Иля Волкова

ПОВЕСТЬ ОБ ИНСТИНКТАХ

«Страсть губит людей, ни один человек не способен сопротивляться истинной страсти. Человечество больше не может противостоять инстинктам, несмотря на то что все мы говорим о великой победе над ними. Каждое существо приняло свою суть, покорилось собственным инстинктам, но люди решили сопротивляться. Погубит ли их это? Зависит от каждого из нас» — гласило предисловие к роману. Для Мары это была новая книга, ее прислали родители. Обычно личные шкафчики фрейлин были заставлены украшениями, духами, шпильками и прочими приятными мелочами, но в шкафу Мары царили книги, не по ее вине.

Предки считали, что их дочь без ума от чтения, что днями напролет она грезит о новом томе, что вся ее жизнь состоит из выдуманных историй. Им это не нравилось, ведь любому нормальному человеку полагается жить реальной жизнью, а не летать в облаках. Мара действительно предпочитала воображение скудному дворцовому быту, но книги ей тоже давно наскучили. Она их даже не читала, лишь прятала свое личико под обложками, чтобы остальные фрейлины не доставали ее. Новая книга также не вызвала особого интереса у девушки, она лишь сделала вывод, что родители не утруждали себя выбором. Это был психологический роман, его написал очень умный человек. ТАКИМИ книгами Мара никогда не интересовалась.

Она не винила родителей в их неосведомленности по поводу дочери. Они виделись в последний раз лет шесть назад, когда отправили свою кровинушку во дворец. В этом она предков тоже не винила. Сделка вышла настолько выгодной, что они смогли себе позволить обновить свое старое поместье, в котором Мара выросла. Общение родителей с дочерью происходило по средствам писем, сухих, деловых писем. В них всегда содержалась краткая информация о происходящем в поместье и вокруг. Мара отвечала тем же. Девушка не видела в таком общении ничего плохого, потому что не виделись они давно, Мара успела за это время стать совсем другим человеком. Человеком, которого еще никто не знает.

Юная фрейлина оторвала глаза от скучной книги. В саду было тепло и солнечно, вокруг гуляли дамы, прикрываясь кружевными зонтиками и широкополыми шляпами и обсуждая «безумное» поручение Ее Величества.

— Ты же знаешь, что тебя поставили последней? — обзор закрыла Ирэн, старшая фрейлина. Чтобы разглядеть ее лицо, Маре пришлось приподнять шляпку двумя пальцами, облаченными в тонкие перчатки.

Ирэн взглядом пригласила девушку прогуляться. Фрейлины были примерно одного возраста, но Мара, к счастью, не обладала таким жгучим обаянием, как Ирэн, поэтому у неудачливой книголюбки не было шансов стать старшей. Она и не стремилась к этому.

— Да, знаю. Только не понимаю, чего в этом такого, — спокойно ответила Мара.

— Я надеюсь, ты понимаешь, в чем твоя проблема.

— Извини, не понимаю, — устало сказала юная фрейлина.

— Я имею в виду то, что тебе стоит сбросить пару килограмм. А потом еще разок.

— Я не считаю себя толстой, — Мара говорила уверенно и твердо.

— Обманывать себя нельзя.

— Как это связано с тем, что меня поставили последней?

— Миссис Марквел не хочет напугать парня. Она полагает, что молодой мужчина не должен разочароваться во фрейлинах Ее Величества.

— Ирэн, дорогая, меня это не волнует. Какая разница, если у меня уже есть жених.

— У нас у всех есть. Разве ты не хочешь ему понравиться? Гораздо проще жить в браке, когда супруг любит тебя.

— Прошу, не стоит меня больше оскорблять.

— Мара, милая, у меня и в мыслях не было. Я желаю тебе только лучшего. За эти годы мы все стали почти семьей…

— Прости меня, я дурно себя чувствую. Можно мне пойти в комнату?

— Конечно, дорогая, иди.

У старшей фрейлины оказалось стереотипное мышление. Это можно было бы исправить парочкой хороших книг, но тогда девушка быстро потеряет свою должность.

Стоит пояснить, что за задание у королевы для ее фрейлин. У Ее Величества появился особый гость, которого никто из придворных не видел. Это молодой мужчина с претензиями на место рядом с королевой в качестве супруга. Об этом много судачили при дворе, но из доказательств были лишь счастливые глазки Ее Величества. О незнакомце много говорили, но ничего конкретного: то он оказывался уродом, который околдовал королеву, то беззубым крестьянином с накаченным телом, то богатым дворянином, который совершил преступление. Версий было много, но неизвестный все еще жил в одной из комнат дворца, а значит его кто-то остерегал, кто-то выполнял его прихоти, ухаживал за ним. Неизвестно что, но что-то пошло не так и теперь этими хлопотами должны были заниматься фрейлины. Такой приказ королевы обошелся бы определением «странный», но гостю оказалось мало дневной заботы. Он потребовал, чтобы ночью в его комнате кто-то был. Ее Величество сразу предложила верных солдат, неизвестного это не устроило. Молодому человеку захотелось ложась в кровать видеть симпатичные девчачьи мордашки, а королева смогла доверить такого ценного гостя лишь своим фрейлинам, каждая из которых должна была быть обручена.

Миссис Марквел, наставница юных дам, получив королевский приказ, быстро составила график дежурств, в котором Мара оказалась последней. Это было не удивительно, во дворце правила красота, а девушка выходила за рамки стандартов, так как имела слишком пышные формы. Это не мешало Маре чувствовать себя красивой, зато мешало остальным соглашаться с ее мнением. Придворные дамы никак не могли понять, что во дворце делает эта книголюбка. Лишь почившая королева видела в Маре нечто особенное, что называла «смелостью и свободолюбием». На все возражения по поводу того, что смелых девушек много, пожилая королева только мотала головой и мило улыбалась. Именно она приняла Мару во дворец, поэтому когда ее не стало, жизнь девушки превратилась в некий маскарад с прятками и масками.

* * *

Первой в «клетку» для неизвестного гостя пошла Ирэн. Преданная короне, после визита в таинственную комнату незнакомца она молчала, ни слова не сказала о произошедшем там, за дверью. Мара ее не понимала, ведь все пойдут к гостю, все всё узнают, поэтому, казалось, скрывать нечего. В какой-то момент Маре почудилось, будто девушке стыдно, хотя Ирэн никогда не выставляла свои чувства напоказ. Следующей была Катрина. Тут-то девушки и узнали все о таинственном молодом человеке.

— Девчонки, это нечто! — затараторила фрейлина, вернувшись с ночного дежурства. — Это юный парень, симпатичный, все дела, но такой грубиян — жуть! Я с ним поздоровалась, улыбнулась, а он… ОН! Сумасшедший, послал меня, причем очень обидно. Кошмар. Нам должны за это доплачивать.

— А о чем вы говорили? — поинтересовалась Кира, самая умная среди нас.

— Он пытался что-то сказать, но я сразу же прервала все его попытки. Спрашивал, чего я боюсь больше всего, так я сразу сказала, что ни-че-го не боюсь. А то вдруг бы он… Ужас, не хочу об этом думать. Слава Богу, за дверью стояли охранники, а то бы я не смогла сегодня поспать.

Кира, которая должна была сегодня вечером также отправиться к гостю, лишь на минуту нахмурила брови, а затем продолжила спокойно вышивать.

На следующее утро фрейлина пришла в комнату вполне довольная собой и прошедшей ночью.

— Что было? — первая набросилась на девушку возмущенная Катрина.

— Ничего, — промурлыкала Кира. — Да, грубиян, да, невоспитан, но не манеры главное в мужчине.

— Кира, ты что себе позволяешь, дорогая? — опомнилась Ирэн, увидев мечтательную улыбку подруги.

— Он такой… В нем есть что-то такое… — девушка шумно втянула носом воздух. — Он настоящий, — наконец заключила Кира.

Следующая девушка после этих слов весь день не могла найти себе место. Ее терзало жгучее любопытство. Кто он: злодей или принц? Фрейлину ждало разочарование. Гость на этот раз решил игнорировать свою «жертву», не сказав бедной девушке ни слова.

Так, день за днем, фрейлины дежурили у таинственного молодого человека, чье имя так никто и не смог узнать. Девушки, побывавшие в «клетке» начали сбиваться в кучки, бурно обсуждая незнакомца. На двенадцатый день Мара осталась одна. Остальные фрейлины не обращали не нее особого внимания, считая, что девушка их просто не способна понять. Саму Мару молодой человек не интересовал. Любопытно ей, конечно, было, но не более. Вечером, когда последняя фрейлина собралась к таинственному гостю, остальные девушки провожали ее смешками и перешептываниями. Они, откровенно говоря, недолюбливали Мару, потому что та слишком выделялась в их компании. Поэтому дамы по ее уходу стали придумывать, что гость приготовит, чтобы посмеяться над своей новой «жертвой».

* * *

Мара приветственно кивнула головой охранникам, стоявшим у входа в «клетку». Девушка, в легком платьице для сна и шелковом халатике, встала перед дверью. Этот странный гость был единственным стоящим событием за последние шесть лет, поэтому любопытство брало верх над равнодушием. На самом деле душу девушки волновало много вещей. Настолько много, что в конце концов Маре пришлось спрятаться за маской безразличия и одиночества.

Тук-тук-тук.

— Открыто, — послышался приятный мужской голос.

Дверь легко открылась, девушка вошла.

— Здравствуйте, — скромно поприветствовала незнакомца Мара.

— Ну что, последняя? — торжествующе спросил парень, не отрываясь от бумаги и карандаша.

Молодой человек сидел на кровати в одних штанах, самодовольно красуясь своими мышцами. Его волосы были растрепаны, за черными бровями скрывались острые глаза. Парень понравился девушке, но ей было стыдно признаться в этом самой себе.

— Где я буду спать? — Мара решила не реагировать на комментарии гостя.

— Там, — молодой человек отстраненно показал рукой на кровать в углу. Он все еще не отрывал взгляд от листка, на котором упорно что-то вырисовывал. Даже язык высунул от стараний.

— Так, что от меня требуется? — спросила девушка.

Гость все-таки поднял на Мару глаза. Он рассматривал девушку дольше, чем того требовали приличия, поэтому фрейлина не выдержала и сказала:

— Не надо, я и так знаю.

— Что Вы знаете? — спокойно поинтересовался незнакомец.

— О себе все знаю.

— Это хорошо, — протянул парень, продолжая шкрябать карандашом по бумаге.

Мара шумно плюхнулась на кровать.

— А что Вы рисуете? — задала вопрос девушка.

— Свободу, — коротко бросил молодой человек.

— И как она по-вашему выглядит?

Он не ответил.

— Можно посмотреть?

Незнакомец кивнул. Мара тихонько подошла к парню со спины, чтобы разглядеть его рисунок. Это был лес, нарисованный неумело, но аккуратно.

— От Вас странно пахнет, — вдруг сказал гость.

Из-за его слов девушка сразу покраснела. Теперь она поняла, что имели в виду остальные фрейлины, говоря, что он хам. Мара развернулась и, прошептав: «Я пойду спать», направилась к кровати. К счастью, она не чувствовала прожигающего хмурого взгляда молодого человека. Девушка долго не могла уснуть, а провалившись в сон, спала без сновидений.

Наутро Мару пытались расспросить о ночном дежурстве, но юной фрейлине было нечего рассказать, поэтому она попыталась отделаться общими фразами.

* * *

Королева любила пляжи. Там она могла расслабиться, насладиться теплым солнцем и соленым ветром. Тем более только на пляже королевская особа позволяла себе снять пышное платье, корсет и щеголять в купальном костюме, едва прикрывающем коленки. Вот и в это жаркое воскресенье Ее Величество отправилась к морю в сопровождении ее верных фрейлин и буйного кавалера. Уже все девушки успели увидеть молодого гостя, поэтому скрывать его от них не было смысла.

На закрытом забором и деревьями пляже было просторно и спокойно. Нежное море радовало слух мягкими звуками волн. Фрейлины разложили большие покрывала, расставили зонтики, чтобы солнце не испортило их молочно-белую кожу, и звонко щебетали о том, что успели увидеть по дороге. Лишь одна девушка сидела в тени большого дерева и задумчиво смотрела на море. По мнению королевы ее нелюдимый вид портил картину идиллии, создавшейся на пляже.

— Что ты здесь делаешь? — спросила коронованная особа, гордо смотря на Мару сверху вниз. Девушка не сразу заметила ее присутствие, а когда опомнилась, тут же подскочила и сделала ловкий реверанс, пролепетав: «Ваше Величество».

— Отвечай, — терпеливо продолжала королева.

— Я сижу и наслаждаюсь отдыхом, который Вы нам устроили, Ваше Величество.

— Сделай так, чтобы я это видела, — грозно сказала королева Марианна.

— Ваше Величество, простите, но я не понимаю о чем Вы говорите.

— Раз не понимаешь, будь так добра, найди себе место где-нибудь подальше от меня, чтобы я тебя не видела.

— Чем я так прогневала Вас, Ваше Величество?

Королева не ответила, лишь бросила напоследок гневный взгляд.

Такое поведение королевской особы злило Мару, хотя она понимала, что королева должна быть всегда права. Девушке ничего не оставалось, кроме как сложить свое покрывало, свернуть зонтик и уныло побрести мимо веселящихся фрейлин. Юная королева никогда не жаловала незаурядную Мару, но из уважения к матери старалась не показывать этого. До сегодняшнего дня.

В некотором отдалении от остальных девушек нежилась на солнце Кира. Мара решила устроиться рядом с ней.

— Ты не против?

— Конечно, нет, дорогая.

Кира была доброй и милой девушкой, со своими заскоками и бзиками, но Маре нравилось ее общение.

— А почему ты не прячешься под зонтиком, как все остальные?

— Милая, солнце излучает особые витамины, поэтому я периодически выползаю из-под своего укрытия.

— Понятно. Кира, дорогая, что же ты не веселишься со всеми? Тебе, наверное, скучно здесь одной.

— А тебе скучно? Мара, действительно умному человеку никогда не бывает скучно наедине с самим собой.

— Но раньше ты не брезговала общением с остальными.

— Они меня не понимают. Тебе это знакомо? Сама посуди, — спрятавшись под зонтик, Кира повернулась лицом к собеседнице, — они шепчутся о том, что этот наш гость очень груб, при этом не понимая того, что для него все это лишь игра. Я это понимаю, а они — нет. Из-за этого я чувствую, что остальные фрейлины не достойны моего общения, — девушка задорно подмигнула Маре.

— И как ты это поняла?

— К каждой девушке у него свой подход. Настоящие хамы грубы со всеми одинаково. Еще я заметила, что он пытается найти слабое место каждой из нас, чтобы надавить и оттолкнуть от себя. Одиночество — его выигрыш.

— Зачем тогда ему нужно, чтобы мы каждую ночь дежурили у его кровати?

— Если не мы, то это будет кто-то другой. Юными дамами проще манипулировать. Он умен. Только по-своему. Возможно, даже не знает об этом, — Кира опять начала мурлыкать.

— И тебя это привлекает? — хитро спросила Мара. Ее собеседница сверкнула глазами.

— Чего греха таить? Привлекает. Но скажу тебе по секрету, мой жених гораздо умнее и хитрее нашего таинственного гостя.

