Соколов Всеслав

Молодой маг

Annotation

Современный подросток совершенно случайно становится магом. Упорно начинает экспериментировать со своими новыми способностями. И он так далеко заходит в своих магических изысканиях, что его вместе с девушкой заносит в другой мир, а там — эльфы, вампиры, маги, боги и даже один Тёмный властелин.

Молодой маг

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Молодой маг

Глава 1

Волшебником стать не просто, а в наше время это уже практически не возможно, но тот, кто ищет, всегда найдёт путь к своей цели. Я не искал магической силы, я как и большинство моих современником верил, что магия — это выдумка и сказки для детей, но в один момент всё изменилось.

Позвольте представиться, меня зовут Антон Остров, всю жизнь я прожил под этим именем и ничего менять не собирался. Простой парень пятнадцати лет, ничем не примечательный и ни капельки не волшебник, я даже фокусов никаких не знал.

«Как я стал волшебником?» — спросите вы. Отвечу: «Как и все. Резко и неожиданно».

Ну а чего вы хотели? Обрядов и танцев с бубнами? Ничего не было и не будет. Как прошло мое посвящение в волшебники, думаю, об этом можно рассказать чуточку подробнее.

Было прекрасное морозное утро. Я проснулся, открыл глаза и почувствовал… Стоп, ничего я не почувствовал. И вообще проснулся как-то буднично и обычно, проснулся вместе с грустной мыслью: «Ох, блин, снова в школу». Впрочем, так начинался каждый мой день. Но эта мысль быстро куда-то уходила во время еды, и я, смирившись со своей судьбой, топал снова в школу, благо она была недалеко, и поэтому я мог выйти из дома попозже.

Дорога в школу занимала немного времени, и я всегда выходил за десять минут до звонка. Иногда по дороге я встречал своего друга и одноклассника Андрея Нефёдова. Андрей Нефёдов учился со мной с первого класса, в первом классе мы даже сидели за одной партой, пока нас не рассадили за мелкое хулиганство и разговоры.

По дороге мы как всегда шли и обсуждали всякие важные и не очень темы. Один раз тема коснулась окончания школы, он всё раздумывал идти ему в десятый класс или готовиться к поступлению техникум. Я для себя всё давно уже решил, и своё решение я менять не собирался.

— Да что ты паришься? Времени у тебя ещё полно, до весны успеешь.

— Да я-то знаю, что успею, только вот родители давят, да ещё и в субботу ехать в город, на день открытых дверей.

— О, ты с родителями едешь?

— На да, а что?

У меня уже в этот момент созревал план, как на халяву съездить в Пензу и обратно, главное уговорить родителей Нефёдова.

— Слушай, давай после уроков поговорим.

Сказал я эти слова, потому что мы уже входили в школу, а звонок своим громким голосом приглашал учеников приступить к занятиям.

После уроков мне пришлось задержаться, был дежурный по классу, поэтому я попросил Андрея подождать меня, а если он пожелает и помочь. Андрей согласился подождать, но помогать отказался наотрез. Дежурство ничего сложного в себе не заключало, подмести, пыль протереть, воду поменять, стулья перевернуть, казалось бы, чего легче, даже дурак справится без проблем, но я-то не дурак и проблемы у меня возникли. Во время протирания полки с книгами, я задел одну маленькую книжонку и казалась бы, что может быть тут опасного? Но эта самая маленькая книжонка задела другую книжонку, та третью — побольше, а третья в свою очередь четвёртую и пошло-поехало, и вся полка ругнула прямо на меня, а один огромный фолиант по древнерусской истории ударил меня по макушке, при этом оставив неприятные ощущения и шишку. Андрей как всегда, когда я попадаю в неприятные ситуации, заржал как конь.

— Ничего у тебя нормального не бывает, всегда что-нибудь накосячишь. Ну зачем ты полез туда вытирать пыль, никто сотню лет не вытирал, а Остров вдруг захотел?

— Не захотел, а Федора мне сказала, чтобы протёр, а иначе ещё неделю бы заставила дежурить, помогай, давай.

И он помог мне поставить все книги на место и до конца продежурить в классе. А после мы вместе направились к выходу из школы.

На первом этаже, у кабинета директора мой взгляд зацепился за девушку, примерно моего возраста, симпатичную, она стояла около открытой двери кабинета, а в кабинете наша директриса разговаривала, видимо, с её родителями. Но я тут же про неё забыл, ведь все мои мысли направлены были на то что бы уговорить Андрея взять меня с собой.

По дороге я его уговаривал, упрашивал и даже пытался подкупить тем, что буду за него дежурить по классу, и он в конце концов сдался, пообещал мне поговорить с родителями на счёт меня.

Далее я уже с хорошим настроением направился домой. Дома я переоделся и пообедал, после сытного обеда мне неожиданно захотелось спать, и улёгшись в кровать я провалился в прекрасное небытие.

В пять часов я проснулся и начал делать уроки, во время проделывания сей нехитрой операции у меня дико разболелась голова, и я отложив не дочитанную биологию, решил опять отправиться в прекрасное небытие. Но это небытие оказалось не таким прекрасным. Мне снилась какая-то муть, какие-то монстры гнались за мной, я убегал, падал, опять убегал, всё это длилось пока чья-то холодная ладонь не легла мне на лоб, от чего я и проснулся.

— Антон, ты что заболел?

Спросила мама, садясь рядом со мной на кровать.

— Мам, немного голова болит, а так нормально. Я с тобой поговорить хотел, Нефёдовы в Пензу едут на день открытых дверей, можно я с ними, хочу кое-что купить.

Маму уговорить удалось без каких-либо проблем, а вот папа сначала упирался, напирая на то, что делать там нечего, да и незачем зря тратить деньги, но под напором сильных и весомых аргументов сдался. После этого я позвонил Андрею и узнал ответ его родителей, они тоже согласились.

Всю следующую неделю я ждал дня ИКС и этот день, наконец наступил. Я надел куртку, засунул в карман свой потёртый временем смартфон, кошелёк с небольшой суммой денег и наушники, без которых дом я никогда не покидал. У Нефёдовых я сразу сел в машину, и мы поехали в город. Всю дорогу до Пензы я проговорил с Андреем, который меня постоянно отвлекал от прослушивания музыки.

— Ант, зачем тебе в Пензу? Ты с нами на день открытых дверей?

— Я сначала хотел, но передумал, мне надо купить подарок маме на день рождения, меня отец только поэтому и отпустил.

— А чего-купить-то хочешь?

Не отрываясь от управления, спросил Дмитрий Сергеевич, отец Андрея

— Я пока точно не знаю, посмотрим.

Дорога, как и по всей России в зимнюю пору была отвратительной, её покрывала тонкая наледь, видимо ночью шёл дождь, и вода схватилась, поэтому машины сильно потеряли в управляемости, большинство водителей еле плелись, но были и те, кто не снижал скорости. Огромная фура двигалась по оледеневшей трассе полным ходом, и авария была только делом времени. И к несчастью, а может, наоборот, к большой удаче я обернулся и увидел летящую прямо на нас огромную фуру, я закричал, но крик вышел каким-то беззвучным, мне слышался лишь звон, я не понимал где это звенит, у меня в голове или где-то снаружи, а потом вокруг меня вокруг меня лопнули и вылетели мелкими осколками все стёкла. А фура летевшая мгновение назад прямо в нашу машину вдруг отскочила в сторону и запрокидываясь рухнула на скользкий асфальт. Очнулся я уже через минуту, в ушах стоял ужасный звон, голова немного кружилась, сидевший рядом Андрей очумело мотал головой.

— Антон, ты меня слышишь?

Донёсся до меня его голос. Голос звучал, будто из-под одеяла, но я его слышал.

— Слышу. Что случилось?

— Ребята, вы целы? Там на дороге авария, а нас как-то странно зацепило. Антон, у тебя порез, надо обработать рану.

Я потрогал неожиданно защипавший лоб, там действительно была рана, небольшой порез, кровь из него почти не сочилась.

— Это ерунда, надо выйти помочь людям, им повезло меньше чем нам.

В тот момент я ещё не понимал, что спас меня именно мой крик, но что-то внутри меня говорило, что тут произошло что-то необычное.

Погибших, слава богу, не оказалось, были люди получившие переломы, ушибы и порезы, но почти ничего серьёзного, лишь у одного мужчины, водителя японской малолитражки зажало, но спасатели быстро его вытащили.

В этот день в Пензу мы так и не попали. Мне пришлось звонить отцу, чтобы он забрал меня и Нефёдовых, их машина отказалась даже заводиться, её пришлось тащить на тросе до самого дома. Нагоняй от отца я получил знатный, хотя я не понимал за что, а когда я его прямо спросил об этом, он сказал, что когда-нибудь я пойму.

Прошла неделя с момента аварии, царапина на лбу уже практически затянулась, и я благополучно забыл про происшествие и про те странные события.

Сколько раз я проклинал себя за свою беспечность и ещё буду это делать, но эта беспечность помогла понять мне, что всё было не случайно.

Это произошло ровно через неделю после той аварии, мы с моими друзьями и приятелями решили сходить на речку и покататься на льду, но мы не учли одного фактора, того, что лёд не всегда может выдержать большое количество людей. Нас было в тот день человек семь, и мы по очереди катались по льду, всё сильнее и сильнее раскатывая его, и когда длина нашей ледяной дорожки достигла пяти метров мой одноклассник и друг Ромка Филаретов, неожиданно для нас и главное для него самого, провалился под лёд. Сначала он резко ушёл на дно и целую долгую секунду его не был видно, моё сердце от страха ухнуло вниз живота и где-то там гулко и не ровно стучало. Но прошла секунда, и он вынырнул из воды весь сырой и кричащий.

Рома барахтался в воде, пытался ухватиться за край и вынырнуть, но лёд беспощадно ломался под весом утопающего, целых десять секунд мы стояли и наблюдали за тем, как он барахтается, а потом все кроме меня пришли в движение. Двое из нас ребят бросились к ближайшим домам звать на помощь, Саша пытался подползти на животе к Роме и кинуть ему шарф, Степан и Гриша пытались говорить с Ромкой, пытались уговорить его успокоиться, но тот будто не слышал их слов.

А в моём мозге была одна мысль «Вытянуть Рому!» эта мысль неожиданно резко врезалась мне в сознание, при этом она начала вытеснять остальные мысли, появилась какая-то тупая боль прямо в мозге. Кто-то тряс меня за плечо, я не видел кто, я видел перед глазами лишь Романа, беззвучно кричащего и беспорядочно барахтающегося. Я впал в некое оцепенение, в некий транс, но это состояние оборвалось, как только я увидел медленно поднимающегося из проруби Романа, мои мысли резко расплылись, я потерял то состояние, что было нужно. Ко мне неожиданно пришло осознание, что это совершил я, это сделал я. И как только я это понял, Роман тут же вновь исчез в пучине вод нашей реки. Он вынырнул через секунду или даже две, но в этот раз он был абсолютно спокоен, он больше не кричал и не барахтался. Он попытался крепко вцепиться своими побелевшими от напряжения, а может уже от холода пальцами в лёд. Неожиданно, меня кто-то толкнул в сторону, я отлетел на метр по направлению к берегу. Я тут же вскочил и увидел группу взрослых, у одного из них был длинный багор, которым они уже через минуту вытащили Романа из воды. Он дрожал и ничего не мог произнести посиневшими от холода губами, его тут же куда-то увели, видимо к ближайшим домам, чтобы завести в тепло, а на отправили по домам.

Уже у самого берега, я вдруг почувствовал огромную усталость и сонливость, я не знал откуда она взялась, но предполагал, что это всё из-за того чуда, что я почти что совершил.

Этот день мне запомнится надолго, именно в этот день я понял, что владею какой-то силой, именно в этот день я заболел и в этот день я получил неожиданный подарок от папы, он принёс с работы большой ежедневник, и я уже знал, что буду туда записывать.

То, что я заболел я понял уже ближе вечеру, меня неожиданно начал бить озноб, поднялась температура, а в голове словно бомба взорвалась, боль была ужасна. Никакие лекарства помочь не могли, боль не проходила. Разволновавшиеся родители вызвали скорую. На скорой приехал молодой доктор, он осмотрел меня, поцокал языком, и вынес вердикт.

— Надо ехать в больницу.

В этот вечер мне был абсолютно наплевать, что со мной делают, не понимал, что происходит, где я и порой даже не понимал кто я и, кто все люди вокруг меня. В себя пришёл уже через двое суток в больничной палате. Рывком вскочив с кровати я понял, что нахожусь в светлом помещении с холодным, бетонным полом. Кровать, какие-то аппараты у изголовья, капельница. Оглядев себя, понял, что лежал я полностью обажённым, укрытый тонкой простыней. Осмотрев себя понял, что на венах в районе локтя виднелись следы от капельниц и уколов, видимо сделали мне их достаточно много, в остальном я был полностью цел, даже царапины на лбу и той не осталось.

Стоя спиной к двери я услышал, как та открывается, поэтому тут же схватил простыню и завернулся в неё, чтобы не предстать перед незваным гостем в чём мать родила. Гостем оказалась молодая медсестра, она ойкнула и тут же выскочила за дверь, а я сел на кровать и стал ждать.

— Молодой человек, вы наконец-то пришли в себя, а мы так переживали, мы не знали от чего вас лечить, как вы себя чувствуете, скажите «ААА».

В палату вихрем ворвался седенький доктор, он задавал кучу вопросов, на которые я даже не успевал отвечать.

— Вот родители ваши обрадуются, сейчас я позвоню. — Он достал из кармана мобильник и набрал номер — Алло, здравствуйте, это Феликс Сигизмундович, не-не-не, всё в прядке, он пришёл в себя и чувствует себя отлично, сейчас мы сделаем несколько тестов… Что? Не знаю, как минимум неделю, нет нельзя, но это мы посмотрим. До свидания, мне пора!

И он исчез. Этот Феликс Сигизмундович буквально убежал из палаты и больше я его не видел, со мной занимался другой доктор, тот самый, что приехал на вызов, он провёл все анализы, удостоверился, что со мной всё хорошо, здоровье в порядке. Рассказал, что я заболел какой-то странной болезнью и что как только меня доставили в больницу, три дня назад, я усну и больше не просыпался. Родителей пустили ко мне только на следующий день, они очень за меня переживали, и очень хотели попасть и раньше, но их не пустили.

Домой я вернулся только через неделю, доктора удостоверились, что я здоров, дали справку и наказали в случае чего сразу вызвать скорую.

Первым делом дома я хорошенько отъелся и поспал ещё часов восемь, в школу мне всё равно запретили ходить ещё целую неделю. Поэтому я поспал, поел, а когда проснулся — понял, что дома я один, родители ушли на работу, в школу мне не надо, поэтому я решил заняться магией.

Эксперименты я начал проводить сидя в мягком кресле в отцов кабинете, я ещё не представлял, что я могу, но точно был уверен, что телекинезом я владею, с него я и решил начать. Усевшись как можно удобней, я сфокусировал свой взгляд на шариковой ручке, лежащей прямо передо мной. Я напряг все свои силы, чтобы сосредоточиться на этом предмете, я пристально, практически не моргая смотрел на ручку, когда в моей голове, что-то внезапно щёлкнуло.

Этого щелчка я не услышал и даже не почувствовал, я просто понял, что он был. Сначала мне показалось, что ничего больше кроме щелчка не произошло, а потом я огляделся вокруг и понял, что изменилось всё. Я перестал видеть, нет, я не ослеп, а стал видеть совершенно в ином спектре, моё зрение преобразилось, теперь весь мир стал состоять из цветных пятен, да даже я сам стал одним цветовым пятном. Ауры, понял я, ничем иным это быть не могло. Я осмотрелся вокруг, всё было иным, там где должны были стоять цветы были жёлто-коричнево-зелёные пятна, там где лежали какие-то неживые предметы были серые, чёрные или белые пятна. Белых пятен было не очень много, это оказались в основном зеркала и оконные стёкла, те поверхности, что отражали окружающий мир. Долго этим специфическим зрением мне насладиться не удалось, уже через три минуты у меня в голове что-то щёлкнуло, и я вернулся в обычное состояние.

— Да, Антоша, круто ты попал. Это что же со мной произошло такое?

Спросил я сам себя откидываясь в кресле.

— Наверное, ты сошёл с ума, — ответил я сам себе, — иначе ты не сидел бы сейчас и на разговаривал сам с собой.

Я рассмеялся, вот уже ещё и шизофрении мне не хватала, хватит тут придаваться глупостям и надо заняться магией.

— Что умеют все маги? Правильно, они умеют запускать фаерболы.

Рассуждал в слух.

И тут я решил запустить фаербол, вот только про то, что я нахожусь в помещении я напрочь забыл, да и не думал я об этом, меня захлестнул дикий азарт. Я вскочил с кресла и разместил руки на уровни живота, растопырил ладони, расстояние между ними было сантиметров десять.

Я напрягся, представил у себя промеж растопыренных пятерней огненный шар, и на удивление создать его у меня получилось, правда огненным шаром его назвать было трудно, скорее это была огненная спичечная головка, но она была чертовски горячей, мне начало очень сильно жечь руки, и я попытался отбросить огонь от себя прочь и это у меня получилось. Этот огненный шарик со всего маха ударил в стоявший на столе горшок с цветами и словно бы лопнул. Горшок, в котором росло растение, разорвало на десятки мелких осколков, часть из них полетело в меня, часть в стороны. Когда я открыл глаза, цветок уже рассыпался в пепел, а в комнате было очень пыльно и грязно, я тут же схватился за голову и начал себя проклинать за мою глупость и опрометчивость. Но быстро одумавшись, я понял, что разбитый горшок я смогу объяснить, а вот с цветком будет сложнее. Но был благодарен всем богам за то, что не случилось ничего более серьёзного.

— Всё, никаких опытов с магией до мая и все эксперименты строго в безопасном месте.

Почти полгода я не вспоминал о своих необычных способностях, мозг словно сам выкинул из памяти те события и на следующий день мне уже ничего не напоминала о том дне, когда я впервые осознанно применил магический талант. Воспоминание моих возможностях пришло так же неожиданно, как и сами возможности, я, как и всегда, сидел в своей комнате, читал какую-то книгу и тут с полки висящей над моим столом упал мой ежедневник, который подарил мне отец.

Память мгновенно подсказала мне, что это значит, а мой внезапно взбудораженный разум велел как можно скорее выбираться из дома и отправляться в направлении речушки, которая вся заросла вётлами, там я добрался до примеченной мною уже давно полянки.

Я расстелил одеяло, уселся на него и начал размышлять о том, с чего мне стоит начать, а начинать следовало с того, что лучше всего у меня получалось, а получалось лучше всего телекинез, огненные шары и иное зрение, на самом деле это всё я пробовал лишь по разу, но остального я вообще ничего не знал.

— И так, преступим!

Сказал я сам себе и перешёл на иное зрение, мир вокруг меня преобразился, всё заиграло новыми красками, я увидел ауры вещей, деревьев, травы и даже неба. Кстати небо тоже было неоднородным, прямо надо мной проходила какая-то синяя полоса, словно электрическая магистраль, этот небесный жгут не был одного размера, местами он становился то толще, то тоньше. Долго ломать голову над значением этого жгута я не стал, висит и висит, главное никого не трогает и ладно. Потом я решил осмотреть себя. Сначала я осматривал руки и ноги, как вдруг что-то вновь изменилось и получилось так, что я смотрел на себя со стороны, видел свою ауру будто чужими глазами. Как оказалось, человеческая аура состояла из громадного числа цветов и оттенков, вот мои глаза светятся жёлтым цветом, но оттенок левого был более тёмного оттенка, чем у правого глаза.

Я каким-то шестым чувством понял, что надо делать. Я полностью расслабился, сделал пару глубоких вдохов и выдохов и потянулся всем своим внутренним Я к этому жёлтому свету. На секунду всё пропало, пропал свет, пропали краски, и я остался в кромешной тьме, но это состояние продлилось всего лишь мгновение, а потом зрение вернулось ко мне, я сразу перешёл на обычное зрение и понял, что до этого я видел намного хуже, теперь же мир предстал предо мной во всей своей красе, чёткость и ясность была просто невероятной, у меня даже закружилась голова.

Надо попробовать что-нибудь новое, что-нибудь иное решил я и немного подумав, взял и зажёг маленькое солнышко у себя над головой. Изначально я просто хотел создать светящийся шар, но вышло то, что вышло, мои волосы внезапно затрещали, защелкали, меня обдало сильным жаром. Я кинулся в сторону от этого маленького солнца.

Когда я поднялся с земли, светящегося объекта уже не было, как не было и волос у меня на голове. Я схватился за голову и завыл, я не мог представить что же я скажу родителям. Потом я вспомнил, что буквально минуту назад я исцелил свои глаза, может с волосами получится то же самое.

И у меня на удивление всё быстро и легко получилось, только получилось немного слишком сильно, и волосы мне стали практически до плеч, что меня совершенно не устраивало.

— Я могу помочь.

Вдруг раздался у меня из-за спины чей-то приятный и очень знакомый голос. Я подскочил и увидел перед собой незваную гостью, ею оказалась Алиса, моя одноклассница, которая только этой зимой пришла к нам в школу. Была она одета в лёгкое платье, благо майская погода уже позволяла. Была она на диво хороша.

Я стоял перед ней не зная, что и сказать.

— Антон, ты что волшебник?

— Нет, я учусь… только…

— А меня научишь?

Я помотал головой.

— Да я и сам не особо много умею, давно ты за мной наблюдаешь?

— Нет, минут десять, а как ты стал волшебником?

Я продолжал стоять и не понимать всей ситуации, для меня всё происходящее казалось дурным сном.

— Ну, я точно не уверен, книга, авария, потом Ромка.

Она заинтересованно посмотрела на меня, а потом не спрашивая разрешения подошла ко мне и уселась на расстеленное одеяло.

— Расскажи мне всё, — потребовала Алиса.

Раздумывал я недолго, а просто махнул рукой:

— Хорошо, но взамен ты пообещаешь никому не рассказывать о том, что ты видела и ты поможешь мне с волосами.

— Хорошо.

И вся подобралась в ожидании рассказа:

— Говори.

И я рассказал ей всё, что произошло со мной до этого момента. Над моментом с разбитым цветком девушка долго смеялась, но потом успокоилась и спросила:

— А что ты еще умеешь?

— А я еще и сам не знаю, я только сейчас начал придумывать. Умею вещи поднимать силой мысли, могу себя лечить, огненный шар могу создать и световой шарик. Я сюда и пришел, что бы что-нибудь новое придумать. А ты что здесь делаешь? Раньше я тебя на этой полянке не видел.

— А я тут и не была раньше. Я же зимой приехала, а зимой сугробы. Полянку эту я только два дня назад нашла.

— Понятно, а что же ты тут вдоль речки одна бродишь, не боишься?

— Ха-ха. Чего тут боятся, я люблю бродить средь деревьев, мечтать, думать, а ты?

— Да я тут в детстве часто играл, думал, что сюда никто кроме меня не ходит, как видишь — ошибся.

Так мы продолжали сидеть и обмениваться вопросами, одновременно рассказывая о себе.

Алиса понравилась мне сразу. В школе я почему-то не обращал на неё внимания, я в своей компании, а она как-то в одиночестве, сидела на задней парте и почти ни с кем не разговаривала, всё больше что-то читала, черкала что-то в своём блокноте и никак не интересовала меня.

Сейчас же в разговоре с ней я понял, что она очень интересная личность и что общаться с ней мне нравится, а спустя месяц наших с ней встреч на этой полянке я понял, что рядом с ней я чувствую себя счастливым, словно до встречи с ней я не жил вовсе.

И уже через месяц общения с ней я предложил Алисе встречаться, теперь мы были почти всегда вместе. Родители сначала ворчали, а потом познакомившись поближе с Алисой похвалили мой выбор и дали тысячу наказов. Разговор с отцом был тяжёлым, больше для него, чем для меня.

Друзья мои восприняли наши отношения с Алисой с насмешкой, но потом получив несколько раз в лоб от меня успокоились и больше никаких подколов с их стороны не было. Поляна, на которой мы встретил стала местом силы, в буквальном смысле этого слова. Оказывается заниматься магией проще всего как раз под огромным синем жгутом, протянутым у нас над головами, это своего рода канал маны.

И теперь все мои эксперименты проходили здесь, Алиса в это время всегда была рядом. Она помогала мне придумывать новые магические манипуляции, поддерживала меня и утешала, когда что-то у меня не получалось. Порой же мы просто сидели на этой полянке и целовались.

Глава 2

Был обычный июльский день, я как всегда вместе с Алисой сидел на нашей полянке и занимался магическими изысканиями.

— Слушай, а если попробовать какой-нибудь магический купол для защиты? Я помню, что-то подобное было в одной из книг.

— Не знаю, получится ли, как мне кажется, на поддержание такого купола нужно будет просто прорва энергии, мне на телекинез-то не очень долго хватает, а ты тут про купол.

Алиса закатила глаза.

— Антон, понимаешь, ты встал на месте, ты вообще никак не развиваешься, как мне кажется, вообще должен быть какой-то способ менее затратный, не могут же быть такие простые заклинания такими энергозатратными, тем более ты сейчас под энергопроводом сидишь.

Энергопроводом она назвала ту огромную синюю полосу у меня над головой. Такие полосы встречались в нашей местности крайне редкая, ближайшая к этой находилась в тридцати километрах езды.

— Может и есть, только мне он неизвестен, а других магов на Земле я не встречал.

Расстроенно сказал я. Алиса подсела ко мне и обняла.

— Ну, ничего, может, ещё найдёшь. Только вот как понять, что они маги?

— Вот это как раз и не сложно, есть у магов особый участок в ауре, отвечающий вот за это всё, да и аура у магов ярче, наверное, из-за энергии в их организмах. Людей с таким участком можно встретить довольно часто, только вот у всех он находится в свёрнутом состоянии, у тебя вот тоже есть.

— У меня!? — воскликнула она, — почему ты мне про него ничего не сказал?

Я пожал плечами.

— А что бы это дало? Всё равно магии в тебе нет.

Алиса вскочила и заходила по поляне ругами, она всегда так делала, когда думала над чем-то важным.

— Так ты можешь её в меня направить, в тебе-то она есть.

Через три минуты ходьбы по кругу сказала она, потом опустилась рядом со мной и посмотрела в глаза. А я взгляд отвёл, потом встал и тоже начал бродить по поляне, рассуждая вслух.

— Алиса, пойми, я очень слабый маг, да и не маг я вовсе, а если что-то пойдёт не так, не дай бог, я убью тебя, нет, такой риск мне не нужен.

Она тоже вскочила, подошла ко мне и взяла меня за руки и умоляюще уставилась мне в глаза. Я знал этот взгляд, этим глазам я не мог отказать ни в чём, и может быть если бы она предложила мне прыгнуть в колодец и посмотрела таким взглядом, то я бы прыгнул не думая. Вот и в этот раз я был сломлен.

— Хорошо, но не говори, что я тебя не предупреждал. Садись.

И мы сели на расстеленное одеяло, на котором сидели минуту назад. Мы сели лицом друг к другу, я сел в некое подобие позы лотоса, она, подогнув ноги под себя. Взяв её за руки, ещё раз посмотрел в бездну зелёных глаз и перешёл на иное зрение.

— Я начинаю, но не говори, что…

Она прервала долгим поцелуем, потом обняла.

— Начинай, у нас всё получится.

И я начал перейдя на иное зрение и увидел, что аура Алисы как-то странно пульсирует, словно бы сияет, но это был другой свет, не магический как у меня. И я не обращая на этот свет внимание, а занялся делом. Я сосредоточил внимание на участке ауры в районе солнечного сплетения, это был один из самых бледных участков, словно бы он бездействовал всю жизнь, хотя так на самом деле и было. Я ещё мгновение помедлил, а потом медленно начал вливать в неё свою энергию. Чувства, что я испытал, были просто неописуемы, из меня словно на мгновение выдернули сердце, это было похоже на падение в огромный бурлящий поток, энергия из моего тела выходила непрерывно, в огромных количествах, и она всё уходила и уходила, мне казалось, что прошла вечность. Я попытался остановить передачу энергии, но понял, что я тут уже ничего не контролирую. Алиса высасывала из меня энергию как пылесос. В панике я перешёл на обычное зрение и в ужасе замер, Алиса вцепилась в мою руку побелевшими от напряжения пальцами, глаза её были закрыты, а на лице застыла гримаса удовольствия.

— Алиса, хватит! — в панике закричал я.

Но силы так и продолжали покидать меня очень быстро.

— Алиса! Хва…

Попытался закричать я и не смог. Сознание покинуло моё бренное тело, и я погрузился в полную тьму.

Не знаю, сколько я был без сознания, но пришёл в него я рывком, я просто открыл глаза и увидел встревоженное лицо Алисы над собой. Её зелёные глаза были так близко, что я испугался, что меня вот-вот в них затянет. А потом мне на лицо капнула горячая слеза, потом вторая и третья.

— Всё хороша, моя хорошая, — я поднялся и обнял её.

Голос свой я не узнал, он был каким-то чужим.

— Антон!

Она ударила меня своим кулачком в грудь, потом обняла меня за шею и заплакала в голос.

— Антон… прос….ти меня… я не… хотела.

Сквозь слёзы говорила она. А я сидел рядом с ней и гладил её по спине, успокаивая её.

— Ну всё, тише, успокойся, ничего не случилось.

Но мои слова не имели никакого эффекта.

— Ты не дышал, сердце твоё сердце не билось, понимаешь? Ты был мёртв, я убила тебя.

У Алисы была истерика, успокоилась она лишь через полчаса, тихо уснув у меня на плече. Я чтобы ей не мешать тоже решил немного отдохнуть, я сильно устал.

Проснулся я от горячего дыхания Алисы, она тихо сопела мне в шею. Я открыл глаза и понял, что сегодня от родителей мы сегодня получим большой нагоняй. На улице было темно, а где-то средь деревьев поднималось солнышко, оказалось, что проспали мы почти полдня и всю ночь. Я лежал на спине, у меня на плече тихо посапывала Алиса, а я думал не о том, что теперь она маг, это я проверил сразу, как проснулся и не о том, что я маг и у меня есть силы, а о том, как же я пойду домой и что скажу родителям.

Алиса проснулась минут через сорок после меня, сначала она не могла понять где находится, потом всё вспомнила и опять начала умолять меня её простить. Мне это почему-то жутко взбесило, и я прикрикнул на неё.

— А ну успокойся, всё уже прошло, поздравляю, теперь ты маг. магесса Алиса, думай, что мы скажем родителям из-за того, что сутки не ночевали дома.

Девушка ойкнула, пошарила в кармане джинсов, достала телефон и сдавленно ойкнула. Показала мне дисплей мобильника, часы показывали четыре часа пятнадцать минут.

— Атнош, что теперь будет?

— Ничего хорошего, — сказал я, вставая и пытаясь разогнать кровь в затёкшем теле. — ну я отделаюсь небольшим порицанием. Скажем, что гуляли всю ночь, надеюсь, ничего такого они не подумают.

Она закусила губу:

— Как думаешь, может пробраться в свою комнату и сказать, что просто поздно пришла, когда папа уже уснул?

Я пожал плечами, сейчас я почему-то чувствовал лёгкую обиду на Алису, я не понимал за что, может за то, что чуть не погиб или за то, что мы проспали всю ночь на холодной земле. Хотя холода как такого мы не чувствовали, было даже жарко. Или за то, что мы получим от родителей хорошую порцию наказаний и ругательств.

— Ладно, Алиса. — сказал я сам себя успокаивая, — пошли я тебя провожу и к себе пойду.

— Нет, Антош, лучше ты иди сразу к себе, не нужно, чтобы нас видели вместе, а то отец ругаться будет.

Надо сказать, что Алиса была права, отец её, бывший военный на пенсии, был достаточно суровым человеком и держал дочь в строгости.

— Тогда пока!

Я развернулся на пятках и потопал в сторону дома. А на поляне осталось лишь Алиса растерянно смотрящая мне вслед.

Дома я был через пятнадцать минут, дверь оказалась не заперта. Я осторожно отварил её, разулся на пороге и врубив истинное зрение, чтобы не споткнуться в темноте потопал в свою комнату, но в коридоре я наткнулся на человеческую ауру, аура принадлежала моему отцу.

— Пил? — спросил он — дыхни.

Я дыхнул, отец кивнул и больше ничего не сказав отправился досыпать, ему уже нужно было вставать через час на работу. Я попытался уснуть, но сон почему-то упорно не хотел приходить. Я лежал в кровати и тупо смотрел в потолок. Никаких мыслей, ничего.

Я пролежал так до восьми часов, потом встал, оделся, позавтракал и побрёл к дому Алисы, я почему-то чувствовал, что она тоже не спит. На крыльце меня встретил хмурый отце Алисы, Борис Николаевич.

— Здравствуйте, Борис Николаевич, а Алиса дома?

Он посмотрел на меня самым уничтожающим взглядом.

— С недавнего, — он сделал упор на этом слове, — времени дома, она спит.

— А вот и не сплю, можно Антон зайдёт?

Раздался звонкий голос Алисы и показалась она сама. Борис Николаевич смерил меня своим холодным взглядом.

— Пусть входит, коль пришёл.

И я, улыбнувшись ещё более посмурневшему отцу Алисы, зашёл в дом.

— Как всё прошло?

Спросил я уже падая на кровать Алисы в её комнате.

— Знаешь, на удивление спокойно, немного поругал, а так почти ничего и не было, даже не наказал.

Расчёсываясь перед зеркалом сказала она.

Я улыбнулся.

— А меня даже не ругали, так прошёл алкотест и всё.

Алиса рассмеялась.

— Что, в трубочку дышал?

— Зачем в трубочку, у меня отец круче всякой трубочки. Вот только уснуть так и не получилось, выспался, наверное.

— Я тоже не спала, не могла, во мне энергия прямо бурлит. Я думаю это из-за того, что мы столько времени провели столько времени под энергопроводом.

— У меня тоже такая мысль была. Ты уже пробовала?

— Нет, без тебя не хотела, пойдём на поляну?

Я мотнул головой.

— Нет, что-то мне не хочется туда идти. — Вставая с кровати сказал я. — Давай прямо тут, что-нибудь неопасное.

— Но ты же говорил, что вне провода сложнее. — отрываясь от зеркала и поворачиваясь ко мне сказала она. — да и если папа зайдёт.

— Ничего-ничего, если что я сотру ему память.

Алиса от удивления открыла рот.

— А ты можешь?

— Конечно, тебе я стирал уже много раз.

Глаза Алисы неожиданно начали наполняться слезами, а губа задрожала. Я тут же кинулся к ней и обнял.

— Ну ты чего, я же пошутил, я сосульку-то создать не могу добром, а ты про стирание памяти, шучу я, чего ты плачешь?

Она всхлипнула.

— Не знаю, зачем ты так шутишь, это же не смешно, я же поверила. Не шути больше так.

— Всё, миледи, больше я так не буду!

Вставая на колено и целуя ей руку, громко и чётко сказал я.

— Чего ты там больше не будешь?

Внезапно раздался из-за двери грубый голос Бориса Николаевича.

— Не буду глупо шутить, Борис Николаевич!

Громко крикнул я, улыбаясь. Она уже не плакала, а пыталась сдержать смех, прикрывая рот ладошкой.

— Ладно, пошли ко мне, у меня позанимаемся.

Сказал я, после того как злой Борис Николаевич удалился из поля зрения и слуха.

Идти до меня было, около пятнадцати минут. По дороге я решил расспросить о том, что же вчера всё-таки произошло. Алиса не очень хотела вспоминать вчерашние события, но всё-таки рассказала.

— Я почувствовала огромный приток энергии, просто невероятные ощущения, потом поток начал иссякать, и я потянулась к нему. Я так не хотела отпускать, почти не контролировала себя. Потом я услышала твой крик, открыла глаза и увидела бледного тебя, ты что-то её кричал, а потом упал, и я поняла, что происходит что-то очень странное и страшное и попытался разорвать контакт, но у меня не получилось, тело меня не слушалось. Но у меня получилось, но когда я подошла к тебе ты не дышал, и сердце не билось, я просидела над твоим телом минут десять, понимаешь, десять!

На ходу очень эмоционально размахивая руками, говорила она.

— А потом ты воскрес.

Закончила она свой рассказ. Я лишь поцокал языком.

— Алиса, думаю если бы я умер, то я бы больше не жил, а так скорее всего это было что-то вроде комы или оцепенения, вряд ли я умер.

— Может и так, но было очень страшно.

По приходу ко мне домой мы сразу направились ко мне в комнату, и я начал посвящать Алису в азы магии, так как кроме азов я ничего и не знал. Первое чародейство у неё получилось уже через три минуты, лежавшая на столе ручка воспарила к потолку и сделала несколько оборотов вокруг меня. Потом она смогла зажечь небольшой световой шарик, и немного ускорить рост цветка стоявшего у меня на подоконнике.

— Алиса, ты просто чудо, теперь в мире не один волшебник, а целых два!

Хватая её на руки и кружа по комнате, кричал я. После этого мы начали заниматься магией вместе. Но счастье длилось не долго, через неделю после обретения Алисой способностей Борис Николаевич внезапно решил отправить Алису в летний лагерь на три недели. Она долго пыталась уговорить отца не отправлять её в лагерь, но тот был непреклонен, видимо, он надеялся, что там она забудет меня.

Уже три дня я не виделся с Алисой, короткий разговоры по телефону вечерам лишь добавляли мне ещё больше грусти. Я лежал в своей кровати и думал об Алисе, представлял её чёрные волосы, зелёные глаза, большие полные губы, родинку на левой щеке и небольшой шрам на правой. И внезапно произошло что-то очень странное. Я понял каким-то шестым чувством, что Алиса где-то рядом, я вскочил с кровати и спросил.

— Алиса, ты тут?

— Антон, где ты? — раздался испуганной голос девушки.

Я не видел её, но чувствовал, что она рядом, что где-то близко, но в то же время и далек, я мог говорить с ней на расстоянии, понял я.

— Алиса, я дома, я нашёл способ, магия…

— Я так скучаю, Антон, у меня забрали телефон, отец попросил.

— Я явно не нравлюсь твоему отцу, — усмехнулся я, — Телефон тебе больше не нужен не нужен, теперь ты можешь говорить со мной так, главное хорошенько представить меня и я приду на связь с тобой, как ты пришла на связь со мной. Мне даже кажется, что не стоит говорить вслух.

— Действительно, — переходя уже на мысленную речь, сказал я, — Алиса, теперь мы будем с тобой на связи, когда только этого захотим.

— Антошка, я так рада, ты у меня самый лучший. А теперь расскажи мне, какие там новости.

И после этого у нас появилась своя мыслеречь, как её окрестила Алиса в дальнейшем.

Через три недели Алиса вернулась и после того как мы вдоволь наобнимались она предложила провести мне эксперимент.

— Антон, попробуем с тобой телепортировать какой-нибудь предмет? Хотя бы самый маленький?

— Алиса, я же тебе говорил, что это опасно, да и энергии у нас с тобой не хватит, не забывай, что у тебя после двух ледяных сосулек кончается энергия, а ты про телепортацию заикаешься, нет, не получится.

— Ну, мы же ещё даже не пробовали.

Я колебался, мне казалась эта затея бессмысленной и глупой, поэтому я всячески не желал в ней участвовать. Но всё вновь решили её пронзительно зелёные глаза. Последний раз когда она смотрела на меня таким взглядом я почти умер.

— Ладно, уговорила, только если не получится, я не виноват. Но я более чем уверен, что ни у тебя, ни у меня энергии не хватит.

— А давай попробуем объединить наши усилия, я буду качать тебе свою энергию, помнишь, как ты делал, когда пробуждал во мне способности, я пробовала, у меня получится.

Тут барьер моих сомнений окончательно лопнул. И я подумал: «Чёрт возьми, мы же единственные маги на земле, у нас всё получится».

Самоуверенность часто является причиной бед и проблем, вот и в нашем случае наша самоуверенность сыграла с нами злую шутку.

Мы сидели на одеяле, рядом лежал мой рюкзак и записная книжка. Мы сидели с Алисой соединив руки, как выяснилось, при телесном контакте гораздо легче передавать свои силы другому человеку, между нами лежал подопытный. Подопытным оказалась одна из моих шариковых ручек.

Мы сосредоточились — я сосредоточился на ручке, Алиса — на мне, я почувствовал, как в меня вливается её энергия. Я чувствовал этот живой поток и пытался обуздать его, у меня получалось очень плохо, и я начал чувствовать нарастающую головную боль, и чтобы как можно быстрее избавиться от неё, я постарался направить её на злосчастную ручку, я представил, что она исчезает как можно быстрее. Я всё переливал и переливал энергию, но ручка оставалась лежать на одеяле, я оторвал взгляд от ручки и поднял взгляд на Алису, её не было. Я сидел на одеяле и просто ничего не понимал, рядом лежал мой портфель, записная книжка, но не было Алисы. Мне в голову начал закрадываться страх, я понял, что допустил непростительную ошибку. Я резко вскочил на ноги, в глазах резко потемнело. Очнулся я через мгновение, но уже лежащим на одеяле. Я смотрел на небо и не мог понять, что происходит, либо это у меня помутнение рассудка, либо Солнце больше не было Солнцем, а на небе было совершенно другое светило, более большое и не такое жёлтое как Земное. Я осторожно поднялся и осмотрелся вокруг, моё окружение не походило на нашу полянку у реки, вокруг меня возвышались синие ели-великаны. Я ещё до конца не понимал, что происходит, но в голову мне начали закрадываться опасения, что в этот раз я влип очень серьёзно.

— Антон, ты меня слышишь, где ты?

Вдруг пришла мысль от Алисы, я обернулся в её поисках, но её так и не обнаружил.

— Слышу, Алиса, но как-то странно, словно из бочки. — слышал я её действительно не очень хорошо, — я не знаю где я, какой-то лес, мне кажется…

— Что он не Земной, — сказала она за меня, — мы не на Земле. Антон, ты понимаешь, тут совершенно другой лес и другие горы.

— Не Земной? Где мы, Алиса? Где!?

Уже крича в пространство призывал я её ответить. Ответа не было долгие десять минут, я уже начал волноваться, что с ней что-то случилось.

— Антон, мы в другом мире, ту много магии в воздухе, тут другое небо и горы… и очень плохо тебя слышно, нам надо найти друг друга. Я вижу какую-то деревню, очень тяжело говорить, я свя…

И связь оборвалась, я так и не успел ничего толком сказать. Я вновь сел на траву и задумался. Другой мир, Алиса неизвестно где, я неизвестно где, дом неизвестно где, что делать неизвестно. Но сидеть явно е вариант, надо искать дорогу к ближайшим домам.

Но тут же вскочил, собрал свои пожитки и отправился.

Я решил выбрать какое-нибудь направление и идти, я не знал, насколько простирался лес, но когда я залез на верхушку высокого дерева, то не увидел ничего кроме таких же макушек, раскачивающихся на ветру.

Я слез с дерева, отряхнул руки и одежду и потопал куда глаза глядят. Лес был старым, можно сказать древним, то тут, то там виднелись огромные вековые дубы, в пять, а то и семь обхватов. Идти по такому лесу было не очень просто, благо обувь у меня была удобная, хорошо разношенные кроссовки, в этих кроссовках я даже ходил в поход, они себя хорошо тогда зарекомендовали. Лес был очень старым и очень странным огромные сосны тут соседствовали с огромными дубами и стройными берёзами, некоторые виды деревьев мне были вообще неизвестны. Так же мне почти не встретились дикие звери, ишь пару раз я увидел коричневую спину пролетевшего мимо меня зайца и больше ничего, даже птиц было не видно, хотя их пение явственно разносилось по всему лесу.

Три часа я двигался по лесу безостановочно, на втором часу я набрёл на какую-то тропу, скорее всего по ней ходил какой-то крупный зверь типа лося или чего-то подобного. Тропа была вполне удобной, и я решил идти по ней, благо шла она почти всегда прямо, да и мне в принципе без разницы куда идти, главное — в одном направлении. А если лось куда-то шел, значит и я куда-нибудь да приду. Так и случилось, тропа меня привела к небольшой избушке, около избушки гуляли куры, слева был разбит огород, на нём росли какие-то неизвестные мне культуры, около огорода паслась коза. Сама избушка и огородик были огорожены невысоким плетнём, достигавшим моего пояса.

Я устало опёрся на плетень, чтобы отдохнуть и уже немного отдохнувшим познакомиться с местными жителями, но местные жители видимо услышали или увидели меня раньше. Пока я стоял у плетня из избы вышел медведь.

На пороге избушки стоял медведь. Нет, не медведь, а кто-то очень похожий на медведя. Огромный, такой же бурый и лохматый. Посмотрев на него, мне захотелось бежать обратно в лес, но я не смог сдвинуться с места. Меня сковал настолько сильный страх, какой я никогда не испытывал.

Человек этот был почти два с половиной метра в высоту, а шириной, как вековой дуб, был он могучим человеком, такими обычно рисуют былинных богатырей на картинках. Был он очень жилистый, мускулистый. Мускулы перекатывались при каждом его движении. Богатырь стоял передо мной в одних холщовых штанах. Его оголённый торс делал его еще страшней.

Отдельно надо описать его лицо. Лицо его было словно вытесано из камня: рубленые линии, прямой острый нос, эти застывшие в усмешки твердые губы. Зубы его были идеально белыми и ровными, точно они были ненастоящие. Создавалось впечатление, будто его создавал мастер, но такой ленивый, что не захотел доделать свою работу до конца, и он бросил работу на половине, так и не вернувшись к ней, а его творение каким-то образом ожило. Глаза его были единственным, что в нём было прекрасным, красивой, правильной формы, карие и чуть смеющиеся. По моему телу разлилось тепло. Я почувствовал, что не стоит бояться, что именно он мне сможет помочь и никто другой, кроме него.

Глава 3

Алиса потеряла связь с Антоном в тот момент, когда спустилась с холма в небольшую долину. В долине паслись овцы, она обрадовалась этим овцам как родным, они были точно такие же, как и земные. Глядя на овец можно было легко понять, что овцы эти явно одомашнены, часть из них были острижены, а рядом с овцами лежали четыре больших мохнатых пса. При виде незнакомки они настороженно привстали, а самый большой из них даже вздыбил на загривке шерсть и предостерегающе зарычал в стороны девушки.

Алиса не боялась собак, её вообще мало что могло испугать или смутить. Она, не обращая внимания на насторожившихся собак, направилась вниз по холму. Собаки увидев, что идущий мимо человек не проявляет никакой агрессии по отношению к овцам, успокоились и снова улеглись на мягкую траву.

— Если здесь есть овцы и собаки, значит, где-то должен быть пастух.

Рассуждала она вслух, при этом оглядывая окружающее пространство в поисках людей, но людей не было, лишь с запада из-за деревьев поднимался какой-то дымок. Здраво рассудив, что огонь может разводить только разумное существо, она отправилась в сторону огонька. Путь к заветному огню преграждал небольшой лес, лес был не такой уж и старый и это был явно другой лес, не тот в который попал Антон. Деревья были не очень старыми и в лесу явно чувствовалось присутствие человека, на земле почти не было сухих веток, погибших и засохших деревьев тоже не было, то тут, то там виднелись аккуратные низенькие пенёчки. Через один из таких пенёчков Алиса споткнулась и, ойкнув, повалилась на мягкую подстилку из мха.

— Не ушиблась, деточка?

Алиса, снова ойкнув, вскочила и уставилась на говорившего, а вернее говорившую, перед ней стояла женщина, лет сорока, когда-то красивая, но уже теряющая свою молодость и красоту.

— Здравствуйте.

Скорее по привычке произнесла Алиса.

— И тебе здравия, я спрашиваю, не зашиблась, деточка, а то я видела, ты со всего маха шлёпнулась, может тебе, что полечить нужно?

— Ничего не нужно, тут мягко было, мох словно специально для меня подстелили. Скажите, пожалуйста, а где мы сейчас находимся?

Женщина даже опешила от такого вопроса.

— Как где?

— Ну, — Алиса немного замялась, — как называется это государство, в котором мы находимся, далеко ли до ближайших поселений.

Незнакомка прищурилась, посмотрела на девушку.

— Так значит иномирка, давненько про вас ничего слышно не было, толи обмельчали, толи давненько не было вас в нашем мире. Мир наш называется Киларион, королевство в котором ты находишься — Розотмир, графство Санглант, недалеко от деревни Старьевка, в лесу Архов. Да что мы с тобой посреди леса разговариваем, пошли ко мне, меня Захария зовут, а тебя как?

— Алиса.

Алиса сделала шаг и негромко вскрикнула, всё-таки помощь была нужна, ушибленная о пенёк стопа неожиданно сильно заболела. Алиса села на мягкий мох и вытянула ногу вперёд. На стопе алел огромный кровоподтёк.

Но она не стала ждать ни чьей помощи, а сама взялась за дело, она сосредоточилась на ноге и начала перекачивать туда свою силу.

— Остановись!

Раздался повелительный окрик со стороны Захарии.

— Что ты творишь?

— Лечусь.

Недоумённо ответила Алиса.

— Да разве же так лечатся? Ты же просто голую силу туда направляешь, ногу-то может ты себе, и вылечишь, но вот магические каналы в этом месте будут повреждены, перейди на истинное зрение, смотри, я покажу.

Алиса на секунду прикрыла глаза и открыла их вновь осматривая преобразившиеся окрестности. Она посмотрела на Захарию и замерла от удивления. Аура женщины была такой яркой, что если бы это был источник света, то Алиса обязательно бы ослепла.

— Так ярко!

— Ярко? Да ты что, у тебя аура и то в несколько раз ярче будет светиться, когда ты энергии наберёшься, я уже вижу.

— Ещё ярче, но у нас на Земле она светилась еле-еле.

— Я не знаю, что у Вас там на вашей земле, может там мировой энергии мало, но тут у тебя очень сильная аура, по крайней мере по сравнению со мной.

Захария опустилась на мох рядом с повреждённой ногой девушки, прищурилась, осматривая её и начала совершать какое-то магическое действие. Алиса увидела, что над её ногой формируется какая-то мудрёная сеть, невидимая обычным глазом. Плести эту паутину Захария перестала уже через четыре секунды, дальше она напитала эту сеть энергией, и эта сеть вдруг воплотилась в золотистый свет и проникла в ногу раненой, та только ойкнула и в удивлении осмотрела ногу.

— Не болит, как вы это сделали? Я бы потратила гораздо больше времени.

— Да потому, что ты и не лечила, а можно сказать калечила себя, кто же сырой силой пользуешься. Для магии есть плетения, ты что о плетениях ничего не знаешь?

— Нет, расскажите!

— Нет, тут я ничего рассказывать не буду, а то простудишься ещё сидя на холодной земле в таком тонком платьице, хоть мы и находимся близко к тёплому морю, в предгорьях всё равно легко простудиться. Пойдём.

Женщина легко встала, подняла с земли небольшую корзинку, в которой лежали какие-то корешки и травы, и направилась в одной ей известном направлении. Алиса же осторожно встала и попробовала наступить на ушибленную ногу, боли больше не было, не было вообще никаких ощущений связанных с ушибом. Немного постояв, вслушиваясь в свои ощущения, она бросилась догонять Захарию.

Идти пришлось не больше дести минут, по дороге к дому Захарии, девушка пыталась хоть что-то узнать у женщины, но та не хотела ничего говорить, она лишь пожимала плечами и отвечала одной фразой.

— Потерпи, придём, я тебя накормлю и всё расскажу.

Деревня, в которой жила Захария, оказалась не очень большой, домов тридцать

, не больше, жила женщина на самой окраине села, почти что под сенью леса.

Было видно, что деревня живёт своей тихой жизнь, по улицам бродили куры и гуси, лаяли собаки и бегали голоногие ребятишки. Дом Захарии оказался низким и не очень большим, было видно, что очень старый, местами он начал проседать, но хозяйка как могла, держала его в порядке, чувствовалось, что мужской руки тут явно не хватает. В самом доме под потолком были развешаны разный травы, и воздух от этого в доме был мягкий и душистый. Около огромной печи на скамейке сидел огромный чёрный кот с золотыми глазами.

— А вы кто? Ведьма?

Испуганно спросила Алиса у вошедшей следом женщиной, та в ответ звонко рассмеялась.

— А что похожа? Иногда меня и так называли, но это судьба всех женщин, но по правде говоря, я не ведьма, я местная знахарка, лечу всю местную округу, а это две деревни и четыре хутора.

Алиса продолжила осматривать небольшой домик женщины. Белёная печь занимала четверть комнаты, около неё стояли горшки, кувшины и небольшая скамья. В углу стояла небольшая прялка, посреди комнаты стоял большой, явно новый, стол.

— Осмотрелась? Теперь давай я тебя покормлю, да и одежду тебе надо другую, у нас в такой не ходят.

Она быстро накрыла на стол, велела Алисе есть, а сама куда-то ушла, не было её минут пятнадцать, вернулась она с двумя лёгкими платьями.

— Ходила к соседям, у них дочка как раз твоей комплекции, вот одолжила, сказала, что племянница приехала, так что ты теперь моя племянница. Ясно?

— Да. — улыбнулась Алиса. — Теперь вы мне расскажите про магию?

— Что ты всё ко мне на Вы, да на Вы, ты же моя племянница, можешь смело говорить ты.

— Спасибо… тётя.

Женщина рассмеялась.

— Вот и славно, так что ты хочешь услышать от меня?

— Ну для начала об этом мире и о магии, там откуда я прибыла нет магов.

— Мир наш называется Киларион, в нашем мире много чего есть, моря есть, королевства, три океана, три материка, множество королевств. Мы находимся в королевстве Розотмир, когда-то Розотмир и прилегающие королевства входили в огромную Нарийскую империю, столица этой империи была далеко на северо-западе в королевстве Нарий.

— А какие рядом есть королевства и вообще много ли соседей у Розотмира?

Женщина оправила волосы и тоном лектора продолжила.

— С Королевством Розотмир граничит четыре государства. Начну перечислять с запада на восток. На юго-западе у нас соседи эльфы — Кородар.

— Постой, ты сказала эльфы? У вас тут и эльфы есть? — Алиса всполошилась

— Есть, а где же их нет? У вас нет эльфов? Может у вас и гномов нет?

— Нет, гномов у нас тоже нет, у нас вообще на Земле только люди и всё.

— Просто удивительно, ты должна рассказать мне о своём мире. Дальше за Кородаром находится Колвирт, людское государство, но у нашего короля не очень хорошие отношения с тамошним правителем, далее, на северо-западе находится Иридлит, отношения у нас с ними слабо поддерживаются, виноваты высокие Северные горы и Северный лес, — она на секунду прервалась, чтобы сделать глоток воды, — а на северо-востоке мы граничим с Горными кланами, у них конечно есть и название своего королевства, но оно известно только географам да и самим гномам, потому что название это на гномском и выговорить его не всегда удаётся даже самим гномам.

Ещё несколько часов, до самой темноты рассказывала Захария о странном мире под названием Киларион.

— Захария, извини меня за бестактность, — в конце рассказа спросила Алиса, — но откуда ты столько знаешь?

— Ты не думай, что я живу в деревне и ничего не знаю, я училась в лучшей магической школе в бывшей Нарийской империи, этой школы сейчас уже лет как сорок не существует.

— Сорок? Сколько же вам лет?

— Много, деточка, а что тут удивительно, волшебники стареют медленно, а уж целители, к коим я отношусь ещё медленнее, особо искусные вообще умирают молодыми. А про возраст никакая женщина никогда не скажет, запоминай, деточка.

Алиса запоминала и хотела запомнить ещё больше.

Как же хорошо лежать в постели после тяжелого перехода по лесу. Немного болели ноги, но это можно исправить с помощью магии и сильно хотелось есть. К сожалению, магия в этом случае бессильна. Пришлось вставать и одеваться. К большому удивлению моя одежда была постирана и аккуратно лежала на стуле. Одевшись, я осмотрел помещение, в котором находился. Большой дом, с высокими потолками, в углу стояла печь, но печь не совсем такая, какие стоят в русских избах, на этой печи была плита и съестного, и нашел. На столе стояла тарелка с кашей, кусок хлеба и кружка теплого молока. Я быстренько всё умял и решил выйти во двор.

Во дворе на скамейке сидел Дементий и с улыбкой читал мой ежедневник, иногда качал головой. Я вышел на улицу, поздоровался,

— Проснулся, иномирец, ну и горазд же ты спать, петухи давно уже пропели, а ты всё спишь и спишь.

— Извините, просто устал сильно, вот и проспал петухов, да и не привык я, если честно, вставать с петухами.

— А магией ты своей брось заниматься, это у вас не магия, а пустое сотрясение воздуха, вот смотри, вот это магия. Тут прямо из воздуха возник небольшой светящийся шар, мгновение повисел и испарился.

— Как это вы так быстро его создали?

— Эх, видно, что самоучка, да какой-то ты несмышлёный, надо истинным зрением смотреть на магию, а не обычным, ты уж извини, но я почитал тут ваши мемуары и пришёл к выводу, что вы неучи и глуповаты, да ты не обижайся. Это я так по старой преподавательской привычке ворчу, с аурами вы хорошо разобрались, а вот когда ты активировал свою подругу, то сильно рисковал парень.

Ты мог просто на просто выжечь её как куклу, но большая опасность была для тебя, тебя ведь могло просто высосать, ты понимаешь, что при такой активации сил везёт лишь одному из миллиона. Думаю, большую роль сыграло то, что вы были под одним из энергетических путей.

— Как это выжечь, я же желал открыть ей доступ, у меня получилось.

— Слушай сюда, магия — это не волшебный фонтан, который исполняет желания, а инструмент, которым надо уметь пользоваться, это как микроскопом забивать гвозди, — тут он спохватился видимо думая, что я не знаю, что такое микроскоп. — это прибор такой чтобы всякие мелочи рассматривать.

— Я знаю, расскажите ещё. И ещё, как мне к вам обращаться?

— Хорошо, садись, разговоры говорить будем, нам надо многое обсудить. Зовут меня Дементий рар Диэрос, я бывший архимаг академии магии, сейчас являюсь хранителем Северного леса.

Он ненадолго замолчал, и через некоторое время продолжил.

— Вопросы задавать будешь после моего рассказа, а сейчас сиди и слушай. Хранителем я стал не по своей воле, а скорее по воле богов. Пять лет назад мне было видение, что придёт новый человек в этот мир, будет он магом не очень сильным, и воин из него тоже так себе. Но будут собираться вокруг него люди и нелюди и поведет он армию в темные земли и освободит этот мир от зла.

Я пока не понимал, про что говорит хранитель, и, молча, продолжал слушать.

— И в ведении было сказано мне, что герой придёт с севера Розотмира, и будет он другим человеком, и будет он, отличим от всех. И вот три дня назад этот человек пришел в наш мир и сейчас он находится передо мной.

Вы когда-нибудь видели героев с огромными глазами и широко открытым ртом, нет? Тогда любуйтесь, вот он, я перед вами.

Мне захотелось бежать, я вскочил и кинулся в лес, но был схвачен неведомой силой и посажен назад, и как я не старался, убежать я не мог. Дементий смотрел на меня с улыбкой, но глаза его не смеялись. Мне еще сильней захотелось бежать, и тут магия, которая меня держала, рассеялась, но я остался сидеть на месте.

— А может это не про меня, ну какой из меня герой, у меня и дружить- то не очень получается.

— Я не знаю, время покажет, а пока тебе нужно узнать о нашем мире как можно больше, и, кстати, как твое родовое имя?

Устало спросил маг.

— Моё полное имя Антон Михайлович Остров.

— Понятно, ну спешить тебе некуда, покуда у меня поживёшь, я тебя кое-чему научу, а потом отправишься в путь.

— Не могу я у вас остаться, Дементий, тут Алиса где-то в этом мире, мне её найти надо и домой отправиться, у меня там школа.

Архимаг хмуро посмотрел на меня.

— А ты думаешь у тебя получится отправиться в свой мир? Да и как ты будешь искать свою подругу, может её на другой материк забросило?

Сказать, что я был растерян, это не сказать ничего, я был просто раздавлен аргументами, которые привёл старый маг.

И я остался у хранителя жить, он обучал меня географии, местным манерам, реалиям и рассказывал мне про устройство правления, научил писать на местном языке. Говорить я научился как-то сразу, когда попал в этот мир, а вот писать не мог, просто буквы не знал. Алфавит в этом мире оказался немного другой, но я быстро с ним справился и уже через три дня могу медленно, но верно выписывать местные буквы.

Все маги автоматически при окончании академии приравнивались к дворянам, но с приставкой рар. Полное имя хранителя было Дементий рар Диэрос. Также можно учиться не в академии, а у домашнего учителя, но учитель должен быть не ниже магистра магии, только тогда магу дается диплом об образовании. Было в Киларионе множество государств в основном которыми правили короли. Раньше была еще Нарийская империя, но она распалась сто тридцать лет назад, а странами поменьше правили герцоги, у гномов — подгорный король, и только у эльфов — Великий Князь. Еще были далекие южные страны султанаты, где правили султаны. Были и племена орков, кочующие по восточным степям.

— Чтобы стать полноценным магом тебе нужно образование, то что ты делаешь никуда не годится, так что идти тебе в Розотмир, в столицу, там поступай в школу Цветка, это единственное менее приличное заведение из тех что называется магическими школами.

— А может, вы меня чему-нибудь научите?

— А ты разве собрался жить со мной в лесу ещё пять лет? Нет, сынок, не научу, я давно уже никого не учу, да и не хочу я этим заниматься, дам только тебе совет, пользуйся своей силой только в крайнем случае, а иначе ты быстро сгоришь.

Целый месяц я жил у архимага, учился местным реалиям, географии, истории, этикету, немного научился владеть подаренной мне Дементием шпагой. Я упорно пытался тренироваться под надзором Дементия, но постепенно моя работоспособность начала снижаться, тоска с каждым днём наваливалась на плечи и в один из дней я сказал Дементию, что ухожу. Тот в ответ лишь пожал плечами.

— А я всё гадал, когда же ты засобираешься в дорогу, так всегда бывает. Так, Юный герой, я уверен, что судьба еще сведет нас с тобой, и прими на прощанье мой подарок.

Он достал из кармана, какой-то амулет на веревочке.

— Это амулет стихий. Он поможет тебе, когда придёт время. Ни при каких обстоятельствах не снимай его. А теперь иди. До свидания, Антон Остров. Не потеряй амулет и будь аккуратен.

