бы ни была твоя свидетельница, но она никак не причастна к акту насилия над бедной женщиной.

— Всё, умолкни! И так тошно. Нет, лучше скажи, что мне делать с этой барышней?

— Да о какой барышне ты здесь толкуешь? После того, как ты скрылся за забором, я остался на месте и любовался проделанной тобой работой, а когда вернулся, то ты был уже здесь.

Раздался звонок в дверь.

— Всё, кранты, — прошептал Кай и приготовился к самому худшему.

За то время, пока он шёл к дверям, позвонили ещё раз.

— Кто там? — крякнул Кай, словно галчонок из Простоквашино.

— Открывай, гадкий мальчишка, — раздался глухой голос рыжей. — Уже вечер, а ты мне так и не позвонил.

— Вот эта девушка, о которой я тебе, как ты выразился, толкую, —

зашипел Кай в пустоту прихожей.

— Ну что ты там копаешься, — возмущался голос из-за двери, —

если ты не одет, то и не одевайся, а открывай поскорей.

— Кто она? — спросил Кай.

Ответом была тишина.

— Вот гадство, — в последний раз выругался Кай и открыл дверь.

Девушка вихрем ворвалась в прихожую.

— Я жду объяснений. Почему вместо того, чтобы где-то уже отдыхать и развлекаться, мы ведём скучную беседу в твоей убогой хижине.

Кстати, почему ты не переедешь?

— Если Иван говорит, что эта особа не является свидетелем моих похождений, — размышлял Кай, — то сейчас самое время выяснить, кто она такая, чёрт её дери!

— Я, конечно, дико извиняюсь, но разве мы знакомы?

— Да, я тебя знаю. Ты Кай Караванский, и я хочу, чтобы ты у меня был. Мне этого достаточно.

— Как вас хоть зовут, милочка?

— Да какая разница, как меня зовут?! Можешь звать меня Элли, —

улыбнулась рыжая. — И прекрати мне выкать! Бесит.

— Элли? Как девочка из «Изумрудного города»?

— М-м, да. Будем сказочной парой. Не одному же тебе носить мультяшные имена.

— С этим понятно. Но что вы от меня хотите?

— Ты! Нужно спрашивать: «Что ТЫ от меня хочешь?» Ясно?

— Ясно. Элли, что ты от меня хочешь?

— Я хочу от тебя детей! Шутка. — Хихикнула девица. — Детей я, конечно, не хочу, но сам процесс, желательно без всяких глупых и только мешающих средств защиты, можно устроить прямо сейчас, — промурлыкала красавица и принялась гладить грудь Кая, медленно опускаясь всё ниже и ниже.

— Пэ, Пэ… Погоди! — Кай схватил девку за кисти рук. — Я так и не понял, чего ты от меня хочешь? То, что ты не прочь развлечься, мы уже выяснили. А как насчёт более глобального объяснения твоих намерений?

— Ничего серьёзного, малыш. Просто немного оторвёмся и всё.

Кай ничего не понимал.

— Твоих рук дело? — мысленно спросил Кай. — Очередная глупая выходка?

Иван молчал.

В дверь грубо постучали кулаком. Кай отпустил руки рыжей и тихонько приоткрыл дверь. Как он и предполагал, на пороге стоял наркоман. Наброшенный на голову капюшон скрывал лицо.

— Эй, приятель, — заскулил хриплым полушёпотом наркоман, —

как насчёт подбросить своему соучастнику деньжат, чтобы он мог оросить свой клювик и забыться в туманном бреду забвения.

Кай выскользнул за дверь квартиры в надежде, что девица ничего не услышала.

— Что ты несёшь, придурок, — зашипел Кай. — Тебя могут услышать.

Вместо ответа наркоман судорожно взмахнул рукой туда-сюда, и в его руке будто материализовался нож. Тот самый нож-бабочка, который Кай ему преподнёс в знак примирения.

— Гони бабло, цыпка, — у шеи Кая блеснуло лезвие ножа, — пока я лично не вырезал из тебя золотое яйцо.

Кай напрягся, он точно знал, что с этим типом лучше не шутить.

Медленно сунув руку в карман, он достал оттуда купюру в двести гривен.

— Спасибо, птенчик, — наркоман ловко выхватил деньги из руки, развернулся и побрёл к выходу, — надеюсь, в следующий раз ты будешь более вежлив.

Не успел наркоман благополучно удалиться, как дверь за спиной Кая отворилась и ударила его в спину. Наркоман остановился и замер.

— Что здесь происходит? Кай, кто это?

Охотник повернул голову и посмотрел на кралю, стоящую в дверях. Тусклый свет лампы не позволял увидеть глаза наркомана, но когда он улыбнулся, то все увидели его звериный оскал.

— Удачи тебе, ковбой, — хмыкнул наркоман, взмахнул рукой и после характерного металлического звука нож, который был в его руке, исчез.

Кай ничего на это не ответил, лишь затолкал любопытную девку обратно в квартиру и вошёл сам.

— Кто это был?

— Да так. Знакомый.

— Понятно. Это, конечно, не моё дело, но стрёмные у тебя знакомые, аж мороз по коже.

Да и квартирка у тебя ещё та. Вроде бы никого нет, а чувствуется чьё-то присутствие. А ещё тянет мертвечиной. Я бы на твоём месте вызвала священника.

— Я подумаю над твоим предложением, — сказал Кай. — А сейчас, Элли, тебе самое время вернуться домой.

— А как же…

— Сегодня не самое подходящее время для развлечений. — Кай открыл дверь и вытолкал девушку. — Давай завтра обо всём поговорим, а сегодня уже поздно.

Дверь захлопнулась.

— Имей в виду, — раздался голос из-за двери, — ты так просто от меня не отделаешься.

***

— Ну и? Дальше будем отпираться или объяснишь наконец-то, кто эта особа? Очень надеюсь, что это не какая-нибудь шлюшка-маньячка, которую ты мне подсуетил для умерщвления по нашему договору.

Иван некоторое время молчал и, полностью проигнорировав вопросы и догадки Кая, начал говорить следующее:

— Я не горжусь своим поступком, но пока ты ворковал с нашим общим другом, я занимался ужасной вещью, а именно — копошился в её сознании, в её мыслях. Бр-р-р… Одно из самых моих нелюбимых занятий, но сейчас не об этом.

Так вот, пробираясь через груды грязных дел и мыслей, я рыскал в надежде найти что-то интересное для нас. Возможно, какой-то хитрый план или дальновидный замысел, где бы ты фигурировал как ключевая деталь в сложном механизме. Но всё бесполезно. В голове этой стервы сплошной разврат, причём с беспорядочной сменой партнёров, и жажда наживы любой ценой. И эта алчность дико прогрессирует.

Она частенько просматривает сайты со списками богатых людей Украины. А ещё в её канареечный мозг пришла гениальная мысль — следить на сайте государственных лотерей за новоиспечёнными миллионерами. Где, собственно, она тебя и нашла.

И теперь, пока ты её не осчастливишь и не вручишь солидную плату за это, она от тебя не отстанет. А если это случится, то будет расценено как зелёный свет на все дальнейшие деяния.

И пока барышня не высосет, в прямом и переносном смысле, всё, — она от тебя не отцепится.

Так что, влип ты, парень, и я тут абсолютно не причём. И отделаться без крови не выйдет, она просто безумна в своём ремесле.

Кай задумчиво почесал в затылке.

Да, ситуация, подумал он.

Безумная…

В голове Кая зазвучала музыка, и Иван здесь был не причём, это работал мозг нашего героя. На лице Кая пробивалась самодовольная улыбка, и он начал качать головой в ритм беззвучной музыке.

— Я знаю, как отделаться от этой безумной. Сам Игорёк Александров, а точнее, плоды его творчества, помогут мне разобраться в этой

ситуации. Всего одна строчка из песни этого злого, но в душе — доброго, исполнителя подсказала мне, как решить эту проблему.

Кай посмотрел на руку, где был написан номер телефона настырной девушки и, набирая номер на своём мобильном, тихонько подпевал:

Ты от меня без ума, ты безумна,

Ты от меня без ума, слишком умная.

***

— Алло?

— Привет, красотка.

— А, это ты. Я уже подумывала о повторном визите и маленьком наказании для одного сказочного героя, который не хочет перейти на сторону моей личной сказки.

Я тебя внимательно слушаю, мой хороший. Когда состоится мой обещанный ужин с продолжением?

— Через три дня.

— Три дня?! Не-ет. Я не могу так долго ждать, ты мне нужен прямо здесь и прямо сейчас!

— Послушай, для такого сокровища, как ты, не годится просто пафосный ужин в дорогом французском ресторане. Эта банальная заурядность не добавит мне дополнительных призовых очков за общее впечатление. Здесь нужна фантазия, нужны связи. А ещё нужно подыскать такое место, в котором ты в жизни не была!

— О, боже. Ты организуешь нам вечер на крыше многоэтажки? — замурлыкала Элли.

— Фу, что за вздорная мысль? Этот способ уже давно исчерпал себя, такой ерундой сейчас никого не удивишь. Я уже знаю, куда именно поведу свою прелестную спутницу, но мне нужно время. Моя затея незаконна, предстоит хорошо побегать, чтобы реализовать эту задумку.

— М-м, да, — простонала она, — я знала, что не ошиблась в тебе.

Хорошо, я готова подождать, но не более трёх дней и при одном условии.

— Каком?

— За мной должен приехать личный водитель на большой чёрной машине.

— Это даже не обсуждается! — театрально воскликнул Кай.

— Ну ладно. Надеюсь, ты меня не разочаруешь, золотой мой.

— Из кожи вон выпрыгну, но свой весьма смелый задум реализую! — сказал Кай и сбросил вызов.

ГЛАВА 4

УЖИН С ДУШКОМ

Был тёплый вечер. Мягкий свет полумесяца заливал пустые улицы. Чёрный Мерседес с тонированными стёклами плавно подкатил к неприметной пятиэтажке, и пронзительный звук клаксона разорвал тишину. Из обшарпанных дверей подъезда вышла она. Дорогое вечернее платье, шикарная причёска, туфли на высоком каблуке, сдержанный макияж. Ярко-красные губы сочетались с маникюром, сумочкой и лощеными туфлями. Эта детка хорошо выложилась в процессе подготовки.

Шофёр выскользнул с водительского места и, смотря строго перед собой, открыл даме заднюю дверцу. Элли улыбнулась водителю, но тот лишь еле заметно кивнул.

Как только наша Золушка оказалась на борту, карета хлопнула дверцей, и кучер погнал целый табун конских сил прямиком на бал.

В пути Элли так и не удалось выпытать у профессионального шофёра, куда именно они держат путь. Оставалось только ждать.

Когда автомобиль остановился, Элли выглянула из окна, но в кромешной тьме ничего увидеть не удалось. Открылась дверца, и шофёр подал леди руку. Никаких ярких вывесок и указателей, сверкающих неоном, не было видно. Вообще ни черта видно не было, луна заговорщицки спряталась за тучи, а по всей длине улицы отсутствовали фонари. Пока Элли пыталась хоть что-то разглядеть, водитель хлопнул дверцей и предательски укатил. Девушка попыталась бежать следом, но высота платформы обуви и узкое (даже можно с уверенностью сказать — тесное) платье были против этой погони.

— Куда же ты, Золушка? Только прибыла и сразу хочешь убежать от меня? Это будет слишком жестоко, я могу не выдержать такого удара.

Элли остановилась и резко обернулась. На обочине стоял Кай. Он был одет в чёрный костюм с бабочкой из дерева. Волосы были зачёсаны назад, а на глазах у него была маска. В руке он держал алую розу.

— Куда ты меня привёз? Мне незнакомо это место. Кай, мне страшно.

— Я обещал тебе ужин в месте, котором ты никогда не была. Это было сложно, но я всё же сумел реализовать свой задум.

Кай подошёл к девушке, предложил ей свой локоть и вручил цветок.

— Прошу.

— Спасибо, — улыбнулась девушка и, прикрыв глаза, втянула нежный аромат розы. — Но знай на будущее, я люблю цветы в большом количестве, а не это, — Элли презрительно швырнула цветок под ноги.

Кай наклонился и молча поднял его.

— Здесь всего лишь аванс, — улыбнулся он и вручил цветок снова. — Без него магическое число будет нарушено. Прошу.

И Кай повёл Элли по тёмному тротуару. Всё выглядело безобидно, молодой кавалер вёл девушку к заранее приготовленному месту.

По пути он сладко шептал ей на ушко всякие глупости, усыпляя женскую бдительность. Режим сладкоголосого болтуна успешно активирован. Не все, но многие девушки любят ушами.

Вдруг улыбка пропала с лица Элли и девушка начала принюхиваться. Каю даже темнота не помешала заметить это. Он среагировал моментально.

— А сейчас я вынужден прикрыть твои ясные очи, дабы не испортить полную картину подготовленного мною сюрприза.

Кай достал из кармана чёрный кусок мягкой ткани. Материя была заранее пропитана букетом самых стойких ароматических масел.

С разрешения девушки Кай начал осторожно ослеплять доверчивую глупышку. Он сложил ткань по диагонали, это было сделано специально, чтобы благоухающая ткань находилась максимально близко к носу, и аккуратно повязал ей на лицо.

— А теперь ты должна довериться мне, ибо теперь я буду твоим проводником.

— Интересно, — улыбнулась Элли. — Интригу я люблю, но не затягивай — это утомляет.

— Ни в коем случае! Обещаю, всё будет в лучшем виде, — сказал Кай, подхватил ослеплённую девушку под руку и уверенно поволок к кульминации сегодняшнего вечера.

— Не так быстро, мальчик, мы же не на поезд спешим, а на ужин.

Кай пропустил упрёк мимо ушей.

— Осторожно, ступеньки, — обронил Кай и поволок бедняжку на старое крыльцо.

— Фу, что за вонь! Надеюсь, это не часть твоего сюрприза.

— Нет-нет, это всего лишь маленькое неудобство сегодняшнего вечера, мне так и не удалось разобраться с ним окончательно.

Стук каблуков по грязному, ещё советскому, кафелю эхом разносился по длинным коридорам.

Резкая остановка была полной неожиданностью для Элли, и она врезалась в идущего впереди Кая.

— Мы пришли, — сказал Кай и громко глотнул слюну. — Теперь можно снять повязку.

Элли осторожно стянула лоскут ткани, стараясь не испортить причёску. Секундное фокусирование зрения, после чего наступил ступор.

Без повязки запах гнили и разложения стал нестерпимым. Дыхание забило. Слюнные железы неистово заработали. Элли ещё раз оглянулась, но на этот раз внимательнее, моля Бога о том, что всё увиденное — одна большая галлюцинация.

Это был большой зал, выложенный когда-то белым кафелем, ныне цвет кафеля превратился в жёлтый с ржавыми и бурыми потёками. В центре зала стоял крохотный столик на двоих, с белоснежной скатертью, шампанским, фруктами и лёгкими закусками. У дальней стены имелся ещё один стол, но намного больше, из нержавейки.

Элли назвала бы его разделочным. Почему? Да потому, что за столом стоял самый настоящий мясник! Огромный детина, под два метра ростом, с рыжей косматой бородой и засаленными волосами. Одеяние громилы веяло чудовищным «несочетанием» двух профессий. Белая рубашка, чёрный шёлковый жилет, красная бабочка. Поверх чистой рубахи был одет грязный фартук мясника, на руках диэлектрические перчатки, а на ногах — кирзовые сапоги.

На одной стороне стального стола лежала огромная баранья нога, запечённая в фольге, на другой стороне — стояли стопками тарелки разных размеров. Ровно посередине, как раз перед рыжим дровосеком, была разделочная доска и внушительных размеров тесак. Элли поёжилась, этот тип ей внушал чувство страха.

Слева у стены выставлено вряд около десятка стальных лежаков.

Все места заняты. Это было видно по синим ногам с бирками на больших пальцах, которые торчали из-под белых простыней.

В это время Кай стоял подле их столика и довольно улыбался. Он видел, как настырная девка внимательно изучает окружающую её обстановку и не хотел мешать ей, наслаждаясь целым набором эмоций, которые постоянно сменяли друг друга.

Элли продолжила немое изучение зловонного зала. В дальнем углу, справа от стола рыжего тролля, находился большой стеклянный шкаф, плотно заставленный большими банками с загадочным содержимым.

Единственное, что ей удалось рассмотреть, так это человеческая рука, которая мирно плавала в мутном растворе. Остальные куски мяса остались неузнанными, скорее всего, это были внутренние органы.

У стеклянного шкафа находился стеллаж на колёсиках. Выложенные аккуратными рядами инструменты пугали воображение нормального человека. Также на стеллаже горели свечи. Свет свечей отбивался от инструментов и падал световыми бликами на грязные стены.

Кстати, свечи горели не только на стеллаже, свечами была усеяна вся комната, просто привычные человеческому глазу «светлячки» уходили на второй план в сравнении с жутким зрелищем, которое творилось вокруг.

Ну а в ближнем углу громоздилась огромная куча чёрных пластиковых пакетов, напоминающих коконы огромного паука-людоеда. Скорее всего, это были трупы, которые ещё не успели пройти процесс вскрытия. По крайней мере, теперь было ясно, откуда исходил этот гнилостный, мерзкий, вызывающий рвотные позывы запах.

Воспользовавшись шоковым замешательством дамы, Кай повернулся и еле заметно кивнул ночному сторожу, почти помощнику патологоанатома, который сегодня исполнял роль послушного кельнера.

Условный знак, который они заранее обсудили, означал, что самое время выводить сегодняшнюю гостью из замешательства.

Новоиспечённый кельнер снял свои диэлектрические рукавицы, подошёл к старенькому граммофону, который стоял совсем рядом, лениво покрутил боковую ручку и опустил иглу на винил. Старая заводная развалюшка захрипела, и после звуковых помех зазвучал легендарный джаз. Несравненный Луис Армстронг исполнял бессмертную композицию под названием «A Kiss to Build a Dream On».

Элли отвлеклась от изучений смрадного помещения и бросила быстрый, голодный, полный злости взгляд на источник музыки, а потом на нашего героя сегодняшнего вечера. Кай стоял с дружелюбной улыбкой на лице и, в дополнение к этому, отвесил сдержанный поклон, которым он хотел как бы сказать: «Сударыня, на сегодняшний вечер я ваш покорный слуга».

— Ты! — зарычала Элли.

— Я весь к вашим услугам, — улыбнулся Кай и поклонился ещё раз.

— Ты конченый псих! Ты моральный урод! Ты…

— Ганс, шампанского! — Кай продолжал играть свою роль, полностью игнорируя оскорбления взбесившейся Элли.

Рыжий мясник набросил белое полотенце на согнутую в локте руку и, тяжело ступая, направился к крохотному столику. «Официант» едва прокрутил проволочное кольцо, словно ушко у старого пружинного будильника, как пробка вырвалась из горла и ударила в потолок. Струя хмельного напитка выплеснулась фонтаном и окропила пол.

— Ты болен! Тебе нужно лечиться…

— Согласен, — перебил Кай, — согласен, что запах в этом необычном месте немного резковат и портит общую романтическую картину

праздника. Я надеялся, что эти цветы, — Кай развёл руки в стороны, и Элли только сейчас обратила внимание, что вокруг стола стояло шесть емкостей с целыми охапками роз, — помогут мне наполнить этот зал благоухающим ароматом, но даже они остались бессильны.

Единственное, на что они сейчас годятся — так это на то, чтобы радовать твой глаз. Очень надеюсь, что угодил тебе.

Элли осталась бесстрастна к поступку Кая, она молча продолжала прожигать нашего героя испепеляющим взглядом.

— Эти цветы — Кай снова проигнорировал недовольство девушки — кроют в себе небольшое послание. Если пересчитать все цветы в этих вазах, то их будет ровно шестьсот шестьдесят пять штук, в твоих руках находится ключевая роза, которую ты хотела выбросить — шестьсот шестьдесят шестая! Этот милый незадачливый ребус означает, что ты дьявольски хороша и с лёгкостью смогла бы очаровать даже самого Люцифера.

Элли посмотрела на цветок в своей руке и тут же бросила его, словно кусок раскалённого угля.

— Ты сущее зло! Зачем ты это сделал? Зачем устроил всё это? Я презираю тебя! — Элли рычала, в уголках её губ клубилась пена, невидимая пена ярости.

— Я так старался, — театрально нахмурился Кай, — разве тебе не нравится? В каждую мелочь я вложил душу. Ты мне так понравилась, что под конец этого вечера я готов был подарить тебе своё сердце.

Следующий жест стал замыкающим за данный вечер. Во время разговора Кай держал руки за спиной, но, когда он протянул их перед собой, Элли побледнела. В окровавленных руках наш герой сжимал человеческое сердце. Кай очень рассчитывал, что эта выходка станет замыкающей в их так и не начавшихся, отношениях. И ставка на мерзкий жест сыграла свою ключевую роль. Девушку вывернуло прямо на пол.

— Умалишённый, — прохрипела бледная Элли между подходами отторжения ещё не переваренной полноценно пищи, после чего развернулась и скрылась в кафельной пасти тускло освещённого коридора.

Кай обернулся к мяснику.

— Выход самостоятельно найдёт?

— Немного покружит по коридорам и выйдет. Это же морг, а не лабиринт Минотавра.

Результатом своей работы Кай остался доволен, правда, подумывал, что с сердцем получился перебор, но уже ничего изменить нельзя. Что сделано — то сделано.

— Что делать дальше? — поинтересовался бывший официант. — Всё? Представление окончено? Сворачиваемся и по домам?

— Садись, выпьем, — Кай хлопнул ночного сторожа по плечу и присел за столик, — и верни, пожалуйста, сердце законному владельцу, не хочу, чтобы его потревоженная душа приходила ко мне и пыталась проучить за изувеченное тело.

Человеческое сердце он бросил на соседнюю тарелку, которая предназначалась для назойливой девицы. Этот жест был чисто машинальным, но вышло весьма символически. Ночной сторож сел за стол, взял сердце в руку и сунул в нагрудный карман рабочего фартука.

— Опосля, — сказал громила. — Плесни мне что-нибудь горло промочить, а я пока отрежу пару кесиков от ноги.

— Ганс, очень надеюсь, что ты не каннибал, — Кай с опаской следил за своим спутником.

— От бараньей ноги.

— А-а, так надо уточнять с самого начала, а то мало ли. — Кай расслабился и немного сполз со своего стула. — Как кончишь забавляться с ножом — слей мне на руки.

Ночной сторож отрезал тонкий ломтик от бараньей ноги и сразу же отправил его в рот. После чего, резанув два смачных куска мяса и взяв грязными руками по куску, вернулся на своё место. Один кусок он бросил на тарелку Кая, а второй — на свою.

— Подожди!.. Там же, на тарелке, остался кровавый след от человеческого сердца, — Кай брезгливо скривился.

— Да? А, ну и пёс с ним, — махнул рукой сторож, — здоровее буду.

— Ганс, попахивает первыми признаками людоедства.

— Плевать! И прекрати называть меня Гансом. С какого перепугу я стал Гансом?

— Прости, старик, твоего имени я не знаю, а Ганс — это первое, что пришло в голову. Если быть точным, сначала выдумался Нильс, но это

не в ту степь. Ну а после Нильса на ум сразу пришёл Ганс. Кстати, ты и похож на Ганса.

— Завязывай трепаться, — сказал сторож и залпом осушил бокал шампанского. — Андреем меня звать.

— Я — Кай.

— Приятно, — равнодушно буркнул собеседник и откусил от своего куска мяса.

— Если тебя не затруднит — слей мне на руки, а то чувствую себя неуютно, когда на руках человеческая кровь.

Активно пережёвывая мясную жвачку, сторож взял за одно ухо металлическое ведро со льдом, где давеча охлаждалось шампанское, и тоненькой струйкой дистиллированной воды полил на окровавленные руки нашего собеседника.

— Налей-ка мне ещё вашей светской браги, вкусная пакость, — причмокнул Андрей.

— Интересный ты человек, сторож Андрей, — сказал Кай и плеснул собеседнику ещё шампанского, — могу ли я на тебя рассчитывать в будущем?

— Любой каприз за ваши средства, — улыбнулся громила и осушил второй бокал шампанского.

Кай не стал дожидаться очередной просьбы и снова наполнил пустой бокал. Сторож одобрительно кивнул, промокнул своим куском мяса, словно губкой, человеческую кровь с тарелки. Онемевший Кай до последнего надеялся, что он не станет это есть, но надежды рухнули, и сторож смачно зачавкал. Содержимое желудка нашего героя начало проситься наружу.

— Не сдерживай себя, — сказал Андрей, увидав бледного собеседника, — открой рот и выпусти волну отвращения прямо на пол, я потом всё уберу.

Совет был услышан, Кай перегнулся через подлокотник своего стула и его вырвало.

— Когда я сюда впервые пришёл на стажировку, — чавкая, молвил сторож, — чувствовал себя примерно так же, как и ты. Мне сказали, что сдерживать в себе рвущееся наружу нельзя, это плохо для организма. Ну, я и блевал первые дни направо и налево, только за мной никто не убирал, много чести убирать за стажёром. Напакостил — будь добр, убери. Ты — щедрый гость, а это совсем другое дело.

Основной источник вони во-о-он в том мешке, — Андрей кивнул на груду чёрных пакетов, на верхнем из которых была надпись «МЧС Украины», — его вчера приволокли наши доблестные спасатели. Они выковыряли полуразложившееся тело бомжа из канализационного люка и с зелёными рожами вручили нам. От запаха не спасает даже плотно закрытый пакет. Если бы не этот сувенир, атмосфера в зале была бы посвежее.

Сторож запил мясную жвачку шампанским и встал.

— Да уж, трапеза славная вышла, но пора и честь знать. Кстати, ты ногу забирать будешь?

Кай отрицательно покачал головой, слюнные железы по-прежнему работали в полную силу и говорить совсем не хотелось.

— Ну и славно, значит, у меня завтра будет королевский завтрак.

***

— Так появился ещё один помощник в моей команде. И в дальнейшем он всё-таки пригодился, но об этом поговорим завтра, а сейчас — спать!

Кочегар медленно поднялся с грубого стула и начал развязывать руки невольному слушателю.

— Отпустите меня, пожалуйста, — жалобно лепетал Тимур, — клянусь, что никому не расскажу про то, что узнал. Я всё забуду! Я помирюсь со своей девушкой, я заведу с ней детей, я дам сыну твоё имя, я буду молиться Богу за спасение твоей души! ПОМОГИТЕ!!!

Сильный удар под дых осадил пленника. Стальным хватом сжались пальцы на шее Тимура, завалили его со стула на пол. Кочегар залез сверху и еле слышно прошептал на ухо задыхающемуся подростку:

— Ещё одна такая выходка, и ты сложишь голову раньше, чем окончится мой рассказ.

Тимур замер и покраснел, рука кочегара продолжала сжимать горло пленника. Из уголка глаза потекла слеза. Были ли это слёзы страха или же нехватка воздуха, Кай не знал, но хватку ослабил. Кай узнавал в этом парнишке себя, в юные годы он тоже был очень впечатлительным и тонкослёзым.

— Ну ладно, — заметно смягчился кочегар, — прекращай это мокрое дело. Встань, я перевяжу тебе руки поудобней и ложись отдыхать. Завтра будет новый день.

Последний новый день…

Эту фразу Кай не осмелился произнести вслух.

***

Заскрипела тугая пружина, дверь распахнулась, кочегар ловко успел вскочить в помещение, после чего дверь с грохотом захлопнулась.

— Пора, красавица, проснись! — улыбаясь, сказал Кай.

Кочегар пытался сымитировать, что пребывал в бодром приподнятом настроении.

— На завтрак у нас чёрный чай в пакетиках с дешёвыми лимонными вафлями. После лёгкой трапезы намечается продолжение увлекательного рассказа про мои скромные жизненные приключения, о которых ты так жаждешь узнать. Давай вставай, посети утреннее ведро в углу и топай сюда, я тебя привяжу обратно к стулу.

Тимур безропотно поднялся, послушно направился в угол, и это огорчало кочегара. Кай ожидал хотя бы минимального отпора, ну или пререкания, например. Он даже заготовил безоговорочные словесные аргументы, но воспользоваться ими кочегару так и не пришлось, потому что Тимур из двух мышек оказался именно той, которая сложила лапки и мирно пошла на дно кувшина с молоком.

Послушный пленник сделал своё мокрое дело, явился к кочегару и сел на стул. Кай смотрел на сонного парня и размышлял.

— Знаешь что, — не глядя на Тимура, сказал человек с бородой, — пожалуй я не стану тебя привязывать как минимум на время утреннего чаепития, а если и дальше будешь себя хорошо вести, то так и продолжим общаться на равных. Но!

Кай взял свой стул и переставил его так, что тот оказался между пленником и входной дверью.

— Не будем слишком расслабляться. Твоё смирное поведение не усыпит моей бдительности.

Полупотухший взгляд измождённого пленника давал понять, что он уже смирился со своей плачевной участью, а это было плохо, потому что прирезать норовливого, брыкающегося барана всегда морально проще, чем казнить томную, невинную овечку.

— Ладно, не умирай раньше времени, — подбодрил Кай унылого гостя и хлопнул его по плечу, — наливай кипяточку, а я выделю тебе пакетик чая.

Кай достал из засаленного кармана два чайных пакетика, а из-за пазухи — пакет весовых вафель. Лихо сварганив две чашки чая, кочегар подвинул одну чашку к себе, а вторую — к гостю. Пакет с вафлями был завязан на мёртвый узел тучной продавщицей из местного кондитерского отдела. Он был безоговорочно обречён и поэтому смело разорван. Место разрыва оказалось слишком большим и вафли частично выпали на стол.

— Итак, на чём я остановился? — Кочегар задумался. — Ах да, ужин в морге. Вот таким замысловатым способом я избавился от надоедливой фанатки, которая с помощью интернета и собственной смекалки нашла (думала, что нашла) себе временного спонсора, за счёт которого хотела дорого провести время. Но на этом мои проблемы не закончились.

ГЛАВА 5

СКВОЗНОЕ РАНЕНИЕ

После необычного ужина Кай вернулся домой, завалился спать прямо в одежде и проснулся лишь ближе к полудню.

— Ну наконец-то! Я-то думал, что ты уже впал в личный анабиоз, который протекает при комнатной температуре.

Кай приподнял голову, пытаясь понять откуда звук. Но сообразив, что это говорит его личный невидимый коллектор, уронил голову обратно на подушку.

— Который час? — сонным голосом поинтересовался Кай.

— Самое время вставать, наш жаждущий знакомый в скором

времени заявится в гости.

— Прекрасно, с самого утра именно его мне не хватает.

— Он не по собственной воле идёт. Такое понятие, как ломка, тебе знакомо? Вот она его и гонит к тебе.

Кай потянулся, сочно зевнул, зарычал и резко поднялся. После столь

быстрого подъёма голова Кая закружилась, и он плюхнулся обратно.

— Что за жизнь, а? Только с одной проблемой разобрался, как тут в двери стучится уже другая.

— Ещё не стучится, он только в пути.

— Я знаю! Это было фигуральное выражение. — Глубокий, тяжёлый вздох. — О всевышние силы, за что мне всё это? Это не жизнь, а вынос мозга какой-то.

— Вынос мозга? — Иван серьёзно задумался. — Интересная мысль.

— Ты снова цепляешься к словам? Вынос мозга — имеется в виду переносное значение.

— Я понял. Но если придать этому выражению прямое значение… Хм, из этого может что-то выйти.

Скажи мне, мой милый друг, в вашем городе есть тир для взрослых?

— Да нет, я не в курсе такого тира. А что ты уже задумал? Очередную пакость?

— Не обессудь, родной, — усмехнулся демон, — чистое любопытство!

— Есть небольшое стрельбище, но гражданских туда не пускают.

Там муштруют школьников старших классов. Так называемая допризывная подготовка молодого бойца.

— Ага, подойдёт! — Иван громко хлопнул в ладоши и начал энергично тереть ими друг о друга. — С твоего позволения, мой милый мальчик, я ненадолго покину тебя. У тебя как раз будет возможность поговорить с глазу на глаз с твоим новым другом. А как вернусь — расскажешь мне, о чём толковали в моё отсутствие.

Кай скривил недовольную физиономию.

— Ой, да иди ты куда хочешь! Всё равно жития нет хоть с тобой, хоть без тебя.

Иван уже не слышал пресных возмущений Кая, его мозг лихорадочно работал. Пища для размышлений досталась чисто случайно, но она оказалась весьма солидной. Похлопав по карманам, Иван удостоверился, что инвентарь для данного дела был на месте, и выдвинулся на место действия, точнее на места действий. Просто данный замысел был далеко не прост и требовал хирургической точности, но это ничуть не пугало демона. Им двигала его решимость и жажда.

***

Наивные юнцы в камуфляжной форме лежали на земле с широко раскинутыми ногами. Трещали короткие автоматные очереди. Пятеро желторотиков вели (точнее, пытались вести) прицельный огонь. У четверых более-менее получалось, но пятый даже в мишень не мог попасть. Настолько он был криворуким неудачником, что следивший в бинокль за мишенями старшина недовольно скривился.

— Образцов! — рявкнул старшина. — Ты хоть в «молоко» попади для приличия.

Те, кто ждал своей очереди вне огневого рубежа, громко заржали.

— Тихо! До вас, шпана, тоже дело дойдёт, тогда все вместе и посмеёмся.

Следом за старшиной шагал наш демон. Роль невидимого наблюдателя была ему привычна, вот только люди частенько забывают, что зло не дремлет и держит ухо востро, а человеческий скот, совершенно не думая головой, загадывает глупые, но в душе заветные желания.

Иван отметил про себя горе-стрелка, понял, что малец на грани, достал из кармана старинные часы на массивной цепочке, при нажатии кнопки открылась серебряная крышка. Иван довольно улыбнулся: время было на его стороне.

