Блейк Пирс

ЛИЦО СМЕРТИ

ЛИЦО

СМЕРТИ

(Серия «Загадки Зои Прайм»—Книга №1)

БЛЕЙК ПИРС

Блейк Пирс

Блейк Пирс – современный американский писатель, автор серии мистических триллеров под названием «Загадки Райли Пейдж», ставшей настоящим бестселлером и на данный момент включающей в себя шестнадцать книг (серия ещё не завершена). Блейк Пирс также является автором серии мистических триллеров «Загадки Макензи Уайт», на данный момент включающей в себя тринадцать книг, но их число продолжает расти; серии мистических триллеров «Загадки Эйвери Блэк», состоящей из шести книг; серии мистических триллеров «Загадки Кэри Локк», состоящей из пяти книг; серии мистических триллеров «Становление Райли Пейдж», на данный момент состоящей из пяти книг, но их число продолжает расти; серии мистических триллеров «Загадки Кейт Уайз», на данный момент состоящей из шести книг, но их число продолжает расти; серии мистических триллеров «Загадки Хлои Файн», состоящей из пяти книг, число которых продолжает расти; серии психологических триллеров о Джесси Хант, состоящей из пяти книг, и их число продолжает расти; серии психологических триллеров «Au Pair», состоящей из двух книг, число которых продолжает расти и серии мистических триллеров о Зои Прайм, состоящей из двух книг, число которых будет ещё увеличиваться.

Если вы являетесь заядлым читателем и поклонником жанров детектива и триллера, Блейк Пирс будет рад услышать от вас обратную связь, поэтому мы приглашаем вас посетить сайт www.blakepierceauthor.com, чтобы узнать больше информации и оставаться в курсе всех новостей.

Copyright © 2019 г. Блейк Пирс. Все права защищены. За исключением случаев, предусмотренных законом США об авторском праве 1976 года. Ни одна часть данной публикации не может быть воспроизведена, распространена или передана в любом формате или любыми средствами, а также храниться в любой базе банных без предварительного разрешения автора. Данная электронная книга предназначена исключительно для вашего личного пользования и не может быть передана или продана третьим лицам. В случае, если вы желаете поделиться этой книгой с другим лицом, вам необходимо приобрести дополнительную копию для каждого получателя. Если вы читаете эту книгу, не купив её, или же она была приобретена не для вашего личного пользования, просим вас вернуть книгу и приобрести собственную копию произведения. Благодарим за проявленное уважение к работе автора. Данная книга является художественным вымыслом. Имена, персонажи, предприятия, организации, места, события и происшествия являются плодом воображения автора. Любые совпадения с реальными людьми, ныне живущими или умершими, являются случайными. Дизайн обложки – Copyright Fred Mantel – используется на основании лицензии, полученной от Shutterstock.com.

КНИГИ БЛЕЙКА ПИРСА

СЕРИЯ РОМАНОВ

«ПОЧТИ УШЛА» (Книга №1)

«ПОЧТИ ПОТЕРЯЛА» (Книга №2)

«ПОЧТИ УМЕРЛА» (Книга №3)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ ЗОИ ПРАЙМ»

«ЛИЦО СМЕРТИ» (Книга №1)

«ЛИЦО УБИЙСТВА» (Книга №2)

«ЛИЦО СТРАХА» (Книга №3)

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ТРИЛЛЕР О ДЖЕССИ ХАНТ

ИДЕАЛЬНАЯ ЖЕНА (Книга №1)

ИДЕАЛЬНЫЙ КВАРТАЛ (Книга №2)

ИДЕАЛЬНЫЙ ДОМ (Книга №3)

ЗАГАДКИ ХЛОИ ФАЙН – ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ДЕТЕКТИВ

ПО СОСЕДСТВУ (Книга №1)

СОСЕДСКАЯ ЛОЖЬ (Книга №2)

БЕЗЫСХОДНОСТЬ (Книга №3)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ КЕЙТ УАЙЗ»

ЕСЛИ БЫ ОНА ЗНАЛА (Книга №1)

ЕСЛИ БЫ ОНА УВИДЕЛА (Книга №2)

ЕСЛИ БЫ ОНА УБЕЖАЛА (Книга №3)

СЕРИЯ «СТАНОВЛЕНИЕ РАЙЛИ ПЕЙДЖ»

НАБЛЮДАЯ (Книга №1)

ВЫЖИДАЯ (Книга №2)

СОБЛАЗНЯЯ (книга №3)

ОБРЕТАЯ (Книга №4)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ РАЙЛИ ПЕЙДЖ»

КОГДА ОНА УШЛА (Книга №1)

КОГДА КРУГОМ ОБМАН (Книга №2)

КОГДА РАЗБИВАЮТСЯ МЕЧТЫ (Книга №3)

КОГДА ПРИМАНКА СРАБОТАЛА (Книга №4)

КОГДА ОХОТА НАЧАЛАСЬ (Книга №5)

КОГДА СТРАСТЬ СИЛЬНА (Книга №6)

КОГДА ПОРА ОТСТУПИТЬСЯ (Книга №7)

КОГДА ОСТЫЛИ СЛЕДЫ (Книга №8)

КОГДА ПОГОНЯ БЛИЗКА (Книга №9)

КОГДА РАСПЛАТА НЕ ЗА ГОРАМИ (Книга №10)

КОГДА ВРЕМЯ НЕ ЖДЁТ (Книга №11)

КОГДА СВЯЗЬ КРЕПКА (Книга №12)

КОГДА ЛОВУШКА ЗАХЛОПНУЛАСЬ (Книга №13)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ МАКЕНЗИ УАЙТ»

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН УБЬЁТ (Книга №1)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН УВИДИТ (Книга №2)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН НАЧНЁТ ОХОТУ (Книга №3)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ПОХИТИТ (Книга №4)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ЗАХОЧЕТ (Книга №5)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН КОСНЁТСЯ (Книга №6)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН СОГРЕШИТ (Книга №7)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ПОЙМАЕТ (Книга №8)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ВЫСЛЕДИТ (Книга №9)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ЗАГРУСТИТ (Книга №10)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ОШИБЁТСЯ (Книга №11)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ ЭЙВЕРИ БЛЭК»

МОТИВ ДЛЯ УБИЙСТВА (Книга №1)

МОТИВ ДЛЯ ПОБЕГА (Книга №2)

МОТИВ ДЛЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ (Книга №3)

МОТИВ ДЛЯ ОПАСЕНИЙ (Книга №4)

МОТИВ ДЛЯ СПАСЕНИЯ (Книга №5)

МОТИВ ДЛЯ ИСПУГА (Книга №6)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ КЕРИ ЛОКИ»

СЛЕД СМЕРТИ (Книга №1)

СЛЕД УБИЙСТВА (Книга №2)

СЛЕД ПОРОКА (Книга №3)

СЛЕД ПРЕСТУПЛЕНИЯ (Книга №4)

СЛЕД НАДЕЖДЫ (Книга №5)

От автора:

Возможно, вы обратили внимание на то, что эта книга впервые увидела свет под псевдонимом автора Стеллы Голд. Иногда мне нравится экспериментировать и пробовать новые жанры, я использую псевдонимы, чтобы разделять произведения разных направлений и избежать путаницы в глазах моих поклонников. Первоначально я опубликовал эту книгу под именем Стеллы Голд. Вскоре после публикации я был приятно удивлён тем, насколько тепло это произведение приняли читатели и какие отзывы оно получило; тогда я подумал, что эта книга, и вся серия в целом, на самом деле соответствует предпочтениям поклонников творчества Блейка Пирса. Поэтому я сменил имя автора на своё. Если вы впервые читаете одну из моих книг, то я спешу поприветствовать вас и пригласить в мир произведений Блейка Пирса! Вы можете открыть для себя и другие серии моих произведений. С первыми книгами и аудиокнигами в каждой серии можно ознакомиться совершенно бесплатно!

ЛИЦО:

– Передняя часть головы человека, которая начинается со лба, заканчивается подбородком и включает в себя рот, нос, щёки и глаза.

– В математике – форма, ограниченная краями трёхмерного объекта.

– Одна из многоугольных поверхностей многогранника.

Пролог

Линда откинулась на спинку стула, пытаясь удобно устроиться на старых, потёртых подушках. Этот стул, который в течение последних пятнадцати или двадцати лет выдерживал вес многочисленных сотрудников заправочной станции, был в таком же состоянии, как и всё остальное вокруг.

По крайней мере, у неё было собственное место для сидения. А также телевизор, несмотря на то, что тот был просто крошечным, и настолько устаревшим, что она могла разобрать происходящее на экране только ориентируясь на звук.

Линда вздохнула и несколько раз постучала по боковой поверхности телевизора в надежде на то, что ей удастся получить более чёткое изображение. Она ждала, когда начнётся её любимое шоу и хотела, по крайней мере, иметь представление, где какой персонаж.

Во всяком случае, скорее всего её не будут отвлекать. Этот уголок западной части Миссури был не так активно посещаем и от одного клиента до другого могло пройти несколько часов. На много миль вокруг этого места никто не жил, и этой дорогой пользовалось всё меньше людей после открытия новой автомагистрали, которая могла доставить к месту назначения используя более прямой маршрут. Вероятно, закрытие этой заправки было всего лишь вопросом времени, и Линда наслаждалась отдыхом, пока ей выдавалась такая возможность.

Началась до боли знакомая заставка её шоу, и девушка испытала облегчение, несмотря на низкое качество звука. Линда снова изогнулась на стуле, пытаясь найти максимально удобное положение, и взяла упаковку чипсов со стойки позади себя.

– О, Лоретта, – произнёс один из персонажей на экране. – Как ты могла так со мной поступить? Разве ты не знаешь, что мы…

Диалог был прерван звуком колокольчика над дверью. Чуть не споткнувшись, Линда вскочила на ноги, пытаясь изобразить полную концентрацию на рабочем процессе. Она виновато положила открытую пачку чипсов на полку под прилавком.

– Привет, – сказал, улыбаясь, клиент. Он выглядел слегка удивлённым, но дружелюбным, как будто кто-то из них только что пошутил. – Могу ли я воспользоваться туалетом?

Посетитель производил достаточно приятное впечатление. На вид он был тощим парнем мальчишеского телосложения. Ему едва ли было около тридцати. Линде он сразу понравился. У неё было некое шестое чувство относительно клиентов. Она могла сразу предугадать, кто из них способен доставить ей какие-либо проблемы.

– Извини, милый, – ответила она. – Эту услугу мы предоставляем только тем клиентам, которые делают у нас покупки.

– О, – произнёс он, оглядываясь по сторонам. Рядом с кассой была расположена стойка с дешёвыми сладостями, предназначенная для того, чтобы приманивать детей и заставлять их тянуть за рукава своих родителей. – Я возьму это.

Он схватил упаковку леденцов и осторожно бросил её на прилавок прямо перед девушкой. Парень порылся в кармане и достал горсть монет, после чего получил сдачу и забрал свою покупку.

– Вот, пожалуйста, сэр, – сказала Линда, подвинув к нему один из ключей от уборной. – Туалет находится прямо в задней части здания. Вам нужно просто выйти и свернуть за угол.

– О, благодарю, – сказал парень, затем он забрал ключ и постучал им по большому пальцу, глядя на парковку. – Но, э… Не могли бы Вы показать мне, где именно?

Линда замешкалась. По телевизору продолжалось её шоу, а она и так уже много пропустила. И несмотря на то, что этот парень казался ей вполне приличным и нормальным – можно даже сказать, красивым молодым человеком – где-то в глубине души у неё промелькнула небольшая тень сомнения. Стоит ли ей оставлять кассу без присмотра, чтобы показывать ему, где находится туалет? И пойти в темноте одной вместе с незнакомцем туда, где её не будет видно с дороги?

«О, Линда, – подумала она про себя. – Ты просто хочешь побыстрее уединиться со своим шоу. Сейчас ты встанешь с этого стула, и заставишь себя выполнить свою работу!».

– Конечно, – неохотно ответила она. – Идите за мной.

Солнце село где-то полчаса назад, так что было неудивительно, что в поисках туалета ему могла понадобиться помощь. Было достаточно трудно сориентироваться в темноте в незнакомом месте. Линда последовала в нужном направлении, переступая через сорняки, кое-где прорастающие из бетона.

– А это место и вправду довольно пустынное, да? – произнёс парень.

– Да уж, – ответила Линда. Но ей показалось слегка странным, что он упомянул этот факт на улице в темноте. Может быть, ему и самому было немного не по себе, и так ему было просто спокойнее. Ей самой эта изолированность нравилась не больше, чем этому парню. – В последнее время у нас здесь нет большого наплыва машин.

– Я всегда думал, что о том или ином регионе можно многое рассказать, глядя на местные заправки. Знаете, у каждой есть определённые отличительные черты. Опознавательные знаки, которые можно легко распознать. Например, сказать, насколько богато местное сообщество или какая еда популярна в этом округе.

– Думаю, я никогда не задавалась этим вопросом, – откровенно говоря, Линде не было никакого дела до его разъяснений касательно особенностей заправок в разных частях страны. Она хотела как можно скорее выйти из уборной и вернуться обратно безо всяких странностей. Но женщина не хотела показаться грубой, честно высказав ему своё отношение к этому вопросу.

– О, да. Мне нравится посещать разные заправки. Знаешь, некоторые из них прям-таки огромные. А другие – совсем крохотные, потрёпанные и находятся где-нибудь на отшибе, как вот эта, например. И о людях, которые там работают тоже можно многое рассказать.

Эта фраза уколола женщину, подобно колючке. Этот парень говорил о ней. Она не хотела спрашивать, что именно он мог о ней узнать, или что уже знал. Женщина не думала, что ей понравится его ответ.

– Работа, находящаяся в таком Богом забытом месте, сама по себе является довольно странным выбором, – продолжал он. – Вы, должно быть, очень много времени проводите в одиночестве. И если Вам потребуется помощь, что ж, должно быть, её будет получить не так уж и легко. На такую работу соглашаются люди определённого склада. Исходя из этого, можно предугадать все виды их реакций, основанные на той или модели их поведения. Например, насколько далеко Вы готовы пойти, чтобы обслужить клиента.

Линда поспешила ускорить шаг, чувствуя необходимость убежать от этого человека прямо сейчас. Напоминание о том, что она уязвима, было не тем, что она хотела услышать в подобной обстановке. У неё снова пробежали по спине мурашки даже, когда она пыталась убедить себя, что это глупо. Женщина нащупала твёрдый металлический ключ от входной двери в своём кармане, и зажала его двумя пальцами, чтобы он мог послужить ей чем-то вроде оружия для самозащиты, на случай, если это может потребоваться.

Она действовала молча. Ей не хотелось провоцировать его сказать или сделать что-то ещё. Хотя она не могла сказать, каких именно его действий она опасалась, какими бы они ни были, женщина была уверена, что вообще не хочет присутствовать при этом. Они шли по пустой парковке, машина этого посетителя, должно быть, была припаркована с другой стороны, у колонок.

– Вон там и находится туалет, – сказала Линда, указывая на уборную. Она не особенно хотела идти дальше. Если он пойдёт дальше один, она сможет вернуться к своей стойке, запереть двери, добраться до телефона и вызвать помощь.

Клиент не проронил ни слова, вместо этого он вытащил из кармана пакет с конфетами и открыл его. Он даже не взглянул на Линду, и, казалось, был предельно сконцентрирован на своей задаче, когда переворачивал пакет вверх дном и извлекал из него всё содержимое.

Разноцветные шарики конфет рассыпались по бетонному покрытию. Линда вскрикнула и невольно сделала шаг назад. Где это видано, вот так вот разбрасывать конфеты по земле? Это так он хотел напугать её, или как? Линда прижала руку к груди, чтобы успокоить участившееся сердцебиение.

– Вы только взгляните на это! – парень рассмеялся, указывая на разбросанные конфеты. – Понимаете, всегда происходит одно и то же? Не существует такой вещи, как случайность. Получаются те же схемы и фракталы, и в них всегда что-то есть. Даже если ты пытаешься не замечать этого, твой мозг цепляется за этот шаблон, вот так-то.

Линда услышала достаточно. У этого парня явно было не всё в порядке с головой. Здесь, в темноте, она была совсем одна, и он изо всех сил старался подчеркнуть этот факт. Ей нужно было убежать от него, вернуться на рабочее место. Туда, где было безопасно.

Линда пошла ближайшим путём, который только смогла придумать. Она быстро преодолела последние несколько шагов к уборной и открыла её парню; свет над входной дверью автоматически включился.

– О, – произнёс парень. – Смотрите-ка, у Вас на руке. Ещё один шаблон.

Линда замерла и посмотрела на свои родинки, которые сейчас легко было рассмотреть в бледно-оранжевом свете фонаря. Его внимание к её коже было подобно насекомому, чему-то, что она инстинктивно хотела стряхнуть с себя.

– Я должна вернуться в магазин, – выпалила Линда. – На случай того, если появятся новые посетители. Просто оставьте ключ в двери, когда закончите.

Женщина поспешила вернуться на заправку, к входной двери в магазин и к чувству безопасности возле своей кассы. С этим молодым человеком было что-то не так, уж очень он был странным, и она не хотела ни секунды больше проводить в его компании, даже если позже ей потребуется снова вернуться сюда за ключом. Волосы на её голове встали дыбом, а сердце всё никак не замедляло свой бешеный ритм.

Может, ей стоит позвонить кому-нибудь. Она подумала о бывшем муже, сидящем в своём доме на расстоянии многих миль отсюда, вероятно раскинув ноги перед телевизором. Также у неё промелькнула мысль о начальнике, который, насколько она знала, мог быть в Канаде, поскольку он там частенько бывал на протяжении всего того времени, которое она была с ним знакома. Была ли гарантия того, что они по крайней мере снимут трубку? А если и да, то что они смогут сделать, чтобы помочь ей?

Может, позвонить в полицию? Нет, это точно было бы слишком.

Линда чуть не поскользнулась, наступив на леденец, который закатился дальше остальных и постаралась более осмотрительно передвигаться, проверяя дорогу впереди себя. Её сердце билось с бешеной скоростью, и она слышала собственные шаги, раздающиеся слишком громко, когда спешила поскорее приблизиться к зданию. Линда хотела бы двигаться более бесшумно, идти быстрее, просто чтобы наконец-то вернуться к входной двери.

Женщина почти перешла на бег, у неё перехватило дыхание. Она свернула за угол, чувствуя облегчение при виде знакомой двери впереди себя.

Но что-то внезапно потянуло её назад, что-то, крепко обхватившее шею.

Линда инстинктивно подняла руки к шее, схватившись за тонкую острую проволоку, которая врезалась в её пальцы, когда женщина попыталась совладать с её мертвой хваткой. Её ноги безуспешно пытались помочь корпусу наклониться вперёд, но по инерции голова только откинулась назад. Ей нужно было добраться до двери. Во что бы то ни стало ей нужно было зайти внутрь!

Паника затуманивала её зрение, и мучительное давление усиливалось до тех пор, пока она не почувствовала волну освобождения, когда что-то влажное и горячее потекло по её груди. У неё не было времени осмыслить всё это, женщине удалось лишь сделать глоток воздуха и почувствовать посасывание в том месте на шее, где в неё впивалась проволока, затем она увидела землю под ногами, позже опустила голову, а потом всё и вовсе погрузилось в кромешный мрак.

Глава 1

Специальный агент ФБР Зои Прайм посмотрела на девушку, сидящую на пассажирском сидении, стараясь не выглядеть неловко.

– Как на счёт того, чтобы пройти проверку на прочность и броситься в самую пучину? – пошутила Шелли.

Зои понимала, что именно она имеет в виду. Они только что стали напарницами, и вот уже мчались к месту преступления. Честно говоря, к довольно обширному месту преступления. Тому, которое точно выйдет на передние полосы газет.

Но не это заставляло Зои чувствовать себя неловко. Её беспокоил факт того, что её поставили в пару новому агенту, которая уже наделала много шума в Бюро. У Шелли Роуз было открытое доброе лицо и учтивые манеры, ходили слухи, что она может получить признание от любого, просто улыбнувшись ему. Когда ты хранишь какой-то секрет, то работа в паре с подобным человеком была достаточным поводом постоянно испытывать щекочущее чувство тревоги, прячущееся где-то в области позвоночника.

И это не говоря уже о том факте, что Зои до сих пор не считалась в Бюро одной из лучших и, откровенно говоря, питала немалую зависть к тому уровню уважения, который уже заслужила у коллег её напарница-новичок.

У Шелли было практически идеально симметричное лицо, от эталона её отделяли какие-то полтора миллиметра разницы в посадке глаз. Неудивительно, что в окружающих людях она сразу вызывала бессознательное доверие и дружелюбие. Этот факт можно было легко объяснить с помощью классической психологии. Крошечный недостаток делал красоту этой девушки более близкой людям.

Даже отдавая себе в этом отчёт, Зои тоже не могла перестать испытывать к своей новой напарнице тёплые чувства.

– Какой информацией мы владеем на данный момент? – спросила Зои.

Шелли пролистала стопку бумаг, сложенную в папку, которую она держала в руках.

– Преступник сбежал из тюрьмы Tent City в Фениксе, – сообщила она. За окнами машины мелькал пейзаж пустыни Аризоны. – Он сбежал на своих двоих. И, по всей видимости, это не слишком-то его и замедлило. На данный момент нам известно о трёх убийствах.

– Жертвы – охранники? – задала вопрос Зои. Её разум лихорадочно пытался предугадать возможное развитие событий. Она просчитывала, сколько миль человек может к этому времени пройти пешком по такой жаре. Без отдыха, укрытия и воды – не так уж и далеко. Если учесть, что по песку не так просто передвигаться, как по земле, то возможное расстояние сокращается ещё больше.

– Нет, случайные люди. Первыми были двое путешественников, – Шелли сделала паузу, сквозь зубы вдохнув воздух. – Убийства были… жестокими по всем признакам. Последней жертвой стал турист, направлявшийся посетить Гранд-Каньон.

– И туда мы как раз и едем, –  подытожила Зои. Держа в голове карту местности, она пыталась найти пересечения маршрутов, которые выбрали для себя жертвы с путём следования убийцы.

– Так точно. И похоже, нам надо готовиться к худшему.

Зои молча кивнула. Она заметила, что людям такого склада, как Шелли, гораздо сложнее посещать места преступлений и видеть тела жертв. Они чувствуют всю боль и страдания, которые те испытали. Зои же всегда видела просто труп – плоть. И тщательное её исследование могло вывести на улики, которые помогли бы в расследовании преступления, не говоря уже о тех многочисленных зацепках, которые можно было увидеть вокруг трупа.

Вероятно, именно её способность сохранять спокойствие и контроль над ситуацией, анализировать факты, не поддаваясь эмоциям и позволила ей сдать все вступительные экзамены и, самое главное, стать специальным агентом ФБР. Но именно эта её спокойная натура и склонность принимать отсутствующее выражение лица вынудили её находится в постоянном поиске нового напарника. Очевидно, её предыдущий напарник почувствовал, что Зои была слишком тихой и замкнутой.

Она попыталась исправить ситуацию во время их с Шелли первого дела, купив два кофе в одноразовых стаканчиках и вручив один своей новой напарнице, соблюдая тем самым давний ритуал, принятый между коллегами. Казалось, всё прошло хорошо. Обаяния Шелли хватало на них обеих, именно поэтому Зои надеялась, что её тактика сработает.

Найти нужное им место было несложно. Местные копы толпились вокруг него, изнывая от жары под палящими солнечными лучами, и, как только Зои вышла из машины, в которой работал кондиционер, то почувствовала, как на её открытые руки обрушилась вся их пылающая огнём свирепость. Кожа может просто сгореть через сорок пять минут, если никак не прикрыться. Скорее всего, к тому моменту, когда они вернуться в машину, её щёки, нос и руки уже прилично загорят.

Прежде чем приблизиться к месту преступления, Шелли представила их дежурному офицеру, и девушки предъявили ему свои значки. Зои слушала их разговор только краем уха, радуясь, что Шелли взяла на себя эти обязанности. Несмотря на то, что Зои была старше по званию, она не подавляла Шелли своим авторитетом. Зои уже приступила к поиску ключей, которые могли бы раскрыть ей все двери дальнейшего расследования. Шелли кивком головы выразила ей своё согласие, как бы говоря о том, что она всё уладит с местной полицией, пока Зои осмотрит местность.

– Не знаю, удастся ли вам найти что-то ещё, – сказал шеф полиции. – Мы настолько тщательно всё тут пересмотрели, что я сомневаюсь, что вы сможете обнаружить что-то новенькое.

Зои не обратила на его слова никакого внимания и продолжила поиски. Порой она видела незаметные для глаз других людей детали. Случаи, когда для неё что-то могло быть написано огромным шрифтом, но при этом обычные люди этого бы просто не заметили.

В этом и заключалось её секретное оружие, её суперсила. Она заметила следы убийцы на песке, и сразу же в её голове начали вырисовываться различные схемы, рассказывающие ей всё, что необходимо. Изучать место преступления было так же просто, как читать книгу.

Она немного присела, чтобы как можно лучше рассмотреть следы и то, как они были расположены относительно тела жертвы. Отпечатки на песке говорили ей, что преступник должен быть ростом около одного метра девяноста сантиметров. Судя по глубине его следов, весил он около девяносто килограммов. Исходя из расстояния между шагами, можно было предположить, что, прежде чем напасть, убийца двигался в ровном темпе, приближаясь к жертве со скоростью четыре целых и восемь десятых километра в час.

Затем Зои немного переместилась, чтобы изучить труп. Преступник использовал восемнадцатисантиметровую заточку, которую он вонзил прямо в тело под углом сорок девять градусов. Далее он устремился в северо-западном направлении, ускорив шаг до восьми километров в час.

Следы крови на песке говорили ей, что это произошло менее четырёх часов назад. Несложно было произвести расчёты. Необходимо учесть среднюю скорость наступления усталости, принимая во внимание дневную жару. Зои посмотрела вдаль и прищурилась, точно представляя себе, на каком расстоянии отсюда они его найдут. Её сердце стало биться чаще, когда она представила, как они везут его обратно. Поймать его будет просто. Он уже устал, у него нет воды, и он даже не представляет себе, что они уже в курсе совершённых им преступлений с момента побега. Скоро всё это закончится.

Она переключила внимание на кусты и небольшие деревья, которые росли в поле зрения – это были разбросанные островки растительности, которых было недостаточно, чтобы в их тени мог укрыться человек. Она рассматривала расстояние между ними, и перед её глазами возникали цифры, рассказывающие ей историю, которая следовала из её расчётов. Островки зелени расположены далеко друг от друга, здесь мало природных ресурсов. Сгруппировавшись, их корни ищут источник подземных вод и богатую питательными веществами почву. Несмотря на то, что ничего не подозревающий глаз посчитает их расположение случайным, это не так: у каждого здесь своё определённое место. Дизайн, который создала природа.

– Нашла что-нибудь? – спросила Шелли. У неё был выжидательный взгляд, будто она ждала, что её более опытная напарница самостоятельно получит все ответы.

Зои подняла голову и начала говорить слегка виноватым тоном, поднимаясь на ноги и быстро покачивая головой:

– Думаю, он побежал в том направлении, – сказала она, указывая на очевидный маршрут его удаляющихся следов. Там, вдалеке виднелись пласты выхода горных пород на поверхность, которые могли бы послужить хорошим местом для отдыха. Эти пласты дали ей информацию о розе ветров данной местности, и рассказали о тысячах лет, на протяжении которых природа её воздвигала и вылепливала. – Может быть, он остановится передохнуть в теньке в одном из таких мест. Сегодня очень жарко.

Секрет есть секрет. Она никак не могла признаться в том, что знала это наверняка. Она никак не могла сказать вслух, что она чудачка, которая видит мир так, как никто другой. Или признать тот факт, что она даже не знала, как его видят остальные. Но она могла им сообщить хотя бы эту информацию. Своего рода подсказку, которую мог понять даже обычный человек.

Шеф полиции прочистил горло, вмешиваясь в разговор:

– Мы уже прочесали это направление, но ничего не нашли. Собаки потеряли след. Там есть скалистая местность, на которой не остаётся следов. Мы считаем, что он продолжил просто бежать вперёд. Или его мог подобрать кто-то на машине.

Зои прищурила глаза. Она знала то, что знала. Этот человек отчаянно убегал, его шаг был широким, и чтобы не сбавлять темп он подал корпус вперёд. Он не искал помощи, и убежал ещё недостаточно далеко, чтобы полиция не могла сейчас его найти.

– Доверьтесь нам, – предложила Зои. Она постучала по своему значку сотрудника ФБР, который всё ещё держала в руках. В том, что ты находишься в звании специального агента была одна замечательная вещь: тебе не всегда нужно объяснять свои действия. И, на самом деле, если ты так не делаешь, то только подтверждаешь сложившийся стереотип о специальных агентах.

Шелли отвлеклась от изучения выражения лица Зои и снова, полная решимости, обратилась с шефу полиции:

– Высылайте вертолёт. Собаки готовы?

– Конечно, – кивнул шеф, несмотря на то, что он выглядел не особенно-то и довольным происходящим. – Вы тут главные.

Шелли поблагодарила его.

– Мы можем ехать, – предложила она Зои. – Я на связи с пилотом по рации. Он будет держать нас в курсе, когда они что-нибудь заметят.

Зои кивнула и послушно вернулась в машину. Шелли поддержала её, прикрыла. Это было хорошим знаком. Она была благодарна этой девушке и тот факт, что на месте происшествия отдавала распоряжения только Шелли, нисколько не задевал её эго. Для Зои это было совсем не принципиально, пока они спасали чьи-то жизни.

– Уф, – Шелли выдержала паузу, расположившись на пассажирском сидении с открытой картой в руках. – Час от часу не легче, да? Обычная женщина, ничем не спровоцировавшая его. Она не заслужила такой участи.

Зои снова кивнула.

– Так и есть, – сказала она, не зная, что ещё можно добавить к этому разговору. Она завела машину и тронулась с места, чтобы чем-то заполнить пространство их общения.

– Ты не большой любитель много болтать, да? – спросила Шелли. И сделала паузу, прежде чем добавить. – Всё в порядке. Я просто хочу понять, какая ты в работе.

Убийство было незаслуженным, это правда. Зои видела и понимала это. Но, что сделано, то сделано. И у них сейчас было задание. Прошло несколько секунд, которые затянулись дольше, чем обычно требует ответ на подобный вопрос. Зои пыталась подобрать слова, но так и не придумала, что ответить. Время для этого уже было упущено. И если она заговорит сейчас, её слова прозвучат ещё более странным образом.

Зои старалась сосредоточиться на поддержании грустного выражения лица и наблюдении за дорогой, но для неё это было слишком сложно сделать одновременно. Затем она перестала заставлять себя делать это и расслабила лицо, которое тут же приняло естественное для неё выражение отрешённости от всего происходящего. И дело не в том, что ей были безразличны детали этого убийства, или, что её глаза не выражали абсолютно никаких эмоций. Ей просто было сложно думать о том, как со стороны смотрится её лицо и осознанно контролировать его выражение в то время, пока её разум подсчитывал точное расстояние между каждым из ориентиров на дороге, и быть уверенной, что она ехала со скоростью, необходимой для того, чтобы машина не перевернулась и осталась на дороге, если ей придётся резко поменять маршрут и свернуть совсем на другое дорожное покрытие.

Он ехали по местности с гладкой поверхностью, которая устилала плоский ландшафт. Зои уже видела, что если преступник будет двигаться по прямой, то следуя этому маршруту, они вскоре с ним пересекутся. Она сильнее нажала на газ, используя преимущество, которые им всё ещё предоставляло дорожное покрытие, по которому они двигались.

Раздалось потрескивание рации, сквозь которое прорывался голос, вырывая Зои из пучины собственных мыслей:

– Мы обнаружили подозреваемого. Преследуем его.

– Вас поняли, – ответила Шелли. Она действовала крайне точно, не теряя времени, именно это было для Зои особенно ценным. – Какие координаты?

Пилот вертолёта передал им нужные данные, и Шелли направляла Зои, используя свою карту. Им не пришлось корректировать свой маршрут – они направлялись точно к цели. Зои крепче сжала руль в руках, чувствуя восторженный трепет от того, что оказалась права. Она не ошиблась в своих предположениях.

Спустя всего пару секунд они заметили вертолёт, повисший в воздухе над местной патрульной машиной, где вышедшие из неё сотрудники полиции повалили беглеца на землю. Он лежал на песке, сопротивлялся, и, ругаясь, пытался вывернуться.

Зои остановила машину, и Шелли сразу же вскочила, передавая информацию по рации. Небольшая группа мужчин с собаками уже приближалась с юго-востока, собаки оживлённо лаяли, чувствуя приближение источника запаха, который они преследовали.

Зои взяла карту, которую оставила Шелли, сверяя её с GPS. Они находились в пределах нескольких сот метров от того, места, где, как она просчитала, он должен был находиться, по прямой траектории. Должно быть, он принялся бежать прочь из своего укрытия среди скалистых пород, когда услышал собак.

Она позволила себе триумфально улыбнуться, выпрыгивая из машины, чтобы присоединиться к полиции с новыми силами. В лучах палящего солнца Шелли одарила её широкой улыбкой, очевидно, выражая радость от того, что они только что раскрыли их первое совместное дело.

Позже, когда они уже вернулись в машину, между ними снова повисла тишина. Зои не знала, что сказать – она никогда этого не знала. Она понятия не имела, как следует вести пустые разговоры. Сколько раз можно обсудить погоду, прежде чем эта тема станет очевидным избитым клише? Сколько ещё поездок можно провести, сухо общаясь о вещах, которые на самом деле не представляют никакой важности до тех пор, пока молчание перестанет вызывать чувство неловкости?

– Ты там практически ничего не сказала, – начала Шелли, наконец-то нарушив тишину.

Зои ответила не сразу.

– Не сказала, – согласилась она, пытаясь, чтобы её слова звучали дружелюбно. Она не могла сделать ничего другого, кроме как согласиться.

Затем снова наступила тишина. Зои подсчитывала секунды у себя в голове, понимая, что лимит стандартного перерыва в разговоре уже был превышен.

Шелли откашлялась.

– Напарники, которые были у меня во время стажировки, обсуждали со мной текущее дело, – сказала она. – Мы работали вместе, чтобы раскрыть его. А не в одиночестве.

Зои кивнула, не сводя глаз с дороги.

– Я понимаю, – сказала она, несмотря на то, что почувствовала, как внутри неё начала нарастать паника. На самом деле она не понимала, по крайней мере, не совсем понимала. На каком-то уровне она отдавала себе отчёт в том, что чувствуют люди, находясь в её окружении, потому что они всегда говорили ей об этом. Но она не знала, что должна с этим делать. Она уже пыталась, при чём, старалась так, как только могла.

– Поделись со мной в следующий раз, – поглубже устраиваясь на своём сидении, сказала Шелли таким тоном, как будто это уже было решённым вопросом. – Мы вообще-то напарники как-никак. И я действительно хочу, чтобы мы работали вместе.

Это заявление не сулило ничего хорошего их совместной работе в будущем. Предыдущему напарнику Зои потребовалось, по крайней мере, несколько недель, чтобы начать жаловаться на то, насколько замкнутой и отчуждённой она была.

Она думала, что в этот раз ей удалось лучше справиться. Разве она не принесла кофе, как делают нормальные напарники? И Шелли ей улыбалась раньше. Может быть, ей следует снова купить каких-нибудь напитков, чтобы восстановить прежний баланс? Существовала ли какая-то определённая цифра, к которой ей нужно стремиться для того, чтобы их отношения были более комфортными?

Зои наблюдала за тем, как дорога мелькает перед лобовым стеклом, под небом, которое уже начинало темнеть. Она чувствовала, что ей нужно сказать что-то ещё, но она не знала, что именно. Это была её вина, и Зои знала об этом.

Другим людям это казалось так просто. Они постоянно говорили, говорили и говорили, и в одночасье становились друзьями. Она много раз наблюдала за тем, как это происходило у других, но похоже не существовало чёткой инструкции, которой нужно было следовать, чтобы так произошло. Это не определялось установленным периодом времени или количеством взаимодействий с конкретным человеком, или наличием общих интересов.

Некоторые люди просто волшебным образом прекрасно сходились с другими, как, например, Шелли. А некоторые – нет. Как Зои.

И дело было не в том, что она понимала, что именно делает не так. Люди советовали ей быть более открытой и дружелюбной, но что конкретно это означало? Никто никогда не давай ей инструкцию, объясняющую все тонкости, которые она должна была знать. Зои крепче вцепилась в руль, стараясь не выдать, насколько расстроенной она себя чувствовала. Это было последнее, что ей стоило демонстрировать Шелли.

Зои понимала, что проблема заключалась в ней самой. Она не питала иллюзий на этот счёт. Она просто не знала, как вести себя в несвойственной для себя манере, а другие люди знали, и ей было неловко от того, что она так и не научилась этому. И от признания этого факта она чувствовала себя только хуже.

***

Перелёт домой выдался ещё более неловким.

Шелли небрежно листала страницы женского журнала, который продавался в аэропорту, бросая на каждую страницу лишь беглый взгляд, прежде чем перевернуть её. Пролистав его от корки до корки, она взглянула на Зои, затем, казалось, она решила подумать ещё, прежде чем начать разговор, и снова открыла журнал, уделяя уже больше времени размещённым там статьям.

Зои ненавидела читать подобные вещи. Ей не нравились картинки, слова, и прочее содержимое, которое бросалось ей в глаза на страницах такого рода прессы. Кричащие размеры шрифтов статей и их заголовков, противоречивые публикации. Снимки, сделанные с намерением уличить ту или иную звезду в том, что та прибегала к услугам пластических хирургов, показывая, как естественным образом должно выглядеть лицо с течением времени и под влиянием возрастных изменений, которые и так легко может предугадать любой человек, обладающий базовыми знаниями биологии.

Несколько раз Зои пыталась заставить себя придумать тему для разговора со своей новой напарницей. Но обсуждать этот журнал она не могла. Что ещё общего может быть между ними? Слова не шли ей на ум.

– Мы неплохо поработали над нашим первым делом, – в конце концов сказала она, бормоча слова, и не набравшись достаточно смелости, чтобы уверенно произнести хотя бы эту фразу.

Шелли удивлённо подняла голову, на мгновение широко раскрыв глаза, а затем ухмыльнулась.

– О, да, – сказала она. – Мы хорошо поработали.

– Будем надеяться, что следующее пройдёт так же гладко, – сказала Зои, и почувствовала, как внутри неё всё сжалось. Ну почему она была так плоха в обычных пустых разговорах? Ей потребовалась каждая капля концентрации, чтобы придумать, что сказать дальше.

– Может быть, в следующий раз получится раскрыть дело побыстрее, – предположила Шелли. – Знаешь, когда мы настроимся друг на друга, у нас получится работать гораздо быстрее.

Зои восприняла эту фразу напарницы, как удар. Они могли поймать того парня раньше, вызвать вертолёт на точное место его расположения, уже с того самого момента, когда прибыли на место преступления, если бы Зои просто поделилась своими догадками. Если бы она не проявила такую осторожность в отношении обнародования способа получения этой информации, и не скрывала свои догадки до последнего.

– Возможно, – уклончиво ответила она. Зои постаралась улыбнуться Шелли, что могло бы быть воспринято в качестве ободрения новичка более опытным агентом. Шелли после непродолжительных колебаний улыбнулась ей в ответ, а затем вернулась к своему журналу.

Вплоть до приземления они больше не разговаривали.

Глава 2

Зои со вздохом облегчения распахнула дверь своей квартиры. Это была её тихая гавань, место, где она могла расслабиться и перестать изображать из себя человека, который был удобен всем остальным.

Когда она включила свет, со стороны кухни раздалось тихое мяуканье, и Зои направилась прямо туда, бросив ключи на боковой столик.

– Привет, Эйлер, – сказала она, наклоняясь, чтобы почесать за ухом одного из своих котов. – А где Пифагор?

Серый кот Эйлер только снова мяукнул в ответ, глядя на шкаф, в котором Зои хранила пакеты и банки с едой для котов.

Зои не требовался переводчик, чтобы его понять. Коты – достаточно простые домашние питомцы. Единственным взаимодействием, которого они ждали от неё на самом деле, было обеспечение их едой и почёсывание за ухом время от времени.

Она достала новую банку из шкафа и открыла её, насыпав содержимое в миску для еды. Её второй бирманский кот Пифагор вскоре учуял запах, и вышел из какой-то другой части дома.

Некоторое время Зои наблюдала за тем, как они ели, задаваясь вопросом, не хотели бы её питомцы заменить свою хозяйку кем-то другим. Она жила одна, и это означало, что покормить их она может только тогда, когда возвращается с работы, а это происходит каждый раз в разное время. Несомненно, они бы оценили более регулярный график, но на случай, если бы они сильно уж проголодались – в зоне их доступа всегда были соседские мыши. И когда она смотрела на них сейчас, то заметила даже, что Пифагор за последнее время набрал пару фунтов. Ему не помешала бы диета.

В любом случае, Зои не собиралась замуж в ближайшее время – ни ради котов, ни по какой-то другой причине. У неё никогда не было по-настоящему серьёзных отношений. Учитывая полученное ею воспитание, она почти смирилась с тем, что ей суждено умереть в одиночестве.

Её мать была глубоко религиозной, что значило, что она была крайне нетерпимой. Зои никогда не удавалось найти в Библии место, в котором бы говорилось о том, что нужно общаться так, как это делают другие люди, и в своих собственных мыслях оперировать лингвистическими загадками, а не математическими формулами, но её мать тем не менее находила там такой смысл. Она была убеждена, что с её дочерью было что-то не так, и это было чем-то греховным.

Зои рукой коснулась ключицы, очерчивая линию, где когда-то висел крестик на серебряной цепочке. На протяжении долгих лет её детства и юности она не имела права снимать его – даже в душе или перед сном, не будучи при этом обвинённой в богохульстве.

Она вообще мало что могла сделать, не будучи обвинённой в том, что является дьявольским отродьем.

– Зои, – сказала бы её мать, тряся пальцем и сжимая губы. – Брось эту дьявольскую логику. Дитя моё, в тебе живёт нечистый. И нужно изгнать его прямо сейчас.

Дьявольской логикой, очевидно, была математика, особенно у ребёнка в возрасте шести лет.

Снова и снова её мать повторяла, что она была не такой, как все. Это было, когда Зои не находила общий язык с детьми своего возраста в детском саду или школе. И тогда, когда она не посещала никаких кружков, кроме углубленного изучения математики и естественных наук, но даже там она не вступала ни в какие группы и не заводила друзей. Это было и тогда, когда она мгновенно рассчитывала необходимые пропорции ингредиентов в приготовлении того или иного блюда, всего лишь раз увидев, как её мать его готовила.

Очень быстро Зои научилась подавлять свою природную склонность к цифрам и числам. Когда она знала ответы на вопросы, задаваемые другими людьми, даже не делая особых вычислений, она хранила молчание. Когда она догадалась, кто из учеников её класса украл ключи учителя и где он, по всей видимости, мог их спрятать, учитывая возможную близость расположения и оставленные подсказки, она не сказала ни слова.

Немногое изменилось с тех пор, как эта напуганная шестилетняя девочка, отчаявшаяся угодить своей матери, приняла решение перестать говорить все те странные вещи, которые приходили ей на ум и начала притворяться нормальной.

Зои встряхнула головой, чтобы вернуть своё внимание в настоящий момент. Это происходило более двадцати пяти лет тому назад. И не стоит сейчас останавливаться на этом.

Она выглянула из своего окна, созерцая горизонт Бетесды, как всегда устремляя взгляд в направлении Вашингтона. Она чётко рассчитала всё ещё в тот день, когда подписывала договор аренды, отмечая несколько местных ориентиров, которые выстраивались в одну линию, указывая ей нужное направление, словно по компасу. В выборе вида из окна квартиры не было ничего политического или патриотического, просто Зои нравилось, как эти ориентиры совпадали, образуя единую линию на карте.

На улице было темно, и даже свет в окнах соседних зданий исчезал один за другим. Уже было очень поздно, достаточно поздно, чтобы завершить все свои дела и лечь спать.

Зои включила свой ноутбук и быстро ввела пароль, открывая электронную почту, чтобы проверить, не было ли там ничего нового. Это было завершающей задачей сегодняшнего дня. В ящике было пару писем, которые можно было сразу же удалить – спам, в основном, уведомления о распродажах изделий брендов, которые она никогда не покупала, и мошеннические сообщение от так называемых нигерийских принцев.

После удаления спама в папке входящих писем осталось несколько сообщений, с которыми можно было ознакомиться, а затем удалить: уведомления, которые не требовали ответа. Обновления социальных сетей, в которые она редко заходила, и рассылка сайтов, за новостями которых она следила.

Одно из писем было интереснее других. Это было оповещение с сайта знакомств. Она получила короткое, но приятное сообщение – какой-то парень приглашал её на свидание. Зои зашла на страницу его профиля и тщательно рассмотрела размещённые там фотографии. Она быстро прикинула его фактический рост, и было приятно удивлена, когда обнаружила, что эти данные совпадают с тем, что он написал о себе в анкете. Может быть, он был одним из тех, кто хотя бы немного говорит о себе правду.

Следующее сообщение было гораздо более интригующим, но несмотря на это Зои почувствовала непреодолимое желание даже не открывать его. Оно было от её наставницы и бывшего преподавателя, доктора Франчески Эпплвайт. Зои могла предположить, о чём именно собиралась спросить её наставница даже до прочтения самого текста сообщения, и этот вопрос ей точно бы не понравился.

Зои вздохнула и всё же открыла его, смирившись с необходимостью побыстрее с этим закончить. Доктор Эпплвайт обладала блестящим умом, она была выдающимся математиком, которым всегда мечтала стать и сама Зои, пока не поняла, что может более эффективно использовать свои способности в качестве агента ФБР. Франческа также была единственным человеком, который знал правду о том, как работал разум этой девушки – о том одновременном ощущении ею мира, когда её мозг сначала превращал улики в визуальные цифры, а затем преобразовывал их в её голове в фактические события. Эта женщина была единственным человеком, к которому Зои испытывала симпатию и доверяла настолько, чтобы рассказать ей об этой свой особенности.

На самом деле, именно доктор Эпплвайт была первой, кто убедил её пойти работать в ФБР. Она многим была ей обязана. Но Зои не хотела читать её сообщение совсем по другой причине.

«Привет, Зои, – начиналось сообщение. – Я просто хотела поинтересоваться, связалась ли ты с психотерапевтом, которую я тебе порекомендовала. У тебя получится записаться к ней на приём? Дай мне знать, если тебе потребуется какая-то помощь».

Зои вздохнула. Она не связывалась с психотерапевтом, на самом деле, она даже не знала, станет ли вообще делать это. Она закрыла сообщение, оставив его без ответа, отодвигая его написание к задачам уже завтрашнего дня.

Эйлер запрыгнул ей на колени, очевидно, он был вполне доволен ужином, и даже начал мурчать. Зои снова погладила его, решительно глядя на экран ноутбука.

Пифагор возмущённо мяукнул, высказывая ей возмущение от того, что она его проигнорировала, и Зои посмотрела на него, ласково улыбнувшись. Это не было явным знаком, но этого было достаточно, чтобы подтолкнуть её к действию. Она вернулась к предыдущему сообщению с сайта знакомств, и напечатала ответ, прежде чем смогла передумать.

«Буду рада встрече. Когда тебе будет удобно? – З».

***

– Ты первая, – с улыбкой сказал он, показывая на корзинку с хлебом.

Зои улыбнулась в ответ и взяла кусочек хлеба, при этом её мозг автоматически рассчитал ширину и толщину каждого кусочка, чтобы выбрать средний по величине. Ей не хотелось показаться ему прожорливой.

– Так чем ты занимаешься, Джон? – спросила девушка. Так было легко начать разговор – к этому времени она уже побывала на достаточном количестве свиданий, чтобы узнать, что подобная фраза была стандартной в таких случаях. Кроме того, никогда не помешает убедиться в том, что парень хорошо зарабатывает.

– Я адвокат, – ответил Джон, выбирая себе порцию хлеба. Он взял самый большой кусок. Где-то в районе 300 калорий. Пока им принесут основные блюда, он будет уже практически сыт. – По большей части я занимаюсь имущественными спорами, так что между твоей и моей работой не так уж и много точек соприкосновения.

Зои прикинула среднюю зарплату адвоката и молча кивнула, пока в её голове производились вычисления. Учитывая их совместный доход, им, вероятно, для начала придётся взять в ипотеку трёхкомнатную квартиру. С детской. Карьерных возможностей будет достаточно, чтобы потом расшириться.

Его лицо тоже было почти идеально симметричным. Забавно, что она в последнее время всё чаще замечала в людях эту особенность. Но, затем он сделал всего одно движение, демонстрируя определённый ракурс своей улыбки, при которым его правая щека немного поднималась, а левая при этом оставалась более-менее в одном положении. Получалась кривая улыбка. И в этом было нечто очаровательное, возможно, именно из-за этой асимметрии. Она посчитала точное количество идеально ровных белых зубов, которые сверкали между его губами.

– А как на счёт твоей семьи? У тебя есть братья или сёстры? – попытался продолжить разговор Джон, при этом его голос немного дрогнул.

Зои поняла, что ей следовало бы хоть как-то прокомментировать его фразу о работе, и собралась с мыслями.

– Нет, я одна, – ответила она. – Меня воспитывала мама. Мы с ней не очень близки.

На секунду Джон поднял бровь, прежде чем кивнуть.

– О, это хреново. У меня довольно тёплые отношения с родственниками. Мы собираемся на совместные ужины по меньшей мере раз в месяц.

Взгляд Зои оценил его худощавое телосложение, и она пришла к выводу, что он, должно быть, немало ел во время этих ужинов. И нужно учесть, что он явно записался в спортзал. Интересно, сколько он может выжать? Килограммов девяносто, судя по тому, как напрягаются его бицепсы под синей полосатой рубашкой.

На несколько секунд между ними повисло молчание. Зои отщипнула кусочек хлеба и положила его себе в рот, затем быстро пережевала, чтобы не начинать разговор с набитым ртом. Люди обычно не разговаривают, пережёвывая еду, по крайней мере, так не принято в вежливом обществе, так что пока она была занята этим делом, это оправдывало её молчание.

– В твоей семье только ты и родители? – спросила Зои, как только толстый и липкий кусок пищи, скатился вниз по её горлу.  «Нет, – при этом подумала она. – В их семье должно быть, по крайней мере, ещё двое детей».

– У меня есть старшие брат и сестра, – сказал Джон. – Разница в возрасте у нас всего четыре года, так что мы отлично ладим.

Глядя через его плечо, Зои было видно, как их невысокая официантка пытается справиться с тяжёлым подносом с напитками. Две бутылки вина были разлиты почти на семь бокалов, которые предназначались для шумных посетителей, сидящих за столом в конце ряда кабинок. Все они были одного возраста. Приятели по колледжу организовали встречу выпускников.

– Здорово, – отстранённо прокомментировала Зои. На самом деле она вовсе не считала, что иметь старших братьев и сестёр было хорошо. Она понятия не имела, каково это было. Это был совсем другой жизненный опыт, которого она никогда не имела.

– Так и есть.

Ответы Джона становились всё более отдалёнными. Он больше не задавал ей никаких вопросов. А между тем, они ещё даже не приступили к основным блюдам.

С чувством некоторого облегчения Зои увидела официантку, которая искусно несла две тарелки, умело распределяя их вес между локтем и ладонью.

– О, а вот и наша еда, – сказала она просто для того, чтобы он обратил на неё своё внимание.

Джон обернулся, демонстрируя гибкость и грацию, что определённо подчёркивало его увлечение спортивными тренировками. Он был вполне неплохим парнем. Привлекательным, очаровательным, с хорошей работой. Зои постаралась сосредоточить свои усилия на нём. Во время совместного принятия пищи это будет проще сделать. Она уставилась на еду в своей тарелке: двадцать семь горошин, стейк толщиной ровно в пять сантиметров; она старалась контролировать, чтобы ничто не отвлекало её внимания от того, что он говорил.

И всё же, она отчётливо чувствовала неловкое молчание, так же, как и он.

Когда они закончили, Джон предложил полностью оплатить счёт – её часть составила 37,97 долларов – и Зои с благодарностью приняла предложение. Она забыла, что ей следовало бы хоть раз попытаться возразить, чтобы дать ему возможность настоять, но она вспомнила об этом только тогда, когда заметила, как опустились уголки его губ, когда он протягивал официантке свою кредитку.

– Что ж, отлично посидели, – сказал Джон, оглядываясь и застёгивая пиджак. – Хороший ресторан.

– И готовят очень вкусно, – пробормотала Зои, вставая из-за стола, несмотря на то, что предпочла бы посидеть ещё немного.

– Приятно было познакомиться, Зои, – сказал парень. Он протянул ей руку для рукопожатия. Когда она протянула руку в ответ, он наклонился и поцеловал её в щёку так быстро, насколько это только было возможным, прежде чем снова отстраниться.

Предложения провести её до машины или подвезти домой так и не последовало. Они не обнялись, и он никак не проявил инициативу в отношении нового свидания. Джон был достаточно приятным парнем, со своей кривоватой улыбкой и осторожными жестами, но посыл был ясен.

– Мне тоже, Джон, – ответила Зои, позволив ему выйти из ресторана первым, пока она собирала свои вещи в сумочку, чтобы не пришлось поддерживать неловкий разговор по дороге на парковку.

Уединившись в своей машине, Зои рухнула на водительское сидение, закрыв голову руками. Глупо, глупо, глупо. Где это видано, быть настолько озабоченной тем, как быстро работает тот иной официант, что даже не быть способной сосредоточиться на своём очаровательном, привлекательном, во всех смыслах абсолютно подходящем ухажёре.

Это было уже слишком. В глубине души Зои уже долгое время знала это. Она стала такой, что ей было сложно сконцентрироваться на простых социальных сигналах, посылаемых ей другими людьми, не обращая при этом внимание на возникающие в её уме цифры и математические схемы. Было ужасно, что она не умела правильно понимать все эти сигналы, как только сталкивалась с ними, но не заметить их вообще было намного хуже.

«Как можно быть такой дурой», – пробормотала она себе под нос, зная, что кроме неё этого никто не услышит. От этого ей захотелось одновременно и плакать, и смеяться.

Всю дорогу домой Зои прокручивала у себя в голове события сегодняшнего вечера. Семнадцать неловких пауз. По меньшей мере двадцать моментов, в которые Джон, должно быть, ждал проявления большей заинтересованности с её стороны. И кто знает, сколько ещё было этих моментов, которые ей не удалось заметить. Один бесплатный стейк на ужин не может компенсировать ощущение себя изгоем, которому суждено умереть в одиночестве, без родных и близких.

Не считая котов, конечно.

Даже Эйлер и Пифагор, мяукающие и соперничающие друг с другом за право прыгнуть ей на колени, не могли улучшить её состояние. Она подняла и усадила их обоих, нисколько не удивившись, когда они мгновенно потеряли интерес к происходящему и принялись бродить по спинке дивана.

Она снова открыла электронное письмо от доктора Эпплвайт, и нашла номер телефона психотерапевта, которую та рекомендовала ей.

Это же не может навредить, так ведь?

Зои вводила каждую цифру номера по одной, хотя с первого взгляда запомнила всю последовательность. Она почувствовала, как у неё перехватило дыхание, когда её палец завис над зелёной кнопкой вызова, но тем не менее заставила себя нажать на неё и поднесла трубку к уху.

Дзынь. Дзынь. Дзынь.

Дзынь. Дзынь. Дзынь.

– Алло, – ответил женский голос на другом конце провода.

– Здравствуйте, – начала Зои, но сразу же оборвала свою речь, так как голос продолжал говорить.

– Вы позвонили в офис доктора Лорен Монк. Мы приносим свои извинения, но на данный момент наш рабочий день окончен.

Зои тяжело вздохнула. Голосовая почта.

– Если вы хотите записаться на приём, изменить дату назначенного приёма или оставить сообщение – пожалуйста, дождитесь сигнала…

Зои одёрнула телефон от уха, как будто он вдруг загорелся, и сбросила вызов. Среди образовавшейся тишины чуть слышно мяукнул Пифагор, а затем прыгнул с дивана ей на плечо.

Она должна была записаться на приём, и собиралась сделать это в ближайшее время. Зои пообещала себе это. Но ведь ничего страшного не случится, если она сделает это на следующий день, не так ли?

Глава 3

– Ты будешь гореть в аду, – объявила её мать. У неё было торжествующее выражение лица, а в глазах светилось определённого рода безумие. Присмотревшись поближе, Зои поняла, что в них отражалось пламя. – Дьявольское отродье, ты будешь вечно гореть в аду!