В голосе старого хранителя была печаль.

Перед походом хранитель меня очень хорошо снарядил. Дал новую одежду. И где он её взял в лесу? Сумку я оставил свою. В неё вместилось достаточно много еды. Рядом подвесил котелок. На поясе у меня были фляга, нож и шпага. Ещё старый хранитель дал мне плащ из эльфийской ткани, всё в Толкиновских традиция, лёгкий, но прочный, в жару в нём было прохладно, а в холод тепло, я долго не мог понять, как же достигается такой эффект, но когда спросил Дементий тот лишь многозначительно поднял палец вверх и сказал.

— Магия!

Также он дал мне карту и научил ориентироваться по Хенгену, местному светилу, и звездам. Ежедневник мне мой хранитель вернул и велел никому не показывать, а то засмеют. Я с обидой засунул наш с Алисой мемуары в сумку. Эксперименты он посоветовал больше не повторять, а то забросит на Хенген и прощай юный волшебник по имени Антон.

И с этим напутствием я направился в большой, неизвестный для меня мир. Над головой ярко светил Хенген, но в лесу жар его лучей не ощущался, небо плотно перекрывалось широкими кронами деревьев, поэтому в лесу царила прохлада и полумрак, живности почти никакой не было, редко между деревьев мелькали птицы, один раз видел облезлого зайца.

Путь по лесу для меня, человека, привыкшего к машинам и технике, давался тяжело, уже через несколько километров сделал первый привал, и в таком темпе мне нужно было двигаться целую декаду, десять дней, а может и больше, всё зависит от того как я буду идти. И мне в любом придётся столкнуться с разными трудностями походной жизни. Первой трудностью оказалось то, что сбился с намеченного пути, и забрал чуть восточнее чем предполагалось. По слова Дементия, мне нужно было идти строго на юг прямо до гор, а там я бы вышел к Скальному перевалу и перебрался на другую сторону гор, в уже обжитую людьми, но то что я забрал восточнее я узнал лишь после происшествия, которое чуть не стало моим последним происшествием в этой жизни.

Эта беда появилась на шестой день движения по лесу. Я вышел на поляну, на которой тихо и мирно, никого не трогая, отдыхали волки в количестве четырех взрослых особей.

Шёл я и никого не трогал, увидел просвет между деревьев и услышал журчание воды и решил остановиться на полянке с небольшим бьющим из воды ключом. Вода закончилась у меня ещё вчера вечером, а найти в темноте какой-нибудь источник не получилось.

И я, лишь заслышав журчание воды, помчался, сломя голову, к родничку. Припал, напился и слышу, как кто-то тихонечко рычит у меня за спиной. Я аккуратно разворачиваюсь и замираю в ступоре. Четыре огромных волка, нет, не волка — волчары, матёрые и голодные как черти уставились на меня в немом изумлении. Так быстро я никогда не летал, да я вообще, никогда не летал, а тут я очутился на дереве, чуть ли ни на самой макушке. Сижу и дрожу, как листок. Эта импровизированная маскировка, к сожалению, не сработала на волках, и они попробовали полезть следом за мной, но две руки — это не четыре лапы, всё-таки не зря человек произошёл от обезьяны, навыки наших далёких предков спаси мне жизнь. Но что делать дальше я не знал, ветер мерно качал макушку дерева, дерево мерно качало меня, а выхода из этой ситуации я не видел.

Просидел я на макушке дерева часа два, не меньше, волки уходить никуда не

Собирались, они спокойно улеглись под деревом и стали ожидать, когда же я «созрею» и свалюсь к ним в пасть. Я ничего не мог придумать, мне оставалось лишь сидеть и догрызать последние сухари из запасов Дементия.

— Так я же маг, сейчас мы что-нибудь придумаем.

Внезапно осенило меня, и я начал приготовление, хоть Дементий и не советовал мне пользоваться магией моим способом, но иного способа выйти из ситуации я не видел

Я сосредоточился на самом большом и матёром волке и швырнул в него огненный шар. Сколько воя было, сколько боли было в этом вое. Я дал себе зарок, если уже и бить такими заклинаниями, то только насмерть. И только в тех случаях, когда стычки уже не избежать. Волки испуганно разбежались, оставив своего недобитого вожака лежать истекающим кровью на красной от уже пролитой крови траве.

Что происходило дальше, я помню только урывками, как я оказался рядом с волком, как наложил на него свои ладони, как от меня начала отделяться энергия. Мне стало плохо, все тело болело, но рук я не отнимал. Я понимал, если я уберу руки, волк просто умрет. Нет, не просто умрет. Он умрет в страшных муках, умрет, сжигаемый моей энергией изнутри. Нельзя отнимать ладони!

Так я просидел над раненым волком минут десять — пятнадцать. Кровь перестала идти, рана потихоньку начала стягиваться, дыхание его выровнялось. Волк выжил.

А я чувствовал такую опустошённость в груди, и одновременно с этим стало как-то легко. Такие противоположные ощущения просто не могли существовать вместе, но, видимо, я ошибался. Я сильно устал, и думать о чем-либо мне не хотелось. И я уснул там же где и сидел, рядом с волком. Я почему-то понял, что бояться этого опасного хищника ольше не нужно.

Мелкий моросящий дождь, мокрая трава, что-то теплое под боком. Я не сразу понял, где оказался, а когда вспомнил, мне стало грустно. Родители, дом, родственники — все это осталось там, где-то далеко, в другом мире, и я не знал, ходит ли с Килариона на Землю поезд. Но я вернусь, как только найду Алису, я буду искать способ вернуться домой. Я обязательно вернусь.

Но хватит о грустном. Рядом со мной лежал огромный матерый волк, и он был настроен ко мне дружественно. От него исходило чувство раскаяния так сильно, что мне самому стало немного стыдно за то, что я ударил его магией. Я примирительно улыбнулся и потрепал волка по загривку. Шерсть у него была жесткая, как проволока, и цвет её был серый, как цвет плачущего неба.

— И как тебя зовут? Что нет у тебя имени?

Волк посмотрел на меня с недоумением, как бы спрашивая: "Ты, что, совсем больной?"

— Ладно, будешь просто Серый. Хватит сидеть, мне поесть надо, да и водички набрать, а то я совсем из графика выпал, почти сутки проспал.

Умывшись из родника, я оттер от крови лицо, руки и одежду. Достал из своей большой сумки вяленого мяса и по-братски поделился с волком, тот отказываться не стал.

Глава 4

Серый не был обычным волком, это я понял сразу после того как проснулся рядом с этим сильным зверем. Он бы легко меня мог разорвать тут же на месте, но почему-то вместо этого он весь следующий день шёл рядом со мной, иногда убегая куда-то в сторону и прибегая уже с другой стороны. Иногда от скуки я начинал с ним беседовать, и мне начинало казаться, что вот-вот он возьмёт и ответит мне.

— Серый, как думаешь, далеко ещё до жилых земель?

Спросил я на одном из привалов.

Волк как всегда ничего не ответил, но в его взгляде что-то промелькнуло.

— Ладно, можешь не отвечать, сам знаю, что немного, по идее завтра должен выйти к людям.

На что волк лишь тихо что-то прорычал, потом встал и, сорвавшись с места куда-то убежал. Я ещё немного посидел на большом корне старого дуба, допил остатки набранной сегодня утром воды и съел последние три сухаря. Еды не осталось совсем, но я надеялся, что завтра к обеду я выйду к людям, а да это времени я как-нибудь продержусь. Но к людям я не вышел ни на следующий день, ни на второй и даже не на третий день. Но обо всём по порядку.

О том, что я сбился с пути, я понял только к следующему вечеру, когда край леса так и не показался, а голод всё сильнее и настойчивее о себе напоминал, весь этот день я не видел Серого.

«Видимо волк решил больше меня не провожать»

Грустно подумал я и полез на гигантскую секвойю или дерево очень похожее на него. Я долез почти до верхушки и сверившись с картой понял, что забрал восточнее чем мне требовалось, поэтому теперь придётся идти ещё минимум три дня, до той деревушки на перевале, о которой говорил Дементий. Это меня немного расстроило, но отчаиваться я не собирался, три дня так три дня, только нужно было решить проблему с едой, а об остальном следовало волноваться в последнюю очередь. Решение моей проблемы пришло с неожиданной стороны. Явился Серый, который в зубах притащил мне тушку какой-то птицы. Он аккуратно положил птицу около моих ног, улыбнулся одними глазами и улёгся на землю отдыхать после тяжелого дня. Я поблагодарил волка за его подарок и решил заняться готовкой.

Что делать в теории я знал, а вон на практике процесс потрошения и готовки птицы представлял себе не очень хорошо. Но делать было нечего, я набрал дров, разжёг костёр и начал заниматься птицей, я кое-как ощипал и выпотрошил её, вынул все внутренние органы и скормил их волку, я знал, что некоторые из них вполне съедобны, но заниматься их отдельным приготовлением не собирался.

Через час после начала обряда готовки, танцев на костром и сотни ругательств, над поляной потянулся замечательной запах жареного мяса. Мясо удалось замечательным, но, к сожалению, не солёным, соли у меня не было. Можно было бы попробовать в качестве приправы золу, в какой-то книге я читал, что путешественники так делали, но не был уверен в достоверности этого способа.

— Ну, что, Серый, завтра нужно будет двигаться на запад, а иначе я не попаду туда, куда мне нужно.

Волк после моих слов тихонько заскулил.

— Ну, ты чего, мой хороший.

По-своему расценил я его скуление и подсев к нему поближе начал чесать огромную голову зверя. Уснул я прямо рядом с Серым, под его тёплым боком.

Проснулся я уже ближе к утру, от того что сильно продрог и замёрз. Волк куда-то снова ушёл, оставив меня лежать на холодной земле, благо, завёрнутым в походный эльфийский плащ. Чтобы окончательно не замёрзнуть пришлось вставать и разводить костёр. Немного погревшись, я ещё раз сверился с поднимающимся светилом и направился в нужном мне направлении. В этот день я решил останавливаться как можно реже и пройти как можно больше. Шёл до самой темноты, пока не стало совсем ничего не видно. Из-за такого длинного перехода я так устал, что даже не стал разводить костёр, а укутавшись поглубже в плащ уснул крепким сном, примостившись меж корней гигантского дерева. Проснулся я от громкого урчания. Сначала я подскочил, подхватывая лежавшую рядом со мною шпагу, а потом когда звук повторился, понял, что урчит мой живот, который уже полтора суток ничего не видел. Кстати волка я видел в тот же вечер, когда последний раз ел.

Есть хотелось очень сильно, я пошарил в сумке в поисках чего-нибудь съестного, но обнаружил лишь ириску, неизвестно, сколько уже пролежавшую в моём рюкзаке. Но другой еды не было, я с голодным блеском в глазах открыл конфету и с удовольствием засунул её в рот. Её мне хватило минут на сорок, так как ириска была очень даже жёсткой, и мне пришлось достаточно долго её рассасывать.

Наконец-то в лесу начало постепенно светлеть, и я двинулся в путь. Внезапно я стал замечать, что тёмный и старый лес начал сменяться молодым и более приветливым лесом. Но его приветливость оказалась показной, лишь через десять минут я понял, что этот лес хоть и молодой, но он абсолютно пуст. Не было слышно пения птиц, за время, что я шёл по этому лесу я не увидел ни одного заячьего хвоста, да тут даже следов животных не было. Всё мне намекало на то, что в этом лесу опасно и идти дальше не стоит. Но моё упорство или же самая элементарная глупость сделали своё дело, я продолжал упорно шагать ко всё лучше видимому просвету между деревьев. Награда ждёт упорных, и я свою награду получил. Лес наконец кончился, и я оказался на окраине огромного луга, относительно недалеко виднелись горы, высокие, острые, с заснеженными макушками, а всего-то в паре километров виднелась деревня, домов на тридцать.

Я воодушевлённый скорой встречей с людьми чуть ли не бегом направился в сторону низеньких строений, но был внезапно брошен на землю какой-то неведомой силой. Всё произошло так внезапно, что я даже не успел ничего понять и даже сначала подумал, что споткнулся об какой-нибудь камень, я бодренько вскочил и было опять побежал к деревне, но на этот раз неведомая сила толкнула меня сильнее, и я пролетев пару метров упал на мокрую траву.

— Лежжать, ссмертный!

Вдруг у меня над ухом раздался мерзкий шипящий голос.

— Я не раззрешшшал тебе вссставать.

Я всей своей сущностью почувствовал, что лучше подчиниться этому существу. Более того, мне захотелось подчиниться этому существу.

— Да, слабак, подчиняйсся мне! Своему повелителю Тутатисссу!

Раздался откуда-то из пустоты ужасный, шипящий голос. Я тряхнул головой, словно пытаясь отогнать этот голос. Внезапно я почувствовал на груди жгучую боль, нагревался амулет, который дал мне Дементий, боль от этой безделушки становилась такой сильной, что я не в силах терпеть её нащупал у себя на шее амулет, на ощупь он был ледяной, но в тоже время почему-то казался мне безумно горячим.

Сам не ведая, что делаю, я перешёл на истинное зрение и увидел перед собой мешанину из чёрно-красных пятен, оно нависало надо мной на расстоянии вытянутой руки. Тут я решил применить свою магию, хоть обещал больше никогда ей не пользоваться. И вот сосредоточившись я швырнул в шипящее существо огненную стрелу, но тот лишь зашипел:

— Ты чего кусссаешься, мне вообще-то неприятно!?

Я в панике закусил губу и начал отползать, на ходу выговаривая существу свои претензии:

— А ты чего!? Мне вообще-то тоже неприятно, а ещё больше. И вообще тебя не видно!

— Потому то меня видят лишшшь доссстойные, а ты пока ничем не зассслужил моей милосссти.

— Но почему ты не даёшь мне идти?

— Потому что я думаю, как тебя съесть, быстро или чтобы помучился?

Я решил действовать понаглее.

— Мне кажется самый оптимальный вариант — это отпустить меня, а уж там я жирку нагуляю, ещё немного подрасту, да и боюсь отравишься ты.

— Почему это отравлюссссь? Людей я уже ел, и заходят они очень даже хорошшшо, — шипел невидимка.

— А с чего ты взял, что я человек? Поверь мне, таких как я ты никогда не встречал.

В голосе существа проскользнула нотка заинтересованности.

— Кто же ты такой?

— Я, иномирец!

Гордо сказал я, поднимаясь с земли. При этом ожидая подлого удара, но удара не последовало, а я так и остался стоял.

— Да, иномирцев я ещё не ел, ты будешь первым.

Я испугался не на шутку.

— Да постой же ты, моя кровь очень ядовита и опасна для живых существ. Если слопаешь меня, то отправишься вслед за мной на тот свет, тебе этого хочется?

— Нет. Придётся тебя просссто убить, но всссё равно в тебе не много мяссса. Прощай, иномирец.

— Да стой же ты!!! — воскликнул я, поднимая руки.

Я почувствовал, что амулет у меня груди перестал жечь мне кожу, расценив это как хороший знак и решил поговорить с существом.

— Что ты хочешь ещё сказать, ты мне уже надоел глупый человек, прими свою смерть достойно.

— Но мне ещё рано умирать, у меня тут дела, да и я могу пригодиться тебе, хочешь я пойду в деревню и принесу тебе еды?

— Там нет еды. Поверь мне, ссссмерть там гораздо хуже, чем от моих когтей, — я услышал скрежет этих самых когтей, — ты даже ничего не почувсссствуешь, а там ты умрёшь в муках, да и душу ссссвою загубишь. Но ладно, — внезапно согласилось существо, — ты доссстоин жизни, но идти ты должен будешь через деревню, а за твою отвагу я готов явить тебе сссвой лик.

В голосе моего собеседника слышалась насмешка.

Как я стоял перед светящейся сущностью, так и повалился перед страшным шестиногим и шестируким чудовищем с плавником на спине и маленькими паучьими глазами бусинками, коих на огромной голове было много, очень много, но самым странным казался вполне человеческий рот и ушные раковины, ушей правда было четыре и от этого оно становилось ещё страшнее.

— Ты кто?

Спросил я севшим голом сидя на земле и со страхом взирая на существо.

— Я — ТУТАТИС, бог животных, птиц, насекомых, морских тварей. И лесных, земных, и подземных, добрых и злых.

Я лишь открыл и закрыл рот в немом изумлении. Потом набрался сил.

— Бог? Настоящий бог?

— Конечно настоящий, фальшивых богов не бывает, идиот, — тут он задумался, прикладывая к подбородку одну из многочисленных рук, — хотя бывает, но они живут не очень долго, а умирают как правило в муках. А теперь бери свою железную палку и иди в деревню, а иначе я тебя прямо на месте и уничтожу.

Я встал, подобрал валяющуюся под ногами шпагу, видимо я вытащил её, когда первый раз упал на землю, а потом Тутатис выбил у меня её из рук. Кое-как вставил её в ножны и на негнущихся ногах побежал в сень спасительной деревни, сначала ковылял неуверенно, но постепенно я набрал неплохую скорость и в деревню я уже вбегал на полной скорости. Как только я перешагнул какую-то невидимую черту внутри деревни, как меня окатил дикий ужас, я уже готов был кинуться обратно в объятия Тутатиса, но что-то меня остановило, неизвестно что из этого страшнее — пустая деревня или какое-то странное, уродливое существо.

Я сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, успокоился и восстановил дыхание, паника и страх отступили. Я достал флягу и попытался сделать из неё глоток, воды в ней не оказалось, я осмотрел её и обнаружил отверстие, проделанное чем-то тонким и острым, я покосился на шпагу, потом осмотрел свою сумку, в которой лежала фляга, ткань тоже была продырявлена. Фляга с водой лежала в сумке ближе к спине, и пройди шпага ещё немного правее и во мне неминуема появилось бы ещё одно отверстие, явно лишнее и мне совершенно ненужное. Я облегчённо вздохнули вытер внезапно выступивший пот.

Деревня, как я и говорил раньше, была заброшенной и заброшенной давно, но после беглого осмотра у меня начало складываться ощущение, что жители не уехали отсюда, а просто в один миг исчезли, около пересохшего колодца в центре деревни лежали брошенные коромысла и вёдра, у недостроенного дома валялись покрытые ржавчиной инструменты и строганные брёвна.

В этой деревне на меня внезапно навалился сон, мне хотелось спать всё сильнее и чем я дольше находился в деревне, тем больше слипались мои веки, что бы немного добавить красок в этот день я решил перейти на истинное зрение, тем более Дементий велел заниматься. Когда я перешёл на истинное зрение, то сначала подумал, что ослеп, вокруг была сплошная темнота и мрак, но повернув голову чуть в бок я увидел ИХ. Призраков, десятки и даже сотни призраков стояло вокруг колодца, дети, женщины, мужчины и старики, вот куда делась вся деревня, все они как заворожённые смотрели на колодец, я обернулся чтобы подробнее рассмотреть этот странный колодец, но увидел лишь тьму, из колодца бил фонтан страшной тёмной энергии, именно из-за этого фонта всё в деревне погибло, всё, от людей до растений.

Я решил, как можно скорее уходить из этой деревни, и уже хотел перейти на обычное зрение, когда увидел движение в толпе призраков. По направлению ко мне летел призрак сухого старика, в просторных одеждах, он беззвучно открывал рот видимо пытаясь что — то сказать, но никаких звуков не издавал. Я помотал головой и показал на уши. Мужчина резко оживился, он видимо не надеялся, что я его увижу. Он начал делать страшные рожи и указывать на колодец, потом махал руками делая прогоняющий жест, видимо, он хотел предупредить меня об опасности.

Не знаю, что на меня нашло, но мне почему-то очень захотелось помочь бедным людям, которые обречены на страдания тут. Я указал призраку на себя, потом на колодец и сделал жест словно я что-то сломаю. Призрак часто-часто замотал головой в разные стороны и опять сделал прогоняющий жест. Но желание помочь во мне победили здравый смысл, и я полез в колодец.

В колодец я спустился при помощи, найденной в деревне крепкой верёвки. Я закрепил её за стоящий недалеко столб и начал спуск. Достигнув дна колодца, я не обнаружил ничего, что могло бы быть источником энергии, не каких артефактов и амулетов, ничего вообще, обычное земляное дно колодца, чистое и пустое. И вообще оказавшись на дне колодца я почувствовал себя лучше, чем на верху, тут влияние тёмной силы чувствовалось не так сильно.

Я немного отдышался и отдохнул на дне колодца, сидеть в нём я смысла не видел и поэтому полез наверх. Поднявшись я увидел небо и обомлел, небо было полностью затянуто лиловыми грозовыми тучами, хотя буквально пятнадцать минут назад стояла жара и духота. Внезапно сверкнула молния и загремел гром, раздался просто оглушающий треск, я на мгновение оглох и ослеп, повалился на землю, хватаясь за уши. Внезапно сверху начали литься потоки воды, я растерялся, не зная, что делать, перешёл на истинное зрение и увидел машущего мне призрака, он махал мне от высокого и почти не пострадавшего от времени дома, он звал меня войти, и я не отказался.

Дом скорее всего принадлежал местному волшебнику или знахарю, под потолком были подвешены травы и чучела всяких известных и неизвестных мне существ. В доме было всего две комнаты, в передней стоял стол и большая печь с четырём конфорками, в задней стол книжный шкаф с десятью книгами, небольшой круглый стол и кровать, и какие-то химические приборы, мензурки, колбы. На столике лежало недописанное письмо, подчерк был не очень хороший и я начал, вспоминая все урок Дементия читать.

-

«Господину Замирту ро Львиру.

Пишет вам староста и по совместительству целитель поселения Затмино, просим помощи, у нас случилась беда, кто-то проклял нашу деревню, я ничего не могу сделать, просим помощи, треть деревни уже погибло и стоят они белыми призраками вокруг чёрной воронки посреди деревни. Люди засыпают и больше не просыпаются, не остаётся ни тел, ни костей, просо появляется призрак, первыми погибли малые дети, пьянчуги и люди со слабым рассудком, но с каждым днём держаться становится всё сложнее, просим прислать помощь

Староста и целитель Вальдеро рар Пастрьев»

Из этого письма я сделал два вывода, что помощь так и не пришла, потому что письмо было у меня в руках и то, что нужно поскорее убираться отсюда, спать тут никак нельзя.

Окончания грозы я решил не ждать, я застегнулся на все пуговицы и застёжки и укутавшись посильнее в плащ, двинулся на юг, к горам, судя по карте тут не далеко должен быть перевал. А в деревню я эту обязательно вернусь и смогу всех освободить, подумал я.

Призрак же провожал меня, стоя на краю деревеньки, он что-то хотел сказать, но потом просто махнул рукой. По лицу его было понятно, что он рад, что я не присоединюсь к призрачной толпе.

— Я вернусь, обязательно вернусь! — пообещал я мужчине.

Тот в ответ лишь грустно улыбнулся и полетел обратно к колодцу. А я под дождём пошагал прочь от деревни.

Глава 5

Я старался двигаться с максимальной скоростью и как можно меньше отдыхать, благо шёл я уже по плохенькой и заросшей, но, но всё-таки дороге, и чем дальше я удалялся от проклятой деревни, тем легче становилось идти. Даже воздух, казалось, с каждым шагом становился всё легче. За оставшееся время о вечера я прошёл километров пять. Под конец пути я уже просто валился с ног. Дождь почти прекратился и наконец, совсем выбившись из сил, я решил остановиться отдохнуть, при этом я даже нашел в себе сил набрать относительно сухих веток и разложить костёр. При тусклом свете костра я описал случившееся со мной в свой, потом убрал его в суку и завернувшись в тёплый плащ задремал лёжа прямо на мокрой от прошедшего дождя земле.

Сон пришёл мгновенно, я лишь и успел подумать, что уже два дня не пытался связаться с Алисой.

Ночь прошла хорошо, а когда я открыл глаза, то увидел, что Хенген забрался уже высоко в зенит и время было уже далеко за полдень, в животе предательски урчало, есть и пить хотелось невероятно. Решив, что чем быстрее я тронусь в путь, тем быстрее я дойду до людей и следственно поем, поэтому сразу поднялся и пошагал. Я шагал и шагал, горы медленно приближались и в какой-то момент они стали нависать надо мной огромной тенью.

Близилась ночь, а я всё продолжал идти, уже больше на автомате переставляя ноги. Вокруг меня простиралась широкая равнина, местами росли какие-то деревца и чахлые кустики. В животе больше не урчало, и я уже подумал, что голод решил сдаться, но он вернулся неприятным жжением в желудке. Вновь начался дождь, в этот раз не такой сильный, как над Мёртвой деревней. Удалось хорошенько напиться. Ночевать пришлось под маленьким чахлым кустиком, идти до ближайших деревьев сил просто не было, поэтому добредя до ближайшего чахлого деревца, я просто свалился и провалился в тяжёлый сон, несколько раз за ночь просыпался, хватался за шпагу, и опять забывался тяжёлым сном.

Проснулся задолго до рассвета, полежав немного на земле, решил, что больше не усну и двинулся в путь. Утро и пусть и прерывистый сон, подарили моему организму бодрость. Когда солнце уже выкатилось из-за края горизонта, я уже был почти у подножья гор, справа и слева от меня стали появляться валуны и различные камни, иногда их приходилось обходить.

Я шагал и размышлял над неотправленным письмом волшебника и старосты деревни Затмино, я никак не мог понять, почему помощь не пришла, ведь если целая деревня несколько лет не выходит на связь, её жители не ездят на ярмарку в город, всё это попахивало очень странным делом, в котором я хотел непременно разобраться, но для начала бы самому не отбросить коньки от голода и от жажды.

Я шагал по горной дороге и ничего не предвещало беды, но видимо судьба в очередной раз решила сыграть со мной в странную игру. Внезапно земля ушла у меня из-под ног, и я полетел куда-то вниз, испуская душераздирающий вопль я рухнул на твёрдую породу всем телом, от удара о камень из глаз у меня брызнули искры, рукоять шпаги сильно саданула меня в бок, да так сильно, что скорее всего на её месте должна остаться шикарных размеров гематома.

Я лежал на земле и тихо стонал от боли во всём теле, вроде ничего сломано не было, но как-то подозрительно болели рёбра. Пролежав около получаса, я закряхтел и держась за ушибленные рёбра встал. Посмотрел вверх, по сторонам и пришёл к выводу, что мне сильно повезло.

Я упал в подземную пещеру, видимо порода настолько истончилась, что не выдержала моего веса и рухнула вниз. Приземлился я тоже вполне удачно, слева от места моего падения разверзлась пропасть и дна у этой пропасти видно не было, слева на уступе, куда я рухнул, торчали длинные шипы сталагмитов. Я присвистнул и поблагодарил всех богов этого мира за удачу. Потом скривившись от внезапной боли в рёбрах, я опустился около сталагмита и облокотился на него. Расстегнув застёжку плаща, стянул почти пустую сумку и со стонами стяну куртку и рубаху, я уставился на своё тело, оно представляло собой огромный синяк, который прямо на глазах набухал и рос. Но к магии я прибегать не стал, Дементий велел мне лечить магией себя только в случае если истекаю кровью, да и то он сказал, что лучше умереть чем жить потом калекой с исковерканным астральным телом. Сломано ничего не было, и не став применять магию, я решил выбираться из пещеры.

— Да, везёт же мне на всякие приключения, эх, сидел бы сейчас дома.

Чуть ли не плача говорил я, вспоминая родителей, друзей, школу, прогулки с Алисой. Но ничего нельзя было сделать, и я перестал заниматься самобичеванием. Выбраться наверх было невозможно, высота с которой я сверзился была около трёх метров, а верёвку я оставил у того колодца в деревне.

Я лежал и не знал, что мне делать, выхода из сложившейся ситуации я не видел, но я всё-таки встал и прошёл дальше по уступу, пещера была огромная, я не видел ни пола, ни её стен. Я осторожно двигался по уступу прижавшись спиной к холодному камню. Я двести метров я шёл не меньше часа, моя спина взмокла от напряжения, а ушибленное тело сильно болело, пару раз я останавливался чтобы перевести дух. Внезапно метров через четыреста уступ начал спускаться под уклоном вниз, я ступал осторожно ступал, но поскользнувшись на каком-то камне я упал на спину и начал скатываться внизу, я пытался зацепиться за стену или сам узкий карниз, но меня неумолимо тянула вниз сила тяжести. Стальной эфес шпаги снова больно бил по рёбрам, но спина моя не пострадала, я скользил на своей полупустой сумку. Потом моё скольжение внезапно прервалось и внезапно началось падение.

Я за последние три дня настолько успел привыкнуть к падениям, что в этот раз почти не удивился, удивился я, лишь приземлившись не на твёрдый камень, а в тёплую воду, я ушёл на глубину, но уже через секунду вынырнул, пытаясь удержаться на воде, но намокший плащ тянул меня на дно, и мне с сожалением пришлось отцепить застёжку и избавиться от подарка.

На воде я раскачивался в полной темноте и в какую сторону мне грести или плыть я не представлял и это больше всего пугало меня. Сердце моё внезапно начало биться всё сильнее и тут я понял, что начинаю тонуть. Из-за паники я начал барахтаться, что начало только мешать мне. В чувства меня привёл амулет, подаренный Дементием, он на мгновение так раскалился, что обжог мне грудь и это привело меня в чувства. Я опять стабилизировал своё положение на воде.

По всей видимости я упал в подземное озеро и под озером видимо был вулкан или гейзер, вода была тёплой и пресной. Впервые после дождя хорошенько напился. Немного отдохнув и успокоив разгорячённые нервы, я попробовал зажечь магический свет, это у меня получилось с первой попытки, моей энергии хватало всего на час, потом мне придётся два отдыхать, чтобы набраться сил, но в такой пропорции я пользовался энергией дома, на сколько хватит мне её тут непонятно. Я уже уяснил, что в этом мире больше энергии в окружающем пространстве, и я гораздо быстрее её восстанавливаю. Создав магический светильник я силой мысли направил его вправо от себя, и неожиданно в паре метров наткнулся на пологий берег, к которому тут же поспешил доплыть. Выбравшись на берег, я рухнул на него как потерпевший кораблекрушение матрос.

Я решил исследовать пещеру полностью, пока есть силы на магию. Быстро добрался до одной из стен и пошёл вдоль неё, стена была высокой и никаких способов по ней взобраться я не видел. Потом стена сделала очередной изгиб и за поворотом обнаружилось отверстие, высотой достигающее мне переносицы. Это оказался какой-то тоннель и был он явно рукотворного происхождения, края его были обработаны киркой или каким-то подобным инструментом, я обрадовался этому тоннелю как родному, хотя ещё не знал кто его тут выдолбил и куда он ведёт. Может это какой-то заброшенный тоннель гномов и ведёт он прямиком, а адские вертепы.

Я быстро осмотрел пещеру до конца и не найдя больше ничего интересного, прихрамывая двинулся в пасть неизвестности. За всё время движения я несколько раз проклял всех строителей, которые проектировали и рыли этот путь. Энергии на поддержание светляка мне хватило на два часа вместо одного земного, но силы же восстановились достаточно быстро, уже через час я с маленьким светящимся шариком продолжил свой путь. Я уже потерял ход времени и не знал сколько я уже топаю по этому бесконечному тоннелю, от голода сводило желудок, и я всю дорогу грыз воротник куртки, воды тоже не было, котелок я умудрился потерять вместе с плащом, поэтому набрать воду мне было некуда.

Из хороших новостей было лишь то, что тоннель забирал постепенно вверх, и я шёл к поверхности. Один раз справа от меня было ответвление, я завернул чтобы осмотреть его, это оказалась пещера с водой, явно искусственно выдолбленная в полу лохань наполнялась из текущего из стены родника, я с радостью кинулся к нему и напился. Метров через пятьсот появилось ещё одно ответвление, в нём не было воды, но в нём росли вполне съедобные грибы.

Как я это понял расскажу поподробнее, в пещере в которую я попал росли грибы, они росли в три параллельных ряда на тумбах, мой разум настолько обезумел от голода, что я не задумываясь о последствиях сорвал шляпку одного из грибов и съел его. Только через мгновение до меня дошёл смысл моих действий, я уже было решил воспользоваться проверенным методом «два пальца в рот и всё пройдёт» когда подумал, а какого чёрта, умирать так умирать, от отравления я умру сегодня, а от голода — завтра, один день ничего не решит.

И я набрав целую сумку и карманы грибов отправился дальше на ходу жуя мясистые шляпки очень вкусных грибов. Но как вы поняли я не умер, грибы, видимо, специально были посажены в этом месте для голодного путника, коим я и оказался.

На следующий день я покинул тоннель и оказался в просторной и светлой пещере, свет проникал в неё через узкую щель в стене, я кинулся к этому выходу как утопающий к спасательному кругу, я вдыхал холодный ночной воздух все грудью и не мог надышаться.

Ночь я провёл в пещере, а на утро доев остаток грибов и сверившись с промокшей в сумке картой, я отправился в путь.

Я шёл тихо насвистывая песенку и не обращая ни на что внимания, впереди меня возвышались какие-то холмы и я, взяв их за ориентир шёл себе и шёл. Холмы я преодолел уже ночью и двигаясь в ночной тишине подсвечивая себе волшебным светильником я продолжал двигаться. Через два километра я увидел какой-то свет в дали и понял, это люди. У меня на горизонте оказалось маленькое, огороженное высоким частоколом селение. Я с радостью бросился к этой деревушке, но быстро понял, что бежать бессмысленно, она всё ещё слишком далеко, да ещё и не известно, как меня встретят, поэтому сбавив темп, на более медленный я пошагал.

Через час я вышел к деревне, ворота оказались закрыты, и я стучал до тех пор, пока не услышал недовольный голоса с той стороны забора.

— Кто ты, путник, что ходит ночью среди холмов?

— Я Антон, я не несу зла, а сюда я забрел ведомый случаем.

— Но как ты прошел через курганы?

Я лишь пожал плечами

— Это те большие холмы в паре километров отсюда?

— Именно, холмы, так как ты прошёл.

— А чего там бояться, ногами и прошёл, откройте пожалуйста, а то я давно нормально не ел, у меня есть деньги, я заплачу.

— Словам твоим веры нет, клянись ты жизнию своей и душой своей, а том ало ли ты нечисть какая или разбойник.

— Клянусь я сердцем своим и духом своим, что не несу я зла.

Закончил я говорить слова древний клятвы, которой меня научил Дементий.

За воротами заскрипел отворяемый запор, створки начали расходиться, а мне в лицо уставилось пять наконечников стрел, я от такого приема несколько опешил. Я, конечно, ожидал чего-то подобного, но я думал, что за воротами стоит один человек, а тут не меньше десятка вооруженных, крепких мужиков. Они все смотрели на меня с нескрываемым недоверием и какой-то злобой

Я сделал то что не ожидал никто, даже я сам.

— Здрасте, я, пожалуй, в другой раз зайду. Днём.

На этих словах я попятился и бросился на утек, но далеко убежать не успел, в левую ногу мне что-то ударило, по всей видимости, пущенная кем-то стрела, и я полетел на землю. Взвыв от боли, в раненой ноге я все равно попытался встать, но упал придавленный, чьей-то тушей. Это оказался пес, огромный волкодав, как я тогда испугался не словом сказать, не пером описать. Лежу я под псом, он на меня порыкивает, я пошевелиться боюсь. Тут и мужики подоспели, оттащили пса от меня, я тут только понял, что не дышу уже минуты три. Сделав полный вдох ртом, выдох я заорал, подошедшие ко мне мужики даже шарахнулись в сторону. Не знаю сколько бы я смог так орать, но заткнул меня сильный удар в висок, из-за которого я и потерял сознание…

Сознание пришло, пришла боль, а ещё пришла какая-то личность, но никак не получалось сфокусировать зрение на этом человеке. Ничего не добившись, я снова закрыл глаза и провалился в глубокий сон.

Проснулся я через какое-то время от того что в мне в рот кто-то вливал что-то очень горькое и почти несъедобное. Я попробовал выплюнуть и зажать челюсть, но сильные руки продолжали вливать отвар в глотку. Наконец отвар закончился, и мне удалось рассмотреть, кто это был, это оказалась женщина лет тридцати достаточно миловидная, волосы были заплетены в длинную русую косу, которая доходила до поясницы, рядом стоял мужчина лет сорока с небольшой черной бородкой, местами уже седеющей, волосы его были тоже черны как смоль и в ней тоже были серебряные пряди. Он стоял и широко улыбался, зубы у него были желтоватые, крупные как у лошади.

— Проснулся, колдун? Ну и перепугал же ты нас… Всю деревню на уши поставил, ты откуда такой взялся?

Голос у мужчины был очень низким, похожим на рокот грома в грозовых тучах.

— Где я? — единственное, что я смог спросить.

— Не бойся, меня зовут Зафара, а это мой муж Заосим — вклинилась в разговор женщина, — я за тобой ухаживаю уже три дня, а мужа не слушай, эти мужланы всего вечно боятся.

Она бросила в сторону мужа недовольный взгляд.

— Где я? — более настойчиво спросил я, глядя в карие глаза женщины.

— Ты в деревне Курганы, в доме старосты Заосима. Сколько же ты голодал, мальчик? Когда тебя принесли на тебе живого — всё тело сплошной синяк, словно тебя били ногами и руками несколько дней. А ещё мужчины сказали, что ты страшный колдун. Но, думаю, что никакой вы не страшный, а вполне милый юноша, во сне всё твердили про какую-то Алису.

— Хватит тебе, баба, — вступил наконец в разговор мужчина, — иди готовь еду.

— Сейчас я тебя как ботагом огрею, будешь как знать, как бабой называть, — он погрозила мужу кулаком.

Мужчина лишь улыбнулся в бороду.

— Надо нам с тобой, маг, хорошенько поговорить. Ты пока послушай, а я тебе всё расскажу.

Он сел на трёхногий табурет, на котором до этого сидела Зафара и начал:

— Во-первых, хочу извиниться за такой холодной приём, просто с той стороны гости к нам заходят не очень часто, вернее совсем не заходят, вот и всполошились. Извини за стрелу, это её малец Олдо выпустил от испугу, он не меньше тебя испугался. Теперь ты мне расскажи, как и откуда ты пришёл, как прошёл через курганы и где тебя так измордовало, аж живого места не осталось. И зовут тебя как, а то не удобно колдуном-то?

Я пожал плечами.

— Меня зовут Антон Остр, пришёл из-за гор, расшибся там же, грунт истончился и земля подомной провалилась, я в пещеру ухнул, ещё бы немного и всё, разбился бы, — тут я всполошился, вспомнив при каких обстоятельствах я попал сюда, — там за горой, прямо недалеко есть деревня, проклятая, называется Старьевка, все жители мертвы, а души их маются возле колодца, надо мы властям сообщить.

Заосим нахмурил брови.

— Старьевка говоришь? Проклятая, — он покрутил в пальцах кончик своей бороды, — Забудь ты про эту дервню, Антон и никому не говори, что в ней был, особенно местным. Я-то ещё немного грамотный, в городе учился, а вот люди у нас тёмные и дремучие, могут подумать, что ты проклятие принёс. Старьевка уже лет двести как проклята, однаджы послали туда отряд королевских магов, а они там так и сгинули, даже костей не нашли. А проклятие лишь сильнее стало, на три версты силы его растянулись. И ничего сделать с ним не получается, поэтому и бросили это дело. Тем более на отшибе оно, за горою, не всякий путник туда дойдёт.

По слухам эту деревню прокляли боги за их грехи, не знаю, что надо такое сделать, чтобы на тебя боги ополчились, но есть что есть. Повезло тебе парень, что ты ночевать там не остался, а то бы сгинул как и все.

— Боги? — заворожённо посмотрел я на мужчину, — а они что разве есть?

Тот посмотрел на меня с сочувствием.

— И чему вас в академиях учат, конечно есть, но это лучше у жены моей спроси, она у меня баба религиозная, тебе расскажет.

Я стушевался, видимо, вопрос богов тут был общеизвестным.

— Я не учился в академии, я туда только шёл из лесу, я там с дядькой жил, — начал я на ходу сочинять легенду, — но во мне дар проснулся, вот я и двинулся в путь.

Заосим как-то нехорошо усмехнулся, но говорить ничего не стал.

— Ты лучше спи, Антон.

Глава 6

Проснулся я уже утром, в окно, сквозь плотно задернутые шторы, пытались пробиться яркие лучи Хенгена и у некоторых даже получалось. Хорошо вот так просто лежать и некуда не спешить, не иди, постоянно оглядываясь по сторонам, не искать дорогу, сверяясь с промокшей картой.

Но надо подниматься, решил я. Во-первых, мой желудок об этом настойчиво говорил, предлагая отправиться на поиски еды, а во-вторых, нельзя долго находиться на одном месте, надо найти Алису.

От этих мыслей мне стало грустно, и я решил попробовать связаться с девушкой, чтобы поговорить с ней. Хорошенько представив её я сосредоточился и начал звать.

Отклика долго не было, я уже отчаялся и решил росить это гиблое дело.

— Антон? — у меня в голове слабо зазвучал голос Алисы.

— Алиса, — я подскочил с кровати, но слабость и боль придавили меня обратно, от чего моя сосредоточенность исчезла и контакт оборвался.

Целый час я провёл в попытка связаться с ней, но отклика больше не было. По крайней мере я знаю, что она жива, это не могло ни радовать. И мне оставалось лишь надеяться, что с ней всё в порядке и я скоро найду её. Желудок настойчиво напомнил о себе, поэтому я потихоньку поднялся и припадая на раненную ногу прошёлся по комнате, разгоняя застоявшуюся во всех членах кровь.

За этим занятием меня застала Зафара, принесшая мне еду.

— Ты, посмотри, что он делает, — начала причитать Зафара только войдя в комнату вслед за Заосимом. — Окрепнуть толком не успел, а уже руками и ногами машет.

— Не машу я, а просто хожу разогреваю затёкшие мышцы, нельзя на одном месте всегда лежать.

— Сначала поправиться надо, а потом мышцы разогревать. Ложись.

Решив не спорить с женщиной, я улёгся обратно.

Заосим на мой лёгкий пассаж лишь пожал плечами, что в это, мол, такого машет он и пусть машет, а помрет его проблемы. Тут я им решил и успокоить фразой, которая должна успокаивать всех местных жителей

— Уважаемые, я же все-таки какой, а никакой маг. И могу восстановиться быстрее обычного человека, смотрите.

Я закатал штанину и продемонстрировал им раненую ногу, на которой рана уже покрылась тёмной коркой, а синяки, полученные от многих падений, когда я проснулся почти рассосались. При этом я даже не прибегал к использованию своих сил. Как объяснил мне Дементий, организм мага гораздо крепче, чем тело простого человека и восстанавливаемся мы быстрее, а всё из-за энергии, что мы берём из окружающего мира.

— Только вот есть я очень хочу, не накормите ли?

Как можно жалобно спросил я, и посмотрел на тарелку, которую держала женщина в руках.

— Ох, что же я, совсем забылась, — сказала Зафара, — Вот тебе каша, кушай, но только потихоньку. Нельзя сразу переедать.

Заосим подождал, пока женщина накормит меня, а потом склонившись ко мне тихо прошептал мне в ухо.

— Ты, господин волшебник, приходи, как покушаешь в управу.

Я немного опешил, от того, что в такой маленькой деревушке есть управа, и видимо удивление отразилось на моем лице.

— Да ты не удивляйся, — видимо поняв мое смятение, начал объяснять мне староста. — Управой у нас называют кабак, мы там и отдыхаем после трудового дня, и важные решения принимаем, а кабак наш так и называется "Управа".

— Понятно, это кто же у вас такой затейник?

Заосим смущенно улыбнулся в бороду.

— Это племянник мой с братовой стороны, он в Львиноград ездил часто и в управе бывал, бумажки всякие подписывал и еще что-то. Так он нам рассказал, что у них, там в управе, — при этом Заосим махнул рукой куда-то в сторону окна, — в управе и гуляют и пьют и решения государственных масштабов решают, и все одновременно и каждый день.

Он видимо закончил свой рассказ и замолчал. Но я не понял, причем тут Львиноград и их кабак. Этот вопрос я и задал вслух.

— Так мы тоже как в Львинограде решили, только они гуляют и решают в управе, а мы наоборот решаем и гуляем в кабаке, так и прилипло это название.

— Это понятно, а что там будет, когда я приду?

Вдруг лицо его потеряло всю бесшабашность и приняло какое-то строгое выражение.

— Там и узнаешь, — кратко сказал он и вышел.

Я хотел подумать над этим вопросом, что же там будет, но мой желудок сказал мне о другом, он сказал, что пора мне бы и позавтракать. Я, не думая не о чем, отправился принялся за еду.

Набив желудок, даже не смотря на запрет Зафары, я огляделся. Находился я в маленькой комнатке, с одним окном и узкой кроватью, в углу стояли странные идолы, скорее всего какие-то божества.

Почувствовав прилив сил после еды, я отправился на поиски хозяйки дома. Надев заштопанную ей рубаху, штаны я натянул до этого. Вышел в большую светлую комнату с белокаменной печью, посреди которой стоял большой стол и скамьи. Хозяйка что-то делала у печи и при моём появлении оживилась.

Я сразу поинтересовался этими идолами. За что получил в ответ удивлённый взгляд.

— Ты не знаешь про богов?

— Не очень, дядя мне про них почти ничего не рассказывал.

Зафара тяжело вздохнула и стала мне объяснять то, что в этих краях знают даже малые дети.

И ещё раз вздохнув женщина стала мне объяснять, что верят они в Небесного Отца и Небесную Мать, их старшего сына — бога Воина, бога Кузнеца, богиню Красоту, богиню Удачи, бога пьяниц — Гуляку и богиню смерти в саму Смерть. Отец покровитель всех Волшебников, его так и зовут Отец. Мать покровительница всех женщин и лекарей. Старший сын, Воин, очень похож на нашего древнегреческого бога Ареса, любит битвы и сражения и презирает волшебников, поэтому отношения с отцом у него очень натянутые и поэтому у последователей обоих небожителей часто возникают конфликты маги не любят воинов, а воины ненавидят волшебников. Второй сын — это великий Кузнец, который выковал меч для своего брата, которым он вместе с отцом и уничтожал врагов. Третий ребёнок Матери и Отца — богиня красоты и любви, именно под её покровительством заключались браки. О Богине удачи люди знали меньше всего, но были уверены, что если не помолиться ей перед дорогой, то пути не будет. Последний сын — пьяница и гуляка, говорят ему поклоняются воры и убийцы, ещё он считается виноделом. Укуфа, богиня смерти, её не любят, но уважают.

Есть и другие Боги, но в этой деревне им не поклоняются. Зафара рассказывала мне истории и легенды о появлении и рождении богов, местами это походило на русские народные сказки — «Пошёл Гуляка искать перо дивной Калин-птицы… Трижды кувыркнулся и так далее». Рассказывала Зафара мне мифы мне мифы и легенды долго, я даже забыл о том, что мен звали в «Управу», за что я и поплатился.

— Где, тебя, носят падшие? Я тебе, когда сказал, что прийти надо? Там люди сидят, ждут, а ты тут с бабой треплешься, — ворвался в дом Зосим, погромыхивая своим мощным голосом

Я медленно встал из-за стола, глянул на него недобрым взглядом, таким, на какой был только способен, но не успел сказать даже слова, как в Заосима прилетела огромная такая сковорода. Прямо в голову, быть ему дурачком, только пожалел я его и поймал сковородку прямо перед его носом с помощью своей магии. Заосим стоял бледный как мел, от его напора не осталась и следа. Повисла не ловкая пауза.

Зафара хотела что-то сказать мужу, но уловив мой предостерегающий взгляд молча села на скамью

— Вы, господин волшебник не серчайте на меня, пожалуйста, мы люди простые, тут мы ждем, а вы тут, то есть здесь, ну вы меня, наверное, поняли или…

Он стушевался и замолчал, опустив глаза в пол.

— Что вы, я не держу на вас зла. Я и в правду виноват, вы меня попросили, а я тут легенды да сказки слушаю, извините, — начал извиняться я, почувствовав за собой вину.

— Тогда, Антон Остр, я приглашаю вас на наше вече.

— Прошу, ведите.

Первый раз я вышел из дома, и оказалась что деревня выглядела почти так же, как и мертвая, за исключением того, что все здесь было живое и радостное. Я прихрамывая поспешил за быстро шагающим Заосимом. Дом, старосты находился около главной площади, вернее не площади, а возле площадки с колодцем, тут, видимо, проводились какие-то праздник и мероприятия. На противоположной стороне площади стоял храм, похожий скорее на маленькую часовенку, посвящённую шестерым. Был он, как и всё в деревне, из дерева, но при этом был искусно украшен резьбой.

Как я узнал у Зафары, то в баронствах, да и соседних государствах веру не навязывали и каждый верил в своего бога или богов. Слева по центру площади размещался кабак, именно размещался, был он массивен, два этажа в высоту, первый этаж его был каменным, это единственное здание, сделанное в деревне не из дерева, с маленькими окошками бойницами. В этом кабаке можно задерживать врагов пока еда не кончится, — мелькнула у меня мысль.

Всю дорогу до сего заведения Заосим шел бочком, постоянно на меня косясь. И постоянно подсказывая дорогу, хотя "Управа" была в зоне прямой видимости.

— Вот сюда, Антон, не отставай.

Дошли мы до кабака быстро, Заосим услужливо отварил передо мной дверь, и я вошел. В кабаке царило явное оживление, но как только дверь отворилась и в здании появился я, все стихло.

Я кивнул.

— Здравствуйте, господа.

Люди, присутствующие здесь ответили не стройным хором голосов, что-то на подобии: и тебе не хворать, драсте, приперся, наконец. И что-то еще такое, но я уже не слушал, я смотрел в самый угол помещения там, в углу за маленьким столом сидел, человек. Не знаю, что в его внешности привлекло меня, может внешний вид, он был одет в широкополую шляпу и пыльный плащ. Меня привлекало в этом человеке, то что он был другим не как все местные и было заметно что люди его почему-то сторонились, они украдкой бросали на него злые взгляды, но прямо смотреть никто не осмеливался. Но ему было все равно, он спокойно сидел и потягивал вино, потихоньку смакуя его. Я сразу направился к нему.

— Вы, желали меня видеть.

Сказал я, больше утверждая, чем спрашивая. Он поднял на меня взгляд, прекрасных зеленых глаз. В них сверкнула насмешка

— Да, желал. Позвольте представиться, меня зовут Натаниэль.

— Вы, эльф?

Я удивлённо смотрел на идеальные пропорции его лица. Он расплылся в широкой улыбке, обнажая идеальные зубы. Дальше я ждал что он скажет, но Натаниэль молча сидел и смотрел на меня с каким-то ожиданием. Я спохватился:

— Простите, за мою бестактность, Мое полное имя Антон Остр, к вашим услугам.

Он взглянул на меня с одобрением.

— А почему же вы не сказали приставку рар?

— Потому что магического образования не имею, но имею магический дар.

Натаниэль перевёл взгляд на сидевших за столом крестьян, те старательно делали вид, что нас нет и упорно отводили взгляд, при этом уши их настолько были напряжены, что даже подрагивали.

— Я предлагаю покинуть сие заведение, — смотря мне прямо в глаза сказал Натаниэль.

Я лишь кивнул, напряжение, царившее в кабаке, меня напрягало.

Он поднялся, кинул на стол несколько медных монет и направился к выходу. На выходе, у себя за спиной я услышал вздох облегчения, видимо этого парня здесь не любят. Мы прошли до околицы села и остановились у частокола, складывалось ощущение, что вся деревня вымерла — на улице были только куры, но и те поспешно убегали при нашем появлении. Мне было любопытно.

— Почему вас здесь так не любят?

Как бы между делом спросил я, хромая за быстроногим эльфом. Он ответил, нисколько не думая и даже с какой-то дружелюбной ноткой в голосе.

— Просто я другой, впрочем, как и ты. И не в смысле, что ты не человек, просто ты владеешь силой, а сила, порождает насилие, так они считают, и во многом они правы. А теперь тебя будут не любить ещё больше.

— Зачем ты мне это говоришь? — мы внезапно перешли на «ты», — Я не собираюсь кого-то обижать, я не собираюсь применять магию, я не такой…

— И я это знаю, но рано или поздно… Они не знают, они не смогут поверить тебе, потому, что сила порождает и зависть, все хотят силы, но многие боятся её и поэтому пытаются лишить её Сильных.

— Но что же мне делать? — Я вдруг одернул себя. — Что вам от меня надо?

— Мне ни чего, — рассмеялся эльф — это тебе нужна моя помощь.

— Да, и в чем же? — сухо спросил я.

— Пойдем со мной, я покажу, — на его губах цвела лёгкая улыбка.

— Мне не очень удобно ходить куда-либо, я бы лучше остался тут.

Он посмотрел на мою ногу.

— Я посмотрю?

Я медленно кивнул и сел на землю. Закатал штанину. Эльф опустился на колено перед моей повреждённой ногой.

— Кто тебя так?

— Кто-о из местных пустил стрелу, когда я пытался бежать, я до си пор не могу понять почему они стреляли.

— Страх черни перед неизвестностью очень велик.

Он на мгновение прикрыл глаза и сделал какой-то жест рукой. Я не успел перейти на истинное зрение, как магия уже свершилась.

Моя нога на глазах зажила, да так, что не осталось и шрам. Натаниэль поднялся и пошагал дальше.

— Объясни мне кто ты и куда ты меня хочешь отвести.

Вместо слов благодарности сказал я ему в спину.

Он резко обернулся ко мне. И тихим, но пробирающим до костей голосом произнес.

— Да, что ты о себе возомнил? Ты в этом мире никто, да, видимо, и в твоем ты тоже был никто.

Я оторопело смотрел на него, не в силах произнести не слова.

— Что ты вытаращился, — с издевкой произнес эльф, — думаешь, что по тебе не видно, что ты из другого мира? Может и простой обыватель не увидит этого, то человек более сильный и одаренный сразу заметит в тебе инородность.

Он выдержал паузу, и продолжил мягким и беззаботным голосом.

— Так ты идешь, со мной? Не бойся, убивать я тебя не буду, пока. — Видимо на моем лице отразились все эмоции, так что он рассмеялся- Да шучу я, шучу.

Шли мы не долго, прошли до тех ворот, в которые несколько дней назад я стучал, мы отворили их и вышли наружу,

— К кургану мы не пойдем, там слишком опасно даже для одаренных.

— Когда я там был, то никакой опасности не видел.

Эльф оставил мою реплику без внимания, а я её повторять её не стал. Мы двигались где-то полчаса и видимо пришли, остановились мы только около небольшого холма. Поднявшись на холм, нам открылся вид, курган, нет, именно Курган, он были огромной высоты.

— Оттуда он мне казался меньше.

Тут билось тринадцать армий.

— О, магическое число.

С умным видом сказал я.

Но эльф лишь зло отмахнулся.

— Это все предрассудки, просто здесь свершилась битва, тринадцати воинств. Тут бились семь людских армий, две армии гномьих кланов, Эльфы, армия красных орков и гоблинов.

Я посчитал, получилось двенадцать. Но эльф молчал.

— А какая тринадцатая армия?

— Одаренные, но это была не армия, а отряд, всего сто человек, бились они тринадцать дней, первыми погибли люди, потом орки и гоблины, следом эльфы, потом гномы.

— А что стало с одаренными?

— Одаренные пали, почти все, их осталось семеро. Они похоронили всех и врагов, и соратников. И поклялись не допустить повторения тех событий. Но время, такая вещь… которая идет и никому, даже самому одаренному из людей, даже богам его не остановить.

— Скажи, Натаниэль, зачем магам было сражаться? Им не хватало власти? И почему они осознали всё только после войны? — у меня в голове крутилось множество вопросов.

— Ты не понял меня, — С теплой улыбкой ответил мне эльф, но улыбка быстро сошла с его лица. — Маги, волшебники, одаренные не нападали, они защищались. Всех магов в то время преследовали и сжигали, как приспешников темных богов. Впоследствии они создали орден, орден защищал одаренных, оберегал, но длилось это не долго, через пятьсот лет после основания к власти пришел архимаг боевой кафедры Диарон, он был жаден, властолюбив, но при этом слаб. При его правлении орден начал гнить рыба всегда гниёт с головы.

Орден ослаб, новые волшебники и волшебницы были никому не нужны. Люди опять начали убивать магов, тихонько из-за угла и всем было плевать. Тогда пропала казна и библиотека ордена, просто все пропало, а Архимаг Диарон погиб, при странных обстоятельствах, никто ничего выяснять не стал.

Орден пал. Примерно триста лет назад в мир пришел человек по имени Джон, по крайней мере, он сам себя так называл. Его сила не имела предела, он попытался восстановить орден, но ничего не вышло. Тогда он открыл школу, в королевстве Нария, школа называлась школой Белых Васильков, не знаю почему так, не спрашивай. Его ученики тоже начали создавать свои школы, во многом хорошие маги, но лучше бы было тебе идти в Нарий, это в противоположном направлении, но уже нет смысла, школа была закрыта несколько десятков лет назад, так что лучше идти в школу Цветка тут, в Розотмире.

Он замолчал, чтобы перевести дух. Я думал, над тем, что он сказал. Волшебников ненавидели, их преследовали, но это было триста лет назад.

— А что сейчас?

— Сейчас… — он задумчиво потер подбородок и улыбнулся. — Сейчас дети играют в магов и волшебников, сейчас почти у каждого захудалого поместья и деревни есть свой маг или целитель, все это благодаря Джону. А что, будет благодаря тебе?

Я разозлился:

— Я нечего менять не буду, я найду свою девушку, отучусь в школе магии и уйду домой.

— Ты еще слишком юн, чтобы понять. Ты не вернешься, ты теперь лишний в своем мире. Никто не уходил назад. Но многие и не идут вперед, а из какой породы ты, мы узнаем позже.

Я оставил его слова без ответа, я просто смотрел на холмы и не верил своим глазам, там была битва. Бились гномы, и люди, людей было немного, но они били магией, разной магией, били огнем, водой, ветром, били и смерть. Среди одаренных был некромант, он поднимал павших гномов, и они нападали на живых, это было мерзко и страшно. Я отвернулся, не став на это смотреть, по щекам у меня бежали слёзы.

Повернувшись к эльфу, я обнаружил его смотрящим на битву.

— Это завораживает, война отгремела сотни лет назад, а след еще остался, земля будет помнить еще очень долго. Вы странники приходите, чтобы помочь этому миру, вы приходите уберечь нас от этих войн и бедствий. Каждый из вас готов пожертвовать жизнью ради спасения других, а ты готов?

Он смотрел на меня блестящими глазами. Я отвел взгляд.

— Нет, Натаниэль, я не готов и не знаю, буду ли когда-нибудь готов, а сейчас мне пора возвращаться к Заосиму.

Натаниэль криво усмехнулся.

— Иди герой, но запомни мои слова на долго ты здесь не задержишься, лучше отправляйся в путь прямо сейчас.

Я его уже не слушал, всеми мыслями я был уже в кровати, от этих разговоров я, почему то, очень устал. Деревня уже уснула и поэтому я тихо прошёл в дом старосты, лёг на отведённую мне кровать и уснул

Проснулся я рано, с первыми лучами солнца, но в доме уже никто не спал. Был готов завтрак, который дожидался своего часа в горшочках, накрытых полотенцами. Я вышел во двор, чтобы умыться из бочки свежей водой, на скамейке около дома сидел Заосим с какими-то мужиками. Как только я вышел, они все разом вскочили, со своих мест и направились ко мне, только сейчас я заметил, что в руках у них дубинки, ножи и луки с уже наложенными на них стрелами.

— Что здесь происходит? — миролюбиво поинтересовался я, — И зачем вам оружие. Заосим, что здесь происходит?

Заосим молчал, он лишь отвел в сторону взгляд. Вперед вышел мужичек небольшого роста, но достаточно коренастый, с рыжей бородой и такими же рыжими волосами.

— Мы, ваше колдунство, посовещались вчера на вече и решили, что не место вам в нашей деревне и пора вам отправиться отсель, мы вам снеди дадим, не беспокойтесь, даже платы не потребуем.

— И по какой причине вы выгоняете меня из вашего села? Что плохого я вам сделал?

— Ничего вы нам плохого не сделали, но и хорошего мы от вас пока тоже не видели. Только с вашим появлением, куры пропадать стали, и корова у Акрианы издохла.

— Это нечто я кур ворую и коров убиваю? — опешил я.

Толпа загомонила и один детина, закричал во весь голос.

— Может и ты, кур воруешь, кто вам магов знает, а еще ты с эльфом якшался, где-то всю ночь с ним шастали, вот поди кур и крали и из-за курганов пришел. Пошёл вон!!!

Народ его поддержал согласным гулом.

— Хорошо, раз вы так просите, я уйду сегодня. Но я думаю, что я еще вернусь.

— Ну мы то тебя тогда встретим, — детина демонстративно переложил дубинку из одной руки в другой.

Я хотел выхватить эту дубинку при помощи магии, но передумал, нечего нарываться на конфликт.

— Что бы к вечеру духу твоего здесь не было.

Я развернулся и вошел в дом. За спиной я услышал вздох облегчения. Все-таки они очень сильно боялись. Но не воевать, же с ними, в конце концов.

Зайдя в дом меня встретила Зафару, она смотрела на меня печальными глазами.

Извини нас, Антон, просто люди боятся, я-то знаю, что ты не несешь зла. А мужчины — они такие, они всегда всего опасаются, таково у вас в крови, защищать, оберегать.

Я просто махнул рукой.

— Я ни в чем вас не виню, но прошу, лишь собери мне еды в дорогу. Я уйду в Львиноград, а потом куда судьба понесет.

Зафара собрала мне дорожную сумку. Я вложил ей в руки серебряную монету, немного денг в дорогу мне дал Дементий, и ещё два векселя, по его словам, на весьма крупные суммы. Закинув сумку за плечи, я взял свою шпагу, и выйдя из дома отправился к окраине села. Меня ничто здесь больше не держало.

Я шел по дороге, раздумывая что делать дальше. Мыслей в голове было много, но какую из них выбрать? На душе был очень паршиво, одиночество сдавило горло. Я почувствовал себя никчёмным и никому не нужным в этом мире человеком, хотя одному человек я был всё-таки нужен, милой моей Алисе.

Так я шагал уже несколько часов по узенькой дороге, ездят местные в город не очень часто. По дороге мне никто не встречался. Вдруг сзади меня кто-то окрикнул:

— Постой, Антон, — Меня догонял Натаниэль, — можно я пойду с тобой?

На его лице горела улыбка, от которой на душе стало намного светлее, и тоскливые мысли

— Конечно, мне всё равно одному идти скучно, так хоть компания будет, — неожиданно я понял, что тоже улыбаюсь в ответ эльфу.

Некоторое время мы шли молча не говоря. Я первый нарушил тишину.

— Ты был прав. Люди боятся меня..

— Антон, я всегда прав.

Легко рассмеялся эльф.

— Я пойду с тобой в Львиоград, а потом и в школу Цветка. Кстати, скоро будет лес, думаю, там нам стоит остановиться на отдых и у меня для тебя будет сюрприз.

Глава 7

Свернув с дороги, мы направились в лес, в тень деревьев, под их раскидистые ветви и так приятно охлаждающую в летнюю жару тень, денёк действительно выдался одним из жарких жарками на моей памяти в этом мире, а по такой жаре предстояло ещё очень далеко шагать.

— Натаниэль, а почему ты решил мне помочь?

Эльф пожал плечами.

— Не знаю, просто я увидел маленького серенького щеночка, который потерялся и неминуемо погибнет если его не подберёт какая-нибудь сердобольная душа. Считай этой душой меня.

Весело улыбнулся эльф, шурша складками своего плаща и что-то вынимаю из-под него. Плащ на нём был эльфийский и жара ему была не страшна, он даже не вспотел.

— Смотри!

Показал он мне небольшую продолговатую вещь. Вещью оказался кинжал, обычный кинжал, который только может быть. Я, помня уроки своей недолгой жизни в этом мире и пригляделся к нему истинным зрением. Кинжал оказался необычным, в его серой ауре было вплетен какой-то странный узор. Я посмотрел на эльфа вопросительно, и он протянул мне кинжал рукояткой вперёд. Я взял и почувствовал жар, рукоятка была горячей, словно её только что вынули из кузнечного горна. От неожиданности я выронил кинжал, эльф с хохотом его подобрал.

— Это магическое оружие, и может взять его в руку только владелец.

— А в чём выражается ещё его магиченность, кроме как обжигать руки честным людям?

Эльф воткнул кинжал в землю и начал загибать пальцы.

— Во-первых, он не теряет заточку, во-вторых, жжёт он не только воров, а всех, кого ты им кромсаешь, во-вторых он очень и очень острый. На!

Он выдернул из мягкой почвы кинжал и опять протянул его мне, я отрицательно покачал головой.

— Я его перевязал на тебя, теперь он твой, бери скорее, а то он мне руку сейчас сожжёт.

Я взял кинжал и, о, чудо он оказался холодным, как это и подобает стали. Я взвесил его в руке, он казался невесомым.

— Ах, да он ещё и почти ничего не весит, ещё бы, я его столько зачаровывал, сколько сил было потрачено, ужас, да и только. Теперь он твой.

— Щенкам не дарят таких вещей.

— Считай это намордник, только наоборот, чтобы ты укусить мог. А то я что-то сомневаюсь, что ты умеешь владеть своей шпагой.

— Ну почему же? Я учился.

Эльф удивлённо приподнял левую бровь.

— Ты явно непохож на человека, который умеет драться. Я легко распознаю человека, владеющего оружием, и человека взявшего его пару недель назад. Всё ясно по походке, движениям рук, ног, так что я сомневаюсь, что ты продержишься в настоящем бою хоть минуту со своей шпагой. Хотя, надо признать, шпага у тебя неплоха, сразу видно руку хорошего мастера.

Я лишь скрипнул зубами, он во всём был прав. Учился я всего месяц и шпагу я доставал из ножен не пять, а всего три раза. Эльф улыбнулся.

— Доставай, будет шесть.

Я вынул шпагу, эльф тоже достал свой меч, именно меч, длинный и острый. Он достал его из-за спины. Быстрым и изящным движением. Я с интересом посмотрел на меч, кроме внушительной длины у него была ещё внушительная крестообразная гарда.

— Это бастард, очень древний меч, я ношу его уже лет четыреста.

— Четыреста? — я опешил, — Сколько же тебе лет?

Натаниэль не ответил на вопрос, он выставил свой меч вперёд и поклонился. Я повторил его движение. И сразу же после этого эльф бросился на меня. Я не растерялся, отразил первый удар, а через секунду моя шпага уже вылетела у меня из рук и шмякнулась на траву, в нескольких метрах от меня. А Натаниэль с издевательской улыбкой приставил мне к горлу свой клинок, видимо, тоже зачарованный на лёгкость, раз эльф держит его одной рукой почти не напрягаясь.

Натаниэль рассмеялся, потом указал на шпагу, предлагая продолжить спарринг, и спарринг продолжился, но шёл он ровно пятнадцать секунд, пока моя тоненькая шпага снова не оказался лежать на земле, так повторялось раз десять пока я не сдался и не убрал шпагу в ножны. От этого странного спарринга у меня сильно болели пальцы. Дыхание почему-то стало тяжёлым. Натаниэль же, напротив, стоял и улыбался мне ни капли и не вспотев.

— Научи.

— Что? — шутливо изогнулся эльф, вообще по мастерству приподнимания бровей он был мастером.

— Натаниэль, прошу, научи меня фехтовать.

— Так бы сразу, хорошо, считай, что я поддался твоим долгим уговорам, и ты теперь мой ученик.

— Натаниэль, ты же маг?

— Немного. А что?

— Может ты меня научишь магии?

Эльф расхохотался.

— А разве ты не великий волшебник, который пришёл в этот мир дабы с помощью своей огромной магической силы создать новую империю?

Я вспылил.

— Да что же за такое, никакой я не герой, меня просто сюда закинуло, не владею я магией, Дементий вообще сказал, чтобы я своими силами ничего не изучал.

— Дементий рар Диэрос?

— Да, — я посмотрел на эльфа с удивлением, — ты его знаешь?

— Я знавал его раньше. Где ты его видел? Вернее, его призрак? — на лице эльфа была написана крайняя степень удивления.

— В смысле призрак? Когда я с ним разговаривал он был вполне жив и здоров.

— Как давно это было?

Я пожал плечами и посчитал дни.

— Где-то около двух декад, может меньше, за горами, из-за которых я пришёл, он живёт там в лесу. А что? Почему он должен быть мёртв?

— Да потому что он умер лет сорок назад, я лично видел его тело.

Я стоял удивлённо хлопая глазами.

— В последнюю нашу встречу он был вполне жив и здоров, он снарядил меня в дорогу и отправил в школу Цветка, шпагу тоже он дал.

— Вот старый пройдоха, — расхохотался эльф, — А я ведь не верил, что такой могучий волшебник может отравиться настоем белладонны, как же он нас всех провёл. А что он тебе ещё сказал, что делал в этом лесу?

Я нахмурился.

— По его словам, он ждал меня.

— Это уже интереснее, видимо, старый пройдоха что-то знает, а со мной поделиться не захотел, как всегда у него какие-то тайны, интриги и заговоры. Ну ничего, пристрою тебя в школу, сгоняю к этому старому архимагу. Ладно, хватит трепаться, по дороге ещё наговоримся, теперь пойдём, путь лежит неблизкий.

И Натаниэль безупречным движением закинув клинок в ножны за спиной, двинулся в путь. Я пристроился рядом, намереваясь задать его множество вопросов. Но тот как-то так извернул разговор, что больше рассказывал я. О том, как попал в этот мир, об Алисе, о своих приключениях, что выпали на мою долю. Сначала эльф улыбался, потом, когда я дошёл до рассказа о Тутатиссе и мёртвой деревне, нахмурился.

— Это нехорошо, что ты его встретил, слышал я об этом божке, весьма посредственный, силы почти у него нет, я бы может и справился с ним, а ты правильно поступил. А вот про деревню никому не говори, закончишь обучение — мы с тобой туда наведаемся, я что-то о ней никогда не слышал.

Шагали мы до самого вечера, так и не встретив ни одной души. На ночёвку остановились в небольшом лесочке, где развели костёр и устроились на ночёвку. Натаниэль ушёл в лес и через пятнадцать минут принёс в руках держа здоровенного кролика, как он его поймал — для меня оставалась загадкой, никакого стрелкового оружия у него не было. Что за эльф без лука? Может он его бегом догнал, ноги у него длинные, да к тому же маг.

— Силки, балбес, — ответил он мой на невысказанный вопрос.

— А я так и подумал, — отговорился я, но по изогнутой брови понял, что Натаниэль мне не поверил.

Он показал мне, как правильно свежевать зайца и правильно готовить его и уже через час мы наслаждались ароматным жареным мясом, которое буквально таяло во рту.

За день мы отшагали приличное расстояние и поэтому спать мне хотелось жутко, но я спросил у эльфа:

— Как дежурить будем?

Тот на мой вопрос рассмеялся:

— Какой из тебя сторож? У тебя вон глаза уже закрыты, а ты дежурить собрался. Да и зачем тут дежурить, кто нас тут съест? Я, конечно, на всякий случай раскину сторожевую сеть, а то вдруг волки.

И с этими словами он сотворил заклинание. В этот раз я успел перейти на истинное зрение и успел увидеть, как прямо в пространстве появляется какое-то не очень большое плетение, а после во все стороны от Натаниэля, как от паука поползли фиолетовые нити.

— Ну вот и готово, — сказал он и завернувшись в плащ тут же уснул.

Я от него не отставал и уже через минуту присоединился к нему в царстве Морфея, или какого-то другого существа, морфей тут вряд ли существует, это всё же герой земного эпоса.

Проснулся я от болезненного, но не сильного пинка по мягкому месту.

— Ну и спать же ты, — говорил эльф, — вставать давно пара, тренироваться и в путь.

Я сонно хлопал глазами и непонимающе смотрел на своего спутника:

— А кто меня просил тебя тренировать? Теперь давай поднимайся, бери меч и в бой.

Я кое-как сообразив поднялся и начался ад. Через десять минут я уже пожалел о совей просьбе тренировать меня. И не только с мечом, он зачем-то заставил меня отжиматься и выполнять другие спортивные упражнения, но самым болезненными были упражнения на растяжку, как он только не тянул мои руки и ноги, при этом приговаривая:

— Настоящий боец должны быть гибки, а такой мелкий как ты — тем более. Может, конечно, ты вырастишь, ты, вроде ещё молодой, но организм стоит тренировать. И чем раньше ты начнёшь, тем лучше.

А я молчал, плакал, но молчал.

Экзекуция продолжалась час, потом Натаниэль отпустил меня, мы перекусили и поплелись дальше к нашей цели. Дорога становилась всё шире и к ней, то справа, то слева примыкали дорожки поменьше.

Мы шагали к Львинограду, Натаниэль рассказывал мне о Нарийской империи, о королевстве Розотмир и вообще об этом мире от разговора нас отвлёк скрип колёс.

Сзади нас догоняла телега с ехавшим на ней старичком. Надо сказать, что по пути дорога становилась всё шире и более накатаннее. Мой спутник поздоровался с ним, тот ответил:

— Здравствуй, отец, не подкинешь нас до города, а то нам идти и идти, а так всё быстрее будет, мы и заплатим.

Телега поравнялась с нами и остановилась, на нас смотрел старичок, с короткими седыми волосами и гладко выбритым подбородком.

— А что ж не подвезти, добрых людей…хм, и эльфов, садитесь в телегу.

Мы запрыгнули в телегу, побросали на дно её свои сумки и селись на скамью. Говорить опять начал эльф.

— Ты, отец я полагаю военный бывший?

— Военный.

— И долго лямку тянул?

— Да почитай двадцать лет. Да только как колено прострелили мне, так я и бросил войну.

— А зачем в город едешь, на рынок, разбойников не боишься?

Продолжал расспрашивать старика Натаниэль. На последние слова старик лишь усмехнулся.

— Да последнего разбойника тут видели лет двадцать назад, кого тут грабить то, бедно мы живем. А в город езжу я дочку навестить, привет от матери передать. Старуха то у меня не ходит, ноги повредила и слегла, почитай, года четыре уже лежит.

И старик рассказал нам о своей не легкой жизни, много он рассказ и жизнь его выходила не очень и сладкая, но всё же вполне приемлемая, иногда у людей и такой нет.

Рассказал, как в двадцать лет пошел в армию, служил в пехоте. Дослужился уже до сотника, да в одной приграничной стычке покалечился. Вернулся в родные края, с небольшими сбережениями и небольшими надеждами. Приехал поселился в родной деревне, полюбил вдову одну поженились, съехались, а на следующий год у них родилась дочь Варвара.

Родители нарадоваться не могли на дочь и красавица, и умница, и силы большой. И по дому всё умеет и даже с мечем обращаться умеет, отец научил. И росла она, росла и выросла до семнадцати лет и влюбилась. Парень был статный, красивый из семьи богатой.

И пришел добрый молодец, к старику и говорит: «Пришел я просить руки дочери твоей, благословления твоего и согласия твоего» И старому отцу приданное собирать, грустно ему было дочь отпускать в дом чужой, но делать нечего сыграли свадьбу, молодые в город уехали, да там и поселились. Но не прожили они и двух лет, как помер муж красавец от неизвестной болезни.

Погоревала Варя, поплакала, но делать нечего пришлось самой себя кормить, стала она швеёй. Живет-поживает, в небольшом домике с таким же маленьким садиком. Парни к ней сватаются, да всем отказом отвечает, а кто обидеть хочет того она сама приголубить может. Но случилась беда в тот год, когда мать Варвары слегла с ногами поврежденными. Случился пожар в доме Варвары, и не успела она спастись бы, коли не вытащил её случайный прохожий. Но сильно пострадала в огне лицо девушки и теперь она вынуждена носить на лице черную маску. А по лету упала старая мать с копны да сломала обе ноги. Позвали знахаря местного, он кости кое-как срастил, да на место поставить не смог. Сказал, что надо ехать к городскому лекарю.

Приехали они к лекарю, а он им говорит: "Золото давай". Но золота у стариков не было, а то которое было потратили на лечение ожогов дочери. Дочь после тех событий ушла в себя, и пошла в школу меча, отучилась там два года и стала мастером меча, (за два года — это очень быстро, у иных вся жизнь на это уходит) И стала ходить с караванами охраняя их, а деньги которые она зарабатывала отцу отдавала все.

Старик рассказывал эту грустную историю около часа, прерываясь на особо тяжелых местах, чтобы сглотнуть подкативший к горлу ком. Мы с эльфом всё время очень внимательно слушали, не прерывая и не задавая вопросы. Старику видно было не с кем поделиться, после рассказа о свое тяжелой жизни он как бы просветлел, приосанился.

— Спасибо вам, спасибо что выслушали. В наше время чужие проблемы не кому не нужны.

Он смахнул выкатившуюся из глаза скупую мужскую слезу. Эльф улыбнулся.

— Иногда надо выговариваться, что бы полегчало, что бы было лучше. Отец, а звать тебя как? Извини за невежество, меня Натаниэлем зовут, а это вот Антон.

— Меня-то Искреном все кличут. Господа, а вам есть, где остановиться в городе? Если нет, то можете, у дочери моей остановится, за небольшую плату. Я с ней договорюсь, я вижу, вы люди хороши, должно быть при деньгах. Нам каждая копейка поможет

— Спасибо, почтенный Искрен, мы согласны на ваше предложение, — Натаниэль без раздумий принял предложение старика.

На том и порешили, мы отправились в дом Варвары, дочери Искрена.

В город мы приехали лишь ближе к вечеру, почти перед самым закрытием ворот, уплатив дорожный сбор мы въехали в город.

"Всё-таки это средневековье, — подумал я. — хоть и магическое"

Маленькие, узкие улочки, были грязные и пыльные. Люди сновали туда-сюда, мальчишки с разными конвертами и коробками. Дома были построены почти друг на друге, все они были не выше пятого этажа. И в большинстве своем деревянные, с маленькими, натыканными в самых неожиданных местах окнами. Искрен повернул на улицу Горшечников и проехали на улицу Яблоневуб. Чем ближе становилось к центру города, тем становилось чище, так во всех городах, и наших и местных, и чужих, так везде.

Варвара жила на улице Яблонь в небольшом двухэтажном доме, за домом был разбит очень маленький сад, в котором росли две яблони несколько кустов дикой малины. Сам сад был заброшен, порос бурьяном и травой, видимо, никто за ним не ухаживал. Была возле дома небольшая конюшня на три лошади. Искрен загнал телегу во двор, распряг лошадь и повел её в конюшню, пока он отводил лошадь, из дома вышла девушка. Девушка была стройна и высока, имела походку и осанку хищницы, в каждом её движении чувствовалась сила и грация, казалось, что вот-вот она вцепится тебе в глотку. На лице у девушки была полумаска, закрывая почти всё лицо, незакрытым был лишь подбородок и рот, губы у неё были идеальной формы, полные, такие нравятся всем мужчинам. Из-под маски на нас смотрели два настороженных серых глаза.

— Вот она хорошо владеет мечом.

Шепнул мне на самое ухо эльф.

Она выбежала из дома, но остановилась, настороженно смотря на незваных гостей. Было странно увидеть в своем дворе эльфа с длинными серыми, как дорожная пыль волосами и человеческого подростка шестнадцати лет. Говорить опять начал Натаниэль по-видимому он был очень словоохотливым.

— Здравствуйте Варвара, меня зовут Натаниэль, а этого молодого господина зовут Антон Остр.

Она продолжала настороженно смотреть.

— И что вам надо от простой наемницы, я сопровождаю караваны, у вас караван?

— Нет Варвара, у нас нет не каравана, и мы не собираемся вас нанимать, нас пригласил ваш отец.

— Отец, но где тогда он сам?

В это время из конюшни вышел Искрен, радостно улыбаясь и вытирая руки об какую-то ветхую тряпицу.

— Вот он я, доча. Гляжу, ты познакомилась с уважаемыми путниками. Я пригласил их к нам на постой, если ты конечно не будешь против.

— Я не против, но это как-то неожиданно.

Тут свое слово вставил я.

— Мы не стесним вас сильно, и мы готовы заплатить, у нас есть деньги.

Эльф странно зыркнул на меня, а Варвара немного смутилась, глаза под маской как-то странно сверкнули.

— Хорошо, проходите в дом я накормлю вас обедом, вы, наверное, проголодались.

Мы вошли в дом, дом казался внутри очень просторным и в тоже время уютным. Пройдя в столовую, мы сели за простой деревянный стол, Варвара накормила нас прекрасным и очень вкусным супом, напоила чаем на каких-то травах.

Во время обеда больше разговаривали Натаниэль и Искрен, Варвара в разговор вставила лишь пару слов, в остальное время он сверлила меня своими серыми глазами, а я не знал, куда деть свои от смущения.

После обеда девушка показала нам комнату. Комната была одна на двоих. Но в ней стояло две кровати, небольшой столик и сундук в углу.

Мы сложили наши вещи в сундук и улеглись спать, я за эти два дня очень устал, да к тому же дико болели все мышцы, после наших тренировок. Использовать на мне заклинание лечения эльф наотрез отказался, мол мышцы и должны болеть, болят — значит растут.

Поэтому, как только голова коснулась мягкой подушки, я сразу провалился в сон без сновидений.

Глава 8

Утро приносит новые силы и радость жизни, особенно, когда это утро случается в обед и тебе сегодня никуда не нужно спешить, не нужно брести по лесам и полям, а можно просто отдохнуть и поваляться на свежем белье.

Встал я только когда мой организм сказал, что он очень проголодался и, что неплохо было бы закинуть в топку немного чего-нибудь вкусного.

Легко сбежав по лестнице я оказался на первом этаже дома Варвары, где застал и саму хозяйку дома и её отца и весело ухмыляющегося Натаниэля

— Ну и морда у тебя, весь опух со сна. Нельзя столько спать, обед уже.

Сидящий рядом Искрен рассмеялся, Варвара даже не улыбнулась, в ответ из-под маски хмуро смотрели серые глаза. Я в ответ тоже улыбнулся и потянувшись, промурлыкал:

— Зато выспался. Варвара, мне бы перекусить чем-нибудь, а то с голода скоро начну, есть свои сапоги.

Она ответила холодным, не слишком громким голосом.

— Завтрак вы, пропустили, а до обеда еще целый час, поищи чего-нибудь на кухне.

Такого грубого ответа я не ожидал, вопросительно посмотрел на Искрена, тот только развел руками и печально вздохнул.

Я отправился на кухню, нашел там хлеб, соль и всё. Практически сразу умял половину буханки, обильно всё запил водой. Решил прогуляться на улицу.

На улице было ветрено и немного прохладно я решил вернуться в дом. Искрен и Натаниэль что-то обсуждали, в их разговорах мелькали какие-то имена и места, по всему выходило, что говорили они о какой-то войне, которая гремит где-то на краю мира между Вольными Баронами и королевством Асторот. Суть конфликта в том, что королевство решило присоединить разобщённые земли к своим. Но разобщёнными баронства были только на первый взгляд. Сразу, как только Асторот вторгся в земли Баронств и захватил первый замок, как во всех замках баронства начали подниматься боевые стяги и воины начали собираться на войну. Дальше слушать об этой далёкой войне я не стал, меня она не касалась вовсе.

Я сказал эльфу, что ухожу гулять в город, хотел посмотреть на местные достопримечательности. Я прогуливался по улицам старого городка и вслушивался в разговоры местных, говорили в основном о далёкой войне, об урожае картошки, о яблонях, которых в эту зиму погибло несоизмеримо много. Говорили о местном лорде и о его сынке.

Львиноград был не большим городком и всех приезжих здесь сразу примечали и не просто примечали, а даже заинтересовывались. Заинтересовались и мной, проходя через бедный квартал, меня окликнула личность подозрительной наружности.

— Эй ты, парнишка, иди сюда.

— Это вы мне?

Личность сипло заржала

— Тебе-тебе, да не боись иди сюда.

Я подошел, таким образом я оказался в переулке, передо мной стоял грязный и вонючий человек, низкий и широкий, глазки у него были поросячьи, пуговками.

— Ну, подошел, говори, чего надо и я пойду.

Он опять заржал, у меня за спиной тоже раздался смех нескольких глоток. Я повернулся чтобы посмотреть, кто там смеётся и увидел в метре от себя ещё две худощавые, плутоватые фигуры.

— Ты что парень еще не понял? Это ограбление, сымай кошелек и куртку, шпагу тоже сбрасывай, мне она понравилсась. может тогда и выживешь.

Денег я взял с собой не много, золотой и с десяток серебряных, по дороге я купил себе пару пирожков и съел, пока они были горячие. Сейчас я думал, как вывернуться из такой ситуации. Звать на помощь бесполезно, я тут чужой, не поможет никто, если убью их, то посадят, они хоть и разбойники, зато свои разбойники, а я чужой, действовать нужно аккуратно и бескровно. Может Натаниэль мне и помог бы, но его рядом не было. Я взялся за рукоять шпаги.

— Господа, давайте разойдемся миром, я не хочу вас никак калечить.

Разбойники опять заржали, не веря в мои слова. Я печально вздохнул, сами нарвались. Я перешел на истинное зрение осмотрел всех разбойников и не заметив никаких магических предметов, ударил воздушной волной. В это же время вытаскивая из ножен шпагу, я развернулся к двум оставшимся на ногах злодеям, и направив на одного шпагу, а на другого раскрытую ладонь. Разбойники не испугались, а выхватили откуда-то длинные ножи и начали разбегаться, пытаясь окружить меня. В этот момент у меня с ладони сорвался ледяной шип, и он понёсся к одному из бандитов, ударил того в плечо, отбрасывая его на землю.

Второй разбойник в этот момент уже бил ножом мне в лицо, но я легко отскочил и неуклюже парировал его удар шпагой. А после послал в него ещё одну воздушную волну, которая отбросила его на землю, на которой он и утих.

Я убрал шпагу в ножны, радуясь, что применить её практически не пришлось. Отряхнув с рук пыль, я уже собирался покинуть закоулок, как мне в спину что-то ударило. Боль вспышкой ударила в бок, из лёгких выбило остатки воздуха, и я почувствовал, что мой рот наполняется кровью. Её металлический привкус ударил в сознание и в глазах потемнело. Я попробовал повернуться к напавшему на меня, но очередной удар в спину бросил меня на землю. Ноги непослушно подломились. В голове стоял дикий шум, я попытался встать хотя бы на колени, но удар за ударом сыпались на меня.

После третьего или четвёртого удара боли я уже не чувствовал. Мой мозг захлестнула тоска от осознания того, что мне придётся вот так вот умереть в каком-то грязном переулке от рук какого-то грязного бандита. Вот так вот думал я, истекая кровью.

«Дементий ошибся, никакой я не герой, — мелькнула в голове последняя мысль, а потом всё угасло.»

Раздался стук в дверь, кто-то стучал настойчиво и громко. Натаниэль решил, что это Антон.

— Пойду, открою и пущу его в дом, наверное, нагулялся. Весь день не было.

Вместе с эльфом пошла и Варвара. Когда же они отворили дверь на пороге стоял совсем не Антон, а несколько бородатых и хмурых мужиков, в доспехах, он бросил на эльфа виноватый взгляд. Натаниэль встревожился.

— Что-то случилось, господа? Зачем вы пришли?

В сердце Натаниэля начал заползать опасный холодок.

— Уважаемый эльф, мы не знали, куда еще пойти, решили сообщить вам, ваш попутчик, с которым вы въехали в город умер. Его убили полчаса назад в одном из переулков.

Мужчина виновато крутил шляпу в руках, его глаза были опущены в пол, его товарище тоже не смотрели на эльфа

— Кто!?

Голос эльфа сорвался на крик, бородачи отшатнулись, а главный из них с тревогой глянул на Натаниэля.

— Полчаса назад, мы нашли его тело в квартале могильщиков, в одном из переулков, мы проводили обход, и увидели лежащие на земле тело, у него было несколько ран на спине и на боку, он истек кровью.

— Мне нужно видеть его тело, отведите меня, куда его отвезли?

— Он здесь, в карете, про…

Стражник не успел договорить, его с нечеловеческой силой откинули, а мимо пронеслась тень. Дверь в карету открылась, эльф залез во внутрь. Внутри лежало тело в одной рубашке, вся рубашка была пропитана кровью, лицо у мальчика, лежащего в карете, было совсем бледным обескровленным, но он был жив, никто этого не видел и не мог увидеть кроме эльфа, он подхватил юношу и понёс его в дом.

— Варвара, стол!

Стражники стояли открыв рот и вытаращив глаза, они думали, что эльф от горя сошел с ума. Но мешать ему не стали, лишь вошли следом за ним, наблюдая за его действиями, он сбросил всё со стола, водрузил на него тело, именно тело никто не видел в нём признаков жизни. Был он холодным, кожа отливала покойной синевой. Старый Искрен хотел остановить эльфа, который уже разрывал рубашку на парне.

— Натаниэль, он мёртв и никакое чудо не вернет его к жизни, даже боги тут бессильны.

Но эльф ничего не ответил, он положил на раны Антона свои руки и его начало трясти, его тело начало изгибаться дугой, из горла вырывался хрип, какие-то нечленораздельные звуки. но рук он не отнимал, он всё вливал и вливал энергию в заклинание и в тело мальчика. Это была магия, очень древняя магия, в этом мире такое сотворить могли очень немногие маги, а эльф мог, он пытался воскресить Антона. Раны на теле заросли, теперь на их месте остались лишь тонкие, белые шрамы. Внезапно Натаниэля отбросило от тела юноши, он спиной ударился об стену, упал на пол, но тут же вскочил, кинулся обратно, опять накладывая свои ладони на мальчика.

Все присутствующие увидели, как изменилось лицо выходца из эльфийских лесов. Черты его заострились, под глазами залегли большие тёмные круги. И фигура его изменилась, тело его стало сутулым и чересчур тонким. Эльф вскрикнул в последний раз и осел на пол,

Все присутствующие не шевелились, все были шокированы. Стражники делали отгораживающие жесты, Варвара подошла к эльфу потрогала его шею, он был жив. Когда она повернулась к Антону, то на неё смотрели мутные, полуоткрытые глаза, живые глаза. Но через мгновение глаза закрылись. Антон тяжело дышал, грудь его с каждым вдохом ходила ходуном. Через мгновение он уже спал.

Глава 9

Обычно просыпаться — это неплохо, но сейчас мне было очень плохо. Моё сознание пришло в себя, а вместе с сознанием ко мне пришла боль. Болело всё тело, каждый орган, волосок, клеточка. Где-то в районе спины я чувствовал пульсацию, словно каждую секунду кто-то тыкал меня раскалённым жгутом чуть ниже лопаток. Я лежал с закрытыми глазами и не мог вспомнить, что же со мной произошло и где я вообще нахожусь. Внезапно пришла мысль, что я опаздываю в школу.

«Какую ещё школу? — пришла следующая мысль, — школ тут нет».

Память вернулась одним рывком, и я всё вспомнил. Боль всё нарастала, и я до скрежета сжал зубы, чтобы не застонать. Попробовал открыть глаза, веки были свинцовыми, невозможно тяжёлыми, но всё же преодолев их сопротивление я распахнул их. Мне в глаза ударил яркий дневной свет, на мгновение ослепивший меня. Спустя несколько долгих мгновений зрение вернулось, и я понял, что нахожусь в той же комнате, из которой я ушёл утром на прогулку по Львиноград, в доме Варвары.

Прямо передо мной весело изогнув и улыбаясь во все зубы сидел Натаниэль. Его ясные глаза были полны радости.

— Антон ты меня слышишь? — спросил он серьёзно, — если да, то кивни или хотя бы моргни.

Я попробовал моргнуть, но как только я закрыл глаза, сознание моё снова рухнула в небытие.

Вторая попытка вышла более удачной. Я проснулся и сразу открыл глаза, боли почти не было, лишь где-то вдоль позвоночника ползали иногда лёгкие всплески боли. В этот раз в комнате возле меня никого не было, немного полежав я решил сесть. Получилось это у меня со второй попытки. Первый раз я рывком поднялся и в этот момент вся обстановка вокруг опрокинулась и закружилась вокруг меня, стена ударила в лицо, а потолок оказался где-то за спиной.

Вторую попытку сесть я предпринял минут через двадцать, в этот раз я действовал более осторожно и медленно. Головокружение никуда не пропало, но было всё же не таким сильным. Я сидел в кровати, комната тихонечко кружилась, и чтобы хоть как-нибудь притормозить этот процесс я прикрыл веки.

В это время тихонечко скрипнула дверь, раздался тихий вскрик, потом тихий голос Варвары нарушил висевшую в комнате тишину.

— Антон, ляг на место, ты ещё слишком слаб, чтобы вставать.

После этого она быстрыми шагами удалилась из комнаты, а я последовал её совету и опустился на мягкую подушку, вращение сразу прекратилось. Через минуту в комнату вихрем влетел Натаниэль. Был он чрезвычайно весел.

— Проснулся! — воскликнул он и опустился возле меня на табурет, — дай посмотрю.

Он прищурившись посмотрел на меня и довольно кивнул.

— Почти здоров, — вынес он вердикт, — только очень ослаб, ну ничего, за пару дней я тебя на ноги поставлю, станешь лучше, чем был. Ты очень напугал меня, Антон, в какой-то момент мне показалось, что этот мир потерял тебя навсегда, но ты ему нужен, Антон и просто так ты его не покинешь. Мне пришлось приложить немало усилий для того, чтобы вернуть тебя к жизни. Но в этом есть и твоя заслуга, твоя душа невероятно сильная.

Я смотрел на своего спасителя и не понимал:

— Зачем?

— Что зачем?

— Зачем ты это делаешь, зачем помогаешь мне?

— Антон, я помогаю тебе, потому что так хочет моя душа, потому что ты нужен Миру.

— Натаниэль, а если Миру нужен не я? А та что пришла со мной, а я просто приблуда, довесок к ней?

— Пусть даже и так, но почему я не могу помочь тебе просто так? Может, я этого хочу. Хватит спорить, тебе нужно выпить бульон и как можно быстрее поправляться, мы слишком долго здесь задержались.

— Натаниэль мы успеем, до поступления в академию еще четыре месяца, мы успеем.

Он иронично приподнял бровь, что-то тихонько пробормотал себе под нос. Но вслух повторять не стал, лишь положил руку мне не плечо:

— Отдыхай, Варвара поможет тебе поесть, потом ложись спать, — он поднялся и направился к выходу.

— Спасибо, — тихонько сказал я ему в спину.

Эльф повернулся ко мне, ехидно улыбнулся.

— Обращайся, я для того и пошел с тобой что бы спасти твою шкуру.

Суп был вкусный, куриный. Варвара по-прежнему неразговорчива, на вопросы отвечала не охотно, сама разговор никогда не начинала.

Уже неделя прошла после моего пробуждения — я ел и спал, ел и спал, ел очень много и очень часто, ослабленный организм требовал очень много энергии и топлива для восстановления. В бессознательном положении, как выяснилось, я пролежал два месяца, когда я об этом узнал, то был удивлён.

Из Варвары мне всё же удалось узнать историю моего спасения, после этого на Натаниэля я стал смотреть с уважением, но тот лишь недовольно морщился и ничего не хотел говорить на этот счёт. Он воскресил меня из мёртвых, а сам после своего волшебства две недели лежал, пластом, чуть дыша. За нами обоими ухаживала Варвара, но эльф скоро оклемался, а я продолжил лежать, пускать слюни и ходить под себя. В это время мой спаситель решил очень много важных дел — он нашел тех преступников и наказал, правда об этом никто не знает, кроме всего города, но у стражей порядка вопросов к эльфу не оказалось, как и доказательств, что это сделал он.

По слухам, что дошли до меня, поступил эльф с бандитами очень жестоко, так жестоко, что все представители тёмной профессии во всём Львинограде забились в углы и дрожали как мыши.

Потом проснулся я и уже через неделю, я начал потихоньку вставать и сам стал ходить сначала по комнате потом по дому, на улицу меня ещё не отпускали. А на улице была зима, тонким пушистым слоем лежал свежий снежок, вода во всех городских улочка покрылась тонкой корочкой льда. Меня лихорадило ещё целый месяц, постоянно держалась температура, Натаниэль сказал, что этот побочный эффект со временем пройдёт.

Через два месяца должен был начаться прием в магическую академию и нам уже надо было спешить. Разговорчивый Натаниэль договорился с одним караванщиком и через неделю нам предстояло отправляться. Варвара подрядилась в этот караван в виде наёмницы.

Караван должен дойти прямо до столицы, ехать мне предстояло не на лошади, а в одной из телег, эльф договорился с караванщиком, мужиком лет сорока. Мужик этот был маленький, приземистый и чернявый, с большими и круглыми как блюдца чёрными глазами, в которых постоянно проскакивали какие-то хитрые мысли. Глазки его постоянно бегали и искали, что бы такое купить подешевле или как ухватить, и продать подороже.

Как только мы прибыли к месту сбора, хозяин каравана сразу бросился к Натаниэлю, уважительно здороваясь и расшаркивая перед ним, мне он тоже уделил внимание, обозвав при этом молодым спутником многомудрого и не менее уважаемого Натаниэля Солнечного. Но когда караванщик назвал его Солнечным, эльф недовольно поморщился и проворчал что-то о прошлом, которое уже к нему давно не относится, и вообще он это не совсем и вообще всё это брехня.

На наёмницу же купец Тарик не обратил совсем никого внимания. Нам предоставили небольшую телегу, в которую были впряжены две понурые лошадки, которыми правил грузный мужичок в забавной широкополой шляпе. Варваре предстояло двигаться на лошади.

Я сразу забрался в телегу и укутавшись в одеяло и медвежью шкуру сел прислонившись спиной к бортику, я до сих пор чувствовал себя не очень хорошо. Натаниэль тоже сидел рядом, но он не кутался в одеяло, а спокойно сидел в лёгкой куртке, по нему было видно, что он не чувствует никакого дискомфорта, хотя на улице было не так уж и тепло, дул порывистый и холодный ветер, иногда из низких облаков падал снег.

— Натаниэль

Двигались мы уже третьи сутки, останавливаясь на постоялых дворах. Нас с эльфом никто не трогал, все, кто ехал с нами в караване постоянно что-то делали и чем-то занимались, мы же с Натаниэлем занимались своими делами — в основном тренировались со шпагами и разговаривали о магии и об истории.

На четвертый день начались проблемы. Часов в шесть вечера, было уже достаточно темно, мы двигались к постоялому двору, который должен бы находиться впереди в паре километров, до постоялого двора мы так и не добрались. Во время нашего неспешного движения из небес внезапной плотной стеной посыпал крупными хлопьями. За десять минут снег стал сыпать так густо, что не было ничего видно, где-то в облаках волчицей выл ветер.

Тарас принял решение остановиться на ночёвку и переждать метель. Мы остановились и стали сгонять коней в кучу, выставляя телеги вкруг. Мы с Натаниэлем спрыгнули со своей телеги и стали ставить свою палатку, но внезапно эльф замер. Он начал вращать головой, словно что-то выискивая в этой снежной круговерти.

На самом деле, как мне объяснил Натаниэль, снег в этих краях явление не постоянное и то, что происходило сейчас было очень странным. Возле предгорий он ещё выпадает, но долго не лежит, всё-таки страна достаточно южная страна. И судя по всему этот снежный буран был магического происхождения.

Натаниэль озирался, а когда снег начал валить ещё сильнее он подорвался и кинулся бегом к Тарасу. Они отошли в сторону, и эльф начал ему что-то объяснять, в это время я услышал ржание лошадей. Ржали не наши лошади, наши были совсем с другой стороны, и поэтому я решил проверить, вдруг это одна из лошадей убежала.

Отойдя от кольца каравана на сорок шагов, мне открылась удивительная картина, там, где должен быть сорок пятый сорок шестой шаг, граница метели обрывалась, и предо мной открывалась странная картина. В ночном небе ярко мерцали звёзды, вокруг была тишина и благодать, а у меня за спиной бушевала буря.

Слева от меня вновь раздалось ржание коня. Я обернулся и ошеломлённо замер, к каравану направлялись вооруженные люди около трёх десятков, все бородатые с заросшими лицами, меня они заметили не сразу, а когда уже кинулись за мной, то я уже вновь вбежал в метель, оповещая всех об опасности

Но когда я подбежал к каравану, то все были уже полностью готовы, все люди достали оружие, щиты и надели кольчуги, некоторые были в доспехах. Один Натаниэль бегал по уже вытоптанной площадке и что-то искал в фургонах и телегах. Я понял.

— Натаниэль, я тут, с той стороны двигается отряд вооруженных людей, все они верхом. Их около тридцати человек.

Эльф смотрел на меня опешившими глазами. В глазах его взметнулись странные искры.

— Как ты вышел за оградительный круг и как вернулся обратно? Я пробовал, у меня ничего не получилось у них очень сильный артефакт. Может из-за того, что ты иномирец? Ладно, это не так важно.

— Натаниэль, их много и они злы.

Вдруг мою голову пронзила резкая боль, я упал на землю и застонал. Вместе со мной упало ещё человек десять из всей охраны купца, я почувствовал, как над поляной было сформировано заклинание. Заклинание ударило лишь по тем, у кого были слишком слабые защитные амулеты или их не было вовсе. У меня не было. Натаниэль положил на моё плечо руку и мне значительно полегчало. Его серьёзные глаза смотрели прямо куда-то во внутрь меня, туда от куда зарождался страх, мне действительно было страшно, я боялся повторения этой боли, я боялся неизвестных людей.

— Не бойся, это вражеский маг пытается давить на психику, он силён, но ты сильнее, ты человек другого мира ты должен быть сильным, ты должен сказать, руки прочь от меня.

Я просипел резко пропавшим голосом.

— Я сильнее, руки прочь от меня.

И это помогло — наваждение пропало, ужас, что пронзил мою голову отступил и разум резко прояснился, перед глазами встала картина боя. Горели костры, а через телеги прыгали конные и пешие воины, они пытались бить с наскока, но и караванщики смогли дать отпор разбойникам, то тут то там слышались крики раненных и врагов. Я вскочил, вытаскивая из ножен свою шпагу, в другой же я держал подаренный эльфом кинжал.

В нескольких метрах от меня огромный детина с топором в обеих руках лютовал, от него отбивалось сразу двое караванщиков. Вот один упал замертво, у него не получилось отразить удар и огромный топор с противным хрустом вошёл ему в грудь. В уже мёртвом человеке я узнал нашего возницу.

Эльф же уже был с луком в руках, тетива звенела, жужжала и потрескивала, воздух был теплый и тяжелый от пролитой крови, было видно, что караван не отбить уже никак, ну что может двадцать человек против сорока.

С врагами был маг, который не так уж и часто, но всё же применял боевые заклинания. Сначала я принял его за простого разбойника, но, когда он ударил в грудь одного из охранников купца огненным мечом, я понял, что это мой клиент.

Когда я приблизился, то он обернулся ко мне своим ужасным звероподобным лицом, в глазах его горела ярость боя, он не контролировал свои движения, он был похож на легендарных берсерков, впадавших в боевое безумие. Он оскалился и кинулся на меня, пытаясь достать меня своим мечом. От этого удара я увернулся и попытался ему ответить, но разбойник подставил под удар моей шпаги свой меч и ударил меня в грудь ногой. Воздух из лёгких вышибло, я упал на спину и с обречённостью стал наблюдаться, как по мне приближается смерть.

Волшебник взревел и уже занёс руку для удара, но прямо за миг до того, как его нанести дернул руку в сторону отражая чей-то удар. Клинки сталкивались, выбивая снопы искры, бой был прямо над моим бедным исколотым, побитым и истоптанным телом. За меня дралась женщина, Варвара, я узнал её, по повязке, которую она никогда не снимала. Девушка металась по поляне как хищница, мечи то и дело сталкивались, я как можно сильнее желал, чтобы девушка победила этого громадного бойца, но силы были слишком не равны. Из груди разбойника то и дело вырывались огненные стрелы, от которых девушка очень ловко уворачивалась, но длиться это будет не бесконечно. Девушка двигалась всё медленней и тяжелей, но и враг тоже стал понемногу выдыхаться. Уже было слышно его хриплое дыхание.

Вокруг же бой уже заканчивался, звон мечей и сабель доносился всё реже, был слышен лишь звон тетивы и крики умирающих людей. Натаниэль стрелял без промаха и усталости, пока не кончились стрелы, тогда он выхватил меч и помчался на оставшихся в живых разбойников, их было семеро, вместе с магом. Караванщиков было четверо, они из последних сил отбивались от бандитов.

Тарас стоял ближе всех ко мне, с левой руки у него капала кровь, кафтан на груди тоже был разорван и окрашен тёмной кровью. Эльф бросил бесполезный лук выхватил из-за плеча свой меч и бросился на помощь караванщикам, он врубился в схватку яростно и беспощадно. Атаман разбойников и один из его помощников бросились на эльфа.

Сталь зазвенела с новой силой, выбивая снопы искр, они сталкивались и расходились. Первым упал помощник главаря, с пронзенной грудью он рухнула снег и начал истекать кровью, эльф не смог убить его поэтому смерть ему предстояла жуткая и мучительная. Атаман и эльф бились долго, но помощь внезапно пришла со стороны один из помощников Тараса кинулся на врага со спины и ударил клинком под ребро, тут же героя ударили сбоку один из разбойников, но караванщик вместе скупцами улучили момент и смогли добить врагов.

Натаниэль кинулся на помощь Варваре, но как только он приблизился в него полетело огненное копьё, которое ударило эльфа прямо в грудь. Удар никаким образом не подействовал на него, лишь на мгновение вокруг Натаниэля вспыхнуло розовое сияние и тут же пропало. Он тут же кинулся на врага с поднятым мечем. Враг продолжал наносить удары, бить магией, но против двух противников было слишком сложно сражаться, он рычал, пытался отбиваться, но клинок его опускался всё ниже к земле, огненные стрелы он больше не выпускал, последние его силы ушли на поддержание магического щита, который начал полыхать своим розовым светом очень часто. И неожиданно меч Варвары пронзил тускло блеснувшее марево и вонзился в бок разбойника, в этот же момент свой удар нанёс Натаниэль, пронзая горло врага. Несколько мгновений маг стоял, растерянно смотря на своих противников, нанёсших такой подлый удар, из его ран толчками выливалась красно-рубиновая кровь и уже через мгновение он рухнул. Эльф подошел к сражённому, и попинал его ногой в бок.

— Здоровый был, ели завалили. Вставай чего разлегся, герой. Чего ты на него кинулся самоучка недоученный? Думал справиться с могучим воином и сильным магом?

Эльф недовольно качал головой, смотря на меня с укором. В это время к нам прихромал Тарас.

— Раненных разбойников не осталось, а вот у нас многие при смерти. Уважаемый Натаниэль, прошу вас о помощи, — прижимая кровоточащую рану, подошёл к нам Тарас.

Эльф лишь покачал головой.

— Я с некоторых пор не могу использовать магию в полную силу, уважаемый Тарас. Я лишь могу помочь с перевязкой и обработкой ран.

Я же остался лежать там, где и прилег после могучего удара в грудь, но потихоньку, и я начал оживать, боль потихоньку проходила. Я перешел на истинное зрение и ахнул, в том месте где должны были находиться рёбра, было темно бардовое пятно, всю грудь заливал, огромный синяк, но рёбра вроде бы ребра выдержали могучий удар, правда одно треснуло, но оно уже начало зарастать, видимо эльф посодействовал.

С кряхтением встав я пошел помогать остальным, все стаскивали в кучу трупы, перед этим обыскивая их, меня от количества пролитой крови воротило, тошнота подкатывала к горлу, но в последний момент я сдерживал себя и обед оставался внутри меня.

Натаниэль всю ночь занимался раненными, выжило всего двенадцать человек, трое из них были не в состоянии двигаться самостоятельно и поэтому их погрузили на телеги, и мы двинулись к ближайшей деревне, благо метель стихла во время боя. В деревне нас встретили взволнованные жители, они слышали о разбойниках, которые грабили караваны, убивая всех на своем пути. Однажды они пытались ограбить и деревню, но крестьяне смогли прогнать их пристрелив из луков троих из них, главарь обещал вернуться и отмстить. Эльф рассказал, что с разбойниками покончено и их тела можно найти в двух часах пути от деревни. Жители очень обрадовались и стали предлагать помощь, от который мы отказываться не стали. Мы разместили тяжелораненых по деревенским семьям, что бы он и несколько дней поухаживали за ними. Мы решили передохнуть эти дни в деревне. Всё время это мы обильно питались и спали, восстанавливая силы после тяжелой битвы.

Я же за эти дни осознал, что воин и маг пока из меня никакой, и стараться победить кого-нибудь в реальном бою мне пока не стоит, но только пока. Нужно обязательно учиться, в последнее время со мной часто находилась Варвара, видимо эльф попросил.

Иногда я замечал на себе заинтересованный взгляд девушки, который она сразу же отводила.

Глава 10

Пока Антон восстанавливал свои силы после сражения с разбойниками, Алиса уже некоторое время была в столице и готовилась к поступлению в магическую школу. Зима в Розотмире была мягкой и короткой, вступительные экзамены были назначены как раз на конец зимы, начало весны.

У Захарии Алиса прожила три месяца, обучаясь мелким магическим манипуляциям, заклинаниям лечения, истории этого мира, письмо и ещё много чему. Так что уже через два месяца по Алисе уже нельзя было сказать, что она появилась здесь из другого мира, по ней даже нельзя было сказать, что она из другой страны. Женщина сказал, что у девушки хорошие целительские задатки и большой магический потенциал, поэтому Захария посоветовала поступать в магическую школу, ближайшая из которых находилась в Розотмире, школа Цветка.

Со знанием нескольких магических плетений Алиса будет желанной ученицей любой школы, а если взглянуть на её магический потенциал, то и подавно, да многие факультеты передерутся за право обучать её.

Самым сложным плетением, которому научила девушку Захария, было плетение среднего исцеления, на создания этого заклинания у неё уходило минут пятнадцать, самым простым — магический свет, который она создавала за десять секунд, а поддерживать это заклинание она могла столько, сколько нужно, энергия восстанавливалась быстрее, чем тратилась

Алиса быстро оценила эффективность заклинаний и плетений, относительно своих магических манипуляций, у плетений было множество плюсов — расход энергии, скорость и простота их использования. При использовании магии с помощью только своей воли, из мага выходила только сырая сила, которая могла просто выжечь мага или объект его воздействия. Захария была хорошей учительницей, а Алиса хорошей ученицей, но из-за того, что Захария была не очень сильна — научить многому девушку она не могла, да и не имела права обучать её каким-либо заклинанием, она всего лишь маг-целитель в маленькой деревушке.

Поэтому спустя три месяца, когда девушка неплохо усвоила данные женщиной уроки, Захария дала часть накопленных ею денег девушке, пару платьев и посадив её на телегу, едущих в город крестьян, отправила её в столицу.

Дрога до столицы заняла десять дней, за эти дни Алиса пыталась множество раз связаться с Антоном, но у неё ничего не выходило, и она начинала всё больше и больше волноваться за своего молодого человека.

Иногда ей казалось, что слабая связь устанавливается, и она чувствовала что-то, казалось, что вот-вот она свяжется с ним, но он каждый раз ускользал из рук, словно мокрая рыбёшка.

По приезде в Розотмир Алиса сняла небольшую комнату у одной старушки на окраине города. Комната обошлась не очень дорого, потому что в плату входила так же помощь хозяйке по дому. Алиса готовила еду, убиралась пару раз в неделю и ходила на рынок за свежими продуктами.

В городе Алиса прекратила практические занятия магией и очень плотно занялась теорией, в Розотмире была своя городская библиотека, в которой можно было сидеть до самой ночи и брать абсолютно любые книги, при этом библиотека была бесплатной. Поэтому Алиса практически целыми днями сидела в библиотеке зачитываясь книгами по истории и теории магии, географии, алхимии и травоведению, не обходила стороной она и другие книги — местная беллетристика была не такой многоликой, как земная, но тем не менее, выбрать книжку можно было почти на любой вкус.

В один из дней, девушка как всегда засиделась допоздна в библиотеке и практически уже в темноте пробиралась на окраину города на свою квартиру. Алиса старалась двигаться освещёнными улицами, слухи о пропавших в ночи красотках появлялись достаточно часто, но девушка не боялась бандитов, потому что всегда наготове держала боевое заклинание, которому её научила Захария.

Проходя по одной из улиц, внезапно до тонкого слуха Алисы донёсся сдавленный крик. Девушка не раздумывая бросилась в тёмный переулок, из которого исходила какая-то возня и крики.

Перед Алисой предстала страшная картина. В тёмном переулке три огромные мужских фигуры окружили молодую девушку, которая до последнего не сдавалась, а размахивала перед собой тонким ножом, который был похож скорее на игрушку, чем на боевое оружие.

— Что здесь происходит, и кто вы такие? — спросила Алиса, скрещивая руки на груди.

Громилы от неожиданности вздрогнули и двое из них резко обернулись. Но увидев перед собой небольшую девушку лет шестнадцати, глумливо заулыбались.

— Зря ты красавица в не в свое дело лезешь. Придётся и тебя почикать, — один из разбойников покрутил в руках коротким клинком, — Щербатый хватай её!

К девушке проворно бросился один из громил. Но Алиса была уже в полной боевой готовности, а ещё в полной готовности было боевое заклинание. Девушка начала напитывать плетение силой и тут все в подворотне почувствовали, как температура в переулке падает. Щербатый почувствовал это и в неуверенности остановился.

— Не подходи ко мне, грязное животное, а то ты пожалеешь.

— Щербатый, что ты с ней возишься, в охапку и сюда тащи, — опять рявкнул главарь.

В этот момент прямо перед Алисой появилась огромная ледяная сосулька, которая тут же сорвалась с места и помчалась к Щербатому, протыкая тому ногу, убивать девушка не была готова. Щербатой дико завыл, и запрокинулся на спину.

— Магиня, госпожа магиня, не убивай, пожалуйста, не убивай, — испуганно кричал мужчина, меч он уже отбросил в сторону.

На эти крики обернулись его напарники, занятые до этого зажатой в угол девушкой. Разбойники шокировано смотрели на девушку и на своего напарника, валяющегося в раскисшей луже. Внезапно главарь банды поудобнее перехватил свой меч и кинулся к Алисе, на ходу скаля пасть в злобной и устрашающей гримасе. Пробежал он не больше трёх шагов, как тут же упал рядом со своим страдающим напарником точно так же пронзённый огромной сосулькой, но на этот раз в другую ногу. Третий представитель ночной профессии поступил более разумно, он бросил свой клинок на землю и встал на колени, понуро опустив голову.

— Убирайся отсюда и прихвати своих дружков.

Сказала Алиса, осторожно обходя отползающих от неё в ужасе бандитов. Она подошла к девушке, вжавшейся в угол, по щекам у неё бежали слёзы.

— Зря ты это сделала, девчонка, мы ещё встретимся, тогда я буду готов, — прохрипел поверженный главарь и опираясь на своего подельника поспешил из проулка.

Но Алиса уже не слышала слов разбойника, она уже сидела около девушки, которая рыдала сидя на земле, обхватив колени руками.

Алиса подошла к ней, опустилась рядом, обхватило девушку за плечи, и тоже заплакала. Ещё недавно она была простой школьницей, которая жила с папой и мамой, никаких разбойников и бандитов она не знала и никогда не видела, а тут ей пришлось столкнуться с настоящим ужасом. Девушку трясло от страха и от тоски, она впервые поняла, как соскучилась по дому и по Антону. Она была напугана, и она была одна в этом городе, но она держалась.

Помогала справляться ей мысль о том, что где-то в этом мире есть её любимый человек, которого нужно найти во что бы то ни стало.

Прошло еще полчаса, когда обе девушки выплакались, и адреналин уже бесследно растворился в крови. Алиса смотрела на незнакомку, красивую, очень статную девушку примерно её возраста.

Пошли ко мне, — наконец сказала Алиса — я тебя чаем напою и приведем твое платье в порядок.

Незнакомка осмотрела свое изорванное в нескольких местах платье и кивнула.

До дома Алисы они дошли достаточно быстро, по пути они познакомились, и девушка рассказала, как оказалась в такое время и в таком месте.

Звали её Веста. Была девушка невероятно привлекательна, даже заплаканная и в порванном в нескольких местах платье. Густые светлого, почти медового, цвета волосы толстыми косами сбегали у неё по плечам и ложились на грудь. Ростом она была не очень высокая, но с идеальной фигурой — тонкой осиной талией и большой полной грудью. Глаза у девушки были светло-голубые, как небо в ясный день. Живи она в нашем мире, то легко бы стала супермоделью.

В это мире Веста Орист была дочерью успешного купца Еремия Ориста, который был известен не только в Розотмире, но и далеко за его пределами. На улочке, где её обнаружила Алиса, девушка очутилась странным образом, она ехала со званного ужина одного из купцов и внезапно её карета остановилась так и не доехав до нужного места. Снаружи послышалась возня и приглушённые голоса, звон оружия. Купеческая дочка поняла, что-то то не в порядке и поэтому выскочила из кареты и побежала.

Преследователи кинулись за ней и гнались минут десять, но девушка быстро начала выдыхаться, а ещё подвернула ногу, так что в конце концов её зажали в тёмном переулке и уже хотели убить, но потом появилась Алиса.

Во время слов про вывернутую ногу Алиса остановилась и сконцентрировавшись сплела заклинание малого исцеления и применила к девушке.

Та лишь охнула от внезапного прилива сил. И ещё немного ускорив шаг дошли до дома девушки. Отперев дверь ключом, который девушке выдала хозяйка, девушки поднялись на второй этаж в комнату Алисы.

Платье Весты было сильно испорчено, было видно, что девушка несколько раз падал, путаясь в нём, а потом сообразила отрезать у него подол своим кинжалом, который она взяла перед тем как бежать в карете, поэтому Алиса дала ей одно из своих платьев. Пока девушка переодевалась, Алиса отправилась за чаем на кухню, когда же она вернулась, то перед ней предстала Веста. Платье девушке было маловато в груди, поэтому ткань напряглась обрисовывая её шикарные формы. Алиса бросила оценивающий взгляд на фигуру девушки, от чего та густо покраснела.

— Ты прекрасно выглядишь, — улыбнулась Алиса, — просто топ-подель, тебе очень идёт это платье.

— Топ-кто? — переспросила Веста удивлённо хлопая глазами.

— Ой, не важно, — махнула девушка рукой, — давай лучше чай пить.

Они попили чаю и немного перекусили, женщины всегда стараются заесть стресс. Им предстоял серьезный разговор. Слово взяла сама пострадавшая.

— Алиса, я очень благодарна тебе за спасение, это были люди Яна ро Сангланта, графа который хочет отобрать все богатства у моего отца и хотел захватить меня в плен, чтобы воздействовать с помощью меня на отца. Ян очень жестокий и злой человек, он лично участвовал в нескольких военных компаниях. И мне рассказывали, что он лично убивал детей и женщин, своим мечом.

Она ненадолго остановилась, чтобы глотнуть чая.

— Тебе лучше поехать со мной к моему отцу, тут тебе оставаться слишком опасно, они могут найти тебя здесь. Отец сможет тебя защитить. Да и такая девушка как ты должна жить в лучшем месте, чем это, — она обвела глазами обстановку комнаты, — Ты будешь моей сестрой, тем более я очень тебе обязана тебе за мое спасение.

Алиса была удивлена таким предложение и поэтому не нашлась что ответить.

— Я не знаю, это всё слишком неожиданно и не очень удобно. Тем более я могу за себя постоять, ты же видела.

Веста усмехнулась.

— Магов, закончивших школу убивают, застав врасплох, а ты, мне кажется, ещё не имеешь магического диплома. Да и нет здесь ничего не удобного, дом у нас большой, лишнюю комнату мы найдём всегда, а отец будет рад поблагодарить спасительницу своей дочери.

— Веста, сейчас уже поздно для таких решений, утро вечера мудренее, давай спать.

— Интересная пословица, у нас есть другая «Ночь — засоня, день — думоня». А твоей пословицы. я не разу не слышала, откуда она?

— Эта пословица с моей родины, она очень далеко отсюда.

На этих словах она погасила свечку, и они легли спать, Алиса на небольшой кушетке, а Веста на узкой кровати Алисы.

Утром их разбудил Хенген, запустив свои первые лучи прямо в лицо Весты. Девушка всегда была легка на подъем, и легко поднявшись с постели, она вышла из комнаты. Алису разбудил запах блинчиков и горячего чая на травах.

— Наконец-то ты проснулась, — Алису встретило улыбающейся Весты, — Ты снимаешь комнату у очень хорошей женщины. Она разрешила мне воспользоваться плитой и дала трав для чая. Будет очень жаль расставаться с такой милой женщиной.

— Почему расставаться?

— Ты что ничего не помнишь? — она широко распахнула свои небесно-голубые глаза, — Мы же едем ко мне домой. Как можно быть такой забывчивой. Ты же не хочешь подвергать бедную старушку опасностям?

Алиса не помнила, что принимала вчера какое-то решение, но решила не спорить с девушкой, а хорошо всё взвесив, решила съездить и поговорить с её отцом, тем более Весту надо проводить, а там уже как судьба выведет.

— Вкусные блинчики, я думала, что девушки из богатых домов не умеют готовить.

— Большинство и не умеют, мне просто нравится что-то делать по дому, убирать, готовить, шить.

— Понятно, значит ты не избалованная фифа, а вполне приличная девушка, которая умеет работать руками?

— Ха-ха, фифа!? Мне нравится, большинство девушек, которые приходят на балы, званые вечера именно «фифы», — Веста звонко рассмеялась, — Так, кушай и собирай вещи, а потом мы отправимся ко мне домой. Отец, наверное, места себе не находит.

Когда же с завтраком было покончено, они вместе сложили вещи в небольшой узелок, вещей у Алисы оказалось не так уж и много. Алиса попрощалась с хозяйкой, отдала ключи, остаток нерастраченных денег хозяйка вернуть отказалась, но Алиса и не настаивала.

— Нету, девоньки, денег-то кончились все, трав купила, сахара, артефакт магический зарядила.

Алиса не расстроилась, платила она не много. Выйдя на улицу, они остановили извозчика, и они отправились на встречу с отцом Весты. Когда же они приехали, Алиса была удивлена, открывшимся видом, перед ней стоял забор, высокий трёхметровый, но поразил девушку не забор, а то, что находилось за ним. Но обо всё по порядку.

Глава 11

Карета, вёзшая девушек, остановилась возле широких ворот, сами ворота были сделаны из брёвен, при этом они были обиты металлическими полосами и нашлёпками. Возле ворот стояло двое мужчин, в кожаных доспехах, в руках они сжимали дубинки, на поясе в ножнах покоились короткие клинки. Как только карета остановилась возле ворот, стражи насторожились, цепким взглядом окинули транспортное средство. Когда же из него появилась Веста, то на лицах стражников просияли счастливые улыбки. Один из них приоткрыл ворота и опрометью бросился во двор. Второй — поклонился девушке и шедшей за ней Алисе.

— Госпожа Веста, наконец-то вы нашлись, мы места себе найти не можем. Ваш отец поднял всех кого только можно. Где же вы были?

— Успокойся, Рон, — улыбнулась Веста, — всё со мной в порядке, просто попала в небольшую переделку, сейчас всё в порядке. Надеюсь, папенька сейчас дома?

Страж поклонился и немедля открыл ворота.

— Конечно, госпожа, он каждый час получает отчёт о ваших поисках.

Когда же ворота распахнулись, то перед Алисой предстал небольшой очень ухоженный сад. От ворот к большому двухэтажному дому шла дорожка из розового камня, слева от дорожки под раскидистым орешником располагался небольшой фонтан и две широкие скамейки, на которых, наверное, хорошо сидеть в летнюю жару и наслаждаться прохладой. Сейчас фонтан не работал, зимой он не нужен.

Дом, в котором жила семья Весты Орист был двухэтажным, построен он был из белого камня, фасад его украшала резьба в виде различных причудливых животных, птиц, растений. Большие окна дома были похож на большие глаза великана, с удивлением глядящего на что-то невероятное. Когда девушки вошли в ворота, то большие двери дома распахнулись и из них выбежал мужчины. На вид ему было лет сорок, седина уже тронула виски и аккуратно постриженную бороду. Алиса догадалась, что это отец Весты, у него были такие же голубые глаза, как и у девушки.

Одет мужчина был в белоснежную рубашку и штаны, он сразу кинулся к девушке и обнял её, крепко прижимая к груди:

— Как же я волновался, — воскликнул он, — у меня на голове появилась сотня седых волос, где же ты была?