— Откуда знаешь, дорогая? — девушки перешли на шепот.

— Я написала ему письмо. Тайно, естественно. Он ответил. Мы встретились. Мара, милая, кажется я влюбилась в собственного жениха, — Кира покраснела и тихонько захихикала.

— Какой он?

— Самый необыкновенный! Заботливый, веселый, умный, решительный… Боже мой, разве я могу позволить себе быть такой наивной и глупой? — со счастливой улыбкой на лице вопросила девушка.

— Повезло тебе, Кира… — мечтательно протянула Мара.

— Милая, я уверена, тебе тоже повезет. Как зовут твоего жениха? — опомнилась счастливая невеста.

— Герцог Фил, — обреченно ответила девушка.

— Я слышала это имя, но ничего не помню о нем… — Кира взглянула на свою собеседницу, которая уже совсем раскисла. — Мара, дорогая, ты не переживай. Все лучше, чем учесть королевы, — девушка взглядом указала на Ее Величество, она беседовала о чем-то со своим гостем.

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, Кира.

— Посмотри на ее улыбку, глаза — она влюблена! А теперь взгляни на него: единственное, о чем он думает, могу поспорить — как отсюда сбежать. Самое плохое то, что королева добьется своего, выйдет за него, а он даже не будет скрывать, что у него есть любовница, что проводить ночи в кабаке в сто раз приятнее, чем с ней в постели. Она будет несчастна всю свою жизнь, но поймет это слишком поздно.

— Ты права, дорогая. Иллюзия иногда все же лучше горькой правды… Глупо это как-то! Глупо и обидно… Как думаешь, о чем они говорят?

Девушки не могли слышать их разговора. Королева позаботилась о том, чтобы никто не мог.

* * *

— И чем тебе не нравится такая жизнь? — пропела королева, ловя редкие лучи, обогнувшие кружева зонта.

— Всем, — буркнул молодой человек. Он сидел в укороченных штанах, сложив руки на согнутых коленях.

— Не глупи. Из-за твоего упрямства ты не получаешь удовольствия от солнца и моря.

— Извини, «дорогая» — передразнил девушек парень, — я не люблю воду.

— Тебя никто не заставляет купаться.

— Отпусти меня. Найди другого.

Юная королева напряженно посмотрела на своего гостя.

— Ты же знаешь, что другого я не найду. А если и найду, он будет упрямиться так же, как и ты.

— Я никак в толк не возьму, зачем тебе такой, как я. Чем тебе не угодили богатые и родовитые.

— Если бы существовал хоть один такой, как ты, да еще богатый и из хорошей семьи… Поверь мне, он был бы уже моим, — властно заявила молодая женщина.

— Я хочу домой! — заявил парень, изображая капризного ребенка: мотая руками и ногами и строя гримасы. Ее Величество даже на минуту испугалась, увидев такое представление, но потом звонко рассмеялась.

Вдруг одна из девушек завизжала и, показывая пальцем на море, стала звать на помощь:

— Она в воду полезла! Тонет! Кто-нибудь, помогите ей.

Коронованная особа вместе со своим гостем тут же подбежала к берегу. Она хотела задать какие-то вопросы, но юноша ее опередил:

— Где она?!

— Там! — указала девушка, тыкая куда-то в воду и прыгая на носочках.

Сделав небольшой разбег, парень ловко прыгнул в воду. Королева заметила желтый огонек в его глазах и довольно улыбнулась.

Молодой человек несколько секунд греб в сторону девушки. Плавал он быстро и умело. Юноша нашел Мару по всплывшим волосам, та уже без сознания опускалась под воду. Подплыв к ней со спины, он обхватил девушку руками и вытащил из воды, но потом чуть не уронил. Он не мог поверить своим глазам: из-под прикрытых век вырывались яркие золотые лучи, нос был деформирован, как и уши, а изо рта торчали белоснежные клыки. От нее пьяняще пахло волчицей. Именно этот странный запах он почувствовал, когда девушка была у него в комнате, но тогда запах был нечетким, потому что она давно не превращалась, да и он тоже. Они были далеко от берега — ни его, ни ее не могли увидеть, но если Мара не очнется, ее дела плохи.

Парню пришлось, быстро шевеля ногами, чтобы самому не утонуть, держать одной рукой девушку, а другой бить ее по щекам.

— Давай! Давай, очнись! Ну же! Тебя не должны видеть.

Говорил он с трудом, вода то и дело норовила попасть ему то в нос, то в рот. Парень все еще держался на воде лишь потому, что адреналин в крови запустил превращение, которое дало оборотню сил.

Наконец Мара закашлялась и ее лицо приобрело привычный вид. Теперь ее можно было оттащить на берег. Сам юноша давно научился контролировать волка внутри себя, поэтому легко вернул себе человеческий вид.

Спасенную девушку тут же окружили остальные фрейлины. Кира быстро вернула Мару в чувства. Со всех сторон тут же посыпались вопросы: «Ты как?», «Что произошло?», «Все нормально?» и многие другие. Девушка не отвечала, лишь хваталась за голову и тихо скулила.

— Мара, — вдруг сказала королева. — сегодня и завтра ты можешь отдохнуть. Я попрошу постелить тебе в отдельной комнате, чтобы девушки не беспокоили тебя.

— Спасибо… — выдавила фрейлина.

— Нет, так дело не пойдет — вдруг появился молодой человек. — Я тебя спас — теперь хочу благодарности. Пусть она будет сегодня дежурить у меня.

Парень смотрел на склонившихся над Марой девушек сверху вниз, гордо выставив ногу вперед.

— Вот ведь черт! Уже возомнил себя королем, — прошипела Катрина.

— И пусть поедет со мной в одной карете, — добавил юноша.

Королева дала безмолвное согласие на все капризы своего компаньона. Она должна была ехать с молодым человеком в одном экипаже, но, сославшись на то, что спасенной девушке нужен простор, решила сесть на ее место, рядом с Ирэн. На самом деле Ее Высочеству просто не хотелось ехать с мокрой попутчицей в тесном помещении. «Милая парочка… Мне только лучше» — подумала Мара.

После происшествия ни у кого не осталось желания отдыхать, поэтому девушки быстро собрались и отправились во дворец.

* * *

Колеса стучали по мостовой — карета проезжала по небольшому уютному городку.

— Я хотел с Вами поговорить, — разорвал тишину парень.

Мара не стала ждать, пока тот договорит, сразу же перебив его:

— Вы же никому не скажите? Прошу Вас! Страшно подумать, что они со мной сделают, если узнают.

— Не бойтесь, я никому не скажу. Но я хотел поговорить именно о том, что произошло.

— О чем тут говорить?

— Поверьте, есть о чем. Ваши родители такие же как Вы?

— Нет. Они даже не знают. Никто не знает, — девушка поплотнее окуталась в свое покрывало. С нее еще капало.

— Я не понимаю, как Вы узнали о… своей особенности?

— К чему такие вопросы? — Мару начинало раздражать излишнее внимание молодого человека.

— Вы же знаете, что кроме Вас есть еще люди, такие же как Вы.

— Я слышала об этом, но ничего о них не знаю.

— Мне скрывать нечего. Я сам такой же, как Вы.

Чтобы доказать свои слова, парень легко поменял лицо, его глаза ослепительно блеснули желтым. Сначала девушку это напугало, но потом она оправилась и стала рассматривать преобразившееся лицо юноши. Окончательно освоившись, Мара протянула руку и начала пальцами исследовать вытянувшийся нос, заострившиеся уши…

— Я выглядела так же?

— Честно говоря, это неприятно, — пробурчал парень не приспособленными к речи связками.

— Ой, простите, — пискнула фрейлина, отдергивая руку.

Молодой человек вернул свое привычное состояние и продолжил беседу:

— Ага, так же.

— Расскажите мне… хоть что-нибудь, — у девушки сверкнули глаза.

— Я Тол, — вдруг сказал парень, протягивая руку.

— Вы же знаете, что среди фрейлин есть спор, кто первый узнает Ваше имя? — не спешила пожимать руку юная дама.

Хитрая улыбка юноши могла ослепить.

— Давно знаю.

— Я Мара, — ответила девушка, очень крепко сжимая руку парня. Фрейлина чувствовала, что от прикосновений юноши ей легче дышать.

Вдруг Тол резко дернул руку на себя, прошептав:

— Зря… Зря я это сделал. Знал же!

Карета наехала на камень, подкинув своих пассажиров.

— Ой, голова закружилась, — девушка схватилась за волосы.

— Это нормально, не думайте об этом, Мара. Надеюсь, нам хватит поездки, чтобы я смог объяснить основы. Вы понимаете, о чем я?

Фрейлина кивнула.

— В НАШЕМ мире главное — запах. Для нас весь мир соткан из запахов. Именно благодаря вашему запаху я понял, что Вы… чистая, как и я.

— Что? — у девушки плохо получалось сосредоточиться. В какой-то момент она поймала себя на мысли, что не может оторвать взгляда от веселых губ парня.

— Я имею в виду вашу кровь. Я определил, что оба ваших родителя — оборотни.

— Но этого не может быть…

— Простите, я говорю только то, что знаю.

— А чем отличаются чистые оборотни от остальных, не считая запаха?

— Чистые могут полностью превратиться в волка. В настоящего, который по лесу бегает и ест падаль. Правда, у меня еще не получается так делать.

Девушку перекосило.

— Для трансформации нам нужен выброс адреналина. По началу его нужно очень много, как, например, от смертельной опасности, но потом, если себя тренировать, может хватать любого скрипа в темноте. Такие превращения, кстати, проще контролировать. Я хотел Вас предупредить: оборотни — редкое явление, женщины-оборотни встречаются гораздо реже, чистые оборотни, соответственно, тоже, а чистая женщина-оборотень… Почти невозможно.

— Так значит, меня не должно быть? — Мара очнулась. Она больше рассматривала Тола, чем слушала, но нить разговора не теряла. — Подождите, а разве оборотень не могут укусить человека, чтобы сделать его таким же как он?

— Точно! Можно же кусать баб, а потом спать с ними! — наиграно удивился молодой человек.

— Вы издеваетесь?

— Да, — довольно ответил юноша. — Неужели волки так похожи на змей? Поверьте, мы никаких ядов из своих клыков не выпускаем. Так вот, кроме нюха у нас есть еще слух, очень чувствительный, но в обычной жизни бесполезный. А также сверхъестественная сила и ловкость. И самое главное — быстрая регенерация.

— Я никогда ничего такого не замечала.

— Вы уверены? Чувства обостряются после трансформации. Даже когда снова возвращаешься в человеческое состояние, чувства на пару часов или дней остаются. У каждого бывает по-разному.

— То есть у меня сейчас обостренные чувства?

— Быстро схватываете! — иронично восхитился молодой человек. — Кстати, а как Вы узнали о своем alter ago?

— В мой первый день во дворце я долго не могла уснуть. До этого я никогда не покидала своего поместья, а тогда я осталась совсем одна в компании с незнакомыми людьми. Я в первый же день захотела сбежать, я шла по темным коридорам, пока не увидела рыцарские доспехи на нижнем уровне. Мне почудилось, что это черт, который пришел забрать меня в ад для непослушных девочек, вот я и побежала. А потом заметила, что у меня на руке выросли здоровенные когти. Это меня только больше напугало.

Тол нагло рассмеялся, из-за чего Мара насупилась.

— А в воду-то зачем полезли?

— Терпеть не могу жару! А плаваю отлично, но в воде случился припадок. Они у меня с детства: сначала затрудняется дыхание, а потом я теряю сознание.

— У некоторых породистых оборотней такое бывает. Хорошо, что я Вас спас. Во всем есть свои плюсы: зато теперь Вы можете узнать о себе гораздо больше. Я был знаком с одним волком, который не знал, кто он. Его жизнь была ужасна. Поэтому я возьмусь за Вас со всей серьезностью, буду Вас обучать. Начнем с обоняния, попробуйте понюхать воздух вокруг себя.

Девушка послушно повела носом.

— Странный запах. Но приятный, такой…

— Пьянящий?

— Да, точно.

— Кстати, об этом. Вам лучше на людях не пить.

Карету опять тряхнуло.

— Дело в том, — продолжал Тол. — что волки не умеют себя контролировать, поэтому и не попадают на высокие посты, редко зарабатывают много денег и так далее. Не знаю, как Вы так долго держались, но можно потерять контроль в любую минуту.

— Хорошо, я поняла.

— Мы уже почти приехали, так что надо завязывать с разговорами. Сами понимаете, для нас осторожность превыше всего…

— Подождите, а что это за запах?

Парень весь побелел.

— Хотите правду?

— Да, конечно.

Тол наклонился совсем близко к Маре.

— Этот запах исходит от меня.

Девушка втянул ноздрями воздух. Пахнуть стало так сильно, что у фрейлины закружилась голова. Опять. Дорога стала кривой, поэтому карету потряхивало. Мара потеряла равновесие и ей пришлось опереться руками о плечи парня.

— Не делайте так, — молодой человек резко отстранил девушку от себя, схватив за плечи. — Я тоже его чувствую, в этом и проблема.

— Я не понимаю…

— Что именно Вы чувствуете? Опишите свои ощущения.

— Голова кружится. Слабость в мышцах. У меня учащенное дыхание. И… Еще что-то, не могу понять, что.

— Я чувствую то же самое.

— Но почему?

— Как бы это помягче… Вот Вы, молодая, красивая женщина. Природой заложено, что большая часть ваших мыслей должна быть о…

— О чем?

— Вам же нравятся мужчины? — девушка в ответ лишь покраснела. — Вам как девушке уже пора задумываться о семье, о детях, так?

Мара кивнула.

— Поэтому, когда Вы видите красивого парня на улице, Вы же думаете о нем, о его внимании?

Фрейлина кивнула, но совсем неуверенно.

— Не смущайтесь, это нормально. Проблема в том, что Вы не совсем человек, Ваши чувства на самом деле всегда обострены. Все эмоции, желания — они плохо поддаются контролю.

— Причем здесь мужчины?

— Людям сложно контролировать страсть, а нам еще сложнее, ведь мы чувствуем ее запах.

— Вы хотите сказать, что это запах страсти? — Маре стало смешно. — Что за бред! Да откуда ей взяться?

— Как откуда? — Тол усмехнулся. — Вы никогда не были подростком? Честно говоря, я не уверен, что Вы уже переросли эту стадию. Знаете, когда мальчик встречает девочку… Ну и так далее.

— То есть Вы хотите сказать, что между нами возникла страсть, только потому, что мы оба волки?

— В точку!

Карета резко остановилась.

* * *

— О чем вы говорили?

Мара тут же опомнилась, хотя ей было нелегко.

— Ни о чем, мы молчали.

