Анатолий Радов

ИЗГОЙ

Шаги сквозь Тьму

Глава первая

Зыбь, Внутренний Тонг, Чит-Тонг

По освещённому факелами коридору двигались три фигуры — впереди раболепно согбенная, за ней две ступающие гордо, а рядом по одной из стен ползли их тени, в точности повторяя осанку хозяев. Все трое шли сдержанно и молча. Лишь гулкие шаги монотонно наполняли эхом мрачное узкое помещение, теряясь в его дальних концах. А иногда вдруг резко, в такт живому пламени факелов, колыхались тени, словно пытаясь вырваться из своих контуров.

— Осторожнее, моя госпожа, — пролепетала первая фигура, указав себе под ноги. — Здесь начинаются ступеньки.

Лилианна хмыкнула, оттолкнула замершего в лёгком поклоне провожатого в сторону, и смело шагнула вниз. За ней спешно двинулся младший советник.

— Госпожа, — проговорил он, нагнав её, — Тебе бы и впрямь быть поосторожней. Ты же знаешь, Лили, какие тут плохие ступени.

— Стах, не забывайся, — одновременно с нежностью и холодностью проговорила владычица. — Мы же договорились, при остальных без имён.

— Прошу прощения, госпожа, — торопливо поправился молодой демон и незаметно щипнул Лилианну за попку. Та зло ударила его по руке, и Стах удивлённо отступил.

— Караг, — позвала демонесса проводника, и пожилой дриг-штудийник протиснувшись между советником и стеной коридора, засеменил рядом с ней.

— Да, госпожа.

— Аргадот в штудии?

— Да, моя госпожа. Он прибыл, как только узнал, что вы собираетесь посетить его заведение.

— Хорошо. Я хочу, чтобы он лично оправдывался за столь скромные результаты в изучении магии. Советник, тебе не кажется, что пора половину этих бездельников разогнать или казнить? Сколько можно торчать на одном месте? Магические плетения имеют определённое строение… это строение можно менять, погружаясь в особое состояние… Номан их дери, это они говорили ещё при моём деде.

— Откуда же вам знать, госпожа, что они говорили при твоём деде? — поинтересовался Стах и снова ущипнул аппетитную ягодицу.

Лилианна резко остановилась, и развернувшись, обожгла советника ледяным взглядом. Даже в красноватом полумраке коридора тот сумел явственно разглядеть этот взгляд и впервые за то время, что владычица приблизила его к себе, он испугался. Ни разу она ещё не смотрела на него так.

— Ты начинаешь меня утомлять, советник, — медленно проговорила она.

— Но Ли… моя, госпожа…

Но владычица уже не слушала его, она двинулась дальше, оставляя застывшего в изумлении Стаха за спиной. Ещё секунд пять он не смел даже сдвинуться с места, и лишь затем осторожно направился следом, а в осанке его тени на стене многое изменилось. Она ещё не стала похожей на тень провожатого, но и былая гордость из неё словно испарилась.

— Одно мгновение, моя госпожа, здесь на дверях защитное плетение, — заискивающе проговорил дриг-штудийник, исполняющий сегодня роль провожатого, и поводил рукой вдоль железного засова. Сам засов был отодвинут в сторону, иначе и быть не могло, внутри штудии находились дриги, которые ожидали прихода владычицы. А вот магическую защиту было решено не снимать, чтобы продемонстрировать ей новое плетение. Простенькое, но зато собранное с самого начала с помощью тех замысловатых формул, которые им удалось составить. Над засовом вдруг появился тёмно-синий крест, от вида которого Лилианна отшатнулась. Потом этот крест превратился в обычный шар и через пару секунд быстро растворился в темноте.

— Мы немного продвинулись в работе с формой, моя госпожа, — не без гордости выдохнул дриг. — В осмысленной работе, имеется ввиду.

— Ну и какой идиот придумал начать с формы креста? — рявкнула на его объяснение владычица и дриг тут же сник, руки его мелко затряслись. — Вы бы ещё мне тут Номана в полный рост сотворили! У вас что, совсем мозги не варят?

— Моя госпожа, — тут же торопливо залепетал штудийник. — Мы думали так…

— Карбулк тоже думал, да в суп попал! — зло перебила Лилианна. — Ещё раз такая шуточка и половина вашей штудии познакомится с моими палачами. Открывай уже давай, чего согнулся?

Демон дрожащими руками потянул за ручку двери, которая совершенно бесшумно отошла от стены, открывая вид на первую комнату штудии.

Здесь уже в полупоклоне стояли Верховные Штудийники во главе с Аргадотом, морщинистым седовласым демоном, о возрасте которого ходили самые противоречивые слухи. Одни утверждали, что он на самом деле ещё старее, чем выглядит, другие — что наоборот, он ещё весьма молод и именно работа с какими-то тайными магическими потоками преждевременно состарила его.

— Мы весьма польщены вашим желанием посетить нас, госпожа, — начал он, как можно подобострастней. То, что задумка с крестом оказалась провальной, Аргадот уже понял, благо, гневные слова владычицы он расслышал очень хорошо, несмотря на приличную толщину двери. — Мои подопечные и я надеемся, что ваша милость справедливо оцени…

— Я поняла, — перебила демонесса. — Давайте без этих длинных предисловий.

— Слушаюсь, моя госпожа, — Аргадот выпрямился и указал рукой вглубь комнаты. — Прошу вас пройти в основной зал, где мы проводим опыты.

Остальные же демоны остались в полусогнутом положении, и лишь сделали шаг назад, пропуская величественную особу.

Лилианна прошла сквозь их ряд, мягко шурша платьем из чёрного алкахина и расточая на них терпкий запах сайхоры. Один из молодых штудийников едва заметно потянул в себя этот чудесный аромат и мечтательно прикрыл веки.

Зал был огромным, хотя и с низким потолком. Здесь, в подвале Чит-Тонга, соорудить потолки чуть выше попросту не было возможности. Однако хорошее магическое освещение делало сам зал чуть объёмней, чем он был на самом деле. Справа и слева стояли длинные ширмы, разделявшие помещение на три части, впереди подвешен маятник из серебра, справа длинный и широкий стол с глиняными ритортами и колбами, а ещё правее подрагивающийся, еле различимый «столб». Сами Штудийники называли его «коконом», хотя владычица именовала именно столбом. К нему Аргадот-Строто и предложил ей пройти первым делом.

— Мы разобрались немного с формой, как вам и сказал Караг-Драво, — стал объяснять главный штудийник по пути к «кокону». — И именно благодаря этому прекрасному инструменту, внутри которого мы можем удерживать плетения в полусобранном виде и потом активировать их. Таким образом, мы можем проследить — какие участки на что влияют. Пока разобрались с третьим участком, он влияет на форму плетения.

— А первый и второй? — удивлённо вопросила демонесса. — Я лично считаю, что начинать нужно с первого, вы согласны со мной Аргадот?

— Абсолютно, — штудийник легонько поклонился. — Но, увы, мы так и не…

— А в особом состоянии? — грубо перебила Лилианна, хмуря свое прекрасное личико. — Разве в особом состоянии вы не смогли разобраться, что означают первые две части плетений?

Старый демон сухо прокашлялся, поправил висевший на шее массивный амулет, потом зачем-то потеребил рукав балахона.

— Есть только предположения, — заговорил он как можно осторожнее, после всех этих манипуляций. — Возможно, первая часть плетения отвечает за его составляющие.

— И что это значит? — не без интереса спросила владычица.

— Мы работали с «короной» из ветви Воздуха и собирали только первую часть. В ней ощущаются магические поля самого Воздуха и ещё Земли.

— Так и что это значит? — повторила свой вопрос демонесса.

— Это значит, что «корона» состоит из двух полей. Воздуха и Земли, — Аргадот снова сухо кашлянул и стыдливо уставился в пол.

— Прекрасно, — усмехнулась владычица. — Вы невероятно далеко продвинулись. Ещё пара шагов и уткнётесь в дыбу.

— Мы работаем не покладая рук, моя госпожа, — забубнил главный штудийник. Но Лилианна прервала его взмахом руки.

— А как же вы собирали «след Сатэна»? — спросила она с удивлением и сарказмом в голосе. — Вы же почти ничего не знаете.

— «След» мы собирали по известной методе неполного сращения двух ветвей, — голос Аргадота стал бодрее. — Мы взяли исходное плетение «метка» и срастили его с воздушным «взрывом». Последний разорвал «метку» на части, но сама «метка» сдержала его разрушение. В Зыби сила «метки» будет расти и когда станет в двое выше, чем сила воздушного «взрыва» — плетение Тьмы снова стянется в своё привычное состояние.

— А «взрыв»? — спросила Лилианна, нахмурив лоб. Сказанное штудийником было слишком туманно. — Он не сработает?

— Нет, моя госпожа. — Аргадот позволил себе лёгкую улыбку. — При сращении, как вы знаете, надстихийные ветви всегда доминируют над ветвями стихийными. Даже если сила «метки» упадёт в десять раз, всё равно она сможет сдерживать «взрыв».

— А как же он тогда разорвал её на куски? — спросила демонесса, отчего глава штудии тяжело проглотил слюну. Сказать честно, идею сращивания этих двух плетений предложил Караг, тот штудийник, что выступил сегодня в роли проводника, и он же занимался сращиванием. Поэтому Аргадот мало что знал, но он решил выпутываться сам. Все эти сращения, по большому счёту, всегда происходят одинаково.

— В момент того, что мы называем критическим сближением двух полусобранных плетений, происходит обоюдная активация. И «метка» и «взрыв» сработали одновременно. Но уже через мгновение, когда произошёл полный сбор обоих плетений, надстихийник уравновесил стихийник. Вот этого мгновения и хватило, чтобы «взрыв» порвал плетение Тьмы на несколько практически равных долей и разбросал их на расстоянии четырёх некротонгов.

Объяснив, Аргадот почтительно замолк, глядя в лицо владычицы и ожидая её реакции, но та молчала. Прищурив чёрные глаза, она внимательно смотрела вглубь «столба», внутри которого голубоватым гадом крутилась струйка какого-то плетения.

— Это обычный воздушный «кулак», — снова бросился объяснять штудийник. — Мы хотим придать ему более сжатую форму, чтобы увеличить…

— Вы занимаетесь всякой ерундой, — глаза Лилианны стали ещё уже, а голос холоднее. — Сейчас, когда на носу война, необходимо думать о более серьёзных вещах, чем форма дурацкого «кулака». Есть что-нибудь по книге Крови?

— Моя госпожа, имея в наличии всего одну книги стихий и одну миропорядка мы не можем так просто понять девятую книгу Нома… книгу Крови, — быстро поправил себя Аргадот, понимая, что чуть не сморозил глупость, решив озвучить неприемлемое для данного случая название. Владычицу коробило от имени местного бога-творца, это он знал хорошо. Но старческий разум и полная власть в штудии иногда играли с ним злые шутки. Благодаря первому он иногда забывал некоторые тонкости, благодаря второй — привык говорить в этих стенах так, как ему было удобней. А для магических опытов удобней было именовать книгу Крови по местному реестру.

— Но хоть что-то вы смогли понять? — к удивлению Аргадота, владычица не обратила внимания на его досадную оплошность.

— Кое-что, — чувствуя облегчение, продолжил он. — Первые две строки книги гласят, — он скривил лицо, силясь вспомнить всё до последней буковки и процитировать слово в слово, — Кровь — жидкая ткань, непрерывно текущая по сосудам и проникающая во все органы и ткани человека. Состоит из плазмы и взвешенных клеток, и ещё состоит из эрет… нет, эритроцептов…

Аргадот смутился, принялся чесать затылок.

— И что значит плазма? — спросила владычица, глядя на крайне задумчивое лицо главного штудийника.

— Этого мы пока не можем понять. Мы нашли несколько предложений с подобным словом в книге Воздуха и Хаоса, однако суть их весьма туманна. Но есть в книге Крови и более ясное предложение — кровь доставляет к тканям тела все необходимые питательные вещества. Так же ещё стало понятно, что кровь бывает четырёх видов.

— Я извиняюсь, — осторожно вступил в разговор Стах. — Имеются ввиду местные жители?

— Интересный вопрос, — на этот раз Лилианна отнеслась к словам своего советника спокойно.

— Думаю, так оно и есть, — поспешил ответить Аргадот. — Но раз данную ветвь магии нам нужно применять именно против местных, то это даже неплохо. Они не в состоянии влиять на нашу кровь, а мы в состо… — он запнулся. — Мы однажды будем в состоянии…

— Однажды — должно произойти не позже чем через три тонга времени, — в голосе владычицы мелькнула сталь. — Иначе, вам, уважаемый Аргадот, не видать нынешнего поста, как своих ушей. А возможно и головы не видать, — Лилианна криво усмехнулась. — Или вы думаете, что я буду нянчиться с вами, как мой родитель?

— Нет, что вы, — штудийник замотал головой. — Мы это очень хорошо понимаем и будем делать всё возможное.

Аргадот попытался нарисовать на лице уверенность, но вышло неубедительно, и почувствовав это сам, он снова спрятал глаза в пол.

— Это касается работы и с другими ветвями. Хаос требует у нас свою книгу за долговременный союз. К тому времени, когда она будет отдана, вы должны полностью разобраться в ней.

— Но…

— Никаких но, — глаза Лилианны стали абсолютно чёрными, и главный штудийник непроизвольно склонился ниже. Знал он, что означает такой взгляд владычицы — крайняя злость. Поэтому он только выдохнул с напускной лёгкостью.

— Как скажите, моя госпожа.

Глава вторая

— Гурт, к бо-ою!

Второпях зажёг магический фонарик, но он мешал одеваться, поэтому пришлось разрушить. Можно ли его куда-нибудь прицепить я как-то не удосужился разобраться, а теперь было совсем не время. Такой приказ посреди ночи нам не давали ещё ни разу, даже в ходе учений. И из-за этого где-то внутри, несмотря на то, что в одном бою уже довелось поучаствовать, что-то мелко и очень неприятно затрепетало.

В полной темноте стал спешно экипироваться. Наощупь, слегка дрожащими руками затянул ремни кожаного доспеха, повесил пояс, надел шлем, и схватив пельт, выскочил из палатки. Но едва сделал пять шагов, как замер и уставился на небо со стороны Зыби. Сотни светящихся голубоватых шаров размером с мячики для тенниса… настолько красиво и завораживающе, что глаз не оторвать.

— Тавманты или керы, — раздался слева голос Линка и тут же я почувствовал лёгкий толчок в плечо. — Любоваться не нужно, — как-то грозновато закончил свою мысль здоровяк, и я резко сбросив с себя наваждение, со всех ног рванул к месту построения.

— Быстро, в шеренги, ра-аз! — как ошпаренный орал суетившийся там Лостад. — Маги, «щиты» Воздуха!

Я тут же сплёл «щит» второго круга.

— «Взрывы» тащат, — снова раздался совсем рядом голос Линка. В принципе, я уже успел сообразить, что если это тавманты, которые сами не владеют магией, то какие-то плетения Воздуха они просто несут в лапах.

— Маги, вперь-од! — заорал Лостад, и мы двинулись в темноту. На холме выставленные «секреты» уже вступили в бой, и шум крыльев летящей стаи теперь быстро приближался к нам. Несколько «лучей» рванули в небо, а в ответ на землю полетели светящиеся шары. Через полминуты в бой вступили и мы. Шары стали врубаться в наши «щиты», однако перекрыть всё мы были просто не в состоянии, даже при поддержке штурмовиков. Два шара попали в одну из палаток, разорвались с треском на горящие фрагменты, и ткань вспыхнула.

— Снегом тушите! — тут же раздалось несколько криков и почти полсотни легвонеров из второго и третьего гуртов бросились к быстро растущему пламени.

А мы уже били в это время плетениями Света. Справа, краем глаза я видел Линка, он оставил «щит» и метнул вверх «кольцом». Я же для начала ударил «лучом», прицелившись точно в один из шаров. Самих тварей в темноте видно не было, только очертания, подсвеченные самими шарами, отчего всё выглядело ещё страшнее и гротескнее. Чёрные, похожие из-за крыльев на кресты силуэты. Моё плетение попало в цель. Тварь рухнула вниз камнем, так и не выпустив из лап заклинания, упала от меня шагах в двадцати и её тут же саму разорвало на куски. Крылья вспыхнули, в нашу сторону дохнуло палёной шерстью.

— Маги, к гурту! — услышал я голос нашего лег-аржанта и стал быстро отходить назад, ударяя вверх «лучами». Ещё две твари упали куда-то во тьму. Падения, как и в первом случае, заканчивались мощными хлопками «взрывов» и небольшими язычками пламени голубоватого цвета. Я быстро огляделся. Пылало уже палаток шесть-семь. Странно, я только сейчас услышал царящий вокруг шум. Люди ругались, кричали, были и вопли боли, значит, кто-то ранен.

— Гурт, стройся! Коротким шагом вперь-од!

Я занял своё место, и мы одним огромным квадратом зашали сквозь полумрак. Маги, наши из гурта и ещё пара штурмовиков, видимо, прикреплённые для усиления, тут же соорудили «щиты», несмотря на то, что крылатые твари до нас уже не долетали. Большинство из них теперь скидывали шары где-то в полусотне метров впереди, и быстро развернувшись, улетали прочь. Это больше похоже на психическую атаку, пришло в голову. Да и нести огромные потери, залетая прямо к центральной части лагеря — глупо. Я лично подбил уже штуки четыре, а сколько их уложили штурмовики, даже представлять не стал. Но видимо много. Под ноги всё чаще попадались мягкие куски плоти, на которых можно было запросто поскользнуться. Почему-то вдруг подумалось, как завтра придётся мыть сапоги, мозг тут же нарисовал картинку, и я скривился от неё. Чёрная мерзкая засохшая кровь, и сверху, и на подошве, и на голенище…

Я бросил взгляд вниз, желая разубедиться в этом прямо сейчас, но бесполезно, не видать ни черта.

По ощущениям мы пошли вверх, начался холм. Мои мысли с грязных сапог перескочили на другой вопрос — а что откроется нашим взорам с его вершины? Пространство, усыпанное тысячами светящихся шаров? Ожидать этого можно, если задача тварей напугать.

Почти все тавманты уже сбросили свой груз, и небо снова стало абсолютно тёмным, лишь за нашими спинами колыхалось пламя, бросая на вершину холма тени суетящихся в лагере людей. Мы почти поднялись, мимо нас, вниз пронесли трёх раненых штурмовиков, один из которых орал благим матом. Ещё несколько шагов и раздался приказ — Гурты, сто-ой! О землю ударились десятки тяжёлых скутов, так, что вздрогнула земля, а через секунду справа и слева с неменьшим грохотом и лязгом встали ещё два гурта.

Как я и ожидал, внизу, у склона холма было много огней, но не магических. Какие-то твари просто стояли там внизу с факелами. С места, судя по этим же огням, они не сходили. А сколько их может быть в темноте? — подумал я, и эта мысль слегка напугала, вспомнились слова и сумасшедший смех лазутника. А если там, впереди, скрытые ночной мглой, стоят сотни тысяч?

Я отбросил ненужные сейчас размышления и сосредоточился на звуках, ожидая в любой момент приказа следовать туда, во мрак неизвестности. Но такого приказа не поступало. Мы просто стояли и всматривались в темноту. Наконец, факелы двинулись вперёд и через секунд десять заорали аржанты.

— «Щиты» Воздуха ра-аз!

Я быстро сплёл второй круг и в мой «щит» практически сразу ударилась пара больших камней, размером с человеческую голову. Они довольно сильно изменили траекторию и упали по левую сторону, метрах в десяти. Так, тут нужно будет отрегулировать, чтобы случайно не задеть «соседей». В мгновение разрушил второй круг и собрал первый. Четыре камня воткнулись в него и отклонились уже слабее. Падение в пяти метрах от крайнего ряда. Нормально.

— Легвон, шагом вперь-од!

Голос Сервия. Его приказ быстро разлетелся «эхом» по вершине холма и все находившееся здесь гурты разом сдвинулись с места. По всей видимости, те твари, что с факелами — это циклоды, или скорее всего — они вместе с теми кто держит факелы, а значит, нужно как можно быстрее сблизиться. Гурт нашими с Линком «щитами» прикрыт только наполовину, и если такой камешек пролетит мимо них, то мало не покажется. А вот штурмовики куда-то подевались, возможно получили другой приказ.

Я увидел, как Линк сплёл вдобавок к воздушному «щиту» земляной. Жаль, но у меня такого нет, а было бы неплохо усилить защиту. Брошенные камни, в общем-то, отклоняет и первый круг воздушного «щита», а если б имелся четвёртый круг, думаю для них он мог действовать и как «щит» Земли первого-второго круга, то есть не просто отклонять, а вообще останавливать. Надо будет потом взять у Линка.

Снова несколько камней ударились в «щит», а один всё же проскользнул в незащищённое место. Звук, словно сломалась ветка дерева, короткий, всего в полсекунды вскрик и один из легвонеров примерно ряду в шестом отлетел спиной на идущего следом. В том месте сразу образовалась свалка, угодившего под удар подхватили, раздались крики: У нас раненый! Что делать?! Куда его?! В гурт протиснулся Лостад, помог вытащить раненого, или что, скорее всего, убитого. После прямого попадания таким «камешком», вряд ли, отделаешься ушибом или сотрясением мозга. Да и треск ломающихся костей… Не знаю, ни разу не слышал, чтобы они ломались так громко и ужасно.

Но ужасаться было некогда, мы приближались к факелам. Приказа бить боевыми заклинаниями не было, и я краем глаза следил за правой стороной нашей «коробочки». Если Линк ударит, я тоже сделаю это. Он боец опытный, глупых движений совершать не станет, и если он ещё не бьёт, значит, и мне можно подождать. Хотя так и подрывало запустить вперёд «срезнем», чтобы, если повезёт, отрезать твари бросившей этот «камешек» руки. И желательно по самые яйца. Для этого, правда, нужно было чуть податься вперёд и стать между двумя первыми эгидниками. Если «щит» и заклинания Света начинали «раскрываться» примерно в шагах пяти от моей ладони, то «срезни» принимали форму уже с самого первого момента удара и могли запросто перерезать идущего впереди.

На всякий случай сотворил заново «щит», хотя прошлый ещё был практически неповреждённым. Камни не боевая магия, структуру разрушают не сильно. Снова пара камней ударилась в голубоватое «полотно» раскинувшееся над головными рядами гурта, рухнули слева.

— Копья вниз, ра-аз, мечи к бою!

До факелов метров шестьдесят, я увидел, как Линк ударил «лучом», повторил за ним, и вдруг факелы двинулись, но только совсем не в нашу сторону. Твари драпали. Вокруг тут же послышались довольные и азартные выкрики соратников, однако вскоре поступил приказ — Сто-ой!

Ну и правильно. Замерев на месте, я ещё один разок ударил «лучом», и предупредив соседа, чтобы не затоптали в темноте, присел в позу лотоса. Восстановив узел, снова вскочил на ноги. В общем, как и предполагал — это всего лишь психическая атака, идти в лобовую стычку твари не собираются. Полным доказательством этому были быстро удаляющиеся огни факелов.

— Гурты, спина ра-аз! Полубегом вперь-од!

Чёртовы твари! Лучше бы поспать спокойно, нет же, приходится бегать, причём в гору. Не могли что ли с утреца напасть?

Мы снова поднялись наверх холма, развернулись и стали ждать. В холоде осенней ночи, хотя можно сказать и зимней, не по календарю, а по реальной погоде. Я поёжился, осмотрелся. Слева замелькали бегущие тени, они стали выстраиваться перед нами в линию, и вскоре до слуха донёсся свист улетающих в сторону Зыби стрел. Но факелы были уже довольно далеко, впрочем, дальность полёта стрел я не знал, может, и достанут этих чёртовых циклодов.

А через полчаса поступил приказ отбой, по гуртам — все нечётные были отправлены в лагерь, а чётные оставались на холме. В лагере пожар уже потушили, поэтому он снова погрузился во тьму и о бушевавшей здесь несколько минут назад стихии напоминал лишь тяжелый и въедчивый дух гари. Кое-как добравшись до своей стоянки, мы разделились и торопливо потянулись к палаткам. Шли молча, никто ничего не хотел обсуждать — устали. И не столько от манёвров, сколько от того, что всех нас вырвали из сна… впрочем, это и есть сермяжные армейские будни.

— Интересно, сколько их там было? — спросил я у Линка, который стоял у закинутого наверх полога и смотрел в небо.

— А чревл их знает, — Линк пожал плечами, перевёл на меня взгляд и слабо улыбнулся. — Это только Высшие знают.

— В смысле? — стало мне интересно.

— Ну, при легвоне должны быть Высшие, хотя бы парочка. А иначе как? Только они могут использовать ночное зрение. Стоят, смотрят, сразу сообщают, а командиры уже корректируют наши передвижения. Это если ночью дело происходит.

Я заметил остановившегося рядом Ниго. В одной руке пельт и шлем, второй пытается пригладить торчащие волосы, в глазах возбуждение.

— Или если твари какую-нибудь иллюзию используют. Нет? — задал я вопрос и Линк снова пожал плечами.

— Ну при свете они ничего такого… — Линк кивнул на проём. — Давай внутрь зайдём, тут что-то холодает всё сильней.

Я кивнул, нырнул в палатку. В принципе, можно было бы и «протопить» маленько. Сегодняшняя ночь в очередной раз показала, что надолго энергии в узле всё также не хватает. Лучше, конечно, чем было раньше, но всё равно — мало. Примерно восемь «лучей», «щит» Воздуха ставил раз шесть, а может и меньше. Во время боевых действий как-то забываешь считать.