Он совершенно не обратил внимания на Алису, которая скромно стояла в стороне. Когда мужчина выбегал из дома у него на лбу была глубокая складка, сейчас же при виде дочери, с кладка на лбу разгладилась, а тёмные круги под глазами стали не такими глубокими.

— Папа, со мной всё хорошо. На меня напали люди Сангланта, они хотели меня похитить, но Алиса спасла меня.

Купец цепким взглядом окинул лицо Алисы. Все эмоции с его лица испарились и осталась лишь холодная заинтересованность.

— Еремей Орист, — кивнул он, — я благодарю вас за спасение моей дочери.

Алиса смущённо улыбнулась и хотела ответить, что просто не смогла пройти мимо, но была остановлена повелительным жестом Еремея.

— Не здесь, тут даже у стен есть уши, лучше о таких вещах говорить в моём кабинете, пройдёмте.

И он развернувшись на каблуках зашагал в дом.

Внутри дом был таким же прекрасным, как и снаружи, а может даже и лучше. Алиса с восхищением осматривала обстановку. Кабинет Еремея располагался на втором этаже, там же располагались и спальни. Рабочее пространство Еремея выглядело скромным.

Посреди комнаты стоял большой стол, обтянутый зелёным сукном, на столе лежали бумаги и писчие принадлежности. Вдоль стен стояли заставленные книгами полки, книги были разные — от новых современных романов, до старинных фолиантов. Алиса заинтересованно посмотрела на старинные фолианты. Справа от входа, прямо напротив стола стоял небольшой диван, над которым висела картина. Алиса заворожённо посмотрела на картину, вернее на портрет. На первый взгляд могло показаться, что портрет изображает любимую дочку Еремея — Весту, но приглядевшись пристальнее, можно было понять, что женщина на картине выглядит старше, чем Веста и глаза у неё зелёного цвета, в остальном же сходство почти идентичное.

— Присаживайтесь, — указал Еремей на диван, а сам взял единственный стоявший в комнате стул и уселся напротив.

Перед этим он подошёл к столу и что-то нажал под столешницей. В этот момент Алиса, почувствовала, как в комнате начала действовать какая-то магия. Она перешла на истинное зрение и увидела, как стены и пол оплетает золотая сеть.

Девушки уселись и Веста начала свой сбивчивый и эмоциональный рассказ о своих злоключениях, о том, какой Ян ро Санглант ужасный человек, потом начала рассказывать об Алисе, рассказала она и то, что по дороге ей сказала Алиса.

Во время рассказа на лице Еремея не дёрнулся ни один мускул, лишь во время страны, из которой якобы прибыла Алиса слегка приподнял бровь.

Наконец рассказ завершился, купец потер подбородок.

— Ты правильно сделала, что пригласила госпожу Алису к нам, — потом посмотрел на Алису, — а вы правильно сделали, что приняли приглашение моей дочери, тут вам будет действительно безопаснее. Я действительно буду рад, чтобы вы остались у нас хотя бы до поступления в школу, Веста, возможно, не упоминала, но она тоже туда поступает. Вместе вам будет и веселее, и безопаснее. Что-то мне подсказывает, что это не последняя акация Яна.

— Как я рада! — воскликнула Веста и подскочив бросилась на шею отцу, — а можно Алиса поселится в соседней со мной комнате?

— Конечно, — тепло улыбнулся Еремей, — иди распорядись, чтобы её подготовили и проследи за этим. А я пока поговорю с твоей подругой.

Веста лёгкой пташкой выскочила за дверь, а Еремей пристально посмотрел в глаза оставшейся девушке.

— Может показаться, что я слишком спешу, что я доверю вам, первый раз вас увидев, но поверьте мне, у меня опыт большой в этом деле.

— Я…

— Ничего не говорите, просто слушайте, — прервал он хотевшую что-то сказать Алису, — вы не совсем та, за кого вы себя выдаёте, ведь так?

Зелёные глаза Алисы в ужасе расширились, она вжалась в спинку дивана, готовясь сражаться.

— Чего и требовалась доказать, — следя за реакцией девушки, сказал Еремей, — хотите скажу в чём ваша оплошность?

Алиса осторожно кивнула.

— Северной Гиперборее за горами тут не существует, этой страны нет уже триста лет, так что вы либо лжёте о месте своего рождения, либо вы не врёте и вы из другого мира, так?

Алиса напряжённо закусила губу, она лихорадочно пыталась придумать хоть какую-то правдоподобную историю

— Успокойтесь, — наконец примиряюще поднял руки Еремей, — в этом доме вам ничего не угрожает, пусть вы и из другого мира. Вы спасли мою дочь, а это дорого стоит. Я прошу лишь сказать всё честно.

— Да, я из другого мира, — выдохнула девушка.

— Так и знал, — улыбнулся мужчина, — Вам правда не стоит ничего бояться, мой долг помочь спасительнице моей дочери, а ещё мой долг в том, чтобы помощь иномирцу, это долг любого человека этого мира.

— Почему? — удивлённо распахнула глаза Алиса.

— Потому что благодаря вам в этот мир приходит что-то новое, что-то нужное этому миру. Правда, иногда ему нужна война, но я надеюсь, что ты не из таких иномирцев?

Алиса отрицательно качнула головой.

— Нет, мне надо найти моего парня, он тоже где-то в этом мире, но для этого надо поступить в школу.

— Хорошо, ты мне всё расскажешь, — он внезапно перешёл на ты, — я же предлагаю тебе остаться, ты как маг сможешь защитить мою дочь в случае чего. Только тебе нужно придумать более правдоподобную легенду.

Он встал со стула и заходил по комнате, измеряя её шагами.

— Придумал! — через минуту сказал он, — я тебя удочерю, и скажу, что ты приехала из-за Северных гор, из Ареции, ты очень похожа на жительниц той страны.

— Удочерите? — Алиса удивлённо округлила глаза.

— Да, это избавит тебя от лишних вопросов в школе, и придаст тебе статус.

В этот момент приоткрылась дверь и в комнате появилась Веста. Девушка уже успела переодеться и теперь щеголяла в жёлтом платье, которое очень гармонировало с её волосами.

— Комната готова, — улыбнулась она, — папа, хватит мучить Алису.

Еремей улыбнулся.

— Алиса, мы с тобой ещё поговорим, но позже. Веста, — обратился он к дочери, — позволь представить тебе твою сестру — Алису Орист.

Веста широко распахнула свои прекрасные глаза и удивлённо перевала взгляд с отца на Алису, потом обратно. Когда до неё дошёл смысл сказанного, она взвизгнула и бросилась на шею своей новой сестры.

— Сестрёнка! Спасибо, папочка! — она звонко смеялась, заражая всех своим прекрасным смехом.

Рассмеялись и Еремей с Алисой.

Отсмеявшись, Веста потащила Алису в приготовленную для неё комнату.

Комната была прекрасна, большая кровать с балдахином, толстые ковры на полу. В углу — трюмо, в другом — столик и два кресла. Вся мебель была очень красивой и добротной.

— Нравится? Это мама все комнаты обставляла, после её смерти отец запретил что-либо менять. После того, как мамы не стало, папа очень изменился, он замкнулся в себе, очень много работает, я почти не вижу его. Почти всё детство я провела с няньками и старым Вариком, я тебя с ним потом познакомлю, он весёлый.

— Это её портрет висит у Еремея в кабинете?

— Да, его дописали за несколько дней до смерти, — до этого весёлое лицо Весты вдруг стало печальным, — она умерла случайно, они с папой катались на лошадях и её лошадь чего-то испугалась и понеслась, мама была не очень хорошей наездницей, она упала… и…

Веста не смогла продолжать, она зарыдала. Алиса подошла к девушке и нежно её обняла.

— Ты очень на неё похожа, я сначала подумала, что это ты. Твоя мама бы гордилась, у неё такая красивая и храбрая дочь, — успокаивала она подругу, — а ещё ты печёшь вкусные блины.

Девушка рассмеялась сквозь слёзы. Потом вытерла их рукой.

— Прости, что-то я сегодня слишком эмоциональна, это, наверное, от радости. Хочешь я покажу тебе свои платья?

Алиса улыбнулась и погладила подругу по щеке.

— Конечно хочу.

И они отправились в гардеробную Весты.

На следующий день сразу после завтрака Алиса и Еремей собрались ехать в управу, удочерять девушку. Веста упросила взять отца её с собой и тот согласился. В город с ними отправились два охранника, широкие парни амбалы у каждого по два длинных меча за спиной, на каждого был надет кожаный доспех. Еремей прицепил к поясу ножны с длинной шпагой.

В управу пошли вдвоём, оставив Весту и охранников в небольшом трактире неподалёку. Управа представляла собой пятиэтажное здание, на каждом этаже находились отделы, которые занимались определёнными делами. Были отделения: гражданский, земельный, судебный, купеческий, дворянский и даже отдельно для магов. Еремей и Алиса сразу направились на второй этаж, в отдел, где занимались гражданскими делами. На втором этаже прямо в коридоре Еремей увидел знакомого клерка.

— Жерех! — позвал он его, на что спешащий куда-то рыжий пареньобернулся. Скучающая мина на его лице сменилась на приветливую.

— Добрый день, господин Орист.

— Чего это ты на втором ошиваешься, я думал, что ты с третьего этажа от купеческих кошелей не отлучаешься.

Веснушчатое лицо молодого клерка скривилось.

— Я больше там не работаю, теперь я по гражданским актам, — приветливость с его лица сдуло ветром, — так что я теперь помочь вам не могу, господин Орист.

— Ну не пари горячку, парень. Может и сможешь помочь. — улыбнулся Еремей в бороду.

Лицо Жереха оживилось, он смерил Еремея изучающим взглядом, потом перевёл взгляд на Алису, после чего весело оскалился.

— Вы решили жениться, господин Орист?

— Нет, мне уже поздно жениться, Жерех. Я хочу удочерить вот эту прекрасную девушку. Она издалека, документы сгорели в пожаре, ты же всё понимаешь, друг мой? — Еремей передал чиновнику звякнувший мешочек.

— Всё будет в лучшем виде, господин Орист, вы же меня знаете.

Еремей благодарно кивнул и зашагал за Жерихом, Алиса молча двинулась следом.

— Так за что тебя сослали сюда, Жерех? Не поделился с кем-то? — спросил Еремей на ходу.

Рыжий махнул рукой:

— Да глупая история, господин Орист, повздорил с одним купцом, а он оказывается из благородных. Представляете какое дело, благородный и купец, — парень рассмеялся, — ну вот он и стуканул на меня начальству

— Дворяне в последнее время часто начали лезть в торговлю, откуда они такие берутся? — пожаловался Еремей.

Они прошли в небольшой кабинет, в кабинете стол и три стула, больше ничего. Стол весь был завален бумагами, карандашами и печатями. Еремей обвёл помещение взглядом и вопросительно посмотрел на Жереха, тот только развел руками и улыбнулся.

— Не успел обжиться, да и дел много навалилось, купеческие дела хоть и сложнее, но зато их меньше, а тут каждый день приходят, по три десятка, с жалобами с просьбами, тяжело.

Еремей понимающе покивал и кивнул.

— Жерех не тяни давай приступим, нам еще в городе кое-куда надо заехать.

— Хорошо. Приступим. — он порылся в пергаментах на столе и достал чистый, — Ваше имя, госпожа.

— Алиса… Алиса Озорнова.

— Интересная фамилия, но к сожалению ваша фамилия теперь Орист, как у вашего нового отца.

Парень открыл ящик стола, чем-то там погремел и достал на свет небольшой камень с вырезанными на нём ранами что-то шепнув камню, Жерех положил его на пергамент и пододвинул Алисе.

— Прикоснитесь и подержите руку, пока пергамент не заполнится.

Девушка положила руку на камень, он засветился, ровным оранжевым светом. Когда сияние погасло, то на пергаменте были уже все данные, раса, пол, имя и фамилия и даже дата рождения, хоть Алиса была рождена в другом мире, камень всё равно определил её возраст, 17 марта 1998 года. Жерех взял пергамент в руки и выпучил от удивления глаза, он пялился на пергамент очень напряженно, и читал при этом, шевеля губами. Когда же он поднял взгляд, на Алису в нём было удивление, сомнение и страх.

— Тут какая-то ошибка такого быть не может, вам не может быть больше трех тысяч лет.

— Успокойтесь, Жерех, мне только семнадцать лет, — тихо сказала девушка, просто в моей стране считает возраст несколько иначе.

В глазах у клерка что-то промелькнуло, лицо его напряглось, на лбу выступил пот, показывая, что сейчас его мозг выполняет невероятную работу.

— Вы иная, вернее из иного мира? — торопливо спросил он и облизал пересохшие от волнения губы.

Алиса просто кивнула.

— Я надеюсь, что не стоит никому об этот рассказывать, — в разговор включился Еремей и ещё один мешочек, потяжелее предыдущего.

Но в этот раз Жерех даже его не заметил. Он сделал максимально серьезное лицо и кивнул.

— Я сохраню эту тайну даже ценой своей жизни.

Девушка впервые за всё время улыбнулась.

— Ну что вы не стоит, жизнь — это слишком большая цена, а тайна не стоит жизни. Скажите, а можно поправить дату рождения на местную,

— Да, я всё сделаю. Документ можете забрать завтра.

Еремей кивнул:

— Жерех, я надеюсь на твоё благоразумие. Ты же знаешь, что не стоит наживать таких врагов как я?

Парень серьёзно кивнул. А Еремей и Алиса направились к выходу, но у самого выхода жерех окликнул Алису.

— Уважаемая, Алиса, простите меня за дерзость. Но не могли бы мы встретиться что бы вы рассказали мне о вашем мире, я же могу вам рассказать о нашем.

Девушка звонко рассмеялась, обнажив ряд ровных белоснежных зубов.

— Боюсь, я знаю практически всё об этом мире, а что мне нужно мне расскажет Еремей, не так ли?

Она вопросительно посмотрела, на купца, тот кивнул.

Жерех вспыхнул и покраснел

— Всего не знает никто, даже уважаемый Еремей, а я могу рассказать вам про город, про интересные места в городе, я знаю о городе так много, столько не знает никто, — уши юноши пылали.

— Надо спросить разрешение у моего отца, — она глянула на Еремея, тот лишь пожал плечами.

— Ну хорошо, Жерех мы можем встретиться, где мы можем с вами увидеться?

— Зачем вам куда-то ехать, пусть лучше приезжает к нам, я думаю Веста будет рада новому лицу в доме, тем более этот молодой человек обещает рассказать о городе.

Возле управы Еремея и Алису ждала заскучавшая в трактире Веста.

— Ну что, всё уладили? Теперь за платьями?

Глава 12

Деревня, в которой мы остановились, чтобы восстановить силы была достаточно большой, сказывалось относительно недалёкое расположение от столицы. Натаниэль, Варвара, Тарас и я расположились в местной небольшой таверне, на втором этаже которой располагались комнаты для гостей.

Времени свободного у мня было предостаточно и поэтому Натан, эльф разрешил так его называть, решил посвятить больше свободно времени тренировкам. В деревне мы провели неделю, за эту неделю я испытал на себе все приёмы из арсенала буйного эльфа, как он только меня не гонял. И заставлял бегать вокруг деревни, махать руками и ногами, отжиматься, подтягиваться махать тяжеленой палкой, которая должна была напоминать меч, но самым трудным для меня были спарринги с Натаниэлем, в этих спаррингах я неизменно оказывался проигравшим. Всё моё тело покрывали синяки разной степени тяжести, эльф строго на строго запретил их убирать магией, сказав, что они помогают в обучении. Синяки и правда помогали — получив один раз по больному месту, я старался в следующий раз подставить другое, то где синяков ещё не было, а когда на моём теле такие места закончились, я начал пытаться уворачиваться. Иногда у меня даже выходило удачно избежать удара, но чаще всего вертлявый эльф достигал своей цели.

Тренировки длились или до моего полного изнеможения, или до обеда, но чаще всего первое происходило раньше, чем второе.

— Слабоватые нынче люди пошли, после пары кругов вокруг деревни уже с ног валятся, — жаловался Варваре Натаниэль.

Наёмнице же как правило ничего не отвечала, лишь странно на меня поглядывала.

После тренировок я не был ни на что способен до самого вечера, а вечером я выползал из своей комнаты и отправлялся бродить по селу. Общаться с местными ребятами мне надоело уже на третий день. Не знаю почему, но местные девушки почему-то решили, что я великий герой и что выйти за меня замуж было бы неплохо, поэтому в первый же вечер на посиделках в самой крайней избе, где жил бобыль Сивай, который каждый вечер собирал молодёжь у себя в хате, мне активно начали строить глазки и делать разного рода намёки. Местные же парни это восприняли как личную угрозу и начали поглядывать искоса на мен, но в открытую ничего не говорили.

Среди местных девиц были и красавицы, причём на любой вкус, но я был не преклонен и когда одна очень бойкая девушка с весьма внушительными данными и огромными глазищами пригласила меня прогуляться до ближайшего сеновала, при этом так выгибая спину, что ткань платья лёгкой курточки чуть не трескалась, то я сразу же отказался, честно сказав ей, что у меня уже есть невеста. Девушку это обстоятельство ничуть не расстроило, она лишь начала выгибаться более активно. Я же зло на всё плюнув, просто встал и ушёл.

На следующий день ситуация повторилась, но уже с другой девицей, поэтому я покинул жилище Сивая и больше там не появлялся, а шатался вокруг села, разглядывая живописные окрестности. От того, что я перестал ходить на посиделки я практически ничего не потерял. Взгляды и разговоры местных были от меня далеки. Для местных ребята всё, что происходило за пределами их деревни, было далёким и неинтересным, а главное событие для них — это то, что кузнец спьяну побил старого Гарпона, а потом упал возле своей кузни и уснул, простудился, да чуть не помер. Больше их ничего не интересовало.

— Сынок, помоги старой женщины, — окликнули меня во время праздного шатания по селу.

Обращалась ко мне старушка, таких в народе называют «божиими одуванчиками», милая старушка, с ног до головы укутанная в платки и какие-то шали. Лицо её все было испещрено морщинами, когда-то голубые глаза уже выцвели от времени, но при этом они казались очень добрыми. Старушка несла от колодца, что находился почти в центре деревни коромысло, на котором свешивались два огромных ведра, до краёв наполненные водой.

Я с готовностью подхватил вёдра и про себя подивился невероятной силе маленькой, сгорбленной старушки. Звали старушку Тильда, жила она одна на окраине села в маленькой, покосившейся от времени избе.

— Спасибо тебе, сынок, — возле избы сказала она, — пойдём я тебя чаем угощу, у меня есть замечательное варенье.

— Как-то неудобно, бабушка, — начал отказываться я, — меня, наверное, друзья уже заждались.

Старушка всплеснула руками.

— Буде тебе, сидит твой эльф с девкой-наёмницей и трескают вино в кабаке, так что ничего страшного, а у меня чай знаешь какой, ты такого никогда не пил.

И под напором веских аргументов в виде чая и варенья я вошёл в избу. Внутри изба выглядела гораздо лучше — белые начиненные полы, белёная печь, со стоявшими вокруг горшками, пучки трав, подвязанные под потолком.

Как только в кружках оказался ароматный чай, старушка начала разговор:

— Я тут уже почитай тридцать лет живу, старая стала совсем, раньше хоть к сестре ездила в город, а сейчас, боюсь, уже и не доеду, годы берут своё. Ты сам-то откуда?

Я в этот момент жевал предложенный мне пирог, поэтому лишь махнул рукой в направлении гор. Старушка весело усмехнулась.

— Все вы вот так вот. Мужчины, что с вас взять? И как там? — она спародировала мой жест и тоже махнула рукой.

— Нормально, холодно только, и волки ходят, — припомнил я встречу с хищниками, — огромные.

— Волки — это беда, у нас пол стада вырезали клыкастые. А чего думаешь после школы делать будешь?

Я с удивлением посмотрел на Тильду, про школу я ей не говорил.

— Не лупась глазами-то, по ауре видно, что ты волшебник, едешь в столицу — значитца поступать.

— Вы маг?

Старушка погрустнела.

— Нет, давно уже не маг, только и могу, что истинным зрением смотреть, даже простенькое заклинание создать не могу.

Я подавился очередным куском пирога.

— А разве такое бывает?

Старушка вздохнула и подпёрла рукой подбородок.

— Я тоже раньше думала, что не бывает, а потом мы с моим покойным мужем попали в засаду к тёмным. Мои силы забрали, а вот Эда убили, принесли в жертву их чёрному богу, — она прервалась, смахивая с щеки одинокую слезу, — он же из ваших был.

— Наших? — переспросил я.

— Уж передо мной ты не претворяйся, я была женой иномирца и я знаю как вы ходите и как смотрите, вы же даже дышите иначе, — старушка тяжело вздохнула, — жалко мне тебя, совсем ещё молодой. Эду двадцать было, когда мы сюда попали.

А я в этот момент сидел и думал над тем, что надо что-то делать со своим поведением и видом, когда не встречу, все догадываются, что я из другого мира, словно тут попаданцы каждый день пробегают.

Старушка усмехнулась.

— Ты мне лучше про себя расскажи, как попал сюда, что делаешь думать?

Я пожал плечами.

— Мы с невестой эксперимент проводил с магией, в нашем мире её не было, поэтому мы всему сами учились. Вот из-за эксперимента нас в этот мир и закинуло.

Старушка удивлённо ахнула:

— С невестой? Такой молодой, а уже женихаешься. Ну чего ты покраснел, я же шучу, — рассмеялась старуха, — а где же твоя невеста?

Я пожал плечами и опустил голову.

— Где-то в этом мире, нас сильно раскидало, я ещё её не видел, но я найду её. Обязательно, — твёрдо, скорее для самого себя сказал я.

Тильда заглянула мне в глаза, хотела что-то спросить, но передумала.

— Эх, любовь, когда-то я ведь тоже была молодой и влюблённой. Есть у меня кое-что для тебя, Антон, вернее не для тебя. А для твоей невесты, как её зовут?

— Алисы.

— Красивое имя, — она поднялась с табурета и прошаркала к сундуку, который стоял в углу комнату.

В сундуке рылась долго, что-то бормоча себе под нос и кого-то ругая. Наконец нашла на дне сундука небольшую шкатулку и что-то из неё достала. В руках у неё оказалась брошь, выполненная в виде изысканного чёрного цветка. Камень, из которого было сделано украшение, переливалось в тусклом свете горящей свечи. Я посмотрел на брошь истинным зрением и увидел в его структуре сложное плетение, которое мерцало ровным жёлтым светом.

— Вот, мне это уже не нужно, а ей должно пригодиться.

— А что это? — беря в руки артефакт спросил я.

— Это старая вещь, мне её подарил Эд в день нашей свадьбы. Она когда-то спасла меня от смерти, дала второй шанс. У неё ещё есть кое-какие особенности, но в этом твоя невеста сама разберётся, — усмехнулась она, — теперь тебе пора, сынок.

Внезапно решила она попрощаться.

— Я очень устала и хочу отдохнуть, — она села на табурет и закрыла глаза, только сейчас я понял, что она гораздо старше, чем я предполагал до этого.

— До свидания, — тихо сказал я, пятясь к выхожу.

Когда я вышел из низенькой избёнки Тильды, то на небе уже загорались первые звёзды. Я постоял возле дома несколько минут, разглядывая совершенно чужие для меня звёзды, из глаз мои текли слёзы, которые я и не думал утирать. Я думал об Алисе, которая где-то там в огромном мире.

— Алиса, — тихо сказал я, сжимая в руках брошь.

— Антон? — до нёсся до меня голос моей возлюбленной, Антон, где ты?

Я замер, боясь спугнуть момент, боясь, что это всё моё воображение.

— Алиса, это правда ты?

— Я! — раздался тихий отклик, — я в Розотмире, Антон.

— Я иду, — ответил я и понял, что тонкая ниточка, что нас связала на мгновения оборвалась и восстановить эту связь не получится.

К трактиру я нёсся как угорелый, мне просто необходимо было поделиться этой замечательной новостью, хоть с одним человеком или хотя бы с эльфом.

Когда я ворвался в зал трактира, то застал одиноко сидящих в пустом помещении Варвара у Натаниэля, они, как и говорила, Тильда сидели и потягивали вино, на столе уже стояло два кувшинчика. Своим неожиданным появлением я прервал их тихи разговор.

— Натаниэль! — ворвался я в трактира на ходу крича его имя.

Эльф перевёл на меня недоумевающий взгляд.

— Чего ты разорался на ночь глядя? Не видишь что ли, что благородный эльф с благородной воительницей изволят отдыхать? Что случилось? — пьяные глаза эльфа в этот момент сфокусировались на моём лице, — и чего ты такой счастливый, будто тебя ангелы Единого в лоб поцеловали?

— Натаниэль, я услышал её.

Почти прокричал я в пьяное лицо эльфу. Тот сделал задумчивое лицо, погладил рукой подбородок, солидно кивнул, а потом спросил.

— Кого?

Я чуть не кинулся на него с кулаками.

— Алису, кого же ещё, я услышал её, она в Розотмире.

Эльф понимающе кивнул.

— Это ты молодец, это ты хорошо придумал. А как вы с ней связались, телефонов тут нет.

Я вздрогнул и скосил глаза на Варвару, про телефоны эльфу рассказывал я, когда мы шагали с ним в Львиноград, а вот Варваре об этом знать не стоило. Но та, казалось, совершенно не обратила внимания на слова ушастого. А я понял, что поговорить с ним серьёзно не получится, по крайней мере, пока он в таком состоянии.

Поэтому негодующе тряхнув головой я развернулся на пятках и потом к лестнице, чтобы подняться на второй этаж.

— Куда же ты, а вино? — Натаниэль потряс уже почти пустым кувшином, — трактирщик, виная!

Оглушительно закричал он, а я в этот момент уже был возле своей комнаты. Настроение из-за пьяного эльфа упало ниже плинтуса, даже коротки разговор с Алисой стал не такой радостной вестью. Ключ скрипнул в замке и дверь распахнулась.

— Антон, — голос возле уха заставил меня вздрогнуть и дёрнуться в сторону, хватаясь за нож, который я теперь всегда носил с собой.

— Прости, — извинилась неожиданно появившаяся Варвара, — я не хотела тебя пугать, я всего лишь хочу с тобой поговорить.

Моё испорченное настроение стало ещё хуже.

— О чём? — спросил я.

— Расскажи мне об Алисе. Ты часто повторял это имя, когда лежал без памяти, а сейчас ты её услышал, что это значит?

Я вздохнул и указал рукой на комнату.

— Проходи, рассказ будет долгим, — я не мог отказать ей в объяснении, — но ты должна пообщаться мне, что ты никому это не расскажешь.

— О том, что ты иномирец? — проходя в комнату спросила наёмница.

Я запрокинув голову истерически захохотал. Варвара расценила это про своему.

— Натаниэль это рассказал мне давно, ещё когда ты лежал у меня дома.

— Вот пьянь ушастая, — наконец отсмеялся я.

— Ничего он не пьянь, просто сегодня у него действительно есть повод — к нему вернулись его магические возможности.

Я непонимающе посмотрел на неё.

— А разве они когда-то исчезали у него?

В серых глазах девушки что-то мелькнуло.

— Да, когда он вернул тебя из мёртвых, он практически лишился магии, я думала, что ты знаешь об этом, — в глазах её бегали лихорадочные огоньки, она размышляла над тем стоит мне говорить это или нет, — он не был уверен, что силы к нему вернутся, но, как видишь, всё обошлось, вот он и празднует.

— Я не знал, — сказал я, вертя в руке брошь, — правда не знал.

— Может и не стоило об этом говорить тебе?

— Это уже не важно.

Девушка согласно кивнула.

— Так ты расскажешь мне про Алисы? Какая она? Что в ней такого, что она захватила твоё сердце так сильно, я же видела, как на тебя смотрят местные девушки, а тебе хоть бы хны.

Я улыбнулся.

— Да ладно, так уж и смотрят. Пару брошенных взглядов ничего не значат.

Она оставила эти слова без комментариев, лишь выжидающе смотрела на меня своими серыми, блестящими в полумраке глазами.

Не смотря на то, что на улицу опустилась ночь, в комнате было ещё достаточно света.

— Хорошо, но взамен ты покажешь мне своё лицо, — внезапно для самого себя сказал я.

В глазах Варвары взметнулся испуг, она отпрянула от меня, делая шаг к стене, словно готовясь отбиваться от меня.

— Я никому не показываю своё лицо, — в голосе её не было и оттенка чувств, лишь сталь напряжённо звенела в нём.

— А я никому не рассказываю о том, за что я люблю Алису.

Минуту мы сверлили друг друга взглядом, я уже подумал, что сейчас она просто уйдёт, сильно хлопнув двери, но наконец она заговорила.

— Идёт, — голос её дрожал, — но ты первый.

И я рассказал ей. Рассказал всё, что было у меня на душе, в сердце и в чувствах.

— Она не такая как тысячи и миллионы других, её смех, улыбка. Сначала я не обратил на неё внимания, но как только мы заговорили на полянке в лесу, где я занимался магией, я понял, что это действительно мой человек. Иногда так бывает, что ты смотришь в глаза человеку и понимаешь, что это он.

Я долго говорил, рассказывал о тех глупостях, что мы с ней делали, об экспериментах, об отце девушки, которому я сильно не нравился.

— У меня тоже когда-то был любимый, — Варвара улыбнулась, а в глазах её мелькнули слёзы. — я прекрасно понимаю тебя, Антон. Все через это проходят, и я надеюсь, ты сможешь найти её, а я помогу тебе в этом, я обещаю.

Её слова так растрогали меня, что я чуть не кинулся ей на шею.

— А теперь я выполню часть своего уговора.

Сказала она и потянулась к маске.

— Это не обязательно, — попытался остановить её я, но было поздно.

На меня смотрела прекрасная девушка, половина лица которой было обезображено страшным ожогом, кожа на её щеке превратилась в огромный красный шрам. В сумраке комнаты было не так видно, но в светлый день это выглядело бы страшно

Я приблизился к ней, всё время мы сидели на моей кровати. Я протянул руку, к её щеке. Варвара испуганно дёрнулась.

— Я только посмотрю, — хрипло сказал я и дотронулся до её щеки, вторую руку я положил на здоровую щёку, — ты очень красива.

Из её глаз брызнули слёзы, и она прижалась ко мне, прижала своё лицо к моему плечу и разревелась, беззвучно. Разрыдалась так, как рыдают несчастные, женщины. Так, чтобы никто не слышал. Я поцеловал её в макушку.

— Я помогу, — прошептал я.

— Нет, — сдавленно вымолвила она, — Натаниэль пробовал, а он один из самых великих целителей. Она не смог.

— Я смогу, — ещё тише сказал я. Разгоняя в своём теле магический поток и направляя его к Варваре, — Эльф ничего не знает о пересадке кожи.

И комната исчезла, а я разглядывал ауру девушки и что-то делал, что-то интуитивное и что-то очень трудно.

— Я помогу! — послышал сквозь мельтешение красных пятен голос Натаниэля, — теперь я знаю, что делать.

Глава 13

Весь вечер пил Натаниэль, а плохо почему-то было мне. Я трудом продрал глаза и уставился на хмурое лицо эльфа. Я что есть мочи вцепился пальцами в укрывавшее меня одеяло, суставы затрещали:

— Натаниэль, как Варвара? — хрипло спросил я, глядя в его хмурые глаза.

— С ней всё хорошо, — отрывисто сказал он и в упор посмотрел на меня, — как ты себя чувствуешь?

Я прислушался к себе, но кроме больной головы и дикой жажды ничего не ощутил. Потом посмотрел истинным зрением — всё было нормально.

— Натаниэль, что случилось?

Тот лишь молча показал мне два пальца.

— Два! — наконец сказал он, — два года ты провалялся бревном. Мне стоило больших трудов пробудить тебя, Антон.

Внутри меня гулко застучало сердце, глаза расширились до невероятных размеров, я прохрипел:

— Не может быть.

— Может, мой друг, скажи спасибо, что я оказался рядом, а то остался бы калекой на всю жизнь или умер бы.

Эльф встал со стула, на котором до этого сидел и заходил по комнате.

— Кто просил тебя заниматься лечением? Кто? Ты бездарь, недоучка, идиот влез в структуры ауры, в структуру организма. Ты мог убить её.

— Я не знал, — всё ещё находясь в ужасном состоянии сказал я, — Натаниэль, ты не разыскал Алису, что происходит в мире? Где мы?

Он внезапно повернулся ко мне спиной, при этом я заметил в его лице странную вещь, но он отвернулся настолько быстро, что я не смог убедиться в своих мыслях.

Я осторожно поднялся с кровати и сделал шаг к Натаниэлю, который всё также стоял и пялился в окно. Его длинные волосы были пущены светлым хвостом по спине. Спина его дрожала, словно эльф содрогался в плаче.

За спиной у меня тихо скрипнула дверь, кто-то взвизгнул, я обернулся, чтобы посмотреть на незваного гостя и внезапно утонул в крепких объятьях. Обнимала меня Варвара. Лицо её было гладким и чистым, даже следа от шрамов не осталось.

— Антон, спасибо тебе! — почти кричала она, чмокая меня поочередно то в одну, то в другую щёку, — то, что ты вчера сделал было просто невероятным, я теперь навечно твоя должница!

— Вчера? — переспросил я, — это всё было вчера?

Я через плечо глянул на Натаниэля, на лице которого теперь горела шальная усмешка.

— Мне же надо было тебя проучить, — нагло ответил он, — Антон, пойми, тебе нельзя заниматься этим, слишком опасно. Хотя, в данном случае тебе повезло, но ты скажи спасибо, что рядом оказался один одарённый эльф, к которому сегодня вернулась его сила.

— Ну ты жук, а не эльф, — пытаясь выскользнуть из объятий прохрипел я, — Варвара, я очень рад, что ты рада, но можно уже отпустить.

Девушка отстранилась, её прекрасное лицо залилось краской, она опустила свои прекрасные глаза.

— Извини, я правда тебе очень благодарна, Антон, и я обещаю помочь найти твою девушку!

Я не знал, что ответить на эти слова, поэтому лишь стоял и хлопал глазами. В дело вмешался эльф.

— Голова болит? Пить хочется?

— Очень.

Вон около кровати стоит жбан выпей.

Я с готовностью потянулся к жбану и стоявшей рядом с ним кружке.

— Что это? Какое-то зелье?

Натан улыбнулся:

— Ага, рассол называется. Лечит любое похмелье, даже магическое.

Я открыл жбан и налил в кружку. Живительная влага подействовала на меня прекрасно. После пятой кружке я чувствовал себя как новенький. Голова практически не болела.

— А у меня было магическое похмелье?

— Да, не очень сильное, судя по всему, перенапрячься я тебе не позволил, вовремя подоспел. Эх, надо было подождать. На самом деле ты молодец, — улыбнулся эльф, — вы иномирцы приносите много пользы. И теперь твоей метод лечения ожогов и старых травм займёт должное место в магическом мире. Только нужно разработать плетение, но этим я займусь, как будет время, не голой же силой.

Варвара в нашем разговоре не участвовала, она украдкой достала откуда-то маленькое зеркальца и рассматривала своё обновлённое лицо. Новая кожа почти не отличалась от кожи на необожжённой части лица, не было лишь загара.

— Натан, Алиса в Розотмире.

— Это я уже слышал, но что ты предлагаешь?

— Надо отправляться срочно.

Он удивлённо поднял брови.

— И что ты будешь в Розотмире? Надеешься её найти? Как?

Я развёл руками.

— Я услышу её, у нас с ней связь, ты же знаешь.

— Да, я слышал истории о таком, такое нет-нет, да случается в нашем мире. Но вот скажи мне, друг мой, почему ты не можешь связаться с ней сейчас, ведь мы достаточно близко к городу, неделя неторопливой езды и мы на месте. Так скажи мне, почему?

Я молчал, сверля эльфа хмурым взглядом и не понимая к чему он клонит.

— Потому что они забыли друг друга, — тихо сказала Вавара.

Натаниэль внимательно посмотрел на неё, потом на меня.

— Я не забыл! — я вскочил с кровати, — я помню каждую её родинку, каждый волосок, голос, всё, я помню всё.

— Да, — согласился Натан, — ты не забыл и может она не забыла. Антон, посмотри в зеркало.

В этот момент маленькое зеркальце, в которое всё ещё любовалась на себя Варвара под её вскрик вылетело у неё из рук и оказалось передо мной.

— Что ты видишь?

Я посмотрел в зеркало.

— Себя.

— Посмотри внимательнее, ты ли это.

Я вгляделся внимательнее, на меня смотрел я и в тоже время не я. Лицо стало острее и грубее, на щеках выступила лёгкая поросль. Я провёл по щеке рукой, приглаживая ещё мягкие волосы. Изменился у меня и взгляд, я точно был уверен, что смотрел на мир по-другому, наверное, более широко и наивно.

— Да, ты изменился, даже за вчерашний день ты изменился и поэтому Алиса тебя ни не помнит, она тебя просто не знает. Думаю, ты её тоже узнаешь с трудом.

— Я думал, эта магия построена на наших чувствах, магия, — я замялся, подыскивая слово, но за меня ехидно закончил эльф:

— Любви? — смех его прозвенел по комнате хрустальным колокольчиком, — в определённом смысле может быть, но такая связь может возникнуть между существами и не влюблёнными друг в друга. Главное — единение аур. Ваши ауры теперь в рассинхроне, вот и всё.

Тоска у меня внутри внезапно накинулась на меня, затмевая всё, даже желание жить.

— Тогда что мне делать?

— Ничего, просто ждать. Сегодня я действительно хотел выдвинуться в путь, в городе надо утрясти некоторые дела. А твою возлюбленную мы найдём, она же будет поступать в школу, вот там и встретитесь.

Я облегчённо вздохнул и улыбнулся, но уже через десять моя счастливая улыбка превратилась в гримасу страдания, традиционную тренировку эльф решил не отменять. К счастью тренировка длилась всего час, а к несчастье — она была гораздо интенсивнее и сложнее чем раньше. После тренировки я был уже ни на что не способен, поэтому эльф сжалился и применил малое заклинание исцеления, которое придало мне бодрости и удалила оставленные моим наставником синяки.

В дорогу всё уже было готово, Варвара и Натаниэль позаботились об этом заранее. Когда я увидел на чём мне предстоит ехать, в голове возникла мысль о побеге.

— Я на лошади не умею! — заявил я.

Эльф лишь ухмыльнулся.

— А кому сейчас легко? Запрыгивай!

Он подвёл меня к небольшой пегой кобыле и помог взобраться в седло. Всё это время лошадь подозрительно косилась на меня. ЗА седлом был приторочен мешок, в котором хранилась провизия. Перед этим я прицепил на пояс шпагу и подаренный Натаниэлем кинжал.

— Двинулись! — скомандовал эльф и мы двинулись.

Варвара отправилась с нами. Тарас не возражал против нашего с Натаниэлем отъезда, но вот Варвару не хотел отпускать ни в какую, мотивируя это тем, что у девушки ещё контракт на сопровождение и охрану каравана. На самом же деле, Тарас просто растаял перед вновь обретённой красотой девушки. Натанэль смог уговорить старого знакомого отпустить её. Расстроенный купец вышел нас проводить. И когда девушка уже была в седле подошёл к ней.

— Варвара, как будете в городе и если у вас будет свободное время — заходите, всегда буду рад вас видеть в своём доме в Розотмире, — он протянул ей бумажку с адресом.

Девушка благодарно кивнула и спрятала бумагу в кошель на поясе.

— Всенепременно, благородный Тарас, всего вам доброго! — улыбнулась девушка и самой первой тронула коня, следом за ней, лишь коротко кивнув купцу, тронулся Натаниэль.

Я же задержался, не зная как запустить двигательный процесс в этой лошади. Сидеть было неудобно. Тарас же, стоявший на том месте, где только что стояла лошадь Варвары подошёл ко мне и взялся за стремя.

— Вы необычный человек, Антон! Я прожил на этом свете почти сорок с лишним лет и ещё никогда не слышал, чтобы Натаниэль Кариэльский так был к кому-то привязан. Берегите его дружбу, Антон, он очень хороший друг.

Он отошёл в сторону и легонько хлопнул мою лошадь по крупу, та недовольно всхрапнула и поцокала за удалявшимися спутниками, а в спину мне донёсся голос Тараса:

— Берегите Варвару, она замечательная девушка.

Ехать было очень тяжело, я первый раз в жизни сел в седло, и уже в первые часы поездки, натёр и отбил себе все места, которые только было можно отбить и натереть. Двигаться до столицы нам предстояло неделю. Палаток мы с собой брать не стали, потому что в этой местности достаточно часто встречаются деревушки с постоялыми дворами и гостиницами. И чем ближе мы будем к столице, чем чаще они будут попадаться.

В первый день поездки я вымотался невероятно, так меня не выматывали ни переходы по лесу, ни тренировки с эльфом. Болело всё тело, наутро я попросил Натана применить ко мне заклинание исцеления, потому что на тренировку я способен не был совсем. Тот лишь ухмыльнулся и пожал плечами.

— Не хочу я тебя лечить, ещё энергию на тебя тратить. Сам примени заклинание, ничего сложного.

Я посмотрел на эльфа как на умалишённого.

— Как ты себе это представляешь? Я же не знаю ни одного плетения, ни как их создавать.

Тот в ответ лишь вопросительно поднял бровь, явно чего-то от меня ожидая. Я понял чего.

— Натаниэль, научи меня пожалуйста магии, плетению малого исцеления.

— Вот, вот это уже другой разговор. Я тут подумал и понял, что тебе действительно надо знать несколько плетений, чтобы не умереть в ближайшие пару лет. Но для начала я расскажу тебе немного о магии.

И тут началась длинная, двухчасовая лекция о возникновении магии и её использовании в этом мире.

Судя по всему, магия в мир пришла не так уж и давно, всего-то полторы тысячи лет. Некоторые старые эльфы, жившие в те времена, помнят те события. Помнят и гонения на магов, и войны.

— Мне мой отец рассказывал, я тогда ещё маленький был, — как-то сказал Натаниэль, — лет пятьсот назад. Что маги раньше были куда слабее современных, вот их и уничтожали. Говорил, что инквизиция уничтожала целые деревни и города, если хотя бы у одного из жителей поселения просыпался дар. У нас, эльфов, с этим было не так. Наши умы быстро поняли, что магию можно использовать во благо и начали растить леса, выращивать целые города на деревьях, когда-нибудь я тебе их покажу.

Рассказывал с мечтательной улыбкой Натан.

— Гномы тоже сохранили свою магию, гонений у них почти не было. Но вот люди… Люди — другое, они уничтожали всё. Поэтому их магия я ещё не очень развита. Но сейчас всё, слава богам, стало лучше. Много исследований, много опытов магических проводится. Церковь, конечно, куксится, но против короны не попрёшь. Все короли и императоры быстр разглядели потенциал магов и очень активно способствуют развитию в своих государствах магических искусств. Иногда появляются короли, которые относятся к магам не очень хорошо, но сейчас это редкость.

Натаниэль мерно покачивался в лошади и вещал свою историю. Варвара держалась чуть впереди, наблюдая за дорогой и двигавшимися нам не встречу путниками, кои стали попадаться нам достаточно часто.

— Магии эльфов я тебя научить не смогу, да и не нужно это тебе, так что будем изучать людскую магию. Начнём с плетений. Плетения — это особые магические конструкции, которые при запитывании их твоей магической силой воплощаются в то или иное действие.

Он повёл рукой и перед ним появился маленький магический светляк.

— Иногда маг дополняет конструкции различными физическим манипуляциями, жестами, движениями и голосом, есть заклятия, которые нужно обязательно произносить. Орочья магия вся строится на жестах, словах и ритуалах. Там даже не магия, а скорее шаманизм.

Сейчас я покажу тебе самое простое плетение, которые ты должен будешь повторить. Смотри внимательно.

Я перешёл на истинное зрение и узрел, как перед эльфом медленно формируется не очень сложный узор. Вглядевшись в него я понял, что в нём есть какая-то закономерность. Изучать заклинания покачиваясь в седел было трудно, качка отвлекала, к тому же приходилось следить за дорогой.

— Он состоит из блоков, да? — наконец, когда плетение исчезло, спросил я.

— Да, этому тебя обучат на магическом конструированию в магической школе, или сам разберёшься по книгам. У меня нет желания этим заниматься, да и не особый я специалист. Ты лучше повтори плетение.

Я сосредоточился и перешёл на истинное зрение и начал представлять себе ту вязь из различных блоков, что показал мне Натаниэль. С первой попытки у меня ничего не получилось, как не получилось и со второй и даже с десятой. Я постоянно сбивался и просил мне моего учителя показать заклинание ещё раз.

— У тебя неплохо выходит, — улыбнулся эльф, — немного практики и всё будет отлично.

Через полтора часа нервного вытирания пота со лба я наконец тихонько позвал наставника:

— Натан, смотри.

— Отлично, а теперь напитывай его энергией.

И я следуя его инструкциям начал вливать понемногу энергию в получившуюся конструкцию. Конструкция напиталась энергией и вспыхнула словно яркая лампа и осыпалась, распространяя по воздуху запах свежести и озона.

— Ты явно что-то перепутал в плетении, — вздохнул Натан, — когда ты что-то в нём путаешь оно просто может не сработать, а иногда может случиться такое, что мало не покажется. Конструирование плетений — очень ответственная вещь, поэтому выполнять эту работу кое-как нельзя. Ты же не хочешь, чтобы у тебя в руках взорвался огненный шар?

Я помотал головой и с готовностью уставился на вновь созданное наставником плетение.

Впервые воплотить заклинание верно у меня получилось ещё через полчаса и когда я напитал его энергией, оно не распалось, а засветилось и воплотилось в зримом измерении, образовывая прямо над головой лошади яркий светляк. Я торжествующе воскликнул, лошадь в ответ испуганно заржала и взбрыкнула, вставая на дыбы. Законы физики, которые в этом мире работали точно так же, как и в моём, сработали замечательно и я вылетел из седла и приземлился на спину, прямо на пыльную дорогу.

От удара в глазах всё потемнело, из лёгких вышибло весь воздух, от чего лёгкие словно опалило огнём, а в спине что-то неприятно щёлкнуло. Ещё не понимая, что произошло я тут же вскочил с земли, бешено вращая глазами и головой в разные стороны, выискивая своего обидчика. Рядом со мной уже через секунду оказался эльф, при этом он даже не слез с лошади, а просто сидел в седле и взирал ухмыляясь на меня сверху вниз.

— Тебе действительно надо выучить целительно заклятие, а то я замучаюсь тебя подлечивать, — рассмеялся он, применяя ко мне заклинание.

Только в этот момент я понял, что грохнулся весьма ощутимо, но заклинание тут же помогло забыть о только начавшей появляться боли. Кое-как отряхнувшись я с опаской подошёл стоявшей и прядавшей ушами лошадке. Та смотрела на меня своими добрыми глазами с сочувствуем, словно понимала, что была виновата. Хотя в моём падении моей вины не меньше.

— Поехали уже! — прикрикнул Натаниэль.

Пришлось ускориться я быстренько забрался в седло и лошадь потрюхала дальше по дороге.

Через два часа мы остановились на привал возле скинувшего на время зимы листву леса. Всё время я упражнялся в построении и управлении светляком, это было не сложно. Нужно было лишь отдать ему мысленную команду.

Ещё через некоторое время я решил поэкспериментировать с блоками заклинания, в какой-то момент мне показалось, что я понимаю за какой блок и что отвечает. Поэтому решил поменять два блока местами.

Мысль была глупой, я не внял предупреждениям эльфа, за что и поплатился. В то время, когда Варвара и Натаниэль что-то живо обсуждали в нескольких метрах от меня, я решился на эксперимент.

Сначала всё хорошо. Где-то за две минуты я создал плетение, уже модернизированное магическим Кулибиным. Заклинание отлично создалось и хорошо напиталось энергией и даже хорошо воплотилось. Я решил, что постановка блоков в заклинаний не так важна и это значит, что их можно выстраивать в любом порядке. Но в обратно пришлось убедиться в следующее мгновение, когда я решил сдвинуть светляк ближе к Натаниэлю и Варваре. В этот момент светляк из размеров обычной лампочки увеличился до размеров футбольного меча, а потом с хлопком лопнул, заливая всю тихую полянку ярким светом и ослепляя всех, находившихся на ней.

Испуганно заржали лошади, раздался вскрик Варвары и отборная ругань Натаниэля. Зрение ко мне вернулось не сразу, перед этим я почувствовал, как мне в скулу влетел небольшой, но острый и очень сильный кулак эльфа. От чего я опрокинулся на землю, потом встал на четвереньки, очумела качая головой и пытаясь прийти в себя.

— Совсем ополоумел? — рявкнул он, — я же сказал не переставлять блоки. Ты мог нас всех угробить.

Глава 14

Обед прошёл в полной тишине. Натаниэль хмуро смотрел куда-то сквозь меня, я же чувствуя за собой вину понуро смотрел в землю. Варвара пыталась разбить повисшее напряжение разговором, но диалог всё никак не хотел клеиться.

Как только все насытились, мы двинулись в путь. Натаниэль уехал вперед, а мы с Варварой двигались в неспешном темпе, тихо беседуя.

— Он очень за тебя волнуется, Антон, — втолковывала она мне на ходу, — когда в Львинограде в мой дом принесли твоё тело он кинулся тебя буквально воскрешать. Это воскрешение дорого ему далось. Прошу тебя, не позволяй его труду пропасть зря.

Она замолчала, некоторое время ехали в тишине.

— Я не понимаю, почему он со мной так носится, почему спасает и защищает, — наконец, я нарушил тишину, — разве у эльфа, которому бес знает сколько лет, нет других дел?

— Может и есть, — тихо ответила она, сверля взглядом сутулившуюся в седле фигуру Натаниэля, — никто не знает через что прошлось пройти Натаниэлю Кариэльскому в этой жизни, и никто не знает о его мотивах. Но одну я могу сказать точно — он хороший, он всегда готов помочь и защитить, и всегда готов сразиться со злом, в какой бы ипостаси оно не предстало.

— Ты что-то о нём знаешь?

— Не так много, на самом деле, — пожала плечами девушка, — но о его приключениях сложено несколько песен, в любом нормальном городском трактире за пару монет её могут исполнить. Никто не знает сколько ему лет точно, но когда был уничтожен Кариэльский лес Натаниэль уже тогда был известен многим. Он бродил по свету выискивая способ вернуть его народ домой.

— Домой? Разве не леса их дом?

— Нет, этот мир вообще не является ни чьим домом, все мы пришли сюда из других миров, просто кто-то раньше, кто-то позже. Отец говорил, что раньше этот мир населяли драконы, потом пришли эльфы, гномы, орки и все прочие народы, в том числе и люди. Многие уже забыли об этом, но эльфы помнят, они долго живут и у них долгая память. Говорят, что до сих пор живы дети первых эльфов, пришедших в этот мир.

— Живы даже первые эльфы, — голос Натаниэля был полон скорби, — они с горечью вспоминают дом.

Я удивлённо смотрел на оказавшегося рядом эльфа. Его молодое лицо потемнело, под светлыми глазами залегли глубокие тени.

— Я не ищу пути в мир эльфов, многие грезят, но не я. Я родился здесь, под светом этой прекрасной звезды, — он посмотрел на Хенген, местное солнце, — теперь я хочу, чтобы этот мир процветал, чтобы не было войн и ненужных смертей. И теперь я ищу тех, кто поможет мне в спасении этого мира.

Он заметил мой протестующий взгляд и не дал мне ничего сказать:

— Или просто стараюсь помочь тем, кто в этой помощи нуждается, — закончил он.

— А что случилось с Кариэльским лесом? — задал я мучивший меня вопрос.

— Война — жестокая и безжалостная, геноцид, которому подвергся целый народ.

— Кто же на вас напал?

— Предатели, — скорбь на лице Натаниэля сменилась гневом, — когда-то было два великих эльфийских народа — эльфы Кариэля леса и Кородара, будь он проклят. Но князю Кородара было недостаточно власти, и он решил захватить Кариэльский лес и наше царство. Но этот подлец, безумная бестия, монстр во плоти действовал не своими руками. Он подставил наш народ, совершили преступление, оставляя на месте улики, указывающее на наш народ. Люди ополчились на нас.

— Каким же должно быть преступление, чтобы уничтожить целое королевство? — в этот раз вертевшийся у меня на языке вопрос задала Варвара.

Натаниэль до скрипа сжал поводья, и без того белые его пальцы побелели.

— Нужно убить только одного человека, короля. И тогда на вас кинутся все, кто только может. Даже те, кому плевать и на короля, и на эльфов, те, кому нужны были плодородные земли и прекрасные леса.

— Но ты же сказал, что князь Кородара хотел захватить Кариэль, а не уничтожить, какой тут смысл?

— Если бы наш народ признал его власть над нашими лесами, то разорение бы остановилось, тогда он имел большой вес в мире. Это сейчас Кородор закрыт, практически никого не принимает, не торгует и не общается. А тогда стоило лишь князю Ануралу повести бровью и все окрестные короли бросались к его ногам, сейчас всё иначе, да и сам Анурал сгинул.

В этот момент на его лицо наползла злая усмешка, мне даже показалось, что Натаниэль сам причастен к смерти князя Кородора, но спрашивать я не стал.

— Но Кариэль не признал власти Анурала, мой народ бился до последней капли крови, он бился даже тогда, когда понял, что обречён. Но мы не сдались, мы бились до конца, но силы были слишком не ровны. Я помню, как горел лес…

Он замолчал на полуслове, на встречу нам двигалось несколько крестьянских повозок, запряжённых понурыми лошадками.

— Добрые господа, — подал голос пожилой мужчина, приветственно махая рукой, — будьте осторожны, два дня назад на этой дороге видели разбойников.

— Спасибо за предупреждение, — натягивая на лицо улыбку крикнул в ответ эльф, — пусть и в ваша дорога будет доброй!

— Вряд ли они нападут на трёх путников, лучше ограбить караван, чем трёх путешественников, выгода больше, — сделал вывод я.

— Больше, но ограбить трёх путников куда проще, будьте на чеку, скоро начнутся леса, — на этом наш разговор об истории эльфийского народа прервался.

Бандитов в этот день мы не встретили, не встретили мы их и на следующий. Поэтому здраво рассудили, что в какой-то момент просто проехали мимо, и бандиты нас трогать не решили. После происшествия с заклинанием света эльф сначала не хотел дальше меня обучать, но сдавшись под напором веских аргументов и обещаний, что больше я экспериментировать не буду, сдался.

Следующим заклинанием, которое я начал изучать, было малое исцеление. И когда я увидел плетение этого заклинания, то был очень удивлён. По сравнению с ним магический светильник был просто детским рисунком из разряда палка-палка-человечек. Это же плетение можно было сравнить с рисунком студента второго курса художественной академии. А вот среднее исцеление, которое просто для наглядности показал мне Натаниэль. Вот это было настоящее произведение искусства, в этом плетении были тысячи элементов. На построение этого плетения у Натаниэля ушло минут пять, с простым же он справлялся за десять секунд, магический светильник воплощался почти мгновенно.

— Это общее заклинание, — объяснял он мне в процессе, — оно хорошо заживляет серьёзные раны, останавливает кровь, но для хорошего исцеления требуется целый комплекс заклинаний или видов этого заклинания. Оно, конечно, срастит тебе сломанную ногу, но кость от этого на место не встанет, тут нужно другое заклинание.

Я удивлённо качал головой.

— И как же всё это держать в голове? Чтобы запомнить такое плетение нужно не меньше нескольких недель, а ты говоришь про то, что под каждый конкретный случай надо выбирать конкретное заклинание. Я что же в школе проведу пол жизни?

Натаниэль усмехнулся:

— Нет конечно. Всего шесть лет. И за этого время, ты выучишь не очень много заклинаний, тут ты прав. Поэтому тебе предстоит выбрать себе специализацию. Об этом тебе расскажут уже там, не забивай себе голову.

— Натаниэль, я читал у себя дома в одной книге, — тут я запнулся, раздумывая над достоверностью тех сведений, что хотел сказать, — читал в одной книге, что для изучения заклинаний или вообще для изучения чего-либо маги используют заклинания для улучшения память. Один раз применил и память становится абсолютной или ты просто лучше усвоишь материал.

Натаниэль задумчиво почесал подбородок.

— Это что за книги такие?

— Ну, есть такой жанр литературы, который рассказывает о выдуманных мирах. Килларион очень похож на одну из таких фантазий.

— Ах, вот в чём дело. — понятливо кивнул эльф, — Может это вовсе и не выдуманные миры. Есть такая теория, что писатели, художники, поэты и прочие творческие личности обладают особым строением ауры или души, и способны пробиваться за пределы видимого, разумеемого всеми мира. Может быть и сейчас где-то спит молодой писатель и видит о нас сны?

Он рассмеялся, я поддержал его.

— Видимо, весёлая получается у него книжка. Я то бес сознания, то умираю, а большую часть времени просто иду или куда-то еду.

— Да не бойся, может сейчас просто идёт завязка, — никак не унимался эльф.

Так мы и ехали посмеиваясь и подшучивая над неизвестным писателем, который пишет книгу про Антона Острова и Алису Озорнову.

Наши смешки прервала Варвара, которая тихонько шикнула. Она не участвовала в разговоре, вместо этого она пристально всматривалась в окружавший дорогу лес. Дорога, по которой мы ехали уже два дня шла через лес, деревья не вплотную подступали к дороге, а находились на расстоянии от неё семи — десяти метров. Видимо, когда прокладывали эту дорогу, строители прорубили в достаточно густом лесу широкую просеку.

Теперь же просеки никакой не было, видимо, именно это и напрягало Варвару. Мы подъезжали к месту, к которому почти вплотную подступили высокие ели, их раскидистые лапы почти лежали на когда-то вымощенной, но уже рушащейся дороге.

Эту дорогу вымостили очень много лет назад, ещё в те времена, когда Кариэльсикй лес рос и цвёл

— Чуешь что-то? — девушка бросила взгляд на Натаниэля.

Тот молчал, сосредоточенно глядя в пустоту, потом сплёл какое-то заклинание и в стороны от него побежала видимая лишь в истинном зрении паутина.

— Семеро, — коротко сказал он и тут на встречу нам вышли звероватого вида мужчины.

Было их действительно семеро, один в какие-то рваные тряпки, лица были заросшие и немытые. Трое из них сжимали в руках луки, ещё у троих были длинные кинжалы, главарь же, а это был именно главарь, видно по одежде и по тому как он держался, в руках сжимал нож.

— Всё, господа, приехали. Спускайтесь с коней и выворачивайте карманы, — начал разговор главарь. В этот момент все три лучника натянули тетиву, все трое почему-то целились в Натаниэля.

— А где же стандартное, кошелёк или жизнь!? — так искренне удивился Натаниэль, что даже я не смог сдержать улыбки, главарь же даже не улыбнулся.

— Вы предпочитаете жизнь, господа? Так мы это мигом организуем, вы будете слазить с лошади или мне вас оттуда снять.

В голосе главаря не было никаких эмоций, даже угрозы. Он словно каждый день выходил на дорогу и грабил людей, хотя может это и так.

— Не стоит нервничать, — поднимая руки сказал Натаниэль, — мы спускаемся.

Я с интересом наблюдал за происходящим. Я не понимал, что творит эльф, по идее он лишь одним заклинанием мог уничтожить всех разбойников, но он почему-то медлил, играл в какую-то свою игру, поэтому я решил подыграть.

Мы спустились с лошадей.

— Отлично, — оживился главарь, — теперь кошельки и оружие на землю.

— Палец, — просипел один из лучников, — слушай, а давай девку возьмём, красивая же девка, попользуем, а?

Взгляд главаря дёрнулся к лицу Варвары. Та была полностью безучастна к происходящему, внешне была расслаблена.

— А чего бы и нет, и правда красивая, — всё также без эмоций произнёс бандит, — девку тоже оставьте.

— Нет, пожалуйста, не надо, только не это, — наконец Варвара вмешалась своей наигранной речью.

Я стоял в полном недоумении от всего происходящего.

— Да не боись, красавица, мы тебя попользуем и отпустим, если веси хорошо себя будешь, тебе может и понравится, попросишь остаться, будешь нашей боевой подругой.

— Боевой подругой? — бровь эльфа насмешливо взлетела вверх, — нет, брат, она наша боевая подруга.

И в этот момент Натан исчез, смазался в воздухе в тёмный росчерк, и оказался около уже мёртвого главаря, потому что с дырой в животе обычно долго не живут.

— Пальца убили, — закричал один из лучников и тут же упал, пронзённый клинком оказавшейся около него наёмницы.

В этот момент я опомнился и выхватил из ножен свою шпагу, в другой руке я зажал зачарованный эльфов кинжал. Ко мне бросился один из бандитов, сжимающий в руках длинный кинжал. Я наотмашь махнул шпагой, не ожидавший такого бандит напоролся на неё и охнув повалился на землю, вырывая у меня из рук шпагу. Оружие я своё не оставил, выхватил из проколотого головореза, который к этому времени уже начал оглушающе выть.

А я уже развернулся к другому противнику, рыжему детине с длинным ножом, зажатым в руке. Он не стал напарываться на выставленную мной шпагу, а попытался ударить меня куда дотянется. Я кинжалом парировал удар, а уже следующим вонзил свою шпагу в бок бандита. Тот зарычал абсолютно по-звериному, рванулся ко мне, насаживаясь на шпагу ещё сильнее и пытаясь достать меня своим клинком. От клинка я ловко увернулся, и в тут же саданул его своим зачарованным кинжалом в горло. В лицо мне брызнуло горячей вражеской кровью, она попала мне в рот и в глаза. Я отшатнулся от поверженного мной врага, боясь очередного удара, но его не последовало. Рыжий разбойник схватился за горло обеими руками, завалился на спину и захрипел.

Я же не стал смотреть, как умирает мой враг, а начал искать следующего противника, но врагов вокруг не оказалось. Зато в десятке шагов от меня, на том месте, где стоял один из лучников, оказались о чём-то живо беседующие Варвара и Натаиэль. Они, видимо, уже давно расправились со своими врагами, о чём свидетельствовало пять тел, валяющихся прямо на дороге. Они даже не запыхались, дыхание у них было ровное, я же в свою очередь дышал как загнанная лошадь, перед глазами плыли круги.

— Ты хотя бы добей, чего мучаешь врага? — насмешливо произнёс эльф, подходя ко мне.

— Добить? — оторопел я.

— Да, вон, ты его в пузо пырнул, мучается бедолага, — и уже более с нажимом сказал, — надо добить.

Я посмотрел на дело рук своих. В нескольких мерах от убитого в горло разбойника лежал первый, напавший на меня. Он лежал в позе эмбриона и тихо поскуливал, зажимая образовавшуюся в животе дыру, из которой толчками вытекала кровь.

— Я не смогу, — посмотрел я в ясные глаза эльфа.

— Добей! — жёстко отрезал он.

— Я не смогу, Натан! — крикнул я, отшатываясь от него и стараясь не смотреть на раненного бандита.

— Не убивайте, — словно вторя моим мыслям проскулил тот, — помогите.

— Добей, Антон, он бы сделал это с тобой без колебаний, ещё бы и посмеялся.

Я замотал головой.

— Я — не он.

— Да, ты не он, поэтому будь милосерден и…

Договаривать он не стал, потому что подошедшая к разбойнику Варвара наклонилась и ударом кинжала прервала мучения бандита. Меня замутило, я почувствовал на губах вкус крови, почувствовал самым отвратительным, самым грязным на свете человеком. Желудок скрутился в тугой узел и побежал к обочине, на ходу выпуская из себя всё то, что съел сегодня на завтрак. А за спиной у меня Варвара что-то тихо говорила злившемуся эльфу.

Через две минуты я услышал, как скрипнуло седло и раздался стук копыт. Эльф куда-то уезжал, оставляя меня и Варвару.

— Ничего страшного, он скоро вернётся, — сказала мне Варвара, после того как помогла умыться, — он просто судит всё по собственным меркам, по меркам существа прожившего уже несколько сотен лет, ему трудно понять нас.

— Почему он хотел, чтобы я добил его? — глядя в серьёзные глаза девушки, спросил я.

— Он думает, что это поможет тебе стать сильнее, но я так не думаю. Этот сделает тебя более жестоким, но никак не сильным.

— Но я же убил человека.

— Да, — кивнула она, — убил, но ты убил его в горячке боя, защищая свою жизнь, это гораздо проще. Поехали, не стоит задерживаться тут дольше, чем нужно.

Я покосился на валявшиеся тут и там тела разбойников и согласно кивнул.

Глава 15

Уже сутки мы двигались без Натаниэля, тот уехал и пропал, сначала я думал, что мы нагони его по дороге, но этим мыслям не суждено было сбыться. Я начинал потихоньку волноваться, а Варвара — напротив, оставалась спокойной и как всегда сдержанной.

— Как думаешь он вернётся? — в которой раз задавал я вопрос девушке.

Та ничего не отвечала, лишь пожимала плечами мол поживём-увидим. Дорога стала всё оживлённее, стали попадаться небольшие караваны, бредущие в город на ярмарку крестьяне, пару раз нам на встречу попадались дорогие кареты.

— Благородные, — поясняла мне Варвара, — едут в свои владения.

Я понимающе кивал и провожал кареты тоскливым взглядом. Размышляя над тем, что у них есть собственный дом или даже замок, а у меня в этом мире ничего нет. В кошельке позвякивает десяток золотых монет, да пригоршня серебра и как на эти деньги жить я не представлял, тем более учиться. Натаниэль мне говорил, что обучают в любой магической школе бесплатно, ведь чем больше учеников школа выпустит, тем больше она будет прославляться, тем больше будет магов на службе у королевства.

Служба не была обязательной, но многие окончившие школу маги шли, потому что король платил не скупясь, обеспечивал волшебников всем необходимым для комфортной жизни. При этом, даже не смотря на службу, любой маг, окончивший магическую школу, приравнивался к дворянскому сословию. Дворяне, конечно, на это мало обращали внимания и считали магов низшим сословиям, но против закона они пойти не могли.

— О чём думаешь? — голос Варвары отвлёк меня от мрачных раздумий.

— Да так, о жизни, о будущем, о всяком-таком.

Глаза девушке странно сверкнули.

— Об Алисе?

Я смущённо улыбнулся.

Конечно, Алиса занимала большую часть моих мыслей. Я с нетерпением ждал нашей встречи, думал над тем, что же я скажу ей. В основном это были всякие глупости.

— Понимаю, когда я встретила своего покойного мужа, — в голосе её зазвенела печальная нота, — то тоже не могла думать ни о ком и ни о чём, кроме него. Мы очень любили друг друга. И я рада за тебя, Антон. Ты не смотря ни на что должен найти её, ты должен беречь свою любовь.

Моё лицо пылало, не знаю почему, но её слова повергли меня в смущение.

— Я постараюсь, — пискнул я, отворачивая покрасневшее лицо от наёмницы, но от зоркой девушки это не укрылось.

Варвара звонко рассмеялась.

— Какие же вы мужчины трусы, когда речь заходит о чувствах, вы совершенно не умеете говорить об этом.

Я лишь тяжело вздохнул и ничего не сказал, потому что аргументов в защиту мужского рода у меня не было, да и не думал я о них. А думал я о том, что скорее бы добраться до кровати в ближайшей гостинице, после того как Натан нас покинул, лечением моих натруженных частей тела никто не занимался, а сам я заклинание выучить так и не смог, потому что мой учитель ускакал в неизвестном направлении.

Но до ближайшей гостиницы пришлось скакать до глубокого вечера, уже почти в сумерках мы въехали небольшой деревеньки, от которой до города оставалось пол дня пути.

Гостиница в местной деревеньке была гораздо лучше всех остальных, в которых мне довелось бывать. Даже обеденный зал был чистеньким и уютненьким. В зале помимо нас с Варварой сидело ещё пара крестьян и два купца и трое благородных, это было видно по тому, как они обращались к владельцу гостиницы и прислуге. Кормили тут неплохо, особенно мне понравилась картошка. Что вы скажите такого в жареной картошке? А я скажу, эта картошка очень похожа на ту, что иногда готовил отец, приходя с работы. От мыслей о доме мне стало грустно.

И видно моя тоска отразилась на моём лице, и Варвара, потягивающая из бокала ароматное вино протянула мне кувшин с этим напитком.

— Выпей немного, это поможет расслабиться и не пускать в голову дурные мысли.

В этот раз от вина я отказываться не стал. Налил полный бокал и не спеша выпил, вино оказалось вкусным, и я попросила Варвару долить ещё мне немного вина.

— С молодым вином надо быть осторожнее, Антон, — наставляла меня девушка, подливая вино в стакан, — пьётся оно легко и пьянеешь от него тоже быстро и незаметно.

— Нас вино не берёт, — усмехнулся я, почти проглатывая ароматную жидкость, — мы сами кого хочешь возьмём.

— Варя, — обратился я к девушке, понижая свой голос до шёпота, — а ты знала, что в моём мире имя Варвара раньше носили очень многие девушки. Есть даже сказка про Варвару-красу, длинную косу.

— Правда? — распахнула удивлённо свои серые глаза девушка.

— Честное слово, — уже почти пьяным голосом сказал я, — хочешь расскажу?

— Конечно, — улыбнулась Варвара, и я начал свой рассказ.

Сказка была и не сказка вовсе в том виде, в котором многие её представляют. Пересказывал я старую советскую теле-сказку, которых в детве своём видел я много, мама почему-то была уверена, что эти сказки мне в жизни помогут.

— В далёком-далёком царстве, в каком-то там государстве жил царь…, — начал я своё повествование достаточно громко.

Рассказывал сказку я долго, наверное, дольше чем она шла по телевизору, зато расписывал всё в подробностях, в красках. Кто во что одет, кто что говорит, я пытался развлечь девушку и себя за одно как можно сильнее, и надо сказать, это у меня получилось. Местами Варвара заливалась громким, звонким смехом. Надо сказать, что и сам я местами не мог сдержаться от смеха.

— И взмолился Андрей Царевич перед Варварой-красой, дочерью Чудо-Юдовой и попросил за него Андрей рыбацкий сын и сжалилась красная девица, вмазхнула рукой, шепнула слово и стал Андрей Царевич снова человеком и принял его назад отец его, царь Еремей. А Андрей Алексеевич, рыбацкий сын, стал с Варварой жить да добра наживать, всё у них стало ладиться. Вот и сказки конец, а кто слушал молодец.

Наконец закончил я и был оглушён многочисленными аплодисментами, сыпавшимися со всех сторон. Я испуганно огляделся, что хлопают все собравшиеся в зале, кроме дворян, которые сидели в своём углу и потягивали вино.

— Мастак ты, парень, сказки баять, — подошёл ко мне один из купцов, — никогда я такой сказки не слышал, спасибо.

Он чуть поклонился мне и положил на край стола серебряную монету.

— О, не стоит, — замотал я головой, — я всего лишь хотел развлечь свою спутницу.

Я указал на сидевшую с блестящими глазами Варвару.

— Тебе бы в менестрели пойти, парень, — не обратил на мои слова купец, — слава и почёт бы тебе обеспечены были. Ты скажи, это где такие сказки бают?

Я в поисках поддержки посмотрел на Варвару, но так и не дождавшись от неё помощи улыбнулся купцу и на распев проговорил:

— За высокими горами, за глубокими морями, через тридцать государств, да чрез восемьдесят царств, за леском, за перелеском, в Тридесятом Королевстве.

Купец рассмеялся, обхватывая свой объёмны живот руками.

— Ох, и повеселил ты меня парень, — наконец отсмеялся он, — тебя как звать-то?

— Антон Остр, — коротко представился я, — а это…

Но девушка не дала мне представить её:

— Варвара, — холодно улыбнулась она купцу.

Взгляд купца скользнул по лицу девушки, потом пробежал по её фигуре, замер возле длинного меча, которой девушка поставила возле ножки стола. Понятливо кивнул и широко улыбнулся.

— Меня зовут Олис Кинт, я и мой партнёр занимаемся торговлей по всему Розотмиру, через месяц вернёмся в город. Был бы рад вас видеть у себя Антон Остр, я бы послушал ваши сказки. В Розотмире меня многие знают, стоит только спросить. Всего доброго!

Он слегка поклонился и вернулся к своему спутнику.

— Надо бы пойти спасть, — устало сказал я девушке, — доброй ночи!

Распрощался я со своей спутницей и уже собрался подняться на второй этаж, где уже были приготовлены две комнаты, но меня догнал окрик.

— Эй ты! Сказитель, — я повернулся на голос.

Обращался ко мне один из дворян.

— Подойди сюда, — властно сказал он.

Я, решая не ввязываться в лишние конфликты, приблизился к столу благородных. Передо мной сидели три парня, двое чуть старше меня, третий примерно моего возраста. По лицам их было видно, что они считают себя хозяевами жизни, надменные взгляды, что бросали они на всех, это подтверждали.

— Садись, — пододвинул мне ногой табурет один из благородных, тот что говорил со мной.

Был он, видимо, в этой троице самый незнатный, поэтому и обращался ко мне. Я молча сел, рассматривая всю троицу.

За главного у них был мой ровесник, парень лет шестнадцати. Его холёное лицо больше походило на морду какого-то хорька, слабовыраженный подбородок, бегающие тёмные глазки.

— Нам понравилось, как ты рассказывал сказку. Граф Жебио хочет послушать ещё.

Прямо на стол упало две золотые монеты, огромные деньги по местным меркам.

— Простите, благородные господа, — качнул я головой, — но я не трактирный менестрель, я просто хотел поразвлечь свою спутницу.

Глаза графа-хорька сузились, он пристально разглядывал меня, потом нарушил тишину:

— Ты хочешь сказать, что ты отказываешь МНЕ? Сыну Яна ро Сангланта, наследнику Жебио ро Сангланту, ты хоть понимаешь, что ты делаешь, смерд?

Он говорил громко и уверенно, словно считал, что он вправе это делать. Во мне закипел гнев. Я сжал рукоять кинжал, этот жест заметили, и прихвостни графа Жебио. Один из них, тот который говорил со мной, отодвинулся от стола и положил руку на эфес шпаги.

За спиной у меня послышался скрип половиц, и какое-то движение. Я скосил глаза и увидел стоявшую за моим плечом Варвару, на лицо она надела, неведома откуда взявшуюся маску. В зале повисла напряжённая тишина, тихо где-то в углу звякнула посуда, запало ещё не пролившейся кровью.

Аристократы бросили взгляд на Варвару, на её маску, и сжатый в руках меч.

— Господа, не стоит доводить до смертоубийства, — возник между нами торговец Олис Кинт, — я думаю, уважаемый Антон не хотел никого обидеть, он просто устал после долгого пути, немного перебрал вина и готов принести извинения, не так ли?

Я скрипнул зубами, вины я за собой не чувствовал, но взгляд аристократов говорил об обратном, они готовы были сорваться в бой, а если это произойдёт, то кто-то может пострадать, и я делаю ставку на аристократов.

Хорёк впился в меня глазами, я видел как напряжённо дёрнулось его веко, как напряглась и без того прямая спина.

— Да, господин Олис прав, — поднял я в примиряющем жесте руки, вокруг послышались вздохи облегчения, — уважаемый граф, я приношу вам свои извинения.

— Историю, — прошипел он в ответ.

Все взгляды скрестились на мне, я затылком почувствовал, как в меня впился взгляд владельца гостиницы, как приготовилась к рывку Варвара и как напрягся Кинт.

— Нет, — я покачал головой, — я слишком устал уважаемый граф.

Произнёс я как можно твёрже.

— Может быть в другой раз.

Граф обиженно дёрнул подбородком, нахмурил тонкие брови.

— Ладно, в другой раз. И помни, Антон Остр, если ты попадёшься мне на пути, то обязательно расскажешь мне сказку.

Я примиряюще улыбнулся.

— Может быть, уважаемый граф, — а про себя взмолился богам, чтобы судьба меня больше не свела с этим злобным типом.

На этом мы разошлись — граф и его прихвостни остались в зале, а мы с Варварой поднялись в наши комнаты. Возле моей комнаты она остановила меня.

— Ты правильно сделал, что не стал доводить до конфликта, иначе я бы просто убила этих юнцов.

Я понимающе кивнул.

— Да, лишние проблемы нам не нужны. Как думаешь, это этот мир так испытывает меня?

Она пожала плечами, серые глаза сверкнули в полумраке коридора.

— Ложись спать, завтра рано вставать, к тому же ещё тренировка.

И легонько коснувшись моей руки она зашла в соседнюю комнату, а я последовал в свою.

Утром, только Хенген коснулся горизонта, Варвара разбудила меня и погнала на тренировку, которые проводила вместо эльфа. Как оказалось, Натаниэль очень щадил меня и берег, наёмница же оставляла мне ровно столько сил, чтобы я не вывалился из седла и мог продолжать движение.

И сразу после интенсивной тренировки и плотного завтрака мы двинулись в путь и уже к обеду перед моим взором лежала столица королевства Розотмир — город Розотмир. Видимо с неймнигом у местных было не очень. Зато архитектура поражала. Город открылся перед нами как на ладони. Находился он в низине на берегу широкой реки Дагоны, бравшей своё начало далеко в горах маленьким ручейком и превращающаяся в огромную реку.

Город же был величественен, высокие и толстые стены из мрачного серого камня вздымались по периметру, вокруг этих стен наросло много домов, можно сказать, образовался ещё один город, снаружи города. А вот за стенами находилось что-то прекрасное. Огромные белоснежные замки и дворцы с невероятными золотыми шпилями, широкие улицы и высокие дома, для этого мира пять этажей было очень высоко.

— Нравится? — раздался голос Натаниэля у меня за спиной.

Я вздрогнул и резко обернулся.

Передо мной действительно был Натаниэль, одетый так же, как и в последнюю нашу встречу. Длинные его волосы были убраны в хвост, а на лице горела невероятно белоснежная улыбка.

— Ну и куда ты пропал? — кинулся я с места в карьер, — я думал, ты меня бросил.

Улыбка Натаниэля стала ещё шире.

— Ну как ты мог такое подумать, Антон? Просто мне нужно было кое о чём подумать, но поверь мне, я всегда был рядом и всегда был готов прийти тебе на помощь, так что тебе не стоило беспокоиться.

От такой наглости у меня спёрло дыхание, я хотел ещё что-то сказать, но глядя в усмехающееся лицо эльфа, так и не нашёл подходящих слов.

— Ладно, я тебе припомню, — рассмеялся наконец я, — я рад, что ты вернулся.

Натаниэль улыбнулся в ответ.

— Ты так и не научил меня заклинанию исцеления.

— Сегодня в гостинице этим обязательно займёмся. А то и правда отстали мы от учебного плана. Надеюсь тренировки ты не бросил без меня?

Тут он покосился на сосредоточенно что-то рассматривающую вдалеке Варвару.

— Нет, Натан, Варвара меня гоняла, — закивал я.

Девушка утвердительно кивнула и после короткого раздумья добавила.

— Ты мало его гоняешь, он способен на большее. Если я потренируюсь с ним пару лет, то он станет вполне сносным воином.

Я в ужасе замотал головой.

— А мне и так достаточно неплохо, я же будущий маг, зачем магу шпага? Шарахнул молнией и готово.

Девушка посмотрела на меня как на идиота.

— Ты сам-то понял, что сказал? — ехидно спросил эльф, — ты же после окончания школы станешь относиться к благородному сословию, поэтому любой дворцовый франт сможет вызвать тебя на дуэль и зарезать как поросёнка.

— А я его молнией!

Эльф сокрушённо покачала головой.

— Поехали, а то торчим тут как сосны в императорском саду.

И мы поехали. До города мы добрались только через час, столько же ушло на движению по пригороду. Как объяснил нам Натаниэль мы будем жить в одной из лучших гостиниц города. Когда же я заикнулся о деньгах, то эльф просто махнул рукой, мол всё решено и деньги вообще не проблема.

Город за стенами оказался огромен, высокие здания высились вдоль широких мощённых камнем улиц.

По городу мы петляли ещё полчаса и наконец оказались возле приземистого трёхэтажного здания, сложенного из красного камня. Вывеска над дверью гласила6 «Тёплый очаг», ещё на вывеске была нарисована кружка с чем-то пенным.

Сдав лошадей на попечению юркому пареньку мы вошли в здание и оказались в просторном помещении, уставленном столами и стульями. Навстречу нам тут же двинулся молодой лакей, одетый в синего цвета ливрею.

— Номера господа или желаете отобедать у нас, сегодня на обед подаются сырные марнидолы, — жизнерадостно улыбнулся он.

— Нам номера, а вообще бы сначала поговорить с мастером Ромулом.

Улыбка на лице парня стала более натянутой.

— Господин Ромул сейчас занят, но я могу сообщить ему о вас, если это действительно важно.

— Важно, — нахмурился Натаниэль, — к нему старинный друг Натаниэль приехал, а он занят делами, тащи его сюда бегом!

Рявкнул Натаниэль и лакею словно ветром сдуло.

— Понаберут же новеньких, да меня тут каждая собака знает, — пояснил он мне свой гнев, — Грета!

Он помахал выглянувшей из кухонной двери девушке, та ойкнула и исчезла в недрах кухни. Я рассмеялся:

— Видно подзабыли тебя тут, Нат. Или ты тут что-то ужасное сотворил.

Натаниэль мне возразить не успел, в этот момент у него на шее повисли две визжащие как школьницы молоденькие девушки, каждой из них было лет по двадцать пять. Одна, ранее виденная нами Грета, рыжая девка с вьющимися волосами и шикарными достоинствами. Вторая же была жгучей брюнеткой, с бледной кожей, на фигуру она была чуть хуже, чем её товарка, зато личиком отличалась в лучшую сторону.

— Натаниэль, — пищали они, заключая эльфа в цепкие объятья, — а мы скучали, ты же обещал приехать ещё полгода назад.

Эльф краснел, пыхтел и пытался отговориться:

— Берта, Грета, вы же знаете, что геройские дела требует моего постоянного присутствия, мне же надо было спасать мир.

— А кто будет спасать нас? — полыхнула рыжая Грета.

— Да, кто нас будет спасать? — поддержала тёмная Берта.

Эльф хитро ухмыльнулся:

— Ну, я думаю у таких красоток как вы от спасителей отбоя нет, — говорил он весело, при этом шаря рукой по телам девушек, иногда его руки опускались куда ниже спины и то одна, то другая девица поправляли забравшуюся не в свои владения руку эльфа.

— А это кто? — почти в один голос спросили они глядя на нас с Варварой.

— Это твоя новая любовница? — ревниво кинула Берта.

— Ты что нас больше не любишь? — обиженно вклинилась Грета.

Длинные эльфячьи уши задрожали, он с опаской покосился на Варвару, потом облепивших его дев.

— Это моя боевая подруга Варвара, а парень — мой ученик Антон.

— Боевая подруга? — дёрнула головой рыжая.

— А он симпатичный, — добавила брюнетка, впившись в меня взглядом.

Тут пришёл мой черёд краснеть.

— Как на счёт того, чтобы я заглянула к тебе вечерком потереть спинку, друг Натанчика — наш друг, правда Грета?

Грета тоже перевела на меня взгляд.

Наверное, мои уши пылали как огромные маяки, потому что эльф рассмеялся, при этом его поддержали его спутницы.

— Ой, какой стеснительный, — От умиления Грета приложила ладошку к пухленькой щёчке.

— Правда он милашка? — добавила Берта.

Я продолжал пылать, не зная что и как ответить двум девицам.

Но спас меня другой персонаж, показавшийся в зале. Из-за дверей, ведущих куда-то в глубь здания вылетел шар, который оказался не очень высоким, но очень широким во все стороны человеком. Лицо его было мясистым и имело три лишних подбородка, волосы были чёрные, как вороное крыло, своей внешностью н напомнил мне цыгана, только очень толстого. Цыган подбежал к Натаниэлю, цыкнул на девиц.

— А ну за работу, вечером намилуетесь. Дайте я надеру этому ушастому прохиндею его длинные уши.

Человечек подкатился к Натаниэлю и сцапал его в объятья.

— Жив бродяга, — обрадованно ревел он, — а мне сказали, что сгинул где-то в болотах, а я ведь не верил. Ты хоть письмо бы прислал.

— Ромул! — вскрикнул эльф, — ты же знаешь, что я бываю в таких местах, откуда не то что письма, там люди не ходят. А я смотрю ты всё растёшь.

Он отстранил мужчину и посмотрел на него сверху вниз.

— Правда растёшь ты больше вширь. Значит гостиница приносит деньги?

— Всё хорошо, старый друг, — улыбнулся Ромул, — ты к нам надолго?

— Тут как захочешь выгнать, так и уедем, — ухмыльнулся Нат, — знакомься, это мои друзья.

Глава 16

Разговор с Ромалом у Натаниэля занял не так много времени. В это время в холле появились очередные постояльцы и Ромал извинившись удалился.

— Покушайте пока комнаты приберут, сегодня у Себа особенно прекрасно вышли блинчики, — улыбнулся он и закричал, — Берта, нужно накормить моих самых дорогих гостей.

— Натан, этот Ромал твой друг?

Эльф кивнул и что-то пробубнил с набитым ртом, полным блинчиков с вареньем, потом прожевал и повторил:

— Да, я знал его ещё молодым и стройным, ему было тогда лет двадцать, может больше, — он ухмыльнулся, — ему тогда грозила виселица, он был знатным конокрадом.

Я ухмыльнулся, удостоверяясь в своих мыслях о цыганском происхождении Ромала.

— А его народ случаем не кочует по разным странам?

Эльф удивлённо посмотрел на меня.

— О, ты уже успел услышать о народе Тсиганов? В Розотмире они встречаются редко.

Я рассмеялся.

— Нет, о Тсиганах я ничего не слышал, а вот о цыганах — да. Кочуют они по нашему миру в поисках чего-то. Хотя понятно чего, обворуют одно место и дальше идут, выгоду ищут.

— А вот и неправда, молодой человек, — у меня за спиной появился Ромал.

Подошёл он необычайно тихо, что для его габаритов было совершенно удивительно.

— Вы неправы молодой человек, наш народ, может быть, и не совсем чист на руку, но только это служит великому делу. Много веков назад народ тсиганов покинул свою родину и теперь не может найти путь назад. Но когда-нибудь мы найдём путь домой, в каком бы из миров он не находился.

Ромал так воодушевляющее гововорил, что я понял: верит, ещё как верит и сделать с этим ничего нельзя. Поэтому я задумчиво кивнул.

— Прошу прощения, уважаемый Ромал, я не знал всего этого. Найти дом — это достойная цель. Я искренне желаю вам это сделать.

Ромал улыбнулся и сказал, что на меня не в обиде и, что комнаты готовы, и мы можем идти отдыхать. Сказав это он удалился, такой же мягкой поступью, какой и пришёл.

— Ты ему доверяешь? — шёпотом спросил я у эльфа.

Тот лишь задумчиво кивнул, глядя куда-то мне за спину. Я обернулся. Через два столика от нас сидел широкоплечий мужчина, в видавшей виды тёмной рубахе, замызганных штанах и рваных сапогах, в дырки которых было видно его немытые ноги. Он не обращал на нас никакого внимания, потому что занимался методичным уничтожением того, что было в его большом кувшине. На вид ему было лет тридцать пять, лицо было жутко небритым, мутные глаза были опущены в стол, поэтому цвет их рассмотреть не удалось. Зато получилось рассмотреть клинок, что лежал возле кувшина с вином прямо на столе. Клинок сразу привлёк моё внимание, потому что был очень необычен. Лезвия его видно не было, но судя по ножнам клинок был не очень длинный, но при этом изогнутый как змеиное жало. Рукоять же этого клинка представляла собой двухголовую змею, хвост который был длинной рукоятью, а головы двумя направленными друг от друга в виде золотистой гарды, в глазах у змей поблёскивали зелёные камушки.

— Что думаете? — пристально поглядел на нас с Варварой Натаниэль.

Девушка ничего не сказал, лишь пожала плечами. Пока угрозы он не представляет, думать о нём не стоит, скорее всего, подумала она.

— Удивительно, что он не пропил свой меч, — сказал я, тоже особо не думая о пьянчуге.

— Именно, — ухмыльнулся эльф, — и кажется мне, что в последнее время мне везёт на вас.

С этими словами он встал и подхватив стоявший на нашем столе кувшин с вином лёгкой походкой двинулся к парню.

— Приветствую, вас, несомненно, великий воин, разрешите мне сесть за ваш стол.

Несомненно великий воин с трудом оторвал от кружки прикипевший к ней взгляд, сфокусировал его на Натаниэле, потом посмотрел на его уши и пьяно заговорил.

— Пошёл вон, ушастый, не видишь что ли пью и компания мне не нужна.

Потом потянулся к кружке, отхлебнул из неё, а когда опустил её, то Натаниэль сидел уже напротив него со своим кувшинчиком. Парень смерил эльфа взглядом и положил руку на стол так, чобы в случае чего выхватить клинок

Натаниэль же широко улыбаясь сидел напротив мужчины, тот молчал. Потом эльф заговорил и в глазах мужчины отразилась тяжёлая работа мысли, видимо, его пьяный мозг отказывался думать, поэтому ему приходилось прилагать много усилий.

— Ты кто такой!?

Неожиданно взревел человек с мечом и вскочил со стула, тот в свою очередь отлетел от него на пару метров, как и стол, но Натаниэля там уже не было, как и стоявших на столе кувшинов, они как-то быстро перекочевали за соседний столик.

— Да ты хоть знаешь кто я такой? Знаешь!? Я Арор Воин, да ты хоть знаешь, что я делаю за такое предложение, эльф, знаешь?

Я испуганно посмотрел на эльфа, боясь представить, что же он такого предложил этом, несомненно, славному воину.

Но Натаниэль даже не повёл бровью.

— Успокойтесь, уважаемый Арор, я ничего такого и не предлагаю, просто мне нужен человек, который отвезёт письмо в Зорд. И это человек должен быть сильным и умелым воином, я хорошо заплачу. И если вы справитесь, то к вам у меня будет предложение, будьте уверен не как к курьеру.

— Хорошо, я согласен, до завтра терпит? Мне проспаться надо.

— Терпит — улыбнулся эльф, — письмо у меня заберёте завтра, спросите у служанок, меня тут знают.

Арор мотнул пьяной головой, развернулся и тяжёлой походкой двинулся к лестнице к лестнице на второй этаж, где располагалась его комната. Эльф сел обратно за наш стол, принеся при этом кувшин обратно.

— Не понадобился, — единственное что она сказал и продолжл набивать рот уже остывшими блинчиками. и начал есть только что принесённую утку. Мы с Варварой тоже присоединили к нему, ведь желудок настойчиво напомнил о себе, вопросы я решил оставить на после обеда. Когда же мы полностью насытились и отодвинули пустые тарелки, то стали выжидающе смотреть на эльфа.

— Ну и что вы на меня пялитесь? — приподнял он одну бровь.

Натан смотрел на нас с ехидной улыбкой и весёлыми искрами в глазах.

— Кто этот человек? И зачем ты его попросил отвезти какое-то письмо?

Натаниэль поднял руки ладонями вверх, и я почувствовал, как он производит какое-то магическое действие. Я перешёл на магическое зрение и увидел, как над ладонью Натана образуется какое-то странное плетение, безумно сложное и ветвистое, создавалось оно с невероятной скоростью и уже через две минуты было запитано энергией. Когда плетение было сформировано, вокруг нас опустился не видимый обычным взглядом купол.

— Теперь можем и поговорить. Это полог непроницаемости, — ответил он на невысказанный мной вопрос, — теперь нас никто не сможет подслушать.

— Кто этот человек? И зачем ты его попросил отвезти какое-то письмо?

— Его зовут Арор, он воин и, мне кажется, он такой же, как ты.

Я ничего не говорил, а просто сидел и думал, но вопрос задала Варвара:

— Он тоже иномирец? А зачем ты его попросил отвезти письмо? И как понял кто он?

— Мне нужно наладить с ним контакт и поспрашивать его, да и меч мне его понравился, очень странный и непонятный артефакт, и в чём заключается смысл плетения, который вплетён в рукоять меча я так и не понял. Вот по этому мечу я и понял кто он, ну и ещё по паре факторов, на него почти не действует магия. Когда я подошёл к нему, то применил средние исцеление, но он лишь частично протрезвел, а это странно.

После этих слов Натаниэль развеял заклинание и полог пропал.

— Вам нужно отдохнуть, отправляй в комнаты, вас проводят, а мне надо поговорить с Ромалом, мы давно не виделись, да и ещё пара встреч запланирована.

В этот момент уши эльфа дёрнулись, выдавая его с головой.

— Удачи с Гретой и Бертой, — хлопнул я его по плечу, проходя мимо.

— Неужели справишься с двумя? — насмешливо прозвенел голос Варвары.

— Если хочешь, то можешь присоединиться, и я тебе докажу, что справлюсь и с тремя.

Дальше их пикировку я слушать не стал, а последовал совету Натаниэля и в сопровождении мальчика-слуги отправился в свою комнату, где тут же завалился спать.

Где-то кто-то

— Пора начать действовать, — проскрежетал человек одетый в чёрный плащ до земли.

— Слишком рано, хозяин, мы ещё не готовы, — голос второго был заискивающий, в нём слышались лёгкие панические нотки.

— Ты смеешь мне перечить? — удивился человек в чёрном, — ты забыл откуда я тебя вытащил? Что с тобой было, когда я пришёл к тебе, ты забыл это?

— Нет, хозяин, но у нас ещё слишком мало жертв, для хорошей жертвы нам нужным маги. Думаю, стоит выждать месяц, к этому времени со всего королевства стекутся студенты.

Человек в чёрном нетерпеливо дёрнулся, сделал шаг ко второму и наклонился к нему, глядя в его расширившиеся от страха глаза.

— Ладно, у тебя есть месяц. За это время ты должен добыть ещё дары нашему повелителю, а когда начнётся поступление, жертв должно быть так много, сколько Повелитель никогда не видел, алтарь должен утонуть в крови.

Человек в чёрном отвернулся, а его слуга поклонился ему в спину.

— Да, хозяин, я всё сделаю.

Глава 17

Алиса уже несколько месяце жила у Ористов, вполне неплохо войдя в эту семью и влюбив в себя всех, от Еремея и его дочери до самого последнего слуги. С Вестой они стали настолько дружны, что стали доверять друг другу самые свои сокровенные секреты. Рассказала Алиса своей новоприобретённой сестре и о ином мире, о мире, из которого она прибыла вместе со своим возлюбленным.

Девушек редко можно было увидеть отдельно друг от друга, любые встречи, вечера и походы по магазинам всегда проходили совместно.

В это время обе девушки усердно готовились к поступлению в магическую школу, к ним ежедневно приходил учитель, который преподавал им основы магического мастерства, рассказывал историю магии и много всего разного и несомненно нужного для обучения магии. Учили они и плетения, в основном целительской направленности, потому что обе они собирались поступать именно на факультет целительства. Иногда учёба перебивалась выходами в свет, где Алису сразу заметили и стали неожиданно тепло привечать.

— Будь осторожна с местной публикой, — наставляла в самом начале наставляла её Веста, — все они улыбаются тебе в лицо, а за спиной говорят гадости, пускают сплетни. Так что смотри в оба.

Алиса внимательно слушала советы своей подруги и старалась им следовать. На баллах и вечерах, которые они посещали на девушек частенько заглядывались богатенькие парни, иногда подходили и баронские сынки, в основном те, кому не светило родительское наследство, младшие дети, поэтому они иногда обитали в купеческой среде, выискивая себе подходящую невесту, а Веста и Алиса были очень завидными невестами. Но ни Алиса, ни Веста так и не сдались в холёные руки аристократов или загребущие лапы купеческих отпрысков. Местные девицы же с завистью смотрели на то, как вокруг двух юных магесс крутится целый ворох мужчин.

Алиса не так охотно посещала балы, как Веста. И всё чаще ходила задумчивая и печальная, иногда настолько, что порою просто не слышала, когда с ней разговаривали, часто отвечала невпопад. Веста знала, что тревожит подругу, она всячески пыталась её поддерживать, поднять ей настроение или развеселить.

— Алиса, у меня есть для тебя замечательная новость, — вбежала она однажды к ней в комнату.

Девушка оторвалась от чтения книга и выжидающе посмотрела на подругу:

— и что же?

— Нашим учителем в Школе, возможно, будет сам Натаниэль Кариэльский, помнишь я рассказывала тебе о нём? Его сегодня видели в городе с какой-то девушкой и парнем. Говорят, парень был симпатичный, не хочешь познакомиться?

— Спасибо, Веста, но мне не интересны другие парни, скоро сюда должен приехать Антон.

— Ну я же не предлагаю тебе ничего такого, просто познакомиться, мне тут птички нашептали, что он красив, да к тому же он тоже поступит в школу, может он наш с тобой сокурсник?

Алиса отрицательно мотнула головой:

— Нет, скоро приедет Антон, я очень надеюсь. Понимаешь, я не могу с ним связаться, я не чувствую его, словно он… словно…

Договорить она не смогла, разрыдавшись прямо в плечо обнявшей её Весты. Плакала девушка долго, пока совсем не выбилась из сил и не уснула.

— Кто же ты такое, Антон Остров? — задумчиво глядя на Алису спросила Веста.

На следующий день Алиса встала очень рано, и решив не тревожить Весту предупредила начальника охраны поместья и отправилась в город.

На улице было тепло, чувствовалось скорое приближение весны и поэтому юная колдунья, одетая в лёгкое синее платье, отправилась на рынок. На рыночной площади было не очень многолюдно, день был не торговый, лишь несколько лоточников продавали свои товары, но Алису они не интересовали, она направлялась в городскую библиотеку.

Библиотеку она посещала каждый раз, когда не ездила вместе с Вестой на балы, но дочери купца было не очень интересно в помещении с пыльными книгами, вечным полумраком и осязаемой тишиной. Это единственное место, где Алиса и Веста бывали раздельно. Алисе же всё это нравилось, ей нравилось учиться и побыть иногда наедине со своими мыслями. Но сегодня в библиотеке было необычайно людно, когда Алиса направилась к библиотекарю, то тот даже не посмотрев на подошедшую девушку, протянул ей какую-то старую пыльную книжечку.

— Я не просила этой книг, мне бы хотелось получить те, что я брала позавчера.

Библиотекарь поднял глаза и узнал свою самую частую посетительницу, виновато улыбнулся:

— Ах, это вы, Алиса. Я работаю уже на автомате, сегодня все требуют историю и старые карты Розотмира.

— А что-то случилось? Зачем это им всем?

Она кивнула на людей, сидящих в зале. Тут собрались совершенно разные люди и не только люди, в число посетителей затесалось несколько гномов и даже один эльф. Все они были явно из разных сословий, тут были воины, торговцы и люди, одетые в рабочую одежду, даже было несколько магов.

— По городу прокатился слух, что где-то в городских катакомбах есть артефакт, который может воскрешать мёртвых и умертвлять живых. Про этот ходит много легенд и вот недавно в одном из старинных домов нашли манускрипт, в котором говорится то, что смерть и жизнь хранится в подземельях Розотмира

— А как этот артефакт называется? — из чистого любопытства спросила Алиса.

— Если мне не изменяет память, — важно сказал библиотекарь, — а она, к слову, никогда мне не изменяет, называется Россошах или по-другому Свеча Бога. Этот артефакт представляют в виде кинжала из бедренной кости дракона с рукоятью в виде черепа и с яркими гранатами в рукояти.

— Неужели они верят, что этот артефакт существует?

Девушка указала глазами на посетителей библиотеки. На что библиотекарь лишь пожал плечами.

— Боги иногда шутят, наделяя вещи чудодейственными силами, а иногда появляются маги такой силы, что они могут бороться с богами. Всё возможно, может и такой кинжал где-то лежит под слоем грунта или развалинами какого-нибудь древнего сооружения, мне, если честно, всё равно. Я всего лишь библиотекарь в Королевской библиотеке, а не авантюрист, — улыбнулся он, поправляя очки.

Девушка поблагодарила старого библиотекаря и попросила выдать ей историю магии, которую она читала уже несколько последних дней.

Но жажда узнать что-то о старинном артефакте проснулась и в ней. Алиса всё никак не могла сосредоточиться на книге, казавшейся ей не такой уж и интересной. И отложив её в сторону, она направилась за историей Розотмира. Она пролистала толстую книгу от корки до корки, но ничего об артефактах там не нашла, не нашла она и историй о живых мертвецах. Когда же она отложила книгу, то библиотека почти опустела, лишь гномы и эльф ещё были тут, они что-то с жаром доказывали библиотекарю, тот лишь сокрушённо качал головой пытаясь что-то доказать в ответ.

Когда Алиса покинула здание библиотеки, на город уже опустился вечер, она внезапно поняла, что засиделась за интересной книгой и стоит поторопиться бы домой, Еремей и Веста, наверное, волнуются.

Город начал постепенно освещаться магическими светильниками. До дома купца было не так далеко, девушка решила не ловить извозчика и дойти до поместья пешком, чтобы насладиться свежим вечерним воздухом. Но её мечтам было не суждено сбыться, как только она спустилась с последней ступеньки лестницы библиотеки, как к ней тут же подъехала карета, из которой выглянул взволнованный Жерех, который стал проводить много времени вместе с Алисой и Вестой в особняке Ористов. Этот рыжий парень, с веснушками на щеках с первого взгляда влюбился в Весту, он упорно пытался это скрыть, но каждый раз его выдавал его влюблённый взгляд, направленный на красотку.

Но сейчас его лицо было не таким весёлым и бесшабашным, сейчас в его глазах читалось напряжённость.

— Алиса, быстрее запрыгивай нам нужно спешить, на господина Еремея напали неизвестные, он ранен, нам нужно спешить. Скорее надень это, это скроет тебя от чужой магии.

Алиса не раздумываю заскочила в карету, напуганная внезапной новостью. Он кинул ей тонкую серебряную цепочку, которую девушка тут же надела. Карета мчалась по городу, и Алиса решила расспросить Жереха обо всём, но тот вёл себя странно — на прямые вопросы отвечал уклончиво, говорил, что на месте ей всё расскажут. Движения же его были странными, плавными и очень чёткими, словно в один миг у него изменилась вся моторика. Раньше Жерех был порывистый и постоянно, когда волновался, дёргал себя за ухо, поэтому в присутствии Весты его ухо за час становилось малинового цвета. Алиса начала догадываться, что происходит что-то странное и, выглянув в окно, она не узнала дороги, её везли совсем в другое место, точно не в особняк.

— Жерех куда мы едем? Эта дорога не к дому Еремея.

— Мы едем в надёжное место, где ты будешь в полной безопасности, — чётко и глухо сказал Жерех чьим-то чужим голосом.

В этот момент девушку озарило, что она попала в ловушку.

— Кто вы? И куда вы меня везёте? — закричала она, при этом не забывая приготовиться к удару.

Псевдо-Жерех оскалился и разочаровано произнёс:

— Я так и думал, что вы догадаетесь, что я не ваш дружок, к сожалению, уже бывший дружок.

Руки Алисы похолодели от страха, лицо побледнело, губы задрожали, и она срывающимся голосом спросила.

— Кто вы? И что вам от меня надо?

— Я мастер Лин, а от тебя мне ничего не надо, но ты нужна моему нанимателю, для каких-то его целей. Я не спрашивал, мне за это не платят

Лин-Жерех плотно сжал губы помолчал немного и продолжил:

— Мой работодатель дал мне поручение узнать, как можно больше о вас, я следил за вами, подслушивал, подсматривал и так далее, но когда пришлось действовать, я понял, что мне катастрофически не хватает информации и мне пришлось схватить вашего дружка. Немного пытать его, но скажу вам честно, он оказался слаб, о, как он кричал, вы не представляете, когда он уже совсем перестал дёргаться я добил его и принял его личину. И вот теперь вы тут, и я везу вас к моему нанимателю, и даже не пробуйте пользоваться магией у тебя на шее уздечка. Будешь колдовать, будет больно.

Алиса не поверила наёмнику и попробовала ударить того сосулькой в грудь, но плетение не воплотилось, а боль которая была при этом в голов была неописуемой. Она словно пронзала каждую клеточку тела тонкими горячими иголками, которые приносили невыносимую боль. Когда она, наконец, смогла сфокусировать взгляд на своём похитителе, тот скалился не приятной ухмылкой.

— Что девочка неприятно? Будет ещё хуже, если ты попытаешься бежать.

Алиса опустила голову и заплакала, страх сковал всё тело, а в голове появилось осознания безвыходности ситуации.

Ей очень хотелось домой, хотелось увидеть маму и папу, она каждый вечер вспоминала и думала о них, она размышляла как они там без неё и представляла, как они переживаю. Она корила себя из-за невозможности что-то сделать, она считала себя виноватой. Она плакала из-за того, что Антон давно не связывался с ней и она боялась, что с ней что-то случилось. Вдруг внезапно их карету сотряс удар, из-за чего Алиса не усидела на мягком кресле и упала на пол. Лин-Жерих грубо выругался и выскочил из кареты, достав на ходу два кинжала.

— Что-нибудь вякнешь, я тебя удавлю.

И с этими словами он вышел из кареты, закрыв за собой дверцу. Девушка могла только догадываться, что происходит снаружи, оттуда раздавались ругань, которую невозможно передать печатным текстом. Девушка решила действовать, руки у неё были не связаны, видимо, наёмник не опасался её.

Нащупав противомагическую уздечку на шее, она попыталась её снять, но та была цельной, не было застёжки или чего-то подобного. Поэтому она решила бежать прямо так.

Приоткрыв одну из дверей, девушка выглянула наружу, похитителя видно не было. Осторожно выбравшись из кареты, он выглянула за её край и увидела Лина, который стоял над ползающим на коленях мужичком в крестьянской одежде, в руках у Лина был кнут, который он взял у своего кучера и теперь стегал этим кнутом мужика, из-за которого сцепились колёсами телега и карета.

Девушка ещё раз заглянула за угол кареты и бросилась бежать к ближайшему переулку, чтобы в нём скрыться. Долго незамеченной она не осталась, уже через несколько секунд её догнал окрик Лина.

Алиса обернулась, чтобы посмотреть, преследует ли её похититель. Похититель не гнался за девушкой, он шёл обычным спокойным шагом, засунув руки в карманы штанов и что-то тихонько насвистывая. Девушка начала рванулось в переулок изо всех сил, но внезапно её пронзила ужасная и сотрясающая боль, она была в голове, мозг буквально разрывался. Очнулась она снова в карете, пред ней вольготно раскинувшись, сидел мужчина лет сорока на вид, с седыми висками и серыми, как сталь кинжала глазами.

— Я же предупреждал тебя, ну зачем ты побежала? Что ты на меня так смотришь? Я просто выполняю свою работу, ничего личного, мне даже немного жаль тебя. Я не представляю, что с тобой будет делать Тартус. Упс, проговорился, ну ничего ты же никому не скажешь, правда ведь?

Лицо лже-Жереха расплылось в ехидной улыбке.

Кто такой Тартус Алиса знала, это был один из конкурентов Еремея. Девушка видела его только один раз, он приходил к Еремию, предлагая ему какую-то сделку. Ужасно толстый и неприятный тип, глазки мелкие, поросячьи.

Карета до этого тихо ехавшая по какой-то грунтовой дороге остановилась. Мастер Лин обаятельно улыбнулся.

— Приехали красавица, вот и ваш принц.

Дверь распахнулась, перед каретой стоял сам Тартус, такой же каким она его запомнила — жирный и неприятный человек, каким он показался Алисе первый раз.

— Здравствуйте, Алиса, я надеюсь, этот головорез не причинил вам вреда? Я, видите ли, не приемлю насилия.

Неприятным фальцетом пропел толстяк и противно рассмеялся

— Я требую, чтобы меня отпустили, немедленно!!! Или я, я…

— Что ты, девочка? Заколдуешь нас, ведьмочка? — он вновь захихикал.

Толстяк мерзко захихикал, Лин же что стоял рядом, не повёл не одним мускулом.

— Нет, Алиса, вы останетесь погостить у меня, я познакомлю вас с замечательными людьми, я познакомлю вас с Маэстро Ф’офром.

О Маэстро ходило много слухов, порой противоречивых и глупых, но главное было правдой, Маэстро Ф’офро был тёмный маг и некромант, которого разыскивали во всех королевствах мира.

Глава 18

В день приезда мне не удалось как следует рассмотреть столицу, мы прямиком направились в гостиницу, где я наевшись благополучно уснул в добротной комнате на чистых простынях. На следующий день я тоже решил отлежаться, это недолгое путешествие сильно сказалось на мне и моих мышцах, а эльф, который мог бы вылечить меня заклинанием наотрез отказывался это делать. И только на третий день с самого утром, после обязательной тренировки с Варварой, Натаниэль с самого утра куда-то умотал, я отправился на прогулку.

Розотмир был прекрасен, большой город с широкими улицами и высокими домами, чистые и ухоженные тротуары и ни единой соринки, как это было в Львинограде. На улице сегодня было неожиданно прохладно, хотя вчера вечером в воздухе витало ощущение весны и приближающегося тепла. Но сегодня небо было затянуто огромными мрачными тучами, в которых периодически погромыхивал гром, пришлось надеть куртку.

— Давай в этот раз не шастай нигде, — дала мне наставление Варвара, — шпагу и кинжал держи при себе, ни за кем не ходи, ты меня понял?

— Ну, что ты со мной как с маленьким? — поморщился я, — больше я таких ошибок не совершу.

Девушка строго посмотрела на меня.

— Ладно, поверю на слово, но всё же далеко от центра не уходи, это может быть опасно, ты же не хочешь расстраивать Натана? — говорила она словно с нашкодившим ребёнком.

— Варя, хватит уже! — махнул я рукой и быстрым шагом покинул таверну.

В кармане звенели деньги, на поясе висела шпага, с другой стороны — кинжал, ручка которого приятного грела мою ладонь. Насвистывая незатейливый мотивчик я прогуливался по городу и рассматривал местные красоты. Посмотреть было на что. Величественное здание библиотеки из белого камня, с огромными белоснежными колоннами, перед которой на площади стоял огромный фонтан, в котором изящна танцевала золотая статуя прекрасной девушки. Меня настолько поразила эта статуя, что я стоял возле неё и просто любовался.

— Нравится? — спросил меня усатый стражник, сжимавший в руках алебарду.

— Ага, — кивнул я, — невероятно, кто это?

Стражник улыбнулся в усы:

— Это покойная жена нашего светлого короля Аглая Прекрасная. Я однажды видел её в живую и скажу тебе, сынок, что статуя в сто раз хуже. Да хранят её боги на том свете, прекрасная была женщина.

Я поражённо посмотрел на изящную статую, запоминая все детали. Изящество так и жило в каждом изгибе золотого тела королевы, в каждом жесте рук, направленных в небо. Скульптор был настолько гениален, что казалось вот-вот и золотая статуя соскочит со своего места, но шла минута, другая и ничего не происходило.

— Король не боится, что её украдут? — спросил я усача.

Тот лишь рассмеялся.

— Да какой же вор её осмелится украсть? Его же тут же свои и принесут на блюдечке королю с извинениями. Да и не сделать этого, она же из золота, почитай весит кило пятьсот, тут только с быками её тащить или магией.

Я покачал головой, всё ещё любуясь замершей в танце женщиной.

— Невероятно!

— Да, сынок, видно впервые ты в столице, раз так удивляешься, — тут лицо стража нахмурилось, усы встопорщились, — так-с, молодой человек, а с какой целью вы явились в столицу нашего замечательного королевства, не шпион ли вы иноземного государства?

Удивлению моему не было предела, в шпионаже меня ещё не обвиняли.

— В школу Цветка приехал поступать, а приехал я из деревушки Курганы, что лежит западнее Львинограда.

Лицо стражника стало чуть мягче.

— Так значит говоришь, что собираешься поступать в школу Цветка?

— Да, — кивнул я.

Внезапно страж наклонился ко мне так близко, что мне в лицо пахнуло его несвежее дыхание.

— Вот что, парень, — говорил он почти шепотом, — мне это говорить никому нельзя, но тебя предупрежу. Ходи по городу осторожнее, в городе начали пропадать люди с магическими силами, сейчас тайная стража и маги шерстят весь город, трясут всех от клириков да разбойников. Так что будь осторожнее, не ходи поздно, да и постарайся один вообще не ходить. Недавно у местного купца похитили дочь, и ещё пара одарённых пропало.

Тут он отстранился от меня, нацепил на лицо бесшабашную улыбку и хлопнул меня по плечу:

— Так что доброго пожаловать в Розотмир, самый безопасный город в мире, — весело говорил он, хотя в глазах читалось совсем другое.

Он утопал, закинув свою длинную алебарду на плечо и оставляя меня в задумчивости и странном волнении. Нельзя было сказать, что его слова напугали меня, они скорее меня озадачили. Я ведь и от Варвары слышал, что Розотмир — это самый безопасный город в мире.

Дальше город рассматривать настроения не было, поэтому я прикупив пару горячих пирожков в небольшой хлебной лавке, поплёлся в гостиницу. Где встретил встревоженного Натаниэля. Он сидел за столом и читал какое-то письмо, сильно хмуря брови.

— Что пишут? — спросил я подходя к товарищу.

Товарищ же поступил совсем не по-товарищески и сложив письмо спрятал его в карман.

— Ну и не больно хотелось, — сказал я, — Натаниэль, ты не в курсе последних новостей?

Натаниэль напрягся, наклонился ко мне через стол и шёпотом спросил:

— Что ты узнал, — голос его был хриплым.

— Не так много, мне это сказал стражник у фонтана. Он сказал, что пропадают одарённые.

Эльф прикрыл глаза, а я добавил.

— Сказал, что стража и маги трясут всех подряд, от клириков до бандитов, а ещё сказал, что похитили дочь какого-то купца.

Натаниэль тяжело опустил голову на грудь, минуту сидел молча потом поднял на меня полные боли глаза:

— Пропадают не только маги, а ещё и простые люди. В городе не осталось ни одного попрошайки или пьяницы, все исчезли и ещё, Антон, — он сделал короткую паузу, собираясь с мыслями, — дочь купца — это Алиса.

В этот момент у меня внутри всё перевернулось, я недоверчиво посмотрел на Натаниэля:

— Натан, но родители Алисы в другом мире.

Эльф кивнул.

— Да, ты прав. Но недавно на родную дочь Еремея Ориста напали конкуренты и по слухам Алиса отбила её у бандитов, бойкая у тебя подруга, после чего Еремей удочерил девушку и приютил. Вчера её похитили прямо у библиотеки, подъехала карета, в которую она, по словам свидетелей, села добровольно. Куда она поехала, с кем — это сейчас выясняют маги.

Пока Натан говорил, у меня в голове табуном носились страшные мысли, сердце в груди танцевало канонаду, в какой-то момент мне стало казаться, что в моих лёгких становится безумно мало воздуха, я начал задыхаться. Паника ударила в голову, я вскочил:

— Натаниэль! — закричал я, — надо же что-то делать, почему ты сидишь?

На мои крики из кухни встревоженно выглянула Берта, Натаниэль бросил на неё взгляд и покачал головой, мол не вмешивайся.

— Успокойся и сядь, — сказал он строго, — что ты сейчас сделаешь, куда рванёшься?

— Не знаю, надо позвать Варвару, втроём мы придумаем что делать, — сказал я всё же опускаясь на место.

— Варвары нет, я отправил её в гильдию наёмников, там народ не болтливый, но ей что-нибудь сказать могут, — он прервался, а потом мягко сказал, — успокойся, Антон, всё будет хорошо.

И после его слов мне действительно стало спокойнее, я почувствовал, как в груди замедляется бешенный ритм сердца, как широко раскрываются лёгкие впуская в себя больше воздуха. Натаниэль использовал какое-то успокоительное, заклинание, мелькнула у меня мысль.

— Лучше? — он усмехнулся.

— Да, — кивнул я, — Натаниэль, может всё-таки присоединимся к поискам, у тебя же есть связи в городе, Варвара говорила, что ты знаешь короля.

Эльф поморщился:

— Нет, мы не присоединимся. Во-первых, чем ты сможешь помочь магам, зная всего одно заклинание. А, во-вторых, я уже сделал всё, что в моих силах. Есть ещё в-третьих, я знал короля, а с его отцом был дружен, но сейчас я явно не в фаворе у власти. Так что мы после обеда мы с тобой отправимся в школу, думаю тебя надо познакомить со Стефаном.

— Кто такой Стефан? — спокойно спросил я.

Натаниэль рассмеялся.

— О, Стефан — это прекрасный человек, директор школы Цветка, замечательный погодный маг и мой старинный друг.

— Должно быть он очень старый?

— Не такой старый как я, но лет ему уже порядочно, добрые люди столько не живут, — рассмеялся Натаниэль, — сейчас идём к тебе в комнату, усиленно изучаем малое исцеление, а в полдень выдвигаемся.

— Натаниэль, скажи, что всё будет хорошо, и Алиса найдётся, — с надеждой посмотрел я в ясные глаза эльфа.

— Конечно, Ант, иначе и быть не может.

Слова Натаниэля и действие успокоительного заклинания полностью меня успокоили. И мы отправились ко мне в комнату доучивать плетение.

Через два часа занятий, у меня впервые получилось полностью сплести заклинание малое исцеление.

— Ты поразительно быстро выучил это плетение, — качал головой эльф, — возможно успокоительные заклинания положительно действуют на память, это надо бы проверить. Молодец, Антон! А теперь цепляй шпагу и потопали в школу.

Магическая школа поражала своей фундаментальностью и громадностью. Это было огромное пятиэтажное здание, с множеством окон. Стены были украшены барельефами и фресками, на крыше красовались каменные горгульи. Школа была П-образной формы, а у оснований здания стояли две башни, башни были гораздо выше чем основной корпус школы.

— На самом деле в здании не пять этажей, а семь, два ещё подземных, — на ходу пояснил мне Натаниэль.

У меня его слова не вызвали никаких чувств, заклинание успокоение действовало безупречно. Окружена школа была высоким каменным забором, и чтобы попасть на территорию школы требовалось пройти сквозь большие ворота, проходя сквозь которые я почувствовал чьё-то незримое прикосновение.

— Не бойся, это защитное заклятие, проверяет не несёшь ли ты какой опасности.

В само здание мы вошли с центрального входа и оказались в просторном холле, у дверей стояло два парня в просторных красных мантиях, при нашем появлении один из них направился к нам, активировав при этом какой-то амулет, по крайней мере мне так показалось.

— Натан, что у него за амулет? — спросил я, шёпотом почти не размыкая губ.

— Амулет? — нахмурился он, — какой амулет я не вижу на нём вообще никаких амулетов. Что ты увидел?

— Я не увидел, а почувствовал, как он его активировал.

— Антон, тебе показалось. Пошли, нам надо к Стефану

Эльф ненадолго отошел от меня к тому самому студенту, что-то сказал ему, тот мотнул головой в сторону лестницы.

— Пошли, нам надо на пятый этаж, Стефан всегда любил высоту, а я вот не люблю лестницы, — пожаловался топая к широкой лестнице Натаниэль.

— В моё мире есть лифты, — шепнул я Натану, — это такие устройства, которые поднимают тебя вверх при помощи противовесов и электричества.

Что такое электричество Натаниэль знал.

— Интересно, а ты знаешь как такой сделать у нас?

Я качнул головой:

— Принцип его работы я знаю только примерно, но если надо будет, могу попробовать нарисовать.

— Обязательно нарисуешь, — улыбнулся эльф, перешагивая сразу через две ступеньки, — а то эти лестницы мне ой как надоели.

Когда мы поднялись на пятый этаж, то оказались в узком коридоре, уходящим в обе стороны почти до бесконечности.

— А тут и не нужен широкий коридор, в западном крыле находятся покои преподавателей, а в восточном — их лаборатории. Все занятия происходят в основном на четвёртом и третьем.

— Для чего же тогда остальные этажи? — озадаченно спросил я.

Натаниэль усмехнулся и пожал плечами:

— На втором этаже в основном находятся комнаты целителей и боевых магов, в западной башне — погодники и артефакторы, в восточной — бытовики, кстати, очень популярное направление в магии в последнее время. Бытовые и погодные волшебники — это самые популярные в народе маги, они нужны везде, правда их всё равно меньше, чем боевых. Ну это тебе ещё расскажут, на самом деле, нюансов в учёбе много. Когда я тут работал, я сам до конца не понял всего.

— Натаниэль, ты был учителем магии?

— Почему же я был я и сейчас считаюсь почётным преподавателем школы, конечно, не архимаг, но всё же магистр — это тоже неплохо, — гордо подбоченился он

Спросить я больше ничего не успел, потому что мы уже стояли перед большой дверью, на которой красовалась табличка директор архимаг Стефан рар Астор.

— Ну пойдём, — толкнул Натаниэль дверь, и мы оказались в большой приёмной, возле двери который стоял стол, сейчас пустующий.

По всему периметру стояло множество диванов и кресел.

— Никогда не видел, чтобы было занято больше чем два кресла, зачем они тут — не понимаю, — рассмеялся Натаниэль. — Ладно, жди тут, а я поздороваюсь со Стефаном.

С этими словами эльф без стука толкнул дверь и с весёлым эгеканьем ввалился в кабинет. Когда дверь только открылась, я увидел не очень большую комнату и огромные книжные полки, и стол, за которым кто-то сидел, кого я не успел рассмотреть. Дверь

А я стоял посреди приёмной и размышлял над своим положением. Заклинание постепенно теряло свою хватку, и я начинал испытывать ещё не очень ощутимое чувство тревоги. Словно где-то в затылке у меня просыпался какой-то невидимый зверёк, который начинал грызть мой мозг.

«Зачем я здесь, когда моя любимая похищена, — ворочал в голове я тяжёлую мысль, — зачем привёл Натаниэль меня в это место?»

От раздумий меня отвлекла открывшаяся в приёмную дверь, в ней появился приземистый мужчины, я бы даже назвал его мужичком, краснощёкий, с тёмными масляными глазками с мясистым носом в форме картофелины. Одет мужчина был очень просто, можно было сказать, бедно. Он замер у входа и осмотрел меня внимательно, словно сканируя.

— Добрый день, — кивнул я мужчине, — сейчас директор занят.

Мужчина удивлённо вскинул брови:

— Это чем же он занят таким, что не сможет принять меня?

— А кто вы? — спокойно спросил я.

Брови его поползли ещё выше.

— Я — старший преподаватель школы Цветка магистр боевой магии Широнис Ро Зарт, меня больше интересует вопрос кто ты?

Я обвёл магистра боевой магии пристальным взглядом с ног до головы.

— Что-то вы не похожи на мага.

Красные щёки Широниса запылали, в глазах полыхнул гнев.

— Да ты как разговариваешь с магистром магии?

— Откуда мне знать, что вы магистр магии, у вас есть какой-нибудь документ, удостоверяющий вашу личность?

Широнис открыл рот, Широнис закрыл рот. Он настолько был шокирован, что потерял дар речи.

— Да я… Да тебе… Да ты…

Единственное, что смог он сказать.

— Ах так, не похож значит на мага, значит документ тебе надо!? Вот тебе документ.

Я почувствовал, как возле Широниса завихряется магия и как рядом с ним формируется какое-то плетение. Чувство опасности взвыло в моей голове так неожиданно, что действие успокоительного заклинания рассеялось. Я ничком упал на пол, укорачиваясь от несущейся на меня смерти. В самый последний момент я почувствовал, как надо мной проносится что-то очень горячее, волосы на затылке затрещали и начали плавиться. А сразу после волны тепла раздался оглушительный грохот, который сотряс всю приёмную. Когда дым рассеялся и я кряхтя поднялся, то увидел как посреди приёмной стоит перепачканный сажей с ног до головы магистр боевой магии Широнис. А рядом с ним с ошалевшим лицами стоят эльф и молодой, весьма красивый мужчина, одетый в тёмный элегантный камзол.

— Это что тут происходит? — внезапно громко закричал мужчина, по всей видимости директор Астор, — почему у меня в кабинете сносит с петель двери, на нас напали, Зарт?

— Стефан, — обиженной белугой взревел Широнис, — этот сопляк не поверил, что я маг и не хотел пускать меня к тебе в кабинет.

Внезапно все взгляды скрестились на мне. Два озадаченных и один обиженный.

— Тебя довёл мальчишка, тебя магистра боевой магии, старшего преподавателя, куратора направления боевых магов вывел из себя какой-то мальчишка, который не поверил, что ты маг? Ты себя слышишь, Зарт?

Говорил рар Астор вполне спокойным и тихим голосом, но от этого внезапно стало как-то не по себе. Натаниэль же в это время отошёл в угол и сел в не слишком запачканное сажей кресло.