Она безустанно перематывала произошедшее в голове. Во время поездки Мара внимательно слушала своего попутчика, забывая прислушиваться в себе. Девушка попыталась вспомнить свои ощущения от нахождения рядом с молодым волком. Представила его перед собой, но это не особо помогло. Немного подумав, она решила перестать думать как человек, а начать размышлять как оборотень. Первое, что пришло в голову — запах, затем слух и только потом появился образ. За ним пришли ощущения. Это было не то, что она чувствовала рядом с мальчиками, которые ей когда-то нравились. Тогда она видела себя глупой, маленькой пугливой, замирала при одной мысли, что ей придется подойти к предмету своего обожания. Рядом с Толом все было по-другому. Страсть. Слова лучше Маре не подобрать. Она зарождалась где-то под сердцем, а потом поднималась выше и выше, постепенно лишая способности думать. Из-за нее девушка так сильно пожала парню руку, из-за нее фрейлина не смогла отказать себе в порыве опереться о его плечи. Может ли девушка позволить себе пойти в его комнату, где они останутся наедине на всю ночь? Конечно, может. Такой была Мара, которую никто не знает. Ей было нечего терять, так как у нее ничего не было. Лишь страсть, чувство, которое оживляло ее. На самом деле фрейлина еще надеялась не потерять контроль. Ей даже в голову не приходило, что она, Мара, контролирует себя больше остальных, ведь все окружающие ее люди всю жизнь убеждали девушку в обратном. Именно поэтому Мара подчинила себе эмоции и чувства так, что никто их и не видел. Остальные фрейлины тайком называли ее «пустой».

— Повезло тебе, подруга, — Кира вернула Мару в реальность.

— В чем же?

— Ну как, ехать с обаятельным парнем в одной карете… Для одинокой женщины это сказка, не правда ли?

— Как можно влюбиться в одного человека, а восхищаться другим?

— Не знаю. Я, наверное, странная, но никак не могу устоять перед привычкой нашего гостя называть всех на «ты».

Мара сразу остолбенела, она не могла поверить собственным ушам.

— Что? — отстраненно уточнила девушка.

— Он делает это так дерзко, так своевольно. Не каждый мужчина в наше время может позволить себе обращаться к красивой девушке на «ты». Ой! Тебе пора, — сказала Кира, поглядывая на служанку, пришедшую за Марой.

* * *

— Как Вам живется в новом мире? — вместо приветствия бросил Тол.

— Лучше, чем раньше, — призналась вошедшая девушка. — У меня есть вопросы.

— Задавайте. Но я, кажется, уже все сказал.

— Я начну с того, что, честно говоря, беспокоит меня больше всего.

— Я весь внимание.

Парень так же сидел на совей кровати, сложив руки на коленях, а Мара встала напротив него.

— Почему Вы обращаетесь ко всем девушкам на «ты», а ко мне на «Вы»?

— Я Вас уважаю.

— Почему же Вы уважаете меня сильнее, чем остальных?

— Честно? Не каждый человек выдержит общество людей, которые кардинально отличаются от него самого.

— Думаете, внешность — это так важно?

— Думаю, что ЗДЕСЬ это очень важно.

— Это единственная причина?

— Да. Нет! Не совсем… Я обращался к остальным на «ты», чтобы поиздеваться, не более. Над Вами я издеваться не хочу. Я вижу, Вы расстроены. Почему?

Маре было сложно в этом признаться, но она больше всего на свете хотела потерять контроль и сделать что-нибудь предосудительное. Особенно после того, что она узнала.

— Я не расстроена, я просто задумалась. Я так понимаю, нам лучше держать себя в руках. Так?

— Так, — сухо ответил Тол.

— А значит нам стоит держать некую дистанцию. Я права?

— Да.

— Хорошо… — протянула девушка, устраиваясь на кровати с книжкой, которую даже не собиралась читать.

— Вы говорили, что у Вас несколько вопросов.

— Ах, да! Я как-то забыла, — девушка дружелюбно улыбнулась. — Зачем Вы сегодня меня позвали?

— Чтобы Вы успели задать все волнующие Вас вопросы.

— Представляете, у меня больше их нет.

Парень и девушка потеряли способность говорить нормально, как говорили всегда. Сейчас из их уст вылетали лишь нелогичный фразы, даже не претендовавшие на то, чтобы быть смешными или информативными. Напряжение в комнате, казалось, можно было потрогать рукой, особенно во время беседы.

— Я тогда лягу спать, — сказал парень, задувая свечки и поворачиваясь к девушке спиной.

Мара уставилась на первую страницу, прислушиваясь к своим ощущениям. Они давно стремились заглушить разум девушки, но упертые мозги не могли этого позволить. Сердце бешено стучало, перед глазами плыло, все мысли заглушало лишь одно желание: дотронуться до такого близкого юноши. Он не мог уснуть, ворочался, но Мара старалась этого не замечать. Возникшая между молодыми людьми страсть была больше похожа на страх.

Прошла целая вечность. Девушка сотый раз пыталась прочесть несчастную страницу, но не могла. Тогда Мара начала тарабанить пальцами по простони, сжимать ее в кулак или просто смотреть на последнюю мигающую свечу. Тем временем Тол опустил ноги на пол.

— Куда Вы собрались? — спросила фрейлина, не отрывая глаз от книги.

— Никуда.

Парень сделал несколько неуверенных шагов в сторону девушки.

— Вам не стоит ко мне приближаться, — Мара стала гораздо чаще дышать.

Молодой человек не послушал ее совета, он лишь ускорил шаг. Вот, он стоит совсем близко, смотрит на Мару. Она не сдержалась, подняла глаза, но разум все еще пытался победить:

— Мы не должны этого делать.

Юноша молча кивнул. Яркий лик полной луны врывался в комнату даже сквозь задернутый тюль. Холодный свет освещал лицо парня, а теплый, исходящий от свечи, озарял мордашку юной фрейлины. Молодой человек ласково взял девушку за подбородок, медленно потянул наверх. Мара встала, с грохотом уронив на пол книгу. Луна просвечивала сквозь тонкую ткань ее платья. Некоторое время Тол смотрел девушке в глаза, как кот, играющий с добычей, а затем он аккуратно прикоснулся к ее губам своими. Почувствовав, что девушка не сопротивляется, парень опустил руки на ее талию и крепко прижал к себе.

Мара неуверенно поддавалась надежным объятьям молодого человека. Она наслаждалась тем, что может гладить его обнаженные плечи, мускулистые руки. Сейчас в голове Мары не осталось ничего, кроме такого сладкого запаха Тола. Но тут парень перестал ее целовать.

— Ты хочешь, чтобы я прекратил?

— Должна хотеть. Но только попробуй остановиться! — резко ответила Мара.

Тол улыбнулся и еще крепче прижал ее к себе. Из-за настойчивых рук юноши легкое платье девушки сильно задралось, и она почувствовала его горячие руки на замерзшей спине. По телу побежали мурашки. Но это лишь забавило Мару, ведь ей хотелось думать только о чувственных губах Тола. Парень легко оторвал девушку от пола и, страстно дыша на ее шею, отнес к себе на кровать, затем аккуратно опустил Мару на подушку, продолжая целовать. «Что же я делаю?» — пронеслось у нее в голове, но эта мысль быстро затухла в агонии страсти.

* * *

Первые лучи солнца без стука ворвались в комнату. Они совсем не грели, лишь беззаботно играли на загорелой коже Тола. Мара проснулась. Осознание того, что произошло ночью пришло не сразу. Вчера ей казалось, что терять нечего, но сегодня она успела потерять все. Если о случившемся узнает жених Мары, она будет проклята на всю жизнь. Возможно, сразу после свадьбы со злости он сдаст девушку в ближайший бордель, а сам будет жить на немаленькое приданное. Жгучие слезы не заставили себя долго ждать, они уже катились по щекам, капая на белоснежную грудь. Мара бросила взгляд на спящего юношу. Запаха она уже не чувствовала, рассудок прояснился — это было самое ужасное. Голову атаковали мысли о том, что парень получил то, чего хотел, и когда проснется, он тут же прогонит ее. Девчачьи рыдания сорвались с алых губ.

— Как спалось? — спросил Тол, открывая глаза. Он не видел лица девушки.

Мара не отвечала.

— Что-то не так? — насторожился парень.

Фрейлина должна была уйти в семь; старинные часы, стоящие на комоде, пробили шесть.

— Ответь мне, — молодой человек дотронулся до спины отвернувшейся девушки. Именно в этот момент она предательски дрогнула от рыданий.

— Ты что, плачешь? — Тол подскочил. — Что случилось?

— Королева меня убьет, — выдавила из себя Мара. — Родители меня убьют. Жених сдаст в бордель. А ты…

Тут девушка больше не смогла сдерживать рыданий.

— Что я?..

— Ты сказал, что обращаешься ко мне на «Вы», потому что уважаешь. А сейчас?

— Конечно, я тебя уважаю, глупенькая, — усмехнулся Тол.

Парень попытался обнять расстроенную фрейлину, но та сразу отпрянула и соскочила на пол, обмотавшись одеялом.

— Не трогай меня!

Отчаянье сменилось злость:

— Неужели ты не понимаешь, что вчера произошло? Да я тебя даже не знаю. ТЫ меня не знаешь! То, что вчера было, нельзя назвать ни любовью, ни симпатией — ничем.

— Успокойся. Все можно исправить. — юноша встал напротив Мары.

— Это не исправить!

— Я что-нибудь придумаю, обещаю. — он попытался взять ее за руку, но она тут же вырвалась.

— Нет! Мне страшно. Все стало слишком сложно, мне лучше уйти. — девушка все еще рыдала.

— Почему ты не хочешь быть со мной?

— У меня есть жених, а твоя невеста — КОРОЛЕВА! Мы поддались мимолетной страсти, звериному инстинкту, как будто у нас нет разума. По всем законам жанра у нас НЕТ будущего!

Тол молча смотрел, как Мара собирается, а со стороны казалось, что он — старик-фермер, который, ожидая дождя, смотрит как его плантации гибнут во время засухи.

* * *

Солдаты у дверей мирно спали, давно поняв, что этот парень не собирается никуда сбегать. Мара шла босиком по холодному каменному полу. По коридорам сновали проснувшиеся слуги, готовясь к подъему жителей дворца. Для всех это был обычный день, один из многих, но для неудачливой книголюбки этот день стал роковым, переломным.

Девушка знала, что королева вряд ли узнает об этой ночи, что родителям тоже никто не скажет, а жениха, если немного подумать, можно обмануть. Дело было в другом. Она поняла, что не сможет полюбить своего заурядного жениха, а он никогда не полюбит ее. Если раньше Мару это мало волновало, то теперь вскипевшая волчья кровь не даст ей спокойно жить. Этой ночью проснулся тот человек, или зверь, которого еще никто не знает.

Все фрейлины спали. Чтобы никого не разбудить, Мара на цыпочках добралась до своей кровати, положила на тумбочку книгу и, поплотнее натянув одеяло, окунулась в нервную дрему.

* * *

Прошла неделя. Фрейлины окончательно перестали разговаривать с Марой, даже не стали расспрашивать о лишней ночи, проведенной в «клетке». Одна Кира доверяла девушке и ежедневно перекидывалась парочкой слов о погоде или о новых платьях. Мара была рада такому положению дел, ведь так у волчицы не было возможности выдать одну из своих тайн. Она старалась не думать о произошедшем, успокаивая себя тем, что успеет еще что-нибудь придумать. Во дворце все было спокойно, но однажды вечером в комнату к девушкам пожаловала королева. С лучезарной улыбкой на лице она объявила:

— Послезавтра я устраиваю бал в честь моей помолвки с Мистером Тольером! Для меня это настоящий праздник, поэтому я как королева решила сделать вам, мои дорогие фрейлины, подарок. На этот бал прибудут ваши родители и ваши женихи, а после вы все сможете поехать домой и начать жить своей собственной жизнью.

Почти все девушки обрадовались этой новости: спустя годы они увидят своих родных, дома их никто не будет заставлять работать, они смогут подарить свою любовь сначала мужьям, затем детям. Их мечты стали осуществляться. Счастливее всех была Кира. Она порхала по комнате, радостно делясь своими чувствами. Фрейлины стали громче смеяться, сильнее краснеть при мыслях о своих будущих супругах. Кто-то привык к жизни при дворе и не горел желанием что-то менять, но и они натягивали улыбки и что-то весело обсуждали. Посреди всего этого балагана одна Мара стояла, как привидение старого дворца. Она смотрела в одну точку, боясь поверить услышанному.

* * *

Звезды задорно сверкали на холодном ночном небе, упрямый ветер колыхал вековые дубы, а розовые кусты, растущие в королевском саду, тихо спали, ворочаясь во сне. Весь дворец был в плену Морфея, все свечи, до одной, были погашены. Мара в одиночестве любовалась красотой ночи, сидя на небольшом балконе. Она долго не понимала, чего боится. План у нее был: подлить жениху во время свадьбы снотворное, а на утро сказать, что он просто все забыл. Ничего сложного. Так никто никогда не узнает о том, что было. Тол, или, как выяснилось, Мистер Тольер, будет молчать, хранить секреты ему не впервой.

Казалось, все находилось под контролем, но девушка упускала один фактор — себя. Так вышло, что Мара не могла контролировать ТОЛЬКО себя. От одной мысли, что она будет обязана подчиняться всю свою жизнь какому-то герцогу, ее бросало в дрожь. Человеческий разум быстро терял контроль над телом юной волчицы. Выход нашелся сразу после осознания проблемы — Мара должна бежать. Неважно куда, без разницы как, главное, чтобы ее не нашли.

Быстро сбегав за карандашом и листком бумаги, девушка решила составить список необходимых вещей для побега. Нужно было торопиться, у нее остался всего один день.

«1) Дорожный костюм.

2) Послушная лошадь.

3) Деньги.

4) Оружие.

5) Провизия.»

Первый пункт — ничего сложного. Подождать, пока портниха пойдет разносить наряды, чтобы фрейлины и придворные дамы надели их сегодня. В ее мастерской было много костюмов и, Мара могла поспорить, там был брючный костюмчик ее размера.

Второй пункт — проще первого. Пару лет назад девушка много времени проводила в конюшне, считая, что лошади — самые преданные существа на свете. Конюх — ее старый приятель, он без вопросов даст Маре хорошую лошадку «покататься».

Третий пункт. Тут могут возникнуть проблемы. Если за наряд и лошадку вряд ли ее будут разыскивать полицаи, то за дорогие украденные украшения или чужое золото девушку разыщут даже на краю света. Мара решила проверить свой шкафчик на предмет нахождения там ценностей. Дверца слегка скрипнула, но никто не проснулся, лишь Ирэн, которая спала рядом со шкафами, перевернулась на другой бок. Книги, книги, много книг и ни одной драгоценной цепочки или мешочка с монетами. Увлекшись поисками, Мара не заметила как один из томов стал выпадать, но благодаря своим волчьем инстинктам она ловко поймала книжку. Девушка вспомнила, как незаметно взяла этот фолиант и еще несколько таких же из отцовской библиотеки в надежде прочесть их во дворце. Слава Богу, мачеха не заметила лишних книг. Жаль, что они оказались жутко скучными. Мара поднесла выпавший том к окну и осмотрела первую страницу. Ее взгляд тут же упал на надпись: «Тираж: 50 экземпляров». Девушке стоило немалых усилий не присвистнуть. Такую книжку можно без проблем продать на рынке за немаленькую цену. Оказалось, что все тома, увезенные из дома, были из одной серии, а значит и стоили вместе, как небольшой деревенский домик. Похоже, Маре начало везти.

Четвертый пункт. На него девушка решила даже не обращать внимание. Она написала его автоматически, не подумав, что у нее есть слух, нюх, когти и ловкость. Тем более оружие проще купить, чем украсть.