— То есть, ничего такого у тварей нет? Ну, чтобы их видно при свете не было, — спросил я у вошедшего вслед за мной здоровяка.

— Вам же должны были в Шане рассказать, — в голосе Линка мелькнуло удивление. — Есть такие, что оборачиваются всякими штуками, логом могут. А азы, например, вообще на туман похожи.

— Про этих помню, — кивнул я и добавил громче. — Парни, камнем одного зацепило?

— Да. Из третьей палатки, тридцать ему, мы с ним в Шане как-то ходили в «обоз» перекусить, — тут же отозвался кто-то из угла. — Хороший человек, жалко.

— Всех не пережалеешь, — буркнул Линк и протиснулся мимо меня к своему месту.

— Эт да, — согласился я с бывшим охотником и задал вопрос остальным. — Нагреть может чуть?

— Неплохо было бы, — тут же откликнулись человек шесть разом.

Я сбросил пельт с руки, и усевшись на него, взялся за прокачку узла. Когда закончил, в палатке стало заметно теплее, по ощущениям температура подскочила градусов на пятнадцать. Из-за холода снаружи она, конечно, быстро опуститься, но даже этого короткого времени должно хватить, чтобы хоть немного расслабиться. От холода в последнии дни тело постоянно находилось в напряжении и так же постоянно мечталось только об одном — забраться под толстое шерстяное одеяло, и согревшись, скинуть с себя это проклятое напряжение.

— Непонятно как-то они действуют, — проговорил кто-то из угла. — Сколько своих этих летающих потеряли.

— Запугать хотели, — хмыкнули в ответ.

— Да чревла им лысого, — отозвался один из парней с бравадой в голосе.

— Интересно, а кто там ещё был? В темноте, — поинтересовался Аршого, эгидник, стоящий в гурте прямо передо мной.

— Завтра узнаем, — вступил в разговор Линк, выдержал паузу, его, естественно, никто не перебил, потом продолжил. — Думаю Высшие рассмотрели хорошенько своим ночным зрением всё. Но циклоды точно были, это и так понятно.

— Циклодов жалеют, — заговорил Ниго. — А тавмант на убой отправляют. Я одну добил на земле, — в его голосе появились лёгкие нотки хвастовства. — Она трепыхалась зараза, видать успела выпустить шар, а маги её только ранили. Сапог прокусила почти.

— Точно почти? — насторожено спросил Линк и тут же в палатке вспыхнул магический фонарик. — А ну, покажи.

Здоровяк подошёл к Ниго, присел рядом с ним на корточки. Я напряжённо приподнялся. Через секунд десять Линк ругнулся.

— Чревл, укус. Двое кто-нибудь быстро к аржанту, пусть целителей сюда тащит. Ты как, нормально?

— Да вроде нормально, — голос парня заметно дрогнул. — А я думал, не прокусила. Ничего ж не болит.

— А оно так и бывает, после укуса долго боли не чувствуешь.

— Наверное, в слюне что-то есть, — предположил я, и поднявшись, направился к топчану Ниго. Ну вот, твою мать, как тут кого-то убережёшь?

Двое легвонеров, тех, что спали ближе к выходу, бросились к Лостаду, и минут через пять в палатке появился целитель. Он долго осматривал рану, что-то бормоча себе под нос, и в конце концов, увёл Ниго в госпиталь. На вопрос — всё обойдётся? — целитель отмолчался, что серьёзно напрягло.

— Какие у него шансы? — спросил я у Линка, когда целитель и Ниго ушли.

— Ну есть, вроде бы. Хорошо, что он ещё сказал вот так случайно. Промолчал бы, завтра всё, уже ничем бы не помогли, а так есть надежда… Небольшая, — добавил он и тут же обратился к остальным. — Никого больше тавманты не кусали?

— Да нет… Нет, Линк… Меня не кусали, — в разнобой ответило тридцать семь легвонеров.

— Смотрите, это не шутки, — буркнул Линк и бросил взгляд на выход, потом вдруг махнул рукой. — Ладно, они теперь сами всех проверят. В начале такие случаи постоянно происходят. Особенно в тех гуртах, которые из «последков». Всё на бегу, половины не успевают объяснить. Хотя… — он снова махнул рукой и отправился к своему топчану.

Я же вернулся к своему, забрался под одеяло. Чревл! Что-то все, кто как-то сближается со мной, тут же попадают в передрягу. Жиро, Ниго… Хотя, вон Линк… В общем, не стоит винить себя, это война, здесь умирать будут на каждом шагу, и ты ни при чём абсолютно.

Повернувшись на правый бок, закрыл глаза. Нужно успеть выспаться, ведь сто процентов завтра с самого утра начнётся примерно такая же канитель, как этой ночью, а может, и намного серьёзней.

Глава третья

Утром нас разбудил обычный крик — Гурт, по-о-дъё-о-ом!

И это даже порадовало — значит, не нужно сразу вступать в бой или бежать запыхиваясь на вершину холма. Однако радость омрачили мысли о Ниго и вид лагеря. Насчёт последнего… в ночной кутерьме как-то особенно не приглядывался, но при свете дня открывшаяся взору картина подействовала удручающе. Сгоревшие палатки, разумеется, убрали, но чёрные круги земли там, где от огня растаял снег, остались. Да и на самом снегу то там, то здесь виднелись маленькие кусочки обгоревшей ткани. Судя по чернеющим пятнам, палаток сгорело гораздо больше, чем я думал. Всего было одиннадцать кругов, похожих на большие грязные лужи. Помимо палаток пострадали и несколько повозок, их полусгоревшие остовы виднелись справа. Свезённые в одну кучу, они походило на стадо каких-то больших чёрных животных. А вот о потерях среди людей было неясно, вроде пролетел слух, что они невелики, человек сорок всего, однако через минут пять дошёл уже другой слух — ранены почти полсотни, погибло тридцать. Уточнить же — не у кого, а главное — некогда. Едва мы привели себя в порядок и позавтракали, как нас построили и снова погнали на холм, сменить чётные гурты, которые отстояли на вершине почти половину ночи.

Желание увидеть, что там по ту сторону зашкаливало за мыслимые показатели, и пока мы поднимались, я успел набросать в голове несколько отличающихся друг от друга картинок. Сотни тысяч тварей, вообще никого, небольшие отряды, и даже усеянное трупами поле. Мало ли, может мы ночью их здорово помяли, не видать же ничего было. То, что открылось взору на самом деле, оказалось чем-то усреднённым. Примерно в риге стояло несколько схожих с нашими гуртами подразделений. Отсюда не разглядеть — кто, но очертания фигур вроде схожи с человеческими. Стало быть — слоты. Эти подразделения стояли неподвижно, штук двадцать. Общее количество на глаз определить сложно, но больше нашего легвона, несомненно. А если учитывать, что половина его отправлена в лагерь, то численный перевес тварей налицо. При таком перевесе можно и тактику истощения поюзать. Рвать нас потихоньку, пока перевес не станет подавляющим.

Но видимо для предотвращения этого двенадцатый легвон и был отведён ранним утром глубоко в Кромь. Об этом мы узнали от нашего лег-аржанта во время утреннего построения. Не сказать, чтобы данная новость как-то меня колыхнула — тактика — дело штабных, но теперь стало предельно ясно — двенадцатый решили определить «на сохранение». Упрятанный в Кроми, он не будет нёсти потерь в ходе дневных и ночных атак, и стало быть все радости этих атак достанутся исключительно нам. А когда придёт время, возможно, двенадцатый будет наступать на потрёпанных тварей, чеканно шагая по нашим трупам. Весело. Всё-таки, число тринадцать в любом мире несчастливое.

Помимо слотов на поле по ту сторону холма суетились отряды аземов. Этих было легко узнать по чёрным плащам. На фоне сизоватого снега они смотрелись зловеще, а вместе с теми животными, на которых эти аземы восседали — картинка и вовсе представала феерическая. Если логи были почти похожи на лошадей, то верховые животные тварей походили скорее на собак с головами крыс. Пару раз отряд сотни в три всадников приближался к нам на расстояние полуриги, и тогда можно было рассмотреть этих зверюг детально. Чёрная шерсть, морды вытянутые, задние ноги массивнее передних раза в три, а передние оголённые, точь-в-точь крысиные. Во второй раз аземы попытались обстрелять нас своими шарами, но отряд штурмовиков с лёгкостью отбил эту атаку, выстроив линию из световых «щитов». По интенсивности свечения не меньше третьего круга. Световой «щит» такого круга был и у меня, и собран и изучен, но, тем не менее, я ставил во время атаки второй круг. Слишком всё тихо и спокойно, заметят на раз. В серьёзной сече ещё можно будет употребить что-то покруче, а сейчас опасно.

Мы простояли почти два часа. Со стороны Зыби стал дуть холодный ветер, который здесь, на вершине, иногда переходил в сильные порывы, и нам было разрешено присесть на пельты. В таком положении, прикрытые щитами эгидников, ветра мы почти не ощущали. Наконец, когда толпа слотов вдруг сдвинулась с места и ушагала за горизонт, а на поле перед холмом осталась лишь пара отрядов аземов, первый и третий гурт получили команду — отбой.

Но кое-кому отдохнуть не довелось. Едва мы спустились с холма, как гуртовым магам было приказано заняться сопровождением отрядов «обозников». Те уже с самого утра шастали в Кромь для сбора хвороста и длинных прочных веток. Последние, видимо, для восстановления повозок или для изготовления носилок. То, что их в скором времени может понадобиться очень много — сомнений почему-то не вызывало. До этого обозников сопровождали штурмовики, но теперь они были отправлены на холм, а мы заняли их место. Не сказать, что это задание меня не порадовало. Тут же в голове сформировался план, отыскать место поукромней и поработать в режиме сборки. Впрочем, укромней и не требуется. Вряд ли среди наших «обозников» найдётся тот, кто сможет определить, чем я занимаюсь, а если и спросят, скажу, что изучаю полученное плетение. Кстати, действительно, нужно будет взять сегодня вечером что-нибудь у Линка.

Я был приставлен к отряду в дюжину человек и мы, свернув от дороги чуть южнее, направились в свой сектор сбора. В Кромь я входил с неким волнением, не знаю почему, но очень не хотелось увидеть альта, или альтов. Пару раз поразмышляв о встрече с «девочкой», я чётко осознал, что она как-то воздействовала на мою психику, погружая сознание в неприятный транс. И неприятным в этом трансе было то, что я не мог управлять его течением. Попытка даже слегка восстановить то состояние закончилось чувством животного страха, и я не стал продолжать. Меня словно начало затягивать в крутящуюся воронку, казалось ещё немного и я вдруг услышу в голове её голос. Странное и страшное ощущение.

Но обозники, в отличие от меня, никакого волнения не проявляли. Ну, правильно, никто из них, скорее всего, с альтом лично не общался. Я разделил свой отряд на две части, указал им места для сбора, а сам направился к небольшой полянке. Здесь устроился в привычной позе лотоса, пару минут внимательно оглядывался по сторонам, и только после этого вошёл в нужный режим.

На данный момент из Света у меня уже были собраны и изучены «щит» и «сфера» третьего круга, всё остальное второго. В голову вдруг пришла мысль, а не собрать ли «щит» четвёртого и потом посмотреть… да, потом посмотреть в чём же там проблема с магистральными кругами, почему они изучаются намного тяжелее обычных, а чаще вообще не изучаются. Как я понял из разговоров с Линком, магистрами становятся далеко не все маги. Да и что-то своё собрать надо бы попробовать.

Но заниматься четвёртым кругом «щита» или «самоделом» всё же передумал. Смысл сейчас? Вдруг мне завтра-послезавтра понадобится «луч» третьего круга, чтобы убить ту тварь, которая соберётся убить меня. Мощным «щитом» от неё закрыться можно, но надолго ли? А если у того же азема окажется магической энергии больше? Будет бить пока я не смогу поставить очередной «щит» и что потом? Сами аземы, как утверждали нам в Шане, владеют магией до третьего круга, кроме высших, разумеется. Знать бы ещё, что это за высшие и как они отличаются от обычных. Но, в любом случае, их тут должно быть гораздо меньше последних, от которых достаточно светового «щита» третьего круга.

Эти размышления заставили меня взяться за «луч». Собрать следующий круг и уже сегодня вечером начать изучение. У Линка же возьму «кольцо» третьего, пригодится. Плюс нужно глянуть «срезни», может ещё что пойму. И первое, что необходимо понять — если я стану собирать плетение с нуля, как мне задать ему привязку к определённой ветви? Ведь насчёт различий петелек разных ветвей я так и не разобрался. Абсолютно одинаковые на вид.

Поэтому, собрав «луч» третьего круга, на что ушло довольно много времени, я занялся «несусветной хренью». Помню, когда собирал её, совершенно не задумывался какой ветви она получится, просто брал колечки и сцеплял. Да и не знал тогда почти ничего. А теперь вот знаю и надо разбираться дальше. Стал крутить цепочку, использовал «zoom» для приближения, в общем, рассматривал и так и эдак, но ничего нужного не увидел. Может этот момент как-то совсем по-другому проявляется? Вон та же девочка-альт сказала, что у меня внутренняя кромь иначе чем у местных мерцает. Значит, смотрела она на мою кромь совсем иным способом. Особый дар или просто нужно знать, какие параметры рассматривать?

Покрутив цепочку ещё раз, я снова приблизил её, разглядывал минут пять. Без толку. Пришла мысль, что «несусветная хрень» просто вообще не определена по ветви, а стало быть какая-нибудь нейтральная. Если так вообще может быть. Чревл!

Я уже было собрался бросить это неблагодарное занятие, как вдруг в голову пришла идея использовать другую функцию «zoom-a» — удаление объекта. Я отодвинул цепочку, глянул, отодвинул ещё, тут же стало очень интересно — а насколько вообще я могу отдалить от себя выбранный объект? Но очень далеко двигать и не пришлось, при следующем же удалении я заметил появившуюся справа грань, слегка размытую. Но начинавшееся за ней пространство имело чёрный цвет. Сообразив, я принялся быстро отодвигать плетение ещё дальше и уже через секунд пять увидел то, что и ожидал увидеть. Линию спектра. Сама же цепочка плетения, которая теперь была похожа на маленький штришок, находилась в крайней левой позиции, на абсолютно белом участке. Я попробовал мысленно переместить её и она легко сдвинулась с места, даже чересчур легко — притормозить, а точнее, просто перестать пытаться её двигать, я «успел» когда штришок был уже в районе оранжевого. Переусердствовал, ожидая, что ничего не получится. Хм.

Очень осторожно повёл штришок обратно, остановил на фиолетовом. Судя по петелькам между блоками в цепочках первого круга именно этот цвет и должен быть начальным. И что получается? Семь «основных» цветов плюс инфракрасное излучение. Выходит восемь, одного не хватает. Может подвинуть ближе саму линию спектра?

Я мысленно отвлёкся от плетения и сосредоточился на спектральной полосе. Попробовал «zoom». Выбранный объект слегка приблизился, но ненамного, дальше как ни старался — не шло. Впрочем и этого было достаточно, чтобы грани между цветами стали лучше различимы. Вот и оно.

Видимый спектр состоит не из семи, а из восьми цветов. В ольджурском языке помимо слова «агро», есть понятие — «агробо», и оно обозначет насыщенно-зелёный, то есть ольджурцы разделяют зелёный на два цвета. Странного в этом ничего нет, например, на Земле те же англичане называют словом blue то, что мы, русские, привыкли разделять на два цвета — голубой и синий. А вот ольджурцы очень хорошо видят различие между «агро» и «агробо» и думаю, тот, кто стоял у истоков создания здешней магии, как системы — учитывал этот факт. Номан? Возможно. Но я за время пребывания здесь несколько раз задумывался об ольджурских мифах, кусочки из которых мне иногда рассказывал Альтор. На ночь. Как сказки детям. И в этих «сказках» упоминается о неких древних магах, что жили задолго до появления Зыби. Да что там Зыби. По словам Альтора, а вернее по ольджурским мифам, если конечно старый магистр не привирал, выходило, что они жили ещё в те времена, когда остров Вальтия не поднялся из пучин моря. А по местной хронологии это произошло двенадцать тысяч лет назад.

Впрочем, Номан с ней с местной хронологией, наверное, надо бы уже приблизить цепочку.

Я отодвинул линию спектра в исходную позицию, сосредоточился на плетении и вернул «несусветную хрень» в тот масштаб, который был изначально. Тут же принялся рассматривать блоки, так как, если не ошибся, то с ветвью уже должно определиться.

Иже и свято, взойдяше на холмы, подаше книге Воздухе…

Фиолетовый цвет — первый, и по идее моя «несусветная хрень» теперь относится к ветви Воздуха. Так, и что я тут наплёл…

— Мин жант.

Чревл! Быстро «закруглился» с плетением, подвесив его на своё место, и вышел из режима сборки. Передо мной стояли два «обозника».

— Мы уже всё собрали, мин жант, — повторил тот, что постарше и кивнул влево.

Я повернул голову, вся дюжина была здесь, нагруженная охапками хвороста и длинными толстыми ветками. Последние они привязали верёвками к торсу и ветки высоко вздымались из-за их спин, похожие на те копья, что используются в гуртах. Недовольно поморщившись, я поднялся. Ну надо же, только добрался до самого интересного, и эти тут как тут. Может ещё чем пригрузить? Быстренько пораскинул мозгами, но ничего путного не придумал.

— Ладно, парни, двинулись к лагерю, — бросил с лёгким недовольством и первым зашагал к тропинке, по которой мы сюда пришли. Обозники, вытягиваясь цепочкой, молча двинулись за мной, скрипя на ходу охапками сухостоя. Пока выбирались из Кроми, размышлять было некогда, смотрел по сторонам. Вдруг азы, или эти… которые в логов могут превращаться. Забыл.

А как только Кромь осталась позади, жадно погрузился в мысли о магии. Интересно, что же я всё-таки собрал? Да, там всего колец десять, но зато теперь можно почти с полной уверенностью сказать — это начало воздушного плетения. Два блока готовы, осталось сделать ещё два. Хотя, возможно, уже собранные придётся полностью переделывать, вроде у меня там в каждом по три белых кольца, то есть включены сразу три ветви. Как бы не рванула эта «несусветная хрень» так, что и меня зашибёт.

В лагере было относительно спокойно — одна половина гуртов всё так же стояли на холме, другая, скорее всего, валялась на топчанах в палатках. Атак не было и вроде не намечалось. Что там за холмом, конечно, отсюда не видно, но судя по нестройности рядов на его вершине, легвонеры давно получили команду «вольно». С небом тоже всё «чисто», никаких признаков всякой летающей мерзости.

Заметив группу обозников, которую «возглавлял» Линк, я направился к ней. Сам здоровяк был тут же и зычно командовал, где что разгружать. Увидев меня, он нарисовал на лице довольную мину.

— С Ниго вроде всё хорошо, — принялся объяснять, как только я приблизился. — Лостад подходил, сказал. Молодец, хороший лег-аржант, помнит, кто в какой палатке обитает.

— Ну слава Номану, — выдохнул я с облегчением. — Надо бы вечером к целителям сходить, навестить.

— Меня не забудь прихватить. Ну куда ты сгружаешь жерди к сухостою?! — прикрикнул он на одного из «обозников» и снова обратился ко мне. — Вот же великая Эри. Не скажи он вчера и всё.

Мы помолчали немного. Потом я отдал приказ своим разгружаться рядом с тем местом, где сгрузили ношу Линковские.

— А Сваго с Лидом не пришли ещё? — спросил я, взглянув в сторону Кроми.

— Не было, — ответил здоровяк, прослеживая мой взгляд. — Да ничего с ними не случится. Все твари, я думаю, пока на той стороне. У меня такое ощущение, что они нас пытаются затянуть глубже в Зыбь.

Я перевёл взгляд на соратника. Честно говоря, у меня самого уже трижды возникала такая мысль. Крутятся по полю, не нападают, провоцируют лёгкими атаками. Вынуждают, чтобы мы за ними рванули. Понятное дело, что рано или поздно так и случится, хотя… Судить о тактике я не мог никак, по той простой причине, что о предыдущих войнах не знал практически ничего, кроме туманных, не всегда связных рассказов Альтора’Кранга. Сам старый магистр, как я понял, в войнах не участвовал и пересказывал мне либо услышанное им, либо прочитанное в книгах, чего он, в общем-то, и не скрывал. Так и начинал свои повествования — а вот ещё я читал… или — а вот один храмовник мне рассказывал.

— Ну и как ты думаешь, отдадут такой приказ? — спросил я у Линка.

Тот сначала пожал плечами, но через секунду ответил.

— Скорее всего. Этим чревловым штабным нужны победы. Хоть маленькие, но победы.

— А Сваго с Лидом у тебя брали что из Света? — задал я вопрос, который вроде был и не в тему, но на самом деле имел прямое отношение к нашему разговору. Если мы пойдём дальше в Зыбь, то нужно быть во всеоружии. И решать с этим желательно сейчас, потом времени не будет. Когда вокруг, куда не плюнь, твари Тьмы, уже не до тренировок и изучений новых плетений. Там, в глубине земель этих тварей — «…и снова бой, покой нам только снится». Впрочем, даже здесь, на самой окраине Зыби уже примерно такая ситуация. В любой момент может последовать очередная атака.

— Сваго брал второй круг, щас припомню, — Линк слегка наморщил лоб. — А, да. «Луч» и «сферу». А Лид не спрашивал ничего.

— Он в Шане тяжело переносил приём плетений, наверное, побаивается, — предположил я. — Тут же целителей под боком не будет, боль не снимут если что.

— Его дело, — Линк хмыкнул. — Насильно его заставлять я не собираюсь.

— Значит, придётся мне заставить, — сухо ответил я, не обращая внимания на ухмылку здоровяка. — Дело-то его, а «хвост» гурта плохо прикрытым остаётся. Кстати, и я тоже сегодня у тебя «кольцо» возьму, третьего… — на секунду замешкался и тут же поправил сам себя. — Четвёртого круга. Второй у меня есть, прыгну через один, ничего, выдержу.

— А как у тебя со Странствующими? — Линк перешёл на шёпот. — Срослось?

Я молча кивнул.

— Тогда, как обычно? — на лице бывшего охотника мелькнула лёгкая улыбка. — Баш на баш?

— Да без проблем, дружище, — ответил я ему такой же улыбкой.

Глава четвёртая

Вечером мы вчетвером собрались в нашей палатке, выгнали погулять всех легвонеров и на два часа погрузились в работу с магией. Лид естественно отнекивался, говорил, что он и стихийниками обойдётся, а Свет и первого круга нормально… В общем, как и предполагалось, он очень боялся болезненных ощущений. Минут десять ушло на уговоры, причём последние две в довольно грубой форме. Потом, Сваго и Лид полчаса отходили от приёма новых световиков, после чего — прокачка узлов. Прокачивали одинаково — начальными кусками светового «щита» первого круга, чтобы определить «слабое звено». Сваго с Лидом в этом плане сравнялись, стало быть, если что — придётся следить сразу за обоими флангами гуртового авангарда. А вот разрыв между мной и Линком здорово сократился. Хотя я и не особенно занимался именно прокачкой, но, видимо, работа в режиме сборки тоже увеличивает ёмкость узла. Когда Сваго с Лидом ушли, мы обменялись плетениями с Линком. Было бы неплохо, чтобы и у двух других наших магов имелся в арсенале «щит» Порядка, но даже если не взирать на уже понятные опасения, оставалась проблема с тем, как они его примут. По сути, даже Линка здорово тряхануло от новой надстихийной ветви, что меня удивило. Белый, словно мел, он повалился на топчан и пролежал, не шевелясь, минут десять, прижав ладони к солнечному сплетению. Дыхание учащённое, руки заметно дрожат, а волосы как-то разом намокли и прилипли ко лбу.

— Может, целителей позвать? — осторожно спросил я, но Линк в ответ только махнул рукой. В последнее время этот жест он использовал всё чаще, словно пытался показать — лишний раз рыпаться не стоит. Это война — чему быть, того не миновать. И хотя данный момент к войне никаким боком не относился, но общий настрой заставил его в очередной раз просто отмахнуться.

Впрочем, через минут двадцать Линк был в полном порядке.

— Слушай, а ты просто отлично через круг прыгнул. Совсем не больно что ли? — спросил он, усевшись на краю топчана.

— Больно, конечно, но уже как-то привык, — я улыбнулся и пожал плечами. — А, скорее всего, сказалось то, что недавно Порядок впервые принял. Вот там больно было, да. Только я терпел, не хотел Странствующему показывать.

— И правильно, — Линк довольно кивнул. — Пусть знают, кто такие храмовники.

Перед отбоем мы сходили к целителям, Ниго был рад, как ребёнок. Снова стал хвастаться, как он добивал тавманту и как не боялся умереть. Клянусь Номаном, повторил он раза три за время нашего посещения, ни разу не боялся умереть. Знаю же, что не зря. Ведь добил я эту тварь…

А ночью снова произошло ЧП, причём гораздо более серьёзных масштабов нежели налёт тавмант со «взрывами». Примерно через пару часов после команды «отбой» мы уже во второй раз за время пребывания здесь были подняты криком — «Гурт к бою!». Только теперь вдобавок в палатку влетел один из адьютов, в темноте я не разобрал — Келтик, нет — и заорал, чтобы мы хватали всё, что можем унести за раз — походные мешки, одеяла, и естественно — первым делом всё имеющееся в палатке оружие. И это здорово озадачило. Одевались в безумной спешке, ремень нацепил кое-как, так же кое-как застегнул доспех, нащупал мешок, схватил за лямку и бросил на плечо. Глупо огляделся во мраке, судорожно думая — чего бы ещё взять?

А помимо этого вопроса в голове метался второй — Что за чревл? Сюда что — бомба сейчас должна упасть? Бред.