— А ты, молодой человек, — обратил на меня свой гнев директор, — ты хоть понимаешь, что ты сделал, кому ты нагрубил? Ты нагрубил преподавателю школы, магистру, если бы ты учился здесь, то тебя бы тут же выгнали, без права перепоступления. Я жду твоих объяснений и не смей врать, я умею распознавать, когда мне врут.

Требовательно сказал директор.

— Директор Астор, — глядя прямо в его синие, как гладь двух озёр глаза, начал я, — во всём виноват Натаниэль.

На лице всех присутствующих появилась гримаса крайней степени удивления.

— Я!? — почти закричал Натаниэль.

— Натаниэль!? — удивлённо поддержала его пара магов.

— Да, это он на меня заклинание спокойствия наложил. Так что вот я и отреагировал спокойно на появление господина Зарта. Сейчас его эффект развеялся, и я понимаю, что так бы в нормальном состоянии я бы так не действовал. Так что прошу простить меня, уважаемый преподаватель Зарт, и вы, директор Астор. А ущерб, причинённый несдержанностью преподавателя Зарта возместит виновник происшествия — Натаниэль.

— Ни в чём не соврал, — удивлённо покачал головой архимаг, — Натаниэль, придётся тебе возместить ремонт двери.

Возмущению Натаниэля не было предела, какими он только словами меня не обругал. Широнис же наоборот был доволен.

— Ушастый, я смотрю ты опять припёрся в школу, ещё и такого удалого хлопца с собой притащила, хвалю! — хлопнул по плечу он побелевшего от злости эльфа.

Видимо, с ро Зартом Натаниэль был знаком давно, потому что тот не остался в долгу и в ответ обнял старого товарища.

— Давненько я тебе не видел в гневе, старый пройдоха, — говорил он уже улыбаясь, — давно не виделись, как ты?

— До недавнего всё было почти прекрасно. Отгулял отпуск, прокутил все деньги и вот приехал в родные пенаты, а тут такое. Ну что за подставы, Нат?

— История долгая, но придётся рассказать. Кстати, знакомьтесь, это Антон Остр и он — иномирец, — и перехватив мой встревоженный взгляд пояснил, — им можно доверять, Антон, это друзья.

Глава 19

Стэфан рар Астор был приятным человеком, он внушал собеседнику доверие, этому молодому не очень старому на вид человеку хотелось рассказать все свои секреты, все свои тайные мысли и желания, которые ты даже не мог раскрыть самому себе.

Мы сидели в его кабинете, Широнис и Натаниэль заняли место на небольшом кожаном диване в углу кабинета, Астор — сидел на краю стола, а мне достался массивный стул.

— Ситуация сложная, Нат, — рассказывал он, — серьёзных магов в столице почти нет. На зиму почтти все уехали из города. Из тех преподавателей кому я доверяю тут только Широнис, я и Алишана, но как ты знаешь, от неё в таких делах совершенно нет пользы, она слишком погружена в свои эксперименты, остальные или в отпуске или разъехались по городам и весям в поисках будущих учеников.

Эльф кивнул:

— Я всегда удивлялся тому, как она вообще занятия проводит, у неё же всегда в голове только артефакторика.

Стефан пожал плечами:

— С преподавательской деятельностью она справляется прекрасно, ей это интересно и студенты на её занятия ходят вполне исправно.

— Кто ещё из преподавателей в школе?

Лицо Стефана нахмурилось он провёл рукой по своим короткостриженым волосам:

— Архимаг Ланг рар Донт.

Брови Натаниэля взлетели вверх.

— Донт теперь ахримаг? — переспросил он.

— Да, и более того, теперь он курирует одно из направлений на факультете боевой магии и всерьёз настроен стать главой всего факультета.

Эльф удивлённо присвистнул:

— Стеф, как же так произошло?

Стефан встал, и прошёлся по кабинету, глянул на меня.

— Я не советую поступать вам, Антон, в мою школу. Она давно превратилась из магической в политическую, — потом повернулся к Нату, — подо мной сейчас очень сильно шатается кресло, я потерял поддержку короля, Донт пытается скинуть меня. А высшая знать, те что поддерживали меня, либо умерли при странных обстоятельствах, либо уехали из столицы, опасаясь за свою жизнь. Столица бурлит, Натаниэль, тебя слишком долго не было.

Он прервался, а слово взял Широнис:

— Да, Натаниэль, Стефан говорит правильно, лучше брать тебе мальчика и увозить отсюда. Обучи его сам, сделаешь из него настоящего универсала, каким и должен быть маг. В городе очень неспокойно.

Натаниэль покачал головой:

— Сейчас мы не можем уехать. Возлюбленная Антона была похищена, она прибыла в этот мир вместе с ним и нам надо её найти.

— Магии гильдии и тайная стража работают, ещё я попросил помочь мне пару человек.

— Мне плевать на гильдию и на стражу. Если такое происходит в столице у них под носом уже продолжительное время, то грош цена такой страже. А гильдия — это рассадник интриганов и лжецов.

— Тогда остаётся надеяться на моих людей.

— Хорошо, — кивнул Натаниэль, а мы пока отправимся с Антоном к Ористу, может что-то удастся узнать. Пойдём, Антон.

Эльф поднялся и направился к выходу, не дойдя до двери пару шагов замер:

— Сообщи мне, когда что-то узнаешь.

— Всенепременно, старый друг! И Антон, — остановил меня архимаг, — Подумай над тем, чтобы уехать, когда найдёшь Алису. Я не смогу защитить тебя в школе, не сейчас.

— Меня не нужно защищать, у меня нет врагов, — ответил я архимагу, — всего доброго директор Астор, господин Зарт.

Попрощался я с магами и удалился из кабинета. Почти всю дорогу Натаниэль был задумчив, я тоже хмурился от обуревавших меня мыслей.

— Зачем мы пришли в Школу, это же было бесполезно.

— Не совсем, друг мой, — ответил эльф, — мы узнали, что поддержка от Стефана будет не очень большой, он боится за своё место — это делает его уязвимым. Мы узнали, что в городе не всё в порядке и что с королём происходит действительно что-то странное. Ладно — я, я всю жизнь перечел королям и всегда смешивал их планы и карты, но Астор — не такой. Он всегда лоялен к власти, что не так в Розотмире и нам надо с тобой это выяснить.

— Постойте! — догнал нас уже у самых ворот окрик.

За нами спешил Широис, он шёл широкими шагами, почти бежал, от чего и так красное лицо его раскраснелось ещё больше.

— Натаниэль, за уши дери тебя демоны, стой!

Мы остановились, чтобы подождать.

— Нат, я хочу помочь, — он поравнялся с нами и схватил Натаниэля за рукав, — Стефан стал слишком слаб, он трясётся над своим местом, как курица над цыплятами. Он боится помочь, потому что знает, что за похищениями стоит кто-то из верхушки. Я помогу, друг.

Натаниэль благодарно кивнул.

— Что ты ещё знаешь, помимо того, что сказал Стефан?

— Не много, ты же знаешь, что я не любитель влезать в политику, мне бы вино, карты, да женщин — вот моя стихия, — расплылся он в мечтательной улыбке, но после серьёзно продолжил, — я слышал, что король очень слаб, почти при смерти и во дворце всем заправляют Сангланты.

— Сангланты!? — почти выкрикнул я.

— Тише, это не место чтобы говорить о таких вещах, — вмешался Натаниэль, — поговорим после, сейчас мы отправимся к купцу. Я рад, что ты решил присоединиться, Шир.

— Всегда рад помочь, друг.

И мы втроём зашагали в сторону особняка Еремея, который находился в двадцати минутах неспешного хода от школы.

Город продолжал существовать в своём бешенном ритме, неслись извозчики и кареты, спешили куда-то люди. Но было в их спешке что-то странное, нервное. Вообще вся атмосфера в городе была тяжёлой и напряжённой, в воздухе витало нарастающее чувство беды.

— Натаниэль, ты чувствуешь?

— Что? — голос эльфа был напряжён.

— Напряжение витает в воздухе, город боится, — пояснил я свои чувства.

— Пустое, — махнул рукой Натаниэль, хотя во взгляде, что он кидал по сторонам читалось обратное.

Возле особняка Еремея дежурило несколько охранников, что напряжённо зыркали по сторонам в поисках неведомых врагов. При нашем появлении они напрягались ещё больше.

— Кто вы и с какой целью пришли к дому Еремея Ориста? — грозно спросил один из стражей, здоровяк выше меня почти на две головы.

— Натаниэль Кариэльский, Широнис ро Зарт и Антон Остр, прибыли по делу пропавшей дочери купца. Мы друзья.

Страж кивнул, залез в карман и достал из него небольшой прозрачный камень, который с силой несколько раз сжал в ладони. Камень дважды мигнул красным светом.

Навстречу нам вышел не купец, а начальник его охраны, приземистый бородач, который подозрительно посматривал на нас прищуренными глазами. Натаниэль повторил слова, сказанные стражнику.

— Широнис ро Зарт — преподаватель из Школы Цветка? — заинтересованно посмотрел на краснолицего мага стражник.

— Только попробуй сказать, что я не похож на мага, — сквозь зубы процедил Широнис.

На лице начальника охраны промелькнуло удивление, но говорить он ничего не стал, лишь махнул рукой предлагая следовать за ним.

Пройдя сквозь ухоженный садик мы оказались на крыльце дома, где нас встречал сам хозяин.

— У вас есть информация о моей дочери? — сходу задал вопрос Еремей Орист окидывая каждого из нас пристальным взглядом.

— Насколько я знаю, ваша дочь сейчас находится под надёжной охраной, — грубо ответил Натаниэль. Я — Натаниэль Кариэльский, думаю, вы слышали обо мне.

Щека Еремея дёрнулась, зрачки расширились, видимо имя эльфа что-то значило для купца. Но он быстро совладал с собой и пожал протянутую ладонь.

— Очень приятно, ваше превосходительство, но лучше бы были другие обстоятельства. Алиса теперь тоже моя дочь моя дочь, пусть и не родная, но не менее любимая чем Веста, поверьте мне, она замечательная девушка.

Лицо мужчины помрачнело.

— И так, что вы можете мне сообщить о моей дочери?

Превосходительством называли людей, приближённых к королю или лордов ближнего круга, высшую знать. Я по-новому посмотрел на скромного эльфа.

— Не стоит меня так называть, я давно не служу королю, как и ваша семья, видимо.

— Это дела давно минувших дней и не стоит их обсуждать их здесь, а ваши спутники?

— Широнис ро Зарт и Антон Остр.

Брови купца взлетели вверх.

— Антон, не о вас ли так много рассказывала Алиса, вы с ней, — он замялся подбирая слово, — земляки?

Натаниэль усмехнулся, а я почтительно поклонился:

— Да, с Озорновой мы прибыли из одного края.

— Как же всё несправедливо выходит. Потерялись вы — Алиса искала вас, теперь же пропала она и вы её ищите. Воистину жизнь с такими как вы играет в странные игры. Пройдёмте же в дом.

Дом был его обставлен великолепно, в меру красиво и со вкусом. Эльф не преминул сообщить об это купцу. Тот в ответ лишь кивнул и попытался изобразить на лице улыбку. По дороге кабинету нам на пути попалась и сама дочь Еремея, он представил нам её.

Её звали Веста, красивая с тонкой осиной талией и густыми медовыми волосами, она была очень красива, могла бы поспорить красотой с земными красавицами.

— Веста, знакомься, это Натаниэль Кариэльский, я рассказывал тебе о нём, а этот молодой человек Антон Остров.

Девушка ойкнула и прикрыла свой пухлый ротик ладошкой, на меня уставилась пара прекрасных голубых глаз, точно таких же как и у её отца, только более глубоких и живых.

— Правда это ты? Алиса столько говорила о тебе, это удивительно, я давно хотела с тобой познакомиться. Как жаль, что всё происходит так ужасно.

— Ладно, дорогая моя, пройди к себе в комнату и подожди меня там, у нас с господами важный разговор.

— Ну, папа…

— Я сказал иди в свою комнату, — прибавил мороза в голос купец, — а вас, господа, прошу в мой кабинет.

В кабинете мы провели полтора часа, он посвятил нас в детали удочерения девушки и рассказал про похищение Алисы.

— Её похитили прямо от библиотеки, она села в карету и её увезли в неизвестном направлении.

— Почему она села в незнакомую карету? — задал вслух появившийся у меня в голове вопрос эльф.

— Может ей угрожали, — предположил Широнис, примостившийся в углу кабинета, возле одной из книжных полок.

— Нет, — с силой сжал кулаки Еремей, — она села потому что в карете был знакомый человек. Помните я говорил про Жереха, парнишку из управы, который узнал, что Алиса из другого мира. Так вот его видели в этой карете случайные очевидцы. Он предал нас.

— Не спешите делать такие выводы, Еремей, — мягко прервал его Нат, — в жизни бывают разные ситуации и не всегда что-то является тем, чем кажется. Нам бы поговорить с этим парнем.

— В том то и дело, что его нет. На работе он не появлялся уже неделю, соседи тоже его не видели очень давно. Он совершил преступление и сбежал.

— Всё же попрошу вас не спешить, мне бы узнать адрес этого парня.

— Конечно, у Керридана, начальника моей охраны, можете узнать вам всё, что нужно.

— Вы обращались к стражникам? — спросил я, когда разговор уже почти погас.

— К стражникам? — зло усмехнулся Еремей, — а что толку от этих стражников, они превратились в жадных, тупых и трусливых скотов. Сейчас стража в большей степени напоминает отряд разбойников, чем порядочных людей. При отце нашего короля-остолопа такого не было, король Гаррет был достойнейшим правителем.

— Натан, что мы будем делать? — спросил я ещё через полчаса, после того как мы вышли из дома Ористов.

— А что нам остаётся, Антон?

— Искать самим твою подругу, парень, — хлопнул меня по плечу Широнис.

Натаниэль же кивнул, подтверждая его слова.

— Сейчас едем домой к Жереху, а потом в Очаг, посмотрим, может что-то удалось узнать Варваре. А завтра должен вернуться Арор.

— Арор? — непонимающе посмотрел я на Натана, — при чём тут трактирный пьяница?

— Он не просто пьяница, Ант, он воин, причём он привык сражаться с тёмными силами, а от всех этих похищений так и прёт темными силами.

Квартира Жереха, которую он снимал на окраине внутреннего города была небольшой, находилась под самой крышей и имела всего одну комнату.

Когда мы вошли в прихожую, то в нос нам ударил страшный смрад, от этого запаха меня замутило так сильно, что пришлось даже зажать нос.

— Не нравится мне этот запашок, — хмурясь сказал Широнис, — сплетая какое-то заклинание.

Заклинание сплелось и упало на меня и внезапно смрад исчез. Я благодарно кивнул и неуверенно шагнул вслед за Натаниэлем в комнату. Зрелище, что предстало перед моими глазами заставило содрогнуться во мне всё, что там только было.

— Нат, — почти закричал я, разглядывая лежащее на полу тело рыжего парня.

— Тихо, — положил мне на плечо руку Широнис, — дай ему осмотреться.

Натаниэль нагнулся над телом, лежавшим на боку и перевернул на спину. Перед нашими глазами лежал рыжий парень, лет двадцати двух, с полностью обескровленным лицом, а его шею покрывал страшный разрез, через который видимо вся кровь и вытекла.

— Лин, — тихо сказал Широнис.

— Что ты сказал? — повернулся к нему Нат.

— Посмотри на его пальцы, трёх пальцев нет, его пытали, на теле тоже множество порезов. В Розотмире так пытает лишь один головорез — Лин, его ещё называют матером Лином. Он — безумец, к тому же он маг, маг крови.

— Ты знаешь, как найти этого мастера Лина, — глядя другу в глаза спросил Натаниэль.

— Нет, но я знаю, кто может нам помочь, но на это нужно время. Предлагаю сейчас вызвать стражу и убраться отсюда, а вечером я приду к вам и всё расскажу.

Глава 20

В «Тёплый очаг» мы попали только к вечеру, разбирательства со стражей заняли слишком много времени, сначала нас допрашивал прибывший на место стражник, потом дознаватель, потом дознаватель из тайной стражи. Тайной стражей эта структура только называлась, на деле же все знали об их существовании и все боялись попасть в их застенки, потому что возвращались оттуда очень редко, а если возвращались, то этих людей узнать было совершенно невозможно.

В гостинице нас встретила взволнованная Варвара, она переживала из-за нашего долгого отсутствия.

— Тебе что-то удалось выяснить, — после того как мы рассказали девушке где были, спросил Натаниэль.

— Нет, практически ничего. Но в городе что-то происходит. Большую часть наёмничьих отрядов наняли для охраны, богатеи боятся за свою жизнь, видимо, что-то надвигается.

— Может ещё какие-то слухи, — спросил Натаниэль, — озадаченно почёсывая бровь.

Варвара некоторое время помолчала, крутя в руках кружку с ароматным чаем.

— Да, не знаю на сколько это важно, но ходит слух, что где-то под городом хранится артефакт Россошах, который даёт своему владельцу небывалую силу.

Лицо Натаниэля побледнело, он выругался.

— Это не может быть, — качал он головой, — друзья, у меня для вас ужасные новости. Если слухи об артефакте правда, то исчезновения людей становятся объяснимы. По легендам Россошах — это тёмный артефакт, который наделят владельцев тёмной силой, но для того что бы этот артефакт зарядить требуются сотни, а то и тысячи душ. Но мощь, который будет обладать владелец артефакта по легендам сравнима с божественной мощью. Нам надо как можно быстрее найти его, пока не появился какой-нибудь тёмный властелин?

— Всё настолько плохо? — заглянул я во встревоженное лицо Натаниэля.

— Всё очень плохо, но сейчас сделать мы ничего не можем, надо ждать Широниса. Так что ты лучше отправляйся спать и отдохни, в случае чего пойдёшь с нами, — он в упор посмотрел на Варвару, — одного я тебя не оставлю.

Варвара удивлённо посмотрела на эльфа, тот пояснил:

— Ты не сможешь его защитить если его захотят захватить или убить. Конечно, ты сильно можешь осложнить жизнь противнику, поэтому ты пойдёшь с нами.

— Куда? — задал я повисший над столиком вопрос.

— В логово тёмных магов. Думаю, Лин сможет нам сказать, где оно находится. А теперь ешь и спать. Грета!

Позвал Натаниэль служанка, которая тут же появилась с полным подносом еды.

— А если Лин не согласится сказать, где логово тёмных магов?

Нат удивлённо посмотрел на меня:

— Это как это не согласится? Его никто и не будет спрашивать, просто надо правильно сматривать, — хитро улыбнулся он.

Я покачал головой:

— Пытать будешь?

— Ну зачем ты обо мне так плохо думаешь? Есть множество различных методов вытянуть из противника то, что нам нужно.

Я кивнул и занялся едой.

— Натаниэль, я не смогу уснуть, — справившись с едой сказал я, — слишком сильно переживаю из-за Алисы.

На что эльф насмешливо поднял бровь:

— Во-первых, ты забыл, что я один из лучших целителей, а, во-вторых, ты себя недооцениваешь, даже без магии уснёшь. Так что топая в комнату, раздевайся и ложись спать.

Я с сомнением поднялся в комнату и не раздеваясь и не расстилая кровать завалился прямо в одежде на чистое покрывало. Сон накрыл почти мгновенно, не успел я в голове перевернуть пару тяжёлых мыслей, как тут же проснулся от громкого стука.

Не понимая, что происходит я в полной темноте вскочил с кровати, хватаясь за лежавшую возле кровати шпагу:

— Антон, открывай, — раздался из-за двери нетерпеливый голос Натаниэля, наконец я совершенно проснулся и быстро открыл дверь.

— А говорил, спать не будешь, — пробурчал Нат, входя в комнату и таща за собой какой-то куль, с другого конца этот куль тащил Широнис.

— Это что? — удивлённо глядя на упавшее возле моих связанное тело, спросил я.

— Знакомься, Мастер Лин — знаменитый неуловимый убийца, маг, носящий тысячу личин и похититель юных девиц, — зажигая щелчком пальцев, стоявшую на столе свечу, сказал Широнис

— Зачем вы его сюда притащили? — спросил я, глядя на что-то достающего из сумки Натаниэля.

— Как зачем? — удивился в ответ Натаниэль, — Не идти же нам к нему, да и проще так, Широнис его сразу сюда принёс, не бросать же его на улице, правда, Шир?

— Ага, — подтвердил слова товарища красномордый маг.

— Как же вы его тогда, если он неуловимый?

Широнис осклабился:

— Ну я всё-таки старший преподаватель Школы Цветка, в учителя кого угодно не берут, — сказал он, а через мгновение добавил, — да и не очень он прятался, сидел в притоне на окраине города и прогуливал очередной гонорар, да, Лин?

Пнул он под рёбра начавший ворочаться мешок.

— Вы хотите сказать, что неуловимый убица-маг просто сидел и надирался в трактире?

— Ага, никогда не оскудеет человеческая глупость, — рассмеялся Широнис, — Нат, всё готово, а то он скоро очухается, я хоть и сильно его приложил, он хоть на вид и заморыш, да крепкий оказался гад, несколько раз пришлось бить.

Я уважительно посмотрел на мага:

— Чем же вы его так?

— Та поленом, — раскрывая большой свой рот в улыбке хохотнул он, — он из трактира-то вышел и в одном из переулков я его пару раз и приложил.

— Поленом? — опешил я.

— Ага, вот таким, — он развёл руки, показывая каким поленом огрел разбойника.

— Ладно, хватит языками чесать, доставай его из мешка, — скомандовал Нат.

Широнис сразу схватил край здоровенного мешка, в котором лежал самый неуловимый наёмный убийца Розотмира, и дёрнул, вытряхивая из него всё содержимое. Вместе с каким-то мусором на пол упало тело мужчины. Был он действительно не слишком большой.

На полу с закрытыми глазами лежал мужчина примерно моего роста, весь какой-то сухой и узловатый. Лицо его, как я ни старался запомнить не получалось, настолько были невыразительные его черты. Даже цвет его волос было трудно определить, они будто переливались под дрожащим освещением свечи.

— Хамелеон, — сплюнул на пол Натаниэль.

— Он самый, — подтвердил Широнис, — вот почему девушка села в карету, это было не предательство юного клерка, а содравший с него личину маг.

После чего они подняли тело и усадили его на единственный находившийся в комнате стул, потом связали убийце руки и для надёжности привязали его самого.

— Ладно, приступим, — сказал Натаниэль, надевая на шею магу какой-то ошейник, — это не даст ему пользоваться магией.

Пояснил специально для меня Натаниэль и применил к Лину заклинание исцеления, от чего тут же очнулся и мутными глазами обвёл комнату. То, что он находится в не очень хорошем положении до него дошло быстро, он дёрнулся раз другой, и тут до него окончательно дошло. Он попытался применить какое-то заклинание, за этим я следил в истинном зрении, но как только он стал напитывать его энергией, заклинание рассыпалась, а энергия вошла обратна в мага. Тот выгнулся от боли, издавая протяжный стон.

— Ах, я совсем забыл про звукоизоляцию, — улыбнулся Натаниэль и сотворил заклинание, — добрый вечер, Мастер Лин, о вас ходит так много слухов, что я думал вас действительно невозможно найти, а вот надо же мой друг справился всего за вечер.

— Вы кто такие? — в голосе мужчин совсем не было страха.

— Мы — доброжелатели, которые хотят только добра.

— И какого рода добро вам нужно? — нахмурился Лин.

— Самое обычно, — ухмыльнулся Натаниэль, — ты два дня назад от библиотеки похитил одну девушку, так вот я хочу узнать кто заказчик и куда ты её отвёз.

На лице Лина не дрогнул ни один мускул.

— Не понимаю о чём вы говорите, — ухмыльнулся он, — и вообще я не понимаю о чём вы говорите. Меня зовут Рик Сантрис, я — рыбак и никого не похищал, позавчера я вообще был не в городе, а на ферме у своей бабули в дне пути от города.

На его невзрачном лице появился дики оскал.

— Не надо включать дурака, Лин, — спокойно сказал Натаниэль, доставая из-за пояса нож, — мы прекрасно знаем кто ты.

— И кто я? — осклабился пленник.

— Ты, — Натаниэль резко придвинулся к лицу Лина и глядя прямо в его серые глаза заговорил, — ты тёмный приспешник, убийца и маг-хамелеон, который влезает в чужую шкуру, потому что сам давно забыл, как выглядит. А ещё ты — труп, пока ещё живой, но труп. Но я предлагаю тебе выбор.

— Какой же, эльф? — он глазами блуждал по комнате, словно в поисках помощи.

— Ты молчишь, и я убиваю тебе здесь, или ты скажешь, и я сдам тебя страже — и тебя казнят через некоторое время. Что скажешь, мастер Лин?

Лин рассмеялся:

— Знаешь, есть такая пословица — перед смертью не надышишься, так что режь, — он запрокинул голову, подставляя шею, — я смерти не боюсь, у меня с ней дружеские отношения.

Натаниэль сделал шаг назад.

— Не заставляй меня тебя пытать, Лин, я не хочу этого.

Всё время разговора я стоял в углу, сжимая в руке рукоять кинжала, саблю я положил на кровать. Гнев с каждой секундой разгорался во мне всё сильнее, я возненавидел этого человека. Он знал, где Алиса, но не говорил, не хотел говорить.

Тут его лицо повернулось ко мне.

— А ты Антон, да? — усмехнулся он, наблюдая за моей реакцией, — О, как она кричала, когда её резали, как звала тебя на помощь, но ты не пришёл, ты не смог её защитить, потому что ты слабак, ни на что неспособный. Я таких как ты ем на обед.

Он мерзко смеялся.

— О, как она кричала — закатил он глаза, вновь обнажая шею, — молила о быстрой смерти, как же она молила, просила прекратить её страдания. Не бойся, мальчик, я сжалился. Я вскрыл ей глотку собственным ножом.

Его слова вонзились мне в висок, гнев заклокотал в голове, белая пелена пала на глаза и уже через мгновение я летел к нему с поднятым в руке кинжалом. Достичь цели мне не дали, Натаниэль ловко схватил меня за руку, с зажатым в ней ножом. Удар почти достиг глотки врага, он почти достиг цели:

— Успокойся, Антон, — громко сказал Натаниэль, державший рвущегося меня к Лину, — он просто пытается вывести тебя из себя, чтобы ты убил его, и мы ничего не узнали.

— Успокойся, парень, сейчас мы сами всё у него узнаем.

— Антон, — внезапно напрягся Натаниэль, — сходи за Варварой, а мы пока поговорим с нашим новым другом.

Сначала я хотел протестовать, но Широнис мягко положил мне ладонь на плечо:

— Делай, что он говорит.

Комната Варвары находилась через комнату от моей, сразу за комнатой эльфа, я осторожно постучал в дверь, ответом мне была гробовая тишина. Я постучал более настойчиво, но снова в ответ была мне только тишина. Тогда я решил толкнуть дверь и та, к моему удивлению, отворилась.

В комнате Варвару я не обнаружил, кровать её была идеально застелена и складывалась ощущение, что в комнате давно никого не было. Тут я заметил лежавшую на столе записку. Я встал к окну так, чтобы лунный свет падал прямо на листок.

«Натаниэль и Антон!

Возможно, я узнала куда увезли Алису. Если всё получится, то уже утром вы её увидите в целости и сохранности. Я не стала говорить вам об этом месте, потому что это может быть ошибкой и повлечь за собой неприятности. Если я не вернусь к утру, то прошу меня простить и винить ни в чём, я не могла подвергать вас лишнему риску, особенно тебя, Антон.

Если же я не вернусь, то передайте моему отцу, что я безмерно люблю его, что в центральном банке Розотмира на его имя открыт счёт и на котором покоится определённая сумма.

Я рада, что у меня появились такие друзья. И благодарно вам за то, что вы со мной сделали!

Варвара»

Я удивлённо пробежал глазами текст, потом ещё раз. Наконец до меня дошёл смысл написанного, и я опрометью бросился из комнаты. Когда же я влетел в свою комнату, то на меня удивлённо уставились две пары глаз — Широниса и Натаниэля. Лин же был похож на умственно отсталого, взгляд его был пуст и практически прозрачен, из уголка рта тонким ручейком стекала слюна.

— Что случилось, Ант? — Натаниэль встревоженно посмотрел на меня, — где Варвара?

— Вот, — вместо объяснений протянул я записку Натаниэлю. Они вместе с Широнисом сгрудились возле свечи, вчитываясь в записку.

— Вот же демоны! — выругался Натаниэль, — решила поиграть в героев, дура!

— Что же это за девушка такая, что решил в одиночку соваться в логово тёмных магов?

— Это не девушка — это дура, самая натуральная дура, пусть и мастер меча. Я же велел ей быть здесь и не отлучаться из гостиницы.

— Какие-то проблемы? — голос мастера Лина был полностью лишён эмоций, — просто спросите меня всё, что хотите знать.

Я шокировано посмотрел на преступника, который несколько минут назад был самым несговорчивы человеком в мире, а теперь же был готов выболтать все тайны.

— Магия, — пояснил мне Широнис, — экспериментальная, но Натаниэль в нас профессионал во всяком экспериментальном. Правда, мозги после этого у нашего мастера на место не встанут, но это меньшее из зол.

— Что же, мастер Лин, — повернулся Натаниэль к убийце, — расскажи нам об Алисе Орист.

Глава 21

Через час допрос был кончен. Мастер Лин, в прошлом неуловимый убийца и маг, теперь навсегда стал полностью лишённым рассудка. Разума в его голове осталось ровно столько, чтобы отвечать на вопросы, на большее он был не способен.

— Скоро и та способность покинет его, и он больше будет похож на безмолвную скотину, чем на человеку, — говорил Натаниэль, — что собственно он и заслужил. Я надеюсь, что где-то там, в недрах его больного мозга осталось частичка его, где-то внутри заперта истинная личность Лина, его душа.

— Это слишком жестоко, Натаниэль, — прошептал я, — так нельзя.

Эльф повернул ко мне своё разгневанное лицо, зелёные глаза его полыхнули в полумраке комнаты, рот скривился в злой гримасе:

— Ты разве не слышал того, что он сделал? Ты считаешь, что все его преступления не должны ему воздастся?

Я молчал, размышляя над его словами. То, что совершила Лин было ужасно по своей сути. Он пытал, убивал, похищал и чего только не делал. Он брал чужие личности, буквально срывал лица, был участником тёмных ритуалов, приносил кровавые жертвы, ведомый жаждой власти и наживы.

— Ты прав, Натаниэль, — наконец сказал я, после недолгого размышления, — но вместе с тем, ты не прав. Когда ты поступаешь с ним так жестоко, то чем ты лучше его. Ты обрекаешь его, пусть и тёмную, душу на мучения, на клеть. Это же хуже, чем тюрьма, это полное бессилие. Это жестоко. Справедливее будет смерть.

— Смерть? — Натаниэль с интересом посмотрел на меня, — а кто приведёт приговор в исполнение, может быть ты?

С этими словами он достал из ножен, висевших у него на поясе кинжал и протянул его мне, держа прямо за лезвие.

Я в ужасе отшатнулся от него, глядя на опасно поблёскивающее лезвие кинжала.

— Так и знал, — сказал эльф, пряча кинжал в ножны, — нет, Антон, тебе не быть судьёй, если ты не можешь исполнить приговор, который ты назначаешь. Поэтому сейчас я решаю, какое наказание понесёт человек, потому что я готов действовать и тебе стоит этому научиться мальчик, иначе ты просто умрёшь. Такие как он убьют тебя, пока ты будешь размышлять над приговором.

— Натаниэль, успокойся, — чуть повышая голос прервал его Широнис, — зачем ты пугаешь мальчика?

Натаниэль зло усмехнулся и посмотрел на стоявшего в углу комнаты друга:

— Как ты понимаешь, Шир, я же не смогу быть вечно рядом и помогать ему, он должен научиться бороться со своими врагами сам, решать судьбы — это его предназначение.

На моём лице, как и на лице Широниса отразилась крайняя степень удивления. Мы поражённо смотрели на сжимавшего рукоять кинжала Натаниэля:

— Объясни, — прохрипел я.

— Антон, я видел твоё будущее, — сказал эльф после недолгого раздумья, — несколько вероятностей твоего будущего. И поверь мне, если ты не будешь следовать моим советам, то тебя ждёт не самая сладкая судьба.

— Натаниэль, — не дал мне сказать ничего Широнис, — как же ты не понимаешь!

Он почти закричал и подошёл к эльфу, беря его за плечо.

— Будущее, Натаниэль, это путь, который никогда и никому не будет известен, даже тебе, великому магу, любимцу судьбы. И то, что ты делаешь, может привести совсем в другую стороны, ты ожесточаешь его. Не мешай, наша жизнь и так слишком несправедлива, она ещё успеет сломать ему зубы.

— Лучше это буду я, чем кто-то другой, — не сдавался Натаниэль.

Я снова хотел выразить своё мнение, но меня вновь прервали, раздался требовательный стук в дверь.

Варвара — мелькнула в голове у меня шальная мысль, и я опрометью бросился открывать.

— Стой, — сдавленно крикнул ещё не остывший эльф, но было слишком поздно. За дверью стояла совсем не наёмница. За ней оказался недавний знакомец эльфа — Арор Воин. Был он одет по-дорожному, на плечи был накинут серый плащ, из-под плаща торчали ножны, с удивительным клинком.

Как только дверь отварилась, то глаза Арора удивлённо распахнулся, он так и замер на пороге разглядывая то происходившее в комнате. У самой двери стоял разочарованный я, сразу у меня за спиной стояли Натаниэль держащий в руках мою шпагу и Широнис, сложивший руки в странный жест. Рядом с ними на стуле сидел Лин привязанный к стулу, при этом с полностью отсутствующим взглядом и Разум, видимо, начал его покидать, поэтому он сидел и что-то тихонечко бормотал себе под нос.

— Я надеюсь, что получу объяснения увиденному, — наконец спокойно сказал Арор, — иначе мне придётся сообщить об этом происшествии.

— Ах, это вы, Арор, я ждал вас ещё вечером, возникли трудности? — убирая шпагу начал говорить эльф.

— Возникли мелкие трудности с разбойниками, их стало слишком много, а разъездов стражей — слишком мало. Так что тут происходит?

— Это длинная история, Арор, и у нас совершенно нет на неё времени, скажу лишь одно — в городе завелись прислужники тёмного и нам надо их уничтожить и спасти людей.

— С этого и нужно было начинать, — в голосе Арора внезапно появились ледяные нотки, — когда выдвигаемся?

— Скоро, примерно за два часа до рассвета, так что можете перекусить, одна из служанок на кухне всегда дежурит. А Антон составит вам компанию и обо всём расскажет.

Я удивлённо посмотрел на Натаниэля.

— Ему можно верить, Антон. Пожалуй, ему можно верить даже больше чем мне.

Арор кивнул, как бы подтверждая его слова, и больше не глядя на Лина и на присутствующих вышел из комнаты, ожидая меня:

— Пойдём, Антон, я тебе расскажу, почему мне можно верить больше, чем кому-либо.

— Так почему я могу тебе доверять большем, чем кому бы то не было? — когда Арор насытился, спросил я.

— Потому что я не способен на предательство, — просто он ответил он, — понимаешь, в том мире, из которого я прибыл слово имеет великую силу и если ты однажды дашь его, то нарушить никогда не можешь, по крайней мере, моём ордене. С самого детства на нас накладывается заклинания, которые делают нас неспособными на подлости и предательство.

Я заинтересованно посмотрел в лицо Арору, пытаясь определить о чём он думает. В ответ на меня спокойно смотрели его светлое-голубые глаза.

— Это великая жертва, — покачал я головой, — люди могут использовать таких как ты, просто связать нерушимой клятвой, и воин не сможет отказаться от слова, это же ужасно.

Арор кивнул, соглашаясь с моими словами:

— Да, часто встречаются ужасные люди, которые хотят нас использовать. В этом мире их гораздо больше и очень трудно найти достойных людей. Натаниэль Кариэльский — один из самых достойных, я много слышал о нём, а когда он предложил мне работы, а потом пришёл и поговорил со мной, то я понял, что всё самое хорошее, что о нём говорят — правда.

— Арор, как давно ты в этом мире?

В глазах воина что-то мелькнуло, широкие плечи его опустились, голова поникла.

— Десять долгих лет я нахожусь в этом мире, сражаюсь с силами зла, но наши силы не равны, теперь же нас больше, теперь есть Натаниэль, ты и другие. За эти годы я пробовал вступить в местный орден поборников веры и правды, — он сжал кулаки, — но этот «орден» ничем не отличается от шайки разбойников. Клирики в этом мире — кучка интриганов, вытягивающие деньги из людей. Тут некому верить.

Я с сочувствием смотрел на широкие плечи Арора, сейчас его взгляд не был таким блёклым и поникшим, в нём бушевал гнев.

— А силы зла с каждым днём всё сильнее, — продолжал он гневно, — как только я уничтожаю одного приспешника Тёмного, как на его месте появляются двое других, я уничтожаю их и появляются ещё и ещё. Я дошёл до полного отчаянья, слишком неравны силы. И вот несколько дней назад, когда я в очередной раз напивался, ко мне подсел Натаниэль и предложил дело, которое поможет в борьбе с силами зла.

Он замолчал размышляя над сказанным.

— Скажи мен, Антон, ты же такой же как я, ты из другого мира, да?

Я кивнул.

— Я так и знал, у тебя на лице нет чёрствости этого мира. Поверь мне я сразу вижу хорошего человека, сразу вижу приспешника зла, таков дар моей клятвы.

— Да, Арор, я из другого мира, как и моя возлюбленная, — решил я открыть перед ним все карты, — я не так давно в этом мире, но на мою долю выпало уже немало злоключений. Я приехал в Розотмир, чтобы найти её, но утром я узнал, что её похитили. И её похититель сейчас находится там.

Я указал рукой в потолок.

— Но он лишь наёмник, пусть и ужасный человек — убийца, похититель, — но за ним стоит другой. Один из местных купцов — Тартус.

— Я знаю это имя, — кивнул Арор, — о нём ходят разные слухи и в большей мере не самые лучшие. Что же, я думаю, нам надо отправиться к этому Тартусу и поговорить с ним.

Он поднялся оправляя одежду, в этот момент в зале появился Натаниэль одетый в тёмный костюм.

— Вижу, вы готовы, значит пора выдвигаться. Я только распоряжусь на счёт Лина и выдвигаемся.

Глава 22

Гостиницу мы покинули уже через пять минут, нас было четверо — я, Натаниэль, Широнис и Арор. У всех на лицах была написана каменная решимость и готовность к бою. На моём же лице, скорее всего, были написаны страх и неуверенность.

— Куда мы отправляемся? — спросил я, ёрзая в седле, пытаясь устроиться поудобней.

— За город, один из домов Тартуса, Стефан сообщил мне, что Тартус живёт сейчас там. Не смотря на боязнь потерять своё место, он всё же согласился нам помочь. А теперь тихо.

Мы скакали ещё около получаса в полной темноте и тишине, только цокот копыт и редкое всхрапывание лошадей раздавалось над дорогой. Каждый думал о чём-то своём, каждый был погружён в собственные мысли. Каждые несколько сотен метров Натаниэль выпускал вперёд и назад сторожевое заклятие, проверяя нет ли засады и не едет ли кто за нами, но всё было спокойно. Наконец мы оказались за городом и проскакав ещё немного, мы где-то за полкилометра до нужного места остановились, спешились, отвели лошадей в небольшую дубраву, где привязали их к деревьям.

Ночь сегодня выдалась очень тёмной, на небе не было ни одной звезды и даже луна спряталась в густых тучах так глубоко, что даже не просвечивала. Всё располагало к скрытному проникновению, даже погода была прохладной, с севера дул сильные порывистый ветер, который заглушал практически все звуки.

Поместье Тартуса располагалось недалеко от дороги. Это было роскошное трёхэтажное здание, украшенное лепниной и колоннами с большим садом и высоким забором. Путь в сад перекрывали огромные ворота, при этом они были зачарованные, магией от них буквально пахло. Я перешёл на истинное зрение и ахнул, ворота сверкали всеми возможными цветами, на них было наложено невероятное количество магии, больше я видел только на воротах академии.

Широнис хмуро осмотрел ворота, потом забор, которые, кстати, тоже оказался зачарованным, пусть и не в такой степени, как ворота.

— Тут не пройти, — шёпотом сказал он.

— Нам тут и не надо, за мной, — скомандовал эльф и двинулся к противоположной стене, обходя дом по кругу.

Когда мы почти ползком пробирались вдоль стен, рядом с Натаниэлем материализовалась какая-то тень. От неожиданности я вздрогнул, Широнис сквозь зубы выругался, а Арор попробовал вытащить из ножен свой меч.

— Спокойно, это свои. Стефан прислал помощь, — успокоил нас Нат.

Рядом с эльфом материализовался низкого роста мужчина, одетый во всё чёрное, на лице у него была маска, сквозь которую видно было лишь тускло мерцающих глаза.

— Сколько? — отрывисто спросил Натаниэль.

— Четверо, — в тон ответил ему мужчина в чёрном.

— Негусто.

— Зато им можно доверить свою жизнь.

— Спасибо, Дотур, что не отказали, ваша помощь пригодится. Теперь надо снять защиту со стены и перебраться.

— Эбигейл уже приступила, за мной.

И мы ползком сквозь заросли каких-то кустарников двинулись к стене. Возле самой стены сидело два человека, точно так же как и Дотур затянутые во всё чёрное. Один из сидевших возле забора оказался девушкой, это я понял по длинным волосам и по фигуре, видимо, это и есть Эбигейл.

Как только мы подползли к стене, как тут же магия, защищавшая этот участок стены исчезла, и мы получили знак перебираться. Как только мы перебрались, то тут же замерли в кустах дикой малины, которой тут росло очень много. Я приметил, что по саду перемещаются тускло мерцающие огни — охрана с магическими светильниками. В саду я насчитал семь светящихся точек, которые достаточно часто проходили мимо нас по каменной дорожке.

Вскоре из-за раскидистой яблони к нам приблизилась какая-то тень, я заметил её первым, и дал знать Натаниэлю, потихоньку тронув его за локоть. Но тот успокаивающе поднял ладонь, к нам приблизилась тень, и этой тенью щуплый человек, не очень высокого роста одетый точно так же как Дотур и Эбигейл

— Натан, — еле слышно прошептала тень, — по саду бродит семеро, в доме ещё десятка два охраны. Они явно к чему-то готовятся. Девушек не обнаружил, — коротко отчитался он.

Натаниэль выслушал и кивнул:

— Идемте, по пути уничтожаем патрули, но без магии, они её учуют, они к чему-то готовятся и чего-то ждут.

Маги рассыпались по саду тусклыми тенями, а двинулся за Натаниэлем, следом за мной ползком пробирался Арор. То тут то там слышались приглушённые звуки и голоса, иногда лёгкие вскрики и хрипы. Маги — знали своё дело, они словно ниндзя почти бесшумно выполняли свою работу, оставляя у себя за спиной лежащие без сознания тела. Уже через несколько минут с охраной двора всё было кончено, и мы оказались возле задней двери дома.

— Фред, что скажешь о доме?

Возле меня снова материализовалась тень, Фред настороженно посмотрел по сторонам, потом приглушённо заговорил:

— В подвал я не ходил, на первом этаже семеро охранников, все остальные на втором, но они почти все спят, трое сидят возле лестницы и играют в карты, на третьем этаже тоже кто-то есть, судя по ауре — маг, но туда я пробраться не сумел, раскинута сеть, так что действовать придётся быстро.

Эльф растерянно потёр подбородок.

— Жаль, что ты не смог попасть в подвал, было бы больше информации.

— Не наглейте, ваше хранительство, я всего лишь вор, моё дело красть, а не шастать просто так по домам.

Я удивлённо посмотрел на мага, который оказался вором, уж не думал, что маги занимаются воровством и проникновением. Но поразмышлять над этой мыслью мне не дали. Натаниэль осторожно потянул на себя входную дверь. Дверь открылась легко, ничего нигде не скрипнуло, видимо, её недавно смазывали. После того как мы вошли Натаниэль руками показал, чтобы я и Арор остались у входа, а остальные двинулись за ним, зачищать нутро дома.

Арор беспрекословно подчинился приказу Натаниэля, но при этом в глазах читалось, что он недоволен. Через минуту где-то в глубине дома послышались сдавленные голоса и какое-то движение. Арор нетерпеливо вытащил из ножен свой меч.

— Слушай, а пошли, проверим казематы, вдруг твоя девушка там?

— Но нам сказали ждать тут. Там же магические ловушки.

Арор был невозмутим.

— Ты же маг, вот и обезвредишь их.

— Я не маг, я ещё практически не учился, знаю пару заклинаний…

— Пошли некогда ждать, вдруг их уже режут на жертвенном алтаре. Тем более на меня практически не действует магия.

Мои руки похолодели, а сердце в груди гулко застучало, в тот же момент, когда Арор сказал про Алтарь. И я уже не минуты не раздумывая следовал за шедшим впереди Арором. Для того что бы найти спуск в подземелье нам понадобилось минуты три. Я перешёл на магическое зрение и увидел ауру Арора. Его аура была необычной. Серая полностью серая с редкими проблесками белого света. Не такая как у обычных людей, видимо это из-за того, что он иноимирец и невосприимчив к магии.

Спуском оказался люк в каменном полу, с огромным кольцом. На люке действительно были какие-то заклятия, какие я разобрать не смог, но они были не похожу ни на что из виденной мной магии. Странные узлы и петли составляли основу этого заклинания, переплетения, и цвета были столь странными, что вызывали непонятный восторг.

— Арор, я ни разу не видел такой магии, я даже не представляю, что делать.

В это время сверху раздался грохот и рёв пламени, загрохотал и зашатался дом. На верху началась настоящая бойня, настоящее магическое сражение. Арор зарычал как зверь, и было кинулся к выходу из комнатки с люком. Но внезапно где-то у нас под ногами что-то громко затрещало. Арор остановился и развернувшись бросился к люку с мечом, он ударил по крышке люка, раздался звон, словно одновременно разбили тысячу хрустальных фужеров и ничего. Кроме этого звона ничего не произошло. А Арор в это время схватился за кольцо и дёрнул на себя, крышка люка вылетела из предназначенного ей места, а из люка повалил яркий почти белоснежный свет, который залили всю комнату, ослепляя нас вместе с Арором.

Воин взревел и опрометью бросился в люк, я же не раздумывая бросился за ним следом, готовясь бить хотя бы сырой силой.

В подвале было холодно и сыро, свет лился со всех сторон из стен, потолка, даже пол и тот светился. Вниз мы спустились по железной лестнице и оказались в узком помещении пару метро шириной.

Прямо в стене напротив железной лестницы находилась ещё одна лестница, на этот раз каменная винтовая, которая круто вела куда-то вниз. Мы почти бегом бросились к лестнице. Под ногами что-то хрустнуло, я запнулся, хватаясь за стену, чтобы не упасть и остановился посмотреть на внзеапно появившееся препятствие. Под ногами у меня оказался скелет, причём скелет очень старый, кости его успели побелеть и выцвести. От моего соприкосновения со скелетом от него отвалилось несколько костей, которые разлетелись по комнате.

Мы с Арором начали спуск, но и спуск оказался не очень длинным, через несколько оборотов лестницы мы уже стояли в просторном зале. Посреди зала стояла каменная глыба из чёрного граниты, верхушка этой глыбы была полностью ровной как стол. Возле алтаря лежала груда обнажённых тел. Дикий ужас сковал всего меня, а губы сами собой прошептали:

— Мы не успели.

Я упал на колени, хватаясь за голову, а в этот момент у меня за спиной послышался низкий, басящий голос.

— Правильно мальчик, пади на колени перед истиной силой магии Тьмы.

Тут меня сковал настоящий страх. Я не смог повернуть даже головы что бы посмотреть на говорившего, потом я внезапно понял, что не могу пошевелиться потому что я скован по рукам и ногам заклинанием.

— Меня зовут Маэстро Ф’офро, я некромант, добро пожаловать в мою обитель. Я смотрю, у тебя большой магический дар, как прекрасно, теперь твоя сила станет моей.

Я с трудом повернул голову вправо и узрел медленного шагающего некроманта. Враг предстал передо мной во весь свой рост. Маленький и толстый мужчина, с толстыми губами, обрамлёнными окладистой тёмной бородой. Такая фигура и лицо должны принадлежать какому-нибудь владельцу харчевни, а не великому некроманту.

Видимо он увидел разочарование в моём лице и расхохотался.

— Ты удивлён, Антон, не стоит делать не понимающего лица. Я такой, каким меня создала природа, я обычный человек, некромант — это не зло, которое поедает младенцев и заклает на жертвенном камне девственниц, некромантия — это тоже магия, только иная, хотя девственниц я действительно убиваю, они дают больше сил. Я даю тебе шанс остаться в живых, тебе только нужно присоединиться ко мне, стать моим учеником.

— Где Алиса?

Некромант улыбнулся улыбкой доброго толстячка.

— Алиса тут, она рядом тебе нужно только согласиться, и ты её увидишь.

Тут только я вспомнил про Арора, который всё это время медленно, но верно заходил за спину Ф’офро. И как только я подумал о нём, то в этот же миг он ринулся обнажив свой меч на некроманта. Меч Арора не достиг своей цели, он вместе со своих владельцем был словно огромной невидимой рукой отброшен в сторону. Арор ударился об стену и так и замер лицом вниз возле каменной кладки. Внезапно Ф’офро тут же взъярился, его лицо налилось чернотой, почернели даже бельма глаз, в руках у него заклубилась тьма.

— Смотри мальчишка, на что способна тьма, смотри и запоминай к кому нужно присоединиться. Сейчас этот человек умрёт и восстанет моим слугой, слугой не знающим усталости. А потом я разберусь с твоими друзьями наверху.

С его рук сорвался чёрный клубящийся дым и ударил прямо в лежавшего без движения храброго воина. Прошло всего секунда, чернота растворилась, а на том месте, где лежал Арор так и остался лежать Арор. Лицо чернокнижника-некроманта искривилось в удивлении и гневе, он опять ударил в тело несчастного тёмной силой, но опять не было никакого результата. Он бил и бил, уже не заботясь о защите и позабыв всё на свете, он негодовал, почему его великое колдовство не действует на обычного воина.

— Такого не может быть, — ревел некромант.

Я тем временем просто стоял на коленях и смотрел. Пока внезапно не осознал, что сковывающее меня заклятие больше не держится. Я вскочил с каменного пола, маг в этот момент самозабвенно атаковал Арора. Поэтому я не теряя времени выхватил подаренный Натаниэлем кинжал и бросился к тёмному волшебнику.

Я уже собрался с духом, чтобы нанести последний удар, но враг быстро развернулся и ударил мне в грудь чем-то ослепительно чёрным. Я так и умер с миной недоумения на лице.

Глава 23

— Ты думаешь ему стоит ещё пожить? — нежным голосом спросила женщина, — мне кажется от него нет никакого толка, куда перспективнее девушка.

— Матушка, ты не видишь этого, но вокруг него вихре закручиваются события и судьбы, — надо дать ему немного времени, — ответил более холодная и сдержанная женщина.

На некоторое время в комнате повисла тишина, женщины ждали, что же скажет глава семьи — муж и отец, а в добавок ко всему и Бог.

— Мне интересно, — наконец сказал он и хлопнул в ладоши, — пусть живёт, но это первый и последний раз, когда мы вмешиваемся в его судьбу так открыто, надо сделать так, чтобы он не возомнил себя бессмертным, иначе, это может вызвать много проблем. Займись этим, Укуфа.

— Хорошо, отец, — сдержанно кивнула дочь, — а что делать с дядей?

Отец запустил руку в седую шевелюру, посмотрел на жену, а потом на дочь.

— Ничего не делай, палки в колёса ему будет вставлять мальчик и его компания. Пусть Айнрот играет.

— Я не умер? — первое, что спросил я, когда открыл глаза, но все вопросы мигом исчезли, потому что прямо передо мной были огромные, полные слёз зелёные глаза Алисы, — Алиса!

— Антон, наконец-то ты меня нашёл, — слёзы из её глаз упали мне на лицо, они словно раскалённые искры обожгли меня.

Я поднялся с пола, мягко отстраняя её, а потом крепко обнял, радуясь, что теперь всё кончилось, теперь мы снова вместе.

— Я так рада тебя видеть, ты не представляешь, как одиноко я себя чувствовала, как мне не хватало тебя, но мне помогли, — без остановки говорила она, — когда мы попали в этот мир, меня приютила одна добрая волшебница, потом в Розотмире я познакомилась с Вестой. Ах, если бы ты знал Весту, она замечательная девушка, а её отец, он удочерил меня, представляешь, Антон, совершенно незнакомого ему человека.

Алиса говорила и говорила, а я всё никак не мог поверить во всё произошедшее, я только что столкнулся с тёмным магом и выжил после его удара, мне удалось уцелеть после тёмного заклятия, которое должно было меня убить, я в этом был уверен.

Тут я ощутил странное жжение в районе груди, которое всё больше и больше меня беспокоило. Я мягко отодвинул Алису и залез себе под рубашку, вынимая жгущий меня предмет. Это оказался амулет, что подарил мне Дементий на прощание, видимо, он стал причиной моего спасения. Сейчас этот странный амулет раскалился так сильно, что его было невозможно держать в руке. Я через голову снял его и в этот момент он просто рассыпался на множество мелких песчинок, которые как вода утекли сквозь мои пальцы.

— Так вот в чём дело, — прошептал я.

Алиса заворожённо смотрела на мои руки, в которой я держал тонкую верёвочку, на которой был амулет.

— Что это такое?

Я задумчиво вертел верёвку в руке, а потом скомкал её и отбросил в сторону.

— Уже ничего, — решил я не расстраивать свою возлюбленную мыслями о том, что я чуть не погиб, — Арор, где Арор?

Всполошился я, но, как выяснилось, зря. Воин с тьмой сидел привалившись к стене, а рядом с ним копошился Натаниэль, я видел, как он применяет одно заклинание за другим. Тут же были и остальные маги.

— Господин Широнис, — позвало я мага, — где Варвара, вы нашли её?

Широнис улыбнулся и кивнул, потом подошёл ко мне поближе. А я так и сидел на полу, крепко вцепившись в Алису. Которая горячо дышала мне в шею и, видимо, тоже отпускать меня не собиралась.

— Да, мы нашли её, её поймали и сильно побили, но с ней всё будет в порядке, мы уже известили стражу и скоро тут будет полным-полно народа. Скажи мне, зачем ты полез в этот подвал, ты же совсем не владеешь магией, те два заклинания совершенно не в счёт?

Я задумался, посмотрел на Арора, лицо которого было покрыто засохшей коркой крови и решил взять всё на себя.

— Я решил, что мы с Арором справимся и тут может происходить что-то плохое, но… — я прервался, — скажите, а где некромант?

Лицо Широниса покрылось пятнами, в глазах сверкнул гнев.

— Ах, этот злодей смог сбежать, представляешь, он освоил телепортацию. Всё-таки они принесли слишком много жертв и артефакт даровал ему невероятную силу. Я не уверен, справились бы мы с ним, но он тоже решил не рисковать и сбежал, но самое главное — тёмный артефакт у нас.

— Он оставил его? — удивился я, — но почему?

— А как ты представляешь себе он бы потащил огромную гранитную глыбу? — Широнис махнул в сторону жертвенного стола.

— Так это он и есть, Россошах?

Внезапно вскинула голову Алиса:

— Но этого просто не может быть, вы хотите сказать, что это Свеча Бога?

Широнис уважительно кивнул:

— Да, так переводится это название.

— Но в книгах он описывался как кинжал из бедренной кости дракона, рукоять которого оканчивается черепом, инкрустированным гранатами.

— Кинжал — это часть артефакта, — Натаниэль закончил возиться с Арором и подошёл к сидящей на полу компании и уселся рядом, — без постамента — это просто безделушка, как и постамент — просто стол, без кинжала. И он действительно называется свечой бога, только Тёмного бога.

Я устало покачал головой:

— Ну как же, без света не бывает и тьмы.

— Совершенно верно, мой мальчик, — кивнул Натаниэль, — поэтому Тёмным богом является родной брат верховного Бога-отца.

— Как хорошо жить в мире, где нет никаких артефактов, да и богов самих нет, — усмехнулся я.

— С чего ты решил, что их нет, может, мы просто их не видели, — рассмеялась Алиса, а потом задумчиво добавила, — хотя и в этом мире я их не видела.

— Зато я видел, — вспомнил я свою встречу со странным существом, — по крайней мере, Тутатис сказал мне, что он бог.

— Тутатис!? — вскрикнул Широнис, — и ты остался жив после встречи с ним?

— Ты не рассказывал мне о встрече с этим «божеством», — на слове божество Натаниэль сделал акцент.

— Так он действительно бог?

— Не совсем, он лишь частица древнего бога, осколок силы свергнутого новыми богами божества.

— Да, парень, — рассмеялся Широнис и хлопнул меня по плечу, — горазд ты в переделки попадать.

На этот их беседа прервалась, потому что в этот момент в зал ввалились пара стражников, держа наголо кроткие мечи.

— Всем оставаться на местах, работает стража Розотмира! — во всю глотку заорал один из них, — всем мордой в пол, любое неповиновение будет расцениваться как угроза жизни стража!

Мы и не подумали шевелиться, лишь окинули воинов сочувствующим взглядом. Стражники зло посмотрели на нас, но ничего делать не стали, слово взял Широнис:

— Уважаемые стражники, пока вы где-то прохлаждались, нами была обезврежена ячейка тёмных сил, поэтому уберите свои зубочистки в ножны и перестаньте зыркать, словно мы вашу бабушку зарезали.

Все присутствующие опешили и удивлённо посмотрели на мага, лишь Натаниэль весело усмехнулся:

— Да ты кто такой, чтобы так разговаривать со стражниками великого города Розотмира?

— Я, — вокруг Широниса внезапно вспыхнул огонь, да такой сильный, что нам с Алисой пришлось отодвинуться от него на полметра, — Я — Широнис ро Зарт, старший преподаватель Школы Цветка, магистр боевой магии и я требую, чтобы тут появился ваш капитан.

В этот момент в подвале появилось ещё несколько человек и властный голос прозвенел:

— Прекратить! Широнис ро Зарт, мы благодарны вам и вашим друзьям за помощь, теперь это дело переходит под надзор тайной стражи, вы можете покинуть поместье.

Властный голос принадлежал пожилому короткостриженому мужчине с неприметными чертами лица. Одет он был в мышиного цвета одежды, рука его покоилась на небольшой трости. В этот момент Натаниэль сделал шаг мне за спину и затих.

— Как вам будет угодно, Граф Андро, — чуть поклонился Широнис и бросил уже нам, — пойдёмте, с нами свяжутся, когда придёт время.

Мы не споря быстро поднялись и с удовольствием покинули место происшествие.

— Натаниэль, как стража так быстро прибыла, не прошло и получаса с того момента, как мы вошли в дом.

Эльф поморщился:

— Ты долго был без сознания, это раз, а два — это то, что стражу оповестили через час после того как мы покинули город. Это вынужденная мера предосторожности.

— А ещё мне показалось… — начал я, но Натаниэль прервал меня жестом.

— Не время для разговоров Ант, поговорим в «Очаге».

Понятливо кивнув я двинулся за быстро шагающим Широнисом, который вёл нас к выходу, а правой рукой я сжимал горячую ладонь Алисы. Арора под руки вёл Дотур и второй волшебник, Эбигейл и Фреда нигде видно не было.

— Она сейчас с Варварой, — пояснил мне на ходу Натаниэль.

Когда мы оказались на крыльце дома, то я чуть не ослеп от количества мелькающих на территории особняка факелов и магических светильников. Просто невероятно много стражников расхаживало по дорожкам с важным видом. Были тут люди и в обычной штатской одежде, несколько из которых были магами.

К одному из таких подошёл Натаниэль, предварительно предупредив, чтобы мы ехали в гостиницу без него.

Наших лошадей уже привели, привели лошадь и для Алисы, скорее всего это лошадь принадлежала владельцу особняка. Забравшись в сёдла мы осторожно двинулись в сторону города. Медленно разгорался рассвет и Хенген уже показал свой жёлтый край из-за неровной полоски горизонта.

Ехали молча, здраво рассудив, что все разговоры стоит отложить до приезда. На ходу говорить было совершенно неудобно. Лошади осторожно трюхали по широкой дороге, а вокруг была абсолютная тишина, нарушаемая лишь цокотом копыт, которая позволяла сосредоточиться на собственных мыслях.

Что же теперь делать дальше, думал я. Я наконец-то смог достичь главной своей цели, я смог найти Алису в этом огромном мире, теперь же нам предстояла задача гораздо сложнее — найти путь домой, но перед этим стоит подучиться в местной школе чародейств, а потом уже искать путь домой.

Я бросил взгляд на Алису, на лице которой горела и всё никак не могла погаснуть счастливая улыбка, в какой-то момент она поймала мой взгляд и в её глазах появился вопрос. Но я ничего не сказал, лишь широко ей улыбнулся в ответ и вновь посмотрел на Хенген и продолжил думать.

Очень странно я живу в этом мире, у меня практически нет своих денег, лишь те монеты, что выделил мне архимаг Дементий, в основном же за меня платил Натаниэль, а это меня в последнее время стало напрягать, так что стоит задуматься о прибыли и о деньгах, и при первой же возможности отплатить Натаниэлю.

За такими размышлениями я и не заметил, как мы въехали во внешний город, а потом и в старый. В гостинице нас уже ждал Ромул, при нашем появлении на его лице заиграла счастливая улыбка, он обвёл нашу компанию взглядом, задерживаясь на каждом лице:

— Я не вижу среди вас Натаниэля? С ним всё хорошо? — сразу стал серьёзным Ромул, но я поспешил вернуть ему улыбку:

— Всё нормально, Ромул, Натаниэль просто задерживается, скоро привезут и Варвару, мы нашли её. А это моя девушка — Алиса Озорнова.

Представил я свою возлюбленную, которую крепко держал за руку не собираясь никуда её отпускать.

— Рад встрече, леди, вы просто прекрасны! — воскликнул владелец гостиницы кланяясь девушке, — я буду рад, если вы остановитесь в моей гостинице.

— Антон, я теперь не Озорнова, а Орист, — усмехнулась девушка, — я благодарна за приглашение, господин Ромул, но у меня есть где жить в городе, у моего отчима — Еремея Ориста.