Опозорившийся стрелок старался изо всех сил попасть в мишень, но все усилия были напрасны. Прямо наваждение какое-то.

— Отставить стрельбу! — скомандовал старшина. — Всем покинуть огневую позицию. Образцов, стоять на месте.

— Есть.

— Даю тебе уникальный шанс получить по моему предмету оценку-мечту. Если ты сейчас с одного выстрела выбиваешь «десятку», то я ставлю тебе за год пятёрку. Но! Если ты промажешь — ты до конца семестра будешь мыть полы в аудитории.

Шанс на то, что горе-стрелок поразит мишень, был один к миллиону. Но как же сильно хотелось уделать старшину на глазах у всей группы!

— Руку бы отдал, чтобы выбить «десятку» и публично опустить этого выскочку. Даже на оценку плевать, — мысленно проговорил Образцов.

— Как пожелаешь, зелёный, — довольно кивнул Иван.

— Идёт! — уверенно выпалил Образцов и ударил со старшинойпо рукам.

— Чудесно, — улыбнулся старшина, — всего один выстрел, и у меня будет постоянный дежурный на две недели. Переведи автомат в режим одиночного выстрела и займи позицию лёжа. Занимай свою прежнюю позицию, там как раз мишень нетронутая стоит.

Послышался одобрительный смешок за спиной старшины.

— Так, а ну заткнулись все! Настроили полную тишину. Моя победа должна быть чистой, как стёклышко.

Образцов занял позицию, прицелился и с внутренними мольбами (хоть бы попасть) задержал дыхание и нажал на курок. Выстрела не последовало. Виной тому был демон с часами в руке. Едва малец нажал на спусковой крючок, боёк пробил капсюль, порох взорвался, давление вытолкнуло пулю из гильзы, и она полетела сквозь нарезной ствол. Но так и не вылетела из него. С помощью не совсем обычных часов Иван остановил время, всего лишь запустив на них таймер. После чего часы лихорадочно затикали. Это значило, что с данного момента у демона есть шесть минут, чтобы запустить время обратно.

Если этого не сделать, то по истечении отведённого времени оно запустится самостоятельно. Но Иван не планировал ждать весь отрезок времени, ему предстояло кое-что сделать, после чего он сам снимет паузу и оценит сложившийся результат.

Время пошло, и демон приступил к приготовлениям. Он достал из кармана золотое обручальное кольцо и быстро зашагал к стрелку. Нужно отметить, что кольцо в руках Ивана было необычное, оно принадлежало самой настоящей Чёрной вдове. Поначалу девушка, обладавшая этим кольцом, чувствовала себя проклятой. Но после того, как похоронила четвёртого мужа, ощутила, что это ей доставляет удовольствие. ощутила, что это её жизненное предназначение в этом мире. Похоронив дюжину мужей в один ряд, она легла тринадцатой в возрасте сорока пяти лет. При таком количестве браков детей у Чёрной вдовы все же не было, поэтому её нехотя хоронили всей улицей. После смерти это обручальное кольцо досталось Ивану.

Оно попало к нему случайно, и желание хранить всякое такое загадочное хламьё напрочь отсутствовало. Но узнав о возможностях этого кольца, Иван крепко заинтересовался им. Кольцо обладало способностью высасывать из людей души. Процесс поглощения проходил медленно, но уверенно. Душу обладателя кольцо не трогает. Из этого выходило, что Чёрная вдова — самая обычная баба, которой совершенно случайно досталось такое сокровище. Как выяснилось, это не вдова убивала мужчин, а кольцо пожирало их души, и они скоропостижно покидали этот скучный мир. Это кольцо — самая настоящая чёрная дыра, которая способна поглощать не только души, но и пространство.

Демон всё никак не мог придумать кольцу достойное применение, но сегодня этот день настал.

Склонившись над стрелком, Иван заглянул в дуло автомату и увидел показавшийся оттуда острый носик пули.

— Остановка времени прошла идеально, — подумал демон.

Зажав кольцо большим и указательным пальцами перед самим дулом автомата, демон щёлкнул по нему в надежде, что оно начнёт вращаться по вертикальной оси. Но, увы, ничего не произошло и кольцо упало на землю. Иван недовольно хмыкнул и начал активно тереть его в ладонях. Кольцо, ясное дело, нагрелось и еле заметно стало источать лёгкое свечение. Попытка номер два оказалась более удачной. После демонического щелчка кольцо повисло в воздухе и завертелось, словно было привязано на невидимой нитке. Иван медленно разжал пальцы, и кольцо продолжило вращаться, зависнув в воздухе.

Пару мгновений шло простое наблюдение за необычным явлением, и тут настал ответственный момент. Резкий взмах рукой, словно охота на мух в полёте. Иван разжал ладонь — на ней лежало кольцо. И всё.

Дополнительный спецэффект, который должен был случиться за счёт кольца, отсутствовал. Демон начал злиться. Брошенный взгляд на бешено тикающие часы позволил понять, что две минуты потрачены бесполезно. Если попытка номер три провалится, то вся затея пойдёт прахом.

Кольцо продолжало мирно лежать на огромной ладони, демон зло плюнул на ладонь и яростно стал тереть кольцо во второй раз.

Если бы это были руки обычного человека, то он обязательно обжёгся бы, потому что кольцо раскалилось добела. Мощный щелчок, и кольцо загудело, повиснув в воздухе. В этот раз Иван не наблюдал за кольцом, а сразу лихо поймал его. Только теперь на том месте, где вращалось кольцо, перед самым дулом автомата, образовалась чёрная дыра.

— Есть, — улыбнулся демон и быстренько пошагал вдоль огневой линии.

Дойдя до мишени нашего стрелка, Иван повторил свои манипуляции и с первого раза открыл ещё одну временную дыру у самого центра, напротив «десятки».

— Здесь всё готово, — сказал сам себе демон, глядя на часы, — самое время приступить ко второй части спектакля.

***

Прогремел смачный хлопок дверью, и послышались приглушённые мужские вопли. Юный школьник с неформальной внешностью, а именно: чёлка красного цвета, пирсинг в брови и ушах, футболка с черепом, узкие джинсы и кеды в чёрно-белую клетку, прислонился к закрытой двери и, не открывая глаз, слушал резкие угрозы пьяного отчима. Он порывался постричь парня наголо, говорил, что рано или поздно он попадётся в его руки, и тогда новая причёска будет неизбежностью. Юный неформал не боялся этого мужлана, но старался держаться от него подальше.

Сбросив портфель на пол, юный, как говорится на современном молодёжном сленге «челкарь», сел за компьютер и затормошил мышку. Монитор ожил. Пара кликов, и заиграла специфическая музыка.

Рядом со школьником сидел огромный верзила в дорогом костюме и внимательно смотрел на старинные золотые часы на цепочке.

— Курт, мать твою, — малец откинулся в кресле, сплёл пальцы рук на затылке и завёл разговор с плакатом, который висел над столом, — какой же ты счастливчик! Мало того, что ты решил одним выстрелом все свои проблемы, так ты ещё и легендой стал. Я тоже так хочу, но боюсь, что мне не дотянуть до двадцати девяти. Эх, вот было бы здорово, — школьник поднёс к виску указательный и средний пальцы, воображая пистолет, в то время как большой палец смотрел вверх, — прямо сейчас освободиться от мысли всего лишь одним нажатием. Большой палец согнулся, это обозначало желание выстрелить себе в голову.

В этот самый момент Иван запустил секундомер на золотых часах и тем самым остановил время, так и не дав парню договорить. Теперь нужно было действовать максимально быстро, шанса на ошибку не было. Демон достал кольцо, плюнул и стал тереть. Раскалив добела обручальный аксессуар Чёрной вдовы, Иван тем же способом открыл ещё одну межпространственную лазейку. Она располагалась между пальцами и виском школьника. Когда демон в дорогом костюме обошёл парня с другой стороны, то кольцо было готово к завершающей временной прорехе, которая открылась возле второго виска неформала.

Всё было готово. Иван достал из кармана часы: в левой руке оказались серебряные, в правой — золотые. До принудительного запуска остановленного демоном времени оставалось сорок секунд.

— Успел, — довольно улыбнулся голодный демон и одновременно остановил оба секундомера. То, что произошло в следующее мгновение, нельзя было понять без дополнительного объяснения.

После того, как Иван одновременно запустил две временных паузы, случилось следующее: пуля вылетела из автомата нашего горе-стрелка и благополучно влетела в межпространственную прореху, которая находилась у самого дула. Далее наша свинцовая путешественница вылетела из чёрной дыры между пальцами и виском нестриженого школьника. С лёгкостью вышибла неформалу мозги и залетела в третье тёмное отверстие, которое находилось у второго виска. Ну и заканчивается путешествие пули тем, что она вылетает из четвёртой, последней межпространственной бреши и поражает мишень точно в цель. Бонусом за попадание стали брызги крови и ошмётки скудного мозга, которым школьник додумался загадать такое провокационное желание, которое Иван с удовольствием выполнил.

— Ваше желание выполнено, мой юный друг, — сказал он, пряча часы в карманы. — Надеюсь, теперь вы счастливы?

Присутствие чужого человека в закрытой комнате полностью обескуражило юнца.

— Вы кто? — дух-неформал хлопал испуганными глазами.

— Увы, но у меня нет времени на бестолковые объяснения.

Иван прожигал школьника спокойным взглядом. По рукам ударило приятным теплом, челкарь посмотрел на свои запястья, они были все в мелких трещинах. Спустя мгновение и кончики пальцев зашелушились светящимися хлопьями. Иван не стал делать из этой «трапезы» большого представления, он просто разрушил душу человека на питательные хлопья, словно пережевал пищу перед глотком, и вдохнул всё до единой крошки. Сил в теле демона ощутимо добавилось, самое время наведаться на стрельбище.

***

Материализовавшись прямо на стрельбище (после хорошей подзарядки Иван мог себе это позволить), демон никого не увидел, огневой рубеж был пуст. Всё же не успел. А Ивану так хотелось увидеть лицо старшины, когда этот зелёный неудачник выбил на его глазах «десятку». «Ну что ж, значит, удовлетворимся оставшимися крохами победы», — подумал демон, и подался восвояси.

Он настроился на местоположение «снайпера», ощутив его душевное тепло, и ещё раз прыгнул в пространстве. Телепортация по пересечённой местности, да ещё и на короткую дистанцию, была сущей мелочью. Демон оказался в душном кабинете старшины, больше похожем на кладовку. Ещё советские панели из фанеры, выцветшие обои, а в углах побеленного потолка росли целые клумбы плесени с зелёными и чёрными цветами.

Стрелок стоял по стойке «Смирно!» возле стола старшины и, как ни пытался, не мог скрыть глупой улыбки триумфатора. Старшина развалился на стуле и, барабаня по столу пальцами, думал как правильно поступить в сложившейся ситуации.

— Значит так, Образцов, — старшина нарушил молчание, — то, что тебе сегодня повезло вздрючить мишень в самое очко, ещё ничего не значит. Ты — везунчик и не более. Я был уверен на сто процентов, что ты не попадёшь! И уверен на сто пятьдесят процентов, что ты не сможешь повторить свой результат!

— Но ведь я попал…

— Рот закрой! — старшина не дал договорить. — Ты опозорил меня на глазах всего класса, можешь считать, что это и есть твоя награда, стрелок ты наш ворошиловский! Про годовую пятёрку забудь.

За сегодняшний день, так уж и быть, поставлю высший бал, но не более. А теперь, Робин, проваливай.

Иван с интересом наблюдал за развитием событий. Также он заметил, что от ликования победителя не осталось и следа. На лице Образцова были обида и разочарование. Расстроенный паренёк собрался уже уходить, но старшина решил ещё раз плеснуть масла в огонь.

— Стоять! Что нужно отвечать старшему по званию, когда получаешь приказ?

— Есть, — тихо ответил тот.

— Верно. А ещё ты обязан отдать честь.

Иван встал за спиной хмурого школьника, расстегнул пуговицу пиджака, а там, откуда ни возьмись, оказалась катана. Демон выхватил сверкающее оружие и приготовился к удару.

В этот момент Образцов приложил левую руку к виску, отдавая старшине честь.

— Не той рукой честь отдаёшь, олух!

Образцов поменял руку, а демон, который стоял за спиной мальчика, нанёс рубящий удар сверху. Лезвие катаны плавно прошло сквозь предплечье и плечо. Локтевой сустав и запястье с грохотом упали на пересохший пол. Глаза старшины неестественно округлились. Лишь через мгновенье из раны хлынула кровь. Образцов не сразу понял, что происходит, но когда по рёбрам, бедру и ноге потекла горячая жидкость, он посмотрел, в чём же там дело и едва не потерял сознание. Вся камуфляжная форма была залита кровью! Стекая по одежде, она заполняла правый ботинок растерянного мальчика.

Немая сцена начинала затягиваться и от такой скудности эмоций демону стало скучно. Поэтому он решил здесь более не задерживаться. Он спрятал катану обратно, застегнул все пуговицы пиджака.

После чего наклонился, взял в одну руку локтевой сустав мальчика, в другую — запястье. Физические обрубки, ясное дело, остались на полу, а астральные, полупрозрачные трофеи стали маленьким утешительным призом к сегодняшней полноценной трапезе.

Демон раскрошил отрубленные куски в руках, словно это была осенняя пересохшая жухлая листва. Посыпались уже знакомые читателю светящиеся хлопья, которые немного покружились и впитались в ладони Ивана.

Потеряв всякий интерес к дальнейшему действию, а точнее, бездействию до сих пор не пошевелившегося старшины, довольный демон удалился, а кровь так и продолжила хлестать из аккуратной раны.

Медленно шагая по длинному коридору учебки, Иван размышлял о человеческой глупости, о том, как она доминирует над здравым смыслом и убивает веру в мечту. Жажда выиграть дурацкий спор заставляет маленьких людишек загадывать то, что, по их мнению, никогда не сбудется. В принципе, всё так и есть, но нельзя быть до конца уверенным, что во время искренних пожеланий о выигрыше и добровольных пожертвований в виде преподношений конечностей своего тела, вас не подслушивает коварное зло, которое с удовольствием может удовлетворить вашу глупость. Всё в этом мире взаимосвязано, начиная от простой мысли и заканчивая самыми заветными желаниями.

ГЛАВА 6

МЫСЛЬ О СПАСЕНИИ

Тем временем мы пропустили картину встречи нашего героя и наркомана. Она прошла не совсем гладко. Кай хотел отделаться от него очередной небольшой суммой денег, но запросы выросли и наркоман требовал золота. Естественно, никакого золота он не получил и случилась потасовка.

Когда Иван вернулся, то обнаружил бардак. Прихожая была разгромлена: полка у дверей сорвана, табурет опрокинут, коврики смяты.

Из ванной доносился плеск воды.

— Разговор явно не заладился, — этими словами Иван дал понять, что уже вернулся.

— Ага.

Кай стоял у раковины и смывал кровь с разбитого носа.

— Золото, видите ли, ему подавай. Спрашивается — зачем? Чтобы сбросить его в первом попавшемся ломбарде и получить ещё меньшую сумму, чем я ему предлагал. Где логика?

— Это не его личная прихоть, а — обожаю это словосочетание — «вынужденная мера». Не спеши напрягать мозги, сейчас я всё объясню.

В вашем городе наркобизнес очень грамотно построен. Если ты наркоман и тебе нужно приобрести дозу, то тут не обойдётся без клича верности. Все клиенты внесены в базу данных самого главного снабженца, добавим немного пафоса в наш разговор и обозначим его словосочетанием — Drug Dealer, а наркоманы будут обозначаться — Users. Так вот, наш «Драгдилер» придумал очень хитрую схему: если «юзер» желает купить товар именно у него, то нужно показать свой уровень преданности, а именно — преподнести ювелирное украшение из драгметалла. Это как абонемент у рыбаков —

хочешь ловить рыбку в частном зарыбленном пруду — плати членский взнос. Так и здесь.

А если ты не подтверждаешь своей верности хотя бы раз в месяц, то твои дела будут плохи, вплоть до исключения из закрытого клуба «юзеров» и плевать на потерю клиента!

— Охренеть можно! — Кай искренне удивился. — Мало того, что нужно найти денежку на наркотики, так ещё и золото ходи-воруй, чтобы эти самые наркотики покупать. Пора его уже из этой ямы вытаскивать. Ты мне поможешь?

— Ну не знаю, — Иван замялся, словно школьник, который не выполнил домашнее задание, — примерять шкуру Демиурга, чтобы спасать падшего человека, мне ещё не доводилось.

Кай пропустил мимо ушей неуверенность демона и, полностью остановив кровотечение из носа, направился в свою комнату. Плюхнувшись в кресло, наш герой вывел свой компьютер из спящего режима. Монитор ожил, и зазвучала музыка. Кай выполнил комбинацию «Ctrl+Alt+PgDn», и его верный и незаменимый «Винамп» воспроизвёл очередную композицию, которой оказалась «Pictures Inside Me» — «Один на один». Иван, будучи переполненным энергией, усилил звучание. Теперь музыка лилась не только из колонок у монитора, но ещё и за спиной нашего героя.

— Сейчас это расточительство ни к чему, — сказал Кай, — побереги силы для более важного дела. Да и соскучился я по естественному звучанию.

Музыка за спиной Кая смолкла, а из колонок продолжило доноситься ритмичное «мясо».

Парень закрыл от удовольствия глаза и, еле заметно кивая головой в ритм музыке, приготовился подпевать.

Мой крест нести до конца

Веди меня, ангел

Дыханьем смахни хлопья сажи с лица

Я теряю сознание

Во время подпевания лицо Кая исказила наигранная злость, он видел, как это делают в клипах настоящие звёзды «металла». Наш герой получил маленькую порцию наслаждения от творчества группы, которая, к превеликому сожалению, распалась. Кай ещё раз прокрутил недавний разговор с личным демоном и, сопоставив некоторые детали, глубоко задумался.

— Эй, пожиратель тёплых душ, — Кай заговорил с Иваном, но при этом его глаза не переставали смотреть в одну точку, — ты сегодня затронул тему роли Творца. Что тебе не доводилось бывать в его шкуре.

Тишина. Иван терпеливо ждал развития мысли.

— Я тут подумал, — Кай перестал «втыкать» в одну точку и дважды кликнул по ярлыку стандартной программы Paint, — как бы я себя вёл, если бы оказался всемогущ. Не знаю насчёт состава моей квоты, ну двенадцать апостолов там и сброд флегматичных ангелов, но логотип моей компании явно бы подвергся небольшой трансформации.

Ритмичный трэк продолжал звучать, ничуть не отвлекая Кая от размышлений:

Сжигая свой стыд

Неси свой крест до конца.

— Как нам известно, Иисус был жестоко распят на Голгофе. И в связи с этим символом веры стал крест, который православные носят на шее. Следовательно, символ веры — это способ убийства.

По логике вещей, если бы Иисуса утопили, то верующим пришлось бы носить на шее аквариум.

В принципе, я тоже подхожу на роль Всевышнего. Меня, конечно, не убивали, но я был умерщвлён. Я не был погребён, но воскрес даже быстрее, чем через три дня. Разбежностей в наших с Ним историях хватает, но и сходства тоже имеются.

Во время словесных размышлений Кай без особой цели работал над слиянием двух картинок.

— И если бы я всё же был Богом и люди ходили молиться в мои храмы, то мои оплоты веры выглядели бы именно так!

Кай закончил работать со стандартной программой для изменения графических изображений и откатился на своём кресле, чтобы Иван мог как следует рассмотреть результат работы Кая.

— Симпатично, — только и сказал Демон.

А на самом деле картинка вышла очень мрачной. На ней были изображены купола, к которым вместо крестов пририсованы виселицы. Чёрно-белый зернистый рисунок был пропитан богохульством, но Кай этого не осознавал, так как после своего собственного «перерождения» перестал верить в христианское божество, которое олицетворял Иисус Христос.

— Я бы даже добавил в список заповедей ещё одну, на мой взгляд, очень хорошо вписывающуюся в общую картину. Не знаю, как она правильно должна была звучать в православной формулировке, но идею её можно выразить одним словом — зависть. Самый банальный вариант звучал бы «не завидуй», но звучит это словосочетание, мягко говоря, не очень, слишком мало угрозы. «Не убий!» или «Не укради!»

звучит более устрашающе.

А одиннадцатая заповедь от моего имени будет очень даже к месту.

Из-за зависти случается сглаз. Иногда это происходит без злого умысла, так сказать, «не нарочно». А бывает и умышленно. Отсюда вытекают

всякие болячки и тому подобное. Если человек, одержимый завистью, считает, что слов «чтоб ты издох» мало, то он переходит к более решительным мерам, начиная с мелких пакостей и заканчивая крупными проблемами, вплоть до убийства того человека, которому слишком завидует.

Имеется ещё и двенадцатая, но она не мною придумана. Она на устах у всей более-менее современной молодёжи. А я, будучи всемогущим, высек бы её на священной скрижали. «Не беси ближнего своего», — гласила бы она.

Оба собеседника молчали, наверное, представляли себе все те вещи, которые изрёк Кай. Время задумчивости прошло, и наш герой продолжил:

— Так как нам быть, дорогой мой партнёр, — Кай свернул жутковатую картинку, — пойдёшь ли ты на моё предложение о спасении не души, а всего лишь тела или же останешься глух к моим прошениям?

— Как ты себе это представляешь? — спросил Иван.

— Очень просто! С твоими способностями мы это сделаем в два счёта. Если ты знаешь все книги, которые я читал, и всю музыку, которую я слушал, то, по логике вещей, ты должен знать и обо всех фильмах, которые я видел. Всё должно случиться как в фильме «Константин», там, где сам Дьявол спас главного героя от рака путём внедрения адских рук прямо в лёгкие и изымания никотиновых смол самым волшебным способом.

— Это всего лишь кино, — ровным голосом ответил Иван.

— Я думал, что ты всемогущ, а ты сдаёшься при первой же сложности. Это как-то не по-демонически. Покажи наглядный пример, из какого ты теста сделан!

— Альтруизм — не моё жизненное кредо.

— Какой же ты упёртый! Хоть попробуй. Сделай это для меня. Для своего партнёра, ведь так ты меня называл?

— Хорошо.

— Хорошо? Вот так просто? Ты что, издеваешься надо мной? Ладно, проехали. Будь готов к следующему визиту нашего подопытного.

Сделаем всё быстро, чтобы он не успел соскочить с нашего специфического сеанса демонической панацеи.

Ответа не последовало, и Кай решил для себя, что самое время прекратить донимать своего невидимого собеседника. Согласия он уже добился, так что теперь его план — это всего лишь вопрос времени.

ГЛАВА 7

«САНИТАРЫ» ЛЕСА

Светало. На горизонте начало появляться Солнце, первые лучи рассвета пронзали облака. Утро в лесу было волшебным: лесные певчие птицы уже завели утреннюю трель, красноголовый дятел долбил дубовую кору, и эхо этих стуков проносилось по лесу. Небесное светило поднималось всё выше, солнечные лучи уже проникали сквозь густую листву. Казалось, что чья-то невидимая рука натянула световые струны от крон деревьев до самой земли.

Роса крупными каплями скатывалась с пёстрой листвы высоких акаций и падала слезами вниз на стебли лесной травы. Складывалось впечатление, что деревья рыдали, потому что они были ещё не готовы расставаться с ночью, которая приносила им освежающую прохладу и сырость, и встречаться с палящим зноем нового дня.

Утреннюю тишину разорвал шум двигателя. По лесной дороге на большой скорости ехал грузовой автомобиль военного типа. Кузов машины был пуст. Курс ранних любителей быстрой езды лежал вглубь леса, в самое его сердце.

Утренние путешественники доехали до небольшой развилки. Этот отрезок лесной дороги и развилкой сложно-то было назвать, просто это было такое место, где дорога была очень сильно размыта, а наличие примеси глины превратило ее в кашу. Если бы здесь попыталась проехать обычная легковая машина, то её колёса погрузли бы в глубокой дорожной колее, а сама машина, словами автомобилистов, села бы на «пузо». И поэтому был проложен новый маршрут, такой себе мини-объезд, который через двадцать-двадцать пять метров снова сливался с основной дорогой.

Водитель грузовика остановился именно на этой развилке. Но он остановился не для того, чтобы подумать, что ему делать дальше и какой путь лучше выбрать, нет, он точно знал, куда ему хочется ехать.

Остановка нужна была для того, чтобы включить привод на все четыре колеса. Водитель не боялся увязнуть в грязи, потому что диаметр колёс был впечатляющим, а глубокие борозды протекторов подпитывали успех в его намерениях. Товарищ водителя — худощавый молодой парень с лёгкой небритостью и в чудаковатой панаме, который сидел на пассажирском сидении, уже понял, что его ожидает встряска.

Он (товарищ) начал поднимать стекло окна, потому что далее отрезок

лесной дороги изрядно порос молодняком клена, и ему не захотелось

снова получать по лицу кленовыми веточками.

Водитель рванул с места, даже не дожидаясь, пока его друг закроет окно. Поэтому он (друг) не успевает взяться за поручень, и на первом же скачке бедняга подскакивает и бьется о потолок кабины головой. Взвыв от боли, он всё-таки хватается за поручень, но было уже поздно, шишка гарантирована.

— Псих, — тихо сказал пострадавший, потирая голову, когда они уже выехали на нормальную лесную дорогу.

— Да ладно тебе, не скули, — улыбаясь, ответил водитель, — лучше открой окошко и начинай считать.

— Без тебя знаю. Кстати, я уже до трёх досчитал, так что следи лучше за дорогой.

На этом диалог был окончен, и каждый занялся своим делом: водитель рулил, а пассажир вылез в открытое окно и считал.

— Пятнадцать, — вслух сказал пассажир. — Хватит?

Ответом на вопрос была полная остановка транспортного средства. Секундное промедление и разворот в обратную сторону. После того как двигатель был заглушен, ребята одновременно выпрыгнули из машины и замерли. Они очень внимательно вслушивались и воровато оглядывались по сторонам.

— Вроде всё тихо, — сказал пассажир с шишкой и вытащил из-под откидного сиденья бензопилу.

Двери автомобиля они не захлопнули, а аккуратно прикрыли.

Далее ребята обошли автомобиль сзади и каждый со своей стороны выкрутил по болту, чтобы можно было открыть задний борт кузова. После того, как болты были спрятаны в карманы, водитель достал две канистры и торцевой ключ. Опрокинув бензопилу на бок, он залил в один бак масло, а в другой бак — топливо со специальной примесью для работы бензопилы, от этой добавки бензин приобрёл ярко-малиновый цвет. Подтянув ключом цепь на шине бензопилы, ребята переглянулись.

— Ну что, идём?

Пассажир в панаме показал пальцем на кусты, которые были близ дороги и сказал:

— Номер пятнадцать — там.

Зайдя за кусты, парни увидели перед собой сухое дерево, которое давно уже завалилось и начало покрываться мхом с северной стороны. Длина ствола была не менее шести метров. Человек с бензопилой ещё раз воровато оглянулся и обратился к товарищу:

— Работаем по старой схеме, — тихо сказал он. — Но сегодня не забрасывай колоды, как попало, а аккуратно складывай, чтобы влезло максимально много, потому что у нас сегодня два заказа: один на полную машину, а второй — на полумеру. Когда явимся на точку — всё выгрузим, распилим и набросаем заново полную машину дров. Так у нас ещё должен остаться приличный запасик, который пойдёт на второй заказ. Когда провалим первую машину — сразу вернемся на точку и закидаем остаток. Если не хватит на половинку — добавим березой и яблонями, которые у нас есть за хатой.

А теперь от винта!

Водитель грузовика с первого раза завел свой инструмент. Пила в его руках взревела и тут же опустилась на мшистый ствол дерева.

Под ноги ударила струя опилок вперемешку с дымом. Как только был отпилен первый отрезок со ствола, водитель оттолкнул колоду ногой.

Это был как бы знак, что этот кусок, длиной примерно в один метр, можно забирать. Помощник с тряпичным абажуром на голове быстро схватил обрезок ствола и небрежно закинул его в машину. После пяти таких бросков мальчишка заскочил наверх и всё аккуратно сложил под дальнюю стенку. Ствол под номером пятнадцать очень быстро закончился, бензопила затихла, а запыхавшийся грузчик показал пальцем, где находится четырнадцатый номер. Оба запрыгнули в кабину, водитель протянул грузовик где-то на тридцать метров от пятнадцатого номера, и снова взревела бензопила.

Они работали слаженно и быстро, стараясь не терять ни минуты.

Прошло больше часа оперативной работы, и пила ревела над седьмым номером. Уже был виден выезд из леса. На пятом номере грузчика покусали рыжие муравьи, которые жили в распиленной колоде, и теперь

его руки были покрыты красными волдырями и жутко чесались.

Дело было сделано, и лесные браконьеры двинулись в обратный путь, на базу.

***

Приехав на точку, ребята выгрузили содержимое кузова во дворе и начали последние приготовления. Собранные бревна начали пилить

на кадушки примерно по тридцать сантиметров.

Прошло ещё два часа, всё было готово, машина полностью загружена напиленными дровами, а во дворе ещё остался небольшой лишек. Первая ходка прошла успешно, и два бойца снова вернулись на свою базу. Излишек сегодняшнего улова был быстро загружен в кузов, и невооруженным глазом было видно, что на половину машины, как заказывали, здесь явно не хватает. И ребята, как и планировали, принялись добавлять тем, что было в закромах.

Прошло еще два часа. Заказ на полмашины был успешно собран и отгружен. Ближе к вечеру ребята закончили все свои дела и стали договариваться об очередном деле.

— На сегодня всё, — сказал водитель. — Завтра отдыхаем, а послезавтра выходим на новое дело. Хватит уже побираться лесными объедками за муравьями и полевыми мышами, в следующий раз выходим на совершенно новый уровень.

Держи свою долю, — водитель вытащил из пухлой пачки купюру в двести гривен и протянул её напарнику, — и дуй домой, набирайся сил.

— А что за новый уровень? — поинтересовался юноша в панаме, пряча свой скромный заработок.

— Всё узнаешь послезавтра, а сейчас — объявляется отбой!

— Ну и ладно, — юный сообщник устало выпрыгнул из машины и захлопнул дверь. — Тогда до послезавтра.

Уходящий паренёк достал из кармана телефон, ткнул в кнопку быстрого набора и, дождавшись ответа, устало промурлыкал:

— Это я. Уже иду домой.

Водитель сидел в кабине, пересчитывал сегодняшний заработок и провожал взглядом удаляющегося товарища.

— Пф, тоже мне Ромео недоделанный, — наблюдатель криво усмехнулся и завёл мотор. Самое время было ехать домой, в пустую холостяцкую хижину.

ГЛАВА 8

ОЧИЩАЮЩИЙ «РЫК»

Визита наркомана долго ждать не пришлось, он явился на следующий же вечер. В дверь глухо постучали. Кай точно знал, кто пришёл, потому что игнорировал звонок лишь человек с ножами в карманах. Кай открыл дверь, на пороге стояла согбенная фигура.

Первые неуверенные шаги сразу дали понять хозяину, что гость находится не в самой лучшей форме. Озноб бил верхние конечности наркомана, а нижняя челюсть плясала в такт рукам.

— М-да, дружище, сегодня ты не в самой лучшей форме.

Непринятая вовремя доза стала причиной сбоя во всём организме, даже элементарный ответ требовал немалых усилий.

— Д… день… ги, — с невероятным трудом выдавил наркоман из себя эти слова.

Мышцы сводила судорога. Она даже сумела поставить бледного гостя на одно колено, но собрав остатки своих сил воедино, он все же поднялся обратно. Такой сильной ломки у него ещё никогда не было.

— Я тут прикинул, — Кай, якобы задумавшись, начал шагать вокруг наркомана, — что ты слишком дорого мне обходишься. Ты самый настоящий солитер в моих финансах. Как говорится, тебя проще убить, чем прокормить. Но убивать я тебя не собираюсь. Завтра есть дело и ты мне нужен. А вместо денег и временного облегчения я тебе могу предложить шанс.

Кай остановился, стал лицом к лицу с бледным гостем и молча начал сверлить его взглядом.

— От тебя мне нужно только одно, — продолжил Кай, — желание. Желание всё кардинально изменить, стать лучше. Капитально очиститься от тех веществ, которые накопились в твоём организме за время наркоманского блуда. Стерильной очистки я тебе не обещаю, но вывести основную дрянь возможность есть. Остаток очистки ты должен будешь выполнить сам. Процедура неприятная, возможно даже болезненная, но в больнице такого не делают. Так что стань спиной к стене и будь паинькой.

— Да пошел т… ты, — наркоман с трудом выдавил эти слова и достал из кармана нож, но лихо разложить его одной рукой ему не удалось. От сильной ломки руки у наркомана были непослушными, и первая же попытка провалилась. Резкое движение кистью и нож вместо того, чтобы разложиться, отлетел в сторону и покатился дальний угол.

— И это существо ты хочешь очистить?

— Да, хочу. Сейчас его мозг парализован ломкой и не может функционировать нормально, но когда он очистится, я почему-то уверен, что он ещё спасибо скажет.

— Какие же все-таки странные существа — люди. Сами себя разрушают, сами себя грабят, сами себя убивают из-за крохотных кусочков металла или, ещё смешнее, из-за жалких прямоугольников бумаги готовы пойти на самые гнусные вещи. А ещё претендуют на звание самых умных созданий этой планеты. Вы свой ум тратите попусту, хотя могли бы…

Кай не выдержал и перебил демона.

— Может, хватит философствовать? Видишь человеку плохо.

Наркоман снова опустился на одно колено и судорожно сгибался в комок. Скрежет зубов и учащённое дыхание — это единственное, что было слышно от бледного гостя.

— Быть по-твоему, — сказал Иван, — я всё сделаю, но ты не должен вмешиваться в процесс, чтобы ни происходило.

— Хорошо, — ответил Кай и отошёл в сторону, чтобы не мешать.