Торопливо скатал одеяло, накинул на другое плечо, пельт, шлем… где же это чёртов шлем…

Через секунд десять выскочил на улицу, заозирался по сторонам.

— Все от стоянки! — раздался крик адьюта. — В рассыпную, парни!

Да что за хрень?!

Хотел было броситься вправо, но наткнулся на одного из легвонеров и изменил направление. Через секунду увидел впереди широкую спину Линка. Нормально, будет хоть у кого спросить, что, в конце концов, происходит. Я ускорился, пытаясь догнать здоровяка, но вдруг за спиной услышал звук, заставивший меня остановиться и развернуться. Странный звук. Сначала какое-то чавканье, тут же вслед за ним оглушающий шорох и гулкий удар — бу-ух. Внутри тела всё вздрогнуло, а глаза сами уставились на площадку между нашей и соседней палаткой.

Там земля вместе с притоптанным снегом резко вздыбилась, образовав бугор примерно двухметровой высоты и всё это сопровождалось весьма неэстетичным звуком, только на пару октав ниже. Потом бугор вдруг разлетелся во все стороны большими чёрными и маленькими белыми кусками, а вверх стало стремительно расти нечто похожее на толстый, диаметром метра в два, ствол сейконы.

Мамун, — мелькнуло в голове, и я на автомате поставил воздушный «щит», защищаясь от летящих в мою сторону кусков снега и экскрементов. А то, что чёрные это именно они, а не земля — слава Номану я знал, впрочем, и куском земли получить в морду совсем не айс.

Снег о «щит» разбился, брызнув весёлыми фонтанчиками, а дерьмо червя, отклонившись, пролетело мимо. Сам же червь в это время вытянулся вверх метров на двадцать. Ужасающее и завораживающее зрелище, до мурашек по всей спине.

На долю секунды застыв, словно оглядывая лагерь, он вдруг резко припал к земле и хвостом огромной кроги стеганул вправо, сбивая тех, кто не успел отбежать. Свист, как при мощном порыве ветра, вскрики людей, которые стали кеглями в боулинге, или скорее травой под лезвием косы, треск сметаемой палатки, видимо, ткань разрывалась о колья, а я громко ругнувшись, рванул прочь, подальше от опасного места. Ведь буквально через несколько секунд он ударит в эту сторону, по-инерции, как раскачивающийся маятник.

Шаг, второй, третий… меня повалил вперёд воздушный поток огромной силы, за спиной пронзительно засвистело. Ударившиеся о холодный затоптанный снег руки, проскользили дальше, лицо утонуло в сложеном шерстяном одеяле. Хорошо ещё пельт за спину закинул, воткнуться носом со всего маху в крепкое дерево… и писец перегородке.

Машинально вывернув кисть правой руки, ударил за спину «лучом», тут же вскочил и снова бросился вперёд. Через метров десять остановился, развернулся к червю лицом. Теперь меня от него отделяло приличное расстояние, не достанет. Хотя, чревл его знает — насколько он ещё может высунуться?

— Цел? — голос Линка за спиной. Я кивнул и резко сбросил на землю рюкзак и одеяло. Стоять и ничего не делать было глупо, тем более что со всех сторон в мамуна уже летели «лучи» штурмовиков. Ударил вторым кругом.

— Второй его не возьмёт, — снова голос Линка.

Сам здоровяк уже посылал в сторону огромной твари очередной «луч». Судя по интенсивности свечения — третий круг.

А это хорошо, что я не изучил такой вчера вечером, как предполагал. Ударил бы сейчас машинально и объясняй потом Линку, откуда взял. Это с одной стороны. А с другой — хреново, когда нечем воевать. Ну не с мечом же переть на эту махину?

— А если «срезнями»? — прокричал я, так как в это время червь издал всё тот же неэстетичный звук и изрыгнулся чёрными кусками. Слава Номану не в нашем направлении.

— Забудь! Штурмовики сейчас управятся.

Я окинул взглядом поле «боя». От десятков «лучей» в глазах запестрило, и даже ослепило. Переведя взгляд на то место, где должен быть червь, не увидел его вообще. Прикрыл веки, помассировал глаза подушечками указательных, снова открыл и пригляделся. Чёрный силуэт червя неохотно проступил из мрака, а точнее обугленные участки его длинного тела. Там, куда втыкались «лучи», его плоть светилась тёмным бордовым цветом.

Удары явно причиняли червю боль. Он хлестал всё яростней, хотя уже никого не мог задеть. Пару раз он сжимался, становясь наполовину короче, но потом снова принимал прежние размеры. Словно и хотел убраться прочь, но что-то его останавливало. Наконец, съежившись в третий раз, он вдруг вытянулся из земли ещё больше и смог сбить пятерых штурмовиков, стоявших ближе всего, а в конце своего нахлёста ухватил одного из них за руку. После этого резко замер и уже через секунду его гибкое огромное тело взметнулось вверх. Маг, рука которого была в пасти твари, полетел следом, отчаянно вопя. Второй рукой он бил червя «лучом», практически в упор, раз за разом, но тому было наплевать. Он схватил добычу и теперь, наверное, думал только о её поглощении. В темноте, да ещё на такой высоте разглядеть, как он жрал штурмовика, было невозможно, но через пару секунд снова раздался мерзкий звук и на землю упала нога. Подпрыгнула чуть и откатилась в сторону. Я против воли уставился на неё и с отвращением заметил, что она сгибается. Отвернулся, едва не блеванув от этого зрелища.

А червь, полакомившись, всё же решил убраться. На его огромном теле уже было несколько десятков бордовых обгорелых мест, он вдруг заревел, низко и протяжно и стал уходить под землю. Сжался немного, снова растянулся, снова сжался. Вкоре над площадкой осталось всего метров семь его подпаленного «лучами» тела. Штурмовики вытянутой линией быстро двигались вперёд, продолжая бить и бить световыми плетениями, и когда казалось, что червь вот-вот полностью уйдёт под землю, вдруг раздался оглушающий хлопок, словно лопнула покрышка, и торчащий на тот момент кусок червя, примерно метров в пять, огромной взбитой периной безвольно повалился на землю. Колыхнулся пару раз. Тут же во все стороны, словно взрывная волна, разлетелся жуткий смрад. Я скривился и зажал нос. Чревл, вот же вонючая тварь.

Но штурмовики как будто не замечали этого дикого амбре, они двигались вперёд и всё ещё продолжали бить «лучами» в лежащую на перемешанной со снегом земле часть твари. А мне вдруг в голову пришла мысль — а какая это её часть? Десятая, двадцатая? Какая у неё вообще длина?

А тварь тем временем оказалась не такой уж дохлой. То, что было на поверхности — то ли хвост, то ли голова — вяло зашевелилось, сжалось и вдруг довольно легко скользнуло под землю. Штурмовики резко перешли на бег, приблизились к «норе» и стали метать заклинания прямо в неё.

— Всё равно сдохнет, — уверенно проговорил Линк. — Заодно и ход перекроет своей тушей.

Мысль про ход появлялась и у меня. В том смысле, что он наверняка был. В твёрдом грунте черви передвигаются довольно медленно и поэтому предпочитают двигаться по заранее наделанным ходам. Стенки этих ходов некоторые виды вдобавок покрывают слизью, чтобы буквально скользить по «протоптанным дорожкам». Хотя чёрт его знает, может такой махине и твёрдый грунт нипочём.

Но если ход был, почему штурмовики или Высшие не попытались его обрушить? Неужели у них нет плетений навроде эхолотов? Хотел спросить об этом Линка, но не стал, а поинтересовался другим — сколько подобных тварей может быть в Зыби? В Шане говорили, что мало, но это слишком размытая формулировка, особенно, когда познакомишься с мамуном вживую. Как-то сразу хочется узнать о нём как можно подробнее.

— Ну, не много, — Линк задумчиво вскинул брови. — Вроде один-два на пятьсот кусков. Им большие территории нужны, чтобы прокормиться.

— Значит, поблизости может быть второй? — не без опаски спросил я, но Линк стандартно отмахнулся.

— А даже если и есть, он теперь этого жрать будет. Тут ему надолго хватит.

— У-у, — выдохнул я и уставился на несущегося к нам Лостада.

— Все в эту сторону побежали? — спросил он, едва приблизился.

Линк помотал головой и указал на то место, где когда-то стояла наша палатка. — Там он несколько человек сбил.

— Давайте туда, — лег-аржант прищурено окинул нашу толпу. — Первый гурт, все к палаткам! Раненых к целителям, мёртвых сюда переносите! — закричал он и первым бросился к нашей стоянке. Мы без лишних слов последовали за ним. И в самом деле, стоим, ждём чего-то.

Мне вдруг вспомнилось, как я столкнулся с одним из легвонеров, и меня пробрал мистический ужас. А ведь если бы не это случайное столкновение — как раз в ту сторону я бежать и собирался. Вытащив на бегу из-под ворота дублеты подаренный лазутником медальон, я поцеловал его и мысленно поблагодарил Великую Эри.

А тот легвонер? — появился в голове каверзный вопрос, но я тут же ответил на него своими же недавними мыслями — это война, здесь умирать будут на каждом шагу, и ты ни при чём абсолютно.

На площадке был найден всего один труп, из обозников, видимо, замешкался, или впал от ужаса в ступор и не смог убежать. А вот чуть дальше…

Примерно человек шестьдесят, а с той стороны казалось, что под хлещущий удар червя попало максимум два десятка. Впрочем, понятно, что остальных мы просто не разглядели в ночном мраке.

Пришлось тщательно проверять каждого, прощупывать пульс на шее — к счастью многие оказались просто без сознания, однако почти у всех были переломы. Троим так и вовсе не повезло, удар впечатал их в стоявшую здесь телегу, и их тела были перерезаны пополам краем борта, обитого железом. Раненых перемещали с осторожностью, укладывая на плащи. Где брать носилки мы не знали, а искать их сейчас, в этой темноте — долгая песня. Присев возле седьмого по счёту распластанного на снегу тела, дотронулся двумя пальцами до сонной артерии, прищурился, склонился ниже. Чревл! Аршого, тот самый стоящий прямо передо мной эгидник. Я тут же стянул свой жантский плащ и подозвал трёх легвонеров. Пульс у парня был, но очень слабый, значит, нужно действовать как можно скорее, но при этом и как можно аккуратней. Вдруг у него позвоночник сломан?

Медленно, почти не дыша, словно в руках у нас было что-то необычайно хрупкое, мы переложили Аршого на плащ. Скрутив углы, вцепились в ткань мёртвыми хватками и потащили раненого к госпиталю.

Вернувшись назад, принялись дружно восстанавливать палатки. Запасные подвезли на двух повозках, мы всем скопом быстро разгрузили, застучали молотки по железным колышкам, отовсюду стали раздаваться деловитые выкрики — тут сильней натяни!.. Угол, угол провисает!..

Однако у большинства легвонеров на лицах при этом читалось некоторое недоумение и даже страх. Как можно снова на этом месте ставить лагерь, если червь, возможно, находится рядом? Но как оказалось, всё уже давно проверено. Пара штурмовиков спускались в нору и убедились, что червь мёртв. Он успел отползти всего на восьмуху риги, где и окочурился по полной программе. Вдобавок к этому Высшие всё-таки «просканировали» весь подземный ход и подтвердили — огромный выброс магической энергии в почву имел место, а значит, мамун сдох. Случаев, чтобы мамун добровольно расставался со своей магической защитой, со времён появления Зыби не наблюдалось, поэтому все вздохнули свободно.

Примерно через пару часов разрушенная часть лагеря была восстановлена, топчаны, те, что не разлетелись в щепки, вернулись на свои места, остальные заменили новыми.

— А раньше они не могли проверить этот чревлов ход? — спросил я у Линка, бросая на своё угловое место новенький, пахнущий древесиной и смолой топчан.

— Проверяли ж, наверное. Но в Зыби этих ходов… — он присвистнул. — Многие на десятки лет мамунами заброшены, так что тут не угадаешь.

Я понимающе промычал в ответ, врубил магический фонарик и недовольно поглядел на шершавые, плохо обработанные доски новёхонького топчана. Чревл, матрасов у нас никогда не было, однако что-то вроде мешковины для подстилания всё же выдали. Но её я, разумеется, с собой не прихватил. Придётся ложиться так.

Сбросив с плеча походный мешок, я вырубил фонарик и наощупь расстелил одеяло — попробую как-нибудь изловчиться и завернуться в него.

— Какие потери? — послышался голос Линка, как только парни перестали громыхать топчанами.

— А кто его знает, — ответил один из эгидников, и здоровяк решил сделать перекличку. На его ладони загорелся неяркий шарик, подсвечивая снизу лицо. То ли игра света, то ли нет — но мне его лицо показалось каким-то чересчур уставшим и напряжённым. Да уж, и мимо бывалых вояк вся эта канитель просто так не проходит.

Остальная часть ночи прошла спокойно, но всё равно на утро чувствовался страшный недосып. Слава Номану, штабные вошли в положение и перенесли дежурство нашего гурта с утра на послеобеденное время, до которого многие и продрыхли. И я в том числе. Мысль позаниматься магией отбросил, как неудачную шутку — сон, сон и ещё раз сон. Эти будни войны начинают здорово утомлять. От постоянного холода, недосыпания, стояния на вершине холма, продуваемого со всех сторон ветрами — тело уже практически не ощущается. Вернее ощущается, но совсем не так. Как будто и не из мяса оно уже, а из дерева. Вот точно из такого, как топчан подо мной.

Но к обеду всё же пришлось подниматься, разгонять кровь быстрой зарядкой, умываться обжигающей ледяной водой, жрать лузянку с кусками сала домашних дролтов и с сухими лепёшками, и после этого бежать на построение. Короткое объяснение задачи — стандартное дежурство на холме — и вперь-од. Поднялись, взору открылась всё та же картина — сизоватое заснеженное поле, вдалеке лёгкая дымка, в ней виднеется с десяток «коробочек» слотов, стоят, суки, ждут чего-то. В общем, всё по старому — сиди и смотри. Глупо и скучно. Однако через полчаса появилась тема, вроде кто-то из штурмовиков ляпнул, потом слухами эта новость разнеслась по трём гуртам, стоящим здесь вместе с нами, и наконец, достигла славного, потрёпанного в мелких стычках первого гурта тринадцатого легвона. Завтра утром выступаем в Зыбь.

Глава пятая

Зыбь, Внешний Тонг, граница с Кромью

Снег в небольшой лесной полосе был глубоким, доходил почти до колен, а у стволов сейкон и вовсе лежал нанесёнными сугробами локтя в два. Высоко поднимая ноги, впереди шёл Виренг, держа в руке свёрнутую карту, а следом с недовольным лицом плёлся Дунк. Сегодня с утра старый Вул озадачил их «пробивкой» подхода к холму.

— Сходите, посмотрите, — сказал он, восседая на мягкой шкуре в шатре своих дригов. — Местность здесь для незаметного проникновения в тыл противника плохая, поэтому вам лучше ознакомиться заранее.

Младший амрал бросил ненавистный взгляд в спину человека. Ненависть эта родилась совсем недавно, искрой для её вспыхивания послужило то, что Виренг, как оказалось, превосходно ориентируется в незнакомых районах. Не любил Дунк, когда кто-то в чём-то превосходил его. А он умудрился буквально шагов сто назад ляпнуть несусветную чушь относительно месторасположения Лкухских болот. Человек не усмехнулся в ответ, а только спокойно ответил — вы немного заблуждаетесь. Но именно этот ответ и стал искрой. Ведь видно было по глазам — человек смеётся над ним. Презренная тварь, предатель своего народа.

Да и вообще в последнее время Дунк постоянно находился в плохом настроении. Все эти метания туда-сюда с катингой слотов его порядком раздражали. Вдобавок старший амул Варган’Наро, который командовал их катонгом, постоянно вызывал к себе младших амралов и проводил нелепые тактические разборы, строя из себя великого военачальника. Иногда молодому демону хотелось просто плюнуть в этого старого идиота, возомнившего, что он как-то влияет на ход операции.

А операция была до отвращения проста — затягивание легвонов внутрь их территории. Для этого они и шатались, как идиоты, по Весохскому полю на виду у людей.

— Здесь если левее взять уже болота начинаются, — проговорил человек, остановившись. При этом он указал рукой влево и Дунк машинально посмотрел туда. Ничего кроме серых стволов и сизого снега.

Человек же в это время присел, подогнув под себя ноги, и стал раскладывать на коленях карту. Дунк подошёл, заглянул сверху вниз в кусок пергамента, потом невольно перевёл взгляд на затылок человека. Всадить ему сейчас туда нож и всего делов, — мелькнуло в мозгу, и Дунк с чувством превосходства улыбнулся. Вот она эта тварь, в его власти. Захочет — убьёт, захочет — помилует.

— Так, эта тропка должна привести нас к холму, — вырвал его из сладких размышлений спокойный голос Виренга. — А вот тут уже лесополоса кончается, придётся брать левее, почти в болота, — человек кашлянул задумчиво, ещё пару секунд разглядывал карту, потом кивнул сам себе и стал её сворачивать.

— Почему бы не насадить на этом поле деревьев? — недовольно спросил молодой демон. — Зачем оставлять открытым такое большое пространство?

— Раньше тут был лес, но его вырубили, — Виренг сунул свёрнутую карту во внутренний карман дублеты и поднялся. — Ещё как только появилась Зыбь. А потом это место было чем-то полито, теперь тут деревья не могут расти.

— Что за чушь? — бросил Дунк, едва сдержавшись, чтобы не ударить человека. Опять он демонстрирует ему своё превосходство, теперь в знаниях. Он что — специально поддевает его?

— Так рассказывают лазутникам перед отправкой сюда.

— А ты был лазутником? — спросил демон, бросив косой взгляд на того, с кем ему по необъяснимой прихоти Двуликой Чрами приходится выполнять одно дело.

— Недолго, — человек улыбнулся, но тут же улыбка исчезла с лица. — Ничего интересного. Идёмте?

Они снова зашагали по занесённой снегом тропке, хотя Дунк уже и не был в этом уверен. Как тут разобрать — где тропка, а где нет? Прутся куда глаза глядят. Что за жизнь?

Вскоре лес действительно кончился, и справа взору открылось огромное поле. Именно по нему он и шатается со своими слотами, то приказ — идти к холму, то — отступать.

Они взяли левее, и снег стал ещё глубже. Вот теперь точно не по тропинке — подумал молодой демон.

Примерно полчаса они шли по краю лесной полосы, а потом, когда впереди замаячил ещё один холм, свернули вправо и вышли на открытую местность. Впрочем, видно их особенно не будет, сизые, в цвет снега плащи хорошо маскируют. Для пущей уверенности Дунк накинул капюшон и бросил взгляд на дальний большой холм. Отсюда расположившихся на нём людей не видно совсем, слишком далеко. Ещё полчаса и они поднялись на вершину. Сразу же приторно потянуло гнилью, значит, болота совсем близко, спустись чуть и ноги начнут утопать не только в снегу, но и в чёрной вонючей жиже топей.

— Дальше идти не стоит, — сказал Виренг и остановился. — Вот, смотрите, — он поднял руку и указал на узкую ложбинку. — Отсюда можно пробраться к самой Кроми, обойдя лагерь. Есть небольшая опасность забрести в топь, но мы возьмём с собой шесты, — человек кашлянул и ненадолго посмотрел на демона, после чего вернул взгляд обратно. — А там уже, — снова указал на виднеющуюся у горизонта чёрную полосу кромного леса, — Обогнём с тыла и подберёмся прямо к стоянке.

— Если они не пойдут в Зыбь, — буркнул Дунк.

— Насколько я знаю, никто их пропускать в Зыбь не собирается.

— Откуда тебе знать? — хмыкнул демон. — Я младший амрал, бываю в штабе, а ты…

— Так сказал Гат-Вул, — мягко перебил Виренг, — А он общается со штабными в немного другой обстановке. За чашечкой жжола, например. А вы сами знаете, что такое доверительная беседа, — человек позволил себе легонько улыбнуться, и Дунк тяжело втянул в себя воздух.

— Хорошо, пусть будет так, — в голосе проступила злость. — Всё? Мы тут уже разобрались? Тогда возвращаемся, мне это всё надоело к Номановой бабушке.

— Не думаю, что у Номана была бабушка, — пошутил вдруг человек и Дунк сжал кулаки.

— Вы забываетесь!

— Но это действительно так, — совершенно спокойно прозвучало в ответ. — У Номана не было бабушки.

Дунк поиграл желваками, потом резко развернулся и зашагал прочь.

Дорога обратно заняла меньше времени. Туда они шли осторожней, боясь провалиться в какой-нибудь овражек, а теперь быстро шагали по своим собственным следам. Спустились вниз с холма, прошлись немного по открытой местности, вступили в лес. Дунк ускорился. Лучше уж проклятые слоты, чем эта мразь, строящая из себя умника.

Они взяли вправо, потом долго плелись по прямой, вот широкая и густая заросль кустарника, которую им по пути сюда пришлось обходить… Глядя на глубокие ямки следов, демон стал размышлять — почему он? Не встретил бы тогда в парадном холле Чит-Тонга эту старую развалюху Гата и всё — никаких…

Лёгкий скрип впереди заставил отбросить мысли, он резко вскинул голову и увидел всего в десяти шагах от себя трёх храмовников. На их лицах, как, наверное, и на его, застыло ошеломление.

Что за… — мелькнуло в голове младшего амрала.

Но это состояние длилось всего мгновение. А когда оно слетело, словно осенний лист от порыва ветра, всё тут же стало происходить с такой скоростью, что на мысли и ощущения времени не оставалось.

Одновременно вспыхнули три световых «щита» и почти сразу в сторону Дунка полетели «лучи». Он почувствовал сильный толчок в спину, повалился вниз. Лицо воткнулось в глубокий рыхлый снег, который тут же набился в ноздри, заколол ледяными иголками. Снова толчок, теперь в плечо.

— Ставь Тьму! — крик человека, и Дунк быстро сплёл «щит». После чего рывком перекатился в сторону, вывернул голову в сторону противника, и вскинув руку, ударил «кулаком Чревла». Небольшой чёрный шарик метнулся вперёд, сломал пару веток кустарника и устремился к одному из людей. Но тот успел заметить и в последний момент дёрнул световой «щит» вправо. Шарик ударился в оранжевую преграду, щелчок, шипение. И шарик и «щит» в долю секунды разрушились, напитывая пространство энергией и запахом послегрозовой свежести, а демон вскочил на ноги.

Храмовники меняли позиции. Один уже был шагах в сорока от своих соратников.

Хотят поставить нас под перекрёстный удар, — врубился Дунк и послал в сторону бегущего человека два «кулака Чревла» с интервалом в три секунды, быстрее он не мог. Виренг тем временем сдерживал атаки двух остальных. Перед ним лёгкими светящимися прямоугольниками пульсировали сразу четыре «щита». Три стихийных и один из Порядка. Силён, Номан его дери, — не без неприязни подумал демон и метнул в сторону отбежавшего в сторону храмовника «вихрем» третьего тонга. Неплохое плетение из ветви Воздуха, убить не убьёт, но может отвлечь противника, свалить его с ног, и тогда вдогонку неплохо идёт «кулак» или «стрела Тьмы».

Но храмовник оказался не промах. Он резко поставил «щит» Воздуха, так что «вихрь» не причинил ему никакого ущерба, и даже «щит» развалился не полностью. Четвёртый тонг, — резанула мысль. — Если даже не пятый.

Дунк бросил мимолётный взгляд на Виренга, не заметил ли тот его беспомощности?

Но Виренг был полностью увлечён своей битвой и у него выходило гораздо лучше. Он уже умудрился серьёзно ранить одного из своих противников и пока тот приходил в себя, полностью переключился на второго. Атака была впечатляющей. «Молния» первого тонга, следом «кулак», ещё «кулак» тонгом выше, ещё один, и снова выше тонгом, а следом самый простой «срезень». По всем плоскостям и по всему «росту». Тактика «широкого удара», так это называли в военной аргелии в Рут-Тонге. Дунк знал, но вот применять её… для этого нужны колоссальные запасы магической энергии и скорость. А скорость у этого презренного предателя была потрясающей, немыслимой. Чревл его испепели!

Храмовник отбивался из последних сил, его «щиты» обрушивались под этим натиском, и брошенный последним ледяной диск он не смог удержать. «Срезень» вошёл ему в живот, углубился на две трети, вспоров кожу, как самый тонкий алкахин. Храмовник завопил, попытался обеими руками прикрыть рану, словно не соображая, что там торчит острый ледяной диск. Но, увидев, как храмовник хватается за него и до мяса разрезает ладони, пытаясь вытащить, демон понял, что дело тут вовсе не в соображении. Ему просто всё равно, он хочет лишь одного — избавиться от мучительной боли, вырвать её из себя вместе с диском. Словно после этого она утихнет.

Демон усмехнулся, но времени терять не стал. Сплёл «стрелу» четвёртого тонга и она молнией метнулась к третьему храмовнику, который в этот миг пытался пробить защиту Виренга «огненными вздохами». То, что на него, на Дунка, он даже не обращает внимания — разозлило. Вдобавок «стрелу» он успел отбить.

— Держи третьего! — в это время зло проорал Виренг.

Дунк, замешкавшись, метнул ещё одну «стрелу», затем перевёл взгляд на первого храмовника. Тот уже очухался и попробовал сотворить что-то из Огня. Вокруг кисти вскинутой руки образовалось переливающееся оттенками красного облачко, но вдруг оно разлетелось в разные стороны крутящимися ошмётками, и на лице храмовника мелькнуло отчаяние. Всё, пустой, — сообразил Дунк. — Сейчас он его добьёт.