Было невыносимо жарко. Зои изо всех сил старалась встать на ноги, пошевелиться, но что-то её связывало. Её ноги были тяжёлыми, как свинец, они лежали на полу и ей никак не удавалось их поднять. Она не могла убежать с этого места.

– Мама! – звала Зои. – Мама, пожалуйста! Здесь становится очень жарко – мне больно!

– Ты будешь вечно гореть, – рявкнула её мать и на глазах Зои её кожа стала красной, как яблоко, на голове выросли рога, а сзади неё можно было разглядеть хвост. – Ты сгоришь, дочь моя!

Пронзительный звук телефонного звонка внезапно пробудил Зои ото сна, а Пифагор сердито приоткрыл один свой зелёный глаз, прежде чем покинуть насиженное место на её лодыжках и убежать прочь.

Зои покачала головой, пытаясь сориентироваться. Точно. Она была в своей собственной спальне в Бетесде, и у неё звонил телефон.

Зои пыталась нащупать в темноте трубку, после сна её пальцы были отёкшими и неповоротливыми.

– Алло!

– Специальный агент Прайм, извините за столь поздний звонок, – раздался голос её босса.

Зои посмотрела на часы. Было немногим больше трёх часов утра.

– Всё в порядке, – ответила она, приводя тело в сидячее положение. – Что случилось?

– У нас появилось дело на Среднем Западе, в раскрытии которого может потребоваться Ваша помощь. Я знаю, что Вы только что вернулись домой, мы можем отправить туда кого-нибудь другого, если Вы ещё не готовы взяться за новое расследование.

– Нет, нет, – поспешно сказала Зои. – Я могу приступить к работе.

Работа пойдёт ей на пользу. Чувствовать себя нужной и раскрывать дела – было единственным, что заставляло её чувствовать себя хоть немного похожей на своих человеческих собратьев. После вчерашнего фиаско в общении, с головой погрузиться в новое дело было бы для неё долгожданным облегчением.

– Отлично. Я распоряжусь, чтобы Вам и Вашей напарнице предоставили самолёт через пару часов. Вы летите в Миссури.

***

Автомобиль, взятый на прокат, подъехал к небольшой заправке немного южнее Канзаса, и остановился.

– Вот это место, – сказала Шелли, в последний раз сверяясь с GPS.

– Ну наконец-то, – вздохнула Зои, слабив хватку на руле и протерев глаза. У них был поздний перелёт, в полёте они практически следовали навстречу солнцу, когда оно восходило на небосводе. Было ещё только раннее утро, а она уже чувствовала себя так, будто не спала целую ночь. Недостаток сна, сопровождаемый спешкой, чтобы не опоздать на рейс может привести к подобным последствиям.

– Мне срочно нужно выпить кофе, – сказала Шелли, выбираясь из машины.

Зои разделяла желание своей напарницы. Во время полёта, каким бы коротким он ни был, их постоянно кто-то прерывал. Сначала самолёт набирал высоту, потом стюардессы предлагали завтрак и напитки не менее пяти раз, затем следовало снижение – так что хоть немного вздремнуть у них так и не получилось. Несмотря на то, что они провели большую часть полёта в тишине, обсуждая только свои планы после посадки и то, где можно будет взять машину на прокат, отдохнуть как следует им так и не удалось.

Зои побрела за Шелли в здание, снова ставя под сомнение свою главенствующую роль вышестоящего и более опытного агента. Шелли может получить все лавры, но Зои не была новичком в своём деле. За её плечами было более чем достаточно раскрытых дел, и время, когда она только начинала работу давно прошло, так что она даже с трудом могла вспомнить тот период. И тем не менее, следовать за Шелли ей было комфортнее.

Шелли представилась местному шерифу, и он наклонился, чтобы пожать руки им обеим, когда Зои назвала и своё имя тоже.

– Очень рад, что вы к нам подъехали, – сказал он. Это было что-то особенное. Обычно местные полицейские были не слишком-то рады их приезду, поскольку считали, что могут справиться с делом самостоятельно. И только тогда, когда они понимали, что это не в их компетенции, они были рады помощи.

– Надеюсь, мы сможем оперативно разобраться с этим делом и отстанем от Вас к концу дня, – сказала Шелли, слегка улыбнувшись Зои. – Специальный агент Прайм сейчас на волне успеха. Мы раскрыли наше первое совместное дело за несколько часов, не так ли, Зо?

– За три часа и сорок семь минут, – ответила Зои, включив в подсчёты время, затраченное на то, чтобы заключить под арест их сбежавшего преступника.

Она несколько секунд потратила на то, чтобы ответить себе на вопрос, как Шелли удалось так легко и непринуждённо ей улыбнуться. Это выглядело достаточно правдоподобно, но потом Зои подумала, что на самом деле никогда не умела замечать разницу, по крайней мере, если не было никакого конкретного знака на лице человека, проявления нервного тика или особенного прищура глаз, выдающего, что что-то шло не так. После их последнего дела, не говоря уже о практически безмолвном перелёте и поездке на арендованном автомобиле, она ожидала, что в общении между ними возникнет некоторая напряжённость.

Шериф наклонил голову.

– Могу с вашего позволения сказать, что было бы очень здорово, если бы вы сели на свой самолёт и уехали отсюда до наступления сумерек. Я имею в виду, что в таком случае мне удастся сбросить этот груз с плеч.

Шелли рассмеялась.

– Не волнуйтесь. Нашего брата Вы не особо рады видеть, неправда ли?

– Только без обид, – радостно согласился шериф. «Он весит около 85 килограммов, – подумала Зои, – наблюдая за тем, как он ходит, наклоняя корпус вперёд под определённым углом, что было свойственно людям с избыточным весом».

Они переместились в его офис и начали знакомиться с делом. Зои взяла бумаги и принялась листать их.

– Давай, не томи меня, Зо, – сказала Шелли, откидываясь на спинку стула и с нетерпением ожидая информации.

Похоже, у неё появилось прозвище.

Зои удивлённо подняла глаза, но увидев, что Шелли сидела с серьёзным выражением лица, она принялась читать вслух.

– Похоже, у нас три трупа за три дня. Первый – в Небраске, второй – в Канзасе и третий – здесь, в Миссури.

– Что же, неужели наш преступник отправился в путешествие? – усмехнулась Шелли.

Зои мысленно пометила линии, соединяющие эти города. Большинство из них находилось в юго-восточном направлении; наиболее вероятное продолжение этой серии убийств можно ожидать в направлении от оставшейся части штата Миссури до Арканзаса, Миссисипи и, возможно, даже до Теннеси возле Мемфиса. Если, конечно, им не удастся его остановить к тому времени.

– Последнее убийство произошло чуть поодаль от заправки. Жертвой стала единственная сотрудница магазина. Её труп был найден снаружи.

Зои могла представить себе эту картину. Мрачная заправка на отшибе, словно копия любой другой заправки в этой части страны. Удалённое здание, фонари на парковке которого были единственным источником света на многие мили вокруг. Она начала листать фотографии с места преступления, передав их Шелли после того, как закончила.

Начинала вырисовываться более чёткая картинка. На земле, лицом к входу, лежала мёртвая женщина, должно быть, она откуда-то возвращалась. Может быть, её сначала выманили наружу, а затем напали, когда она ослабила бдительность? Может быть, её привлёк какой-то шум, такой как вой койотов или посетитель, жалующийся на проблемы с машиной?

Чем бы то ни было, этого было достаточно, чтобы выманить её наружу, в темноту и прохладу ночи, подальше от её рабочего места. Должно быть, это имело какое-то значение.

– Все жертвы – женщины, – продолжала читать Зои. – Особых совпадений по внешности нет. Разные возрастные группы, цвет волос, вес, рост. Единственное, что их объединяет – это то, что все они – женского пола.

Пока она всё это произносила, Зои представляла себе женщин, стоящих напротив стенда, возле которого фотографируют преступников. Одна женщина была ростом 162 сантиметра, другая – 170 сантиметров, и третья – почти 180 сантиметров. Довольно большой разброс. Рост каждой последующей жертвы примерно на десять сантиметров больше предыдущей – было ли это подсказкой к разгадке? Нет, здесь не работает такая закономерность. Самая низкая женщина была самой тяжёлой, самая высокая – лёгкая и хрупкая. Возможно, её было легче одолеть физически, несмотря на внешние параметры.

Разный рост. Разные расстояния между местами преступлений. Ни одного намёка на формулу или метод, который рассказал бы ей, как далеко от этого места может случиться следующее преступление. Характер местности в каждом случае был особенным.

– Они кажутся… случайными.

Шелли вздохнула, покачав головой.

– Я боялась, что ты скажешь именно это. А как насчёт мотива?

– Возможно, это случайные убийства. Все женщины были убиты ночью, в отдалённом месте. Нигде не было ни свидетелей, ни камер наблюдения. Осмотр места преступления не дал практически никаких зацепок.

– Итак, у нас есть психопат с желанием убивать, который только что вошёл во вкус, и всё же достаточно себя контролирует для того, чтобы не допускать ошибок, – подытожила Шелли. Тон её голоса был довольно сухим, и Зои могла предположить, что она чувствует себя так же неловко, как и сама Зои.

Это дело не будет таким простым и элементарным, как она надеялась.

Глава 4

На заправке было подозрительно тихо, когда Зои сама подъехала к месту преступления. Оно повсюду было огорожено лентой, сдерживавшей возможных желающих поглазеть на это место, у входной двери также стоял один офицер, который следил, чтобы в здание не проникли любопытные подростки.

– Доброе утро, – сказала Зои, предъявляя свой значок. – Я собираюсь осмотреться здесь.

Мужчина кивнул в знак согласия, хотя этого от него и не требовалось, девушка прошла мимо него, нырнув под ленту, чтобы зайти внутрь.

Шелли знала, каким образом лучше всего использовать уникальные способности и особенности каждой из них. Без предварительных обсуждений она взяла на себя обязанности поговорить с семьёй жертвы, отправив Зои на место последнего убийства после того, как её высадили у дома убитой женщины. Так было только лучше. Здесь Зои могла обнаружить определённую схему в действиях преступника, а Шелли там сможет прочесть истинные эмоции родных и понять, не скрывают ли они чего-нибудь. Зои пришлось доверить ей эту часть работы.

Таким образом, она согласилась с коллегой, только лишь сделав вид, что главная всё-таки она. Только мягкий характер Шелли и полное отсутствие переживаний Зои по поводу правильного соблюдения инструкций по руководству подчинёнными, пока дело не было раскрыто, могло обеспечить комфортные условия их совместной работы. Казалось даже, что Шелли пытается оправдаться за свои действия, и дать понять, что она отдаёт себе отчёт в том, как это смотрится со стороны, и что она случайно преступила границы своих полномочий.

Зои какое-то время постояла у двери входа на заправку, понимая, что все события той ночи начались именно здесь. На земле остались нечёткие следы, отпечатки ног, помеченные маленькими флажками и пластиковыми треугольниками. Зои представляла, как взрослая женщина в удобной обуви мелкими шагами шла впереди. Заправка была настолько отдалённой, что в тот день её посещало не больше нескольких клиентов, и чётко рассмотреть следы можно было только в нескольких шагах от двери.

Вслед за женщиной шёл кто-то ещё, хотя, она, возможно, этого и не знала. Перед глазами Зои возникли цифры, рассказывая ей необходимые факты: расстояние между шагами говорило о том, что шли они неспеша. Других следов, указывающих, шёл ли преступник от заправки, или стал преследовать женщину с парковки, не было. Женщина спокойно и уверенно направлялась за угол здания. Дальше был сплошной бардак, но Зои его обошла, увидев, что следы ведут куда-то дальше, и зная, что, скорее всего, ещё сюда вернётся.

Во-первых, с этого места шаги ускорились. Возможно, тогда женщина уже догадалась, что её преследуют?

Они остановились вот здесь – в месте, где по земле была разбросана кучка леденцов, возможно кто-то обронил упаковку с ними или её неуклюже открыл ребёнок. Женщина обернулась, чтобы посмотреть на своего преследователя, затем развернулась и помчалась к двери в задней части здания.

В замке всё ещё был ключ, время от времени слегка покачивающийся на ветру. Было заметно, что в этом месте жертва остановилась, чтобы открыть замок, а затем поспешила обратно, и земля здесь была чуть больше вытоптана.

Её следы на обратном пути показали, что она шла уже более широким и быстрым шагом. Практически перешла на бег, пытаясь как можно скорее добраться до своего рабочего места внутри здания магазина. Была ли она напугана? Или ей стало прохладно ночью? А может, она просто хотела вернуться к своей кассе?

Мужчина пошёл за ней и в этот раз. Не сразу; здесь можно было рассмотреть углубление, небольшую отметину в грязи, на краю отпечатка пятки, свидетельствовавшую о том, что в тот момент он медленно развернулся, чтобы устремиться за жертвой. Затем он догнал её размашистым и лёгким шагом, следуя прямо за ней и настигнув её за углом.

А, снова какая-то путаница. Зои присела на корточки, чтобы всё поближе рассмотреть. Здесь было гораздо больше следов, видимые потёртости были хорошо видны в том месте, где жертва в течение нескольких секунд боролась за жизнь. Более тяжёлый отпечаток обуви мужчины хорошо выделялся в месте, где он немного приподнял женщину, переместив часть веса её тела на себя, пока управлялся с удавкой.

Тело уже увезли, но следы крови говорили сами за себя.

Должно быть, всё произошло очень быстро; она недолго сопротивлялась.

Зои попыталась поближе рассмотреть видимые следы – особенно этот след мужчины. Что было интересно, так это то, как выглядели эти следы. В то время, как на следах жертвы можно было даже различить слабые узоры, на основании которых она сделала вывод, что та носила удобную обувь и могла даже сказать, какой фирмы, следы мужчины выглядели только лишь как нечёткие очертания, в которых, по большей части, выделялось только то место, где располагалась пятка.

Зои прошла путь жертвы по её же следам. На этом пути было только два места, где она могла разглядеть следы мужчины: возле двери, где он поджидал её, и здесь, уже в момент убийства. В обоих случаях все отличительные черты, включая длину и ширину обуви, были стёрты.

Другими словами, он убрал за собой.

– Кроме тела не было никаких других вещественных доказательств? – спросила Зои охранника, который не оставлял своей позиции у двери.

Парень стоял, просунув пальцы в петли для ремня, и прищурив глаза, наблюдая за дорогой во всех направлениях одновременно.

– Нет, мэм, – ответил он.

– Волосы? Следы шин?

– Ничего, что мы могли бы отнести к преступнику. Похоже, с парковки были стёрты следы всех машин, не только его.

Зои размышляла, прикусив губу. Возможно, он и выбирал своих жертв наугад, но он был далеко не безумцем. Как сказала Шелли, у него всё было под контролем. Более того, он был терпеливым и дотошным. Даже те убийцы, которые готовили свои нападения заранее, обычно действовали не так хорошо.

В тишине пустой дороги раздался звонок телефона Зои, заставив охранника подпрыгнуть на месте.

– Специальный агент, Зои Прайм, – автоматически произнесла она, даже не посмотрев на экране, кто звонит.

– Зо, у меня есть зацепка. Её бывший муж – любитель распускать руки, – сказала Шелли без лишний церемоний. Тон её голоса был поспешным и возбуждённым. О, это ощущение первой зацепки. – Похоже, развод состоялся совсем недавно. Не хочешь заехать за мной и проверить эту версию?

– Хорошо, всё равно здесь больше нечего делать, – ответила Зои. Не было смысла присутствовать на месте преступления им обеим, если нужно было проверить и другие версии. Кроме того, ей показалось, что Шелли очень не хотела видеть место, где убили ту женщину. Девушка действительно была ещё новичком во многих отношениях. – Я заеду за тобой через двадцать минут.

***

– Так где Вы были прошлой ночью? – прессовала подозреваемого Шелли, склонившись над ним так, чтобы тот почувствовал, будто это будет их маленький секрет.

– Я был в баре, – проворчал он. – В «Lucky’s», в восточной части города.

Зои слушала, но не очень внимательно. С того самого момента, когда они вошли, она уже знала, что этот мужчина – не их убийца. Бывший муж, возможно, и любил показать своей жене, какой большой вес имеет его авторитет в их семье, но проблема как раз и заключалась в этом – в его весе. Он весил по меньшей мере килограмм на сорок пять больше преступника, согласно следам, которые тот оставил, кроме того, он был слишком маленького роста. Возможно, физически он и мог бы убить свою жену – женщину ниже его, которая, вне всяких сомнений, много раз испытывала на себе силу его кулаков, но он не мог убить самую высокую из жертв. Его рост составлял максимум около 168 сантиметров. Он бы просто не смог до неё дотянуться.

– Может ли кто-нибудь подтвердить, что Вы там были? – спросила Шелли.

Зои хотела остановить напарницу, чтобы не допустить дальнейшей потери времени. Но она ничего не сказала. Она не хотела тратить силы на то, чтобы объяснять нечто настолько очевидное для неё, как убеждать, что небо голубое.

– Я напился и отключился, – сказал он, бессильно махнув рукой. – Вы можете проверить камеры. Спросите бармена. Он вышвырнул меня прочь после полуночи.

– А у этого бармена есть имя? – спросила Зои, открывая блокнот, чтобы сделать заметку. По крайне мере, это они могут легко проверить. Она записала данные, которые он ей назвал.

– Когда Вы в последний раз видели Вашу бывшую жену? – продолжала допрос Шелли.

Он пожал плечами, его глаза забегали по сторонам, пока он думал.

– Не знаю. Эта стерва всегда путалась у меня под ногами. Думаю, несколько месяцев назад. Она суетилась по поводу алиментов. Я пропустил пару платежей.

Шелли заметно вышла из себя то того, как он это говорил. Существовали некоторые эмоции, которые Зои было сложно прочитать, это скорее были неуловимые оттенки, у которых даже не было названий, или которые брали начало в источниках, которые она не могла определить. Но гнев она распознавала всегда. Гнев загорался подобно мигающей красной лампочке, и в данный момент она мигала над головой Шелли.

– Считаете ли Вы, что все женщины доставляют неудобства, или только те, которые развелись с Вами после жестокого обращения?

Глаза мужчины так расширились, что практически вышли из орбит.

– Эй, слушайте, Вы не имеете права…

Шелли перебила его, прежде чем он успел закончить.

– Вы неоднократно поднимали руку на Линду, не так ли? Вас несколько раз арестовывали по причине получения жалоб за домашнее насилие. Похоже, избивание собственной жены до полусмерти вошло у Вас в привычку.

– Я… – мужчина покачал головой, как будто пытаясь стряхнуть с себя слова Шелли. – Я никогда не избивал её до полусмерти. До такой степени. Я бы не смог убить её.

– А почему бы и нет? Вы несомненно были бы рады избавиться от необходимости выплачивать алименты? – продолжала давить Шелли.

Зои напряглась и сжала кулаки. Ещё немного, и она вмешается в этот разговор. Шелли увлеклась, её голос стал одновременно громче и выше тембром.

– Я и так не плачу им, – отметил он, и скрестил руки на груди, занимая оборонительную позицию.

– Так может быть в последний раз Вы и сорвались, так ведь? Вы захотели ударить её, но дело зашло дальше, чем обычно?

– Прекратите! – закричал он, теряя самообладание. Неожиданно он поднял руки к лицу, а затем опустил их, обличая слёзы, которые текли по его щекам. – Я перестал платить алименты, чтобы она приходила поговорить со мной, ясно? Эта глупая стерва никак не выходит у меня из головы. Каждую ночь я иду и напиваюсь в баре, потому что мне одиноко. Вы ведь это хотите услышать? Так ведь?

Они закончили – здесь всё было ясно. Шелли хладнокровно поблагодарила этого мужчину, вручив ему визитную карточку с просьбой позвонить, если он вспомнит что-то ещё. Всё это должна была бы сделать Зои, если бы думала, что от этого будет хоть какой-то толк. Большинство людей так никогда ей и не перезванивало.

И в этом случае она глубоко сомневалась, что Шелли позвонят.

Шелли тяжело вздохнула, когда они выходили.

– Гиблое дело, прости за каламбур. Я верю в его историю. Как ты думаешь, что мы должны делать дальше?

– Я хочу посмотреть на тело, – ответила Зои. – Если и есть ещё где-то хоть какие-то зацепки, которые мы могли бы найти, то их следует искать именно у жертвы.

Глава 5

Офис коронера располагался в невысоком здании рядом с участком, как, впрочем, рядом и со всеми остальными муниципальными зданиями в этом крошечном городке. Здесь была только одна дорога, вдоль которой справа и слева были расположены магазины, небольшое здание начальной школы и все остальные учреждения, необходимые городу для выживания.

Зои чувствовала себя здесь некомфортно. Слишком уж это напоминало ей родной город.

Коронер ждал их внизу, уже подготовив жертву на столе для своей ужасной презентации. Это был пожилой мужчина, которому осталось всего несколько лет до пенсии, располагающий солидным арсеналом шуток и подколок. Он начал длинное и пространное объяснение своих находок, выдавая уйму информации, которую Зои пришлось фильтровать.

Всё, о чём он говорил, она и сама видела прямо перед собой. Косые порезы на шее жертвы выдавали ей точный размер проволоки, которую им нужно искать. Женщина весила около 75 килограммов, несмотря на свой невысокий рост, хоть сейчас её тело, должно быть, весило меньше, учитывая, что после нанесённого ранения она лишилась почти трёх литров крови.

Угол нанесения ударов, и приложенная к ним сила говорили ей о двух вещах. Во-первых, рост убийцы был около 183-185 сантиметров. Во-вторых, при совершении преступлений он не полагался на свою физическую силу. Проволока не могла удерживать вес жертвы на протяжении долгого времени. Когда она рухнула на землю, он отпустил её. Этот факт, в сочетании с выбором проволоки в качестве орудия убийства, свидетельствовал, прежде всего, о том, что он был не очень силён физически.

То, что он был не очень сильным, в сочетании с его ростом выше среднего, говорило о том, что преступник не был ни мускулистым, ни крупным по комплекции. Если бы он всё же был более крепким, его собственное тело служило бы противовесом. Это означало, что он, скорее всего, обладал стройным телосложением, вполне соответствующим описанию среднестатистического мужчины среднего роста.

Единственное, что без сомнения отличало его среди прочих – был его способ убийства своих жертв.

В остальном ничего особенного не было. Цвет волос убийцы, его имя, город, откуда он был родом, причины, толкающие его на совершение убийств – ответ ни на один из этих вопросов больше не могла помочь им найти пустая оболочка человеческого существа, лежащего перед ними.

– Итак, что же мы можем из этого сказать, – медленно начал коронер брюзгливым и занудным тоном. – Вероятно, убийца был среднего роста, около 180-185 сантиметров.

Зои пришлось сдержать себя, чтобы не покачать головой. Это был слишком большой разброс.

– Вы уже связались с семьёй жертвы? – спросила Шелли.

– Кроме бывшего мужа, который пришёл для опознания, никого не было, – пожал плечами коронер.

Шелли сжала в руках маленький кулон у себя на шее, перемещая его взад-вперёд по тонкой золотой цепочке.

– Это так печально, – вздохнула она. – Бедная Линда. Она заслуживала большего.

– Ты заметила что-нибудь особенное, когда опрашивала родственников? – спросила Зои. Любая зацепка могла помочь расследованию, несмотря на то, что к этому моменту она была окончательно уверена, что выбор этой Линды в качестве жертвы, был не более, чем случайным поступком незнакомца.

Шелли бессильно пожала плечами.

– Они удивились, узнав эту новость. Но особо не горевали. Не думаю, что они были близки.

Зои отогнала от себя мысль о том, кто бы позаботился о ней или, кто пришёл бы проститься с её телом, если бы она умерла, и почувствовала грусть и разочарование. Было нетрудно догадаться. Это было бы ещё одно гиблое дело – в буквальном смысле слова. Линда больше ничего не могла рассказать им.

Стоять в морге, сочувствуя мёртвым, было, конечно, очень мило, но это нисколько не приближало их к ответам, которые они искали.

Зои на секунду закрыла глаза и развернулась в другую сторону комнаты, лицом к двери, через которую они вошли. Им уже следовало бы двигаться, но Шелли всё ещё общалась с коронером тихим уважительным тоном, обсуждая то, кем была эта женщина при жизни.

Всё это было неважно. Разве Шелли этого не понимала? Причина смерти Линды была очень простой: она находилась на отдалённой заправке, совсем одна, когда мимо проезжал убийца. В истории всей её жизни больше не было ничего примечательного.

Казалось, Шелли заметила, что Зои хочет уже уйти, и потихоньку отошла от коронера.

– Чем мы займёмся дальше? – спросила она.

Зои хотелось бы сказать больше в ответ на этот вопрос, но она не могла. На данный момент им оставалось сделать только одну вещь, и она не предполагала никакого конкретного действия, которого ждала девушка.

– Мы составим профиль убийцы, – сказала она. – Нужно отправить ориентировку по соседним штатам, чтобы предупредить местные правоохранительные органы быть на страже. Потом мы детально изучим предыдущие убийства.

Шелли кивнула, ускорив шаг, когда Зои направилась к двери. Идти им было недалеко.

Поднявшись по лестнице и войдя в двери офиса, Зои осмотрелась, и её взгляд снова поймал линию горизонта, её легко было заметить за небольшой группой жилых домов и муниципальных учреждений, которые все месте и образовывали этот крохотный городок. Она вздохнула, сложив руки на груди, и повернула голову к участку, в то направление, куда они ехали. Чем меньше времени она потратит, разглядывая это место, тем лучше.

– Тебе не нравится этот городишко, правда? – спросила рядом стоящая Шелли.

На секунду Зои почувствовала удивление, но затем вспомнила, что Шелли уже ни раз доказала, что весьма проницательна и умеет хорошо настроиться на эмоции других людей. По правде говоря, Зои, должно быть, просто не смогла это скрыть. Ей не удавалось избавиться от плохого настроения, которое возникало у неё всякий раз, когда она оказывалась в месте подобного рода.

– Я вообще не люблю маленькие города, – сказала она.

– Потому что ты живешь в большом городе, или…? – спросила Шелли.

Зои глубоко вздохнула. С напарниками всегда так было: они всегда хотели узнать тебя получше. Раскопать все крошечные фрагменты твоей истории, а затем пытаться сложить их друг с другом, подобно паззлу, до тех пор, пока они не выстроятся в их голове в цельную картину.

– Они напоминают мне город, в котором я выросла.

– А, – кивнула Шелли, как будто выражая своё понимание. Но на самом деле она не понимала. Зои это точно знала.

В их разговоре наступила пауза, когда они подошли к дверям участка, снова направляясь в небольшую комнату для допросов, которую местные сотрудники разрешили им использовать в качестве командного центра. Видя, что они там одни, Зои положила на стол новую стопку бумаг, раскладывая отчёт коронера вместе с фотографиями, а также несколько других отчётов от сотрудников полиции, которые первыми прибыли на место происшествий.

– Получается, у тебя было не особенно счастливое детство? – спросила Шелли.

Ох. Может быть, она видела больше, чем могла подумать Зои.

Наверное, ей не следует удивляться по этому поводу. Почему Шелли не может читать эмоции и мысли других людей так же, как Зои просчитывает углы, измерения и схемы?

– Оно было не самое лучшее, – сказала Зои, отбрасывая волосы с глаз и концентрируясь на бумагах. – Но и не самое худшее. По крайней мере, я выжила.

В её голове раздалось эхо, вопль, доносившийся до неё сквозь пространство и время. «Дьявольское отродье. Ошибка природы. Посмотри, что нам приходится делать из-за тебя!». Зои заглушила его, не став вдаваться в воспоминания о том дне, когда мать заперла её в комнате в качестве наказания за грехи, игнорируя страх и одиночество, которые при этом может испытывать ребёнок.

Шелли быстро встала по другую сторону стола, раскладывая некоторые фотографии, которые они уже видели, а затем вытащила документы и о других убийствах.

– Нам не следует об этом говорить, – мягко сказала она. – Извини меня. Мы ещё недостаточно знаем друг друга.

Это «ещё» прозвучало угрожающе: выбор Шелли именно этого слова подразумевал, что она ждёт, пусть даже и в отдалённом будущем, что Зои начнёт ей доверять. Ждёт, что Зои сможет раскрыть ей все секреты, хранящиеся внутри неё ещё со времени детства. То, чего Шелли не знала, и не могла догадаться исходя из своего мягкого прощупывания почвы, было то, что Зои не собиралась никогда никому рассказывать о том, что происходило с ней в детстве.

За исключением, может быть, психотерапевта, посетить которую доктор Эпплвайт ей рекомендовала.

Зои отбросила прочь все эти мысли, улыбнулась напарнице и кивнула, затем взяла из её рук одну из папок.

– Нам нужно изучить предыдущие случаи. Я возьму этот, а ты можешь ознакомиться с другим.

Шелли заняла место на противоположной стороне стола, рассматривая фотографии в первой папке, лежащей на столе, покусывая ноготь. Зои отвела взгляд и сконцентрировалась на бумагах, лежащих напротив неё.

– Первая жертва была убита на пустой парковке возле закусочной, которая закрылась за полчаса до этого, – произнесла Зои вслух, резюмируя содержание отчёта. – Она работала там официанткой, была матерью двух детей, у неё не было высшего образования, и, очевидно, всю свою жизнь эта женщина провела в одном и том же месте. На месте происшествия не было найдено никаких весомых улик; методология та же, смерть наступила от удушения проволокой, все следы были затем стёрты.

– И снова ничего, что могло бы нам помочь выследить его, – вздохнула Шелли.

– Она закрывала закусочную после того, как убралась там и собиралась идти домой после долгой смены. Тревогу подняли достаточно быстро, когда она не вернулась в обычное время, – Зои перешла на следующую страницу, просматривая, есть ли там более существенная информация. – Её тело обнаружил муж, когда поехал проверить, всё ли в порядке, после того, как она не отвечала на телефонные звонки. Существует большая вероятность, что он уничтожил некоторые улики, когда схватил тело своей жены, обнаружив находку.

Зои подняла голову, довольная тем, что в этом деле также не было улик, как и в текущем. Шелли всё ещё выглядела сосредоточенной, снова играя с подвеской у себя на шее. Кулон был настолько массивным, что за ним практически прятались пальцы, которыми она его держала.

– Это крестик? – спросила Зои, когда её новая напарница наконец-то подняла глаза. Она подумала, что это могло бы стать темой для разговора. Это же было вполне нормальным для агента задать вопрос своей напарнице касательно украшений, которые та обычно носила. Так ведь?

Шелли посмотрела на свою грудь, словно только что отдала себе отчёт в том, чем были заняты её руки.

– А, это. Нет. Это подарок моей бабушки, – она одёрнула руки, чтобы Зои могла рассмотреть золотой кулон в форме стрелы с небольшой россыпью бриллиантов возле наконечника. – К счастью, у моего дедушки был хороший вкус. Когда-то это украшение принадлежало ей.

– О, – произнесла Зои чувствуя, как её охватывает чувство небольшого облегчения. Она и не замечала, какое напряжение на самом деле испытывала, когда видела, как Шелли периодически держала в руках свою подвеску и играла с ней. – Стрела настоящей любви?

– Так и есть, – улыбнулась Шелли. Затем она слегка нахмурила брови, очевидно уловив изменение в настроении Зои. – Ты переживала, что я слишком религиозна или что-то вроде того?

Зои слегка откашлялась. Она сама только сейчас отследила, что задала свой вопрос именно по этой причине. Но, без сомнения, это так и было. Прошло уже много времени с тех пор, когда она была той робкой маленькой девочкой со своей чересчур рьяной богобоязненной матерью, но она всё ещё проявляла изрядную степень осторожности в отношении людей, которые считали церковь самой важной вещью в своей жизни.

– Мне просто стало интересно, – ответила Зои, но голос её прозвучал нетвёрдо, и она это знала.

Шелли нахмурилась, наклонилась и взяла со стола следующую папку.

– Знаешь, нам придётся много времени проводить вместе, если мы останемся напарницами, – сказала она. – Может быть, будет проще, если мы будем всё говорить друг другу напрямую. Ты не должна мне объяснять, почему задаёшь тот или иной вопрос, но я была бы признательна тебе за честность.

Зои сглотнула, глядя вниз на отчёт, который она уже закончила читать. Она собрала всю свою гордость, на мгновение закрыв глаза, чтобы заставить замолчать голос, который раздавался в её голове и протестовал против этого предложения коллеги, говоря: «Нет, эти два найденные тобою фрагмента паззла моей истории не подходят друг другу, один на пять миллиметров толще другого», и встретилась взглядом с Шелли.

– У меня с этим есть определённые трудности, – сказала она.

– С религией или честностью? – спросила Шелли с игривой ухмылкой, открывая папку. Спустя мгновение, на протяжении которого Зои обдумывала, что ей ответить, Шелли продолжила. – Это была шутка.

Зои блеснула лёгкой улыбкой.

Затем она развернулась и принялась изучать папку с новым делом, рассматривая фотографии с места преступления, зная, что только это было способно остудить её вспыхнувшие румянцем щёки и снять неловкую обстановку, воцарившуюся в комнате.

– Вторая жертва – просто ещё одна версия всё той же истории, – сказала Шелли, качая головой. – Тело женщины было найдено на обочине дороги на окраине небольшого городка. По таким дорогам обычно возвращаются домой поздним вечером после работы, что она, собственно говоря, и делала. Та женщина работала учительницей… вокруг её тела была найдена стопка проверенных тетрадей, которые разбросались по земле после того, как женщине перерезали горло проволокой.

Шелли сделала паузу и бегло просмотрела фотографии, в поисках снимка, на котором были изображены тетради. Она подняла его на секунду, прикусив губу и покачав головой. Затем Шелли передала её Зои, которая пыталась почувствовать такое же сострадание к жертве, но так и не смогла. Разбросанные по земле тетради, по её мнению, не придали всей сцене большего драматизма в сравнении с другими убийствами. На самом деле, она видела и гораздо более жестокие преступления, которые казались ей более достойными сочувствия.

– Её нашёл велосипедист рано утром следующего дня. Его взгляд привлекли листы бумаги, развеваемые ветром, разбросанные по обочине возле тела, наполовину выглядывавшего из высокой травы, – резюмировала Шелли, читая записи в своей папке. – Похоже, что она отошла в сторону, как будто, чтобы помочь кому-то. Её каким-то образом заманили туда. Чёрт… она была доброй и отзывчивой женщиной.

В голове у Зои промелькнуло множество возможных сценариев развития событий: кто-то мог обратиться за помощью в поиске вымышленного потерянного пса, или спросить дорогу, сделать вид, что на его велосипеде ослабла цепь, или просто обратиться, чтобы узнать время.

– И никаких следов на земле, никаких волос на теле или ДНК под ногтями. Всё чисто, как и на остальных местах преступлений, – вздохнув, сказала Шелли, положив перед собой папку с отчётом.

Что бы ни поставило под угрозу жизнь этой женщины – возможно, она отступила на обочину от неожиданности, когда пыталась освободиться от проволоки, сдавливавшей её горло – это были единственные сведения, с которыми им приходилось работать.

Взгляд Зои бесцельно скользил по бумаге, пытаясь найти точки пересечения всех трёх расследуемых дел.

Две жертвы состояли в счастливом браке, одна была разведена. У двоих были дети, у одной – нет. У каждой был разный тип работы. Одна была с высшим образованием, две остальные – нет. Эти женщины никак не были связаны между собой, даже компании, на которые они работали не имели ничего общего.

– Я не вижу связи, – сказала Шелли, нарушив возникшее между ними молчание.

Зои вздохнула, и закрыла папку. Ей следовало признать это.

– Я тоже ничего не вижу.

– Итак, мы вернулись туда, откуда начали. Выбор жертв абсолютно случайный, – вздохнула Шелли.  – А это означает, что следующая жертва тоже будет случайной.

– И гораздо меньше шансов, что мы сможем это остановить, – добавила Зои. – Если только мы вместе не сможем составить рабочий профиль этого мужчины и поймать его до того, как у него появится возможность совершить новое убийство.

– Итак, давай приступим к этому, – сказала Шелли, полная решимости, которая фактически вселила в Зои малую толику надежды.

Они закрепили чистый лист бумаги на доске в углу комнаты и принялись делать выводы на основании того, что им было известно.

– Мы видим маршрут, по которому он движется, – сказала Зои; это она уже озвучивала и ранее, к тому же установить этот факт было несложно для любого. – Он перемещается по какой-то причине. Что бы могло заставить его делать это?

– Возможно, его работа связана с поездками, – предположила Шелли. – Дальнобойщик, продавец или торговый представитель, что-то в этом роде. Или же он путешествует просто потому, что так хочет. Также он может быть бездомным.

– Слишком много вариантов, чтобы мы могли чётко определиться с этим, – Зои написала слово «передвижения» на доске, а затем попыталась сделать последующие выводы из этого. – Должно быть, он проводит ночь в дороге. Останавливается в мотелях, или, возможно, спит в машине.

– Если он ночует в своей машине, у нас немного шансов на то, чтобы выследить его, – подметила Шелли, и уголки её губ опустились. – Но в мотелях он, в принципе, может останавливаться под выдуманными именами.

– В этом плане нам не на что опереться. Но каким-то ведь образом он перемещается. И делает он это на каком-то транспортном средстве, судя по расстоянию между местами преступлений и прошедшему времени между убийствами.

Шелли встала с места в поисках своего мобильного, чтобы проверить карты и сверить местонахождения трупов.

– Не думаю, что здесь проходит какой-то определённый маршрут поезда. Так что, скорее всего он перемещается на автобусе или машине.

– Это в некоторой степени сужает направление поиска, – сказала Зои, добавляя эту информацию в список. – Он может путешествовать автостопом, хотя в наши дни такой способ передвижения не особенно популярен. Как на счёт его физических характеристик?

– Как правило, проволоку используют физически недостаточно сильные люди. Таким образом, мы могли бы предположить, что он, скорее, среднего телосложения.

Зои была рада, что Шелли сама заметила это: одной подозрительной деталью меньше.

– Среднего, но, не слишком хрупкого или субтильного. Думаю, мы уже с уверенностью можем сказать, что эти убийства – дело рук мужчины. При его не выдающихся физических данных: недостаточной силе и среднем росте, у жертв теоретически была возможность одолеть его и избежать жестокой участи.

– А если бы он был слишком низким, то не смог бы как следует дотянуться до жертв, – добавила Шелли. – Похоже, все жертвы были убиты стоя, что означает, что он легко мог добраться до их шей.

Зои была вынуждена признать, что впечатлена выводами коллеги, хоть и не могла сказать это вслух. Она написала на доске: «Средний или выше среднего рост – около 180-185 сантиметров», согласно отчёту коронера, и «Среднее или худощавое телосложение».

– Теперь давай перейдём к психологическому портрету, – сказала Зои. – Есть что-то, что заставляет его убивать, даже если эта причина нам может показаться нелогичной. Если между жертвами нет реальной связи, нам следует основываться именно на этой внутренней потребности, толкающей его на совершение преступлений.

– Эти убийства мне кажутся абсолютно незапланированными, совершёнными при удобном случае. Он просто идёт следом за женщинами, может быть, потому что они кажутся ему более слабыми. Они одиноки, беззащитны, в зоне, где нет видеонаблюдения, и где, с большой долей вероятности, никто не помешает его ужасным деяниям.

– Я вижу две возможные причины. Первая заключается в том, что он жаждет испытать эмоции от самого процесса убийства, и поэтому выискивает жертв, которые идеально соответствуют критериям, которые, на его взгляд, помогут ему избежать поимки полицией. По какой-то причине он так поступает на данный момент, поэтому нам следует искать триггерное событие, провоцирующее у него это желание, – сказала Зои, постукивая кончиком ручки по подбородку. – Другая возможная причина заключается в том, что его провоцируют именно эти жертвы. В этом случае он даже не знает, что убьёт их, пока не наступает соответствующий момент, и в его голове что-то щёлкает.

– Другими словами, он либо ищет женщин, которых умышленно убивает, либо он убивает исключительно из-за подвернувшейся возможности и чего-то, связанного с особенностями именно этих женщин, что вызывает у него срыв, – сказала Шелли, задумчиво прищурив глаза.

– Подумай, – покачала головой Зои, становясь возле доски. – Убийства слишком идеальны, чтобы быть настолько уж случайными. Они происходят по одному за ночь – а это свидетельствует о его непреодолимом влечении убивать. Если бы его мотивами к убийствам были только провоцирующие события, мы могли бы определить это исходя из времени между нападениями. Мог ведь он несколько ночей не выходить из дома, или просто не встретить человека, спровоцировавшего бы его срыв. Нет, его действия преднамеренны и просчитаны. Есть какая-то причина, по которой он убил каждую из жертв, какое-то послание или ритуал.

Она снова вышла вперёд и дописала «одно убийство в день – ритуал».

– А как насчёт мест преступления? – спросила Шелли. – Может быть, в них есть то-то особенное.

На стене уже висела карта, размеченная тремя красными кнопками в местах, где были найдены тела. Зои какое-то мгновение рассматривала её, затем, с помощью листа бумаги, соединила их в линию. Таким образом, между местом первого и третьего убийства проходила ровная прямая. Второе немного отклонялось, но всё же находилось в пределах заданного маршрута.

– А что это за города? – Шелли пальцем указала на конец приложенного к карте листа бумаги, за последней кнопкой, где находились населённые пункты вдоль этой же линии.

Зои выпалила без запинки список, читая названия с карты, с небольшим отступлением в обе стороны на случай, если он отклонится от прямого маршрута, как уже делал ранее.

– Нам нужно обзвонить местные власти каждого из этих городишек. Убедиться, что они будут в курсе возможных происшествий. Усиление охраны и проявление бдительности сотрудниками правоохранительных органов могут помочь в его поимке.

Они обе молча смотрели на составленный профиль, при этом каждая из них думала о своём. Зои, со своей стороны, пыталась увидеть закономерность. Было только три вещи, которые имели для неё значение: тот факт, что все жертвы были женщинами, временные рамки или что-то связанное с местами, на которых происходили убийства. Что же их объединяло?

Она вспомнила о рассыпанных разноцветных леденцах, которые лежали повсюду на земле у заправки. Они были разбросаны недалеко от того места, где лежало тело Линды, на парковке, на дороге, по которой она, должно быть, прошла к зданию, находящемуся за заправкой, и обратно. Это было так странно. Вполне возможно, что какой-то ребёнок обронил их чуть раньше в тот же день, когда они с родителями остановились в этом месте заправиться, но… что-то в этом мучило её.

Возможно, это было просто случайное неуместное совпадение. Яркие, сияющие леденцы на месте жестокого ночного убийства. Вспышки света на земле, окрашенной пятнами крови. Может быть, это ничего и не значило вовсе.

– У нас не так много информации, – наконец выдохнула она. – Но это только начало. Добавь к этому, что по возрасту он, скорее всего, молод, по крайней мере, младше среднего, согласно статистике, именно в таком возрасте серийные убийцы и начинают свой путь, к тому же мы сузили круг достаточно, чтобы дать первые ориентировки. Я попрошу коронеров предоставить нам более конкретные цифры, основанные на результатах проведённых ими вскрытий, и мы сможем наконец-то составить портрет убийцы, которого следует искать.

Она подумала, что будет совсем прискорбно, если преступник собирается сегодня ночью найти очередную жертву, а они и близко не подобрались к тому, чтобы как-то на это повлиять.

Глава 6

Сегодня ночью будет обнаружен новый труп.

Это четвёртая ночь, а значит, это будет уже четвёртое по счёту тело.

Весь день он провёл в дороге, всё ближе и ближе подбираясь к своей цели. Несмотря на то, что день его проходил вполне неплохо, когда солнце начало клониться к закату, он становился всё более нервным. Когда наступил вечер, он уже должен был быть в нужном месте, иначе всё пойдёт насмарку.

Ему нельзя сейчас упустить момент.

Он снова бросил взгляд на телефон, расположенный в держателе на приборной панели. Онлайн карта обновлялась медленно, поскольку в этом месте был слабый сигнал сети. Шоссе, по которому он следовал, было широким и прямым, по крайней мере, ему не нужно было никуда поворачивать. Он не заблудится, и не упустит пункт своего назначения.

Он точно знал, куда ему следует ехать. Это место было указано ему в звёздном небе. И этот небесный чертёж, предназначенный специально для него, был гораздо более точным, чем обычная масса мерцающих точек в ночном небе, и его легко было прочитать. Конечно, знающий человек сможет разглядеть такие схемы даже там, наверху. Но его чертёж должны увидеть все, даже те, кто обычно ничего не замечает – и, к тому моменту, когда он закончит свою миссию, они обязательно его увидят.

Кто будет следующей – это другой вопрос. Где и когда – да, это он знал исходя из полученной сверху схемы. Но кто именно – это было дело случая, и именно случай руководил им, когда он ехал то медленнее, то быстрее, и его колено периодически подскакивало, почти упираясь в руль, когда он нажимал и отпускал педали.

Чтобы успокоиться, он глубоко вздохнул, быстро глотая прохладный воздух. Чувствовалось, что солнце уже идёт к закату, но время ещё не позднее. Схема, согласно которой он действовал, говорила ему, что он должен был делать, и теперь он собирался воплотить эти планы в жизнь. Ему нужно довериться своему призванию.

Колёса его седана беспрерывно грохотали по гладкому асфальту дороги, издавая устойчивый фоновый шум, который его успокаивал. На мгновение он закрыл глаза, доверяя машине самой удерживать ровное направление, и сделал ещё один глубокий вдох.

Затем постучал пальцами по проёму открытого окна, отбивая несложный повторяющийся ритм, и снова с облегчением вздохнул. Всё будет хорошо. Так же, как этот автомобиль долгие годы служил ему верой и правдой, так и его схемы не подведут его. Пока он исправно менял масло и вовремя проводил техническое обслуживание, с машиной будет всё в порядке. И если он окажется в нужное время в нужном месте, то не пропустит знаки.

Они были повсюду: в дорожной разметке, вытянувшейся вдаль и сужающейся, чётко указывая ему нужное направление. Полосы перистых облаков, казалось, также указывали в этом направлении, подтверждая его трактовку. Даже цветы, растущие на обочине вдоль шоссе наклонились вперёд, пригнувшись в ожидании, словно вдоль гоночных трасс, наблюдая как колёса его машины, проглатывают под собою мили.

Всё было на своих местах, совсем как тогда, когда он заметил, в какой узор выстроились рассыпавшиеся леденцы перед тем, как он убил ту женщину на заправке. Именно этот узор точно поведал ему, что делать дальше, и позволил ему убедиться, что он уже нашёл нужное место, и нужную жертву.

И в нужный момент он обязательно увидит знак.

***

Несмотря на то, что он всячески пытался успокоить себя мысленно, его сердце начало сильнее биться от беспокойства, когда солнце садилось всё ниже за горизонт, а он ещё так и не увидел никого подходящего.

Но сейчас ему снова улыбнулась удача – интуиция привела его в нужное время и в нужное место, теперь ему оставалось доверить вселенной всё остальное.

Вдоль обочины шла девушка, обернувшись назад и вытянув одну руку в сторону с поднятым вверх большим пальцем. Должно быть, она повернулась, как только услышала звук двигателя и шин его приближающейся машины, и это было задолго до того, как они увидели друг друга. У неё за плечами был тяжёлый на вид рюкзак, со свёрнутым под ним спальным мешком, и как только он подъехал ближе, то увидел, что она была совсем юна. Не старше восемнадцати-девятнадцати лет; свободный от забот человек, на пути к новым приключениям.

Она была приятной и милой на вид девушкой, но это не имело никакого значения. Такого рода вещи никогда не играли никакой роли. Значение имели только знаки.

Он замедлил движение и нажал на педаль тормоза, проехав немного дальше, а затем терпеливо подождал, пока она догонит его.

– Привет, – сказал он, опуская стекло со стороны пассажирского сидения и наклоняя голову, чтобы рассмотреть её. – Тебя подвезти?

– Хм, да, – ответила она, недоверчиво глядя на него и покусывая нижнюю губу. – Вы в какую сторону едете?

– В город, – сказал он, указывая вперёд в неясном направлении. Впереди было только шоссе. Оно должно заканчиваться въездом в город, и она могла заполнить пробел в его знаниях на счёт того, в какой именно город. – Я рад, что заметил тебя. В это время на дороге не встретишь особенно много машин. Сегодня ночью будет холодно.

Она слегка улыбнулась.

– Я справлюсь.

Он улыбнулся ей в ответ широкой и доброй улыбкой до ушей.

– Я могу тебе с этим помочь, – сказал он. – Садись. Я подвезу тебя до мотеля в черте города.

Она всё ещё колебалась: молодой девушке опасно садиться в машину к незнакомому мужчине, к тому же одной – и неважно, насколько обходительным он кажется с виду. Он понимал, что она будет постоянно чувствовать себя не в своей тарелке. Но потом она посмотрела на дорогу, и, должно быть, увидела, что даже сейчас, когда наступали сумерки, не было видно света фар других машин ни в одном направлении.

Девушка лёгким прикосновением открыла боковую пассажирскую дверь, сбросив с плеч рюкзак, и он улыбнулся, в этот раз себе самому. Всё, что ему оставалось делать – это довериться судьбе, и всё обязательно сложится так, как подсказывали ему знаки.

Глава 7

– Итак, слушайте внимательно, – сказала Зои. Она уже чувствовала себя, мягко сказать, некомфортно, когда разговоры в комнате стихли, и глаза всех в ней присутствующих устремились в её сторону.

Рядом с ней была Шелли, но это не очень-то помогало ей избавиться от давления этой неловкой для неё ситуации, и всеобщее ожидание грузом легло ей на плечи. Всё внимание было обращено к ней подобно льющейся струе воды из пожарного шланга, и она ощущала это практически на физическом уровне. Именно этого она пыталась избегать каждый день своей жизни, если у неё была такая возможность.

Но иногда этого требовала работа, и как бы она этого не хотела, она не могла заставить Шелли представить профиль убийцы самой. Только не в качестве старшего по званию агента.

Она вздохнула, окинув взглядом всех полицейских, сидящих в тесных временных рядах стульев в самой большой комнате шерифа для совещаний. Потом она развернулась, найдя точку на стене, которую будет держать в фокусе внимания, чтобы снизить степень своего напряжения.

– Вот профиль убийцы, которого мы ищем, – продолжила Зои. – Согласно отчётам всех троих коронеров и тому незначительному количеству вещественных доказательств, которые были найдены на месте преступления, мы сделали вывод, что наш подозреваемый мужского пола, ростом около 180 сантиметров, также мы считаем, что он среднего или худощавого телосложения. И он отнюдь не обладает выдающейся физической силой.

Шелли перехватила инициативу, выходя вперёд в центр внимания – и, казалось, что она, скорее, наслаждалась этим, чем волновалась; её глаза блестели.

– Большинство людей не сочтёт, что он может представлять опасность до самого момента убийства. Мы считаем, что он мог привлечь своих жертв разговором, и даже отвести их в сторону из относительно безопасного места на открытое пространство – туда, где он мог бы физически одержать верх над ситуацией, и приблизиться к ним сзади. Этот мужчина может вести себя учтиво, вежливо.

– Он не местный, – добавила Зои. – Номера его машины будут из другого штата. И поскольку мы не можем определить, из какого он штата или региона, он продолжает свой путь, и, вероятнее всего, не намерен сбавлять обороты.

На экране позади них появились фотографии женщин, которых он лишил жизни. На снимках все трое были живы, улыбались в камеру, даже смеялись. Они были обычными нормальными женщинами – не моделями или гламурными светскими львицами, похожими друг на друга, как две капли воды. Простыми женщинами, которые ещё три дня тому назад жили, дышали и смеялись.

– Его целью являются женщины, – сказала Зои. – Каждую ночь он выбирает себе жертву в отдалённых местах, там, где вероятность того, что его поймают на месте преступления или что его зафиксируют камеры наблюдения, ничтожно мала. Он орудует в тёмных местах, подальше от шумных районов, там, где у него достаточно времени и пространства, чтобы закончить своё зловещее дело.

– И как мы поймаем его на основании такого профиля? – один из штатных копов встал из середины ряда стоящих стульев прямо перед ней. – Высоких тощих парней с иногородними номерами, здесь, должно быть, тысячи.

– Мы понимаем, что данных не так много для поиска конкретного человека, – вмешалась в разговор Шелли, спасая Зои от проявления раздражения, которое могло заставить её выпалить в ответ что-то враждебное. – Но пока что мы можем работать только с теми данными, которыми располагаем. На данный момент, пользуясь этой информацией, мы можем предупредить жителей избегать отдалённых мест, и особенно осторожно вступать в контакт с мужчиной, подходящим под это описание.

– Это касается населённых пунктов по всему штату? – поступил вопрос от одного из местных полицейских, работающего в составе небольшой группы под руководством шерифа, в офисе полицейского участка которого они расположились, расследуя оба дела, а также проводили этот информационный инструктаж.

Зои покачала головой.

– Речь идёт о нескольких штатах. Он уже проехал Канзас, Небраску и Миссури. Это является вполне вероятным указанием на то, что он продолжит путешествие на длинные расстояния, с целью попутно совершать свои убийства.

По всей комнате раздавались возгласы несогласия, бормотание, ворчание и другого рода проявления недовольства.

– Я понимаю, что это довольно большая территория, – сказала Зои, стараясь выглядеть решительной. – И осознаю, что это предупреждение звучит неконкретно. Но нам остаётся делать только то, что мы можем на данный момент.

– Кто будет давать пресс-конференцию? – спросил местный шериф. Он выглядел довольно подавленным, будто сгибался под тяжестью напора всех остальных представителей правоохранительных органов, набитых в здании этого крохотного полицейского участка.

Зои немного помедлила с ответом. Она ненавидела пресс-конференции. Её ни раз критиковали за жесткость и отсутствие эмоций, которые она демонстрировала, когда речь шла о жертвах или о потенциальной угрозе в будущем. За долгий опыт своей работы ей пришлось провести немало пресс-конференций, и она точно знала, что не жаждет добавить ещё одну в список.

– С представителями прессы будет общаться моя коллега, специальный агент Шелли Роуз, –  сказала она, заметив, как Шелли дёрнула головой от удивления. – Мы проведём телевизионную конференцию сегодня чуть позже.

Когда целый ряд присутствующих копов покинул помещение, бормотание в комнате перешло в полноценные разговоры, а Шелли подошла ближе к Зои и встревоженно прошептала:

– Я никогда раньше не проводила пресс-конференции.

– Я знаю, – ответила Зои. – Я подумала, что для тебя это будет отличной возможностью набраться в этом опыта. Лучше сейчас, пока дело ещё свежее. Чем дольше затянется его раскрытие, тем более жестоким станет поведение журналистов. Поверь мне, я знаю, о чём говорю. Если мы не поймаем его до необходимости провести ещё одну пресс-конференцию, тогда уже я возьму инициативу на себя в качестве старшего по званию агента.

Шелли кивнула, и ощущение волнения и азарта окрасило её щёки слабым румянцем.

– О, Боже. Ты поможешь мне отрепетировать, что говорить? Я никогда раньше не была на телевидении, даже на заднем плане в кадре.

Зои не смогла сдержать улыбку. Азарт Шелли передался и ей, хоть и ему навряд ли удастся убедить её в том, что в проведении пресс-конференции может быть хоть что-то приятное.

– Ну конечно. Я помогу тебе написать речь.

***

Чуть позже Зои уже стояла на небольшом возвышении, перед объективом камеры, пока Шелли обращалась к собравшимся представителям прессы. Учитывая масштаб этого дела, здесь присутствовали новостные группы из многих штатов, и даже представители некоторых национальных печатных органов. Принимая во внимание отдалённое местонахождение и довольно сжатые сроки, в течение которых они запланировали проведение этого мероприятия, журналистов собралось меньше, чем можно было ожидать. Может быть, это был как раз оптимальный баланс между приданием случаю нужной огласки и присутствием относительно небольшого количества журналистов, чтобы Шелли чувствовала себя более комфортно.

– Таким образом, мы просим всех вас быть бдительными, – говорила Шелли. – Бесспорно, всегда следует соблюдать основные правила безопасности, но сейчас это важно, как никогда. Не выходите на улицу в тёмное время суток, особенно в отдалённых местах. Убедитесь, что кто-то из ваших знакомых знает о вашем местонахождении и старайтесь не оставаться наедине с незнакомыми людьми. Также мы просим владельцев бизнеса проверить и, в случае необходимости, привести в рабочее состояние камеры видеонаблюдения, вышедшие из строя. Будьте внимательны, бдительны и берегите себя. Мы прилагаем все усилия, чтобы арестовать подозреваемого в этих убийствах, но до тех пор, пока этого не произошло, мы призываем вас принять все необходимые меры предосторожности.

Шелли сделала паузу, осматривая толпу репортёров, прежде чем продолжить:

– А сейчас я готова ответить на вопросы представителей прессы.

Заговорил мужчина в очках, одетый в старомодный костюм:

– Издание «Канзас Сити Стар», – представился он. – У вас уже есть подозреваемый? Или вы не в состоянии установить личность преступника?