***

Демон медленно подошёл к комку человеческой плоти, который бился на полу в агонии. Не касаясь подбородка рукой, он приподнял голову наркомана, желая посмотреть ему в глаза, но те были крепко сомкнуты. Тогда Иван махнул рукой сильнее, и худое человеческое тело влипло в стену. Руки, ноги, голова — всё плотно прилегало к стене, и наркоман был обездвижен, словно муха, прилипшая к липкой ленте.

Брезгливость демона не позволяла запустить свои руки, как советовал Кай, в гнилое нутро наркомана. Сейчас, из-за недавних мероприятий, Иван находился в отличной форме и был полон сил. Это говорило о том, что всё можно будет провернуть бесконтактно.

Демон подошёл вплотную к распятому на стене наркоману и резким взмахом рук в стороны разорвал его кофту. Нашему вниманию представился худой костлявый торс, обтянутый белой, местами голубоватой, кожей. Фиолетовые прожилки вен на локтевых изгибах были усеяны мелкой дробью уколов от полых игл дешёвых шприцов.

Кустарная демонстрация хилого синюшного туловища не приносила Ивану никакого удовольствия, и он решает начать ритуал очищения.

Круговые взмахи руками означали, что демон прощупывает «почву» под кожей подопытного. Кожный покров зашевелился, словно под ним находились ворохи червей и личинок, которые активно искали способ выбраться наружу. Движения прекратились, демон сжал пальцы, якобы схватил невидимую сеть, и начал медленно тянуть. Глухие стоны вырвались из пересохшей глотки наркомана. Кожа вздулась, и через поры местами начали просачиваться капельки крови.

— Чёрт, у этого парня кожа по плотности, как латексная перчатка, так мы будем до нового пришествия очищать его, — сказал Иван и опустил свои руки. Наркоман рухнул на пол.

— Тут явно нужен иной способ. Есть у меня одна мыслишка, но ты по-прежнему не должен вмешиваться.

— Валяй! Он весь твой, — Кай сложил руки на груди и остался стоять на том же месте.

Демон довольно кивнул, показательно хрустнул пальцами и принялся снова размахивать руками. Теперь движения невидимого шамана напоминали лепку огромного снежного кома. Наверное, Иван возомнил себя йети, который решил слепить из наркомана воображаемую снежку. Тощее тело сгибалось в такт дистанционным демоническим манипуляциям.

Кай начал переживать за наркомана, ему казалось, что Иван сейчас раздавит его, как жалкого таракана. Гримасы боли сменялись масками недоумения. Наркоман не понимал, что с ним происходит. Основной очистительный процесс был весьма болезненный, наркомана спасала ломка, которая приглушала основную волну боли. Все издевательства закончились так же быстро, как и начались. Тело наркомана растянулось на полу, мутные глаза смотрели в потолок. Всё выглядело как окончание гнусных терзаний над иссохшим телом. Но это было не так.

Первая фаза сбора всех ненужных веществ в одном месте — выполнена. Следующим этапом предстоит аккуратно вывести их наружу. Для этого наш адский целитель представил себе, что истерзанная плоть наркомана — это огромный шприц и, недолго думая, он начинает давить на воображаемый поршень. Без того впалый живот просто влип вовнутрь, казалось, что пупок касался позвоночника. Грудная клетка перехватила эстафетную палочку изменения формы и тоже заметно вогнулась. От этого весь воздух вышел из лёгких вместе со страшным хрипом. Бледная шея, наоборот, вздулась подобно воздушному шару.

Лицо налилось кровью и затряслось. Изо рта ударил тёмно-красный маслянистый фонтан, он вырвался и тут же упал обратно, залив вязкой массой всё лицо. Натиск прекратился, воздух вместе с остатками рвоты попал в лёгкие. Начался удушающий приступ кашля. Не дав как следует откашляться, Иван надавил снова, на этот раз ещё сильнее.

Второй фонтан был ярко-жёлтого цвета, и он был не таким большим, как первый. Это была желчь. В данном случае она выполняла функцию промывочного материала, чтобы всё то дерьмо, которое уже выплеснулось, не впиталось обратно. Рот наркомана был открыт, и было видно, как желчь стоит во рту, не выплёскивается и не уходит обратно.

Кай, ослушавшись Ивана, решает помочь. В два ловких прыжка наш герой оказался подле расплющенного наркомана. Чуть не поскользнувшись на дико смердящей слизи, он берёт беднягу за плечо и голову.

— Уйди! — Разгневался демон. — Ты всё испортишь!

— Нет! Если я не успею перевернуть его на бок до того, как ты прекратишь давление, то он захлебнётся собственной желчью.

Осуществить задуманное оказалось не так-то просто. Наркоман был как приклеенный к полу. Складывалось впечатление, что гравитационное поле земли сконцентрировалось в одном месте и никак не хотело сдаваться. Время шло, и Каю удалось повернуть на бок лишь голову. Изо рта медленно потекла густая желчь.

Иван не одобрил вмешательство Кая в процесс очищения, но ход мысли и последовательность действий нашего героя были здравые.

Поэтому Иван прекратил давление, ибо всё, что он мог выжать из этого субчика, он выжал.

Наркоман снова втянул воздух. Хрип и тяжёлый кашель дали понять, что процедура окончена, и Кай с лёгкостью перевернул на бок то, что осталось от наркомана.

— Ты меня слышишь? — тихо поинтересовался Кай, стараясь обратить на себя внимание.

Кашель не переставал душить наркомана. Неподалёку от эпицентра извержения на полу лежал обрывок кофты наркомана, Кай дотянулся до неё и аккуратно обтёр ему лицо.

Наркоман перестал кашлять, немного приоткрыл мутные глаза и посмотрел на Кая.

— Жив, уже хорошо, — выдохнул с облегчением Кай.

— Это всё? Ты закончил?

— Да.

— Что делать дальше?

— Нужно дать ему поспать.

— Хочешь и этому парню устроить взбучку во сне?

— Нет. Просто то, что он пережил, — серьёзный стресс для организма. Все жизненно-важные процессы организма должны восстановиться, а сон самое благоприятное состояние для аккуратного восстановления.

— Складно стелешь. — Кай не хотел верить Ивану, но выбора не было. — Ладно, пусть поспит, а я пока наведу порядок.

Внутреннее чутьё Кая кричало, что ни в коем случае нельзя плясать под адскую дудку, но особого выбора не было, поэтому он встал, оставив крохотное, иссохшее тельце лежать на полу, а сам пошёл тормошить мамину аптечку. Снотворного там не оказалось, так что пришлось пользоваться тем, что было. Налупив целую пригоршню таблеток, а именно: три таблетки анальгина, четыре таблетки кетанова и, неизвестно зачем, шесть таблеток активированного угля, вернулся к наркоману со стаканом воды. Худоба туловища наркомана напоминала Каю мощи святых, которые он видел в подземных пещерах Киево-Печерской лавры во времена школьных экскурсий. Фарфоровое лицо было бесстрастно, руки имели самое большое сходство со священными мумиями. Единственное, что выдавало жизнь в теле наркомана, это ровное дыхание, которое еле заметно поднимает и опускает хилую грудную клетку.

Кай положил голову наркомана, чудом пережившего адскую терапию, себе на колени и начал засыпать таблетки в рот, давая запить всё это водой. Как ни странно, подопечный Кая послушно отпивал по глотку воды и прилежно глотал гремучую смесь из медикаментов.

— А теперь тебе нужно поспать, — дружелюбно сказал Кай. — Кетанов должен унять ломку, анальгин — головную боль, а уголь достался тебе просто так, для профилактики. Просто в остальных маминых таблетках я не разбираюсь. Сейчас я помогу тебе подняться и отведу на диван, постарайся уснуть.

Руки наркомана, даже после такой жёсткой встряски, сохранили в себе цепкость. Крепко схватившись за шею нашего героя, он поднялся на ноги. В груди остался жар от исцеляющего огня, но болевые ощущения уже шли на спад. Кое-как они всё же добрались шаркающими шагами до дивана, и наркоман рухнул на предложенное ему ложе сброшенным с высоты человеческого роста балластом. Из выдохшегося тела начал выходить воздух. Сжатые губы и забитый нос создавали иллюзию, будто тело наркомана спускает, как пробитая надувная лодка. Весь воздух из лёгких вышел, и наступила тишина.

Только через некоторое время лёгкие наркомана снова заработали и медленно втянули жизненно необходимую порцию кислорода. Как оказалось, он уже спал, мирно посапывая.

Кай решил, что и ему тоже пора передохнуть и немного прикорнуть, но сначала нужно убрать всю ту слизь, которую организм наркомана благополучно отторг.

ГЛАВА 9

НОВОЕ ДЕЛО

— Тормози, я уже семнадцать насчитал.

— Забудь об этом! Сегодня начинаем новое дело.

Водитель гнал пустой грузовик вглубь леса, в самое его сердце.

Нужно было, чтобы их никто не услышал, а для этого требовалась непролазная глушь. Дороги, уже давно заросшие мхом и грибами, были нагло потревожены утренним визитом самоуверенных мерзавцев, которые мчались в слепой погоне за лёгкой наживой.

Машина остановилась в дремучей лощине, где даже днём царил густой полумрак. Так как данное мероприятие проходило ранним утром и Солнышко было ещё за горизонтом, то уровень видимости оставлял желать лучшего. Но незваные посетители леса были готовы к такому повороту событий, поэтому каждый из них вооружился диодным фонариком, который крепится на лоб с помощью резиновых ремешков. А водитель вообще нацепил жёлтую строительную каску.

Где он её выдрал — оставалось загадкой. Фары гасить не стали, их направили на два высоких дерева, густо поросшие мхом со всех сторон, не только с северной.

— Я возьму инструмент, а ты иди и самостоятельно открой борт.

Сегодня нужно сделать всё максимально оперативно.

Водитель был настроен решительно. Все приготовления выполнены.

— Видишь эти деревья? — спросил водитель у своего напарника.

— Вижу. И?

— Это ольха. Я читал в интернете, что в древности эти деревья выступали твёрдым топливом, которое жгли в царских палатах. На этой информации можно сделать небольшую рекламу.

— Или нажить проблем за незаконную вырубку леса.

— Сплюнь! Идиот.

Водитель отпустил смелую затрещину товарищу, аж панама упала к ногам её хозяина.

— Сейчас я валю первое дерево и режу его на метровки, а ты, по возможности, аккуратно складываешь их в кузов. После этого мы настраиваем тишину и слушаем. Если всё тихо, тогда режем второе.

А сейчас — от винта, салага!

Резкий рывок, бензопила взревела и практически сразу её зубы стали вгрызаться в основание ствола дерева. Опилки ударили из-под шины мощной струёй. Луч фонаря освещал лишь небольшой

фрагмент работы человека с бензопилой, но то, что увидел сообщник, не поддавалось логическому объяснению. Шум от бензопилы был искажён другим посторонним звуком. Этот звук отдалённо напоминал женский крик. Пока паренёк в панамке продолжал прислушиваться, произошло следующее загадочное явление. Вместо струи опилок из-под шины бензопилы вырывался фонтан крови.

Зачарованный зритель остолбенел и молча наблюдал за невероятной картиной до тех пор, пока дерево не начало падать с характерным хрустом. Глухой удар идеально ровного ствола о сырую землю вывел наблюдателя из личного транса. Работа бензопилой продолжилась в полной мере. Тем временем перепуганный зрелищем соучастник подошёл ближе и стал рассматривать низкий пень, где совсем недавно стояло высокое дерево. Место среза было тёплым. Не исключено, что температура поднялась от механического трения цепи бензопилы о древесину, но был ещё один необъяснимый фактор. Из места спила сочилась тёмно-бурая липкая смола. Присев на корточки и положив ладонь на пень, он почувствовал пульсацию, ту самую, которая выталкивает из древесины бурую жижу. Ладони измазались тёплыми выделениями, потерев их между собой, соучастник увидел, что это не что иное, как самая настоящая кровь.

— Эй! Юный натуралист! Ты что, озверел совсем?! Проблем хочешь заработать? Мы тут не грибы собирать приехали. Хватай метровки и тащи в кузов!

Грубый упрёк водителя отвлёк соучастника от личных размышлений. Он посмотрел на человека с бензопилой и увидел, что его руки, одежда, лицо, бензопила — всё измазано кровью!

— Шевелись, имбицил! — снова рявкнул злой водитель.

Ничего не оставалось, как повиноваться. Потерянный в своих собственных противоречиях, соучастник схватил метровку и покатил к машине. Диаметр ствола был не маленьким, да и вес метровки тоже.

Оказывается, очень сложно их транспортировать к машине. А про то, чтобы в одиночку забросить добычу в кузов, не было даже речи.

— Слишком тяжело. Режь, пожалуйста, метровки пополам, — сказал соучастник водителю, когда вернулся за очередным бревном.

Человек с бензопилой даже ухом не повёл.

— Ты слышишь меня?

— Не скули, а таскай активнее, по окончанию вместе всё забросим!

Грубая реакция испортила настроение помощнику и, затаив обиду на склочного товарища, он молча продолжил толкать свой тяжкий груз. Обиженный муравьишка пообещал себе припомнить упёртому водителю сложившуюся ситуацию при первом же возможном случае и продолжил катить неподъёмное бревно.

Бурая слизь сочилась не только из пня, она плотно покрывала места спилов на всех брёвнах. Этот паренёк был не из впечатлительных, но то, что он видел как-то не вязалось с реальностью. Водитель уже заканчивал с расчленением первого дерева. Пила затихла.

— Андрей, ты не замечаешь ничего необычного? — спросил сообщник у водителя.

— Я замечаю, что ты сегодня явно не выспался и с самого начала нового дела ползаешь, как улитка. Давай включай мозг и принимайся за дело.

— Нет, я не о том. — Паренёк засмущался, опасаясь насмешки водителя. — Просто всё вокруг в крови. Ты видишь это?

— Что?! Снова обожрался своими обезболивающими таблетками? Сходи наконец-то к стоматологу, пока кони не двинул.

— Да нет же, я сегодня только одну принял, галлюцинации от такого количества препарата исключены.

Наш муравьишка в панаме не только скромный, а ещё и трусливый. Ему было уже двадцать три, а он ещё ни разу в жизни не был у стоматолога. Две нижние шестёрки (если выражаться врачебным языком) были насквозь прогнившие, и без обезболивающих таблеток он уже просто не мог ни есть, ни спать. Утро начиналось не с утреннего туалета, а с таблетки.

А на прошлой неделе у нашего трусишки был семейный пикник, на котором главным блюдом был сочный, жилистый шашлык. Мясо, ясное дело, щедро понабивалось во всевозможные прорехи в зубах и просто между ними, тем самым создавая дополнительное давление.

Зубы разболелись со страшной силой, а тут ещё, как назло, Андрей вызывает на, мягко сказать, дополнительный заработок. Приняв таблетку, он отправился в путь. Боль не унималась и мешала работать.

Было принято решение принять ещё одну таблетку. Эффект отсутствовал. Наплевав на все предостережения, прописанные в инструкции, он принимает волевое решение и принимает ещё две таблетки разом поверх первых трёх! Боль прошла, но на замену ей пришли оранжевые и фиолетовые круги, пляшущие перед глазами. В тот день он доработал с трудом, усталость и насмешки Андрея очень мешали трудовому процессу.

— У тебя глюки, дружище. Никакой крови нет.

— Ну как же, а твоя одежда? Твои руки?

— Я весь в опилках, но не в крови. Твою мать! Угораздило же тебя поймать кайф в такой ответственный момент. Ладно, бери метровку с одной стороны, а я — с другой.

Андрей фыркал и всячески источал недовольство, но всё же помогал грузить добычу. Солнце уже поднялось достаточно высоко, и основная часть мрака благополучно рассеялась, но густая листва исправно скрывала всё небо. Лишь пара бледных лучей достигала земли.

Фонари больше не требовались.

Таким же образом было уничтожено и порезано на куски ещё четыре дерева. Когда «хабарница» была полна, лесные воры смотали удочки, затянули кузов брезентом, чтобы постороннему глазу не был виден улов, и двинулись в обратный путь.

Паренёк в панамке внимательно рассматривал свои руки, одежду и водителя.

— Что, всё ещё держит? — поинтересовался водитель.

— Говорю тебе, это не передозировка, это что-то другое. Может, это сорт дерева такой? С красными живительными соками.

— Нет. Это обычная ольха, да и только.

Наступила тишина, лишь грохот двигателя был слышен. В поле видимости показался выезд из леса. Если в лесу был сказочный полумрак, то выезд из леса зиял светом в конце туннеля. Пассажир молча продолжал рассматривать свои руки и тем самым раздражал водителя. Но как только машина пересекла границу и выехала из лесного

полумрака на утренний свет — кровь исчезла! Глаза пассажира расширились от удивления, он вращал в недоумении ладонями и рассматривал себя и водителя в поисках бурой смолы, но ничего не находил.

— Стой! — завопил пассажир.

Водитель дал по тормозам и повернулся к соучастнику, чтобы спросить, в чём дело, но тот уже выскочил из кабины. Словно матёрый рекрут, пассажир забрался в кузов и откинул брезент. Брёвна были на месте, а вот сочащаяся кровушка с мест спилов пропала, будто никогда её и не было. Следом запрыгнул и водитель.

— Что такое?

— Кровь пропала, — прошептал пассажир с растерянным выражением на бледном лице.

— Поздравляю, тебя наконец-то попустило. Зубики хоть не болят?

Паренёк в панаме лишь отрицательно покачал головой.

— Вот и славно. А теперь сел на место и едем на базу, а то и так много времени из-за тебя потеряли.

Соучастник чувствовал себя обманутым, бедной жертвой чьего-то глупого и несмешного розыгрыша. Край брезента был закреплен, и с отрешённым видом паренёк в панаме залез на пассажирское сиденье и захлопнул дверь.

Машина катилась вниз по склону, грунтовая дорога пролегала через поле. На том месте, где была сделана остановка, стоял демон в дорогом костюме и с довольным видом закатывал рукава. Он провожал удаляющуюся машину взглядом и улыбался.

— Смута в сознании одного успешно посеяна. Осталось закрепить успех ещё одной звуковой галлюцинацией во время распила добычи на базе, и тыл будет окончательно прикрыт. После индивидуального представления дадим мальчику переварить увиденное и услышанное.

Уверен, что за это время он не один час проведёт в размышлениях о случившемся, и тут метастазы безумства безвозвратно проникнут в самое сердце здравомыслия, после чего человек превращается в легко внушаемый пластилин.

А пока этот хлюпик будет вариться в собственных размышлениях, мы с Каем и нашим новым солдатом выполним ещё одно дельце. Как раз проверим на что он годен.

Монолог демона был окончен, машина скрылась из виду, Солнце поднималось всё выше, подходило время обеда.

ГЛАВА 10

ЛОГОВО КАИНА

— Иван, куда мы направляемся? Хоть намекни, интриган ты эдакий.

Кай шагал по улице, ориентируясь лишь по подсказкам демона. Ни малейшего понятия, как далеко лежит их маршрут, он не имел.

— Терпение, мой друг, терпение. Где наш третий товарищ?

— Сказал, что будет ждать на перекрёстке, возле парка.

— Чудно, — улыбнулся демон.

***

— Куда мы пришли? — спросил наркоман у Кая.

— Куда мы пришли? — спросил Кай у демона.

— Позвони в звонок и всё узнаешь.

— Сейчас узнаем, — пожал плечами Кай и позвонил в дверь.

Первая попытка закончилась ничем.

— Звони ещё, он дома.

Очередной звонок был более настойчивым.

— Можешь помахать ручкой, на вас, ребятки, смотрят.

Кай улыбнулся и помахал.

Дверь отворилась, на пороге показался ничем не приметный мужчина. Разве что — его взгляд. Он был, как у орла, сосредоточенный, внимательный, примечающий все мелочи взгляд.

— Я вас слушаю, молодые люди. Вы к кому?

— Э-э, добрый день. Наверное, к вам.

— Чем могу помочь?

— Чем он мне может помочь?! — раздражённо вопрошал Кай у своего личного демона.

— Он может помочь тебе сократить твой нелёгкий путь на одну ступень.

— Об этом я уже догадался. Но как мне быть дальше? Что сказать? А самое главное, что он сделал? За что он должен умереть?

— Как за что? — удивился демон. — Разве ты его не узнал?

— Нет.

— А так?

В голове Кая заиграла «Экзекуция», но не с начала, а уже с доброй её середины. Больше никаких объяснений нашему герою не потребовалось, он со злостью ударил стоящего на пороге мужчину ногой в живот, да так сильно, что тот сложился пополам и закатился внутрь.

— Заходи и закрой за собой дверь, — сказал Кай, обращаясь к наркоману.

Настороженный соучастник ещё никогда не видел Кая в таком возбуждённо-сосредоточенном состоянии. Решив не испытывать судьбу, чтобы не попасть под горячую руку, он всё выполнил и направился за Каем.

Тем временем, Кай заволок ничего не понимающего хозяина в кухню.

— Что вам надо? — захрипел хозяин. — Если денег, то вы ошиблись адресом. Здесь денег нет и, скорее всего, никогда не будет.

— Нет, деньги нам не нужны.

— Тогда не понимаю, зачем вы ввалились в мою скромну берлогу?

Наркоман тоже внимательно ждал ответа от Кая, так как не понимал, что именно они тут делают.

Кай позвонил ему, назвал место и время, где он должен его ждать, и попросил не опаздывать, так как дело не терпит промедления.

— За раскаянием, — Кай продолжал мутить воду.

— Чего?! — прыснул смешком хозяин. — За каким ещё раскаянием?

— За посмертным, — серьёзное лицо Кая давало понять хозяину, что эти двое не шутят.

— Эй, полегче, хорошо? Давай всё по порядку решим. Я не хочу проблем.

Мужчина занервничал. Изначально внимательный взгляд полностью изменился, сейчас бегающие перепуганные глазки заблестели и ни на секунду не останавливались на одной точке.

— Сядь, — тихо приказал (именно приказал) Кай и поставил перед

хозяином дряхлый стул со спинкой.

Обстановка в комнате была следующая: холодильник, старенькая газовая печка, грязная раковина, стол, два стула. Всё это стояло на выцветшем деревянном полу. Доски давно рассохлись и противно скрипели, снизу на гостей смотрели тараканы из добротных половых щелей. На столе был жалкий недоеденный обед, состоящий из пустой яичницы. В пепельнице тлела сигарета без фильтра.

Кай всё это резко смахнул со стола. Перетащил стол в центр кухни, сел на стул и снова, но уже жестом, приказал сесть хозяину. Тот не решался, но толчок в спину со стороны второго пришедшего, вынудил всё же сесть.

— Итак, продолжим наш разговор, — Кай сплёл пальцы рук и положил их перед собой на стол, — меня не интересует твоё имя, но нам нужно как-то к тебе обращаться. Ты не еврей часом?

— Нет.

— Вот и славно, потому что твоя кличка на время нашего с тобой разговора будет — Обрез. Моё решение окончательно и обжалованию

не подлежит.

Как только прозвучало слово «обрез», хозяин убогой квартиры изменился в лице, хотя старался не подать виду.

— Возможно, ты спросишь меня, почему я не поинтересовался твоим именем, я отвечу. — Кай вёл себя властно, он с самого начала

занял ведущую позицию и уверенно продолжил говорить. — Да потому, что ты не достоин имени! Твой сучий поступок заслуживает исключительно клички. И чем больше ты отпираешься от неизбежности чистосердечного раскаяния, тем сытнее вскармливаешь внутри меня негодование.

Обрез задумался над словами молодого оратора, скрупулёзно переваривая каждую фразу. Было видно, что этот человек шутить не станет. Несмотря на столь юный возраст, он зарекомендовал себя безоговорочным лидером, хозяином положения. А этот второй был лишь прихвостнем, личным помощником.

Для Обреза осталось без ответа два вопроса: откуда он знает?

И как много он знает?

Жизнь научила Обреза держать язык за зубами и никогда не оставлять свидетелей. Его жизненное убеждение — знают двое, знают все.

Эта фраза загадочным образом настолько въелась в скудный, по-

ражённый слабоумием мозг, что он вёл скрытное существование одиночки-отшельника.

— Не понимаю, о чём речь, — Обрез уставился в одну точку и, выбрав оборонительную позицию, решил отмолчаться.

— Последний шанс сбросить тяжкий грех убийства с жалких остатков совести.

— Значит, так! — Обрез вскакивает со своего места, упирается в стол ладонями и, чувствуя, что его припирают к стенке, пытается огрызнуться в надежде спасения. — Это у вас, шпана, последний шанс, чтобы унести отсюда свои малолетние задницы…

Обрез остановился на полуслове, когда услышал щёлкающий металлический звук. Он обернулся, чтобы посмотреть, чем же занимается второй гость, что остался за спиной, но по воле случая обернулся не в ту сторону. Обрез повернул голову и посмотрел через правое плечо, но никого не увидел, зато ощутил обжигающую боль в левой ладони.

Крик боли вырвался из горла хозяина. Стоило Обрезу отвернуться, как ассистент Кая всадил нож в левую руку выражающему возмущение хозяину. Нож прошёл сквозь ладонь и встрял в деревянный стол.

— Если ты не хочешь начинать, — сказал Кай, будто ничего и не случилось, — тогда начну я.

Под покровом ночи ты, как последний вор, вошёл в чужой дом.

Пробравшись в спальню хозяина, кстати, очень хорошо ориентируясь в темноте, из чего могу сделать вывод, что в этом доме ты был не впервые, ты достал обрез (отсюда и кличка для тебя) и выстрелил в спящего мужчину. Проснулась девушка и встретила свою смерть из второго заряда дроби. После этого пришла маленькая девочка, а ты хладнокровно перезарядил оружие и выстрелил в маленькое, ни в чём не повинное существо!

Глаза наркомана широко раскрылись от услышанной информации.

— А теперь, — Кай продолжил, — присядь на стул и растолкуй нам, кто был этот мужчина и что такого он сделал, что ты даровал ему и его

семье преждевременную смерть?

— Это правда? — прошептал Каю на ухо удивлённый наркоман.

— Правда, — ответил Обрез, услыхав шепчущихся гостей.

— Ну ты и мразь, — наркоман двинулся к Обрезу с очень серьёзными намерениями.

— Погоди, — Кай успел схватить напарника за руку, которой он уже полез за вторым ножом, — пускай сначала обоснует свой поступок.

Наркоман недовольно фыркнул, выхватил свой нож из руки Обреза и ушёл вглубь квартиры.

— Я тебя слушаю, — Кай откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

Обрез держал раненную руку здоровой и бережно прижимал к своей груди. Поначалу он тянул время, ссылаясь на боль, но Кай был неприступен и сдержанно ждал, пока разыгрываемая сцена закончится.

— Когда родители были живы, — тихо начал Обрез, — всё было нормально. Мы существовали как обычная, нормальная семья. Но настал тот день, когда автомобильная авария забрала их в один день, в одно мгновение. Мне было двадцать, Диме — семнадцать. С помощью соседки, которая разбиралась в этих вопросах, я оформил опекунство, чтобы Диму не забрали в интернат. Я бросил учёбу и пошёл работать.

Вдруг на кухню вернулся наркоман с йодом и мотком бинта. Он грубо отдёрнул руку Обреза и залил йод прямо в открытую рану. Бросил ему в лицо бинт и сказал:

— Прощения просить не буду, потому что я сделал это умышленно. Очень надеюсь, что тебе сейчас больно.

Лицо Обреза скривилось от боли, но он ни звука не проронил и аккуратно начал бинтовать руку.

— И на том спасибо, — улыбнулся Обрез.

— Ты не отвлекайся, этот Дима — это тот, кого ты грохнул?

— Да.

— И кем он тебе приходился?

— Братом.

— Кай, можно я его прямо сейчас…

— Нет! — Кай оборвал наркомана на полуфразе.

— Прости, пожалуйста, моему товарищу его несдержанность, он сегодня явно не с той ноги встал. — Кай с упрёком зыркнул на наркомана. — Будь добр, продолжай.

— На работу, говорю, устроился, — продолжил Обрез, не сводя глаз с наркомана, в его интонации слышалась неприкрытая угроза, — чтобы Дима продолжил учиться.

Наркоман принял немой вызов и показательно то складывал, то раскладывал нож-бабочку.

— Может хватит? — Кай перебил Обреза, сверля наркомана осуждающим взглядом.

Наркоман разложил нож, глядя на Обреза, показательно провёл лезвием ножа себе по горлу и бесшумно, словно тень, вышел из кухни.

— Прости ещё раз, — сказал Кай, — не знаю, что сегодня на него нашло.

— Да ничего, я его понимаю. Не каждый день услышишь такие откровенные рассказы из уст убийцы.

В общем, пошёл же я работать. Работал грузчиком в цветочном

супермаркете. Работал тяжко, основным товаром были грунт для цветов, всевозможные удобрения и так далее.

Дима успешно оканчивает учёбу и сразу после выпуска уезжает в Киев на практику. Говорил, что обязательно пройдёт практику, заработает денег и вернётся домой. На дорогу в столицу нужны были приличные деньги. Пришлось влезть в долги. Дима уехал, а я потом ещё полгода отрабатывал.

Когда долги были полностью отработаны, то стремление работать тут же пропало. Стимул в лице родного брата жил в столице и первые два года он даже не вспоминал про меня. Были мысли, что его уже и в живых нет. На почве переживаний и одиночества я начал крепко пить. Водка лилась рекой, я напивался до беспамятства. Начали появляться новые знакомые сомнительной внешности и происхождения. Это были коренные, зловонные, насквозь проспиртованные аборигены.

Просыпаясь в своей постели, я никогда не был дома один, на этой кухне круглосуточно творился квас-газ, менялись только участники скудного пиршества. Шумные игры в карты и домино под водочку раздражали соседей, но мне на тот момент было плевать на всех.

Потом я стал замечать, что из дома начали пропадать мои вещи.

На вопрос, где делся телевизор, мне ответили, что я водочку пью, но при этом не сбрасываюсь в общак, а так как взноса не было, то мы продали телевизор.

После этой дерзкой выходки совершенно чужих мне людей я осознал, что нахожусь на грани индивидуального краха. Мне пришлось

разогнать это гнилое кодло и объяснить в грубой форме сопротивляющимся, что здесь больше нечем будет полакомиться, лавочка закрыта. Захлопнув дверь, я в полной мере ощутил одиночество. Также чувствовалось гнетущее ощущение личного ничтожества, ненужности и бесполезности. Попытки снова устроиться на работу заканчивались

провалом, и я пошёл просить милостыню на местный рынок.

Ещё за год я превратился в самого настоящего отброса общества.

Но в один осенний день раздался звонок в дверь. Я открыл дверь, ожидая увидеть старых друзей, которые периодически ломятся в надежде, что я их впущу, но на пороге стояла пара голубков. С первого же взгляда я узнал Диму с какой-то девицей. А вот Дима меня тогда не узнал, виной всему была косматая борода и грязная одежда.

В итоге выяснилось, что Дима приехал в гости к своему брату, чтобы познакомить меня со своей невестой, но увидав меня в таком виде, попятился и брезгливо ушёл под предлогом, что забыл купить торт.

Но после того он так и не вернулся.

Через две недели после нашей встречи из Киева пришло письмо от Димы. В конверте была купюра в пятьдесят долларов и исписанный лист. В письме он рассыпался в извинениях, ссылаясь на растерянность от моего вида. Следующее, что я прочитал, оскорбило до глубины души. Как оказалось, Дима приехал со своей невестой, чтобы пригласить меня на свадьбу и забрать с собой на пышное мероприятие,

которое было организовано за большие деньги серьёзными людьми.

Но увидав меня, он, видите ли, испугался. Свадьба намечалась на следующий день после их визита и времени на то, чтобы привести меня в порядок у него не было, поэтому свадьба состоялась без меня.

Далее было расписано его положение в обществе. Как выяснилось, у него была хорошо оплачиваемая работа, своя квартира, ну и жена. Далее он писал, что теперь будет регулярно высылать мне деньги в помощь.

Всё это было до тошноты противно. Не знаю, что там себе придумал мой братец, но я твёрдо могу сказать, что он струсил ударить в грязь лицом перед своими новыми друзьями, а этими подачками пытался задобрить меня. Всё это дико разозлило меня, да так крепко, что я в тот же день бросил пить, а когда пришла трезвость ума — начал строить план мести.

Прошёл ещё год. За это время пришло много писем с подачками.

Особенно раздражало, когда в конверте, кроме денег, ничего не было.

Это выглядело как самая настоящая немая милостыня. Чёрт тебя дери, парень! Ты же родному брату весточку шлёшь. Разве так сложно черкнуть пару строк? Для меня это было дико.

Я из этих денег не тратил на себя ни копейки. А когда скопилась круглая сумма — я купил старый обрез у бывалого охотника из нашего дома. На тот момент я не мог внятно объяснить, на кой чёрт он мне нужен, но с каждым письмом, с каждым жалким взносом, чтобы откупиться от меня, мой гнев нарастал.

Прошёл ещё год, и мой уверенно стоящий на ногах братец приглашает меня в гости на дачу, которую он купил в нашем родном городе.

Его, видите ли, тоска гложет по родным землям. А теперь после покупки недвижимости на окраине за баснословные деньги будет приезжать со своей семьёй погостить на родину. Вот на такое семейное мероприятие я и был приглашён. Идти по приглашению очень не хотелось, но мне и не пришлось, Дима приехал за мной на дорогой машине прямо домой. Он приехал один. По пути к месту разговор выходил натянутым, Дима очень изменился, но я узнал, что у него уже есть дочка и благодаря жене-певице ему удалось устроиться работать на телевидение.

Званый ужин вышел вялым, всё было в рамках приличия. Дима в совершенстве познал такую добродетель, как гостеприимство, но это гостеприимство было как к уважаемому человеку, а не как к брату. И этот вечер был для меня, как разведка для финальной сцены.