Но к удивлению демона, Виренг добивать не стал. Он замер на секунду, и когда храмовник медленно достал из ножен меч, проделал то же самое.

Идиот! — мысленно выругался Дунк. — Решил поиграть в благородство? Или чувствует вину перед своими?

Но копаться в этом времени не было, третий человек тоже достал меч и бросился к ним. Или как его соратник опустошил узел, или сообразив, что магическую защиту Виренга ему всё равно не пробить, решил попытать счастье в мечевом бою?

Поддаваясь азарту, Дунк выхватил свой тирогский, слегка изогнутый клинок и бросился ему наперерез. Сталь на сталь — это он любил. Аземы, его подопечные на той стороне, могли управляться тирогскими клинками виртуозно, и он несколько раз, так чтобы другие не узнали, брал уроки у одного высшего. Потом он его, конечно, убил, чтобы тот не распускал язык, но по большому счёту — это были уже мелочи. Главное, что он освоил несколько эффективных приёмов.

Звон стали раздался почти одновременно, ну разве что Виренг начал бой секунды на две раньше. Дунк набросился на храмовника с лёгкостью, уверенный в том, что в бою с холодным оружием он точно превосходит этого ублюдка. Выпад, колющий, шаг в сторону, размашистый рубящий, отскок… через минуту Дунк справился, всадив острие клинка в горло противнику, потом уперевшись ногой, загнал его глубже, почти по самое перекрестие. Не удержавшись, ткнул пальцем в рану, и быстро согнув руку, слизал горячую, ещё пахнущую жизнью кровь. Ничего особенного, такая же, как и у Других, разве что солонее.

Отпихнув храмовника ногой, он сделал пару шагов вперёд, и присев возле рухнувшего тела, тщательно вытер клинок об дублету.

— Готов? — раздался сзади голос Виренга.

Дунк скривился, ещё раз провёл туда-сюда клинком по ткани и поднялся.

— Наверное, лазутники, — не дождавшись ответа, задумчиво проговорил человек и Дунк заметил, что тот даже не запыхался. Сам же он дышал тяжеловато, то ли минутный бой на клинках успел вымотать, то ли от злобы. — Надо обыскать их, — добавил Виренг и бодро зашагал к одному из убитых им.

Дунк снова присел, прошарил карманы. Ничего.

А вот Виренг нашёл маленькие кусочки пергамента, исчерченные линиями, словами и цифрами.

— Лазутники, — повторил он, на этот раз с полной уверенностью. — Всех посчитали, — на его губах мелькнула усмешка. — Даже ядошипов. Как в лагерь пробрались, непонятно.

Легко пожав плечами, Виренг перевёл взгляд на труп, и вдруг его лицо напряглось, а на широком лбу проступили две глубокие морщины. Секунда, и он справился — морщины исчезли, лицо стало непроницаемым. — Идёмте? — спросил он, но голос слегка дрогнул.

— Знакомец? — не без радости спросил Дунк, кивнув в сторону третьего храмовника. — Трудно воевать против бывших друзей, да?

— Нет, я его не знаю, — в голосе снова безразличное спокойствие. — Показалось, просто.

Развернувшись, Виренг молча двинулся вперёд. Подойдя к телу храмовника, из живота которого торчал так и не вытащенный, перемазанный кровью ледяной диск, он просто переступил его и продолжил путь. Но Дунк почему-то увидел в этом свою победу и скривил в ухмылке рот — слава Чревлу, он хорошенько поддел эту мразь.

Глава шестая

Как ни странно, но в этот раз наш гурт потерял всего дюжину бойцов, остальные из тех шестидесяти оказались легвонерами третьего. Их стоянка находилась чуть южнее и многие спросонья, а скорее от незнания, ломанулись к нашим палаткам, за что и поплатились потерей сорока восьми молодых, подготовленных к войне парней. Подготовленных к прямым стычкам на поле боя, но бессильных против внезапного нападения огромной подземной твари. Хтоническое существо, мать его.

Время медленно тянулось за разговорами, в основном обсуждали завтрашнее выступление в Зыбь. Хотя лично я не понимал — что это значит? Вон ведь стоят орды тварей, разве они позволят нам углубиться на их территорию? Да и вообще. Не лучше ли всё время Вздоха прокантоваться здесь? Понятно, что в этом случае твари продолжат применять тактику истощения, но, по-моему, совладать с подобным куда проще, нежели выжить там, в глубине этих чревловых земель Тьмы.

Штабу нужны победы, — вспомнились слова Линка. Я бросил на него взгляд, здоровяк что-то увлечённо рассказывал, но отсюда не разобрать. Посмотрел в сторону поля. За лёгкой дымкой вся та же фаланга слотов. Зевнув, влился в текущий рядом разговор…

Когда на небе появились первые звёзды, нечётные гурты сменили отоспавшиеся за время нашего дежурства чётные. И снова усталость сомкнула мне веки, едва я прилёг на топчан. Вроде и не делаем ничего, но стояния на вершине холма выматывают не хуже самых активных действий.

Слава Номану третья ночь обошлась без приключений, что сказалось положительно на самочувствии. Я даже проснулся сам и некоторое время удивлённо прислушивался к себе и к тому, что было за моим «пространством». Снаружи тихо, даже храпа соратников не слышно, внутри бодрость выспавшегося организма. Приподнявшись на локте, медленно осмотрелся. На секунду показалось, что я в палатке один, или вообще не в палатке, но тут же опровергая этот бред, кто-то всхрапнул, дёрнулся во сне.

В голову пришла мысль использовать время до побудки с толком.

Устроившись удобней, я занялся изучением «щита» Порядка. Собрал первый блок, остановился, разобрал, попробовал собрать два. Где-то на середине второго что-то запнулось, я замер — неужели… но тут же сборка продолжилась, и я облегчённо выдохнул. Разрушив четверть плетения, снова стал собирать, на этот раз три блока. Снова заминка, теперь чуть дольше, и опять проскочило через секунд пять. Фух, что-то как-то напрягают эти заминки. Как бы не вышло того же, что и с «огненной стрелой».

Я вновь разрушил плетение, начал с нуля, рассчитывая теперь собрать четыре блока. При этом внутри меня стало расти нехорошее предчувствие. И на середине четвёртого блока — воткнулся. Как с разбега в стену. Чревл!

Попытался «продавить», напрягая узел на полную катушку — бесполезно. Ладно. Разобрал, чтобы ещё раз попробовать с нуля…

— Гурт, по-о-дъё-о-ом!

И тут же в палатке как будто заворочался великан — скрипы досок, шум откидываемых разом одеял, невнятные бормотания.

Сука. Ненавижу оставлять что-то недоделанным. И хуже всего, когда оставлено это недоделанное в таком очевидно застопорившемся месте.

Но пришлось подрываться вместе с остальными. Сорок секунд и я в полной амуниции выскочил из палатки. За ней было ещё темно, лишь со стороны Кроми тьма слегка серела, отчего, словно на проявляющейся фотографии, выступали из глубины ночи вековые сейконы.

— Гурт, стройсь! — голос Лостада был каким-то торжественным. Сердце невольно ускорилось, значит, всё-таки выступаем.

— На сегодня нашему славному тринадцатому легвону поставлена боевая задача, — продолжил лег-аржант, и торжественность в его голосе стала расти с каждым словом. Где-то за спиной, словно эхо, вторил ему лег-аржант третьего гурта, а вскоре эффектом «звук вокруг» примерно такая же речь стала доноситься со всех сторон. — Единым ударом захватить новый плацдамес — поле перед холмом и удержать его до подхода двенадцатого легвона. После чего небольшими отрядами произвести зачистку окружающих территорий на расстоянии в четыре риги. Начало наступления ровно через час, построение через полчаса. Гу-урт, разо-ой-тись!

Мы бросились приводить себя в порядок, умывание, чистка шлемов, затачивание мечей и боевых ножей, подгонка ремней на щитах и доспехах, та же подгонка подшлемника, проверка как он крепится к самому шлему — чтобы ничего во время боя не мешало. В бою секундная заминка может стоить жизни. Съехал шлем, закрыл на миг обзор — и всё. Ты труп.

Завтрак был скудным, ранение в живот набитый до отвала жратвой — это тоже — ты труп. После завтрака нам выдали примерно по двести грамм хорского, чтобы притупить страх. А он был. Небольшой, но был.

Через полчаса мы стояли на плацу, подтянутые, с каменными лицами, каждый думал о своём.

— Гурт, правое пле-е-чо!

Четыреста воинов повернулись и двинулись к холму. Справа и слева ещё гурты, чуть дальше турмы. Логи шагали понуро, всадники сдерживали их, чтобы идти вровень с нами. При подходе к холму остановка. Мы выстроились в боевой порядок — четыре гурта впереди, потом три, потом снова четыре. Турмы заняли позицию на флангах, всадники спешились и по склону логов вели за поводья.

Наконец, мы поднялись на вершину. Дымка над полем висела утренняя, густая, но и в ней были заметны тёмные ряды выстроившихся в фалангу тварей.

Не останавливаясь, мы пошли вниз. Под ногами скрипел снег, и этот скрип висел вокруг нас такой же густой пеленой, как и дымка. А я внимательно смотрел туда, в белесый туман — отступят или примут бой?

Склон как-то быстро закончился, многие тут же стали крестить лицо, как и там, при входе в Кромь. Я поднял руку, пробежал ею быстро вправо-влево-вниз-вверх, и ещё раз проверил, хорошо ли сидит шлем.

Твари стояли на месте безмолвной стеной и с каждым шагом становились всё отчётливей. Прошагав треть риги, мы уже могли разглядеть крупные детали. Щиты чуть меньше скутов, копий не видно, лица серые, на головах дурацкие шлемы в виде перевёрнутых подносов.

— Гурты-ы, копья-я вниз! — зазвучало в несколько голосов, и идущие в одной шеренге со мной опустили тяжёлые древки на скуты эгидников.

Я бросил взгляд вверх, слава Номану, ни одной летающей твари.

Но они появятся. Обязательно появятся, — прошептала мне интуиция.

Впрочем, я не обратил на неё внимания. От слотов нас отделяло всего метров сто. Встряхнув левой кистью, я приготовился к атаке, не забывая поглядывать наверх. Возможно, придётся спешно ставить «щиты».

И вдруг яростный то ли ор, то ли вой — слоты рванули в нашу сторону. Словно обезумевшие варвары-берсерки.

— Гурты-ы, к бо-ою! Маги стихийными!

Шорох вытаскиваемых из ножен мечей, словно под нашими ногами проползли тысячи змей, звонко запевшая сталь. Вот оно, началось.

Я вскинул руку и воткнул в одного из слотов «молнию». Тварь завалилась на ходу, забилась в конвульсиях, по ней тут же пробежало несколько других тварей.

— Во славу Номана-а-а-а! — едва перекрывающий безумный вой слотов человеческий крик. Наш ли это аржант, не наш — уже не понять. Три секунды, две, одна…

Удары, треск, крики боли. Слоты налетели на гурты лавиной. Несколько повисло на копьях, эгидники заработали короткими боевыми ножами, пытаясь достать прорвавшихся меж редкого частокола древков.

И всё это вот — вытяни руку и её тебе отрубят.

У слотов было нечто вроде наших боевых ножей, только шире примерно на палец и длиннее на полкисти. Остриё короткое, начинающееся резко, как хвост у габонской гадюки. И махали они своими клинками — дай боже — часто и яростно.

Я убил ещё двух тварей «молнией». Сначала второй круг, потом первый. Последнее плетение справилось не хуже. Значит, будем бить им, экономя энергию.

Примерно посредине шеренги слоты ранили эгидника, он рухнул на колени и мы с Линком одновременно ударили в это место боевыми плетениями. Я всё той же «молнией», он чем-то непонятным. Но сейчас это не интересовало. Парень из второй шеренги обогнул эгидника, и бросив копьё, вступил в схватку с двумя слотами. Я помог ему, уничтожив одну из тварей, и тут же вернул взгляд к «своему» сектору. И здесь ранили одного из эгидников, четвёртого слева. Чревл!

С полдюжины обрадованных тварей тут же бросились вперёд, одна из них с двух ударов перерубила массивное древко копья, конец которого вместе со скутом ушёл вниз. «Молния» левой, правая на автомате, слегка вывернувшись, потянула из ножен меч. Ещё минута-две и он мне понадобится.

И в это время эгидник, заменивший Аршого, рухнул. Всё, нет и десяти секунд.

Удар «молнией» одной из тварей прямо в морду, вторая получила в глаз «коготь виара». И даже нет времени посмотреть — ранен эгидник или нет.

— Прости, — шепнул я, и вырвав у него тяжёлый скут, бросил его вперёд. Недалеко, но достаточно, чтобы твари на мгновение расступились в стороны. А я уже впрыгивал на это скут — «молния», рубящим наискось рассёк лицо самому ближнему слоту, ещё «молния».

— Держать шеренги-и-и! — словно с вершины холма донёсся до слуха едва различимый в безумном сплаве звона и криков, приказ.

Держим, мать вашу, держим.

Слот с перерубленным лицом повалился прямо на меня, выронив оружие и хватаясь обеими руками за рану. Его душераздирающий вопль впился мне в правое ухо, и я, стиснув зубы, с силой оттолкнул его ударом «майя-гири». И тут же в висевший за спиной пельт что-то воткнулось, да так, что показалось — затрещало в затылке, хотя и понимал — это трещит дерево щита. Я резко развернулся, едва успел уйти от второго удара и «обработал» этого приборзевшего «оглушением». Он схватился за уши, и я, отрубив ему одну из кистей, вонзил клинок сантиметров на пять в шею. Из раны хлынула кровь, на удивление оказавшаяся тёмно-красной, запузырилась от переизбытка кислорода. А рот твари стал быстро открываться и закрываться, наверное, она тянула в себя воздух, с хрипом, с бульканьем, но этого я из-за звона не слышал. Вырвал клинок, отбил подыхающее тело «кулаком» и следом ещё «молния» в подобравшегося справа.

Надо бы оглянуться, что там наши? Но некогда. Ещё две твари прямо передо мной. И вдруг из-за спины пролетевший клинок слотов, который метнули на манер копья. Он вошёл одному из парочки в горло, а второго уже убил я. Обманный подсекающий снизу вверх, тут же хитрым макаром поменял траекторию и разрубил этому ублюдку рёбра. Его взгляд застыл с изумлением на моём лице, но через мгновение, отшвырнув от себя меч, он развернулся и побежал прочь. А я краем глаза увидел того, кто прикончил метким броском первого слота. Низкорослый сбитый парень из третьей шеренги. Он уверенно шёл вперёд, рот стиснут, желваки ходят вверх-вниз, а само лицо застыло маской безумной злости… Наверное, так же выгляжу и я.

Слоты с упорством продолжали атаку. Чревл, какая там глубина их фаланги?

Я снова вскочил на скут. Ничего, нормально — глубина всего с пару десятиц тварей.

Молниеносный колющий удар, ещё один слот упал, ударившись лицом в «щит» под моими ногами. Край его шлема со скрежетом черканул по железной окантовке. Впрочем, в этот момент я уже отскочил в сторону и ввязался ещё в один бой. Краем глаза заметил, что в сражение вовлечена примерно треть гурта, остальные же толпятся чуть дальше, пытаясь прорваться вперёд.

— На, сука! — я вырвал клинок из живота слота, с отвращением заметив, как целый сгусток месива из крови и кишок прилип к перчатке. Тряхнул резко рукой. Ошмёток слетел.

Слева, в сантиметре от плеча что-то просвистело, я почти присел, повернул голову вслед звуку и увидел, как в грудь одного из слотов воткнулся дротик. Рывком голову назад, нашёл взглядом кинувшего, подмигнул ему, скривив рот в злой ухмылке. Вот так вот дружок, своего ты на тот свет отправил.

Справа, словно из-под земли, выросли два легвонера, взгляды обращены на меня. Я ткнул левой рукой в сторону группы из восьми тварей, которым сопротивлялись всего трое парней.

— Там помогите!

А сам бросился вперёд, врубаясь в самую гущу мерзких существ. Здесь в бою я уже смог разглядеть их полностью. Серые широкие лица, прямо под цвет мундиров, глаза узкие, губы тонкие, как нитки, между пальцами перепонки…

Снёс голову очередной твари, сбил одну с ног «кулаком», проткнул сверху, дёрнул рукой на себя, и тут же скрестил мечи сразу с двумя. Удар в горло, развернул задёргавшуюся в конвульсиях тварь, прикрылся ею, потом с силой оттолкнул от себя оседающее тело. Снова «молния» влево, огляделся быстро.

Мы их добивали.

Вокруг мелькало множество белых, с пятнами крови плащей и единицы серых мундиров. Но бежать слоты и не думали, бились до последнего. В этом молодцы, как воины фуфло, но безумной отваги не занимать. Или их там ждут местные заградотряды?

Я поглядел на ту сторону поля. Дымка успела стать менее плотной, и где-то риги за две от нас я увидел тёмную полосу. Прищурился. Нет, это не лес и не кустарник.

— Парни, стройся в гурт! — заорал изо всех сил. Звон стали уже почти стих, и мой голос прозвучал неожиданно громко. Многие обернулись, кивнули, двинулись назад.

Я же рванул к правому флангу нашего подразделения, отыскал Линка.

— Где Лостад? — спросил, тяжело дыша и глядя, как с его боевого ножа на землю капает кровь.

— Убили Лостада, — зло выдохнул здоровяк.

— Ка-ак? — моё лицо вытянулось.

— Чревл его знает. Накинулись на него сразу десятицы две. Я пока прорвался, они его уже дротиками изрешетили. Парни утащили тело, — он указал клинком в сторону второй и третьей линии легвона.

— Сука! — ругнулся я по-Земному и резко обернулся. Гурт почти выстроился, потери на глаз — шеренги две.

— Давай, гурт строй, — подняв руку, я ткнул в направлении новой орды тварей. — Там ещё идут.

Линк кивнул, бросился к нашей «коробочке». Я на секунду перевёл взгляд на свой меч, кровь с острия не просто капала, а лилась. Такое ощущение, что внутри клинка есть полость, куда она успела набраться вдоволь. Присев, спешно вытер его о серый мундир одного из дохлых слотов, посмотрел на второй гурт. Тот был тоже потрёпан не сильно. Насчёт остальных непонятно, третий вон до сих пор не построился, добивают лежащих тварей. Вскочив на ноги, я сунул меч в ножны и рванул к своим.

— Соберите скуты! — заорал метров с десяти. — И копья! Вы, — я обвёл пальцем с две дюжины легвонеров. — Посмотрите раненых и оттащите их хотя бы за наши спины!

Парни бросились выполнять, а справа раздались крики адьютов — Вторая линия, с первой в фалангу!

Это означало, что сейчас нам нужно будет маневрировать, перемещаться чуть левее, давая место.

— Парни, быстрей! — заорал я, тем, кто рыскал среди тел в поисках раненых и неразбитых щитов. Вспомнил про свой пельт, стащил со спины. На этом коротком пути он развалился на две части, и я бросил его под ноги, зашарив вокруг глазами. Увидел возле одного нашего убитого целый, подошёл, аккуратно разжал уже начавшую коченеть кисть руки и осторожно потянул щит на себя.

— Держим строй! — голос Сервия заставил обернуться. Арх-лег славного тринадцатого нёсся вдоль фронта с тремя адьютами. — Не отступать, парни! Двенадцатый уже на подходе!

От этих слов лоб сам по себе нахмурился. Значит, без него мы не спра…

Грубо, как лезущую целоваться пьяную шлюху, я отпихнул эту мысль и вновь бросил взгляд на поле. Тёмная стена приближалась, всё чётче проступая из тумана. Теперь уже можно было разглядеть детально. В основном те же слоты, но не только. Между ними какие-то ещё твари, мундиры чуть темнее, а рожи наоборот — светлей. Даже слишком светлей — как бледные поганки. Напряг память — кто это может быть? Но мысли тут же замерли, когда взгляд застыл на огромной и ужасной на вид твари. Насчёт этих я вспомнил сразу. Раксы. В руках длинная и массивная палица. Скосил глаза влево, медленно повёл в обратном направлении. Эти раксы были, мать их, примерно через каждые двадцать метров.

Я бросился к своим.

— Первый гурт, сорок шагов влево! — прокричал Линк. Чревл! При новой схватке нам придётся идти по телам своих, — мелькнула вдруг у меня в голове мысль, закружила чёрным виаром, я непроизвольно стиснул зубы.

Три гурта второй линии вместе с нашими выстраивались в фалангу, третья линия подтягивалась ближе.

— Оттащили? — спросил я у вернувшихся на свои места парней.

— Восемь раненых, остальные мёртвые, — отрапортовал один из них. — Раненых оттащили. Там уже сзади и целители есть, они забирают.

Я кивнул, оглядел всех внимательно.

— Так, если что, — начал громко, — Сразу в схватку не лезем и не рассыпаемся, лучше чуть отойдём назад. Но не больше двадцати шагов. Передайте по гурту.

Мои слова тут же стали повторять, через полминуты я поймал взгляд Линка, он кивнул, соглашаясь.

— Тавманты! — прокричал один из парней и мы разом задрали головы. Штук сто, с теми же голубоватыми шарами в лапах.

— Маги-и, «щиты-ы»! — приказ лег-аржантов, уже без нашего. Нашего нет. Как? — снова вопросил я. — Как, чёрт их дери, они сумели его убить? О, Великая Эри…

— Блядь! Мне нужно пополнить узел, — бросил я ближнему ко мне легвонеру. — Передай в хвост, пусть Сваго с Лидом тоже восстановятся.

Не теряя времени, кинул под ноги пельт, плюхнулся на него задницей. Провёл восстановление на пределе, через секунд двадцать вскочил, сразу же поставил воздушный «щит». И буквально через мгновение в него воткнулся первый «взрыв», почти полностью разрушил край плетения, но и сам безвредно распался на составляющие. Я метнул в одну из подлетавших тавмант «лучом», тварь кувыркнулась в воздухе, рухнула вниз.

В «щит» воткнулись сразу два «взрыва», обрушили его полностью, я поставил новый.

— Гурты-ы, сорок шагов наза-ад! — взметнулся над полем приказ и мы попятились.

А с флангов нашу фалангу уже обтекали стрелки и штурмовики. Последние поддерживали удар гуртовых магов, отчего тавманты долетали разве что через одну. Но те, что долетали, стали использовать иную тактику. Они не сбрасывали шары, а вместе с ними пикировали вниз, стараясь юркнуть в пространство между краями «щитов».

Я методично бил «лучами» второго круга, снёс ещё пару тварей, но многие всё же достигали своей цели — проскакивали между «щитов» и врывались прямо в ряды выстроившейся фаланги. В наш гурт рухнула всего одна, куда-то в хвост. Послышался мощный хлопок, дикий вопль раненых.

А перед нами уже спешно выстраивалась длинная полоса стрелков. Задрав луки высоко вверх, градусов под пятьдесят, они разом спустили тетиву, и сотни стрел, протяжно засвистев, устремились ввысь. Десятка три сбили почти всех оставшихся в небе тавмант, а остальные устремились дальше.

Секунда, вторая, и их тяжёлые наконечники уже смотрят вниз, а спустя миг на тварей обрушивается смертоносный свистящий дождь.

Даже отсюда я разглядел, как слоты поднимают деревянные щиты, пытаясь укрыться, как кто-то из тварей ставит магические, но всё равно очень многие оседают на землю, словно им подрезают ноги невидимым серпом.

— Гурты-ы, вперь-о-о-од!

Разделясь на две части, линия стрелков рванула к флангам, освобождая путь, и мы зашагали навстречу новым ордам Тьмы.

Глава седьмая

— Вниз смотрите! — проорал я. — На своих не наступать!

Мы шли по телам, и шеренги на время стали не такими стройными. Легвонеры пытались не наступить на соратников, которые ещё несколько минут назад стояли с ними плечом к плечу, а теперь были мертвы, и от этого шаг сбивался. И вдруг крик, совсем рядом. Я рывком повернул голову.

Один из парней во второй шеренге, выпустив из рук копьё, ухватился двумя руками за пах. Я увидел, как с его пальцев капает кровь, и нервно вздрогнул. А трое легвонеров уже превращали в дуршлаг ту тварь, что нанесла удар.

— Смотрите вниз! — снова закричал я. — Есть живые слоты! Копьё возьми! — добавил, встретившись взглядом с высоким худощавым парнем из третьей шеренги. Тот кивнул, и нагнувшись, поднял выроненное соратником копьё.

Раненного тем временем под руки вытащили из гурта, он дико орал и извивался, потом стал звать маму. И от этого крика мои челюсти словно свело, я понял, что готов рвать этих тварей бесконечно — день, два, три — плевать. Я буду их рвать пока не порву последнюю.

— Ты! — я ткнул в идущего рядом. — Бегом ко второму гурту! Сообщи, что наш лег-аржант погиб. Да и ещё, — я ухватился за рукав уже собравшегося убегать парня. — Скажи им, пусть выделят нам хотя бы трёх-четырёх штурмовиков. Где они вообще, мать их дери?!

Парень кивнул и тут же, развернувшись, бросился исполнять приказ, торопливо протискиваясь между необращающих на него внимания легвонеров. Они смотрели вперёд, с каменными лицами, крепко сжимая рукояти клинков.

Ведь до тварей было уже совсем ничего. Пятьдесят метров, сорок, тридцать. Я не отрываясь смотрел на ракса, вот кого надо валить первым… Рост метра три, руки длинные, ниже колен, оскаленная морда… По всем прикидкам он «ворвётся» в гурт где-то посередине.