Пятый, последний, пункт. Здесь Мара тоже проблем не видела. Еду легко купить, а пару буханок хлеба, мешочек яблок и флягу воды всегда можно попросить у поварихи тети Мэри. Сказать, например, что собираешься на лесной пикник в тайне от остальных или на секретное свидание. Тетя Мэри всегда поощряла стремление девушек похулиганить, считая, что кроме нее никто не поможет юным фрейлинам.

План был готов. Оставалось привести его в исполнение.

* * *

На удивление Мары все прошло гладко, как задумано. Единственное происшествие было превращение девушки в мастерской портнихи, но волчица успела обрести человеческий вид до возращения портнихи, хоть и удалось ей это с трудом.

К полудню Мара была уже далеко. Ее путь лежал через небольшой город, Гинсбург. Там девушка планировала продать одну книгу, докупить еды и посмотреть, стоит ли приобретать кинжал.

Покупателей девушка ждала полдня, за это время Мара успела доесть все яблоки, у нее еще лежал большой кусок хлеба, а фляга была наполовину пуста. В конце концов поняв, что сидеть на рынке, выставляя одну дорогущую книгу на продажу — глупо, Мара отправилась на поиски книжной лавки. Не найдя таковую, девушка зашла в магазин антиквариата, где, мило улыбаясь, смогла убедить продавца в том, что книге уже больше пятидесяти лет, при этом она очень хорошо сохранилась.

Мара вернулась на рынок счастливая и богатая. Там она прикупила пару дешевых плащей, чтобы использовать их в качестве кровати; крепкие сапоги, потому что у портнихи были только женские сапожки из тонкой кожи; еще одну флягу, побольше; солдатский пистолет на два выстрела и острый кинжал с маленькими ножнами. Также девушка закупилась у доброй старушки овощами, кормом для лошади и чем-то непортящемся. Наполнив фляги водой и накормив лошадку, Мара отправилась в путь.

Девушка знала только одно безопасное место — Лес. Туда никто не ходил, все боялись волков, но Мара в детстве любила там бродить, изучила каждый кустик. Единственной проблемой было проехать мимо поместья родителей так, чтобы ее никто не заметил.

Всю дорогу до дома у девушки никак не выходил из головы Тол. Нет, она не думала о нежных чувствах, которые у них, возможно, возникли, не думала, о том, что ненавидит его. Она думала только о нем. О том, что он наглый, но вежлив с ней, о том, что он хотел, чтобы она осталась, о том, что было той ночью. Мара уговаривала себя чувствовать злость и стыд, но не получалось. Воспоминания вызывали лишь улыбку и звонкий смех.

Когда девушка добралась до перекрестка, от которого шла дорога до ее родного поместья, уже стемнело. Пришлось повернуть в другую сторону, где была старенькая таверна. Заплатив двумя серебряными монетами, Мара заняла неплохую комнату на верхнем этаже. Стоило девушке снять черную дорожную шляпку, ей тут же принесли горячий ужин. Он стоил еще монету.

Утром Мара узнала от трактирщика, что господа из поместья отправляются в королевский дворец в час пополудни. К этому времени девушка уже скрывалась в деревьях уголка дикой природы, выращенным матерью волчицы. Лошадь Мара продала трактирщику, чтобы не оставлять следов. Она внимательно следила за тем, как ее отец и мачеха, садясь в карету, о чем-то спорили. Вокруг них вертелся мужчина лет тридцати, видимо, жених Мары. Она по-птичьи наклонила голову, чтобы получше рассмотреть этого человека: невысокий, темно-рыжий, лицо бледное, как у луны, из-за чего брови выглядели неестественно ярко. Глаза надменно сощурены, а губы скривлены в недовольной гримасе. Это помогло девушке: увидев своего жениха, она отбросила все сомнения и, проводив взглядом удаляющуюся карету, натянула поглубже капюшон. Она отправилась в Лес и ее никто не увидит.

* * *

В Лесу царила прохлада, свет почти не проникал сквозь кроны древних деревьев. Их кора уже давно поросла густым мхом. Тропа была покрыта иголками, шишками, ветками, поэтому травы здесь почти не было, но проход все равно было очень сложно разглядеть. Мара уже начинала уставать из-за тяжелого груза, но продолжала идти. Оказалось, что девушка помнит лес с горем пополам. Вдруг он стал ей совсем незнаком. Все это время она надеялась, как в сказке, найти какую-нибудь полянку, где смогла бы устроить себе ночлег и придумать, что делать дальше. Сейчас же Мара окончательно заблудилась, потеряла тропинку и не знала куда идти. Она даже забыла откуда пришла. Девушка почувствовала, что начинает паниковать, испугалась неожиданной трансформации, из-за чего паника усилилась. Через минуту Мара поняла, что превратилась. Решив использовать свои способности, она понюхала воздух вокруг. Запах девушке показался знакомым, но не получалось вспомнить, где именно она его чувствовала. Затем подключился слух:

— Ты чувствуешь? — послышался далекий бас.

— Собачатиной пахнет! — радостно отозвался еще один голос.

Вдруг послышался странный скрежет.

«Надо бежать!» — стучало в голове у Мары, но куда бежать, откуда голоса — она не знала. Инстинкт самосохранения не оставлял ее в покое, поэтому девушка кинулась вперед так быстро, как только могла. На секунду она подметила, что бегать в волчьем обличии гораздо проще, но это не спасло Мару. Пробежав уйму шагов, она наткнулась на ярко-желтый волчий взгляд. Он смотрел девушке прямо в душу, опустошая изнутри. Перед ней стоял волк, белый и лохматый. Он грозно скалился, пуская на землю густую слюну. Девчонка хотела струсить, но не смогла себе этого позволить. Собравшись с мыслями, она медленно встала на четвереньки, копируя позу зверя, обнажила острые клыки и со всей злостью, что была в ее душе, посмотрела прямо в глаза своему сопернику. Мара прекрасно понимала, что одно неловкое движение и ей крышка. Так они «играли в гляделки» несколько минут, пока к волку не подбежал высокий коренастый мужчина.

— А она смешная, сопротивляется. — сказал он знакомым басом. — Ладно, заканчивай, Пит, домой пора, темнеет.

Мару напугали слова незнакомца, но она все еще держала себя в руках. Вдруг ей показалось, что волк стал улыбаться, девушка отвлеклась всего на секунду, но зверь воспользовался этим и бросился на свою жертву. Мара чувствовала, как когти царапают ей лицо и руки, но не могла сопротивляться, момент был упущен. Волк повалил девушку на землю, прижав огромными лапами руки, а мужчина подошел сзади и тихонько ударил Мару по голове. Она потеряла сознание.

* * *

Тол постучался в покои Ее Величества. В последнее время он не находил себе места, поэтому в волчьей голове неожиданно созрел план. Правда, он был ненадежным и немного наивным, но попытаться стоило. Даже сейчас образ Мары стучал в его голове, из-за чего контролировать себя было гораздо сложнее.

— Тол, милый, ты рад тому, что скоро станешь королем? — пропела королева.

— Нет. — холодно ответил хмурый парень.

— Ну и зря. Знаешь, я тебе даже завидую. Будешь сидеть, ничего не делать, пока Я буду управлять государством, хотя во дворце будем жить мы ОБА.

— Следи, чтобы я не покончил жизнь самоубийством. — ехидно прокомментировал слова Ее Величества Тол.

— Ну чего ты дуешься, как принцесска? Помню, лет в шестнадцать я была такой же. Ничего-то мне не нравилось: ни платья, ни туфли, ни серьги… Но потом я повзрослела, и все прошло. Не переживай, с тобой случится то же самое.

— Ты сейчас похожа на тупую мамашу. Вот зачем тебе король-оборотень, Марианна?!

— Раз у нас с тобой завтра помолвка, я готова рассказать.

— Надо же…

— Понимаешь, я всегда мечтала о таких маленьких, миленьких волчатах. Они бы бегали по дворцу, на всех рычали, защищали бы свою мамочку.

— Ты взрослая женщина, а такой бред несешь. Прекращай издеваться!

— Я правду говорю. — серьезно сказала королева. — Я считаю, что страной должны править сильные люди, со способностями. Мне нужны дети-оборотни. Тем более будут рождаться одни мальчики, значит всегда будет наследник.

— А почему тогда все придворные считают, что ты влюблена по уши?

— Что?! Нет! Глядя на тебя, я лишь вижу радужные перспективы своего королевства.

— Здорово! То есть я твоя маленькая шлюшка?

— Хорошо оплачиваемая шлюшка, со статусом короля. Вообще, у нас говорят «фаворит». А ты будешь королем.

— Значит, ты выходишь за меня только для того, чтобы у твоих детей был официальный статус?

— Да. Тебя это смущает? Прости, я думала ты мужик. Не хотела обидеть твои чувства.

— Ты дура.

— Не стоит оскорблять королеву. Тебе еще со мной жить.

— Зачем тебе династия королей, которые не умеют себя контролировать?

— Ты научишь их контролю. Должен же ты отрабатывать свои деньги и статус.

— Это не так просто. Даже если я и научу их контролировать свои порывы, в чем я сильно сомневаюсь, то это все равно вряд ли поможет.

— Почему? — в голосе Ее Величества уже сквозило раздражение.

— Ни один волк не сможет контролировать себя так же, как человек. Запомни мои слова! Посмотрим, как ты запоешь, когда твой сынок из-за какой-нибудь смазливой дуры начнет войну.

Королева с трудом сдерживала злость, поэтому, распрощавшись со своим женихом, отправила его назад.

— Я забыл спросить. — сказал Тол, уже стоя напротив двери. — Можно я приглашу своего брата на завтрашнее мероприятие?

— Делай, что хочешь.

Дверь сразу хлопнула.

* * *

Суматоха, царившая во дворце с самого утра, наконец утихла. Кареты одна за другой подплывали к воротам. Дамы цветными клубами дыма поднимались по лестнице, а господа спичками разной толщины скакали к дверям, чтобы успеть открыть красивым девушкам вход.

В зале уже играла музыка, самые смелые пары кружились в неторопливом вальсе, а фрейлины собрались в подвижную кучку недалеко от входа. Девушки ждали, когда прибудут их близкие. Тол вошел через главный вход и отправился в сторону юных дам, но встал к ним спиной, чтобы случайно не наткнуться на испуганный взгляд Мары. Сегодня парень надел белую рубашку и сюртук, шитый серебром.

— Почему Вы встали рядом с нами? — спросила одна из девушек.

— Я тоже кое-кого жду. — бросил Тол через плечо.

— Мистер Тольер, — оттолкнув любопытную девушку, подошла к парню Кира. — У меня к вам странный вопрос.

— Какой? — сухо спросил парень.

— Вы Мару не видели? Это такая…

— Что? — удивился молодой человек.

— Мара, одна из фрейлин. Дело в том, что с ней никто кроме меня в последнее время не общался, поэтому всем плевать на то, что она пропала. Вы моя последняя надежда, у всех остальных я уже спросила.

Тол не мог поверить своим ушам.

— Она сбежала? Когда?

— Сегодня утром ее уже не было. Знаете, после того случая на пляже она была сама не своя, я должна была что-то заподозрить, а я…

— Что Вы?

Кира уже собиралась заплакать, но вежливые слова парня привели ее в чувства.

— Почему Вы…

— Неважно. — перебил девушку Тол. — Что заставило Вас винить в пропажи подруги себя?

— Я должна была уделять ей больше внимания. Она хорошая, лучше этих глупых куриц, — Кира указала взглядом на остальных фрейлин. — просто не любила показывать свой характер.

— Ясно.

Юноша сделал несколько шагов в сторону от девушки, подошел к стене и начал колотить ее руками, приговаривая: «Дура! Идиотка!», «Сам дурак».

— Что с Вами? — девушка попыталась подойти к Толу, но ее остановила Катрина.

— Кира, дорогая, там неизвестный красавчик пришел.

— Милая, тебе не стыдно? Скоро прибудет твой жених.

— Вот именно, дорогая! Я не могу упустить последнего шанса пококетничать с незнакомцем. Он вон там, — Катрина показала пальчиком куда-то в толпу. — скажи, он псих или можно ему глазки состроить?

Кира стала рассматривать неизвестного. Это был молодой мужчина, в огромной шляпе с пером и в удобном замшевом сюртуке. К нему поочереди подходили все незамужние дамы на балу, но мужчина все время пытался от них сбежать.

— Галантный, красивый, воспитанный — просто идеал, — вынесла свой вердикт девушка.

— Можно? — умоляюще пискнула Катрина.

— Иди.

— Нет! — вдруг взвыла неудачливая кокетка. — К нему королева подошла. Путь закрыт.

Ее Величество направилась в сторону девушек, но прошла мимо.

— Что ты делаешь? — строго обратилась она к Толу. Парень сидел на полу.

— Не твое дело.

— Встань, быстро! — прошипела королева.

Юноша медленно поднялся.

— Кстати, по поводу твоего брата, — правительница смягчилась. — его сюда не пустят.

— Что?! Ты же обещала!

— Я сказала, что ты можешь его позвать. И ты позвал.

— Почему его не пустят?

— Оборванцев во дворец не пускают.

— Да с чего ты взяла, что он оборванец?

— Ты забыл, где я тебя нашла? В рыбацкой лодке. Так чем же твой брат лучше тебя. Тема закрыта. Я тут с молодым человеком познакомилась, таким вежливым, воспитанным. Он пообещал, что даст тебе пару уроков. Пойдем, я тебя с ним познакомлю.

Тол промолчал, ему не хотелось думать о всяких дворцовых глупостях. Его мозг лихорадочно думал, куда могла сбежать Мара, но юноша действительно совсем не знал волчицу. Королева отвела своего жениха в небольшой кабинет, находившийся ближе всех к приемному залу. Он был обставлен книжными полками, а в центре стоял большой стол со стульями.

— Жди здесь, я его сейчас приведу.

Через минуту Ее Величество вернулась с незнакомцем в шляпе.

— Это Док. Забавное имя, не правда ли? Он научит тебя, как быть хорошим мальчиком. Оставлю вас наедине, — пропела королева, убегая из комнаты. Еще бы, там ее ждали танцы, легкая выпивка и целый рой обожателей.

— Тол, как я скучал!

— Брат!

Мужчины обнялись. Они не виделись с тех пор, как их мать отправила Тола к отцу-моряку. Заботливая мама хотела, чтобы ее младший сын научился быть чистокровным волком, но сама об этом знала немного, поэтому и отправила его к папе на несколько лет.

— И зачем тебя учить манерам и галантности? Я помню, как на приемах ты давал мне фору в обольщении дам.

— Лет в восемнадцать разучился вести себя как джентльмен. — парень легко запрыгнул на стол. — Ты все сделал, как я просил?

— Обижаешь. Плащ в сумке, лошадь на улице. Ты уверен, что не хочешь стать королем?

— Уверен. Эта коронованная дамочка у меня вот здесь. — Тол многозначительно провел ладонью под самым подбородком. — Тем более ты знаешь, что я верен только одной короне.

— Знаю… Просто возьмешь и сбежишь?

— Да, просто. — подтвердил юноша, дерзко снимая с брата шляпу и надевая на себя. — Тем более я не сбегаю, а возвращаюсь домой, Док.