Ромул важно кивнул и сказал, что очень уважает её отчима и, что тот действительно является очень уважаемым человеком. После представлений он предложил всем нам позавтракать после тяжёлой, на что все приехавшие с радостью согласились. Лишь Арор сказал, что отправится в свою комнату отдыхать, вид у него действительно был не очень хороший.

Когда же я спросил не требуется ли ему что-нибудь, то он отвёл взгляд и тихо сказал, что всё в порядке и помощь ему не требуется, а после сутулясь и прихрамывая отправился на верх.

Дотур и второй волшебник тоже отказались обедать и распрощавшись с нами ушли. Остались только Я, Алиса и Широнис, но и магистр боевой магии сказал, что ему надо вернуться в школу и доложить Стефану обо всём случившемся. Поэтому, когда Широнис тоже поспешно утопал, мы остались с Алисой вдвоём. И Рому распорядился накрыть на нас двоих небольшой завтрак и пока весело улыбающаяся рыжая Берта накрывала нам на стол я не стесняясь рассматривал Алису.

Наконец Берта поставила на стол кувшин вина и быстро удалилась, а я сказал:

— Ты изменилась.

— Ты изменился, — одновременно со мной сказала Алиса, от чего мы оба весело рассмеялись.

— Ты первый, — сказала девушка.

— Ты повзрослела, стала ещё более красивой, — начал я свою исповедь, — теперь я понимаю, почему я не мог с тобой связаться мыслеречью, потому что я действительно не знаю тебя такой, какой ты стала, а ты ведь сильно изменилась, не только внешне.

Я прервался, чтобы сделать глоток приятного вина, после чего продолжил:

— Ты изменилась и внутри, я вижу. У тебя изменился взгляд, изменилась осанка, даже аура у тебя совершенно другая, сейчас она невероятно сильно пылает, гораздо ярче чем раньше, такой яркой ауры не видел ни у кого. Я не могу представить через что тебе пришлось пройти за те месяцы, что мы уже в этом мире. Но думаю, на твою долю выпало немало испытаний, даже это похищение — это нечто страшное. Натаниэль сказал мне, что этот мир постоянно бьёт по таким как мы, по иномирцам и, знаешь, я это чувствую, чувствую себя чужим в этом мире, чужим и одиноким.

— Даже после того как ты встретил меня, ты чувствуешься себя одиноким?

В глазах Алисы дрожали слёзы, готовые вот-вот прорвать незримую плотину и потечь по щекам.

— Антон, мне было безумно страшно всё это время, но я боялась не за себя, а за тебя. Я чувствовала тебя, я не могла говорить с тобой, но я чувствовала и иногда мне казалось, что ты находишься на грани, что ещё мгновение, и я не увижу тебя. Сегодня тоже такое было, там, в поместье Тартуса. Когда я была заперта в одной из комнат, я услышала грохот и поняла, что это ты за мной идёшь, я не знаю, как, но поняла это, а потом ты исчез, словно умер. В этот момент у меня чуть не остановилось сердце.

Она уже не сдерживала себя, слёзы градом катились по её щекам, падая на её синее платье. Я встал со своего места и приблизился к ней, опустился на колени рядом с ней и взял за руку.

— Алиса, послушай меня, — говорил я дрожащим от волнения голосом, — послушай, солнце моё, я никогда тебя не брошу и никогда не исчезну, ты слышишь, я всегда буду рядом с тобой, я всегда буду тебя защищать, потому что я люблю тебя.

— Правда? — в глазах девушки загорелись странные огни.

— Правда, — сказал я и приподнялся, и поцеловал её, а после продолжил, — конечно правда, больше всего на свете, больше жизни.

Я говорил ей ещё какие-то глупости, что для неё сделаю что угодно, достану звёзды с небес и со дна моря и много разной чепухи, которую обычно говорят влюблённые мужчины своим женщинам. А она лишь крепко сжимала мою руку и улыбалась, глядя мне прямо в глаза.

Наконец она совсем успокоилась:

— Ну хватит тебе, — серьёзно сказала она, — а то люди подумают что-нибудь не то.

— И пусть подумают, — вскочил я от переизбытка чувств размахивая руками, — мне плевать на весь мир, главное, что ты у меня есть, что ты рядом.

— Антоша, давай кушать, а то уже всё остыло, — мягко сказала Алиса.

Я покраснел, опуская взгляд в пол и вернулся к еде, но еда никак не хотела есться, и не от того что она была холодной или ещё от чего-то такого, сейчас я не мог думать о еде, когда рядом со мной была такая прекрасная девушка, о чём я тут же и заявил сделавшей мне замечание Алисе.

— Ну тогда ты умрёшь с голода, потому что я не собираюсь в ближайшее время уходить от тебя, — рассмеялась она. — А ну давай ешь.

И она стала кормить меня с ложечки как маленького, но долго это не смогло продолжаться. Она взяла меня за руку, второй рукой подхватила кувшин с вином, и мы направились ко мне в комнату. В этот момент в моей голове роилось множество мыслей, но все они исчезли, как только мы оказались в моей комнате и слились в долгом поцелуе.

Глава 24

Проснулись мы уже после обеда, когда Хенген уже во всю силу стучался своими лучами нам в окно, он то меня и разбудил, я попытался перевернуться на другой бок, но тут же понял, что у меня на груди лежит чья-то рука. Рука принадлежала Алисе. Я повернул голову, чтобы посмотреть на неё.

Девушка лежала ко мне лицом, закинув левую руку мне на грудь, на лице её играла лёгкая полуулыбка, которая очень шла её полным губам, которые так и тянуло поцеловать, в итоге я не удержался и сделал это. От моих действий девушка улыбнулась ещё шире и ещё ближе прижалась ко мне, при этом обвивая мою шею руками.

Её невероятно красивые глаза открылись, и она с нежностью посмотрела на меня. Сейчас она напоминала мне большую и ласковую кошку, столько грации было в изгибах её тела, которыми я в наглую любовался.

— Пошляк! — легонько стукнула Алиса меня своей мягкой ладошкой по щеке и тут же завернулась в одеяло.

— Очень сложно быть не пошлым рядом с такой девушкой, — подыграл я ей, пытаясь поцеловать её в шею и ниже.

— Ну хватит уже, — сказал Алиса, отталкивая меня.

Я тяжело вздохнул и отстранился.

— Знаешь, а мне ведь теперь придётся на тебе жениться, — ухмыльнулся я.

Брови Алисы удивлённо взлетели вверх:

— А ты разве не собирался это делать?

Я замялся, не зная, что ответить, но через секунду всё же собрался:

— Конечно собираюсь, если ты хочешь, то…

Алиса расхохоталась запрокидывая голову:

— Нет, ну ты посмотри на него, — она никак не могла отсмеяться, — собрался жениться.

Я обиженно надулся и отвернулся от неё.

— Антош, ну ты чего, я же пошутила. Мы обязательно с тобой поженимся, ну, Антон.

Стукнула она меня кулачком по плечу.

— А вот не надо со мной шутить, а то я как укушу, — кинулся я к Алисе, заключая в свои объятия и целую.

Поцелуй надолго, наконец Алиса отстранилась от меня и ойкнула.

— Я же ничего не сообщила Весте и Еремею, они, наверное, волнуются. Так, надо срочно одеваться.

Я неохотой разжал объятия и тоже стал одеваться, потом спохватился и попросил Алису закрыть глаза. После чего достал из своей сумки брошь, которую дала мне старушка в деревне.

— Открывай.

Алиса распахнула глаза, и увидела прекрасную брошь в форме цветка.

— Ой, это мне? Спасибо! — она обняла меня и чмокнула в щёку, прижимаясь всё ещё обнажённой грудью ко мне.

— Да, это тебе. Мне сказали, что она волшебная, мне дала её одна старушка, сказала, что ты разберёшься. Натаниэль смотрел, сказал, что ничего опасного в ней нет, но что она делает он так и не понял. Но та старушка сказала, что женщина разберётся.

— Спасибо, милый, — улыбнулась она, — а теперь мне надо бы одеться.

Внезапно на щеках её появился стыдливый румянец.

— Антон, — через минуту обратилась ко мне Алиса, она стояла над своим платьем завернувшись в одеяло, — я не могу надеть это платье, оно совершенно износилось, придётся мне надеть твою одежду, где она у тебя?

Я посмотрел на синее платье, которое держала Алиса в руках, на людях в нём действительно показываться было нельзя, хорошо, что вчера её почти никто не видела, а то ей было бы очень неудобно.

— В сундуке, — указал я рукой на искомый предмет мебели и стал любоваться как Алиса надевает мою рубашку.

— Хватит пялиться, лучше бы пошёл и заказал нам покушать, после такого бурного утра, — щёки её слегка покраснели, — я немного проголодалась.

Я тяжело вздохнул и поплёлся вниз, заказывать нам еду.

На лестнице я встретил весело улыбающуюся мне Берту, она подмигнула мне:

— Ох вы и затейник, господин Остр, — тихонечко сказала она, — повезло же вашей невесте.

Я покраснел и ничего не ответив служанке побежал вниз, в спину мне раздался заливистый хохот. В зале было многолюдно, почти все столики были заняты, народу пришло много, причём судя по одежде — это были в основном аристократы и богатые купцы. Место я нашёл себе быстро, вернее место нашло меня. Из дальнего угла мне приветливо помахивал рукой Натаниэль, рядом с ним сидела Варвара и хмурый Арор. Я тут же двинулся к ним, на ходу поймав одну служанку и попросив принести за их столик обед на двоих. Та быстро упорхнула, сказав, что скоро всё будет сделано.

— Привет, герой, — ухмыльнулся эльф и хлопнул меня по плечу, Варвара улыбнулась краешком губ.

Я в который раз за утро, а вернее за обед покраснел и поскорее попытался перевести тему:

— Варвара, как же я рад тебя видеть! — строго посмотрел я на девушку, — Никогда больше так не делай, мы очень переживали за тебя,

— Ну хватит тебе уже, герой, — нахмурился эльф, — вы с Арором тоже натворили тех ещё дел, но об этом мы с тобой ещё поговорим, сейчас не время.

Я понятливо кивнул и уселся.

— Прости меня, Антон, что я так поступила, это действительно было глупо, — в глазах Варвара читалось полное раскаяние.

— Всё в порядке, Варя, всё хорошо, что хорошо кончается, главное — что ты жива и то, что мы нашли Алису. Арор, — обратился я к воину, — как твоё самочувствие.

Воин искоса на меня посмотрел и буркнул, что всё нормально. Я с удивление посмотрел на Ната, но тот лишь махнул рукой, мол всё нормально.

— Натаниэль, ты не мог бы попросить Ромула, чтобы сообщили Ористам о том, что с Алисой всё в порядке.

— Ты только сейчас об этом вспомнил, раньше никак не мог? — усмехнулся эльф наблюдая за очередным моим изменением цвета, — да ты настоящий хамелеон, только цвета у тебя почему-то два.

Он весело рассмеялся:

— Не волнуйся, Еремей уже знает, что всё закончилось благополучно и вам придётся скоро отправиться к нему.

— Вам? А ты не поедешь?

Натаниэль покачал головой:

— Нет, мне некогда. Помогаю тайной страже разобраться с артефактом, там всё сложно.

— Что, разбить его кувалдой и всего-то, — дал я, как мне показалось, разумной совет.

Натаниэль посмотрел на меня как на дурака:

— Ты представляешь, что будет если разбить божественный артефакт, на котором принесли в жертву тысячи разумных существ? Нет, а я скажу, что будет, он взорвётся и взрыв будет такой сильный, что снесёт к чёртовой матери полгорода, а может и весь, — полушёпотом прокричал он на меня, — тут действовать надо осторожно.

В этот момент к нам подошла Алиса, моя одежда была ей слегка великовата, но это было практически незаметно, на груди у неё висела брошь. Всё-таки девушки умеют делать красоту почти из чего угодно.

— Добрый день, — она поздоровалась со всеми присутствующими.

— Алиса, знакомься — это мои друзья Натаниэль, Варвара и Арор, без них бы я не смог тебя спасти. Друзья, это моя, — тут я замялся подбирая слово, — возлюбленная Алиса Орист.

— Рад встречи, госпожа Орист, — улыбнулся эльф.

— Антон много о вас рассказывал, вам очень повезло с парнем, — очень тепло улыбнулась Варвара.

Арор же буркнул себе под нос да так и продолжил разглядывать содержимое своей кружки. Я удивлённо на него посмотрел, но спрашивать ничего не стал, а с увлечением занялся едой, проголодался я зверски. Разговор сам собой свернул в другое русло, и мы больше не говорили ни об артефактах, ни о злых и тёмных магах. Сейчас думать об этом никому не хотелось.

Через полчаса обед был кончен, и я наклонившись к Натаниэлю спросил:

— Нат, а почему тут столько много народа?

Он удивлённо обвёл глазами зал, словно видел всех присутствующих впервые, потом пожевал губу, видимо, что-то прикидывая в уме.

— Скорее всего праздник, да и поступление скоро в школу, вот все и съехались. Следующая неделя Небесного Отца и будут народные гуляния и празднества, король устроит приём и пир, фейерверки ещё будут.

— А что за праздник? — удивлённо спросил я.

— Антон, ты что совсем не изучал, — тут она замялась настороженно глядя на моих товарищей.

— Они знают, что мы из другого мира, — понял я её мысли.

— Ты что совсем не изучал этот мир? — продолжила она, Небесный Отец — это верховный бог пантеона богов и именно в эти дни, как считается, он вознёсся на небо и сверг старых богов, который были жестокими и старались всех поработить, требуя кровавые жертвы. Битва шла семь дней и в эти семь дней с неба грудами падали боги и разные противные существа, которые расползлись сейчас по миру в виде разной нечисти. А на седьмой день битва кончилась и на свет появились новые боги Отец и Мать, Суриман, Садор, Илиалиа и Алоира и самый младший Горастис, а уже там, в божественных чертогах, родилась у них Укуфа, что с древнего языка обозначает мертворождённая — она стала богиней смерти. Неужели ты этого не знал?

Все собравшиеся за столом удивлённо смотрели на Алису, даже Арор оторвал взгляд от своей кружки и с интересом прислушался.

— Этого даже я не знал, — наконец сказал эльф, когда пауза слишком затянулась, — а я прожил на свете гораздо больше, чем Антон. Варя, ты вот, например, знала имена всех детей Отца?

Девушка покачала головой.

— И я не знал, да и вообще мало кто об том знает, госпожа Орист, думаю, даже церковники не все сходу вспомнят их имена. Для нас они — Воин, Кузнец, Красота, Удача, Гуляка и Смерть. Думаю, только имя последней тебе смогут назвать почти все. Ведь Укуфа — единственная богиня, что приходит ко всем без исключения.

— Даже я не знал, что Гуляку зовут Горатис — это так странно на самом деле, люди поклоняются тем, чьи имена забыли, — сказал Натаниэль.

— Ничего в этом удивительного нет, — тут же ответила Алиса, — эти имена были даны им, когда они были ещё людьми, только Смерть родилась после обожествления её отца.

— Стоп! — поднял я руку, — вы хотите сказать, что смерти раньше не было?

Вся троица рассмеялась над моим вопросом, даже Арор смог выдавить из себя подобие улыбки.

— Нет, ну что ты такое говоришь, — смеялась Алиса, — смерть была, просто раньше за неё отвечал совсем другой бог, но после того как этого бога низвергли его место заняла Укуфа. Вообще бог — это скорее функция этого мира, которая отвечает за определённые процессы в мире. По крайней мере я так это понимаю.

— Антон, скажи, а почему эта девушка тебя любит? — задал вопрос эльф, — Ведь у вас же ничего общего почти и нет, ты — бестолковый неуч, а она — прекрасная и образованная леди, при этом её магические силы одни из самых больших, что я видел.

Алисы зарделась, опуская глаза, но всё же за меня заступилась:

— Антон очень умный, если он приложит старания, то у него всё получится даже лучше, чем у меня, он просто немножечко ленивый.

— Да что вы из меня делаете демона!? — взревел я под дружный смех всей компании, — У меня просто времени не было толком. Я эти полгода либо в коме, либо куда-то всё иду, мне книгу-то почитать некогда.

— Ну всё-всё, — поднял ладони Натаниэль, — успокойся, мы же шутим над тобой, а ты реагируешь как ребёнок, хотя у самого уже щетина стала появляться.

Я потрогал на лице то, что эльф назвал щетиной. Мой отец называл это юношеским пушком.

— Алиса, тебе не кажется, что нам пора встретиться с твоим отчимом, думаю твоя подруга очень ждёт тебя, — наконец встал я из-за стола, обиженно глядя на ухмыляющегося эльфа.

— Да, конечно, милый. Можем отправляться.

И мы распрощавшись со всеми двинулись к особняку Ористов. До особняка доехали на карете, потому что Алиса всё же стеснялась своего вида и не хотела показываться на людях в мужской одежде да к тому же не подходящей ей по размеру.

У ворот дома нас уже ждали стражники, которые при нашем появлении начали широко улыбаться и приветствовать нас.

— Госпожа Алиса, мы так рады, что с вами всё в порядке. Господин Еремей и госпожа Веста места не могли себе найти. Как только мы получили известие о вашем освобождении из плена, они хотели броситься вам на встречу. Они очень ждут.

На ходу тараторил один из стражей, вызвавшийся проводить нас до дома.

На пороге нас встречал сам хозяин и его дочь, она была почти такой же какой я запомнил во время нашей первой нашей встречи, только более счастливой.

— Алиса, — она кинулась ей на шею, обнимая свою сестру, — я так рада, что с тобой всё хорошо, с тобой же всё хорошо?

Еремей же в чувствах был более сдержан, но по его лицу было видно, что он очень рад, что с моей девушкой всё в порядке. Он протянул мне руку:

— Спасибо, Антон, вы не представляете, как я рад, что вам удалось её освободить.

Я пожал руку:

— НУ что вы такое говорите, я не мог не ринуться спасать её, ведь она моя любимая девушка, — подумав добавил, — и если честно, то моё участие в спасательной операции ограничивается малым. В тот момент, когда все сражались с бандитами, я пытался тягаться силами с тёмным некромантом, но силы были слишком неравны.

— Надеюсь вы расскажете нам это за бокалом вина и ужином? Нам нельзя ни отпраздновать спасение моей дочери.

— С удовольствием, господин Орист, — улыбнулся я.

— Так вы знакомы? — Алиса удивлённо посмотрела на меня и на своего отчима.

— Да, мы были тут вчера с Натаниэлем, когда искали зацепки. Господин Еремей нам очень помог, направил на нужный след.

Ермей улыбнулся.

— Думай не стоит говорить об этом на пороге, пройдёмте в гостиную, выпьем чая. Мне привезли его из-за далёких гор, вам понравится.

Пока Алиса, вместе с сопровождавшей её Вестой, ушла переодеваться, Еремей и я остались наедине.

— Вам очень дорога эта девушка, ведь так? — глядя мне в глаза спросил он.

— Да, — от чего-то хрипло ответил я, — для меня она дороже всего на свете, она единственная, что у меня осталось от моего мира.

— Берегите её, Антон, таких в этом мире больше нет.

— Я знаю, — смущённо опуская глаза, сказал я, — я очень боялся её не найти, я думал, что не переживу этого. Теперь я сделаю всё, чтобы защитить её.

— Я помогу вам, друг мой, потому что она действительно стала мне второй дочерью, может это её магия?

Я усмехнулся:

— Иногда я думаю точно также, мне кажется, что все девушки пользуются магией, при этом им не нужны ни заклинания, ни плетения, вообще ничего.

Когда Алиса появилась в гостиной, одетая в нежно-розовое платье, идеально подогнанное ей по фигуре, безупречно подчёркивая все её прелести.

— Волшебно, — вскрикнул я почти подпрыгивая со своего кресла.

Девушка залилась краской:

— Антоша, ну хватит меня смущать.

— Но как же мне тогда тобой восхищаться? — всё не унимался я.

— Молча, — рассмеялась Алиса в ответ.

Я закрыл рот и продолжил восхищаться молча, показывая взглядом и руками своё восхищение.

— У тебя взглядом получается сильнее, чем словами, — хохотала она.

— Повезло же тебе с женихом, — поддержала подругу Веста, — он тебя очень любит.

Внезапно её голубые глаза наполнились слезами, она отвернулась от нас.

— Веста, — тихо сказал Еремей пытаясь обнять дочь, но та не далась, оттолкнула его и вышла из гостиной.

— Что случилось? — встревоженно спросила Алиса, — переводя взгляд с меня на купца.

— Жереха убили.

Лицо её вмиг побледнела, она села на диван.

— Всё-таки это правда, — покачала она головой и утирая катящуюся по щеке слезу, — я думал, что мой похититель врёт.

— К сожалению, он не врал, дорогая моя. Жереха действительно убили, причём убили очень жесток, — тихо сказал Еремей опускаясь рядом с девушкой и обнимая её за плечи.

— Твой молодой человек был в квартире Жереха, он всё видел.

Лицо Алисы закаменело:

— Нам надо найти этого ублюдка, что убил нашего друга. Его зовут Мастер Лин, он должен быть наказан.

— Не волнуйся, Алиса, — вмешался я, — Широнис его уже нашёл, благодаря ему мы нашли тебя.

— Надеюсь, вы его не отпустили? — в её голосе звенела сталь, раньше таких нот в её голосе я никогда не слышал.

— Не беспокойся, того наказания, что получил он, не достоин никто.

Алиса сверкнула глазами.

— Я надеюсь.

Я испуганно посмотрел на её, пытаясь понять, что же она сейчас думает.

Глава 25

Веста быстро успокоилась и уже через полчаса она сидела в кресле рядом со своим отцом и расспрашивала меня о том, как мы познакомились с Алисой, и когда мы собираемся пожениться. От всех этих вопросов я заливался краской и старался большую их часть сводить в шутку, от чего интерес девушки разгорался всё сильнее. Еремей долго с нами не просидел и сославшись на то, что до ужина ему надо сделать ещё множество дел ушёл работать к себе в кабинет.

— Антон, — серьёзно начала Алиса, — скажи, а куда тебя выбросило в этом мире и как ты встретил своих друзей?

Веста поддержала её:

— Расскажи, как ты познакомился с самим Натаниэлем Кариэльским. Мне показалось, что у вас даже нечто вроде дружеских отношений.

— О, это долгая история, — выдохнул я припоминая то, как попал в этот мир, — хотя прошло вроде бы не так много времени, но на мою долю выпало немало приключений и странствий. Я расскажу, только если ты мне расскажешь в ответ.

Я выжидающе посмотрел на свою девушку, та в ответ улыбнулась:

— Конечно расскажу, но ты первый.

И я начал рассказ о своих странствия, я решил рассказывать всё честно, ничего не утаивая.

— После нашего эксперимента с телепортацией я оказался в лесу, есть на севере Розотмира горы, за которым расстилается огромный и бескрайний лес…

— Ты, наверное, говоришь о Северном лесу, — почти сразу перебила меня Алиса и тут же сдавленно охнула, увидев мой негодующий взгляд, — прости, больше не буду. Рассказывай.

Рассказ мой затянулся почти на час, я в подробностях рассказал, как некоторое время жил у Дементия рар Диэроса, как пришёл в деревню Курганы и как меня из неё выгнали, рассказал и про то, что эльф и Дементий считают меня неким героем, который пришёл в этот мир и принёс какие-то перемены. Далее я поведал о моих злоключениях в Львинограде, где меня почти что убили и о том, что я очень долго лежал в коме, во время которой за мной ухаживала наёмница, мастер меча и теперь моя подруга Варвара. Когда я сказал, что она моя подруга и я помог её восстановить лицо Алиса лукаво улыбнулась:

— Да, она очень красивая девушка, — и выжидающе посмотрела на меня.

— Озорнова, ну не говори, что ты ревнуешь, это на тебя совершенно не похоже. Она моя подруга, которая несколько раз спасал мою жизнь. Да к тому же для меня она несколько старовата.

— Несколько раз спасала твою жизнь? — удивлённо протянула Веста, — неужели на твоём пути было столько опасностей?

— Угу, иногда мне кажется, что все беды миры обрушились на меня. Когда мы ехали в Розотмир на нас напали разбойники, дважды. Первый раз бой был очень тяжёлым и меня там чуть не зарубили, Варвара тогда спасла мою шкуру. Потом мы на некоторое время остановились в небольшой деревне в нескольких днях езды отсюда. Ах, если бы я знал, что ты уже тут, то помчался бы в Розотмир сразу же не раздумывая. Может быть и удалось бы избежать этого похищения. А дальше ты знаешь, я приехал и узнал, что тебя похитили. Потом мы с Натаниэлем пошли в Школу, где встретились с директором и Широнисом, тем красномордым магом, после чего мы двинулись по следу в поисках тебя и, как видишь, нашли. Кстати, Широнис будет преподавать нам боевую магию, а Натаниэль будет вести целительский курс.

— Как здорово! — обрадовалась Веста, — говорят, что он один из самых лучших целителей в этом мире, когда-то он был даже придворным магом короля, как и наша семья, но всё изменилось. Теперь во дворце правят совсем другие люди.

— Антон, ты был Школе? — спросила Алиса, — и как там?

Я задумчиво посмотрел на неё раздумывая над тем говорить или не говорить о том, что Стефан рар Астор не советовал мне поступать и подыскать учебное заведение получше. Решил не говорить:

— Неплохо, директор Астор весьма интересная личность.

— Ох, я не могу дождаться, когда мы поступим в Школу, я хочу поскорее начать изучать магию, — взволнованно сказала Алиса.

— Угу, — кивнул я, — я тоже жду не дождусь, когда мы придём на боевой факультет.

— Боевой? — удивлённо посмотрела на меня Алиса, — я думала, что мы пойдём на целительский факультет. Это же гораздо безопаснее и интереснее, к тому же нужным боевым плетениям обучат и там, а так ты будешь ещё и целителем.

Я покачал головой:

— Нет, Алиса, я пойду на факультет боевой магии, потому что по словам Натаниэля этот мир будет пытаться сожрать нас и надо уметь защищаться и нападать, а где этому научат как не на боевом факультете?

Возмущению Алисы не было предела. Веста же отсиживалась в своём углу молча:

— Антон, откуда в тебе взялась эта паранойя, никто не хочет нас сожрать. Мне кажется, этот мир нас принял.

Я усмехнулся:

— Да? А как же твоё похищение и все мои злоключения?

— Вздор, — всплеснула она руками, — ты серьёзно веришь, что существует сила, которая испытывает тебя, посылает к тебе убийц, тёмных магов и всяческие неприятности? Пойми же, Антош, у всех людей бывают неприятности, а не только у пришельцев из другого мира. И когда твой Натаниэль говорит, что этот мир пытается тебя сожрать, то мне кажется он говорит глупости.

Я совершенно не узнавал Алису, те слова, что она говорила, то как она спорила было совершенно на неё не похоже, в её характере появилась какая-то жёсткость, чего я никогда за ней не замечал. В тот момент, когда она заговорила про Натаниэля, во мне уже клокотал гнев.

— Ты не вправе называть Натаниэля Кариэльского глупцом, — тихо сказал я, но при этом почувствовал, как мой голос заполняет всё окружающее нас пространство, словно волнами расходится по комнате, — Натаиэль Кариэльский — это один из самых умнейших людей, что я встречал. Он гораздо старше тебя и уже ради этого ты должна проявить к нему уважение, а ещё он спас тебя, не забывай это.

Злость во мне бурлила, и я высказывал всё, что было у меня в голове, всем мысли, что приходили ко мне в голову я изливал не неё.

— Я не узнаю тебя, ты была совершенно другим человеком, откуда в тебе взялся этот снобизм, может ты вовсе и не Алиса Озорнова, а кто-то другой.

Губы девушки дрожали, она гордо задрала голову, поднялась с кресла и посмотрела на меня сверху вниз.

— Да, Антон, я уже не Алиса Озорнова, я — Алиса Орист. Ты не знаешь, через что пришлось мне пройти и что со мной было, все люди меняются, но, видимо, только ты остался доверчивым и легко внушаемым дурачком.

Её слова били меня в самое сердце, будто кто-то ударял меня острым ножом, кровь в моих венах застыла, практически замёрзла. Внезапно я понял, что это не кровь в венах, а в комнате стало холоднее, источником холода была моя девушка.

— Твоя наивность просто поражает, Антон. Ты ничего не знаешь об этом мире, а я изучала его, целыми днями, я знаю, что он из себя представляет, я знаю его историю. Ты же ничего не знаешь. Когда же ты начнёшь думать своей головой, а не головой своём Натаниэля!?

Я поднялся, глядя в её зелёные, полные гнева глаза.

— Да, я не знаю много, — тихо сказал я, — я даже не знаю тебя, извини, но я не могу остаться.

Я повернулся к тихо сидевшей в углу Весте, посмотрел на её полное боли и непонимания лицо:

— Прошу прощения, госпожа Орист, передайте отцу, что я очень сожалею, но на ужин я не останусь, всего доброго!

Я сдержанно поклонился и не глядя на Алису вышел из дома. Гнев и злость схлынули сразу за порогом, оставив в груди щемящее чувство тоски. Мне впервые в жизни захотелось напиться.

Особняк я покинул без каких-либо вопросов со стороны охраны, видимо, на моём лице было написано, что сейчас меня лучше не трогать и поэтому вопросов мне никто не задавал. Пройдя через ворота я направился в сторону «Тёплого очага». Идти мне предстояло через центр города, прямо через главную площадь, на котором находилась статуя королевы.

В центре города было очень многолюдно, люди шли почти нескончаемым потоком, было видно, что город готовится к празднику. Торговцы украшали свои лавки и магазинчиками цветными флагами, и гирляндами. Зазывала кричали:

— Подходи, только сейчас, только перед праздником продаём вино в два раза дешевле.

— Свежая выпечка к праздничному столу.

По словам эльфа праздник должен начаться на следующей неделе, то есть через два дня.

— Парень, купи кольцо, — схватил меня за рукав неприятной наружности тип.

Я попытался вырваться, но хватка у него была крепкая.

— Ну купи кольцо, — не унимался он.

— Не нужно мне твоё кольцо, — оттолкнул я его и внезапно лицо его искривилось, он выпустил мой рукав и издал истошный вопль.

Я испуганно отшатнулся от него, лихорадочно соображая, что же случилось.

— Убивают! — взревел он, в этот момент у меня под ногами что-то звякнуло.

Я опустил глаза и увидел, что на мостовой прямо у меня под ногами лежит мой кинжал, который этот тип вытащил у меня из ножен и хотел увести. Я ощупал свой пояс и обнаружил, что на поясе не хватает кошелька.

До этого угасшая злость во мне возникла с новой силой. Моё и без того ужасное настроение упало ниже плинтуса. Я быстро подхватил кинжал и схватил неудачливого грабителя за ворот.

— Стража! — закричал я, но стражник уже был тут, прибежал на вопль горе-вора.

— Что здесь происходит? — сурово спросил усатый страж.

Я поспешил объяснить.

— Этот тип ограбил меня, вытащил кошель и попытался вытащить зачарованный кинжал, но поплатился за воровство.

— Он врёт, — проскулил вор, держась за руку.

Стражник подошёл поближе, разглядывая меня и вора, скулящего и требующего наказать обидчика.

— А ты что скажешь? — обратился к нему страж.

— Он врёт, — повторил свой тезис вор, — я предложил парню купить кольцо, а он взяли и обжог меня магическим кинжалом.

В этот момент вокруг нас уже собралась толпа зевак, стражник недовольно покосился на толпу:

— Ну чего вы столпились, идите куда шли, стража разберётся.

— Так значит говоришь, он у тебя кошелёк спёр и кинжал пытался забрать?

— Так и есть, — кивнул я.

— А ты говоришь, что он тебя обжёг? — посмотрел он на вора.

— Да, он хотел у меня кольцо отобрать, — вновь проскулил он.

— И что же мне с вами делать? — задумчиво потёр подбородок стражник.

Интеллектом он явно не блистал:

— Господин страж, я бы был благодарен, если бы мне вернули мой кошель с моими деньгами, а вора бы наказали по закону.

— Ну это ещё доказать надо, что он вор. Может это ты разбойник?

Абсурдность ситуации пошатнула моё спокойствие. Я удивлённо посмотрел на стража, потом на вора, который на даже забыл про свою руку и тоже удивлённо посмотрел на стражника, потом в его плутоватых глазах мелькнул странный огонёк.

— Он — разбойник, — завыл он, — руку мне обжог бандит. А меня тут все знают, кого угодно спросите, Худого Вилли тут каждый знает, а он кто, приехал сюда какой-то варвар и людей честных грабит.

На лице стража отразилась явная борьба мысли, он посмотрел на меня, на вора, потом на толпу, словно ища у всех окружающих совета.

— Значит, вот как мы поступим, — наконец сказал он, поправляя шлем, — я вас обоих задержу и отведу в управу, а там уж пусть следствие разбирается кто из вас, кто, может вы вообще в сговоре работает.

Мы удивлённо посмотрели на стражника, потом друг на друга, а страж добавил:

— Точно вместе работаете, вон как на друг друга зыркаете. А ну пошли в управление! — скомандовал он и мотнул своей головой.

— Уважаемый страж, — начал я, но договорить мне не дали.

— Молча шагайте, — ткнул он меня тупым концом своей алебарды, — не хочу я ваши бредни слушать.

И мы с вором, зло зыркая друг на друга, зашагали в сторону управления стражей. Вор кстати уже не скулил, видимо, ожог на самом деле был не таким уж и сильным. Теперь он просто прижимал к груди обожжённую руку.

— Ты мне ещё и лекаря оплатишь, — прошипел он мне, за что получил ощутимый тычок в спину тупым концом алебарды.

Управление стражи представляло собой нечто вроде нашего полицейского участка с камерами для задержанных. На входе нас встретили несколько стражников, которые со смешками поприветствовали нашего провожатого:

— Что, Гейб, очередные воры пончиков попались?

— Или в этот раз это оборотни, что хотят захватить власть в городе?

Стражник приветливо улыбнулся смеющимся над ним коллегам.

— Привет, ребята!

«Точно, у него не все дома» — подумал я

Видимо, к такому же мнению пришёл и вор, который затравленно оглядывался по сторонам, видимо ему было не очень комфортно в Управлении.

— Кого ты опять притащил, Гейб? — обвёл нас тяжёлым взглядом высокий мужчина в офицерской форме и с офицерской бляхой на груди.

— Вот, один говорит, что у него другой спёр кошелёк, а второй говорит, что хотел продать ему кольцо и тот его ножом магическим обжог и хотел кольцо забрать.

Стражник обвёл нас тяжёлым взглядом, потом посмотрел на Гейба и спросил:

— Кошелёк у кого?

По лицу вора я понял, что тот осознал, что от наказания отвертеться ему не получится, но комедию он продолжил ломать.

— У него, господин офицер, — мотнул я головой в сторону вора.

— А кольцо? — взгляд офицера тут же переместился на моё лицо, видимо он меня посчитал самым коммуникабельным в нашей странной троице.

— Тоже у него, ваша милость! — усмехнулся я, — А кинжал его обжог, потому что он зачарованный, мне его друг подарил, а этот хотел его украсть.

— Он всё врёт, — запротестовал вор, но был остановлен гневным взмахом.

— Тебя не спрашивают, Вилли, или ты думаешь я тебя не узнал? Гейб, а ты совсем дурак, он уже несколько раз попадался, ты не узнал Винни?

— Узнал, как не узнать, а этого я не узнал, — он указал на меня головой.

Офицер тяжело вздохнул, но Гейбу ничего не сказал, с ним всё и так ясно:

— Кошель верни, Винни.

— Нет у меня кошеля, — окрысился Винни.

— Слушай, я не хочу тебя обыскивать, вынимай давай и всё.

Винни пыхтел, исподлобья бросал на нас злые взгляды, но всё же полез за пазуху здоровой рукой и вынул мой кошель.

— Подавись, — просипел он и кинул мне кошель, который я поймал в воздухе.

Я проверил содержимое кошелька, удостоверился, что все монеты на месте и кивнул.

— Я могу быть свободен, — посмотрел я на офицера.

— Нет, молодой человек, нужно заполнить формуляры, чтобы всё по закону было. Пройдёмте за мной, а это в камеру, Гейб.

Гейб послушно увёл злобно глядящего на меня вора, а я потопал вслед за офицером.

— Тебя как зовут парень? — на ходу спросил он.

— Антон Остр.

— В город давно приехал? — продолжил он расспрашивать меня.

— Нет, несколько дней назад. Я в Школу поступать собрался.

— Маг значит, — понятливо кивнул офицер, — а меня капитан Керри Стайн зовут.

Он протянул мне руку, которую я пожал. Рукопожатие у него было крепкое, почти стальное. Сам капитан занимался таким мелким делом, меня это удивило. Потому что капитан — это фактически глава стражи.

— Ты меня извини за этот случай. Гейб парень неплохой, только природа обделила его умом, но пришлось взять его в стражу. Кадров катастрофически не хватает, приходится брать то, что есть. Слушай, ты на какой факультет собираешь поступать? — внезапно спросил он.

— На боевой, — слегка подумав, ответил я, — а что?

— Слушай, у меня к тебе предложение есть, — говорил он мне, уже сидя за столом в своём кабинете.

Я уселся на стул.

— Внимательно слушаю, господин Стайн.

— Не хочешь после школы поработать, а? Судя по тебе, ты парень не глупый.

Я смешался, не зная, что и сказать.

— Господин офицер, мне же ещё шесть лет учиться, я не могу дать так сразу ответ.

— Я вот что, парень, предлагаю. Есть у нас возможность тебя бучить за счёт казны города.

— Так образование и так бесплатно, — нахмурился я.

— Бесплатное то бесплатное, только вот жить в столице на что-то надо, еду покупать, развлекаться в конце концов, да и кто захочет жить в общежитии — это же ужас. А наша стража обеспечит тебе полный пансион, в двадцать золотых в месяц, сможешь квартирку снимать, да и на погулять останется.

Я присвистнул, двадцать золотых — это неплохие деньги, можно жить не от кого не завися.

— А на выходе из Школы тебя будет ждать хлебное место и сразу офицерское должность. Карьерный рост у нас только так идёт, глядишь через лет десять и до лейтенанта дослужишься.

Я задумался над его предложением:

— А в замен что?

— Ну в замен ты должен будешь семь лет отработать в страже боевым магом или ещё на какой должности. Ты соглашайся парень, у нас маги как сыр в масле катаются, такие деньжища зашибают, — тут он мне подмигнул, — можно и на стороне подрабатывать.

Я покачал головой:

— Такие дела с наскока не решаются, тут подумать надо.

— А ты не спеши, почти через две недели, так что время есть ты думай, а сейчас давай твоим ограблением займёмся.

С Керри Стайном я распрощался через час, пока уладили все вопросы с документами, пока он не напоил меня чаем, он ни в какую не хотел меня отпускать не напоив чаем. Во время чая он продолжал меня агитировать взять целевое направление он местной управы.

— Ты смотри, Антон, количество пансионов ограничено. Я думаю, найдутся ребятки, которые захотят получить такие выгодные условия.

И наконец я распрощался с капитаном и вышел из управления. День уже катился к вечеру, я стоял на крыльце управления и думал куда же направиться, мелькнула мысль вернуться к Ористам и извиниться перед Алисой, но я эту мысль быстро отогнал, решил всё же вернуться в «Очаг».

Но как только я решил двинуться у меня за спиной раздался спокойный смутно знакомый голос:

— Антон Остр, задержитесь на минуту.

Глава 26

У меня за спиной оказался граф Андро, глава тайной стражи Розотмира. Он был всё в том же сером неприметном костюме, мышиного цвета, в руках сжимал трость.

— Добрый вечер, — поздоровался он, — меня зовут граф Элиот рар Андро.

— Антон Остр, но вы и так знаете, — растерянно сказал я.

— Да, я знаю, — холодно улыбнулся граф, — сегодня ночью нам не удалось пообщаться, как на счёт поговорить сейчас?

— Я не… — начал я.

— Предлагаю за одно и поужинать, я, честно говоря, проголодался за сегодня, а день у меня, благодаря вам и вашим друзьям, выдался длинным. Пройдёмте.

И я зашагал рядом с графом, который повёл меня в сторону небольшого ресторанчика, располагавшегося недалеко от Управления.

— Вы приходили по какому-то делу?

Он искоса посмотрел на меня:

— О, ничего страшного, ваша милость, просто небольшой инцидент на площади. Меня пробовали обокрасть, — пояснил я графу.

— Сейчас в канун праздника нужно внимательно следить за своим кошельком, — всё так же холодно улыбнулся он, — Стейн предлагал вам направление от стражи?

Я удивился:

— Откуда вы знаете?

— О, тут не нужно быть главой тайной стражи. Керри всем одарённым предлагает этот пансион, маги ему очень нужны.

— Никто не идёт? — я с интересом посмотрел на главу тайной стражи.

— Отчего же, идут, — пожал он плечами.

Мы дошли до большого трактира, который назывался «Душистый мёд».

— Тут прекрасно кормят, — сказал граф, пропуская меня вперёд, — разу уж я вас пригласил, то сегодня я вас угощаю.

В его голосе не было никаких эмоций, меня это очень напрягало и даже чуточку пугало.

В трактире нас встретила молодая подавальщица, которая приветливо улыбнулась графу:

— Ваша милость, прошу вас проходите.

Видимо граф был завсегдатаем этого заведения, потому что он сразу прошёл в специальную кабинку для вип гостей, на ходу бросив, чтобы принесли ужин на двоих.

— Прости меня, я не знаю ваших вкусов, — сказал мне граф, когда мы расположились за столиком, — поэтому заказал еду на своё усмотрение, но я уверен, вам понравится. Повар тут замечательный.

Я возражать не стал, подумав, что на халяву и уксус сладкий, но вслух сказал другое:

— Благодарю вас, ваша милость.

Граф поморщился:

— Антон, ну хватит вам этого этикета, для друзей я просто Элиот или просто Андро.

Я удивлённо посмотрел на него.

— Но мы же…

— Пока ещё нет, но надеюсь мы ими станем, Антон. Сегодня вы помогли нам раскрыв и уничтожив логово некромантов, думаю, уже за это можно стать друзьями.

Я не знал, что сказать, но видимо от меня этого и не требовалось, граф продолжал говорить:

— Антон, понимаете, в королевстве сейчас очень сложная обстановка. Скажу вам честно, думаю в целом вы знакомы с ситуацией, сейчас очень сильно активизировались некие силы, что хотят полностью изменить и без того шаткий баланс. Идут какие-то процессы, которые я не хочу видеть идущими. Вы понимаете о чём я говорю?

Его проницательный взгляд впился мне в лицо.

— Кажется понимаю, — сказал я.

— Замечательно, — вновь холодно улыбнулся мой собеседник, — и вы понимаете, что мне нужна помощь, ваша помощь, Антон.

«Меня вербуют, — осенила меня догадкой, — но зачем я ему нужен, может, из-за Натаниэля?»

— Думаю, вы сейчас думаете зачем мне понадобились именно вы? Я отвечу на этот вопрос. Вы, Антон, общаетесь именно с одной из тех сил, что мне непонятна. Натаниэль Кариэльский всегда был занозой под пальцем у Тайной Стражей. Нам удалось добиться того, что он покинул королевство, но теперь он вернулся. И у нам возникают вопросы.

— Я не думаю, что Натаниэль представляет какую-либо угрозу королю или королевской семье, — осторожно сказал я.

— О, что вы. Натаниэль — это верный пёс на службе у короля, стоит королю сказать лишь слово, и Натаниэль прибежит по первому зову, это понятно. Он представляет угрозу другим людям, людям, что тоже желают лишь добро королю и королевству, но вот Кариэльский для них нежелателен. Так зачем он здесь и зачем он привёз вас, кто вы, Антон. Один из внебрачных сыночков нашего короля?

От такого вывода я опешил. В этот момент принесли еду и служанки расставляли тарелки с яствами, что дало мне возможность немного подумать. Всё это время Элиот рар Андро не спускал с меня глаз. Когда же служанки ушли я встал и заговорил:

— Я точно не сын вашего короля. А что касается дел Натаниэля, так тут лучше спросить вам у него лично, а не выведывать у меня. Он мой друг и я не буду предавать его доверие.

Граф рассмеялся, громко и заливисто.

— Мальчик, — сквозь смех сказал он, — какой же ты наивный. У Натаниэля Кариэльского нет друзей. Для него все окружающие — это фигуры в шахматной партии, и он всеми вами двигает, и при возможности он предаст любого из своих «друзей» не раздумывая. Я думаю, ты не знаешь о целях ушастого. Что же, жаль, но ничего страшного.

Я не знал, что ответить ему на эти слова, в который раз за этот день меня называют наивным. Но сейчас злиться я не хотел. Я медленно опустился обратно на стул. А граф тем временем продолжил.

— Вижу, что тебе кто-то говорил уже нечто подобное. Так что слушай меня. Там, где появляется Натаниэль всегда начинается нечто странное, какие-то движение в казалось бы давно устоявшемся болоте. Он начинает плести сеть интриг, в которой он чувствует себя пауком, так что постарайся не стать лишь игрушкой в его руках. Если ты не сын короля, то ты должно быть исключительная личность в чём-то, вокруг эльфа собираются только исключительные личности.

— Вы же точно такой же, — сказал я в глаза графа, — вы тоже паук в центре паутины и нет во мне никакой исключительности.

— Да, мальчик мой, но я не прячусь за маской благочестия, а делаю всё, чтобы королевство процветало и жило. А для чего это делает он — мне не понятно. А на счёт твоей исключительности я почему-то не сомневаюсь, что-то в тебе есть.

Я молчал раздумывая над его словами.

— И что вы предлагаете?

— А что я могу тебе предложить? — приподнял бровь Элиот, — защиту и покровительство, работу на меня. При чём оплачиваться она будет гораздо лучше, чем работа на обычную стражу. Но для начала тебе надо выучиться, хотя не уверен, что у тебя будет на это время.

— Вы думаете что-то случится в ближайшие годы?

Он пожал плечами:

— Не знаю, да и не хочу сейчас тебе об этом говорить. Я просто предлагаю тебе работу на Тайную Стражу и Розотмир. А взамен полный пансион, ну скажем в сто золотых в месяц, стажировка и практика в столице, при дворе и много ещё чего. Так ты согласен?

Сто золотых и стажировка при дворце — это были невероятные вещи, но я не спешил соглашаться, всё нужно было обдумать.

— Я не могу принять решение сразу.

— Я понимаю, мальчик. Мы с тобой ещё встретимся и поговорим на эту тему, а теперь кушай.

И мы с графом принялись за еду, которая действительно оказалась невероятно вкусной.

— Думайте над моим предложением, молодой человек, — наконец, когда с едой было покончено, — и помните, что у Натаниэля Кариэльского нет друзей.

Он распрощался и оставив на столе пару золотых монеты ушёл, а я остался сидеть в кабинке и думать над словами главы Тайной Стражи Розотмира, мыслей в голове было множество, но ни одной конкретной.

Когда я вышел я трактира, то на улице уже смеркалось, зажглись фонари и народу на улице стало заметно меньше. Я глубоко вдохнул чужой, непривычно лёгкий для меня воздух и зашагал в сторону гостиницы.

В гостинице вновь было многолюдно, почти все столики были заняты, лишь тот угловой стол, за которым я сегодня обедал с Алисой и остальными пустовал, видимо, Ромул держал его для специальных гостей.

— Антон, здравствуй, дорогой! — улыбнулся мне своей цыганской улыбкой владелец гостиницы, когда я подошёл к стойке.

— Вина, кувшин, — хрипло сказал я и положил на стойку золотую монету.

Ромул молча взял её и кивнул:

— Тяжёлый день, да? Сейчас всё принесут, столик Натаниэля свободен.

Я поблагодарил Ромула и утопал в угол, дабы придаться размышлениям и самопознанию.

Через пару минут Берта принесла мне кувшин с вином и фрукты, я благодарно улыбнулся девушке, та вопросительно посмотрела на меня:

— У тебя что-то случилось? — на лице брюнетки было написано сочувствие.

— Знаешь, Берта, — я посмотрел в её темные глаза, — со мной столько всего случилось, что от этого иногда становится страшно.

Девушка опустилась рядом со мной на стул и взяла меня за руку. Я сначала хотел убрать свою руку, но передумал. От этого касания на душе у меня стало немножечко теплее.

— Я понимаю тебя, до того, как я попала в «Тёплый очаг», моя жизнь тоже была не сахар, мне пришлось пройти через многое, но знаешь, что мне помогало всегда справиться?

— Что же?

— Вера, я всегда верила, что завтра станет лучше, что боги меня не оставят. Я почти каждый день ходила в храм и молилась, там я встретила Ромула и всё наладилось.

— Ты предлагаешь сходить мне в храм? — улыбнулся я.

Девушка тоже улыбнулась и покачала головой:

— Нет, Антон, я предлагаю тебе просто верить и не опускать рук. Сегодня ты можешь выпить, я слышала о том, что ты сделал ночью, о том, что ты сражался с некромантом. Ты герой, а героев всегда ждёт награда.

— Но я же проиграл.

— Это не важно, главное, что ты действовал как настоящий героя, не смотря ни на что. Сегодня ты имеешь право выпить, можешь даже напиться. Никто осуждать не будет. И ещё, Антон, приходила твоя невеста, она выглядела расстроенной.

Я освободил руку и потянулся к кувшину. Берта смотрела на меня влажными глазами.

— Спасибо, Берта, — поблагодарил я девушку за тёплые слова.

Она грустно улыбнулась, сказала, что ей нужно работать и упорхнула, оставив в воздухе запах мяты.

А я сделал первый глоток. Вино оказалось выше всяких похвал, сладкое, почти без привычной винной горечи. Я одним махом выпил почти всю кружку, а когда оторвал от неё взгляд, то увидел, что передо мной стоит Арор Воин, опустивший свой взгляд в пол.

— Арор, — я поприветствовал его кивком, — садись, бери кружку и наливай. Сегодня обязательно нужно выпить.

Но Арор не сделал и шага в направлении стола. Он внезапно поднял голову и посмотрел на меня ясным взором.

— Антон Остр, позволь мне извиниться перед тобой, — он вытащил из ножен свой меч и протянул его мне рукоятью вперед, — из-за меня сегодня ночью ты мог погибнуть, поэтому я прошу тебя принять в подарок мой меч, я не носить его. Пусть он служит тебе так же, как служил мне.

Я ошарашенно смотрел на воина и на хищную рукоять его меча, обращённую ко мне. Это длилось где-то тридцать секунд, после чего я спохватился вскочил.

— Арор Воин, я вовсе не держу на тебя зла, ты ни в чём не виноват, в этом происшествии больше моей вины, чем твоей. Я не смог тебе помочь тогда.

Арор посмотрел мне прямо в глаза.

— Я видел, Антон, как ты пытался атаковать некроманта и как он ударил тебя тёмным заклинанием, я видел твою смерть, и я уверен в этом, боги вернули тебя к жизни.

Вокруг нас висела напряжённая тишина, казалось весь зал сейчас смотрел на нас не отрывая взгляда. Все — от купцов до служанок превратились в слух.

— Я не могу взять твой меч, пусть он и дальше служит тебе в борьбе со злом.

Воин кивнул, убрал меч в ножны и встал на колено:

— Антон Остр, я — Арор Воин, член ордена Светозара приношу тебе клятву вечной верности и повиновения. Теперь отныне мой меч — это твой меч, мой кров — это твой кров. Я приду на любой твой зов в любую точку мира, в любой из миров. Умру, но приду!

Тишина в зале стала ещё более напряжённой, все присутствующие ждали моей реакции, а я не представлял, как мне нужно реагировать. Одно было ясно — отказывать ему было нельзя, иначе он воспримет это как оскорбление.

— Я принимаю твою клятву, Арор Воин из ордена Светозара, — наконец сказал я и тут зал взорвался громом аплодисментов.

Лишь несколько аристократов презрительно окинули взглядом меня и Арора, да и всех присутствующих и вернулись к трапезе.

Арор поднялся с пола и заграбастал меня в объятия.

— Спасибо, Антон, — тихо сказал он, — я бы не простил себя если бы ты не принял мою клятву.

Я всё ещё не понимал, как мне на это реагировать и что входит теперь в мои обязанности, но думать как-то об этом не очень хотелось. Поэтому я поманил Арора к столу:

— Давай выпьем, Арор, мне одному пить будет не так тоскливо.

— У тебя что-то случилось? Я могу чем-то помочь? — сразу включился мой новоявленный вассал, — мне казалось за обедом, что ты счастлив со своей невестой, что-то не так?

— Всё не так, Арор, — я наклонился к нему поближе и прошептал, — скажи, а ты чувствуешь себя своим в этом мире?

На его лицо легла тень задумчивости.

— Не знаю, я так давно уже здесь. Наверное, да, я привык. В моём мире всё гораздо сложнее, бесконечные войны добра со злом, борьба орденов, борьба внутри орденов и всякая дрянь. Тут этого тоже всего хватает, но это мир моложе, гораздо моложе моего, и он проще и понятнее. Ты тоже привыкнешь рано или поздно.

— Лучше бы это случилось как можно раньше, — горько сказал я и отпил из своего бокала.

Разошлись мы только за полночь, когда вино уже закончилось и в зале почти никогда не осталось, кроме сочувственно глядящей на нас Берты. Арор помог мне дойти до моей комнаты, где я стянув куртку прямо в рубашке и штанах, завалился на кровать. Но уснуть мне не дали, раздался тихий стук в дверь.

— Кто!? — взревел я, — я сплю!

— Антон, это Варвара, — голос девушки глухо прозвучал из-за двери.

Я с трудом поднялся и поплёлся к двери открывать. Распахнул её и пьяными глазами уставился на девушку. Голова отчего-то кружилась, и я не мог сфокусироваться.

Варвара закусив губу посмотрела на меня.

— Ты не можешь сейчас говорить? — голос её отчего-то дрожал.

Гудящий в моей крови алкоголь немного утих, а притуплённый его действием мозг внезапно ухватился за его голос.

— Проходи, сейчас смогу, — промычал я и поплёлся обратно на кровать.

Заклинание исцеления с первой попытки у меня не получилось, не получилось оно и со второй. Только с пятой попытки мне удалось сплести нужный узор и применить его на себя. Стало легче, но я всё равно чувствовал некую весёлость, поэтому применил заклинание ещё раз. В этот раз получилось создать его со второй попытки.

Всё это время Варвара у окна ко мне спиной и терпеливо ждала, что-то рассматривая в окне.

— Что случилось, Варя? — наконец через десять минут волшебства спросил я.

Девушка повернулась ко мне и посмотрела полными слёз глазами, слёзы блестели как алмазы в полумраке комнаты.

— Мне страшно, Антон. Мне очень страшно, ты не представляешь, что они там делали.

Она подошла ко мне и села рядом, упёрлась головой мне в плечо и заплакала, я аккуратно обнял её за плечи.

— Он, ужасен, этот некромант залез мне в мозг, он делал ужасные вещи, он показывал, как режет тебя, как он убивает Натаниэля, моего отца и маму, а я ничего не могла поделать, я была бессильна. Я уже поверила, что это всё правда, что все эти пытки настоящий. Антон, мне страшно.

Она билась у меня в руках, словно птица, её трясло, моя рубашка стала мокрой от её слёз. Я гладил её по волосам и всё говорил и говорил что-то успокаивающее.

— Знаешь, — когда она немного успокоилась, сказал я, — мне тоже безумно страшно, ведь вчера ночью я умер. Сначала я не поверил, когда Арор сказал мне это, но сейчас понимаю, что я действительно был мёртв. И мне ужасно страшно от того, что я ничего не могу сделать, что я слишком слаб.

— Ты не слаб, ты просто ещё слишком молод, — тихо сказал Варвара, отстраняясь от меня, её серые глаза поблёскивали в полумраке, — но ты можешь стать сильнее, Антон, пообещай, что ты станешь сильнее. Знаешь, когда я ухаживала за тобой там, у себя дома, то ты внезапно стал мне казаться таким родным, ты стал для меня братом, младшим братом, которого у меня никогда не было. Ты очень хороший.

— Спасибо, Варя, — хрипло сказал я, — знаешь, ты тоже для меня стала кем-то вроде старшей сестры, моей наставницей и защитницей. Я ведь тебя не поблагодарил за то, что ты спасла меня там, когда мы дрались с разбойниками.

— Это не важно, Антон, — она улыбнулась, — своего младшего брата я никому в обиду никогда не дам.

Я тоже улыбнулся.

Она взъерошила мне волосы, а потом тихо спросила:

— Почему ты сегодня пил? Я думал, что ты будешь на ужине у Ористов.

Я тяжело вздохнул:

— Сначала я тоже так думал, но я поссорился с Алисой. Знаешь, Варя, я её не узнаю, она совсем другая, словно её подменили.

— Ты тоже изменился за те месяцы, что мы знакомы, — она улыбнулась.

— Но она стал злее, жестче. Она никогда такой не была, те вещи, что она говорила, я не думал, что услышу такое из её уст.

— Дай ей время, она была у некроманта целых два дня, никто не знает, что он с ней делал. Тебе нужно поговорить с ней об этом, может ей требуется помощь.

— Может быть, — согласился я и замолчал, раздумывая над её словами, — есть ещё кое-что, что сегодня случилось.

Сказал я через пару минут.

— Сегодня меня пытались ограбить?

Варвара подскочила:

— С тобой всё в порядке, как это было?

Я покачал головой:

— Всё хорошо, история достаточно смешная и по большей части я сам виноват, надо лучше приглядывать за своим кошельком. Но это не так важно, важно то, что произошло дальше.

И я рассказал Варваре о встрече с капитаном стражи и с главой Тайной Стражи и о тех предложениях, что они мне сделали.

— Ещё граф Андро говорил о Натаниэле.

Я почти слово в слово передал его слова Варваре. Она некоторое время задумчиво рассматривал свою руку, всерьёз задумавшись над моими словами, наконец через несколько минут она заговорила:

— То, что тебе они предлагают вовсе не удивительно. На самом деле магов не так много и за ними ведётся охота. Государство и различные службу Его Величества делают всё возможное, чтобы такие как ты служили на благо короны. Поэтому каждый хочет получить к себе на службу мага. Это ты ещё с аристократами не общался, те тебе будут вообще золотые горы предлагать. А вот на счёт того, что сказал граф на счёт Натаниэля…

Она прервалась подбирая слова.

— Понимаешь, Антон. У Натаниэля Карэльского и правда имеется слава интригана и хитреца, но то что все вокруг для него просто пешки в какой-то там игре — тут, я думаю, граф ошибается. Мне кажется, он действительно за тебя переживает и готов сделать для тебя многое. Местами он, конечно, перегибает. И я не думаю, что он хочет использовать тебя в каких-то своих интригах. Он скорее ждёт от тебя чего-то, что ты сделаешь сам.

— Да, он ждёт того, что я изменю этот мир, — с сарказмом сказал я, — Варя, я прошу тебя не говори Натаниэлю об этом, я хочу немного подумать.

— Обещаю, я не скажу ему ничего.

Глава 27

Проснулся я от стука в дверь, за окном уже сиял Хенген, но при этом был не очень высоко, судя по всему он только недавно взошёл. Я про себя ругнувшись поплёлся открывать дверь. За дверью оказался Натаниэль, на лице которого горела счастливая улыбка выспавшегося человека.

— Ты спишь что ли? — наигранно приподнял он брови, — а я думал ты уже готов к тренировке, ты же не забыл, что каждое утро мы с тобой тренируемся.

Я простонал:

— Нат, ну давай хотя бы попозже, я спать хочу.

— Меня это совершенно не касается, у меня есть время только с утра. Я и так дал тебе слишком много времени отдыхать, ты, наверное, уже забыл с какой стороны держать шпагу. Одевайся, через десять мину на заднем дворе гостиницы я жду тебя.

С этими словами он легко развернулся и вышел вон из комнаты, а я так и остался стоять завёрнутый в одеяло. На заднем дворе я был уже через семь минут. Всё ещё зевающий от недосыпа я держал в руках свою шпагу.

У Натаниэля же в руке был обычный железный прут, что-то вроде арматуры. Он весело мне улыбнулся и без предисловий бросился в атаку. Я был не готов к такому коварству, я даже шпагу поднять не успел, чтобы парировать удар, как тут же оказался лежащим на земле. Боль в ушибленной ноге была невероятной, я катался по земле и выл от тех ощущений, что испытывал.

— Вставай и дерись, — голос Натаниэля звенел надо мной, словно натянутая до предела струна.

Я понял, что происходит что-то неправильно, но что делать в такой ситуации я не знал. Я сжав зубы поднялся, но тут же был сбит очередным мощным и сильным ударом уже по плечу. В глазах у меня полыхнула красная вспышка. Я взъярился, без промедления вскакивая и бросаясь на коварного эльфа с ужасным криком.

Слышится звон стали, и вот моя шпага вылетает у меня из рук. Боль в пальцах с ещё большей силой бьёт в мозг, я отпрыгиваю от Натаниэля на несколько шагов. Затравленно озираюсь в поисках спасения. А злобный эльф уже опять летит ко мне, выставив перед собой свой смертоносный прут. Я выхватываю из поясных ножен кинжал, но внезапная боль в руке снова хлещет меня, я роняю опасный предмет и поражённо смотрю на обожжённую руку, а в этот момент очередной удар тяжёлой арматурой почти достигает моей головы.

На мгновение всё гаснет, в глазах у меня появляются серебристые искры вперемешку со слезами и кровавыми соплями. Я понимаю, что ещё немного, и я потеряю сознание. И в этот момент я чувствую, как эльф берёт меня за подбородок и пристально смотрит мне в глаза. Его зелёные глаза полны гнева, в них проблёскивает что-то ещё, но мой затуманенный болью мозг не даёт мне понять, что это.

— Никогда, слышишь меня, — голос Натаниэля буквально врывается в мой череп, подавляя любое сопротивление моего сознания, — не мешай мне действовать!

Я понимаю, что происходит что-то странное у меня в голове, пытаюсь изо всех сил сопротивляться и внезапно что-то происходит в моём сознании, я чувствую, как в моей голове словно возникает невидима стена и в сторону мерцающей фигуры Натаниэля летит огромный таран, который выбивает его из моей головы. Вместе с Натаниэлем меня покидает и сознание.

В реальный мир я вернулся через несколько минут, глаза были тяжёлыми, словно двухпудовые гири подвесили к моим векам, пошевельнуться я тоже не мог, поэтому просто весь превратился в слух, а прислушаться было к чему.

Прямо где-то в нескольких метрах надомной звенела сталь.

— Остановитесь! — сквозь звон стали звучал голос Натаниэля, он не был напуган, в его голосе звучала злость.

— Зачем ты это сделал, Нат? — голос Варвары так же перекрыл звон клинков, — зачем ты напал на Антона?

— Это урок, — крикнул эльф, а я внезапно понял, что в его голосе появились нотки тревоги, — мальчик слишком зарвался и лезет в те игры, в которые лезть не стоит. На нём печать смерти, а это значит, что он полез не в своё дело.

— Он умирал, и боги его вернули к жизни, так что не тебе руководить его судьбой, — громовой голос Арора рокотом прокатился у меня в черепе.

— Арор, не мешай, с тобой я поговорю потом, — прорычал Натаниэль, — я не хочу вам вредить, вы мне можете пригодится.

— Тогда сложи оружие, Натаниэль! — вновь Варвара.

— Ты должен извиниться перед ним, Натаниэль, он всего лишь ребёнок.

Эльф ничего не отвечал, сталь звенела, в воздухе висел явственный аромат магии, видимо, эльф взялся за волшбу.

— Натаниэль! — голос Варвары был полон боли, я почувствовал её боли почти физически.

— Никто не посмеет мне мешать в спасении этого мира, я сделаю всё возможное, и мне плевать на то, что кому-то больно.

Внезапно во мне с новой силой забурлил гнев, но не такой, как несколько минут назад, когда Натаниэль меня избивал, а гнев холодный, настолько холодный, что он обжигал своим холодом свой мозг. В голове моей всё стало предельно ясно страшная мысль поразила мозг:

— Остановись, безумец! — закричал я, почти взлетая над землёй.

Эльф удивлённо посмотрел на меня. Я быстро окинул площадку взглядом. Арор лежал возле Натаниэля без сознания, из носа у него текла кровь. Варвара висела перед Натаниэлем в воздухе, её спина была выгнута в невероятную дугу.

— Что творишь? — кричал я, глядя в полные ненависти глаза Натаниэля Кариэльского, которого я считал другом, — Что творишь!?

Вновь повторил я.

— Я спасаю этот мир, Антон, тебе не понять, как и им. Только я знаю, что нужно делать, если я сейчас остановлюсь хоть на минуту, то ты не представляешь, что этот мир.

В глазах его горел огонь, такой огонь, который можно видеть лишь в глазах одержимых своей идей людей, полные безумия и уверенности в тех вещах, что они делали. С такими глазами фанатичные инквизиторы возводили на костры учёных и красивых женщин. С таким же безумие в глазах держатся диктаторы за свою власть.

— Он безумен, — прошептал я почти беззвучно.

— Почему ты так смотришь на меня? — он рванулся ко мне, хватая меня за воротник и приподнимая над землёй на уровень своих глаз, — ты считаешь меня сумасшедшим? Ты думаешь я безумец?

Я не отвечал, я продолжал с жалостью смотреть в его зелёные глаза, пытаясь найти там хоть что-то, но ничего кроме безумия не было.

— О, Боги, — выдыхая сказал я, — ты и правда сошёл с ума, Натаниэль, оглянись, мы твои друзья!

Он бросил взгляд на валявшегося в крови Арора и лежащую изломанной куклой рядом с ним Варвары.

— Посмотри, что ты сделал, мы не хотели тебе зла, мы ничего не сделали. А ты так со мной обошёлся, я тебя не узнаю, что с тобой произошло. Посмотри на них.

Губы Натаниэля дрогнули, он разжал пальцы. Я плюхнулся на землю, покачнулся, но не упал. Эльф же смотрел на тела моих друзей совершенно без эмоций.

— Разве тебе не говорили, что у Натаниэля Кариэльского не бывает друзей?

Ухмылка на его лице стала какой-то злой и неприятной.

— Уходи, Натаниэль, — устало сказал я, бредя к Варваре и Арору, на ходу плетя узор лечебного плетения, — я не хочу тебя больше видеть, я не игрушка в твоих руках.

Он усмехнулся глядя мне прямо в глаза.

— Все вы игрушки в чьих-то руках и рано или поздно вас изломают и выкинут. Вы ещё приползёте ко мне, — сказал он мне в спину.

Я повернулся сказать ему, чтобы он катился ко всем демонам этого мира, но когда я посмотрел на то место, где он стоял, то Натаниэля там уже не было.

Я сотворил заклинание несколько раз, прежде чем Арор и Варвара пришли в себя. Благо Арор всего лишь получил железным прутком в голову, поэтому его практическая невосприимчивость к магии пробилась всего тремя заклинаниями. Варваре же понадобилось тоже три.

— Он сошёл с ума, — тихо сказала девушка, поднимаясь с земли и помогая подняться Арору, — надо сообщить властям о том, что он опасен.

— Согласен, — кивнул я, прихрамывая в сторону гостиницы, на себя у меня маны не хватило, и сейчас я чувствовал, как боль растекается по всему тело волнами, с каждым приливом всё нарастая, скоро она должна превратиться в настоящее цунами боли.

Я стиснув зубы шагал к себе.

— Собирайте вещи, мы уезжаем, — тихо скомандовал я и направился в свою комнату.

Варвара и Арор согласно кивнули и тоже похромали к своим комнатам. В комнате я не сдержал стон и упал на кровать. Полежал пару минут, вслушиваясь в болезненный крик моих конечностей, потом перешёл на истинное зрение, дабы оценить урон полученный на это тренировке.

Я лежал и не понимал, что такое нашло на Натаниэля, никогда не замечал за ним проявления агрессии или такого безумия в глазах. Всегда, почти в любой ситуации он старался быть жизнерадостным, искать во всём плюсы, тут явно было что-то не так, но сил разбираться в этом у меня не было.

Раздался тихий стук в дверь, похожий скорее на скребок.

— Открыто, — простонал я и дверь открылась.

На пороге комнаты стояла Веста, её голубые глаза были опущены в пол.

— Веста, — сказал я с усилием поднимаясь с кровати, — с Алисой всё нормально?

— с Алисой всё в порядке, — делая маленький шаг в комнату, поспешно сказала она, после чего подняла глаза и охнула, — Антон, у тебя кровь.

— О, ничего страшного, это была просто тренировка, — усмехнулся я.

Но Веста уже подошла ко мне вплотную и смотрела на меня почти в упор, скорее всего, истинным взгдом:

— Да на тебе живого места нет, — заключила она через минуту, — таких тренировок не бывает, ты же просто избит, давай я тебе помогу, я знаю целительные заклинания.

Я кивнул, отказываться в моём состоянии было глупо.

— Я буду очень благодарен, миледи Веста.

Девушка смущённо покраснела, но быстро взяла себя в руки и начала плести лёгкое исцеление. Запас энергии у неё был явно больше, чем у меня. Она применила ко мне исцеления раз семь, и при этом её запас энергии уменьшился всего на треть, при этом он же ещё будет расти.

Я с завистью посмотрел на неё, от чего девушка опять смущённо покраснела, и я пытаясь снять с неё это смущение, заговорил:

— Веста, что случилось, почему ты здесь?

Она опустила глаза и почти шёпотом сказала:

— Алиса очень расстроена вашей ссорой, она проплакала почти всю ночь.

Я сжал зубы, поиграл желваками.

— И что, она же сама виновата в нашей ссоре, извиняться перед ней я не собираюсь.

— Но, — она подняла на меня глаза, и тут же опустила встретив мой взгляд.

— Веста, ты думаешь, что я виноват в нашей ссоре, что я это начал?

— Антон, я на твоей стороне, но она моя подруга, нет, она моя сестра и я не могу видеть, как она страдает. Помирись с ней.

— помириться? — удивился я, — Пусть она сначала извиниться передо мной, я её люблю, но терпеть почти прямые оскорбления я не могу. Она же слышала, через что мне пришлось пройти, прежде чем я оказался в Розотмире, мой путь был отнюдь не прост, и я думаю я вправе выбирать куда мне поступать.

— Но… — опять начала девушка и замолчала, потом подумала и сказала, — ты прав, Антон, но она тоже прошла большой путь. Может быть на её пути не было столько трудностей как на твоём, но ей тоже пришлось кое-что сделать. И не забывай, Антон, что она была в плену у некроманта, я не знаю, что он с ней сделал, но она правда поменялась, в ней словно чего-то не хватает. Хотя бы поговори с ней.

— Хорошо, я поговорю, — сдался я, — не обещаю, что это произойдёт сегодня. Сегодня мне ещё нужно озаботиться жильём для меня, Арора и Варвары.

— Вы решили съехать из гостиницы, но куда?

— Не знаю, но обстоятельства велят мне покинуть это заведение.

Девушка задумчиво посмотрела на меня.

— Я думаю, отец не откажется принять у нас дома трёх человек, тем более участвовавших в спасении его дочери.

Я усмехнулся:

— Тогда разговор с Алисой придётся проводить сегодня.

Веста лукаво улыбнулась, но ничего не сказала.

— Я жду вас в моём доме, а мне уже пора. Папенька, наверное, уже волнуется, да и Алиса может что-то заподозрить.

— Пусть подозревает, всё равно я скажу, что прибыл по твоему приглашению, — улыбнулся я и направился провожать девушку к выходу.

Когда я возвращался в комнату, то в коридоре встретил Варвару и Арора, они вопросительно смотрели на меня.

— Я нашёл место, где нас примут. Дом купца Ориста, там живёт Алисы. Сейчас приходила родная дочь Еремея Ориста, и она любезно пригласила нас пожить у них.

— Антон, насколько это удобно? — осторожно спросила Варвара.

— Если вы не будете буянить, то вполне удобно, — устало сказал я и поплёлся собирать вещи.

Глава 28

Еремей встретил нас со всем радушием, после того как мы разместились в своих комнатах, он пригласил меня поговорить в своём кабинете.

— С Алисой вы ещё успеете помириться, девушкам иногда полезно помучиться, — сказал он беря меня под локоть и ведя в свой шикарный кабинет.

В кабинете с нашей последней встречи ничего не изменилось, лишь прибавилось количество бумаг, что аккуратными стопками были разложены на столе. Так же на столе лежала пара старинных книг, из каждой из них выглядывало несколько закладок.

Еремей прошествовал к своему столу и опустился в кресло, приглашая меня занять место на одном из стульев.

— Веста сказала, что у тебя произошла размолвка с Натаниэлем Кариэльским, я хотел бы знать подробности, чтобы избежать проблем с ним.

Я понятливо кивнул:

— Я понимаю, уважаемый Еремей, что Веста поступила весьма опрометчиво пригласив меня и моих пожить у вас. И если это вызовет какие-то проблемы, то я готов тут же съехать в гостиницу.

— Не беспокойтесь, Антон, всё нормально. На месте Весты я поступил бы точно также, но я хотел бы знать, что же всё-таки случилось.

Я закусил губу, думая с чего начать.

— Сегодня Натаниэль взбесился, он сильно избил меня, Арора и Варвару, он явно сошёл с ума. Всё твердил про спасение мира, о том, что ему нельзя мешать и всё в этом духе.

Еремей кивнул, и почесал подбородок бродя глазами по комнате. Его голубые глаза, такие же как у дочери, каждый раз возвращались в угол комнаты, где висел портрет красивой женщины.

— Что он ещё говорил?

— Он говорил, что я лезу в те игры, в которые лезть не стоит.

— О чём он? — оторвал свой взгляд Еремей от созерцания картины.

— Я не знаю, в том то и дело, его слова были похожи на малосвязанный бред.

Купец опять посмотрел мне за спину.

— Натаниэль никогда не отличался жестокостью, он интриган, хитрец и плут, но чтобы так, нападать на собственных друзей. Тут явно происходит что-то не то.

— Не знаю, что с ним происходит, но с головой у него явно что-то не так и видеть я его больше не желаю.

Еремей усмехнулся:

— Тут могут возникнуть трудности, ты же поступаешь в Школу Цветка, а он, по слухам, собирается там преподавать.

Я бессильно сжал кулаки.

— Да, видеться мне с ним придётся, но он будет преподавать у целителей, а я собираюсь на факультет боевой магии.

Еремей уважительно кивнул.

— Неплохой выбор, Антон. На факультете боевой магии тебя научат защищаться и нападать, но я советую тебе задуматься о артефакторском направлении, сейчас оно развивается с невероятной силой, потребность в магических изделиях с каждым днём всё больше, — о встал из-за стола и заходил по комнате рассуждая вслух, — к тому же это большие деньги, это очень выгодно, хороший маг-артефактор зарабатывает за неделю, сколько не зарабатывает ни один маг за месяц.

Я усмехнулся, всё-таки предприимчивый человек ищет выгоду практически во всём и мне его позиция понятно, с одной стороны он заботиться о благополучии своей пусть и приёмной, но всё же теперь носящей его фамилию дочери. С другой же стороны должно быть ещё что-то, чего я пока не вижу. Как только об я об этом подумал, то тут же это что-то и появилось.

— Понимаешь, Антон, настоящих хороших артефакторов не очень много и все они в основном служат на аристократов, создавая им боевые и прочие артефакты или держат свои собственные лавки.

— А вам нужен собственный артефактор? — прямо задал я вопрос.

— Мне нужен собственный артефактор, — он не стал ходить вокруг да около, — я хочу, чтобы такой человек работал на меня, помогал мне. Поверь я тебя не обижу, ты будешь зарабатывать не меньше, чем служащие у аристократов или работающих на себя, а то и больше. Я обеспечу тебе защиту и поддержку, если ты захочешь заниматься изысканиями, строить какие-то новые артефакты, то мешать я тебе не буду, наоборот даже буду поддерживать и спонсировать. Я не прошу тебя соглашаться сейчас, подумай пару дней.

Я кивнул.

— Видимо охота на будущих магов тут действительно идёт знатная, вы уже третий человек, что за два дня предлагает мне работать на него при этом получая поддержку.

Еремей недовольно поморщился, понимая, что тут он явно опоздал.

— Не думал, что ты такой общительный, — купец натянул на лицо улыбку, — но поверь мне, ты получишь больше, чем обещали тебе, — тут он замялся, явно подбирая слово, — конкуренты.

На моё лицо наползла совершенно неконтролируемая улыбка.

— Я сказал что-то смешное? — Еремей опустился обратно за стол и сложил руки домиком, он в упор глядел на меня.

— Нет, просто тех, кого вы назвали конкурентами не совсем купцы, а вернее совсем не купцы. Это скорее государственные организации.

— И что за организации, если не секрет?

— Стража, стража городская, но их кандидатуру я не рассматриваю. А вот Тайная Стража сделала более щедрое предложение, а в свете утренних событий оно кажется мне не таким уж и плохим.

— Тайная Стража предложила вам патронаж с денежным довольствием и всем прочим? — удивился он.

— Да, двести золотых по словам графа Андро и работа в страже после окончания школы.

Еремей покачал головой.

— Это очень странно, Антон, он ведь просил тебя о чём-то ещё, да? Тайная Стража очень редко берет под патронаж кого-то, тем более с таким уровнем силы, прости, но мне сказали, что уровень силы у тебя средний. А тратить такие деньги на мага такого уровня, мага, который, будем откровенны, не станет сильной боевой единицей — странно, не находишь? — он прищурившись посмотрел мне в глаза, — он ведь говорил о чём-то конкретным, скорее всего, о вашей дружбе с Натаниэлем.

Я кивнул, поражённый его проницательностью, а Еремей тем временем продолжил.

— Скажи, а что будет, когда Элиот узнает о том, что ты сбежал от Натаниэля и отношения у тебя с ним не очень хороши. Захочет ли он принимать тебя после этого?

Об этом я не думал, и когда Еремей спросил, то в голове тут же завертелись шестерни, которые просчитывали ситуацию и по всему выходило, что Еремей прав.

— А если я сейчас пойду к графу и соглашусь, заключу контракт или как это называется?

Еремей расхохотался:

— Ты хитёр, парень, только вот не думаю, что он станет заключать договор сейчас, скорее всего перед началом обучения, так это обычно делается. А если и заключит, то думаю он будет не очень доволен узнать, что ты его обманул.

— Думаю вы правы, — согласился я и задумчиво покосился на ряды книг, — ваше предложение очень интересно, но я никогда не хотел становиться артефактором, у меня нет особой тяги к созиданию.

— У тебя есть тяга к разрушению? — иронично приподнял он бровь.

Я смешался.

— Нет, такой тяги у меня нет. Я и не хочу разрушать что-то, да и не про это факультет боевой магии, а про защиту, боевая магия поможет мне защитить себя и Алису от врагов.

— Похвально, что ты хочешь это сделать, только Алисы сильнее тебя, думаю, ты сам это знаешь. У тебя мало сил для боевого мага, если хочешь посоветуйся с кем-нибудь из магов, я могу организовать тебе встречу с кем-нибудь из артефакторов или просто сходи вечером в магическую лавку и узнай про ремесло.

— Спасибо, господин Орист, за добрый совет.

— Ну что, можешь звать меня просто Еремей. Все мои друзья меня так называют. Так что если ты определишься с факультетом в пользу артефакторики, то мы можем и обсудить всё более подробнее, теперь я думаю тебе предстоит сложный разговор с Алисой.

Улыбка на его лице оказалась несколько натянутой. Я кивнул и распрощавшись с Еремеем вышел, но к Алисе сразу не пошёл, а отправился в выделенную мне гостеприимным хозяином комнату, застланную мягкими коврами.

— Это несколько мрачная комната, — пояснила мне сразу служанку, — но мужчинам она нравится.

Комната действительно было мрачной, всё в ней было сделано из тёмных парод древесины, окна занавешены тёмными окнами. Вообще эта комната напоминала жилище вампира, не хватала только гроба посреди помещения, вместо неё тут стояла огромная кровать с вишнёвого цвета балдахином, шторы были на пару оттенков темнее, почти чёрные.

Ещё удивительной в этой комнате являлась картина, на которой была изображена охота на волка. Цветовая палитра этой картины была не очень яркой, на всём сером фоне в глаза лишь бросались оскаленные и окровавленные клыки, загнанного четырьмя охотниками, в угол волка. Волк был прекрасен, огромный, загнанный в смертельную ловушку зверь не сдавался, скалил клыки на своих преследователей, по этому бесстрашному зверю было понятно, что он готов биться до конца.

После моего лесного путешествия в паре с огромным волком, которого я прозвал Серым, любовь к этим большим и лохматым хищникам. И глядя на эту картину у меня возникало щемящее чувства сродства с этим зверем. Он, как и я, выпал из своего привычного мира, его преследуют, гонят и пытаются убить непонятные двуногие существа.

Охотникам я уделил не так много внимания, да и не были они в центре картины и изображены не так детально.

Я лежал на кровати на спине и всё рассматривал волка, при этом не думая о чём-то конкретном, все мои проблемы отошли на второй план, что-то решать сейчас совершенно не хотелось.

Стук в дверь был каким-то нерешительным и не очень твёрдым, поэтому я внимания на него и не обратил. Второй стук был более настойчивым, наконец, я обратил на него внимания и крикнул:

— Войдите!

На пороге стояла Алиса, взгляд её был опущен в пол. Я поднялся и сел на краю кровати, ждал, когда девушка хоть что-то скажет.

— Антон, — начала она, когда поняла, что я ничего говорить не собираюсь, — нам надо поговорить.

Я молчал, выжидающе глядя на неё.

— Антон, прости меня за моё ужасное поведение, я не должна была на тебя срываться, — в конце концов она подняла на меня глаза и теперь смотрела прямо на меня.

Моя отстранённость и злость мигом слетела, я внезапно тоже почувствовал себя виноватым, поэтому поднялся и подошёл к девушке, заглянул в глаза, потом обнял:

— Я тоже был не прав, Алиса. Извини меня.

Девушка обняла меня в ответ и заплакала:

— Антон, не уходи от меня никогда больше, пожалуйста.

Я крепко сжимал её в объятиях, а на глазах мои тоже наворачивались слёзы.

— Никогда, больше никогда я тебя не брошу.

Я говорил ей что-то ещё, пока она наконец не успокоилась в моих объятьях. Мы лежали на кровати в обнимку, она положила мне голову на плечо и что-то весело рассказывала. Я практически не вслушивался в то, что она говорит.

— Антон, ты меня совсем не слушаешь, — она ощутимо двинула меня кулачком по рёбрам.

— Извини, слишком много проблем навалилось, многое надо обдумать.

— Расскажи мне, что случилось, я думала, теперь у нас всё наладилось.

Я тяжело вздохнул, размышляя над тем, что же ей рассказать и решил рассказать всё, что произошло после нашей небольшой размолвки. Слушала она практически молча, лишь иногда задавая уточняющие вопросы.

— Да-а-а, Антон, — наконец протянула девушка, когда я закончил свой рассказ, — приключения и проблемы к тебе только липнут. Хотя предложения главой Стражи, Тайной Стражи и Еремея не такие уж проблемы, это скорее возможность закрепиться в этом мире. Жаль, что Еремею требуется артефактор, ты же хотел пойти учиться на боевого мага. С графом Андро тоже не всё ясно и думаю, Еремей прав, на счёт того, что он может отказать тебе в поддержке, узнав о том, что ты рассорился с эльфом. А вот эльф — это действительно проблема. Я знаю его не так давно, но он мне показался не таким жестоким. Тут надо разобраться, Антон, поговорит с ним.

Я вспылил:

— Этот безумец меня чуть не убил, а ты хочешь, чтобы я с ним разговаривал?

— Да, Антон, ничего не бывает просто так, всегда надо искать причину поступков.

— Он просто безумец, которому несколько сотен лет с комплексом героя. Он собирается спасти весь мир, а все вокруг ему только мешают.

Алиса закусила губу:

— Может быть ты и прав, если так, то лучше к нему не приближаться. Но неужели на него нет управы?

Я пожал плечами.

— Не знаю, может граф Андро сможет что-то сделать. Он сказал, что мы скоро увидимся, тогда я с ним и поговорю.

В это мгновение раздался требовательный стук в дверь и громкий голос Весты звонко поинтересовался:

— Вы долго ещё будете мириться, а то обед готов.

Я рассмеялся, Алиса поддержала меня:

— Уже идём, сестра, — крикнула девушка и мы пошли обедать.

Глава 29

Следующие два дня я пробыл в полном блаженстве и спокойствии. С того момента, как я перебрался к Ористом мой покой не нарушал никто и ничто, я наслаждался образовавшейся в доме Ористов компанией, состоявшей из меня, Алисы, Весты, Варвары и Арора. По утрам я вместе с Варварой и Арором тренировался, после чего Алиса и Веста рассказывали мне о магии этого мира, после сытного и всегда обильного обеда мы отдыхали.

С территории поместья мы никуда не ходили, ждали наступления праздника и помогали прислуге украшать дом. Оказывается, неделя Небесного Отца — это что-то вроде местного Нового года, в эти дни принято ходить в гости, веселиться, дарить подарки.

Новый год вначале весны для меня был очень непривычным, я всё поражался как же можно праздновать без снега, но всезнающая Алиса объяснила, что и на Земле новый год праздновали весной, пока один из царей не решился всё переделать.

Я ворчал, что кто-то слишком много умничает, она ворчала, что кто-то вовсе не желает учиться. На этом наше ворчание заканчивалось, и мы вновь падали в объятия друг друга. Мне совершенно не хотелось её куда-то отпускать, а хотелось постоянно держать её за руку и смотреть в её невероятные глаза.

Но рядом с ней меня постоянно посещают мысли о доме, о доме, который я однажды надеюсь увидеть. Алиса стала напоминанием о доме, о родителя и школьных друзьях. Но что же я им скажу, после того как вернусь, думал я. А в голову всё лезли разные глупости, я прекрасно понимал, что пробыв в этом неделю всего полгода я слишком врос в него, он проник в меня, как корень какого-то дерева проникает в почву, и с каждым днём его корни всё глубже и глубже. Может быть, если я вернулся бы прямо сейчас, в это мгновение, то может я ещё бы привык, смог бы вернуться к старой жизни и забыть приключения на Киларионе как очередной сон, как прочитанную книгу. Но что будет через пять лет, или даже десять лет?

Скорее всего я никогда не вернусь домой. За этими нерадостными размышлениями меня застала Алиса, которая вихрем влетела в мою комнату.

— Антон, тебе не надоело уже киснуть дома? Как на счёт прогуляться по городу?

Я с готовностью поднялся, отгоняя от себя все размышления.

— Полностью тебя поддерживаю, любовь моя, — обнял я девушку. — собирайся, через пять минут выходим.

— Что ты такое говоришь, минимум через пятнадцать, — рассмеялась Алиса в ответ, — я то буду готова и через пять, а вот Веста — тут дело другое.

Видимо на моём лице промелькнули какие-то эмоции.

— Ты не хочешь, чтобы Веста пошла с нами гулять? — она заглянула мне в глаза.

— Нет, я не против, просто думал, что мы погуляем вдвоём.

Алиса взъерошила мне волосы и чмокнула в щёку.

— Извини, обещаю тебе, следующая прогулка у нас будет только вдвоём, я побежала собираться, — она чмокнула меня в другую щёку и выпорхнула из комнаты.

Я тоже начал собираться. Выбор костюмов у меня был не такой уж большой, поэтому одевшись вполне стандартно, я прицепил к поясу шпагу, засунул кошель и пошёл к Варваре, предупредить, что мы уходим гулять. Кинжал Натаниэля я брать не стал, потому что во время нашей стычки с эльфом кинжал был явно не на моей стороне, поэтому этому оружию я больше не доверял.

Кошелёк взял на случай, если по пути попадётся какой-нибудь магазинчик или лавка, где я смог бы купить подарки своим друзьям. На что-то дорого мне денег не хватит, но на какие-нибудь приятные безделицы в моём кошельке может и найдётся пара монет.

На стук дверь мне ответили не сразу, лишь через долгих тридцать секунд я услышал разрешение войти. Долгая задержка сразу стала понятна. В комнате девушки помимо неё самой также находился Арор. Сейчас он сидел в углу комнаты в глубоком кресле, взгляд его был направлен куда-то в угол спальни, щёки при этом у него имели слегка пунцовый оттенок, волосы были взъерошены.

Варвара выглядела не лучше, волосы также выбились из аккуратно уложенной причёски, на щеках также как и у бравого воина виднелась краска. Ей хватило сил, чтобы посмотреть мне прямо в глаза и невинным голосом спросить:

— Ты что-то хотел, Антон?

Я понятливо усмехнулся.

— Простите, что оторвал вас от того, чем вы тут занимались, — многозначительно усмехнулся я, — но я хотел предупредить, что я с девушками отправляюсь гулять и, что некоторое время нас в доме не будет.

— Ничем мы тут не занимались, — взбунтовался Арор, чем и выдал себя с головой.

Я вновь беззаботно рассмеялся.

— Арор, дружочек, — наигранно ласково сказала Варя, — сядь пожалуйста, Антон просто шутит.

Серые глаза уставились на меня в упор, словно пытаясь просверлить во мне дыру.

— Конечно же я пошутил, — поднял я примиряюще руки, — и вообще мне пора, а то меня, наверное, уже девушки ждут, — я развернулся к выходу и бросил через плечо, — а вы дальше тут занимайтесь, чем вы тут не занимаетесь.

Бросил я и выскочил из комнаты. Вслед за мной в дверь что-то ударилось, а я похихикивая направился в холл, где и собирался дожидаться девушек, которые за это время точно не могли собраться.

На лестнице меня окликнула Варвара:

— Антон, может мне и Арору отправиться с вами? — тон её был донельзя серьёзен.

Я покачал головой:

— Не стоит, Варя, мы три, пусть и не обученных, но всё-таки мага, к тому же посреди бела дня, не думаю, что кто-то нападёт на нас. Отдыхайте.

Девушка благодарно улыбнулась и отправилась обратно к себе в комнату, где её ждал Арор.

Алиса и Веста появились через пять минут, одетые в лёгкие весенние платья, погода на улице сегодня была действительно тёплой.

— Прекрасно выглядите, дамы, — сказал я, любуясь красотками, — кстати, вы знали, что Арор и Варвара вместе?

— Правда? — удивлённо спросили девушки, — откуда знаешь?

— Только что я наблюдал картину «Два красных рака», — рассмеялся я. — на самом деле, я очень рад за них.

На лицо Весты легла печальная тень, она отвернулась от нас с Алисой, а через мгновение наигранно весело воскликнула:

— Сколько же можно вас ждать, пойдёмте уже прогуляемся!

И я, взяв обоих девиц под руки, пошагал в город. Первым делом мы решили наведаться на рынок, все хотели выбрать подарки к празднику, обычно их дарят в третий день праздника.

Рынок Розотмира поражал неподготовленный ум своим видом, находился он за стенами старого города, потому что такая громадина внутри города, где земля и без того очень дорогая, ни за что бы не разместилась. Целый квартал палаток, лавчонок и магазинчиков раскинулся с южной стороны города.

Многоголосый гул стоял над рыночной площадью, туда и обратно ходили люди совершенно разных сословий — от богатых аристократов до бедных мещан. Богачи передвигались в портшезах, которые тащили на себе крепкие молодцы, но в основном все передвигались пешком. Сновали в толпе и проворные мальчишки, сосчитать которых не представлялось никакой возможности из-за их постоянной беготни. Мальчишки служили при лавках и палатках, они таскали грузы и посылки, мешки и конверты.

— Раньше рынок размещался в старом городе, — рассказывала нам на ходу Веста, — но он настолько сильно разросся, что его было решено перенести сюда. Папа говорил, что для того чтобы разместить рынок достаточно близко к старому городу, снесли целых два квартала с домами.

— Куда же дели жителей этих домов?

— Не знаю, наверное, расселили, я как-то не интересовалась этим вопросом, — отмахнулась Веста. — Говорят, что на этом рынке можно найти почти всё, что тебе нужно, разве что кроме запрещённых вещей — наркотиков и рабов. Но папенька говорит, что и это можно найти если знать, как спрашивать.

— Нам рабы и наркотики не нужны, так и спрашивать не придётся, — бросила Алиса, во всю разглядывая многоликую толпу.

А посмотреть было действительно на что. Среди лавочников и покупателей встречались разные индивиды, в основном люди, но попадались и такие, что глаза отвести было трудно. В толпе сильно выделялись широкоплечие молодцы с зелёной кожей большими, рваными ушами, глаза у них были у всех злые, точно ищущие с кем бы подраться, а клыкастые рты все как у одного кривились в свирепой ухмылке.

Веста дёрнула меня за рукав, когда я разглядывал одного из этих зеленокожих.

— Не пялься, — шепнула она мне на ухо, — орки этого не любят.

Я поспешно отвёл взгляд, пока этот громадный орк не обратил на меня внимания. Были в толпе и эльфы, такие же красивые и величественные, как и Натаниэль. Глядя на этих двигающихся с невероятной грациозностью и лёгкостью существ, я невольно загрустил и погрузился в размышления о своих отношениях с Натаниэлем, за что и удосужился болезненного тычка теперь уже со стороны своей девушки.

— Хватит киснуть, Антон, мы пришли, чтобы повеселиться, а ты киснешь. Ты лучше смотри какие забавные безделушки продают вон в той лавке.

Я проследил за её взглядом, но не увидел в этих безделушках ничего примечательного. Это были обычные украшения, в которых я абсолютно ничего не понимал. Девушки восторженно щебеча двинулись к этой лавке, я же потупившись двинулся за ними.

— Ты посмотри, какая прелесть! — восклицала то одна, то другая, беря в руки очередную безделицу.

А я с тоской смотрел, как девушки роются в залежах украшений. Внезапно у меня в голове всплыло нечто похожее, ещё несколько лет назад я с мамой так каждый год ездил в город и часами бродил за ней по рынку, пока она придирчиво выбирала подходящие мне вещи. Только лишь в последние два года в райцентр я ездил один и теперь с покупками справлялся в несколько раз быстрее, хотя от этого легче мне не становилось, ведь каждый раз возвращаясь домой с обновками я получал тысячу упрёков о том, что это размер не тот, а надо было взять побольше, куртка вообще не практичная, это маркое, а это вообще, что такое нарисовано.

С удовольствием я вспомнил те времена, и на моё лицо сама собой наползла улыбка. Продавщица, миловидная женщина лет тридцати, заметила, что моё настроение улучшилось и подступилась ко мне, пока девушки с увлечением разглядывали брошки.

— Молодой господин, не желает ли приобрести нечто необычное, для своих дам? У меня есть то, что будет замечательным подарком к празднику Небесного Отца.

Я выжидающе на неё посмотрел:

— И что же вы мне предлагаете?

Женщина покосилась на моих спутниц и шепнула:

— Пройдёмте за витрину.

Я сделал несколько шагов за витрину, торговка при этом встала спиной к девушкам, чтобы они ничего не видели. Откуда-то из-под прилавка она достала два небольших медальона на серебряных цепочках. Сами медальоны являли собой произведение искусства и были действительно очень красивы.

— И сколько же такая красота стоит? — поглядел я на миловидное лицо женщины.

Та поджала губы, прикидывая, сколько же можно содрать с меня денег, окинула оценивающим взглядом.

— Отдам по десять золотых.

Я еле удержал свои губы, чтобы не свистнуть.

— Два за десять? — сделал я вид, что не ослышался.

Женщина сделала страшные глаза:

— Что вы такое говорите, молодой господин, вам послышалось. Два по десять, всего двадцать монет.

— Что же, если два за десять, то я, пожалуй, возьму, — посмотрел я на неё в упор и сладко улыбнулся.

Такие большие деньги я не мог тратить на подарки, потому что всего наличности у меня было около двадцати золотых монет, и тратить их все на подарки — я считал глупым, тем более надо купить ещё что-нибудь Арору, Варе и Еремею.

— Ну ладно, — внезапно согласилась женщина и протянула мне два медальончика.

Я засунул в кошель руку и отсчитал нужное количество монет и отдал. Кошель явственно опустел, вместо монет туда отправились медальончики.

Когда я вышел из-за прилавка, то девушки всё так же разглядывали украшения, они даже не заметили, что я куда-то отходил от них.

— Может уже пойдём, — хватая их под руки, сказал я, — а то мы так весь рынок и за неделю не обойдём, а мне ещё нужно кое-что прикупить.

Девушки нехотя оторвались от прилавка и потопали дальше, обсуждая что-то свое. А я не слушал их, я внимательно разглядывал разношёрстную толпу, здраво остерегаясь, что тут могут быть карманники, при этом стражников на рынке почему-то не особо видно.

Зазывалы возле лавок кричали, приглашали, уговаривали и даже хватали за рукава, пытаясь затащить в лавку.

— Благородные ковры из-за Тёплого моря!

— Вкуснейшие куковасы!

— Заморские шелка!

— А кому баян, настоящий Нарийский баян!

— Золотые украшения с востока!

— Золотые украшения из-за Гор!

Многоголосье било по голове и уже через три часа шатания по рынку у меня в мозгах начала поселяться боль, которую не было способно заглушить ни одно заклинание. Тут мне на глаза попался небольшой магазинчик, на вывеске которого неровными буквами было написано «Магические артефакты Сатора».

Я не раздумывая направил свои стопы в сторону магазинчика, дабы получше познакомиться с местным магическим миром. Девушки заворчали, но от меня отставать не стали, двинулись за мной.

Лавка была практически пуста, лишь один дворянин разглядывал разложенные под толстым стеклом безделицы. За прилавком сидел старик, с забранными в длинный хвост седыми волосами. Он не обратил на троицу никакого внимания, лишь скользнул по ним взглядом и вновь вернулся к чтению старинного фолианта.

«Да, бизнес явно не клиенториентированный», — подумал про себя я и пододвинулся поближе к прилавку. Под толстым идеально прозрачным стеклом лежало множество амулетов и разных штучек. Я глянул на всё это зрелище истинным зрением и ахнул. В каждый предмет, даже в самую маленькую булавку было вплетено какое-то замысловатое плетение, а в некоторых артефактах, тех что побольше и подороже, были причудливые плетения настолько сложны, что поражали моё воображение.

— Здравствуйте, — подошёл я к читавшему старику, тот нехотя оторвал глаза от книги.

Поглядел на меня прищурившись:

— Чем могу помочь молодому магу, какой вам нужен артефакт?

— Я не знаю, — я смешался, говорить, что мне не нужны никакие артефакты, я не стал, — понимаете, мне нужен совет.

— А я что похож на того, кто раздаёт советы? — проскрежетал старик и опять потянулся к книге.

— О, нет, что вы, — скромно улыбнулся я, — просто вы похожи на очень мудрого человека, который многое знает и может многому научить.

На лице старика появилась кислая улыбка:

— Попытка засчитана, парень, но в следующий раз старайся лучше. Так что тебе надо, говори быстрее, у меня много дел.

Я обвёл лавку взглядом, в углу над витриной с магическими кольцами шептались девушки, а аристократа уже и след простыл.

— Понимаете, — начал я осторожно, — в этом году я поступаю в школу Цветка. И мне сказали, что мне нужно выбрать направление, по которому я буду учиться, один мой знакомый купец советует пойти учиться на мага-артефактора.

Я замолчал, а старик продолжал сверлить меня взглядом:

— А от меня-то ты что хочешь?

— Совета, мне сказали, что с моим уровнем силы мне хорошим боевым магом не стать, а целителем, — тут я понизил голос до шёпота и покосился в сторону девушек, — я становиться не хочу. И я хотел бы узнать у вас на счёт артефакторики, насколько это сложно и какие перспективы открываются.

— Да, парень, хорошим боевым магом тебе не стать, с твоим уровнем силы твой максимум — магистр, а вот та девушка, — он указал кривым пальцем в сторону Алисы, — станет превосходным магом, я уже сейчас вижу. На счёт перспектив артефакторики скажу, что они есть, как и в любом виде магии, сейчас, когда маги не преследуются и не сжигаются на кострах, магия начала развиваться с огромной силой и действительно появляется множество артефактов и неизвестно где придел этому всему.

— Вы хотите сказать, что можно построить практически любой артефакт, который способен на что угодно?

Старик нахмурившись на меня посмотрел:

— Ну, на что угодно — это ты уже загнул. Сейчас уже есть отличные защитные и боевые артефакты. Вот посмотри.

Он выудил из-под прилавка амулет на тонком шёлковом шнуре, сам амулет был из золота, а в самом центре поблескивал драгоценный камень. Структура плетения была странной, по некоторым конструкциям в плетении я понял, что это что-то огненное.

— Это огненная волна, она бьёт от своего владельца на четыре метра огромной огненной волной, которая сжигает противника за мгновения, хватает этого амулета на семь-восемь использований. Но самое главное, что плетение не рассеивается и амулет не разрушается, а просто в нём заканчивается энергия, запитанная в камень и её можно восполнить.

Старик с таким воодушевлением рассказывал про артефакт, что от прежней его вредно не осталось и следа.

— И сколько стоит такой артефакт? — поинтересовался я.

— Полторы тысячи золотых, — улыбаясь сказал маг, я от удивления присвистнул.

— Ну а ты чего хотел, тут одного золота на сто золотых ушло, камень тоже сотню, а робы тут непочатый край, ты попробуй такое плетение сплести у тебя сил не хватит.

— И долго вы делали этот артефакт, мастер Сатор?

Старик задумался и начал загибать пальцы:

— Три дня возился с энергоструктурой золота, два с камнем, четыре на само плетение, и день на скрепления всё это в единое целое. И того десять дней.

Я сокрушённо покачал головой:

— Долго, а скажите. А как вы так долго поддерживали плетение, ведь четыре дня — это же невозможно.

— Я его не поддерживал, — с охотой отозвался старик, — золото самом по себе неплохой проводник энергии и плетения хранит оно неплохо. От меня лишь требовалось подновлять плетение и доплетать, без постоянной подпитки оно рассыпается очень быстро.

Я покивал, почесал голову.

— А портал сделать можно?

Старик опешил, поглядел на меня расширившимися глазами:

— Портал, но куда?

— Ну, например в другой город, в Львиноград из Розотмира, или в другое королевство.

Сатор посидел, подумал, почёсывая голову.

— По идее можно, но плетение будет очень и очень сложным, энергии он жрать будет просто прорву, да и где столько золота взять, но в теории можно. Главное правильно подобрать магические конструкты, рассчитать векторы и определить, как будет работать портал. На самом деле интересная тема, но всё упирается в золото, парень, никто не даст тебе такую гору за просто так, а заработать простым, пусть и успешным артефактором столько не возможно. Но тема интересная.

Огонь в глазах Сатора погас, зато загорелся в моих, я забарабанил пальцами по прилавку:

— То есть если чисто теоретически я смогу найти огромную гору золота, то вы сможете построить телепорт?

— Может и смогу, — пожал плечами, старик, — но где же ты столько золота возьмёшь.

А я уже представлял себя стоящим в золотом портале вместе с Алисой, и готовившимся к прыжку в свой родной и уютный мир.

— Надо найти золото, — прошептал я, но маг всё равно услышал и рассмеялся.

— Смешной ты парень. Ладно, клянусь, если ты найдёшь нужное количество золота, а это примерно тонна, то я помогу тебе построить портал.

— Спасибо, мастер Сатор, — улыбнулся я, — я обязательно найду золото.

То ли сказал я это слишком уверенно, то ли ещё что, но лицо Сатора внезапно стало серьёзным.

— Интересный ты, парень, ты заходи ко мне в лавку, а если на артефактора пойдёшь учиться, то я тебя может чему и подучу, в обмен на помощь в лавку, а то стар я уже стал. Тебя как зовут?

— Антон Остр, — я с благодарностью поклонился, — спасибо, мастер Сатор, непременно буду заходить к вам.

После этого распрощавшись с Сатором мы покинули лавку. Веста и Алиса с твёрдым убеждением, что поход в неё оказался не очень полезным, а я с уверенностью, что стану артефактором.

Глава 30

Дом Ористов встретил нас суетой и праздничным настроением, ровно в полночь начиналась великий праздник — неделя Небесного Отца.

Всю эту народные гуляния и веселья охватят все уголки мира, где поклоняются Небесному Отцу. Красочные карнавалы и весёлые застолья, будут проходить во всех крупных и мелких городах, даже в деревнях люди на целую неделю отложат подготовку к работе в полях, а будут праздновать и веселиться.

В эти дни обязательно надо посетить храм всех богов и вознести хвалу всем богам, так же в эти дни следует подавать нищем и помогать всем, кто просит твоей помощи.

Еремей Орист встретил нас в просторной гостиной, где он сидел с бухгалтерской книгой в руках. Он что-то хмурясь записывал, морщил лоб и шептал.

— Ах, вы наконец-то пришли, хотя я предполагал, что девушек затянет рынок так надолго, но вот чтобы тебя Антон, — Еремей тепло улыбнулся и закрыл гроссбух, — у меня для вас новость.

Он сделал торжественную паузу и ловким движением извлёк откуда-то два тонких конверта с солидной сургучной печатью.

— Это письма предназначены для тебя, Антон, и для тебя, Алиса, — увидев заинтересованность на нашем лице, пояснил он.

— От кого они? — в глазах моей девушки загорелся огонёк любопытства.

— От короля, — улыбнулся Еремей, таким счастливым я видел его впервые.

— Почему вы так рады, Еремей? — я с подозрением смотрел на купца.

— Потому что письмо от короля — это всегда возможность, в большинстве случаев это официальное приглашение во дворец на аудиенцию.

— И это хорошо?

— Ну конечно же хорошо! — купец вскочил с кресла и оживлённо жестикулируя руками начал пояснять, — Если тебя призывает король, это значит, что ты ему нужен, и ты ему интересен, может он попросит тебя служить ему.

— Вот ещё, — ухмыльнулся я, плюхаясь на кресло, — я не хочу служить кому-то.

— Что ты такое говоришь? — шокировано посмотрел на меня Орист, — Служба королевской семье — это долг, это честь. Наша семья много поколений служит короне, но мы потеряли право находиться при троне.

— Из-за чего, папочка? — Веста широко распахнула глаза, — что случилось?

— О, это всё история прошлых дней, — отмахнулся купец, — вот возьмите письма, читайте.

Я взял конверт и осмотрел сургучную печать, на печати был оттиск перстня, огромный лев, с шикарной гривой. Я сломал печать и вчитался в содержимое конверта. В нём говорилось, что за помощь короне и тайной страже в поиске и уничтожении ячейки тёмных магов, меня приглашают в королевский дворец для вручения награды.

— Что это всё значит? — я передал письмо Еремею, тот быстро пробежал глазами.

— Видимо, без вмешательства Андро не обошлось, видимо, он решил заполучить тебя в свою команду.

— Может тогда не идти? — в глазах Алисы загорелся огонёк настороженности, — вдруг это какая-то хитрая интрига и мы в неё попадём.

— Это однозначно какая-то хитрая интрига и мы в неё не попадём, мы уже попали в неё. А идти придётся, если бы это письмо было заверено печатью какого-то вельможи или даже графа Андро, то можно было бы и проигнорировать, но игнорировать короля нельзя ни в коем случае, он может и обидеться.

— Так что сегодня в полночь мы отправляемся в королевский дворец. Я уже вызвал парикмахера для вас, юные леди. А для тебя, Антон, пригласил портного, перед королём нельзя появляться в лохмотьях.

— Вы думаете он успеет сшить костюм к приёму?

— Конечно успеет, ведь я плачу ему за это деньги. Возможно, он будет не таким прекрасным, но времени действительно мало.

— Я благодарен, господин Орист, но стоит ли тратить большие деньги на какие-то вещи, тем более, я не знаю, когда смогу вам их вернуть.

— Чепуха, — махнул Еремей, — это будет подарок, вот и всего-то.

— Благодарю вас, — чуть поклонился я купцу, — скажите, а есть ли вещи, которые нам надо знать о короле?

Еремей призадумался:

— Я давно не общался с ним, а по слухам он очень плох, раньше он был очень добр, силён и справедлив. Сейчас же я не знаю насколько он контролирует ситуацию. После смерти супруги он очень сильно изменился. Одно, я уверен, остаётся неизменным — он очень любит своих детей, у него их двое — принц Гарольд и принцесса Кори. Они близнецы, но что-то конкретного сказать о них не могу, его величество держит их в тени, они даже на приёмах не очень часто появляются.

— Не густо, сделал я вывод. Как думаете, чего конкретно они хотят от нас?

— Даже не представляю, но я уверен, что скоро что-то произойдёт и Гаррет будет держаться за власть изо всех сил.

Я тяжело вздохнул, понимая, что сегодняшняя ночь будет тяжёлой, и что стоило бы немного отдохнуть перед ночным приёмом, но моим надеждам не было суждено сбыться, в этот момент слуга известил нас о том, что прибыл портной, который приехал чтобы замерить меня и определиться с цветами.

С первым закончили достаточно быстро, а вот со вторым начались проблемы, подбором цветов решили заняться девушки и на это ушло минут сорок, закончилось всё тем, что портной взмолился и попросил решать быстрее, потому что ему ещё шить этот костюм, а времени и так мало до полночи.

— Неужели вы успеете в срок? — когда портной собирался уже уходить, спросил я.

— Конечно, господин Остр, — с достоинством ответил он, — магия иногда творит настоящие чудеса.

— О, — удивился я, — так вы используете магию, это что какие-то артефакты?

Лицо портного закаменело, и он твёрдо отчеканил:

— Это секрет нашей мастерской, который я раскрывать не вправе. Всего доброго, костюм пришлю за час до полуночи.

И он развернувшись на каблуках с прямой спиной покинул гостиную, где проходили замеры.

— Мастер Балинс очень ревностно относится к своим секретам, — посмотрев на моё обескураженное лицо сказала Веста, — так, теперь ты можешь отправиться отдохнуть до вечера, причёску тебе делать не надо.

Веста была права, с недавних пор я отстриг свои порядком отросшие волосы и сейчас они представляли собой вполне приличную, почти военную причёску, чему я был вполне рад.

К девушкам же пожаловал парикмахер, который должен был сделать из сестёр Орист настоящих принцесс, хотя, как по мне, они и с распущенными волосами выглядели очень красиво. До комнаты я так и не дошёл, по пути встретил Арора, который задумчиво разглядывал висевшую в широком коридоре картину.

— Арор, как дела? — поприветствовал я воина, — ты идёшь на приём во дворец?

— Да, придётся, — тяжело вздохнул воин, — а так не хочется этого делать, я не очень люблю правителей, они видят в людях лишь инструменты или деньги. Для королей мы не больше, чем вещи.

— Придётся потерпеть, друг мой, — похлопал я по плечу здоровяка, — на самом деле я тоже не очень хочу туда идти, но Еремей говорит, что это обязательно.

Арор тяжело вздохнул:

— Ненавижу интриги.

— Я тоже, Арор, к тому же я в них ничего не понимаю.

Воин усмехнулся:

— Я тоже не понимаю, так что нам надо держаться вместе, юный волшебник. Антон, я хотел бы с тобой поговорить о будущем.

— Что тебя беспокоит?

— Антон, ближайшие шесть лет ты проведёшь в школе, и я не думаю, что я понадоблюсь тебе в городе в это время. Говорят, что учеников на первых выпускают из школы только по выходным и в каникулы.

— Да? — я удивлённо вскинул брови, — я не знал.

— Вот я и подумал, что в ближайший год мне в Розотмире делать и нечего, — продолжил он, — а Варвара предложила мне отправиться с ней путешествовать с караванами. Я отличный воин и смогу подзаработать немного деньжат, чтобы присылать тебе в школу, и ты не от кого не зависел, ни от тайной стражи, ни от купцов.

Его слова меня обескуражили.

— Ты хочешь работать, чтобы обеспечить меня?

Арор не глядя на меня кивнул.

— Ну уж нет, — возмутился я, — я не возьму у тебя деньги. Всё же ты мой вассал, а не подданный. Защита — да, я с гордостью её принимаю, а вот деньги… Нет, Арор, я уже решил, что и как я буду действовать, так что тебе не обязательно будет присылать мне деньги. Если тебе хочется попутешествовать в компании Варвары, так я буду только рад, но делай это не для меня, а для себя. Я же вижу, что тебе она очень нравится.

Арор смутился, на щёки ему лёг румянец.

— Да, она очень хорошая. Мне кажется, что я почти сразу влюбился в неё.

Я улыбнулся:

— Как я тебя понимаю, дружище.

— Но, Антон, а что с деньгами, кто тебя будет обеспечивать?

Я поморщился:

— Ну, во-первых, в школе деньги не так уж и нужны, тем более у меня есть некие сбережения, — тут я врал, сбережений у меня оставалось пять золотых, на остальные я купил подарки друзьям, — а, во-вторых, я подумывая принять предложение господина Ориста.

— Мне не нравится эта идея, — скривил недовольное лицо Арор, — но вмешиваться я не буду, это твоё дело. Ладно, я пойду посплю перед приёмом.

Распрощавшись с Арором мы разошлись по комнатам, но не успел я как следует улечься в кровать, как раздался тихий стук в дверь. Поспать мне сегодня не удастся, мелькнула у меня в голове мысль, и я пригласил стоявшего за дверью войти.

В комнату вошла Варвара и по её глазам я понял, что разговор, который у меня проходил несколько минут назад с Арором сейчас повторится. И вышло действительно так же и разговор о деньгах и о купце, только это разговор был куда тяжелее, чем с Арором. Девушка всё никак не хотела уступать и была абсолютно против покровительства Еремея.

— Ты пойми, это же добровольное рабство. Ты же после школы можешь заняться чем угодно.

— Варя, почему это рабство? Это просто работа, мне не нужно будет думать после окончания школы думать, чем мне заниматься и где взять кусочек хлеба. К тому же он обещает мне творческую свободу и поддержку в изготовлении артефактов для себя. И ты не обязана обеспечивать меня, это за что это я заслужил? — возмущался я.

— Как это за что? — девушка была почти в бешенстве, — ты вылечил меня, ты помог понять мне, что в этом мире есть хорошие люди, ты вывел меня из этого многолетнего оцепенения в котором я прибывала, в конце концов, я благодаря тебе познакомилась с Арором.

— Всё равно этого недостаточно, — улыбнулся я, — я не возьму ваших денег, Варя.

Она глубока вздохнула успокаиваясь:

— Ладно, но учти, от нас так просто не избавиться, — погрозила она мне пальцем, — мы постараемся вернуться к ближайшим каникулам, — внезапно она ойкнула. — Мне же надо собираться на бал, всё, я убежала.

Девушка махнула мне рукой и быстро удалилась.

— Надеюсь, уже можно поспать? — спросил я пустоту, и тишина была мне ответом.

Разбудили меня уже ночью

— Антон, пора собираться, твой наряд уже привезли — погладила меня по щеке Алиса, я открыл глаза и с удивлением уставился на девушку.

Она была прекрасна, волосы были завиты в замысловатую причёску, глаза были подведены тёмными тенями, на лице горела улыбка. Одета же она была в тёмно-синее платье, украшенное белоснежными жемчужинами.

— Ты просто невероятна, — вскакивая с постели крикнул я, хватая и кружа по комнате, — ты самая прекрасная девушка на свете.

Алиса шутливо отбивалась:

— Что вы себе позволяете, сударь, я же благородная дам, — при этом смеясь говорила она.

— Прошу прощения, миледи, — опуская её и делая глубокий поклон сказал я, — просто не смог устоять перед вашей невероятной красотой.

— Благодарю вас, — он сделала реверанс, после чего уже серьёзно добавила, — одевайся, сейчас принесут костюм.

Алиса вышла, а следом за ней в комнате появился слуга, несущий на вытянутых руках ворох тряпья, состоящее из множества кружев, застёжек и пуговиц. Основной цвет у этого всего был точно такой же как у платья Алисы, видимо она всем решила показать, что мы вместе. Возмущаться я не стал, тем более тёмно-синий — мой самый любимый цвет.

— Я не смогу это надеть, — глядя с ужасом на количество кружев сказал я.

Слуга улыбнулся:

— Для этого я и пришёл, чтобы помочь вам, господин.

Облачался я минут пять, в итоге же в комнате стоял не Антон Остров — обычный пацан, а настоящий благородный франт в прекрасном дорогом костюме.

— Не сутультесь, господин Антон, — порекомендовал слуга, критически меня осматривая.

— Благодарю вас, — кивнул я, выпрямляя спину.

Во дворец мы отправились на двух каретах. Алиса, Я, Еремей — в одной, Веста, Арор, Варя — во второй. По пути ко дворцу у меня возникла страшная мысль.

— Еремей, а Натаниэль будет на балу? — лицо купца застыло.

— Скорее всего он тоже получил приглашение, — наконец сказал он, — если он там будет, ни в коем случае не подходите к нему и не разговаривайте, он может вас спровоцировать или втянуть в интригу. Держитесь вместе, желательно рядом со мной.

Проинструктировал нас Еремей.

— Мы всё поняли, — кивнул я и посмотрел на Алису, которая тоже согласно кивнула.

Во дворце нас встретил лакей, который посмотрев на наши пригласительные повёл нас в огромный зал, полный людей.

— Дожидайтесь тут, король вот-вот появится, — тихонько сказал он и слегка поклонившись ушёл.

Зал был полон народа, в основном присутствовали аристократы, почти все они были наряжены как павлины, в дорогие, цветастые наряды. Они словно соревновались в том, у кого дороже и богаче наряд. Были в этом зале и маги, их я вычленил из толпы с помощью истинного зрения. Вообще магических вещей и побрякушек на гостях дворца хватало, многие из них так и переливались магическими цветами. И я в очередной раз убедился, что артефакторика действительно перспективное направление.

— Что скажете? Вы видите Натаниэля? — тихонько спросил я у друзей, когда мы устроились в дальнем углу зала, прихватив по пути по бокалу вина с подносом суетящейся вокруг прислуги.

Но Натаэля никто не видел, поэтому мы немного расслабились и решили насладится вином. Оружие во дворец проносить было запрещено, и я начал чувствовать слегка не уютно без своей шпаги, которую пришлось оставить в доме Ористов. Арор тоже постоянно щупал бок, где обычно находилась рукоять его меча, но рука каждый раз натыкалась на пустоту и бессильно сжималась.

— Неуютно мне тут, — озвучил он и так написанное у него на лице.

— Всё в порядке, Арор, выпейте вина, расслабьтесь. Это самое безопасное место в городе, — попытался успокоить его Еремей, но это не помогло:

— Всё равно неуютно, — процедил Арор рыская по залу взглядом, — смотрите как они на нас зыркают, как на рыбу в аквариуме, мы словно экспонаты в музее.

— Ты преувеличиваешь, Арор, — улыбнулась Веста, оглядывая зал, — всем просто интересно, кто мы такие и почему тут.

Я тоже наблюдал за залом, вычленяя из общей пёстрой толпы лица. Многие из них действительно заинтересованно поглядывали в нашу сторону, некоторым же было абсолютно плевать. Внезапно в толпе я увидел знакомое лицо.

— Не может быть! — воскликнул я, привлекая внимание друзей.

Дожидаться вопросов с их стороны я не стал, а сразу почти бегом бросился в толпу, впившись взглядом в знакомую мне фигуру.

— Дементий! — громко сказал я, привлекая к себе всеобщее внимание.

И человек, которого я принял за Дементия посмотрел на меня удивлённо.

— Вы знаете моего брата?

Я замер как вкопанный, передо мной был действительно не Дементий, а человек очень похожий на него, но всё же другой. Черты лица этого человека были мягче, чем живущего в лесу архимага, да и цвет глаза различался. У Дементия — карие глаза, у это человека — зелёные.

— Ох, — вздохнул я, — простите, я обознался.

Я слегка поклонился и попытался ретироваться, но цепко был схвачен за рукав мужчиной, который был так похож на Дементия.

— Кто вы такой? — сурово спросил меня этот человек, — и как вы можете знать имя моего брата, он умер много лет назад.

— Прошу прощения, — ещё раз извинился я, пытаясь выдернуть руку, — я всего лишь обознался.

— Это я уже понял, нависая надо мной, — сказал мужчина, — я спрашиваю, кто вы и как вы связаны с моим братом?

— Я думаю это не лучшее место для разговора, — тихонько сказала я, обводя взглядом глядящую на нас пёструю толпу.

— Действительно, — согласился мужчина, — идите за мной.

И мы пошли вон из зала, сквозь двери. Перед этим я сделал знак друзьям, что всё в порядке, на что Еремей состроил недовольное лицо, а Алиса недовольно поджала губы.

Мы вышли из зала и пройдя через несколько коридоров и комнат оказались в небольшой комнатке с креслами.

— говорите! — скомандовал мужчина, — кто вы? Откуда? И что связывает или связывало вас с моим братом? Надеюсь, вы не «очередной» внебрачный сын?

— Нет, что вы, — покачал я головой, — Меня зовут Антон Остр. А с Дементием я познакомился полгода назад, он очень мне помог. Без него бы я заблудился в лесу и умер с голоду.

— Полгода назад? — лицо мужчины стало шокированным, — этого не может быть, он умер много лет назад, ты врёшь!

Лицо его побагровело.

— Простите, но я не знаю вашего имени, — проигнорировал я его вопрос, чем сбил с толку.

— Граф Дамиро рар Диэрос, младший брат Дементия рар Диэроса.

— Он не говорил, что у него есть брат, — задумчиво сказал я, — но я правда видел его примерно полгода назад, и он был вполне жив и здоров.

— Вот старый плут, — почёсывая подбородок, сказал Дамиро, — я вам верю, молодой человек. Знаете почему? Потому что это очень похоже на моего брата, он всегда был скрытным и подозрительным. Но зачем он это сделал?

— Я не знаю, — соврал я, хотя прекрасно знал, зачем старый маг поселился в лесу.

— Значит он жив я могу найти его, замечательно. Вы должны указать мне место, где он находится.

Я покачал головой:

— Я не уверен, что Дементий этого бы хотел.

Дамиро усмехнулся.

— Я плевать хотел на то, что он хотел бы. За ним должок, и он обязан его вернуть. Когда он сбежал, то всё полетело в бездну, он подставил меня и всю семью. Я хочу посмотреть ему в глаза.

Видимо в глазах моих что-то мелькнуло, Дамиро пододвинулся ко мне и посмотрел в упор:

— Ты покажешь мне это место? Мы отправимся к моему брату после праздника, я хочу видеть его.

Я покачал головой:

— Прошу прощение, ваша милость, но я не могу, на следующей неделе начнётся поступление в школу.

— Так ты маг? — он осмотрел меня с ног до головы, в глазах его читалось презрение.

— Вы не любите магов?

— Дементий тоже стал магом, семья была очень рада, но вот принёс он нашей семье только проблемы. Постоянно влезал в какие-то проблемы и интриги, а когда стал ректором Академии в Нарии, то вообще пропал и больше в Розотмире не появлялся.

Я вздохнул, понимая, что на хорошие отношения с этим человеком вряд ли стоит рассчитывать.

— Довольно! — наконец хлопнул он рукой по подлокотнику кресла, — мы поговорим с вами позже, сейчас надо вернуться, король вот-вот должен выйти.

И мы отправились обратно в большой зал.

В зале я сразу направился к своим друзьям, которые так и стояли в своём углу ни с кем не разговаривая.

— Кариэльский тут, — как только я подошёл, сказала Варвара.

— Он подходил, хотел с тобой поговорить, — добавила Алиса глядя в спину графу Диэросу, — кто это?

— Это младший брат Дементий рар Диэроса, оказывается он граф. А ещё он инсценировал свою смерть и все, даже семья думали, что он мёртв и сейчас младший ненавидит старшего. Он даже предложил мне отправиться на поиски его брата.

— Надеюсь, ты не согласился? — встревоженно посмотрела на меня Алиса.

— Нет, конечно, — отмахнулся я, — мне ещё поступать надо.

В этот момент в зале раздался оглушительный звон гонга, в зал вкатился пузатенький мужчинка и высоким голос провозгласил:

— Его величество, король Розотмира, граф Араканский Гаррет Великий!

Заиграла торжественная музыка и в помещение в окружении многочисленной свиты вошел высокий мужчина в короне и горностаевой мантии. На вид его было лет шестьдесят. Он с подозрением обвёл глазами зал, потом поднял руку. Музыка стихла:

— Я приветствую вас на моём балу! — громко сказал он, — сегодня особенный день, сегодня начинается неделя Небесного Отца! И в честь праздника я хочу наградить особенно отличившихся в этом году людей и не только людей.

Он посмотрел в мою сторону, мне показалось, что мы встретились взглядами.

— Натаниэль Кариэльский, — провозгласил король, — подойди ко мне!

Конец первой книги

Content

Соколов Всеслав Молодой маг