Мы с Линком ударили вместе, я «лучом» второго круга, он третьего или четвёртого. Ракс закрылся тёмным, почти чёрным «щитом». Второй его не возьмёт, — мелькнуло в мозгу. А третий я так и не изучил.

Значит, «молнией». Пусть хоть озадачится установкой лишних «щитов».

«Молния» третьего круга с мощным треском ушла в сторону огромного демона, он не заметил её, дёрнулся от удара, заревел и тут же снёс ударом палицы эгидника. И в это времени мы столкнулись — фаланга на фалангу, всё, теперь приказов не расслышать. И твои приказы не расслышат.

Удары сталь о сталь, по дереву, треск щитов, один из копьеносцев подлетел в воздух — это ракс ухватился за древко и резко надавил. Легвонер упал вперёд, сбивая идущего перед ним эгидника, ракс добил его палицей, смяв шлем, и к этому месту с радостным гиканьем рванулись несколько бледных тварей.

Кто они? Аспейны?

Я стал бить в них «лучом» второго круга, свалил одного. Второму попал в плечо, тот завертелся волчком, завыл, судя по лицу.

— Гу-урт! Шаг наза-ад! — заорал я во все лёгкие. Меня услышали, и разом отступили. Там, где орудовал ракс, парень из третьей шеренги подхватил скут и закрылся им от удара палицы. Его отбросило назад, но он остался жив, вскочил на ноги и ринулся на демона, прикрываясь маленьким пельтом.

Я быстро использовал тактику «перехода», поменялся с идущим за мной местами и продолжил атаковать магией. Бил по бледным, слотов резали и легвонеры. Два удара «лучом» и снова «молния» третьего круга в ракса. Он заревел, бросил на меня ненавистный взгляд. Чревл, мои удары причиняют ему боль, но серьёзных повреждений не наносят.

А ракс, озверев от моей наглости, уже шагал ко мне, расчищая себе путь мощными размашистыми ударами.

На секунду спина похолодела, но я быстро взял себя в руки и метнул в него «срезнем».

Он не имеет защиты от магии Воды, — судорожно крутилась в моей голове мысль. — Воды, чёрт её раздери! Простой Воды!

Ракс успел закрыться своим огромным оружием, «срезень» бессильно воткнулся в тёмное дерево, завибрировал. Но я уже бил вторым кругом. Один снова в палицу, а второй в плечо, и мы с тварью одновременно взревели — она от боли, а я от дикой радости. И снова «срезни» второго круга, а сзади уже Линк врубал в его «щит» мощным «лучом», обрушивая плетение Тьмы. И следующий удар в спину. Ракс медленно повалился вниз, пытаясь в падении обернуться.

— Шаг наза-ад! — заорал я, но всё же туша упавшего гиганта придавила двух легвонеров.

Чёрт! Одно радует — тварь мертва. Я перевёл взгляд на «свой» сектор. Здесь дела шли не лучше.

— Узел! — обернувшись, бросил я прямо в лицо парню идущему за мной, и тот мгновенно остановился, вскинув руку с выставленным указательным пальцем. Особый знак для таких случаев, чтобы идущие сзади не «давили». А я уже сидел на земле, погрузившись в транс. Звуки боя приглушились, стали далёкими, словно моё тело ушло под воду, и вдруг захотелось остаться в этом состоянии подольше, отдохнуть от звона, криков, треска, от всего ужаса… но я тут же придушил трусливую мысль и принялся яростно черпать магическую энергию.

Выйдя из транса, я понял, что за это короткое время нас слегка продавили. Тот парень, к которому обращался, уже был впереди, не давая тварям добраться до меня. Я тут же ввязался в бой, помогая ему. Воткнул «лучом» прямо в бледную морду одного из аспейнов и вытащил клинок из ножен. Всё время отходить не дело, я нужен тут, впереди.

Всего пара-тройка шагов, и я в гуще схватки. Удары мечом и магией поочерёдно, один за другим, хотел посмотреть, как там Линк и поплатился. Лезвие аспейновского клинка резануло по рукаву. Я обрушил на тварь каскад рубящих, потом обманным ударом воткнул остриё между рёбер.

В месте ранения потеплело, ткань дублеты прилипла к коже. Твою сурдетскую!..

Но сейчас не время думать об этом, не время смотреть.

Совсем неожиданно прямо передо мной возник серый поджарый бок лога, я отшатнулся, вскинул на мгновение взгляд. Всадник, яростно молотящий длинным мечом. Тут же отклонил клинок слота пытавшегося всадить его в шею животного, разрубил серой мрази плечо. Но с той стороны лога всё-таки ранили, и он стал как-то дёргано, пытаясь удержать равновесие, заваливаться. Я отскочил, секунда, и я уже помогал всаднику подняться.

— Там ещё фаланга! — заорал он, едва встав на ноги. — Ещё фаланга! Слышишь, жант?! Держите строй! Там ещё фаланга!

И вдруг, словно забыв обо мне, метнулся вперёд, молотя мечом как дубиной, отчаянно, с короткими замахами.

Как ещё?! Они что решили нас всех положить на этом поле?

Мы все сдохнем здесь. Мы сдохнем!

Иди на-а-ху-уй!

Послав эту мерзкую, смердящую мысль, я бросился в бой. «Луч», рубящий мечом, «срезень» второго круга в кучу слотов, потом «сфера» третьего, когда увидел, что вокруг меня не меньше пяти бледных. От последней атаки лицо забрызгало чёрной кровью, я спешно отёрся рукавом, сплюнул с отвращением.

И снова вперёд. Прямо передо мной на колени повалился легвонер, из спины торчит дротик. Я обогнул его, прирезал ту тварь, что этот дротик воткнула, и потом, когда она упала, отрубил ей башку. Не знаю зачем, поднял её и кинул в кучу слотов.

— Подарок, блядь! — проорал с безумной улыбкой и сам бросился вслед за кинутой головой. Справа возник легвонер, на мгновение переглянулись и принялись бешено рубить серых мразей.

А слева давил один из наших турмов, я заметил ещё несколько всадников, врывающихся прямо в ряды тварей. Это придало сил. Хотя руку уже почти не чувствовал, но всё равно стал бить сильнее, чётче, не знаю — может, не мышцами уже тянул, а жилами.

Лицо снова щедро оросило кровью, теперь тёмно-красной. Я вытащил клинок из груди слота, едва успел отскочить в сторону от колющего. Чревловы бледные, как же вы уже достали! Прибил аспейна «лучом», отёр рукавом губы. Отвратительно. Отвратительно знать, что у тебя на лице их кровь.

Но это уже потом, после боя. Я буду долго и с наслаждением смывать её…

— Мин жант! — еле слышно справа. Взглянул. Шагах в четырёх тот парень, которого отсылал ко второму гурту.

— Сказали вам принять командование на себя! А штурмовиков отвели назад, поэтому их никак не могу…

Воткнувшийся в шею дротик не дал ему договорить, ноги у парня резко подкосились. Я уже был рядом, придержал падающее тело, заглянул в глаза, но увидел только пустые судорожно дёргающиеся белки.

— Су-ки! — вырвалось из моего перекошенного рта.

Не обращая внимания на пятерых тварей, окружавших меня, я медленно и очень аккуратно уложил тело на землю, чувствуя в глубине глазниц нестерпимое жжение. Распрямился. Послал тварям ледяную улыбку.

— Ну что? Готовы?

Голос прозвучал словно из бездны — мёртвый, нечеловеческий, а может мне просто это почудилось.

Когда в течение двадцати секунд три твари рухнули вниз, остальные стали пятиться назад, и на их мордах читался страх.

— Что?! Страшно, ублюдки?

Из-за звона и криков мои слова не были слышны, но они как-то понимали их, читали по моему бешеному взгляду…

Дальше я уже почти ничего не соображал, знал только что бью, бью, бью. Не чувствовал, не видел, только знал.

Вскоре узел иссяк… и всю свою силу я вложил в работу мечом. Рубящий, колющий, уход, нырок, снова рубящий, колющий… На секунду замер перед страшной картинкой — один из легвонеров и аспейн стояли, как будто обнявшись, у обоих из спин торчали острия мечей. Я тяжело сглотнул, одна из тварей ринулась на меня, толкнула замеревших в объятиях мертвецов, и те стали заваливаться на бок. Я схватился с тварью, перерубил её в районе пояса почти до середины, замешкался, вытягивая клинок, и получил лёгкий укол в ногу. Метнул меч и он как в масло вошёл в горло ранившему меня. Подскочил, обхватил ничего не чувствующей ладонью рукоять, дёрнул на себя. И только тут заметил, что эта какая-то другая тварь. Нахмурил задумчиво лоб, но тут же хохотнул. Азем. Это азем.

И меня словно вырвало из транса, звон в ушах резко усилился, прямо за спиной кто-то оглушил криком. Я огляделся резко, стал пятиться назад.

Этот азем был сбит со своего ездового животного, а ещё с сотню таких же тварей, уверенно держась в сёдлах, давили наш гурт. Остатки гурта. Жалкие остатки.

Я снова огляделся. Редкие плащи храмовников, но сотни серых мундиров, сотни мундиров потемнее, сотни рубящих сверху аземов на своих волосатых крысоподобных зверюгах. И нет даже третьей линии. Нет её. Когда они успели ввязаться в бой? Когда они успели в этом бою полечь?

Вот и всё, — пришла вдруг на удивление спокойная мысль, и перекрестив лицо, я уверенно двинулся вперёд.

За Номана, — прошептал как-то машинально, но тут же с досадой сплюнул. Да какой на хрен Номан? За себя. За Землю. За свою маму, которая где-то там, на другой планете, в другом мире. За отца, который увидь меня сейчас, наверное, гордился бы своим сыном. За маленькую сестричку Иришку. За Литку.

Прости, Лита, я не женюсь на тебе. Хоть и покля…

Я остановился и ошеломлённо посмотрел на толпы тварей.

Они отступали.

Что за…

И вдруг за спиной мощными рывками — Гра! Гра! Гра!

Обернулся.

С холма спускался двенадцатый легвон. Штандарты высоко подняты, флаги развеваются на ветру, шлемы блестят. Или мне это всё только кажется?

Вроде нет. Чётко шагающие бойцы, стена синеватых скутов, ощеренные остриями копий. Я бросил взгляд на место боя. Один, второй, третий… Около двух десятков.

Вашу мать, около двух десятков всего. Всего. Вы понимаете, мать вашу?!

И вдруг меня снова перемкнуло. Сорвав с головы шлем, я бросился навстречу двенадцатому, остановился метров через тридцать, положил шлем на землю. Отсюда я не сойду. Не сойду. Я не дам им топтать своих.

— Эй, Ант, ты чего? — знакомый голос за спиной, но я не обернулся. Мои лёгкие уже были наполнены под завязку, и я заорал изо всех оставшихся у меня сил, поднимая над собой меч:

— Сто-о-о-я-а-а-ать!

Легвон шёл на меня стеной, чеканя шаг, ощерившись остриями… И вдруг всадник, несущийся ко мне галопом. Я упёр взгляд в него и больше не сводил.

— Легвонеры, уходите, — бросил подскочивший ко мне лег-аржант, натянув поводья. — Уходите к лагерю.

— Вы не пройдёте здесь, — холодно сказал я, не сводя с него глаз.

— Что за чушь, легвонер. Уходите к лагерю! — голос лег-аржанта сорвался на крик.

— Здесь лежит пять тысяч мёртвых, — я указал мечом за спину. — Можешь слезть со своего долбаного лога и посчитать, ублюдок. Пять тысяч. И я не дам вам топтать их. Не дам.

— Ты, — лицо аржанта побагровело. Он присмотрелся к моему плащу и тут же заорал. — Не нихти мне мозг, жант, у нас приказ! Мы должны сегодня взять этот плацдамес. Сегодня! Понимаешь?!

Моя рука взметнулась вверх, мне было плевать, я отчётливо видел перед собой наш гурт на построении, видел, как наяву, и готов был рубить на куски ту тварь, что пойдёт по их трупам. Но в запястье мне кто-то вцепился, отдёрнул назад.

— Ант, остынь! — голос Линка.

Я дёрнулся, попытался освободить руку, не смог. Линк потащил меня назад, а я смотрел на круп галопом удаляющегося лога, слышал где-то далеко приказ — Гурты, полубего-ом раз! И совсем близко — Ант, не повторяй мою ошибку, слышишь? Не повторяй мою ошибку!

А потом я бесконечно долго сидел на холодной земле и смотрел, как двенадцатый идёт по моим братьям.

Глава восьмая

— Ант, ты в порядке? — здоровяк положил огромную ладонь мне на плечо, заглянул в лицо.

— Да всё нормально, дружище, — вытащив воткнутый в землю меч, я чуть подался вперёд и стал елозить им по снегу, стирая с острия землю.

Уже больше часа мы молча сидели перед своей стоянкой, глядя, как вернувшийся с поля двенадцатый «расквартировывается» по палаткам нашего легвона. Вроде как твари драпанули, и славный двенадцатый легко выполнил боевую задачу…

Впрочем, они не виноваты.

— Ты понял, Линк, — уже в третий я завёл всё ту же пластинку, пряча меч в ножны, — Они отвели наших штурмовиков, чтобы укрепить ими вот этих, — кивок в сторону суетящихся легвонеров. — А мы?

— Забудь, Ант, — миролюбивый голос здоровяка. — Это война.

— Это неправильная война, Линк, — выдохнул я и уставился на несущегося к нам паренька. Молодой совсем, лет пятнадцать на вид.

— Первый гурт тринадцатого? — окинув взором девятерых легвонеров, он смущённо покраснел, запнулся, но вдруг вытянулся в струнку и ударил кулаком в левое плечо. — Вас вызывают в штаб… Срочно, — добавил, снова смутившись.

— Скажи, скоро будем, — ответил ему здоровяк, и паренёк, помявшись, рванул обратно.

— Штабные крысы, — сквозь зубы процедил сидевший чуть поодаль Надоро. Он стоял в восьмой шеренге нашего гурта.

Теперь я знал весь свой гурт поимённо. После сегодняшнего боя это было совсем нетрудно. Ралько — двенадцатая шеренга, Самоло — эгидник из авангарда, единственный оставшийся в живых из последней шеренги, Вистос, почти тёзка карлика — четвёртая шеренга, Альгорд — пятьдесят восемь лет, шеренга номер восемнадцать, Лирмо — шеренга восьмая и Краст — шестнадцатая шеренга. Ну и мы с Линком.

Вроде было ещё около сотни раненых со всего легвона, узнав об этом, мы рванули к госпиталю, но нас не пустили. Сказали — пока никаких посещений.

— Что парни, поплелись? — выдохнул Линк, медленно поднявшись. Лицо его было теперь чистым, а когда мы спустились сюда с холма, у каждого из нас вместо лиц были засохшие кровавые маски, и нам пришлось здорово постараться, чтобы смыть эту мерзость.

Я встал на ноги, подёргал рукой. Вроде рана не открылась. Линк убеждал обратиться к целителям, а я, помню, зло накричал на него, вот только не помню — что. Раны неглубокие, на ноге так и вообще как будто перочинным ножичком ковырнули — стыдно, в общем, обращаться, когда там сотня изувеченных парней. У кого-то распорот живот, кого-то обожгло плетениями Тьмы, кому-то оторвало ими ногу или руку. Я сам видел на поле боя одного из таких легвонеров. У него не было обеих ног, но он полз вперёд, стискивая рукоять боевого ножа. Эта картинка всплыла уже там, возле госпиталя и мне на секунду стало до безумия страшно — а сколько ещё таких картинок всплывёт в моём мозгу, от скольких подобных эпизодов я ещё проснусь в холодном поту посреди спокойной мирной ночи?

Мы нестройной группкой двинулись к штабной стоянке. Шесть огромных палаток, цвет обычный, как и у гуртовых. Это там, в Шане, их палатки пестрели яркими цветами, а здесь эти штабные боялись, чтобы тавманты или керы не определили куда им правильнее кидать «взрывы». Я хохотнул.

— Ты чего? — спросил Линк, и мне снова пришлось ответить, что всё нормально. Там на поле, когда двенадцатый шёл по мёртвым я вроде бы хохотал, как обезумевший. И он теперь волнуется за мою психику.

— Да всё нормально, — повторил я ещё раз. — Не переживай, Линк, так просто с ума я не сойду.

Улыбнувшись, подмигнул ему и ускорил шаг.

Возле стоянки нас уже ждали двое адьютов, они очень учтиво поприветствовали каждого и повели к высокой палатке, стоящей в самом центре. Линк принялся хмуро разглядывать свой плащ. Морды мы, конечно, отдраили, а вот шмотки… если судить по ним, то по нам проехал, как минимум, лёгкий танк.

В палатке было четыре храмовника — трое военные, один вроде викариус. Военные — штабные арх-леги, викариус тоже не из простых, по одеянию — не ниже предлега.

— Приветствую вас легвонеры, — пафосно начал один из военных, по-идиотски изобразив на лице скорбь. Знал бы он, как нам наплевать на все его эти изображения. — Вы сражались доблестно, проявив небывалую отвагу, поэтому для вас… он сделал паузу, кивнул одобрительно и продолжил, — Эта война окончена. Поздравляю.

Лёгкий взмах рукой, и один из приведших нас сюда адьютов подошёл к нему, держа в руках серебряный поднос, на котором лежало девять бумажных свитков. Семь перевязаны простенькими серыми тесёмками, пара красными.

— Это ваши грамоты, — он взял свиток с красной тесёмкой и подошёл к нашему короткому строю. — Жант первого гурта тринадцатого легвона, ваша грамота.

Здоровяк схватил как-то неловко, замешкался, и переложив свиток в другую руку, отдал честь, ударив кулаком по левому плечу.

— Предоставив эту грамоту Военному Совету в Шане, вы получите пятьсот золотых, а также золотую ветвь Руйса. Поздравляю.

Арх-лег сделал шаг в сторону.

— Жант первого гурта тринадцатого легвона, ваша грамота.

Я сразу взял свиток в левую, без каких-либо эмоций ударил правым кулаком по плечу и сунул бумагу в карман дублеты.

— Предоставив эту грамоту Военному Совету в Шане, вы получите пятьсот золотых, а также золотую ветвь Руйса. Поздравляю, — слово в слово повторил награждающий и перешёл к следующему легвонеру.

Остальные парни получили серебряные ветви и те же стандартные золотые. Выгодно, — мелькнуло в мозгу. — Четыре с половиной тысячи на весь гурт.

Едва сдержав ухмылку, я вдруг вспомнил о Ниго.

— У меня просьба, мин арх-лег, — чеканя слова, проговорил я, когда тот закончил раздавать «плюшки».

— Да?

— В нашем гурте есть парень, зовут Ниго. Во время ночного налёта тавмант он был укушен одной из них и теперь находится в госпитале. Не могли бы вы сделать так, чтобы и для него война закончилась? Не нужно ему видеть всего этого.

Арх-лег посмотрел на меня, вскинул брови.

— Если он не участвовал в сегодняшнем бою…

— Он участвовал в схватке по дороге к лимесу, — с идиотским, и оттого невинным видом перебил я, — Где был в первых рядах и проявил себя геройски. Также во время налёта он добил, как минимум, три твари, это что я видел сам. Одною из этих тварей он и был укушен, но не покинул поле сражения, а остался и добил ещё две твари, — подумаешь конкретно приврал, да чихать. — Думаю, он заслужил грамоту, — закончил я речь.

Арх-лег бросил взгляд на викариуса, и тот, к моему удивлению, едва заметно кивнул. Хм. Понятное дело, теперь они хотят показаться белыми и пушистыми… Да и хрен с ними. Главное, уберечь от этого ада хотя бы одного. Хватит, и так погибло слишком много. До безумия много.

— Хорошо, — без особой охоты согласился штабной арх-лег. — Сегодня к вечеру мы выпишем десятую грамоту. Ещё раз поздравляю, легвонеры. Можете идти.

Мы разом, с каменными лицами отдали честь. Не этим, стоящим перед нами, а Лостаду, который убит слотами, Сервию Гальбе, павшему в схватке с аземами, всему нашему легвону, и развернувшись, двинулись к выходу.

— Кстати, Ант… — секундная пауза. — Задержитесь на минуточку, — раздался за спиной хрипловатый низкий голос, и я, остановившись, развернулся.

— Слушаю, мин викариус — выдохнул по «форме» и тупо уставился на окликнувшего меня служителя Храма Семи Дорог.

— Я по поводу вашего клейма, — викариус улыбнулся. — Не забудьте навестить в Шане резиденцию Высших. Там с вас снимут клеймо, и вы станете свободным. Думаю, для вас это важно. А теперь ступайте.

Небрежный жест, он повернулся и заговорил с одним из арх-легов с таким видом, словно меня больше для него не существовало. Впрочем, и чревл с ним.

Я развернулся, широким шагов вышел из палатки и тут же попал прямо в объятия здоровяка.

— Ант, мы сделали это, — зазвучал где-то возле уха его голос. — Риттер, золотая ветвь, вдобавок жант. Я прыгнул выше себя, — Линк рассмеялся.

— Дружище, отпусти. Раздавишь же, — как можно добродушней просипел я, пытаясь вырваться из тисков. — В тебе ж силы немеряно.

— А, да, извини, — здоровяк разжал ручища и отступил на шаг, продолжая улыбаться во весь рот. — Мы сделали это, — повторил он, заглядывая мне в глаза.

— Да, Линк, сделали, — кивнул я и улыбнулся в ответ. Потом перевёл взгляд на легвонеров. — В Шане гудим три дня, — снова посмотрел на здоровяка. — А ты будешь квас пить, это приказ.

Линк расхохотался ещё громче, ударил кулаком по плечу и выкрикнул:

— Слушаюсь, мин жант!

Теперь уже смеялись мы все, но недолго. Вдруг замолкли разом, нахмурили лица.

— Ладно, парни, — выдохнул Линк, тяжело вздохнув. — Там уже посмеёмся, а здесь не нужно оно. Здесь наши мёртвые лежат.

Мы молча согласились и зашагали к своей стоянке. Нужно будет отдохнуть, потом привести себя в более-менее нормальный вид, не мешало бы ещё раз сходить в госпиталь, чтобы, по крайней мере, забрать Ниго, и завтра в путь. Вот и всё. Короткой вышла моя война, но я этому рад. Впереди начиналась новая жизнь.

Словно срезонировав с моими мыслями, здоровяк стал говорить о том, что он будет делать после возвращения. Я слушал с удивлением. Думал, что он сейчас пустится в сексуальные фантазии по поводу лучших нихточек во всей Ольджурии, но он вдруг совершенно серьёзно заговорил о четырёх кусках земли в южном Доргоне в полусотне риг от Алькорда.

— Там можно выращивать неплохой урожай айкаса, — его голос дрожал от возбуждения, словно он говорил не о будущей «фермерской» деятельности, а о полёте в космос. — По сто золотых за кусок, сто на постройку небольшого домика и на семена. Там такое солнце летом, просто жарит, как будто тебя в огонь бросили. А для айкаса это самое то, он на таком солнце вкусом набирается. Вы знаете, что южнодоргонский айкас самый вкусный? — он осмотрел нас, и мы по очереди помотали головами. Не аристократы же, в айкасе не смыслим ни чревла.

— А, ну да, — спохватился Линк, и смущённо улыбнувшись, продолжил. — Так вот. Выращу я отличнейший айкас, продам его и женюсь на какой-нибудь молоденькой нихточке.

Я не удержавшись, хохотнул. С чего бы этот «извращенец» не начал разговор, обязательно закончит молоденькими нихточками.

— А что? — Линк бросил на меня искренне удивлённый взгляд. — Мне нужна умелая баба, а ни какая-то зажатая дурочка. Кто в этом может превзойти нихт? Может, взять в жёны руаночку? — он на полном серьёзе задумался и стал чесать подбородок, но тут же словно спохватился и посмотрел на меня. — А ты, Ант? Ты что будешь делать?

— Я? — мои плечи дёрнулись вверх, губы скривились.

— Да не боись. Рассказывай, — здоровяк хлопнул меня по плечу. — К целительнице своей отправишься? Думаешь, папаша её позволит тебе жениться на своей любимой дочурке?

— У меня другая девушка есть, — ответил я, и Линк всплеснул руками.

— Ах ты свирк шелудивый, — он хохотнул. — Так ты, оказывается, втихаря хочешь побить рекорд старого Линка? Ну, признавайся, сколько баб у тебя было?

— Линк, ну ты нашёл время, — отмахнулся я. — Давай уже в Шане эту тему обсмакуем. За кружечкой хорского.

— Для этого тебе, мин жант, придётся отменить свой приказ.

— Ладно, — не удержался я от улыбки. — Пару кружек разрешаю.

— Слышали, парни?

Мы подошли к стоянке, замерли. Какой смысл сейчас разбредаться по своим палаткам? Не сговариваясь, направились к ближайшей, вытащили из неё лишние топчаны, оставив внутри девять штук. Потом всё же разбрелись по тем, где размещались до боя, чтобы снести сюда свои вещи и спальные принадлежности.

Когда всё было готово, неожиданно явился Ниго. Он остановился напротив нас с Линком, посмотрел странно и спросил каким-то сдавленным голосом.

— Почему вы не вытащили меня из госпиталя вчера?

— Прекрати, Ниго, — резко обозлившись, бросил я. — Не надо строить из себя героя. Не надо. И не думай, что там было что-то героическое. Не было. Там вообще ничего хорошего не было, только кишки и кровь. Давай, дуй за своими вещами, — я кивнул в сторону нашей палатки. — И больше ни слова, эта приказ.

Ниго обиженно фыркнул, но спорить не стал.

— Ант, не надо так. Ему же теперь это внутри себя носить.

— То, что не повоевал? Вроде, как предал нас? Глупость это, Линк. Наивная юношеская глупость. Он ранен был, так что никакого предательства. Я ему потом это втолкую.