После прощального чаепития Дима отвёз меня домой. Я ждал от него чего-то родного, какой-то ключевой фразы, мелкого жеста, который будет понятен только нам, но ничего так и не дождался, Дима стал для меня чужим человеком, и мы оба это прекрасно понимали.

Больше я не хотел иметь ничего общего с ним, и в эту же ночь я решился на месть.

— На убийство, — выкрикнул наркоман из соседней комнаты.

— Я спрятал обрез под плащ, — братоубийца проигнорировал колкость ассистента, чтобы не утратить нить разговора, — в карманы набрал патронов. Когда вышел из дому и шёл по улице, то чувствовал себя каким-то современным Родионом Романовичем, вот только задача у меня стояла иная — не забрать деньги, а наоборот, вернуть должок, возместить все убытки, которые я приносил Диме своим существованием.

Я пришёл на место, было около двух часов ночи. Дверь была почему-то открыта, мне даже разбивать окно не пришлось, я вошёл через парадные двери. Ну а потом я убил Диму и ушёл.

Чем ближе Обрез подходил к концу рассказа, тем тише становился его голос.

— Убил Диму, — продолжил Кай, глядя Обрезу прямо в глаза, — убил его жену Ирину, а когда в комнату вбежала их дочка, невинное дитя… Ты даже бровью не пошевелил, просто перезарядил оружие и выстрелил в хрупкое детское тельце, после чего выбросил все те деньги, которые тебе высылал брат, переступил через крохотный трупик и ушёл.

Обрез побледнел.

— Ты не можешь знать этих подробностей, — горло бледного хозяина сдавливал дикий испуг, — свидетелей не было. Ты медиум?

Кай поднялся со своего стула, перегнулся через стол и шепнул Обрезу на ухо:

— Мне всё это показал мой личный демон.

Серьёзное лицо Кая убедило Обреза в правдивости сказанных слов.

— Ты одержим!

— Тише, — улыбнулся Кай. — Частично ты прав, но мой демон указывает на плохих парней, которые заслуживают смерти, типа тебя, и это мне нравится. Ты убил родного брата, убил его жену и маленького ребёнка. По меркам Данте ты заслуживаешь седьмого круга ада, был бы своим человеком в компании убийц и насильников. Но не сегодня. После того, как твоя душа покинет тело, ты попадёшь в личный ад моего личного демона. Там ты будешь званым гостем, тебя встретит девушка, которую я когда-то любил. Но она меня предала, и я её жестоко умертвил. Можешь передать ей привет от моего имени. Ей умышленно не стирали память, как это сделали прежней смотрительнице. Сделано это для того, чтобы я не отказался делать то, что я делаю. В случае моего неповиновения мой личный демон убивает меня и бросает мою душу на растерзание бывшей. Какое же все-таки ужасное слово — «бывшая».

Она умерла от того же, отчего умер и я. Я повесил её на шнурке от своего кроссовка, как ранее я сам повесился на другом шнурке и пережил клиническую смерть. После этого посмертного приключения я вернулся не один. Отсюда мне пришла в голову свежая мысль.

У тебя обрез сохранился?

— Парень, ты либо молодой медиум-мститель со скрытыми возможностями и фантазией, богатой на выдумки, либо конченый псих, одержимый бесом, — сказал Обрез, ещё не до конца переварив всю чепуху, услышанную из уст Кая.

— Повторю вопрос: обрез остался или ты его сбросил?

— Да, остался. Храню его в память о моём поступке.

— Неси. Хотя нет. Идём вместе за ним.

Обрез встал и поплёлся в соседнюю комнату. Специально не обратив внимания на наркомана, который вырезал православный крест на выкрашенном белой краской наличнике, он дошёл до тумбочки, где когда-то стоял телевизор, и достал оттуда тряпичный свёрток. Кай перехватил свёрток из рук хозяина.

— Спасибо, дальше я сам. — Кай раскрыл старую ветошь и в его руках оказался тот самый обрез из сна.

— Патроны где?

— Там же, в тумбочке.

Кай наклонился и выудил из комода всего один патрон.

— У тебя будет одна-единственная возможность частично искупить вину перед своим братом, — сказал Кай и зарядил обрез. — Каким бы высокомерным не был Дима, в первую очередь, он был тебе братом. Он старался настроить свою жизнь, ещё и одновременно с этим помогал тебе, а то, что ты воспринимал его помощь как подачки — это уже полностью твоя проблема.

— На счёт три он выстрелит в тебя. Будь готов!

Кай еле заметно кивнул в знак благодарности и, наплевав на осторожность, вложил в руки Обрезу заряженное оружие.

— Один, — спокойно прошептал на ухо голос Ивана.

Дуло упёрлось Обрезу в подбородок.

— Два.

— А теперь бери судьбу в свои руки и сделай последний выбор, —

Кай отдал оружие Обрезу, тот продел указательный палец здоровой руки в кольцо со спусковым крючком и замер.

— А ты не перегибаешь с доверием? — наркоман стал в стойку и напрягся.

— Не боись, — улыбнулся Кай, — там всего лишь один патрон, а нас двое. Даже если всё пойдёт не по сценарию, то один из нас…

— Три!

Не дав договорить Каю, Обрез направляет оружие на оратора и стреляет. По своевременному предупреждению Ивана, Кай юлой закрутился в сторону с линии огня и упал на пол. Обрез попал в зеркало, которое рассыпалось на множество осколков. Находящийся за спиной стреляющего наркоман среагировал мгновенно и сразу же после выстрела всадил нож боковым ударом в шею Обреза по самую рукоятку и бросился к Каю.

— Живой? — с тревогой в голосе спросил наркоман.

— Живой.

— Герой, мать твою! Нашёл кому в руки заряженное оружие давать!

Уцелевшие ребята поднялись на ноги, поражённый ножевым ударом Обрез остался лежать. Он держался за горло и страшно хрипел, между пальцев сочилась тёмная кровь.

— Так тебе и надо, братоубийца, — сказал наркоман и плюнул себе под ноги.

— Отойди, — Кай оттолкнул злорадствующего компаньона и присел подле умирающего. — Тебя как звать-то?

Обрез захрипел и закашлялся.

— Прости меня, одержимый, я не смог тебе помочь.

— О чём ты?

— Сегодня мне было суждено умереть. Если бы я убил сам себя, то поступил бы глупо. Вот я и решил перед смертью попытаться освободить тебя от влияния лукавого. Если бы я освободил твою душу от оков Люцифера, то мне было бы немного легче. Прощай, одержимый, я умираю бесполезной, мучительной смертью. Ещё раз прости, что не смог помочь тебе узреть спасение.

Обрез защёлся в кашле и через мгновенье затих навсегда. Кровь продолжала вытекать из горла остывающего хозяина и впитываться в половые щели. Это выглядело, словно обиталище Обреза старалось впитать в свои недра последнее, что осталось от умершего хозяина.

— Самое время уносить свои ноги, — сказал наркоман.

Руки и нож соучастника были мокрыми, наркоман тщательно смыл кровь с рук и ножа. Сейчас он старался насухо вытереть своё продолжение руки.

Кай никак не отреагировал и продолжал сидеть на полу, всматриваясь в глаза мертвеца.

— Каким бы подлецом он ни был, — размышлял Кай, — но его предсмертное желание освободить совершенно чужого человека от стальной хватки зла меня растрогало и заставило задуматься.

Во время размышлений Кай увидел в глазах трупа отражение движения. Обернулся — никого, наркоман копошился на кухне. Присмотревшись внимательнее, наш герой узнал силуэт Ивана, он ходил по комнате взад-вперед и шевелил губами.

…помочь тебе узреть спасение…

Эти предсмертные слова натолкнули Кая на сомнительный экспромт. Кай поднялся и ломанулся на кухню. Выдернув ящик стола, он стал шарить там руками.

— Не лапай тут ничего! — зашипел наркоман.

— Мне нужна чайная ложка.

— Сэр, сейчас не самое подходящее время для чаепития.

— Заткнись и помоги найти ложку!

Наркоман не стал спорить и осмотрелся.

— Вон там, в углу, рядом со сковородой, которую ты смёл со стола.

Кай подхватил заветную ложечку и направился к осколкам зеркала, в которое выстрелил Обрез.

— Сматываться пора, Шерлок, — всё не унимался наркоман.

— Ты меня отвлекаешь. Выйди и подожди меня на кухне.

Наркоман презрительно прыснул смешком, но ничего не сказал, лишь показательно удалился.

Кай нашёл более-менее ровный осколок, приближённый к квадрату и размером чуть больше спичечного коробка, и вернулся к трупу. В глазах Обреза никто не отражался.

— Иван, — тихо сказал Кай. — Ты здесь?

Ответа не было.

— Капец! То, что я сейчас сделаю, — полный идиотизм. Не понимаю, как такое вообще могло прийти в голову нормальному человеку.

Колебания Кая затягивались, наш герой не решался на осуществить задуманное.

— Шерлок, время идёт! — крикнул наркоман из кухни.

— Не сбивай!

Ложка кочевала из одной руки в другую, пот градом катился

по лицу, Кай лихорадочно облизывал губы, но всё же решился. Большим и указательным пальцами он раздвинул веки и запустил чайную ложку под веко. Преодолев отвращение, Кай довольно аккуратно изъял у Обреза глаз, который остался лежать в ложке. Взяв в одну руку зеркальце, а в другую глаз, Кай начинает яростно тереть эти предметы один о другой. Глаз не выдержал приложенного нашим героем усилия и раздавился. После этого Кай продолжил тереть ещё интенсивнее.

А когда тошнота начала подкатывать к горлу, Кай выбросил то, что осталось от глаза, а осколок зеркала сунул в карман.

— Сваливаем отсюда! — сказал Кай, открывая на кухне кран, чтобы смыть с рук остатки своего нелогичного деяния.

Пара мстителей уже навострили лыжи к выходу, но тут раздался звонок в дверь.

***

— Твою мать, — прошептал Кай.

— Влипли, — поддержал наркоман.

Звонок повторился.

— Что будем делать, Шерлок?

— Может, удастся отсидеться?

В дверь начали настойчиво стучать. В глазок ничего не было видно, так что можно было только догадываться, кто там такой настойчивый.

— Уважаемые соседи, меня зовут Олег, и вы меня заливаете.

Наркоман быстро отворил дверь, втащил скребущегося Олега и тут же закрыл дверь.

— Кто ты такой? — зарычал наркоман.

— Я же говорю, меня зовут Олег, я снимаю комнату этажом ниже, а вы меня заливаете борщом. У меня на потолке огромное красное пятно.

Тон Олега был спокойным и приветливым, складывалось впечатление, что этот человек живёт в своём личном мире, где отсутствуют хлопоты и человеческие проблемы. Весть о кровавом пятне он принёс не как претензию, а как общую информацию для размышления.

— Я сам из Кирова, приехал на Украину в командировку. Сварщиком работаю, на указанном в договоре объекте отопление варю. Хочу немного заработать и купить ведёрко на колёсиках, — своеобразный смешок. — Это так я называю подержанную машинку.

— Олег, — Кай перебил увлёкшегося рассказом Олега, — это всё очень интересно, но чего ты хочешь?

— Хочу, чтобы хозяйка меня не выгнала.

— Нет, ты не понял. Чего ты от нас хочешь? Какова цель твоего визита?

— Давайте я дам вам номер хозяйки, и вы скажете ей, что пятно на потолке — это дело ваших рук, а я тут не причём.

— Нет, давай сделаем иначе. Идём на кухню, я всё тебе объясню.

Кай аккуратно пропустил Олега вперёд.

— Может, и его чикнем? — еле слышно спросил наркоман.

— Не вздумай! — прошипел Кай.

Все вошли на кухню.

— Ну и бардак тут у вас, — улыбнулся Олег.

— Да, прости за беспорядок. Присаживайся, пожалуйста.

Олег сел на место Обреза, Кай сел на своё прежнее место.

— Понимаешь, какая неловкая ситуация вышла, — Кай начал чистой воды импровизацию, — мой друг — охотник.

Кай указал на наркомана, Олег посмотрел на стоящего за спиной «охотника», тот помахал ему ручкой.

— Ему сегодня повезло, он подстрелил дикого вепря, принёс домой и начал разделывать. Но совсем забыл простелить на пол полиэтилен, вот поэтому кровушка свиньи и просочилась на твой потолок.

— Какой он невнимательный, ваш друг-охотник. А ещё вдобавок к этому он груб и невоспитан. Вам следует объяснить ему, что с людьми при встрече нужно здороваться, а уже потом задавать вопросы.

— Ах ты… — наркоман рванулся к Олегу, но Кай предупредительным жестом осадил его.

— Хорошо, — улыбнулся Кай, — я подумаю над твоим предложением, а сейчас…

У Олега зазвонил телефон.

— О, — обрадовался загадочный сосед снизу, — Турнир героев начинается! Я тут подсел на одну телефонную он-лайн игру — крутая

вещь скажу я вам. У меня уже тридцать шестой уровень героя и четыре эпических руны. Лидер моего клана назначил меня маршалом.

— Я очень рад за тебя, Олег, — дружелюбно отозвался Кай. — Ты посидишь здесь минуточку, мне нужно поговорить со своим другом.

— Да, конечно. Сейчас будет отборочный тур, но я слишком силён для этого, поэтому всегда пропускаю отборочный.

В голосе Олега звенела гордость. Ещё пара общих фраз, и он крепко втупился в телефон и уже не отрывал от него взгляда.

Кай отвёл наркомана за плечо в сторону:

— Уверен, что с этой сказочной личностью проблем не будет.

Только теперь придётся избавляться от трупа.

— И как ты это предлагаешь сделать?

— Это да, проблемка. Был бы я Дорианом Греем, а ты моим товарищем — Аланом Кэмпбелом у которого в личном арсенале имелось бы ведёрко-другое азотной кислоты, мы вмиг решили бы эту проблему.

— Да, но ты не Дориан Грей! Вернись в реальность любитель Ганса Христиана Андерсена.

— «Портрет Дориана Грея» написал не…

Кай замер, но его мозг начал лихорадочно работать.

— Старик, ты — гений! — Кай засиял и начал искать в телефоне свежий контакт.

***

— Привет, Кай, — махнул рукой ночной сторож, во второй руке у него был большой чёрный пакет.

— Привет, Ганс. Ой, я хотел сказать Андрей, — Кай был искренне рад этому человеку. — Принёс?

— Да, принёс, но не совсем понимаю, зачем тебе она нужна. — Андрей передал Каю тяжёлый пакет. — Холодец намечается?

— Не совсем. Давай пройдём на место, и ты оценишь ситуацию своим профессиональным взглядом.

Трое вошли в комнату, где лежал труп Обреза. Андрей насупил брови, то, что он увидел, ему решительно не понравилось.

— Кай, ты говорил, что у тебя маленькая проблемка, а здесь — изувеченный труп.

Уверенность Кая была спокойной водной гладью, а недовольство, Андрея сыграло роль булыжника, который нарушил общее спокойствие и каждому из кругов на водной поверхности можно было дать имя — неуверенность, невнятность, растерянность, паника, замешательство.

— А что случилось с его глазом? — очень не вовремя поинтересовался наркоман.

— Не усугубляй, — Кай гаркнул на наркомана и продолжил разговор с Гансом. — Послушай, этот человек — убийца. Он застрелил собственного брата, его жену и ребёнка.

— Эти обвинения высосаны из пальца. Никаких прямых доказательств я не вижу.

— Он лично во всём признался.

— После допроса с пристрастием? Любому человеку выковыряй глаз, и он признается во всех смертных грехах.

— Глаз был удалён уже после его смерти.

— Но зачем?

— Мы сейчас немного отклоняемся от главной проблемы. Так ты мне поможешь или нет?

Губы ночного сторожа застыли, лицо поменяло цвет, он, словно хамелеон, демонстрировал немой протест против гнусного насилия и необоснованного увечия человеческого тела. Кай выжидал. Трое застыли над остывшим трупом в нелепой немой сцене, пытаясь решить его дальнейшую судьбу.

— Ладно, — сторож сдался, — я помогу тебе, но при одном условии.

— Я заплачу, сколько скажешь! — Кай просиял в надежде на успех.

— Мне не нужны твои деньги, я это сделаю не для тебя, а для него, — Андрей устало выдохнул и указал на скорченный синеющий труп.

— Тогда проси всё, что хочешь, я готов на любое твоё условие.

— Я хочу, чтобы ты уехал из этого города. У меня есть дочь, ей шесть лет. На следующий год она пойдёт в школу. И мне хочется, чтобы в нашей богом забытой периферии было меньше хотя бы на одного конченого ублюдка.

— Но я же не…

— Мне плевать на твои оправдания. Уезжай! И будь добр, дружка своего забери.

Такого поворота Кай не ожидал. Стыд и обида наступили ему на горло.

С одной стороны, Кай лично не убивал, но по его наводке убил его подельник. А с другой стороны, произошло убийство, и человеку, смотрящему на всё это со стороны, плевать, какой грех был за убитым, сейчас мы считаемся цивилизованным обществом и убивать человека в знак наказания — неэтично.

— Хорошо, — пристыженный Кай опустил глаза, — если ты нам поможешь, то больше нас не увидишь. Обещаю.

В ответ лишь немой кивок, после чего Андрей начал осматриваться.

— Ты, — сторож ткнул в наркомана пальцем, — тащи ковёр из соседней комнаты.

Наркоман фыркнул, закатил глаза в знак презрения, но повиновался. Ковёр оказался переполнен пылью, из его недр сыпалась затхлая труха, куски грязи и вдобавок ко всему из него выпрыгивали потревоженные ковровые клопы. Судя по узору ковра, клопы были тоже родом из Советского Союза, как и газовая печка с холодильником.

С горем пополам ковёр оказался благополучно расстелен.

— Я возьму снизу, а ты бери сверху, — сказал Андрей и взялся за щиколотки холодных ног.

— А мне за что брать? — находясь в состоянии небольшого шока, Кай перестал рационально мыслить. До сегодняшнего дня ему не приходилось избавляться от трупа.

— Ну не за уши же! Ясное дело, что за руки, — прикрикнул Андрей.

Наркоман решил прийти напарнику на помощь, взялся за одну руку, а Каю указал на другую. Совместными усилиями труп Обреза был помещен на край пыльно-блохастого ковра, и Андрей «упаковал клиента» по высшему разряду.

Вдруг из кухни выбегает возбуждённый Олег, к счастью Обрез был уже скрыт от посторонних глаз.

— Эй, дружище, представь, был только что на Турнире героев, дошёл до одной восьмой финала, убил троих, а последний противник оказался злостным динозавром и меня добил. Обидно, капец. А у вас тут гости? Здрасьте, — Олег дружелюбно улыбнулся.

— Это ещё кто? — удивился Андрей.

— Я сосед снизу, которого вы затопили кровью, как в итоге оказалось. Квартира не моя, и я не хочу проблем от хозяйки квартиры. Мне бы брякнуть хозяйке, — Олег достал мятый клочок бумаги с номером телефона, — чтобы вы подтвердили, что это вы заляпали её потолок кровью и что согласитесь безоговорочно оплатить ремонт.

— Откуда он тут взялся? — удивлённо спросил Андрей у Кая.

— С луны свалился, разве не видно? — Кай еле слышно шепнул эти слова сторожу, после чего показательно прочистил горло и обратися непосредственно к соседу снизу. — Олег, это наш оптовый покупатель, который любезно согласился забрать всю тушу оптом.

— Что, прям всю-всю? — Олег недоверчиво сощурил глаза в тонкие щелки.

— Ну почти всю. — Кай достал из пакета, который принёс Андрей, свиную голову, — осталось совсем немного. Тебе не нужно случайно?

Из этой башки может выйти славный холодец.

— Нет, спасибо.

— Зря, — Кай наигранно вздохнул и положил голову в кровавую лужу, которую оставил после себя Обрез. — Олег, вернись, пожалуйста, на кухню и подожди нас там, обещаю, что по приходу мы решим все вопросы. А мы пока поможем этому уважаемому человеку спустить его покупку вниз.

***

Первым из подъезда вышел Кай, осмотрелся. Любопытные прохожие с их зоркими взглядами отсутствовали. Лёгкий кивок, дающий добро на вынос тела, и тут же сторож и наркоман вынесли тяжёлый свёрток и погрузили его в служебный автомобиль Андрея.

— Вот, возьми, — Кай протянул своему спасителю новую пачку денег с ещё девственной банковской лентой, — здесь двадцать тысяч.

Андрей взвесил в руке «котлету». Купюры в пачке были номиналом по двести гривен. Из новенькой банкноты не именно на него, а куда-то в сторону, смотрела Леся Украинка. Рот её был закрыт банковской лентой. Андрей это воспринял буквально. Этими деньгами убийца хочет заткнуть ему рот. Прямого намерения рассказывать об этом случае Андрей и так не имеет, так как он уже считается соучастником, поэтому он решил отказаться.

— Забери это назад, — сторож протянул «котлету» обратно, — от тебя мне нужно только обещание, что ты действительно покинешь этот город.

— Это не взятка, это плата за хлопоты. Я хочу, чтобы ты попытался кремировать этого человека. Пусть он и убийца, но перед смертью он раскаялся в своих грехах. Я думаю, что он заслужил это. А по поводу моего отъезда — не переживай, я сдержу своё слово.

Сторож засопел в замешательстве, но думал он недолго.

— Хорошо, я возьму деньги, но здесь всё равно, слишком много.

— Остаток суммы потратишь на своё усмотрение. А теперь уезжай.

— Прощай, Кай. Надеюсь, тебе удастся сойти с той тёмной тропы, по которой ты сейчас идёшь.

Андрей с сожалением посмотрел на нашего героя, после чего запрыгнул в автомобиль и укатил.

***

— Олег, подойди сюда, пожалуйста, — Кай вошёл в квартиру Обреза и закрыл за собой дверь.

Настроение Кая испортилось после разговора с ночным сторожем городского морга. Гнетущее осознание изгнания из города, в котором прожил большую часть жизни, даёт о себе знать. Ясность мысли бесследно пропала, в голове сплошной туман непонимания и усталости.

— Я здесь, — сказал Олег.

— Мне очень жаль за причинённые неудобства тебе и твоей хозяйке. Звонить лично ей и объяснять сложившуюся ситуацию придётся тебе. Вот это, — Кай достал из внутреннего кармана пачку денег, — материальная компенсация. Заплатишь хозяйке столько, сколько она скажет, а остальное… Олег, у тебя есть дети?

— Да, у меня есть сын.

— Купишь ему мороженое и машинку на радиоуправлении. А нам пора прощаться, мы очень торопимся. Прощай, Олег Сварной из Кирова. Был рад с тобой познакомиться.

Кай развернулся и покинул место преступления, оставив Олега наедине со своим изумлением от полученной суммы денег.

***

Кай захлопнул дверь дрожащей рукой и присел на первое, что попалось под руку. Это оказался журнальный столик.

«Наконец-то, я дома».

Как дальше быть? Сразу собираться в путь или немного отсидеться? Куда именно бежать?

— Иван, ты здесь?

— Да, — отозвался демон из соседней комнаты.

Кай встал и пошёл на звук голоса невидимого собеседника.

— В этот раз вы, ребятки, очень сильно наследили. Если бы вам попался сосед снизу порасторопнее, то сейчас, скорее всего, вы бы были под прессом влияния жрецов Фемиды и на вас коллективно накладывали бы заклинание правды резиновыми волшебными палочками со стальной сердцевиной. Ну а ход со свиной башкой порадовал, снимаю шляпу перед этой импровизацией.

Кай стоял в дверях и пытался почувствовать, где именно сейчас находится Иван. Сейчас был идеальный момент проверить созданный Каем артефакт на пригодность, по-другому эту вещь просто не назовёшь. Став вполоборота к Ивану, Кай медленно запустил руку в карман и достал оттуда осколок зеркала. Держа его в вытянутой руке, возле ноги, Кай менял угол наклона и пытался найти взглядом Ивана.

«Есть!»

Демон сидел к нему спиной на офисном кресле, ноги забросил на стол, одна рука была заброшена за голову, а другой он медленно сжимал резиновое кольцо и любовался вздувающимися венами на запястье.

Кай быстро спрятал артефакт в карман и пытался унять участившееся дыхание. Как в итоге выяснилось, Обрез не зря лишился глаза. Но как разумно использовать уникальный осколок, Кай пока не знал.

— Земля вызывает Кая! Кай, как меня слышно? — медленно сказал Иван голосом космонавта из рекламы пива.

— А?

— Что «А»? Говорю, природу, мать нашу, любишь?

— Ну да.

Кай понял, что попал весьма в неловкое положение, когда демон разговаривал с ним, он отключился и скрупулёзно думал о дальнейших действиях.

— Это облегчает следующую задачу, но в подробности вдаваться не стану. Видно невооружённым глазом, что тебе, друг мой, предстоит как следует отдохнуть, твоя напряжённость меня тревожит.

После словосочетания «невооружённым глазом» по телу Кая пронеслась волна опасения, что демон либо уже прочитал его мысли, либо увидел, что наш герой нашёл способ видеть демона в реальном течении времени, а не во сне.

— Как же быть с обещанием Андрею уехать из города?

— Следующее дело будет проходить в лесной глуши, там твой рыжий тролль тебя увидеть не сможет, а уже после — поедем проведаем первую столицу.

— А почему именно в лесу?

— Да потому, что место преступления будет там. Соответственно, и наказание состоится в той же локации. А сейчас иди спать, ты мне не нравишься. Как сонная муха, ей-богу. Глупые вопросы сыплются из тебя, как зерно из прохудившегося мешка.

Кай не стал спорить, он, молча завалился в кровать, прижимая ладонью осколок необычного зеркала, который лежал в кармане.

— И своему дружку чокнутому дай знать, что послезавтра будут полевые сборы, подъём в пять утра. Чтоб он там не экспериментировал с поеданием не сочетаемых между собой галлюциногенных препаратов.

Кай не стал отвечать, переговариваться, задавать вопросы и убеждать демона, что его напарник завязал с наркотиками. Любой из этих вариантов обязательно повлечёт за собой дальнейшее развитие диалога. Но Кай помалкивал и размышлял над следующим: как всё-таки грамотно использовать возможность видеть то, что невидимо для обычного человеческого глаза? А может, можно будет видеть не только Ивана? Может взору смотрящего в это зеркало откроются и другие обитатели потустороннего мира? Если в нём будут отражаться духи умерших, то обладатель такого зеркальца может стать весьма востребованным человеком в мире современных медиумов и экстрасенсов. Но в то же время у данного аксессуара юного колдуна есть один огромнейший изъян — зеркало не передаёт звуки, а смотреть в крохотный глазок на блуждающих духов не очень-то и увлекательный процесс.

ГЛАВА 11

ДВОЕ ИЗ ЛАРЦА

— Может, ну её, эту твою схему, — отозвался сонный пассажир в панаме, — сомнительная она какая-то. Да и сон мне сегодня плохой снился, что поранился ты очень, когда пилил…

— Не нагнетай! — зло перебил водитель. — И так тошно, ты ещё тут бубнишь.

Водила недовольно фыркнул и продолжил гнать автомобиль вглубь леса. Стояло раннее утро, на часах не было даже семи. Лес только начал просыпаться.

Машина остановилась возле огромного толстоствольного клёна.

Дерево изначально разделилось на две огромные кроны, одна из них была обломана и висела практически на коре.

— Начнём с этого инвалида, — заявил водитель, выпрыгнул из кабины и достал из-под сиденья бензопилу. — Я пойду пилить, а ты открывай борт. Очень надеюсь, что в этой лощине хорошая звукоизоляция и нам не придётся шифроваться. Да и дороги тут заброшенные.

Всё, от винта!

Главарь этого дуэта завёл бензопилу с первого раза и направился к намеченному дереву, которое было где-то в десяти шагах от машины.

Зевающий помощник не спеша пошёл открывать борт и во время откручивания гаек тихо возмущался, что можно было подъехать и поближе, тогда носить было бы проще. Борт открылся, и соучастник сего мероприятия от неожиданности проснулся окончательно. В кузове был посторонний. Он сидел на корточках, смотрел на бледного помощника сверху вниз и загадочно улыбался. Перепуганный парнишка

окликнул водителя, но тот был далеко и звук работающей бензопилы

заглушал хриплый голосок. Тогда он попятился, хотел было рвануть к пилящему товарищу, но дорогу преградил второй незнакомец, который отрезал путь к спасению. Но паренёк оказался смекалистым и бросил в водителя болтом, который открутил с борта, и попал. Увесистый снаряд прилетел человеку с бензопилой прямо в голову. Отборная брань заглушала даже работу бензопилы, но когда водитель обернулся и увидел незваных гостей, он тут же замолчал и заглушил инструмент.

Наступила тишина, лишь лёгкий звон был в ушах. Кай воспользовался замешательством лесных жуликов и начал говорить первым:

— Доброе утро, мальчики-зайчики. Не могу сказать, что рад этой встрече, но всё же разрешите представиться. Меня зовут Урфин Джюс, а это, — Кай указал рукой на наркомана, — мой друг Страшила. И это не потому, что он набит соломой, а в его голове отруби с иголками и булавками. Нет. Так его называют, потому что он очень страшный человек и речь идёт не о красоте.

Но не будем размениваться на детали, с вашего позволения перейду к главному вопросу этого утра: «Чем интересным вы здесь занимаетесь?»

Кай замолчал с улыбкой на губах в ожидании ответа, но никто не решался сказать хоть одно слово.

— Если что, то можно уже отвечать, — сказал Кай и продолжил улыбаться.

— Ты кто такой? — с недовольным видом спросил водитель.

И не дождавшись ответа, продолжил вещать, подойдя вплотную к Каю. — Вали отсюда, поц, пока ноги ходят.

— Ответ неверный! — ещё шире улыбнулся Кай и нанёс сокрушительный удар прямо в нос грубияна.

Водитель, ясное дело, упал, выронил бензопилу и схватился двумя руками за кровоточащий нос.

Кай поднял бензопилу и произвёл дополнительный удар с ноги под дых.

— Отдышись пока, умник, и заодно подумай над своим поведением. А мы пока попробуем побеседовать со вторым субъектом.

Кай перебросил бензопилу с одной руки в другую, достал из кармана сложенный нож-бабочку и бросил его наркоману, а когда он подошёл ближе, то забрал у наркомана его нож, уже разложенный.

Эта рокировка ножей сделана для того, чтобы не ударить в грязь лицом перед допрашиваемым лесорубом, потому что так лихо раскладывать ножи одной рукой, как это делает наркоман, Кай не умел.

— Ну-с, абажур на ножках, вопрос тот же, — сказал Кай, показательно взмахнув ножом, словно дирижерской палочкой.

— Мы воруем деревья и продаём их на дрова, — перепуганный помощник выложил всё как на духу. — Я всего лишь грузчик, мне платят как рабочей силе, моя задача заключается в том, что я загружаю поленья в кузов и компактно их там складываю.

— А ты знаешь, что это незаконно?

— Знаю. Но у меня нет особого выбора. Раньше мы собирали сухие, упавшие стволы, которые давно поросли мхом и плесенью. Но это перестало его устраивать, — паренёк в панамке показал пальцем на оглушённого товарища, — и сегодня мы решили работать по новой схеме — валить свежие деревья, а не собирать всякую трухлявую мелочь.

У меня на шее жена и двое маленьких сопливых детей. Живём мы с её родителями, и тёща всё время пилит меня, что я мало зарабатываю. Да ещё и молоко у жены закончилось, так что теперь все деньги уходят на эти чёртовы смеси для младенцев.

— Стой-стой-стой, прекрати тараторить. Твою позицию я понял, но мы ещё к тебе вернёмся. А сейчас попробуем наладить разговор с твоим работодателем.

Водитель уже сидел на земле и вытирал рукавом текущую из носа кровь.

— Ну что скажешь, друг мой ситный? Сбил я спесь или, может, добавить, чтобы диалог лучше клеился.

— Хватит, — спокойно ответил тот.

— Это радует. Так что, отвечать будешь?

— А что тут отвечать, если этот осёл уже слил тебе всё, что только можно. Лох серебристый. Надо было Толика брать, — тихо проворчал водитель.

— А я хочу услышать твою версию происходящего, — Кай не унимался.

— Что версиями сыпать, нужно брать то, что даёт природа! — Водитель встал и пошёл к сломанному дереву. — Стихия воды и воздуха соединились в равной битве. Ураган и проливной дождь пронёсся над лесом.

Сильнейшие выжили и получили за это освежающую прохладу и порцию живительной влаги, а слабейших, как вот это дерево, стихия просто поломала. Это как жертва, как дар, как благодарность за то, что эти две стихии не завалили весь лес, а удовлетворились лишь одним деревом.

А человек убирает с алтаря уже использованную жертву.

— То есть, занимается мародёрством, — улыбнулся Кай.

— Называй это как хочешь, но этому дереву уже не поможешь.

Остаётся только отпилить сломанную ветку. А заодно и вторую половину спилить, чтобы бедное деревце не мучилось.

Водитель кончил распинаться и стал настороженно наблюдать за человеком, который назвался Урфином Джюсом. Кай, в свою очередь, левой рукой держал себя за локоть, а правой рукой закрыл рот, якобы размышляя над своеобразной логикой главаря с разбитым носом. Он начал медленно приближаться к водителю, обходя его сбоку. Непонимающий что происходит, водитель не спускал с Урфина глаз. И тут Кай показывает водителю на сломанное дерево, что было за спиной и тот слепо повинуется примитивной провокации. В этот момент Кай ловко подпрыгивает и изо всей силы наступает сбоку на ногу водителя. И несмотря на то, что бедренная кость считается самой массивной и прочной из человеческих костей, она с лёгкостью и характерным хрустом сломалась под натиском ступни Кая. После хруста было чётко слышно, как порвалась кожа, ну и, соответственно, одежду острый осколок кости тоже порвал. Завершающим звуком был крик нестерпимой боли, который вырвался из глотки водителя и эхом покатился на другую сторону леса.

— Смотри, что я понял, — сказал Кай и присел рядом с корчившимся пострадавшим. Исходя из твоей логики всё, что сломано, уже не имеет право на второй шанс. Не будем сейчас углубляться в классификации, к кому (чему) эта больная логика может относиться, сейчас идёт речь о живой материи. Так вот…

Если ветка у дерева ломается, то мы её тут же можем отрезать, наплевав на тот факт, что дерево может расти и без ветки, так как внутри ствола дерева нет жизненно важных органов. Также мы игнорируем и то, что место слома может зарасти корой, и дерево будет дальше расти и даже плодоносить, несмотря на деформированный в дальнейшем его внешний вид.

Я отношу себя к тем людям, которые считают, что даже простое дерево порой бывает полезнее некоторых отбросов, которые мнят себя королями вселенной, поэтому такого оборзевшего питекантропа, как ты, я ставлю в один ряд с деревом.

Водитель не слушал того, что вещал сумасшедший тип, который сломал ему ногу, он просто орал от боли и всё. Со временем крик опустился до жалобного стона, а руки водителя прижимали рваную рану, из которой обильно текла горячая кровь.

— Следовательно, — Кай резко поднялся, пошёл за бензопилой и вернулся, — если стихия справедливости в лице меня, Урфина Джюса, ломает тебе ногу, то мы можем смело и без каких-либо колебаний её отнять. Страшила, — Кай обернулся к наркоману, — подержи, пожалуйста, нашего больного, чтобы он не брыкался во время исцеления.

— А как же этот? — наркоман схватил за ворот бледного, как полотно, подельника в панаме.

— Я думаю, он уже никуда не убежит.

— Тебе виднее, — буркнул наркоман и пошёл на помощь к заводящему бензопилу Каю.

— Мой батя — знатный мент, уважаемый человек в нашем городе. — Водитель вещал, словно в бреду. — Когда я доберусь домой и всё ему расскажу, он устроит на тебя настоящую охоту. Ты сломал мне ногу, за это он сломает тебе все твои поганые отростки, включая шею.

Ты труп. Ты покойник. Ты не жилец. Тебя уже ничто не спасёт.

Никто из присутствующих джентльменов, услышавших эти слова, даже ухом не повёл. Дальнейшие действия наркомана выполнялись в режиме слепо повинующейся и безжалостной тени. Он ловко расстегнул ремень водителя, вынул его из штанов, заломал окровавленные руки одурманенного болевым шоком главаря и крепко связал их за спиной. После этого тень села за спину связанного субъекта, обхватила его ногами, сцепив замок на животе жертвы, и завалила на спину, приставив нож к горлу.

— Будешь сильно брыкаться — нарежу из твоего горла кожаных лент и сделаю жар-птицу в квиллинг-стиле.

Измученный водитель лишь лениво стонал, тупая боль и потеря крови забрали у него слишком много сил.

— Делай, что задумал, ковбой, и будем собираться в обратный путь.

Кай, словно в трансе начал дёргать за шнур, пытаясь запустить пилу. С третьей попытки бензопила ожила, а вместе с ней в голове Кая зазвучала музыка. The Devil Wears Prada — Escape.

— Как же без Ивана, — подумал Кай, — такое кровавое представление он точно не посмеет пропустить. Ну что ж, потешим демоническое любопытство, да будет кровавое шоу!

При звуке заведённой бензопилы водитель оживился и начал вялые попытки освобождения, но мёртвая хватка наркомана не оставляла ни единого шанса на спасение.

Шина с вращающейся по контуру цепью опустилась на сломанную ногу и в считанные мгновенья разорвала одежду и мышечные волокна бедра. Крик боли возобновился. Цепь жадно вгрызалась в кость, но пока безрезультатно. Как оказалось, кость намного твёрже древесины и поэтому процесс ампутаци затягивался.

Кай не ожидал от себя такого усердного труда. Усилия, которые прикладывались во время морально нездорового процесса, были максимально распределены, и наш герой выполнял задуманную задачу твёрдой рукой. Неуверенность, брезгливость, страх, сомнения — всё это отсутствовало. Скорее всего, здесь не обошлось без влияния Ивана, ибо Кай уж очень решительно настроен.

В конце концов, кость поддалась и нога окончательно была отделена от тела.

— Вот я тебя и освободил, друг мой, — Кай заглушил бензопилу и улыбнулся, — от ненужного поломанного бремени. Заметь, всё было выполнено по твоей «хворой» логике.

Бледный водитель задрал голову и прерывисто хватал ртом воздух, это напоминало пьющего воду гуся. Он уже перестал кричать, лишь хриплый жалобный стон периодически вырывался из его надорванной глотки.

— Сейчас мы можем наблюдать наглядный пример, когда выдвигаемая теория может сыграть злую шутку против самого же философа. Так же, как и ты, — Кай брезгливо ткнул пальцем в то, что осталось от хозяина бензопилы, — когда-то давно, ещё до нашей эры, облажался Платон, ученик Сократа. В поисках простого и чёткого ответа на вопрос: «Кто есть человек?» он, недолго думая, назвал человека двуногим животным без перьев. Эту версию услышал Диоген — другой философ, отличающийся своеобразными причудами, типа, просить у мраморных статуй милостыню, тем самым подготавливая себя к отказу, ибо его, как не инвалида, а философа, частенько игнорировали. Так вот, этот умник ощипал петуха и тем самым высмеял Платона. В данном случае Платону за его теорию достался лишь позор

за сырую мысль, а ты, умник, лишился ноги.

— Завязывай свой урок истории, — сказал наркоман, — он тебя уже вряд ли слышит. Ещё пара минут, и он «двинет кони» от потери крови.

— А жаль, — Кай поднялся на ноги, — я бы тебе за поца и вторую ногу отчекрыжил бы. Ненавижу, когда обзываются.

Кай плюнул себе под ноги.

— Давай теперь разберёмся со второй бледной поганкой.

Помощник водителя стоял на том же месте, в той же позе. Подняв с земли бензопилу, Кай пошёл прямо на грузчика. Он его не собирался пилить, а пилу взял исключительно для устрашения. Когда наш герой подошёл ближе, помощник упал на колени и снял панаму.

— Ну и что мне с тобой делать, раб божий Панама.

— Не убивай, я сделаю всё, что скажешь, только не убивай, — еле слышно крякнул бледный паренёк.

Кай задумался, но тут ему на выручку пришёл Иван.

— Отпусти хлопца, он не принесет неприятностей.

— Странно слышать такое от существа, которое питается человеческими душами. Я думал, что ты, наоборот, будешь уговаривать меня убить лёгкую мишень.

— Я так и подумывал сделать, но заглянув в будущее, я увидел, что этот тип после увиденного сегодня схлопочет психологическую травму. А когда немного оклемается, то возьмётся за перо и чернила, и начнёт писать дивные триллеры с кровью, мясом, богохульствами и отборной ересью.

А когда ты полностью отработаешь долг и мы перестанем быть партнёрами, то у него будут все шансы повидаться со мной лично.

От услышанного голова Кая пошла кругом, ему очень сильно захотелось убить парня прямо на месте, тем самым лишив его роли демонического прихвостня. Но его останавливало лишь одно — дети.

Кай не хотел лишать детей отца.

— Встань, — сказал Кай.

Помощник уже мёртвого водителя быстро поднялся, но не решался смотреть Каю в глаза.

— Я отпущу тебя, но ты должен мне пообещать выполнить две вещи.

— Всё что угодно.

— Во-первых, ты должен будешь стать примерным, самым лучшим отцом для своих детей. Люби их, балуй их, учи грамоте и уважению к старшим. А во-вторых, поклянись, что никогда не сотворишь над собой суицид.

— Клянусь!

— И от меня словечко передай, — вмешался Иван. — Только без пререканий повторяй слово в слово.

Изнеможённый грузчик поднял глаза на человека, который отрезал ногу его товарищу, тот стоял на месте и подозрительно внимательно прислушивался.

— Слушай меня внимательно, — сказал Кай, — и запоминай каждое моё слово. Для начала оставь свой телефон в кабине машины.

Так нужно для дела. Не переживай, он там пролежит до самого обнаружения твоего дружка.

Когда ты доберёшься домой, на это у тебя уйдёт часа полтора, ты сразу же сообщишь отцу этого выскочки, — Кай указал пальцем на обезображенный труп, — что на вас напали свиньи…

Кай говорил прерывисто, как будто выдумывал инструкции прямо на ходу. А на самом деле он слушал Ивана и потом пересказывал услышанное.

— Скажешь, что они появились внезапно и напали на… как его звали?

— Р… Р-ромка, — пролепетал грузчик.

— И напали на Ромку. Ты был возле машины, ты пытался предупредить товарища, но так и не смог дозваться до него, рёв бензопилы заглушал твои крики. Свиньи напали на Ромку сзади, при нападении он случайно себя поранил… Это ты понял по тому, что из-под шины бензопилы вырвался фонтан крови. Дальше одна из свиней бросилась на тебя, но тебе удалось убежать от неё… И ты бежал без остановки аж до самого дома Ромки. Я надеюсь, ты хоть знаешь, где он живёт?

— Знаю, но я никогда не был у него дома.

— Всё бывает в первый раз. Ты всё запомнил?

— Да, — тихо шепнул помощник.

— А теперь проваливай. И если хоть слово кому-то скажешь о том, что тут сегодня видел — я тебя найду.

— Я не… не… никогда. Клянусь!

Бледный как смерть грузчик пятился, а когда отошёл задом на приличное расстояние, то развернулся и рванул вглубь леса.

— Он никому не расскажет, — улыбнулся Иван, — но он напишет

об этом в своей книге.

— Зря отпустил зайчика, — сказал наркоман и следил за убегающим.

— Он сдержит слово.

— А что это ты наплёл ему про каких-то свиней? Это мы, что ли, свиньи?

На это Каю нечего было ответить.

— «Так было надо», — на ум пришло только это название весьма позитивной песни в исполнении группы «25/17», которую Кай слышал ещё в студенческие годы из уст одногруппника. — А теперь самое время…

Кай замер на полуслове, потому что под ногами задрожала земля.

Откуда-то сбоку что-то приближалось. Хруст веток был совсем близко. Кай с наркоманом, как на пружинах, запрыгнули в кузов машины и приникли. Ребята успели как раз вовремя, потому что к трупу древесного воришки Ромки подлетела целая стая диких кабанов и стала жадно терзать добычу. Трапеза началась с самых вкусных для пирующих животных лакомств. Сперва свиньи принялись за лицо. Уши, нос и губы были съедены в первую очередь. Потом в ход пошли пальцы на руках. Изюминкой стал кадык, большой и хрустящий.

А когда всё самое вкусное было съедено, то стая кабанов, которых было не меньше дюжины, принялась рвать тело на части. Причём каждый кабан тянул в свою сторону. Треск рвущейся одежды, хруст рвущегося мяса и костей смешались между собой в жуткую какофонию.

— Если честно, меня напрягает то, что ты знаешь наперёд, чего в принципе знать не можешь, — прошептал наркоман.

— Тихо ты! — зашипел Кай. — Хочешь стать основным блюдом после остывающей закуски на этом празднике живота?

— Уходите, — сказал Иван, — они вас не тронут. Их задача — уничтожить улики.

Кай окончательно убедился, что звери работают по демонической наводке.

— Уходим, — сказал Кай и положил руку на плечо наркомана, — нам нужно ещё собраться в дорогу.

— Совсем спятил? — наркоман сбросил руку Кая со своего плеча. — Нас в момент разорвут!

— Не разорвут, — ответил Кай, спрыгнул с борта и, не оборачиваясь, пошёл по заросшей тропинке к выходу из леса.

Наркоман долго сомневался, но всё же решился последовать за нашим героем.

— Эй, подожди меня! — тихонько кричал настигающий Кая наркоман, который очень боялся привлечь внимание вкусивших кровь животных. Он бежал боком, постоянно оглядывался и даже разок упал, потому что не смотрел под ноги.

ГЛАВА 12

МЕСТО ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Возле грузовика остановился уазик с синей полосой на двери.

В народе такой автомобиль называется просто и по-детски мило — «бобик». Так вот, из такого «бобика» выскочил плотный мужчина в форме с майорскими погонами и бросился к брошенной машине военного образца.

— Там дальше, — лепетал грузчик, вылезший с пассажирского сиденья, — у сломанного дерева.

Следом подоспели ещё две патрульные машины, из которых вылезать оперативники в гражданском.

Майор кружил вокруг сломанного дерева.

— Где? — стонал он. — Не вижу.

— Его нет, — тихо сказал грузчик.

— Не шути со мной, пацан, — пальцы майора сомкнулись на горле единственного свидетеля, — сейчас идёт речь о моём сыне.

— Он был здесь, клянусь.

И без того за день натерпевшийся бедный паренёк в панаме стал задыхаться. На помощь ему пришёл молодой оперативник.

— Возьмите себя в руки, товарищ майор, — он вырвал мальца из рук тучного представителя правосудия, — следы крови и орудие возможного убийства я вижу отсюда. А ещё невооружённым глазом видно, что вся земля затоптана следами каких-то лесных зверей. Судя по коре на деревьях, которую жадно грызли, и нарытых канавах в интересующем нас месте, могу выдвинуть свою версию — здесь поработали лесные кабаны.

Только теперь майор пришёл в себя и, пытаясь отдышаться, посмотрел на ситуацию более-менее спокойным взглядом. Лужа крови, расплывшаяся под прошлогодней листвой, была едва заметна из-за густых крон, которые закрывали собой весь дневной свет. Опрокинутая окровавленная бензопила, мелкие лоскуты ткани. Также на мокрой земле имелся свежий сплошной след.

— Они утащили его с собой.

Майор бросился бежать прямо по следу, но пробежав метров тридцать, он увидел, что след терялся на сухой грунтовой дороге.

Ни следов от трупа, который тащили волоком, ни звериных следов —

ничего. Озверевший майор неистовствовал, он готов был убить любого, кто подвернётся сейчас под руку. Но расправы с первым встречным не случилось, майор, словно подкошенный, упал на колени. А дальше всё происходило по сценарию Ильфа и Петрова. Когда Киса Воробьянинов узнал от ночного сторожа, что на его сокровища построили новый модный клуб для молодёжи и получается, что он только зря убил

человека, то завыл криком насквозь простреленного волка.

Точно такой же страшный вопль вырвался и из глотки отчаявшегося майора. Было чётко видно, что этот человек морально сломан.

Он царапал ногтями мягкую лесную почву и проклинал всех обитателей этого места. Вслед за проклятиями вылетали обещания о скорой мести за смерть сына. Все эти слова были адресованы верхушкам деревьев. Эхо подхватывало смелые фразы и уносило их прочь, тем самым делая сложившуюся ситуацию немного жутковатой. Просьбы сотрудников взять себя в руки заканчивались ничем. Никто не смог унять терзания майора, он успокоился сам, но только тогда, когда выговорился сполна.

После того как терзаемый горем майор всё же успокоился, его отвезли домой. А он в свою очередь отдал приказ о предоставлении ему полного отчёта экспертов сразу же после окончания их работы, не теряя ни минуты.

ГЛАВА 13

РАССТАВАНИЕ

— Весёленький выдался денёк.

— Ничего весёлого тут не нижу.

— Интересно, тот зайчик допрыгал до своей норки?

— Допрыгал. Я тебе даже больше скажу, он ещё и кучу ментов с собой привёл.

— Откуда знаешь?

— Чуйка, — Кай задумчиво вздохнул. — Пора собираться в дорогу.

Ступай домой, собери всё самое необходимое и сегодня вечером уезжаем отсюда.

— Кай, — выдохнул наркоман, — ты, конечно, прости, но я остаюсь здесь. Я понимаю, что обязан тебе всем. Ты избавил меня от моей проблемки, пусть даже и таким, не совсем обычным способом. Ну и все такое. Скажу начистоту: ты до смерти меня пугаешь, парень. Твоя ненормальная жизненная позиция сводит с ума даже такого конченого отморозка, как я. Ты — сущее зло. Ни одному народному целителю, ни знахарю, ни шептухам, ни даже мольфаркам не под силу излечить наркотическую зависимость за один день. Я бы даже сказал — за один «сеанс»!

Наркоман достал початую пластинку сильного анальгетика (трофей, который он изъял у выжившего пленника) и по одной таблетке начал забрасывать в рот. Это выглядело как нормальное явление в его исполнении.

— Поначалу, — наркоман продолжил говорить, рассасывая таблетки, — после того, что ты со мной сделал, ломка возвращалась, но она, скорее, имела форму привычки. Эти вспышки реквиема организма по былым временам легко глушились обычными обезболивающими таблетками. А когда возникала мысль уколоться, то в мозгу сразу всплывали те моменты, когда я рвал кровавым солидолом, и всякое желание мгновенно отпадало.

Также я не могу оставить без внимания тот факт, что для меня ты курочка, которая несёт золотые яйца. Но взамен ты просишь быть соучастником для человекоубийств.

— Послушай, э-э… кстати, как тебя зовут?

— Мы вместе отправили на тот свет троих, а ты только сейчас интересуешься моим именем?

— Раньше не было времени для задушевного разговора и если сейчас я не вставлю в обращение твоего имени, то сила моей речи утратит половину своей солидности. Это азы манипулирования людьми, самое дно, база. Хочешь, чтобы человек тебя внимательно слушал, назови его имя в самом начале тирады, и он будет слушать вдвойне внимательнее. Я не хочу давить на тебя, я хочу, чтобы наш разговор был откровенным, потому я предельно честен с тобой.

Так что, имя своё назовёшь?

— Зови меня — Лекс.

— За крутой «погремухой» не скроешь имени.

— Это не «погремуха», а сокращение от полного имени.

И в подтверждение своих слов наркоман разбил своё имя на неправильные слоги:

— А-лекс-сей, — сказал наркоман, активно работая лицевыми мышцами.

— Лёшка, значит, — Кай улыбнулся, — ну что ж, рад знакомству.

Так вот, Лёшка, моя цель не обычное убийство, как ты выразился, а…

Кай не хотел рассказывать правду, была большая вероятность того, что наркоман примет его за сумасшедшего психа, возомнившего себя фанатичным жрецом какого-то кровавого бога. Но и молчать было тоже не честно по отношению к человеку, который на деле доказал свою верность.

— Сложно объяснить словами, но то, что я делаю — это как мой жизненный долг, все мои действия подобны программе, которой я обязан подчиниться.

Наркоман сначала задумчиво смотрел на Кая, а потом сделал неожиданный вывод.

— Всё ясно, ты — шизофреник, — рассуждал он. — Но шизофрения не объясняет твоих целительных способностей. А ты слышишь

голоса? Или можешь предсказать будущее?

— Я могу, — в разговор вмешался Иван, но это услышал только Кай, — если этот юноша не уедет с тобой в другой город, то в ближайшее время его убьют.

— Не смей трогать его! — мысленно зашипел Кай.

— Он умрёт не по моей воле и не от моей руки. Просто, когда он употреблял запрещёнку, он являлся частью определённого механизма, глиняным блоком в мощной своеобразной пирамиде. И когда эта мелкая шестерёнка решает покинуть своё место и зажить отдельной жизнью, то механизм даёт сигнал сбоя в системе и сначала попытается с помощью угрозы вернуть деталь на место, но всё кончится вульгарной поножовщиной.

— Эй, проснись, — наркоман тормошил Кая за плечо, — ты так крепко залип, что даже со стороны смотрелось жутковато. Что с тобой происходило?

— Если ты не уедешь со мной, то умрёшь, — выдавил из себя Кай на одном дыхании.

— Как угроза — звучит слабенько и неубедительно. Если это шутка, то примитивная и несмешная.

— Это не шутка и не угроза, это реальность. Ты резко завязал с наркотой, тем самым лишив определённых людей заработка, и совсем скоро они начнут выяснять причину. В итоге вся эта ситуация закончится твоей смертью.

Наркоман задумался.

— С одной стороны, ход твоих мыслей логичен, но с другой — ты не можешь наверняка владеть…

— Ты интересовался, слышу ли я голоса? Я тебе отвечу. Да! Я слышу голос! И этот голос предупреждает о следующем: если ты останешься здесь, то от тебя избавятся, как от бесполезного рта, который не приносит никакой пользы большой семье.

Наркоман задумался, но ни капли страха или волнения не было в его взгляде.

— Знаешь, — начал рассуждающим тоном наркоман, — я, пожалуй, рискну остаться. Конечно, оставаться здесь и, по твоим словам, подвергать свою шкуру опасности желания мало. Но ехать с тобой в другой город и дальше идти по свежим трупам хочется ещё меньше.

Одна половина Кая яростно кричала, чтоб он не сдавался и любым способом уговорил наркомана ехать с ним, ну а другая часть — после перерождения умерла и молчала. В итоге верх взяло высокомерие и самолюбие. Кай, не проронив ни слова, достал из внутреннего кармана пачку украинских денег, перетянутых банковской лентой.

— Я еду в город Харьков и на некоторое время осяду там. Если почувствуешь угрозу — бросай всё и поезжай следом за мной. У тебя есть мой номер, будешь в Харькове — звони. А это, — Кай вручил Алёшке «котлету», — небольшая благодарность за верность и понимание. Сразу отложи из общей суммы кое-какую часть на случай, если нужно будет покупать билет на поезд.

Наркоман ничего не ответил, он забрал щедрый барыш и протянул руку для рукопожатия. Кай ответил на жест тем же, а в придачу обнял

Алёшку свободной рукой и грубо похлопал его ладонью по спине.

Как ни крути, а Кай за последнее время крепко привязался к этому человеку, хотя при первой их встрече они чуть не поубивали друг друга.

— Береги себя, Алёшка, — искренне переживая за товарища, сказал Кай.

— За меня не волнуйся, в моём арсенале имеются аргументы, которые помогут мне в щекотливых ситуациях, — улыбнулся наркоман

и за считанные секунды показательно вооружился «бабочками». — Кстати, спасибо за качественный подарок. И прекрати называть меня Алёшкой, а то прирежу.

Кай ничего не ответил, он лишь поднял руки вверх, улыбнулся и сделал шаг назад. Наркоман тоже не стал ничего добавлять, до невозможности быстро сложил ножи и направился к выходу.

Наш герой опустил руки, устало выдохнул и хотел было уже присесть, но не успел.

— Да, кстати, — обернулся наркоман, Кай быстро встал, — я тут на днях дочитал «Крёстного отца».

— И как?

— Крутая вещь! Не жалею ни одной минуты, что потратил на чтение этого безоговорочного шедевра, — лёгкий смешок со стороны наркомана. — Будь моим другом, Кай Караванский.

И не ожидая ответа, он ушёл. Последняя фраза была или риторическим вопросом, или простым подтверждением того, что он действительно читал эту книгу.

На мысленные оклики Кая Иван не отзывался. Поэтому наш герой решил рискнуть, достав из кармана чудо-зеркало, чтобы убедиться воочию, нет ли поблизости жаждущей человеческой крови щегольской сущности. Беглый обзор ничего не дал. А когда Кай закончил круговой обзор комнаты, взгляд нашего героя случайно сфокусировался на собственном лице, и он увидел своё отражение. В отражении был бледный, морщинистый, иссохший дед со впалыми щеками и чёрными кругами под глазами. Абсолютно седая голова, потухший безжизненный взгляд. Кай не мог пошевелиться, он не ожидал увидеть такое в зеркале, и страх заморозил ему руки. Кай не шевелился, не моргал, не дышал. Он с ужасом смотрел на своё отражение. Рука с зеркалом затряслась и это дало шанс отвести взгляд в сторону. Перепуганный Кай бешено задышал и часто заморгал, отчего из глаз потекли слёзы.

Из-за туч вышло Солнышко, и яркий свет, проходя через окно, упал прямо на Кая. Кай закрыл глаза и подставил лицо Солнцу. Некоторое время он сидел неподвижно, но осознание того, что в любой момент может явиться злой дух, заставило Кая открыть глаза и придумать, что делать с весьма необычным зеркалом. Пока он лихорадочно думал, зеркало энергично подпрыгивало в руках нашего героя, в такт отбивающей чечётку ноге. И тут была замечена ещё одна особенность этого проклятого зеркала — оно не отбрасывало солнечного блика.

Кай вертел осколок под всевозможными углами, но солнечного зайчика так и не увидел, зеркало не отражало солнечного света, оно его с жадностью поглощало.

— Твою мать, — прошептал Кай и быстро спрятал бесценный артефакт в карман, совершенно не представляя, как использовать его с максимальной пользой.

Какие ещё скрытые возможности имелись у мёртвого осколка, можно было только гадать, но знать наверняка было невозможно.

ГЛАВА 14

ГОРЯЧАЯ МЕСТЬ

В комнате было тихо: ни телевизор, ни радио не работали. Тишину нарушали следующие звуки: монотонное гудение лампы дневного света, шорох периодически переворачивающихся листов бумаги, звук льющейся в стакан жидкости, глухой звук больших глотков и громкий звук поставленной на деревянную столешницу опустошённого стакана.

«… также на месте преступления были обнаружены следы от обуви, предположительно мужской. Всего было насчитано четыре пары следов. Первая принадлежала жертве, вторая — единственному свидетелю, а две оставшиеся пары следов пока не идентифицированы».

— Ублюдок! Хотел от меня скрыть правду? Не выйдет! — майор был весь на пьяных эмоциях. — Это убийство было организовано и завтра ты, мелкий выродок, всё мне расскажешь по порядку.

А пока, — майор встал из-за стола и, пошатываясь, направился в личный кабинет, — папа займётся другим вопросом.

В кабинете он открыл оружейный шкаф, достал оттуда охотничье ружье, коробку патронов и поплёлся на выход.

В свободное от работы время майор стабильно ездил с друзьями на охоту. По меткости он занимал лидирующее место среди своїх дружков, девять раз из десяти его выстрел попадал точно в цель.

На дворе была глухая ночь, но это не остановило вдоволь нализавшегося «храброй воды» майора. Решительно настроившись на месть, он загрузил в багажник плотно набитый мешок, залез в старенькую «ниву», положил на пассажирское сиденье свои пожитки, отхлебнул горькой прямо из горла, завёл двигатель и полетел, как ненормальный, смело вдавливая педаль газа в пол. Ехал он в лес, на то место, где погиб его сын.

Через четверть часа майор был на месте. Автомобиль сына всё так же стоял в лесу. Он остановился рядом, включенные фары светили прямиком на сломанное дерево. Выйдя из машины, он принялся вытаскивать мешок из машины. Рядом стоял невидимый для майора Иван и, скрестив руки на груди, наблюдал за действиями пьяного мстителя.

Тот же, в свою очередь, усердно дёргал застрявший мешок. В итоге майор победил и волоком потянул ношу к сломанному дереву. Бросив мешок на то место, где, по мнению экспертов, убили (именно убили!) сына, майор достал охотничий нож и вспорол мешковину. Из нутра побеждённого мешка посыпались кукурузные початки, майор подобрал пару штук и запустил в темноту со словесным дополнением: «Жри, тварь!» Следующая партия кукурузы полетела в другом направлении с очередными комментариями: «Сюда иди!»

Невидимый наблюдатель с удовольствием и лёгкой улыбкой выполнил это опрометчивое желание. Специально для майора Иван не обошёлся дюжиной кабанов, на этот раз он устроил настоящий гон диких зверей. Разгорячившийся майор продолжал разоряться, разбрасывая кукурузу и громко призывать зверьё на тропу кровавой вендетты, даже не ожидая, что противник явится так скоро. Майор замер, замахнувшись очередным початком кукурузы, и ощутил, как под ногами дрожит земля. Он выронил из рук уже бесполезную приманку и бросился к машине за ружьём, но не успел сделать и пары шагов, как из кустов выбежала плотная стая молодняка. Она сбила майора с ног, бодро протопталась по нему и трусливо скрылась. Эта атака в стиле времен монголо-татарского ига — внезапно произвести налёт, нанести максимальный урон и скрыться так же быстро — прошла успешно.

Боль во всём теле причиняла ужасный дискомфорт. Наверняка сломано как минимум три ребра, разодрана кожа на ногах и раздавлено правое запястье, пальцы повреждённой руки отказывались шевелиться. Майор непонимающе поднял голову, выплюнув изо рта многолетнюю листву деревьев, и попытался подняться. Боль пульсировала во всём теле, но дрожь земли стала ещё сильнее прежней, и майор поднялся на ноги. Кое-как он дотянул своё тучное тело до автомобиля, достал ружьё и начал попытался зарядить его. Но тут кусты захрустели, и на свет выбежал очередная партия кабанов. Горе-мститель понял, что не успеет с помощью одной руки зарядить оружие, бросил ружьё и штопором запрыгнул в салон автомобиля. Но захлопнуть за собой дверцу он не успел, так как двое поросших грубой щетиной кабанов, словно по приказу, схватили человека за ноги и потянули в разные стороны. Крик майора глухо вырвался из горла, а дикие свиньи, пригубив человеческой крови, окончательно взбесились. Из свиных рыл клубилась кровавая пена, жуткое хрюканье было булькающим и громким, оно походило на чавканье самого чёрта.

В это время ниву окружало около полусотни лесных вепрей. Все сдержанно ждали, когда основное блюдо будет подано. Ночной ужин начинал затягиваться, основное блюдо упорно не желало сдаваться, поэтому на помощь двум добытчикам пришло ещё двое кабанов, но немного поменьше первых. Давление на нижние конечности майора удвоилось, он это ощутил и просто-напросто сдался.

Майор по жизни был слабым человеком, несмотря на свои внушительные размеры. Борьба и соперничество не являлись его коньком.

Его отличало от всех то, что он либо безоговорочный лидер в определённом вопросе, либо, даже не пытаясь составить конкуренцию, с самого начала сдаётся и отходит в сторону. Так вышло и здесь. Несмотря на то, что на кону этого состязания стояла его собственная жизнь, майор сдался и позволил кабанам вытащить себя из машины. Звери не желали трапезничать в кромешной тьме лесной ночи и вытащили его на свет включенных фар.

Челюсти разжались, ноги майора кровоточили, но были свободны.

Уже давно протрезвевший служитель порядка поднял взгляд, оглянулся на триста шестьдесят градусов и увидел один из самых страшных кошмаров любого грибника или просто лесного гостя. Дикие звери окружили свою добычу плотным кольцом и замерли. Лишь чавканье глупого молодняка кукурузными початками нарушало тишину этой страшной сцены.

Майор не знал, как вести себя дальше. Шанс на спасение равнялся твёрдому нулю. Если бы его окружили люди, то было бы понятно, что они дают жертве шанс на последнее слово. А в случае со зверьём возник здравый вопрос: чего они ждут?

За ночным действием с крыши грузовика наблюдал Иван, и ему показалось, что сейчас самое время добавить в данную ситуацию некую изюминку в виде музыкального сопровождения. Сначала невидимый наблюдатель подумывал воспроизвести какую-нибудь агрессивную песню в стиле «Brutal», но эта идея показалась банальной, и он остановился на более облегчённом варианте с классическими инструментами, такими как виолончель, но нестандартным их использованием. Группа исполнителей была выбрана, осталось выбрать песню.

Так как тексты в песнях, в основном, отсутствовали, Иван выбрал песню по названию, которая идеально вписывалась в сегодняшнее мероприятие. «Apocalyptica — Inquisition Symphony».

Первые звуки зазвучали в лесном воздухе. Немая сцена продолжалась. Иван перебирал пальцами рук невидимые струны, а также медленными движениями выписывал воздушные кренделя, воображая себя накрахмаленным дирижёром. Демону не хватало только одного — независимого зрителя, такого как Кай, который мог бы по достоинству оценить зрелище. Качественно подобранная музыка, — это как соус, удачно сочетающийся с изысканным ресторанным блюдом, и с этим сложно не согласиться.

Напряжение нарастало, майор почувствовал, что звери напряглись и вот-вот нападут, но что-то их сдерживало. А сдерживало их лишь одно — больной перфекционизм щегольского демона. Он лично тормозил их до определённого момента, до нужного места.

Свиньи не слышали музыки, но её слышал Иван, и этого было достаточно. С начала музыкального сопровождения прошло сорок секунд, самое время возбудить в диких вепрях кровавый аппетит. Свиньи оживились, запрыгали, захрюкали, начали провоцировать друг друга на агрессию лёгкими укусами за крохотные ножки, но не заступали за воображаемую линию круга, в центре которого сидел обречённый человек.

И когда наступила пятьдесят девятая секунда музыкального сопровождения, мелодия кардинально изменилась и исполнители начали активно работать смычками. Они работали с особой прилежностью, складывалось впечатление того, что их задача была перепилить виолончель пополам, воображая, что смычок — это ручная пила по дереву.

Иван решил, что смена ритма музыки — идеальный момент для финального кровавого пиршества в своём собственном спектакле, и спустил все невидимые поводки и сбросил все тугие намордники. Стая зверья рванула вперёд, захлестнув с головой беспомощную жертву. И майор прочувствовал на себе всё то, что чувствовал перед смертью его сын. Минус пальцы, минус уши, минус нос и минус кадык. Не прошло и двух минут, как майор истёк кровью, перестал чувствовать боль и начал слышать бесовскую музыку. Ему, как любителю блатняка и шансона, слышимые звуки казались жуткой бессмыслицей и ерундой.

Чья-то сильная рука схватила его за локоть и резко подняла на ноги. Это был атлетически сложенный мужчина в дорогом лощёном костюме, который выдернул его из звериной мясорубки.

— О, спасибо тебе, братан, ты меня спас, — выдохнул майор, даже не заметив, что больше в его теле нет боли и он может нормально стоять. Всё это он списал на болевой шок. — Я твой должник.

Майор хотел уже броситься к ниве, залезть внутрь и из открытого окна начать отстрел зверья, но с интересом засмотрелся на кубло кишащих кабанов, которые продолжали толкаться, суетиться и жадно чавкать.

— Интересно, — подумал майор, — что они там жрут?

— Тебя! — сказал Иван, прочитав мысль бесплотного духа майора.