В кабинет вдруг ворвалась Катрина, но тут же принялась извиняться:

— Ой, простите. Ее Величество сказала, что Вы здесь. — обратилась она к старшему брату, — А Вы что здесь делаете? — возмущенно воззрилась она на младшего.

— Сижу. — ответил Тол, подрыгав ногами.

— Как Вы терпите этого невоспитанного хама? — девушка подошла ближе к Доку, сверкая голубыми глазками. — Он же украл Вашу шляпу!

Мужчина не знал, что ответить настойчивой девушке, но брат его спас.

— Чего ты хотела, Катрина?

— Вы запомнили мое имя? — смутилась фрейлина. — Королева в смятении, только что прибыла семья Мары, а она пропала. Ее Величество не знает, как сообщить уважаемым людям такую новость.

— Передайте королеве наши соболезнования…

— Я пойду и скажу им, — перебил своего брата Тол.

— Что? — искренне удивилась Катрина.

— Мистер Тольер, что Вы делаете? — попытался остановить товарища Док.

— Мне любопытно, — бросил через плечо удаляющийся юноша.

Катрина не стала долго ждать, а тут же бросилась вслед за парнем, старший брат последовал ее примеру.

— Вон он! — крикнула девушка, завидев Тола в толпе. Тот уже подошел к родителям Мары.

Его руки были сложены за спиной, взгляд чуть опущен, голос вкрадчив и спокоен.

— Здравствуйте! Прошу прощения, Вы…

— Не слушайте его! — подоспела Катрина. — Не стоит портить себе настроение из-за такого грубияна.

— Вы кто? — спросил у девушки отец Мары.

— Я…

— Простите мою подругу, у нее, как и у нас всех, был тяжелый долгий день. Вы меня не знаете, но я знаю вашу дочь. Она…

— Извините Мистера Тольера. Он сегодня, пожалуй, слишком много выпил. — неожиданно подплыла королева.

— Ваше Величество! — тут же раскланялась мачеха Мары.

— Как я уже сказал, — не отступал Тол. — Это был тяжелый день для всех нас. Королева так же, как и мы, не находит себе места из-за того, что произошло только вчера.

Ее Величество открыла рот от изумления, а Катрина удивленно выпучила глаза: обе женщины никак не могли поверить в чудесное преобразование их общего знакомого.

— Ваша дочь, — убедившись, что его никто больше не будет перебивать, парень продолжил говорить, — она мой хороший друг, и, знайте, я сделаю все, чтобы помочь ей и Вам в трудную минуту. Мне очень жаль, но Мара пропала. — оба родителя ахнули. — Лучшие дворцовые сыщики прикладывают все усилия, чтобы найти ее. Сейчас мы разрабатываем две версии.

— Какие? — вскрикнул обеспокоенный отец.

— Самая вероятная — ее могли похитить с целью получения выкупа.

— Но как такое возможно? — пробормотала своим визгливым голосом мачеха. — Как можно похитить кого-то из королевского дворца?

Юноша почувствовал сильный толчок под ребра со стороны Ее Величества.

— Вы же знаете свою дочь… — начал выкручиваться Тол.

— Думаете, ее похитили во время одной из ее глупых конных поездок? — предположила женщина.

— Да, именно так мы и полагаем.

— А я тебе говорила, что это ее увлечение лошадьми до добра не доведет. — прошипела мачеха на ухо своему мужу.

— А какая вторая версия? — пролепетал растерянный мужчина.

— Возможно… Мне больно это говорить, — театрально схватился за сердце парень. — но есть вероятность того, что она сбежала. Если это так, Вы нам очень поможете, подсказав, куда Мара могла податься?

— Я не знаю!.. — истерично ответила мачеха. — Кидур, где она пропадала в детстве?

Отец девушки поскреб затылок.

— Вряд ли Вам это поможет, молодой человек, но моя девочка очень любила гулять по Лесу. Я больше ничего не знаю. Мы не виделись с ней шесть лет, сами понимаете…

— Благодарю Вас, — Тол галантно поклонился мужчине и вежливо поцеловал руку женщине, а затем собрался уйти.

Но тут к собравшейся компании подошел некий человек в белом сюртуке.

— Что-то произошло? — странным голосом протянул мужчина.

— Герцог Фил, голубчик, — запричитала мачеха. — представляете, Мара пропала.

— Жаль, — равнодушно сказал подошедший. — Я даже не успел посмотреть, как выглядит моя невеста.

Тол гневно поджал губы.

— Вы же можете посмотреть на нее на нашем общем портрете. — обрадовано затараторила Катрина.

— Не откажусь. — церемонно ответил Герцог.

— Я могу Вас проводить, — предложила Катрина, но Тол тут же пресек ее попытки.

— Я провожу нашего гостя, Катрина. А ты иди, тебя, наверное, твой жених ждет.

— Благодарю, Мистер Тольер, — сказала девушка, убегая куда-то в толпу.

Молодые люди вышли из зала, повернув пару раз, они попали в галерею. Здесь висели картины, изображавшие всех девушек, которые когда-либо были фрейлинами.

— Вот они, — Тол остановился у ближайшей ко входу картины. На ней все дамы были в белых платьях, но не пышных, чтобы все смогли поместиться на полотне.

— Где Мара?

— Вот эта, — показал пальцем юноша, внимательно наблюдая за реакцией Фила.

Тот еще больше скривился.

— Может, оно и к лучшему.

— Что к лучшему? — уточнил парень.

— Думаю, хорошо, что она пропала. Надеюсь, не найдется. Я бы не смог жить с ТАКОЙ. Вы меня понимаете? — Герцог по-товарищески слегка хлопнул своего спутника по плечу. — Мне обещали умницу-красавицу. А эта? Один жир да складки.

— Ясно. — Тол старался не подавать виду, что его трясет от злости и гнева. — Пойдемте назад, а то у всех барышень появятся кавалеры.

— Пойдемте, — радостно ответил Фил.

Мужчины вышли в коридор, в котором почти не было свечей, чему юный волк сильно обрадовался. Неуловимое движение, стук, и горе-жених прижат к стенке. Паника на его лице вызвала улыбку у Тола. Резкий удар в живот, и герцог уже сползает на пол, а юноша спокойно развернулся и, насвистывая себе под нос, ушел прочь.

Немного побродив по залу, парень быстро нашел своего брата.

— Что произошло? — поинтересовался у товарища Док.

— Ничего, потом расскажу. А куда ты пропал?

— Оказалось, что я должен какой-то даме танец…

— Я не удивлен. Ты произвел фурор во дворце.

— Только не в том, в котором надо. Кстати, отдай мою шляпу! — старший брат резким движением стянул с Тола головной убор.

Уверившись, что никто из тех, кто может узнать двух братьев, не видит, как они пробираются к выходу, Тол и Док улизнули. Мужчины быстро накинули плащи с глубокими капюшонами, подбежали к лошадям и ускакали в поздний закат.

* * *

Поездка до родного дома заняла всю ночь, но молодые люди, имея опыт охоты в ночных лесах, отлично ориентировались в темноте. К утру, когда алая солнечная полоса озарила небосвод, мужчины наконец смогли остановиться.

— Вот и дом! — заявил Док.

— Я не особо скучал.

— Ты хоть по чему-нибудь скучаешь?

— Да, по жизни, которой у меня никогда не было.

— Честно признаться, брат, философ ты никакой.

Тол лишь хмыкнул.

Братья родились в большом поместье на границе двух государств. Дом стоял в отдалении, поэтому местные жители и не догадывались, что налоги с них собирают оборотни. Мать-волчица любила своих сыновей, хотя и была строга. Док, старший, был зачат в браке с человеком, которого волчица безмерно любила, но не смогла уберечь от бандитов. Поэтому старший брат вырос без мужского внимания, но в сердечной любви матери. Тольер же был сыном морского чистокровного волка, у которого за спиной оказалась династия моряков и талант в актерском искусстве. От отца Толу досталась способность быстро плавать и особая харизма, которую молодой человек научился зажигать и задувать, как свечку. Связь его отца и матери произошла случайно, во время одного из путешествий волчицы, но мудрая женщина, узнав о беременности, посчитала, что иметь чистокровного сына-волка в своей стае вышло бы очень даже выгодно. Так появился Тол.

Мужчины постучались в дверь, на ней были вырезаны цветы и две буквы «О» — неизменный атрибут всех жилищ оборотней. В помещении послышались звонкие шаги, дверь открыл дворецкий.

— Мистер Кирст! — поприветствовал своего старого доброго слугу Док.

— Рад Вас видеть, — добавил младший брат.

— Господа, — поклонился дворецкий. — вас ожидают в гостиной.

— Кто? — спросил старший.

— Госпожа Ягла.

— Брат, постарайся держать себя в руках. Это чистокровная волчица.

— Еще одна?

— Что?

— Я это так, о своем. Так что это за девчонка?

— Ягла из лесной стаи, мама им помогает после того, как у них умер вожак. Вернее, умерла.

— Любопытно. — задумчиво протянул Тол. — А мать наша где?

— В столице, просит аудиенции у короля.

— Зачем?

Док пытался что-то сказать, но не успел. Мужчины вошли в гостиную: посреди нее располагался дубовый круглый стол с букетом цветов, вокруг него стояли мягкие диваны, а в углах росли книжные полки. Девушка стояла спиной к вошедшим, смотрела в окно, любуясь рассветом, но, услышав приветствие Дока, повернулась. Легкий стан, плавные движения, светлые волосы, но непривычно загорелая кожа и яркий цыганский наряд.

— Что у вас произошло?

— Я бы хотела обсудить это с Вашей матерью, Миссис Нильсон.

— Ее нет и еще долго не будет, Ягла. Ты же знаешь, что можешь мне доверять.

— Вам, но не Вашему брату.

— Я ручаюсь за него.

Тол тем временем встал в тень от одной из книжных полок и молчал. Он внимательно слушал своего брата и девушку.

— Прошу, не заставляйте меня… — испуганно пролепетала Ягла.

— Поверь, у моего брата больше благородства и верности, чем у меня, хотя он и скрывает это.

— Хорошо.

— Рассказывай.

— Мой брат и кузен вчера кое-кого поймали. Чистокровного оборотня. Он разгуливал по нашей территории, собирал грибы и ягоды. Мы не знаем, что с ним делать.

— Вы взяли его в плен?

— Разумеется.

— В чем проблема? Поступайте так, как поступают все волки — устройте бой. Проигравший умирает.

— Не все так просто. Есть вероятность того, что пленник не знал о правилах. Мы не хотим поступать несправедливо. Мы должны знать, что велит Кодекс.

— Вероятность?

— Пленник не очнулся после удара Кира, хотя Кир обычно бьет несильно. Вернее, нам показалось, что он открыл глаза, но потом опять потерял сознание.

— Ягла, дорогая, ты же понимаешь, что твои братья наверняка уже расправились с несчастным?

— Нет, они не могли.

— Ты уверенна?

— Да!

Доку показалось поведение девушки немного странным, но он промолчал.

— В Кодексе все законы неоднозначны. По поводу пленников там сказано, что окончательное решение всегда за альфой.

— Пусть приедет Миссис Нильсон и примет верное решение. У нас нет альфы.

— Я бы не был так уверен. — вдруг отозвался Тол.

— Что Вы имеете в виду? — испуганно спросила Ягла.

— Вы прислушиваетесь к Кодексу, думаете, что это правильно… Смешно.

— Тол, о чем ты говоришь? — прошипел старший брат.

— О том, что у настоящих волков нет правил, лишь инстинкты. Я считаю, что вам стоит поступать так, как велит сердце. Зачем убивать невинного?

— Но он виновен!

— И Вы согласны с этим, Ягла?

— Вы правы, у волков есть инстинкты, но мы не волки, мы оборотни.

— Вы боитесь поступить, как человек? Неужели вы и вправду боитесь своей человечности?

— Нет, но… Мы не знаем, стоит поступить, как людям или как волкам.

— Поступите так, как считаете нужным — Тол говорил с нажимом.

— Вы сказали, что я не могу быть уверена в том, что у нас нет альфы. Почему?

— Ягла, с вожаками других стай могут вести переговоры только альфы. Так написано в Кодексе.

— Смешно. Вы полагаете, что, если у нас нет вожака, то мы обязаны сидеть в лесу и не высовываться?

— Что? Нет! Как Вы могли подумать так, Ягла? Вы могли прийти сюда вместе, — на лице парня расцвела победоносная улыбка.

— Кто-то должен следить за пленником.

— Разве до этого вы вместе приходили просить помощи?

У девушки не осталось аргументов, Тол был абсолютно прав.

— К чему Вы клоните?

— Мне кажется, Ваша стая негласно выбрала вожаком Вас, Ягла. — торжествующе ответил парень, подходя ближе к девушке.

— Тол! Тебе лучше отойти от нее! — вежливо перебил их Док.

— Почему это? — искренне удивился младший брат.

— Запах! — прошипел старший.

— Точно! Я должен чувствовать запах… — смутился волк.

— Ты его не чувствуешь? — глаза Дока сильно округлились. — Мы же по дороге превращались, чтобы лучше видеть.

— Я чувствую запахи, но не тот, о котором ты говоришь.

— Но… Этого не может быть. Или, подожди…

Мужчина схватил Тола за руку и отвел в сторону и начал шептаться, чтобы Ягла ничего не услышала. Он знал, что девушка давно не превращалась из-за плохого самочувствия, поэтому мог говорить, зная, что его не услышат.

— У тебя есть волчица? — задал волнующий его вопрос Док.

Его брат на секунду замялся.

— У нас было-то всего один раз…

— Да вам даже спать не обязательно. Если ты выбрал ее запах, остальные ты уже не чувствуешь.

— Ладно, проехали. — прорычал Тол, гневно освобождаясь от братской хватки.

Ягла была смущена странным поведением мужчин.

— Честно говоря, — решил сменить тему младший брат. — я думаю, что Ваши братья давно убили пленника.

— Я уже все сказала по этому поводу. Вы сами говорили, что они считают меня альфой.

— Негласно. Это значит, что они сами знают, когда Вас слушаться.

— Они не убьют его.

— Хватит выставлять нас дураками, Ягла. Что Вы скрываете?

Брат одобрительно кивнул.

— Я хотела сообщить об этом вашей матери, господа. Дело в том, что пленник — женщина.

Юные волки сразу все поняли: оборотни не могут убивать волчиц, так устроена их природа. Но Тол задумался отнюдь не о сути своего рода.

— Где, Вы говорите, нашли оборотня? — встревожено спросил парень.

— В Лесу, на нашей территории, на ее южной границе.

— Помните, что я Вам сказал про сердце и инстинкты?

— Да.

— Забудьте, Вы сделаете так, как скажу я. Договорились?

— Что?!

— Показывайте, где пленница, — крикнул парень выбегая из гостиной.

У Яглы и Дока просто не осталось выбора, они побежали вслед за Толом. Тот быстро выскочил за калитку и побежал по тропе, ведущей в Лес. Уже в чащобе, у распутья, юноша остановился, ожидая компаньонов.

— Куда?

Девушка задыхалась, поэтому вместо слов просто кивнула на центральную тропку. Пожалев раскрасневшуюся от бега Яглу, Тол перешел на торопливый шаг. Через несколько минут из-за дерева выскочил сутулый долговязый парень с длинными волосам. Он угрожающе приставил кинжал к горлу юноши, идущему впереди. Тол спокойно поднял руки вверх.

— Томас, он со мной. Это сын Миссис Нильсон.

— Я знаю ее сына! Дока, — проскрипел Томас.

— Что у тебя с голосом? — поинтересовался Тол, делая озабоченное выражение лица.

— Это мой брат, — отозвался Док.

— Я его не знаю. А значит ходу ему нет.

— Хватит капризничать! — разозлился парень. — Либо ты меня пустишь, либо сам лишишься глотки.

— Томас! — умоляюще сказала Ягла.

Волк тихо убрал нож и скрылся за деревом.

— Простите моего брата, он самый дикий среди нас, зато он верен своей стае и все сделает, чтобы мы были в безопасности. — поравнявшись с Толом, объяснила девушка.

— Я понимаю.

— Вот мы и пришли. — объявила Ягла.

Они оказались на зеленой лесной опушке. Она была небольшой, но умещала крепкий домик, сарай и скромный огород.

— Где она? — хмуро спросил парень.

— Мы привязали ее к дереву за домом.

В это время из сарая вышел здоровяк с густой бородой и круглым лицом.

— Сестренка, кто это? — спросил мужчина.

— Гости! — сообщила Ягла. — Они пришли за пленницей.

— Это кузен Яглы, Кир. — пояснил Док.

— Вот и хорошо, — пробасил мужчина. — пусть забирают. Она кусается! Я ей просто еды принес.

— Она очнулась? — удивилась девушка.

— Да, — многозначительно потер перебинтованную руку Кир.

Тол сам не заметил, как начал добродушно улыбаться.

— Пойдемте, — повела мужчин Ягла.

За домом рос огромный тополь, рядом с которым сидела Мара. Ее руки и ноги были связаны, к дереву она была привязана за плечи так, что не могла двигаться.

— Только подойди… — зашипела она на появившуюся девушку.

— И что ты сделаешь? — с невозмутимым лицом поинтересовалась она.

Мара улыбнулась, обнажая клыки, а затем дернулась вперед. Дерево жалобно скрипнуло. От этого звука волчица мелодично рассмеялась. Тол подметил, что впервые слышит смех Мары. Она не замечала мужчин, стоявших в некотором отдалении. К ним также подошел Кир, внимательно наблюдая за представлением.

— Можно я задам вопрос, незнакомка? — спросила спокойная Ягла.

— Ну попробуй.

— Ты знала, что не имеешь права собирать ягоды на нашей территории? Ты знала, что нарушаешь Кодекс?

— Какая разница, вы все равно меня убьете.

— Ты не будешь отвечать?

— Нет.

— Почему?

— После того, как вы со мной покончите, вас будет мучить совесть и сомнения. Это подарит мне покой на том свете.

— Так ты любишь мучить людей?

— Только тех, кто хочет меня убить.

— С чего ты взяла, что мы собираемся отправить тебя на небеса?

— Твой патлатый друг сказал. Томас, кажется.

Губ Яглы коснулась улыбка. Девушка подошла ближе и присела напротив пленницы. Дикарка не боялась буйной волчицы, она и сама могла показать свои клыки.

— У нас нет вожака, поэтому мы не можем решить, что с тобой делать.

— Отлично! Значит я просижу здесь, пока не состарюсь?

— Нет, мы отдаем тебя другой стае, у них есть альфа. Пусть она и решает.

Волчицы продолжали смотреть друг другу в глаза, но потом Ягла поднялась и с громогласным «Забирайте» подошла к своему кузену. Только сейчас Мара увидела своих новых надзирателей.

— Привет! — поздоровался Тол.

— Брат, зачем она тебе нужна? — не выдержал Док.

Мара тем временем онемела от удивления. Парень отвязал ее от дерева, развязал руки.

— Все будет хорошо. — попытался успокоить волчицу Тол, но девушка сама развязала ноги и, резко подскочив, оттолкнула своего спасителя.

— Это все из-за тебя! — прошипела Мара, когда Тол приблизился к ее лицу. Она говорила спокойнее, чем должна бы.

— Я Док, брат этого оборванца, — представился старший брат, пристально осматривая бывшую пленницу.

Она мило улыбнулась и протянула сложенные руки к новому знакомому.

— Связывайте.

— Зачем тогда моему брату развязывать тебя?

Девушка игриво пожала плечами.

— Ты пьяна? — спросил старший брат. Младший в это время стоял рядом и с любопытством смотрел на Мару.

— Если бы я была свободным человеком, мне бы вернули мои вещи. — пояснила волчица.

— Могла бы просто попросить, — пробубнил Кир. — Я бы на твоем месте был вежливым к тем, кто меня освободил.

— Я не привыкла проводить ночь связанной.

— А к чему ты привыкла? — ехидно спросил Тол, сложа руки на груди и смотря на девушку исподлобья. — Пойдем! Я спать хочу.

Юноша направился к тропке. Мара попыталась пойти следом, но вдруг ахнула и упала на коленки.

— Что опять? — недовольно протянул Док.

— Ноги, как будто ватные. Я вчера весь день по лесу ходила, они онемели.

Тол молча стоял.

— Ты же не думаешь, что мы тебя понесем? — сказал старший брат.

— Думаю, что вы поможете мне подняться.

Тол устало подошел и подал руку, девушке пришлось принять помощь.

— Ты же должен быть на помолвке. Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась Мара.

— Так вы двое знаете друг друга? — задал давно интересующий его вопрос Док.

Девушка покраснела, но кивнула. Старший брат не стал больше задавать вопросов, казалось, он и так все понял. Лишь напоследок мужчина сказал:

— Ягла, завтра днем мама должна приехать. Приходите вечером, мы будем ждать.

— Хорошо, мы придем.

Маре пришлось почти всю дорогу опираться на руку Тола, поэтому она шла тихо, иногда хватаясь за разболевшуюся голову.

Уже в поместье дворецкий отвел гостью в одну из гостевых комнат, где она и уснула. Мужчины также разбрелись по своим спальням.

* * *

Проснувшись, Тол осознал, что ему стало лучше, как будто голова очистилась от ненужных мыслей. Теперь уже ничего не станет хуже, а значит все будет только налаживаться. Вдруг парень почувствовал пленительный запах еды. Не евший со вчерашнего дня, парень бросился в коридор. Из комнаты напротив высунулось такое же голодное лицо его брата.

— Ты приказал Мистеру Кирсту подать обед? — спросил заспанный Тол.

— Я думал, это ты, — ответил Док.

Переглянувшись, братья, в чем были, побежали вниз, в столовую. Там их ждала Мара, она была одета в старое платье Миссис Нильсон, которое та никогда в жизни не носила из-за того, что оно было велико; волосы девушки были уложены в аккуратную прическу. Волчица мирно пила чай.

— Проходите, не стойте. — пригласила она мужчин за стол.

Перед молодыми людьми возникли дымящиеся блюда, обладающие аппетитным видом и запахом.

— Я голоден, как волк, — заявил Тол, заглатывая кусок мяса. Парень даже подавился, осознав случайный каламбур.

— Как ты уговорила повариху приготовить обед? — спросил Док, запив еду стаканом воды.

— Природное обаяние, я полагаю, — загадочно ответила девушка.

— А если честно? — лукаво уточнил Тол.

— Мистер Тольер, Вы мне не верите?

— Нет. У Миссис Сицилии, насколько я помню, невозможно добавку выпросить, не то что обед не по расписанию.

— Сдаюсь. Мне пришлось самой готовить, не могла же я ждать до позднего вечера. Мне повезло, что Мистер Кирст любезно согласился заварить чай.

— Ты готовила? — парень опять подавился.

— Да. А что в этом такого?

— Ничего. — ответил Тол, опуская глаза в тарелку.

— Спасибо, очень вкусно, — нашелся галантный Док.

— Благодарю, — Мара обворожительно улыбнулась.

Отобедав, молодые люди решили сознаться в том, что произошло. Каждый в подробностях описал события за последнее время. Каждый, но не Док. Он благоразумно молчал, а Тол не хотел пытать брата, поэтому делал вид, что не замечает излишнюю осторожность брата.

— Мара, Вы же понимаете, что Вам крупно повезло? — заключил Док.

— Знаете, мне было привычнее, когда Вы обращались ко мне на «ты».

Девушка все время улыбалась, чему Тол был очень рад. Хоть он и знал ее совсем недолго, понимал, что Мара привыкла скрывать свою радость. Он надеялся, что сейчас волчица наконец освободилась и может позволить себе испытывать эмоции.

— Хорошо, на «ты» — так на «ты». Как все удачно сложилось! Что ты собираешься теперь делать?

— Ничего, — вдруг ответил за девушку Тол, из-за чего заслужил укоризненные взгляды со стороны товарищей.

— Он прав, — высказалась Мара. — у меня нет ни малейшего представления о будущем. Но знаете, я вижу в этом только хорошее. Теперь для меня открыт целый мир.

— Ну не целый, — подметил младший брат. — Я бы на твоем месте во дворец не совался.

— Кстати, а это идея! — осенило Дока. — А что, если тебя примут при дворе короля Георга? Что думаешь, Тол?

— Георг-то ее примет. Только захочешь ли ты, Мара, снова жить при дворе?

— Я не знаю, не думала об этом. — смутилась девушка.

— Если король примет Мару, он пожалует ей жилье, небольшое поместье. Почему нет? — продолжал развивать свою идею старший брат.

— Разве это возможно? — удивилась волчица. — Не думаю, что Его Величество просто возьмет и отдаст часть своей земли незнакомке.

— Ты не знаешь нашего короля, — хитро улыбнулся Тол.

— У него пунктик по поводу таких, как мы. Пару лет назад он издал негласный указ, в котором говорилось, что любой оборотень, проживающий в мире под небом, может обратиться за помощью к государству. — пояснил Док.

— Поверь, у него почти все придворные — оборотни, — добавил младший брат.

— Но ты говорил, что волки ничего не могут добиться.

— Да, я помню. Именно поэтому Георг решил, что все оборотни должны быть под протекцией короны.

— А ты думала, как мы получили такой статус? — усмехнулся Док.

— И какой это статус?

— Ты ей не говорил? — посмотрел на брата старший. — Король сделал нас своими приближенными.

— То есть вы званные гости на любых приемах и балах?

— Ага, — гордо заявил Док. — Ребят, пора расходиться, поздно уже.

— И что? — сказал Тол. — Ты ведешь себя, как мамаша.

— Вот именно! Нам завтра за матерью ехать.

— Куда? — недовольно протянул младший брат.

— В Люксинг. Это город неподалеку отсюда. — объяснил Док, а затем скрылся на втором этаже.

— Я тоже пойду. — посидев несколько минут в полной тишине, сказал Тол.

Мара кивнула и продолжила пить чай.

* * *

Ночь выдалась холодной и тихой. Окно в комнате Мары было закрыто, но все равно откуда-то дуло, даже теплое одеяло не спасало. Девушка ворочалась, взбивала подушку, но заснуть не могла.

Через час Мара встала, пошла по темному коридору. Замерзшие босые ноги вскоре привели ее к двери Тола. Немного постучав пяткой по холодной стене, волчица подошла вплотную к комнате волка. Тук-тук-тук.

— Кто там? — заспанный голос внутри.

— Прости, ты спал?

— Мара, это ты? У тебя что-то случилось?

— У меня… очень важный вопрос.

— Заходи.

Дверь скрипнула. Золотистый свет редких свеч молниеносным потоком ворвался в помещение.

— Говори, раз пришла.

— Твоя фамилия Тольер, не так ли?

— Да, — парень недоверчиво взглянул на девушку.

— А Тол — это сокращение от «Тольер». Я права?

— Да, ты права, — на лице оборотня расцвела едва заметная улыбка.

— Тогда у меня вопрос. Как тебя все же зовут?

У Мары задорно заблестели глазки. Она медленно подошла и присела на краешек кровати.

— Я бы сказал, но ты будешь смеяться, — Тол не мог оторвать глаз от девушки.

— Обещаю, что не буду даже улыбаться.

— Меня зовут Имануил.

Волчица тут же залилась добродушным смехом, безнадежно пытаясь прикрыть рот рукой.

— Все настолько плохо? — спросил Тол, улыбаясь в ответ смеющейся девушке.

— Прости, я не должна была, — набрав побольше воздуха, сказала Мара.

— Что ты! У тебя прекрасный смех. Тебе стоит смеяться почаще.

— Ты мне льстишь, — зная, что говорит не правду, ответила волчица.

— Зачем ты на самом деле пришла?

— Я… Я не знаю. Думала, что ты еще не спишь, а оказалось, что разбудила. Мне стало стыдно, вот я и решила задать давно волнующий меня вопрос.

— Зачем ты оправдываешься? Тебе стыдно? Ты можешь приходить ко мне, когда захочешь, хоть это и не совсем нормально.

Мара покраснев опустила глаза, но помолчав с минуту, снова прыснула со смеху. Тол аккуратно провел пальцами по шелковистым локонам девушки, нежно обхватил ее шею рукой, притянул к себе. Волчица податливо наклонилась вперед, впиваясь своими губами в такие знакомые губы оборотня, окунаясь в сладкий аромат страсти. Она вдруг поняла как сильно успела соскучиться по возможности дотронуться до него, забыться рядом с ним.

* * *

Замечательное утро. Прохладное, но солнечное. Птицы только-только проснулись, ветерок ласкал кроны деревьев, а лучи солнца играли и переливались в семейном хрустале. В доме царила утренняя тишина. Дама вальяжно сидела на старом кресле и пила чай, используя лишь два утонченных пальчика.

— Тол, вставай! Мы опаздываем! Нам пора ехать за мамой, — прогудел мужчина на верхнем этаже.

— Мы все успеем, Док, — послышался ответный заспанный голос. Волк еще не успел открыть глаза.

— Ты чем занимался всю ночь? Должен был спать.

— Черт! Где она?! — голос Тола звучал, как рев.

— Дорогуша, самое время начать, — сказала дама, ставя чашечку с чаем на дубовый стол. Юные оборотни безусловно слышали и ее голос, и звон стекла.

Мара обаятельно улыбнулась. Ее пальчики опустились на белоснежные клавиши фортепьяно, прошлись по ним, лаская каждую, а затем мягко нажали на нужные. Музыка резвым ручьем выскальзывала из-под рук девушки, подчиняя себе все в этом доме: ветер, цветы в горшках, тюль, лучи света, скрип паркета. Все стало вторить музыки, пытаясь подыграть ей, стараясь двигаться в такт.

Молодые мужчины уже спустились. Они в изумлении смотрели на представшую перед ними картину, но не издавали не звука, пока музыка не закончилась. Как только последняя нота выскочила из-под клавиши, Док воскликнул:

— Матушка! Вы так рано вернулись? Скакали ночью?

— А ты почему здесь? — сразу же обратился к Маре Тол.

— Доброе утро! — поприветствовала в ответ девушка. — Я почуяла чужие духи и спустилась. Миссис Нильсон, стоит заметить, что Вы двигаетесь абсолютно бесшумно.

— Благодарю, дорогуша! — улыбнулась дама. — Мальчики, я так по вам скучала, что решила приехать пораньше.

Женщина встала и слегка обняла сыновей. В высшем обществе такое поведение сочли бы неслыханным проявлением чувств.

— Матушка, что Вы здесь устроили? Мы с братом жутко испугались, — сказал Док.

— Мы с этой юной леди всего на всего решили устроить сюрприз.

— Как мило с вашей стороны, — из вежливости ответил волк.

— Дорогая матушка, зачем Вы ездили к Георгу? — задал волнующий вопрос Тол.

— Чтобы он защитил моего сына от этой дерзкой девчонки.

На лице младшего брата появилась злость, которой и боялся Док. Именно поэтому все это время оборотень пытался отмалчиваться, избегая скользкой темы.

— Простите, от кого?

— От той королевы. Марианна, кажется.

— Вы в своем репертуаре, матушка. Но стоило ли? — попытался скрыть накатывающий гнев общими фразами Тол.

— Дорогой мой, я знаю, что тебе не нравится, когда кто-то пытается тебе помочь, но в этом нет ничего постыдного. Ты верный подданный короля, имеешь право на пользование его протекцией.

— Матушка! — не выдержал парень.

— Ты правда хочешь провести всю свою жизнь в бегах? Хочешь прятаться в кабаках от этой мегеры? А может ты хочешь провести свою молодость у моей юбки?! — Миссис Нильсон стала говорить громче.

— Нет, не хочу.

— Раз так, не стоит тебе перечить матери, Тол.

— Я понял, — юноша соглашался с достоинством, скользившем во взгляде, в голосе. — Матушка, что сказал король?

— Георг пообещал помочь. Я также просила его разобраться с ситуацией, сложившейся с семьей Яглы, — при этих словах женщина обратила свой мудрый взгляд в сторону Мары. — Дорогуша, Вы мне очень напоминаете свою мать.

У девушки оборвалось сердце. О чем говорит эта волчица?

— Что Вы имеете в виду, Миссис Нильсон? — задыхаясь от волнения, спросила Мара.

— Я знала ее. Также я знала, что судьба обязательно сведет нас, и я смогу поведать тебе тайну твоего появления на свет.

Девушка сдерживала быстро появляющиеся в ее голове вопросы. Она понимала, что дамы уважают леди, которые умеют молчать, хотя добродетель молчания не всегда был подвластен Маре.

— Мы дружили с ней, — продолжала Миссис Нильсон. — Прекрасная женщина, хозяйственная, добрая, решительная. Таких в наше время редко встретишь. Сола, так ее звали, всю жизнь жила в лесу вместе со своей сестрой, девушкой ветреной, но веселой. Она часто пила с нами чай. Как ты, наверное, уже поняла, женщины-оборотни — крайняя редкость, как и хорошие люди. Их родителям «повезло» — у них родились сестры-близняшки.

— Думаю, отец с матерью были крайне счастливы, — воспользовавшись тем, что старая волчица сбилась с мысли, предположила Мара.

— К сожалению нет, дорогуша. За редкостями во все времена велась особая охота, а тут у бедной семьи, живущей в лесу появилось два алмаза. Их родители были жутко напуганы.

— Но кто охотится за волчицами?

— На море, достаточно далеко от нашего берега, есть остров. Его нельзя назвать большим, но там живет целая армия оборотней. Понимаешь, Мара, многие волки не смогли стерпеть притеснения со стороны своих государств. Они объединились и теперь живут в своем мире, со своими законами. Через десяток лет после Большого похода, во время которого оборотни и нашли свой остров, они решили, что для продолжения рода им нужны не просто женщины, а волчицы. С тех пор несколько переселенцев-разведчиков кочуют по берегу в поисках девочек-оборотней. Один из них и убил родителей Солы и Ноны, сестры смогли сбежать. Через несколько лет у Солы появился сын, Кир. Я думала, она была счастлива, но позже ее муж, тоже оборотень, ушел у Ноне. Сола пыталась скрыть свою печаль, но однажды мальчик заболел чахоткой. Опустив руки, несчастная мать решила поговорить с бывшим мужем и сестрой. Но не смогла сделать это цивилизовано. Нону прокляла собственная сестра, хотя позже Сола об этом жутко жалела. Мара, дорогуша, ты же знаешь, что оборотни, особенно волчицы плохо держат себя в руках, — Миссис Нильсон очень хотелось, чтобы девушка поняла героиню ее рассказа и не стала осуждать. — Бедняжка Нона скончалась, как только родила близнецов: мальчика и девочку. Отец запил, поэтому Соле пришлось взять детей к себе. Она молодец, неплохо справлялась: дети были одеты, здоровы, сыты. Но однажды волчица влюбилась в одного бродячего оборотня, который даже помогал ей. Через год у них родилось дитя. Девочка. Сола была жутко напугана, ведь двух маленьких волчиц им не защитить. Тогда она отнесла малышку к знакомой повитухе. Той оставалось подождать удачного момента, чтобы подкинуть девочку какой-нибудь семье. Повезло: местная помещица лишалась ребенка при родах. Она об этом даже не узнала, потому что ей сказали что ТЫ ее ребенок.

Мара давно стала подозревать, к чему клонит Миссис Нильсон, но боялась в это поверить. Теперь же девушке пришлось принять правду: она слегка покачнулась, чуть не упала, но оперлась об стол. Тол галантно предложил свою руку, что немного успокоило Мару.

— Что произошло с Солой?.. моей матерью?

— Мне жаль, но они с тем бродягой погибли на очередной охоте. Медведь растерзал их. Дети тогда уже подросли, поэтому смогли выжить и составить некое подобие стаи. Лесной стаи.

— Получается, что Ягла — моя двоюродная сестра? А Кир? Мой родной брат?

— Да, — спокойно ответила дама. Былые воспоминания взбудоражили и ее чувства, которые она умела скрывала.

— Но как Вы узнали, что встретите меня?

— Чутье, дорогуша. Знаешь, почему так мало женщин-оборотней?

— Нет.

— У любой представительницы слабого пола есть некая интуиция. У волчица это седьмое чувство сильно обострено, поэтому годам к тридцати их способности можно прировнять к дару. Мы чувствуем некоторые вещи, которые должны произойти, понимаешь? За такие способности многих благородных волчиц и убили. Дело в том, что у оборотней есть особый ген, позволяющий рожать девочек, и еще один, чтобы рожать мальчиков. Что ж, люди изрядно потрудились, чтобы лишить нас возможности иметь дочерей.

Мара не знала, что еще сказать. Все вопросы были заданы, а все ответы получены. Нервное молчание разорвала опять же Миссис Нильсон:

— Предлагаю, девочка, отправиться нам вдвоем в Лес и вместе все рассказать Ягле и ее братьям.

— Хорошо, — дрожащим голосом согласилась девушка. Сейчас в ее головке крутилось множество мыслей, одна из которых была: «А вдруг они отвернуться от меня? Скорее всего, так и будет».

* * *

Прошел месяц.

Стук. Брызги дождевой воды из луж. Карета резво неслась мимо теперь такого родного Леса. Он и раньше казался домом Маре, но теперь стал еще милее и уютнее. Раннее утро. Она не выспалась, поэтому беззаботно дремала на плече у Тола, иногда испуская счастливые вздохи. Для удобства парень поднял руку и приобнял девушку, а она обхватила руками его торс, чтобы не упасть. Про себя Мара в который раз заметила, как удобно двигаться в тканевых корсетах, которые Его Величество разрешал носить придворным волчицам. При дворе Георга Пятого были приняты другие наряды. У дам глубже вырезы и прямее юбки, а у джентльменов не было колготок, зато были удобные брюки.

— Мара, — заметив, что девушка не спит, сказал Тол. — я хотел тебе сказать…

— Я слушаю.

— Ты же знаешь, что я выбрал тебя?

— Что это значит?

— Я чувствую только ТВОЙ запах.

Девушке показалось такое признание очень милым и трогательным, поэтому она, ничего не сказав, поцеловала Тола в щеку.

— Скажи честно, Мара, ты чувствуешь запах других волков? — в голосе парня было слышно, что эти слова даются ему с трудом.

Девушка подняла на парня глаза, весело улыбнулась.

— Тол, я люблю тебя, мне больше никто не нужен.

Волк улыбнулся в ответ, притянул Мару ближе к себе и нежно поцеловал ее в губы. Через некоторое время волчица снова уснула.

— Ой, — пискнула девушка, открывая заспанные глаза. — кажется, мы приехали.

Молодые люди сразу выпрямились и потеплее окутались в плащи.

— Вы готовы, голубки? — резко распахнув дверцу кареты, задорно спросил крепенький мужичок с заостренной бородкой.

— Главное, чтобы Вы были готовы, Ваше Величество, — так же весело ответил Тол, спрыгивая на землю.

Король элегантно подал руку Маре, чтобы та не упала.

— Капюшон, мадам, — напомнил девушке о конспирации Его Величество.

— Благодарю, — сказала волчица, натягивая капюшон, который скрывал ее лицо. — Вы так добры ко мне, Ваше Величество, хотя знаете всего пару недель. Для меня очень важно посетить это мероприятие.

— Я понимаю, мадам, поэтому эти хлопоты очень важны для меня. Тем более, в моих поступках есть доля корысти: я давно хотел посетить свою соседку. Марианна недавно стала королевой, мне было интересно, что она из себя представляет.

— Значит, Ваше Величество, Вы убиваете сразу двух зайцев? — спросила Мара.

— Трех! Должен же я защитить этого простофилю, — король дружески похлопал идущего рядом парня по плечу. — Мара, Вы же знаете, что мои подданные не должны бояться коронованных персон, за исключением меня, — Георг заразительно улыбался.

— Конечно, Ваше Величество.

— Стоит заметить, Ваше Величество, я не боюсь Марианну, — вставил свое слово парень.

— Конечно, месье, но Вы скрываетесь от нее.

Волк обреченно вздохнул.

* * *

— Это была великолепная идея, Ваше Величество! — один из придворных подхалимов следовал за королевой, иногда подпрыгивая на месте.

— Что ты имеешь в виду, Солт?

— Вы устроили свадьбу одной из своих бывших фрейлин прямо у себя во дворце. Замечательная мысль, Ваше Величество! Так Вы показали свою любовь и уважение придворным, хотя они и так это знали, уверяю Вас, Ваше величество! Есть еще один плюс, — голос мужчины задрожал.

— Какой?

— Большим мероприятием Вы, Ваше Величество, привлекли иностранных гостей. Нам сейчас, как мне кажется, но решать все равно Вам, необходимо внимание соседей.

— Что ты имеешь в виду? Кто к нам приехал? — в голосе королевы слышался интерес.

— Его Величество Георг Пятый, Ваше Величество.

Марианна резко остановилась, ее глаза наполнились праведным гневом.

— Почему ты раньше мне не сказал, Солт? — королева воззрилась на своего подопечного, как ястреб на мышку.

— Письмо пришло лишь сегодня утром, Ваше Величество. Ранним утром, — у подхалима затряслись поджилки.

— И когда он будет у нас? — коронованная особа немного смягчилась.

Солт зажмурился от страха, но все же пролепетал:

— Его Величество со своими приближенными уже здесь, ожидает в тронном зале, Ваше Величество.

— Ты, видимо, решил свести меня с ума, Солт?

— Нет, Ваше Величество.

Королева его уже не слушала, она мчалась в тронный зал. После смерти своей матери, став королевой, Марианна нашла записи в дневнике почившей. Там подробно описывались планы на захват соседнего королевства, в котором и правил Георг Пятый. Его владения привлекали всех, они были богаты и ухожены, на них трудились люди, готовые на многое ради короны. Зависть бушевала в сердцах многих монархов, но лишь у Марианны были реальные шансы на победу в войне с Георгом. Так она считала. Так считала ее мать.

— Пригласите наших гостей, — объявила влетевшая королева.

Георг и вправду был не один: с ним были двое в плащах с капюшонами, которые скрывали их лица. По одежде было понятно, что перед королевой мужчина и женщина. Джентльмен был выше и стройнее короля, а леди ниже и утонченнее. Она не была похожа на местных придворных дам: уверенная походка, статная фигура, распущенные волосы натурального цвета, а не нарочито белого.

— Зачем Вы прибыли, Ваше Величество?

Раскланявшись, король ответил.

— Давно хотел поприветствовать новую королеву Вашей благородной страны, мадам. Правда, боюсь, сама королева не горит желанием отвечать любезностью на любезность.

— К чему сантименты, Георг? Вы мне не нравитесь, и этим все сказано.

— Прошу заметить, Марианна, что Вы меня не знаете. Это во-первых. А во-вторых, Вы не обладаете дипломатическим талантом, простите мою грубость, Ваше Величество. Я бы мог помочь Вам в Вашем нелегком деле, я гораздо опытнее Вас.

— Мне не нужны Ваши подачки, милорд, — в словах королевы сквозила ирония. — Тем более я не ожидала видеть Вас сегодня, как и Ваших… товарищей?

— Как невежливо с моей стороны, — Георг оставался невозмутимым, он знал зачем он здесь. — Это мои приближенные. Пока это все, что Вам стоит знать, миледи — ответил сарказмом на сарказм король.

— Вы смеете грубить мне?

— А Вы? — с лица Георга не сходила хитрая улыбка.

— Пусть Ваши приближенные снимут капюшоны. Я желаю видеть их лица, — королеву охватывал гнев.

— Я приехал на свадьбу одной из Ваших фрейлин, Марианна, — король решил не обращать внимание на просьбу коронованной особы. — Я бы хотел вместе с моими приближенными взглянуть на нее и на ее жениха. Как, Вы говорите, ее зовут?

— Позовите сюда Киру, — прикрывая лицо рукой сказала королева.

— Слушаюсь, Ваше Величество! — громогласно ответил неуклюжий Солт. — А что прикажете делать, Ваше Величество, с гостями которых Вы соизволили сегодня пригласить?

— Напомни мне, по какому поводу я их пригласила?

— Ровно месяц назад пропала их дочь, одна из Ваших фрейлин, Ваше Величество.

— Какая именно?

— Леди Мара Кольт, Ваше Величество.

— Ах да, та толстуха. Пусть они пройдут. Надеюсь, наши незваные гости не будут против компании.

* * *

Мара совсем забыла, что сегодня ровно месяц, как она сбежала. Ровно месяц, как она счастлива. Ей было любопытно увидеть родителей, вернее людей, которые ее воспитывали, но не более. У волчицы, как и у большинства дам высшего света, никогда не было восторженных чувств по отношению к родителям — особенности воспитания.

Через несколько минут они вошли и привели с собой того противного герцога, который гордо именовался женихом Мары.

— Ваше Величество, простите, а мне полагается компенсация за то, что я остался без невесты?

— У нас нет такого закона, герцог. Я позвала вас, чтобы сказать, что мы делаем все, что в наших силах, чтобы найти ее, — королева пыталась быть учтивой, но выходило плохо.

— Ваше Величество, Кира пришла, — прошептал Солт.

— Пусть заходит.

— Ваше Величество, — девушка поклонилась. — Вы меня звали?

Кира внимательно осмотрела присутствующих, но ничего не сказала.

— Да, дорогая. Ты не могла бы проследовать с этими уважаемыми людьми? — сказала Марианна, указывая на делегацию Георга.

— Мы хотели бы с Вами пообщаться, мадам, — добавил король.

— Да, конечно, милорд.

— Вам стоит называть его «Ваше Величество», — внес свою лепту в происходящее Тол. Боясь быть узнанным, он попытался повысить свой голос.

— Прошу прощения, — девушка опустила глаза и присела в реверансе.

— Прошу, мадам, проводите нас куда-нибудь, где мы могли бы все вместе сесть и поговорить.

— Идите за мной, господа, — Кира явно нервничала, но это никого не насторожило, ведь у нее сегодня свадьба, и ее так не вовремя отвлекли.

Пройдя через коридор, Кира привела небольшую процессию в тот саамы кабинет, где Тол встретился со своим братом. Это заставило парня улыбнуться.

— О чем Вы хотели поговорить со мной, Ваше Величество?

— Ни о чем.

— Но… Простите, Вы же понимаете, что у меня и секунды сегодня свободной нет?

— Что ж, можете взять этих молодых людей в помощь, а мне надо поговорить с королевой о вещах, крайне конфиденциальных.

Его Величество ушел. Волчица не собиралась сразу же открываться девушке, ей было любопытно: что происходит при дворе, при котором она раньше жила.

— Извините, но молодой человек мне без надобности, поэтому Вы можете делать, что захотите, а Вы, миледи, пойдемте со мной.

Кира направилась к одному из залов. По традиции все придворные дамы перед свадьбой собирались вместе и украшали зал, помогали невесте с прической и платьем, а также хохотали и веселились. Этот раз не был исключением. Тол остался снаружи, он не хотел оставлять подругу одну. Парень остановил Мару перед тем, как она зашла в зал.

— Ты кричи, если что, поняла?

— Ладно. Но ты же знаешь, что меня вряд ли кто-нибудь сможет обидеть.

— Не будь слишком самоуверенна, хорошо?

Волчица кивнула, развернулась и открыла дверь. Это было большое светлое помещение, украшенное розовыми цветами и двумя фонтанчиками в углу. У стен стояли широкие столы, сервированные фарфоровой посудой. Здесь были все одиннадцать девушек, которые жили с Марой под одной крышей на протяжении долгих лет. Фрейлины давно не виделись, им хотелось посекретничать, поэтому они решили не звать остальных придворных, но вскоре оказалось, что рук катастрофически не хватает. Кира уже успела рассказать остальным, что за птица к ним пожаловала, поэтому фрейлины не особо удивились появлению Мары.

— Как Вас зовут, миледи? — Кира решила попробовать познакомиться.

Волчица не желала лгать подруге, поэтому благоразумно промолчала. Пусть лучше девушки решат, что она ненормальная, чем раньше времени поймут кто она. Тем более за последний месяц Мара умудрилась избавиться от глупой привычки зависеть от мнения других.

— Не хотите говорить — не говорите, — устало сказала невеста. Она явно сегодня была не в духе. — Разлейте, пожалуйста, воду по мискам для мытья рук.

Мара кивнула и стала выполнять поручение, прислушиваясь к разговорам фрейлин. В основном девушки болтали о своих женихах и родителях. Кто-то был без ума от своего будущего мужа, кто-то разочарован, кто-то твердо решил посвятить себя хозяйству и еще не рожденным детям. Кира выходила замуж первой среди фрейлин.

В любой гулянке наступает момент, когда один, или одна, из гостей говорит:

— Здорово, что мы сегодня все вместе собрались!

— Вместе? — спросила невеста.

— Да, а кто еще?

— Вы не помните? Такая девчонка, все время с нами ходила, — высказалась Ирэн.

— Как ее звали? Мира?

— Мара, — поправила девушку Кира. Ей не нравился этот разговор.

— Ах, да. Пустая.

Невеста не выдержала, она также считала Мару своим единственным подобием подруги. Кира выбежала в коридор. Волчица собралась побежать за ней, поговорить, но вдруг ей в нос ударил резкий запах пота и ржавчины. Солдаты королевы приближались к залу.

— Черт! — прорычала Мара.

— Не выражайтесь, прошу Вас, — завыла Ирэн.

Девушку насмешила реакция фрейлины. Волчица помчалась к выходу — именно оттуда доносился запах охранников.

— Зачем тебе это? Ты ее даже не знаешь.

Мара не посчитала нужным отвечать. В дверях она столкнулась с Толом и Кирой.

— Ты тоже почувствовала ЭТО? — с порога спросил парень. На его лице царствовала коварная улыбка.

— О чем Вы говорите? — сказала девушка, она была печальна.

— Марианна сошла с ума! — громогласно заявил Тол, проходя в центр зала.

— Вы не имеете права здесь находиться. Тем более так отзываться о королеве! — высказалась Ирэн.

— Нас сейчас схватят, малышка, — рассмеялся волк. — Мне нечего бояться.

Солдаты уже были на месте, они окружили оборотней.

— Зачем ты это делаешь? — спросила Мара. — Зачем привлекаешь внимание?

— Мы же приехали на «спектакль». Я никогда не упущу возможность позлить королеву. А вот и она!

В зал вошла Марианна, короля Георга рядом с ней не было.

— Схватить их.

Двое стражников скрутили девушку, и трое — парня.

— Видишь вот этого солдата, незнакомец? Третий, в красном плаще, — заговорила королева. — Его можно назвать моим любимцем. Однажды он сделал почти невозможное — схватил оборотня. Я не вижу твоих глаз, их скрывает капюшон, но будь уверен, я знаю, что ты удивлен. Да, эти твари существуют. Один из них был у меня в руках, был моей игрушкой.

— А потом что? Сломался? — парень продолжал ехидничать. Он чувствовал свою силу, как и Мара. Они многому научились за месяц воссоединения с семьями.

— Барг, сломай ему руку, — пропела Марианна, посмотрев на громилу в красном плаще.

— Ты не посмеешь, Марианна! — усмехнулась Мара. — Мы приближенные короля. Ты же не хочешь развязать войну?

— Как ты смеешь так обращаться с королевой?! Может мне стоит сразу приказать убить тебя, жалкая девчонка?

— Тебе стоит поработать с обидными высказываниями, Твое Величество, — волчица не могла сдержать свои слова. Ей нравилось чувствовать некую власть.

— Хватит вести себя, как будто тебе три года, — улыбнулся Тол.

— Ты прав, но также ты прав в том, что юную королеву кто-то обязан поставить на место, — в зале появился король. Он стоял здесь давно, волки чувствовали его запах. Королевская медленная походка зачаровывала, даже местную коронованную особу.

— Барг, чего ты ждешь?

— Слушаюсь, Ваше Величество. Я лишь хотел попросить разрешения смотреть в глаза своей жертвы.

— Конечно. Мне давно было интересно, что за крысеныш пробрался в наш дом.

Солдат потянулся к капюшону, но не успел тот сдернуть с лица волка ненавистную ткань, как Тол произнес:

— Привет, старый друг.

Барг был напуган: мгновение и плащ упал на дорогой паркет. Глаза солдата округлились, ведь они были давно знакомы. Любимец королевы давно издевался над волком, но Тол все равно видел в вояке некое подобие собрата.

— Давай, ломай! — с улыбкой на лице прорычал парень.

— Щенок, ты что, не боишься меня? — страх исчез из глаз головореза.

Щелчок. Волк рухнул на пол, корчась от боли и пытаясь сдержать неистовый крик — ему все-таки сломали руку. Мара знала, что травма заживет, гораздо быстрее, чем у обычного человека, но ее сердце все равно испуганно ухнуло.

— Нет! Что ты наделал?! — заорала волчица.

Все присутствующие заворожено наблюдали за происходящим. «Спектакль» — действительно самое подходящее слово для такого мероприятия.

— Дай угадаю, — продолжала играть свою роль Марианна. — Ты влюблена в него, не так ли? Он соблазнил тебя. Еще бы, его шарм, обаяние, наглость и актерский талант — все что надо для молодого повесы.

Сделав несколько шагов в сторону Мары, королева продолжала говорить:

— Ты, наверно, даже не догадываешься, какого монстра ты полюбила, девчонка. Это Тол научил тебя дерзости и непослушанию? Это он уговорил тебя отправиться в столь опасное путешествие лишь для… мести? Смешно. Я бы от такого давно сбежала. Как же глупо оставаться рядом с таким безжалостным эгоистом.

Стражники, держащие Мару, сжали руки больнее, девушка вскрикнула. Из глотки парня все же вырвался рев. Королева отвлеклась и развернулась лицом к королю.

— Я поняла, Георг. Вы думали, что я легкая добыча, поэтому безрассудно бросился в путь. Только зачем?

— Мадам, Вы захватили в плен моего доброго друга. Я должен был разобраться с этой ситуацией, — Его Величество по-прежнему был невозмутим. Мара даже позавидовала королевской выдержке.

— Вы лжете. Хватит прикидываться, я нашла этого блохастого оборванца в рыбацкой лодке. И как такое чудо может быть вашим придворным?

— Вас это не касается, мадам.

— Не глупите, мне стоит щелкнуть пальцами и Вас, мой «дорогой» гость, убьют. Я узнавала, Вы приехали одни, без своих гвардейцев. Это было глупо. Но, видимо, я единственный соображающий человек в этой комнате.

Георг молчал. Марианна посчитала это своим триумфом, поэтому со счастливой улыбкой отдала приказ:

— Тола — в клетку, девчонку убить, короля тоже. Выполняйте. Ах, точно! Стойте! — Марианна задумчиво поджала губки. — Сначала откройте девушке лицо, вдруг я ее тоже знаю.

Королева нежилась в лучах власти и силы. Для волчицы это было знакомо. Послушный Барг снял капюшон.

— Мара! — удивленно ахнула Кира. — Не может быть!

Марианна расхохоталась:

— Теперь все стало понятно! Он соблазнил тебя, ты помогла ему сбежать. Это очевидно. Ты всегда была самой слабой, беспомощной и сломленной среди девушек. Я, право, не удивлена. Вы меня повеселили. В принципе, тебе подходит образ собачьей подстилки: бесчувственная, неуклюжая, тупая. Отлично справилась со своей ролью, дорогая!

Волчица казались потуги королевы смешными. Она пыталась быть устрашающей, но Мара не боялась. Девушка не смогла сдержать смех, чему Марианна истинно поразилась. Пленница не стала брать пример с Ее Величества и говорить о вещах вполне очевидных: волчица лишь ловко дернула руками — стражники повалились. Несколько быстрых ударов — еще трое на полу.

— Мне скучно, Ваше Величество! — прорычала Мара, обращаясь в волка с шерстью цвета облаков, отражающихся в неспокойной реке. Превращение в зверя — зрелище не то что не из приятных, оно задевало самые темные уголки человеческой души, вынимая оттуда животный страх, кроющийся в каждом из нас. Волчьи клыки пугающе сверкали, девушка мягкой поступью приблизилась к своему монарху. Никто не смел приблизиться к существу с пылающими глазами.

— Честно говоря, — оправившись от травмы, высказался Тол. — я поддавался, мой старый друг.

Парень не стал подниматься на ноги, он только сделал кувырок, во время которого трансформировался в огромного серого волка. Этому фокусу его научил Томас. Солдаты были напуганы до чертиков, не могли даже шевелиться. Молодой оборотень в один прыжок повалил головореза, угрожающе выпустив когти. С груди, совсем рядом с сердцем, закапала алая кровь. Тол легко расслышал, как начал сходить с ума пульс его жертвы. Этого было достаточно, поэтому волк легкой трусцой направился к королю, Мара уже сидела у ног Георга. Парень своей огромной тушей прикрыл монарха и девушку, которая, ничего не поделаешь, была гораздо слабее мужчин-оборотней. Для большей убедительности Тол рыкнул, обнажая желтые клыки.

— Марианна, Вы никогда не задумывались, почему мое королевство такое мощное и богатое? Мадам, я просто вовремя научился находить союзников. На самом деле наш план граничил с импровизацией, я даже собирался прийти с миром. Но Ваша выходка… Это что-то невероятное! Не ожидал. Поздравляю, удивить меня не так уж и просто, — Георг протянул королеве руку, но та не осмелилась и шага сделать. — Что ж, надеюсь, Вы меня поняли. Я давно подозревал, что Ваша мать хочет пойти на меня войной, но думал, что Вы будете благоразумнее. На случай своей ошибки я привел с собой двух волков, моих верных друзей. Они даже не из боевых стай, а так вас всех напугали. Я Вас уверяю, мадам, у меня армия обученных оборотней, которые мне верны настолько, насколько Вам даже сложно представить. Конфликт исчерпан?

Марианна сдержанно кивнула.

— Замечательно. Нам теперь не о чем говорить. До встречи, мадам, — король блеснул белоснежной улыбкой и удалился. Волки не спеша проследовали за ним.

* * *

— Друзья мои, отлично сыграно! — радостно воскликнул Георг, оказавшись на улице. — Мадам, — король накрыл белую волчицу плащом. — я отвернусь.

Мара стала человеком. Трансформация давала не только зверскую боль, но и опьяняющий выброс адреналина. Он заглушал муки ломающихся костей и прорастающей шерсти. Поплотнее закутавшись в предложенную одежду, девушка подошла к ждущему ее Толу. Волчица превращалась в человека гораздо дольше своих собратьев из-за того, что многие годы она старательно сдерживала волчью натуру, и теперь та не хотела отпускать свою законную жертву.

— Он мог тебя убить, — обиженно пробубнила Мара.

— Никогда! — молодой мужчина крепко поцеловал девушку в лоб.

Вдруг из дворца выбежали «родители» волчицы и ее «жених». Они не могли видеть трансформацию, Мара знала наверняка: она не чуяла их.

— Господа, — Миссис Кольт и сейчас не видела лиц оборотней, лишь глаза короля. — куда пропала королева? Вы не знаете? Нам обещали, что мы можем с ней поговорить по поводу нашей дочери.

— Это моя мачеха, — объяснила шепотом девушка. — Женщина, которая якобы меня родила, умерла, когда мне была два годика.

— Я подожду в карете, — понимающе сказал Георг. — Вы со мной, месье?

— Я лучше останусь здесь, если маара не против, — ответил Тол, наблюдая за реакцией волчицы. — А то вдруг кое-кто будет возникать.

Волк безусловно вспомнил тот инцидент, произошедший с Герцогом Филом. Король одобрительно кивнул.

— Ее Величество занята, вы можете поговорить со мной, — сказала девушка, поворачиваясь лицом к «родителям».

— Мара!

— Почему ты в таком виде?! — стала недоумевать Миссис Кольт.

— Так это она? — вопросил Фил.

— Да, это я, девушка, которая БЫЛА твоей невестой, Герцог. Я лишь хотела сказать, что мы вряд ли еще когда-нибудь увидимся. Не ищите меня. Мы давно стали чужими людьми.

— Вот и ладненько, — облегченно вздохнул горе-жених.

— Тебе было мало? — рыкнул Тол, снимая капюшон.

Глаза мужчины округлились от страха — угрозы волка подействовали.

— Мара, кто это? — спросил Мистер Кольт.

— Член моей стаи, — объяснила девушка. Она улыбалась, показывая свои ярко-желтые глаза. — Прощайте!

С этими словами Мара развернулась и побежала к своей карете. Увидев, что оба оборотня были готовы ехать, Георг подал знак.

— Ты как? — спросил Тол, крепко обнимая девушку.

— Замечательно! Теперь я действительно свободна, — ответила она, целуя спасителя в щеку.

Конец

Content

Иля Волкова
ПОВЕСТЬ ОБ ИНСТИНКТАХ