— А чего тебя викариус остановил? — поменял здоровяк тему. — Насчёт рабского клейма?

Я огляделся и кивнул с недовольным видом.

— Вот видишь, Ант, у тебя тоже свои предрассудки. Думаешь, если парни узнают, что ты раб, так станут к тебе как-то по-другому относиться? Наивная юношеская глупость, — перекривил он меня, и схватив из большой кучи топчан для Ниго, потащил его в палатку…

Ночь прошла спокойно. Страхи, что меня станут одолевать сны о бое, что я буду видеть кровь, кишки, отрубленные ноги и руки, мерзкие рожи тварей, дрожащие белки глаз того парня, сотни мертвецов… не оправдались. Я просто погрузился в безликую и безмятежную тьму и вынырнул из неё только под утро. Поднялся, и зевая, стал укладывать походный рюкзак.

На завтрак нас накормили двойными порциями, вдоволь положив мяса. Сытно поев, мы первым делом направились к госпиталю, но снова безуспешно. Госпиталь теперь охранялся штурмовиками, и видимо, виной тому были как раз мы. Зачем видеть лишнее тем, кто уходит? Идиоты. Мы и так уже увидели всё. Потоптавшись какое-то время перед полудюжиной суровых магов из штурмового отряда, мы, наконец, плюнули на это дело, и торопливо двинулись в сторону Кроми.

Глава девятая

Кромь-Зыбь, граница

— Не слишком ли мы близко подобрались? — Дунк посмотрел на своего спутника, но Виренг только молча мотнул головой.

— А эти ваши, как их там… Тэйки? Они не учуют?

— Ветер дует со стороны лагеря, — медленно ответил человек и стал плести какое-то заклинание. Демон напряжённо смотрел на голубоватое облачко, которое вскоре превратилось в круг размером с небольшое блюдо для запечённого на вертеле карбулка.

— Что это? — спросил он, когда заклинание полностью сформировалось, став кристально прозрачным.

— «Око Морундо», — ответил Виренг и подвигал «блюдом» туда-сюда.

— Какой-то ваш мерзкий божок? Морундо этот.

Виренг хмыкнул, и прищурившись, стал внимательно глядеть сквозь «блюдо» в сторону лагеря.

— Морундо — это один из Высших, который жил двести лет назад. Он умел делать новые плетения, — стал спокойно объяснять человек, очень медленно ведя заклинанием вправо. — Как ваши штудийники. За свою недолгую жизнь этот мастер собрал с десятицу новых плетений, но все они были утеряны, осталось только это.

— И в чём суть?

— Приближает картинку. Вот, посмотрите, — Виренг ткнул пальцем в центр круга. — Видите, как хорошо видно часть лагеря?

Дунк пригляделся. Задумчиво пошевелил губами.

— А оттуда это ваше «око Морундо» не увидят?

После того боя с лазутниками, Дунк обращался к человеку на вы, но это ничего не значило, он всё так же ненавидел и презирал его, как предателя. Просто теперь знал, что он сильнее его магически.

Человек снова хмыкнул.

— Пятый круг… в смысле, тонг. С той стороны стоит что-то вроде невидимости. Хотя, я точно не знаю, но в любом случае, заметить со стороны лагеря невозможно.

— И как много в вашем арсенале всяких таких штучек? — Дунк кивнул в сторону «блюдца».

— Несколько, — коротко ответил Виренг и перевёл тему. — Посмотрите. Вот сюда, в центр. Видите?

Демон сосредоточил взгляд, несколько палаток, перед ними на щитах сидят воины.

— Ну? — спросил он, ничего не понимая.

— Вот он, — Виренг ткнул пальцем. — Возле здорового легвонера. Видите?

— Который? — демон даже слегка приподнялся на локтях, чтобы разглядеть получше.

— Вот, который сейчас меч в ножны засовывает.

Дунк уставился на указанного бойца с неподдельным интересом. Знать врага в лицо… жаль, невозможно определить его боевые качества. Если бы иметь такое плетение…

Перед ним, прямо в центре «ока», как-то неестественно близко, сидел молодой парень. Судя по всему высокий, плечи широкие. Вдруг парень глянул на него и Дунк испугано шарахнулся в сторону. Человек тут же тихонько хохотнул.

— Он нас не увидит, если, конечно, не обладает зрением виара. Отсюда до него две трети риги.

— Номан подери, — ругнулся демон, чувствуя сконфуженность. Как же глупо он выказал страх. — Надо быстрее решать с этим делом, надоело уже. Тут возможно уже и дриги в округе бродят в поисках этого, — он кивнул на парня. — Может у тебя есть что-то, чем можно его достать с такого расстояния?

— Есть, — кивнул Виренг. — Но если ударить сейчас, то мы не уйдём. Лагерь полон штурмовиков. И ещё, посмотрите сюда, — он перевёл заклинание левее. — Видите тех логов? В лагере стоит десятица орджунов, и судя по шанфронам — это воины из старших сотен. Они нагонят нас, как виар свою добычу. А вон там, чуть дальше, стоянка магов из серьёзного клана.

— Что за клан? — поинтересовался Дунк, глядя на круп одного из логов. Какие же отвратительные животные…

— Странствующие. Поговаривают у них книга Порядка.

— Книга Порядка? — переспросил Дунк и его глаза загорелись.

— Но никто не знает, где они её хранят, — увидев блеск в глазах молодого демона, спокойно проговорил Виренг. — Ладно, пока остаёмся здесь. Возможно, ночью будет налёт тавмант и кер, или завтра с утра всех легвонеров бросят в атаку. А в суматохе можно провести покушение незаметно.

Виренг полез в маленький холщовый рюкзак и достал оттуда две лепёшки. Протянул одну демону.

— Будете?

— Я не голоден, — едва не вздрогнув от отвращения, бросил Дунк. Есть предложенное человеком… да отец убил бы его на месте, только притронься он сейчас к этой лепёшке.

— Как знаете, — Виренг пожал плечами. — А я отужинаю, — он откусил и продолжил с набитым ртом, слегка коверкая слова. — Потом посплю маленько, а вы следите за стоянкой. В полночь разбудите.

Дунк так и сделал, разбудил человека, когда ночное светило повисло в зените. Виренг вздрогнул. Приподнялся и молча кивнул, после чего демон погрузился в сладкий сон.

— Проснитесь, — вырвал его оттуда взволнованный голос человека.

— А? Что? — Дунк напряжённо заозирался, сильно щурясь. Судя по яркому, бьющему в глаза свету, уже было позднее утро. Дневное светило давно поднялось из-за Кроми и теперь висело в голубом зимнем небе, а сизоватый снег отблёскивал тысячами маленьких карбулков. — Что-то случилось?

— Они двинулись к Кроми, — сухо проговорил человек и разрушил «око». — Поднимайтесь, нам нужно отправляться следом.

— Кто двинулся? — не врубившись, спросонья переспросил Дунк. Но тут же понял. — А-а, эти. Как это — двинулись к Кроми?

Он уселся на снегу, накинув на голову капюшон.

— А чревл их знает. Но нам нужно идти за ними.

— Не ругайтесь именем нашего бога, — недовольно просипел Дунк.

— Оставьте эти глупости, — выдохнул Виренг. — По-моему, Великая Эри даёт нам шанс…

— Двуликая Чрами, — зло перебил демон и зыркнул на своего спутника. — Вы что, издеваетесь?

Лицо человека вдруг скривилось, и он плюнул на сизый искрящийся снег.

— Надоели вы мне своими придирками, — тяжело проговорил он, и развернувшись, зашагал к плотной стене кромного леса. Дунк какое-то время смотрел ему в спину, силясь не ударить «стрелой», но через секунд двадцать взял себя в руки, и поднявшись, поплёлся вслед за мерзким человеком…

…— Я тебе говорю, Ант, самые наипервейшие нихты в Сухине, я перепробовал там всех. И запомни, нет ничего лучше молоденьких руаночек, особенно из самых южных провинций. Кожа темноватая, сосочки розовенькие, попки, как недозрелые плоды баранга. А какие они страстные, — Линк причмокнул губами. — О, держи меня Номан!

Мы медленно шли по просеке, справа и слева плыли вековые сейконы, сквозь верхушки которых весёлыми пятнами проглядывало солнце. Легвонеры шагали чуть впереди, мы с Линком слегка поотстали, и вот уже минут десять я слушал его страстные речи. Здоровяк зачем-то решил меня убедить, что жениться нужно непременно на нихте.

— Слушай. Ты наверное просто влюбился в какую-то нихточку из Сухины, так? — спросил я, понимая, что иначе Линк сейчас перейдёт к самым интимным подробностям.

— Угадал, — бывший охотник улыбнулся. — Как раз за день до того, как взялся тебя отыскать. Ты бы её видел, Ант. У неё такие глаза… огромные, чистые, как небеса. И честные. Смотришь в них и понимаешь — деньги для неё не главное. И она, Ант… и она на меня запала. Вот уверен, дай ей кто на следующий день золотой, и она бы отказалась. Ждёт меня наве…

— Тихо, — перебил я его мечтательную речь и вскинул руку.

— Ант, ну я же тебе, как на духу, а ты…

— Да тихо, Линк. Тут кто-то есть.

И в следующий миг, словно почувствовав опасность, я интуитивно поставил световой «щит» третьего круга.

— Третий? — удивлённо вскинул брови здоровяк, но молниеносно сообразил и сплёл точно такой же.

В мой тут же воткнулось тёмное, похожее на стрелу, заклинание, а в «щит» Линка с грохотом врубился большой чёрный шар, обрушивая его полностью.

— Твою сурдетскую, — негромко выругался здоровяк и продолжил уже криком. — Рассредоточиться! За сейконы! Не атаковать!

Шедшие впереди легвонеры кинулись к вековым стволам, а мы с Линком за пару секунд увеличили расстояние между нами метров на двадцать. Я нервно стал шарить взглядом по кустарнику впереди, и вдруг заметил… Демон. Самый настоящий. Спасибо учителю в Шане, описал точно.

Красноватая рожа, глаза широкие и белки намного темней человеческих. Хотя, глупо называть их в этом случае белками. Широкоплечий, ростом чуть ниже меня, сбитый. Волосы чёрные, как уголь, связаны на затылке узлом, клыков не видно, но они есть, сверху, длиной сантиметра по три, прикрытые большой верхней губой. Челюсть массивная, отчего лицо кажется высеченным из камня, квадратное и какое-то застывшее.

Наши взгляды на миг пересеклись, и в мою сторону снова полетела тёмная стрела, которая прошивала воздух практически бесшумно. Слуха касался лишь едва различимый шорох, словно лёгкий ветерок ворошил кроны деревьев. Но ветра здесь не было.

Я установил второй «щит», стрела полностью обрушила первый и увязла в «подстраховочном». Слава Номану, что я додумался его поставить, эта стрела была явно выше кругом. Примерно четвёртого по силе удара… и это было бы неплохо. Гораздо хуже, есле она всё-таки пятого…

Выпалил в ответ «лучом», через пару секунд метнул «срезни» второго круга, стараясь «раскидывать» по ветвям и тем самым заставлять демона ставить разные «щиты».

А Линк тем временём вёл яростный бой с кем-то сокрытым густыми ветвями огромного куста. Я не видел ни противника, ни сам бой, но судя по звукам, схватка кипела нешуточная. Треск, гулкие разрывы, что-то взвизгнуло и рассыпалось где-то за спиной мощным эхом.

А я рванул к ближайшей сейконе, рухнул на одно колено, едва укрывшись за стволом. Так. Нужно действовать с умом.

Демон бьёт четвёртым, если не пятым, кругом, и у меня единственный шанс — опустошить ему узел. Можно ещё дождаться, когда Линк справится со своим противником, но что-то мне подсказывает — там бой тоже будет долгим.

Я с низкого старта рванул к ещё одной сейконе шагах в двенадцати, едва успел скрыться за ствол и слева прошумела очередная стрела. Так. Спокойно-спокойно.

Осмотрелся спешно, сглотнул и на секунду выглянул из-за крученого ствола. Демон, высоко поднимая ноги, направлялся ко мне. Глупо, но всё же…

Заелозил руками, отстёгивая от пояса шлем, и через секунды три легонько подбросил его навесом. Едва он стал виден этой твари, как последовал ещё удар, откинувший важную часть моего обмундирования метров на двадцать. Я проследил взглядом полёт своего шлема, и сплетя «щит», рванул к следующему дереву.

Воткнувшийся в него шар обрушил моё плетение на две трети, но, тем не менее, это меня обрадовало. Шар был ниже кругом, а возможно и менее энергоёмкий, что означало одно — демон начинает экономить магическую силу. Но ещё рано. Наверняка на одну-две стрелы у него осталось, если не на большее количество.

У меня же по ощущением не использована и треть.

Я вновь выглянул, демон был метрах в сорока… к нему устремились «срезни» второго, краснорожая тварь успела поставить водный «щит», а я обматерил себя за то, что не обзавёлся боевыми из остальных стихийных ветвей. Чревл! Почередовать бы сейчас всеми ими и посмотреть, как у него обстоят дела с защитными стихийниками.

За неимением альтернатив, ударил «лучом» и тут же бросился вперёд. Не ставя «щита», а значит, сильно рискуя. Но с другой стороны, так я менее заметен, ненамного, конечно, но сейчас и этого может оказаться достаточно. Скрылся за стволом первого на пути дерева, но не остановился, а резко взял вправо и огромными шагами, чтобы оставлять как можно меньше следов, полетел дальше. Через пару секунд был за следующей сейконой, рухнул на снег, задышал глубже, стараясь скорей восстановить дыхание. В голове слегка поплыло, в горле затрепетало сердце.

И в это время треск и грохот со стороны Линка прекратились. Внутри похолодело, я напрягся, обратился в слух, и тут же облегчённо выдохнул.

— А-а, это ты, тварь! — послышался презрительный крик здоровяка. — Что, пустой?

В ответ раздался хохот, в котором явно чувствовалось довольство собой.

— Ты кретин, Линк. Ты думаешь…

Но я отвлёкся, пытаясь сосредоточиться на скрипе снега. Демон был рядом. Я замер, затаил дыхание, неудержимо потянуло выглянуть, но я переборол это глупое желание. И так было понятно — демон сейчас обходит то дерево, за которым, судя по следам, я якобы скрылся… поэтому у меня есть шанс.

Скрип-скрип-скрип… скрип… скрип…

Очень тихий шорох брошенной стрелы стал условным сигналом, и я рванул прямо на тварь. Демон стоял боком, заметил моё приближение, стал разворачиваться… «луч» второго круга, нырок вниз, чтобы ближе, но и желательно не воткнуться в «щит» Тьмы, иначе башка превратится в ледяной шар.

Буквально в метре от глаз колышущаяся чёрная пелена, «луч» второго круга наполовину развалил её, а я уже плёл «сферу» третьего.

И спустя секунду ослепляющее оранжевое сияние стремительно расширилось во все стороны. «Сфера» разом обрушила «щит» Тьмы, и он посыпался вниз чёрными «снежинками», забирая часть энергии моего боевого плетения. Но часть — это не всё. Когда демон вскрикнул от боли, я уже был на ногах и крепко сжимал рукоять. Выпад, остриё проткнуло демону бок, он отпрыгнул, выхватил свой клинок и с такой скоростью стал орудовать им, что следующую минуту я едва успевал уворачиваться.

Всего полсекунды. Мне нужно всего полсекунды, чтобы остановиться, сосредоточиться и ещё раз сплести «сферу». Но демон не давал мне даже десятой доли необходимого времени, потому что он тоже это знал. Знал, что в этом случае ему конец.

Однако силы покидали его. Рана была хоть и неглубокой, но кровоточила обильно, он стал бледнеть, движения слегка замедлились и я…

Я передумал уничтожать его магией, а перешёл в атаку, и вскоре всё было решено. Мы стояли в полушаге друг от друга, и я всё глубже и глубже всаживал клинок в его живот. Он вздрагивал с каждым толчком, после третьего у него из уголков рта двумя струйками полилась кровь, но глаза всё ещё продолжали смотреть с ненавистью, а левая судорожно шарила по моему горлу, чтобы сжать, но уже не могла. Я дёрнул рукоять вправо-влево, кровь хлынула потоком, раздвигая его толстые губы, и он, наконец, стал заваливаться. Заваливалась эта тварь на меня, поэтому пришлось хорошенько оттолкнуть.

— Шар-р-р-р-хооо, — хотел что-то выдохнуть подыхающий демон, но захлебнулся кровью и рухнул на спину. Я подскочил, глубоко полоснул, на всякий случай, ему по горлу, и бросился на выручку здоровяку.

Вдохновлённый победой над противником, который априори был сильнее меня, я уверенно нёсся по снегу, не замечая его глубины. Но то, что открылось моему взору, повергло меня в шок, обрушило моё вдохновение. Я незаметно для себя перешёл на шаг, а вскоре и вовсе остановился. Мой взгляд сосредоточился на одной точке. И этой точкой была левая глазница Линка.

Из неё текла кровь, она уже полностью залила щёку, начала капать с подбородка. «Коготь», понял я. Чревл! Неужели он не знал? Неужели… Почему же я не показал ему этот удар и защиту от него?

Потому что я думал, что он его знает. Что это разумеется само собой, ведь он опытней…

Не знаю сколько времени я смотрел, мне показалось не меньше пяти минут, но Линк всё стоял, совсем не шевелясь, словно разом обратившись в камень. Так же не проявлял признаков жизни и его соперник, но то, что он жив можно было легко определить. Рука уверенно держит меч параллельно земле на уровне головы Линка. Он просто после удара отвёл клинок, и теперь… Теперь эта мразь любуется результатом и на его лице невыразимое довольство.

— А-а, это ты, тварь!

— Ты кретин, Линк.

Они знали друг друга, — вспыхнуло в мозгу, и я тут же метнул в этого странного человека «молнией» третьего круга. Но он легко отбил её, поставив водную «сферу». Понял я это по аналогии со своей световой. Данные типы заклинаний не требуют движения рукой для создания направления, так как расширяются одновременно во всех…

И в этот момент, выронив боевой нож, Линк рухнул на колени.

Ну как же так, дружище? А? А как же твоя нихточка в Сухине? А урожай айкаса? А? Самого лучшего южнодоргонского айкаса…

Я почувствовал, как мои скулы намертво сводит ненависть.

— Так значит ты хорошо владеешь мечом, ублюдок?! — крик вперемешку с хрипом. — «Коготь виара» говоришь?

Шаг, второй, перекинул меч в левую, встряхнул боевую руку, чтобы расслабить суставы, и снова меч на своём месте.

— Остынь, Ант. Тебе не победить того, кто тебя учил, — человек опустил руку, повернулся и хохотнул, а я на мгновение застыл в ступоре. — Что, удивлён?

— Нисколько, — тряхнув головой, чтоб скинуть с себя все глупые и ненужные теперь мысли, я бросился вперёд.

Наши клинки скрестились, огласили Кромь высоким будоражащим кровь звоном. Но бой длился недолго, через минуту мой меч взмыл вверх и уже совсем не повинуясь, отлетел прочь.

— Глупо, Ант, — человек снова хохотнул, и я вдруг вспомнил. Шрам. Шрам на правой щеке. И это лицо. Там, в таверне. Это она… в смысле он.

Я стал отступать назад, сделав три шага, обернулся, и заорал во всю глотку:

— Парни, слушай мой приказ! Бегите! Если кто из вас решит мне помочь, я прибью того самолично! Клянусь Номаном!

— Ты как был наивным идиотом так и остался им, Ант, — на устах ПсевдоРуны появилась жалостливая улыбка. — В благородство всё играешь?

Я бросил взгляд на повалившегося лицом в снег здоровяка, сжал кулаки.

— С благородством в наше время не выжить, — мой старый знакомый приблизился на шаг. — Лучше бы ты приказал им напасть, вдруг бы появился шанс меня убить? А? Не думал об этом? Благородство мешает думать? А я уже тогда, когда ты отдал тому прохиндею целый золотой, знал, что тебя погубит твоя наивная душа. Ты думал — совершил благородный поступок? Нет, — он скривился в ухмылке. — Ты просто показал свою глупость.

— Что тебе нужно от меня? — задал я вопрос, судорожно соображая, что делать дальше, но ни одного варианта в голове не рождалось.

— Мне ничего. Я плевал на тебя, Ант. Но сейчас я тебя убью.

Он шагнул ко мне, поднимая меч, я попятился, и…

Сразу два чёрных «шара» метнулись к нему слева из-за деревьев. Он едва успел сплести «щит» и тут вдруг заорал, указывая рукой то на тело Линка, то на меня:

— Ангорто чит ангош! Ангорто чит ратус!

Появившаяся из-за сейкон четвёрка демонов торопливо приближалась, не сводя с него взгляда.

— Баркан чит! Шамра-а! — злобно заорал идущий впереди и вскинул руку, направив ладонь на ПсевдоРуну.

— Кан чарг, — человек выпустил меч, который бесшумно провалился в снег, и стал покорно заводить руки за спину.

— Хаст чит аноро…

Демон ещё не договорил, а человек уже бросился прочь, поставив перед собой световой «щит». В него тут же полетели четыре «шара», первые два разнесли «щит» в ошмётки, а вторая пара устремилась за бегущим. Но тот вдруг исчез, словно провалившись под землю. Двое демонов метнулись к тому месту, а я в это время торопливо пятился назад, пока не уткнулся спиной в ствол сейконы. Не отрываясь, словно чешущий спину медведь, я «перетёк» по стволу на ту сторону и сразу же рванул вперёд степным карбулком. Других вариантов у меня не было. Только бежать, бежать и бежать.

И я бежал, через шагов тридцать повалился специально, перекатился в сторону, глянул что у меня за спиной. Удивительно, демоны не преследовали, не швыряли «шарами».

Может, им нужен был этот? Который Псевдоруна?

Я вскочил на ноги, всё ещё не отводя взгляда от двух смотревших на меня тварей, и вдруг почувствовал, что прямо за мною кто-то стоит. Развернулся резко…

— Астор чит, Сатэн.

Прямо перед собой я увидел огромную ладонь демона, зеленоватые струйки, выходящие из неё, и в тот же миг провалился в густую бесконечную тьму.

Глава десятая

Очнулся я от мощного рывка, показалось падаю в бездну, взмахнул рукой. Распахнувшиеся глаза увидели перед собой демона, слуха коснулся вскрик кучера.

— Ай-й-ха!

И снова ладонь с зелёными змеящимися струйками, и тьма.

Придя в себя во второй раз, сразу же сообразил, что не стоит «сообщать» об этом всему миру. Прислушался, не поднимая век и не шевелясь — тихо, как в чреве матери. Ни шороха колёс, ни поскрипывания кареты, ни криков кучера сливающихся в единую музыку с топотом логовых копыт.

Где я?

Повёл рукой от себя. Подо мной войлок, мягкий и тёплый и больше ничего. Обвёл полукруг, но всюду нащупывал лишь пустоту.

Где я?

Нужно было открывать глаза. Я мысленно приготовился увидеть демоновскую морду и осторожно поднял веки. Снова тьма, повсюду. Только она и больше ничего.

Где я?

Торопливо ощупал себя, и не обнаружив пояса с мечом, ругнулся. Но тут же презрительно хмыкнул на свою наивность. А чего ты ожидал? Что тебе его оставят?

Так где же я, чёрт подери?

Мозг заработал ещё судорожней, сплетая из памяти полную картинку. Линк убит, этот хрен сбежал, а меня усыпили. И вот я непонятно где, в полной темноте лежу на мягком войлоке, пахнущем пылью и ни черта больше не знаю.

Меня тут же наполнила вернувшаяся казалось оттуда из Кроми ненависть и смешалась с лёгким страхом, родившимся уже здесь. Я приподнялся, уселся, обхватив руками колени и стал слушать. Слушал долго, но кроме своего дыхания и лёгкого шума в ушах так ничего и не расслышал. Потом встал и шагнул вперёд. Один, второй, третий шаг… Я уткнулся в стену. Провёл по ней ладонью, сначала вверх, затем вправо. Обыкновенный камень, шершавый и холодный. Понятно — я в камере темницы.

Но зачем?

— Астор чит, Сатэн.

Чёрт! Я едва не подпрыгнул, вспомнив последнюю услышанную в Кроми фразу. Сатэн…

Две тысячи два года назад произошёл ещё один «прорыв», названный «малым прорывом». А через три года после этого появился тот, кого демоны называли Великим Владыкой, или Сатэном.

Так, спокойно, Ант. Может дело совсем не в этом.

А если в этом?

Бред. Я бухнулся на войлок и стал думать. Сатэн был пришлым из другого мира, возможно демоны решили, что я какая-нибудь его реинкарнация. Жаль, толком не знаю — что это за хрень такая. Перерождение в другом теле… вот и все мои сведения о данном феномене.

Твою мать! И что дальше? Сидеть на месте стало невмоготу, взбудораженное сознание требовало движений.

Вскочив на ноги, я принялся ходить по своей тёмной камере туда-сюда. Пару раз почти ударялся в стены лбом, но не особенно обращал на это внимание. Просто разворачивался и снова шёл вперёд, как пловец, профессионально отталкивающийся от кафельной плитки бассейна.

Но хождение не принесло результатов, мысли так и остались сумбурными и я не мог заставить их течь спокойней и ровнее.

Магический фонарик, — мелькнуло вдруг в мозгу и я сквозь зубы ругнулся. Спокойней, Ант, спокойней. Из-за мельтешения ты забываешь простые вещи. Я поднял руку, ладонь вверх, стал плести… Но едва поток магии покинул узел, как тут же стремительно распался на клочки и буквально спустя миг, полностью исчез. Я непонимающе дёрнул головой, нахмурился, попробовал ещё раз… Результат тот же.