Майор хотел грубо возразить, подняв незнакомца на смех, но Иван не дал этого сделать. Он, как обычно, разыграл мини-спектакль, подобно Моисею, протянул руки перед собой, раздвинул море кабанов и представил перепуганному взору майора шокирующее зрелище. На земле лежало его до неузнаваемости обезображенное тело, но всё же он узнал в покойнике себя.

— И что это такое? Это значит, что я умер?

— Совершенно в дырочку, — улыбнулся Иван собственной примитивной шуточке, которая пользуется популярностью у людей, играющих ночами напролёт в интернет-игры.

— Невозможно! Я же… — Майор долго не мог придумать достойный факт его существования. — Я же вижу тебя, — улыбнулся майор.

— Что полностью доказывает твою кончину, ибо я тоже не очень-то живой.

Иван покачал кислым лицом, продолжая играть свою роль.

Майор разозлился, ему начали надоедать бредни, которые нёс его спаситель.

— Если ты уже мёртвый, то простреленное колено тебе не причинит никакого дискомфорта. Согласен?

Майор ринулся к «ниве» и хотел резким движением открыть дверцу автомобиля, но пальцы прошли сквозь металл.

— Упс, — издевательски сказал Иван, — похоже, моё колено останется целым. А вот насчёт твоего — не уверен.

Иван не дал шанса майору переварить полученную информацию, достал из кобуры под мышкой огромный хромированный револьвер с разрывными пулями. Не целясь, направил длинное дуло в ногу майору и выстрелил. Корено взорвалось яркой вспышкой, отстреленная нога упала на землю и первые рваные куски души майора полетели к Ивану, как к магниту. Майор потерял ногу, но не потерял равновесия, он так и продолжил стоять на одной ноге в полном непонимании

происходящего.

Отстреленная нога засветилась, рассыпалась на тысячи светляков и метнулась к Ивану. Из раны на ноге майора не лилась кровь, вместо этого отстреленная культя светилась, как магический факел, и из неё непрерывно вылетали светящиеся точки и быстро летели в сторону существа с револьвером, врезались в него и тут же впитывались. Иван ждал последнего слова от своего питательного элемента, но так и не дождался, майор онемел. Но от этого демон сильно не расстроился, он прекрасно знал, что люди очень скупы, и это касается, увы, даже элементарных эмоций.

Музыкальное сопровождение подходило к концу, и самое время поставить точку в этом представлении. Для яркого финала Ивану понадобилось ещё три выстрела. Первый выстрел прогремел во второе колено, отстрелив оставшуюся ногу. Майор стал падать на землю, но не упал, Иван не позволил этого и продолжил палить в движущуюся мишень. Второй выстрел взорвал голову майора, а третий — грудную клетку. Четыре выстрела разнесли в щепки душу майора. Весь свет, вырвавшийся из груди майора после точных выстрелов демона, уже впитывался в последнего.

Довольный Иван спрятал свой «Big gun» обратно в кобуру, вдохнул полной грудью лесной воздух и ощутил, что его тело полно сил.

Хотел уже уйти, но вспомнил, что оторвал свиней от своего занятия.

Он раскинул руки, свёл их вместе, а потом опустил. Свиньи снова набросились на выпотрошенное тело. Свиньи разорвали трупу живот, зажимали зубами кишки и, не имея способности полноценно откусить кусок добычи, растягивали их в разные стороны, словно новогодние гирлянды.

— Les gars, bon appétit, — поклонился Иван свиньям, исполнив свою очередную роль до конца, наступил на ногу (всё, что осталось от души майора), она засветилась, впиталась в довольного демона, и он ушёл прочь.

ГЛАВА 15

ИЗГНАНИЕ

Желания собираться в дорогу как такового и не было. А если взять по большому счёту — собирать было нечего. Из вещей только то, что надето в данный момент. Ручная поклажа состояла из сумки с деньгами и всё.

Разные мелочи в виде зубной щётки, запасных носков, еды и тому подобного — отсутствовали. Всё это можно было купить при первой необходимости. Четыре билета на поезд лежали в кармане, Кай решил не рисковать, перестраховаться и снова ехать в купе одному. А в случае если Алёшка передумает — будет возможность взять его с собой.

Поездка из родного города состоится поздно вечером ночным экспрессом. Покидать родной дом не хотелось, но оставаться здесь стало рискованно, совсем скоро поднимется большая шумиха из-за всех тех вещей, которые были сделаны.

— Иван, а нельзя ли залечь на дно, но только в своём городе?

— Нет.

— Почему?

— Прошлой ночью отец погибшего в лесу малолетнего дровосека заявился на место преступления и также, как и его отпрыск, был съеден дикими кабанами. Но это ещё не всё. Ты, милейший, со своим личным зачинщиком здорово там натоптали. А после смерти майора милиции весь город будет перевёрнут вверх дном. Сегодня нужно покинуть этот город в обязательном порядке.

— Может стоит забрать Алёшку силой?

— Со стороны властей наркоману ничего не угрожает.

Кай не стал спорить, серьёзный тон Ивана убедил его в правильности намерений.

***

На часах была полночь, до отправления экспресса оставалось 40 минут. Кай шёл через парк в сторону железнодорожного вокзала в наушниках и с сумкой денег наперевес. Он вышел раньше, чтобы не бежать галопом, а спокойно идти. В наушниках громко звучала музыка, голова была занята разнообразными мыслями, движение к конечному пункту происходило на автопилоте.

Вдруг у горла возникло лезвие ножа, Кай обрадовался, беспечно повернулся к нападающему и начал обниматься.

— Я знал, что ты передумаешь, — улыбнулся Кай.

Но когда он увидел, что это был не Алёшка, то снял наушники и посмотрел на перепуганного школьника, который никак не ожидал такой реакции от потенциальной жертвы.

— Я не Алёшка, — выпалил школьник.

— Это я и сам уже увидел.

— Наушники.

— Что «наушники»? — Кай не совсем понял позицию нападающего.

— Гони сюда наушники.

Кай ещё раз внимательно присмотрелся к школьнику и узнал того мальчонку, с которым он однажды столкнулся ещё до убийства Ольги.

— А-а, я тебя узнал, — улыбнулся Кай, ты тот шкет, про которого мне рассказывал Иван.

Школьник начинал нервничать, всё шло не по его плану, а по какому-то ложному сценарию.

— Я не знаю никакого Ивана, — дрогнул голос школьника.

— Если есть желание — можешь начинать его пеленговать, — раздался голос Ивана в голове нашего героя.

Кай ничего не ответил и сразу приступил к делу.

— Слушай, малыш, как тебя хоть зовут?

— Да какая разница?! Наушники давай! — паника в голосе школьника усилилась.

Парнишка судорожно тряс ножом перед лицом Кая.

— Да не вопрос, — снова улыбнулся Кай, — только перестань трясти руками перед лицом, это напрягает. Давай так, я подержу твой нож, — Кай лихо выхватил из рук нападающего очень лёгкий нож, явно китайский сувенир, чтоб ты ненароком не порезался, а пот̀ом…

Кай не договорил, потому что обезоруженный парнишка бросился наутёк.

— Стой, дурик! — крикнул Кай. — Наушники забыл!

Изъятый нож был сложен и помещен в карман.

— И как, скажи на милость, его можно запеленговать, когда он резво удирает от меня.

— Далеко не убежит, — сказал Иван, — сейчас что-то придумаем.

И Иван решает проделать с убегающим тот же фокус, что он проделал с пулей, только пространственная прореха будет побольше, чтобы беглец влез в неё целиком. Демон был полон сил, и этот факт благоприятно повлиял на общий результат дела.

— Повернись к убегающему спиной, расставь руки и лови.

Кай недоверчиво повернулся.

— Очередная уловка от грозного и могучего…

Кай не договорил, потому что Иван запустил карманный секундомер. Дальнейшие действия были выполнены по накатанной схеме. Вот только пришлось приложить усилия, чтобы раздвинуть границы крохотного отверстия до размеров настоящего портала. Иван с помощь секундомера запустил нормальный ход времени, принял удобную наблюдательную позицию и наслаждался проделанной работой.

— … который возомнил себя непонятно кем и пользуется этим, — Кай продолжил недовольно бубнить.

Убегающий обернулся, чтобы посмотреть, не гонится ли за ним тот псих с наушниками. На удивление, он стоял на месте, да ещё и отвернулся к убегающему спиной, а потом… исчез. Он исчез! И через мгновенье появился на пути школьника, и он со всего размаху врезался в того, кто отнял у него нож.

Кай без особого энтузиазма стоял на дорожке с раскинутыми руками и продолжал недовольно бурчать себе под нос, как откуда ни возьмись, появился тот, кто только что убегал в противоположную сторону и угодил прямо в объятия Кая.

Двое снова встретившихся молодых людей испуганно смотрели друг на друга и молчали. Школьник подумал, что попался в руки какому-то колдуну, хотя на самом деле он просто, когда убегал, то обернулся как раз в тот момент, когда находился в шаге от входного портала. И когда провалился во временную брешь, получилось, что человек с сумкой исчез!

А Кай ничего не думал, просто был не готов к такому повороту событий. Возможности невидимого демона не переставали его удивлять.

— О, снова здрасьте, — улыбнулся Кай, — ты всё же вернулся за наушниками.

Кай протянул бледному мальчику наушники, тот лишь заворожено рассматривал лицо Кая.

— Слушай, парень, я бы поиграл с тобой в переглядки, но тороплюсь на поезд. Ты наушники забираешь или нет?

— Н-нет, — с трудом выдавил из себя мальчик.

— Зря, — сказал Кай и повесил наушники на шею. — Может, пройдёмся? У меня есть к тебе разговор.

Мальчишка ничего не ответил и даже не двинулся с места.

— Нужно время подумать? — Кай откровенно издевался над перепуганным парнем. — Ладно, подумай пока, но как «выключишь умняк» — догоняй.

Кай улыбнулся напоследок, развернулся и ушёл.

— Смело, — одобрил Иван. — Думаешь, пойдёт за тобой?

— Обязательно пойдёт!

ГЛАВА 16

О ПОТЕРЕ И ПРИОБРЕТЕНИИ

Вечер выдался холодным, ветреным. Порывы ветра за окном запутывались в безлиственных верхушках деревьев, гнули их, тревожа сонных плиц. Недовольные вороны каркали, перелетая на другое более уютное место.

Хождение по комнате в поиске верного решения не прекращалось вот уже четвёртый час. В каждом шорохе, в каждом звуке работающего двигателя, в каждом голосе прохожих ему мерещилась угроза. Паранойя крепчала с каждой минутой, готовился заговор.

— Зачем он сказал, что за мной придут? — размышления вслух

длились довольно долго. — Как он может это знать? Кем он себя вообще возомнил?!

Наркоман выдохнул в надежде обрести временный покой, но ничего не вышло.

— Прилягу, пожалуй, — разговаривал сам с собой наркоман, — может, удастся подремать.

Не успел он даже присесть на старую кровать, как входную дверь жёстко выбили и в полумраке пустых комнат запрыгали лучи ручных фонарей. Наркомана вмиг скрутили и обезоружили.

— Всё чисто, — сказал чей-то знакомый голос.

Зажгли свет, в комнату медленно вошёл человек. Ослеплённого наркомана грубо отодрали от пола и подняли.

— Здравствуй, Лекс, — томно поприветствовал хозяина незваный гость.

— Привет, Крис.

Наркоман до последнего не верил в прогноз Кая, но всё же он оправдался. За ним пришёл сам Crisscross, самый главный Драгдиллер в этом городе. Лёшка видел его всего раз и то случайно, когда был в логове в поисках новой дозы и увидал старшего барыгу в щелку больших двустворчатых дверей. Лично с ним никто не знаком, но каждый знает имя Кросса. Ведь это именно он придумал все те схемы, по которым отпетые наркоманы должны приносить дань в логово в виде золота. Этот человек создал целую пирамиду и взгромоздился на самой её вершине. А теперь он пришёл лично за Лёшкой.

— Мне тут птичка на хвостике принесла, что ты давно не отоваривался, и благодарности от тебя не было в срок. Ты случайно не знаешь, что случилось?

Томный, уверенный, вызывающий мороз по коже голос Креста звучал еле слышно, но от него в ушах Лёшки стоял звон. Не исключено, что это всего лишь совпадение, но с недавних пор наркоман перестал верить в совпадения.

— Я завязал, — процедил сквозь зубы Лёшка.

— Вот как? — лицо Криса было бесстрастно. — Это, безусловно, печальная весть. Для тебя, — неожиданно добавил наркоторговец. — Поскольку мне ничего не остаётся, как просто убрать тебя, выбросить ненужный элемент, который тратит моё время. Но среди моих людей прошёл слушок, что ты водишь дружбу с миллионером, который неизвестно за какие заслуги отлистывает тебе новенькие банковские

ассигнации. Это правда?

— Враньё! — прохрипел Лёшка с багровым лицом, его начали душить.

— Кросс, смотри, что я нашёл, — сказал один из прихвостней делка и вручил ему пачку денег с девственной банковской лентой.

— Знаешь, что это такое, Лекс, — Крест поднял пачку денег к самому лицу задыхающегося, — одно из двух: либо ты меня обманываешь, либо ты устроился на весьма высокооплачиваемую работу, в чём я, кстати, очень сомневаюсь. Я не люблю обманщиков и отношусь к ним… никак я к ним не отношусь! Такой подвид, как врун хитросделанный обыкновенный, активно вымирает под моим перстом, я давлю их, как тараканов, и горжусь этим.

Так что, Лекс, ты снова облажался. С тех пор, с самого первого дня, как ты «завязал», к тебе был приставлен специальный человек, который следил за тобой круглосуточно. Бывали моменты, когда тебе всё же чудом удавалось уйти от слежки, выражаясь словами твоего поводыря, «он будто растворился в тени», но ты ничего не подозревая возвращался, домой и мы снова тебя пасли, как глупую скотину. Мы

знаем, что твоего нового друга зовут… глупое такое имя, — Крис сдвинул брови пытаясь вспомнить имя, — Ким?

— Кай, — шепнул ему на ухо огромный масёл, который стоял позади Креста.

— Точно! Кай. Этот парень недавно сорвал солидный куш в национальной лотерее, и его потянуло на приключения. Нам известно, что вы, два олуха, завалили безобидного пьянчугу и твой дружок топорно избавился от трупа через ночного сторожа морга. Но все детали убийства пусть останутся при вас. Меня не интересуют ни ты, ни твой новый конченый друг, меня интересуют его деньги. А теперь вопрос: где живёт Кай?

— Я не знаю, — ответил Лёшка.

— Эх, Лекс, ты продолжаешь меня разочаровывать, наверное, придётся тебя убить.

Кросс кивнул. Тот громила, который душил наркомана, кивнул в ответ и вколол в ногу Алёшке двойную дозу наркотиков.

— Мы знаем, где он живёт но, ни его самого, ни денег в его доме нет. И сейчас у тебя последний шанс на спасение. Тебе лишь нужно сказать, где нам его найти, а дальше мы сами за него возьмёмся, и именно он расплатится за твою свободу. Что скажешь?

Лёшка даже не рассматривал вариант о предательстве Кая, он, не думая, сразу же ответил: — Я ничего не знаю.

— Ну что ж, — Крест сдвинулся со своего места, — на этой оптимистичной ноте вынужден с тобой попрощаться. Раз уж ты сам не хочешь идти на контакт, то я тебе руки не подам.

Я и без твоей помощи знаю, что наша золотая антилопа скачет в Харьков. Этой драгоценной шкурой займётся Факел.

Голова Лёшки закружилась, когда он услышал кличку этого безжалостного человека.

— Да-да, — улыбнулся Крис, — вы уже знакомы.

Давным-давно, когда Алёшка плотно сидел на игле и был ещё молодым и неопытным наркоманом, он вовремя не отвесил хозяину благодарности в золотом виде. Вот тогда к нему в гости и пришёл Факел с пламенным предупреждением.

Мало того, что этот человек на «ты» с огнём и со всевозможными горючими смесями, так он ещё и профессиональный медвежатник. Отмычки в его руках оживают и способны с лёгкостью вскрыть любой замок. Так случилось и в день их знакомства. Факел без труда вскрыл замок в обиталище Алёшки, а тот, находясь под плотным туманом кайфа, даже не подозревал, что уже через мгновенье будет нагло потревожен.

Факел достал из кармана маленький пузырёк, на этикетке которого были нарисованы женские пальцы. Это была самая обыкновенная жидкость для снятия лака. Открутив крышку, любитель огонька щедро взбрызнул жидкости на носки и штаны в районе голени. А когда двухсотграммовый бутылёк опустел, то Факел отошёл на пару шагов от обдолбанного наркомана, достал из кармана коробок спичек, вынул одну спичку, прижал пальцем её серную головку к чиркалу под прямым углом и ударил щелбаном по спичке. Спичка загорелась, завертелась и угодила чётко в цель. Прицел пиромана был идеально настроен, и ноги Алёшки вспыхнули.

Первые пару секунд он просто горел но, когда температура поднялась до критической точки, наркоман пришёл в себя и резво начал вертеть ногами. Именно поэтому Факел называл этот способ поджога «горячий велосипед». Название действительно подходило, потому что со стороны это и вправду выглядело так, будто наркоман активно крутил педали.

Но так как горючей жидкости было слишком мало, она очень быстро испарилась и выгорела. Наркоман отделался тяжёлыми, но не смертельными ожогами.

В тот же момент Алёшку грубо схватили за шею, и у его лица возник шипящий кинжал пламени, который вырывался из ручной горелки.

— Мальчик, самое время проявить благодарность к тому человеку, который позволяет тебе получать удовольствие.

И через яркий клык пламени Алёшка увидел лицо говорившего, это было лицо Факела.

Сегодня Алёшка увидел этого неисправимого пиромана второй и последний раз в жизни. Их взгляды встретились, но взгляд Факела был бесстрастным, так как его целью был другой человек. Он лишь подмигнул старому знакомому, это был высокомерный жест превосходства.

Оглушённого наркомана бросили на пол, гости потянулись к выходу. В комнате осталось трое: Алёшка, Кросс и ещё один человек с пышными усами.

— Знакомься, — сказал Кросс и хлопнул усача по плечу, — Весёлый молочник. Он займётся тобой, когда мы уйдём. И не пытайся одурачить его, этот человек работает продавцом в сырной лавке и ежедневно безмозглые клиенты, которые утверждают, что покупатель всегда прав, нагнетают ненависть в его душе по отношению к вшивому социуму. На работе он вежлив и уступчив, но эта благодетель не бездонна и периодически нужно пополнять активно истощающийся ресурс.

Этот бедняга спасался чем только мог: бесполезными дыхательными упражнениями, счётом от одного до десяти, иногда алкоголем. Но я нашёл для него вторую работу — отраду для напряжённых нервов. Он умерщвляет для меня людей, которые мне уже не нужны, и во время этого процесса молочник представляет тех вредных и беспардонных старух, которые покупают товар, а потом с возмущением возвращают его, требуют обратно деньги и ещё угрожают натравить на дело всей его жизни различные проверки.

Уверен, вы поладите. Могу дать тебе совет: когда он будет занят своим делом, лучше молчи, потому что будет только хуже. И последнее, можешь не провожать, выход мы сами найдём. Прощай, Лекс.

Кросс развернулся и вышел, усач загородил выход из комнаты, широко расставил ноги, дождался, когда хлопнет входная дверь и только тогда обратился к корчащемуся на полу наркоману:

— Сегодня одна пожилая дама в соломенной шляпке и со щетиной на бороде заявила, что я совершенно бездарно и неровно разрезал головку молодого сыра. Якобы теперь она ни за что не купит его для нарезки на праздничный стол. После этого она при других покупателях учила меня — Меня! — что сыр нужно резать острым ножом, периодически смачивая его в холодной воде, а не струной, как это сделал я.

И как ты думаешь, что я сделал? А ничего! Рассыпался в извинениях, поблагодарил за науку и отрезал ей — ножом! — крохотный уголок сыра из целой головки, так как предыдущая была безнадёжно испорчена моей ленью и неопытностью.

Когда я ей взвешивал этот кусочек сыра, я мысленно набросил на её шею ту же струну, которой всегда режу сыр, ловко превратив её в настоящую итальянскую гарроту, и грубо тащил это воняющее анализами туловище в подсобку. И сегодня, — возбуждённый молочник достал из складок форменной одежды кусок проволоки из нержавеющей стали с самодельными деревянными ручками по краям, — я прихватил с работы ту самую струну, а ты будешь исполнять роль той ужасной старой клячи, которая высосала из меня всё спокойствие и самообладание.

Наркоман пытался встать, но ноги его не слушались. Шарил по своим карманам в поисках ножей, но они оказались пусты и бездонны. Как бы Алёшка ни сопротивлялся, но он словил грандиозный кайф, который безжалостно проглотил его целиком и, казалось, уже никогда не отпустит.

— По твоим глазам и загадочным действиям можно сделать вывод, что ты уже готов к последнему перевоплощению в твоей жизни.

Весёлый молочник поменялся в лице, он насупил брови, губы сжал в тонкую линию, а усы, словно холка дикого зверя перед лицом опасности, встали дыбом. Он взял «гарроту» в обе руки и приготовился использовать её не по назначению.

***

К вокзалу подходили двое, они оживлённо беседовали. За рекордно короткое время им удалось сдружиться. Опасения и настороженность пропали сами собой. Общий интерес — музыка — активно поспособствовал этому.

— А я говорю, что все классные песни из нового долгожданного альбома слушать нельзя!

Молодой охотник за наушниками активно развивал свою теорию

прослушивания музыки:

— Песни из нового альбома — это как заклинания из магической книги. У каждой из них есть своя измерительная шкала, такой себе своеобразный заряд волшебства, который решает судьбу песни и продолжительность её пребывания на твоём плеере. После каждого прослушивания песни тебе даётся удовольствие, которое в большинстве случаев требует немедленного повторения, а на песню накладывается своеобразная морщина, уродливая складка, которая со временем превращает её в сморщенное высохшее нечто. Мы даже не догадываемся, что частое прослушивание одной и той же песни затирает её до неузнаваемости, и уже через пару месяцев, в лучшем случае, мы просто-напросто будем её игнорировать, а когда услышим где-то в кафе или в динамиках проезжавшей мимо машины — будем брезгливо воротить нос.

Хуже, чем игнорирование песни, есть только пролистывание её в твоём плеере. И когда такое случается, то крошечная часть души песни, чувствуя свою ненужность, отмирает.

— А что, разве у песни есть душа? — недоверчиво спросил Кай.

— А как же! — возмутился мальчишка столь глупым вопросом. — Певец или музыкальная группа, выдумывая новую композицию, собирают её по крохам из слов и нот. После того как безжизненный каркас собран воедино, её впервые исполняют. И чтоб она окончательно ожила, творцы вкладывают в своё творение частичку собственной души и маленькую крупицу надежды на то, что песня оживёт окончательно, увидит свет и долетит до ушей требовательного слушателя.

Так что вот тебе мой очередной совет: если вдруг в твоих наушниках зазвучит обессиленная и выдохшаяся песня, и ты уже тянешься к заветной кнопке, чтобы перейти к прослушиванию очередной композиции — остановись! Не калечь чужого творения. Просто устрой ей последнее прослушивание «на бис», запиши её название на руке, — мальчишка закатил рукав и продемонстрировал своё исписанное синими чернилами тощее запястье, а когда будет свободное время, то просто переместишь (не удалишь!) уставшую композицию в специально созданную папку с подходящим названием. У меня такая папка называется «Второе дыхание». И такое простое перемещение намного благоприятнее сказывается на песнях, заявляю тебе это, как слушатель со стажем, практически адепт в этой отрасли прослушивания.

— Одно я понял наверняка, — сказал Кай, — у тебя слишком много свободного времени.

— Отнюдь, — ответил мальчишка и принялся жадно вгрызаться в кутикулу, — просто не люблю поверхностного осмотра. Всё, за что берусь, я делаю до конца и с подробным изучением. И абсолютно неважно, это будет видеоигра, книга или песня. Просто в игры я очень редко бегаю, книг не читаю, а вот музыка — это совсем другое дело!

Были, конечно, достойные игры, такие как «Готика». Нарисовано паршиво, руки и головы почти квадратные, текстуры ужасные, но общая задумка главной сюжетной линии и музыкальное сопровождение позволяет закрыть глаза на все недостатки! Магический купол, шахты с добычей руды, возможность примкнуть к одному из трёх лагерей — всё это заставляет забыть о реальной скучной жизни. Первый раз как прошёл её, это было непередаваемое чувство. Стандартный геймер, пройдя одну игру, переходит к прохождению следующей, а я не геймер, и поэтому сразу же запустил игру заново и прошёл её ещё раз, но уже влившись в другой лагерь, чтобы ощутить разницу. Так я проходил её до десяти раз, пока не изучил всевозможные детали и не раскрыл все существующие тайники. Только после этого я мог с уверенностью сказать, что я прошёл эту игру!

Кстати, продолжение — «Готика 2» — тоже оказалась достойной игрой. Сюжетная линия грамотно продолжена, и это радовало.

Что касается книг, то здесь я пока сильно не преуспел и за свою жизнь прочитал только одну книгу, но скрупулёзность процесса оставлась прежней. Она называлась «АУТ», написана неким Пьером Реем.

Читал я медленно, внимательно выписывая на листочек имена и фамилии всех действующих лиц, которых там оказалось весьма прилично, их место в сюжете, профессию или звание. Также я выписывал интересные для себя слова и целые фразы. А если кто-то умирал или его убивали, то имя умершего вычёркивалось из списка ручкой с красными чернилами. После того как я дочитал книгу до конца, я мог смело экзамен по ней сдать! Заграничное чтиво мне определённо понравилось, но пока читать больше не хочется, да и играть в игрушки особо тоже, сейчас основная моя страсть — это слушать музыку!

— Ты там что-то про шкалу говорил, — напомнил Кай, — а потом тебя куда-то не туда понесло.

— Сейчас исправлюсь. Так вот, после каждого прослушивания песни магия из шкалы обильно выветривается, а обратная регенерация очень медленна. Это как уровень маны, когда гоняешь в какую-нибудь эпическую игру за мага, колдуна или некроманта. Поэтому крутые и достойные песни очень часто переносятся из плеера в бездонные архивы жёсткого диска, я об этом уже упоминал, и изо всех сил пытаются там восстановиться, долго и печально. Некоторые песни сдаются и самопарализуются, а некоторые продолжают свою кропотливую регенерацию, и через время восстановившаяся песня имеет все шансы вернуться обратно на плеер хозяина.

— Эк, как ты хитро всё завернул, — искренне улыбнулся Кай.

Впервые за долгое время он улыбнулся с удовольствием, от души.

Этот мальчишка был идеальным рассказчиком, интересным и неназойливым. Его безобидное и грамотное мышление умиляло.

— О, это только вершина айсберга, — мальчишка шутливо задрал нос.

— Поехали со мной в Харьков, — Кай рубанул сплеча, — а в поезде у нас будет вдоволь времени, чтобы обсудить, что там у айсберга под верхушкой.

Малолетний эксперт по прослушиванию музыкальных композиций задумался.

— Обещаю, что по приезду в первую столицу мы купим тебе самый крутой плеер, который только захочешь, и две пары лучших наушников!

Кай не оставил возможности на размышление. Если человек размышляет, значит, есть вероятность отказа, а такой вариант нашего героя не устраивает, поэтому он сразу бросает дополнительные сети на неуверенность жертвы.

— А если я загадаю I-pod, тоже купишь? — с сомнением спросил уже более заинтересованный мальчик.

— Глупейший выбор со стороны такого эксперта, как ты, но всё равно куплю.

— А что ты потребуешь от меня взамен?

— Практически ничего. Твою дружбу и все секреты, которые только сможешь рассказать, по правильному прослушиванию музыки и обращению с ней.

— Хорошо! Только у меня нет билета и вещей с собой никаких нет.

— У тебя зарядка к плееру с собой?

— Конечно, — мальчик ответил с таким лицом, будто это был глупейший вопрос на земле.

— У тебя есть зарядное устройство, а у меня есть посадочный билет, — сказал Кай и с той же искренней улыбкой достал четыре билета и распустил их веером, — тебе какое место? Верхняя полка или нижняя?

— Ясное дело, что верхняя!

Мальчик оживился. Этот случайный знакомый, который сначала должен был быть стандартным терпилой, источником лишь одной требуемой вещи — наушников — превратился в идола, в достойный пример для подражания. Этому человеку, скрытому иллюзионисту и чародею, хотелось слепо верить. А то, что он понимает мальчишку в плане его размышлений с правильным обращением к музыке — высшая степень наслаждения и шанс поделиться накопленным опытом.

— Ну так бежим скорее, — сказал Кай, — поезд через три минуты отправляется!

***

На перроне стоял ничем не выделяющийся человек с сигаретой и наблюдал за тем, как Кай и его новый друг предъявили билеты и забрались в восьмой вагон. Не совсем понимая, кем является основной цели этот малолетний щенок, курящий сделал последнюю тягу, зажал окурок между большим и средним пальцами, опустил руку и выстрелил в привокзальную брусчатку. Окурок с силой врезался в мозаику плитки, и сигаретный уголёк рассыпался множеством искр. Образовалась визуальная иллюзия того, что окурок просто-напросто взорвался.

Обернувшись по сторонам, небритый мужчина набросил капюшон и запрыгнул в тамбур уже отправляющегося поезда.

ГЛАВА 17

В ДОРОГЕ

В полупустых стаканах дребезжали, словно от холода, чайные ложки. В купе сидели двое и вели оживлённую беседу.

— Да, уметь слушать музыку — это целое искусство. И очередной секрет, нет, не секрет, а совет. Здравая рекомендация. Очередной совет в следующем: даже если тебе импонирует определённый исполнитель, не стоит захламлять свой плеер всеми его песнями, которые только удастся найти в интернете. Сорок процентов, а то и больше, в основном рядовые композиции. А твой плеер — это золотая оправа, которая подходит только для самых лучших, волнующих душу драгоценных камней, и всякому янтарю и сосновой смоле там не место.

Ты можешь слушать весь репертуар понравившегося исполнителя дома через колонки, но не смей загружать на плеер всё подряд! Это неправильно.

***

— О чём вообще толкуют эти сосунки?! — с возмущением подумал Факел.

Он сидел в соседнем вагоне купе с пустым стаканом у уха и внимательно слушал. Посадочное место и чай, который нетронутым был тут же выплеснут в открытое окно, оплачивались выигрышными деньгами Кая, которые он вручил наркоману. Надеясь выведать место хранения денег или какие-то наводящие подсказки на солидный куш, Факел слушал бесполезное стрекотание малолетнего сопляка.

— Слушать музыку — это искусство? С какой стати? Музыка в этой жизни исполняет второстепенную роль, роль отвлекающего манёвра от будничной скуки.

Поджог! Вот где истинное искусство. Искусство, которое тесно переплетено со стратегией действий и развивающихся вокруг тебя событий. Нельзя просто так прийти, поджечь и уйти. Если поджог сделать неправильно, то пожарные обязательно успеют приехать и потушить, до того момента, пока всё выгорит дотла.

А разве можно неправильно поджечь? — спросите вы.

Конечно, можно! Зелёные пионеры, которые очень топорно и безответственно относятся к этому прекрасному занятию, как поджог, очень часто делают целый ряд грубейших ошибок. Во-первых, горе-поджигатели следят только за местонахождением хозяевов объекта, который нужно сжечь, и совершенно забывают про соседей, которые очень любят заглядывать в чужую жизнь сквозь щели забора. Если любопытная соседка заметит дым или услышит треск горящих досок, то она тут же вызовет пожарных, которые могут успеть приехать до того момента, пока всё хорошенько разгорится, и ликвидируют пожар. Если такое случится, то миссию можно считать проваленной. Также злосчастная соседка может увидеть тебя с самого начала, поднять шум, угрожать вызовом хранителей правопорядка и испортить тебе всё дело, которое ты так и не успеешь начать.

Во-вторых, эти безрукие бездари поджигают всего лишь в одном месте. Это то же самое, что окучивать картошку на огороде только с одной стороны или подметать пол только в одном углу комнаты. Естественно, это тоже ошибка. Для начала нужно всё подготовить. Возле всех деревянных частей дома, под крыльцо (если оно деревянное), на все подоконники и на веранду кладутся заранее подготовленные тряпки, которые мы щедро смачиваем горючим. Если на окнах имеются ставни, то закрываем один ставень, чтобы он тоже загорелся, а второй оставляем открытым, чтобы наше пламя не задохнулось и не погасло. И только после всех приготовлений мы поджигаем первую тряпку и, двигаясь по кругу, поджигаем все остальные. Нужно рассчитать траекторию движения так, чтобы последняя тряпка, которую мы подожжем, была максимально близко по пути отступления, чтобы мы не кружили по территории, где уже со всех сторон горячо напакостили.

Также в арсенале должны иметься навыки взлома и проникновения на указанный объект. В этом случае нужно работать чисто и аккуратно, чтобы не наследить. Даже после этого данный способ поджога остаётся для меня самым любимым, так как мне, человеку с развитой фантазией, есть где разгуляться.

Когда я работаю со взломом, то первое, что я делаю, — это ищу трофей на память об этом деле. Он может быть абсолютно любой: от зажигалки или магнитика и до сувенирной колоды карт или даже откровенных трусиков хозяйки дома. Да, у меня бывали даже такие случаи.

Следующий шаг — это осмотр помещения. Если ничего интересного нет или у тебя мало времени, то можно вставить в розетку специально сконструированный инструмент из согнутого полуквадратом гвоздя с откушенной шляпкой, который приделан к деревянному держателю. Нужно просто вставить инструмент в розетку, где натыкано побольше электрических приборов, ну или где розетка рядом со шторой, и подождать пока добротно закоротит. Но в этом случае придётся уходить очень быстро, что может, опять же, привлечь чужое внимание.

А есть ещё один простой способ. С помощью свечки у тебя будет больше времени на спокойный уход с объекта. Нужно лишь распустить рулон туалетной бумаги (книгу или газету в современном доме найти просто нереально), запихнуть бумажный серпантин в шифоньер, установить свечку в бумаге на том уровне, который посчитаешь нужным, главное, чтоб хватило времени на отступление, и поджечь. Обычно я погружаю свечу наполовину и не заморачиваюсь. А когда свеча сгорает до указанного места, горящий фитиль соприкасается с бумагой и поджигает её. Современное шмотьё на две трети состоит из синтетики, поэтому горит и без вспомогательных горючих смесей.

Коктейль Молотова, брошенный в окно, является прямой уликой умышленного поджога, а свеча в процессе горения шкафа растает и сгорит бесследно. Вот это настоящее искусство, а не то, о чём щебечут эти беспечные воробьи.

***

— Также имеется такое явление при прослушивании музыки, как ревность к песне или к исполнителю.

Мальчонка всё никак не унимался и без умолку стрекотал обо всём, что накопилось за эти годы у него внутри.

— Была у меня одна случайная знакомая, которая открыла для меня таких исполнителей, как «Биопсихоз». Звали девочку Таней, и она слепо тащилась за творчеством Сергея Шубина — вокалиста вышеупомянутой группы. Нас даже друзьями нельзя было назвать, мы случайно познакомились в интернете, разговорились, я ей дал на прокат пару книг из родительской библиотеки, а она взамен поделилась со мной своей любимой музыкой, так я и познакомился с «Биопсихозом».

Поначалу я не мог понять, что ей так нравится в творчестве этих ребят, что она аж пищит, когда их слышит. Песни специфические, не похожие ни на какую группу из всех, которые я только слышал.

И тут всё решила одна единственная песня — «Воспитание страхом».

В голове Кая зазвучали еле слышные трепетания струн акустической гитары и посторонние звуки. Иван, как оказалось, находился рядом и молча слушал разговор двоих. Эта композиция, запущенная демоном для более точного представления рассказываемой истории, набирала силу. Кай был уверен на сто процентов, что никогда раньше её не слышал, но он знал текст песни и уверенно подпевал вокалисту.

Необъяснимо, но факт.

— Распробовать всю прелесть творчества этих ребят, — продолжил мальчонка, — я так и не смог, но благодаря «Воспитанию страхом» до меня дошло ещё примерно с десяток песен, они заняли твёрдую позицию в моём плеере, и я пока что даже не подумываю об их перемещении в архив. К чему это я? Ах да, ревность.

Как-то раз мы переписывались, и я затронул тему о специфическом творчестве «Биопсихоза», на что Таня мне с искренней скорбью ответила, что зря рассказала мне об этих ребятах, так как теперь очень сильно ревнует их ко мне. Я отшутился, перевёл всё в юмор, якобы она перегибает палку, но она восприняла мои комментарии с немой ненавистью. После этого случая мы долго не общались, а я провёл самостоятельную работу над ошибками.

Когда у меня были друзья и мы гуляли вечерами напролёт по своим улицам, то постоянно слушали музыку на телефонах. Это были золотые времена, сети интернета только начинали оплетать наши умы, карманных колонок ещё и близко не было, поэтому мы гуляли огромными компаниями и частенько пели. Так сложилось, что музыкальный вкус в нашей компании был посредственный, современный, пресный, но было исключение в виде группы «Король и Шут». Из огромного набора шикарных песен в компании приветствовались только две: «Кукла колдуна» и «Прыгну со скалы». Как я не пытался внедрить в общий оборот, на мой взгляд, более достойные песни, ничего не выходило.

И я возненавидел эти две песни. Меня передёргивало каждый раз, как я их слышал. Конечно, они были лучше, чем «Ласковый май» или Михаил Шупутинский.

— Шифутинский, — поправил Кай.

— Плевать! Это на суть рассказа не влияет.

Так вот, в компании я вёл себя натурально, тщательно скрывая своё отвращение, а когда возвращался, то сразу же обращался к «Леснику», «Гробовщику», «Хозяину леса» и «Мастеру», который приглашает в гости, и эти ребята благополучно возвращали мне внутреннее равновесие.

И однажды, слушая дома в наушниках «Соловьи», я понял, что те ненавистные мне две песни — это всего лишь крохотная жертва, которая брошена на растерзание моим, в прошлом, друзьям. Они довольствуются крохами, в то время как я владею всем остальным. Моя ревность к КИШу проявилась таким образом, что мне стали ненавистны те песни, которые нравятся другим. И я решил, что лучше слушать

любимые песни самому и ни с кем ими не делиться.

И тут очередной совет: даже когда песня тебе несказанно нравится — не вздумай ею ни с кем делиться! Потому что, если ты узришь, что твоей песней наслаждается кто-то ещё, то ты мало-помалу потеряешь к ней интерес. В этом случае песню можно смело сравнить с девушкой: когда тебе нравится определённая девушка, ты не видишь никого вокруг и тебе нужна только она. Когда эта определённая

девушка нравится кому-то ещё — её внимание распыляется, она сразу

теряется в выборе и хочет, чтобы за неё чуть ли не на шпагах сражались. Такую мадам можно сразу отдать оппоненту и даже не тратить на неё своё время.

Можешь со мной спорить, но это чисто субъективное мнение, и я в любом случае останусь при нём.

— Да нет, — улыбнулся Кай, — ты рассуждаешь здраво и очень складно. Спорить я с тобой не буду, даже, пожалуй, соглашусь.

— Правда? — обрадовался мальчишка.

— Правда, — кивнул Кай.

— А что скажешь про «Воспитание страхом»?

— Скажу, что песня достойная, но немного не мой формат. Я бы её с удовольствием слушал в инструментальном виде. Ну разве что оставил бы финальную молитву.

— Инструменталка?! — возмутился мальчишка. — Да от инструменталки вообще нельзя получить никакого удовольствия. Без вокала песня имеет вид безалкогольного пива, а безалкогольное пиво, как всем известно, первый шаг человечества к резиновой женщине.

Кай ничего не ответил, он лишь смотрел на чересчур разговорившегося наглеца.

— Иван, ты здесь? — мысленно поинтересовался Кай, не сводя взгляда с собеседника.

— Да.

— Есть ли у тебя желание и силы проучить этого малолетнего выскочку?

— Я к твоим услугам. У тебя есть конкретные соображения?

— Разумеется. Мне нужно, чтобы ты по моему сигналу наколдовал ему самую настоящую поллюцию. Сделаешь?

— Зачем колдовать? Я знаю более упрощённый способ.

Кай услышал, как растягивается что-то резиновое и с характерным хлопком предмет возвращается в состояние покоя. Судя по звуку, это была латексная перчатка.

— Старый добрый массаж простаты надёжнее всякого там колдовства, — отчеканил Иван и с демонстративным шумом надел медицинскую перчатку. — Жду сигнала.

Кай от души рассмеялся.

— Что смешного? — смутился мальчуган.

Наш герой ещё немного посмеялся, успокоился и сделал относительно серьёзное лицо.

— Спорим, что у меня в арсенале есть такая инструментальная композиция, от которой ты просто потеряешь голову и получишь колоссальное удовольствие.

— Спорим, — мальчуган протянул руку. — А на что спорим?

— На желание!

— Идёт! Только учти, я фанат жопно-сортирного юмора, и моё желание может быть не совсем адекватным.

— Я бы на твоём месте загадал бы что-то более существенное, так как спор у нас на самое заветное желание, от которого нельзя отказаться и придётся выполнить в любом случае.

Школьник на мгновение даже задумался, но в итоге снова оживился возможностью лёгкой наживы.

— По рукам! Давай свою инструменталку.

Кай достал из кармана потёртый старенький плеер, включил его и нашёл нужную композицию. Песня была и вправду шедевральная —

«Jean Michel Jarre — Second Rendez-vous». Передал самоуверенному мальцу плеер.

— Наушники уже у тебя, вставляй сразу в два уха и получай удовольствие. Я, с твоего позволения, сам запущу композицию. Хочу это сделать синхронно с моим телефоном, спор у нас серьёзный, так что я хочу знать, когда наступит именно то место, где ты проиграешь мне.

— Делай что хочешь, тебя уже ничего не спасёт, — мальчонка сиял довольной улыбкой триумфатора.

Кай нашёл ту же песню на своём телефоне и одновременно нажал на «Play». Секунды на плеере и на телефоне начали синхронный отсчёт.

Мальчонка сжал кулак и поднял вверх большой палец, давая понять, что музыка пошла, но потом осуждающе скривился и покачал рукой в воздухе, данный жест у современной молодёжи означал лишь одно слово — «такое». Первое впечатление от песни получилось для мальчонки малообещающим.

Прошла минута. Школьник кривлялся и махал головой, якобы ему песня нравилась. Кай сложил руки на груди, улыбался и поглядывал на экран телефона в ожидании нужного места.

Прошла ещё одна минута. Время приближалось к кульминационному моменту.

— Будь готов, скоро всё начнётся.

— Всегда готов, — отозвался Иван.

Прошло две минуты и тридцать секунд. Музыка притихла и поменяла лад. Кай встал, проверил закрыта ли дверь и зашторил окно. После театральных приготовлений, Кай закатил рукава и замер. Школьнику стало жарко, он расстегнул кофту и оттягивал пальцем горло футболки. На его лбу выступила испарина, а сердце заколотилось, словно в испуге. И на отметке в три минуты и десять секунд Кай вообразил себя знатным дирижёром.

— Давай! — сказал Кай вслух, твёрдо зная, что мальчишка этого не услышит.

Глаза школьника округлились, а лицо застыло в непонимающей маске стыдливости, так как у него появилась ярко выраженная эрекция. Кай продолжал махать руками и получать двойное удовольствие — от протекающего воспитательного процесса зазнайки и от шикарной инструментальной музыки, которая прошла через десятилетия и не утратила своей пышной насыщенности и загадочности.

Школьника начала бить прерывистая дрожь от удовольствия. Он закатил глаза под лоб, приоткрыл рот и начал постанывать. Из последних сил бедняга держался: сморщил брови, зажмурил глаза и стиснул зубы, но сдержаться так и не смог. Не прошло и минуты с того момента, когда Кай стал дирижировать, как школьник получил оргазм и выполнил семяизвержение прямо в трусы. Секундное наслаждение тут же сменилось страхом позора.

Кай перестал дирижировать, выключил музыку на телефоне и показал мальчишке, чтобы тот вынул наушники.

— Я думаю, до конца уже дослушивать смысла нет. Этот эксперимент подтверждает мою теорию, что инструментальная музыка тоже способна принести удовольствие. Ты согласен со мной?

Обескураженный мальчик ничего не ответил, он лишь активно закивал головой. На лице выступил обильный румянец стыда и неловкости.

— Хватит, пожалуй, на сегодня экспериментов и дельных советов, — Кай начал расстилать простынь на верхней полке. — Сейчас самое время отдохнуть, а на рассвете будем уже на месте. Всё, я тебе постелил, можешь занимать своё спальное место.

Мальчонка встал, быстро зашмыгнул наверх и сразу же отвернулся к стене лицом. Кай тоже улёгся и постарался заснуть, но возня над головой не давала расслабиться, школьник явно пытался стереть следы позора со своих трусов. Но Кай решил не отвлекать его и просто подождать, пока он закончит наводить марафет.

ГЛАВА 18

ПЕРВАЯ СТОЛИЦА

Рано утром поезд зашёл на Южный вокзал. Двое вышли из поезда и стали спускаться в метро. Они даже не догадывались о том, что за ними следит чокнутый убийца-пироман Факел.

Кай со своим новым другом вышли из метро на станции «Советская». У каждого в руке было по сосиске в тесте и бумажному стаканчику чая. Харьков их встретил солнечным тёплым утром, хотя в тени ещё чувствовалась ночная прохлада. Пока наши путешественники молча поглощали свой скромный завтрак, один из них слушал подробные инструкции Ивана по поводу их дальнейших действий. И первое, что им нужно было сделать, — это подыскать съёмную квартиру в этом районе и заселиться, а ближе к вечеру Каю нужно было оставить школьника дома, а самому выйти на дело.

— Давай доедай, — сказал Кай с набитым ртом, — и пошли искать временное пристанище для юных путешественников.

***

Придя по указанному Иваном адресу, Кай рассказал хозяйке квартиры, что он привёз младшего брата в этот город на экскурсию и им нужна комната для ночлега, так как обратные билеты были на завтрашнее число. Хозяйка умилилась сплочённости двух утренних гостей, такая дружба братьев была редкостью в наш современный век, и она с удовольствием уступила им всю квартиру. Кай набросил к оплате пару лишних купюр с изображением Тараса Шевченко, а хозяйка в ответ проигнорировала дежурную просьбу предъявить паспорта и после скорого сбора удалилась, оставив на столе заветные ключи.

***

Факел умело проследил за своей целью. После недолгого наблюдения он увидел, что из той же квартиры вышла довольная кляча, возможно, родственница, а возможно хозяйка квартиры.

Что ж, нужно было действовать, так как торчать в подъезде было небезопасно, местные жильцы могли обратить внимание на слоняющегося в подъезде чужака и начать задавать ненужные вопросы.

Задумчивый охотник вышел из подъезда и сел на лавочку. Долго раздумывать над дальнейшими действиями Факелу не пришлось. Прямо на лавочке был наклеен клочок бумаги со следующей информацией: «Сдам квартиру на сутки или на час».

И после текста значился затёртый номер. Судя по количеству цифр, номер телефона указан городской. Факел, недолго думая, набрал номер и ему ответил старушечий голос пожилой старушки.

***

— О, я придумал ещё одно подходящее сравнение!

Молодой воробушек уже почти отошёл от вчерашних приключений с инструментальной музыкой, и к нему вернулась его прежняя болтливость.

— Песня — это как жевательная резинка. Чем чаще и обильнее ты её жуёшь, тем скорее она превратится в безвкусную тянущуюся субстанцию.

На мой взгляд, очень хорошее сравнение.

— Ага, — задумчиво пробурчал Кай, морально настраиваясь на очередное демоническое испытание. Смысл слов собеседника терялся в густом тумане догадок, который плотно затянул мышление нашего героя.

Наступил вечер. Кай собирался на очередную кровавую вылазку.

Его тревожило только одно: Иван сказал, что всё будет происходить публично, поэтому придётся действовать быстро. Какие только увёртки и уговоры не пробовал Кай, но демон был твёрд и лишь напоминал, что времени до начала происходящего остаётся не так уж и много.

— Сидишь на месте и никуда не рыпаешься, — сказал Кай, — желательно даже не пользуешься ни светом, ни телевизором.

— А как же требуемая тебе моя помощь?

— До этого пока рано. Сейчас ты должен будешь проявить свои умения скрытности. Вдруг что случится — бездействуй. Затаись и даже не дыши. Если даже будут грабить квартиру, представь, что ты запечный клоп, забейся в щель и наблюдай.

— Поторопись, тебе через сорок секунд нужно будет выйти.

На лестничной клетке встретишь юношу в наушниках, ты должен будешь выйти из подъезда вместе с ним. Это нужно для отвода глаз, так как за вами следят.

— Кто? — Кай не ожидал такого поворота событий.

— Спеши, — Иван в очередной раз проигнорировал вопрос нашего героя, — твой выход состоится прямо сейчас!

— Я пошёл! Не вздумай проигнорировать хоть один пункт из вышесказанного мною.

Мальчишка нахмурил брови и расстроился, но ничего не возразил в ответ.

Когда Кай вышел за дверь, то шаги спускающегося по лестнице звучали далеко внизу. Но Кай всё же умудрился догнать шустрого жителя как раз у самого выхода из подъезда. Кай держался немного позади, чтобы не смущать своим присутствием совершенно постороннего человека. Так он волочился хвостом аж до самого угла дома.

— Можешь расслабиться, ты вышел из зоны видения твоего наблюдателя.

Кай не рискнул на улице говорить вслух, поэтому обратился к демону мысленно.

— Теперь-то ты можешь объяснить, кто и почему за мной следит?

— Единственное, что тебе нужно сейчас знать, так это конечный пункт назначения — станция метро «Исторический музей», всё остальное может подождать. И будь добр, поторопись, скоро начало происшествия.

— Какого ещё происшествия?

— Дорожно-транспортного.

ГЛАВА 19

СТРАЙК!

Дальнейшие расспросы закончились ничем, Иван закрылся и перестал откликаться до самого прибытия в конечный пункт.

— У тебя есть в запасе восемь минут до начала, — Иван первый заговорил сразу же после выхода Кая из подземного перехода, — как только ты займёшь нужную позицию — я отвечу на все твои вопросы.

Кай огляделся. Слева висел огромный градусник с часами. Это было единственное, что сразу бросилось в глаза.

— Подойди к светофору, поверни налево и иди вверх по улице.

— И долго так идти?

— Стой!

— Но я прошёл всего метров десять.

— Этого вполне достаточно. Сейчас у тебя будет шесть минут, и я отвечу на твои вопросы, ну а после — объясню дальнейшую задачу.

— Кто за мной следит?

— Чокнутый псих по прозвищу Факел. Он славится тем, что поджигает всё на своём пути, и это у него очень складно выходит.

Кай искренне удивился ответу демона.

— И что ему нужно? — спросил Кай.

— Серьёзные люди, промышляющие наркобизнесом в твоём городе, узнали, что у тебя есть много денег, и было решено, что им они нужны больше, чем тебе. После обыска твоего жилища деньги не были найдены. Желание «смочить клювик», как говорят на Сицилии, ослепило их, и на тебя была открыта настоящая охота в погоне за лёгкой наживой.

— Они через Алёшку на меня вышли? Его рук дело? Вернусь домой — придушу гада, — Кай был в гневе.

— Боюсь, это у тебя не выйдет, — тон Ивана был неизменно спокоен, — наркоман уже не с нами. А его вина в сложившейся ситуации минимальна. Просто, когда он перестал употреблять порошок, тем самым снизив общую прибыль торгашей, за ним организовали слежку. Таким образом вышли и на тебя.

— Что значит «не с нами»? — Кай отказывался верить в услышанное.

— Итак, блиц-раунд «вопрос-ответ» подошёл к концу. Выбрось из головы все свои проблемы и сосредоточься на нашем деле. Нож при тебе?

— Да, в кармане.

— Чудно. Держи его наготове. Скоро случится смачная авария. Дорогая чёрная машина в результате столкновения вылетит на тротуар и заберёт шесть жизней.

— С ума сойти, — прошептал Кай, — а нельзя предотвратить этот ужас?

— Нет, уже слишком поздно. Я предвидел твоё желание прийти на выручку обречённым, и поэтому рассказываю тебе обо всём в самый последний момент. Но у тебя будет шанс восстановить справедливость с помощью ножа.

Водитель-жнец останется в живых. После сегодняшнего случая будет большая шумиха вокруг этого дела. Раздуют целый спектакль, но наказания так и не случится. Судебный процесс будут умышленно затягивать до тех пор, пока появится возможность

«отмазать» виновника штрафом и лишением прав на некоторое время за нарушение правил дорожного движения, а водителя выпустят за баснословные деньги, якобы под домашний арест.

А тот факт, что погибло шестеро человек, благополучно опустят.

Но в итоге кровавый жнец будет вывезен за границу до тех пор, пока всё окончательно не затихнет.

Твоя задача: совершить самосуд от лица всех погибших и их родных, проткнуть убийцу ножом и уйти быстрым шагом, но ни в коем случае не бежать. У тебя будет минимум времени, пока социум, находящийся в шоке, будет бездействовать.

Момент истины приближался. Демон решил выделить этот момент уместной, на его взгляд, композицией. «##### (5Diez)» — «Внутри меня». Кай услышал музыку и напрягся, вглядываясь в каждую встречную машину. Иван перестал надиктовывать инструкции и уступил своего единственного слушателя грядущему случаю.

Очертания предметов теряли чёткие границы, воздух завибрировал. Глаза Кая налились слезами, и яркие огни вечернего города взмахнули неоновыми хвостами сквозь солёную призму. Цвета предметов плавно перетекали из ярких оттенков в более тёмные. В итоге почти всё вокруг стало блеклым, выцветшим, мрачным.

Кай протянул руки и увидел перед собой серые и безжизненные конечности. Всё вокруг окончательно стало чёрно-белым. Вместе с цветом изменился и ход времени, он немного замедлился.

Помутнённый взгляд нашего героя сосредоточился на автомобиле, который не подвергся замедлению времени и мчался с сумасшедшей скоростью. Вместо привычного для взгляда зелёного света загорелся серый фонарь светофора. Бесцветные машины с черепашьей скоростью начали свой ход. Машина, которая мчалась перпендикулярно блеклым черепахам, уже подъехала совсем близко, столкновение неизбежно. И первое, на что обратил внимание Кай, это то, что чёрный джип не потерял своей краски. Всё вокруг имело оттенки дешёвой газетной печати, а он был таким же угольно-чёрным, лощёным и живым, а за автомобилем кровавого жнеца тянулся мутный шлейф.

Такая иллюзорная пелена обычно используется в фильмах про уличные гонки, чтобы ещё ярче подчеркнуть сумасшедшую скорость транспортного средства.

Тормозной путь равен нулю, так как водитель джипа даже не думал об остановке, его задачей было лишь одно: в очередной раз выполнить опасный манёвр обгона и проскочить на только что загоревшийся красный свет. Но сегодня этому не суждено было случиться, черный стальной зверь не успевает, времени для манёвра тоже нет, и он на полном ходу врезается в первую же блеклую черепаху.

Большая машина выскочила на тротуар и огромной массой своего брюха сбила чёрно-белых людей, ожидающих на пешеходном переходе зелёный свет. Это выглядело, как адский боулинг с человеческими телами вместо кеглей. Водитель лощёного джипа выби страйк!

— Твой выход, малыш!

Демоническая реплика вывела Кая из оцепенения, он сжал в руке нож и бросился к разбитому джипу. Тонировка на стёклах не позволяла увидеть водителя. Кай резким движением открыл водительскую дверь и достал из кармана нож. Подушки безопасности, увы, сработали и спасли убийцу, тем самым добавив нашему герою работы. Кай сделал два выпада и проткнул подушки, скрывающие неуклюжую личность. Рука Кая уже напряглась для окончательного удара, но тут же застыла в нерешительности. Барахтаясь и пытаясь выбраться из-под спускающих подушек, показались тонкие ручки с вызывающим маникюром. А следом за руками показалась перепуганная физиономия молодой девушки. Огромные слезящиеся глаза и неестественно пухлые губы — это первое, что сразу бросилось в глаза.

— Приглашения ждёшь? Бей и уходи, времени на созерцание нет.

Но Кай не пошевелился.

— Она же совсем ещё ребёнок, — подумал Кай, — у неё ещё вся жизнь впереди.

— Шесть трупов! Десяток раненых! Идеально подходит под твои запросы. Бей!!

Дыхание Кая задрожало, он опустил нож. В голове зазвучал припев, идеально совпавший со сложившейся ситуацией:

Внутри меня идёт

Извечная война!

Мой мир покрыт огнём

Агония!

— Я не могу, — прошептал Кай и бросился бежать ко входу в метрополитен.

Битва была безоговорочно проиграна, но война ещё не окончена.

ГЛАВА 20

ФАКЕЛ

Тем временем у пиромана шел жаркий процесс приготовлений.

Основное освещение, в виде старенькой люстры, он проигнорировал, нашёл на антресолях пыльную, ещё советскую настольную лампу с облупившейся краской, поставил на кухонный стол и начал работать.

Кухонька была крохотной, но Факелу и не нужно было много места. Единственное, что он поменял в общей обстановке, так это передвинул стол к окну. За много лет ножки стола прилипли к выцветшему линолеуму, и пироману пришлось приложить некоторые усилия, чтобы с характерным хрустом сдвинуть стол со своего места.

Стол под окном, лампа на столе, из соседней комнаты был брошен удлинитель, чтобы включить лампу. Теперь Факел мог следить за теми, кто заходит и выходит из подъезда.

Усевшись на хлипкий табурет, пироман стал доставать из своего рюкзака всякие мелочи: маленький пенал с крохотными ключами, отвёртками, ножами, свёрлами, бензиновую зажигалку и горючую

смесь для её заправки, початую упаковку холодной сварки, чёрную

книгу с большими заглавными иностранными буквами, написанными

через точку.

— Так, чего-то не хватает, — насупил брови смотрящий в окно Факел. — Ах, да! Самое главное забыл.

Пироман залез ногами на шаткий табурет и выкрутил из люстры самую обыкновенную лампочку. Сегодня он хотел проверить одну байку, которую услышал от своего университетского преподавателя.

— Если у вас есть надоедливый сосед, — гласило начало байки, —

то берём самое маленькое сверло, которое только удастся найти, и лампочку накаливания.

Закончив рассказ преподаватель, возомнивший, что глупым трёпом завоевал доверие группы, перестраховывал себя и говорил, что такое лучше никогда не повторять, и начинал скучную лекцию.

Но было уже поздно, молодой и ещё неопытный любитель огня внимательно запомнил каждое сказанное слово и на последней странице опорного конспекта даже сделал скромный, но подробный, эскиз.

Сегодня был заветный день для испытания схемы в полевых (точнее, в квартирных) условиях. Пироман открыл книгу на нужном месте, разгладил закладкой страницы, достал из пенала крохотное сверло, взял в руку лампочку и принялся за работу. Он умудрялся работать, читать и следить за обстановкой во дворе одновременно. Этот человек был очень талантливым, но его возможности с самого начала попали в недоброе русло. Всегда светлая голова с новыми и никогда не повторяющимися мыслями могла стать предметом зависти любого инженера.

Также источником новых идей для пиромана является художественная литература. В данный момент он читает книгу из серии «S.T.A.L.K.E.R.» с интригующим названием «Череп мутанта». Читал он очень медленно, но его задачей было не пробежать глазами книгу на скорость, а вдумчиво прочитать каждое слово и усвоить каждую мелочь.

После прочтения главы «Детектор лжи» пироман одобрительно покачал головой смекалке сталкера Хромого, который умудрился с помощью закопченного куска железа и простых светодиодов вывести на чистую воду убийцу. И тут Факел решил, что эта глава достойна повторного прочтения.

ГЛАВА 21

УЖАСНАЯ ПОТЕРЯ

Кай возвращался восвояси ни с чем. Он сидел в набитом людьми вагоне метро, грыз ногти и думал о последствиях сегодняшнего неповиновения. С момента трусливого отступления Иван не сказал ни слова. Кай закрыл глаза и запрокинул голову в надежде мимолётного забытья. Глаза жгло, словно в них насыпали перца. Так прошла пара минут, и когда он поднял веки, то все люди куда-то пропали. Вагон оказался пуст, лишь Иван сидел напротив нашего героя, забросив ногу за ногу и скрестив руки на груди.

— Ты жалок, мальчик мой, — Иван первым нарушил молчание и сразу начал с обвинения Кая в мягкотелости. — Паршивый из тебя вышел охотник. В твоём трофейном зале нечем пока полюбоваться, а те подранки, которые ты оставлял после себя, добивали твои приручённые немощные дворняги, которые мнят себя настоящими охотничьими псами. По сути, твой ягдташ пуст. Сброд жалкой дичи меня утомляет.

— Чего ты хочешь? — спокойно спросил Кай.

— Я хочу, чтобы ты проявил себя. Покажи, что ты сам лично можешь предоставить мне добычу, достойную звания моего напарника.

Все эти матёрые волки и хитрые, похотливые лисицы уже успели порядком наскучить. Мне бы маленькую овечку, которая и тебе не составит проблем во время охоты, но целиком и полностью удовлетворит мой аппетит.

На кону твоя жизнь, так что я бы на твоём месте задумался над поставленной перед тобой задачей.

Кай сделал именно то, что и просил Иван, — задумался.

— Выполни всё так, как я хочу, и, так и быть, я тебя отпущу.

— Отпустишь? — недоверчиво переспросил Кай.

— Если не ошибаюсь, то на вашем человеческом языке это называется амнистией.

— Совсем?

— Совсем.

— А не обманешь?

— У тебя слишком светлая душа, с тобой сложно работать, да и надоел ты мне своей правильностью и прямолинейностью — не обману. Одна невинная душа в обмен на твою свободную жизнь.

И тут Кай задумался всерьёз. Нужно всего однажды переступить через себя и навсегда обрести свободу.

— Я соглашусь при условии, если ты позволишь взять с собой Алёшку.

Иван тяжко вздохнул, провёл огромной ладонью по лицу и встал со своего места.

— Сейчас, мальчик мой, я назову тебе три пункта, после которых ты будешь вынужден сказать своё окончательное решение.

Во-первых, ты должен — просто обязан! — выполнить это дело в одиночку.

Во-вторых, если ты дашь мне отрицательный ответ, то умрёшь сегодня до рассвета.

Ну и в-третьих, наркоман тебе больше не поможет. Никогда.

— Ты убил его?

— Да, он умер, но его смерть произошла не от моей руки, даже не по моему хотению.

— Если не ты, тогда кто это мог сделать?!

— Наркоман был убит чокнутым продавцом сыра по наводке главного поставщика наркотиков.

Если тебе нужны наглядные доказательства того, что я не виновен, то просто перейди в другой вагон электропоезда.

Иван приглашающим жестом указал на дверь в конце вагона. Кай со своего места не мог разглядеть, что именно не так с той дверью, но заметил, что она отличалась от противоположной двери. Наш герой не стал тянуть резину, он просто встал и пошёл в конец вагона к дверям. И чем ближе он к ним подходил, тем больше удивлялся

поразительной схожести с дверями в жилище наркомана. Когда Кай подошёл вплотную, все сомнения рассеялись — это точно была его дверь.

— Прошу, — сказал Иван и толкнул дверь.

В прихожей было темно, лишь из дальней комнаты падал свет в коридор. Кай вошёл, дверь захлопнулась, и тут же пропал гул электродвигателей и привычная качка.

— Смелее, — подтолкнул Иван, — сейчас мы лишь незримая иллюзия в этом месте, так что можно не бояться быть замеченным.

Кай вздохнул и скромно пошёл на свет. Зрелище, которое увидел наш герой, оказалось не для слабых духом. Вместе с тошнотой на него накатило сразу два чувства — ужас и гнев.

В освещённой комнате было двое: один живой, второй — мёртвый. Какой-то усатый тип, Кай его не знал, набросил на шею Алёшке кусок проволоки и, бормоча полную чушь, таскал уже бездыханное тело из комнаты в комнату, выполняя таким образом, невидимую «восьмёрку».

— Как тебе это нравится, старая кляча? — бормотал усатый безумец. — Может быть, тебе в сотый раз дать на пробу во-о-он тот дорогущий сыр? А дополнительный бесплатный пакетик не интересует? Ах, ты на автобус опаздываешь? И мне нужно всё бросить и взвесить тебе один кусочек сыра фета? Я отрезал край, а тебе нужно из середины?

Этот бессмысленный трёп был понятен только человеку с усами и бешеными глазами, так как Кай вообще не понимал, что здесь происходит. Это ужасное действо явно проходило уже не первый час. Проволока уже давно въелась в шею наркомана, а на полу остовался кровавый шлейф, прорисовывающий путь, по которому движется усатый псих. Откуда у этого человека столько сил, чтобы битый час таскать по кругу бездыханное тело взрослого юноши? Если бы не шейные позвонки, то голова Алёшки уже бы давно отделилась от тела.

— Что здесь происходит? — спросил Кай у Ивана, когда немного пришёл в себя от увиденного. — Кто этот усач? И что он постоянко бормочет?

— Длинная история, я расскажу её тебе попозже… Если ты, конечно, согласишься.

— А можно мне уничтожить эту усатую скотину?

— В таком случае моя овечка уйдёт, и твой сокращённый путь к свободе оборвётся. Возможен следующий вариант: ты преподносишь на мой пересохший алтарь непорочную добычу, приносишь её в жертву, обретаешь свободу, а я на прощание оставлю тебе координаты этого типа, и ты, уже освобождённый от моего покровительства, выполнишь месть за наркомана. Такой вариант тебе подходит?

— Да.

— Что ты сказал?

— Я согласен! Что непонятно?!

Вместо ответа Иван стал рядом и начал трепать Кая за плечо.

— Конечная остановка.

— Чего?

И тут Кай проснулся и увидел перед собой девушку в бело-голубой форме с пилоткой на голове и сигнальным жезлом в руках, которая активно пыталась его разбудить.

— Молодой человек, это конечная остановка. Далее поезд следует в депо.

Кай оглянулся, вагон был пуст. Он извинился и ушёл прочь.

***

Факел был на седьмом небе от счастья, ещё одно удачное дело.

Пока главный объект и его неопознанное дополнение отсутствовали, пироман закончил свою экспериментальную сборку и проник во временное убежище богатого Буратино. Первым делом он решил как следует обыскать здесь всё. Но долго искать не пришлось. Прямо в прихожей, под вешалкой, стояла дорожная сумка, Факел заглянул

туда, а там — О, Чудо! — полная сумка наличных. Чуть не вскрикнув от радости, пироман с трудом обуздал нахлынувшие эмоции, выкрутил в прихожей над дверью лампочку, вкрутил своё ноу-хау и удалился.

Сейчас он сидел перед окном, читал под светом лампы и ждал возвращения уже нищего принца и его прихвостня. Перед обратной дорогой домой остался последний штрих — устранение уже ненужного объекта.

Чтение чёрной книги начинало утомлять, события развивались с черепашьей скоростью, поэтому Факел отложил в сторону современное чтиво и достал свою личную Библию, в виде маленькой книжонки в мягком переплёте. Обложка была изрядно потрёпана, но это ничуть не мешало занять ей лидирующее место в душе заядлого поджигателя. Эта работа считалась одной из лучших в своём жанре. Рэй Брэдбери «451 градус по Фаренгейту». Множество мини-закладок говорило о том, что эта книга была перечитана неоднократно. Пироман открыл на одной из закладок и начал читать выделенный текст. Прочитав до половины, он закрыл глаза и стал читать по памяти. Это выглядело, словно чтение молитвы своему личному богу огня. Но пироман решил поднять веки и продолжить читать с открытыми глазами, чтобы не пропустить приход ограбленного халдея.

ГЛАВА 22

RETURN THE SENDER

Кай спешил обратно, чтобы поскорей забрать свои вещи, отправить случайного спутника домой и сразу же поехать в город Л, где, по словам демона, ему предстоит выполнить финальное задание.

Наш герой шагал в молчании, а Иван не терял времени и без умолку

инструктировал партнёра, решившегося на полноценное убийство.

— Пока ты ездил на дело, чтобы провалить его, происходило следующее: наёмник, который ведёт за вами слежку, аккуратно проник в вашу съёмную квартиру, забрал с собой сумку денег и «расставил силки» на двух безобидных ничего не подозревающих птичек.

— Школьник пострадал? — заволновался Кай.

— Нет, он оказался послушным малым, забился в самый тёмный угол и сидит там до сих пор. Но это не главное. Главное то, что тебе ни в кое случае нельзя включать свет, иначе «силки» сработают и на этом наши приключения окончатся.

— Почему это? Он замкнул выключатель, и я могу спровоцировать короткое замыкание?

— Мелко мыслишь. Этот парень настоящий эксперт в поджигательных делах, адепт всего того, что касается огня и воспламенения. Просто ни при каких обстоятельствах не прикасайся к рубильнику в прихожей.

А теперь тормози.

— Шутишь? Наоборот, нужно спешить, вдруг мальчишка вылезет из своего убежища и наломает дров, он же не в курсе.

— Не забывай, что за тобой следят и тебе предстоит дождаться того же прохожего, с которым ты выходил из подъезда.

Если ты вернёшься один, наблюдатель может заподозрить неладное, запаниковать и спутать все карты.

Кай не стал спорить, демонические рассуждения были вполне здравыми, и он нехотя принялся топтаться на месте и оглядываться по сторонам.

Нужный прохожий появился на горизонте через шесть минут, это время показалось Каю вечностью. Наш герой поплёлся за незнакомым прохожим. Войдя во двор, Кай напрягся.

— А теперь, — сказал Иван, — можешь взглянуть на своего потенциального противника, он смотрит на тебя из окна этажом выше твоего, но долго не задерживай на нём взгляд, это может быть чревато плачевными последствиями.

Кай поднял глаза и увидел безэмоциональное лицо в свете на-

стольной лампы. Но парень даже не успел толком разглядеть его. Свет погас.

— Ты что творишь?! — зашипел Иван. — Хочешь, чтобы он сжёг тебя прямо в подъезде?

— Я не хотел. Прости.

***

— Этот щенок посмотрел прямо на меня, — подумал Факел. — Что это? Обычный взгляд в соседнее окно, в котором горит свет, или он знает, что за ним ведут слежку?

Двое благополучно зашли в подъезд, темп их хода был стабильным, объект, заметивший свет в окне, не начал тыкать пальцами и привлекать внимание собеседника. Из этого пироман сделал вывод, что паранойя сыграла с ним злую шутку. Он включил свет, пролистал несколько страниц вперёд. До конца главы было три страницы.

— Ладно, — подумал Факел и посмотрел на часы, — дам этим субчикам десять минут. Если за это время в окне не покажутся пожарные машины с мигалками, значит, лично пойду на разведку.

***

Кай вошёл и закрыл за собой дверь. Вокруг стояла тишина и темнота, не видно ни зги.

— Эй, любитель халявных наушников, ты ещё здесь?

В ответ послышалась возня и быстрые приближающиеся шаги.

— Наконец-то ты вернулся! — залепетал взъерошенный мальчишка. — Я думал, тот вор вернулся обратно. Он открыл дверь, забрал твою сумку, лампочку над дверью и ушёл. У него, наверное, был свой ключ, звуков взлома слышно не было, лишь клацнул замок и отворилась дверь. Я подумал, что это ты явился, но когда по стене пополз свет карманного фонаря, я затаился и приготовился к защите, но это не пригодилось. Ему просто повезло, что он не пошёл дальше и не нарвался на неприятности.

— Эй, прекрати тараторить, — Кай схватил пацана за плечи, — что значит «украл лампочку»?

— То и значит. Уверен на сто процентов, что если сейчас щёлкнуть выключателем, то свет не загорится.

Мальчишка ловко вырвался из хватки Кая и потянулся к выключателю.

— НЕТ! — закричал Иван.

— НЕТ! — подхватил Кай и ударил мальчика по руке.

— Эй, ты чего дерёшься? Больно ведь.

Обиженный школьник потёр ушибленное место.

— Значит так, сейчас ты возвращаешься туда, откуда вылез и не высовываешься до тех пор, пока я не вернусь. Я схожу заберу свою сумку, и мы уезжаем отсюда, будь готов быстро уйти.

Кай отвернулся и начал выкручивать лампочку, которая осталась после пиромана. Выкрутив её до конца, он удивился её тяжести.

— Ты ещё тут, — прикрикнул Кай на застывшего на месте наблюдателя, — быстро в схрон!

***

— Что теперь?

Кай стоял в подъезде и внимательно разглядывал адское изобретение больного человека. Только полный псих мог такое придумать и заморочиться с воплощением задума в жизнь. Наш герой держал в руках

лампу, внутри которой плескалась жидкость для заправки бензиновых

зажигалок. Она туда попала через крохотное отверстие, просверленное миниатюрным свёрлышком. После нестандартной заправки лампочки отверстие было аккуратно закупорено холодной сваркой.

— Поднимайся на этаж выше, упирайся в торцевые двери и жди.

Как только услышишь щелчок дверного замка — входишь вовнутрь и быстро действуешь, у тебя будет не больше минуты времени. Твоя задача: быстро, но тихо, войти, пройти на кухню, слева от стола забрать сумку с деньгами, выключить настольную лампу, выкрутить лампочку, вкрутить инженерный шедевр и быстро удалиться, пусть создатель лично наступит на свои грабли. Если хоть на секунду замешкаешься, то может выйти накладка.

Иван замолчал и наступил гнетущий момент ожидания. Кай не знал, что происходит там, за дверью, но он был рад, что сейчас демон действует с ним заодно.

Послышался сухой щелчок, и наш герой слепо ринулся вовнутрь, даже не прикрыв толком за собой дверь. В помещении было темно, лишь тусклый свет настольной лампы лился из кухни. К счастью, планировка квартир была однотипная, и Кай, словно мотылёк, полетел на свет. По пути он обратил внимание на полоску света, пробивающуюся из-под дверей, на которой было прибито маленькое медное

изображение писающего мальчика.

Войдя на кухню, Кай сначала нашёл взглядом свою сумку, а потом принялся выкручивать лампочку, которая порядком накалилась и обжигала пальцы. Свет погас, и Кай погрузился во мрак. Положив горячую грушу в карман, он достал пиромановский подарок и вернул отправителю путём вкручивания её в тёплый патрон настольной лампы.

— Выключи лампу, шалопай, — зашипел Иван, — иначе сейчас поджаришь сам себя!

И действительно, Кай так увлёкся, что совсем забыл про эту деталь. Он щёлкнул пальцем по кнопке и продолжил вкручивать.

Процесс замены прошёл успешно, и было самое время уносить ноги, но Кай решил внести последние коррективы. Он уселся на табурет и направил лампу себе прямо в лицо, чтобы карающий эффек бумеранга сработал наверняка.

— Время! — напомнил Иван.

Кай услышал, как по трубам зашумела вода. Он схватил сумку и на цыпочках рванул к выходу. Когда Кай прикрывал за собой двери, то увидел, как дверь с медным орнаментом советских времён медленно открывается. Звук шелестящей по трубам воды стал громче.

Единственное, что спасло нашего героя, — это то, что облегчившийся

пироман выходил из уборной задом.

ГЛАВА 23

ГОРЯЩИЙ ФАКЕЛ

Факел выходил из уборной, застёгивая штаны и тихо напевая вполголоса:

Я знаю, оно не умрёт

Это пламя

Я знаю, оно не умрёт!

Дверь закрылась, и пироман застыл, оказавшись в полной темноте. Он не припоминал, чтобы выключал свет, когда на минутку отлучался от чтения. Несколько секунд усердных попыток вспомнить наверняка, была ли выключена лампа или нет, но всё тщетно.

Но потом Факел махнул рукой.

— Какая разница, — подумал он, — включена лампа… выключена лампа… Теряю время почём зря. Уже пора дочитать главу до конца и выдвигаться на разведку, потому что не слышно гари с воплями, (а в таких квартирах слышимость поразительная), да и пожарный наряд не радует своим присутствием.

Во время своих поджогов Факел не раз прятался в толпе любопытных зевак и наслаждался двумя вещами: жаркими плодами своего труда и оперативным развёртыванием пожарных. Их слаженные действия

восхищали своей проворностью, они напоминали суетливых муравьишек, которым разворошили палкой муравейник. Каждый знал, в какую сторону бежать и за какой рукав тянуть. Пироман был человеком

с фантазией и иногда представлял себе, что эти губители его искусства

имеют между собой скрытую ментальную связь, а если снять с них каски, то их уши, словно у лесных эльфов, будут заострённые. А когда эти

коршуны приступают к делу, Факелу становится скучно, и он уходит, чтобы не видеть, как окончательно угаснет его детище.

С этой мыслью он сел на тот же шаткий табурет, включил лампу, чтобы дочитать намеченный отрезок но вместо света из лампы вырвалось всепоглощающее жидкое пламя и выплеснулось прямо в лицо пироману. Это действие застало его врасплох и сбросило с сижи на пол. Факел активно пытался сбить пламя с лица судорожными ударами открытых ладоней, но ничего не получалось. Пылающий жар не позволял полноценно вдохнуть свежий воздух.

***

Для обычного поджога горючего в лампе было вполне достаточно. Но вся беда в том, что в кухне со спартанской обстановкой нечему было гореть.

Там, где Факел изначально установил огненную сферу с вольфрамовой нитью внутри, было идеальное место. Захламлённая вешалка, обувная полка, пушистый ковёр на всю прихожую — всё это просто находка для быстрого и качественного поджога.

А здесь — пусто. Было очень мало надежды на то, что старенький советский рефрижератор загорится. Поэтому Иван решает вмешаться в текущий ход событий.

Когда Факел тянулся к лампе, чтобы включить её, демон стоял на газовой плите и, не считая пары дюймов, упирался бритым черепом в потолок. Пироман нажимает на кнопку, электрический ток проходит через нить накаливания, стекло не выдерживает давления и лопается. Пламя вырывается наружу, и тут Иван начинает действовать.

Одна человекоподобная лапа поднята под самый потолок и смотрит на извивающегося Факела открытой ладонью. А второй рукой демон делал интенсивные круговые вращения, словно пытался размешать сахар в огромной невидимой чашке чая. Эти манипуляции активно делали языки пламени длиннее. Пламя разгоралось с новой силой и начинало вращаться огненным вихрем вокруг объятого пламенем пиромана. Бедняга издал гортанный вопль беспомощности и сдирал ногтями расплавленную кожу с лица. Иван подслушивал, когда Факел напевал песенку, застёгивая штаны, и теперь демон тоже решил собезьянничать:

Я знаю, оно не умрёт

Это пламя

Я знаю, оно не умрёт!

Ко всему этому он добавил родную инструменталку и дикие вопли вокалиста. Эти звуки слышал только Иван, но отсутствие зрителей не уменьшило уровня удовольствия от созерцания горячего зрелища.

Факел сдался, перестал сопротивляться, подчинился судьбе, скорчился на полу, словно потревоженная мокрица, и начал угасать.

ГЛАВА 24

ЖЕЛАНИЕ

— Быстро собирайся, мы уезжаем!

Кай ворвался в прихожую, захлопнул за собой дверь и принялся вкручивать ещё тёплую лампочку с настольной лампы пиромана в патрон прихожей.

— А как же поход за наушниками? — расстроился школьник.

— Немедленно уходим!

Кай впопыхах пробежался по всем комнатам, проверяя, не забыли ли они чего-то ненароком.

— А как можно что-то забыть, — подумал Кай, — если мы даже

ничего толком не брали с собой. А что брали, то не разбирали.

И тут сверху раздался крик.

— Что это? — тихо спросил напуганный школьник.

— Пошли, — сказал Кай и потащил пацана за руку, — нам пора.

***

Из подземки станции метро «Южный вокзал» вышли двое с озадаченными физиономиями. Кислое лицо школьника было бледным и безэмоциональным, он чувствовал себя обманутым.

Кай был обескуражен двумя вещами сразу: ужасной смертью наёмника и своим согласием на убийство невиновного. Так они и шли рядом, двое унылых… случайных знакомых.

— Здесь наши пути расходятся, — вздохнул Кай. — Тебе сейчас купим билет на ближайший поезд домой.

— А ты?

— А у меня есть неоконченные дела, так что я останусь.

— Я без тебя никуда не поеду!

— Это что, бунт на корабле? — голосом старого пирата сказал

Кай, зажмурив один глаз.

— Я еду с тобой!

Кай вздохнул и понял, что пацан настроен решительно. Сил на спор просто не было. И тут наш герой вспомнил одну вещь.

— Ты едешь домой.

— Нет!

Не перебивай, я же ещё не договорил.

Ты едешь домой на ближайшем поезде, потому что это моё желание, которое я у тебя честно выиграл.

Было видно, как мальчишка замялся. В столь юном возрасте такие

понятия, как спор на желание, ещё относятся к разряду очень серьёзных вещей.

Кай приоткрыл сумку, чтобы рука могла пролезть, и достал пачку денег с банковскими лентами.

— Возьми, — Кай вложил «котлету» в ладонь школьника, — прости, но тебе придётся себе самому купить и наушники, и плеер. Купишь такие, какие только захочешь, здесь хватит на любые.

Глаза и рот школьника приобрели овальную форму, он никогда в жизни не держал в руках такую крупную сумму.

— Да и ещё, — сказал Кай и ловко выудил из кармана телефон, который уже давно сел, открыл его и достал сим-карту, — возьми вот это. Нет времени обмениваться номерами телефонов, а терять с тобой связь я не хочу. Уверен, что ты ещё многому можешь меня научить. На этот номер больше некому звонить, так что… если у меня всё получится, и я покончу раз и навсегда со своими делами, я тебе позвоню.

После этого Кай крепко, по-братски, обнял школьника.

Эпилог

ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ

РЕШЕНИЕ

ГЛАВА 1

НЕОСПОРИМЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА

— В тот же вечер я посадил мальца на поезд и отправил домой, — вздохнул кочегар, — а сам сел в последнюю электричку, которая отправилась из Харькова в 00:04, и через три четверти часа я приехал в конечный пункт — город Л.

Остаток ночи я провёл в зале ожидания, сидя прямо на вокзале.

А рано утром меня разбудил Иван и сказал, чтобы я шёл к директору местного техникума и спросил о рабочих вакансиях. Мне отказали, но я оставил свой адрес, где буду временно проживать. А проживал я как раз напротив учебного учреждения в старом двухэтажном доме, построенном из красного кирпича. Моя крохотная комнатушка была не больше шкафа. Когда я там находился, то чувствовал себя домовым, который живёт на антресолях.

Через три дня за мной прислали секретаря и предложили работу кочегаром, потому что их прежний кочегар внезапно пропал, причём без какой-либо веской причины. Я согласился. Мне было неизвестно, куда именно пропал мой предшественник, но я точно знал, кто замешан в исчезновении невинного человека.

Дом был далеко, никто не искал меня, идти было некуда, поэтому я поселился в кочегарке. После того как я сюда попал, Иван практически не разговаривал со мной, единственное, что он постоянно повторял, так это то, что мне ничего не нужно делать и просто ждать, а он ищет способ заманить сюда нужного человека и тратит на это все свои силы.

Тогда у меня появилась уйма времени, чтобы заново пропустить через себя всё пережитое и осознать огромную тяжесть содеянного.

Так в моей жизни появился алкоголь, много алкоголя и непомерное

его возлияние. Я упивался вином до беспамятства. Сначала пробовал

водку и коньяк, но меня выворачивало после третьей рюмки, моему неподготовленному организму было сложно справиться с крепкими напитками, поэтому я довольствовался вином, сидром, иногда шампанским.

Находясь в туманном полузабытьи, я потерял счёт времени. Такое понятие, как личная гигиена, перестало меня волновать, и я медленно опускался на самое дно. Иван видел всё это, я чувствовал его присутствие, но никаких замечаний с его стороны не было, и я продолжал гробить себя.

Однажды утром, возможно, вечером, я точно не знал, какое сейчас время суток. В общем, проснулся я как-то после очередной алкогольной передозировки и совершенно случайно взглянул в почерневшее

от времени настенное зеркало. Я сначала не понял, что происходит.

Первое, что пришло в голову, — я ещё сплю. Но протерев глаза, я понял, что мутное отражение не изменилось.

Глаза и щёки впали, выросла приличная кудлатая борода, в которой запутались куски пищи, нос посинел, по лицу пошли красные пятна. Чужая грязная одежда источала зловоние. Под длинными ногтями скопился приличный запас грязи. Внутренняя коррозия затмила здравый разум и ослепила меня. Как оказалось, я слишком долго сидел в яме бездействия и топил остатки совести в алкоголе.

С того дня я перестал пить и хотел привести себя в порядок, но личный демон остановил меня. Сказал, что мой внешний вид — это превосходная естественная маскировка. Такой «камуфляж» за один день не нарисуешь. Совет показался мне вполне здравым, и я оставил всё как есть.

На трезвую голову время тянулось мучительно медленно, я чувствовал себя использованным, опустошённым, обжуленным. Терпение было на пределе, хотелось всё бросить и убежать куда глаза глядят, а там — будь что будет. А когда нервы сдали окончательно, я психанул и стал собирать свои вещи. Иван остановил меня в самый последний момент, сказал, что цель уже близка. И хоть некоторые изменения в этом деле и испугали меня, я остался ждать. Через врем я хлынул дождь, а потом пришёл ты.

***

Кочегар выдохнул, на этом его рассказ был окончен. Неловкое молчание заполнило пространство пыльного помещения.

Открывший всю правду Кай терпеливо ждал хоть какой-то реакции от слушателя. Задумавшийся паренёк переваривал огромный монолог засаленного оратора.

— Дальше ты сам всё знаешь, — добавил кочегар, чтобы разбавить

затянувшуюся паузу.

— Даже не знаю, что сказать, — ответил слушатель хриплым от долгого молчания голосом и прочистил горло кашлем, — всё это выглядит фантастически складно, но как-то не верится, что это правда. Все эти демоны, убийства, деньги… слишком много выдуманного.

Лицо кочегара стало суровым, он открыто уничтожал собеседника взглядом.

— Если для вас это важно, — смутился Тимур, — то я готов поверить вам, только у меня есть лишь один вопрос: вы же не собираетесь меня убивать? Не спорю, история шикарная, вам бы книжки писать, ну или журналистом в каком-то хорошем издании стать.

Кай не понимал, каким образом, но весь страх и чувство обречённости за время окончания рассказа полностью выветрилось из слушателя. Сейчас он себя вёл уверенно, говорил собранно, не заикаясь, во взгляде просматривалась насмешка.

Кочегар встал и молча начал привязывать Тимура к стулу. Тот начал сопротивляться, хотя до этого момента он себе такой дерзости не позволял и сидел смирно, пока его окончательно не привяжут.

— Зачем это? — спросил Тимур и схватил кочегара за рукава.

Ответ был дан без единого слова в виде удара лбом в лицо. В уголке рта показалась кровь. Тимур немного осел и снова стал вести себя смирно.

Кочегар очень быстро справился с усмирённым парнем, завязал последний узел и полез под старый стол. Тимур не решался спросить, что он там ищет, и просто ждал. Из-под стола показалось злое лицо кочегара с сумкой в руках.

— Вот, — сказал Кай, бросив перед связанным новую, но грязную сумку, и расстегнул змейку. В сумке было полным-полно денег. — Этого доказательства для тебя достаточно или хочешь лично посмотреть на моего напарника?

Кочегар выудил из внутреннего кармана небольшой осколок зеркала, обмотанный по кругу изоляционной лентой. Злоба переполняла Кая, все его действия были необдуманными. Он никогда не позволял себе вот так открыто доставать напоказ заветный артефакт. Если бы демон был сейчас здесь, то у него явно возник бы вопрос по поводу этого зеркала.

Бледный пленник сидел смирно и во все глаза смотрел на раскрасневшегося кочегара. Тяжело дыша, Кай немного успокоился, аккуратно прикрыл зеркало рукой и быстро осмотрел помещение через отражение в зеркале.

— Пронесло, — подумал Кай.

— Так значит, это всё правда? — еле слышно прошептал Тимур.

Кочегар виновато закивал головой.

— И теперь тебе нужно меня убить, чтобы освободиться?

— Замолчи… замолчи… замолчи! — Кочегар сорвался на крик.

— Не делай этого… пожалуйста, — Тимур зарыдал.

— Да закрой же ты свой рот! — рявкнул кочегар и зло толкнул молящего о пощаде Тимура ногой. Стул опрокинулся, жертва упала, сильно ударившись затылком о пол, и потеряла сознание.

ГЛАВА 2

НОЧНОЙ КОШМАР В ДНЕВНОЕ ВРЕМЯ

Тимур пришёл в себя из-за какой-то возни в ногах. Затылок ныл и пульсировал болью, отдающей в виски. Шевелиться не хотелось, но услышав металлический лязг, Тимур открыл глаза и стал биться в панике. Так он и думал, его закрыли в печке!

— На помощь! — надсадный вопль беспомощности вырвался из глотки Тимура.

Открылась соседняя дверца твердотопливного котла. Как оказалось, их было две изначально. Путь к открывшемуся выходу преграждали колотые дрова, тонкие молодые веточки и всё это припорошено хлопьями опилок.

— Отпусти меня, прошу тебя, — надрывался Тимур и задыхался в приступе кашля от летающей в воздухе золы.

В ответ кочегар чиркнул спичкой, поджёг мятую газету, сунул в печку и закрыл дверцу. Тимур видел, как пламя из газеты перебрасывалось на сухие веточки и опилки. Самые тоненькие палочки загорелись и начали издавать характерный хруст, как во время горения древесины.

— Пощади! Не убивай!

Пламя быстро разгоралось и набирало силу. С дымом проблем не было, его мгновенно вытягивало в трубу, но воздуха стало не хватать, в закрытом пространстве он активно выгорал.

Вдруг открылась дверца в ногах Тимура, и кошмарный сон повторялся точь-в-точь. Его шнурки начали вынимать из обуви, а парнишка, как и во сне, предлагал кочегару забрать обувь целиком, но его предложение было проигнорировано. Шнурки грубо изъяты, выход на свободу с лязгом захлопнулся.

Тимур продолжал вопить, и решился на последний шанс — сбить пламя, пока оно не успело окрепнуть. Окончательно отчаявшись, Тимур молотил ногами по дровам и хворосту. Сонм искр взметнулся и полетел в трубу вместе с дымом. Пламя не желало сдаваться, но у мальца получалось, нужно было только продолжать в том же духе. Разжаренные угольки попадали на одежду и прожигали её, прилипали к плоти и с шипением затухали.

Тимур уже потушил половину горящих дров, но тут кочегар открыл нижнюю тягу, и пламя воспылало с новой силой. В момент загорелись потушенные Тимуром головешки, и тут парень понял, что бороться уже бесполезно. Всё, что ему оставалось делать, так это кричать, стонать и плакать.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

ДОЛГОЖДАННАЯ СВОБОДА

Из трубы валил белый густой дым. Такого цвета дым можно увидеть над крематорием, когда в печи сжигают усопшее человеческое существо. Из ржавых ворот кочегарки вышел чумазый парень. Он был весь перепачкан сажей. Глубокий вдох и выдох.

Дневной свет резал глаза, прохладный ветер обдувал раскрасневшееся лицо.

— Свобода, — еле слышно прошептал человек, вышедший из душного помещения кочегарки.

Старая засаленная фуфайка болталась на плечах. В голове была пустота, ни единой мысли не тревожило его перегруженный мозг. Хотелось бежать, кричать, петь, ликовать. И в то же время хотелось упасть, заплакать, уменьшиться до размера песчинки и исчезнуть.

Эмоции на лице освобождённого менялись слишком часто, бедняга

находился в шаге от самого настоящего психического расстройства.

Малейшего толчка было бы достаточно, чтобы фримэн упал в пропасть безумства.

И этот толчок был любезно организован демоном в честь их заочного знакомства и несостоявшегося запланированного умерщвления.

Иван, сидевший на крыше, свесив ножки, решил подарить выжившему бедолаге финальную песню — «Roadrunner United» — «The End».

Конец. В этот момент конец настал многим вещам, в том числе и терпению Ивана.

Зазвучавшая в голове песня заставила улыбнуться окончательно съехавшего с катушек парня.

— Не обманул… не обманул, — задыхаясь от истерического смеха, твердил он одно и то же.

Не прошло и минуты, как необоснованное веселье обратилось во всепоглощающий страх.

— Не обманул, — с ужасом в глазах проговаривал чумазый парень.

— Уходи скорее, пока кочегар не опомнился, — вещал суровым голосом Иван с высоты, — ищи надёжное убежище там, где он точно тебя не найдёт.

Тимур оглядывался по сторонам, пытался увидеть своего собеседника, но никого вокруг не было. В каждой руке он держал по пачке денег, а на ногах были ботинки без шнурков.

— Не обманул, — шептало то, что осталось от Тимура. К сумасшествию только что добавилась паранойя.

— Но в любой момент может обмануть. Беги! Спасайся! Кочегар уже идёт за тобой.

Тимур сорвался с места, побежал вниз по склону и всё бубнил себе под нос: «Не обманул, не обманул».

— Тебе не скрыться от кочегара, — кричал вдогонку убегающему Тимуру, — он всё равно тебя найдёт! Единственное место, где кочегар не сможет тебя достать, — это водная среда. Полезай в пруд и постарайся затаиться на самом дне. Сначала покажется, что тебе тяжело, и ты задыхаешься, но так будет недолго. Совсем скоро ты станешь с водой одним целым и тогда… всё закончится.

Последние слова демон проговорил с довольной улыбкой.

***

Кочегар сидел за грубым столом с поникшей головой. Жалость взяла верх, и он не смог позволить, чтобы ни в чём не повинный человек заживо сгорел. На его руке были намотаны обувные шнурки, это всё что осталось от того шанса, который мог сделать его свободным. Что делать дальше, он не знал.

— Эх, а ведь свобода была так близка, — где-то за спиной наигранно вздохнул демон.

— Я слышал отголоски музыки.

— Да, я сделал нашему несостоявшемуся агнцу прощальный подарок.

Это значило только одно — мальчишка мёртв. Демон ни с кем не выходит на контакт во время бодрствования человеческого организма. А если всё-таки вышел, то можно считать, что этот человек — покойник.

— Я так понимаю, на этом наше увлекательное партнёрство не заканчивается?

Это был риторический вопрос, и каждый это понимал. Иван залился жутким гортанным хохотом, а Кай, храня молчание, сидел и ласкал большим пальцем чужие шнурки.

Конец.

25.01.2018 г.

СПИСОК УПОМЯНУТОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Фрэнк Херберт «Дюна».

2. Николай Гоголь «Ревизор».

3. Патрик Зюскинд «Парфюмер».

4. Виктор Гюго «Человек, который смеётся».

5. Михаил Булгаков «Мастер и Маргарита».

6. Стивен Кинг «Сияние».

7. Леопольд Фон Захер-Мазох «Венера в мехах».

8. Курт Воннегут «Колыбель для кошки».

9. И. В. Гёте «Фауст».

10. Джеффри Линдсей «Дремлющий демон Декстера».

11. А. Волков «Урфин Джюс и его деревянные солдаты».

12. И. Ильф Е. Петров «Двенадцать стульев».

13. Пьер Рей «Аут».

14. А. Левицкий, В. Ночкин «Череп мутанта».

15. Рэй Брэдбери «451 градус по Фаренгейту».

16. Марио Пьюзо «Крёстный отец».

СПИСОК УПОМЯНУТЫХ ПЕСЕН

1. Rammstein — Еngel.

2. Элизиум — Другие границы понимания свободы.

3. Jane Air — Апокалипсис уже за тобой.

4. ##### (5Diez) — Бегство.

5. Jump Under Mad Panic — Откровение.

6. ##### (5Diez) — Экзекуция.

7. Ins — LOVEHEADSHOT.

8. Фактор-2 — Шалава.

9. Jane Air — ЗВВСЗ.

10. Ludovico Einaudi — Eros.

11. Cyber Snake — Terrarium.

12. Cyber Snake — The Snake.

13. Amy Winehouse — Back To Black.

14. Frank Sinatra — My Way.

15. Оригами — Нить.

16. Cyber Snake — Princess and Demon.

17. The Korea — Армада.

18. Korn — Blind.

19. Louis Armstrong — A Kiss to Build a Dream On.

20. Pictures Inside Me — Один на один.

21. The Devil Wears Prada — Escape.

22. 25/17 — Так было надо.

23. Apocalyptica — Inquisition Symphony.

24. Биопсихоз — Воспитание страхом.

25. Jean Michel Jarre — Second Rendez-vous.

26. ##### (5Diez) — Внутри меня.

27. ##### (5Diez) — План Барбаросса.

28. Roadrunner United — The End.

Content

Исповедь кочегара
Игорь Андреев

РАСЩЕПЛЕНИЕ

Игорь Андреев

ПРЕДИСЛОВИЕ

Часть 1

ЗАТВОРНИК

ГЛАВА 1 ТРУБА

ГЛАВА 2 ТРИ ТОВАРИЩА

ГЛАВА 3 СОБЕСЕДНИК

ГЛАВА 4 ВСТРЕЧА

ГЛАВА 5 НЕПОРОЧНЫЙ АГНЕЦ

Часть 2

ГЛАВА 1 ГОСТЬ С ДУРНОЙ ВЕСТЬЮ

ГЛАВА 2 ВЫЯСНЕНИЕ ОТНОШЕНИЙ

ГЛАВА 3 БЕГСТВО

ГЛАВА 4 ДЕНЬ ПЕРЕРОЖДЕНИЯ

ГЛАВА 5 ИСТИННОЕ ПРОЗРЕНИЕ

ГЛАВА 6 ИСПЫТАНИЕ СТРАХОМ

ГЛАВА 7 ВАШЕ ЖЕЛАНИЕ ИСПОЛНЕНО!

ГЛАВА 8 ПОИСК РАВНОВЕСИЯ

ГЛАВА 9 ВЫНУЖДЕННОЕ ЗАТИШЬЕ

ГЛАВА 10 ДЕЛЬНЫЙ СУВЕНИР

ГЛАВА 11 ОЛЬГА

ГЛАВА 12 ВЗЯТКА ПРИНЯТА, НО РАЗГОВОР ЕЩЁ НЕ ОКОНЧЕН

ГЛАВА 13 КАЗНЬ МИЛЕДИ

ГЛАВА 14 НЕОЖИДАННАЯ ПОПРАВКА

ГЛАВА 15 ДЕМОНСТРАЦИЯ

ГЛАВА 16 ВЫЖИТЬ В КНИЖНОМ ПЕРЕПЛЁТЕ

ГЛАВА 17 НЕВОЛЬНЫЙ САМЕЦ

ГЛАВА 18 НА ПОРОГЕ ОТЧАЯНИЯ

ГЛАВА 19 ТЕРРАРИУМ

ГЛАВА 20 ЧУДОВИЩНАЯ ЗАМЕНА

ГЛАВА 21 ИЖДИВЕНЕЦ

ГЛАВА 22 ВТОРНИК

ГЛАВА 23 ПРИНЦЕССА И ДЕМОН

ГЛАВА 24 КОЛЕСНИЦЫ БОГОВ

Мы здесь…

Перед тобой величие силы

Часть 3

ПЛАТЁЖ ПО ВЕКСЕЛЮ

ГЛАВА 1 ЯДОВИТАЯ ТВАРЬ

ГЛАВА 2 АМПУТАЦИЯ ВО БЛАГО

ГЛАВА 4 УЖИН С ДУШКОМ

ГЛАВА 5 СКВОЗНОЕ РАНЕНИЕ

ГЛАВА 6 МЫСЛЬ О СПАСЕНИИ

ГЛАВА 7 «САНИТАРЫ» ЛЕСА

ГЛАВА 8 ОЧИЩАЮЩИЙ «РЫК»

ГЛАВА 9 НОВОЕ ДЕЛО

ГЛАВА 10 ЛОГОВО КАИНА

ГЛАВА 11 ДВОЕ ИЗ ЛАРЦА

ГЛАВА 12 МЕСТО ПРЕСТУПЛЕНИЯ

ГЛАВА 13 РАССТАВАНИЕ

ГЛАВА 14 ГОРЯЧАЯ МЕСТЬ

ГЛАВА 15 ИЗГНАНИЕ

ГЛАВА 16 О ПОТЕРЕ И ПРИОБРЕТЕНИИ

ГЛАВА 17 В ДОРОГЕ

ГЛАВА 18 ПЕРВАЯ СТОЛИЦА

ГЛАВА 19 СТРАЙК!

ГЛАВА 20 ФАКЕЛ

ГЛАВА 21 УЖАСНАЯ ПОТЕРЯ

ГЛАВА 22 RETURN THE SENDER

ГЛАВА 23 ГОРЯЩИЙ ФАКЕЛ

ГЛАВА 24 ЖЕЛАНИЕ

Эпилог

ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ

РЕШЕНИЕ

ГЛАВА 1

НЕОСПОРИМЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА

ГЛАВА 2 НОЧНОЙ КОШМАР В ДНЕВНОЕ ВРЕМЯ

ПОСЛЕСЛОВИЕ

ДОЛГОЖДАННАЯ СВОБОДА

СПИСОК УПОМЯНУТОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

СПИСОК УПОМЯНУТЫХ ПЕСЕН