Привычная уверенность Шелли немного пошатнулась.

– На данный момент мы ещё не задержали никого конкретно. Однако, мы делаем всё возможное, чтобы напасть на его след.

– Издание «Новости штата Миссури», – раздался другой голос. – Где именно он нанесёт свой следующий удар?

Шелли сглотнула.

– Мы не можем точно определить его местонахождение. Именно поэтому мы рассылаем предупреждения в несколько штатов. Между местами преступлений подозреваемый проезжал большие расстояния.

– Вы даже не можете сказать, в каком штате он находится? – снова спросил первый репортёр.

Шелли неуверенно оглянулась, поймав взгляд Зои.

– На данный момент мы воздерживаемся от комментариев любых необоснованных предположений, – сказала она. – На основании имеющихся фактов мы сделали определённые выводы касательно маршрута следования преступника, но было бы неразумно исключать тот факт, что он может его изменить, а также, что он может вернуться на места уже совершённых преступлений.

В толпе послышалось бормотание, присутствующие наклонялись ближе друг к другу, чтобы обсудить эту информацию, Зои заметила недовольные выражения на лицах практически каждого их них. Пройдёт ещё пара мгновений, и они будут готовы съесть Шелли заживо. Зои быстро вышла вперёд, заняв место у микрофона.

– Больше никаких вопросов, спасибо. Когда у нас будет больше информации, мы проведём ещё одну пресс-конференцию, – сказала она, взяв Шелли под руку и мягко уводя её в сторону.

В спину удаляющимся агентам присутствующие в зале журналисты разразились недовольными возгласами, каждый из них выкрикивал вопросы, которые им не дали возможности задать.

Несмотря на реакцию зала, Зои продолжила двигаться вперёд, увлекая за собою Шелли, пока они снова не дошли до дверей участка. Затем они прошли по коридору и прошмыгнули в свою рабочую комнату, за дверью которой, наконец-то, смогли укрыться от посторонних звуков и лишних разговоров.

– Фух! – выдохнула Шелли, грузно опускаясь на стул. – Это было жёстко.

– Хотела бы я тебе сказать, что дальше будет проще, – сказала Зои. – Но нет, не будет. Пресса всегда будет беспощадной. Полагаю, что с этого момента нам будет непросто вести дело и не натыкаться на журналистов.

Тройное убийство уже и так попало во все новостные репортажи. И после этого заявления агентов ФБР за этим расследованием будет следить всё больше телевизионных каналов. Репортёры будут преследовать Зои и Шелли, пытаясь добраться до следующего места происшествия раньше других, чтобы первыми добыть эксклюзивную информацию.

Это была, пожалуй, самая изматывающая и наименее привлекательная для Зои часть их работы.

Но, даже несмотря на журналистов, которые вскоре нависнут над их головами, у них не было времени останавливать расследование.

– Уже поздно. Нам ещё нужно снять номер в мотеле, – сказала Зои. – Сегодня он убьёт снова. Завтра мы должны быть отдохнувшими и готовыми двигаться дальше.

Она могла только лишь надеяться, что сегодня он в первый раз совершит ошибку, и это позволит им приблизиться к его поимке.

Глава 8

Руби рассматривала небольшие кусты, растущие на обочине дороги, мелькающие в оконном стекле. Темнело, всё сложнее было разобрать цвета готовящегося ко сну мира, поскольку все они приобретали оттенки серого. Уже совсем скоро она не сможет ничего разглядеть, кроме фар встречных автомобилей.

– Так всё же, что ты делаешь здесь в такое позднее время? – спросил водитель. – Знаешь, ведь после захода солнца не так уж и безопасно бродить одной.

– Я в курсе, – вздохнула Руби. – У меня особо и не было выбора. Я не могла уйти, пока Брент не вышел встретиться с друзьями.

Водитель посмотрел в её сторону. Его взгляд скользнул по её лицу, где с левой стороны можно было рассмотреть фиолетовые и зелёные синяки, затем опустился на всё ещё видимые желтеющие ссадины на её руке, а затем снова уставился на дорогу.

– Должно быть, Брент – это тот, кто использовал тебя в качестве боксёрской груши.

Руби вздрогнула. Его слова прозвучали так… грубо. Будто ей плеснули в лицо ледяную воду. Но, в конце концов, это ведь было правдой.

– Прости, – сказал водитель более мягким тоном. – Я не хотел обидеть тебя. Этот парень, должно быть, полный придурок, раз позволяет себе так с тобой обращаться.

Руби снова посмотрела за окно, поймав своё собственное отражение в стекле. Отёк вокруг её глаза стал меньше, но всё равно она ещё не была довольна своим внешним видом.

– Всё в порядке. Так и есть. Именно поэтому мне пришлось уйти.

– И как он оправдал свой поступок?

Руби издала смешок, который не мог спрятать всей скрывающейся за ним боли.

– Бренту не нужен повод. Он просто разозлился. Думаю, у него что-то случилось на работе. Он всегда это вымещает на мне.

Мужчина покачал головой, крепче сжимая пальцы на руле.

– Сволочь. Ему повезло, что ты уже была сама, когда я тебя подобрал. Если бы он пытался вернуть тебя домой, я бы преподал ему урок на всю жизнь за то, что он сделал.

Руби не могла сказать, что ей было неприятно представить себе эту картину. Брент заслуживал этого. Он заслуживал даже большего наказания. Слова этого мужчины заставили её почувствовать себя в немного большей безопасности. Водитель выглядел вполне порядочным человеком, который не считал, что мужчины имеют право бить женщин.

– Прости, – пробормотал он спустя несколько мгновений. – Я знаю, что иногда мои слова могут звучать довольно жестоко. Мою маму избивал отчим. И я рос, наблюдая за всем этим. И её лучшим поступком было взять меня и уйти от него подальше.

– Мне очень жаль, – в свою очередь мягко ответила Руби. Не удивительно, почему он так хотел ей помочь. Он по себе знал, через что ей пришлось пройти.

– Ни один ребёнок не заслуживает видеть всё это.

– И ни одна женщина, – уточнил он, глядя на неё.

Руби поняла, что смогла улыбнуться ему в ответ. Это было такой мелочью, но даже услышать эти слова от другого человека уже дорогого стоило. Это значило, что она не одна.

– Итак, ты знаешь, куда собираешься поехать? – спросил он.

– Да. Я собираюсь остановиться у своих родных, – Руби крепче сжала рюкзак у себя на коленях. В нём было всё, что ей удалось унести: несколько комплектов сменной одежды, кое-какие украшения, и некоторые сувениры, которые она просто не могла там оставить. Эти вещи на данный момент и составляли всё её имущество. Брент ни за что бы не позволил ей забрать остальную часть вещей, не остановив её и не заставив остаться.

– А почему они сами за тобой не приехали?

– Я им не сказала. У меня не было возможности связаться с кем-либо. Брент не разрешал мне пользоваться телефоном без его присмотра.

Руби поднесла палец к лицу и осторожно прощупала травмированную кожу, оценивая повреждения. Она вздрогнула и резко вздохнула, когда нащупала особенно болезненное место. Она была рада этой боли. Именно боль напоминала ей, зачем она уехала оттуда. Напоминала ей, почему она не может сдаться и вернуться обратно к Бренту, выслушать его извинения и обещания, что он больше никогда так не поступит.

Он всегда именно так и поступал.

– И всё же, было бы безопаснее поехать на автобусе, – сказал водитель. – Не хотелось бы снова говорить об этом, но автостоп далеко не всегда является надёжным способом передвижения. Конечно, в этот раз тебя подобрал я. Но это мог быть кто угодно.

– У меня нет денег на билет, – сказала Руби, прислонившись головой к холодному оконному стеклу. – Брент забрал все сбережения. У меня есть только немного мелочи. Этого хватит, чтобы пару раз купить что-нибудь перекусить. И всё.

Водитель бормотал что-то себе под нос, издавая характерный звук. Руби посмотрела в его сторону, на мгновение задавшись вопросом, ожидал ли он от неё оплату за поездку. Но на его лице было написано вовсе не это. Он выглядел искренне расстроенным за неё. Она была удивлена, и её сердце на мгновение сжалось в груди при мысли, что существуют такие люди, которым действительно не всё равно, что с ней так плохо обращались.

– Мне очень жаль, что тебе пришлось пережить такое, – сказал он. – Ты, должно быть, очень испугалась.

– Это правда, – ответила она. – Спасибо. Я очень благодарна Вам за то, что Вы были так добры и подвезли меня.

Он улыбнулся девушке.

– Не беспокойся об этом. Когда мы будем проезжать мимо следующей закусочной, я остановлюсь, и я куплю нам еды. До следующего города нам осталось около часа пути. Можем, кстати, заодно и заправиться.

Руби улыбнулась в ответ, снова прислонившись к окну и на мгновение закрыв глаза. Может быть, сейчас настал как раз тот самый момент, когда удача повернулась к ней лицом. Она была уже далеко от Брента, и он не сможет догнать её. Если ей удастся добраться до своей сестры, он не сможет найти её. У Люси она будет в безопасности, и всё это наконец-то закончится. И вот она оказалась здесь, рядом со своим ангелом-хранителем, который во что бы то ни стало довезёт её до нужного места.

– О, чёрт! – нахмурившись внезапно сказал водитель и наклонился ближе к рулю. Он включил подсветку и прижался к обочине в том месте, где был съезд с шоссе.

– Что случилось? – Руби села прямо, голос мужчины насторожил её.

– Что-то не так с машиной, – ответил он. Мужчина протянул вперёд руку и постучал по одному из датчиков на приборной панели, будто пытаясь заставить его заработать. – Я пока остановлю машину. Похоже, что вон там подъездная дорога, так что мы не пропадём в это время суток.

Колёса замедлили движение до полной остановки, и машина дёрнулась на жёсткой, неровной поверхности пыльной дороги. Уже совсем потемнело, луна спряталась где-то за облаками. Всё, что было видно впереди – это только свет фар, освещающий дорогу, уходящую вдаль.

Водитель проверил свой навигатор, несколько раз постучав по экрану, увеличивая изображение, а затем снова возвращая исходные параметры.

– Не знаю, что с ним случилось, но он потерял сигнал, – объяснил он, снова наклонившись вперёд, чтобы получше рассмотреть мигающие символы. – Прости за это. Это уже довольно старая машина.

– Ничего страшного, – сказала Руби. В конце концов, ей не на что было жаловаться. Но это, конечно, был не идеальный вариант. Ей не хотелось застрять здесь в глуши из-за того, что сломалась машина, на которой её согласились подвезти. Шансы на то, что в темноте ей удастся поймать ещё одну были ничтожно малы.

Водитель заглушил, а затем снова завёл двигатель, наклонив голову, чтобы получше расслышать звук мотора.

– Ты случайно не разбираешься в автомобилях? – спросил он.

Руби засмеялась.

– У меня даже нет прав, – ответила она.

Мужчина ухмыльнулся в ответ, и по его выражению лица было понятно, что он осознаёт всю неловкость ситуации, но ничего не может поделать.

– Отсюда изнутри мне не совсем хорошо слышен звук двигателя. Ты не можешь мне помочь? Если ты откроешь капот, то тебе будет хорошо слышно, стучит ли мотор. Надеюсь, тогда мне будет более понятно, что происходит с моей машиной.

Руби настороженно посмотрела за окно. Похоже, там было довольно прохладно, не говоря уже о том, что они стояли в какой-то глухомани. Она не была идиоткой. К тому же, она видела много фильмов с подобным сюжетом.

Но всё же, фильмы отличаются от реальности. К тому же, у неё не так уж и много вариантов. Если она ему не поможет отремонтировать машину, они застрянут тут ещё на более долгое время. А этот парень помог ей, подобрал её, идущую по обочине, и выслушал её историю. Он был симпатичным, с ним было приятно поговорить.

Руби расправила плечи и потянулась к дверной ручке.

– Просто послушать звук мотора, да?

– Так точно. Я заведу двигатель, как только ты откроешь капот. Потом просто крикни, если услышишь звук, напоминающий стук.

Руби кивнула, выходя на холодный воздух. Повсюду вокруг была тишина, изредка нарушаемая слабыми звуками жужжания жуков. Других машин не было слышно, за исключением, может быть, каких-то звуков очень далеко, так, что было даже сложно сказать, действительно ли она их слышала, или ей это только казалось. Дорога была практически пустой. Поймать другую машину определённо не было никаких шансов.

Мужчина открыл капот, и Руби достаточно неуверенно подняла его крышку, стараясь не запачкать руки. У неё было не так уж и много одежды, чтобы позволить себе испортить ту, в которой она была.

При этом она заметила, что под таким углом ей больше не видно водителя. В тишине она услышала, как открылась дверь с его стороны, и немного обеспокоенная, отошла назад.

Может быть, всё это было ловушкой. Может быть, он посмотрел на неё, понял, что её можно обвести вокруг пальца, надругаться и получить всё, что он захочет. А теперь он выйдет из машины, начнёт её бить, затем оставит лежать на земле со спущенными до лодыжек шортами, после того, как закончит своё дело.

– Прокричи, когда услышишь стук, – повторил он, при этом его голос раздавался внутри машины. Послышался звук заработавшего мотора, заставив её подпрыгнуть на месте и закричать во всё горло.

Боже, она стала параноиком. Брент заставил её бояться собственной тени, и с подозрением относиться ко всем и вся. Похоже, должно пройти ещё немало времени, пока она с этим справится, пока перестанет подозревать всех незнакомцев подряд в наличии у них зловещих планов. Водитель был хорошим человеком. Он продемонстрировал это, когда подобрал её на дороге, а также своим возмущением по поводу того, как Брент с ней обращался. Ей не следовало об этом забывать, и побыстрее помочь ему с машиной, чтобы как можно скорее добраться до дома Люси.

В любом случае, ну куда она может ещё пойти? Бежать было некуда. Он единственный остановился подвезти её, и за долгое время по трассе не проехало больше ни одной машины. Нравилось ей это или нет – а она призналась себе, что совсем не в восторге от всего этого, поскольку почувствовала, как по её позвоночнику пробежала дрожь от страха – но она уже застряла здесь с ним.

Так что, не стоило тратить время попусту.

Она рассматривала двигатель, пытаясь хоть что-то разобрать. Он был сделан из тёмного блестящего металла, большая часть поверхности которого была абсолютно чёрной от масла, в ней даже не отражался тусклый свет лучей фар, светящих в темноте. Руби практически ослепла от этого света и наклонившись, с трудом могла что-то разобрать, поскольку контраст в освещении был настолько сильным, что затмил всё остальное.

Мотор перестал гудеть, и его шум растворился в тишине. Когда это произошло, и снова воцарилась тишина ночи, у девушки в ушах раздался гул. Громкий шум прямо возле её ушей затмил все другие звуки, и, как только фары снова её ослепили, она поняла, что едва сможет расслышать что-то ещё из-за этого гула в голове.

– Я не слышу никакого стука, – отозвалась она, надеясь, что эта информация будет полезной. Если с двигателем всё было в порядке, возможно, они смогут снова продолжить свой путь. Машина была не из новых – возможно, ей просто требовалось время, чтобы немного отдохнуть, а затем она снова заработала бы, как будто ничего не произошло.

Руби дрожала, потирая ладонями плечи. Водитель не сказал ни слова, и не стал снова заводить двигатель. Она снова погрузилась под капот, ближе к мотору, как будто тот мог что-то ей сказать, и вздрогнула, когда свет, отражавшийся на двигателе перекрыла какая-то тень, возникшая позади неё.

Подпрыгнув, девушка выпрямилась, когда услышала сзади себя мужские шаги, и звуки камешков, отлетающих от его ног.

– Я не… – начала она, имея в виду, что понятия не имела, что он стоит сзади неё, но её сердце так отчаянно стучало в груди, когда она это заметила, что девушка просто потеряла дар речи.

Он смотрел на неё, просто смотрел. Выражение его лица было пугающе пустым.

– Чт… что это у Вас в руках? – спросила она, показывая на проволоку, которая поблёскивала в свете фар. – Это, чтобы… отремонтировать…?

Она умолкла, оцепенев от потрясения. В мгновение ока она вспомнила кое-что, что заметила, когда он подобрал её на обочине. Что-то, о чём она перестала думать, когда он достаточно дружелюбно заговорил и широко ей улыбнулся.

В его взгляде отражалось что-то вроде голода, или какой-то зловещей радости, подобно той, которая отражается во взгляде волка, смотрящего на пойманного кролика.

Руби развернулась, намереваясь сейчас же вернуться в машину, туда, где было тепло и безопасно. Туда, где он вёл себя, как настоящий джентльмен и сочувствовал её истории, делился собственным прошлым, тем самым показывая, что их истории чем-то похожи, и что он её понимает. Если бы она могла просто вернуться обратно…

Руби инстинктивно потянулась рукой вверх, когда что-то дотронулось до её шеи – что-то лёгкое и тонкое, но острое, и это что-то вонзилось в её пальцы, когда она ухватилась за него. Что это было? Проволока? Она дёрнула и потянула её на себя, чувствуя, что источник находится где-то позади неё, затем девушка почувствовала жар, исходящий от тела другого человека.

Отведя локти и переместив центр тяжести, она нанесла удар вслепую, стараясь попасть в него и застать врасплох. Мужчина шипел что-то себе под нос, ругался, приказывал стоять смирно. Но она не будет стоять смирно. Нет уж. Она снова двинула локтем, отчаянно пытаясь попасть в призрачную цель, затаившуюся в темноте, и почувствовала, как он вплотную столкнулся с чем-то.

Водитель застонал от боли, и всего на секунду ослабил хватку, с которой сдавливал её шею. Руби опустилась на колени, а затем рванулась вперёд, обнаружив, что её больше ничего не держит. Чем бы он её ни душил, сейчас она была свободна от этого. Девушка вскочила на ноги и устремилась вперёд, под прямым углом к лучам фар, избегая их света.

Пока она бежала, то почувствовала что-то тёплое и даже, скорее, горячее, у себя на груди, глотая ртом холодный воздух, который леденел в её лёгких. Что это было? Её рука поднялась вверх, чувствуя влагу, разливающуюся по всей футболке, пока она пыталась понять, что это было, она споткнулась на неровной земле. Она не слышала, идёт ли он за ней, и бежала так быстро, как только могла, с такой скоростью, на которую только были способны её ноги. Влага исходила от шеи, оттуда, где она недавно чувствовала прикосновения удушающего предмета, она вытекала из раны, которая начала пульсировать от боли, как только девушка дотронулась до неё пальцами.

Это была кровь… столько крови… она струилась прямо по её груди, и капала на живот. Она чувствовала, как горячие ручейки стекают вниз прямо у неё по ногам, пока те отчаянно пытаются унести её как можно дальше от этого мужчины.

Крови было так много, и она никак не останавливалась. Руби обеими рукам обхватила шею, пока бежала, пожертвовав удержанием равновесия и подвижностью своих рук, но при этом стараясь всё же сохранить темп. Под пальцами девушка почувствовала борозду, протянувшуюся с одной стороны на другую вокруг шеи, сочащуюся и с каждой секундой всё больше истекающую кровью.

Ничего не видя вокруг себя и не имея возможности должным образом держать равновесие, Руби споткнулась о что-то, похожее на камень или твёрдый кусок земли. Она резко упала, не в силах удержаться на ногах, и из неё изошёл порыв воздуха, когда её локти первыми коснулись земли. В то же время она почувствовала прилив, ощущение, будто сквозь её пальцы течёт вода, подобно тому, как она течёт из крана.

Она не собиралась сдаваться. Ну уж нет. Ей нужно было выбраться… продолжать бежать… так далеко от него, как она только могла. Она не осмеливалась обернуться, чтобы посмотреть, стоит ли он по-прежнему в свете фар, или он уже всего в нескольких шагах от неё, готовый снова нанести удар. Она не могла терять время. Руби поджала ноги под себя, и снова поднялась, но только для того, чтобы снова упасть, поскольку её ноги больше не слушались её.

Это было странное ощущение… как будто она внезапно стала состоять из желе, её руки и ноги болтались, как дохлая рыба, когда она пыталась пошевелить ими. Единственное, что она осознавала, что могла чувствовать – был жар струящейся крови, вытекающей из раны на её шее, которая сейчас льётся прямо на землю в таком количестве, что она даже не могла представить себе.

Руби подняла голову, чтобы посмотреть вдаль, огни города, в котором жила её сестра, всё ещё были лишь крохотными пятнышками на горизонте. Они были так далеко, что это могли быть и звёзды. Рана на её шее разверзлась подобно раскрытой пасти, чтобы излить новый поток крови, и больше не в силах держать голову, она почувствовала, как её лицо коснулось земли.

Девушка лишь с трудом заметила, что больше не чувствует холода, а затем все чувства и вовсе исчезли.

Глава 9

Зои расстроилась, когда увидела, что внутри мотель был ещё более обшарпанный, чем это могло показаться снаружи.

– Всё самое лучшее специально для агентов ФБР, – пошутила Шелли. – Именно поэтому они ведь и называют нас «специальными» агентами, да?

Зои хмыкнула, отвернувшись от вида потрёпанного дивана, расположенного в лобби, как раз в тот момент, когда вернулся администратор.

– Вот ваш ключ, – сказал он, бросив пластиковую карточку на стойку регистрации. Она проскользнула в их сторону, остановившись как раз перед тем, как достигнуть края стойки.

– Спасибо, – сказала Шелли, забирая карточку и поднимая руку в знак признания.

Зои подумала, что его навыки обслуживания постояльцев не заслуживают даже этого.

Мужчина не проронил ни слова. Он откинулся на спинку стула и схватил лежащий перед ним телефон, продолжив заниматься тем, чем он занимался, когда они вошли.

– Вы не подскажите, где мы могли бы перекусить в такое время суток? – спросила Шелли.

– Закусочная находится километров восемь вниз по шоссе, – сказал он, подняв подбородок в приблизительном направлении этого места, даже не поднимая глаз.

Шелли снова поблагодарила его без особенного усердия, как и в первый раз. Они оставили его на своём месте, Зои быстро увела коллегу, прежде чем та снова попыталась заговорить с самым неприветливым администратором в мире, затем они снова вышли на парковку в холодную позднюю ночь.

– Мы сначала поедем поедим? – спросила Шелли. – Или устроимся в комнате.

– Как минимум, надо положить сумки, – вздыхая, сказала Зои. Она потёрла шею сзади и почувствовала, насколько та напряжена после долгого дня и всего времени, проведённого за рулём. – А потом поедем в закусочную.

– Слишком много работы, чтобы всё решить за один день, и до наступления сумерек улететь домой, – подметила Шелли, глядя на карточку, которую им выдал администратор, чтобы проверить номер их комнаты. Им пришлось пройти через всю парковку, пока они нашли нужную дверь, похожую на все остальные в этом низком длинном здании, затем они вошли в номер.

– Похоже, что дело оказалось гораздо более сложным, чем казалось на первый взгляд, – согласилась Зои. Мягкие слова скрывали таящийся внутри неё гнев. Она должна была разгадать загадку, правильно прочитать числа и вычислить убийцу. И не давать ему возможности совершить новое преступление. Если сегодня кто-то умрёт, это будет на её совести.

Комната была небольшой, две односпальные кровати, заправленные старомодными покрывалами с цветочным орнаментом, стояли на расстоянии тридцати сантиметров друг от друга. Эти покрывала, должно быть, были куплены ещё в восьмидесятых, или даже и того раньше, и стирались бесконечное количество раз, пока не стали тонкими и шершавыми. Зои надеялась хотя бы на то, что они, по крайней мере, были чистыми.

Она пнула одну ножку кровати, чтобы проверить, насколько та после этого сместилась. Похоже, кровать была в норме, хоть и не в идеальном состоянии. Зои, наверное, могла бы проверить на прочность всю мебель в этой комнате, до тех пор, пока её нога на заболела бы, но всё равно не избавилась бы от внутреннего чувства разочарования. К этому времени она уже должна была вернуться домой, а не сидеть в мотеле и ждать, пока убийца найдёт новую жертву, поскольку она ничего не смогла сделать, чтобы предотвратить это.

Она подумала про Эйлера и Пифагора, надеясь, что с ними всё в порядке. Для таких ночей она и купила автоматическую кормушку, но кошки были очень умными существами, когда действовали в своих интересах. Однажды им удалось вскрыть её и съесть за одну ночь запас, предназначенный на полнедели. Через несколько часов она пришла домой и увидела, что они лежат счастливые с такими набитыми животами, что в ответ на её голос, они могли только пошевелить хвостами.

– Готова? – тихо спросила Шелли. Возможно, заметив, что Зои была не в настроении.

Зои кивнула и позволила напарнице пройти вперёд. Без особой радости она входила в здание закусочной, увидев огни в окнах зданий в оазисе темноты сельской местности, большая часть которых уже была закрыта на ночь. Снаружи на парковке стояло всего несколько машин, и сквозь большие оконные стёкла со всех сторон здания можно было увидеть, что внутри было всего несколько посетителей, которые ели или пили кофе. От нахлынувших на неё детских воспоминаний об обедах в закусочных у Зои перехватило дыхание.

Зои подавила в себе недовольный вздох, когда они вошли внутрь. Это была типичная закусочная в маленьком городке. Кругом были расставлены протёртые столы, обитые зелёной тканью сиденья и кабинки – попытка воссоздать претенциозный стиль 1950х годов, на контрасте с современной техникой и изображениями местных спортивных команд, висевших на доске объявлений. Две уставшие официантки – женщины среднего возраста – одетые в невзрачную, плохо на них сидящую униформу, которую даже нельзя было назвать стильной. Глазомер Зои говорил ей, что на одну из женщин форма была мала на один размер, а на другую – велика. Она моргнула, отгоняя цифры прочь. Девушка хотела просто поесть и вернуться в номер, чтобы как следует выспаться.

Зои заняла место в кабинке и принялась изучать меню. Порой вполне успокаивающим занятием было рассматривать знакомый список названий блюд, и выбирать, что конкретно ты хочешь заказать, но здесь это вызывало у неё раздражение. Это было стандартное универсальное меню всех закусочных: всевозможные виды блинчиков и бургеров, которые можно было купить в любом похожем месте по всей стране. Это меню было практически точной копией меню закусочной в её родном городе, куда она в мрачном настроении приходила после церкви, следуя за своими родителями на еженедельный праздничный обед.

Но для неё это никогда не было настоящим праздником.

Она смотрела на меню, даже не читая его, макушкой своей головы чувствуя острый взгляд матери, тот свирепый взгляд, который она всегда искала глазами, когда смотрела вверх. Потихоньку она позволила цифрам заполнить её голову, что обычно и делала, листая меню – они сообщили ей прогнозируемую стоимость каждого блюда, исходя из его веса, количество калорий в каждом из них и содержали ли они больше жира, или сахара. Это занятие было абсолютно бесполезным, поскольку Зои никогда не основывалась на этих данных при выборе еды. Она давно научилась просто выбирать то, что ей нравилось, не взирая на все эти цифры.

– Могу ли я предложить вам кофе? – спросила официантка, остановившись у их столика с кувшином в руке. Зои молча протянула ей свою чашку, чтобы та наполнила её, в то время, как Шелли выразила своё согласие, а после поблагодарила женщину. Пообещав вскоре вернуться, чтобы они смогли сделать заказ, официантка снова удалилась тяжёлыми шагами, шлёпая по линолеуму в туфлях на плоской подошве.

– Что ты будешь? – спросила Шелли. – Я всё никак не могу определиться. Мне всегда тяжело даётся выбор еды. Всё звучит достаточно аппетитно.

Зои пожала плечами.

– Может быть, бургер.

– И порцию картошки фри?

– Она прилагается к бургеру.

Шелли ещё несколько раз пролистала меню, прежде чем кивнула и закрыла его.

– Кажется, этого хватит.

Зои подняла взгляд, чтобы сделать моментальный анализ посетителей закусочной: она осмотрела алкоголика, водителя-дальнобойщика и семьянина, которому не хотелось возвращаться домой, прежде чем решила, что оставшиеся клиенты не стоят её внимания. Затем она посмотрела на солонку, измеряя точное количество соли, оставшейся внутри неё и сравнивая его с количеством оставшегося сахара, перед тем, как запретить себе даже эти вычислительные операции.

Цифры не помогут ей. Дело до сих пор не раскрыто, и преступник не оставил ничего, за что она могла бы зацепиться даже со своими уникальными способностями. И сейчас она застряла в этом захолустном городишке ещё как минимум на один день, и ей приходится смотреть на вещи, напоминающие ей детство, и всё то, на что обращала внимание её мать, чтобы доказать, что с ней было что-то не так. А тем временем где-то какая-то женщина, должно быть, борется за жизнь, и проигрывает эту битву на пустой парковке или обочине.

– Если тебе здесь не нравится, можем завтра пойти в другое место, – сказала Шелли, попытавшись широко улыбнуться Зои. – Куда-то, где всё не так бы напоминало, что мы находимся в маленьком городке. Или можем попробовать заказать еду в мотель.

Зои подняла взгляд. Шелли снова удивила её тем, насколько проницательной она может быть.

– Здесь нормально. Извини, если я веду себя непочтительно. Просто я надеялась, что мы быстро разберёмся с этим делом и вернёмся домой. Я не хочу, чтобы умер кто-то ещё.

– Я тоже, – пожала плечами Шелли. – У нас всё получится. Впрочем, всё в порядке. Тебе можно не говорить со мной с таким лицом, будто ты обслуживаешь покупателя. Я чувствую, что тебе некомфортно в этой роли.

– Я не хотела отвлекать нас от дела своими собственными нерешёнными проблемами, – сказала Зои, сжимая губы. – Хотя, полагаю, мне всё равно не совсем удалось их скрыть.

Шелли рассмеялась.

– Зо, мы с тобой работаем всего несколько дней, но я уже начинаю замечать знаки. Есть разница в том, когда ты молчишь, потому что ты… ну…просто ты, и есть разница, когда ты молчишь, потому что тебе некомфортно.

Зои посмотрела на свой кофе, не глядя добавив в него ровно одну ложку сахара из сахарницы и осторожно размешала его, чтобы не стучать по краям чашки.

– Просто здесь всё слишком напоминает мне дом.

– Я нисколько не пытаюсь давить на тебя. Я имела в виду только то, что сказала – тебе не нужно ничего мне рассказывать и объяснять, – сказала Шелли, сделав глоток своего кофе. – Но ты можешь мне рассказать. Если захочешь.

Зои пожала плечами. Как много могла она рассказать? Она не поменяла своего мнения насчёт деталей своего прошлого, которые предпочитала хранить в секрете, за исключением, может быть, время консультаций с психотерапевтом. Но её личные проблемы сказывались на работе, и Шелли заслуживала того, чтобы знать, в чём была причина. По крайней мере, хоть немного.

– У меня очень властная мать, – просто сказала она, подумав, что будет лучше не упоминать ту часть, где та обвиняла собственную дочь в том, что та является порождением дьявола. – Мой отец, в лучшем случае, просто не вмешивался. Когда я достигла подросткового возраста, я была освобождена от их опеки на законных основаниях.

Шелли тихонько присвистнула.

– Тебе, должно быть, совсем несладко пришлось, раз ты была вынуждена так далеко зайти, чтобы освободиться от них.

Зои снова пожала плечами. Она подула на свой кофе, чувствуя лёгкий дискомфорт от его обжигающей температуры, а затем осторожно поставила кружку обратно на стол. Она никогда не умела вести разговоры о себе. Когда она несколько раз пыталась сделать это в детстве, мать ясно давала ей понять, что всё, что она чувствовала и видела было ненормальным.

– Надеюсь, я никогда не буду такой, – вздохнула Шелли. – Или даже близкой к такому. Я хочу стать хорошей матерью. Конечно, я не могу бывать дома так часто, как должна бы быть. Но я всё равно хочу сделать всё, что от меня зависит.

Зои смотрела на Шелли, которая выглядела задумчиво и слегка отстранённо.

– У тебя есть дети?

– Один ребёнок, – улыбнулась Шелли и её лицо ожило от искрящейся теплоты. – У меня есть дочь.

– Как её зовут?

– Амелия. Было тяжело сначала проходить обучение, а затем выйти на работу. Я решила поменять профессию, после того, как вышла с декретного отпуска. И чем больше я думала о том, что нашла своё призвание, тем сложнее было оставлять её дома.

– Твой муж присматривает за ней? – спросила Зои.

– Моя мама. По крайней мере, в течение дня. У моего мужа офисная работа с девяти до пяти. На выходных он проводит всё время с ней, – вздохнула Шелли. – Нам обоим нужно хорошо зарабатывать.

Зои долго смотрела на неё. А затем снова перевела взгляд на свою чашку кофе.

– Не думаю, что из тебя может получиться плохой родитель, – наконец произнесла она. – Ты никогда не станешь и близко похожей на мою мать.

– Спасибо, – улыбнулась Шелли. И то облегчение, которое она при этом испытала, было ощутимо. – Мне нужно было услышать это.

Зои подумала о дочурке Шелли, и о том, что у каждой из жертв когда-то была мать, ей пришлось бороться со своим желанием вернуться обратно и продолжить поиски их убийцы. Но она не сможет никому помочь, если как следует не выспится, чтобы хорошо соображать, и не поест, чтобы обеспечить своё тело необходимой энергией. Именно это было важно сейчас сделать, поскольку больше им было не о чем говорить со своей напарницей.

Каким-то образом, информация о том, что Шелли была матерью, что она очень переживала за свою маленькую семью и постоянно волновалась о них, заставила Зои зауважать её ещё больше. Сочувствие, которое она проявляла к жертвам и их семьям не было наигранным. Шелли искренне сопереживала им. Это было именно то, чему Зои сама хотела бы научиться. Возможно, Шелли была как раз той напарницей, которая ей и была нужна.

Особенно, если завтра с утра ей придётся общаться с семьёй новой жертвы и объяснять им, почему она не поймала убийцу.

Глава 10

Руби пришла в сознание, и мир снова сфокусировался перед её глазами. Её лицо лежало на земле. Под щекой она чувствовала острую, словно лезвие, траву. Она перевела взгляд, на расстоянии увидев огни города, затем оглянулась вокруг себя, увидев возвышающиеся тёмные высокие деревья, загораживающие ей обзор слева и справа.

Должна быть, она потеряла сознание в лесу. Девушка с трудом смогла вспомнить, что произошло. Всё, на чём она могла сосредоточиться – были горячие, влажные струйки крови, стекающие по её телу.

Как долго она была без сознания? Было всё ещё темно, холодно, и она всё ещё была жива. Осторожным движением она прижала руку к шее и обнаружила, что та всё ещё была влажной. Но уже не настолько, как раньше. Если бы она истекала кровью уже долгое время, то уже была бы мертва.

Руби насторожилась, услышав поблизости какой-то шум, и инстинктивно замедлила дыхание, изо всех сил стараясь не издавать громких звуков. Чем медленнее становилось её дыхание, тем меньше она ощущала пульсацию крови у себя на шее. Рана была такой глубокой, что она чувствовала, как из неё выходил воздух. Она сильнее прижала руку к раскалённой полосе боли, изо всех сил пытаясь сдержать кровотечение.

Шаги. Это были его шаги. Медленные, осторожные, одна нога за другой. Он не спотыкался, пробираясь по лесу, он двигался с большой осторожностью. Он искал. Он искал её.

Дикий прилив страха пронзил её своим остриём, и она отчаянно пыталась взять под контроль своё дыхание, чтобы оставаться бесшумной настолько, насколько это было возможным. Он подходил всё ближе, направляясь прямо к ней. О, Боже, если он снова её найдёт. Это будет конец.

Руби крепко держала руку на ране, и каждый раз, когда её охватка ослабевала, выпуская очередной поток крови, перед её глазами мелькали звёздочки. Каждая частичка её тела хотела поддаться подкрадывающейся темноте, и снова погрузиться в сладкое неведение бессознательного состояния. Но она знала. Руби знала, что если ещё раз потеряет сознание, то больше не придёт в себя.

Шаги были так близко, что она вообще перестала дышать. Она не двигалась, пытаясь, насколько это было возможным, сохранить полную неподвижность, пока единственным движением во всём её теле была пульсация крови на шее с каждым ударом её сердца. Она ждала. Как долго она ещё сможет удерживать дыхание, прежде чем будет вынуждена сделать следующий вдох? Что, если он заметит её? Сколько пройдёт времени до того, как он её убьёт?

Шаги продолжали своё движение, и когда Руби поняла, что они отдаляются в другом направлении, глубже в лес, она наконец-то смогла сделать вдох. Её тело вернулось к жизни. Она ощущала всю боль, наполняющую её и напоминающую о холодной поверхности земли, морозном воздухе и тёплом потоке крови, струящемуся по телу с каждым ударом сердца.

Если ей удастся остановить кровотечение, то у неё будет шанс. Она сможет выбраться отсюда, если потребуется, она будет ползти. Было ещё далеко до рассвета, у неё было достаточно времени до того, пока он сможет воспользоваться преимуществом солнечного света, чтобы выследить её. К тому времени она могла бы добраться до города, до больницы, и оказаться в безопасности. Она справится. У неё хватит сил.

Нужно просто остановить кровотечение.

Руби пыталась думать, приводя в действие своё затуманенное сознание. Повязка – вот что ей нужно было. Её руки были скользкими от крови и слабыми от её потери в таком количестве. Она больше не могла должным образом зажимать рану. Повязка может ей в этом помочь.

Но где ей взять повязку?

Не обязательно медицинская повязка – это может быть что угодно. Полоска ткани. Скотч. Она видела такое в фильме. Даже нитки. Нет, скотч и нитки ей точно негде взять – нужно думать дальше. Думать. Думать о чём-то, к чему у неё был доступ в данной ситуации.

Одежда! Её одежда! Она же была сделана из ткани. Что на ней было надето? Джинсовые шорты – поэтому её ногам было так холодно. Тонкая обтягивающая тенниска – единственное, что было между её животом и холодной землёй. Расстёгнутая толстовка на молнии с капюшоном сзади шеи, удерживающим там тепло.

Её сумка! Там был шарф… но…ей нельзя было…возвращаться в машину.

Ладно, надо продолжать думать. Она могла исходить только из наличия той одежды, которая была на ней сейчас. Ткань тенниски была тонкой. Должно быть, её будет проще разорвать. Она могла порвать её и использовать. Так ведь делают в фильмах, правда? Нужно просто разорвать её руками напополам.

Руби собрала в кулак оставшиеся силы, убирая одну руку от шеи, и оттолкнулась от холодной земли. Перед тем, как наконец-то сделать движение, под пальцами она почувствовала влажную землю, впитавшую такое большое количество жидкости. Сначала медленно, а затем одним резким движением, с помощью силы тяжести, она перевернулась на спину. От этого толчка она почувствовала встряску, и из её раны снова вырвался воздух.

Так. На один шаг ближе к цели. Теперь кровь стекала назад по её шее прямо в волосы, и она почувствовала, что может на минутку отпустить руки, чтобы заняться повязкой. Она натянула ткань тенниски на себя, но в руках не было прежней силы. Её движения не приносили результата, руки съезжали, и ткань выскальзывала сквозь оледеневшие пальцы.

Думай, Руби, думай.

Швы – они были самым слабым местом.

Она пыталась нащупать боковой шов, наконец-то нашла его и удерживала обеими руками с каждой стороны. Затем она потянула тенниску в этом месте, глубоко дыша и вкладывая все свои силы в это движение – а потом шов поддался, стежки разрывались, издавая звук, похожий на расстёгивание застёжки на липучке.

Руби захотелось плакать. Она сделала это. Это был только первый шаг.

Шаг.

Она слышали их – его шаги.

Они становились всё громче.

Он возвращался.

***

Он упорно пытался её найти, прилагая усилия, рождаемые пламенем страха и ярости. Всё шло не по плану. Она нарушила все его планы.

Эта глупая девчонка должна была умереть там, куда он её привёз, там, где ей суждено было умереть. Почему она вот так вот убежала? И не куда-нибудь, а в лес?

Было темно, но он не хотел рисковать и включать фонарик на своём телефоне. Если он так сделает, его будет видно с дороги. Тогда кто-то сможет опознать его машину, и у полиции появится возможность выйти на него, разослать ориентировки, расставить блокпосты и начать поиски. Ему пришлось выключить фары и заглушить мотор, оставив машину в темноте на обочине – там, где, как он надеялся, её никто не заметит.

Но больший риск для него представлял не случайно проезжающий мимо водитель или прохожий, который мог обнаружить его машину, а эта девчонка. Если ей удастся сбежать – она нарушит схему, и даже более того. Она видела его лицо. Она сможет описать его машину. Может быть, она запомнила номера, когда согласилась, чтобы он её подвёз.

Если она выберется из леса и доберётся до полиции, им не составит особого труда выйти на него.

Он пробирался сквозь деревья с всё нарастающим чувством отчаяния, он даже начал издавать рычащие звуки по мере того, как отдалялся от дороги. Ничего не было видно. Сначала он воодушевился, увидев пятна крови возле машины, но свет луны не проникал сквозь ветви, и он уже не мог идти по следу.

Он знал, что порезал её – но насколько сильно? Если рана была небольшой, то она могла добраться до города. Может, даже до того, как он найдёт её. Если он вообще её найдёт. Может быть, она уже сейчас на полдороги в город.

Он остановился и замер, прислушиваясь к покачиванию деревьев и шелесту их ветвей на слабом ветру. Это безнадёжно. Если не произойдёт чудо, он не сможет найти её вовремя. И всё закончится.

А что это там за звук? Он обернулся, его сердце принялось биться всё чаще, стуча так громко в ушах, что он боялся, что его стук заглушит все остальные возможные подсказки.

Он пошёл по направлению раздавшегося звука, ускорив темп, жертвуя осторожностью в пользу скорости. Что это было? Звук был таким, как будто кто-то разрывал что-то, похожее на ткань. Это не было шумом, издаваемым животными. Это была не птица или белка, это была девушка.

Он вслепую двигался вперёд в темноте, различая только самые близкие предметы, выставив руки перед собой, чтобы не удариться о дерево, пока его взгляд фокусировался на земле под ногами. Вон там – это были брызги крови?

Он обернулся назад на дорогу и некоторое время колебался, оценивая риски. Он максимально уменьшил яркость экрана своего телефона, чтобы подсветить местность, и присел на корточки. Да – это кровь! Он продолжал подсвечивать себе путь, направляя свет вперёд, вперёд, вперёд, до того момента, пока…

Свет коснулся её тела, отражаясь в её глазах, в лужах влаги вокруг неё и струйке крови всё ещё вытекающей из её шеи.

Наконец он улыбнулся и устремился вперёд, присев на корточки возле девушки и соблюдая осторожность, чтобы не вступить в лужу крови.

Она всё ещё дышала. Но её дыхание было поверхностным и низким, её взгляд уже становился тусклым. Руки, которые были опущены возле разорванной футболки, были все в крови и их пробирала сильная дрожь. Она смотрела прямо ему в лицо, он не знал, понимала ли она, что происходит или нет.

Повсюду вокруг неё была кровь. Она сама была вся в крови. Девушка вся была покрыта кровавыми следами. Ему удалось нанести ей глубокую рану, прежде чем она ударила его и убежала. Кровь всё ещё вытекала из глубокого пореза вдоль её шеи.

Её руки перестали дрожать. Он наклонился вперёд, всё ближе и ближе, пока его лицо не оказалось в нескольких сантиметрах от её лица. Он сконцентрировал внимание, успокаивая собственное тело, и пытаясь оставаться настолько тихим, насколько это было возможным.

Она больше не дышала.

Девушка, наконец-то, истекла кровью.

На секунду ему захотелось испустить победный клич, спустя мгновение ему захотелось разразиться яростью. Всё это было неправильным. Она умерла не в том месте! Эта сука всё испортила, всё! Схема была нарушена, испорчена, уничтожена!

Он встал и ударил ногой тело девушки сбоку, услышав глухой стук, который напомнил ему звук, который исходит от мяса, когда по нему стучат, чтобы отбить молотком.

Он чувствовал себя не вполне удовлетворённым, учитывая, что девушка разрушила его схему уничтожила всё, над чем он так усердно работал.

Он отступил назад, тяжело дыша, и опустил глаза, чтобы получше рассмотреть всю картину наступившей смерти, подсвечивая телефоном пространство вокруг себя. Крови нужно уделить внимание. В данный момент здесь слишком много улик, слишком много зацепок, указывающих следователям, где нужно искать.

Но…что это было…вон там? Теперь, когда он присмотрелся ближе… да, она, должно быть, откатилась, оттолкнувшись от того места, где упала изначально. И там, расцветая практически в идеальной симметрии, кровь пролилась из её раны. Это было…прекрасно. Нет, сейчас, когда он присмотрелся ближе, то заметил, что следы крови были симметричными, подобно идеальному цветущему дереву, как в тесте Роршаха.

Шаблон.

Его дыхание стало замедляться, затем снова выровнялось, а сердце бешено колотилось в груди. Здесь была схема, даже сейчас. И в этой схеме он находил подтверждение, что всё в порядке.

Девушка ничего не испортила. Нет, это было всего лишь небольшое отклонение от плана. Он совершил убийство именно в том месте, где и планировал. Она отбежала немного вперёд, но она уже была мертва с того момента, когда его проволока скользнула по её шее – подобно курице, тело которой продолжает двигаться после того, когда ей уже отрубили голову.

Схема не была нарушена.

Это было совсем как с тем стариком на ферме, которого до сих пор не обнаружили, потому что редко кто приходит его навестить. Он тоже пытался убежать. Но, в конце концов, это ничего не изменило. Там проявилась схема, и здесь она находит своё продолжение. Подобно божественному провидению, которое не позволяло ему отклониться от намеченного пути, давая возможность в полной мере исполнить свою миссию.

Момент ликования длился недолго. Теперь, когда он знал, что всё идёт должным образом, ему нужно было предпринять ещё кое-какие действия. Схема продолжает работать, а это значит, что он не может оставить полиции никаких улик, чтобы они нашли и остановили его, прежде чем он закончит с завтрашним убийством – или убийством, которое совершит послезавтра, или ещё через день.

Прежде всего нужно заняться следами крови. Если ему удастся позаботится о них, он смог бы уехать до рассвета, и никто бы ничего не заподозрил.

Он выпрямился, немного размялся, распрямив плечи. Ему снова предстояло заняться физической работой, впрочем, он был совсем не против этого. Это поможет очистить сцену, оставить только схему. Стереть собственные следы – было подобно тому, как художник отступает назад, позволяя его творению говорить самому за себя. Это был акт отрицания собственного эго, подтверждение его преданности шаблону, его вера в то, что схема важнее его самого.

Неподалёку он нашёл усыхающую ветку, отростки и листья которой ещё не совсем засохли, её сломали совсем недавно. Она идеально подходила для того, чтобы избавиться от следов на месте преступления. Он подобрал её и начал сметать собственные следы вокруг тела, осторожно отступая назад, точно следуя пути, которым сюда пришла девушка.

Он напрягся, когда мерный звук его метлы был прервал другим звуком. Затем застыл, заставляя своё тело прислушаться каждой клеточкой к этому шуму, полностью погасив свет экрана своего телефона. Что это было? Голоса птиц?

Нет… вот опять этот звук: вне всякого сомнения, это был человеческий голос.

Он внимательно слушал, поворачивая голову по направлению ветра, и пытаясь как можно чётче настроить все свои чувства. Он посмотрел вперёд, как будто само лицезрение источника звука могло прояснить его. Так, это были голоса. Двух мужчин. Они, должно быть, подходили всё ближе. Медленно, но уверенно.

– Вот оно, здесь, – сказал один их них.

Другой что-то ему ответил, но так тихо, что он не смог разобрать слов.

– О, да хватит ворчать. Любой зверь, шкура которого хоть чего-нибудь стоит, уже знает, что мы здесь. Они слышат наши шаги. И то, что мы перекинулись парой слов не сделает особой погоды. Когда мы будем на месте, я буду молчать.

Преступник прищурился, анализируя их слова. Скорее всего, это были охотники. Они устраивались в специальных укрытиях в лесу, чтобы звери привыкли к их присутствию и забыли, что они были там. Игра на долгое ожидание.

Он не мог находиться здесь дольше их.

Ему надо было выбираться, и сделать это прямо сейчас.

Его следы всё ещё были нетронуты, и кровавая дорожка вела от машины прямо к телу. Но ничего не поделаешь. Ему надо уходить, прежде чем они услышат звук сломанной ветки или его самодельной метлы, и заметят его. Или даже хуже, спутают его с каким-нибудь животным. Настало время убираться отсюда, и он больше ничего не мог сделать.

Убийца быстро и осторожно отступал по направлению к своей машине, всё время помня о том, где он стоял, чтобы не приближаться к кровавому следу, и не наступить на него, тогда он не оставит своих отпечатков. Он отошёл в строну, чтобы отбросить ветку подальше, надеясь, что никто не заметит, какую работу она выполнила, и, таким образом, не сможет найти доказательств. Теперь это всего лишь одна сломанная ветка среди многих таких же веток. Ему ничего не удалось закончить как следует – но уже есть, как есть, иначе ему придётся и вовсе остановиться, прежде чем он закончит свою миссию полностью.

Его работа ещё далека до завершения. Ещё трое должны умереть – и он не собирался останавливаться до тех пор, пока все они не будут лежать на земле, истекая кровью – только тогда схема будет завершена.

Глава 11

Зои выпила свой первый кофе за день и выбросила одноразовый стаканчик в мусорный бак. Он отскочил от задней стенки, тем самым зафиксировав прямое попадание в цель, исчезнув из виду, чтобы присоединиться ко многим своим братьям и сёстрам.

– Какой ужасный здесь кофе, – заметила Шелли, тоскливо разглядывая свой стаканчик.

Зои не могла не согласиться.

Она потёрла глаза, будто желая, чтобы они раскрылись ещё шире. Начинать работу с самого раннего утра, закончив её поздно ночью накануне, всегда было непросто, но за все эти годы она уже привыкла к этому. Процедура была проста: нужно заправить тело достаточным количеством кофеина, чтобы оно начало двигаться, а потому уже подключится и мозг.

И всё же, просмотреть записи со всех камер видеонаблюдения, которые они запросили в радиусе восьми километров от заправки, хоть их и было не так много, учитывая особенность той местности, было вызовом даже для её мозга, привыкшего к ранней работе. Её глаза то улавливали всевозможные числа, которые были неуместны и только отвлекали, то мирились с этим скучным занятием и в течение нескольких минут подряд не видели вообще ничего.

Она непрерывно перемещала взгляд от экрана, где воспроизводилась картинка происходящего, к временной отметке в нижней его части, наблюдая, как приближается время убийства. Ни одно транспортное средство ещё не въехало и не выехало за пределы видимости камеры местного придорожного кафе. Даже ночью оно пользовалось большей популярностью, чем заправка, но грузовики, припаркованные возле кафе, в большинстве случаев останавливались, чтобы переночевать там. Никакого движения не было.

По небольшому участку дороги, который был виден со стороны парковки, проехала синяя машина. Она двигалась с большой скоростью, и даже нажав паузу, Зои не удалось рассмотреть её лучше.

Она отмотала назад, кадр за кадром, до тех пор, пока эта машина не оказалась в фокусе. Она посмотрела на время. Его можно было чётко определить. У водителя было достаточно времени, чтобы доехать до заправки, совершить убийство, и уложиться в сроки, до которых они сузили время.

Она снова перемотала запись вперёд, наблюдая сколько времени прошло. Минуты превратились в часы. Больше ни одна машина не пересекала поле зрения этой камеры.

Затем Зои снова вернулась назад, к тому моменту, когда машину было полностью видно. Она прищурилась, вглядываясь так близко, пытаясь рассмотреть номерной знак, что её нос чуть не упёрся в экран. Это была буква О или D? Она пересматривала кадр за кадром, пытаясь разобрать.

– У меня кое-что есть, – сказала Зои, привлекая внимание Шелли. – На запись одной из камер наблюдения неподалёку от заправки попал один автомобиль. По времени подходит, к тому же, никакие другие транспортные средства не проезжали мимо в течение, по крайней мере, часа. У меня есть номера. Нужно просто пропустить их через нашу базу данных.

Лицо Шелли озарилось волнительным ожиданием, когда она поспешила посмотреть Зои через плечо на застывшее изображение экрана.

– Это может быть он, Зо, – выдохнула она.

– Я сейчас уточню детали, – сказала Зои, останавливая видеоряд и открывая программу, которая позволит ей прогнать номерные знаки через государственную базу данных. Её первая попытка в буквой D не принесла результатов. А вот буква О привела к подходящему результату.

– Джимми Сайкс, – вслух прочитала Шелли. Она вернулась за свой собственный компьютер, где база данных ФБР уже ждала ввода имён подозреваемых. – Есть. Так, посмотрим…о, ого-го, Зо, у него был привод. Его только несколько месяцев назад выпустили на условиях досрочного освобождения.

– За что его взяли? – спросила Зои.

– За нападение, – прочитала Шелли, широко раскрыв глаза. – В прошлом имело место насилие. Думаешь, он мог бы быть нашем парнем?

Зои подняла бровь, размышляя над этим.

– Вполне возможно. Он был в том районе, и наличие у него судимости, безусловно, повышает вероятность этого. Нам нужно немедленно поговорить с ним.

– В качестве его адреса указан адрес его сестры. Мне ей позвонить?

Зои кивнула в знак согласия, наблюдая за тем, как Шелли, почти не дыша, нащупала трубку стационарного телефона и набрала номер, прежде чем сделать успокаивающий вдох. Она была перевозбуждена. Девушка всё-таки была ещё новичком, и очень волновалась, чувствуя, что они могут напасть на след преступника. Зои нравилось раскрывать дела, как и любому другому человеку, но она также была в игре уже достаточно долго, чтобы знать, что выявить подозреваемого – вовсе не означает приблизиться к тому, чтобы прижать его к стенке.

– Здравствуйте, я говорю с Мандой Сайкс? – сказала Шелли в трубку, и её взгляд резко переключился на пустую страницу её блокнота. – Добрый день, Манда. С Вами говорит специальный агент Шелли Роуз, ФБР. Я звоню по поводу Вашего брата, Джимми.

Прошло несколько секунд, прежде чем Манда заговорила. Шелли кивала, хоть женщина и не видела её, несколько раз открывая и закрывая рот, так как ждала удобного момента, чтобы вставить реплику.

– Нет, я понимаю. Это не касается его обвинения в нападении. В настоящее время мы хотели бы поговорить с ним о другом деле.

Снова наступила пауза. На этот раз более долгая. Шелли с тревогой посмотрела на Зои, реагируя на слова Манды.

– Так Вы не видели его с тех пор? А это было – да, пять дней назад. Он никаким образом с Вами не связывался? Вы не пытались дозвониться ему? Ок. Хорошо. Не могли бы Вы продиктовать мне номер его мобильного?

Шелли сделала заметку в блокноте, быстро записывая цифры. Она обменялась ещё несколькими фразами с Мандой, прежде чем повесить трубку, а затем подняла бровь, поворачиваясь к Зои.

– Джимми Сайкс уже несколько дней не появлялся дома? – спросила Зои.

– Его не было с момента совершения первого убийства. Манда сказала, что всё время пыталась дозвониться до него, но его телефон отключен. Сначала она подумала, что я являюсь надзирателем по исполнению им правил досрочного освобождения, и пытаюсь найти его.

– Итак, становится всё более вероятным, что этот Джимми может быть связан с нашим делом. Я свяжусь с командой в главном офисе, чтобы они выследили местонахождение его телефона, и отследили передвижения его машины по номерным знакам.

Шелли кивнула, откладывая ручку.

– Я закончу просмотр записей с камер видеонаблюдения, которые у нас есть. Может быть, это больше нам ничего и не даст, но, по крайней мере, мы будем точно знать, что эту часть работы можно считать завершённой.

Зои действовала быстро, сделав необходимые звонки и вводя данные в свой  компьютер, зайдя в систему ФБР. Это было приоритетное дело, и судья уже был готов подписать ордер на обыск, так что всё должно пройти быстро. Тем не менее, потребовалось несколько часов постукивания ручками по столу и покачивания ногами, прежде чем они получили всю необходимую информацию.

– Итак, – сказала Зои, распечатывая карту и вытаскивая её из принтера практически ещё до того, как тот закончил печать. – Это то, что нас интересует. Местонахождения Джимми Сайкса, которые мы смогли отследить за последние несколько дней.

Шелли стояла совсем рядом с ней, плечом к плечу, и они обе смотрели на размеченные места на карте, сопровождаемые информацией о времени и точных координатах каждого. Данные с сотовой вышки позволили отследить его путь по нескольким областям, который специалисты технического профиля сузили, оставив только те маршруты, которые касались нужных магистралей от одного искомого города к другому. Все отмеченные места находились близко к местам, где нашли трупы жертв. Казино, закусочная, придорожное кафе – там проверили данные на предмет совпадения по системе распознавания номерных знаков, доказывая, как важно иметь доступ к современным развитым технологиям.

Зои исследовала полученную разметку, пытаясь найти в ней какую-то схему. Она видела линии, практически абсолютно прямые, допуская расхождения из-за особенностей автомагистралей, и изгибов дороги вокруг возвышенностей и водоёмов. Если не обращать внимания на шоссе, а смотреть только на места его остановок, то можно было бы провести линию с помощью линейки. Однако, данные сотовых вышек не обладали стопроцентной точностью, они скорее очерчивали более широкий круг, в котором был зафиксирован телефон подозреваемого, по крайней мере, на основании этого можно было сделать выводы о том маршруте передвижения по стране, который он выбирал.

Но заметить можно было не только это, в каждой точке пути располагалось казино. Зои проследила разметку, все линии между всеми этими точками, анализируя, что может дать ей эта информация, пока не стала полностью уверена, что пришла к единственно возможному выводу.

Было только одно направление, по которому двигался Джимми Сайкс – это было очевидно. Отслеживая его, Зои увидела ясную, как день, линию, по прямой проходящую вдоль всей карты до тех пор, пока она не заканчивалась в единственном месте, которое несло в себе хоть какой-то смысл.

Он не знал, что они вышли на него, пока что не знал. Он не будет стараться изменить свой принцип действия, чтобы сбить их с толку. Они вычислили его. Она была готова поставить на кон свою карьеру, уверенно заявляя, что знает, куда именно едет Джимми Сайкс.

– Вот это место, – сказала она, указывая пальцем место на карте. – Если мы выдвинемся сейчас, то найдём его там.

Шелли посмотрела на карту.

– Казино? Как ты можешь быть в этом настолько уверенной?

Внутри Зои шла борьба между необходимостью подробно объяснить Шелли, почему она пришла к такому выводу, и необходимостью всё это держать только в собственной голове. В любом случае, сейчас не самое удобное время признаваться в том, что она умеет читать цифры и шаблоны, даже если она когда-нибудь решит в этом признаться – а она не решит.

– Он любит играть в азартные игры, – наконец произнесла она. – Смотри, видишь? Его первая остановка была зафиксирована около пяти дней назад в казино, недалеко от дома его сестры. Именно там всё и началось. Он также проезжал мимо ещё одного казино – вот здесь – хотя мы всё ещё ждём запись их видеокамеры, вполне вероятно, что он заходил и туда, учитывая появление его машины на стоянке. А это – следующее казино на его пути. Он выбирает их примерно по одному принципу: они находятся в разных районах, принадлежат разным владельцам. Он заходит в каждое, не боясь быть узнанным и изгнанным. Я не удивлюсь, если он делает ставки, чтобы зарабатывать деньги на свои поездки.

Шелли изучила три отметки, на которые указала Зои, придерживая свои светлые волосы, чтобы они не заслоняли ей обзор. Её взгляд выдавал появление в её голове ещё большего количества вопросов, но Шелли решила подумать лучше, принимая во внимание то, насколько Зои была уверена в своих выводах. После непродолжительной паузы она кивнула и выпрямилась.

– Хорошо, ты у нас главная. Ты этим занимаешься дольше, чем я, так что, я думаю, что ты знаешь ситуацию гораздо лучше, чем я могу себе даже представить.

Зои не понравилась неуверенность в голосе Шелли, но сейчас она ничего не могла с этим сделать. Им нужно было двигаться вперёд.

– Поехали, – сказала она. – Мы выезжаем туда сейчас же. Позвони в администрацию казино, пока мы будем в пути, и предупреди их, чтобы они присматривали за его автомобилем и за мужчиной, попадающим под наше описание. Если повезёт, мы сможем поймать его до того, как он уедет.

Глава 12

Казино находилось уже за границей штата Миссури, буквально в двух шагах от Канзаса. Уже не в первый раз Зои поймала себя на мысли, что искренне рада тому, что полномочия агентов ФБР не ограничиваются территориально.

Зои смотрела, как Шелли взяла в руки телефон, восстанавливая всю полученную информацию об автомобиле подозреваемого. Это была синяя машина, с номерами, которые Зои удалось рассмотреть на записи одной из камер видеонаблюдения. Найти эту машину не составит особого труда – за исключением того факта, что это казино было достаточно популярным местом для развлечений, там было много посетителей, и на парковке практически не было мест.

Когда они остановились, Зои про себя выругалась, в очередной раз заметив неизбежную черту человеческого поведения, при которой люди всегда парковались как можно ближе к входу, и свободными оставались только самые отдалённые места. Однако, это могло и сыграть им на руку, если бы им удалось вычислить его машину, когда та будет только подъезжать к казино.

– Надеюсь, он всё ещё здесь, – пробормотала Шелли. Она переминалась с ноги на ногу, и дёргала подвеску на шее. Зои почувствовала заряд, которым её напарницу наполняло нервное ожидание и желание побыстрее перейти к активным действиям, и поняла, что сама чувствует то же самое. Вторая машина припарковалась через несколько мест, это было их подкрепление из команды местного шерифа.

Они до сих пор не получили информацию о телах, найденных за прошлую ночь. То есть, он либо по какой-то причине изменил свою манеру действий, либо настолько успешно скрыл своё преступление, что жертву даже ещё не обнаружили. Нужно подождать. Зои старалась не думать об этом, потому что с каждым пройденным часом возрастала вероятность того, что убийца деградировал в выборе места преступления и увеличивались шансы на то, что во время совершения своего злодеяния он мог по неосторожности оставить больше улик.

Зои не разделяла надежд Шелли по причине того, что она ни на секунду не сомневалась в собственной версии и ей не приходилось надеяться – она точно знала. Он должен быть здесь. Записи с мест его визитов за последние дни рассказали ей всё, что надо было узнать. Джимми Сайкс был в этом казино, и они его найдут.

И кроме того, сотрудники службы безопасности казино перезвонили им и сообщили, что заметили его машину. Она сказала им присматривать за выходом, чтобы убедиться, что он не выйдет из здания. А это значит, что он всё ещё там.

Хотя, следует также принять во внимание звонок, который она получила всего пару минут назад, оповещающий о том, что охранник потерял мужчину из виду, так как в казино произошла какая-то заварушка. Они были начеку, чтобы перезвонить, как только снова его засекут, и убедятся, что он по-прежнему в здании.

Девушки вышли из машины, и Зои кивнула другой команде. Они уже получили необходимые инструкции, и молча отправились прочесать местность, попарно двигаясь между рядами припаркованных транспортных средств, изучая номерные знаки и типы кузова. Все они были наготове, вооруженные должным образом, на случай, если подозреваемый окажет сопротивление при аресте, и склонялись к мысли, что именно таким образом и будут развиваться события.

Зои и Шелли двигались по своему ряду вместе, быстро перемещаясь, но стараясь при этом не потерять концентрацию. Время имело большое значение. Чем быстрее они его возьмут, тем меньше шансов у него останется уйти незамеченным.

Зои на глаза попадались различные номерные знаки, по большей части штата Миссури и Канзас. От одной машины к другой в её голове самопроизвольно возникали числа, цифры. Ни одна из них пока что им не подходила.

Зои услышала характерное потрескивание сигнала рации в своей руке, и подняла её, чтобы услышать сообщение: «Мы нашли машину. Крайний левый ряд, посредине. В машине никого нет».

Зои и Шелли подняли глаза, головы двух других сотрудников полиции, помогавших им, одновременно развернулись в сторону самого дальнего ряда припаркованных машин. Один сотрудник махнул рукой в воздухе, указывая на место, где стояла машина подозреваемого.

Зои поднесла рацию к губам:

– Мы идём, – сказала она. – А вы двое, оставайтесь возле машины на случай, если он вернётся. Если это произойдёт, немедленно сообщите нам. Остальные – с нами.

Они встретились у входа в спешке, все были на взводе, у всех были широко раскрыты глаза, и все были готовы действовать. Внутри всей группы возрастал градус напряжения, накалялась нервная энергия, провоцируемая осознанием того факта, что скоро начнётся конфронтация.

– Что мы будем делать? – спросила Шелли, уступая превосходному опыту и знаниям Зои. В такие моменты Зои вспоминала, что её напарница была ещё не такой опытной, как ей порой казалось.

– Разделимся на две группы, – сказала Зои, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что все её слышат. – Половина пойдёт со мной, вторая – со специальным агентом Роуз. Я зайду через главный вход, вторая группа – через задний. Расходимся с этого места. По одному человеку надо оставить возле каждого выхода. У всех вас есть распечатки?

Все четверо местных полицейских и Шелли кивнули.

– В последний раз посмотрите в них, и постарайтесь как можно лучше запомнить его лицо, прежде чем мы войдём внутрь, – проинструктировала их Зои. – Так только вы его увидите, сообщите по рации его точное местонахождение. Нам нужно будет собраться в том месте, чтобы произвести арест.

Вокруг раздался шум, выражающий согласие и понимание, когда каждый из них открыл экраны своих телефонов или достал из кармана сложенные листки бумаги, чтобы запомнить как можно лучше изображение Джимми Сайкса.

Когда они закончили, Зои подошла к сотруднику службы безопасности казино, быстро предъявив ему свой значок, стараясь, чтобы этого не заметили другие посетители. После обмена несколькими фразами, он взял из её рук запасную рацию, и разместил её на своём посту.

Затем они разделились: по трое в каждом направлении, Шелли на мгновение оглянулась на Зои, словно для обретения большей уверенности. Зои кивнула в ответ, и Шелли отправилась на задание.

Зои глубоко вздохнула, приближаясь ко входу. Второй команде потребуется больше времени, чтобы добраться до задней части здания. Им не нужно было спешить. Пока ещё нет.

Но она колебалась не по этой причине. Она колебалась, потому что ей приходилось и раньше бывать в казино, и она знала, какой эффект оно производило на неё. Она знала, что именно должно вот-вот случиться в её голове.

Она быстро посмотрела на двух полицейских рядом с собой, чтобы проверить их готовность, и пошла вперёд, толкая широкие деревянные двери и погружаясь в шум и смуту царящего внутри хаоса.

Внутри было слабое, намеренно тусклое освещение, чтобы скрыть пятна и ввести в заблуждение посетителей, утративших счёт времени. Комната была длинной и просторной, повсеместно обставленной мебелью; часть комнаты находилась вне поля зрения Зои. Игровые автоматы, некоторые из которых были очень высокими и громоздкими, перекрывали почти весь обзор справа. Слева находились карточные столы и другие виды азартных игр, а также барная стойка, которая тянулась вдоль всего помещения, и позволяла посетителям подходить и заказывать выпивку в любой момент, когда они этого хотели.

И, конечно же, старая добрая классика расположения деталей интерьера казино: повсюду были извилистые проходы, не позволяющие выйти из комнаты напрямую, а лишь подводящие к столам с другими играми.

Зои глубоко вздохнула, пытаясь сориентироваться. Она старалась, чтобы над ней не взяли верх все эти детали: цифры, звуки работающих игровых аппаратов, разговоры людей и тихая расслабляющая музыка, практически мгновенно создающие пьянящую атмосферу уютного вечера и вытесняющие воспоминания о том, что за окном раннее солнечное утро. Они были повсюду, куда ни глянь. Она прошла мимо стола для блэк-джека, и в её голове моментально появились расчёты, когда она увидела все пять наборов карт на общем столе, и поняла, что игрок, сидящий справа должен взять ещё одну карту, потому что с вероятностью восемьдесят процентов он получит одну из младших карт, а ему нужно набрать больше очков к имеющемся в его наборе шестнадцати.

По другую сторону от неё, светящиеся цифры на игровом автомате объявляли гигантский джек-пот, доступный для выигрыша в межгосударственной сети, и дошедший практически до рекордной суммы. Женщина, которая сидела за этим аппаратом, и с твёрдой решимостью делала ставку по одному доллару за раз, должна была, точно так же, как и Зои знать, что аппарат уже готов был взорваться.

Она посмотрела на планировку помещения, определила, что стратегически важные автоматы, которые будут чаще других выдавать выигрыши, специально расположены в определённых местах, чтобы побуждать других игроков делать ставки. Жёсткий резкий звук колеса рулетки с вращающимся по нему шариком привлёк её внимание, и, не дожидаясь результата, он была уверена, что ставка мужчины всех своих фишек на чёрное поле с номером четырнадцать, не сыграет.

Зои знала, что смогла бы обчистить подобное место. Только за столом для блэк-джека она могла бы сколотить целое состояние, но кроме этого слева от неё за покерным столом четверо серьёзных мужчин внимательно следили за тем, как крупье открывает карту крестового туза, давая игроку справа около 75.5% шансов собрать флеш – вот за этим столом она бы точно сделала всех.

Однажды ей это почти удалось. Это было много лет назад, ещё до того, как она пошла работать в Бюро. Её пригласили сходить в казино с группой людей, которых она знала по работе; на самом деле, её знакомых, раз уж она никогда ни с кем не сближалась настолько, чтобы назвать их друзьями. Она попробовала несколько разных игр, всегда уходя с, как минимум, удвоенным выигрышем.

Когда это случилось в первый раз, они засмеялись, похлопали её по спине, и поздравили с удачей. Во второй раз подумали, что у неё наступила полоса везения.

К четвёртому разу они начали как-то странно смотреть на неё.

Именно после своего шестого выигрыша она окончила игру, обналичив фишки и удаляясь, чтобы больше никогда не проводить свободное время в компании этих людей. Она эффектно сожгла все мосты. Как только они стали смотреть на неё, как на ненормальную, и между собой даже начали обвинять её в шулерстве, она знала, что дело было закрыто.

Существовали некоторые вещи, которыми ей нельзя было заниматься, вещи, которые привлекали слишком много внимания к ней и её способностям, которые она изо всех сил пыталась спрятать. Азартные игры были одной из этих вещей. После этого эпизода она вернулась домой и пожертвовала деньги в больницу, надеясь, что польза, которую она принесёт детскому отделению, избавит её от чувства вины, вызванного тем, что она использовала свои способности для чего-то подобного. Обманывать было неправильно, а она определённым образом именно это и сделала.

Не то, чтобы ей не хотелось снова сыграть. Она тогда весело проводила время, очень даже весело, пока её настроение не испортилось. Нет, её останавливал риск и чувство вины. В ту ночь она дала себе обещание никогда снова не играть, и не собиралась сегодня его нарушить.

К тому же, когда ты – специальный агент на задании по поиску серийного убийцы, у тебя просто нет на это времени.

То, что Зои осознавала всё это, не означало, что ей нужно было отключить все цифры в своей голове. Она старалась сосредоточить внимание на лицах и телах, а не на цифрах и ставках. Не было никакой пользы от того, что она знала, что во время следующего вращения колеса рулетки, будет выплата выигрышей, или кто из игроков, сидящих за столом для покера, был настоящим профессионалом, а кто понятия не имел, как делать ставки. Ничто из этого не поможет спасти следующую жертву убийцы.

Зои теперь одна шла по извилистым проходам, поскольку двое членов её группы ускользнуло: один остался у входа, а второй пошёл направо, пробираясь сквозь лабиринт игровых аппаратов. Она протиснулась между карточными столами, пытаясь выглядеть не как агент, а быть больше похожей на бывалого игрока, выбирающего в какую игру сыграть сегодня, хоть она и с трудом понимала, как изобразить эту разницу. Пока она смотрела на лица, всё было в порядке. Но когда её взгляд опускался на столы, чтобы поддерживать нужную видимость, числа снова завладевали её разумом, при том практически настолько, что могли помешать ей сосредоточиться на своём задании.

В поле её зрения попал другой стол с рулеткой, который обслуживала привлекательная блондинка-крупье. Девушка подвигала фишки в сторону победителей, а также собирала проигранные игроками ставки, объявляя следующий круг. За этим столом играло несколько человек: четверо, нет – пятеро, и всё их внимание было устремлено на стол.

И там, в самом центре, лицом к ней сидел Джимми Сайкс.

Зои потянулась к своей рации и поднесла её к лицу, но в этот момент подозреваемый поделился шуткой с другим игроком, улыбнулся и повернулся в сторону Зои, когда она приблизилась к их столу. Он заметил рацию у неё в руке, в то время, как она неотрывно смотрела ему в лицо, и смех стал комом у него в горле. Через короткое мгновение, возможно, полсекунды, он развернулся и сорвался с места, принявшись бежать как можно быстрее.

Выругавшись, Зои нажала кнопку вызова.

– Подозреваемый обнаружен. Он пытается скрыться, и проходит мимо карточных столов. Следите за выходами, – она доверила своей команде, и службе безопасности казино справиться с его поимкой. Пока они все были на своих местах, у него не было шанса сбежать.

Зои устремилась за ним, краем глаза заметив полицейских, выходящих из зоны игровых аппаратов, и ускоряясь, двигающихся в её направлении. Сайкс был всего на один стол впереди неё, но у него было преимущество нахождения в толпе, он бежал, выкрикивая ругательства и расталкивая посетителей, вызывая тем самым у них недоумение, после чего они начинали толпиться и создавали новые препятствия для Зои, которая пробегала мимо несколькими секундами позже.

Он посмотрел позади себя и увидел, насколько близко к нему находилась Зои, его глаза были широко раскрыты и в них можно было заметить дикий взгляд.

– Стоять! ФБР! – кричала Зои, давая ему шанс поступить правильно.

Но убийцы никогда не поступали правильно.

Пока Зои бежала, она расстегнула кобуру и достала пистолет, крепко взяв его в одну руку, в то время, как в другой руке у неё была рация. Если он был вооружён, то предугадать его следующий шаг не представлялось возможным. Не было никакого способа узнать, станет ли он оказывать сопротивление.

– Остановитесь и поднимите руки над головой! – снова прокричала она, и в ответ на её крики люди бросились по сторонам. Сайкс подобно ужу извивался, пробираясь между столами, его дыхание было прерывистым, и когда он оглядывался через плечо, на его лице отчётливо была видна паника.

Он натолкнулся на стол для блэк-джека, чуть не сбив с ног крупье, затем схватился за стол руками, и перевернул его, сбрасывая на пол фишки и карты. Нарастала всеобщая паника, и прошла доля секунды, прежде чем люди бросились вперёд, пытаясь собрать как можно больше фишек, тем самым преграждая Зои путь.

– ФБР! Всем с дороги! – отчаянно закричала Зои, но это время пошло ему на руку. Он убегал, увеличивая расстояние, пока она прокладывала путь сквозь толпу. Теперь у него была достаточная фора, и Зои могла видеть, как он отходит всё дальше, и, может быть, навсегда, если ему удастся проскользнуть мимо их человека, занимающего пост у двери.

Но он двигался как-то по-особенному, она это сейчас заметила. Он находился здесь несколько часов, перемещаясь от стола к столу, играл в разные игры, прекрасно проводил время. Он прекрасно знал планировку комнаты, по крайней мере, лучше неё. И в его безумном движении существовал какой-то порядок, он обогнул ряд острых углов, следуя неровной траектории взад-вперёд, полностью игнорируя наиболее очевидный прямой маршрут к выходу, направляясь в заднюю часть комнаты.

Зои остановилась и стала наблюдать за ним. Не было никакого смысла стрелять, поскольку повсюду было огромное количество посетителей. Теперь она уже никак не могла его догнать. Но в этом казино было ещё как минимум три человека, которые могли бы это сделать, и она могла им в этом помочь.

Она видела маршрут его передвижений, в её голове он был очерчен прямыми линиями, формируя абсолютно случайный зигзаг. Преступник двигался влево и вправо, обходя края столов, и находя самый прямой путь к двери, несмотря на то, что людям, не видящим такой траектории, его движения показались бы бессмысленными. Эти линии чётко вырисовывались вплоть до задней части комнаты, которую хорошо видела Зои теперь, когда они оказались в этой части казино. Если мысленно провести эти линии слева направо, Зои увидела, что они как бы накладываются на план этой комнаты в буквальном смысле этого слова, и указывают ей нужное направление.

И ей было видно, как Шелли идёт ему навстречу.

– Шелли, – рявкнула Зои в рацию. – В конце барной стойки, слева от тебя. Перехватите его рядом с третьей колонной.

Зои видела, что Шелли услышала её сообщение, когда голова её напарницы резко повернулась в сторону барной стойки. Она заметила колонну, и бегом устремилась к ней, и сама Зои снова начала движение, как ногами, так и глазами.

Осталось преодолеть последний ряд столов…

Джимми Сайкс рванулся в сторону, прочь от полицейских, которые подбирались к нему, уклонился к барной стойке, обогнув четвёртую колонну в ряду и свернул за неё.

– Стоп! – раздался голос Шелли, а затем характерный звук, с которым тело обычно падает на пол.

Третья колонна закрывала Зои обзор: она не видела ни Шелли, ни Джимми, и никто из них не выходил из-за колонны. Зои завернула за угол, чтобы снова видеть всё происходящее, и с облегчением выдохнула, когда увидела, как Шелли с натренированной точностью надевает наручники на запястья Джимми.

Пока Шелли зачитывала Джимми его права, Зои добежала до этого места, немного сбив дыхание, и чувствуя прилив адреналина, который её организм выработал во время погони. Затем к ним подтянулись и другие полицейские, поднимая Джимми за плечи, чтобы отвезти его обратно на стоянку. Зои снова вздохнула, обменявшись с Шелли улыбками и тайными касаниями кулак о кулак, выражающими радость их победы.

– Мы поймали его, Зо, – смеясь, сказала Шелли.

И Зои задалась вопросом, почему сейчас она чувствовала себя не настолько уверенной, что они поймали именно того мужчину, как ещё совсем недавно.

Глава 13

Зои сидела, сгорбившись на стуле в офисе шерифа, полностью сосредоточившись на экране его компьютера. Он развернул его на столе так, чтобы она могла наблюдать за трансляцией, в то время, пока Шелли в соседней комнате сидела с Джимми Сайксом.

– Возможно, это не совсем то, к чему Вы привыкли, – сказал шериф, одновременно выражая извинения, и защищая свой участок. – Мы не располагаем таким бюджетом, как Вы у себя в Бюро. Здесь нет двусторонних зеркал и высокотехнологичного наблюдения. К тому же, у нас мало места.

– Всё в порядке, – сказала ему Зои, кивая в сторону экрана. – Я всё хорошо вижу и отсюда.

– Вы уверенны, что она справится сама? Я имею в виду, что думал, что старший по званию агент – это Вы.

– Специальный агент Роуз прекрасно с этим справится, – улыбаясь, сказала Зои. И это не было ни для успокоения, ни для поддержания морального духа, она улыбнулась, потому что посчитала забавными сомнения шерифа. – Она славится своим методом ведения допросов. Просто смотрите.

Мужчина устроился в своём кресле, старая кожаная обивка которого скрипела под его весом, пока они в тишине наблюдали за происходящим.

На экране было видно Шелли, сидевшую напротив Джимми Сайкса, который был пристёгнут наручниками к специальному поручню, закреплённому на столе, чтобы держать его под контролем. Он наблюдал за ней, при этом покусывая один из своих грубых, грязных ногтей на протяжении вот уже целых пяти минут, пока она молча пробегала глазами свои документы. Девушка спокойно пролистывала страницу за страницей, даже не поднимая глаза на подозреваемого.

Зои волновалась, но не по поводу Шелли, а по поводу Сайкса. Он был тяжелее, чем она бы того хотела. Все места преступлений указывали на то, что убийца был легче по весу. С тех пор, когда информация о нём в последний раз обновлялась в их базе, Сайкс немного поднабрал. Но дело было не только в этом, даже в его манере грызть ногти было что-то… неподходящее. Это противоречило дотошности и педантичности, с которой убийца избавлялся от всех улик, которые могли выдать его.

Сайкс вёл себя всё более нервно, перемещая свой вес из стороны в сторону и выплёвывая на пол откусанные ногти. Методика Шелли приносила свои результаты, выбивая его из колеи. Он ждал конфронтации, криков, ждал, что его будет допрашивать старый седой полицейский, пытающийся запугать его. Молчание было не тем, к чему он привык, к тому же, он совсем не привык к лёгкому и непринуждённому отношению к себе, которое Шелли периодически выражала ему в улыбке, продолжая своё чтение.

Девушка закончила изучать бумаги, и подняла на него глаза, занимая более удобную и открытую позу.

– Мистер Сайкс, – спокойно сказала она. – Джимми, если я могу к Вам так обращаться.

Он смотрел на неё, не произнося ни слова, не поворачивая полностью головы, как загнанная в угол собака.

– У Вас было достаточно приводов, не правда ли? – сказала Шелли с улыбкой, как будто не для того, чтобы осудить его, а для того, чтобы поощрить похвастаться своими достижениями.

– Я отсидел свой срок.

– За что тебя взяли, Джимми?

– Я сказал, что уже отсидел свой срок. Я завязал. Вы больше не можете предъявить мне это дело.

– Что ж, Джимми, на самом деле, можем. Тебя ведь досрочно отпустили, так ведь? – Шелли сделала вид, что снова смотрит в свои записи, хотя Зои знала, что её напарница прекрасно помнила эти факты. – Здесь сказано, что тебя приняли за нападение при отягчающих обстоятельствах. Преступление с применением насилия.

Джимми не сказал ни слова, чтобы заполнить оставленную Шелли паузу, только выплюнул ещё один откусанный ноготь. Он упал на пол, издавая глухой звук, который услышала только Зои. Это был звук правды. Их убийца никогда бы так не сделал. Он никогда бы не оставил здесь свою ДНК.

– А поскольку тебя освободили досрочно, Джимми, ты не должен был покидать пределы штата. Правда ведь? И, тем не менее, у нас есть записи о том, что ты перемещался на своей машине от дома сестры – от дома Манды – по всему Миссури, и доехал сюда – в Канзас. Это прямо целое путешествие, не так ли?

Джимми отодвинулся, его глаза коснулись поверхности стола, стоящего между ними. Он что-то обдумывал, его взгляд был отстранённым и несосредоточенным. Зои резко покачала головой. Всё было не так. Их убийца был умным, спокойным, осторожным. Он говорил бы так, будто заранее был готов к этому допросу. Он никогда бы не позволил Шелли так давить на себя.

– Ты также не отметился в участке согласно правилам выхода по досрочному освобождению, и в целом всё это означает, что ты всеми доступными средствами стремишься вернуться обратно за нарушение этих правил. Это же настоящий позор. Мне бы хотелось, чтобы ты осознал свою ошибку и исправился, а не снова сидел за решёткой, – Шелли опять сделала вид, что сверяет все детали в документах, потом закрыла папку и отложила в сторону. – Конечно же, я могла бы помочь тебе с этим. Потому что арестовали ведь мы тебя не за это, не так ли?

Джимми приподнял голову, прищурив глаза.

– Не за это?

Шелли улыбнулась ему, как будто они были лучшими друзьями.

– Нет, Джимми. Мы арестовали тебя за убийства, которые ты совершил на этой неделе.

Джимми Сайкс суть не упал со своего стула.

– Что-то? Я никогда!

Шелли покачала головой, охая и причитая.

– Ну, ну. Не ври мне, Джимми. Только не мне. Знаешь, я ведь твой лучший шанс пойти на сделку с судьёй? Мы могли бы что-то придумать, но только в том случае, если ты скажешь мне правду.

– Я никого не убивал! – заорал Джимми, качая головой с бешенной скоростью. – Я не знаю, что вы там про меня думаете, но я просто развлекался. И всё. Я никого не убивал.

И Зои полностью верила ему. Всё это было пустой тратой времени. Джимми Сайкс никогда не был их преступником. Это было написано в его обрюзгших позах, небрежных ракурсах, в безнадёжном отсутствии у него интеллекта, которое распространялось на его выражение лица, выбор слов, поступки. Даже на вес его тела.

Она ждала. Шелли скоро это выяснит. В конце концов, они должны действовать согласно инструкции. Если они не будут её придерживаться, люди начнут задаваться вопросом, почему Зои не следует всем положенным правилам.

Шелли сложила руки на столе, всё ещё улыбаясь.

– Что ж, Джимми, почему бы, в таком случае, тебе не рассказать мне о том, как ты провёл эти последние несколько дней? Своими словами. Тогда бы мы смогли прояснить это глупое недоразумение.

Джимми хватал ртом воздух, потом снова принялся лихорадочно трясти головой.

– Я знаю, что вы, копы, задумали. Нет уж. Нет. Я ни слова вам не скажу. Вы повесите это на меня, думаете, я такой дурак. Я знаю копов.

Шелли вздохнула, склонив голову на одну руку.

– Я не коп, Джимми. Я агент ФБР. И весь наш разговор записывается. Я не пытаюсь обвести тебя вокруг пальца. Я говорю правду.

– Я бывал здесь и раньше, – покачал головой Джимми. – Нет. Не-а. Я знаю такие штучки. Вы попытаетесь пришить это мне, как было с моей психованной бывшей и её приятелем-копом. Я ничего вам не скажу.

Шелли спокойно посмотрела на него, давая ему возможность немного остыть.

– Если тебе нечего скрывать, ты можешь всё рассказать мне, Джимми. Если у тебя есть алиби, мы можем поехать проверить их. Посмотреть, есть ли ты на записях камер наблюдения. Везде есть камеры. Даже здесь.

Джимми поднял голову, лихорадочно ища глазами камеру в области, на которую указала Шелли, пока не уставился прямо в объектив. Зои слегка вздрогнула, почувствовав, что их глаза встретились, хоть он, конечно, не мог видеть её, в то время, как она могла.

– Так что, видишь, Джимми, никто не сможет приписать тебе слова, которые ты не произнёс. Всё записывается. И если я попытаюсь тебя обмануть, то потеряю работу.

Джимми, весь в поту, снова посмотрел на Шелли.

– Так вы не станете подставлять меня?

– Расскажи, что произошло, и я скажу, можешь ли ты идти, – сказала Шелли, подчёркивая последние слова, чтобы убедиться, что он понял. – Это единственный твой способ выбраться отсюда. И поверь мне, я не хочу, чтобы невинный человек сидел здесь дольше, чем нужно.

Джимми откинулся на спинку стула, цепь его наручников брякнула и практически потянула его обратно, когда он попытался вытянуть руки слишком далеко. Он втянул воздух, и посмотрел на Шелли.

– Я ездил в казино «Potawatomi». Я попал в струю, понимаете? Я сел напротив того сопляка, и ободрал его на все деньги, которые он с собой принёс, и, кстати, некоторых из его друзей в том числе.

– Когда это было?

– Думаю, что… четыре… пять дней назад? Может, всё-таки четыре. Я точно не знаю.

– Ты поехал в казино из дома Манды?

– Ага.

Шелли сверила его слова со своими заметками, которые она оставила после разговора с Мандой.

– Это было шесть дней назад, Джимми.

– Чёрт побери, – сказал он и рассмеялся.

– Итак, ты получил крупный выигрыш, да? Много там было денег? – Шелли перенесла вес тела вперёд, уделяя мужчине всё своё внимание.

– Больше, чем у меня когда-либо было. – Тогда я пошёл в бар, а потом подумал, не-а, мне не следует там оставаться. Там был тот парень со своими приятелями-здоровяками, может быть, у них был зуб на бывшего зека, снявшего большой куш.

– Итак, куда ты направился потом?

– Я сел в машину и поехал в другой бар. Совсем рядом с шоссе. Я пробыл там до закрытия, потом несколько часов подремал на заднем сидении, и поехал в следующий бар.

Шелли всё это время сверяла все его слова со своими записями, но после этих слов Джимми она остановилась и отложила их.

– Ты хочешь мне сказать, Джимми, что пил на протяжении всех этих пяти дней?

Джимми пожал плечами.

– Ну, в некоторые дни я заезжал ещё в пару казино. Я стал суеверным. Каждый раз, когда я крупно выигрывал, я двигался дальше.

Шелли нажала на верхний конец ручки, чтобы начать писать.

– Мне нужно, чтобы ты сообщил мне названия и местоположение этих казино и баров, Джимми. Ты хорошо справляешься. Мы сможем отпустить тебя в кратчайшие сроки.

Зои уже вводила название первого бара на своём телефоне, начиная поиск его местонахождения и номер телефона администрации. Она вышла из комнаты и начала набирать номер, наблюдая через окно, как Шелли закончила делать записи и встала, чтобы выйти из комнаты.

– Здравствуйте! Да, я хотела бы поговорить с администратором. Меня зовут Зои Прайм, я – специальный агент ФБР, – сказала она в трубку, поймав взгляд Шелли, когда та выходила в коридор. – Я звоню попросить Вас прислать нам записи Ваших камер наблюдения за последние несколько дней, чтобы помочь нам в расследовании.

Шелли, Зои, шериф, и его команда отследили все места, на которые указал Джимми. Несмотря на то, что время, озвученное им, не вполне совпадало – впрочем, это было не удивительно, учитывая влияние алкоголя на память и то, что в казино время воспринимается по-другому, несколько часов просмотра и перематывания видеозаписей, которые им прислали по электронной почте, понемногу подтвердили его алиби в каждом указанном месте.

Он присутствовал на всех записях видеокамер в предполагаемое время совершения убийств.

При чём, каждого.

Шелли с разочарованием швырнула свой блокнот на стол.

– Мы вынуждены отпустить Сайкса. Это не наш парень, – сказала она.

– И всё же мы вынуждены сообщить о нём в связи с нарушением условий досрочного освобождения, – напомнил ей шериф. – Я пойду сделаю несколько звонков. Они захотят, чтобы мы доставили этого Сайкса обратно в его штат.

Он оставил Зои и Шелли одних в комнате для допросов, остальные вышли, когда окончили просмотр записей. Девушки остались одни, оказавшись на том же месте, на котором они были до того, как выследили Джимми Сайкса.

– Мы поймаем его, – устало сказала Шелли. – Это всего лишь небольшая неудача.

Зои кивнула.

– Я знаю. Я хотела, чтобы это произошло до того, как он найдёт следующую жертву. Мы потратили бесценное время на Сайкса.

– Как ты узнала, что он будет именно там?

От неожиданного вопроса Зои подняла голову, сразу же опустив глаза, когда увидела, что Шелли пристально смотрит на неё.

– Что ты имеешь в виду?

– У нас с тобой была одинаковая информация, – сказала Шелли. – Ты знала ровно столько, сколько и я. Но тебе удалось вычислить, что он направится именно в то казино, хоть ты никак не могла наверняка знать, что он там будет. А потом, когда он пытался сбежать – ты знала, в какую сторону он устремится. Ты направила меня как раз в нужную позицию, чтобы я могла задержать его.

Зои молчала. Формально, это не было конкретным вопросом. Она могла продолжить безмолвно созерцать бумаги, разложенные перед собой, а её глаза бродили по словам и картинкам, ничего не замечая.

– Так как ты узнала это? – повторила вопрос Шелли.

Зои ощущала, будто у неё в горле что-то есть, какой-то комок, который не давал ей произнести стандартные, отрепетированные слова. Может быть, она могла признаться своей напарнице. Может, Шелли поймёт. До сих пор она была понимающей, доброй и милой. Может быть, она была именно тем человеком, которому Зои могла бы довериться.

Но ей хватило бы нескольких пальцев одной руки, чтобы подсчитать количество людей во всём мире, которые знали о её двойственном восприятии мира через цифры и комбинации чисел, которые каждый раз всплывали у неё перед глазами, куда бы она ни посмотрела. И секрет, который она так тщательно оберегала – её врождённая способность, и диагноз, который ей поставили в подростковом возрасте – не мог быть раскрыт вот так вот просто.

– Это просто сочетание везения и опыта, – сказала Зои, переворачивая страницу, всё ещё не прочитав ни слова оттуда. – Как только ты поработаешь тут с моё, ты сможешь замечать подобные вещи немного легче. Тогда ты сможешь строить самые смелые предположения и надеяться, что сделала правильные выводы.

Теперь в воздухе повисло нечто такое, что камнем упало Зои на плечи, и она была уверена, что это ощущение находило даже некоторое физическое проявление. Ей казалось, что Шелли смотрит на неё и видит это, знает, что она сказала не всю правду.

– Просто везение? Вот так ты узнала, что он уклонится именно в ту сторону, а не продолжит бежать по прямой, как этого ожидали все остальные?

В голосе Шелли чувствовалось недоверие, суровость и непреклонность, которые Зои уже столько раз слышала ранее. Так звучал голос её матери, учителей, тех немногих друзей, которые у неё были до того момента, пока они неминуемо не замечали её странности и переставали с ней общаться. В конце концов, так звучал голос всех людей, когда они понимали, что с ней что-то не так.

«Ты одержима дьяволом, дочь моя».

Пролетали секунды, Зои чувствовала мурашки по всему телу, пот вступал из пор её кожи. Шелли ей не верит. Был ли это тот самый момент, когда она должна была признаться? Не будет ли хуже, если она продолжит притворяться? Шелли может пойти дальше, сменить напарника, а это было бы совсем нехорошо. Зои уже привыкла к ней. Либо она может доложить об этом вышестоящему руководству.

Неужели настало время всё ей рассказать?

Раздался звонок стационарного телефона, заставив их обеих вздрогнуть от того, насколько резко он прервал тишину, и разрезал напряжение, возникшее между ними подобно тому, как нож разрезает сыр. Шелли дёрнулась, чтобы снять трубку, бросив бумаги на стол и подкатывая стул к телефону.

– Алло! Да.

По одному только выражению лица Шелли Зои поняла, что это были далеко не хорошие новости.

Она повесила трубку, и мгновенно побледнела.

– Ещё один труп, – сказала она. – Шериф отвезёт нас туда. Это недалеко отсюда. Он посылает с нами команду.

Зои почувствовала, как внутри неё всё сжалось. В конце концов, им не удалось выследить его прошлой ночью. Хотя она и ждала этой информации, всё равно эта новость обрушилась на неё, словно тонна кирпичей. Ещё один человек лишился жизни, потому что Зои не смогла действовать достаточно быстро, чтобы спасти ему жизнь.

– Мы потратили впустую столько времени на Сайкса, – глухо сказала Шелли. Она выглядела настолько потрясённой и оцепеневшей, будто собиралась простоять здесь ещё долгое время без движения.

Они не могли позволить себе этого сейчас. Им нужно было действовать. Им нужно было найти улики, чтобы подобное больше не повторилось. Зои схватила свой блокнот, стаканчик с кофе, сумку и направилась к двери.

– Есть какие-то подробности?

– Пока только месторасположение, – сказала Шелли, качая головой, словно пытаясь вырваться из своего оцепенения. Затем она резко откинула голову в сторону, и тон её голоса изменился.

– Подожди секунду.

Шелли подошла к карте, висевшей на стене, взяла красную кнопку и отыскала на карте нужное место, прежде чем вонзить её туда.

– Там? – спросила Зои, чувствуя, как её охватывает смятение. – Ты уверена?

– Так сообщил мне шериф, – подтвердила Шелли.

Зои ещё раз посмотрела на карту, затем развернулась, спеша направиться к парковке. Это было нелогично, всё было нелогично. Это произошло недалеко от их местонахождения, но всё же не в том месте, в котором она предполагала. Как могла она так облажаться?

Он больше не придерживался прямой линии – эта кнопка располагалась левее и немного ниже по отношению к последней кнопке, в то время, как предыдущая кнопка располагалась правее и ниже места первоначального убийства.

Это не было прямой линией.

Может быть, это была дуга?

Глава 14

Зои уступила Шелли водительское кресло, а сама села рядом, размышляя. Цифры, числа, дуги. Может ли это быть правдой? Могла ли она неправильно читать знаки всё это время?

Машина ехала по просёлочным грунтовым дорогам, следуя кратчайшему маршруту до места, указанного шерифом. Он ехал первым в видавшей виды полицейской машине, которая явно знавала и лучшие дни, при этом не беспокоясь о целостности подвески или покрышек. Поскольку свой автомобиль девушки взяли напрокат, они не могли позволить себе так же жестоко с ним обращаться.

Зои созерцала мелькающие за окном пейзажами, держась за ремень безопасности, пристёгнутый у неё на груди. Когда она сидела на пассажирском сидении, то часто чувствовала себя не совсем хорошо во время поездки. Немного помогало, когда она отодвигала ремень подальше от шеи.

Они выехали на шоссе. По сторонам простирались целые поля грязи и каменистых грунтов с растущими позади деревьями. Очевидно, что это пустое пространство образовалось в результате совместной работы человеческих рук и технических механизмов. Вокруг были одни сплошные кривые линии, даже в природе: ни одно дерево не было идеально прямым и ровным. Природные объекты имели другую структуру – круги, спирали. Было ли возможным, что их убийца находил своё вдохновение именно здесь?

Присутствие двух полицейских машин из участка обозначили место их назначения ещё до того, как туда прибыл сам шериф. Шелли с облегчением выдохнула, ослабив хватку на руле.

– Напомни мне больше никогда не ехать вслед за этим мужчиной, – сказала она, качая головой, и осторожно остановив машину на обочине подальше от потока машин.

Зои выпрыгнула из машины, стремясь как можно скорее добраться до тела. Она хотела увидеть, каким именно образом оно было оставлено. Это была их первая возможность обнаружить труп, всё ещё лежащий на месте преступления, перед тем, как сотрудники полиции оформят все необходимые детали, и он попадёт на стол коронера. Здесь наверняка можно будет найти больше зацепок. Таких, которые упустят криминалисты. Обнаружить улики, которые может найти только Зои.

Двое побледневших мужчин средних лет, одетых в коричневую и зелёную охотничью спецодежду, опирались на капот одной из полицейских машин. Шериф направился прямо к ним, за ним последовала и Зои, оглядываясь, идёт ли Шелли рядом.

– Шериф, это те двое охотников, которые нашли тело, – докладывал молодой сотрудник. – Они немного потрясены, но они мало что видели.

– Вы больше никого не видели в лесу? – резко спросила Зои, перебивая монотонный комментарий шерифа.

Охотники смотрели на неё широко раскрытыми глазами, смущённо бросая взгляд в сторону шерифа. Одним быстрым движением Зои достала из кармана свой значок и предъявила его мужчинам, чтобы те сами убедились, что она – сотрудник ФБР.

– Мы не слышали и не видели ничего, – сказал один из них. – Мы сидели в лесу с самого утра, просто выжидая добычу, и всё было…это… тихо. Мы прислушивались к животным. Мы бы услышали, если бы неподалёку что-то произошло.

– А как вы обнаружили труп? – спросила Зои.

– Мы уже собирались вернуться домой, – объяснял второй мужчина с грустной улыбкой. – Нам не удалось ничего поймать. Птицы постоянно кричали. Думаю, они нас заметили и предупреждали других зверей, не позволяя им приближаться к нам. Обычно они не ведут себя таким образом. Так что, после нескольких часов бесполезного ожидания, мы решили уйти.

– Тогда мы и увидели лису, – вставил реплику другой. – Она прижималась к земле, что-то вынюхивая. Но испугалась, увидев нас и побежала в другую сторону, тем временем солнце уже взошло, и мы увидели, к чему именно она принюхивалась.

– Это была кровь, – разъяснил первый охотник. – По всей земле. Кровавый след. Повсюду лужи кровищи. Сначала мы подумали, что это может быть раненый зверь, но когда мы пошли по этому следу, то неподалёку нашли…

Оба мужчины замолчали, посмотрели под ноги, без сомнения снова переживая увиденное.

– Спасибо за помощь, джентльмены, – мягко сказала Шелли, когда Зои отошла от них, и пошла в лес. Охотники ничего больше не могли ей сообщить.

Ей не пришлось идти слишком далеко. Она уже видела линию флажков с номерами, тянущуюся по земле и уходящую между деревьями. Вспоминая маршрут, которым они доехали сюда, Зои поняла, что могла бы добраться в это же место по подъездной дороге, которую избегал шериф, нужная им точка находилась достаточно далеко от шоссе, как будто была выбрана специально, чтобы не привлекать слишком много внимания.

Зои остановилась, присматриваясь к земле. У неё было такое чувство, что всё это началось именно на подъездной дороге, и она хотела воспроизвести хронологию действий. Расставить номера в таком порядке, который имел бы реальный смысл.

На той дороге была огромная лужа крови, которая, должно быть, образовалась в следствие нанесения жертве первоначального ранения. Такое количество крови свидетельствовало о приливе адреналина, который заставил сердце девушки биться сильнее, или, возможно, она сделала резкое движение, отталкивая преступника. Это убийство не было похожим на все остальные – ни на одно из них. Зои даже стала сомневаться, что это дело рук того же убийцы, которого они ищут.

Посмотрев вперёд, она заметила флажки – каждый из которых был установлен на месте очередной лужицы. Их было так много. Рана была глубокой. Расстояние между этими отметками составляло около полуметра, на основании чего можно было сделать вывод о скорости движения жертвы. А судя по частоте размещения флажков можно было говорить о количестве ударов её сердца.

Оставить такие очевидные улики – включая следы от покрышек, которые можно было бы подвергнуть экспертизе, было совсем не в стиле их убийцы. Но Зои смущал не только этот факт: он убил девушку не на том месте, где нашёл её. Это было необычно само по себе. Их преступник тщательно выбирал своих жертв, и у них не было шансов на побег или на то, что кто-то придёт им на помощь. Обычно он оставлял тела, не пряча их, в надежде на то, что, когда хоть кто-нибудь их заметит, он сам будет уже достаточно далеко от этого места.

Нет, Зои здесь вообще не видела его почерка. Она пошла по следам крови, которые местами представляли собой дорожку из капель, иногда переходящую в лужицы покрупнее. Вычисления, всплывающие в её мозгу, говорили о частоте сердцебиения жертвы, которая ускорилась в состоянии паники, она бежала так быстро, как только могла, спотыкаясь то тут, то там. После того, как девушка сделала несколько шагов, она руками зажала рану, тем самым немного сузив струю крови, но не остановив её полностью. Время от времени эти брызги разлетались по земле, образуя абсолютно уникальный рисунок.

Несмотря на то, что земля здесь была слишком сухой и твёрдой, чтобы на ней остались чёткие отпечатки ног, она могла с достаточной точностью отделить следы девушки в местах, куда попала кровь. Её шаги становились всё тяжелее, перед тем, как она упала на землю, когда у неё подкосились ноги. У девушки было перерезано горло, и кровь капала с высоты её роста, образуя на земле рисунок более широкого спектра, чем тот, который бы остался, будь рана нанесена в месте, расположенном ниже. Количество крови говорило о том, что была повреждена артерия, и это не была просто поверхностная рана. Неудивительно, что она умерла. Она потеряла так много крови даже до того, как добралась до леса.

Кровь дала ей так много информации, что её практически просто невозможно было осознать всю сразу. Во-первых, расстояние до земли: девушка наклоняла корпус вперёд, пока бежала, потому что, если бы её тело занимало более ровное положение, брызги крови были бы расположены по-другому. Во-вторых, дистанция: скорость её движения была достаточно высокой, как у человека, который отчаянно сражается за свою жизнь. Два миллиметра, три сантиметра, пять сантиметров. Все эти промежутки рассказывали историю отчаяния той девушки. Струящаяся из раны кровь, миллилитр за миллилитром рисовала картину происходящих в ту ночь событий, и Зои в голове могла даже подсчитать её количество. Почти целый литр крови она потеряла, ещё даже не войдя в лес.

У подножья деревьев было проще читать знаки, несмотря на то, что они по-своему искажались под естественным воздействием природы. Картинка стала трёхмерной, брызги крови были на стволах деревьев и выступающих наружу корнях, камнях и листьях, растущих снизу. Это не имело никакой разницы для её вычислений. Они продолжали свой рассказ. Зои высчитала расстояние от земли до шеи девушки с поправкой на пять сантиметров возвышенности поверхности земли в этом месте. Агент сделала вывод, что, прибывая в этой точке, она всё ещё не выпрямилась. Наоборот, чем дальше она уходила в лес, тем сильнее её корпус наклонялся вперёд. К тому моменту девушка потеряла уже полтора литра крови.

Зои поняла, что бедняжка споткнулась и упала, но снова встала и продолжила бежать, хоть теперь она почти ползла, пытаясь укрыться как можно дальше в лесу. Здесь был другой узор следов крови, которые теперь исходили из раны на высоте всего тридцати сантиметров, или даже меньше, над землёй, не разбрызгиваясь, а, скорее, уже просто вытекая. Да, брызг больше не было. Почти два литра, а затем и чуть больше двух литров потерянной крови.

Затем она наконец-то упала, и Зои уже смотрела в широко раскрытые глаза мёртвой девушки, рана на шее которой разверзлась подобно второй улыбке, а руки мёртвой хваткой держали края её разорванной футболки.

Зои припала к земле, не обращая никакого внимания на сотрудника полиции, который стоял прямо над телом, и даже на присутствие Шелли, идущей позади неё. Ей нужно было правильно прочесть все эти знаки, догадаться, что именно они значили, увидеть то, что упускали все остальные. Было ли всё это делом его рук? Или всё-таки нет?

Девушка лежала на спине, но следы крови рядом с телом рассказывали другую историю. Она двигалась, или её передвинули на целый корпус от того места, где она изначально упала; сначала она лежала на животе, зажав руками горло. Кровь стекала по обеим сторонам её шеи, когда ей не удавалось закрыть рану, образуя две лужицы, которые, должно быть, разлились подобно паре жутких крыльев. Исходя только из ширины этих лужиц, в сочетании с уже полученной ею информацией, Зои понимала, что девушка к этому моменту потеряла уже такое количество крови, что выжить было просто невозможно. Только в одних этих лужицах было ещё около литра крови. Смерть наступила в результате обескровливания.

Крылья… Зои присмотрелась ближе, её глаза медленно расширились, когда она поняла, на что именно смотрит. Символическая ассоциация, которая возникла в её голове при созерцании этих лужиц крови, напомнила ей тест Роршаха: выявление некого узора там, где на самом деле его не было. Рисунок на земле был практически идеально симметричным, почти как на одной из знаменитых карт этого теста. Это имело какое-то значение – она это точно знала, чувствовала нутром. Для убийцы это определённо что-то значило.

Но откуда взялась эта уверенность? До сих пор ведь не было подобных узоров на других местах преступлений, не так ли? На мгновение Зои отбросила эту мысль, сосредоточившись на теле, лежавшем перед ней. Сначала ей нужно было определить, на самом ли деле это был их убийца.

Узор следов крови, тонкий разрез горла, который мог быть сделан острой, как бритва, проволокой, выбор места и жертвы, время совершения убийства – всё-таки, это был он. Но что-то пошло не так. Девушка вырвалась из его рук, и ей удалось убежать, хоть и не очень далеко. У неё почти получилось. Обычно он обладал большим контролем над ситуацией, чем в этот раз.

Зои подумала о тех нескольких шагах на месте убийства Линды, которые женщине оставалось сделать, прежде чем оказаться в безопасности, когда он накинул проволоку ей на горло и убил. Обычно он представлял собой тот тип убийцы, который привык всё контролировать. Этот случай нарушал его стандартную схему, и всё пошло не по плану. Девушка оказала ему сопротивление. Зои продолжила смотреть на её застывшее серое лицо, испытывая редкий для себя всплеск сострадания, думая о том, как крепко она, должно быть, цеплялась за жизнь, даже чтобы пробраться так далеко в лес.

Цвет лица девушки говорил ещё кое о чём: о времени, которое прошло с тех пор. Он напал точно в пределах своего временного промежутка. А чем тогда была занята Зои? Болтала о своём трудном детстве и жалела себя? Тратила бесценные часы, которые могли спасти жизнь этой девушки?

Подошёл коронер, и Зои отошла в сторону, позволяя ему сделать первичный осмотр. Здесь не было полностью экипированных следственных групп – таких как те, которые выезжали на места преступлений в центральных частях города. Здесь был только коронер со своим чемоданчиком, но местная полиция была рада и этому. Зои можно было и не дожидаться, когда он окончит осмотр – она и так знала, что он ей сообщит.

– Что ты об этом думаешь? – спросила Шелли, когда Зои к ней подошла. Она всё это время держалась на некотором расстоянии от тела, при котором она могла не смотреть на него и не чувствовать его запах.

– Ты хорошо разглядела труп? – ответила Зои вопросом на вопрос. Она начинала немного беспокоиться о том, что Шелли была слишком мягкой, что ей было не по плечу находиться на местах преступлений. Кроме того, она не хотела объяснять, что именно она смогла там разглядеть. Это мог сделать и коронер, избавив её от необходимости объяснять, как именно она пришла к таким же выводам.

– Мельком, – кивнула Шелли. – Похоже, ей перерезали горло там, на подъездной дороге, но ей удалось вырваться и убежать. Здесь она истекла кровью. По крайней мере, это мои догадки. Я не рассмотрела других нанесённых ран.

– Я тоже. В этот раз всё пошло не по его плану. Ей почти удалось сбежать, и, несмотря на то, что он сумел избавиться от следов вокруг тела, он не завершил свою обычную полноценную уборку. Я полагаю, что криминалисты смогут найти здесь гораздо больше зацепок, чем когда-либо раньше.

– Следы шин и ног, может быть.

Зои кивнула.

– Этого будет пока недостаточно, чтобы идентифицировать его машину или установить личность. Но это уже шаг вперёд к тому, чтобы сузить круг подозреваемых и предоставить доказательства, которые мы можем использовать, когда поймаем его. Похоже, его действия становятся всё более отчаянными.

К ним подошёл коронер, снимая медицинские перчатки и положив их обратно в карман.

– Я закончил первичный осмотр тела. Конечно, на данный момент он только предварительный, пока у меня не будет возможности перевезти её к себе в офис и изучить более детально. Там я смогу провести необходимые тесты, и начать более тщательное исследование, которое поможет установить больше подробностей, чем я могу вам предоставить на данный момент времени.

Зои закрыла глаза, пытаясь заглушить голос этого старика в своей голове. Он был из тех, кто никогда не сократит свою речь до десяти слов, если будет иметь возможность сказать целую сотню. Он был полной противоположностью тем людям, общение с которыми так ценила Зои. Вместо этого она думала о том, как происходило убийство, о том, как всё пошло не так для убийцы.

Мысленно Зои переместила красную кнопку на карте в новое место, хоть разница была и небольшой, но, всё же, она имела значение. Отметить нужно не то место, где был найден труп, а то место, на котором он пытался её убить. Таким образом, кнопка сдвигалась немного ближе к прямой линии, но недостаточно, чтобы можно было увидеть существенную разницу. Должна быть дуга.

– Где были расположены синяки? – спросила Шелли, возвращая к себе внимание Зои.

Коронер указал на область под рёбрами и животом с левой стороны собственного тела.

– Как я уже сказал, скорее всего, такие кровоподтёки были нанесены уже посмертно, поскольку к тому моменту жертва практически полностью истекла кровью. Это всё, что я могу сказать после первичного осмотра. Я бы отметил…

– Ярость, – сказала Зои, перебивая его. – Он по какой-то причине очень разозлился на неё.

– Может, потому что она убежала, – предположила Шелли.

– Но, к тому моменту, когда он догнал её, она уже была мертва, – сказала Зои. – Он достиг своей цели. Так почему же он был так зол?

Шелли молча развела руками, а коронер возобновил свой бессвязный монолог, будто его вовсе никто и не перебивал.

Тысячи мыслей вертелось в голове у Зои. Здесь у неё возникало гораздо больше вопросов, чем на любом из предыдущих мест преступлений – своего рода ирония, так как сейчас они отчаянно нуждались в ответах. Почему в качестве своего места действия он выбрал именно эту дорогу, эту случайную подъездную дорогу в середине шоссе, вокруг которой не было ничего примечательного? Здесь не было парковки, или места, в котором обычно можно кого-нибудь встретить, как, например, пешая тропинка, как в случае других его преступлений – почему он так изменил образ действий?

И почему, если он уже достиг своей цели и убил эту девушку, он так разозлился, что потратил время на то, чтобы избить её – время, которое не позволило ему до конца скрыть следы своего преступления?

Но не только это – было что-то ещё, о чём она постоянно думала. Картинка из теста Роршаха в лужах крови. Шаблон. Почему он не выходил у неё из головы, и давал уверенность в том, что это убийство – дело рук их преступника? Если бы ей удалось догадаться, что именно связывало эту картинку с другими местами преступлений, она бы раскусила его.

Её начала преследовать одна неприятная мысль – может быть он, как и она, может читать числа? Что, возможно, эти убийства были делом рук человека, обладающего дьявольской способностью видеть вещи под таким углом, под которым другие их не видели.

«Разгадаешь схему, найдёшь убийцу», – сама себе сказала Зои. И разгадать её нужно уже сейчас – пока он не убьёт снова.

Глава 15

Зои села на краю одного из столов, и приподнявшись посмотрела на атмосферу, царящую в комнате для допросов. Комната будто снова ожила, в ней кипело движение, новые листы бумаг и отчётов дополнили уже имеющиеся на столах горы документов. Папок было так много, и все они лежали раскрытыми, чтобы любую информацию можно было рассмотреть в одно касание ока, некоторые из них были готовы раскрыть свои секреты, стоило только поближе присмотреться. Числа, которые она уже видела раньше, сейчас снова всплыли перед её глазами, чтобы только отвлечь её. Все они ничего не значили. Цифры, которые ей были по-настоящему нужны, Зои получила только сейчас.

Зои просмотрела лежащий напротив отчёт, зная, что он содержал важную информацию. Что-то, что все они упустили. Если бы ей только удалось за это зацепиться…

– У нас есть информация по покрышкам, – сказала Шелли, с грохотом отложив телефон, и подкатывая ближе к Зои свой стул на колёсиках. – У него седан. Они думают, что это более старая модель, судя по ширине колёс. Протектор был довольно стёртым, таким образом можно сделать вывод, что он уже долгое время проводит в пути. Конечно, есть не так уж и мало марок седанов, которые используют такие покрышки для своих автомобилей, но, во всяком случае, это уже начало.

Зои кивнула, вытаскивая лист бумаги из факсимильного аппарата. Она была обескуражена, что в современном мире команда шерифа всё ещё использует его в работе, но не её задачей было рассказывать им о модернизации их офиса.

– Это пришло от коронера. Фотография…а это что?

Она наклонила голову, изучая изображение. Пятно зелёного цвета на белом фоне. Рядом лежала стандартная линейка, указывающая, что его ширина и длина составляли не более одного сантиметра. Больше никакой информации от коронера не было.

– Дай, я гляну, – Шелли протянула руку и тоже наклонила голову. – О! Это кусочек краски. Я думаю. Давай я ему позвоню и спрошу.

Зои не обращала внимания на Шелли, голос которой слышала лишь фоном. Кусочек краски и модель седана, в общем, были неплохими данными для продолжения расследования, но тут было что-то ещё. Что-то, что вертелось на задворках её сознания и что она ещё не могла постичь. Чем бы это ни было, это могло спасти жизнь ещё одной женщины – потому что убийца не остановится и не замедлит темп, и, согласно его схеме, сегодня ночью должна умереть ещё одна жертва.

– Это кусочек краски, – подтвердила Шелли, откатываясь обратно. – Коронер сказал, что достал его из-под одного из ногтей девушки. Скорее всего, он от машины убийцы.

Зои оторвала своё внимание от материалов дела, и встала, направляясь к стенду.

– Тогда нужно составить новый профиль, – сказала она. – Мы ищем зелёный седан старой модели с номерами другого штата, управляемый мужчиной, который соответствует физическому описанию, которое мы сообщали ранее.

Лицо Шелли почти светилось от воодушевления.

– Мы сужаем круг поиска.

– И всё же, это по-прежнему иголка в стоге сена, – задумчиво сказала Зои, постукивая маркером по нижней губе. Чего же она здесь не видела? – Мы должны обновить ориентировки согласно новым данным.

– Уже приступаю! – Шелли выпрыгнула со стула и убежала прочь из комнаты, направляясь в кабинет шерифа и его команды.

Её рвение могло показаться раздражающим или отталкивающим, но не стоило забывать, что она всегда выполняла взятые на себя обязанности. Зои должна была признаться себе, что была счастлива иметь в своём распоряжении в этом деле ещё одну пару рук и глаз. В этом расследовании было слишком много деталей, слишком много недостающих элементов головоломки, чтобы справиться со всем этим в одиночку.

И тем не менее, им всё ещё не хватало вещественных доказательств. Установить модель машины – было только одним пунктом, и, честно говоря, они пока что не смогли сделать даже этого. По-прежнему оставались сотни, если не тысячи машин, подходящих под их описание. Проверить и отследить каждую по их базе данных было просто невозможно. К тому моменту, когда они закончили бы эту проверку, в каждом штате по всей стране была бы уже целая гора трупов.

Разве что, он ведь не был нацелен на общегосударственный масштаб своих злодеяний, так ведь? Он двигался по дуге – по кривой линии, рассчитать которую было под силу только Зои. Цифры не могли подвести её, не теперь, когда он была так близко к получению долгожданной зацепки. Ей просто нужно продолжать искать.

Зои посмотрела на фотографии с каждого места преступления, с которых на неё глядели стеклянными глазами женщины с перерезанными шеями. Ей были заметны все виды чисел, возникающих на этих снимках. Одна из жертв была одета в юбку длиной тридцать сантиметров, одежда другой почти доходила до земли. Размеры бюстгальтера соответствовали 75D, 90F и 70B. В чехол телефона одной из жертв было вложено 17 долларов, которые остались на месте. Всё это рассказывало ей многие факты о жертвах, но ничего не говорило об убийце.

Зои была уверена, что они не ошибались, касательно выбора жертв убийцей. Что для него важными были именно места действия и момент случая, а не сама личность жертвы. Ей нужно было прекратить смотреть на женщин, хоть это и было тяжело сделать, когда на снимке было изображено окровавленное тело, подсвеченное серым цветом при вспышке фотокамеры. Ей нужно было смотреть сквозь них, на само место. На развернувшуюся сцену.

Что она там видела?

Зои снова начала работать с фотографиями, сделанными на заправке. К сожалению, лишь на некоторых снимках, кроме самого тела, можно было увидеть что-то ещё. На заднем плане она могла уловить цены на бензин в отражении окон, три вида местных газет, которые были в продаже, также можно было подсчитать расстояние между местом, на котором лежала жертва, и входной дверью. Но ничто из этого не указывало даже на малейший след убийцы.

Что-то из её воспоминаний беспокоило Зои, и она нахмурилась, снова пролистывая фотографии. На единственном снимке было видно один голубой леденец. Но ведь это было не всё, правда? Там лежало больше конфет, гораздо больше. Она вспомнила разноцветные леденцы, разбросанные повсюду на месте преступления, когда она там была.

Зои встала и вышла в коридор, направляясь в маленькую комнату, где было расположено оборудование местного полицейского фотографа. Он сидел напротив компьютера с большим экраном модели Apple Macbook – самого современного элемента технического оснащения во всём здании, и подпрыгнул на месте, когда Зои толкнула дверь без стука.

– Я могу Вам чем-то помочь, мэм? – нервно спросил он.

– Место преступления на заправке, – сказала Зои, переходя сразу к делу. Ей не нравилось, когда другие люди откладывали суть вопроса, обрамляя её в пустые разговоры, к тому же, никому, похоже, это тоже не нравилось, и она не понимала, почему обычно именно так и происходило. – У Вас есть фотографии с изображением конфет, которые были разбросаны на заправке?

Фотограф встал, направился к шкафу, расположенному сбоку, и достал оттуда тонкую пластиковую папку. Он начал пролистывать распечатанные снимки, каждый из которых располагался в отдельном файле, пока не нашёл то, что искал.

– Вот, – сказал он. – Я снял один кадр. Я подумал, что в этом было что-то неординарное: конфеты на месте преступления. Хотя, похоже, в этом нет ничего ценного для криминалистов. Шериф сказал, что это, скорее всего, было делом рук неосторожного ребёнка.

Зои взяла папку из его рук, близко рассматривая изображение.

– Спасибо, – сказала она, разворачиваясь и направляясь обратно в коридор.

– Вообще-то, эти снимки не должны покидать мою комнату, – сказал фотограф, но замолчал, поскольку Зои не обратила на его слова никакого внимания и продолжила свой путь.

Позволял ли это местный регламент или нет, но в этом снимке что-то было. Она чувствовала это. И если это поможет спасти чью-то жизнь, то ей не было дела до того, в какой комнате должна находиться эта папка.

Всего один снимок. Который, как ничто другое, подчёркивал тот факт, что никто другой не видел того, что видела она. Потому что это было оно. Она чувствовала. Это было нечто, что упустили они все, но именно это и было ключом к разгадке всего дела.

Зои откинулась на спинку стула, её глаза снова и снова бегали, изучая рисунок на земле, оставленный конфетами. С помощью этой фотографии, сделанной прямо сверху и на слегка возвышенном расстоянии, возможно, полученном с помощью поднятия на стремянку, она видела рисунок – да, именно рисунок. Потому что это был некий шаблон, как и всё остальное.

Большинство людей, посмотрев на него, не увидели бы ничего больше, чем случайно рассыпанные конфеты. Которые, возможно, уронил какой-нибудь ребёнок. Никто бы не придал этому никакого значения. Но, если и было что-то, чему Зои научилась со временем, так это то, что каждая деталь имела своё значение. Неприхотливые кустарники Аризоны росли на определённом расстоянии друг от друга, которое зависело от мест, где они могли найти ресурсы для жизни. Облака формировали воздушные течения по линиям атмосферного давления и под воздействием температуры и влажности. Люди жили среди множества шаблонов и схем, проявляющихся изо дня в день, из жизни в жизнь, предопределённых социальными представлениями и генетикой.

И этот леденец упал почти на точное место вершины выпуклого многогранника. Всё, что нужно было сделать – это соединить точки, чтобы увидеть прямые линии, проведённые между ними. Их было легко заметить, когда знаешь, что именно искать.

Практически каждый отмахнулся бы от этих деталей, как от случайного мусора, от того, что нужно убрать и выбросить в сторону. Но только не он. Он подчистил всё остальное: отпечатки ног, любые следы своего присутствия. Но он не тронул эти разбросанные леденцы, скрупулёзно обходя их стороной, оставляя на том же месте, куда они упали.

На минутку она засомневалась, но, не в том, что ошибается. Она знала, что должна быть права. Сомнение исходило от страха, панической боязни, что у неё было нечто общее с жестоким убийцей. Серийным преступником, который относился к людским жизням, как к разбросанным конфетам. Как к чему-то одноразовому, которое можно было использовать только лишь для создания своего шаблона.

Страх того, что она может оказаться такой же, как и он. Её мать говорила, то она одержима дьяволом.

Зои знала, что она – не жестокий убийца, несмотря на то, что у неё были трудности в общении с другими людьми, она всё же видела в них людей. Страх исходил изнутри, от суеверий её матери и от необходимости скрывать, кем она была на самом деле.

Но, со страхом или без, она не могла отрицать того, что чётко видела перед собой. Все части встали на свои места, и теперь можно было видеть целостную картину, хоть эти части можно было бы переставить местами, она сомневалась, что они рассказали бы какую-то другую историю.

Теперь Зои знала, кем был их убийца. Он был похож на неё. Он видел вещи такими, какими их видела она. Он посмотрел на эти разбросанные леденцы и увидел знак свыше – знак того, что он был на правильном пути. Он посмотрел на крылья из теста Роршаха, оставленные кровью, пролитой жертвой из раны на шее, и это поощрило его продолжать своё дело.

Он не просто ехал по случайной кривой линии, движимый необходимостью убивать. Он строил схему.

И сейчас, когда она разгадала его сущность, она могла поймать его. Могла остановить.

Единственный вопрос заключался в том, успеет ли она это сделать, прежде чем он заберёт ещё одну жизнь.

***

Зои вернулась на своё рабочее место, осознав, что уже какое-то время, размышляя, смотрит вдаль. Она видела всё под новым углом. Отныне всё изменилось. Его способ мышления был идентичен с её – а Зои знала, что она думает лучше, чем кто-либо другой.

Шелли вернулась в комнату и села, спокойно просматривая файлы, но Зои едва заметила её присутствие. Она была слишком сконцентрирована на сотне мыслей, зудящих в её голове.

Зои схватила со стола и поспешно разложила все документы по каждому из дел по порядку: отчёты коронеров по всем трупам, кроме последнего, и фотографии, которые наилучшим образом показывали всё место преступления. Рассматривая их все вот так вот: один рядом с другим, было видно, как никогда, что между ними есть связь. Зияющие, подобно вторым улыбкам, раны на шеях, одинаковой длины и глубины с точностью до миллиметра, во всех случаях абсолютно одинаковое давление на шею жертвы, с которым убийца совершал удушение.

Руки, совершившие все эти преступления, принадлежали одному и тому же человеку. И эти руки прямо сейчас могут обхватывать руль автомобиля, доставляющего его к месту назначения, где он встретит свою новую жертву. Зои взглянула на карту, висящую на стене, рассматривая кривую линию его маршрута. Она видела города, которые потенциально могли бы располагаться у него на пути. Она сфокусировала своё внимание на определённой области – зоне, где, вероятнее всего, он продолжит свою кривую: сельском городе, в котором всего несколько зданий, промежуточной точке на дороге.

Но сегодня никто там не умрёт. Не в случае, если ей удастся предпринять против этого какие-то действия.

Пришёл помощник шерифа и постучал в дверь их комнаты, не решаясь войти, у него в руках был коричневый бумажный пакет.

– Войдите, – улыбаясь, сказала Шелли. – Это обед?

– Шериф сказал принести вам что-нибудь поесть, – сказал он, снова остановившись, перед тем, как зайти в комнату, будто пересекая запретную линию. – Я не знал, что вы любите, так что взял несколько разных сэндвичей. И также немного выпечки.

– Это очень любезно с Вашей стороны, – улыбнулась Шелли и взяла у него пакет.

– Разве уже обед? – спросила Зои, поднимая взгляд на старомодные часы, висевшие на стене. Время бежало с огромной скоростью. Она могла с помощью пальцев одной руки посчитать количество часов, которое пройдёт до его нового нападения. Следующая жертва будет мертва точно до полуночи, если только Зои не удастся найти его до этого времени.

Зои поблагодарила помощника и наугад взяла бутерброд, не беспокоясь о своём выборе. Ей достался сэндвич с помидорами и жареным сыром, хоть она это едва заметила, за исключением, разве что, толщины хлеба в полтора сантиметра, а также того факта, что там было две трети одного помидора, а масло было неравномерно распределено. Но каким бы ни был этот сэндвич, её мозгу, нуждавшемуся в топливе для дальнейшей работы, он показался вкусным.

Её внимание привлекли файлы, лежащие перед ней; цифры, указанные в них, казались ей сейчас даже более ясными, чем раньше. Она с первого взгляда видела их рост, возраст, ежегодный доход, год окончания университета (или отсутствие подобного момента в их биографии), количество членов их семей, длину волос в миллиметрах. Ни один из этих фактов не свидетельствовал ни о какой взаимосвязи, или приверженности какой-то модели.

Зои пока что не видела этой связи, но это не обязательно означало провал. Это было знаком того, что она движется в правильном направлении. Исключение связи между жертвами означало, что её догадки были верны, и обращать внимание нужно именно на места преступлений. Сейчас она была уверена в этом, как никогда. И дополнительные двадцать минут, уделённые тому, чтобы убедиться в этом, стоили того – доказательством тому была последняя жертва – девушка, которую они опознали как Руби.

Почему убийца так сильно рассердился на девушку, убежавшую от него, что избивал её даже после смерти? В этом не было логики – по крайней мере для тех, кто не понимал ход его мыслей. Если смотреть на произошедшее с точки зрения любого другого человека, можно было бы сказать, что он просто сильно расстроился, потерял контроль, или опустился до того, чтобы получать удовольствие от ударов по мёртвому телу. Но ничто из этого не было подтверждено другими местами преступлений.

Зои поставила себя на его место. Если бы она была убийцей, что было бы способно настолько вывести её из себя? Что, чёрт возьми, заставило бы её так разозлиться; что могло пойти не по её плану?

Если, конечно, что-то пошло не по её плану.

А так и должно было случиться. И только так. Зои была в этом уверена.

Ответ был прост. Он был зол не потому что она сопротивлялась – они все в какой-то степени так делали, даже если их сопротивление заключалось в том, что они просто размахивали руками и пытались вдохнуть воздух. Не просто потому, что на убежала от него, и не от страха того, что она не умрёт – он видел, что она уже мертва, когда нашёл её в лесу.

Нет, он пришёл в ярость, потому что она нарушила его схему. Зои сейчас видела это так же ясно, как яркий солнечный свет, проникающий снаружи сквозь оконные стёкла и отбрасывающий на дальнюю стену светящийся жёлтый квадрат солнечного зайчика, который закрывал их стенд, и делал практически невозможным чтение написанного на нём профиля.

Но Зои больше не нужен был этот профиль. Она знала, на что смотрит сейчас.

Это был мужчина, который жил ради собственных схем, жил для них, и умер бы за них. Или, скорее, был бы ими убит. Схема была для него важнее всего на свете. А это значило, что кривая линия на карте была не просто кривой линией – это было послание.

Послание, которое Зои была намерена расшифровать.

Телефон на стене пронзительно зазвонил, развеивая её мысли. Шелли встала ответить на звонок, не дожидаясь распоряжения напарницы, и это было ещё одной причиной, по которой она начинала очень нравиться Зои.

– В самом деле?

Что-то в тоне голоса Шелли, какая-то острота, заставила Зои поднять глаза и обратить внимание на этот звонок.

– Когда это произошло? …И Вы только сейчас заметили совпадение в системе? Да, правильно. Была бы Вам признательна, если бы Вы отправили всю информацию по факсу как можно скорее. Спасибо.

Она повесила трубку, а затем развернулась к Зои с широко раскрытыми глазами.

– Есть ещё один труп. Это убийство произошло пять дней назад, но сотрудники местного управления полиции только сейчас ввели данные в систему и заметили, что оно совпадает с нашими делами. Похоже, это могло бы быть его первое убийство.

Зои вскочила с места, направляясь к карте, висящей на стене.

– Где?

Сейчас был только один вопрос, ответ на который имел значение. Личность жертвы не играла роли. Способ убийства был очевиден – удушение острой проволокой – иначе они бы не соотнесли этот случай с их расследованием. Причина становилась всё яснее с выявлением каждых новых подробностей их дел.

Раскрыть все тайны мог помочь ответ на вопрос: «Где?».

Шелли подбежала к факсимильному аппарату, выхватывая первый лист бумаги, выходящий из него. Она бегло просмотрела страницу, выкрикивая название города, как только нашла упоминание о нём.

Зои разглядывала карту, уделяя внимание населённым пунктам, расположенным вдоль прямой линии, с некоторой погрешностью до возможной дуги, образующей лёгких изгиб, потому что теперь знала, что такое было возможно. Где находится этот город? Она снова и снова просматривала названия городов, но никак не могла найти его, задаваясь вопросом, где он мог бы быть.

Она отошла назад, показывая на листок бумаги и забирая его из рук Шелли, чтобы посмотреть самой. Название места было правильным. Тогда, почему оно не находилось там, где должно было бы находиться?

Зои подняла глаза и случайно взглянула на другую часть карты, когда пыталась сориентироваться, и тут она наткнулась на название этого города. Вот здесь. Но совершенно в другом месте, чем она того ожидала. Этот населённый пункт находился далеко в стороне, намного выше последней кнопки. Зои поставила на карте новую метку, а затем снова отошла, и посмотрела со стороны.

И, о, какой глупой она почувствовала себя в этот момент: теперь, когда в её распоряжении были все подсказки.

То, что она сначала приняла за прямую линию с небольшими отклонениями по сторонам, а затем за дугу, на самом деле не являлось ни тем, ни другим. Повороты были слишком крутыми, чтобы образовывать кривую линию. На самом деле это была фигура, которую он ещё не закончил.

Но, опять же, это точно не был круг. Если бы координаты мест преступлений были объединены в замкнутый цикл, он был бы слишком сжатым и не имел бы чёткого центра – получилась бы странная бесформенная фигура. Для убийцы схема была превыше всего, и он просто не мог допустить такую ошибку. Нет, это точно не был круг.

Это была спираль – точнее, это станет спиралью, как только он закончит.

Немного сплюснутая, немного растянутая, но именно спираль.

Как так получилось, что она так долго не замечала этого? Руби осталась бы в живых, если бы Зои догадалась, что следующая точка будет на этом шоссе. Они могли бы подключить патрульные машины, собак и вертолёты. Они могли поймать его, несмотря на то, что его спираль была слишком неровной по сравнению с действительно слаженной формой, и она могла бы более точно провести свои вычисления.

Но совпадало ли это с её прежними выводами? Если всё его внимание было сконцентрировано на схеме, позволил бы он допустить, чтобы она была столь несовершенной? Это не давало покоя Зои.

Личности жертв не представляли никакого значения, для него так было изначально. Их убийца просто выбирал для своих целей кого-нибудь наугад, и превращал людей в кнопки на карте. Если сами люди не были для него важны, и убийца так рассердился на свою последнюю жертву за то, что та убежала, тогда…

Зои вытащила кнопку, которая помечала место в лесу, где нашли тело Руби, и передвинула её обратно на начало подъездной дороги. На то место, где убийца напал на девушку.

– Шелли, жертва, о которой нам только что сообщили, была найдена мёртвой в том месте, где произошло нападение? – спросила она с нетерпением в голосе.

Шелли, нахмурившись, пролистала остальные страницы, которые всё ещё продолжал печатать факсимильный аппарат.

– Подожди-ка, дай мне…Хм… Нет, не похоже. Мужчину нашли почти за пределами фермы… стой, мужчину? Это ломает шаблон.

– Нет, не ломает, – нетерпеливо сказала Зои. – Продолжай, так где на него напали?

– В конце территории фермы, – Шелли вышла вперёд, положив палец на карту. – Вот тут, похоже, он бежал вперёд.

Зои немного передвинула красную кнопку. Но, как только она это сделала, спираль стала более ровной, более слаженной, более подходящей тому, чего и ожидала Зои. Получается, что они с самого начала неправильно оценивали важность каждой детали. Места, на которых были найдены трупы, не играли роли. Основное значение представляли собой конкретные и точные координаты, которые убийца выбрал для совершения своих нападений.

Где-то на задворках внимания Зои снова зазвонил телефон. Она проигнорировала звонок, позволяя Шелли самой всё уладить. Сейчас это не было важным. Ей было необходимо сконцентрироваться на схеме.

Убийца не стал ждать, пока сотрудница заправочной станции завернёт за угол, он хотел отвлечь её, дать ложную надежду, или же для него всё это было игрой. Всё должно было произойти именно на том конкретном месте, иначе его спираль не сработала бы.

На самом деле, разглядывая эту фигуру сейчас, Зои с уверенностью могла бы назвать её идеальной. Всё было на своих местах, без единого отклонения. Это была идеальная спираль, какие часто можно было увидеть в природе, спираль Фибоначчи, расстояние между точками которой уменьшается в точных соотношениях, пока не достигнет конечной точки.

Это означало две вещи. Первая из них была обнадёживающей: это значило, что убийствам придёт конец.

Вторая звучала не так оптимистично.

И означала, что будет ещё три убийства до того, как спираль будет завершена.

Глава 16

Зои ждала, пока Шелли закончит разговор, чтобы выяснить все недостающие детали по последнему трупу. У неё в голове лихорадочно крутились мысли, расчёты, всплывали разные детали с предыдущих мест преступлений, которые переплетались и теперь приобретали гораздо больший смысл. Они видела расстояние между ними, которое с каждым разом всё сокращалось, рисуя картину, которую она должна была сразу заметить.

Шелли повесила трубку и пошла обратно к факсимильному аппарату, по-видимому, не подозревая о том озарении, которое снизошло на Зои с тех пор, как она обнаружила эту важную деталь.

– Я поняла, – наконец-то выдохнула Зои, чтобы привлечь внимание своей напарницы, глядя на карту с выражением одновременно изумления и ужаса. – Я знаю, где он нанесёт следующий удар.

– Что? – Шелли подняла голову, оставив свои попытки собрать все листы бумаги, которые наконец-то окончил печатать факсимильный аппарат. – Но я даже ещё не рассказала тебе все детали. А что, если это убийство не его рук дело?

– Его, – сказала Зои.

– Но жертва – мужчина, а это не соответствует нашему профилю. Большинство убийц строго соблюдают приверженность определённому половому или расовому признаку при выборе жертв. Они нацелены всегда на один и тот же типаж.

– Шелли, – развернулась Зои и показала на стулья. – Я знаю, что тебя всему этому учили на стажировке. Тебе рассказывали о статистике и общих правилах, согласно которым действуют убийцы. Но поверь мне, это убийство – его рук дело. Сейчас я вижу его схему. Позволь, я объясню.

Шелли сидела с широко раскрытыми глазами, сложив руки на столе перед собой. Она казалась абсолютно растерянной, и Зои не могла точно сказать, было ли это от того, что Зои наконец-то нашла ответы, которые они так долго искали, или от того, как она с ней говорила.

– Мы имеем дело с шизофреником, – начала Зои, выходя вперёд, как во время презентации. – Мне кажется, я даже точно знаю, какой именно формой этого заболевания от страдает. Она известна как апофения.

Шелли открыла свой блокнот и записала эту информацию.

– Что обозначает эта апофения?

– Человек, страдающий этим расстройством одержим схемами и шаблонами. Когда он находится под влиянием своего приступа, ему кажется, что с ним разговаривают схемы, или что эти шаблоны – знаки, оставленные некой высшей силой. Он видит одновременно несколько вещей и создаёт связь между ними, когда на самом деле никакой связи нет.

– Так, например… – Шелли покусывала кончик своей ручки, хмурясь во время того, как пыталась понять слова своей коллеги. – Если бы я сказала, что не знаю, что дальше делать в своей жизни, а сразу же после этого увидела рекламный щит, на котором было бы написано: «Добро пожаловать в Нэшвилл», я бы подумала, что Бог велит мне ехать в Нэшвилл.

– Хороший пример. Только, в случае с шизофрениками это может зайти гораздо дальше. Они фиксируются на знаках и шаблонах, и становятся по-настоящему одержимыми ими. Они согласуют всю свою жизнь с этими шаблонами. Они могут стать на железнодорожную колею и ждать приближающегося поезда, если им указала на это их схема.

– Или убить кого-то, – сказала Шелли мягким и тихим голосом.

Зои сделала паузу, из вежливости выжидая минуту должного молчания, ведь именно так обычно ведут себя другие люди в подобных ситуациях, а затем кивнула.

– Всё это время мы считали, что он подчищает места преступлений, убирая свои следы, чтобы мы не вычислили его, думали, что это дело рук опытного и образованного убийцы, обладающего достаточным количеством знаний, чтобы помешать нам поймать его. Если я права, то вполне возможно, что это был просто удачный для него побочный эффект соблюдения необходимости сохранить целостность его схемы. Он стирает себя, ведь любые следы, оставленные на месте убийства, могут исказить картину. Это всё.

– Так ты знаешь, в чём именно заключается модель, согласно которой он действует?

– Знаю, – Зои подошла к карте, указывая на красные кнопки. – Смотри. Если проследить за ними, учитывая хронологический порядок совершения убийств, мы сможем ясно увидеть форму спирали. Идеальной спирали, на самом деле, воспроизведённой по шаблону спирали Фибоначчи.

Шелли нахмурила лоб.

– Это… Подожди, дай я вспомню. Что-то, связанное с природой, какие-то соотношения в природе?

– Верно. Это ряд чисел, которые определяют соотношения между многими вещами в природе. Эту спираль можно увидеть на примере раковин улиток, в том, как лепестки растут на цветах, в погодных образованиях, таких как ураганы, например. Да практически, везде. А апофеники могут рассмотреть её даже в листах марихуаны. Идеальное наваждение, потому что эту спираль действительно можно увидеть везде.

– Но это означает, что он должен продолжать убивать, чтобы завершить эту спираль.

Зои поставила три последние кнопки в точные места на карте, которые должны были завершить спираль.

– Ещё три раза. И одно из убийств произойдёт сегодня.

– А это их координаты, – Шелли грызла кончик ручки, а её глаза бегали взад-вперёд между Зои и картой, как будто она пыталась найти какое-то тайное скрытое сообщение о себе самой.

– Нам нужно разослать оповещения и собрать команду, чтобы отследить сегодняшнюю ориентировку.

– Подожди, – сказала Шелли, качая головой. – А ты… уверена в этом? Я имею в виду, ты переставила некоторые кнопки. И у нас нет ни одной реальной зацепки о личности убийцы, не говоря уже о том, есть ли у него какие-то психологические расстройства или нет. Мы собираемся мобилизовать половину штата сотрудников правоохранительных органов в одном месте, основываясь только на том факте, что преступник может выбирать места преступлений, соблюдая модель некой спирали? А что, если он просто ездит вокруг своего дома, выезжая каждый раз на новое место и таким образом всё больше сокращая расстояние, поскольку становится более дерзким?

Зои должна была признать, что, в том, как её версию Шелли описала со стороны, был смысл. Это не было телевизионное шоу, в котором один слишком заносчивый, но при этом гениальный, агент может использовать все ресурсы Бюро, просто чтобы проверить правильность своих догадок. Им нужно было доказательство, вещественная улика, или в отсутствие таковых – по крайней мере, острое ощущение своей правоты. А не только догадки.

Но это не было всего лишь догадками. Просто ей было трудно убедить кого-то в своей правоте, когда не можешь объяснить, как именно пришла к таким выводам.

– И всё же, он не изменит свой маршрут.

Шелли пожала плечами, и её руки опустились как будто под тяжестью нелёгкого груза.

– Извини, Зо. Я знаю, что у тебя больше опыта, чем у меня. Но я просто не понимаю, как ты, исходя из расстановки кнопок на карте, с такой уверенностью сделала вывод, в каком месте он нанесёт следующий удар. Возможно, ты могла бы мне это объяснить? Это бы помогло мне отточить и свои собственные навыки. В следующий раз я могла бы тоже заметить подобную закономерность.

Зои резко покачала головой. В этом не было никакого смысла. Даже если бы она объяснила каждую мельчайшую подробность, которую она заметила на карте, Шелли никогда бы не смогла повторить подобное самостоятельно. Зои не могла научить другого человека навыкам, которые были у неё. Они не были результатом опыта. Это было просто чем-то врождённым – она делала это с тех пор, как научилась думать.

– Я не могу объяснить это более ясно, чем я уже это сделала.

Хмурое выражение исказило лицо Шелли, и Зои приготовилась к худшему. Вот и началось. Неизбежный переломный момент любого партнёрства, в котором она прибывала с момента поступления в ФБР. Шелли рассердится на неё. Она будет спорить и пытаться отговорить Зои следовать намеченному ею пути. А когда Зои окажется права, она обвинит её в своего рода сговоре с убийцей. В том, что Зои каким-то образом вовлечена в это дело, или скрывает улики, которые позволили бы любому другому сотруднику прийти к аналогичным выводам.

Шелли начнёт возмущаться и кричать, звонить начальству и просить о переводе. И таким образом, у Зои снова будет очередной напарник.

Это был провал. Шелли действительно начала ей нравиться. Они ведь хорошо ладили до сих пор, разве нет? Но, независимо от того, насколько хорошо Зои старалась взаимодействовать со своими напарниками, давать им то, что они, казалось, хотели, всегда получалось одно и то же. Она не знала, как успокоить их подозрения и пресечь возмущения. Даже если она откроет всю правду, это не поможет.

С таким же успехом, с этим можно было покончить. Зои взяла линейку и ручку, и начала рисовать прямые линии, проходящие через все красные кнопки на карте. Одну за другой, она соединяла их, чернилами отмечая на карте линии, которые видела у себя в голове. Затем она отложила линейку в сторону и от руки нарисовала спираль, соединяющую между собой уже все эти линии – идеальную модель Фибоначчи, насколько это было возможно изобразить без чертёжных инструментов.

– Видишь теперь? – спросила она, втыкая последние три кнопки в последние оставшиеся места. – Смотри. Я уверена в этом. Ты должна поверить мне.

Зои повернулась и встретилась взглядом с Шелли. Лицо её напарницы выражало не гнев или разочарование, как думала Зои, а, скорее, некое благоговейное замешательство. Было совершенно ясно, что она видела эту схему. Но она до сих пор не понимала, как до этого додумалась Зои, и никогда не сможет понять.

– У нас с тобой была одинаковая информация, так ведь? – мягко спросила Шелли. – Я этого не смогла увидеть в тех фактах, которые мы имели изначально. Сейчас я могу это видеть на карте, но я не пойму, как тебе удалось прийти к таким выводам. Откуда ты знала, что эти кнопки сформируют идеальную фигуру, если их объединить линиями?

– Я не скрываю от тебя никакой информации, – огрызнулась Зои. Ей уже надоело всё происходящее между ними, и она хотела, чтобы это поскорее закончилось. Она просто хотела, чтобы Шелли замолчала и связалась с местными властями, чтобы организовать патрулирование указанных территорий. Они теряли драгоценное время. – Сейчас нам нужно действовать. Не спорь со мной.

Шелли встала, и Зои практически вздрогнула, готовясь к тому, что сейчас обстановка накалится ещё больше. Она не могла проявить слабость, только не сейчас. Она должна была сохранять уверенность, используя своё более высокое звание по службе. Это противоречило всем принципам, которым она старалась придерживаться в обычных ситуациях, но сейчас на кону были человеческие жизни. Зои сжала губы в твёрдую прямую линию, решив не сдавать свои позиции.

Шелли подошла к ней и села на край стола.

– Зо, всё в порядке, – сказала она. – Я не пытаюсь спорить с тобой. Я просто хочу понять.

Зои ничего не ответила. Однако, она почувствовала, как внутри неё дрогнула её решимость. Никто никогда не реагировал подобным образом. Каждый раз, когда она проявляла хоть малейший намёк на свой дар – или своё проклятье, чем бы оно ни было – к ней всегда начинали относиться с подозрением и обвинениями. А не вот так. Никто не выражал свои чувства так открыто и мягко, как это только что сделала Шелли: тихим голосом и со словами поддержки.

– Ты каким-то образом можешь видеть вещи под таким углом, под каким не могу этого делать я, не так ли? – Шелли вздохнула, и дотянулась, чтобы коснуться руки Зои. – Шеф меня предупредил, что у тебя было много напарников. Что они всякое говорили в твой адрес, выдвигали обвинения. Я здесь не для этого. Ты можешь мне рассказать, и я не стану просить о переводе. Мне нравится работать с тобой.

Зои колебалась, глядя вниз на тёплую руку Шелли, касающуюся её собственной руки. Доброжелательный жест. В нём было что-то материнское. Не то, чтобы у Зои был опыт знаний о том, как должна была вести себя мать, но она догадывалась, что примерно таким образом. Так ведут себя матери в старых мыльных операх, протягивающие оливковую ветвь растерянным и разочарованным в жизни подросткам.

Возможно, именно это сравнение заставило её снова чувствовать себя юной и беззащитной. А может быть, Шелли на самом деле звучала искренне, как будто была готова принять Зои такой, какая она есть, без прикрас. Или же, это было просто из-за почти симметричных черт её лица, внушающих доверие ракурсов, которые Зои видела повсюду в образе своей напарницы. Но, чем бы это ни было, что-то заставило Зои открыть рот и начать говорить.

– У меня есть одно психическое расстройство, – начала она. – Оно заключается в том, что я вижу вещи… по-другому.

– Насколько по-другому? Как… апофения? – в устах любого другого человека этот вопрос прозвучал бы как обвинение. Зои подумала бы, что её захотят запереть в психушку, выгнать из Бюро. Но Шелли просто пыталась её понять, ни в чём при этом не обвиняя.

– Не совсем. Те шаблоны и схемы, которые вижу я – реальны. Это даже не целые шаблоны целиком, а их фрагменты. Я вижу мир в числах. Я могу назвать тебе расстояние между кнопками на карте, даже не делая измерений, могу назвать градус углов между ними. Отсюда и берут начало шаблоны.

– А что ещё ты видишь? – спросила Шелли голосом, полным удивления и азарта. Она испытывала позитивные эмоции, Зои была в этом уверена. А не негативные, которые Зои обычно и слышала. Но тем не менее, она была готова к внезапной перемене настроения, даже если бы её улыбка перешла в ярость или обиду. Она приняла решение продолжать в любом случае.

– Всё, – ответила она, обречённо жестикулируя по сторонам. Трудно было объяснить это в полном объёме человеку, который никогда не испытывал подобного. Так же, как сложно было объяснить, что такое цвета человеку, который видит мир только в чёрно-белой палитре. – Я знаю количество миллиметров, которое отделяет твоё лицо от того, чтобы оно было симметричным. Сразу же, как только я вхожу в комнату для совещаний, я подсчитываю количество стульев. Я могу прочитать отпечатки ног и узнать рост, вес и скорость движения подозреваемого. Посмотрев на ножевую рану, я могу сказать размер лезвия ножа. Я вижу цифры и числа во всём.

Шелли на минутку замолчала, переваривая эту информацию. Зои хотелось закрыть глаза. Это был тот самый момент, когда Шелли поняла, в чём дело. И сейчас наступало затишье перед бурей.

– Ого-го, – выдохнула Шелли. – Зо, это потрясающе. Ты обладаешь огромным даром.

Зои моргнула.

– Я имею в виду, что это просто потрясающе. Не удивительно, что у тебя так хорошо получается ловить преступников. С таким прекрасным показателем раскрываемости я поражаюсь, что никто из твоих напарников не остался работать с тобой. Я думала, что все они уходили, потому что ты слишком высокомерная, но чтобы по этой причине… – Шелли покачала головой, и улыбка озарила её лицо. – Благодаря такому дару ты столько сможешь сделать. Спасти так много людей.

Зои нашла стул и села, чтобы перевести дух.

– Ты не злишься на меня?

Шелли чуть не рассмеялась, снова дотронувшись до её руки.

– Нет, Зо. Почему я должна злиться на тебя? – прошло мгновение, и на лице Шелли появилось выражение, которое Зои не могла прочитать. – О, потому что… потому что тебя заставили поверить. Будто ты… не такая, как все? В плохом смысле этого слова?

Опустив голову, Зои принялась рассматривать свои руки.

– Моя мать говорила, что это мой подарок от дьявола.

– Но это не так, – сказала Шелли. – Я точно знаю это. Господи, неудивительно, почему ты недолюбливаешь верующих. Я имею в виду… прости за мой выбор слов.

Зои невольно рассмеялась, хоть и достаточно тихо и неуверенно.

Напряжение, до сих пор царящее в комнате, исчезло, и Шелли сейчас смотрела на карту с пониманием новых деталей.

– Мы должны действовать немедленно, – сказала она. – Ты единственный человек, который может понять ход мыслей убийцы. Как только мы объясним это на брифинге, то это станет понятно всем.

Зои резко подняла голову.

– Только не рассказывай никому, – сказала она. – О моей особенности. Пусть это останется между нами, как между напарниками. Я не хочу, чтобы об этом знал кто-то ещё.

Шелли колебалась какое-то время, но поймала взгляд Зои, и кивнула.

– Пообещай мне, – попросила Зои.

Шелли смочила губы, прежде чем ответить.

– Обещаю. Мне нужно подумать, как представить новые данные так, чтобы не пришлось вдаваться в подробности твоего дара, но я обещаю, что ничего не скажу. Но ты должна мне тоже кое-что пообещать.

– Что же?

– Пообещай мне ничего от меня не скрывать. Если ты что-то видишь, говори, – сказала Шелли. Она покачала головой, хоть на её лице по-прежнему была улыбка. – Я только что вспомнила того парня, которого мы поймали в пустыне пару дней назад. Ты точно знала, куда он направится, а все остальные думали, что ты ошибаешься. Ты же просто видишь все эти вещи, так ведь?

– Вижу так же ясно, как божий день, – глубоко вздохнула Зои. – Хорошо. Я обещаю тебе, что с этого момента буду рассказывать тебе всё, что касается расследования наших дел.

Это уточнение было необходимым. Зои не хотела обещать Шелли рассказывать ей буквально всё. Это уже было бы слишком.

– Пожмём друг другу руки, напарник? – с блеском в глазах Шелли протянула коллеге руку.

Зои её пожала, и соглашение было официально заключено.

– А теперь давай раздобудем пару более подробных карт, и можем начать вычислять точные координаты мест, за которыми следует наблюдать особенно тщательно, – сказала Шелли, поднимаясь и подходя к компьютеру.

***

Спустя около часа Зои закончила последнюю строчку, забирая линейку и осматривая свою работу. Всё получилось точно и ясно, совсем так, как она и представляла себе. Ни одной ошибки. Точность всегда была её сильной стороной. Всё подсчитать было не так уж и тяжело, когда уже видишь прямые линии и углы, а на листке бумаги перед тобой всплывают необходимые расчёты, ещё перед тем, как ты выводишь их чернилами.

– Так, – сказала Шелли, вставая из-за стола. – Они все точно выведены.

Девушки ещё минутку стояли, рассматривая карты трёх штатов Среднего Запада, которые им удалось найти, помечая точные координаты, на которых уже отметился убийца. Эти карты были намного более детальными. Благодаря им можно было установить точное расположение каждого места преступления, а не просто жирную точку, включающую в себя близлежащие здания и дороги.

Зои подняла листы кальки, которые ей удалось найти на столе одного из помощников шерифа, который, по всей видимости, был ярым энтузиастом своего ремесла. Используя кальку, Зои нарисовала идеальную сетку своей неизменной линейкой, пока Шелли распечатывала и склеивала вместе страницы карты. Сейчас она приложила эту сетку поверх общей карты, убедившись, что все точки совпадают с местами убийств.

Она взяла ручку другого цвета и снова нарисовала спираль, соединяя места убийств в хронологическом порядке. На самом деле, ей даже не нужна была эта сетка, чтобы знать, где нужно чертить линию, но она произвела эту манипуляцию для удобства Шелли.

– Вот здесь видно, что наш убийца движется по обратному направлению спирали Фибоначчи, начиная от самой отдалённой точки, и постепенно спускаясь вниз, – сказала Зои, пока чертила линии. – А теперь, смотри. Спираль проходит по сетке предсказуемым образом. Так что мы можем точно рассчитать, где именно она закончится. Она проходит через эти точки: здесь, здесь и здесь.

Зои обрисовала каждую из трёх последних локаций, которые потребуются убийце для завершения своей работы.

– Он изо всех сил старался как можно дольше находиться вне подозрений, – догадалась Шелли, указывая пальцем на места первых убийств. – Учитывая географию преступлений – Канзас, Небраску и Миссури – он отлично знал, что властям понадобится какое-то время, пока они смогут организовать слаженную работу по его поискам. Так и было. Четыре убийства были совершены ещё даже до того, как мы сюда приехали, и одно – уже после. Наверное, он подозревал, что мы быстро его вычислим, как только обнаружим связь между всеми этими преступлениями.

– Несмотря на то, что он достаточно аккуратно действовал, и удалял свои следы с мест преступлений, и на то, что на выбранных им местах не было видеонаблюдения, всё же всегда оставался шанс того, что его могут заметить случайные свидетели, – согласилась Зои. – Кто-нибудь мог заметить его машину на дороге. Набрав обороты в начале своей преступной деятельности, он снабдил себя временем, чтобы сфокусироваться на её идеальном завершении и дать себе шанс исполнить миссию.

– Но теперь зона его действий заметно сузится. И это для нас хорошая новость.

– И сейчас места преступлений можно будет определить ещё точнее. Мы сможем сузить круг поиска.

Шелли прижала кальку, убедившись, что может читать сквозь неё.

– Следующее место преступления – это что-то типа какого-то увеселительного придорожного места… как это обычно называют? Думаю, что-то типа ярмарки. Затем у нас идёт городишко, который мы обвели в кружок – о, нет, тут ему будет намного проще! А потом, похоже, последнее место – это …открытая местность?  Там нет ничего особенного.

Зои следила за открытиями Шелли, размышляя.

– Нам будет достаточно остановить его лишь единожды. Сегодня мы проследим за ярмаркой. Важно не то, где будет найдено тело, а то, где произойдёт фактическое убийство. Нам нужно поймать его с поличным.

– Это будет не так-то просто сделать, – сказала Шелли, играя с подвеской, передвигая её взад-вперёд по своей шее.

– И всё же, нам следует попробовать, – сказала Зои. – Лучше поймать его сегодня, прежде чем он отправится в город. Я позвоню в полицию Канзаса и организую брифинг. Нам нужно мобилизовать силы.

***

Зои в предвкушении рассматривала собравшихся двадцать четыре человека, среди которых были и мужчины, и женщины. Её разум непрестанно работал, тщательно их изучая. По краю губ одного из присутствующих сотрудников правоохранительных органов росли усы шириной в два сантиметра. Самым младшим сотрудником был двадцатиоднолетний юноша, а самому старшему было около сорока пяти. Зои также была наглядно видна социальная иерархия, согласно которой шефу полиции предоставлялось место в самом центре передней части комнаты, а те, кто хотел получить повышение, старались занять места, как можно ближе к нему.

– Мы считаем, что следующим местом нападения убийцы будет «Парк Динозавров» в Канзасе, – сообщила Шелли, стоя перед картой, которую они специально подготовили для этого брифинга. – Я уверена, что его хорошо знают местные сотрудники полиции, но в двух словах – для тех, кто не в курсе – это постоянный придорожный аттракцион, в котором около двадцати гигантских фигур динозавров. На территории также много ярмарочных игр, продуктовых лавок, стендов с сувенирами и прочего.

– Плохая новость заключается в том, – вмешалась Зои, – что сегодня там будет проходить особое торжество по случаю семейного вечера. Ярмарка будет проводить ряд специальных мероприятий, а также там будет скидка на входной билет для групп посетителей, состоящих из трёх и более человек. Это значит, что там будет присутствовать очень большое количество людей, что значительно усложнит нашу работу.

– Почему бы нам не закрыть эту ярмарку? – спросил один из местных полицейских, поднимая руку.

– Мы не хотим спугнуть его, – ответила Зои. – Нужно помнить, что он намерен совершить преступление не только в сегодняшней локации, но в будущем также и в других местах, судя по его послужному списку на данный момент. Если нам удастся помешать ему совершить убийство сегодня вечером, мы спасём одну жизнь. Но если мы поймаем его, то навсегда прекратим его серию убийств.

Шелли вмешалась в разговор.

– У нас есть ещё немного информации, которая поможет облегчить поиски нашего преступника. Мы будем концентрироваться на парковке, поскольку знаем, какой тип машины мы ищем. Это зелёный седан старой модели, вероятно, с номерами другого штата. Но чтобы убедиться наверняка, мы будем выслеживать все седаны, соответствующие описанию и наблюдать за их водителями. Мы ищем подозреваемого мужского пола, который, скорее всего, передвигается в одиночестве.

– А что, если он уже сменил машину? – на этот раз спросил другой присутствующий мужчина.

– У нас нет оснований полагать, что он в курсе того, что мы опознали его автомобиль, – сказала Шелли. – Кроме того, это наша единственная зацепка. Мы не можем назвать каких-либо других его характеристик, включая даже цвет кожи. У нас нет живых свидетелей. Мы должны сосредоточить усилия на автомобиле, поскольку, кроме него у нас ничего нет.

– Каким образом вы планируете задействовать нас? – спросил шеф полиции.

– Нам нужно будет избежать подозрений, – сказала Зои, отодвигая карту, чтобы показать схему аттракциона и его парковки. – Этот мужчина – серийный убийца, а это значит, что он убьёт снова, если нам не удастся сегодня его остановить. Мы не можем рисковать настолько, чтобы спугнуть его. Если ему удастся сбежать, то не будет никакой гарантии того, что мы поймаем его снова. Я, специальный агент Роуз и ещё восемь полицейских в штатском возьмём на себя парковку. Десять из вас должны будут пройти внутрь ярмарки и смешаться с толпой, выслеживая любое подозрительное поведение посетителей. Остальные будут ждать дальше по дороге в машинах без полицейских маркировок вот в этих местах – тут и тут. Вашей задачей будет сформировать оцепление, если ему удастся покинуть парковку.

– Есть какие-то вопросы? – Шелли осмотрела собравшихся сотрудников полиции, перемещая взгляд от одного лица, к другому.

В конце ряда стульев вверх поднялась одна рука.

– В прошлом году я бывал в этом «Парке Динозавров». Он открыт весь день. Откуда нам знать, что его ещё там нет?

Зои посмотрела на Шелли, которая как раз оглянулась.

– Нам лучше начать выдвигаться прямо сейчас, – сказала Зои, схватив свой пиджак в дальней части зала совещаний. – Шеф, пожалуйста, свяжитесь с сотрудниками ярмарки, пока мы едем. Пусть уже сейчас начинают поиски. Как только мы приедем, нам нужно будет сразу же прочесать стоянку. Он уже может быть на месте – уже даже может выбрать свою жертву. Так что, двигаемся быстро, и прямо сейчас.

Глава 17

Зои ощущала холодный воздух кожей рук и лица, хоть на самом деле он и был не настолько холодным, чтобы разогнать толпу посетителей. Судя по переполненной парковке, среди местных жителей сегодняшнее мероприятие пользовалось большой популярностью.

Над рядами машин, которые были беспорядочно припаркованы на специально размеченных местах, простирался забор, опоясывающий всю территорию аттракциона. Администрация никого не пропускала без билета, а касса была всего одна. И каждый пришедший сюда мужчина, женщина и ребёнок должен был пройти мимо неё. Это, по крайней мере, облегчит им наблюдение за потоком людей, проходящих через парковку.

Когда Зои запрокинула голову, она увидела фигуры динозавров. Это были неказистые, но внушительные конструкции, постоянно открывающие рты, обнажая острые зубы. Тираннозавр Рекс был примерно на пятнадцать сантиметров выше Велоцираптора, что было явно смешно, поскольку в реальной жизни тираннозавр должен был быть как минимум в три с половиной раза больше.

– Нужно разбиться на пары, – сказала Зои, кивая на сотрудников полиции, стоящих вокруг неё. – Мы не станем рисковать, и привлекать к себе внимание. Вы двое, станьте у входа, как будто ждёте друзей. Сразу же сообщите по рации, если увидите, что на парковку подъехал зелёный седан. Все остальные, делайте вид, что прогуливаетесь, и проверяйте номера машин в доверенных вам секторах. Будьте осторожны.

После её финальных слов полицейские вместе с Шелли начали расходиться по местности. Они разделили большую территорию парковки на отдельные сегменты, и каждая группа проверяла номера припаркованных машин в доверенном ей секторе. Охрана на ярмарке была довольно слабой – парковка была бесплатной, так что организаторы не заморачивались с тем, чтобы выделить туда отдельных представителей службы безопасности. Таким образом, помощи от местной охраны ждать не приходилось, если только не выяснится, что их убийца уже находится на территории самого аттракциона, пройдя забор и кассу.

Полицейский, который достался в пару Зои, начал обход местности. Это был парень, ростом 193 сантиметра, который представился Максом и настаивал на том, чтобы называть её «мэм».

– Готовы к прогулке? – спросил он её.

Зои ответила быстрым кивком головы, и направилась вслед за ним. Рядом с этим парнем она чувствовала себя маленькой, и специально подошла совсем близко, чтобы они выглядели влюблённой парой. Просто парой, идущей мимо рядов припаркованных автомобилей обратно к своей машине, или, чтобы встретиться с друзьями, или выполняющая любое другое действие, которое не вызывает подозрений.

Но, если у Макса и был пугающий вид в виду его роста, то он и в подмётки не годился фигурам динозавров, представленных на аттракционе. Даже отсюда было видно, как они возвышаются на много метров над забором. Местами пыльные и потрескавшиеся на солнце, они были окрашены в яркие цвета: красные, оранжевые и зелёные. Как будто камуфляж для гигантских зверей, которым некуда спрятаться.

У подножья этих фигур киоски были полны людей. Большая часть толпы состояла из детей, которые с волнением смотрели на динозавров, и размахивали своими собственными игрушечными динозаврами, которые проигрывали сравнение этим гигантам. Зои заметила, что они собирались в основном в группы по десять или двадцать человек, общее число доходило до пятисот – и это были только те, которых Зои могла видеть со своей точки обзора.

Парковка, территория которой даже на карте казалась чрезмерно большой, очевидно, использовалась в полной мере во время проведения подобных особых мероприятий. Было несколько свободных мест, но не так много. На вскидку, Зои показалось, что процентов двадцать.

Зои наблюдала за всем происходящим вокруг по обе стороны от себя, и неизменные её спутники – цифры и числа – всплывали перед её глазами, куда бы она ни посмотрела. Она видела номера разных штатов, но ни один из них не принадлежал зелёному седану. На стоянке было так много машин, что поставленная перед ними задача начинала казаться гораздо сложнее, чем они ожидали.

Зои отвлекалась, она была озадачена, чувствовала себя на грани. Каждый мускул её тела был напряжён, каждая клеточка настраивалась на поиски убийцы. Он приедет, Зои была в этом уверена. Знание этого факта заставляло цифры в её голове работать на максимальной скорости, рассказывая ей даже те вещи, которые ей были ни к чему. Она замечала, что выхлопная труба одной из машин была длиннее нормы на два с половиной сантиметра. Диаметр шин на старом пикапе на 1/16 дюйма расходился с необходимыми нормами. В рыхлой грязи были видны тяжёлые следы на месте, где около десяти минут назад стоял человек, весом не менее девяноста килограммов, а брошенный окурок объяснял причину нахождения здесь этого человека.

– Закончил, – сказал Макс, останавливаясь.

Зои подняла глаза и поняла, что вот-вот перейдёт ту психологическую черту, которую провела для себя, разделяя парковку на сегменты. Они просмотрели всё, и это не принесло должных результатов.

Зои развернулась и обвела взглядом всю территорию парковки. Она распределила команды таким образом, что все они двигались с противоположных сторон своих участков к середине, и теперь стояли примерно на одном и том же расстоянии каждый в своём сегменте. Все они стояли на месте, никто не потянулся за рацией, чтобы сообщить коллегам о своей удачной находке.

Убийцы ещё не было на месте.

– Переходите на новые позиции, – распорядилась Зои, передавая сообщение по рации, спрятанной в рукаве её джинсовой куртки таким образом, чтобы она незаметно могла поднести её ко рту. – Ждите сигнала от команды, занимающей пост на входе.

Зои ждала и наблюдала, делая вид, что оборачивается к входу в аттракцион, пока Шелли и другие полицейские пошли дальше. Все их позиции были определены заранее – некоторые находились за воротами, а некоторые – на территории парковки.

– Я не могу просто стоять и ждать, – сказала Зои, наклоняя голову к Максу. – Давай пройдёмся. Мы можем ещё раз медленно обойти наш сектор. Затем вернёмся обратно.

Останавливаясь то тут, то там, чтобы их обыск не выглядел настолько очевидным, Зои с Максом шли вверх и вниз вдоль рядов машин, будучи при этом всё время начеку. Уже спустились сумерки, и машины подъезжали с включенными фарами. Всё сложнее становилось рассмотреть детали и увидеть номера машин, и вообще становилось всё сложнее осуществлять любое действие.

Зои расписалась в своём бессилии, когда они своим медленным шагом, прогуливаясь между рядами, дошли до выезда на дорогу и остановились недалеко от этого места, опираясь на забор, чтобы наблюдать за проезжающими машинами. Каждый раз, когда они видели машину, похожую на ту, что они искали, её сердечный ритм бешено ускорялся, пока глаза искали совпадения. Ширина шин, длина автомобиля, вероятный возраст водителя, рост, все эти показатели нужно было проверить. Но каждый раз машина проезжала мимо въезда на аттракцион, либо за рулём была женщина, а на заднем сидении сидели дети, так что это не могло быть тем, что они искали.

Прошло уже несколько часов. Это было какое-то странное чувство –  так долго просто стоять и в тишине наблюдать за дорогой на протяжении такого долгого времени, игнорируя при этом шумное веселье посетителей аттракциона, находящихся совсем рядом. Дети кричали и смеялись, ярмарочные игры сопровождались весёлыми музыкальными мелодиями, чтобы привлечь посетителей, толпы людей либо возвращались к машинам, либо только приезжали посетить мероприятие, и все они очень громко разговаривали. Посетители с детьми помладше начали собираться домой, учитывая позднее время. Потом стали уезжать родители с детьми постарше, и чем ближе подходило время закрытия ярмарки, тем меньше людей оставалось.

Зои наблюдала за тем, как пустеет парковка, сужая круг их поиска. Они до сих пор не нашли нужной машины. Если бы он приехал сейчас, найти его не составило бы труда. Зои чувствовала, что он приближается. Он должен был приближаться.

Она посмотрела на часы и увидела, что было уже начало двенадцатого. В такое время новые машины не должны уже заезжать. Но где же он был?

Ответ должен был быть где-то рядом. Он никак не мог упустить такой шанс. Схема требовала, чтобы убийство произошло именно в этом месте, а он сделает всё, что потребуется для соблюдения ритуала. Зои это знала – чуяла всем своим нутром. Его остановить может только собственная смерть.

Так где же он?

Щекочущее чувство побежало вверх и вниз по её рукам. С дальнего конца парковки отъехала машина, оставляя что-то позади себя.

– Что это там? – спросила она, наклоняя голову в ту сторону, а не указывая напрямую.

Макс, прищурившись, посмотрел, пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте.

– Похоже, некоторые ограждения были сбиты. Кто-то врезался в забор, и припарковался на траве.

Зои устремилась вперёд, не дожидаясь, пока Макс пойдёт за ней.

– Кто-нибудь проверял это место раньше?

– Я… я не уверен, – заикался Макс, стараясь не отставать. Кто-нибудь должен был это заметить, так ведь? Это же происходило в их секторе.

– Спроси, – сказала Зои, вручая ему рацию. – Возле машине кто-то есть. Выясни и затем сразу же сообщи мне.

По протоколу она должна была взять его с собой. Но Зои никогда не соглашалась с тем математическим правилом, что две головы лучше, чем одна. Она лучше работала наедине. Без чьих-то ошибочных предположений и расчётов. Она лучше работала, когда ей не приходилось видеть углы и траектории движения коллеги и задаваться вопросом, не находился ли её напарник в опасности. Контролировать свою собственную безопасность было куда проще.

Голос Макса, задающего вопросы остальным членам команды на предмет того, не останавливались ли они у забора, понемногу затих на расстоянии позади Зои, пока она осторожно и быстро двигалась вперёд. Она держала голову в одном направлении, будто искала свою машину, но её глаза были сфокусированы на автомобиле. Это точно был седан. Но какого цвета?

Зои наблюдала за мужчиной, который поднял капот под углом в семьдесят градусов, чтобы заглянуть внутрь. Угол взгляда и напряжённая прямая линия его плеч говорили ей, что у него проблемы с машиной. Или, по крайней мере, он пытается сделать такой вид. Её разум быстро провёл аналогию с Тедом Банди. Существует огромное количество способов, с помощью которых мужчина может одурачить свою жертву и подобраться к ней настолько близко, чтобы накинуть проволоку на шею – и притвориться беспомощным, чтобы попросить содействия, конечно же было одной из лучших возможностей для этого.

Зои замедлила шаг, помня о своей собственной безопасности. Не было никакого толку в том, чтобы чрезмерно поспешить и самой стать жертвой. Мысленным взором она наметила область, в рамках которой может напасть убийца. Не припарковался ли он именно в этих пределах? Она предполагала, что это произойдёт на территории самого аттракциона, а не здесь. И всё же, он выбрал именно это место, если это, конечно, был он.

Мужчина был высоким и худощавым. Чуть больше 180 сантиметров в росте, с комплекцией и весом, совпадающим с данными, предоставленными всеми уликами, найденными на местах преступлений. Пока Зои подходила всё ближе, она рассчитала всё с помощью возникающих перед глазами чисел. Модель машины была нужного года выпуска, нужной формы и марки. Шины соответствовали оставленным следам, расстояние между колёсами и ширина покрышек тоже сходились.

И, как только она приблизилась настолько, чтобы иметь возможность рассмотреть машину чётче, она убедилась, что всё сходится: машина была зелёной. Зелёный седан старой модели с номерами другого штата, за рулём которого был высокий, худой мужчина.

Вот оно.

Зои оглянулась назад в поисках Макса, который всё ещё общался по рации, но шаг за шагом двигался в её направлении. Без сомнения, он отдавал распоряжения остальным, чтобы они тоже подтягивались к этому месту. Подкрепление было всего в нескольких минутах от неё.

Теперь Зои была уже достаточно близко. Настолько близко, чтобы назвать цвет его рубашки, и узнать, что его волосы были длиной в пять сантиметров, по крайней мере, за спиной. Подходить ближе нельзя. Ещё немного, и он будет иметь возможность развернуться и напасть на неё, обвить проволоку вокруг шеи и натянуть.

Зои остановилась и достала пистолет из кобуры. В какой-то момент, единственный звук, который она слышала позади себя – был шум затихающего ярмарочного балагана, вокруг была тишина, а впереди был только мужчина, склонившийся над своей машиной, разбираясь с двигателем. Он совершенно не знал, что она была там.

Но это продлится недолго.

– Повернитесь и поднимите руки вверх, – прокричала Зои, поднимая пистолет и занимая правильную позицию, чтобы прицелиться. – Медленно.

Мужчина застыл на месте. Его руки всё ещё были под капотом машины. Он что, думает, что она обращается к кому-то другому?

– ФБР! Повернитесь и поднимите руки в верх!

На этот раз, послание, похоже, достигло адресата. Он медленно и неуклюже двинулся, совсем немного поднимая руки, и разворачиваясь. Его правая рука что-то сжимала, что-то, что блестело на свету, исходящем со стороны ярмарки, когда он повернулся, держа этот предмет на уровне груди. Не достаточно высоко. Не достаточно безопасно. Что же это было, что так блестело, подобно металлу? Этот тонкий предмет, зажатый в его руках –  мог ли он быть проволокой?

– Бросьте то, что у Вас в руках! – прокричала Зои, её сердце бешено колотись в груди, и каждый его удар гулким эхом отражался в её ушах. У неё дрожали руки, ей хотелось успокоиться и вернуть самообладание. Сейчас не было времени нервничать.

Мужчина вздрогнул от её голоса, но, когда развернулся, тот предмет всё ещё был у него у руках. Свет падал так, что тень от капота закрывала его лицо. Зои не могла разглядеть его выражение, его глаза.

– Брось это! – снова закричала она достаточно громко, чтобы в её приказах не осталось сомнений.

Казалось, мужчина какую-то долю секунды обдумывал её слова. Его рука начала движение, как будто он собирался бросить зажатый в ней предмет на землю.

Или собирался бросить этот предмет в неё, затем самому резко броситься вперёд и атаковать. Зои чётче зафиксировала палец на курке, готовясь спустить его в случае необходимости. Всё замедлилось, успокоилось, тысячелетия пролетели на одном дыхании, когда она отреагировала на внезапное изменение им позы. Его мышцы сжались, напряглись, дёрнулись, и он устремился прочь от неё, а не к ней.

Долю секунды облегчения сменила тревога, когда Зои поняла, что он убегает – совершает побег.

Нельзя позволить ему этого сделать.

Она нажала на курок, полагаясь на свою цель и надеясь, что правильно угадала траекторию его движения. Затем последовала вспышка света, звук выстрела, и отдача, которая оттолкнула её немного назад, хоть она и привыкла к такому. Зои снова навела на мужчину прицел, совсем, как на тренировке на стрельбище, когда после выстрела нужно сразу же восстановить прицел, прежде чем отвлекаться на что-то ещё.

Он лежал на земле и кричал, хватаясь за ногу. Она попала в цель.

Позади себя Зои слышала звук приближающихся шагов. Она осторожно подошла к своей цели, всё ещё держа мужчину на прицеле, следя за тем, чтобы всё время сохранять нужный угол и траекторию, даже при приближении.

– Вы арестованы по подозрению в убийстве, – сказала Зои, зачитывая ему права, пока ждала, чтобы Шелли подошла к нему и надела наручники. Он больше не пытался подвигаться или убежать, только корчился от боли и старался держать руки на ране.

Когда Шелли закончила с наручниками, Зои посмотрела на землю и увидела предмет, который мужчина держал в руках, и который отражал свет, привлекая её внимание.

Это был масляный щуп из его машины.

Нет.

Зои сразу же обернулась, изменив угол наклона своего пистолета, направляя его на землю, пока сама растерянно смотрела по сторонам. Она замечала толпы, которые быстро собирались вокруг, держась на расстоянии от источника стрельбы, но в то же время, желая понять, что это было. Повсюду были любопытные лица членов семей и влюблённых парочек, подростков, их друзей, бабушек и дедушек. Всё внимание было приковано к их углу на парковке.

Их прикрытие было рассекречено. Если Зои задержала не того парня, теперь они уже не смогут поймать того, кого надо. Он бы уже скрылся с этого места.

Арест был произведён, и это было всё, что они могли сделать здесь и сейчас. Зои вернула своё внимание на подозреваемого, пока Шелли помогала ему сесть на заднее сидение патрульной машины, которая подъехала к этому месту на звук выстрела. Они взяли его под стражу. Ей оставалось только молиться, что она не ошиблась, и этот мужчина был не настолько безобидным, насколько казался.

Глава 18

Он сидел в своей машине, поджидая удобную возможность.

Аттракцион «Парк Динозавров» в Канзасе был переполнен посетителями, людей было так много, что он даже не мог рассчитывать на такое количество. Тут сегодня проходило какое-то особенное мероприятие, благодаря которому все они здесь собрались. По сути, это была всего лишь ещё одна схема, которая облегчала ему путь, расчищая дорогу.

И всё же, ему нужно быть осторожным. Уже стемнело, прошло несколько часов, пока он сидел за водительским креслом, время от времени разминая спину, чтобы она не затекла. Когда на ярмарке собралось больше всего народу, было слишком рискованно пытаться совершить нападение. Тогда его могут заметить.

Кроме того, огни ярмарки светили очень ярко, и даже сюда, где стояла его машина, попадал свет от них. А ему лучше охотиться в темноте, найти кого-то, кого не будет видно, если только не приблизиться совсем близко.

В дальнем конце парковки было одно место, там был сломан забор, возможно, его протаранил чрезмерно весёлый посетитель, который перепутал передачи. В том месте люди начали ездить прямо по траве, чтобы было дополнительное пространство для того, чтобы втиснуться. Именно здесь он и занял свой пост. Место было достаточно удалённое, находилось в тени, и могло предоставить ему все необходимые условия.

И тем не менее, ждать пришлось долго. Поток машин, заезжающих на стоянку становился всё меньше, а затем началось движение в обратную сторону, когда посетители стали разъезжаться по домам со своими семьями. Теперь он начал нервничать. Баланс должен быть соблюдён. Если на парковке останется слишком мало машин, его будет видно, и, следовательно, его могут поймать. Ему нужно было действовать таким образом, чтобы его никто не заметил.

Какой-то мужчина сел в свою машину – зелёный седан, припаркованный у забора прямо в нужном ему месте. Он несколько раз пытался завести мотор, издавая лишь громкий резкий звук, врывающийся в отдалённый гул ярмарки.

В это время наблюдавший за ним человек ёрзал на своём месте, пытаясь занять более удобную позицию для осмотра, затем мужчина вышел из своего зелёного седана и поднял капот. Эту ситуацию можно было бы использовать. Он был настолько отвлечён, что не заметил бы, если к нему приблизиться. И даже, если бы и заметил, то у наблюдавшего за ним человека была возможность использовать ситуацию в свою пользу: сыграть роль доброго самаритянина и помочь мужчине с машиной.

Рука наблюдателя задержалась на ручке дверцы машины, он был готов незаметно выбраться и совершить своё нападение, когда ему на глаза попалась какая-то девушка.

Наблюдатель сразу же одёрнул руку. Теперь, когда рядом был ещё кто-то, у него не было возможности приблизиться к мужчине, стоящему около той машины. Если повезёт, эта девушка отыщет свой автомобиль и уедет отсюда восвояси до того, пока мотор не заведётся. И тогда он снова будет готов к решительным действиям.

Если подумать, то девушка лучше бы подошла для его целей. Она была ниже ростом и стройнее, в то время, как тот мужчина был высоким. Ей на шею было бы легче накинуть проволоку. Она замедлила темп движения, и остановилась всего в нескольких шагах от того мужчины. Это могло быть интересным. Возможно, есть какой-то способ, благодаря которому он мог был заманить её глубже в ряды машин, к самому краю парковки, подальше от этого мужчины, который мог теперь стать свидетелем?

Но стой… что это там у неё в руке?

– Развернитесь и поднимите руки вверх. Медленно.

Наблюдатель замер на месте, его глаза расширились. Пистолет. У неё в руке был пистолет.

– ФБР! Развернитесь и поднимите руки вверх!

Нет! Правоохранительные органы… здесь?

С всё нарастающей паникой наблюдатель увидел, как она приказала мужчине выбросить предмет, который он держал в руках, потом девушка произнесла это ещё раз. Огромное количество мыслей роилось в его голове. Только сейчас он присмотрелся и заметил, что тот мужчина был за рулём похожей машины, только его машина была зелёной, а не красной, но по всем другим признакам она точно совпадала с его автомобилем. Было ли возможным, что они его вычислили?

Может быть, они уже на него вышли?

Громко и поразительно близко раздался выстрел, и мужчина упал на землю, исчезая из поля зрения наблюдателя. Она его убила? Вот так вот просто застрелила его прямо на месте?

Наблюдатель теперь думал только об одном – о том, чтобы убраться отсюда как можно раньше. Ведь это мог бы быть он, и лежать сейчас на земле, истекая кровью. В агонии. И схема так бы и не была доведена до совершенства, если бы его застрелила сотрудница ФБР.

Нет, ему нужно выбираться отсюда… и делать это прямо сейчас. Сбежались другие люди, одетые в обычную одежду, но с рациями и пистолетами в руках… должно быть, это были полицейские. Может быть, целый спецотряд ФБР. Ему пришла в голову горделивая мысль о том, что за ним тоже отправят так много людей, только им придётся подождать ещё немного. А прямо сейчас, ему просто нужно было убраться отсюда, пока они не поняли, что подстрелили не того.

Он включил зажигание, двигатель заработал, и машина стремительно тронулась с места. Он выругался, потому что ему пришлось пропустить женщину с маленьким ребёнком, которые направлялись к источнику выстрела и таращили глаза, широко разинув рты. Это был не самый подходящий момент для того, чтобы вставать у него на пути. Он бы сбил их обоих, если бы вокруг не было столько полицейских с оружием в руках, некоторые из которых даже смотрели в его сторону, когда он проезжал мимо них, удаляясь с парковки.

Холодная струйка пота пробежала по его спине, когда он снова и снова смотрел в зеркало заднего вида, наблюдая за тем, как машины без каких-либо маркировок съезжались к месту происшествия, пытаясь сделать вид, что едут совсем к другим местам. Ещё больше сотрудников под прикрытием. Он миновал группу автомобилей, припаркованных на обочине шоссе, водители которых стояли и разговаривали друг с другом. По всей видимости, это был своего рода контрольно-пропускной пункт, ждущий своего часа.

Он так крепко вцепился пальцами в руль, что ему стало больно, и он приложил сознательные усилия, чтобы ослабить хватку. Он отпустил педаль газа. Сейчас не самое подходящее время для того, чтобы его остановили патрульные за превышение скорости.

К тому же, он не мог уехать слишком далеко. Схема по-прежнему требовала его действий. Если он уедет, и не вернётся, она будет нарушена. Он не может допустить такого.

Ему всё ещё предстояло совершить сегодняшнее убийство.

Глава 19

Зои ходила взад-вперёд по коридору, готовая начать. Она была готова уже больше часа, и ждала, пока доктор разрешит им приступить к допросу их подозреваемого.

– Садись, Зо, – предложила ей Шелли, похлопывая по пустому пластиковому стулу рядом с собой. – Скорее всего, нам предстоит долгая ночь.

Зои уже собиралась сдаться и сесть, когда открылась дверь комнаты, в которой оказывали помощь их подозреваемому.

– А сейчас вы можете поговорить с ним, – сказал доктор, сделав паузу и подняв палец вверх. – Но слишком на него не наседайте. Если с его пульсом что-то будет не так, мне придётся попросить вас уйти.

– Мы поняли, – сказала Зои, с нетерпением ожидая момента, когда они войдут внутрь. Она всё это уже слышала раньше. Это было простое ранение в ногу, не похоже, чтобы парень серьёзно пострадал, или его здоровью грозила опасность. Доктор просто перестраховывался.

А это означало, что она без лишних угрызений совести приложит все свои усилия, чтобы получить признание.

– Будем действовать согласно плану? – спросила Шелли. Они разрабатывали стратегию допроса, пока ждали разрешения доктора войти.

Зои ответила быстрым кивком головы, и позволила Шелли пойти впереди неё, чтобы она первой привлекла внимание подозреваемого.

– Здравствуйте, мистер Брэдшоу, – сказала Шелли обычным для себя мягким тоном. – Как Ваша нога? Вам дали достаточно обезболивающего?

– Вы спрашиваете, как моя нога – так вот – в ней дырка, – огрызнулся Брэдшоу, явно не поддавшись дружелюбной манере поведения Шелли. Зои ещё не могла рассмотреть его должным образом, потому что всё ещё ждала по другую сторону полуоткрытой двери. – Это просто смешно. Я не сделал ничего плохого.

– Что ж, надеюсь, нам удастся сейчас во всём разобраться, и Вы сможете спокойно поправляться, – сказала ему Шелли, подвигая стул ближе к кровати, чтобы сесть рядом. – Давайте начнём сначала, мистер Брэдшоу. Что Вы делали на парковке ярмарки аттракциона «Парк Динозавров» в Канзасе?

– Это ведь ярмарка. Как Вы думаете, для чего я туда приехал? – огрызнулся Брэдшоу.

Зои услышала достаточно. Мягкий подход Шелли не давал никакого прогресса, и им нужно было изменить тактику поведения. Чувство страха, которое может вызвать у него присутствие стрелявшего в него человека, может сделать его более разговорчивым. Она толкнула дверь и вошла, подойдя к его кровати.

Зои смотрела на него оценивающим взглядом, опираясь на металлический лоток, на котором лежала его медицинская карта, упёршись локтями о неудобные края и делая вид, что они ей никак не мешают. Его рост, вес и другие параметры бросились ей в глаза во время её осмотра. Рост подозреваемого составлял 180 сантиметров, он был худощавого телосложения, у него были сильные руки, и он был в состоянии крепко сжимать проволоку вокруг шеи жертвы.

Все признаки указывали на его совпадение с человеком, которого они искали, но у неё всё ещё было плохое предчувствие относительно этого мужчины. Оно появилось потому, что он повёл себя совсем не так, как она ожидала. Он действовал неуверенно и неуклюже, стоял, почти не прячась. Она знала, насколько осторожным был их убийца, как скрупулёзно он избавлялся от всех улик, выдающих его, насколько это было возможным. Как он собирался уничтожить улики, нападая на свою жертву практически у всех на виду? Он припарковался на траве, там же были следы его ног и чёткие отпечатки колёс машины. В этом не было смысла.

Его реакцией на появление Зои было то, что он широко раскрыл глаза и вытянулся всем телом, пытаясь физически отстраниться от неё.

– А что она здесь делает? – спросил он.

– Это моя напарница – специальный агент Прайм, – сказала Шелли. – Она будет присутствовать, пока я буду задавать Вам вопросы. Как я уже сказала, мистер Брэдшоу, давайте побыстрее всё выясним, чтобы мы все могли двигаться дальше, договорились?

– Двигаться дальше? – Брэдшоу всё ещё смотрел на Зои, хоть и повернул голову к Шелли. – И как же, по-вашему, я должен двигаться дальше? У меня в ноге застряла пуля.

– Нет, её нет в Вашей ноге, – спокойно сказала ему Зои.

– Что?

– Доктор удалил её из Вашей ноги.

Брэдшоу уставился на неё, не произнося ни слова. Было похоже, что он вот-вот взорвётся, смесь страха и праведного гнева кипела внутри этого мужчины, и ему просто некуда больше было выплеснуть её.

– Мистер Брэдшоу, – снова начала Шелли, а затем слегка замешкалась. – Могу ли я называть Вас Иваном? Вы можете называть меня Шелли.

Повисла недолгая пауза, прежде, чем Брэдшоу отвёл взгляд от Зои и пробормотал: «Хорошо».

– Давайте сразу перейдём к делу, хорошо? Когда Вас попросили развернуться и бросить на землю предмет, который был у Вас в руках, почему Вы начали убегать?  – спросила Шелли мягким и тихим тоном. Её вопрос звучал так, будто ей и вправду было любопытно узнать на него ответ. Зои знала, что если бы она задала этот вопрос, то из её уст он прозвучал бы обвинительно, и ей было интересно, как Шелли удавалось так вести разговор.

– Да потому что кто-то наставил на меня пушку, – ответил Брэдшоу, и с первыми же словами резко перевёл взгляд на Зои. – Что я должен был сделать?

– Была ли какая-то другая причина, по которой Вы пытались предпринять попытку к бегству? Может быть Вы считали, что у Вас могут быть проблемы из-за чего-то? Послушайте, Иван, мы расследуем убийство, так что, если Вы пытались убежать по какой-то другой причине, просто скажите нам. Мы не будем надоедать Вам.

– Я ничего не сделал. Я просто невинно стоял возле своей машины. Эта…эта сумасшедшая женщина выстрелила в меня совершенно без повода!

Зои едва сдерживалась, чтобы не зарычать. Они никак не продвигались. Она уже в достаточной мере доверяла Шелли, чтобы знать, что та, в конце концов, доберётся до него. Они могли провести здесь ещё несколько часов, просто разговаривая, прежде, чем её напарнице удастся расколоть его и пробиться сквозь панцирь ярости и страха.

Но у них не было столько времени. Или, по крайней мере, у Зои его не было. Ей нужно было всё выяснить прямо сейчас. Ей нужно было знать, что они взяли нужного человека. Потому что, если они ошиблись, то серийный убийца всё ещё был на свободе, и ему нужно было завершить своё дело в сжатые сроки.

Перед нею возникла картинка лежащего на траве масляного щупа. Машина этого мужчины действительно нуждалась в ремонте, и в руках он держал не какой-то вид смертельного оружия, а обыкновенный щуп. Что-то не складывалось. Их убийца не позволил бы проблемам с машиной встать у него на пути. Их преступник был дотошным, расчётливым, точным в своих действиях.

Мало того, в его машине не было ничего, за что они могли бы зацепиться. Ни единого следа любого вида смертельного оружия, даже ничего, что можно было бы использовать в качестве тупого предмета нанесения травм. В ней было полно пустых пластиковых бутылок и пищевых обёрток под ногами задних сидений, а на пассажирском кресле можно было легко обнаружить длинные светлые волосы. Если и было что-то, что она знала об убийце – так это то, что он был педантичным и аккуратным. Опрятным. И он бы не оставил улики, принадлежащие пассажиру, сидевшему рядом с водителем, по которым легко можно было установить его личность, проанализировав ДНК.

Он поджидал бы свою жертву с проволокой в руках. Зои точно это знала. Она чувствовала это всем своим нутром. Зачем ему было настолько убедительно разыгрывать роль невинной жертвы, если он даже не был готов совершить своё нападение, если бы к нему кто-то приблизился? Единственный ответ, который она могла дать, заключался в том, что это был не их убийца.

А это уже было проблематично, потому что ей звонили из руководства, чтобы предупредить, что у неё возникнут сложности, если выяснится, что мужчина, в которого она стреляла, окажется невинной жертвой.

Ей нужно было докопаться до правды, и как можно скорее. Зои вышагивала по комнате, переводя свой взгляд то вправо, то влево. Ширма, оборудование для непрерывного наблюдения за больными, капельница, стеллаж с одеждой Брэдшоу…

Вон там… комод. Она подошла и открыла его, не обращая внимание на то, что позади неё Шелли продолжала допрос подозреваемого.

– Вы были на ярмарке одни, или у Вас там была с кем-то встреча?

Зои рылась в ящиках в поисках чего-то, что могло бы ей пригодиться. В комнате было не так много предметов: никаких шприцов, бутылочек с лекарствами или таблеток – ничего, чем бы пациент мог нанести себе вред. Но там была коробка с комплектами для перевязки. Подумав, Зои открыла её, выворачивая её содержимое на поверхность комода, закрывая обозрение Брэдшоу.

– Я встречался там со своей сестрой. Она приехала с детьми, так что вернулась домой раньше. Я тоже собирался уже уезжать, но моя машина никак не заводилась.

Быстрыми и выверенными движениями Зои начала разделять лейкопластыри по одному, перебирая два или три набора за раз. И те, которые она уже пересмотрела, беспорядочно бросала обратно в коробку. Она не хотела их складывать аккуратными стопками, потому что у неё была другая цель.

– Иван, помогите мне с этим, пожалуйста. Я хочу разобраться в ситуации, чтобы мы могли оставить Вас в покое. Просто расскажите мне, что творилось у Вас в голове, ладно? Вы стояли возле машины, проверяли уровень масла…

– А в следующее мгновение кто-то начал кричать что-то о ФБР.

– Вы тогда подумали, что этот человек обращается к Вам?

– Нет, с чего бы это? Я просто занимался своим делом.

Зои подошла обратно к кровати и подвинула к Брэдшоу поднос, в котором обычно подают еду. Он был сбит с толку и наблюдал за её действиями с какой-то панической настороженностью.

– Что это она сейчас делает?  – спросил он, переводя взгляд с Зои на Шелли, пока Зои переворачивала на поднос коробку и высыпала оттуда содержимое. – Это что, какая-то угроза?

Пластыри высыпались, разлетевшись по всей поверхности подноса, некоторые даже вывалились на покрывало кровати. В том, какое положение все они заняли, не было какого-то определённого шаблона или схемы, но Зои знала их парня. Она знала, что он увидит в этом шаблон. Она сама рассматривала получившийся рисунок, начиная проводить невидимые линии между точками, пытаясь найти соответствия.

На это у неё ушло около тринадцати секунд, и всё же, ей удалось. Учитывая то, как была наклонена коробка, и то, насколько равномерно лейкопластыри распределились по поверхности, она смогла воссоздать у себя в голове более или менее чёткую шестнадцатеричную форму. Не просто примерную, а точную фигуру. Убийца бы тоже увидел это – и своим помутнённым рассудком воспринял бы за знак свыше.

– Что она делает? – снова спросил Шелли Брэдшоу, и его голос практически шипел от страха и замешательства. – Я хочу, чтобы здесь со мной кто-то присутствовал. Это не безопасно.

Зои внимательно посмотрела ему в лицо.

– Разве ты не видишь?

– Не вижу чего? – Брэдшоу снова посмотрел на рассыпанные лейкопластыри, и затем снова поднял голову. – Не вижу чего?

Это могло быть хитростью, ведь всегда был шанс, что он притворяется. Делает вид, что не видит шаблона. Зои знала, что ей нужно поднять ставки, и показать ему, что она была в курсе того, что он делал.

Он не сможет утаить свою реакцию, если она предложит ему шаблон, который значит для него больше, чем все остальные.

Она подняла свой указательный палец, а затем медленно и осторожно провела им дорожку, похожую на лабиринт, среди массы разбросанных лейкопластырей насколько это было возможным, чтобы нарисовать форму спирали Фибоначчи.

Но, когда она подняла глаза, выполнив свою задачу, Брэдшоу смотрел на неё с ещё большей растерянностью, чем раньше.

– Мне нужен адвокат, или кто-то вроде того, – сказал он. – Вы не имеете права этого делать. Все эти странные вещи – это какое-то запугивание. Её не должно быть возле меня.

– Шелли? – перебила его Зои, всматриваясь в лицо своей напарницы.

Шелли покачала головой.

– Я всё это время наблюдала за его выражением лица, Зо. Он не узнал фигуру. Не думаю, что у него есть хоть малейшее представление о том, что здесь происходит.

Зои хлопнула рукой по подносу, переворачивая лейкопластыри на пол, пока возвращала его на прежнее место. И снова тупик. И снова потерянное время.

Она вышла в коридор, не дожидаясь, пока Шелли последует за ней, и шла, пока не нашла кофейный автомат. Нажимая кнопки с большей силой, чем это было необходимо, она подождала, пока автомат нальёт ей небольшой стаканчик подгоревшего кофе и сразу же отхлебнула, не проверяя, насколько он был горячим.

– Зо?

Зои повернулась и увидела, что к ней не спеша подходит Шелли, ступая легкими и осторожными шагами. Зои посчитала их. Один, два, три, четыре, пять. Ей нужно было посчитать что угодно, чтобы попытаться восстановить контроль над своим сердечным ритмом, и немного усмирить кипящую в жилах кровь, чтобы не допустить новой ошибки.

– Я сказала ему, что позже мы пришлём к нему государственных сотрудников правоохранительных органов. Они опросят его, выяснят некоторые подробности, посмотрят, действительно ли ему есть, что скрывать или нет.

– Мне нет никакого дела до Брэдшоу, – выдохнула Зои. – Он не тот человек, которого мы ищем.

– Я знаю, – вздохнула Шелли, слегка коснувшись рукой плеча Шелли. – Не вини себя. Мы все совершили одну и ту же ошибку. Мы думали, что это был он.

– Это было моей идеей, – Зои горько покачала головой. – Именно я предложила взять его след. И выстрелила тоже я.

– Ты… – Шелли сделала паузу, закусив губу. – Думаешь, мы неправильно определили место?

– Нет, – Зои по-прежнему была абсолютно убеждена в своей правоте, она чувствовала это и сердцем, и умом. Схема не врала. – Место было правильным, в отличие от человека. Я не знаю, как он от нас ускользнул. А теперь он знает, что мы ищем его, и у нас может не быть больше шансов поймать его.

– Мэм?

Это был Макс, который не решался подойти сразу и держался на расстоянии нескольких метров. Возможно, он видел стремительное нападение Зои на кофейный аппарат, и не хотел подходить ближе.

– Нам только что поступила информация из участка. Проверка истории о его сестре. Она уехала домой с детьми как раз перед тем, как мы к нему приблизились. Похоже, он просто проводил там день со своей семьёй.

Зои даже не доверяла своему голосу, чтобы что-то на это ответить. Для неё было облегчением, когда за неё это сделала Шелли, просто поблагодарив Макса и отпустив его.

– Мы упустили свой шанс, – сказала Зои, как только он отошёл подальше. Она смяла в руке бумажный стаканчик, и несколько оставшихся капель кофе упало на пол. – У нас была такая шикарная возможность поймать его, и мы ею не воспользовались. Он убьёт снова, если ещё не сделал этого.

Шелли ничего не ответила, только подошла ближе и снова лёгким прикосновением дотронулась до руки Зои. И хоть это было почти ничем, простым жестом, но это всё-таки каким-то образом успокаивало. Зои подумала, что таким могло бы быть прикосновение матери. А это явление было насколько чуждым ей, что она даже не знала, как оно выглядит в жизни.

Этот момент был прерван жужжащим звуком у неё на бедре – её телефон вибрировал от звонка.

Зои проверила входящий номер, выругалась про себя, а затем ответила.

– Говорит специальный агент Прайм.

– Я получил отчёт о том, что Вы выстрелили в подозреваемого во время его задержания, – говорил не сам её непосредственный начальник, а его руководитель. Звонок был крайне серьёзного характера.

Зои вздохнула.

– Да, сэр.

– А потом Вы выяснили, что этот человек невиновен, я правильно понимаю?

Не было никакого смысла отрицать этот факт, или пытаться предъявить какую-то аргументацию.

– Да, сэр.

– Почему я до сих пор не вижу Вашего отчёта у себя на столе? Почему эту информацию мне предоставляет кто-то другой?

– Мы только что закончили допрос подозреваемого, сэр. Я возвращаюсь, чтобы написать отчёт.

– Это неприемлемая ошибка, специальный агент Прайм. На карту поставлена репутация Бюро. В нынешней политической обстановке, мы не можем позволить нашим агентам разгуливать и стрелять в тех, в кого им заблагорассудится.

– Я приношу свои извинения, сэр, – сказала Зои, делая вдох, чтобы приготовиться объясниться, но момент был упущен.

– Ещё одна ошибка в этом деле, и Вашей карьере конец, Прайм. У Вас и так уже два ошибочных ареста, один их которых произошёл с применением оружия. Ещё одно, и я отстраню Вас от работы. И Вашу напарницу тоже.

Взгляд Зои устремился на Шелли.

– Специальный агент Роуз не имеет к этому никакого отношения…

– Я уверен, что так и есть, но вы работаете, как одна команда, и, я надеюсь, Вы сможете исправить ситуацию. Новичок легко отделается. Я возлагаю на Вас ответственность за раскрытие этого дела, как на старшего агента, Прайм. Если всё полечит к чертям, это будет на Вашей совести. Вы меня поняли?

Зои смочила губы. Был только один приемлемый ответ.

– Так точно, сэр.

Связь прервалась, Зои больше не слышала в трубке никаких звуков, и спрятала телефон обратно в карман.

– Ничего хорошего? – сочувственно поморщилась Шелли.

– Нам нужно вернуться в нашу комнату для допросов. У нас есть всего один день до того, как он снова нападёт… настоящий убийца, – Зои потёрла лоб, пытаясь избавиться от сильной головной боли, и направилась по извилистым коридорам больницы к выходу.

Когда они прошли мимо полицейских, направляющихся в палату Брэдшоу, чтобы опросить его, Зои не могла не заметить недовольных выражений их лиц. Они явно были разочарованы тем, какой оборот принял сегодняшний вечер, и их недовольство, по-видимому, было направлено на двух конкретных агентов ФБР.

– Мы просто допустили ошибку, – сказала Шелли, великодушно разделяя с Зои вину, пока размашистыми шагами пыталась не отставать от напарницы. – Мы поймаем его. Теперь мы знаем его схему. Просто в этот раз мы что-то упустили. В следующий раз мы этого не допустим.

Зои хотела бы разделять уверенность Шелли. Но правда заключалась в том, что она облажалась, и не знала, что именно сделала не так. И если она допустит ещё одну ошибку, то на карту поставлена теперь не только её карьера, но и жизнь ни в чём не виновного человека.

Она снова достала мобильный, сделав последний звонок в местную полицию. У неё в голове что-то щёлкнуло, и сейчас она поняла, что именно. Осознание того, что убийца всё ещё на свободе, заставило её действовать быстро.

– Здравствуйте! Мне нужно, чтобы Вы немедленно отправили патруль обратно на ярмарку. Человек, которого мы арестовали – это не наш убийца. Есть вероятность, что он приехал позже, и мы упустили его.

– Вероятность? – даже по телефону голос шефа полиции прозвучал скептически.

– Это срочный приказ, – сказала ему Зои, желая, чтобы он просто сделал так, как она сказала. – На карту поставлены жизни людей. Отправьте туда патруль сейчас же.

Глава 20

Он ехал, практически не смотря вперёд, глядя в зеркало заднего вида на мигающие огни, и опустил окно, чтобы прислушиваться к полицейским сиренам. Холодный воздух льющийся через окно подобно волнам, был единственным, что удерживало его разум в настоящем моменте. Ощущение этого холодного потока было для него пощёчиной, которая постоянно возвращала его в реальность и не давала разбить машину.

Без этого он мог утратить связь с миром. Он чувствовал себя настолько потерянным, насколько потерянной могла стать для него вся его схема, теперь, когда у него не было возможности завершить её.

Что ему оставалось делать?

Он потерпел неудачу – по крайней мере, скоро потерпит её. Ночь ещё не подошла к концу, но копы знают, где его искать. Им было известно, где он планирует совершить следующее убийство. Всё было кончено. И как ему быть сейчас, чтобы закончить схему?

Включив сигнал поворота, он остановился на обочине дороги, и упёрся лбом в руль. Неужели всё так и закончится – теперь, когда игра почти подошла к концу, когда он практически завершил свою миссию?

Он выпрямился, осознав одну вещь. Они совершили арест, не так ли? Он видел, как та девушка из ФБР нацелилась и выстрелила, а затем сбежались полицейские, чтобы задержать того другого мужчину и забрать его с собой. Когда он выезжал с парковки, то видел в зеркале заднего вида, как они держали его, что-то крича.

А если они осуществили арест, возможно, они подумали, что уже поймали убийцу. Что подозреваемый во всех убийствах находится у них под стражей, и все в безопасности.

И если они на самом деле так подумали, то больше не стали бы утруждать охрану проверять территорию ярмарки.

Удерживая в голове эту новую мысль, он снова завёл машину и развернулся в обратную сторону, возвращаясь к ярмарке. Может быть, у него всё ещё был шанс. Несмотря ни на что, возможно, он всё ещё может обратить события этой ночи в свою пользу.

Если ему это удастся, то схема ему непременно на это укажет.

Несмотря на нарастающее волнение, бурлящее в его крови, и вновь обретённую надежду, он держал руль крепко и уверенно. Мужчина всю дорогу соблюдал ограничение скорости, несмотря на то, что больше не было никаких признаков присутствия представителей правоохранительных органов на дороге. Он будет сохранять спокойствие и держать себя в руках. Будет приближаться осторожно и не торопиться, предварительно не обдумав каждый собственный шаг.

Когда он добрался до того места, где машины были припаркованы группой – когда он выезжал с парковки и сделал вывод, что это были полицейские под прикрытием – то увидел, что больше вокруг никого не было. Он сбросил скорость, заехал на траву, растущую у дороги, и выключил двигатель. Если его здесь застанут, и кто-то станет задавать ему вопросы, он может просто сказать, что ему стало плохо. Что он остановился, чтобы отдышаться и подождать, пока пройдёт боль в животе.

Но никого не было, и по прошествии нескольких минут он начал чувствовать себя увереннее, так как никто за ним не наблюдал.

Он вышел из машины, оставаясь рядом с ней в тени, даже наклонился и положил руки на колени, когда на дороге показался свет фар другого автомобиля. Он начал играть свою роль. И когда никто не подошёл, чтобы бросить ему вызов, он принял окончательное решение.

Это место находилось не так уж и далеко от ярмарки. Он мог бы спокойно пройтись до парковки, и пройти через неё пешком, прямо к воротам. Они были закрыты, время для посещений вышло, но он мог пробраться через забор и посмотреть, что можно сделать. Может быть, у него всё ещё была возможность завершить работу.

Он держался поближе к деревьям, прячась в тени, и радовался тому, что решил одеться в тёмные тона. Таким образом, он мог как можно дольше оставаться незамеченным. Если на парковке всё ещё был кто-то из представителей полиции, он мог бы развернуться и вернуться к машине, избежав при этом обнаружения.

Но парковка была пуста. Как только он достиг границы деревьев, он заметил место, где забор был согнут, которое видел сегодня и ранее. Сейчас, когда вокруг не было машин, этот забор казался намного выше. В его поле зрения никого не было, и даже огни ярмарки были погашены. За входом он увидел высокие фигуры динозавров, похожие на стражей пустого аттракциона.

Там никого не было. Парк был закрыт, и все разошлись.

В конце концов, он всё-таки упустил свой шанс.

Он задержался, желая пнуть что-то или рвать волосы на своей голове, с трудом сдерживаясь, чтобы не испустить истошный вопль разочарования. И что ему делать сейчас? Здесь никого не было – ни одного человека, чтобы можно было осуществить свой план. Ему никогда не удастся завершить своё дело!

Как он мог быть таким глупым? Ему следовало получше заметать свои следы – не позволить им раскрыть свою схему. Возможно, с самого начала ему стоило перемещать тела после совершения преступлений, поскольку значение имело лишь то место, на котором непосредственно произошло само убийство! Почему ему потребовалось столько времени, чтобы осознать это? И зачем он выжидал – сидел в машине, ничего не делая – вместо того, чтобы просто пойти на ярмарку и осуществить нападение раньше?

Вся надежда была потеряна. Он подумывал войти на территорию ярмарки и проверить, просто посмотреть. И тем не менее, тяжёлый груз вины лёг ему на плечи, и он не знал, сможет ли он вообще сдвинуться с места.

Перед ним вспыхнул луч света, широко осветивший парковку, и он в страхе повернулся. С каждой минутой эта ночь становилась всё хуже. Когда ослепивший его свет убрали немного в сторону, он разглядел эмблему полиции штата, изображённую сбоку стоящей машины.

– Чем я могу Вам помочь, сэр? – спросил полицейский, выглянув из окна. В его голосе был слышен обвинительный тон. Свой вопрос мужчина задал не для того, чтобы действительно помочь ему. Он это понимал. В тоне голоса этого копа звучало подозрение.

Ему нужно было думать быстро – сказать что-то, что снимет с него подозрение. Что сделало бы его обычным человеком в глазах копа.

– Я сегодня уже был тут, и, должно быть, обронил где-то свой кошелёк, – быстро ответил он, засовывая руки в карманы и изображая расстроенный вид. – Я подумал, что стоит вернуться и проверить, но вижу, что они закрылись на ночь.

Он стал ждать, напрягаясь всем телом. Полицейский всё ещё находился внутри своей машины – нелёгкая цель. Возможно, если он выйдет наружу, то у него появится шанс. Он сможет натянуть проволоку на шее этого копа, поймать его, сделать частью сегодняшней схемы. Но он с самого начала старался избегать копов, избегать всех, от кого может быть слишком много шума. Копы охотятся за убийцами полицейских, как ни за кем другим.

К тому же, коп может попытаться арестовать его, и тогда ему придётся что-то делать. Нужно вытащить проволоку из кармана и остановить его, прежде чем он достанет наручники, или передаст сообщение по рации. Мужчина не мог в темноте разглядеть глаза полицейского, не мог прочитать выражение его лица. Он понятия не имел, что тот намерен делать дальше. Он даже не видел, какого роста был этот коп – что если он был слишком высоким и сильным? В большинстве случаев он выбирал своими жертвами женщин, и на то была своя причина. Тот первый мужчина на ферме почти совладал с ним, почти убежал. И он не мог быть уверен, что такого больше не повторится.

– Что ж, – с подчёркнутой медлительностью произнёс полицейский, заставляя напрячься все нервы этого мужчины. – Тебе лучше вернуться утром, сынок. Мы патрулируем эту местность из-за сегодняшнего ареста. Ты можешь поинтересоваться у персонала завтра утром, не находил ли кто-то твой кошелёк.

Мужчина почесал затылок, опустив плечи.

– Да, сэр, – сказал он более низким тоном голоса, изображая расстроенный вид. – Думаю, в таком случае, лучше надеяться на доброго самаритянина завтра.

Подняв стекло, полицейский начал заводить машину, мужчина ждал, пока она начнёт отъезжать и направился как бы вслед за ней. Он прошёлся до въезда на парковку, где она пересекалась с шоссе, делая вид, что собирается вернуться к машине.

Остановился он, когда патрульная машина скрылась из виду, пока что не желая уходить с парковки. Именно здесь всё должно было бы произойти. В этом не было никакого сомнения. Схема была ясна. Но как он собирался воплотить в жизнь свои планы, если вокруг не было никого?

Он стоял на месте, не зная, что делать и куда идти. Здесь ему нечего было ловить, но он всё ещё чувствовал необходимость остаться. Может быть, на всю ночь, если потребуется, пока солнце не взойдёт и всё наконец-то не закончится.

Но ему не пришлось ждать до рассвета. На самом деле, ему вообще практически не пришлось больше ждать.

Прошло всего несколько минут с тех пор, как машина местного полицейского отъехала, когда он уловил другой звук. Откуда-то издалека доносился беззаботный смех и разговор двух голосов, сначала он мог расслышать только звуки, но не мог разобрать слов. Они раздавались откуда-то с территории ярмарки, и, казалось, становились всё ближе.

Затаив дыхание, чтобы расслышать слова более чётко, мужчина подкрался к входным воротам. Он держался в тени на краю парковки, где растущие деревья предоставляли ему укрытие. Его сердечный ритм ускорился, когда он понял, что голоса приближаются – становятся такими близкими, что скоро он сможет разобрать каждое слово их разговора.

Это были две женщины, одна из которых была старше другой. Они обсуждали сегодняшний день, посетителей, их поведение и количество пришедших на мероприятие человек. Одна из них звенела связкой ключей, пока они шли. Они выглядели неторопливыми, спокойными и расслабленными. Возможно, они были довольны окончанием очередного рабочего дня. Он наблюдал за тем, как они подходят к одному из столбов забора, направляясь к выходу с территории аттракциона.

– Минутку, я сейчас закрою, – сказала одна из них, слегка наклоняясь, чтобы присмотреться к воротам. – Господи, здесь так темно. Жаль, что они не оставили включенными фонари хотя бы над этим местом, чтобы нам было хоть что-нибудь видно.

– Ты же знаешь Марка, – рассмеялась вторая. – Нам ещё повезло, что он доплачивает нам за то, что мы закрываем парк. Если бы была его воля, он платил бы нам только за смену, а остальное время мы бы работали бесплатно.

– Срезая каждый угол, чтобы сэкономить немного денег, – согласилась женщина постарше. Вторая включила яркий свет фонарика на своём мобильном телефоне, направив его на ворота.

Мужчина снова задержал дыхание, осматривая их в новом свете, пока женщина постарше наконец-то смогла вставить ключ в замок. Ей было почти тридцать, максимум, тридцать с небольшим, она нахмурила брови, сосредоточившись на завершении своей задачи. Вторая была всего лишь подростком, может быть, это была её первая работа на неполную ставку. Отличный способ накопить немного денег на колледж.

В сложившейся ситуации был большой потенциал. Мужчина никогда ещё не пробовал убить двоих одновременно, но они были женщинами, и никто из них не подозревал, что рядом с ними был кто-то ещё. На стоянке была кромешная тьма в виду отсутствия освещения с ярмарки, они шли пешком, направляясь к машинам, возможно припаркованным вниз по дороге, подальше от клиентской зоны.

Но не только это было удобным для него – он заметил, что яркий свет фонарика отражался в их глазах. Когда женщина постарше наконец справилась со своей задачей, и положила ключи в сумочку, мужчина уже знал, что это его шанс. Как только они погасят свет, они будут фактически ослеплены в этой темноте. Он будет видеть их, а вот они его увидеть не смогут.

Это был его шанс продолжить свою миссию.

Он подождал, пока выключится свет, а затем выбрался из своего укрытия, чтобы нанести удар.

Глава 21

Зои взбила подушку, пытаясь сделать её хоть немного удобнее, заранее зная, что её попытки были тщетными. Нельзя было требовать комфорта от тонкой, похожей на кирпич подушки, если её можно было так назвать. Она была настолько неудобной, насколько это вообще было возможно, это как раз было именно теми условиями, которые предоставляли в подобного рода дешёвых мотелях.

Зои даже не заставляла себя попытаться уснуть, но Шелли напомнила, что им нужно отдохнуть, потому что, им, вероятно, опять придётся работать весь следующий день. Зои была за то, чтобы вернуться в их рабочую комнату и поработать несколько часов ночью, но Шелли, которая была за рулём их автомобиля, направилась к мотелю и настояла, чтобы они шли отдыхать.

Трудно уснуть, когда знаешь, что допустила промах. Что убийца уже практически был у тебя в руках, но ты всё же упустила его. И Зои всё ещё пыталась понять, как же это произошло. Всё было правильно – следы покрышек от машины совпадали, цвет был точно таким же, как и цвет краски, который обнаружили под ногтем мёртвой девушки, все цифры сходились. С виду это был идеально подходящий им подозреваемый по этому делу.

Но на самом деле это был абсолютно не тот человек, и теперь Зои никак уже не могла зацепиться за эту бесполезную ниточку надежды.

Она облажалась, и теперь, когда девушка закрывала глаза, то видела перед собой взгляд тех убитых женщин с фотографий, снятых на местах преступлений, изучая которые она провела столько много времени. «Но этого времени всё равно не хватило», – как бы говорили они ей. «Ты сделала недостаточно, чтобы поймать его». Она связывалась с местными патрульными, но никто не сообщал ни о каких происшествиях.

Она перевернулась на другой бок. Учитывая, что она ворочалась в постели почти уже час, никак не находя себе места и не будучи способной успокоить мысли в своей голове, простынь спуталась в её ногах. Она продолжала снова пересматривать шаблоны, числа, координаты на карте. И под каким бы углом она их не рассматривала, то всегда убеждалась в своей правоте. Как будто было невозможным, чтобы она допустила ошибку хоть в одном своём расчёте.

И всё же, подозреваемый оказался не их убийцей, а настоящему преступнику удалось улизнуть. Может быть, для того, чтобы убить кого-то другого. Похоже, ей стоило признаться себе кое в чём. Может быть, он не рискнул зайти так далеко, потому что неподалёку были копы.

Зои снова попыталась заставить себя закрыть глаза, попытаться подумать о чём-то успокаивающем, что позволило бы ей расслабиться и отключиться. Это было нелегко. Перед её глазами снова появлялись лица мёртвых девушек, указывая ей на её провал. Она подвела их. И подвела ещё кого-то, чьё лицо вскоре присоединится к лицам этих несчастных девушек.

Она не могла думать об этом. Она снова повернулась на другой бок и попыталась погрузиться в сон, зажмурив глаза настолько плотно, что её лицо сморщилось.

Спустя некоторое время она, должно быть, всё-таки уснула. Должно быть, поскольку её матери не могло быть в Канзасе, и поэтому она никак не могла стоять над кроватью Зои.

– Мам, – прошептала Зои, и её голос при этом был высоким и писклявым, как голос ребёнка.

– Почему ты не помолилась о прощении? – спросила её суровая и жестокая мать. – Я же говорила тебе, дьявольское отродье. Ты должна просить Господа о том, чтобы он изменил тебя.

– Но я помолилась, мам, – запротестовала Зои. Она так и сделала. Каждую ночь она молилась, стоя на коленях у своей кровати, и просила Бога о том, чтобы он изменил её.

– Тогда что это?

Зои почувствовала вес какого-то предмета, брошенного рядом с ней на одеяло, и вздрогнула. Она уже знала, что это было. Это было доказательством – знаком того, что она по-прежнему использовала свою силу, по-прежнему видела числа. Ей не следовало больше ничего записывать. Она просто хотела запомнить расчёты, чтобы потом, возможно, использовать их для чего-то своего. Дженни единственная из своего класса могла позволить себе игрушечного робота, но Зои увидела, из каких деталей он состоит, и знала, как он работает. Если бы она смогла собрать такие же детали вместе, то…

– Ты – порождение зла, – сказала мать, дыша горячим воздухом прямо ей в лицо. – Зои, а ну вставай с кровати сейчас же, и пойдём молиться вместе со мной. Мы будем молиться всю ночь напролёт, слышишь меня? Мы будем молиться, чтобы ты больше никогда не позорила и не срамила нас. Становись на колени немедленно.

Зои с трудом выбралась из кровати, хныкнув, чувствуя нежной кожей твёрдое дерево на полу, и сложила руки в молитве.

Затем картинка изменилась, и она перенеслась уже в другой день, когда собирала все свои вещи, которые аккуратно поместились в две картонные коробки.

– Ты не можешь уйти так просто, – стоя в дверях прошипела её мать, выбрасывая слова, подобно ядовитым змеям. – Мы – твоя семья, Зои. Ты когда-нибудь слышала, чтобы ребёнок мог так поступить со своей несчастной матерью?

– Ты мне больше не мать, – сказала Зои, снимая с вешалки платье из шкафа. – По крайней мере, по закону. Я имею право делать то, что хочу.

– Я купила это платье, – сказала ей мать, выходя вперёд и вырывая его у неё из рук. – Оно моё. Я не позволю тебе его забрать, дьявол!

– Здесь нет никакого дьявола, – сказала Зои, уже устав от этого разговора, и от одних и тех же вещей, которые повторялись изо дня в день. – Здесь есть только я.

– Ты – демон, – мать указала пальцем ей прямо в лицо, выходя вперёд и вторгаясь в её личное пространство. – Ты – дьявол, ты порождение зла. Ты никогда не была моим ребёнком. Ты была рождена от демона. И, демон, ты больше не будешь красть мои вещи!

Мать выхватила коробку из рук Зои, и бросила её на пол. То небольшое количество вещей, которое девушке удалось нажить за эти годы и которые ей действительно были дороги: одежда и книги – рассыпались по полу. Подобно маленьким ярким леденцам в спирали Фибоначчи. Из страниц книг выпали фотографии убитых девушек. Она хотела как можно быстрее собрать и спрятать их, перевернуть, чтобы посмотреть, было ли с обратной стороны что-нибудь написано, но теперь все они стали частью имущества её матери. А это место больше не было домом Зои.

Она какое-то мгновение пристало смотрела на них, зная, что её мать намерена выиграть хотя бы одно сражение их войны. Была ли Зои юридически освобождена от её опеки, или нет, девушка не собиралась применять по отношению к матери физическое насилие. Этого было достаточно, пока она ещё не была далеко отсюда.

– Хорошо, – сказала она, а затем развернулась и вышла, на том всё и закончилось.

Зои проснулась вся в поту, чувствуя вес руки матери у себя на затылке, и ей потребовалось какое-то время, чтобы понять, что она по-прежнему была в мотеле в Канзасе.

***

Жужжание текстового сообщения во второй раз выдернуло Зои из её беспокойного сна, заставив отрыть глаза. Её лицо было направлено на цифровые часы, и с чувством суровой неизбежности она вглядывалась в циферблат. Утро, без сомнений, ещё даже не наступило. Было только чуть больше пяти утра, а это значило, что прошло всего несколько коротких часов с тех пор, как она положила голову на эту твёрдую подушку.

Зои нащупала и достала свой мобильный телефон. Она, в любом случае, не спала так, как полагается, и в подобной ситуации агент не может игнорировать полученное сообщение. Чем бы это ни было, это могло быть срочным и требующим немедленного реагирования делом. Возможно, это была та информация, которую нужно было получить немедленно.

Она прочитала сообщение, и почувствовала, что у неё так сильно защемило в груди, что она даже не знала, что такое было возможным.

– Нет, – произнесла она вслух. – Нет, нет, нет!

На другой кровати пошевелилась Шелли, открывая глаза.

– Что случилось? – спросила она, и сонливость сразу же растворилась, как только она пришла в сознание.

– Это от местных копов, – сказала Зои, сдерживая комок в горле. – По сообщению родственников, двое сотрудниц ярмарки не вернулись домой. Члены их семей проснулись сегодня утром и поняли, что девушки так и не пришли с работы. Копы рассылают ориентировки и начинают поиски пропавших. Похоже, на ноги подняли всех.

– Это ведь он забрал их, так ведь? – спросила Шелли. Она села в кровати, её светлые, спутанные ото сна, волосы беспорядочно рассыпались по плечам. – Наш убийца.

Зои даже не пришлось подтверждать этот факт, они обе знали, что это было так.

Им не удалось остановить его, и теперь ещё две женщины должны поплатиться за это своими жизнями.

Глава 22

Зои наклонилась вперёд, сидя в своём кресле, тем самым показывая своё желание, чтобы машина двигалась быстрее. Ей уже было заметно, что Шелли вдавила педаль газа так глубоко, насколько это только было возможно, но, казалось, что этого всё равно было недостаточно. Она крепко держала свой ремень безопасности, пытаясь не обращать внимания на рвотные позывы, пробегающие по её пищеводу от укачивания, стараясь сосредоточиться на предстоящей задаче.

Зои развернулась, чтобы посмотреть на заднее сидение. Там сидел высокий местный полицейский Макс, шериф и один из его помощников. Зои и Шелли прямо от мотеля поехали к их операционной базе, а оттуда без промедления сразу к месту происшествия.

Солнце только начинало подниматься из-за горизонта, и они были всего в нескольких минутах езды от канзасской ярмарки «Парк Динозавров».

– Что-нибудь обнаружили?

Шериф покачал головой, глядя на свой телефон.

– Похоже, мы прибудем туда первыми.

Благодаря тому, что они быстро собрались и вскочили в машину, они смогут первыми добраться до места происшествия. Несколько полицейских отправились к родственникам пропавших девушек, чтобы взять у них показания. К двум семьям, которые проснулись утром, и увидели, что кровати были пусты, и их близкие не вернулись домой.

Из всего штата сотрудников пропало только две девушки. Остальные ушли домой гораздо раньше, и их местонахождение было подтверждено. Это установили с помощью простого телефонного звонка.

Внутри машины повисла напряжённая атмосфера, каждый из присутствующих знал, что, скорее всего, они не найдут девушек живыми. Одна из них, или обе сразу станут последними жертвами убийцы. Оставалось выяснить только, кто именно это будет, и насколько успешно убийце удалось совершить своё преступление.

Шелли включила сигнал поворота, стараясь объехать пробки и оперативно добраться до парковки. Она выругалась, наблюдая в зеркала за полосой встречного движения, и ожидая перерыва в оживлённом утреннем движении фур, перевозящих грузы по территории штата. Прежде чем ей удалось выкроить момент, чтобы проехать прошло всего несколько секунд, но все чувствовали напряжение момента. В подобных случаях каждая секунда была на вес золота.

Зои открыла дверцу машины и выбралась из неё ещё до того, как Шелли удалось припарковать машину; её глаза уже поймали какое-то пятно на краю парковки, которое было похоже на груду тряпок, лежащих на земле. Зои побывала на таком количестве мест происшествий, что точно знала, что это была не груда тряпок. Это была одежда, и эта одежда была на женщине.

Небольшой уклон местности градусов в десять прекрасно скрывал тело с дороги. Но подъезжая ближе, его невозможно было пропустить. Зои развела руки за спиной, предупреждая других не приближаться, и начиная аккуратно и медленно изучать местность.

Как и следовало ожидать, никаких отпечатков и следов не было. Поверхность земли была твёрдой, за исключением края парковки, где трава выбиралась на асфальт, но убийца не допустил ошибки, наступив в грязь, которая там была. Зои опустилась ниже и присмотрелась, тщательно изучая всё, наклонив голову, чтобы рассмотреть всё под другим углом, но она не увидела никаких признаков, по которым можно было бы восстановить последовательность событий. По другую сторону шоссе, над деревьями было видно поднимающееся над горизонтом солнце. Золотой свет касался тела, оттеняя медный блеск в каштановых волосах мёртвой девушки.

«Золотой свет в золотом сечении», – подумала Зои, всё ближе подходя и оценивая параметры жертвы. Вокруг тела была кровь, хоть на этот раз она заключалась в пределы более плотной и аккуратной окружности, чем это было на месте предыдущего преступления. И тем не менее, Зои подсчитала, что здесь было пролито такое количество крови, которое тело может выделить, а почва сразу же впитать. Девушка упала на этом месте, не оказывая особого сопротивления. Она умерла, не делая движений, возможно, к тому моменту она была уже без сознания от потери крови или от шока, прежде чем её сердце перестало перекачивать кровь. Зои видела на шее жертвы более глубокую рану, в этот раз длиннее почти на четыре сантиметра, несмотря на то, что угол атаки соответствовал углу атаки во всех других нападениях. Рост жертвы был неизменным для почерка убийцы и составлял около 180 сантиметров.

В этот раз кровь не была повсюду разбрызгана, всё было аккуратно. Зои подумала, что ему, должно быть, это понравилось. Он был доволен. Но для неё самой это означало, что нет никаких признаков и улик, которые могли бы подсказать, что случилось со второй девушкой.

– Это женщина постарше, – сказал Макс, ткнув пальцем в экран телефона позади Зои. Она повернулась, чтобы посмотреть. – Фотографии сотрудников ярмарки только что пришли. Блондинка – практически ещё подросток.

Зои поднялась с корточек, и обратилась к Максу и двум сотрудникам полицейского участка шерифа.

– Разделитесь, – сказала она. – Проверьте места возле деревьев здесь и на территории аттракциона. Нам нужно убедиться, что её здесь нет.

Они кивнули и пошли выполнять задание, отвечая на краткость Зои молчанием. Зои не собиралась сегодня изменять своей лаконичной манере, которую другие люди часто называли антисоциальной или отчуждённой. Ей нужно было выполнить свою работу. Чья-то жизнь по-прежнему могла быть на волоске.

Шелли присела на корточки рядом с ней, указывая на труп.

– Что ты видишь, Зо?

Когда все остальные отошли за пределы слышимости, Зои снова присела, читая возникающие перед нею числа на месте преступления, как будто они были напечатаны на листе бумаги. Для неё было странным образом непривычно освежать в памяти и делиться выводами с кем-то, вместо того, чтобы всё держать в себе, как раньше.

– Рост жертвы составляет 180 сантиметров, что не противоречит нашему профилю убийцы. Она весит около 56 килограммов, так что девушка была не слишком тяжёлой и сильной, чтобы доставить ему особые проблемы. Стоя вон там, он набросил проволоку ей на шею, и так сильно потянул, что она почти сразу же упала. Её рана почти на четыре сантиметра длиннее с каждой стороны, чем это было в случае предыдущих жертв, что указывает на большую силу, вызвавшую более глубокий порез. После неудачи с Руби, на этот раз он хотел действовать наверняка.

Зои встала, обернувшись вокруг, чтобы лучше видеть.

– Она упала в этом месте, и после этого уже не двигалась. Это видно по лужам крови: окружность практически идеальной формы, что означает, что кровь разливалась равномерно. Я бы предположила, что небольшое несоответствие с левой стороны вызвано неровностью поверхности парковки. Чтобы пролилось такое количество крови, потребовалось бы пятнадцать или шестнадцать секунд, что даёт мне повод сделать вывод о том, что она была без сознания, или в состоянии сильного шока и не могла двигаться после нападения убийцы.

– А что с подростком? – спросила Шелли.

Нахмурившись, Зои покачала головой.

– Здесь нет ничего, что помогло бы мне ответить на этот вопрос. Но была причина, по которой он хотел как можно быстрее закончить с этим убийством, для чего и приложил столько усилий, чтобы так быстро вскрыть шею жертвы. Думаю, они были вместе. Ему нужно было закончить с одной, и сразу же приступить ко второй.

Шелли кивнула, передвигая подвеску своей цепочки между губами и произнося сквозь неё:

– Он забрал её с собой.

Это было утверждение, а не вопрос. Учитывая те факты, которые видела Зои, в этом не могло быть никаких сомнений. Даже если бы обе девушки пришли на парковку порознь, имелись свидетельства того, что убийца стремился закончить своё дело с одной из жертв как можно скорее, а второй девушки здесь не было.

– После того, как мы вчера уехали, он вернулся сюда. Смерть этой девушки наступила меньше пяти часов назад. Должно быть, он был в отчаянии. Возможно, он не хотел рисковать и боялся, что может не найти жертву сегодня. А забрав с собой заложника, он обеспечил себе продолжение собственной миссии.

Шелли кивнула, вставая на ноги.

– Должно быть, она ужасно напугана. Если она видела, как он убивает её коллегу по работе…

Зои наклонила голову в знак согласия, хоть она и не понимала, какое это имеет отношение к расследованию. Это не может помочь им найти девушку и спасти её жизнь.

– Посмотри на руку этой женщины. Над левым локтем есть небольшое углубление. Видишь? Видимо, она постоянно носила на этой руке что-то типа сумочки. С этой стороны у неё даже мышцы немного крепче. И тем не менее, здесь нигде нет никакой сумочки.

– Возможно, он забрал её с собой, чтобы задержать процесс опознания личности жертвы, – сказала Шелли.

– Тем самым обеспечивая себе время, чтобы уехать как можно дальше. Да, он определённо взял её с собой, – кивнула Зои, поворачиваясь и пытаясь найти взглядом их местную подмогу. Все трое мужчин находились к ним спиной, продолжая поиски. Шерифа практически не было видно за деревьями.

– Позвать их обратно?

– Нет, поиск нужно провести до конца. Мы должны соблюсти все правила. Ты ничего не слышишь?

Они обе повернулись, и снова посмотрели на деревья, увидев, как шериф подносит рацию к своему лицу и что-то в неё говорит. После этого, со стороны деревьев снова послышался тот же треск, который они уже распознали. Не прошло и секунды, как мужчина направился к ним, решительно шагая между высокими и гладкими стволами.

– Кое-что есть, – прокричал он им, передавая своё сообщение, не дожидаясь того, чтобы подойти вплотную к агентам. – Прошлой ночью один из патрульных полицейских видел мужчину, который пешком пришёл на парковку.

– Почему он его не остановил? – спросила Зои, мгновенно рассвирепев. Неужели этот убийца снова ускользнул прямо из-под носа полиции? Дважды за ночь?

– Подождите, – сказал шериф, подходя ближе и останавливаясь, чтобы слегка отдышаться. – Патрульный, повторите снова то, что только что сказали мне.

– Да, сэр, – послышалось сквозь треск и шипение радио. – После полуночи я видел мужчину, который ходил по парковке. Я спросил его, что он там делал, и он ответил, что потерял свой кошелёк и искал его. Я сказал ему возвращаться утром, и он пошёл к своей машине, которая была припаркована неподалёку.

– Опишите его автомобиль.

– Это был «Ford Taurus».

– Какого цвета? – спросила Зои.

Последовала пауза.

– Уф… Я припарковался на обочине, вдалеке от какого-либо освещения. Я не уверен.

– Зелёный?

– Да, возможно.

– А что Вы можете сказать о подозреваемом? – вмешалась Шелли.

– Немного выше среднего роста, может, 175-180 сантиметров, худощавый парень. Тёмные волосы, достаточно коротко подстриженные. Я бы сказал, ему около двадцати пяти.

– Что-нибудь ещё? – спросил в рацию шериф. – Что-то, что могло бы помочь опознать его?

– Ничего, что бы я мог бы припомнить, сэр. Я проверил запись своего видеорегистратора. Он там попал один раз в кадр, но видно только его тело. На нём был серый свитер и тёмные брюки. Это всё.

Шериф вздохнул и поблагодарил мужчину, потирая уставшие глава.

– Я разошлю ориентировки.

– Это не поможет, – сказала Зои, прикусывая губу и глядя на горизонт. – Он слишком умён, чтобы теперь попасться. Мы должны были поймать его вчера вечером. И теперь он знает, что мы идём по его следу. И найти его будет гораздо труднее.

Шериф внимательно посмотрел на неё.

– Без обид, агент, но моя обязанность – защищать граждан нашей страны. Я не могу продолжать следовать Вашим теориям и упускать его всякий раз. Вчера Вы взяли не того парня, и позволили этой женщине умереть.

Он зашёл слишком далеко. Это было очевидно. Шериф не должен подобным образом разговаривать с представителем ФБР, независимо от того, на чьей стороне было превосходство. Но к тому времени, пока Зои осознала тот факт, что доля правды всё-таки была в его словах, он уже повернулся к ней спиной, чтобы отдать приказ по рации, заставляя своих людей двигаться.

Шелли потянулась и на секунду коснулась руки Зои, что уже вошло у неё в привычку. Зои резко кивнула в ответ, прислушиваясь к шерифу, который пытался устроить облаву.

– Я думаю, шанс есть всегда, – сказала Шелли, пытаясь хоть как-то утешить коллегу. – Мы должны рассмотреть все варианты.

– Мы по-прежнему упускаем что-то, – с уверенностью сказала Зои. – Вчера на парковке не было зелёного «Ford Taurus». Иначе, мы бы его увидели.

За словами Зои скрывался ещё один факт, в котором она была уверена. Убийца нападет каждую ночь – и лишь один раз за ночь. Существовала высокая вероятность того, что девочка-подросток всё ещё была жива.

Прозвучал сигнал её мобильного телефона, и она открыла его, чтобы увидеть фотографию пропавшего подростка, которую отправили ей, и всем сотрудникам правоохранительных органов этого округа. В графе сведений о пропавшей было указано, что девушку звали Аиша Спаркс, ей было семнадцать лет. У неё был младший брат. Она была танцовщицей, и родители её очень любили, она хотела поступить в колледж и стать социальным работником. Хороший ребёнок.

Зои рассматривала милую улыбку Аиши на фотографии, явно сделанной школьным фотографом для выпускного альбома, она знала, что была просто обязана спасти эту девочку. Уже умерло так много людей. Так много тех, кого она должна была спасти.

Если ей не удастся спасти Аишу, то это будет её очередной провал. Зои собиралась во что бы то ни стало искупить свою вину за то, что позволила убийце зайти так далеко, забрать столько жизней, и она просто не может допустить, чтобы он забрал жизнь и этой девушки.

Глава 23

Шелли устала просматривать материалы дела в их рабочей комнате, перебирая все старые улики, которые они уже видели много раз. Последнее вскрытие ещё не было завершено, и они всё ещё ждали финального отчёта по трупу Руби. Там не было ничего нового, ничего такого, чего бы они не видели ранее.

Дело не в том, что Шелли не видела пользы в повторном изучении фактов – была большая вероятность, что эти сведения могли бы предстать в новом свете, когда на руках появилось больше улик для расследования, после появления новых жертв. Не столь существенная на первый взгляд деталь могла бы неожиданно оказаться ключом к развязке всего дела.

И тем не менее, она была против того, что именно она должна была заняться этим. Это было всего-навсего их второе совместное дело, но она уже видела, насколько способной и одарённой была Зои. Шелли никогда не сможет с ней конкурировать. Ей было бы лучше работать на подхвате, делать что-то физически, то, что не требует изучения сложных улик. Она могла бы разговаривать с людьми. В этих делах она была хороша.

Она не могла на все сто процентов понять действия Зои. С таким же успехом она могла объяснить, как работает колдовство. Но Шелли начинала осознавать, что то, что она ничего не понимает в выводах Зои не значит, что они неправильные. И она сделает всё, что от неё потребуется, чтобы спасти жизни невинных людей.

И в Зои было нечто такое, что затрагивало её собственный материнский инстинкт, несмотря на то, что Зои была старше неё. Что-то надломленное, уязвимое. Шелли знала, что до неё у Зои было множество напарников. Её об этом предупреждали. И теперь, когда она знала почему, то не хотела быть просто очередной кандидатурой в длинном списке, бросив Зои только потому, что в ней было что-то, что отличало её от всех остальных.

Они оставили открытой дверь в свою рабочую комнату, впуская внутрь коридорную суету полицейского участка. В нескольких шагах от них располагался кабинет шерифа, который сегодня в течение всего дня был объектом большой активности, так как туда постоянно входили и выходили помощники шерифа и патрульные полицейские.

Из коридора раздался звук срочного звонка, и Шелли прислушалась. Шериф ответил, что-то, рявкнув в трубку, и только через несколько секунд приблизился к их двери. Он накинул пальто на плечи, когда проходил мимо их комнаты.

– Шериф? – Шелли вскочила на ноги и помчалась в коридор, устремившись за мужчиной. – Что случилось?

– У нас есть зацепка по облаве, – через плечо прокричал шериф. – Зелёный «Ford Taurus». Я выезжаю туда сейчас же.

Шелли оглянулась в комнату на Зои, которая по-прежнему сидела, изучая бумаги и карты, разложенные перед собою.

С одной стороны, она доверяла Зои. Те способности, которые она продемонстрировала были неоспоримыми. Судя по разъяснениям её коллеги, Шелли знала, что та была права. Но Шелли не могла ей помочь, а изучить нужно было каждую зацепку.

Даже если шериф и действовал прямо противоположно тому, что Зои считала правильным, по крайней мере, это было хоть каким-то действием. И Шелли было бы лучше потратить какое-то время, чтобы опровергнуть версию шерифа, чем просто сидеть здесь и тратить время впустую.

– Я поеду с ним, – сказала Шелли, наклоняясь ближе, чтобы прошептать остальную часть фразы Зои. – Я ведь не могу сказать им, почему ты так уверена в том, что они его не найдут там. Так что, я лучше поеду с ними.

Зои подняла глаза, встретившись с ней взглядом, и кивнула с почти пустым выражением лица.

– Я останусь.

Именно так она и думала. И не было никаких оснований считать, что она неправа. Шелли быстро улыбнулась ей своей успокаивающей улыбкой, а затем быстро побежала за шерифом, догнав его уже почти у дверей машины.

– Неужели Вы поедете с нами? – пробурчал он. Судя по его грубым манерам и тому, как он отбросил в сторону излишнюю любезность, было ясно, что он был не согласен с распоряжениями Зои. Он думал, что они снова пустят его по ложному следу, и позволят умереть ещё кому-нибудь. Пусть будет так. Шелли знала, как поменять мнение человека, и единственным способом сделать это было сесть и поговорить с ним.

Она плюхнулась на пассажирское сиденье, с нетерпением ожидая, когда машина тронется с места. Затем они помчались по дороге настолько быстро и уверенно, что можно было легко сделать вывод, что так управлять автомобилем мог только человек, досконально знающий местность.

– Что Вам доложили? – спросила Шелли.

Шериф на мгновение перевёл на неё взгляд, прежде чем снова сосредоточить внимание на дороге.

– Они засекли зелёный «Ford Taurus», за рулём которого был мужчина, в машине он находился один. Патрульный сообщил, что было похоже, что тот тип живёт на заднем сидении своей машины. Там повсюду были коробки от еды быстрого приготовления, грязная одежда, и всё такое. Это мог бы быть и наш парень.

Шелли не могла сдержаться:

– Чтобы его выследить Вашим сотрудникам ведь не нужно ведь особого приглашения? Они уже установили его личность?

– Это нам ничего не дало. Он не из нашего штата, ранее не привлекался. Сказали, что его рост соответствует вашему профилю.

Шелли кивнула.

– Тогда у нас есть отличный шанс поймать его.

– У нас? – фыркнул шериф. Это было не совсем откровенным отрицанием их участия, и он не стал развивать эту тему, но было ясно, что именно он имел в виду. Он не верил в помощь ФБР в этом деле.

Шелли замолчала. Были моменты, когда можно было заставить кого-то передумать, но иногда было более целесообразным переждать, пока у собеседника пройдёт гнев, и быть готовой высказать своё мнение после того, как он успокоится.

Спустя двадцать минут езды они остановились у контрольно-пропускного пункта, где несколько машин перекрыли все полосы движения, кроме одной, таким образом пропуская через себя весь поток транспорта. У дальней полосы был припаркован зелёный седан, рядом стоял водитель, опираясь на свою машину.

Шелли смотрела на него, предчувствуя неудачу. Было очевидно, что у мужчины был лишний вес. По росту он, может быть, и подходил, но был явно старше, чем предполагала Зои. Либо её напарница ошибалась, либо это был очередной ложный след.

– Говорю же Вам, проверьте записи, – говорил он, когда они подошли ближе.

Один из патрульных говорил по телефону, несколько застенчиво поглядывая на шерифа, когда они стали рядом. Шелли знала, что должен был означать этот взгляд. Она почувствовала, как внутри неё нарастает буря, которая вот-вот должна была разразиться.

Патрульный закончил разговор и обратился ко всей группе в целом.

– Алиби подтвердилось, – сказал он. – В больнице сообщили, что он последние две недели пребывал на лечении у них в палате.

Ещё один тупик. Шелли встретилась взглядом с шерифом, слегка поднимая одну бровь, надеясь, что он поймёт, что именно она этим имела в виду. Счёт был 0:2. А убийца по-прежнему был где-то на свободе с похищенной девушкой.

Глава 24

Когда Шелли ушла, комната для допросов опустела. Зои привыкла работать в одиночестве – ей даже нравилось это, но сейчас ей нужна была своего рода поддержка, учитывая все те ошибки, которые она допустила. И Шелли была в состоянии оказать ей эту поддержку.

Уже прошло несколько часов с тех пор, как Шелли перешла на сторону местных полицейских, устремившись по следам очередной бесполезной наводки. Было удивительно, что на дорогах было столько зелёных автомобилей марки «Ford Taurus», но ни в одном из них не было их убийцы. Всегда находилось что-то, что опровергало причастность водителя к этим убийствам: алиби, тот факт, что за рулём была хрупкая мать-одиночка, у которой просто не хватило бы сил расправиться с более высокими женщинами, или ошибка в определении марки машины.

И дело не в том, что она была обижена на местных копов за тот холодный приём, который они ей оказали. Также к этому не имела отношения угроза лишиться работы. Она либо раскроет это дело, либо нет. Она не основывала свои следственные выводы на тех фактах, которые могли бы спасти её карьеру – она просто пыталась спасти человеческие жизни.

Дело было в том, что местные копы были правы.

Она потерпела полное фиаско. Ещё одна женщина была мертва.

Она снова чувствовала себя маленьким ребёнком, стоящим на коленях у ног своей матери, которая приказывала ей пытаться снова, потому что всё это время она неправильно молилась. Ей не удалось достучаться до Бога, чтобы тот её изменил и избавил от демонической силы. Сейчас она снова облажалась, так и не поняв, где же они ошиблись, когда пытались поймать убийцу.

Это не помогало, но она чувствовала, что была так близка к решению этой головоломки, как никто другой. Больше ни у кого не было такой способности, как у неё – думать так же, как это делает убийца.

Но это означало только то, что на ней лежало больше ответственности. Если она была единственной, кому под силу было его остановить – значит, ей придётся это сделать. Другого выбора нет. Альтернативой было просто стоять в стороне и смотреть, как все они погибнут, одна жертва за другой, а она никак не могла допустить такого.

Она уже знала имя последней жертвы. Это была Аиша Спаркс, девушке было семнадцать лет, она работала по вечерам на ярмарке, чтобы скопить денег на поступление в колледж. Она всё ещё числилась среди попавших, и если до сих пор этого не выяснилось, то с каждым часом становилось всё более очевидным, что её похитил убийца.

Зои со стороны наблюдала за тем, как полицейские проводили пресс-конференцию, призывая местных добровольцев помочь обыскать леса в окрестностях ярмарки. Леса были густыми и протяжёнными, так что им потребовалось бы много времени, чтобы убедиться в том, что они проверили каждый куст.

Но Зои знала, что они не найдут девушку там. На это не было никаких шансов. Он увёз её с собой.

Уже погибло так много людей. И Зои не могла допустить, чтобы имя Аиши пополнило этот список.

Места его преступлений становились всё ближе друг к другу, спираль к концу становилась всё уже. Но проблема заключалась в том, что она не могла быть абсолютно уверенной, в каком месте он нанесёт следующий удар. Без сомнения, он действовал в пределах спирали Фибоначчи, и это было хорошим знаком – но на карте, даже если всё тщательно просчитать, оставалась зона, в которой он мог совершить своё следующее нападение, и точно определить это место не представлялось возможным. С ярмаркой всё было гораздо проще – она была единственным возможным местом на много миль, и территория самой ярмарки полностью закрывала отмеченную на карте точку.

А следующим пунктом был небольшой городок, в котором было множество зданий. Как она могла быть уверенной, какое именно из них он выберет? И на какой улице? Как они смогут охватить территорию такого густонаселённого района?

А что, если Аиша уже была мертва?

От этой мысли Зои почувствовала приступ тошноты, но нужно было учесть и такой вариант развития событий. Локации, на которые указывала спираль, были связаны с местами убийств, а не с местами непосредственной смерти жертв. Что, если он убил её каким-то другим способом, а когда придёт время, то собирается просто перерезать ей горло?

Нет, такого не могло быть. Это было бы просто символическим жестом, а не настоящим поступком. Так или иначе, значение имели лишь настоящие поступки. Таким поступком было пролитие крови в нужный момент и в нужном месте. Зои понимала это. Чем больше она пыталась залезть ему в голову, и попробовать думать так, как он, тем лучше она могла представить, какое значение он придаёт каждой детали. Выбор даты каждого нового убийства, обдумывание того, как правильно подойти к жертве, чтобы беспрепятственно воспользоваться проволокой. Всё это было важно, чтобы закончить схему.

И всё же, он немного изменил свой привычный образ действий, когда похитил девушку заранее, вместо того, чтобы найти кого-нибудь непосредственно в ночь убийства, так что теперь дальнейшее развитие событий было подвешено в воздухе. Она могла положиться на своё чутьё, но оно не было ничем подкреплено. Не было ни одного реального доказательства или факта, что Аиша всё ещё была жива, на которые она могла бы сослаться.

Зои не могла сделать всю работу одна. Это было слишком – слишком тяжёлый груз ответственности, лёгший на плечи одного человека. Но она не побоится этого, если это поможет спасти жизнь Аише. И всё же, она пока что не могла добраться до главного, и закончить свою работу. Особенно, когда вся местная полиция была враждебно настроена по отношению к ней, думая, что агент сама не знает, что делает.

Зои достала свой мобильный телефон и набрала знакомый номер из своего списка контактов, надеясь, что связь не подведёт.

– Алло?

Зои с облегчением выдохнула. Ей стало легче уже от одного только звука голоса её наставницы – доктора Эпплвайт, и при этом та только поздоровалась. Поговорить к кем-то, кто её полностью понимал, было для Зои настоящим спасением от стресса.

– Доктор Эпплвайт, – сказала Зои. – Вам удобно говорить?

– Называй меня Франческа, я уже миллион раз тебе это говорила, – рассмеялась она. – Да, я свободна. Я всегда свободна для тебя, даже в разгар сессии. Но сегодня у меня как раз нет ни одной встречи. Ведь сегодня суббота.

Зои машинально посмотрела на свои смарт-часы, удивившись, услышав дату. Время стремительно утекало прочь, может даже быстрее, чем она успевала осознать это.

– Извините, что отвлекаю Вас в выходной день.

– Не стоит извиняться, Зои. Ты же знаешь, что я не против. А сейчас говори, что тебя беспокоит?

Доктор Эпплвайт всегда понимала, когда Зои нужна была помощь.

– Это касается дела, над которым я работаю в данный момент, – начала Зои, и быстро ввела её в курс дела. По крайней мере рассказала то, что считала целесообразным. Поскольку дело всё ещё не было раскрытым, она не могла использовать конкретные имена и называть точные локации. Но она решила, что ей стоит рискнуть схлопотать за это выговор, если это помогло бы получить помощь единственного человека, который всегда знал, что сказать.

И сейчас доктор Эпплвайт посмеивалась на другом конце трубки, а Зои не могла понять, почему.

– Что Вас так рассмешило? – спросила она, не заметив ничего забавного в рассказе о серийном убийце и шизофренике.

– Шаблон, – ответила доктор Эпплвайт. – Наш парень всё не так понял. Возможно, он и действует под влиянием своих заблуждений, но они гораздо больше, чем он может даже предположить. Он неправильно понял суть понятия «спираль Фибоначчи».

– Я не понимаю.

– Слушай сюда. Спираль Фибоначчи – это теоретический термин, формула, которая может быть применена ко многим визуальным образцам, которые встречаются в природе и имеют природное происхождение. Но ошибка, которую допустил убийца, заключается в том, что он считает, что спираль должна быть идеальной. А на самом деле, в природе она практически всегда неидеальна.

Зои нахмурилась.

– Но я думала, что дело в особой последовательности. Каждое последующее число является суммой двух предыдущих.

– Да, но природа не настолько точна, как об этом рассказывают нам математики. Подумай о тех примерах, в которых мы можем увидеть спираль Фибоначчи: раковина улитки может быть слегка наклонённой. Листья растений могут начать стремительно расти под воздействием воды или света, а это может сказаться на их рисунке. Ураган вписывается в спираль, но у него нет чётких и острых краёв. Ветер заставляет облака перемещаться вдоль самой спирали, образуя заострённый край, который не всегда в точности соответствует шаблону.

Зои поняла суть.

– Значит, шаблон не должен быть идеальным. Но как это может помочь?  Если он будет неидеальным, то у нас даже меньше шансов, чтобы поймать его.

– Нет, – ответила доктор Эпплвайт, и Зои практически слышала, как она улыбается. Это было то же выражение, которое всегда было на её лице, когда она подчёркивала важную мысль, зная, что вкладывает её в головы своих учеников.

– Ошибка, которую допустил убийца, заключается в том, что он подумал, что модель должна быть идеальной. И он будет предельно точно следовать ей.

Зои обдумывала это в своей голове.

– Он настолько одержим своей моделью, что не замечает того, что в природе не всегда всё идеально. Его шаблон должен быть идеальным.

– Точно так же, как и тебе, моя дорогая, иногда сложно смотреть сквозь числа, чтобы увидеть различия человеческой природы. Как ты изо всех сил пытаешься понять тонкости пустой болтовни или эмоциональных реакций, потому что всё, что ты видишь у себя в голове – это числа.

Зои слегка наклонила голову над столом, устеленным картами и бумагами. Доктор Эпплвайт была права. Даже если она была единственным человеком, который мог смотреть на вещи так, как это делал убийца, это также означало, что она была жертвой тех же ошибок и слабостей.

Осознание того, что она такая же, как и серийный убийца, снова заставило её вздрогнуть.

– В несовершенстве кроется своя красота, – продолжала доктор Эпплвайт. – Наши недостатки – это то, что делает нас людьми. Именно поэтому я никогда не осуждала тебя за твои. Но этот преступник… он не видит красоты. Он не способен смотреть на что-то другое, кроме чисел, заключённых в самой спирали. Он обличает их в форму предметов, так серийный убийца смотрит на человека и видит в нём лишь жертву, а не мать, жену, сестру или друга. Ему важна только конечная цель. Именно поэтому его действия достаточно просто предугадать.

– Вы имеете в виду, что мы можем провести более точные расчёты. Гораздо точнее установить места, где он собирается совершить завершающие убийства.

– Да. Зачем искать по всему городу? Он видит только точные координаты. Вы можете записать цифры через десятичные знаки, а не рассматривать целую сетку на карте.

– Я поняла, – сказала Зои, хватая ручку. – У меня есть точные координаты места каждого нападения.

Она начала набрасывать расчёты, сужать рамки.

Доктор Эпплвайт рассмеялась, и этот радостный и дружеский звук всегда согревал сердце Зои.

– А ну-ка, выдай мне цифры.

Зои и не думала просить о помощи, но с удовольствием приняла предложение. Всегда было надёжнее, когда твою работу кто-то перепроверял. Несмотря на то, что она уже всё рассчитала, помощь со стороны ей не повредила бы. Она просмотрела папки с каждым делом, чтобы сообщить координаты с точностью до четырёх десятичных знаков, ожидая, пока доктор Эпплвайт рассчитает логарифмическую функцию, и точно скажет, где на карте будут находиться следующие точки. Их осталось только две, что существенно облегчало их работу – и у них в руках были почти все подсказки и больше никаких тайн. Потребовалось время, чтобы ввести данные, время, о котором жалела Зои и сетовала, что не додумалась до этого раньше, но теперь она сделала всё, что могла и у них было то, что требовалось.

– Хорошо, – сказала доктор Эпплвайт после минутной паузы, во время которой она делала расчёты. – Запиши, что у меня получилось.

Зои сверила их со своими собственными, и увидела, что они совпадают, потом воспользовалась старым, видавшим виды компьютером, который стоял в углу комнаты, чтобы ввести эти данные в поиск координат на карте местности.

– Есть! – сказала она, сосредоточив своё внимание на квадрате, полученном в результате поиска. – Тридцать квадратных метров. Достаточно небольшое пространство, чтобы мы могли уследить за всем сразу.

– Отличная работа! А легко ли будет наблюдать за этой целью?

Зои снова изучила карту местности, проверяя, не сделала ли на ошибки.

– Это закусочная, – сказала она. – Похоже, что всё это пространство занято одним только зданием. Мне нужно проверить с местными властями, что эта карта соответствует действительности.

– Нет, у убийцы не будет такой возможности, – подметила доктор Эпплвайт. – Он располагает теми же данными, что и ты. Картой, которая находится в общем доступе. Доверяй тому, что видишь.

– Тогда это только часть здания. В неё даже не входит передняя зона, выходящая на улицу, включая входные двери. Точные границы полученных координат охватывают только среднюю и дальнюю часть закусочной.

– Ты знаешь, где его искать. Думаю, тебе лучше поторопиться – разве ты не говорила, что он всегда нападает после наступления темноты?

Зои посмотрела на часы. В их закрытой комнате без окон она даже не заметила, как быстро пролетел день. Совсем скоро солнце начнёт садиться, и пройдёт ещё немного времени, прежде чем он нападёт снова.

Им нужно было действовать, и прямо сейчас. Ей придётся проехать по маршруту убийцы, представляя, какую дорогу он выберет. Всё ещё существовала вероятность того, что Аиша была мертва, что он приедет для того, чтобы просто выбросить её тело. Или, что она всё ещё жива, но к тому времени, когда они доедут до закусочной, он уже убьёт её. Зои должна была сохранять бдительность и быть начеку.

Зои было не по себе оставить всю математику позади, оторвавшись от привычной модели. Она думала, что убийца должен чувствовать себя подобным образом, но как она могла знать это наверняка? Несмотря на то, что числа Зои могла считать на уровне инстинкта, человеческий разум всё же был чем-то абсолютно другим. И мысль о том, что сейчас – на этом финальном этапе – он может отклониться от своего привычного образа действий, действительно пугала её и заставляла сердце выпрыгивать из груди.

– Благодарю Вас, – сказала Зои, затаив дыхание.

– Не стоит, – ответила доктор Эпплвайт. – Ты можешь выразить свою благодарность, записавшись на приём к психотерапевту, которую я тебе рекомендовала.

– До связи, – вздохнула Зои, слегка улыбнувшись, по-прежнему не желая ничего предпринимать в этом отношении.

В конце концов, на любезности было не так уж и много времени. Зои знала, где будет убийца и когда – это время наступит уже совсем скоро. Она окончила разговор, и набрала номер Шелли. Им придётся встретиться уже там – она не могла ждать, пока её напарница вернётся в оперативный штаб, когда на карту поставлена чья-то жизнь.

Глава 25

Зои сидела за стойкой одна. Она заказала чашку кофе, но едва даже притронулась к нему. Вместо этого она занялась тем, что беспрерывно смотрела по сторонам, проверяя каждое направление.

Она не могла вынести этого ожидания. Зои рассматривала все версии, все возможные варианты. Возможно, он привезёт Аишу ещё живой, а затем убьёт прямо посредине комнаты, полной людьми. Нет, в этом не было смысла. Возможно, он доставит девушку сюда уже мертвой – но в таком случае, как он рассчитывает уйти оттуда как ни в чём не бывало?

Подъезжая к закусочной, Зои тщательно проверила все дороги, парковку, заглядывая внутрь каждой припаркованной машины любого цвета, а не только «Ford Taurus». Она не собиралась дважды совершать одну и ту же ошибку. Ну нет уж, на этот раз она тщательно всё осмотрела, но нигде не было видно и следа убийцы.

Но в её сердце всё же брезжил свет надежды. Ведь оставалось ещё два места для убийства, а не одно. Две локации. И может быть, можно было предположить, что убийца оставит Аишу напоследок, чтобы убедиться, что заключительная точка его миссии будет поставлена во что бы то ни стало.

В этом предположении было больше смысла, чем в его попытках убить девушку в многолюдной закусочной, или привезти её туда уже мёртвую. Он должен быть отдавать себе отчёт в том, что это стало бы для него билетом в один конец в тюремную камеру.

Но с другой стороны, откуда ей было знать, насколько логичными могут быть действия шизофреника, который перестал принимать лекарства.

И несмотря ни на что, Зои пришлось принять удар на себя. Она была всего лишь одним человеком и не могла одновременно присутствовать в нескольких местах. Поэтому Зои предупредила Шелли, чтобы та действовала осторожно, и вместе с патрульными охватила более широкую территорию, взяла на себя парковку и внимательно следила за всем, чем только могла. Они распределили свои силы практически во всех направлениях, и теперь ставки были высоки, как никогда. Одно небольшое движение в задней части автомобиля могло бы указать на то, что Аиша оказывает там сопротивление. Это движение легко пропустить, и тогда жизнь девушки оборвётся. Но патрульные будут там, на дороге, на парковке, они будут следить и ждать.

А Зои осталась следить за тем, что происходит внутри самой закусочной. Казалось маловероятным, что свою новую жертву он будет искать именно здесь, так ведь? Но в этом здании были и закрытые пространства – кухня, уборные. Они были вне основного поля зрения. Ей просто нужно было следить за подозрительным поведением кого-то из посетителей. Если здесь появится убийца, она непременно заметит его. Она его остановит. Зои сама себе дала такое обещание.

Десять кабинок располагались по бокам с каждой стороны комнаты, центральная зона была более широкой, там стояло несколько столов, за которыми легко было наблюдать. Кроме того, была ещё барная стойка. Таким образом, можно было насчитать двенадцать мест, где гипотетически мог бы находиться убийца, а с уборными – даже четырнадцать. Она уже проверила дамскую комнату при входе, на случай того, если он будет искать свою жертву именно там. Патрульный, которого до этого она ни разу не видела, осмотрел мужской туалет, и вышел, незаметно подав Зои знак кивком головы. Он выполнил свою работу и пошёл следить за машинами дальше. Убийцы здесь не было – пока что.

Зои пыталась не качать ногой туда-сюда, чтобы не позволить числам вновь нахлынуть на неё. Она уже знала рост и вес всех посетителей закусочной, начиная от официанток, которые кружились вокруг, поднося кофе и принимая заказы, и заканчивая двадцатью семью посетителями, распределившимися по всей территории закусочной. Помещение было забито практически до отказа. Ему не пришлось бы потратить много времени, чтобы найти себе жертву, и всё же, чтобы совершить убийство и покинуть это место незамеченным, пришлось бы хорошо постараться.

Зои была полна решимости увидеть его.

Она старалась не допустить того, чтобы навязчивые мысли постоянно досаждали ей: как, например, то, что на столах стояло больше сахара, чем соли, и что пар солонок и сахарниц было больше, чем столов, что свидетельствовало о том, что официантки приносили в случае необходимости дополнительное количество, а потом не уносили обратно, и всё это оставалось на столах. Она также пыталась не обращать внимания на семнадцать бургеров, двадцать порций жареной картошки, двадцать восемь чашек кофе (некоторые из которых ещё не убрали после того, как предыдущие их пользователи покинули закусочную) и четыре молочных коктейля, стоявших на столе. Ей ни к чему было знание всех этих вещей.

Ей не обязательно было знать, что в помещении было всего семь свободных мест, и только один абсолютно пустой стол. Ей также не было никакого толку от информации, что в зале было тринадцать осветительных приборов и три вентиляционных отверстия, или что лямки на фартуках каждой из официанток были немного разной длины.

То, что ей действительно стоило бы знать, это как можно больше сведений о людях, которые на данный момент находились в закусочной, и она старалась приложить все свои усилия именно к этому. Она развернулась к стойке спиной, и наклонилась, осматривая комнату так, чтобы это выглядело максимально непринуждённо. Зои заказала вторую чашку кофе, и поставила её рядом с собой, как будто ждала друга.

Половина посетителей были женского пола, а что касается персонала – то там все были женщинами. Было также несколько детей. Всех их Зои не брала в расчёт. Также здесь сидели мужчины с лишним весом – типичные посетители заведений, в которых подают в основном сладкую или жирную пищу. Двое из них были слишком старыми, уже пенсионного возраста, у них не хватило бы силы в руках, чтобы совершить эти злодеяния.

Таким образом, оставалось пятеро мужчин, один из которых был слишком низкого роста для того, чтобы без труда достать до самых высоких жертв, а это значило, что Зои могла исключить и его тоже. Список подозреваемых сократился до четырёх человек.

Присутствующие здесь люди сидели по группам, распределённые в соответствии с определёнными социальными ролями. Мужчина – женщина – ребёнок – семейная ячейка. Девушка, сидящая напротив парня. Две девушки с двумя парнями – влюблённые парочки, сидящие вместе. Социальные роли всех этих людей было легко распознать. Но были такие, чьи роли она никак не могла понять – двое мужчин и женщина: она сидела с одной стороны, а мужчины – напротив, между ними не прослеживалась ни семейная, ни любовная связь. Эта компания была самой загадочной, и вызывала больше всего вопросов.

Группа из трёх человек – мужчина, женщина и ребёнок – встали со своих мест и ушли. Появились новые свободные места. Но на им на смену пришла другая компания: четверо парней, не старше подросткового возраста. Таким образом, снова получалось семь человек в списке подозрительных личностей, а вслед за ними зашла молодая пара. Теперь восемь. Другая пара собралась уходить, освобождая одну из кабинок, и … она уже исключила их из своего списка? В нём оставалось семь или всё же восемь человек?

Зои нахмурила брови и сосредоточилась. Она должна была всё сделать правильно. Не было никакой уверенности в том, что их убийцу будет так легко сразу же распознать среди других. Он может быть местным – возможно, он всё спланировал таким образом, чтобы закончить свою миссию в родном городе, хоть они изначально и думали, что он из другого штата. А это означало, что он может зайти в закусочную с друзьями, и даже членами своей семьи.

Зои казалось, что он должен быть одиночкой, но, возможно, это было лишь её собственное предубеждение. Она была такой, значит, и он должен быть. А может, он совершенно на неё не похож, может легко поддерживать отношения и заводить друзей, вопреки тому, как он видит окружающий мир.

А может быть и нет.

Наплыв людей, которые хотели поужинать, начинал уменьшаться, на улице уже село солнце. Ещё одна группа посетителей встала, чтобы уйти, закончив ужин, стремясь поскорее отвезти детей домой и уложить спать. Они были в её списке подозреваемых. Теперь он точно сократился до семи человек. Она следила за компанией из четверых парней, пытаясь раскусить их и узнать, не было ли среди них кого-то, кто бы чрезмерно оглядывался по сторонам и казался нервным.

Дверь снова открылась и внутрь вошёл молодой человек, он пришёл один. Он выглядел ничем не примечательным: был одет в простую, но приличную одежду, ростом около 180 сантиметров, худощавый. Парень сел неподалёку от Зои, миновав грузного дальнобойщика и женщину, которая за последние десять минут уже восемнадцать раз проверила свой телефон.

Молодой человек заказал чай, и Зои наблюдала за ним краем глаза настолько пристально, насколько это было возможным. Он подходил. Он мог бы быть тем самым. Зои добавила его в свой мысленный список, и снова осмотрела комнату, разглядывая другие столы, исключив при этом ещё одного мужчину за его привычку неаккуратно принимать пищу.

Одна женщина вздохнула и встала с места, быстро уходя, опустив голову. Зои посмотрела в сторону. Теперь она могла получше разглядеть молодого человека. Он, казалось, тоже осматривал комнату.

Ещё одна семейная компания встала и вышла на улицу – мать одиночка с тремя детьми на буксире. Зои наблюдала за входной дверью, но больше никто не входил. Где же Шелли? Она ведь совсем скоро должна уже приехать?

Дальнобойщик бросил немного наличных на стол, чтобы оплатить счёт и встал, выпуская отрыжку. Зои посмотрела на него, не в силах сдержаться. Когда он отошёл, она встретилась взглядом с молодым человеком, который, казалось, испытывал такое же отвращение.

На секунду они задержали друг на друге свои взгляды. В его глазах что-то мелькнуло, и Зои не могла понять, что именно это было, прежде чем он отвернулся.

Зои продолжала наблюдать за ним. Теперь он умышленно отводил глаза. В этом не могло быть никаких сомнений.

Этот проблеск. Мог ли он возникнуть, потому что парень…узнал её?

Тысяча мыслей пронеслись в голове Зои. Рост, вес, возраст. Всё совпадало. Плюс, надо принять во внимание время, когда он зашёл в закусочную – сразу после того, как солнце полностью село. Он был один и не заказывал еду, в то время, как все остальные мужчины, которые были здесь одни, были заняты делом – дальнобойщики останавливались, чтобы передохнуть во время своего долгого пути, влюблённые с волнением ждали своих вторых половинок, а один мужчина в мятом костюме, которого Зои приняла за алкоголика, пытался протрезветь перед тем, как вернуться домой.

Этот молодой человек тоже находился здесь не просто так.

Он был здесь, чтобы совершить убийство.

Она чуяла это всем своим нутром. Это был он.

У неё был только один шанс. Если она не справится, он может опять уйти. Раскрыв свои карты в качестве агента ФБР, она заставила бы настоящего убийцу броситься наутёк, если бы это был не тот человек, на которого она думала. Но она была уверена. Это должен был быть он.

Зои встала, как раз собираясь подойти к нему задать пару вопросов, и в этот же самый момент он тоже встал со своего места. Она замешкалась, делая вид, что поправляет куртку, в это же время он направился в заднюю часть закусочной и вошёл в уборную. Сбитая с толку, Зои снова села на место, думая о том, что ей придётся подождать, пока он не вернётся.

Она схватила свой телефон и быстро набрала сообщение Шелли. Это было предупреждение, но ещё не просьба о подкреплении: «Подозреваемый здесь. Пошёл в уборную. Жду, пока он выйдет, чтобы арестовать и допросить его».

Зои ждала, удерживая своим периферийным зрением дверь в мужскую уборную, чтобы отреагировать сразу же, как только она откроется. В уборную зашёл другой мужчина, и у Зои мурашки пробежали по коже, пока она пыталась мельком увидеть за дверью хоть что-нибудь, когда та открылась.

Затем она быстро осмотрела комнату и других своих подозреваемых, ни один из которых, как теперь казалось, был не настолько интересным объектом для слежки.

Дверь в туалет снова открылась, и, напрягшись всем телом, Зои снова посмотрела по сторонам – но это всего лишь выходил тот другой мужчина.

Кровь застыла у неё в жилах. Второму мужчине хватило времени, чтобы войти и выйти – а где же был её подозреваемый?

Что он там делал столько времени? Пытался ли он сбежать?

Неужели он уже выбрался через окно, и скрылся из поля зрения, убежав в неизвестном ей направлении, и она теперь не имела ни малейшего понятия, как его выследить?

Оставалось сделать только одно. Зои отхлебнула кофе для обретения большей уверенности и встала с места. Затем она проверила пистолет, легонько постучав по кобуре, и решительно направилась в уборную, избегая зрительного контакта с кем бы то ни было, пока со всей решимостью входила в мужской туалет.

Зои вытащила пистолет, спрятав его за спиной. Последнее, что ей было нужно, это, чтобы сюда вошёл кто-то из гражданских в самый неподходящий момент. Она подумывала закрыть дверь, но так она заперла бы себя в ловушке вместе с убийцей.

Она быстро осмотрелась, двигаясь с пистолетом впереди себя, как её учили на тренировках. Ни возле писсуаров, ни возле раковин никого не было. Она направилась вдоль кабинок. Все они были пустыми, дверцы болтались приоткрытыми, так что она видела, что внутри никого не было.

Мужской туалет был пуст.

Окно, соответственно, было открыто, что было логично в виду того, что внутри никого не было. Зои посмотрела вверх, по её расчётам, проём был достаточно широким для того, чтобы сквозь него мог пролезть мужчина худощавого телосложения. Возможно, он с трудом протолкнул плечи. Она подошла ещё ближе, и заметила, что окно можно было открыть ещё шире, что позволяло ему выиграть ещё пару сантиметров. Таким образом, у него для манёвра даже оставался в запасе ещё один сантиметр. Он бы в любом случае сделал это.

Зои подошла ещё ближе, встала на цыпочки и расслабила тело, выглядывая из окна с пистолетом наперевес. Снаружи не было ничего видно, ни намёка на то, что убийца всё ещё мог бы быть неподалёку, она не заметила также никаких следов обуви. Даже следов приземления. И пусть весил он не так много, но после прыжка всё равно должен был остаться отпечаток…?

Зои осознала правду слишком поздно. Он вообще не прыгал из окна; именно поэтому на улице и не было никаких следов. Затем она смутно вспомнила, что войдя в уборную, заметила кладовую с инвентарём, услышав позади себя скрип двери и чей-то шаг по кафельному полу, и внезапно девушка поняла, какую ошибку она совершила, повернувшись к нему спиной.

Зои инстинктивно вздрогнула, держа пистолет в руках. Она хотела развернуться и направить его на убийцу, но на это у неё не хватило времени.

Всё, что ей удалось сделать, это поймать рукой проволоку, которая предназначалась для её шеи, при этом запястье девушки упёрлось ей в лицо, когда он сильно потянул проволоку на себя, затягивая петлю. У Зои получилось только издать сдавленный хрип, вздрогнув всем телом, когда её пистолет с грохотом упал на пол.

Чистой случайностью было то, что он при этом не выстрелил – к счастью или к несчастью – может быть, если бы всё-таки был выстрел, то он ранил бы этого мужчину. Но тот продолжал свои решительные действия – точно такие же, какие он применял и в случае предыдущих жертв. Зои услышала, как она сама непроизвольно вскрикнула, когда ткань её куртки отодвинулась, и проволока вонзилась прямо ей в руку.

Она не могла так просто сдаться. Зои не могла позволить трёхсантиметровой ране увеличиться в размерах, не могла подпустить проволоку ближе к своей шее. У убийцы была сильная хватка, но он потерял равновесие, поскольку не мог восстановить обычное положение в следствие того, что её рука вмешалась в его привычный процесс удушения жертвы.

Она толкнула локоть второй руки назад, нанося ему точный удар в грудь, и услышала, как он издал хрип, резко выдыхая воздух. Он отшатнулся, но при этом потянул проволоку за собой, от чего Зои снова закричала, когда та глубже впивалась в её кожу. Она чувствовала, как тёплая кровь заструилась по её руке, стекая в рукав куртки и впитываясь в место, где ткань была загнута.

Теперь он стоял всего в двух или трёх сантиметрах в пределах досягаемости её локтя, но всё ещё не ослаблял хватку, а проволока была настолько острой, что Зои боялась, как бы она не прошла полностью сквозь её руку, прежде чем она сумеет защититься. Периферийным зрением она заметила, как он слегка подал корпус вперёд, наклонил шею на тридцать градусов, а бёдра – на шестьдесят. Ему было слишком тяжело. Он не мог удерживать равновесие. Человеческие существа были созданы с особой точностью, но и у них были слабые стороны.

Зои упала на колени без какой-либо страховки, зная, что это, скорее всего, причинит ей боль. Её коленные чашечки с глухим звуком соприкоснулись с кафельным полом, который эхом пронёсся по всему телу, от чего кровь ещё больше стала литься из раны на руке, разбрызгиваясь по полу прямо перед ней. Будущая зацепка для следователей. Убийца изо всех сил пытался держаться на ногах, но когда проволока потянулась под тяжестью тела Зои, он всё же потерял равновесие и рухнул вслед за ней.

Его тело тяжёлым грузом навалилось на девушку, плечо упёрлось в позвоночник, а голова оттолкнулась от плеча. Они оба лежали на полу и Зои хоть на мгновение освободилась от проволоки, которая подобно ореолу упала рядом с ней, но её рука по-прежнему истекала кровью, а пистолет находился вне пределов её досягаемости в другой части комнаты.

В тот же момент, когда Зои заметила это, его увидел и убийца, и они оба ринулись к оружию, при этом каждый старался достать его первым. Зои подсекла убийцу и сбила его с дороги, пока сама вставала на ноги. Позади неё лежала проволока, и у неё не было времени на раздумья, поскольку она видела, что он снова устремился вперёд. Ей не удалось второй раз помешать ему. Он первым достанет пистолет.

Она должна была что-то сделать. Зои в отчаянии смотрела вокруг себя, ища что-нибудь, что помогло бы ей выиграть хоть какое-то преимущество. Ей нужно было отвлечь его внимание. Вон там! Локтём уже повреждённой руки она ударила по зеркалу. И разбила его на мелкие кусочки.

– Смотри! – закричала она, и её голос сопровождался звуком падающего разбитого зеркала. – Шаблон!

Ошеломлённый убийца обернулся на неё. Зои увидела, как изменился его взгляд, расширились зрачки, когда он осознал, что она понимает, о чём говорит. Затем его взгляд упал на пол, и мужчина был не в силах ему сопротивляться. Осколки были разбросаны повсюду, некоторые из них попали в раковину, другие полукругом лежали на полу. Внутри было пустое пространство, затем лежащие по краю изогнутой формы осколки, и мелкие части, беспорядочно рассыпанные по полу – всё это было выше его сил.

Зои прыгнула вперёд и вытянула руки, чтобы достать пистолет, когда скользила по полу. Ударившись плечом о боковую стену, она не обращала внимания на боль, пронизывающую не только место удара, но и всю руку. Девушка дотянулась и схватила пистолет, направив его перед собой, приходя в себя и вдруг осознав, что убийца снова набрасывается на неё, в этот момент она нажала на курок.

Она выстрелила практически в упор. Спустя ещё одну миллисекунду он бы снова обрушился на неё. Даже если бы она стреляла вообще не целясь, она бы не промахнулась.

Он упал на пол, удар пули отбросил его на несколько сантиметров назад, мужчина поднёс руку к груди, чтобы проверить внезапно образовавшееся там отверстие.

Зои было тяжело дышать в подступающих приливах адреналина. Она чувствовала слабость, у неё закружилась голова. Осмотревшись по сторонам, и заметив следы крови, разбрызганные по всей уборной, она поняла причину своего такого состояния. Всё расплывалось у неё перед глазами, она погружалась в какой-то другой, более ясный и спокойный мир, в ушах по-прежнему раздавался звук бьющегося стекла, она вспоминала свой безудержный рывок к пистолету, учащённое дыхание и ощущение чего-то тёплого и липкого на её правой руке.

Тишина могла продолжаться секунду, или целый час; Зои отстранённо наблюдала за тем, как рука убийцы опускается ему на ногу так же быстро, как жизненная энергия выходит из его груди. У него было странное выражение лица, которое Зои не могла прочесть. Она метко выстрелила. Она знала, что попала близко к сердцу, если не прямо в него.

Дверь в уборную распахнулась, одновременно раздался знакомый возглас: «ФБР! Поднимите руки вверх и бросьте оружие на пол!».

В пустом дверном проёме появился силуэт Шелли, которая входила в комнату, нацелив свой пистолет на противника, пока взглядом оценивала происходящее.

– Зои?

Позади себя Зои смутно слышала, как другие полицейские выкрикивали предупреждения в сторону посетителей закусочной, выводя их наружу. Прозвучал выстрел. Должно быть, он вызвал панику.

– Где она? – спросила Зои. Ей нужен был ответ на этот вопрос. Аиши Спаркс здесь не было – значит, он всё-таки не привёл её в закусочную. Он был в поиске кого-то другого. Тогда где же была девушка?

Зои заметила, что убийца смеялся, открыв рот и дрожа всем телом, несмотря на то, что с его губ едва слетал еле заметный шёпот. Он не ответил ей. Его рот скривился в резкой усмешке, а глаза были устремлены на Зои и в них была искра, которая говорила о том, что он знает разгадку этой тайны. Тайны, которую она должна была постигнуть.

И в одно мгновение она всё поняла.

Зои знала, почему он смеялся. Почему он был счастлив в момент своей смерти.

Ему нужно было, чтобы кто-то умер именно на этом месте. И сейчас, когда его с последним хрипом покидала жизнь, маниакальная радость светилась у него в глазах от того, что он всё-таки исполнил свою миссию.

– Где она? – закричала Зои, устремляясь к телу убийцы, и хватая его за рубашку, чтобы встряхнуть. Ответа не последовало. Больше никогда ни одно слово не сорвётся с этих уст. Всё было кончено. Зои отпрянула, поднимая глаза в потолок, испустив стон невозможного отчаяния.

– Поговори со мною, Зо!

Зои переместила своё внимание на Шелли, кратко кивнув.

– Со мной всё в порядке, – с нетерпением сказала она. Зои не хотела тратить время на все формальности и тонкости, а также не беспокоилась о своём собственном здоровье. Аиша Спаркс по-прежнему была где-то там, а убийца не оставил им ни одной подсказки, где именно.

– У тебя идёт кровь? – спросила Шелли, присаживаясь на один уровень с Зои.

Зои посмотрела на свою руку, изобразив удивление от того, что вся её куртка стала красного от крови цвета.

– О, наверное, да, – призналась она, чувствуя себя несколько отстранённой от всего происходящего – всё вокруг было, как в тумане, её разум был по-прежнему сосредоточен на кривой усмешке убийцы. – Он ранил меня своей проволокой.

Шелли выругалась, выкрикнув в дверной проём несколько распоряжений копам, которые бежали по направлению к уборной следом за ней.

– Вызовите скорую! У меня здесь агент теряет много крови!

Глава 26

– Мне нет необходимости ехать в больницу, – уже в третий раз повторила Зои.

Она сидела среди хаоса на заднем сидении машины скорой помощи, пока вокруг неё суетились сотрудники правоохранительных органов. Они уже отправили тело убийцы в местный морг для вскрытия и получения как можно большего количества информации о нём.

– Ты уверена? – спросила Шелли, обмениваясь взглядами с врачом скорой помощи. – Я действительно думаю, что будет лучше, если тебе наложат швы. Всё уже кончено. Ты можешь поехать в больницу.

– Ещё не кончено, – спорила Зои, поднимая руку и протягивая её доктору. – Заканчивайте перевязку. Нам ещё нужно найти девочку-подростка.

Шелли вздохнула и сложила руки на груди, но перестала возражать, когда доктор начал заматывать повязкой наскоро обработанную рану Зои.

– Это только временное решение, – предупредил он, заканчивая свою работу. – Я крайне рекомендую Вам при первой же возможности обратиться в больницу для наложения швов. И не перегружайте себя, особенно эту руку. Может окончиться тем, что ситуация только усугубится.

– Сразу же после того, как мы найдём девочку, я схожу туда, – сказала Зои, выскакивая из трейлера и направляясь вслед за Шелли. Она не стала брать свою куртку, которая теперь была насквозь пропитана кровью, и схватила ветровку, которую для неё оставил кто-то из местных копов, чтобы прикрыть такую же окровавленную рубашку.

Она стояла рядом с Шелли, наблюдая за тем, как команда криминалистов работает в закусочной, а также в машине убийцы на парковке. Его автомобилем был красный «Ford Taurus», который по всей видимости был когда-то перекрашен, поскольку раньше был зелёным. По краю капота отслоилось несколько кусочков краски, обнажая оригинальное покрытие. Именно в этом месте даже зелёная краска была содрана вплоть до металлического каркаса, кусочек краски с капота и попал под ноготь Руби.

Основная деятельность была сосредоточена на двух вещах: поиску доказательств в поддержку заявления Зои о самообороне против мужчины, который, несомненно, и был их серийным убийцей, и поиск любой информации, которая могла бы указывать на то, что он сделал с заложницей.

– Он закончил его.

– Что? – спросила Шелли, с удивлением оглядываясь на напарницу.

– Он закончил свой шаблон. Именно поэтому он выглядел таким довольным собой, когда умирал.

Эта мысль постоянно возвращалась к ней с того самого момента, как она застрелила его. Она ожидала не только его смерти, но и его провала. Для убийцы шаблон был смыслом всей жизни. И он не был бы доволен, если бы оставлял свою миссию незавершённой.

Он смеялся, потому что для него всё это было действительно забавно. Ему не просто удалось завершить шаблон, но и самому стать его частью. Теперь, когда туман боли и шока от столкновения с серийный убийцей рассеялся, на Зои снизошло вдохновение, и она смогла понять всю значимость произошедшего. Он не был бы счастлив умереть, если бы не завершил каждую деталь своей схемы – включая последнюю точку спирали.

И как она не догадалась об этом раньше? Сетуя на кровопотерю и эмоциональный шок от убийства человека, Зои знала, что она именно должна предпринять сию же минуту.

– Он увёз Аишу Спаркс куда-то, – заявила Зои. – Он оставил её где-то умирать. И я знаю, где.

– Завершающая точка спирали, – сказала Шелли. Может быть, она и не видела шаблоны так, как их могла видеть Зои, но она точно не была глупой. Она понимала концепцию. – Ты думаешь, он всё устроил таким образом, чтобы она умерла завтра ночью.

– Должно быть, он подозревал, что мы подбираемся всё ближе к нему. Мы почти поймали его на ярмарке. К тому же, его видел патрульный полицейский, и он, вероятно, подозревал, что не справится со своей задачей этой ночью.

– Чтобы завершить шаблон, нужна была всего одна смерть. Так ты думаешь, что она уже там?

Зои кивнула.

– Нам нужно выдвигаться на поиски. Собрать команду из местных копов и позвонить шерифу, чтобы он отправил своих людей. Я введу данные в навигатор.

Шелли колебалась, посматривая на руку Зои.

– Я поведу.

Зои закатила глаза. Ей пришлось пойти на лёгкую уступку, чтобы они как можно скорее отправились в путь.

– Хорошо.

Она не могла найти себе места, сидя на месте пассажира. Девушка будет там. Карты, которые Зои сфотографировала на свой телефон, чтобы они всегда были под рукой, указывали на новую область местонахождения финальной точки спирали. Учитывая их новый, более точный логарифмический расчёт, территория поиска была максимально сужена. Она была не такой уж и обширной: в неё входила дорога с двумя домами по обе стороны от неё, под нужные координаты попадали только передние части этих домов, а задние части и садовые участки уже не входили в заданную область, а также небольшой участок железной дороги.

Несмотря на то, что нужное место было чётко определено, всё равно требовалось провести поиски. Если бы ей нужно было спрятать кого-то таким образом, чтобы тот человек умер, куда бы она его поместила? Подальше от глаз посторонних людей, конечно же. В подвал или на чердак. Туда, где его никто не найдёт, и даже не заподозрит, что он там.

Шелли села за руль, всё ещё раздавая жестами распоряжения группе мужчин, которые, в свою очередь, распределились по патрульным машинам. Она завела мотор, посмотрев на Зои.

– Как ты думаешь, что именно мы ищем? – спросила Шелли, не спеша отъезжая от закусочной, пропуская машины официальных служб.

– Я знаю ровно столько, сколько и ты, – вздохнула Зои. – Боюсь, мои супер способности не помогут ответить на этот вопрос. Ему нужно было, чтобы она умерла завтра, так что у нас есть время как минимум до рассвета.

– Разве это должно произойти не после захода солнца?

Зои пожала плечами, почувствовав сильную пульсацию в руке, когда она это сделала.

– Мы только знаем, что он совершал свои нападения после захода солнца, чтобы избежать всё возрастающих подозрений. Может быть, дело никогда и не было в самом времени суток. А может быть, и было. Я точно не знаю, а его спросить мы больше не можем.

Как только они отъехали дальше от места происшествия, Шелли добавила скорость, и Зои схватила ремень безопасности, отодвинув его подальше от своей шеи. Она подавила приступ тошноты. Ей показалось, что теперь, когда она потеряла много крови, её стало намного сильнее укачивать, так что визит в больницу был ей гарантирован.

– Как ты себя чувствуешь по поводу всего этого? – спросила Шелли. Её взгляд скользил между зеркалом заднего вида, боковыми зеркалами и дорогой, пока она проверяла, что остальная часть их маленькой команды не отстаёт от них.

– По поводу чего именно?

– По поводу того, что ты убила человека, – сказала Шелли, а затем прикусила губу. – Я ещё не пускала в ход своё оружие. А ты сделала это дважды за последние два дня.

Зои снова вздохнула, на мгновение закрыв глаза. Но от того, что она перестала смотреть на дорогу, её тошнота не уменьшилась.

– Со мной всё в порядке. По крайней мере, пока что. А позже, я уверена, что один из уполномоченных психологов Бюро детально расскажет мне, насколько я не в порядке.

Шелли рассмеялась над этими словами своей коллеги, виновато пытаясь подавить своё веселье.

– Над этим не следует шутить.

– А кто сказал, что это была шутка?

Шелли улыбнулась, поудобнее устраиваясь в кресле. Зои заметила, что её руки расслабились на руле, и жёсткая прямая хватка сменилась более свободным положением локтей.

– До рассвета есть ещё несколько часов. У нас есть шансы успеть.

Действительно, у них были довольно неплохие шансы, за исключением того факта, что искать придётся в темноте. Зои знала, что при этом процент успешного завершения дела снижается. Можно упустить жизненно важные подсказки. И всё же, она не хотела нагнетать пессимистичный настрой.

– Нам нужно не только найти точное место, где должно произойти убийство, но и его способ. Нужно соблюдать осторожность. Нельзя просто неуклюже топтаться вокруг в темноте. Возможно, он установил какую-то ловушку, которая убьёт девушку, как только её отыщут.

Шелли сочувственно вздохнула.

– Надеюсь, что этого не случится. Бедняжка, должно быть, до смерти напугана. Она всего лишь подросток.

– Она вполне может находиться под влиянием каких-то седативных препаратов. Он планировал держать её в одном месте без шансов на побег. И он не должен был присутствовать там, когда она будет умирать. Возможно, он даже собирался уехать отсюда прочь. Для него лучшим вариантом было бы покинуть штат.

Шелли прикусила губу, и лишь немного сбросила скорость на повороте.

– Он её спрятал, загнал в ловушку, накачал чем-то и приговорил к смерти. Но как он собирался всё это провернуть?

– Именно это нам и предстоит узнать. И сделать это нужно как можно быстрее, – Зои сделала глубокий вдох, немного опустив окно, чтобы впустить свежий воздух. – Прежде чем его план воплотится в реальность.

Бесполезные домыслы одолевали Зои во время пути. Она изо всех сил пыталась сконцентрироваться на своих мыслях, не обращая внимания на стук, который она слышала в своей голове, пульсацию в руке и приступы тошноты, взбирающиеся всё выше по её горлу каждый раз, когда Шелли поворачивала руль или вдавливала глубже педаль газа.

Нужное им место находилось недалеко от закусочной – согласно маршруту, который они выбрали, на дорогу у них должно уйти примерно тридцать пять минут. Но таймер всё ещё отсчитывал время, и что касалось Зои, то она физически затылком ощущала тиканье этого таймера. Восход солнца: именно тогда должны сыграть все ставки. Должно быть, он всё устроил таким образом, чтобы Аиша Спаркс не увидела больше ни одного рассвета.

Местные копы собрались для получения дальнейших инструкций, Зои обвела взглядом их всех. Они все были разного роста, вес каждого их них был в пределах здорового диапазона. Это были мужчины и женщины, которые были способны часами проводить поиски, у них была хорошая физическая подготовка и они обладали всеми навыками, чтобы обыскать каждый угол, если это потребуется. Была очень высокая вероятность того, что это будет долгая ночка. Им нужны были лучшие люди, которых могло им предложить руководство штата.

Действуя быстро, они обозначили границы необходимой территории поиска. Зои распределила между ними отмеченные на карте зоны, затем они установили контрольно-пропускные пункты в своих зонах с присутствующими там патрульными полицейскими. После этого в их распоряжении осталось десять человек, включая Зои и Шелли.  Оставшихся людей разделили на группы по три человека, в задачу которых входило разбудить жителей домов и тщательно осмотреть все их комнаты. Всего было по два дома с каждой стороны дороги, и полицейским нужно было двигаться по траве и голой земле, ища любые знаки.

Из соображений безопасности они немного расширили зону поиска, включив в неё подсобные помещения и садовые участки, а также дома, расположенные непосредственно северной стороной, таким образом полностью осмотрев все объекты в определённой ими зоне.

Зои вместе с Шелли направились в южную зону на восточной стороне дороги, освещая путь фонарями и держась близко друг к другу, продвигаясь при этом по спланированному маршруту. Вверх, потом в сторону, вниз, снова в сторону и вверх. Медленно и уверенно. Они искали следы борьбы на земле, предметы, которые могли быть брошены либо убийцей, либо Аишей, любой возможный признак того, что преступник был здесь.

Зои видела скопления сорной травы, указывающие на распространение семян ветром, затем она заметила дорожку, протоптанную людьми, которые хотели сократить путь к основной дороге, срезая его по траве. Она увидела спущенный мяч, который мог рассказать множество историй об играх местных детей, но нигде не было следов повреждения грунта. Не было брошенных безделушек или предметов одежды. Никаких красных брызг крови на фоне зелёных травинок в свете фонарей.

Наконец они всё закончили, но так ничего и не обнаружили.

Зои и Шелли ждали посреди дороги, когда остальная часть поисковой группы присоединилась к ним, опустив плечи и качая головами, затем они переместились к остальным домам.

– Координаты местонахождения этих домов находятся за пределами очерченной зоны, – сказала Зои, покусывая губу.

– Знаю, но всё равно лучше проверить, – сказала ей Зои. – Он действовал в стрессовом состоянии. Может быть, он допустил ошибку.

Для этого они разбудили испуганных домовладельцев и заставили их мёрзнуть в одних пижамах на холодной лужайке, пока представители полиции искали в каждой комнате какие-либо признаки чего-то непривычного. На чердаке ничего не было. В этом доме не было даже подвала. Ни на окнах, ни на дверях не было заметно ни малейшего следа насильственного проникновения, и никто из членов семьи не имел никакого отношения к мужчине, который, как они теперь уже знали, был их серийным убийцей.

Никаких следов девушки здесь не было.

И когда остальные команды также завершили свои поиски, не обнаружив ни единого признака Аиши Спаркс, Зои поняла, что что-то было не так.

– Это не имеет никакого смысла, – сказала она, снова рухнув на пассажирское сиденье, чтобы немного отдохнуть. Не важно, что она об этом думала, их расчёты были верны. На логарифмические вычисления не влияют человеческие ошибки. Они не подвели в случае с последним местом преступления. И они уже знали, что преступник никогда бы не отклонился от своего шаблона, от точных расчётов, которые уже подтвердили свою правильность. Он просто не смог бы. Он был не в состоянии сделать это.

Шелли села рядом в водительское кресло, повернувшись к ней лицом.

– Нам нужно подумать об этом, Зо, – сказала она. – Мы что-то упускаем. Пока что её здесь нет.

– Что это было? А ну-ка повтори то, что ты сказала.

– Пока что её здесь нет?

Зои ответила неистовым кивком головы, её мозг начал активно работать.

– Её и не должно быть здесь пока что. Не сейчас, – она проверила часы на приборной панели. – До рассвета у нас есть ещё шесть часов. Пока что её здесь нет. Но завтра она будет на этом месте.

– Но как это возможно? Убийца мёртв. Он больше никого не сможет сюда привезти.

– В таком случае, должна быть какая-то внешняя сила, которую мы не брали в расчёт до этого момента.

Внезапно нахлынувший поток отчаяния заставил Шелли опустить голову на руки, прежде чем она снова подняла налитые кровью глаза.

– Ты уверена, что расчёты верны?

Зои ответила одним кивком головы.

– Я всё перепроверила. Мы ввели точные данные и перенесли их на карту. Идеальная спираль Фибоначчи. Он больше никуда не мог пойти.

– Хорошо, – Шелли подумала ещё несколько минут, и они обе осознали, что время неумолимо утекает следуя за бессердечным тиканьем часов. – Может быть, у него есть сообщник. Тот, кто помог ему зайти настолько далеко.

Зои задумалась.

– Но на местах преступлений не было никаких свидетельств присутствия другого человека.

– На местах преступлений и его-то следов практически не было, – заметила Шелли. – Что, если этот человек каждый раз оставался в машине? И если его ноги не касались земли, то они и не могли оставить отпечатков. Возможно, это женщина, и она могла бы помогать ему заманивать своих жертв.

– Он зашёл внутрь закусочной один. А это было как раз то время, когда он больше всего нуждался в прикрытии.

– Потому что она к тому моменту уже была с девушкой-подростком, увозя её подальше. Пряча её. Готовясь к завтрашнему дню.

Зои подняла голову вверх. Она должна была признать, что в этом был некий смысл.

– Было бы странно, если бы у кого-то ещё было такое расстройство психики. Апофения. Должна признать, это бы меня удивило.

– Меня бы тоже, – ответила Шелли. – Мне не нравится мысль о том, что в последнюю минуту неожиданно может появиться то, о чём мы даже не предполагали, на что не было ни малейшего намёка. Но такое возможно.

Разум Зои уже думал на опережение, рассматривая множество других вариантов. Мысль о том, что в это дело могут быть вовлечены другие люди, открывала множество других дверей.

– Возможно, к этому имеет какое-то отношение её семья, – сказала она.

– Её семья?

– Может быть, он угрожал им. Заставил их сообщить о исчезновении девушки, вынуждая нас таким образом искать в неправильных местах.

– Я уверена, что патрульные первым делом проверили её дом, – возразила Шелли.

– А может быть, и нет, если они к тому моменту уже знали, что мы имеем дело с серийным убийцей, – Зои сделала паузу, покусывая ноготь. – Он сказал им отправить отсюда Аишу в конкретное время. Они не знают, что он мёртв. И следуют его указаниям.

– Чем таким он мог бы угрожать, что было бы страшнее, чем отправить их беззащитную дочь одну?

Зои пожала плечами. У неё не было ответа на этот вопрос.

– В любом случае, это мысль, – Шелли снова открыла дверцу и выбралась из машины, наклонившись, чтобы продолжить разговор. – Сиди здесь и отдыхай. Тебе не следует бегать тут туда-сюда. Я поговорю с патрульными, которые беседовали с её родителями, и организую ещё одни поиски в её доме.

Это было уже кое-что. Хотя, возможно, в этой версии и не было никакого смысла. Зои откинулась на спинку кресла и закрыла глаза, скрываясь от лучей света и тихих голосов, раздающихся снаружи, стараясь отстраниться от всего, кроме шаблона. Ей нужно было сосредоточиться. Здесь должно быть что-то ещё, ответ на все их вопросы. Оставалось шесть часов, может быть, меньше. Аиша ждёт спасения, возможно, она напугана и совсем одна. Она – последний человек, которого они могут спасти. Если это им не удастся, тогда можно считать, что все жертвы были убиты напрасно.

Затем Зои подумала о том, насколько много травы росло между домами. Они вынуждены были проводить свои поиски на открытых участках, а не на территории других построек. Территориально это была середина города; и застройщики построили бы на этом месте больше зданий, только если у них не было конкретной причины не делать этого.

И у них была на то причина. Это была железнодорожная колея, которая проходила по нижнему краю территории, заросшей травой с западной стороны, в той части, которую Зои и Шелли не осматривали лично. Она проходила под углом к дороге, срезая путь по земле, предоставляя наиболее быстрый способ добраться к ближайшему крупному городу.

По колее двигались поезда, а поезда перевозили людей.  Поезда перевозили людей и посылки согласно установленному расписанию.

На самом деле, не составило бы никакого труда узнать, когда первый поезд пройдёт через любую точку своего маршрута первый раз за день.

И она поняла, что раскусила его.

Зои выбралась из машины, чуть не споткнувшись о ремень безопасности, которой запутался вокруг её руки, и свисал с края сидения. Она побежала за Шелли, догнав её в тот момент, когда та окончила разговор с группой патрульных полицейских, которые, в свою очередь, теперь развернулись и начали переговоры по телефону или по рации.

– Расписание поездов, – сказала она, выпуская с каждым словом облачко пара в холодный ночной воздух.

Шелли окинула её озадаченным взглядом.

– Что?

Зои старалась сдержать своё раздражение. Шелли не была виноватой в том, что она не могла забраться ей в голову, и проследить за ходом всех её мыслей.

– Мне нужно расписание поездов, которые ходят по этой колее. Нам нужно знать, когда здесь пройдёт следующий поезд.

Несмотря на контраст, создаваемый окружающим мраком и светом фонарей, мелькающих в темноте, Зои заметила тот момент, когда в глазах Шелли вспыхнуло понимание. Шелли нащупала свой телефон и нашла контакты местных служб, прежде чем сделать звонок, удаляясь от поисковой группы, чтобы было лучше слышно.

Зои видела, как её напарница достала из кармана свой блокнот и положила его на капот, воспользовавшись светом внутри машины, делая ряд записей. Одна, две, три, четыре… всего семь строк. Зои подошла ближе, затаив дыхание в ожидании пока Шелли окончит звонок и возьмёт блокнот в руки.

– Первый поезд проходит по этой колее ещё до рассвета, – сказала Шелли. – В четыре утра, грузовой. Дальше они ходят с получасовыми интервалами и только в начале восьмого утра здесь проходит пассажирский поезд. Я распорядилась остановить все поезда, отправляющиеся с грузовой и пассажирской железнодорожной станции, но нам всё равно нужно её найти.

Зои обдумала эту информацию.

– Вычеркни пассажирский поезд, – сказала она. – Это слишком рискованно. Он никак не мог спрятать Аишу там, не говоря уже об убийстве. Поезда убирают и проверяют перед утренним отправлением. Её бы уже нашли.

Шелли искала у себя в телефоне что-то ещё.

– Восход солнца сегодня в шесть пятьдесят два.

Зои подняла голову и обратилась к патрульным, стоящим в ожидании дальнейших распоряжений.

– Проверьте железнодорожные пути, – сказала она. – Расположенные в пределах нужной нами зоны, захватывая ещё по десять метров в каждом направлении. Ищите провода, поломки на рельсах, в общем, всё, что может препятствовать прохождению поезда по этим местам. Будьте осторожны. Мы можем иметь дело со взрывчаткой.

Они сорвались с места и принялись выполнять новое задание, при этом каждый из членов команды понимал безотлагательность ситуации. От дороги и травы отражались огни фонариков, перемещаясь то вверх, то вниз, покачиваясь от бега несущих их людей. Сначала эти огоньки сгруппировались, подобно светлячкам, затем разделились, когда патрульные перешли к стандартной схеме действий в поисковых операциях, перемещаясь с определёнными интервалами по территории искомой области.

– Что ты думаешь? – спросила Шелли. Её кулон мерцал, отражая свет фонарика Зои, когда она, суетясь, перемещала его взад-вперёд по своей цепочке. – Решил ли он дожидаться рассвета? Или выбрал первый же поезд?

В пользу каждой из версий были свои аргументы. Он мог либо дождаться официального наступления нового дня с рассветом, который бы развеял темноту и убедиться в том, что два последних убийства произошли не в период одной и той же ночи. Или же воспользоваться первой удобной возможностью, гарантируя тем самым, что у Аиши не останется шансов на то, что её найдут и спасут вовремя.

Им нужно было больше информации.

– Откуда отправляются поезда? – спросила Зои, когда ей в голову пришла внезапная мысль. – Ему нужно было отправиться на железнодорожную станцию, сесть на поезд, организовать там всё таким образом, чтобы удержать Аишу на месте, а затем вернуться в закусочную.

– Я сделаю несколько звонков, – сказала Шелли, копаясь в своём списке вызовов, чтобы найти последний набранный номер. – Будем надеяться, что центральный железнодорожный вокзал сможет дать мне больше информации, или, по крайней мере, сказать, кто может ею обладать.

Пока Шелли вежливо, но решительно говорила по телефону, Зои смотрела за огоньками в руках участников поисковой группы, перемещающихся вдоль колеи. Она не могла стоять на месте. Это было неправильно просто коротать бесценные часы этой ночи, в то время, как подросток так отчаянно нуждался в их помощи. Ей хотелось бежать, копать, переворачивать землю вокруг железнодорожных путей. Делать всё возможное, чтобы убедиться, что там не было никаких следов, ничего, что могло бы остановить ход поезда, и отправить Аишу Спаркс на верную смерть.

– Ага…да, всё верно. Я понимаю. Что ж, не могли бы Вы дать мне их номер? Да, я могу записать. Хорошо…да.

Светлячки двигались дальше к краю той области, обыскать которую велела им Зои. Некоторые из них полностью остановились, окончив проверку. Это было не очень хорошо.

– Хорошая новость заключается в том, что я получила данные о станциях отправления каждого поезда, – сказала Шелли, поднося телефон к лицу, пока вводила другой номер из своих заметок. – Плохая новость состоит в том, что некоторые из поездов отстаиваются и загружаются во внешнем грузовом отсеке, и только затем перемещаются на станцию отправления. Некоторые уже были загружены прошлой ночью и перемещены в ожидании нового дня. Мне нужно сделать ещё один звонок, чтобы выяснить, какие именно.

Зои отстранённо кивнула, на несколько шагов приблизившись к поисковой группе. Она чувствовала, будто разрывается на части. Где она могла бы лучше себя применить? Там, где патрульные проводили свою работу, или здесь, где из полезных дел были только звонки Шелли?

Если бы только она могла разгадать главную загадку – выяснить, какой поезд он использовал в качестве своей цели, угадав какое время он бы выбрал. Недостаточно было просто остановить все поезда. Впрочем, Шелли уже сделала это. Им всё ещё нужно было выяснить, где Аиша. Они не могут бросить её там, запертой в каком-то купе, и надеяться, что рано или поздно её найдут. Её не было уже больше суток. И только Богу известно, что она пережила за это время.

– Не отвечают, – сказала Шелли, тихо выругавшись и снова холодными пальцами проведя по экрану своего телефона. – Попробую ещё один номер. Сейчас середина проклятой ночи. Никого нет на работе.

Зои отошла.

– Пойду помогу осматривать железнодорожные пути, – сказала она, решив, что лучше делать хоть что-то, чем просто стоять без дела.

Она присоединилась к поисковой группе, снова проходя уже проверенную местность, чтобы провести более тщательный поиск. Хотя сама конструкция путей была одинаковой – рельсы находились на строго определённом расстоянии друг от друга, с расположенными между ними шпалами, гайками, болтами и всеми остальными деталями, скреплёнными между собой согласно заранее заданного образца – но всё, что было вокруг, не подлежало никакому чётком порядку. Куски породы, пучки травы, крошечный скелет птицы, мусор, развевающийся по голой земле. Всё это усложняло поиск, поскольку поставленной задачей было найти нечто необычное среди груды всего необычного. Здесь было так много шаблонов которые наслаивались один на другой.

Прошло сорок минут, прежде чем Зои убедилась, что патрульные обыскали здесь всё так тщательно, как только можно было. Она подняла глаза и увидела, что Шелли сидела в машине с включенным светом, по-прежнему прижав телефон к уху. В таком случае, значит, ей ещё не повезло раздобыть новую информацию.

Зои ходила туда-сюда, отмеряя шаги, чтобы хоть как-то отвлечься. Внутри неё было столько энергии, которая так и просилась вырваться наружу. Она хотела, ей просто было необходимо делать что-то. Патрульные толпились, стоя на траве, за ними наблюдали встревоженные домовладельцы, которые теперь выглядывали из окон.

На железнодорожных путях ничего не было. Ничего, что могло бы убить Аишу. Но как тогда он собирался это сделать?

Поезд. Что-то должно было быть непосредственно в самом поезде.

Зои подошла к машине как раз в тот момент, когда Шелли нехарактерно для себя резко гаркнула в телефон:

– Ну тогда разбудите его!

Шелли сжимала переносицу, нахмурив лоб. Она отодвинула телефон от уха и ткнула пальцем в экран, заканчивая звонок.

– Ничего? – спросила Зои.

– Я стараюсь выйти на связь с человеком, у которого есть все ответы, – сказала Шелли, качая головой. – Нам нужно подождать, пока его кто-то разбудит.

Зои уже собралась прокомментировать, насколько нелепой была вся эта ситуация, когда у Шелли снова зазвонил телефон, и она подняла трубку.

– Алло! Да, это она… да… а где это? – Шелли быстро записала что-то в своём блокноте, внося информацию об адресах напротив временного графика. Затем она показала свои заметки Зои, в которых были указаны местоположения всех поездов, которые должны были проходить через эту зону.

Несколько поездов находилось на грузовой станции в трёх часах езды отсюда и были готовы вскоре отправиться, чтобы прибыть в пункт назначения в нужное время. Ближе всех находился один поезд – тот, который первым за день проходил здесь в четыре часа утра.

Отправляться он должен был где-то через три часа, и им нужно было минут двадцать, чтобы доехать до этой станции.

Зои в спешке постучала по блокноту, и Шелли принялась раздавать распоряжения по телефону.

– Там сейчас кто-нибудь есть? Он закрыт? Всё верно, найдите нам человека, у которого есть ключ. У Вас есть? Отлично. Ждите нас там. Как только доберётесь туда, сразу же начинайте поиски. Мы ищем девушку подросткового возраста. Но будьте осторожны. Смотрите в окна – не открывайте двери вагонов. У нас есть основание предполагать, что там могут быть расставлены ловушки.

– Мы выезжаем, – прокричала Зои, привлекая внимание патрульных. – Вы вшестером останетесь здесь и обеспечите работу контрольно-пропускного пункта на тот случай, если нам не удастся её найти. Остальные, садитесь по машинам и отправляйтесь вслед за нами.

Глава 27

Зои уже сидела на своём месте, и нетерпеливо постукивала ногой, ожидая, пока Шелли окончит разговор. Затем её напарница завела машину, и они направились вверх по дороге, пока навигатор прокладывал самый быстрый маршрут, роботизированным тоном сообщая Шелли, что необходимо повернуть в конце улицы.

– Я сказала им не разрешать отправление поезда, – сказала Шелли. – Он не пройдёт здесь.

– Это не имеет значения, – ответила Зои, крепко сжимая ремень безопасности. – Он что-то там подстроил. Она умрёт в то время, когда поезд должен пройти в этом месте, даже если он так никогда и не отправиться со станции. Сейчас нам уже известно, что железнодорожные пути целы. Так что ловушка находится непосредственно внутри самого поезда.

Шелли сложила губы в жёсткую твёрдую линию, так сильно их сжав, что по краями они даже побелели.

– Я знаю, – сказала она. – У нас есть чуть меньше двух с половиной часов на то, чтобы найти девушку, выяснить, какую именно ловушку он там расставил, и вытащить её оттуда.

Зои вытащила свой мобильный телефон из кармана.

– Я вызову подкрепление. Сапёров и других специалистов, которые знают своё дело лучше нас.

Километры таяли под колёсами их машины, Шелли ехала со скоростью более 160 км/ч, независимо от того, по какой дороге они ехали. Вокруг было совсем тихо, часы показывали половину второго ночи и дороги были практически абсолютно пустыми. Единственный грузовик, который они обогнали на высокой скорости, посигналил им, а затем сигнал умолк, когда за ними последовали две машины полиции штата.

Побелевшими пальцами Зои вцепилась в ремень безопасности и дверную ручку. Её очень сильно мутило, но она скорее бы умерла, чем попросила бы Шелли сбросить скорость. Жизнь Аиши зависела от того, насколько быстро они туда доберутся.

Шелли совершенно неправильно припарковалась на стоянке железнодорожного вокзала, и Зои сделала глубокий вход свежего воздуха, чтобы немного прийти в себя, едва выбравшись из машины. Она отставала от Шелли на несколько шагов, пока та бежала к огромному складскому помещению с массивными проёмами, пропускающими туда и обратно множество поездов.

У открытых ворот стоял мужчина ростом 185 сантиметров с густыми волосами и животиком, в своих руках он держал целую стопку бумаг, которые бегло пролистывал. Судя по тому, что он, кажется, надел зимнюю куртку прямо на пижаму, Зои поняла, что он и был тем самым человеком, которого они разбудили, чтобы вызвать сюда.

– Смит? – прокричала Шелли, когда они приближались.

Он посмотрел вверх в знак подтверждения, а затем махнул своими бумагами.

– Я стараюсь вычислить этот поезд. Тут говорится, что он должен быть на шестой платформе.

Когда они вошли в ворота, Зои подняла глаза, оценивая масштаб местности. Железнодорожные пути со стоящими на ним поездами простирались вдаль. В передней части депо она насчитала десять платформ, и из этого дальнего угла она видела, что они были длиной по меньшей мере в шестьдесят вагонов. На каждой платформе стояло множество поездов.

– Отведите нас туда, – просто сказала ему Шелли; мужчина развернулся и поспешил провести их, всё ещё сверяясь с записями, пока они шли.

Шестая платформа была достаточно далеко, драгоценные минуты утекали, а потом ему пришлось ещё раз перепроверить и сопоставить чертежи, прежде чем он убедился, что они искали именно нужный им состав.

– Вот он, – сказал мужчина. – Грузовые перевозки. Тридцать шесть вагонов. Каждый из которых отдельно запечатан. У большинства из них нет окон.

Зои выругалась, глядя на длину поезда. Тридцать шесть вагонов без окон. Нет способа заглянуть внутрь, не подвергая себя опасности.

– А в каких есть? – спросила Шелли.

– Э, давайте посмотрим… В вагоне водителя, в шестом, в шестнадцатом и в последнем.

Зои развернулась к патрульным, которые, тяжело дыша, следовали за ними через всю погрузочную станцию.

– Идите и сначала проверьте эти вагоны. Если что-нибудь обнаружите, немедленно сообщите.

Они кивнули и снова принялись бежать, отдавая себе отчёт в том, что это было вопросом жизни и смерти. На каждый вагон по одному патрульному. Каким-то образом им удалось подобрать правильное соотношение нужных для поисков людей.

Идея о соотношении заставила Зои задуматься. Вагоны с окнами – они ведь имели какое-то значение, не так ли? Первый, шестой, шестнадцатый, тридцать шестой. Разница между этими числами удваивалась каждый раз. Пять, десять и двадцать вагонов без окон находилось между ними.

Это значит, что они нашли нужный поезд.

– Когда приедут специалисты? – спросила Зои.

– Минут тридцать, может, немного больше, – сказала Шелли, так крепко вцепившись в подвеску с золотой стрелой на своей шее, что, когда она её отпустила, Зои увидела отпечаток на её ладони. – Я потороплю их. И вызову скорую на случай, если понадобится помощь медиков.

Сколько времени у них уйдёт на то, чтобы обыскать каждый вагон? Когда сюда прибудут специалисты, у них будет всего пара часов, чтобы исследовать и проверить тридцать два вагона, в которых нет окон. Два часа, чтобы с точность определить, что ни один агент или патрульный полицейский не погибнет, отрывая дверь вагона.

Этого времени было недостаточно.

Зои ломала голову, шагая туда-сюда между их поездом и соседним. Её разум отчаянно пытался рассмотреть все возможности. Её чутьё подсказывало, что вагоны, которые они были в состоянии обыскать прямо сейчас – это не те, что им нужны. Убийца бы не облегчил их поиск до такой степени. Он бы не стал рисковать и помещать девушку в тех вагонах, в которые мог бы кто-то заглянуть и обнаружить, что там был вовсе не груз.

Здесь должно было быть что-то, что указывало бы ему на вагон, который следует предпочесть. Преступник никак не мог выбрать его наугад – только не он. Этого не мог сделать человек, страдающий апофенией.

Головной вагон? Это было бы слишком очевидным, и, кроме того, учитывая чётное количество вагонов, не было вагона, который находился бы ровно посередине. Он находился бы между двух других. Всего их было тридцать шесть, возможно, нужное число было кратно шести? Но что это число значило для убийцы? Эта цифра не появлялась раньше. Её не было в последовательность Фибоначчи, как и, впрочем, числа тридцать шесть. О чём он мог думать?

– Расскажите мне всё, что можете об этом поезде, – сказала Зои, снова поворачиваясь к менеджеру склада.

Мужчина начал говорить с заминкой, пролистывая свои бумаги.

– Э, что ж…он был произведён в 2008 году, – сказал он. – Поступил сюда в 2013.

Восемь – тринадцать. Зои зафиксировала эти числа где-то в своём сознании, но жестом дала ему знак продолжать.

– Сверхмощный, сверхпрочный. Он рассчитан на перевозку токсичных материалов с низкой степенью риска. Выполняет от двух до шести рейсов в день, в зависимости от времени загрузки и типа перевозимого груза. Проходит в среднем сорок станций в день без остановки, но иногда доставки могут носить более локальный характер и могут даже быть разделены между несколькими станциями.

Зои протянула руку, чтобы остановить его. Он просто говорил сейчас всё подряд создавая бесполезный шум. В том, что он говорил, не было никаких чисел и схем. Это были статистические данные, не имеющие никакого значения. Ей нужны были чёткие данные. Конкретика.

Но если это были данные, которые выходили за рамки простого расписания движения поездов, то кто мог иметь к ним доступ? Уж точно, не гражданское лицо. Не посторонний человек, которому нужно было выбрать поезд, не владея о нём никакой информацией. Здесь должно было быть что-то более простое, какая-то закономерность, которую было видно издалека. Она должна была привлечь взгляд убийцы.

Восемь, тринадцать – Зои знала, почему эти числа не выходили у неё из головы. Это были числа из спирали Фибоначчи. Один, один, два, три, пять, восемь, тринадцать, двадцать один, тридцать четыре…

Эти числа обозначали размеры и точки спирали Фибоначчи. Именно столько жертв он и забрал. Тридцать четыре – мужчина возле своей фермы. Двадцать один – женщина, идущая вдоль дороги.  Тринадцать – парковка. Восемь – Линда – оператор заправочной станции. Пять – Руби в лесу. Три – сотрудница ярмарки. Два – сам убийца, лежащий в закусочной в луже крови. И один – Аиша Спаркс, загнанная в ловушку в вагоне поезда.

Принимая во внимание тот факт, что первая и вторая точки спирали соответствовали одному и тому же числу, и, следовательно, одному и тому же месту, ему нужно было совершить здесь всего одно убийство. Что это могло означать? Жертва должна была находиться в первом вагоне?

Патрульный, которому было поручено провести там обыск, уже справился с заданием и пошёл дальше. В головном вагоне ничего не было, а если бы убийца начал свой отсчёт с первого грузового вагона, он бы нарушил чёткую закономерность из-за вагонов с окнами. Даже разрушил бы её, поскольку головной вагон всё равно нужно было посчитать. Чтобы соблюсти схему, его нельзя было игнорировать.

Таким образом, это не мог бы быть первый вагон. Ей нужно было думать дальше, продумывать последовательность…

Нет. Его нельзя было пропустить.

Ей просто нужно было перевернуть его вверх дном.

Не было времени объяснять.

Ей нужно было бежать.

Глава 28

Девушка должна быть в тридцать четвёртом вагоне, что послужило бы символом завершения спирали.

Шелли кричала ей вслед, но Зои стремглав двигалась вперёд, пробежав мимо пары ошеломлённых полицейских, которые как раз шли от своих машин к задней части поезда. Они догнали Зои и устремились за ней. Позади себя она насчитала три пары шагов, зная, что все они неотступно двигаются вслед за ней.  Сбоку мелькали вагоны, их было легко сосчитать, будто на каждом был указан порядковый номер.

Добраться до тридцать четвёртого вагона занимало достаточное количество времени. Они находились так далеко, что с начала поезда она не смогла точно разглядеть нужный вагон, законы перспективы отдаляли его и скрывали из поля зрения Зои. Но сейчас она была ближе, и могла видеть свою цель. Этот вагон был в точности таким же, как и все остальные. Такого же цвета, без отличающих его маркировок. Но это был именно тот вагон.

Зои остановилась, казалось, что её сердце способно было выпрыгнуть из груди, когда она попыталась немного перевести дух. Её глаза анализировали каждую деталь боковой части вагона, ища посторонние провода, следы ободранной краски – всё, что выглядело бы необычным. Она перепрыгнула через соединения между вагонами, которые располагались выше её колен, чтобы проверить с другой стороны, со всей решимостью кружа вокруг вагона.

– Это тот самый? – тяжело дыша, спросила Шелли.

Зои судорожно кивнула.

– Она здесь. Это последовательность.

Казалось, Шелли поняла её слова без всяких дополнительных разъяснений, она опустилась на колени, чтобы заглянуть под вагон.

– Я не вижу ничего подозрительного.

Патрульные непроизвольно рассредоточились, распределившись по всем четырём сторонам вагона, таким образом образовав свой собственный шаблон. Зои ценила их усилия, но на самом деле, они только мешали ей. Во всём происходящем не было ничего очевидного. Это было не в его стиле.

Она подошла к двери вагона и постучала по ней, прислонившись ухом к металлу, чтобы расслышать ответ.

– Аиша? Ты меня слышишь?

Ответа не последовало, хоть она изо всех сил пыталась расслышать его. Долгие несколько секунд она стояла неподвижно, едва дыша, надеясь услышать хоть какой-то намёк на звук.

Что бы с ней ни сделали, Аиша была без сознания. Зои представила острую, как бритва, проволоку, медленно и неумолимо затягивающуюся вокруг шеи спящей девушки, и вздрогнула, отпрянув от двери.

Но что это было? Она снова наклонилась, сделав ещё один глубокий вдох через нос. Там было…что-то…в воздухе был какой-то слабый запах…

Газ. Это был газ.

– Он отравляет воздух, которым она дышит, – задыхаясь, произнесла Зои в ту же секунду, когда поняла, что это значило. – Вагон наполняется газом.

К ней подошла Шелли и прислонилась носом к тоненькой щёлочке дверного проёма, затем она кивнула.

– Я чувствую это.

– Нам нужно ждать, пока сюда прибудет команда специалистов, – нервно сказал один из патрульных. – Он может взорваться.

– Только если мы спровоцируем появление искры, – ответила Зои, качая головой. Она подумала, что Аиша там едва может дышать, газ медленно наполнял её лёгкие.  – Насколько нам известно, убийца не был специалистом в использовании подобного материала. Есть все основания полагать, что он неправильно обеспечил его подачу. Девочка может умереть в любую секунду.

– Или получить непоправимый вред для здоровья, даже если её потом достанут оттуда живой, – согласилась Шелли, наклонив голову и устремив на Зои широко раскрытые глаза. – Что ты думаешь?

Зои вообще не думала. Она уже приняла решение. И оно было очевидным.

– Всем отойти назад, – сказала она. – Посторонитесь. Я собираюсь открыть дверь.

– Мы должны дождаться специалистов, – сказал один из патрульных.

– Я не собираюсь больше ждать, – наставала Зои. – Жизнь девочки висит на волоске. Я старше Вас по званию и это мой приказ. Идите.

Патрульные разошлись без дальнейших споров. Должно быть, они увидели решимость на её лице, и поняли, что она не примет возражений.

– Ты тоже, – добавила Зои, поворачиваясь к Шелли. – Спрячься в укрытие. Вдруг он и вправду взорвётся.

– Я не брошу тебя. Мы начали всё это вместе.

– У тебя есть дочь, – Зои пыталась говорить ровным и твёрдым голосом, но у неё заканчивалось терпение. – Шелли мне надо немедленно открыть эту дверь. Возвращайся назад вместе с остальными.

Шелли закусила губу и опустила голову. Когда она снова посмотрела наверх, в её глазах горел свет, отражающий только освещение склада, но никак не слёзы.

– Я буду стоять здесь, – сказала она. – Я прикрою тебя.

Несмотря на то, что только несколько секунд назад патрульные были вынуждены уступить перед решительностью Зои, теперь она сама столкнулась с непоколебимой волей Шелли. Она могла бы продолжать спорить, но время неустанно бежало вперёд.

– Стой возле двери. Так ты будешь хоть немного защищена от взрывной волны. Будь готова двигаться, как только я выйду.

Зои сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и подождала, пока звуки шагов не рассеются вдалеке. Затем, поднимая глаза к потолку в безмолвной молитве Богу, в существовании которого она не была абсолютно уверена, она положила руку на дверную ручку, и повернула её.

Дверь легко открылась, электронные замки не работали, пока поезд не был в движении. Как только Зои оказалась внутри, она уже могла чётко услышать шипение газа, просачивающегося в воздух, затем она подождала, пока её глаза приспособятся к темноте, которая находилась за пределами света, проникающего чрез дверной проём.

Потом она заметила девочку.

Зои бросилась вперёд и дотронулась руками до шеи Аиши, с облегчением чувствуя под своими пальцами слабые удары сердца. В дальнем углу от двери стоял баллон с газом, промаркированный запрещающими красными символами, которые сообщали Зои, что для неё будет лучше выбираться отсюда как можно быстрее. Баллон был достаточно большим для того, чтобы она могла точно рассчитать плотность концентрации в воздухе газа, которая будет в вагоне к тому моменту, когда он весь выйдет.

Она подошла ближе к баллону в поисках вентиля или чего-то ещё, что могло перекрыть подачу газа. Зои пальцами нащупала маленькое отверстие в боковой стенке баллона, и звук шипения газа прекратился, когда она закрыла его. Во всяком случае, это было лучшее временное решение. Ища что-то, чем можно было бы его залепить, Зои почувствовала, что у неё начинает немного кружиться голова, и оставила это занятие. С газовым баллоном потом разберутся профессионалы. У неё не было подручных средств, с помощью которых можно было бы устранить утечку, но поскольку отверстие было достаточно небольшим, то баллон ещё не успел опустеть даже наполовину.

Зои заметила, что лодыжки и запястья Аиши были связаны верёвками, когда попыталась поднять девочку на руки. Она весила всего около сорока шести килограммов вместе с одеждой, и была холодной, как лёд, бедняжка даже не пошевелилась, когда Зои подняла её с пола.

Она вышла наружу, неловко передвигая свой груз, локтем захлопнула дверь, чтобы газ пока что не выходил из вагона. Затем она позвала на помощь, и её голос эхом раздался по складу.

– Она у меня! Где скорая?

Эпилог

Зои всматривалась в серое небо и заметила, насколько, должно быть, снаружи было прохладно, но это было совсем не удивительно, поскольку они вернулись домой. Самолёт выпустил шасси, пассажиры как обычно сделали небольшой неожиданный синхронный вдох, а затем с облегчением выдохнули, когда он благополучно соприкоснулся с посадочной полосой. Зои перестала смотреть в окно и принялась собирать вещи, достав свой блокнот из кармашка впереди стоящего кресла.

– Подожди минутку, – сказала Шелли, стоящая рядом с ней и остановившая её жестом. Она дотянулась и взяла руку Зои в свою, повернувшись к ней лицом. – Я просто хотела сказать тебе кое-что.

Зои сначала на мгновение напряглась, а затем расслабилась. От кого-либо другого она ждала бы речь о том, что после всего этого они не могут больше работать в одной команде, и что каждый должен пойти своей дорогой. Но такой речи от Шелли она точно не ждала.

Зои давно перестала думать о Шелли, как о временном неудобстве, которое может в любой день исчезнуть из её жизни. Она доказала, что намерена оставаться в ней долгое время. Зои чувствовала, что их командная работа действительно может стать очень успешной.

– Никто не узнает о твоих способностях, только не от меня, – продолжила Шелли, сжимая руку Зои. – Пока ты сама не будешь к этому готовой, если такое когда-нибудь случится. Я сохраню твой секрет в тайне.

– Спасибо, – просто и понятно сказала Зои. Возможно, она и не была мастером вежливой беседы, но она знала, что чувствует. Она была искренне и от всего сердца благодарна Шелли. И её напарнице нужно было это знать. Это было единственное, что имело значение.

И в первый раз, когда она прощалась со своей напарницей в аэропорту, Зои поймала себя на мысли, что на самом деле надеется снова с ней поработать.

***

Зои с облегчением открыла дверь своей квартиры. Громкое мяуканье с кухни и появление Эйлера с высоко поднятым хвостом говорили ей о том, что не только она одна была счастлива своему возвращению домой.

Она бросила сумку в коридоре, пообещав, что разберётся с ней позже. Прежде всего нужно было покормить котов, потом поесть самой и принять душ. А дальше, возможно, проспать все двадцать четыре часа.

После того, как Зои насыпала еду в миски для котов, она почесала Пифагора за ухом, пока он лапой не отмахнулся от её руки, с нетерпением ожидая, когда можно будет беспрепятственно приступить к еде. Она села на корточки и какое-то время наблюдала за ними.

Даже если её коты нуждались в ней только как в источнике еды, по крайней мере, она хоть где-то не была персоной нон-грата. Несмотря на скептицизм её начальства, методы Зои принесли делу успех. Аиша Спаркс перенесла лёгкое влияние седативных препаратов и утечки газа, но всё, что ей нужно было, чтобы поправиться – это всего одну ночь провести в больнице под наблюдением врачей. Её отпустили домой ещё до того, как Шелли и Зои закончили процедуру закрытия дела и сели в самолёт.

Получив доказательство того, что одной из целей убийцы всё-таки была ярмарка, а с цветом машины они ошиблись только из-за ошибки криминалистов, теперь всем было понятно, что Зои с самого начала была на верном пути. Последний звонок от шефа кардинально отличался от их предыдущего разговора – он поздравил её с раскрытием дела и выразил высокую похвалу. Она получила характеристику блестящего агента с выдающимися дедуктивными способностями, а пресса уже успела посмаковать психологические проблемы убийцы. Скоро весь шум вокруг этого дела утихнет, как и похвалы в её сторону. Появится новое дело.

Но в этот раз всё было иначе. Что-то внутри неё изменилось, при том кардинально. Она никогда прежде не сравнивала себя с серийным убийцей, никогда не находила так много общего с этими людьми. И Зои стала сильнее, её вера в себя укрепилась, пройдя через этот шторм. Она была хорошим человеком. И даже голос её матери, всё ещё кричащий прямо в затылок все те ужасные вещи, не мог этого изменить.

В этом деле ещё кое-что было в первый раз, что также составило часть её победы – появился первый агент, узнавший о её способностях и не убежавший куда подальше. Другие даже никогда не задавали вопросов об этих способностях. Испугавшись, они просто уходили, будучи неспособными разобраться с особенностями Зои и смириться с тем фактом, что она всегда быстрее всех раскрывала дела. Шелли была другой. Зои уже чувствовала разницу. В ней возрастала уверенность.

Возможно, если бы она открылась Шелли раньше, то смогла бы скорее остановить эту безумную схему и спасти больше жизней. Она сожалела только об этом.

Зои оставила котов в покое и пошла проверить, нет ли в холодильнике чего-нибудь, что можно было бы быстро приготовить в духовке. Она вздрогнула от того, что почувствовала натяжение в руке из-за недавно наложенных швов. К этому нужно было ещё привыкнуть. Доктор предупредил её, что может остаться неэстетичный шрам, учитывая, что она обратилась в больницу спустя такое количество времени.

Затем Зои подошла к своему компьютеру и включила его. По крайней мере, печатание по клавиатуре не могло нанести никакого вреда её ране. Пока разогревался ужин, она вошла в свою электронную почту, проверяя нет ли там новых писем.

На самом деле, там было одно интересное сообщение, заваленное грудой спама и стандартными официальными отчётами, которые она отправляла в Бюро, касательно использования ею табельного оружия. Но содержание этого сообщения для Зои было совсем неожиданным. Оно пришло от Джона – адвоката по имущественным вопросам, который выдержал до конца их неловкое свидание, состоявшееся, казалось, где-то месяц назад, с которым они ели хлеб из корзинки, и который пожелал ей в конце всего хорошего, безо всякого намёка на продолжение общения. На самом деле, она даже не ожидала, что он ей напишет хоть что-нибудь, несмотря на то, что тот же сайт знакомств, на котором они и познакомились высвечивал его имя.

«Привет, Зои!

Надеюсь, у тебя всё хорошо. Я вот всё думаю о нашем свидании. Я был немного скучным, просто я тогда отвлекался на дело по работе, если честно. Дашь мне второй шанс?».

Зои думала над этим предложением, одним ухом прислушиваясь к таймеру духовки на кухне и перечитывая это сообщение несколько раз. Как странно. Она думала, что это именно по её вине свидание было испорчено, и он думал то же самое. Возможно, они оба были виноваты в этом на пятьдесят процентов. Она приняла бы на себя и все девяносто восемь – во всяком случае, это уже было лучше, чем все сто.

Из соседнего письма на неё смотрел десятизначный номер, пока она решительно не развернулась, достав свой мобильный телефон и не набрала его. Она услышала четыре гудка, прежде чем на линии появился отчётливый звук.

– Алло!

Зои моргнула. Она не ожидала, что на том конце снимут трубку.

– Здравствуйте, это доктор Лорен Монк?

– Да, это я. Чем я могу Вам помочь?

Зои набралась решительности. Пришло время сделать шаг вперёд. Она была совсем не готова пойти на второе свидание с парнем, который больше других мог бы представлять для неё интересные перспективы. Если она собиралась двигаться вперёд, ей нужно было работать над собой и своими демонами, которые по-прежнему будили её среди ночи.

И теперь, когда у неё появилась постоянная напарница, для блага Шелли тоже было бы неплохо, если бы Зои научилась быть не такой колючей.

– Мне рекомендовала Вас доктор Эпплвайт. Меня зовут Зои Прайм. Я хотела бы попасть к Вам на приём.

Когда Зои записывала в свой ежедневник дату их встречи, она надеялась только на то, что её не вызовут по работе и ей не надо будет ехать в другой штат, и эта встреча всё-таки состоится.

УЖЕ В ПРОДАЖЕ!

«ЛИЦО УБИЙСТВА»

(Серия «Загадки Зои Прайм» – Книга №2)

«Это настоящий шедевр в жанре триллера и детективного романа! Автор проделал великолепную работу, настолько точно раскрывая характеры персонажей с психологической точки зрения, что ему удалось передать состояние героев таким образом, чтобы читатель сам проживал их эмоции, страхи и сопереживал им всей душой. Сюжет очень четко построен и держит в напряжении до самого конца книги. Неожиданные повороты, которые принимает повествование, не дадут вам уснуть до самой последней страницы».

Роберто Маттос,

издание Books and Movie Reviews

(о книге «Когда она ушла»)

«ЛИЦО УБИЙСТВА» – вторая книга в новой серии триллеров о работе ФБР, автором которой является знаменитый современный автор Блейк Пирс, чей бестселлер «КОГДА ОНА УШЛА» (книга №1) (доступная к бесплатной загрузке) получила более 1000 восторженных откликов.

Специальный агент ФБР Зои Прайм страдает редким заболеванием, которое также наделяет её уникальной способностью – она смотрит на мир сквозь призму чисел. Бесконечные цифры и числа досаждают ей, лишают возможности нормально общаться с людьми, и не позволяют девушке устроить личную жизнь – но несмотря на это, они дают ей возможность видеть шаблоны и схемы, которые не видит ни один другой агент ФБР. Зои держит в секрете своё состояние, стыдясь и постоянно пребывая в страхе, что её коллеги могут об этом узнать.

Когда в окрестностях Вашингтона находят тела мёртвых женщин, отмеченные таинственными цифрами, агенты ФБР заходят в тупик и привлекают к делу специального агента Зои Прайм, чтобы разгадать эту математическую загадку, и найти серийного убийцу.

Кажется, что эти цифры не имеют особого смысла. Являются ли они частью какой-то последовательности или закономерности? Может быть, формулы?

Или, всё-таки, они вообще не несут никакой смысловой нагрузки?

Зои только начинает восстанавливаться после собственных затруднений личного характера, но у неё снова нет времени на себя, поскольку количество трупов только растёт, и глаза всех её коллег устремлены в её сторону, чтобы она решила уравнение, которое, возможно, вообще не имеет решения. Удастся ли ей поймать убийцу вовремя?

«ЛИЦО УБИЙСТВА» – вторая книга в новой захватывающей серии с динамичным и интригующим сюжетом, которая заставит вас листать её страницы до поздней ночи.

Книга №3 в этой серии – «ЛИЦО СТРАХА» – также доступна к заказу.

«ЛИЦО УБИЙСТВА»

(Серия «Загадки Зои Прайм» – книга№2)

Блейк Пирс

Блейк Пирс – современный американский писатель, автор серии мистических триллеров под названием «Загадки Райли Пейдж», ставшей настоящим бестселлером и на данный момент включающей в себя шестнадцать книг (серия ещё не завершена). Блейк Пирс также является автором серии мистических триллеров «Загадки Макензи Уайт», на данный момент включающей в себя тринадцать книг, но их число продолжает расти; серии мистических триллеров «Загадки Эйвери Блэк», состоящей из шести книг; серии мистических триллеров «Загадки Кэри Локк», состоящей из пяти книг; серии мистических триллеров «Становление Райли Пейдж», на данный момент состоящей из пяти книг, но их число продолжает расти; серии мистических триллеров «Загадки Кейт Уайз», на данный момент состоящей из шести книг, но их число продолжает расти; серии мистических триллеров «Загадки Хлои Файн», состоящей из пяти книг, число которых продолжает расти; серии психологических триллеров о Джесси Хант, состоящей из пяти книг, и их число продолжает расти; серии психологических триллеров «Au Pair», состоящей из двух книг, число которых продолжает расти и серии мистических триллеров о Зои Прайм, состоящей из двух книг, число которых будет ещё увеличиваться.

Если вы являетесь заядлым читателем и поклонником жанров детектива и триллера, Блейк Пирс будет рад услышать от вас обратную связь, поэтому мы приглашаем вас посетить сайт www.blakepierceauthor.com, чтобы узнать больше информации и оставаться в курсе всех новостей.

КНИГИ БЛЕЙКА ПИРСА

СЕРИЯ РОМАНОВ

«ПОЧТИ УШЛА» (Книга №1)

«ПОЧТИ ПОТЕРЯЛА» (Книга №2)

«ПОЧТИ УМЕРЛА» (Книга №3)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ ЗОИ ПРАЙМ»

«ЛИЦО СМЕРТИ» (Книга №1)

«ЛИЦО УБИЙСТВА» (Книга №2)

«ЛИЦО СТРАХА» (Книга №3)

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ТРИЛЛЕР О ДЖЕССИ ХАНТ

ИДЕАЛЬНАЯ ЖЕНА (Книга №1)

ИДЕАЛЬНЫЙ КВАРТАЛ (Книга №2)

ИДЕАЛЬНЫЙ ДОМ (Книга №3)

ЗАГАДКИ ХЛОИ ФАЙН – ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ДЕТЕКТИВ

ПО СОСЕДСТВУ (Книга №1)

СОСЕДСКАЯ ЛОЖЬ (Книга №2)

БЕЗЫСХОДНОСТЬ (Книга №3)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ КЕЙТ УАЙЗ»

ЕСЛИ БЫ ОНА ЗНАЛА (Книга №1)

ЕСЛИ БЫ ОНА УВИДЕЛА (Книга №2)

ЕСЛИ БЫ ОНА УБЕЖАЛА (Книга №3)

СЕРИЯ «СТАНОВЛЕНИЕ РАЙЛИ ПЕЙДЖ»

НАБЛЮДАЯ (Книга №1)

ВЫЖИДАЯ (Книга №2)

СОБЛАЗНЯЯ (книга №3)

ОБРЕТАЯ (Книга №4)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ РАЙЛИ ПЕЙДЖ»

КОГДА ОНА УШЛА (Книга №1)

КОГДА КРУГОМ ОБМАН (Книга №2)

КОГДА РАЗБИВАЮТСЯ МЕЧТЫ (Книга №3)

КОГДА ПРИМАНКА СРАБОТАЛА (Книга №4)

КОГДА ОХОТА НАЧАЛАСЬ (Книга №5)

КОГДА СТРАСТЬ СИЛЬНА (Книга №6)

КОГДА ПОРА ОТСТУПИТЬСЯ (Книга №7)

КОГДА ОСТЫЛИ СЛЕДЫ (Книга №8)

КОГДА ПОГОНЯ БЛИЗКА (Книга №9)

КОГДА РАСПЛАТА НЕ ЗА ГОРАМИ (Книга №10)

КОГДА ВРЕМЯ НЕ ЖДЁТ (Книга №11)

КОГДА СВЯЗЬ КРЕПКА (Книга №12)

КОГДА ЛОВУШКА ЗАХЛОПНУЛАСЬ (Книга №13)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ МАКЕНЗИ УАЙТ»

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН УБЬЁТ (Книга №1)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН УВИДИТ (Книга №2)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН НАЧНЁТ ОХОТУ (Книга №3)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ПОХИТИТ (Книга №4)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ЗАХОЧЕТ (Книга №5)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН КОСНЁТСЯ (Книга №6)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН СОГРЕШИТ (Книга №7)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ПОЙМАЕТ (Книга №8)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ВЫСЛЕДИТ (Книга №9)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ЗАГРУСТИТ (Книга №10)

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ОН ОШИБЁТСЯ (Книга №11)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ ЭЙВЕРИ БЛЭК»

МОТИВ ДЛЯ УБИЙСТВА (Книга №1)

МОТИВ ДЛЯ ПОБЕГА (Книга №2)

МОТИВ ДЛЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ (Книга №3)

МОТИВ ДЛЯ ОПАСЕНИЙ (Книга №4)

МОТИВ ДЛЯ СПАСЕНИЯ (Книга №5)

МОТИВ ДЛЯ ИСПУГА (Книга №6)

СЕРИЯ «ЗАГАДКИ КЕРИ ЛОКИ»

СЛЕД СМЕРТИ (Книга №1)

СЛЕД УБИЙСТВА (Книга №2)

СЛЕД ПОРОКА (Книга №3)

СЛЕД ПРЕСТУПЛЕНИЯ (Книга №4)

СЛЕД НАДЕЖДЫ (Книга №5)

Content

Блейк Пирс
ЛИЦО СМЕРТИ

От автора:

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Эпилог