Что за чревл?

И уже полностью покоряясь ненависти и панике, стал плести «молнию», решив метнуть её прямо в стену. Что из этого получится — непонятно, но для меня это сейчас не имело значения. Чёртовы твари! Мерзкие выблядки! Мрази, мрази, мрази…

Но «молния» распалась так же, как и «фонарь», едва поток покинул узел. Значит, в стенах какие-то амулеты, — сообразил я и бросился к одной из них. Стал шарить руками, пытаясь определить наличие «разрушителя»…

И вдруг где-то справа и очень далеко проскрипел засов. Звук прошёлся по напряжённой душе, как наждак, заставил дёрнуться всем телом. После абсолютной тишины, он был подобен взрыву гранаты. Я рванул в его сторону, больно ударился в дверь, скривился и тут же приложил ухо к холодному металлу. Уловил тихие, на грани слышимости шаги, но они явно приближались, становясь с каждой секундой отчётливее. Снова скрипнул засов, уже ближе.

Я отшатнулся от холодного железа, отступил на пару шагов. Возможно идут сюда. Возможно.

Ещё один засов открыли, натужно скрипнули петли открываемой двери, и вот шаги совсем близко, и даже гулкий голос, что-то спрашивающий.

Я напрягся, готовясь ударить «срезнем», но тут же скривился и в отчаяньи опустил руку. Всё равно ничего не получится. Всё, что мне сейчас оставалось — это играть желваками и до боли сжимать кулаки.

Дверь камеры стала открываться, что удивительно без скрипа, словно петли предварительно смазали перед тем, как бросить сюда узника. Я напрягся, даже не пытаясь представить, что могу увидеть. Слабый свет от факела заставил прищурить глаза, после полной тьмы он слегка слепил.

В проём сперва скользнула тень, коснулась моих ног, вслед за ней вошёл её обладатель, а за его спиной мелькнул огромный силуэт.

— Извините, Ант, — мягко заговорил вошедший на чистом ольджурском, — Мы не можем воспользоваться магическим освещением, поэтому придётся говорить в полутьме. Коршог, ардос сго натирим.

Я увидел, как вошедший поднял руку и туда, куда она указала, двинулся второй силуэт, взяв факел у кого-то в коридоре.

— Дабы предотвратить какие-то неправильные действия с вашей стороны, — говоривший снова перешёл на ольджурский, — Спешу вам сообщить, что коридор охраняется дригами, это лучшие из лучших среди наших магов. Думаю, вам рассказывали о них?

Я остался безмолвен. Демон подождал немного, и ничуть не обидевшись, продолжил.

— Извините, забыл представиться. Я Лургод-Аторо, советник по внутренним делам и один из тонга Мудрейших, а это, — он обвёл рукой полукруг, — Подвал западной башни Чит-Тонга. Сами понимаете, что данное место является узилищем, — он сухо покашлял. — Но это не означает, что вы пленник. Отнюдь. Вы можете чувствовать себя здесь совершенно спокойно и даже в какой-то степени свободно. Я думаю, вам хотелось бы узнать — а с чего это демоны схватили вас и доставили в свою столицу? Что ж, на этот вопрос я уполномочен вам ответить…

— Не утруждайтесь, — перебил я. — Вы и ваши демоны считаете, что я Сатэн. Не нужно большого ума, чтобы понять это.

— Хм, — он несколько сконфуженно покашлял, потом потеребил подбородок. — Ну, в общем, я не удивлён, — продолжил спустя пару секунд. — Это какой-то дар предсказания или предугадывания?

Я вновь промолчал.

— Ну что ж, оставим это в секрете, — демон тяжело вздохнул. Было заметно, что этот разговор сильно напрягает его, а я наоборот почувствовал себя спокойней. Причина моего сюда попадания подтвердилась и теперь мне осталось лишь плюнуть в лицо всем этим тварям и обломать им кайф.

— Возможно, вы так же догадываетесь, чего мы ждём от вас. Наша владычица, дочь Литиона шестого, прекрасная Лилианна уверена, что вы проявите всю свою мудрость при ответе на следующий вопрос. Согласны ли вы…

— Хрен вам! — не без внутреннего ликования выкрикнул я.

— Прошу прощения, — судя по голосу, демон опешил. — Я немного не понял смысла вашего ответа. Что означает — хрен?

— Хрен — это значит — никогда. Врубаешься, мерзкая тварь? — я сделал шаг вперёд, и демон отшатнулся, но ничего предпринимать не стал.

— Успокойтесь, Ант, прошу вас, — он медленно поднял руки. — Мы не уполномочены причинять вам вред, но в случае агрессии с вашей стороны нам позволено усыпить вас. А такое частое усыпление вредит организму. Вы и так уже были дважды усыплены за последние три дня.

— Можете усыплять меня хоть по три раза на дню, мне плевать. И передайте своей красавице Лилианне, что о Сатэне она может забыть. Я не он. И не его… — на секунду запнулся, подбирая слово, но тут же продолжил. — Я не его ипостась. Врубаешься? Знаешь такое слово? Я человек с планеты Земля. С чего вы вообще взяли, что я ваш Сатэн?

— Мы и не считаем, что вы именно он. Мы просто решили…

— Да мне плевать, что вы решили! — взорвался я и сделал ещё шаг вперёд. — Там, на поле боя я перезал не один десяток ваших тварей. И если бы у меня сейчас был мой меч, я бы и дальше резал вас всех. Резал бы, пока мог резать. Это уже навсегда, врубаешься советник? Так и передайте своей распрекраснейшей Лиличке…

— Лилианне, — поправил меня демон. — Нашу владычицу зовут Лилианна.

— Да по барабану, — выдохнул я и вместе с этим выдохом словно потерял всякое желание что-то доказывать дальше. Какая разница? Пусть либо отпускают, либо убивают. Жаль, конечно, что вот так глупо вляпался. Совсем глупо.

Развернувшись, я дошагал до стенки, уселся на войлок, и прислонившись спиной к холодному камню, проговорил устало. — Передайте ей, что она обозналась. Так и скажите, — потеряв агрессию, я перешёл на иронию. — Обозналась ты, солдатка. Не Сатэн я, а простой человек с планеты Земля… — я вдруг почувствовал, как волосы на затылке зашевелились. Твою мать! А ведь этот парень, который Сатэн, запросто мог являться тем самым «князем» нашего мира, то есть Земли. Сатэн, Сатана. Бред!

— А откуда появился ваш этот Сатэн? Есть сведения в книгах? — спросил я, слегка подавшись вперёд.

— Я так и знал, что вы об этом спросите, — обрадовано заговорил советник. — Мы определили, что всплеск энергии, разорвавший межмировую Кромь при вашем появлении, очень схож с тем, что был при появлении Сатэна. Так же Сатэн не раз, как написано в древних книгах — упоминал название того места, где осталась его большая часть. Видите ли, он был разделён каким-то богом, имя его Сатэн не упоминал ни разу… Но этим богом он был разделён на несколько частей, чтобы не представлять опасности, скорее всего для этого же бога. Так вот то место, где осталась его большая часть, он именовал…

— Землёй? — без особой радости спросил я.

— Совершенно верно, — демон кивнул. — Так что в любом случае, вы идеальная кандидатура…

— Это бред! — собрав остатки ненависти, выкрикнул я. — Идите вы на хрен со своими гипотезами! К этой своей… как её там… И пусть она уже принимает решение, исходя из моего ответа.

— Который звучит — нет, — то ли спросил, то ли утвердил советник. Повисла пауза, демон покашлял, что-то буркнул на своём языке и после этого очень мягко продолжил.

— Что ж, вы правы. Заставить вас насильно мы не можем. Но я попрошу об одном, пока ваш вопрос будет решаться, не проявляйте агрессии и не делайте необдуманных поступков. Возможно, взвесив всё, наша владычица просто решит вас отпустить.

— И какие на это шансы?

— Шансы довольно велики. Подумайте сами, зачем нам держать вас здесь или убивать? Ведь не ваша вина, что вы попали в этот мир и стали «пришлым». Здесь мы с вами даже, я имею ввиду нашу расу, в одинаковом положении. Мы тоже были перенесены в Отум помимо воли.

— Что-то не верится, что вы просто так отпустите убившего десятки ваших тварей.

Демон хмыкнул и махнул рукой.

— Слотов и аспейнов? Да Номан с ними. Это практически неразумные существа. К тому же — слоты уроженцы этого мира и для нас вообще, как мусор. Да, кстати, а кто был тот демон и человек, что напали на вас в Кроми?

Мне хватило всего секунды, чтобы внутри включилось странное ощущение. Да, Псевдоруна убил Линка и хотел убить меня, но он… человек. И сдавать его тварям… Не знаю, я вдруг почувствовал общность даже с такой мразью, как этот Псевдоруна. Вдобавок, он всё же научил меня кое-чему, хотя не представляет труда понять зачем. Чтобы я пошёл в Зыбь. А в Зыбь я должен был пойти, чтобы…

Твою сурдетскую!

— Не знаю, — тихо выдохнул я, сражённый накатившими мыслями. Неужели и в самом деле я шёл не своим путём? Неужели меня так грамотно вели? И почему если Псевдоруна хотел меня убить, не сделал этого сразу?

— Хорошо, — демон снова кивнул. — В общем, вам не стоит действовать необдуманно, — его голос стал ещё более мягким и даже заботливым. — Лично я уверен, что, осознав ошибку, владычица просто отпустит вас. Всё равно вы уже уходили и в боях принимать участие больше не собирались. Кстати, поздравляю вас с наградой.

Демон проговорил последние слова так искренне, что я не удержался от смешка, после чего спросил не без удивления.

— Вы на полном серьёзе?

— Абсолютно. Мы тоже умеем уважать сильных и храбрых, поверьте. В общем, я надеюсь, мы решим ваш вопрос мирно и без истерик. А пока, поешьте, — советник обернулся и что-то выкрикнул. Из-за двери тут же показалась ещё одна фигура, в руках которой был большой поднос, уставленный посудой. — Здесь немного мяса, варёный каргак, напиток из рогоса. Всё прямо со стола владычицы. Она не желает вам зла.

Сказав это, советник замолк и сделал шаг в сторону, пропуская «официанта». Тот засеменил аккуратно, приблизился, и припав на колено, поставил свою ношу в метре от меня. Я успел заметить, что это аспейн.

— Вы, конечно, можете устроить голодовку или бросить сейчас в меня каким-нибудь блюдом или горшочком с напитком, но это всё только нервы, согласитесь? А жить лучше всё же разумом, — снова заговорил советник.

Я промолчал, уставившись вниз. Смотреть на еду не хотелось, хотя и предатель желудок и не меньшие предательницы слюнные железы уже заработали на полную мощность. Проглотив слюну, я холодно, словно что-то пытаясь доказать, поглядел на демона.

— Что ж, не будем вам мешать, — с неподдельной заботой проговорил он, не реагируя на мой взгляд или просто не видя его в полумраке, и после небольшой паузы добавил разочарованно. — Единственно, вам придётся есть в темноте, так как мы опасаемся выключить амулеты. Вдруг вы решите разворотить с помощью магии весь Чит-Тонг? — здесь он уже явно натянуто засмеялся, и развернувшись, вышел из камеры. Вслед за ним последовала фигура с факелом, потом дверь быстро закрылась, и абсолютный мрак вновь завладел моей маленькой каменной кутузкой.

Несколько минут я просидел не шевелясь. Всё внутри меня боролось — желание поесть с отвращением к своей слабости, ненависть с абсолютной апатией, скорбь по Линку с мерзкой потаённой радостью, что возможно отсюда удастся выбраться живым. Этот безумный хаос разрывал меня изнутри, клубок противоречий грыз, как червь.

И чтобы прекратить муку, чтобы отвлечься от самого себя, я перешагнув через отвращение, решился поесть. Протянул руки, нащупал край подноса, и вцепившись в него пальцами, подтянул. Потом схватил ближайшую миску, снял с неё крышку и сердито отбросил в сторону. Тут же вырвавшийся на волю аромат откровенно намекнул мне, что удержаться сил не хватит. Как бы не было противно, но я буду жрать. Жрать, предложенное врагом.

В миске оказался кусок мяса и какой-то гарнир, вроде варёного риса. Столовый прибор отсутствовал, наверное, твари опасались, что я сделаю заточку и убью себя или успею прихватить на тот свет первого, кто следующим войдёт в эту камеру. Да и плевать.

Я зачерпнул горсть «риса», бросил в рот, стал жевать… Через полминуты тёплый комок пережёванной пищи с трудом пополз по пищеводу, согревая его своим теплом. Надо бы попить, а то от сушняка и подавиться можно.

Быстро разобравшись, как снять кусок кожи, которым был закрыт кувшин, я с жадностью поднял его и поднёс ко рту. Напиток был похож на ольджурский квас, только слегка сладковатый. Но это меня сейчас не сильно вольновало. Ко мне приходил аппетит, зверский, необузданный.

Утолив жажду, я снова взялся за еду. Зачерпнул ещё горсть, потом схватил кусок мяса. Оно оказалось на вкус очень мягким, хотя и почти не прожаренным. Сок вперемежку с кровью обильно потёк по гортани, я блаженно зажмурился и откусил снова.

И вдруг меня повело в сторону. Резко. Дыхание сбилось, в голове зашумело, накатила тошнота. Едва успев выставить руку, я с удивлением прислушался к этому отвратительному ощущению. Что за…

Тут же на язык вернулся сладковатый привкус напитка, усилился до невозможной приторности и я поплыл окончательно.

Отравили, суки, — мелькнуло в мозгу, и он отключился.

Однако быстро пришёл в себя, стал отчаянно пытаться привести в порядок мысли. Но они были похожи на бесконтрольно рассеивающуюся магическую энергию, а тело стало дрожать так, словно его поливали ледяной водой. Я попробовал подняться, но сила в руках отсутствовала напрочь, и я даже не смог оторвать голову от войлока.

— Суки! — прошипел, не в силах крикнуть и стал ползти вперёд. Зачем я это делал, было уже выше моего понимания. Рассудок стал похож на американские горки, то взлетал к ясности, то падал в невнятное серое копошение бессвязных мыслей. Потом вдруг я увидел перед собой Литку, но этот образ в мгновение растаял и где-то в самом центре моей головы раздался скрип. Даже не скрип, а скрежет — как будто мне пытались распилить череп. На войлоке вдруг появилась полоса света, стала шириться.

— Актод чит! — свистя высокими частотами, раздалось прямо в мозгу, и я почувствовал, что меня куда-то тянут.

Глава одиннадцатая

— Карг лобор!

Крик вырвал из тяжёлого забытья. Вдобавок меня тряхнули за плечи, я рассеянно вскинул веки, но мгновенно зажмурился. Прямо мне в лицо бил мощный поток света.

— Арлода чит онора!

Я что-то буркнул в ответ — невнятное и непонятное даже мне самому. В голове словно носился смерч, бешено крутя мысли и разрушая мозг. Но вдруг я как будто ухватил одну из мыслей, прошипел её с ненавистью:

— Твари.

Знакомое слово. Но почему-то я удивился ему, и вдруг резко перестал понимать к кому оно было обращено. Смерч вырвал память об этом с корнем и понёс куда-то прочь, крутя в своей безумной центрифуге всё быстрее и быстрее.

И вновь погружение вникуда. Да и чёрт с ним!

А потом началось… Какие-то резкие вспышки, морда демона и крики на их языке — Сатэн ингорд! Сатэн сморг! Лакера чит!

— Да пошли вы…

— Сатэн ингорд! Марлог Сатэн!

Пятый, шестой, третий, восьмой раз вроде… Я каждый раз сбивался со счёта, пытаясь понять, какая это вспышка.

— Марлог Сатэн!!! — с безумной яростью прямо мне в лицо.

— Заткнись! — зло в ответ, вопреки полному бессилию.

И вдруг почти ласково:

— Арлода, Ант, гардолг.

Знакомый какой-то голос. Ах, да — это голос того советника, что заходил в камеру. Разве он здесь?.. Хм. Конечно, здесь, где ж ему ещё быть. Что-то я совсем туго соображаю.

Чуть повернув голову вбок, сделал ещё одну попытку посмотреть. Левый глаз вновь пришлось резко зажмурить, зато правый цепко выхватил часть мрачной, полутёмной комнатки. Из обстановки только стены да слева маленький столик, на котором горит магический фонарь. Хотя скорее не фонарь, а огромный прожектор. И главное, направлен прямо мне в лицо…

— Арлинг собот меня? — прозвучал совсем рядом голос советника, и я с удивлением понял, что смысл последнего слова уловил. Несмотря на то, что сказано оно было на языке демонов.

— Гаратро погил не всё, — другой голос, немного ниже и грубее. По-моему именно он орал, когда внутри моего мозга носился смерч.

— Старг чит снова, — недовольно буркнул советник.

— Что снова? — спросил я. Слава Номану на ольджурском и опять провалился в темноту, из которой меня вырвала приличной силы пощёчина.

— Ты рагта меня?

— Иди к чёрту, старый идиот, — выдохнул я, чувствуя, как что-то словно копошится у меня в мозгу. — Гипноз?

— Приходится, ир Ант, — заговорил советник на ольджурском. — Нам нужно, чтобы вы понимали наш язык и говорили на нём, — и вдруг перешёл на свой родной, а заодно и на крик. — Карг инидол лобор! Сколько варна чит ам делать?! Халед!

И я уже несчитанный раз провалился во мрак, в котором по ощущениям пробыл очень долго. Хотя разве можно сказать о чём-то уверенно, если нужно описать тот отрезок времени, когда твой мозг был вырублен?

— Чего вы от меня хотите?! — прокричал я, пытаясь унять дрожь в конечностях и выкинуть из головы мерзкого чёрного «паука», плетущего из моих мыслей какую-то непонятную мне сеть.

— Всего лишь, чтобы вы понимали наш язык, — повторил голос советника и я удивлённо замер, сообразив, что проговорил он это совсем не на ольджурском.

— Ирг у чит онора, — сказал я, а в моей голове прозвучало — Это теперь и мой язык.

Губы тронула ухмылка, я прищурился, чтобы получше рассмотреть то место, где находился. Серые каменные стены, никакого интерьера…

— Сделайте свет тусклее, — недовольно пробурчал я, указывая на магический «фонарь».

— Разумеется, ир Ант, — советник легонько поклонился и повернулся ко второму демону, находившемуся в этом помещении. Тот кивнул и торопливо убавил яркость фонаря.

— Так лучше, — мои губы снова тронула усмешка. — Значит, теперь я могу понимать вас и говорить с вами? Отлично, — я попытался подняться с кресла, в котором сидел, однако ноги отказались повиноваться.

— Это ничего страшного, — тут же стал объяснять советник. — Сила сейчас вернётся. И даже большая, чем была, — он игриво улыбнулся. — В любом живом организме есть точки при воздействии на которые можно добиться лучшей работы мышц.

— А магический узел? — спросил я.

— Магический узел, увы, нет, — демон развёл руками. — Здесь мы пока ничего нового не открыли. Только самая обычная прокачка делает его сильнее и больше ничего. Увы, — повторил он и, сделав шаг назад, внимательно осмотрел меня сверху вниз, словно любующийся своей картиной художник.

— Хорош глазеть, — бросил я недовольно. — Лучше скажи, когда заработают ноги.

— Думаю уже, — демон опять поклонился и сделал приглашающий жест. — Попробуйте, ир Ант.

— Смотри, если ничего не изменилось, — я грозно взглянул на него, но демон тут же замотал перед собой руками.

— Всё будет хорошо, уверяю вас.

Я хмыкнул, стал приподниматься…

Действительно, ноги меня слушались и казалось что силы в них и правда стало побольше.

— Так лучше, — я согнул левую, вернул на место, потом повторил подобное с правой. После чего немного попрыгал.

— Где мой меч? — спросил, едва закончив с «зарядкой».

— Оружие чуть после, — советник заискивающе улыбнулся. — А пока вам не мешало бы отдохнуть в своих покоях. Они располагаются в восточной башне Чит-Тонга, ир Ант. Я провожу.

Указав приглашающим жестом на тёмный проём, ведущий из этой комнатки в другое помещение, он сам же и отправился к нему, а я медленно двинулся следом, всё ещё прислушиваясь к ощущениям в ногах. Внутри зароился лёгкий, но неприятный страх, что они вот-вот снова откажут, и я грохнусь на каменный пол, однако уже через дюжину шагов он пропал. Я нырнул за демоном в темноту длинного коридора и теперь стал прислушиваться к ощущениям в мозгу. Вроде всё нормально…

Нет, не всё нормально. Точно, что-то не так, а что не понять. Ерунда какая-то.

— Где мой меч? — повторил я вопрос, просто не зная о чём спросить ещё, чтобы не выглядеть глупо.

— Мы вернём вам ваш меч, — не сбавляя шага и не оборачиваясь, проговорил советник.

Я воткнул взгляд в его спину, несколько секунд глупо смотрел, пытаясь в деталях припомнить, что могло произойти в покинутой нами комнатке. Но детали как-то смазывались. Тогда я стал проникать глубже в память и с удивлением заметил, что картинки здесь весьма яркие и отчётливые. Вот я прихожу в Храм и вступаю в армию храмовников, вот меня избивают за какую-то провинность палками, потом ещё раз избивают. Твари! Ведь провинность совсем незначительная — не так посмотрел на лег-аржанта… Лег-аржант — это… А-а, это который командует гуртом. Тварь! Варнодо… Варнодо?

Я ещё раз «пробежался» по этому кусочку воспоминаний, тряхнул головой.

Получается, моего лег-аржанта звали Варнодо…

Хм, ну разумеется. Даже сейчас отчётливо вижу его наглую морду, стоит лишь на миг прикрыть глаза.

Мы свернули влево, здесь коридор был шире и более освещён. Советник остановился, дождался меня.

— К вам будут приставлены пара дригов, но это лишь для того, чтобы они могли выполнять ваши поручения. Если вы только захотите, скажем, отужинать, достаточно сказать им…

— Понятно, — перебил я и указал вдоль коридора. — Может лучше побыстрее дойти до этих чёртовых покоев?

— Хм, — советник улыбнулся. — Ваш язык в вперемежку с нашим звучит интересно. Впрочем, вы правы. Вам, ир Ант, сейчас необходимо отдохнуть.

— А почему? — спросил я. Где-то в глубинах моего сознания мне вдруг померещилось, что ответ на этот вопрос сможет объяснить мне произошедшее в последние час-два.

— Вы сбежали с поля боя и долго пробирались к нам. Три дня, — демон многозначительно кивнул. — Да-да, целых три дня, без воды, без пищи. Вы необычайно упорны и выносливы, ир Ант.

Отвернувшись, он снова зашагал вперёд, а я задумался над услышанным. Три дня…

Значит, я всё-таки сбежал от этих храмовников. Что ж, судя по всему, именно этого я и хотел. Но зачем?

Ответ был странный и понятный одновременно — чтобы стать здешним владыкой. Мощно ведь, твою мать.

— Так, значит, я как-то сам вышел к вам? — стало мне интересно. — И почему это ваши меня не прибили?

— Ну не совсем уж и не прибили, — советник остановился в конце коридора и указал рукой на массивную деревянную дверь. — Вот и ваши покои, ир Ант.

— А точнее, — спросил я, остановившись рядом и копнув в памяти. Ничего насчёт этого в ней не обнаружилось.

— А точнее всё было так. Вы наткнулись на передовой отряд аземов и вступили с ним в бой.

— Не помню этого.

— Разумеется, не помните. Здесь вы уж извините, ир Ант. Аземы оглушили вас и доставили в Чит-Тонг, где мы уже определили, что вы и являетесь пришлым из другого мира, — демон кашлянул и добавил торопливо. — У вас совсем иная аура, которая очень схожа с аурой Сатэна…

— А вы что знаете, какая у него была аура?

— В старых книгах напи… А вот и ваши дриги, — советник радостно указал на двух здоровых демонов, появившихся в начале коридора. — Это одни из лучших наших воинов. Они за вас готовы умереть, ир Ант, — он снова поклонился и толкнул одну из створок двери. — Прошу.

Я перевёл взгляд с широкоплечих, под два метра ростом здоровяков, которые уверенно приближались к нам, и бросил его в открывшийся проём. Правда, разглядеть ничего не удалось — за дверью было довольно хорошее освещение, а после коридорного полумрака оно слепило. Я прищурился и шагнул внутрь своих апартаментов. Хм, странновато. Не логически, в этом плане как раз всё понятно — я сбежал оттуда, где был ни кем, пришёл туда, где меня считают вторым Сатэном — вроде всё сходится. А как-то на уровне чувств странновато… Непривычно как-то.

Покои были почти шикарны — пол из светло-серого мрамора, на стенах двуцветные (серый и красный) гобелены. Интересно… Вроде Тьме ближе чёрное… Может это они специально для меня?

Шесть ярких светильников придавали помещению некую дополнительную величественность и первым делом своим видом. Вместо «абажуров» — головы чёрных виаров прикрёплённые на стены под потолком, а сами светящиеся шары находились на коротких позолоченных трубках, которые торчали из разинутых пастей.

В глубокой нише на той стороне стояла кровать, и вот здесь уже оттенки соответствовали месту — золотые витиеватые узоры на чёрных покрывале и балдахине.

Слева и справа от ложа две скамьи, тяжёлые даже на вид — массивны не только ножки, но и ручки по краям, как и светильники, выполненные в виде голов. Только вот в отличие от виаровых, увы, не настоящие, а просто вырезаны из дерева.

— Вам нравится? — послышался за спиной голос советника.

— Неплохо, — я кивнул и указал на одну из «ручек» стоящей слева скамьи. — А эти с кого вырезаны?

— Эти? — зачем-то переспросил демон и тут же ответил. — Эти с адгронов.

— У-у, — протянул я, пытаясь вспомнить, почему слово адгрон кажется таким знакомым.

— Позвольте откланяться, — проговорил тем временем советник, и не дождавшись ответа, юркнул в приоткрытую створку, которую заодно и закрыл. Я обернулся, рассеянно полюбовался вырезанным на ней узор и примерно через минуту направился к кровати.

Нет, что-то всё равно не так, — настойчиво всплыло в мозгу. — Но что?

Глава двенадцатая

Зыбь, Внешний Тонг, граница с Кромью

Почти час Виренг всматривался в сторону погружённого во мрак лагеря, и лишь после этого осторожно двинулся вперёд. После произошедшего возвращаться сюда не хотелось, но больше идти ему было некуда. Мысль вернуться в Ольджурию он отбросил уже давно… Идиот! Нужно было оставаться там, когда направили найти этого чревлого пришлого, обучить и привести его к границе. Тогда демоны сняли с него метку, чтобы он ненароком не попал под карающую длань орджунов. Шанс встретиться с ними был невелик, но демоны перестраховались и метку разрушили. Теперь же она снова стояла на нём. Идиот!

Выругав себя, Виренг взял чуть правее, и стараясь как можно меньше скрипеть снегом, поплёлся к стоянке Гат-Вула.

И что я ему скажу? — в сотый раз за последние два дня появился в голове вопрос. — Что мы бездарно провалили всё дело?

Погружённый в размышления, он едва не наткнулся на пару аземов, патрулировавших окраину. Успел метнуться во мрак, скрылся за деревом, и подождав когда патруль на своих полусонных гронах проедет мимо, продолжил путь.

Вот натоптанная дорожка к шатру Гата, вон шатёр его дригов.

Виренг трусливым карбулком пересёк подсвеченное магическим фонарём место, плюнул со злостью на снег, пытаясь понять — какого чревла кому-то понадобилось вешать фонарь почти на окраине лагеря, и снова перешёл на шаг.

Это всё ерунда, — не без довольства мелькнуло в его мозгу. — А не ерунда то, что жив остался. Он хмыкнул, едва заметно дёрнув головой. Если бы за ним бросились не двое дригов, а хотя бы трое — он бы не справился. Ну и, конечно же, если бы не овраг. Съезжая по его склону, он успел поставить световой «щит» четвёртого круга, а потом… А потом были кустарники и деревья. Он метался от одного к другому, ставя «щиты» и постоянно ускоряя бег. Один из демонов явно двигался тяжелее второго, и это спасло. С трудом завалив первого, он собрался было тут же вступить в схватку со вторым, но вместо этого со всех ног рванул дальше вглубь Кроми. И на это было две причины. Первая — стало страшно, что остальные из отряда присоединятся к погоне, а вторая — после схватки со своим бывшим другом и с демоном-дригом узел опустошился полностью.

То, что второй демон был не столь быстр, как его напарник, позволило выкроить время для наполнения узла. И уже после этого он принял бой. Ранение «шаром» в руку, омертвелая кожа на плече, обмороженные за две ночи скитания мизинцы ног — не самые лёгкие и приятные потери. Но с другой стороны — он ведь живой.

Со злости перерезав уже убитого демона на куски «кольцами», он ещё долго не решался идти в обратном направлении. Так и простоял за одной из сейкон почти час, прислушиваясь, нет ли погони, пока вдруг не вспомнил о Старших. Но даже после этого он рискнул и сделал огромный крюк, выбравшись из Кроми за несколько минут до захода светила.

У того, кто предал — внутренняя кромь запросто может быть сдвинута к пределу. Или нет?

Досадливо хмыкнув, Виренг обогнул шатёр дригов и вскоре нырнул в полевое жилище полуопального советника.

— Кто здесь? — тут же раздался голос старого демона и Виренг поспешил откликнуться:

— Я. Виренг.

Не хватало ещё разозлить этого чревлового старикашку. Сообразив на ходу, что сказанного мало, человек торопливо добавил:

— Простите, что потревожил вас, но…

— Виренг?

После удивлённого вопроса послышался шорох откидываемой шкуры. Человек замер в волнении, которое помимо его воли стало перерождаться в страх. Что ещё этот проклятый демон сделает с ним, когда узнает о случившемся? Впрочем, он уже должен знать. Не зря же этот старый проныра ещё год назад считался самым осведомлённым демоном в Зыби. А если учитывать, что Анта должны были первым делом доставить в лагерь, а потом уже везти в Чит-Тонг — то, несомненно, данная новость не проскользнула мимо его опытных глаз и ушей.

Поэтому Виренг молчал, покорно ожидая, когда Гат заговорит, но тот не спешил. Он медленно поднялся, долго искал верхнюю одежду, ещё дольше надевал её — и всё это без единого слова или даже вздоха, отчего у Виренга невольно выступил на лбу мерзкий холодный пот. Он нерешительно поднял руку, чтобы стереть его, но едва коснулся лба, как вздрогнул от злобного шепота и опустил её.

— Неразумные твари. Ты и этот выскочка из семьи Ало. Как вы могли допустить, чтобы дриги сели вам на след? Как вы вообще могли допустить такое, а? Почему ты ещё жив? Почему ты не вонзил нож в своё трусливое сердце? Молчишь?

А что ж мне ещё делать, старое ты отродье Тьмы? — без эмоций подумал Виренг. Все его эмоции сейчас сковал стальной, неразрываемый страх.

В шатре снова повисла тишина, которую нарушил плеснувшийся в озерце ядошип.

— А ты подумал что будет, если провал этого дела скажется на всей нашей идее переворота? — спустя секунду, после того как шум всплеска замолк, продолжил своё шипение Гат-Вул. — Что если владычица догадается?

— Как? — позволил себе спросить Виренг и его голос заметно дрогнул даже на таком коротком слове.

— Так, — выдохнул Гат-Вул, и снова повисла тишина.

Виренг стоял в этой тишине напряжённо, без особой радости предполагая, что может сейчас крутиться в мозгу старикана. Убьёт меня? Нет? А если грохнуть его? Прямо сейчас — взять и грохнуть… Нет. Его дриги возьмут меня живьём и потом со мной поступят так же, как с теми лазутниками… Если не хуже.

За время пребывания в лагере Виренг успел насмотреться, как может быть хуже. В силу официального статуса пребывания здесь — переводчик при допросах военнопленных. Заливаемый в уши раскалённый металл, запускание в распоротый живот крохотных чёрных жучков, дробление костей, отрезание от тела по кусочку… по очень маленькому кусочку, через такие же маленькие промежутки времени… Он видел, как какой-то лег-аржант выдержал целых два дня, и когда, наконец, он умер — у него не было обеих ног до колен и левой руки до плеча. По маленькому кусочку…

— Так, — неожиданно в голос повторил советник и Виренг нервно дёрнулся. — Здесь нужно подумать. И самое первое — как дриги могли выйти на вас?

Человек пожал плечами, но сообразив, что в темноте старикан может не увидеть, добавил как можно мягче:

— Думаю, они просто набрели на наши следы. Дриги опытные следопыты, вы сами как-то упоминали об этом.

— Да, хорошие, — задумчиво подтвердил советник и глухо кашлянул. — К сожалению, мне ничего не удалось у них узнать.

Снова кашлянув, он вернулся к лежаку и медленно уселся. Виренг проследил за ним взглядом и снова уставился в пол. Страх всё ещё сковывал, а дальнейшая судьба висела на волоске.

— Я хотел выспросить осторожно, но дриги отмалчивались, — заговорил советник, плотнее укутавшись в кури. — Видимо, получили приказ ни с кем не разговаривать. И пришлого я тоже не посмотрел… Расскажи, как всё произошло, — он задрал голову и уставился на Виренга. Самих глаз человек не увидел, но взгляд почувствовал достаточно хорошо. Холодный и мёртвый, как у степных гадов. Наверное, и такой же ядовитый, как их острые игольчатые зубы.

— Пришлый с группой соратников был отправлен после боя домой. Мы настигли их в Кроми, напали, — Виренг пытался говорить как можно спокойнее, не забывая следить за силуэтом демона. — Пришлый убил Дунка…

— Ха… — презрительным смешком перебил Гат-Вул. — Розовый идиот. А как вёл себя? А? Вёл себя, как опытный воин, как… — он запнулся, подыскивая слово, наконец, нашёл. — Как трёхсотлетний адгрон. Думал он может прыгать на меня? На меня… Да я его бы… Впрочем, это теперь неважно. Что дальше?

— Пришлый убил его, а я убил одного из его соратников, — Виренг решил не вдаваться в подробности по поводу Линка, с которым прослужил более десятицы лет. — Пришлый полез на меня с мечом, я выбил…

— Покороче.

Виренг машинально кивнул.

— Да-да, прошу прощения. В общем, ещё бы мгновение и пришлый был бы мёртв, но тут как раз появились дриги.

— И ты убежал, — утверждающе и с глубочайшим презрением проговорил демон, отчего к человеку снова вернулся, начавший было ослабевать страх.

— Их было четверо, — понимая, что плохое для него только начинается, подавленно выдохнул он. — Четверо дригов.

— Если бы ты не убегал, а продолжал выполнять дело, возможно, успел бы убить пришлого, но ты решил спасать свою шкуру, так? Отвечай, мразь, — последние два слова демон бросил с такой злобой, что Виренг невольно отшатнулся.

— Я бы всё равно не успел, — вновь задрожавшим голосом стал бормотать он. — Я бы не успел, это точно. Они бы опередили меня.

— Ну и на кой чёрт ты теперь мне нужен?

И вновь тишина, и только извивающееся дыхание, словно колышущаяся на ветру травинка. Виренг задержал его на мгновение, пытаясь взять себя в руки, но получилось не очень.

— Дриги видели тебя? — чуть спокойнее спросил советник, а Виренг промолчал. Что отвечать? Соврать? Но тогда…

— Да, ир Гат-Вул, — чуть поклонившись, ответил он. Демон вскинул голову и вдруг рассмеялся.

— Ир… ха-ха-ха. Трусливый карбулк, — закончил он свой смех презрительным определением. — Ладно, не бойся, не убью. Ты мне ещё пригодишься. Та-ак, — протянул он, потерев подбородок. — Значит, дриги тебя видели. Грож, — вдруг позвал он, слегка повернув голову вправо, и из темноты тут же метнулась тень. Виренг даже не успел закрыться рукой или увернуться, как одну из его щёк распороло тонкое лезвие, расколов один из подгнивших зубов на две части.

Замычав от боли и понимания того, что произошло, Виренг ухватился обеими руками за изуродованную левую часть лица, согнулся пополам и пролепетал что-то нечленораздельное. В щеке при этом плюхнуло, после чего кровь полилась обильнее. Виренг прижал ладонь сильнее, чтобы остановить её, но это мало помогло. Разорванная щека провалилась внутрь и в её края больно впились зубы.

— Переночуешь в шатре дригов, — медленно заговорил Гат-Вул, не обращая на страдания человека ни малейшего внимания. — Завтра утром нацепишь на лицо повязку, а послезавтра придёшь сюда и получишь нужные указания, после чего отправишься в Чит-Тонг. Владычице объяснишь, что получил ранение в бою. Если решишь сказать что-то лишнее — помни, ты тоже причастен к заговору и твоё наказание за это будет не из лёгких. Да и кто поверит человеку, ха, — Гат-Вул дёрнул головой в такт усмешки. — Моему брату расскажешь о случившемся детально, он не глупее меня, разберётся что делать дальше. А теперь ступай.

Несмотря на то, что внутри него кипела злоба, Виренг лишь послушно кивнул, и развернувшись, засеменил прочь. А в его мозгу крутилась всё та же успокаивающая мысль — Это всё ерунда. А не ерунда то, что жив остался.

Глава тринадцатая

Усевшись на кровать, я снова принялся размышлять о том, что же со мной произошло, только теперь тщательнее и спокойнее. Нет, вроде всё понятно, и память с удовольствием объясняет мне основные моменты яркими картинками, но…

А что — но? — спросил я сам себя и усмехнулся. — Это просто от усталости и от новой обстановки. Причём, я не просто в другое место попал, а в самое логово демонов. Чит-Тонг — столица Зыби… королевства, или что тут у них — государство, империя?

Да какая к чёрту разница! Суть в том, что это весьма крутой поворот даже для попаданца. Так, нужно восстановить всю цепочку. Цепочку… а, да, я же маг. И вроде неплохой, плетения сам собирал…

Вспомнив о такой вещественной составляющей моего пребывания в Отуме, я уселся удобней и вошёл в транс. Минут десять разбирался с теми заклинаниями, что у меня имелись, потом вошёл в режим сборки, выбрав для работы всё те же «срезни». Ещё раз пробежался по своим определениям — какой блок к чему относится, какие петельки-колечки что означают, какой цвет спектра к чему привязывает. Потом занялся было «несусветной хренью», но не смог. Внутреннее волнение и желание разобраться со случившейся ситуацией заставили выйти из транса.

И едва вернувшись в обычное состояние, я подскочил с кровати и стал обследовать комнату. Прошёлся мимо скамеек, оглядел потолок, потом углы. В каждом имелось по колонне, или скорее — пилястре, которая очень органично вписывалась в общий дизайн. Венчали эти пилястры золоченые капители с какими-то смешными завитушками похожими на бараньи рога, а на самом стволе были фрагменты той одной грандиозной картины, что разворачивалась по всему периметру. Я оглядел её, медленно повернувшись вокруг оси — какая-то битва… Впрочем, это в Отуме самая излюбленная тема. После изображения богов.

Однако, несмотря на обыденность вытканной картины, меня привлекло несколько моментов. Например, всадник на чёрном логе. Странно, почему не на ездовом гроне? А в руке всадника…

Я подошёл ближе. В руке его был самый обычный меч, хотя издалека показалось, что это перевёрнутое распятие. Что за бред.

Но то, кем является этот всадник, сомнений не возникло. Сатэн. А вот там правее, почти в самом углу Кромь в виде лесного массива шириной почти метр, и он отодвигает её. Это можно понять по верхушкам сейкон наклоненных в сторону от него.

Да уж. Наверное, демоны ждут, что я тоже смогу двигать эту чёртову Кромь.

Скривив губы и повертев головой, я двинулся к небольшому квадратному окошку. С первого взгляда заметить его было не так легко, оно идеально вписывалось в изображение на гобелене, вроде как колодец с крышкой. Подойдя, я отыскал задвижку, помучался с ней несколько секунд и потом взялся за железную ручку и потянул на себя. Но на половине пути крышка остановилась, делаясь таким образом небольшим подоконником. Лицо тут же обдало свежим морозным воздухом, защипало в носу. Но я всё равно подался вперёд и ухватился руками за два прута решётки. Моё дыхание заклубилось в ночную мглу, я припал к решётке вплотную и попытался хоть что-нибудь рассмотреть. Странно, — пришло в голову. — Зачем здесь решётка? Никто вроде сбегать не собирается. Да и не просто будет проделать такой финт именно через это окошко с длиной стороны не более двадцати сантиметров.

Когда лицо стало неметь от холода, я закрыл окно и вернулся к кровати. Всё равно ничего не разглядеть, а из звуков моих ушей коснулись лишь несколько невнятных то ли вздохов, то ли всхрапываний животных.

Ладно, это и не столь важно, разгляжу, когда наступит день, а сейчас лучше и правда отдохнуть. Всё-таки усталость в теле весьма ощутимая. Неужели я действительно шёл несколько дней и ночей через заснеженную Зыбь?

Память тут же услужливо предоставила полные доказательства. Вот плетусь, едва перебирая ногами, вот вокруг сизое снежно полотно, справа вдали лесной массив. Почему-то от этих воспоминаний усталость накатила новой волной, и я застыл взглядом на чёрном одеянии, аккуратно сложенном в изголовье. Взял его, развернул. Обычный халат из махровой ткани, в который сразу же захотелось завернуться и отрешиться на время от всего случившегося. Скинув с себя дублету и брюки, я кряхтя от удовольствия, надел халат, подпоясался не туго, и стянув сапоги, развалился поверх чёрного покрывала.

В мгновение накатила сладкая истома, и я, не в силах бороться с нею, закрыл глаза. Надо бы залезть под одеяло, — пришла в голову вялая мысль, но тут же вместе со всем разумом она провалилась в бездонный сон…

Я шёл с какой-то девушкой по берегу моря.

— Там Вальтия? — спросила она, указав туда, где водная гладь сходилась с гладью воздушной, и посмотрела на меня своими большими глазами.

— Да.

— Мы уплывём туда?

— Конечно.

Странно, я не знал эту девушку, но почему-то был счастлив с нею. Счастлив так, как можно быть таковым лишь во сне, без всяких ограничений, без единого негативного штришка на этом светлом чувстве. Поняв это, я понял и то, что это сон.

А девушка тем временем присела возле двух досок, лежавших на берегу. Большая часть их была погребена в песке, видимо постарался прибой, и торчали лишь небольшие куски, но, тем не менее, я почему-то сразу понял — это фрагменты корабля.

— Мы не уплывём туда, — грустно проговорила девушка и постучала по одной из досок маленьким кулачком. — Корабль разбился.

Я с нежностью посмотрел на неё. Короткая причёска едва закрывала маленькое ушко, ресницы медленно поднимались и опускались, хрупкое тело вдруг стало вздрагивать, и моё сердце едва не разорвалось от горя, когда я понял, что она плачет.

— Уплывём, — сказал я и сделал к ней шаг, чтобы обнять и утешить, но мои ноги словно приросли к песку. Что за чёрт?! — пронеслось в мозгу. — Ведь это всего лишь сон, и я понимаю, что это сон, а значит, могу управлять своим телом.

Но новое усилие не принесло результатов, нога всё так же не могла оторваться от чревлового песка даже на сантиметр, а девушка ещё раз постучала по деревяшке, теперь сильнее. И вдруг обернулась и проговорила полную чушь — Ир Ант, вы проснулись?

— О чём ты? — спросил я и почувствовал, как какая-то сила потянула меня прочь из этого места. Девушка стала отдаляться, секунда и я видел только её маленький силуэт.

— Подожди! — закричал я во всё горло, но она не ответила, а лишь принялась стучать по доске.

— Ир Ант, просыпайтесь! Уже утро!

Я дёрнулся, открыл глаза, и резко согнувшись пополам, уселся. Ничего не понимая, посмотрел туда, откуда донёсся голос. В это время повторился стук, следом одна из створок распахнулась, и я увидел входящего в комнату демона.

— Ир Ант, ну вы и соня, — сказал он с заметным подобострастием. — Вам пора подниматься. Лилианна ожидает вас в тронном зале.

— Лилианна? — переспросил я, пытаясь вспомнить — кто это. Ах, да — местная владычица.

Я медленно поднялся, осмотрел себя, взгляд застыл на носках, в которых было порядком дыр. Ладно на пятках, там не видно, но торчащие пальцы смутили. Это уже не говоря о давно не стриженных ногтях под которыми порядком набилось грязи.

— Через толику времени вы не узнаете себя, — мягко проговорил демон, видимо перехватив мой взгляд, и захлопал в ладоши. Я поднял голову и посмотрел в его сторону.

Из дверей стали появляться сероватые существа. В памяти что-то всколыхнулось — где-то я их уже видел.

— Это слоты, — объяснил советник, легонько улыбнувшись, и тут же спрятав улыбку. Ишь глазастый, — мелькнуло у меня в мозгу. — Всё подмечает.

Я же в свою очередь подметил это его качество, пригодится в дальнейшем. Не только врага нужно знать в лицо, но и вот таких услужливо-подобострастных личностей. Именно такие при определённых обстоятельствах легко становятся твоими врагами.

Примерно час меня чистили, подстригали, брили, купали… Последнее происходило в огромной бочке, которая прошла в дверной проём впритык при двух настежь распахнутых створках, при этом вносившие её какие-то бледные твари порядком замучились, пытаясь не зацепить дверной косяк. Следом появились штук двадцать слотов с большими деревянными вёдрами в руках, и у меня вдруг замелькали в мозгу яркие картинки — я в Алькорде, покупаю воду у водовоза, маленькая девочка с вот таким же ведром, потом я иду за едой, даю этой девочке хлеба и монету, потом возвращаюсь в какой-то дом, открываю дверь и… всё. Дальше словно туман.

Пока меня натирали чем-то смутно напоминающим хозяйственное мыло, я пытался сообразить, что делал в Алькорде. Воспоминания были похожи на пазлы, вроде и складывались, но, в конце концов, оказалось, что не хватает, как минимум, половины. Какие-то банды, я вроде вожак в одной из них, но ничего более существенного вспомнить не могу… кровь адгрона… Причём тут она? Вроде как-то связано с бандой. Хм, по крайней мере, понятно почему слово адгрон показалось знакомым. Потом какой-то дом, и следующее воспоминание — я уже в Храме Семи Дорог…

— О чём думаете, ир Ант? — советник легонько поклонился, заглядывая мне в глаза.

— О дырках в носках, — соврал я, и демон тут же натянуто рассмеялся.

— У вас тёмно-красное чувство юмора, — сказал он, сделав вид, что с трудом подавил смех.

— Тёмно-красное? — переспросил я.

— Так у нас говорят. А как говорят у вас?

— Просто — хорошее, — слегка озлобленно выдохнул я. Напрягало, что этот советник отвлекает от размышлений.

— Хм, — демон удивлённо вскинул брови. — Ну надо же — просто хорошее чувство юмора… — его глаза слегка закатились, словно он хотел посмотреть на это выражение непосредственно в мозгу, но уже через пару секунд узкие демоновские зрачки вновь пялились на меня, а плечи поднялись вверх. — Непонятно как-то, — проговорил он задумчиво. — Непонятно и странно. Но чего только не бывает в этом мире… в разных мирах, я имею ввиду. Вот даже взять тех же хаосов, — его вдруг взял кашель, а через пяток кы-гы советник заорал на одного из слотов. — Аккуратнее натирай, аккуратнее! Не понимаешь кого трёшь?

В этом он был прав. Тот, кто тёр мне спину, явно перегибал палку. Причём тёр он мочалкой, и она была сухой. Видимо, у них тут так принято, сначала поелозить по телу куском мыла, а потом уже…

Чревл, больно же!

Я было обернулся, чтобы попросить этого долбаного серомордого слегка поубавить пыл, но едва мой взгляд добрался до его рожи, как он тут же рухнул на колени и принялся молить о пощаде. От неожиданности я опешил.

Советник же не растерялся, оттолкнул слота ногой, и тот покатился по мраморному полу.

— Пощадите! — продолжил он кричать при этом так, словно ему вот-вот собирались отрубить голову.

— Пшёл вон! — прокричал демон, и слот, вскочив на ноги, бросился прочь из моих покоев. Налетел с перепугу на двери, потом трясущимися руками открыл их и наконец исчез из поля зрения.

— Жалкие твари, — грубо бросил демон, совсем не обращая внимания на то, что рядом с ним находится ещё дюжина подобных. — Вы, ир Ант, привыкайте с ними пожестче, иначе нельзя. Сразу обленяются и начинают делать всё абы как.

— Хорошо, — кивнул я и перевёл разговор на интересующую меня тему. Сказать честно — на этих серомордых мне было плевать. — Вы что-то говорили про хаосов. Вроде Тьма сейчас с ними в союзе…

То, что данная информация имелась в моём мозгу не особенно удивило. Мне вдруг вспомнилось, как меня допрашивают на стуле правды, и вместе с этим всплыл разговор о союзе.

— Да, в союзе, — неохотно промямлил советник. — Но я не уполномочен говорить об этом. Я вообще не должен был болтать с вами о чём-то серьёзном, только о всяких мело…

— Ладно, проехали, — остановил я его мямленье, а внутренне намотал на ус. Ага, какая-никакая ниточка, чтобы если что дёрнуть, на этого товарища у меня теперь имеется. — Но просто ради интереса — что будет, если я скажу, что узнал о союзе от вас? — спросил я и внимательно поглядел демону в глаза. В них на секунду мелькнул страх, но он справился и ответил с натянутым спокойствием.

— Ничего страшного, ир Ант. Просто мне будет стыдно. Опыта не занимать, а языка сдержать не смог, — демон наигранно вздохнул.

Ладно, сделаем вид, что поверили.

— Хватит уже тереть! — снова закричал советник, хотя никто меня не тёр. Двое слотов стояли рядом с бочкой и прижимали мочалки к груди, боязно поглядывая то на меня, то на него. — Обливайте, давайте!

Меня ополоснули тёплой водой, аккуратно обтёрли огромным мягким полотенцем. Приятно всё-таки, чёрт побери, не то, что умываться на морозе холодной водой.

Я вспомнил лагерь в Шане, вспомнил всё это напрягающее отсутствие комфорта. Да, там на Земле я в баринах не ходил, но и прозябать в мучительных условиях тоже не моё. И какого чёрта я вообще вступил в эту армию храмовников?

После обтирания мне поднесли новую одежду. Широкие чёрные брюки из толстой ткани и с ворсом внутри, такого же цвета рубаху, плащ, изящные сапоги из мягчайшей кожи. После этого сам советник протянул мне широкий пояс украшенный какими-то драгоценными камнями. Четыре чёрных и четыре красных, с замысловатой огранкой, они тускловато сияли и радовали глаз. Полюбовавшись немного, я опоясался, и вопросительно взглянув на демона, задал ему логичный вопрос:

— Ну что, идём к вашей Лилианне?

— Да, будущий Владыка, — ответил демон и почтительно поклонился.

Content

Анатолий Радов
ИЗГОЙ
Шаги сквозь Тьму

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвёртая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая