Барбара Макмаон

Южная баллада

Глава 1

Элла Понти шла вдоль берега. Была темная ночь. Единственное освещение — звезды над головой. Луны не видно. Крошечные волны шелестели, набегая на песок. Александру нравилось гулять в темноте. Именно ночами Элла чувствовала, что становится ближе к нему.

После смерти мужа прошел год. Сокрушительная боль потери немного ослабла, как ей и говорили. Но сердце по-прежнему терзалось, оттого что она никогда не увидит Александра.

Вздохнув, Элла посмотрела вдаль. Эти места полны контрастов. На берегу так же красиво, как на средиземноморском курорте. Элла любила раскидистые пальмы, широколистные папоротники и цветы, от аромата которых захватывало дух.

Столичный современный город Алькахдар с высоченными небоскребами располагался недалеко, но казалось, что до него несколько жизней.

Как только она доберется до дома, ляжет спать. Уже очень поздно.

Она разглядела силуэт стоящего у кромки воды человека. Элла жила здесь уже много месяцев, но ни разу после наступления темноты не видела на пляже ни единой души.

Замедлив шаг, она попробовала догадаться, кто это может быть. Еще один несчастный, страдающий бессонницей? Незнакомец, любующийся морем? Злоумышленник?

Элла едва не расхохоталась. Дома, расположенные вдоль пляжа, принадлежат самым богатым людям Кишари. Здесь есть охрана и патрули. Именно поэтому она не боится гулять в одиночестве.

Элла продолжила путь. Подол ее развевающейся от легкого бриза юбки намок.

— Разве не опасно женщине прогуливаться одной по ночам? — поинтересовался мужчина, когда она подошла ближе.

— Вы хотите навредить мне?

— Я не наврежу ни вам, ни кому-либо другому. Просто любопытно. Вы здесь живете?

Подойдя ближе, она обнаружила, что рост мужчины — почти два метра. Он оказался выше Александра. В темноте было невозможно рассмотреть черты его лица. Даже глаза скрыл мрак, когда он наклонил голову и посмотрел на Эллу. Его традиционный белый халат светился Под звездами.

— Я живу неподалеку, — ответила она. — Но я вас не знаю.

— Верно. Я здесь с визитом... видимо. — Он снова посмотрел на море. — Эти места резко отличаются от тех, где я провел несколько недель.

Элла старалась держаться на безопасном расстоянии от незнакомца.

— Были в бушующем море?

— В пустыне. Я добирался сюда почти сутки, смертельно устал, но решил сразу отправиться к морю. Захотел почувствовать прохладный бриз, да и поплавать намеревался.

— Не слишком безопасное занятие для одинокого человека, особенно после наступления темноты. Если с вами что-нибудь случится, кто услышит ваш призыв о помощи?

— Здесь вы, — загадочно произнес он.

— Да, но, если вы попадете в беду, смогу ли я вас спасти?

— По крайней мере позовете на помощь. — Незнакомец разделся.

Ошеломленная, Элла наблюдала за ним. Неужели он намерен купаться голышом? Правда, сейчас очень темно. Спустя мгновение мужчина уже погрузился в прохладные воды залива. Ей не удавалось разглядеть его, она лишь слышала плеск рассекаемых сильными руками волн.

— Итак, меня назначили спасателем, — пробормотала Элла, присаживаясь на песок. Оставалось надеяться, что мужчина получает удовольствие от купания и на помощь звать не придется. Она понятия не имела, кто он такой. Возможно, они никогда больше не встретятся.

Значит, незнакомец приехал из пустыни. Она рискнула побывать в пустыне, которая по площади была больше Кишари. Суровый пейзаж с островками красоты — крошечными цветами, распускающимися на короткое время после редких дождей, — заворожил ее.

Наконец она услышала шаги незнакомца. Мужчина приближался к тому месту, где оставил одежду.

— Вы еще здесь? — спросил он.

— Меня же назначили спасателем. Хорошо поплавали?

— Да. Возродился к жизни после жары пустыни. — Он вытерся халатом, затем надел его.

— Доброй ночи.

— Спасибо, что присмотрели за мной.

— Едва ли я помогла бы, окажись вы в беде, — заметила она.

— Могу я проводить вас домой? Мне это несложно. — Он не двигался с места, не угрожал.

— Нет, — строго ответила Элла.

Она ничего не знала об этом человеке. Одно дело — поболтать на пляже с незнакомцем, и нечто иное — позволить ему узнать, где живет одинокая женщина.

— Вероятно, я приду сюда завтра, — произнес он.

— Я, может быть, тоже, — откликнулась она, затем быстро пошла прочь.

Молодая женщина свернула во двор соседнего дома, не желая показывать, где живет. Оставалось надеяться, что в темноте незнакомец не различит, куда именно она направилась. Осторожно миновав чужую территорию, она вышла к гостевому коттеджу, который арендовала. Несколько секунд спустя Элла уже запирала дверь.

Халид смотрел вслед женщине до тех пор, пока та не исчезла из вида. Он не знал, кто она и отчего гуляет ночью по пустынному пляжу. В последний раз взглянув на море с отражающимися в нем звездами, он направился в поместье, которое завещала ему бабушка. Халид тяжело переживал ее смерть. Бабушка являлась для него источником силы. Она была в курсе проблем внука и всегда поддерживала его решения. Кстати, она частенько упрекала Халида за то, что он не выходит в свет. Халид обожал ее мудрость и чувство юмора. Ему всегда будет не хватать бабушки.

Он вспомнил женщину с пляжа. Ему ничего о ней не известно, кроме того, что рост ее составляет примерно один метр пятьдесят пять сантиметров. Пожилая она или молодая? Вероятно, она стройна, но развевающееся на ветру платье не дало возможности разглядеть детали.

Наверное, все к лучшему. Ему сейчас не до романов. Он прекрасно знает, что его шрамы отвратительны. Не один человек при их виде испытал шок и отвращение. Например, его невеста. Дамара сбежала в тот день, когда с Халида сняли бинты в больнице, где он лечился после пожара.

Его брат, Рашид, не однажды говорил, что Халиду будет лучше без нее, поскольку она не сумела совладать с собой. Но это не могло заполнить пустоту, образовавшуюся в душе Халида, — ведь женщина, на которой он собирался жениться, бежала от него, словно от монстра.

С тех пор он предпочитал работать там, где нет места женщинам. Мужчины-сослуживцы ценили его за умение, а не за внешний вид.

Сейчас он живет так, как хочет. Вот только следует решить, как поступить с унаследованным от бабушки поместьем.

Халид стремительно шел по широкой тропинке, ведущей к дому. Это жилище предназначалось для людей семейных. Близость к пляжу, красивый ландшафт, гостевой коттедж, уединенность. По лужайкам могут бегать дети, как когда-то носились Халид с братом, а также их отец и дяди.

Но поместье пустует уже год. И так будет до тех пор, пока он его не продаст, Нелегко расстаться с домом, который любила вся семья. Особенно нелегко расстаться с воспоминаниями о любимой бабушке. Но Халиду поместье не нужно. Ему хватает квартиры в Алькахдаре.

Он вошел в дом, оставив открытой дверь на веранду. Хотелось прилечь. Он провел слишком много времени в пути. Выспавшись, Халид посмотрит, что следует сделать для подготовки поместья к продаже.

На следующий день Элла встала поздно. После встречи с незнакомцем ей никак не удавалось уснуть. Она лежала в постели и размышляла, кто он такой. Большинство людей, устав, отдыхают... Впрочем, она может задать ему все вопросы, если снова с ним встретится. Ведь он сказал, что, возможно, придет сегодня на пляж. Незнакомец определенно заинтересовал ее.

Но это будет позже. С утра она планировала попробовать изготовить новый образец стеклянной вазы, форму которой несколько дней прокручивала в мозгу.

После завтрака Элла отправилась в студию. Как всегда, входя, она с благодарностью вспомнила замечательную женщину, которая оказала ей финансовую помощь, чтобы развить талант стеклодува. Эта же женщина помогла Элле продать готовые изделия. Элла скучала по ней. Теперь ее страсть к творчеству была удвоенной — ради себя и ради благодетельницы.

Она полностью погрузилась в смешивание красок и изготовление вазы.

Только когда заныла спина, Элла потянулась и взглянула на часы. Вечерело. Она проработала ровно семь часов. Осматривая свою работу, молодая женщина удовлетворенно кивнула. Еще пара штрихов — и стеклянная ваза будет готова.

Наконец Элла вернулась в кухню, приготовила легкий ужин и вынесла его на небольшую террасу с затененной стороны коттеджа. Воздух был по-прежнему почти удушающим. Закусывая фруктами, она пристально смотрела на пышную поросль цветов. Где еще ей удастся так удобно устроиться, чтобы творить? Этот дом стал для нее убежищем. Единственное место, где она чувствует себя комфортно и почти счастлива.

После смерти Александра Элла продала квартиру, которую они занимали, и перебралась сюда. Только спустя какое-то время она начала считать себя частью этого поместья. Элла знала каждый цветок в саду, каждый укромный уголок. Ей казалось, что гостевой коттедж приветствует ее, обнимает и утешает.

Дом, в котором прошло ее детство, был совсем иным. Она даже думать не желала о последних месяцах, проведенных там. Элла решила сосредоточиться на настоящем — или на будущем, — но не на прошлом.

Глубоко вздохнув, она затаила дыхание, прислушиваясь. Автомобильный мотор? Друзья? Никто, кроме них, не знает, где она находится. Но Элла не ждала их сегодня. Кто может приехать в пустое поместье? Садовник приходит в конце недели. Женщина замерла. Судя по всему, автомобиль удалялся. Наконец наступила тишина, и только тогда она успокоилась.

Поужинав, Элла поднялась. Послеполуденное солнце было жарким. Элла размышляла, не искупаться ли ей, но передумала. Лучше прогуляться вдоль берега вечером и выяснить, вернулся ли незнакомец. Впервые более чем за год кто-то привлек ее внимание. Немногие разделяли страсть Эллы к темному времени суток. Интересно, незнакомец любит ночь? Или вчера он сделал исключение из-за долгого путешествия? Где он жил в пустыне? Элле захотелось посетить оазис или просто несколько часов провести в пустыне, наслаждаясь одиночеством и тишиной.

Для этого понадобится автомобиль. Не арендовать ли ей машину? Возможно, когда наступит осень.

Элла едва могла дождаться полуночи. Откуда это странное нетерпение? В течение года она практически ни с кем не общалась. Однако случайная встреча пробудила ее любопытство. Она ничего не знает об этом мужчине за исключением того, что он любит море и не боится плавать в темноте.

Стар он или молод? Живет неподалеку или тайком пробрался на частный пляж?

Придет ли он сегодня ночью?

Как только часы пробили полночь, Элла вышла из дома и стремительно направилась к пляжу. Быстро оглядываясь по сторонам, она ощутила разочарование. Мужчины не было видно. Тихонько посмеявшись над своей наивностью, она пошла к кромке воды, собираясь прогуляться по вчерашнему маршруту.

— Я гадал, придете вы или нет, — послышался позади нее знакомый голос. Повернувшись, она увидела, что незнакомец быстро догоняет ее. Сегодня на нем были темные брюки и белая рубашка.

— Я часто гуляю ночью, — заявила Элла, не желая, чтобы он решил, будто она явилась специально, чтобы увидеться с ним.

— Как и я, поскольку днем слишком жарко.

— И еще оттого, что вам не спится? — поинтересовалась она.

Мужчина пошел рядом с ней.

— Иногда это мешает, — задумчиво произнес он. — Вам тоже?

— Время от времени.

Теперь, когда они встретились, Элла почувствовала себя неловко и смутилась. Ее сердце забилось чуть быстрее, что изумило молодую женщину.

— Вам удалось поспать после приезда?

— Да, несколько часов, — ответил он.

— В отпуске обычно подолгу спят и отдыхают, — протянула Элла, стараясь понять, как задавать вопросы, чтобы не показалось, будто она что-то выпытывает.

— Но я не в отпуске, — возразил незнакомец.

— О, судя по тому, что вы сказали... — Она замолчала.

— Я приехал с нефтяной вышки, что расположена к западу от города. И здесь я по делу. Если быть точным, по личному делу.

Что за дело? Как долго придется его улаживать? Увидятся ли они завтра? Очень приятно с кем-нибудь пообщаться, пусть хотя бы еще один раз.

— Мне нужно кое о чем поразмыслить и принять решение, — прибавил он мгновение спустя.

— М-м-м... — Элла брела по воде. Сегодня с моря дул легкий бриз, отчего воздух казался прохладнее обычного. Он чудесно освежал после жары в студии.

— Вы говорите по-арабски, но вы не местная, верно? — спросил мужчина.

Она подняла глаза и покачала головой. Хотя он вряд ли увидел это.

— Я несколько лет изучала язык, хорошо понимаю по-арабски, но у меня неважное произношение.

— У вас едва заметный акцент. Откуда вы родом?

— Из Италии, но давно не была там. Я теперь живу здесь.

— С семьей?

Элла помедлила.

— Считаете, мне нужна компаньонка? — спросила она, уходя от ответа.

— Понятия не имею. Сколько вам лет?

— Достаточно. — Она остановилась и взглянула на собеседника, сожалея, что почти не видит его лица. — Я вдова. Мне уже давно не требуется няня.

— Судя по голосу, вы не так стары, чтобы быть вдовой.

— Иногда кажется, что мне сто лет.

Никто не должен терять мужа всего в двадцать восемь лет. Но жизнь не всегда справедлива.

— Сожалею о вашей потере, — мягко произнес он.

Элла ушла вперед, не желая вспоминать горькие дни. Она старалась сосредоточиться на шелесте влажного песка, слушать море, целующее волнами берег, ощущать энергию, исходящую от мужчины, идущего рядом. Итак, теперь он считает ее пожилой дамой, одинокой вдовой. Сколько ему лет? Трудно сказать, хотя он, похоже, мужчина в расцвете лет.

— Спасибо...

Элла не знала, как лучше отвечать на подобные высказывания. Этот человек даже не был знаком с ее мужем. И все же было приятно услышать его сочувственные слова. Терял ли он любимую?

Несколько мгновений они шли молча. Затем Элла спросила:

— А чем вы занимаетесь на нефтяной вышке?

— Я консультант по проблемам насосных станций и буровых установок в компании «Башири ойл». Мы обследуем новые месторождения. И ликвидируем пожар, если взрывается скважина.

— Вы тушите горящие нефтяные скважины? — изумилась Элла. Она видела фотографии горящих скважин. Пламя вырывалось из них на несколько футов вверх. Температура была такой высокой, что в нескольких ярдах от очага пожара деформировался металл. Ей было нелегко управляться с огнем в собственной студии, где имелись защитные приспособления. Разве можно погасить горящую в скважине нефть? — Есть ли на свете более опасная работа?

Он тихо рассмеялся:

— Думаю, есть. Моя работа порой непредсказуема, но кто-то должен ее делать.

— Чем вас так привлекло тушение пожарищ? Разве штатных пожарных недостаточно?

— Я очарован процессом нефтедобычи, начиная с обнаружения залежи и заканчивая бурением и установкой заглушки. Во время этих работ возможно возникновение пожара. Чаще всего он случаен, но иногда случаются диверсии. Главное — потушить огонь как можно скорее. Вот поэтому мы консультируем разработку новых месторождений и инспектируем существующие скважины на предмет обеспечения безопасности. Все для того, чтобы предотвратить пожар на нефтяной вышке. Это всегда было мне интересно.

— Я просто не могу себе представить. Там жарко? Вообще-то там должно быть чрезвычайно жарко. Есть какое-нибудь слово для описания такой высокой температуры?

Он снова рассмеялся. Элле нравился его смех.

— О, там жарко даже в специальных костюмах.

Мужчина кратко объяснил, как они обращаются с огнем.

— Вы могли погибнуть! — воскликнула Элла.

— Пока не погиб, — бросил он.

Она заметила, как едва слышно изменился его голос. Ее новый знакомый больше не смеялся. Вероятно, на пожаре пострадал или погиб близкий ему человек.

— Они нечасто взрываются, — произнес он.

— Я надеюсь, что в мире больше не случится ни одного пожара на нефтяной скважине! — пылко заявила Элла. — Неудивительно, что вчера ночью вам захотелось поплавать. Если бы я выжила после одного из таких пожаров, я захотела бы поселиться в море.

— Заманчиво. Но я не смог бы жить здесь постоянно. Что-то все время тянет меня назад, к нефтяным месторождениям. Необходимость содержать буровые установки исправными... Чувство долга... Обязанность, страсть... Я не знаю наверняка.

— Значит, вы бы занимались этим, даже если бы не нуждались в работе?

Он опять рассмеялся:

— Точно.

Элла остановилась:

— Обычно я дохожу до этого места.

— Здесь живет — по крайней мере жил — Бен аль-Салики, — заметил Халид, оглядывая дом. Над вершинами деревьев виднелось только острие крыши, мягкий свет ламп, льющийся из окон, освещал сад.

— Откуда вы знаете? — спросила Элла. В темноте ничего не было видно.

Он повернулся к ней:

— Я проводил здесь каждое лето. В доме моей бабушки. Я знаком со всеми семьями, живущими у этого пляжа, но вас не знаю.

— Бог мой, вы из семьи аль-Харум, верно? Меня зовут Элла Понти. Я арендую у вас дом.

Глава 2

— Арендуете дом? — переспросил Халид.

— Я живу в гостевом коттедже в поместье вашей бабушки. Она была моей наставницей, или кем-то вроде этого. Жаль, что она умерла.

— Она сдавала внаем гостевой домик? Я об этом понятия не имел.

— У меня есть договор аренды. Вы можете все проверить. Она настояла на том, чтобы его подписать. Говорила, что, уладив все деловые вопросы, мы будем наслаждаться обществом друг друга. Она была замечательной. Я очень по ней скучаю.

— Я тоже по ней скучаю. Но мне ничего не известно насчет гостевого домика, — повторил Халид.

— Разве не вы управляете поместьем? Ведь каждую неделю приходит садовник, чистоту и порядок поддерживают горничные.

— Я впервые приехал сюда после смерти бабушки. А слуги знают свои обязанности. Им не нужен надзиратель.

— Она рассказывала о своих внуках. Вы Рашид или Халид?

— Халид.

— Ах, мятежник.

— Мятежник?

— Алия говорила, что вы еще не нашли свое место в жизни, хотя очень много путешествовали.

— Верно. А кто, по ее мнению, Рашид?

— Трудоголик. Пытается улучшить бизнес, оставленный отцом и дядями. Она беспокоилась о вас обоих. Боялась... — Элла внезапно умолкла. Она не станет рассказывать обо всем, что беспокоило его бабушку. Ее не касается, что Халид и Рашид холосты и бездетны. Старуха жаждала понянчить правнуков, но этого не случилось.

— Чего боялась? — спросил Халид.

— Ничего. Я должна возвращаться.

Элла заторопилась домой. Откуда ей было знать, что загадочный незнакомец с пляжа окажется ее домовладельцем? Он больше года не появлялся в поместье.

Халид легко догнал ее. Он остановил Эллу, взяв ее за руку:

— Расскажите.

— Боже правый, ну о чем рассказывать? Она боялась того, что оба ее внука не женаты и не имеют детей. Алия была убеждена, что каждый из вас слишком занят собой и не хочет оглянуться вокруг и найти подходящую невесту. Она мечтала подержать на руках правнуков.

— Бабушка рассказывала об этом вам? Незнакомке?

Элла кивнула:

— Да. Мы подружились, часто болтали. Она нередко приходила в гостевой коттедж, интересуясь, чем я занимаюсь.

Алия стала опорой для Эллы, когда та горевала. Она очень помогла ей своей мягкой мудростью. Элла обрела настоящий дом и всегда будет благодарна госпоже аль-Харум за то, что та предоставила ей идеальное убежище.

Шейх Халид аль-Харум очень богат, следовательно, работает он явно не ради денег. Неудивительно, что бабушка жаловалась на него. Чудо, что он все еще жив.

— И чем вы с ней занимались? — спросил он, по-прежнему держа ее за руку.

— Работали. Можете считать свою бабушку покровительницей искусств.

— Вы художник?

— Нет. Стеклодув. Вы отпустите меня?

Элла почувствовала, как он ослабил хватку. Она отступила назад и направилась к гостевому коттеджу.

— Вы собираетесь продать поместье? — поинтересовалась Элла.

— Я подумываю об этом.

— Сохраните его. Ваша бабушка очень обиделась бы, если бы вы отделались от него.

— Я не отделываюсь. Поместье слишком велико для одного человека. Я нечасто бываю в Алькахдаре, а когда приезжаю, то останавливаюсь в квартире, которая меня вполне устраивает.

— Подумайте о будущем. Вы можете жениться, и когда-нибудь у вас будет огромная семья. Вам понадобится большой дом, вроде этого. У него идеальное местоположение — прямо у залива.

— Я не намерен жениться. Очевидно, моя бабушка не рассказала вам обо мне все, иначе вы сочли бы мысль о моей женитьбе смехотворной. Мне не нужен большой дом.

Элла постаралась вспомнить, что еще говорила о своих внуках ее благодетельница. Не выдавая ничьих тайн, не вдаваясь в подробности, она все же много поведала Элле о характерах этих мужчин.

— Не делайте поспешных выводов, — попросила Элла.

Алия умерла, думая, что любимый внук поселится здесь. Элле очень не нравилась мысль о том, что он продаст дом, который был так дорог пожилой женщине.

— Моя бабушка умерла в июле прошлого года. Сейчас конец мая. Я не нахожу это поспешным решением.

Элла не знала, как повлиять на него. Если Халид хочет продать дом, он вправе это сделать. Но ей было жаль Алию, уверенную, что Халид найдет счастье в доме, который та любила.

— Пойдемте, я провожу вас, — предложил он. — Прошлой ночью вы не нашли тропинку, ведущую к хозяйскому дому или гостевому коттеджу.

— Я не знала, кто вы такой, и не хотела показывать незнакомцу, где живу, — произнесла Элла, пятясь. Ночь показалась ей слишком темной и чересчур холодной. Элле хотелось домой. Она так ждала этой прогулки, а теперь жалела, что не осталась в коттедже и не легла спать.

— Мудро, — заметил Халид. — Вы действительно не знали, кого встретили на пляже так поздно.

— Я давно забочусь сама о себе. Я хорошо знаю этот пляж, — бросила на ходу Элла.

Она выяснила, кто он такой. В ближайшем будущем ей придется иметь с ним дело. Но пока она плохо знает Халида и не собирается ничего о себе рассказывать.

Элла запаниковала. Если он продаст поместье, куда она пойдет? Она не предполагала, что ей когда-нибудь придется покинуть гостевой домик. Следует перечитать договор аренды. Говорится ли в нем о возможной продаже поместья? Ведь госпожа аль-Харум и подумать об этом не могла.

Добравшись до знакомой тропинки, Элла прибавила шаг.

— Доброй ночи, — произнесла она, не зная, как следует обращаться к Халиду. Шейх аль-Харум? Или надо называть его по имени — ведь его брат тоже является шейхом? Элла не привыкла иметь дело с высокопоставленными особами.

Войдя в коттедж, она включила освещение и направилась к письменному столу. Ее расходы были минимальны: еда, электричество и небольшая арендная плата. Семье аль-Харум ее деньги не требуются. Но благотворительности она не потерпит. Дело не в деньгах, а в ее мечтах. Госпожа аль-Харум поняла бы ее. А вот поймет ли шейх?

Элла изучила арабскую вязь договора, найдя ее более сложной для понимания, чем газетный шрифт. Почему она не попросила копию на итальянском языке?

С отвращением бросив договор на стол, Элла долго металась по комнате. Если ей придется уехать отсюда, куда она денется? Молодая женщина осмотрела стены кремового цвета, мягкие занавески, делающие комнату уютной. Из окон открывался вид на сады. Элла любила каждый дюйм этого коттеджа и этой земли. Где еще она обретет дом?

Следующим утром Элла заканчивала завтрак, когда одна из горничных постучала в дверь. Это была Джалила, которая много лет служила госпоже аль-Харум.

— Его превосходительство желает видеть вас, — сказала она. — Я должна проводить вас в хозяйский дом.

Итак, теперь он вызывает ее — вероятно, чтобы обсудить вопрос об отъезде.

— Подожди, пока я переоденусь, — попросила Элла.

На ней были изношенные джинсы и просторная рубашка, в которой она работала в студии. Неподходящий вид для визита к шейху. Особенно если предстоит битва за место под солнцем.

Элла быстро надела платье, оттеняющее ее карие глаза. Платье было чуть великовато — за прошедшие месяцы она похудела. И все же розовый цвет освежал ее.

Глаза Эллы оставались печальными — так было с тех пор, как она потеряла Александра. Веселая девушка, которая считала всех людей хорошими, осталась в прошлом. Теперь ей известны душевная боль и предательство. Она стала мудрее, но какой ценой!

Проведя расческой по волосам, Элла отправилась на судьбоносную встречу. Имеется ли в договоре аренды пункт, аннулирующий ее права в случае продажи поместья? Идя по садам, она пыталась вспомнить каждую деталь договора, которую обсуждала с ней госпожа аль-Харум.

Войдя в дом, Элла сразу же вспомнила прежнюю хозяйку. Ничто не изменилось с того дня, когда она наносила ей визит. В доме было прохладно и уютно. На стенах висели те же картины. Первая ваза, выполненная Эллой, занимала почетное место на маленьком столе в вестибюле, в ней стояли свисающие каскадом цветы. Элла была счастлива, что ваза нравилась пожилой женщине.

Горничная провела ее в кабинет. Элла на мгновение задержалась на пороге. Ее глаза округлились, когда она рассмотрела шейха Халида аль-Харума. Он заметил откровенный ужас в ее взгляде. Лицо его посуровело, и Элла смутилась. Она не предполагала, что он сильно обгорел. На правой щеке и на шее кожа была сморщенной и уродовала красивые черты. Элла верно определила возраст Халида. Он был в расцвете лет, вероятно, чуть за тридцать. И очень высокий.

— Вы хотели меня видеть? — сказала она, входя в кабинет.

Элла пристально смотрела на Халида, решив не комментировать его ожоги и не произносить слова сочувствия. Она достаточно часто обжигалась, работая с расплавленным стеклом, и знала, насколько сильна такая боль. Почему невероятно богатый человек рискует жизнью, борясь с огнем на нефтяных скважинах?

Ее сердце забилось чаще. Несмотря на ожоги, Халид был самым красивым из всех знакомых ей мужчин. Даже красивее Александра. Элла нахмурилась. Незачем их сравнивать. Шейх — всего лишь ее новый домовладелец. Ни о каком влечении и речи быть не может.

— Прошу. — Халид указал на стул у письменного стола. — Вы намного моложе, чем я полагал. Вы действительно вдова?

Элла кивнула, присев на краешек стула:

— Мой муж умер в апреле прошлого года. Зачем вы хотели меня видеть?

Он показал ей копию договора аренды:

— Из-за этого. Договор, который вы подписали с моей бабушкой.

Элла кивнула. Именно этого она и боялась. Ее будущее в его руках.

— Как вам удалось принудить ее к этому? — Халид нахмурился, разглядывая документ.

Элла моргнула:

— Я ни к чему ее не принуждала. Как вы смеете такое предполагать?! — Не стоит ли ей уйти после столь унизительного замечания. — Госпожа аль-Харум предложила мне место для жилья и работы, а затем сама принесла мне договор аренды. Я — стеклодув. Мне нужно продать определенное количество изделий, чтобы заработать на жизнь. Пока я не имела дохода, ваша бабушка спонсировала мою работу. Вы читали пункт, в котором оговорено процентное отчисление с продаж моих изделий?

— А если вы ничего не продадите? Похоже, вы поселились здесь на очень выгодных условиях. Но теперь поместье принадлежит мне, и если я решу продать его, то имею на это полное право. Я не знаю, как вам удалось заставить ее подписать столь выгодный для вас договор, но я не моя бабушка. Вам придется уехать. Освободите гостевой домик, чтобы я мог при необходимости сделать там ремонт перед выставлением поместья на продажу.

Элла уставилась на него.

— Где в договоре указано, что я должна покинуть дом до истечения пятилетнего срока? — поинтересовалась она.

— Мне не нужны арендаторы. Сколько вам заплатить, чтобы вы уехали?

Сначала она не поняла, затем рассердилась:

— Нисколько. Я желаю остаться. — Элла выдержала его настойчивый взгляд. Коттедж стал ее домом. Слегка вздернув подбородок, молодая женщина продолжила: — На последней странице договора указано, что госпожа аль-Харум получит десять процентов от всех моих продаж.

Ей не хотелось долго общаться с этим человеком. Ясно, что ему наплевать на нее и ее будущее.

Госпоже аль-Харум нравились ее изделия из стекла, она поощряла Эллу. Несомненно, в случае успеха она гордилась бы ею. А шейх аль-Харум считает ее препятствием для продажи поместья.

— Я могу очень хорошо вам заплатить, — тихо сказал он.

Элла посмотрела на него в упор:

— Нет.

— Вы не знаете суммы, — произнес он.

— Не важно. Я подписала договор аренды и имею право жить в гостевом домике еще четыре года. У меня достаточно времени, чтобы заработать деньги. Если не получится со стеклом, поищу другое занятие.

— Например, найдете богача мужа... Вам очень не хочется отсюда уезжать. Поместье роскошное... Но если я дам вам достаточно денег, вы какое-то время сможете жить в подобной роскоши.

Поднявшись, Элла наклонилась к нему и прищурилась:

— По условиям договора я имею право остаться. Смиритесь.

Повернувшись, она ушла, не обращая внимания на дрожь в коленях и учащенно колотящееся сердце. Ей не нужны его деньги. Она желает остаться там, где живет, — до тех пор пока не создаст будущее, о котором мечтает. Пока не докажет, что ее искусство чего-то стоит, а изделия не начнут покупаться.

Халид слышал ее поспешные шаги, затем стук захлопнувшейся парадной двери. Итак, Элла отказалась уехать. Он снова взглянул на договор аренды. Судя по всему, его не так просто аннулировать. Следует показать документ адвокатам и найти выход. Он не желает еще четыре года возиться с этим домом. Никто не купит поместье с арендатором. О чем только думала бабушка?!

Откинувшись на сиденье, Халид посмотрел на стул, на котором сидела его нежеланная арендаторша. Элла Понти, вдова. Ей за двадцать. Как умер ее муж? Она слишком молода, чтобы жить в одиночестве. И все же, судя по печали в глазах, на смену которой пришла злость, она искренне скорбит по мужу. Жаль, что придется внести изменения в ее жизнь.

Но как он выселит ее из коттеджа? Может, бабушку провели? Неужели Элла всего лишь охотница за богатством, жаждущая легкой жизни? Прицепившись к старухе, она уговорила ее практически отдать ей коттедж.

Халид не торопился с продажей. Каждая комната напоминала ему о бабушке. Оглядев кабинет, он понял, что не желает с ним расставаться. Но зачем ему такой большой дом? Нет, лучше продать поместье.

Следовало чаще навешать бабушку. Когда Халид приезжал в город, они вместе ужинали в Алькахдаре. Время от времени он сопровождал ее на приемы или вечеринки. Бабушка расспрашивала его о том, как идут дела, а он не слишком интересовался ее жизнью.

Хотя если бы она увидела сегодняшнюю реакцию арендаторши, то не стала бы упрекать внука в том, что он слишком много внимания уделяет своим шрамам. Первоначальная реакция Эллы была очень похожа на взгляд его невесты, полный ужаса. Да и любая женщина отреагирует так же. Вот почему Халид большую часть времени проводит на нефтяных месторождениях или в пустыне...

Халид поднял телефонную трубку, чтобы позвонить в управление «Башири ойл». Чем скорее он найдет способ отделаться от нежеланной постоялицы, тем лучше.

Элла вихрем ворвалась в гостевой домик. Ее пытались купить! Зачем Халид аль-Харум приехал в поместье именно сейчас? Ведь прежде она ни разу не видела его. Элла жила так, как хотела, а он намерен все испортить.

Как он посмел предложить ей деньги? Она никуда не уедет. Ей нужно убежище. Благодаря госпоже аль-Харум Элла постепенно приходила в себя после жестокого удара судьбы. Алия верила в ее талант. Элла докажет, на что она способна, в память о женщине, которая помогла ей.

И никакой внук-мятежник не заставит ее уехать отсюда.

Сняв платье, Элла бросила его на кровать. Незачем было для него наряжаться. Она надела джинсы и просторную рубашку. На ходу завязывая волосы в хвост, Элла отправилась в студию. Стеклянная ваза, которую она изготовила вчера, все еще остывала в печи. Элле не терпелось узнать, окажется ли ваза такой красивой, как она задумывала. Главное, чтобы изделие было безупречным, без трещин от неравномерного остывания, ибо пришлось смешивать различные типы стекла. Остается надеяться на лучшее. Работа со стеклом требует терпения.

Взяв этюдник, Элла уселась у окна. Если ваза удастся, можно выполнить по этой технологии целую серию изделий. Она уставилась на белый лист. Перед ее глазами возник не образ будущего изделия, а лицо Халида аль-Харума. Какой контраст — красавец с ужасным шрамом. Его бабушка никогда об этом не упоминала. Она делилась с Эллой своим беспокойством по поводу того, что внуки никак не найдут счастье, вспоминала их детство.

Когда случился пожар? Халид мог погибнуть. Не следует интересоваться им, поскольку он пытается выставить ее на улицу. Но все же это ужасная трагедия. Она взглянула на пару небольших шрамов на руках и пальцах, оставшихся от детских травм. Огонь опасен и разрушителен для нежной человеческой кожи. Каждый ожог, даже очень маленький, болит ужасно. Элла содрогнулась, представив, что большая часть ее тела обгорела.

Шрамы Халида не были красными, значит, ожоги давние. Но с его деньгами он мог прибегнуть к услугам пластических хирургов.

Элла вскочила и принялась мерить шагами студию. Ей следовало сосредоточиться на разработке эскизов. Пора создать коллекцию, которую возьмут на выставку, а затем продадут по высокой цене. Госпожа аль-Харум обещала поговорить с владельцем галереи, но, вероятно, не стала торопиться с этим. Стоит ли предлагать произведения искусства, которые будут закончены через несколько лет?

— Что же делать? Плохо, если он попытается выкинуть меня отсюда. Мне в самом деле некуда идти, нет шансов попасть с работами на выставку, если кто-нибудь не поручится за меня, — вслух рассуждала она.

Главное — не сдаваться. До тех пор пока ее — брыкающуюся и орущую — не выволокут из студии, она будет работать над коллекцией.

День тянулся бесконечно. Всякий раз, думая о Халиде аль-Харуме, Элла приказывала себе сосредоточиться на эскизах ваз из синего и красного стекла. Ей удавалось поработать некоторое время, затем вдохновение исчезало, и она снова принималась размышлять о Халиде.

Элла решила не выходить на пляж. Обычно прогулки освежали ей голову, но сегодня ей меньше всего хотелось снова встретиться с Халидом.

Она какое-то время провела на террасе, стараясь успокоиться. Чем активнее она отгоняла от себя образ Халида, тем настойчивее он появлялся перед ней. Наконец Элла вскочила на ноги. Многие месяцы она гуляла вдоль берега. Незачем изменять своей привычке только потому, что здесь соизволил появиться Халид аль-Харум.

Ступив на песок, она огляделась. Никого. Элла медленно добрела до воды, затем повернула на юг. Если Халид выйдет на прогулку, он, вероятнее всего, пойдет в обратном направлении, туда, где они встретились. Следовательно, Элла с ним не столкнется.

Прошло немного времени, и молодая женщина стала успокаиваться. Она забыла о заботах и волнениях и постаралась насладиться ночью.

— Я догадывался, — раздался голос справа от нее. Халид поднялся с песка и подошел к Элле. — Я предполагал, что сегодня ночью вы отправитесь в другую сторону, и оказался прав.

Тон мужчины был весьма самодовольным, ей захотелось его ударить.

— Тогда я развернусь и пойду на север. — Она остановилась и посмотрела на него.

Он пришел на пляж раньше и ждал ее? Вероятно, снова станет уговаривать уехать.

— Я не мешаю вам гулять где угодно, — произнес Халид, стоя рядом с ней... чуть ближе дозволенного.

Волна омыла ноги Эллы. Прохладная вода рассеяла чары.

— Вы, несомненно, тоже можете идти куда захотите, — заявила Элла и двинулась вдоль кромки воды.

Халид не отставал. Молчание затягивалось. Элла совсем потеряла покой. Ее нервы были на пределе.

— Я звонил адвокату, — наконец сказал он.

Она не ответила, ожидая плохих вестей.

— Радуйтесь. Договор аренды не оставляет никаких лазеек. Вы имеете право оставаться в гостевом домике столько, сколько пожелаете. У вас есть право расторгнуть договор до истечения срока, а вот у моей бабушки и у меня такого права нет.

Элла совсем забыла об этом. Госпожа аль-Харум особо настаивала на том, что она может покинуть поместье в любое время. Но Элла даже предположить не могла, что уедет отсюда.

— Так что, если вы решите уехать, я заплачу вам, — продолжал Халид.

— Я живу здесь не ради денег, — бросила она.

— Почему вы поселились в нашей стране? У вас нет семьи. Нет мужа. Что удерживает вас здесь?

— Здесь спокойно, — объяснила Элла. — Красивое место в красивой стране. У меня тут друзья. Кишари — мой дом.

— Спокойно? Разве? — удивился Халид.

Элла замедлила шаг. Пора раз и навсегда с этим покончить.

— Слушайте, я приехала сюда, когда мне было очень тяжело — сразу после смерти мужа. Ваша бабушка сделала для меня больше, чем кто бы то ни было. Она дала мне кров, защитила от проблем и помогала пережить горе. Я ее вечная должница. Я никогда не смогу с ней рассчитаться. Мне было очень больно, когда она умерла. Сейчас я начинаю обретать покой и не желаю разрушать свою жизнь потому, что вы решили избавиться от дома, который любила ваша бабушка. Она завещала его вам, надеясь, что вы здесь поселитесь. Не втягивайте меня в ваши дела. Я не возьму деньги. Оставьте меня в покое и позвольте заниматься тем, чем я занимаюсь последние месяцы.

— Жизнь не стоит на месте. Да, бабушка завещала мне поместье, надеясь, что я поселюсь в нем. Вы видели меня сегодня утром. Теперь вам понятно, почему я никогда не женюсь. К чему из сентиментальных соображений сохранять это поместье, приезжая сюда один-два раза в год, если тут ежедневно может радоваться жизни другая семья? Думаете, мне будет легко его продавать? Да и родственники будут уговаривать меня сохранить дом. Но я считаю преступлением оставлять поместье пустующим год за годом. Что в этом хорошего?

— Почему вы никогда не женитесь? Разве на пожаре вы пострадали целиком? — изумленно спросила Элла.

— Что?! — Халид был поражен ее вопросом.

Ох, великолепно! Зачем она открыла рот? Теперь придется объясняться.

— Разве вам нельзя усыновить детей или что-то в этом роде?

Он расхохотался. Элла нахмурилась:

— Итак, в этом отношении вы в порядке. — Она прищурилась. — Тогда в чем проблема?

Халид наклонился к лицу Эллы, она почувствовала его теплое дыхание. Молодая женщина уставилась в его карие, как и у нее, глаза, плохо различимые в тусклом мерцании звезд.

— Повторяю, сегодня утром вы меня видели при свете солнца. Какая женщина захочет приблизиться ко мне? — очень тихо спросил он.

— Вы глупы или считаете таковой меня. Вы красивы, за исключением небольшого дефекта. У вас правильная речь. Полагаю, вы хорошо образованны и очень богаты. Почему в вас нельзя влюбиться? Ваша бабушка считала, что вы должны жениться.

— Я не хочу, чтобы за меня выходили замуж из-за денег. У меня тяжелый характер. Уверяю вас, внешний вид много значит, когда люди ищут себе партнеров. У моей бабушки был счастливый брак, и она мечтала, чтобы были так же счастливы ее внуки.

— Я все-таки не поняла, в чем проблема?

— Вероятно, вы действительно глупы. Проблема в этом шраме. — Халид взял Эллу за руку и провел ее ладонью по своей щеке, прижимая к сморщенной коже.

Он отпустил руку женщины, но она ее не убрала. Его кожа была теплой, хотя и неровной. Элла осторожно погладила ее большим пальцем, коснулась губ, которые не повредило пламя. Ее сердце учащенно билось, она была заворожена. Халид приговорил себя к одиночеству. Она знала, что это такое. После смерти Александра Элла повела себя точно так же.

Но обстоятельства были иными. Она любила и потеряла любовь, а Халид в любви нуждается. И он обязан воплотить в жизнь мечту своей бабушки.

Халид был шокирован. Прикосновение Эллы было мягким, нежным, приятным и в то же время обжигающим. После того как доктора сняли с него бинты, никто не прикасался к нему. Отпустив руку Эллы, он не сомневался, что она отдернет ее. Однако она не сделала этого. Ласка была неожиданной и чувственной. В Халиде пробудились чувства, которые долгие годы спали.

— Хватит! — Оттолкнув ее руку, он шагнул назад. — Скажите, сколько вам понадобится времени, чтобы уехать из гостевого домика?

— Четыре года, — ответила она и продолжила прогулку.

Элла явно не шутила. Деньги ей не нужны. Ей необходимо время.

Как она оказалась здесь? Может быть, в вещах бабушки Халид отыщет объяснение тому, почему та подружилась с итальянкой и подписала выгодный только Элле договор? Он не просмотрел все документы, но завтра утром займется именно этим.

Халид смотрел вслед женщине и не двигался. Ей было все равно, идет он за ней или нет. Судя по всему, сопровождающие ей не требуются.

Зачем он сегодня пришел сюда? Трудно вспомнить, когда он в последний раз искал общества женщины.

Тряхнув головой, Халид улыбнулся. Поведение Эллы шокировало его. Вероятно, это обычная реакция мужчины, у которого долго не было женщины...

Возможно, ему следует прекратить давление на нежеланную постоялицу и подробно разузнать о ней, прежде чем снова добиваться своего. Элла его заинтриговала. Пора выяснить все о молодой вдове, поселившейся так далеко от родных мест.

Глава 3

«Возможно, до него наконец дошло», — подумала Элла, прогуливаясь в одиночестве. Халид не последовал за ней. Хорошо. Но если быть честной, она немного разочаровалась.

Элла сжала кулак, вспоминая, как прикасалась к лицу Халида, к его губам. Не хочется ей думать о его губах, ведь это наводит на мысли о поцелуях. А она не намерена никого больше целовать. Это все равно что предать любовь к Александру.

— Александр, — прошептала она, и спустя мгновение в голове у нее возник образ любимого. Элла запаниковала. Она не может его забыть! Она по-прежнему любит мужа. Однако его образ стал дрожащим и размытым, а затем и вовсе сменился образом Халида аль-Харума.

— Нет! — решительно заявила Элла. Она выбросит Халида из головы и сосредоточится на чем-нибудь другом.

Молодая женщина растерянно огляделась. Вдалеке она заметила плывущий корабль. Круизный лайнер. Люди наслаждаются видами залива. Наверняка они сделают остановку в одной из прибрежных стран. Возможно, купят жемчуг в магазине или с удовольствием полакомятся блюдами традиционной арабской кухни. Вечерами будут танцевать... На миг Элла пожалела о том, что никогда не будет танцевать снова. Она молода, а уже потеряла любимого. Но такова жизнь.

У Эллы осталось творчество.

Она долго смотрела на корабль, затем оглянулась. Халид стоял на прежнем месте. Он размышляет? Или просто ждет, когда она вернется? Элла направилась в его сторону. Следует возвращаться домой. Уже поздно, а сегодня у нее был суматошный день.

Она подошла к Халиду:

— Что теперь?

— Теперь будем ждать четыре года, — ответил он.

Элла удивилась. Неужели он действительно решил оставить ее в покое? А ей казалось, что просто так он не отступится. Вероятно, Халид прагматик, Закон на ее стороне, даже вопреки желанию шейха.

— Раз уж мы будем соседями, давайте постараемся ладить, — предложил Халид.

Элла тут же встревожилась. Он из тех людей, которые способны получить выгоду в любом случае.

— И как мы это сделаем?

— Будем приветливыми, разумеется. — Он пошел рядом с ней. — Вы, несомненно, время от времени приходили в гости к моей бабушке.

— Почти каждый день, — произнесла Элла. — Она одобряла мои занятия со стеклом. Вам известно, что в доме стоит одна из моих ранних работ?

— Которая и где?

— Плоская ваза в вестибюле. Она понравилась госпоже аль-Харум, и я сделала ей подарок. Мне приятно, что ваша бабушка поставила вазу на видное место.

— Может быть, однажды я загляну и посмотрю, как вы работаете.

Элла не была уверена, что хочет видеть Халида в своей студии или доме. Но, вероятно, следует ему уступить. Если он действительно перестанет настаивать на ее отъезде, она переживет пару визитов.

— Предупредите меня заранее, — сказала она.

* * *

Следующим утром Халид разобрался с электронными письмами, затем позвонил брату. Рашид являлся главой компании «Башири ойл». Формально Халид владел компанией наравне с братом, дядей и несколькими кузенами, но Рашид вел все дела, что устраивало Халида. Он предпочитал находиться на нефтяных месторождениях, а не в небоскребе в центре города.

— Что случилось? — спросил Рашид, услышав голос брата.

— Я в бабушкином поместье. Ты знал, что в прошлом году она сдала в аренду гостевой домик?

— Нет. Кому?

— Художнику. Я тоже был не в курсе и теперь задаюсь вопросом, в чем секрет.

— Хорошенькие дела. Этот тип убедил бабушку стать его спонсором? Что он затеял?

— Если быть точным, это не художник, а художница. Я ни в чем не уверен, поэтому звоню тебе. Не можешь найти кого-нибудь, чтобы проверить ее прошлое? Элла заключила договор, не оставляющий лазеек, и не намерена покидать поместье еще четыре года.

— Договор аренды на пять лет? Пусть адвокаты его изучат.

— Уже изучили. Не подкопаешься. И она настроена решительно. Я предложил ей столько отступных, сколько мог, но она по-прежнему отказывается.

— Так собери компромат и избавься от нее, — предложил Рашид.

— Нет, я пока потерплю ее. Я просто хочу узнать больше о ней. Для меня важно мнение бабушки, а она явно любила эту женщину.

После недолгого молчания брат заговорил снова:

— Она хорошенькая?

— Какое это имеет отношение к проверке ее прошлого? Она вдова.

— О, ладно, тебе перезвонит мой человек. Объясни ему, что тебя интересует. Мы с Бетан сегодня ужинаем у мамы. Хочешь присоединиться?

— В другой раз. Я разбираю бабушкины вещи. По-прежнему не верится, что ее нет. Кажется, будто она вышла ненадолго...

— Планируешь туда переехать?

— Я собирался продать поместье, но потом выяснил, что у меня имеется постоялица, которую с места не сдвинешь.

— Молодец вдова! Никто из нас не хочет, чтобы ты его продавал.

— Поместье принадлежит не вам. У тебя есть вилла в южной части города.

— Ты любишь море. Почему не оставишь поместье себе?

— Дом слишком велик. Для чего поместье будет пустовать десятилетиями?

— Женись и обживись там, — предложил брат.

— Передавай привет маме, — сказал Халид, уклоняясь от предложения.

Рашиду не следует забывать, что это никогда не произойдет. Однако недавно он отпраздновал помолвку и изменил свое отношение к холостяцкой жизни. Но обратить Халида в свою веру брату не удастся.

В голове прозвучали слова Эллы, сказанные вчера ночью. Халид покачал головой. Говорить в темноте проще, сложнее — лицом к лицу, видя шрамы.

Положив телефонную трубку, он взглянул на стоящую на его письменном столе вазу. Халид принес ее в кабинет вчера. Она оказалась красивой — овальной формы, с неровными краями. В центре стеклянная ваза была желтой, как солнечные лучи. К краям цвет становился блеклым и вытягивался в тончайшие нити. Как ей удалось это сделать? Ваза была тяжелой, но выглядела хрупкой и очаровательной.

Судя по этой вазе, Элла действительно художница. Возможно, бабушка Халида заметила ее творческий потенциал и решила ей помочь.

Поднявшись, Халид направился в гостевой коттедж. Настало время посетить студию и оценить работу Эллы.

Специально выстроенная студия располагалась около гостевого коттеджа. Остановившись в дверном проеме, Халид почувствовал, как его окутал горячий воздух. Элла сосредоточенно работала, не замечая его. На ней был длинный кожаный фартук и кожаные перчатки до локтей. Молодая женщина в черных очках сидела верхом на длинной деревянной скамье. С одной стороны находился металлический лист, над которым она формовала расплавленное стекло при помощи длинной трубки. В нескольких футах стояла разогретая печь с открытой дверцей.

Темные волосы Эллы были стянуты в конский хвост. Даже в такой одежде она казалась женственной и хорошенькой. Почему ее заинтересовало почти забытое искусство стеклодувов? Требуется немало сил, чтобы работать в таких условиях. В студии было почти тридцать семь градусов. Но Элла выглядела спокойной, будто сидела в гостиной бабушкиного дома.

Молодая женщина неторопливо вращала трубку. Подув в нее в очередной раз, Элла придала стеклу вытянутую форму. Халид боялся ее отвлекать, чтобы не нарушить процесс.

Элла подняла глаза и нахмурилась, затем вернулась к работе.

— Что вам нужно? — спросила она, затем осторожно подула в трубку.

— Увидеть, где вы работаете. — Халид вошел в студию. — Здесь жарко.

— Хм, я работаю с огнем.

Элла выдувала из стекла высокую вазу. Цвет было трудно определить, поскольку раскаленное стекло переливалось.

Он подошел ближе, от жары его шрам стало саднить. Он повернулся к огню другой стороной:

— Не возражаете, если я посмотрю?

— Вряд ли я могу возразить, верно? — бросила она.

Халид сдержал улыбку. Элла не собиралась ему уступать. Это нечто новое в его отношениях с женщинами. До того как он получил ожоги, женщины на нем висли. На нем и на Рашиде. Халид мог поспорить, что даже тогда Элла виснуть на нем не стала бы.

— Моя бабушка построила это для вас?

— М-м-м... — промычала она, обхватив трубку губами.

— Дворец искусств...

— М-м-м...

Он огляделся. Вдоль стены располагалось разнообразное оборудование. Там же стояли кувшины с битым стеклом различных цветов. На столе красовались готовые изделия. Подойдя, Халид поднял одну вазу. Он обратил внимание на форму, которая напоминала песочные часы. Цвет стекла — синий, но если поднять вазу выше, то на фоне белой стены она приобретала бледно-зеленый оттенок.

Халид не являлся ценителем искусства, но изделия были весьма красивы.

Когда он снова посмотрел на Эллу, она обрабатывала изделие при помощи металлической лопатки: сделала дно вазы, затем принялась обрабатывать ее края, придавая им изогнутую форму. Оглядев вазу со всех сторон, молодая женщина установила ее на лопату с длинной ручкой и осторожно понесла к печи. Открыв верхние дверцы, Элла поставила туда вазу, быстро закрыла их и установила температуру.

Наконец она сняла черные очки:

— Итак?

Ее кожа блестела от пота.

— Интересно. Красивые. — Халид указал на коллекцию готовых изделий, стараясь не пялиться на Эллу. С румянцем на щеках она выглядела еще красивее.

— Надеюсь. Это пробная партия. Вам известны какие-нибудь торговцы произведениями искусства? — с надеждой спросила она.

Халид покачал головой.

Она вздохнула, сняла фартук и положила его на скамью.

— Мне тоже. Ваша бабушка собиралась представить меня нескольким владельцам галерей в Европе. Придется прорываться вперед самостоятельно.

— Почему вы не воспользуетесь фамилией аль-Харум? — тихо поинтересовался он.

Глаза Эллы сверкнули. Неужели он намеренно ее изводит?

— Я не собиралась пользоваться ничьей фамилией. Я полагаю, что добьюсь признания сама. Ваша бабушка просто хотела меня познакомить с галеристами.

— Если бы она представила вас, владельцы галерей внимательнее отнеслись бы к вам. Они долго и упорно размышляли бы, стоит ли отказывать протеже Алии аль-Харум. Приезжая во Францию и Италию, бабушка вкладывала в галереи большие деньги.

— В Италии я выставлять свои работы не планирую, — поспешно заявила Элла.

Халид тут же насторожился. Почему она отказывается устраивать выставку на родине?

— Думаете, можно прожить на доходы от продаж?

— Так полагала ваша бабушка. Я верю ей. Конечно, на этом не разбогатеешь, но у меня скромные запросы. И мне нравится творить.

— Вы уже отсылали изделия оценщикам?

— Нет. Я должна вначале составить каталог. За месяц я могу сделать несколько ваз. У меня план на пять лет.

Ее взгляд был искренним. Странно, что такая хорошенькая женщина рассуждает о долгосрочных планах. Но чем дольше Халид смотрел на Эллу, тем сильнее хотел помочь ей. Что было совсем для него нехарактерно. Халид в последний раз оглядел студию. У двери он остановился:

— Я имел в виду пробную партию. Отправьте оценщику лучшие образцы и посмотрите, хорошо ли они продаются. Нет смысла тратить зря пять лет, если дело того не стоит.

После ухода Халида Элла убралась в студии, решив не заглядывать в печь, где закалялась новая ваза. Она надеялась, что ее новое творение будет впечатляющим. Вероятно, Халид прав. Незачем тратить время, если ее работы никто не будет покупать. Небольшой пенсии, которую она получает после смерти Александра, не хватит. Если ей не удастся зарабатывать на жизнь мастерством стеклодува, следует найти иной источник доходов.

Вот только ей этого очень не хотелось. Она любила создавать изделия из стекла.

Закончив уборку, Элла взяла блокнот и вышла на террасу. Открыв его, она стала просматривать свои эскизы. Их было уже более сотни. Некоторые были хороши, другие являлись попыткой применить новую технологию. Рискнет ли она выбрать из них несколько изделий на продажу?

А если их никто не купит?

Тогда прощай спокойное существование. Жизнь устраивала ее до тех пор, пока не явился Халид аль-Харум.

Элла запоздало задалась вопросом, как от него избавиться. Никак. Раз он не хочет уезжать из поместья, придется мириться с его присутствием.

Халид совсем не похож на бабушку. Та всегда оговаривала время своего визита, а он явился без приглашения.

В этом человеке чувствовалось нечто первобытное. Хотя Элла и не думала о новых отношениях, каждая клеточка ее тела ощущала его присутствие. Ее это, мягко говоря, беспокоило.

Этой ночью она не пошла на пляж. Элла слушала музыку, отбирая изделия для первого каталога. У нее была всего пара фотографий ваз и чаш. Требовалось гораздо больше снимков. Возможно, лучше сделать их в одной из гостиных хозяйского дома. Подобную идею Элла обсуждала с госпожой аль-Харум.

Хорошенькие дела! Ей придется просить разрешения у Халида, и легко представить, каким будет ответ. Может, ей удастся пробраться в дом тайком, пока его не будет? Хорошо бы где-нибудь обнаружили новое нефтяное месторождение; тогда понадобится консультация специалиста. Если Халид уедет на несколько дней, Джалила наверняка позволит ей сфотографировать стеклянные изделия в парадной гостиной. Это придаст дополнительную изюминку каталогу и, возможно, усилит интерес покупателей.

Элла отправилась в кровать; идеи переполняли ее и долго не давали уснуть. Однако оставался вопрос: осмелится ли она просить Халида позволить ей сделать фотографии в его гостиной?

Утром молодая женщина пожалела о том, что не прогулялась накануне. Она плохо спала, ворочалась и прокручивала в мозгу всевозможные сценарии разговора с Халидом.

Поспешно позавтракав, она оделась и, волнуясь, отправилась в хозяйский дом. Самое ужасное, что Халид может сделать, — отказать ей.

Джалила открыла дверь, как только Элла постучала.

— Я хотела бы увидеться с шейхом аль-Харумом, — сказала Элла, уповая на то, что хотя бы внешне выглядит сдержанной.

— У него посетитель. Подождите здесь.

Элла осталась в вестибюле. Вазы видно не было. Она заглянула в гостиную, но и там ее не нашла.

— Проходите. — Горничная пригласила ее в кабинет.

Войдя, Элла замерла от удивления. Ее встретили двое мужчин. За исключением одежды и шрама на щеке Халида, они были совершенно одинаковы.

— Близнецы? — пролепетала она.

Халид нахмурился:

— Вы что-то хотели?

— Познакомь нас, — произнес другой мужчина, протягивая ей руку.

— Мой брат, — представил его Халид.

— Ну, это очевидно. — Элла тоже протянула руку и улыбнулась. — Элла Понти.

— Рашид аль-Харум. Я так понимаю, вы арендатор.

Она кивнула:

— Причем нежеланный.

— Только потому, что я хочу продать поместье, — проворчал Халид. — Рашид, как и вы, пытается отговорить меня.

— Молодец. Ваша бабушка очень хотела, чтобы Халид поселился здесь. Если бы она на это не надеялась, отдала бы поместье на благотворительные цели.

— Дом слишком велик для одного человека, — в очередной раз повторил Халид.

— Так...

Он поднял руку, останавливая Эллу:

— Не продолжайте. Так что вы хотели?

Рашид взглянул на брата:

— Мне уйти?

Элла смутилась и покачала головой, увидев свою вазу в центре письменного стола Халида.

— Не стоит, — сказала она Рашиду. — Я всего лишь хочу попросить разрешения сделать фотографии моих работ в гостиной. Изделия нужно показать в элегантной и утонченной обстановке. В гостевом коттедже ничего подобного нет.

— Вы хотите фотографировать мой дом? — Халид был недоволен. — Ни за что.

— Не дом. Отобранные мной изделия я поставлю на стол или куда-то еще. Главное, чтобы покупатели могли представить, как вазы и чаши будут выглядеть в интерьере. А фон я сделаю немного размытым — это несложно.

— Используйте стол в своей студии.

— Нужна элегантность.

Он нахмурился:

— Не вижу...

— Никаких проблем, — закончил за Халида брат-близнец. — Я восхищен вазой и хотел бы увидеть другие ваши работы. Могу поспорить, ими захочет полюбоваться и Бетан.

— Она во всем идет у тебя на поводу, — проворчал Халид.

— Бетан? — спросила Элла.

— Моя невеста. Она кое-что переделывает на моей вилле, готовясь к свадьбе и переезду туда.

— Итак, внук-трудоголик женится. Разве бабушка не обрадовалась бы этой новости? — улыбнулся Халид.

— О чем ты? — удивился Рашид.

— Ни о чем, — вмешалась Элла. — Просто ваша бабушка однажды рассказала мне кое-что. Я рада за вас и вашу невесту. Объясните брату, как вы счастливы, и тогда он найдет себе кого-нибудь, устроит свою жизнь и оставит меня в покое, — поспешно добавила она.

— Забудьте об этом. Я никогда не женюсь, — прорычал Халид.

Рашид задумчиво переводил взгляд с Эллы на брата:

— Я... хм... должен уходить. Мы с Бетан приедем завтра, если вам удобно, Элла. Она с радостью посмотрит изделия из стекла. Халид, ты получишь то, о чем просил. Дай мне знать, если понадобится больше.

Кивнув обоим и едва заметно улыбаясь, Рашид удалился.

Элле очень не хотелось, чтобы он уходил. Ей было намного проще общаться с ним, чем с его братом.

— Так я могу воспользоваться гостиной? — спросила она.

— А если я откажу? — поинтересовался он, небрежно присев на край стола.

— Тогда я буду донимать вас до тех пор, пока вы не согласитесь, — смело бросилась она в атаку. — Возможно, мне удастся продать несколько работ быстрее, чем я предполагала. Тогда я освобожу вас от своего присутствия раньше.

— Насколько раньше?

— Не знаю. Возможно, мне хватит пяти дней.

Халид изумленно воскликнул:

— Разве я могу отказаться от такого предложения?!

— Спасибо. Я укажу ваше имя в каталоге, поэтому всем станет известно, как вы помогли мне.

— Нет. Никакой публичности.

Элла собралась протестовать, но затем мудро согласилась:

— Ладно. Сейчас у меня остывает пара ваз. Как только они будут готовы, я начну съемки.

— Вчера ночью вас не было на пляже, — заметил он.

— Мне, хм, нужно было пораньше лечь спать. Предстоял тяжелый день.

— Чем планировали заняться?

— Прийти к вам и попросить у вас... гостиную, — не слишком внятно пояснила она.

Халид смотрел на нее.

Элла разволновалась и оглядела комнату:

— Почему моя ваза оказалась здесь?

— Я полагал, что она принадлежит мне.

— Понятно. Мне следовало спросить: почему ваза, которую я сделала, находится здесь, а не в вестибюле?

— Я хотел ее рассмотреть. Она мне нравится.

Элла удивленно моргнула:

— Правда?

Халид вновь изумился:

— Разве я что-то не так сказал?

— Я просто не могла предположить, что вы...

— Способен оценить красоту?

— Я не это имела в виду.

— Вряд ли я дождусь от вас похвалы.

— Вы знаете о том, что ужасно несносны? — с вызовом бросила Элла.

— Такую характеристику мне еще не давали. Так вы придете сегодня ночью на пляж? — осведомился он.

Элла пожала плечами:

— Спасибо за то, что позволили мне воспользоваться вашей гостиной.

— Одно условие. — Он в упор посмотрел на нее.

Она вздохнула:

— Какое?

— Я сам выберу фон для съемки. Не желаю, чтобы кое-какие вещицы из дома были запечатлены в каталоге. Кто-нибудь может решить, будто продается не только ваше стекло:

— Договорились. — Элла кивнула и отвернулась. У двери она остановилась и посмотрела на него через плечо. — Я планирую прогуляться сегодня ночью.

Элла не была уверена, но ей показалось, что на лице Халида мелькнула едва заметная улыбка.

Глава 4

Элла и Халид предприняли попытку подружиться. Каждую ночь молодая женщина приходила на пляж. Чаще всего Халид уже ждал ее. Прогуливаясь в темноте по берегу, они непринужденно болтали о ерунде. Иногда они рассказывали друг другу о том, что делали днем. Время от времени гуляли молча. Элла обратила внимание на то, что Халид очень молчалив. Таков ли он на самом деле, или это последствия несчастного случая? Она набралась смелости и спросила его об этом. Шел третий день после того, как он разрешил ей воспользоваться гостиной.

— Как получилось, что вы обгорели?

— Мы тушили пожар в Египте. Взрыв прогремел неожиданно. Мой защитный костюм разорвался, и я получил ожог. Ужасная боль.

— Воображаю. Я достаточно обжигалась сама, чтобы понять, как это невыносимо больно. Вы долго пролежали в больнице?

— Несколько месяцев.

— Вы полностью излечились?

— Да. Тело не пострадало, только лицо.

Элла улыбнулась. Халид напомнил о ее попытке быть тактичной, когда она интересовалась, почему он не женится.

— Это хорошо. Я только не могу понять, зачем вы это делаете?

— Делаю что?

— Рискуете жизнью. Разве у вас мало денег?

Халид помолчал.

— Я не нуждаюсь в деньгах, но хочу делать все возможное, чтобы обезопасить разработку нефтяных месторождений. Более чем за пятьдесят лет многие люди погибли из-за неисправности оборудования и пожаров. Компания «Башири ойл» процветает за счет прибылей от нефтедобычи, и мы берем на себя обязательство обеспечить нашим работникам безопасные условия труда. Если мне это удается, значит, я тружусь не зря.

— Работать в офисе безопаснее, — тихо произнесла Элла.

— Этим занимается Рашид. А мне нравится находиться на объектах. Нравится осознавать, что мои способности и опыт приносят пользу во время практически непредсказуемого нефтяного бурения.

— И все же это ужасно опасно. Пусть этим занимается кто-нибудь другой.

— Можно сказать, это — мое призвание.

Элла умолкла. По поводу призвания она не собиралась спорить. У нее тоже было призвание — творчество.

Она повернулась, и Халид схватил ее за руку, заставляя остановиться. Элла подняла на него глаза. Луна посеребрила горизонт, ее свет был тусклым, но силуэт Халида был виден отчетливо.

— Что? — спросила молодая женщина.

— Моя мать устраивает в субботу прием. Я должен там появиться. Хочу, чтобы вы пошли со мной.

Элла покачала головой:

— Я не наношу визиты и редко покидаю поместье.

— Почему?

— Потому, — пробормотала она и направилась к дому.

Халид пошел рядом, по-прежнему держа ее за руку.

— Считайте это платой за использование гостиной.

— Вы уже согласились предоставить мне гостиную и теперь не можете диктовать дополнительные условия.

— Конечно, могу. Это моя гостиная. Она нужна вам, так что подумайте о компенсации. Это всего лишь небольшой прием. Будут сотрудники компании, кое-кто из правительства, несколько близких друзей. Мы покажемся там, обрадуем мою мать, затем уйдем. Вот и все.

— Пойдите с кем-нибудь еще.

Наступило молчание, потом он неторопливо произнес:

— У меня никого нет.

— Почему?

— Мы уже говорили на эту тему. Я либо пойду с вами, либо вообще не пойду. Моя бабушка вам помогала, пора возвращать долги.

— И этот человек упрекал меня в том, что я ее к чему-то принуждала! На приеме будут только жители Кишари?

— Да. Вы будете единственной иностранкой. И что?

— Я стараюсь не высовываться, вот что. — Элла не желала объяснять ему, что скрывает свое местонахождение.

— Почему?

— На то есть причины.

— Вы прячетесь? — недоверчиво поинтересовался Халид.

— Не совсем.

— Тогда что? — Он потянул ее за руку, заставляя остановиться. — Я хочу знать.

— После смерти мужа я живу уединенно.

— Прошло больше года.

— Разве горе ограничено сроками? Я об этом никогда не слышала.

— Вы уже пережили самое тяжелое время. Вам следует выходить и встречаться с друзьями. Возможно, пора найти нового спутника жизни.

— С друзьями я встречаюсь, — запротестовала Элла. — А романы заводить не собираюсь. Странно, что это предлагаете вы.

— Когда вы встречаетесь с друзьями?

— Они приезжают ко мне. Сейчас я работаю, и мне не слишком удобно принимать гостей. Но если я ничем не занята, они любят поплавать в море и перекусить на моей террасе. Вы считаете меня отшельницей?

— Я об этом не думал... Ваши друзья ни разу не попадались мне на глаза.

— Вы живете здесь всего неделю. В это время года сюда никто не приезжает. Подождите немного, если вас так волнует моя жизнь.

— Меня больше волнует ближайший уик-энд и наше с вами посещение приема.

— Нет.

— Да. Иначе никакой съемки в гостиной.

Элла свирепо уставилась на Халида. Придется уступить ему.

— Хорошо. Я согласна. Мы поздороваемся со всеми, затем уйдем.

— Спасибо.

Они продолжили прогулку, но Элла высвободила руку. Они друзья, а не любовники. Незачем держаться за руки.

Но ей нравилось, когда Халид брал ее за руку. Она жаждала физического контакта. Давным-давно Эллу никто не целовал, страстно не обнимал...

— Я зайду за вами в семь в субботу, — сказал Халид.

— Отлично. А завтра с утра я займусь съемкой. Боюсь, что вы поставите мне еще какие-нибудь условия, которые я не смогу выполнить.

Халид рассмеялся.

Элла посмотрела на него. Она еще не видела, как он улыбается.

— Полагаю, мне нужно элегантно одеться, — тихо произнесла она, мысленно перетряхивая свой гардероб. Пожалуй, пара платьев подойдет. Сколько времени она не наряжалась! Молодую женщину охватило волнение. Элла ощутила дрожь предвкушения от похода на прием с Халидом. Рядом с ним она всегда оживала.

— Вы будете хороши в любом наряде, — непринужденно ответил он.

«Так же как и мой сопровождающий», — подумала Элла.

На следующее утро Элла аккуратно уложила в чемодан две вазы и отправилась в хозяйский дом. Дверь ей открыла Джалила.

— Я пришла фотографировать, — сказала молодая женщина.

— Да, в гостиной. Его превосходительство меня предупредил. Проходите. — Горничная проводила ее, слегка поклонилась и ушла.

Элла поставила вазу вытянутой формы на полированный стол из красного дерева.

Халид появился в дверях. Прислонившись к дверному косяку, он наблюдал за ней.

— Чего вы хотите? — спросила Элла, чувствуя, как сердце ее забилось чаще.

Суетясь, она попыталась снять вазу с разных углов. Пока Халид смотрел на нее, она была не в состоянии настроить фокусировку.

— Просто смотрю, как проходит фотосъемка.

— Вам нечем заняться?

— Совершенно верно.

Элла попробовала игнорировать его, но тщетно. Послышался звонок в дверь. Она посмотрела на Халида:

— Гости?

Он выглянул в вестибюль:

— Рашид и Бетан. Самое время. Они помогут.

— В чем?

— Сделать замечательные снимки. Ведь вы хотите произвести впечатление на покупателей.

— Привет! — Рашид вошел в гостиную с высокой блондинкой. — Элла, это моя невеста, Бетан Сандерс. Бетан, позволь представить тебе Эллу Понти. На каком языке будете говорить друг с другом? — поинтересовался он по-арабски.

— Я говорю на итальянском, французском и английском, — сообщила Элла.

Рашид перешел на английский:

— Отлично. Элла говорит по-английски.

— Я очень рада с вами познакомиться. — Бетан пожала ее руку.

Элла улыбнулась:

— Я тоже рада. Мой английский не слишком хорош, так что простите, если я буду перескакивать на другой язык.

— Ну поговорить-то мы сможем. К тому же вы знаете арабский. Меня ему обучает профессор из университета.

— И горничная, — тихо добавил Рашид.

Бетан рассмеялась:

— Она тоже.

— Профессор Хэмпстед? — спросила Элла.

— Да, вы его знаете? — обрадовалась Бетан.

— Мой муж работал в университете на кафедре иностранных языков. Я достаточно хорошо знаю профессора и его жену. Он отменный педагог.

— Мы приехали, чтобы посмотреть ваши работы, — сказал Рашид. — Я вижу, вы начали фотографировать.

— Пока я делаю снимки для небольшого каталога.

— Почему вы снимаете здесь? — Бетан подошла, чтобы взглянуть на чашу. — О, как изысканно. Это вы сделали? Изумительно! — Она наклонилась и слегка прикоснулась к краям чаши, но поднимать ее не стала.

— Я думаю, этот интерьер поможет преподнести мои работы в лучшем виде. Фон я сделаю размытым, будут четко видны только изделия из стекла. Но ощущение того, что они будут отлично смотреться в элегантной гостиной, сохранится.

— И Халид, очевидно, всецело поддерживает проект. — Рашид взглянул на брата-близнеца.

— Очевидно. Ведь она здесь, — произнес Халид. — Вы оба тоже можете поддержать Эллу. Дайте объективную оценку и выберите лучшие фотографии.

— Я хотела бы увидеть и другие ваши работы, — сказала Бетан.

Следующие два часа прошли в обсуждении лучших ракурсов для съемки. Затем они отправились в студию, чтобы отобрать изделия для каталога. Рашид обещал выяснить у матери, какие галереи та посоветует для проведения выставки.

Элла чувствовала, что ситуация выходит из-под контроля. Она и Алия аль-Харум обсуждали планы, но они были долгосрочными. Теперь же все происходит слишком быстро.

В какой-то момент Халид посмотрел на Эллу и произнес:

— Достаточно. Мы вернемся в хозяйский дом и пообедаем на террасе. Бетан, ты еще не рассказала Элле, чем занимаешься. Думаю, ей будет интересно.

Элла благодарно улыбнулась:

— Я приберусь в студии и присоединюсь к вам.

Рашид и Бетан ушли, Халид чуть задержался.

— Они всего лишь хотели помочь.

— Я рада их помощи.

— Но вы ощущаете себя побежденной. Это ваша работа, ваше будущее. Не позволяйте никому себя подгонять.

— Хороший совет. Напомню его вам, когда вы в следующий раз захотите поступить по-своему, — произнесла она.

Эллу изумило, что Халид почувствовал ее растерянность.

— Придете на обед?

— Да. Мне нужно несколько минут, чтобы привести себя в порядок.

— Если через двадцать минут вы не появитесь, я вернусь за вами.

— Вам никто не говорил, что вы чересчур властны? — поинтересовалась она.

— Двадцать минут, — повторил он и ушел.

Элла была готова меньше чем через двадцать минут. Быстро умывшись прохладной водой, она причесалась и немного отдохнула. Затем поспешила в хозяйский дом. Халид и остальные уже были на террасе.

Вкусный обед прошел в непринужденной обстановке. Общаясь с Бетан по-английски, Элла узнала, что та — пилот, и недавно они с Рашидом были в Техасе, а в субботу вечером идут на прием.

— Ты появишься у матери? — обратился к брату Рашид.

— Да, — ответил тот.

Рашид и Бетан обменялись изумленными взглядами.

— Отлично!

— Я приду с Эллой, — продолжал Халид.

Парочка уставилась на Эллу, та лучезарно улыбнулась.

— Это плата за использование гостиной, — тихо сказала она.

— Конечно. — Рашид мельком взглянул на невесту.

— Отлично. Тогда, возможно, вы сходите со мной за покупками, — предложила Бетан. — Не уверена, что у меня найдется подходящее платье.

Элла колебалась. После смерти мужа она посещала только продовольственные магазины.

— Боюсь, я не очень хорошая компаньонка. — Почувствовав пристальный взгляд Халида, Элла отвернулась.

— Какая разница? Разве вы не любите покупать платья?

— У меня есть несколько платьев.

— Помогите мне подобрать наряд, — настаивала Бетан.

Рашид понаблюдал за женщинами, затем посмотрел на брата и прищурился, заметив, что Халид глаз не сводит с Эллы.

— Ладно, займемся покупками завтра после обеда, — быстро проговорила Элла, боясь, что передумает.

Когда обед закончился, она поблагодарила хозяина и убежала в гостевой коттедж. После смерти Александра ни один ее день не был столь насыщен событиями. А еще она согласилась пройтись по магазинам центрального района Алькахдара. Впрочем, прошло много времени, уже можно появляться на людях.

В ту ночь Элла размышляла, отправиться ли ей на прогулку. Она привыкла гулять. Ей нравилось общество Халида. Что произойдет, когда он уедет, отправится на очередное нефтяное месторождение или бросится тушить пожар? Мысли об этом ее пугали. Впрочем, Халид тренирован и обучен. Он знает, как поступать.

Но один из пожаров едва не погубил его...

Элла пошла на пляж, надеясь увидеться с Халидом. Все лучше, чем прокручивать в мозгу ужасные сценарии будущего.

Халид сидел на песке недалеко от сада.

— Песок теплый, — заметил он, увидев ее. — Стекло делается из песка?

— Да. Я слышала, что молния, попав в песчаные пляжи, расплавляет песок, образуя стеклянные сгустки, обычно непригодные для использования. Хотелось бы увидеть один из них. — Она присела рядом с Халидом. — Я рада, что на приеме увижусь с вашим братом и Бетан.

— Я тоже.

— Мы действительно недолго там пробудем?

— Я же обещал. Почему вы нервничаете? Вы наверняка бывали на университетских вечеринках. Это — то же самое, только люди другие. Вам мгновенно наскучат разговоры о нефти.

Элла улыбнулась:

— На ваших приемах обычно говорят о ней?

— Да, учитывая, что большинство гостей принадлежат к управленческому аппарату компании «Башири ойл». Министр финансов сейчас с нами не слишком ладит. Рашид отклонил одно его предложение. Но я уверен, несколько миллионов, выделенных на любимые проекты министра, вернут нам его расположение.

Элла не желала говорить о деньгах и семейных делах. Она вскочила на ноги:

— Я ухожу.

Халид легко поднялся и пошел рядом с ней.

— Расскажите мне о нефтяных месторождениях, на которых вы побывали. — Молодая женщина искала способ отвлечься от своих не слишком веселых размышлений.

* * *

На следующий день после обеда Элла отправилась с Бетан по магазинам. Невеста Рашида оказалась веселой попутчицей. К ее белокурым волосам очень шли элегантные холодные оттенки. Продавцы дважды предлагали примерить платья из переливающегося материала, а Бетан надевала их на Эллу. Наконец Бетан остановила выбор на красивом голубом платье, цвет которого подходил к ее глазам.

— Давай выпьем кофе. С моими любимыми засахаренными грецкими орехами, — предложила она, получив упакованное в коробку платье.

Они расположились в кофейне.

— Я надеюсь, мы подружимся, — произнесла Бетан. — Через несколько месяцев мы с Рашидом поженимся, а в Кишари у меня мало знакомых. И большинство из них не говорят по-английски. Пока я не выучу язык, общаться мне не с кем.

— Я не против еще одной подруги. Расскажи мне о Техасе. Я никогда не была в США.

— Откуда ты знаешь столько языков? Ты же не профессор лингвистики.

— Несколько лет я училась в Швейцарии и в Англии.

— А арабский?

— Я выучила язык потому, что его изучал Александр. Он планировал работать в арабских странах.

— Александр был твоим мужем? — мягко спросила Бетан.

Элла кивнула:

— Мы были знакомы с детства. Кажется, я любила его всю жизнь.

— Это такая потеря! Я сожалею...

— Я тоже. — Элле совершенно не хотелось вспоминать об этом. Что было, то было. Прошлого никому не дано изменить. Жизнь продолжается. Сегодня у нее появилась новая подруга. А в субботу она идет на прием.

Два следующих дня Элла работала в студии, решая, какие работы показать сразу, а какие оставить про запас. Она перемерила свои немногочисленные наряды и обнаружила, что сильно похудела. Все платья оказались велики ей. Наконец она выбрала темно-синее, почти черное, длинное платье, переливающееся на свету. Нужно будет распустить волосы и надеть жемчуга, подаренные ей на восемнадцатый день рождения. Хотя Элла шла не на свидание, ей хотелось хорошо выглядеть — для Халида.

В субботу вечером Элла тщательно нарядилась для приема. Ровно в семь часов в дверь коттеджа постучали. Взяв небольшую сумочку и ключи, она направилась к выходу.

— Прекрасно выглядите, — сказал Халид, когда она открыла дверь.

Элла сочла, что Халид выглядит потрясающе. Ему следует носить смокинг ежедневно.

— Я могу ответить так же. Вы такой холеный.

— Готовы?

— Да. — Она закрыла за собой дверь.

К ее удивлению, они поехали на небольшом спортивном автомобиле Халида. Элле нравились маленькие машины, они казались уютнее.

— Если бы мы собирались прокатиться по городу, я откинул бы верх. Но сегодня иной случай.

— Спасибо. Я причесывалась несколько часов.

— В самом деле?

Элла рассмеялась, впервые за несколько месяцев чувствуя себя почти счастливой:

— Нет. Я всего лишь вымыла волосы и расчесала.

Протянув руку, он потрогал ее волосы:

— Они мягкие и шелковистые.

Элла затаила дыхание. Его прикосновение она почти не почувствовала, тем не менее в душе у нее все перевернулось. Молодая женщина выглянула в окно, стараясь успокоиться. Халид всего лишь ворчливый сосед и домовладелец.

Они подъехали к большому отелю.

— Я думала, ваша мать устроит прием в своем доме, — заметила Элла, когда Халид помог ей выбраться из автомобиля.

— Слишком много людей, слишком много суеты. Она предпочитает устраивать приемы там, где все подготовлено.

— Понятно.

Элла огляделась. Несколько лет она не была на таком элегантном мероприятии.

— Халид, я рада тебя видеть. Ты нечастый гость на вечеринках. — Красивая женщина улыбнулась Халиду, погладила его по здоровой щеке и повернулась к Элле.

— Салимея, познакомься с Эллой Понти. Салимея, моя кузина, — произнес Халид, глядя как-то застенчиво.

Элла и вообразить не могла, что он может смущаться.

Пожилая женщина в очень красивом платье подошла к ним, не сводя взгляда с Халида.

— Я счастлива, что ты пришел. — Она схватила его за руки.

— Мама, позволь представить тебе Эллу Понти. Элла, это моя мать, Сабрия аль-Харум.

— Рада познакомиться, мадам, — почтительно произнесла Элла.

— Как твои дела? — Мать смотрела только на сына, практически не замечая Эллу.

— А, вот и Mo. Я скажу ему, что ты здесь, — сообщила кузина Халида, улыбнулась и ушла.

— Элла снимает у меня дом, — пояснил Халид.

Его мать возмутилась:

— Ты сдаешь дом, завещанный тебе бабушкой?!

— Нет, Элла живет в гостевом коттедже уже год. Ты тоже об этом не знала?

Элла решила, что женщина немедленно вышвырнет ее за дверь. Сабрия была полной противоположностью своей доброй и приветливой свекрови.

Мать Халида задумалась:

— Художница, которой помогала Алия?

Элла кивнула.

— Я не знала, что она живет в ее доме, — произнесла Сабрия, словно Элла была неким паразитом.

— Я действительно живу там и по договору аренды, не оставляющему лазеек, имею право оставаться в коттедже четыре года, — довольно резко ответила Элла. Она не любила высокомерных людей.

— Чушь! Халид, прикажи нашим адвокатам проверить договор.

— Уже приказал, мама. Элла права: она может жить в домике для гостей еще четыре года. Поговорим после, — добавил он. — Нам нужно поздороваться с гостями.

— Она всегда такая неприветливая? — шепотом поинтересовалась Элла, когда они немного отошли.

— Нет. Мама очень дорожит положением, которое занимает в стране наша семья. Возможно, потому, что она выросла в несколько иной обстановке. Пойдемте, я вижу того, с кем вы захотите встретиться.

Элла охотно последовала за ним, все отчетливее слыша тихие замечания, которыми обменивались гости, когда они проходили мимо них. Какая-то женщина сначала уставилась на Халида, затем на нее. Поддавшись импульсу, Элла взяла его под руку. Придвинувшись к Халиду, она вздернула подбородок.

Он представил ее своим друзьям, супружеской паре. Они какое-то время поболтали, затем Халид упомянул, чем занимается Элла.

— Мой дядя владеет галереей в Алькахдаре. Пришлите мне ваш каталог, и я переправлю его дяде, — предложила дама.

— С удовольствием. Спасибо, — ответила Элла.

Она и Халид смешались с толпой.

— Мы сделаем круг по залу и уйдем, верно? — спросила молодая женщина, прижимаясь к Халиду.

— Если вы хотите.

— Ах, Халид, я слышал о твоем приезде. — Перед ними предстал краснолицый упитанный мужчина. — Скажи брату, чтобы он не заключал контракты за рубежом. Другие компании уладят те дела, которыми он занимается в Марокко. — Он посмотрел на Эллу: — Привет, не думаю, что мы встречались.

— Элла, это министр финансов, Ибрагим бен Саали. А это Элла Понти.

Министр взял ее руку и удерживал дольше положенного.

— Еще одно милое личико, украшающее наши приемы. Скажите, мисс Понти, вы живете в Кишари?

Она высвободила руку и шагнула ближе к Халиду.

— Да, уже несколько лет... Мне нравится Алькахдар.

— И мне. Возможно, однажды мы осмотрим его достопримечательности вместе, — учтиво произнес министр.

Элла улыбнулась:

— Возможно.

— Извините нас. — Халид прикоснулся к ее талии и тихонько подтолкнул вперед. Они пошли дальше.

— Вы поступили некрасиво, — тихо заметила Элла по-английски.

— Он приставал к вам.

— Он слишком стар. Министр всего лишь был вежлив.

— Ибрагим не считает себя слишком старым, а уж вежливым его точно не назовешь.

Она рассмеялась:

— Я не намерена принимать его предложение, так что успокойтесь.

Халид посмотрел на нее:

— Успокоиться?

На миг их взгляды встретились. Элла отвела глаза первой:

— Забудьте.

Халид кивнул:

— Думаю, на сегодня мы свои обязанности выполнили. Уходим?

— Да.

— Домой? — спросил Халид, когда они уселись в автомобиль.

— Куда же еще?

— Я знаю маленькую таверну с хорошей музыкой на окраине города.

— Люблю хорошую музыку, — улыбнулась Элла.

Халид стремительно вел автомобиль по ночным улицам. Через десять минут они могли бы оказаться дома, но он предпочел продлить удовольствие. Ни одна женщина не заинтересовывала и не интриговала его так, как Элла.

Таверна оказалась переполненной, как обычно по субботним вечерам. Это было единственное место, где Халида мало кто знал. Придерживая Эллу за спину, он провел ее к незанятому столику. Они уселись. Элла огляделась и посмотрела на Халида:

— Я слышу разговоры и смех, но не музыку.

Он кивнул:

— Музыкальная программа начинается примерно в одиннадцать. Мы пришли немного раньше. Хотите чего-нибудь поесть или выпить?

— Я бы перекусила. У нас не было возможности отведать деликатесы, заказанные вашей матерью.

— Хотите вернуться?

— Нет. Здесь мне лучше.

— Почему?

— Я никого не знаю.

— Разве плохо приходить туда, где тебя ждут друзья?

Она пожала плечами:

— Не сейчас.

— У вас с мужем было любимое место отдыха?

Ему хотелось больше узнать о ней. Пусть даже придется выслушать рассказ о мужчине, который, похоже, был настолько идеален, что Элла никогда не найдет ему замену.

Она кивнула:

— Да, но я туда больше не хожу. Все изменилось.

— А с друзьями вы где-нибудь бываете?

— Нет. — Элла посмотрела на него ясными глазами. — Сегодня я впервые показалась на людях после смерти мужа. Ко мне приезжают друзья, но я не хожу с ними на вечеринки... Кстати, ведь у нас не свидание. Я всего лишь расплачиваюсь за пользование гостиной.

— Точно. Вы бы не захотели пойти со мной на свидание.

— О чем вы говорите?

— Об этом. — Он показал на шрам.

— Не глупите, Халид. Шрам здесь ни при чем. Я по-прежнему ощущаю себя женой Александра, и я ему верна.

Халид кивнул и отвернулся. Даже если Эллу не пугает его искалеченное лицо, она никогда им не заинтересуется. Она любит покойника. Жаль, что они не отправились прямо домой. Элла предавалась бы воспоминаниям, а Халид вернулся бы к реальной жизни. Но почему ее слова кажутся ему очень обидными?

Глава 5

Халид снова посмотрел на Эллу:

— Вы серьезно? Вы слишком молоды и хороши собой, чтобы до конца жизни быть одинокой.

Она удивленно моргнула:

— Я не так молода.

— Полагаю, вам не больше двадцати пяти.

— Прибавьте еще четыре года. А я действительно выгляжу на двадцать пять? — Элла улыбнулась, будучи явно польщенной.

— Даже в двадцать девять не стоит обрекать себя на вечное вдовство.

— Я никого не смогу полюбить так, как любила Александра.

Элла сделала вид, что осматривает таверну. Халид уловил печаль в ее глазах. Он предпочел бы видеть эту женщину счастливой.

— Так говорила моя бабушка после смерти мужа, — заметил Халид. — Но ей тогда было почти семьдесят. Они создали семью, наслаждались внуками.

— Мой брак был прекрасен, — сказала Элла.

— Будет еще один.

Она взглянула на него:

— Вы не можете утверждать подобное. Где ваша жена?

— Перестаньте, Элла! Кто выйдет за меня замуж?

— При таком настрое — никто. Со сколькими женщинами вы выходили в свет в прошлом году?

— Если не считать вас, ни с одной.

— Вот видите.

— Женщина, с которой я намеревался прожить до конца дней, недвусмысленно заявила, что для нее это слишком тяжело. Зачем мне снова выслушивать подобное?

Подошел официант и принял заказ на напитки. Халид также заказал чашу с орехами.

— Она идиотка. — Элла не сомневалась ни минуты.

— Кто?

— Ваша бывшая невеста. Она решила, что жизнь состоит только из роз и солнечного света?

— Вероятно... — Халида смущало, что Элла его защищает. — Разве жизнь не должна быть именно такой?

— Будь она таковой, было бы здорово. Однако у всех нас есть проблемы. Как внешние, так и внутренние.

— Мы знаем, какова моя проблема, — бросил он.

Элла в очередной раз шокировала мужчину, передвинув стул так, чтобы сидеть справа от него.

— Знаете, я поняла. — Она свирепо уставилась на Халида.

— Что поняли? — Ему стало не по себе. Он всегда старался спрятать уродливый рубец на обожженной коже.

— Вы всегда поворачиваетесь ко мне левой стороной. Боитесь, что я сбегу, увидев шрам?

— Нет, не сбежите.

— Как вы думаете, почему?

— Родители вас очень хорошо воспитали.

— Только не надо обсуждать моих родителей, — с горечью произнесла Элла.

— Я задел за живое?

Она пожала плечами:

— Мы не слишком ладим. Они не хотели, чтобы я выходила замуж за Александра.

— Почему?

— Не ваше дело.

Официант принес напитки и орехи. Взяв несколько орешков, Элла отправила их в рот.

— М-м-м, вкусно. — Она отпила глоток холодного напитка и посмотрела на маленькую сцену. — Похоже, появились обещанные музыканты.

Итак, у Эллы не ладятся отношения с родителями. Пусть детектив разузнает о прошлом его арендаторши.

В течение вечера Халид больше наблюдал за Эллой, чем за музыкантами. Казалось, музыка и таверна ей понравились. А ему нравилось смотреть на нее. Домой они отправились во втором часу ночи, договорившись прогуляться перед сном по пляжу.

— Встречаемся через десять минут, — сказала она, выйдя из автомобиля.

— Мы не пойдем на пляж сразу?

— Не знаю, как вы, но я не хочу, чтобы платье намокло и испачкалось. Это относится и к вашему смокингу.

Переодевшись в удобные брюки и свободную рубашку, Халид появился на пляже за несколько секунд до появления Эллы.

Прибывающая луна серебрила песок и море. Недолго думая, Халид взял Эллу за руку, переплетя свои пальцы с ее пальцами. Она никак не отреагировала, но и не оттолкнула его. Глубоко вздохнув, он почувствовал себя ожившим — впервые за долгое время.

— Я признателен, что сегодня вы были со мной. Моя мать постоянно требует, чтобы я появлялся на таких мероприятиях ради блага семьи, — сказал он.

— Она была бы счастливее, если бы с вами не было меня, — заметила Элла.

— Ей не нравятся все, кто проявляет интерес к ее сыновьям. Если только эту женщину не выбрала она сама. Вам известно, что Рашида едва не женили?

— Нет. Как это было?

— Его предполагаемая невеста должна была прилететь на самолете, которым управляла Бетан, но так и осталась в Марокко, а Рашид влюбился в Бетан. Мать была в ярости. Сейчас они вроде бы нашли общий язык, но не уверен, что мать принимает Бетан с распростертыми объятиями.

— Могу поспорить, она понравилась бы вашей бабушке.

— Бабушка была бы счастлива, узнав, что Рашид женится.

На миг Халид позавидовал брату. Тот нашел свою единственную, и она отвечала ему взаимностью. Они планировали поселиться в Кишари, в еще одном доме, оставшемся от бабушки, и обзавестись детьми. Можно не сомневаться, что через год Халид станет дядей.

— Мне показалось, Бетан не из тех, кого беспокоит мнение окружающих, — продолжала Элла.

— Мать наверняка смирится, как только поймет, как счастлив Рашид. Или когда станет бабушкой.

Элла умолкла. Несколько минут они шли в тишине. Халиду стало интересно, о чем она думает. Хочется ли ей стать матерью? Сильно ли изменится ее жизнь после рождения ребенка? Несомненно, что, демонстрируя свои творения, она встретит много мужчин...

Халид решил не выяснять, почему ему не понравилась последняя мысль.

— Возвращаемся? — спросила она.

Он кивнул, ощутив при этом странное нежелание расставаться с ней.

Обратный путь они проделали в молчании. Халид вдыхал аромат духов Эллы, наслаждался мягкостью ее руки с небольшими шрамами — результат работы со стеклом.

— Домой я могу дойти сама, — сказала молодая женщина, когда они добрели до тропинки.

— Я провожу. — Он не был готов с ней расстаться.

Когда они подошли к коттеджу, Элла высвободила руку:

— Доброй ночи. Мне понравилось в таверне. И я была рада познакомиться с вашей матерью, хотя ее радость не была слишком большой.

Халид взял ее за плечи и притянул к себе:

— А я рад, что вы были со мной.

— Теперь мы в расчете, верно? — запыхавшись, спросила Элла. В серебристом свете луны было видно, что она округлила глаза и чуть разомкнула губы.

Тихо простонав, Халид наклонился и поцеловал ее. Элла вздрогнула от неожиданности. Он предполагал, что она в гневе оттолкнет его. Однако спустя мгновение Элла прильнула к нему и ответила на поцелуй. И только потом оттолкнула.

— Доброй ночи, Халид, — произнесла она, вбегая в дом и закрывая дверь.

— Доброй ночи, — откликнулся он, уверенный, что это далеко не последнее их свидание.

* * *

Элла, тяжело дыша, прислонилась к двери и закрыла глаза. Она целовалась с шейхом Халидом аль-Харумом! И поцелуй не был похож ни на один из ее прошлого.

— Нет! — твердо произнесла Элла и отправилась в кухню. Ей хотелось выпить воды и разобраться в себе. Она любит Александра. Муж умер всего год назад, а она очарована другим мужчиной. Боже правый, он еще решит, что Элла Понти — жаждущая утех вдова, готовая заманить в ловушку первого встречного!

Элла неторопливо пила воду, а разум ее воевал с требованиями древнего инстинкта. Следует признать, что поцелуй был фантастическим. Каждая клеточка ее тела трепетала от желания. Элле хотелось большего.

— Нет! — воскликнула она.

Ее жизнь устоялась. Ей совершенно не хочется заводить роман с мужчиной, который желает, чтобы она уехала, дабы он смог продать поместье.

Элла прошла в спальню, разделась. Ее мысли беспорядочно кружились, пока она чистила зубы. Больше никаких ночных прогулок. Никаких поцелуев.

Хотя, засыпая, Элла коснулась губ кончиками пальцев, вспоминая поцелуй Халида.

Следующим утром она направилась в студию, решив поработать. Следует сосредоточиться на творческих планах и забыть поцелуй, который грозил перевернуть ее существование с ног на голову.

Легче сказать, чем сделать.

Приложив все усилия, Элла наконец совладала с эмоциями и занялась работой. Поставив небольшое блюдо в печь для обжига и закаливания, молодая женщина решила встретиться с Халидом и убедить его в том, что она не намерена заводить роман.

Умывшись, Элла перекусила, затем отправилась в его дом.

Открывшая дверь Джалила выглядела взволнованной.

— Входите. У нас суматоха. Его превосходительство через несколько минут уезжает.

— Уезжает?

Отлично! Он исчезнет даже раньше, чем она предполагала. Вероятно, его тоже ужаснул вчерашний поцелуй.

— Пожар, — сбивчиво пояснила горничная. — Он и его команда встречаются в аэропорту через час.

Эллу охватил страх. Халид отправляется к месту очередного пожара. На миг она вспомнила Александра, окровавленного и обгоревшего после автомобильной аварии. Он не заслуживал такой ранней смерти.

Элла стремительно прошла в кабинет, где Халид разговаривал по телефону.

— Увидимся позже, — сказал он, глядя на нее. — Я должен уезжать.

— Неужели ты едешь на пожар? — спросила она.

Он поднялся и обошел стол, тыльной стороной ладони осторожно погладил Эллу по щеке:

— Почему нет? Это моя работа.

— Неужели нет других пожарных?

— Они все работают вместе со мной. Горит нефтяная вышка на южном побережье. Несколько месяцев назад там уже тушили пожар, сейчас она вспыхнула снова. Какие-то неполадки с насосной станцией. После ликвидации пожара я выясню его причину.

— Это опасно?

— Немного. Ты в порядке? У тебя под глазами темные круги.

Она оттолкнула его руку:

— В порядке. Меня беспокоишь ты. А если что-нибудь случится? Риск очень велик.

— Мне нравится рисковать. Кроме того, какая разница, кому тушить пожар? Если не я, то рисковать будет другой человек, которого, возможно, ждут дома жена и дети.

Элле не удалось достучаться до Халида. Он уедет и, возможно, снова пострадает. Или еще того хуже.

— Не уезжай. — Она вцепилась в его мускулистые плечи.

— Я должен. Это моя работа.

— Найди более безопасную работу.

— Не сегодня. — Наклонившись, Халид легонько коснулся губами ее рта. — Пошли, проводишь меня.

Элла шагнула назад, ее страх усилился. Она последовала за ним к автомобилю, жалея, что не в силах остановить его.

— До встречи через несколько дней, — беспечно бросил Халид.

— Надеюсь, — ответила она. — Благополучного возвращения.

Элла потянулась к нему, собираясь его поцеловать. Все прежние мысли улетучились из ее головы. Она не может отпустить его, хотя бы не намекнув на свои чувства.

Халид отпустил дверцу и поцеловал Эллу, нежно обхватив ладонями ее лицо. Его губы были теплыми, а мгновение спустя, когда он отстранился от нее, женщина ощутила холод.

— Я вернусь, когда потушу пожар. — Халид забрался в автомобиль. — Береги себя, — произнес он на прощание.

В тот день работа у Эллы не ладилась. Она с ума сходила от волнения и страха за Халида. Молодая женщина пыталась представить, где он сейчас находится. Через два часа она сдалась и пошла в хозяйский дом. Элла попросила у горничной разрешения позвонить по телефону. При жизни госпожи аль-Харум она пару раз пользовалась телефоном, поэтому Джалилу ее просьба не удивила.

Набрав найденный на письменном столе Халида телефонный номер «Башири ойл», она попросила связать ее с шейхом Рашидом аль-Харумом.

— Аль-Харум слушает, — раздался в трубке голос Рашида, очень похожий на голос его брата. Элла закрыла глаза, сожалея, что это не Халид.

— Рашид, вас беспокоит Элла Понти. Халид сегодня утром уехал на ликвидацию пожара. Вам что-нибудь известно об этом?

— Да. Скважина расположена на юге. А что?

— Я, хм... Я хотела удостовериться, что с ним все в порядке.

Не сочтет ли Рашид, что она полоумная?

— Пока дела идут нормально. Команда прибыла недавно. Они оценивают ситуацию, затем спланируют действия. Пожаротушение займет один-два дня.

— Могу я попросить, чтобы меня держали в курсе? — неуверенно проговорила Элла.

Она не знала, уместно ли беспокоить шейха аль-Харума, но в офисе наверняка есть клерк, который может позвонить, если что-нибудь случится.

— Я тоже за него волнуюсь, — мягко произнес Рашид. — Я сообщу вам сразу же, как только появятся новости.

— Спасибо. Я звоню из кабинета Халида. У меня нет своего телефона. Меня впустила Джалила. — Немного успокоенная Элла повесила трубку.

Молодая женщина убеждала себя, что ее беспокойство за Халида не является экстраординарным. Она переживала бы за любого человека, занятого опасным делом.

Элла некоторое время сидела за его письменным столом. Она подозревала, что он скучает по бабушке сильнее, чем предполагал. Пожилая женщина всегда с любовью говорила о своих внуках. У них дружная семья.

Если не считать мать близнецов. Хотя, вероятно, она воспринимает женщин Халида и Рашида в штыки, защищаясь. Одна из них может притвориться влюбленной ради того, чтобы подобраться к деньгам шейхов. Переубедить мать непросто. Никакие доводы не заставили родителей Эллы поверить в то, что Александру не нужны их деньги. Им было наплевать на то, что единственная дочь очень счастлива в браке. Постоянные попытки разрушить союз Эллы и Александра лишь отталкивали женщину от родителей. Элла надеялась, что Сабрия аль-Харум не прибегнет к подобной тактике, а смирится с выбором Рашида и пожелает молодым счастья.

Элла пошла к себе. Ей не хотелось думать о родителях, Александре и своем прошлом. Она не желала беспокоиться по поводу будущего. Сегодня лучше избегать грустных мыслей и страха.

Вскоре после обеда раздался стук в дверь. Открыв ее, Элла с удивлением обнаружила на пороге Бетан.

— Привет, я подумала, что тебе не помешает компания, — сказала та.

— Проходи. Я рада гостям. Сегодня у меня не идет работа.

— Я бы тоже не могла ничего делать, если бы Рашид занимался чем-то безрассудным и опасным.

Предложив подруге прохладительные напитки, Элла улыбнулась:

— А такое бывало?

— Мне точно не известно. Но я бы с ума сошла от волнения, если бы он тушил пожар на нефтяной скважине.

— Вы очень близки с Рашидом. Так и должно быть, раз скоро состоится свадьба.

Бетан рассмеялась:

— Верно. А госпожа аль-Харум и я лучшие подруги.

Элла чуть наморщила нос:

— Не думаю, что она способна дружить.

— Да уж, потенциальных невесток Сабрия не жалует.

— Я слышала, она хотела женить Рашида, но не удалось.

— Благодаря мне. Рашиду пришлось бы жениться по расчету. Я рада, что он одумался.

— А невеста?

— Она сбежала с любовником, и я понятия не имею, что произошло потом. Но очевидно, девица отличалась здравомыслием, в отличие от моего будущего мужа. О чем он думал, намереваясь жениться из деловых соображений? Не могу представить, что вся его страсть... Ой, забудь.

Элла отвернулась, пряча улыбку. Она вспомнила, какими ненасытными были она и муж в первые месяцы после свадьбы. А поцелуй Халида... Ее сердце забилось чаще. В прошлую ночь она пережила более сильную страсть, чем с Александром. Элла не желала об этом думать, но и стереть из памяти поцелуй не могла. Удастся ли ей забыть об этом до возвращения Халида?

Она поступила легкомысленно, поцеловав его на прощание. Достаточно было просто пожелать доброго пути.

Бетан оказалась замечательной компаньонкой, и женщины весело провели время после обеда. Элла была рада, что ее посетила гостья.

За исключением нескольких университетских друзей, она дружила с немногими. После смерти Александра Элла предпочитала одиночество. Но сейчас, похоже, настало время чаще появляться на людях. Это позволяло отвлечься.

Следующим утром Элла прогулялась по пляжу. Ей всегда нравилось наблюдать, как море меняет цвет. Иногда оно изумительно голубое, иногда серо-стальное. На пляже было много людей, и Элла махала рукой знакомым. Она тосковала, видя играющих на песке детей. У нее и Александра ребятишек не было. Они считали, что у них впереди много времени...

Возвращаясь к себе, Элла заметила у хозяйского дома черную машину. Это не был спортивный автомобиль Халида. Приехала госпожа аль-Харум? Но она наверняка знает, что сын в отъезде. Если только что-нибудь не случилось. Элла чуть не задохнулась. Неужели Халид ранен, и Рашид прислал кого-то с новостями?

Мгновение спустя из дома вышел мужчина, уселся в автомобиль и быстро уехал.

Элла узнала его. Она попятилась назад и подождала, пока автомобиль не скрылся из вида. Потом женщина бросилась в гостевой коттедж и решительно заперла за собой дверь. Как он ее нашел? Очевидно, горничная не рассказала, где живет Элла, иначе ее ждали бы у коттеджа. Но пройдет немного времени, и он появится снова, чтобы поговорить с шейхом. Боже правый, Халид не предупрежден о том, что никому не следует сообщать о местонахождении Эллы.

Она не вернется домой. Ни за что! Но Антонио будет давить на нее. Может быть, лучше уехать до возвращения Халида? Тогда ему нечего будет сказать Антонио.

Но уезжать не хочется. По крайней мере до тех пор, пока не станет ясно, что Халид жив и здоров. Глубоко вздохнув, Элла подошла к письменному столу и взяла лист бумаги. Успокоившись, она составила список вариантов выхода из ситуации, но ни один из них не подходил.

Раздался стук в дверь. Элла замерла. Ее уже обнаружили? Она медленно пересекла комнату и посмотрела в глазок. Это была Джалила.

Элла открыла дверь.

— Здравствуйте, — начала горничная. — В дом приезжал человек и спрашивал о вас. Он заявил, что шейх посылал запрос в Италию. Я помню, о чем меня просила госпожа, когда вы приехали сюда. Она хотела, чтобы вас никто не тревожил. Я сказала этому человеку, что шейх в отъезде и неизвестно, когда он вернется.

— Спасибо! — Элла облегченно вздохнула. У нее появилась отсрочка.

Но зачем Халид посылал запрос в Италию?

Слегка поклонившись, Джалила ушла.

Халид ищет новые способы выселить ее из дома? Как он посмел наводить о ней справки? Кем себя возомнил? Но, самое главное, за кого он ее принимает? Почему не верит на слово?

Обед Эллы длился недолго — аппетита не было. Она отправилась в студию, пытаясь просчитать, сколько потребуется времени на то, чтобы вывезти отсюда печи, скамью и остальное оборудование.

Услышав звук подъезжающего автомобиля, она выглянула в окно. Халид вернулся домой.

Не задумываясь, Элла бросилась в хозяйский дом и забарабанила в дверь.

— Где он? — спросила она у изумленной горничной.

— В кабинете.

Элла побежала в кабинет. Халид стоял у письменного стола, просматривая сообщения. Он пару дней не брился и с темной щетиной походил на пирата, особенно той стороной лица, где был шрам. Его одежда была грязной. Элла ощутила исходящий от нее запах гари. Но это ее не волновало.

— Что ты сделал с моей жизнью?! — набросилась на него женщина.

Глава 6

Халид поднял глаза:

— Привет, Элла.

— Кто дал тебе право вмешиваться в дела, которые тебя не касаются? Ты все погубил!

— О чем ты говоришь?

— Ты отправлял запрос в Италию? Если тебе захотелось что-то выяснить, почему не спросить у меня? Я и так рассказала тебе больше, чем кому-либо другому.

— Кто такой Антонио Гарибальди? — спросил Халид. Он посмотрел на Эллу и прищурился, поняв, что она злится.

— Мой брат. И виновник гибели моего мужа. Я не хочу иметь с ним никаких дел. Зачем ты с ним общался? Как ты мог вывести их на меня? Я тщательно скрывалась, а ты своим неосторожным запросом все испортил. Я не могу в это поверить!

— Погоди секунду. Я не понимаю, о чем ты говоришь. Твоя семья не знала, где ты живешь? Каким образом твой брат причастен к смерти твоего мужа? Он погиб в автомобильной аварии. Твой брат был в машине, которая столкнулась с его автомобилем?

— Нет. Антонио фактически похитил меня. Он заманил меня в аэропорт, намереваясь усадить в арендованный им частный самолет. Однако кто-то предупредил Александра. Он не мог допустить, чтобы Антонио вывез меня из страны. По дороге в аэропорт мой муж разбился. К счастью, вмешалась полиция, улететь мы не смогли... Мне нужно было опознать тело Александра. — Элла расплакалась.

Халид обогнул письменный стол и обнял Эллу. Она всхлипывала у него на груди.

— У Александра была запланирована лекция. Он должен был находиться в университете, а не пытаться спасти меня. — Она вцепилась в рубашку Халида; ткань мгновенно намокла от слез. Элла уже не замечала запаха гари. — Если бы не Антонио, мой муж был бы жив! — Женщина разрыдалась.

Халид крепко обнимал Эллу, всем сердцем сочувствуя ей. Он тоже горевал, потеряв женщину, с которой планировал создать семью, но вскоре горечь в его душе уступила место злости. А Рашид и его будущая жена? Бетан будет сильно страдать, если что-нибудь случится с любимым.

Халид не сомневался, что подобные отношения редки и очень ценны. Муж Эллы умер более года назад, ей следовало бы успокоиться. Но, судя по всему, она по-прежнему оплакивает его. Он никогда не встречал такой привязанности. И наверное, никогда не встретит.

Наконец Элла стала успокаиваться. Она неторопливо разжала кулаки и выпустила его рубашку. Мгновение спустя молодая женщина отодвинулась от Халида. Он обхватил ладонями ее лицо и большими пальцами вытер слезы. Ее кожа была теплой. Грустные красные и припухшие глаза выглядели трогательно и уязвимо.

— Я не предполагал, что мой запрос приведет к таким последствиям, — начат Халид. — Ты находишься в безопасности. Я никому не позволю тебя похитить. Расскажи, что случилось.

Элла сделала шаг назад.

— Я ничего тебе не скажу. Когда мой брат снова свяжется с тобой, объясни ему, что понятия не имеешь, где я нахожусь. Заставь его уехать. Удостоверься, что он больше не станет меня искать.

— Ты думаешь, он вернется? — поинтересовался Халид.

— Конечно. Антонио упрям.

— Зачем ему за тобой приезжать?

— Моя семья стремится вернуть меня домой, а я хочу остаться здесь. Если ты откажешься сделать так, как я прошу, мне придется исчезнуть, не оставив нового адреса.

Две недели назад Халид ухватился бы за такое предложение. Но за эти две недели многое изменилось. Теперь он уже не торопился продавать поместье. Ему нравилось жить у моря и прогуливаться по ночам на берегу вместе с арендаторшей. Он не отпустит Эллу, более того, страстно желает услышать историю целиком.

— Сколько тебе лет? — спросил он.

— Двадцать девять. Тебе об этом известно.

— Насколько я понимаю, по законам большинства стран ты являешься совершеннолетней и имеешь право самостоятельно решать, где тебе жить.

— Это только слова, — горько произнесла Элла, смахнула слезы с лица и подошла к окну. — Александр и я влюбились друг в друга еще в детстве. Мои родители считали, что мы преодолеем этот, как они говорили, идиотизм. Они намеревались выдать меня замуж, как твоя мать хотела женить Рашида. Объединение двух старинных итальянских семей и слияние двух фамильных состояний.

Халид нахмурился:

— Итак, вы с Александром поженились против воли родителей.

— Когда они узнали, где мы поселились, Антонио приехал и потребовал, чтобы я вернулась домой. Брак должны были аннулировать, а меня выдать замуж по расчету. Я посмеялась над Антонио, но он оказался сильнее, поэтому вскоре автомобиль уже мчал меня в аэропорт. Остальное ты знаешь. Я сбежала от брата в полицейском участке и пряталась до тех пор, пока он не уехал из Кишари. Наши с Александром друзья позвонили твоей бабушке, и она приютила меня. Я всегда буду ей благодарна. Ей, в самом деле, нравились мои работы. Думаю, и я ей нравилась. Но самое главное, Алия подарила мне безопасность и тепло. Я никогда этого не забуду.

— Если я виноват в том, что произошло, я все улажу, — заявил Халид.

— Если? Раньше сюда никто не приезжал. Зачем ты наводил обо мне справки?

— Я хотел узнать о тебе больше. Бабушка никогда не упоминала твое имя.

— Ты мой домовладелец. Тебе известно обо мне все, что необходимо. Я заключила договор и вовремя вношу арендную плату. Я не порчу твою собственность. Этого достаточно.

— Мне мало.

— Ну, мы не всегда получаем то, что хотим, — бросила она.

Халид уставился на несчастную и печальную Эллу. Он стал причиной ее новых страданий. Извинение далось ему нелегко.

— Прости.

Она пожала плечами:

— Прощение ничего не изменит.

— Пойми, я ненамеренно причинил тебе боль и все улажу.

— Как? Сотрешь память у моего брата? Выставишь охрану, чтобы никто не пробрался в поместье? Это также будет означать, что из поместья никто не выйдет, верно? Мои дела шли замечательно до тех пор, пока не появился ты.

— Присядь и давай доберемся до сути. — Халид вернулся на свое место и набрал телефонный номер «Башири ойл». Пять минут он бесстрастно выслушивал отчет детектива о том, что тот узнал об Элле Понти.

— Один из ее братьев вчера был в офисе компании, изо всех сил стараясь добыть информацию, но ему это не удалось. Он расспрашивал людей в коридорах и на парковке. В конце концов охрана его выставила. Однако он не собирается сдаваться и продолжит поиски сестры.

— Я тоже не лыком шит, — тихо заметил Халид.

— Верно, ваше превосходительство. Я ставлю на вас.

Халид закончил телефонный разговор.

— Похоже, мое расследование спровоцировало приезд твоего брата в Кишари. Он остановился в отеле «Империал», побывал в офисе компании, донимая всех расспросами. Почему так важно, чтобы ты вышла замуж за человека, выбранного твоими родителями? Прошло много времени. Ты говорила, что была замужем четыре года и после смерти Александра прошел год. В чем дело?

— В продолжении рода, разумеется. И в гарантии, что фамильное состояние и бизнес — виноградники — не уйдут на сторону. У меня есть трастовый вклад, которым я еще какое-то время не смогу воспользоваться. Моего отца убедили, что Александр охотится за моими деньгами. Но муж любил меня. Мы жили скромно на его университетскую зарплату и были очень счастливы.

Слезы снова навернулись на ее глаза, и Халид тут же принялся искать способ успокоить Эллу. Он не выносил женские слезы.

— Я встречусь с твоим братом и сделаю так, что он оставит тебя в покое.

В глазах Эллы засветилась надежда.

— Правда?

Халид кивнул:

— Я приму душ, переоденусь и отправлюсь в отель.

— Отлично. Ты все уладишь. — Элла пошла к двери, затем остановилась и оглянулась на Халида. — Я рада, что ты благополучно вернулся домой. Пожар ликвидирован?

— Да.

— Ты выяснил его причину?

— Думаю, да. Мы приняли меры, чтобы буровая установка больше не воспламенялась.

— Хорошо. — Молодая женщина ушла.

Халид потер затылок. Лучше поскорее встретиться с братом Эллы, пока тот не потревожил еще больше людей. Или пока не обнаружил сестру.

Элла весь день провела в коттедже, взаперти. Когда стало смеркаться, она отправилась на пляж и гуляла дольше обычного, будучи все время настороже.

Ее терзали сомнения. Искренне ли Халид решил помочь ей? Ведь это прекрасный способ отделаться от нежеланной арендаторши. Зря она расплакалась в его кабинете. Больше никаких эмоций. Нужно выспаться, а завтра утром уложить вещи и уехать до того, как явится Антонио...

Халид сидел на темной веранде своего дома и не стал тревожить Эллу, когда увидел, что она возвращается в коттедж. Через полчаса женщина выключила свет. Он решил, что Элле следует хорошенько выспаться, прежде чем выслушать не слишком приятные новости.

Утром пошел дождь. Тоскливая погода показалась Элле прекрасным поводом для того, чтобы уложить вещи в большой чемодан. Она упаковала косметику, сняла постельное белье и отправила его в стиральную машину. Следует оставить гостевой домик таким же опрятным, каким он был, когда она приехала сюда. Единственное, что нельзя увезти с собой, — это студия. Элла надеялась, что Халид позволит ее друзьям забрать оборудование. Если нет, так тому и быть. Не в первый раз ей придется начинать все с нуля.

Услышав стук в дверь, она мгновенно напряглась. Неужели Антонио? Элла медленно подошла к двери, посмотрела в глазок и с облегчением вздохнула, увидев Халида.

Чуть приоткрыв дверь, она встала так, чтобы он не видел гостиную.

— Да?

— Мне нужно с тобой поговорить, — сказал он. Сегодня на нем была белая рубашка с расстегнутым ворогом и темные брюки от костюма. Он собирается на деловую встречу?

— О чем? — поинтересовалась Элла.

— О твоем брате.

— Ты его видел?

— Видел. Ты впустишь меня или нет?

Она медлила:

— Говори коротко: либо ты избавился от него, либо нет.

Он толкнул дверь, и Элла сдалась. Она отступила назад, позволяя ему войти.

Закрыв дверь, Элла присела на край дивана. Халид устроился на стуле.

— Я виделся с твоим братом в отеле. Он жаждет с тобой встретиться. Кажется, у твоей семьи проблема и только ты способна помочь.

— Конечно, выйти замуж за того, кого они выбрали.

Халид кивнул:

— Возникли какие-то финансовые трудности, и твоим родственникам необходим приток наличности, который должно обеспечить твое замужество.

Элла нахмурилась:

— Какие трудности? Бизнес процветает. Мы владеем огромными виноградниками, доходов с которых хватит на несколько поколений.

Он пожал плечами:

— Твой младший брат подсел на азартные игры. Он влез в огромные долги, которые оплатил твой отец, но это его не остановило. Если не будет притока наличных, вскоре придется продать часть виноградников. Твоей семье пока удается водить кредиторов за нос, но час расплаты близок.

— Джакомо увлекся азартными играми? — Элла впервые об этом слышала. — Хотя мне грустно об этом слышать, я не намерена становиться жертвенным агнцем. Пусть он женится на какой-нибудь богачке.

— Оба твоих брата женаты, — заметил Халид.

Элла была поражена. Впрочем, покинув отчий дом, она не следила за жизнью родственников.

— Похоже, Антонио считает, что ты обязана помочь семье в столь ужасных обстоятельствах, — сухо произнес он.

— Он вторит отцу. Я не желаю им помогать. И, уж точно, не намерена против воли выходить замуж за человека, чьи деньги спасут Джакомо.

— Я знал, что ты ответишь именно так.

— Он в курсе, где я живу? — спросила она.

— Я ему ничего не сказал.

— Я уезжаю.

Халид удивленно посмотрел на нее:

— Куда?

— Пока не знаю. Но все равно никто ничего не должен знать. Так им не удастся найти меня снова.

— Прости, но я и представить не могу, что когда-либо расстанусь с Рашидом.

— Это другое. Твоя мать не старается женить тебя на женщине, которую она для тебя выбрала. Ты только послушай: Антонио хочет, чтобы я вернулась домой и вышла замуж ради денег! Ведь ты противник подобных браков.

— Да, противник. Но неужели так сложно выслушать брата?

— В Италию я не вернусь.

Он покачал головой:

— Я и не предлагаю. Родители не имеют права устраивать браки своих детей.

— Твоя мать хотела женить Рашида.

— У нее ничего не получилось, и теперь она не противится его женитьбе на Бетан.

— Тем не менее Сабрия пробовала его женить, вот в чем дело. Она попробует и с тобой.

— Сомневаюсь. Мама любит шрамы не больше, чем любая другая женщина.

— Честно говоря, меня возмущает, что ты за это цепляешься. Да, у тебя есть шрам. Если он тебе не нравится, прибегни к услугам пластических хирургов. По правде говоря, с ним ты намного привлекательнее, чем какой-нибудь богатенький шейх-плейбой, озабоченный своим внешним видом.

— Шейх-плейбой? — повторил Халид.

Элла помолчала и поинтересовалась:

— Антонио уехал?

— Еще нет. Он хочет увидеться с тобой. Услышать, что у тебя все в порядке.

— И снова попробовать похитить меня.

— Нет. Я... хм... дал ему понять, что сделать это он не сможет.

— Как?

Халид занервничал:

— Вообще-то, когда разговор подходил к концу, я был немного зол на твоего брата.

Элла тихо рассмеялась:

— Представляю! Когда Антонио что-то затевает, то становится похож на бульдога. Так что ты ему сказал?

— Что мы с тобой помолвлены.

Элла долго смотрела на него, будучи уверенной, что ослышалась.

— Что? — наконец произнесла она.

— В тот момент это показалось мне хорошей идеей.

— Ты сказал моему брату, что мы помолвлены? Я тебе даже не нравлюсь. Мы, судя по всему, и друзьями не являемся. С какой стати ты такое придумал?

— Чтобы он успокоился.

— Не верю. Ты — шейх, далеко не последний человек в Кишари. Ты вправе приказать, чтобы Антонио выставили за пределы страны. Ты можешь лишить его визы, объявить персоной нон фата. Ты можешь...

— Ну, я ничего этого не сделал.

Она моргнула:

— Итак, Антонио считает, что мы помолвлены.

Халид кивнул.

— Это все? Он собирается уехать?

— Уедет после того, как встретится с тобой и удостоверится, что ты довольна помолвкой.

На миг Элла ощутила привязанность к брату. Она не всегда соглашалась с Антонио, но, если он хочет удостовериться, что сестра всем довольна, это приятно. Хотя...

— Нет.

— Что — нет?

— Я не готова рискнуть. Не хочу видеть Антонио. Не желаю, чтобы он знал, где я живу. — Она скептически посмотрела на Халида. — Ты не думал о том, что они рассчитывают на твои деньги? Ты вполне устраиваешь мою семью, как и тот кандидат в мужья, которого они нашли в Италии.

— Я упомянул о том, что у меня имеется некоторое состояние.

— Ужасная глупость! — Элла вскочила на ноги. — Зачем ты это сделал? Возвращайся и скажи Антонио, что ты пошутил.

Халид подошел к ней:

— Элла, задумайся на минутку. Так ты сможешь освободиться. Мы встретимся за ужином с твоим братом, заверим его, что любим друг друга, но предупредим, что ты не намерена возвращаться в Италию. Утром он улетит, а ты будешь спокойно жить здесь. Когда твоя семья найдет способ выплатить долги, ты сообщишь им, что помолвка расстроилась.

Элле план Халида показался нечестным. Но на худой конец сойдет. Главное — убедить Антонио в том, что она любит Халида. Удастся ли ей изобразить безумно влюбленную женщину? Ведь ее сердце умерло.

Однако брат, скорее всего, поверит, что она влюбилась, ибо часто посмеивался над ее романтичной натурой. А семья будет рада Халиду так, как никогда не радовалась Александру. На этот раз им не придется подозревать его в желании завладеть деньгами Эллы. В сравнении с шейхом аль-Харумом она почти нищая.

— Думаешь, получится? — спросила молодая женщина с надеждой.

— Почему нет? — произнес Халид. — Ты убедишь брата, что безумно счастлива. Он вернется домой, а ты снова примешься выдувать изделия из стекла.

— Тебе-то какая выгода? — цинично поинтересовалась она.

— Ты больше не будешь плакать, — объяснил он.

Элла покраснела.

— Извини.

— Я действительно хочу, чтобы у тебя больше не было причин плакать. Скоро я уеду, так что ты, как и прежде, будешь жить одна.

— Ты уже не хочешь продавать поместье?

— Пока нет. Мне понравилось жить у моря.

— Ладно. Давай попробуем. Но если не уедет Антонио, уеду я.

Халид заказал столик в ресторане у отеля. Он заехал за Эллой в семь часов, и через двадцать минут они уже входили в ресторан. Антонио ждал их.

— Элла, — произнес он по-итальянски и расцеловал сестру в обе щеки.

— Антонио!

Она почти год не видела брата. Он не изменился. Улыбнувшись, Элла крепко его обняла. Что бы там ни было, Антонио по-прежнему ее старший брат.

Антонио пожал руку Халиду. Все трое уселись за столик у окна с видом на сад.

— Мы беспокоились о тебе, — начал Антонио.

— Я в порядке.

— Даже больше. Помолвлена и снова собираешься замуж... — Он окинул ее суровым взглядом.

— И?.. — поторопила его Элла.

— Наши родители удивятся.

— А меня удивило пристрастие Джакомо к азартным играм.

Антонио покосился на Халида и пожал плечами:

— Мы найдем способ добыть деньги. Родственники должны поддерживать друг друга, верно?

— Халид не говорит по-итальянски. Он знает английский и французский, — произнесла Элла по-английски.

— Я не очень хорошо говорю по-английски, — сказал Антонио, — но... хм... ради сохранения добрых отношений согласен общаться на английском.

— Элла рассказывала мне, что несколько поколений вашей семьи занимались виноделием, — произнес Халид. — Вы продолжаете семейный бизнес?

Антонио кивнул:

— Я продаю вино. Джакомо помогает отцу с виноградниками. Отец хочет, чтобы Элла вернулась домой. Она давно там не была.

— Сейчас она не может поехать в Италию, — равнодушно бросил Халид.

Получив отказ, Антонио изумился. Элла подавила улыбку, оглядела ресторан и увидела министра финансов.

— Уф, — тихо пробормотала она по-арабски. — Здесь министр.

Антонио нахмурился и напомнил:

— Эй, мы договорились общаться по-английски.

— Извини, я забыла.

Мгновение спустя министр уже стоял у их столика.

— Ах, прекрасная госпожа! — Ибрагим бен Саали схватил ее руку и поцеловал. — Рашид, не ожидал увидеть вас с госпожой Понти.

Халид поднялся и продемонстрировал пожилому человеку шрам.

— Ах, я ошибся. Извините, Халид. Я уже уходил, но заметил вас. — Он приветливо улыбнулся Антонио. — Еще один гость?

— Брат Эллы. — Халид представил ему Антонио и объяснил, что итальянец не говорит по-арабски.

— Английский? — спросил министр. Антонио кивнул. — Добро пожаловать в Кишари.

— Я счастлив, что прибыл сюда. К тому же есть повод для праздника — помолвка Эллы.

Глава 7

Молодая женщина лишилась дара речи. Должно быть, ее взгляд был полон ужаса, ибо Халид коснулся ее плеча.

— Поздравьте нас, министр, — светским тоном произнес он. — Вы — первый, кто узнал об этом.

Халид крепче сжал плечо Эллы, и она попробовала улыбнуться. Должно быть, он разъярен. Вот до чего их довело намерение выставить Антонио из страны.

— Мои поздравления. Должен сказать, я не удивлен, поскольку увидел вас вместе на приеме, устроенном вашей матерью. Не буду мешать вам, — добавил министр, как только официант принес поднос с заказом.

Когда он ушел, Элла облегченно вздохнула. Возможно, позже Халид разыщет министра и объяснится с ним. Ей нужно сосредоточиться на том, как усадить брата на ближайший самолет до Италии.

— Мама с папой захотят встретиться с твоим женихом, — заметил Антонио. — Вы оба должны как можно скорее приехать к нам. Я могу задержаться на несколько дней и вернуться вместе с вами.

— К сожалению, я в ближайшее время не смогу уехать, а Элла должна заняться творчеством, — произнес Халид.

— Творчеством? — Ее брат был озадачен.

— Неужели вы не видели те прекрасные произведения искусства, которые она делает из стекла?

— Ох, эти. — Антонио пожал плечами. — Я видел чаши и еще какие-то штуки. Мило.

Эллу не обидело пренебрежительное отношение брата к ее работам. Когда она была моложе, он считал увлечение сестры странным хобби. Конечно, с тех пор прошло много времени, но не стоит показывать ему последние работы.

Если Халиду удастся заставить Антонио уехать, она будет ему признательна. Если не удастся, то в действие вступит план Б: уговорить Бетан увезти ее тайком на самолете куда-нибудь подальше.

Ужин длился бесконечно. Элле хотелось заорать и потребовать от брата оставить ее в покое. Она не могла забыть о его причастности к смерти Александра.

— Мы подбросим вас до отеля, — сказал Халид, когда ужин наконец окончился — а завтра утром лимузин доставит вас в аэропорт. Элла свяжется с родителями и сообщит дату нашего возможного приезда.

«Не следует недооценивать силу денег, статуса и надменного мужского характера», — подумала Элла. Антонио собрался было запротестовать, но одного мрачного взгляда шейха оказалось достаточно, чтобы он подчинился.

— Как пожелаете. Мой отец будет в восторге, узнав, что его дочь помолвлена с представителем одной из самых знатных семей Кишари. Надеюсь, вы оба скоро нас навестите.

Поездка от отеля до дома прошла в молчании. Элла не знала: то ли благодарить Халида, то ли злиться на него из-за экстравагантного выхода из сложной ситуации. Если бы не появление министра, проблем было бы меньше.

— А если министр проболтается? — спросила она.

— Кому? Ты зря беспокоишься. — Халид внимательно следил за дорогой. — Поверь, теперь все уладится.

Элла нервно рассмеялась:

— Сомневаюсь. Родители будут настаивать на свадьбе.

— Скажешь им, что я не тороплюсь.

— Ох, Халид, если моим родным в самом деле нужны деньги для Джакомо, то, полагаю, их следующим шагом будет попытка выкачать из тебя определенную сумму.

— Ты взрослый человек. Просто откажи им.

— Не получится. Если помнишь, в прошлый раз Антонио пытался силой увезти меня.

— Пока ты живешь в Кишари, он не осмелится.

— Значит, мне придется остаться здесь навсегда.

Лимузин остановился у гостевого коттеджа. Халид отпустил водителя и проводил Эллу до двери.

— Благодарю за ужин и поддержку, — сказала она.

— Для этого и Нужны женихи. — Халид отвел ее волосы назад и легко поцеловал в губы.

Затем он направился к себе, тщательно скрывая от молодой женщины свое волнение по поводу того, что министр может стать причиной серьезных неприятностей.

Несколько мгновений спустя, зайдя в кабинет, Халид обнаружил, что на автоответчике горит индикатор. Он нажал кнопку.

— Что это за помолвка? Почему я узнаю об этом позже министра? — громко и отчетливо поинтересовался изумленный Рашид. — Или он ошибся? Перезвони мне.

Халид вздохнул и опустился в кресло. Набирая телефонный номер брата, он сомневался, что ему удастся увильнуть от прямого ответа. Трудно иметь брата-близнеца, который отлично тебя понимает.

— Алло?

— Рашид, это Халид.

— Ах, недавно помолвленный мужчина. Я и понятия не имел.

— Неужели ты поверил?

— Ну, что это было?

Халид объяснил и услышал смех брата.

— Твоя история напоминает меня и Бетан. Мы тоже какое-то время притворялись, что она моя невеста, когда та, которую мне прочили в жены, сбежала. Осторожнее, братец, фальшивые помолвки часто становятся реальными.

— Не на этот раз. Кстати, я собирался сообщить об этом только брату Эллы. Как только он вернется в Италию, ее оставят в покое.

— Теперь об этом известно министру, который позвонил мне и, вне сомнения, нашей матери. По своему опыту знаю, что мама довольна не будет.

— Она должна радоваться тому, что все-таки нашлась женщина, согласившаяся выйти замуж за такого, как я.

— Нет, если эта женщина не выбрана ею и не будет ей подчиняться. Бетан, например, непослушна. Что будешь делать дальше?

— Понятия не имею. Все прошло бы нормально, не появись министр.

Рашид помолчал, потом спросил:

— А есть вероятность?..

— Что Элла согласится выйти за меня? Очнись! Во-первых, я не намерен жениться. Твои дети станут наследниками нашего состояния. Во-вторых, она по-прежнему оплакивает своего мужа. И я не вижу никаких признаков того, что она скоро успокоится.

— Отлично. Ты исполнил роль героя, спас ее от брата. Разве Элла не будет чувствовать себя обязанной тебе? Может, из благодарности она освободит коттедж, и ты быстро продашь поместье?

— Я не хочу вынуждать ее.

— Звони, если понадоблюсь, — сказал на прощание Рашид.

Повесив трубку, Халид задумался. Хорошо бы найти работу в десяти тысячах миль от дома.

Снова зазвонил телефон. Он вздохнул. Звонила мать.

— У меня только что состоялся интересный телефонный разговор, — начала она.

— Я в курсе.

— Это правда? Честно говоря, знай я, что ты намерен жениться, хотя раньше много раз отказывался, я познакомила бы тебя с несколькими милыми женщинами, которые подошли бы тебе гораздо больше, чем вдова с сомнительным прошлым.

— Мне известно ее прошлое.

— А мне — нет. Откуда она родом? Ты уверен, что она выходит за тебя замуж, чтобы создать семью? Как только ее карьера пойдет в гору, не будет ли она искать более денежные места?

— Будущего не знает никто, — заметил он.

— Твой отец все время так говорил. Ох, мужчины! Полагаю, мне следует устроить еще один прием, чтобы официально представить твою невесту, как было с Бетан.

— Не спеши, мама.

— Чепуха! Я позвоню твоей тете. Она будет в восторге от новостей. Ведь мы уже махнули на тебя рукой.

Ладно, пусть пока все остается как есть.

Халид отправился на пляж. Он не знал, присоединится ли к нему Элла. На берегу ее не было. Мужчина решил немного подождать.

Усевшись на теплый песок, Халид наблюдал, как в воде пляшет отражение луны. Его лицо ласкал мягкий ночной бриз. Тишина была мирной и успокаивающей. Зачем люди усложняют себе жизнь? Тихая ночь на природе — все, что ему нужно. Вот отчего он любит пустыню, где царят одиночество и покой.

Он услышал шаги в саду и обрадовался. Она пришла!

Молодая женщина присела рядом с ним.

— Знаешь, ты оказался прав. Я зря переволновалась. Ты предложил идеальный план избавления от Антонио. Тебе, несомненно, известно, что, если бы мы поженились по-настоящему, он тут же стал бы требовать у тебя деньги.

Халид улыбнулся. Антонио плохо его знает. Давать деньги людям, которые их проматывают, он не собирается.

Он поднялся и протянул Элле руку, помогая встать на ноги. Они разулись и пошли к воде, затем повернули на север.

— Тебе не следует ни о чем беспокоиться, — продолжала Элла. — Я быстро работаю над каталогом. Может быть, удастся провести выставку раньше намеченного срока. Как только начну зарабатывать, я уйду с твоей дороги.

— Есть одна проблема, — вздохнул Халид.

— Какая?

— Моя мать считает, что мы действительно помолвлены. Она собирается устроить прием и объявить об этом всему миру.

— Что?! Неужели ты серьезно? Как она узнала? — Элла остановилась и уставилась на Халида.

— Мама звонила мне недавно. Министр не терял времени зря. Он донес об этом не только ей, но и Рашиду.

Элла покачала головой:

— Воображаю, в каком она восторге. Ты рассказал ей правду?

— Нет.

— Почему?

Халид чувствовал, что должен оберегать Эллу. Она достаточно настрадалась.

— Я подумал, что пока лучше ни в чем не признаваться.

— Расскажи все утром, — потребовала молодая женщина.

— О, пусть какое-то время все остается как есть. Кому это повредит?

— Вероятно, никому, — неохотно согласилась Элла.

— Если будут считать, что мы помолвлены, твоя выставка вызовет больший интерес.

— Ради этого я не стала бы притворяться.

— А ради того, чтобы семья не вмешивалась в твою жизнь?

— Я не знала, что мой младший братишка подсел на азартные игры. Он был очаровательным малышом.

Халид взял ее за руку и потянул за собой:

— Если члены твоей семьи поймут, что ты вне досягаемости, им придется искать финансовую помощь в другом месте. Лично я выгнал бы этого парня пинком и потребовал, чтобы он справился самостоятельно.

— Могу поспорить, ты попытался бы сделать что-нибудь, если бы этим парнем оказался Рашид, — возразила Элла.

Халид кивнул, соглашаясь.

— Я не уверена, что мы поступаем честно по отношению к тебе, — продолжала она.

— Почему? Именно я устроил этот хаос.

— Никто не поверит, что мы влюбились друг в друга и планируем пожениться.

— Из-за шрама, — выпалил Халид.

Элла шлепнула его по руке:

— Прекрати! Шрам вообще ни при чем. Я по-прежнему люблю своего мужа и не хочу когда-либо снова испытать ужас потери. Безопаснее жить одной, заводить друзей, делать блестящую карьеру, но не влюбляться. Слишком больно, когда разбивается сердце.

— Предпочитаешь безопасность и одиночество?

Элла мельком взглянула на Халида. Вроде бы у него все есть: красота, деньги, поддержка семьи, любимая работа. Правда, из-за шрама на лице он не посещает вечеринки. К нему не заходил ни один друг. Похоже, Халида избегают.

Она не забыла, как на него смотрели на приеме — с плохо скрываемым ужасом. К сожалению, Халиду приходится иметь дело с людьми, которым не хватает воспитания.

— Подожди-ка, — сказала молодая женщина, высвобождая руку. — Я первая добегу до той деревяшки.

Элла рванулась и побежала к большому бревну, вынесенному на берег штормом. Возможно, так они отвлекутся от мрачных мыслей. Она весь день была на нервах. Пора восстановить равновесие и немного развлечься.

Судя по тому, что Халид замешкался, она застигла его врасплох. Однако он легко и без затруднений обогнал ее.

Добежав до бревна, Элла с трудом перевела дыхание.

— Ты часто бегаешь по ночам? — поинтересовался он.

— Когда меня никто не видит, я бегаю наперегонки с ветром.

Рассмеявшись, Халид обхватил Эллу за талию и покружил на месте.

— Сегодня я выиграл, — произнес он, осторожно опуская ее на землю и прижимая к себе. А затем, наклонившись, мужчина нежно ее поцеловал.

Элла закрыла глаза, и бриллиантовая россыпь звезд исчезла. Она слышала свое учащенно бьющееся сердце и мягкий плеск волн. Но вскоре исчезли и эти звуки. Элла отдалась замечательным ощущениям. Губы Халида были подобны нектару. Прильнув к его сильному телу, она ощутила, что желанна.

Время потеряло всякий смысл. Остались лишь чувственные переживания. Ей хотелось бесконечно наслаждаться моментом.

Но вот Халид чуть отстранился. Элла шагнула к нему, но он, обняв женщину за плечи, осторожно отодвинул ее:

— Нам нужно возвращаться, пока ситуация не вышла из-под контроля.

Элла съежилась и отвернулась, радуясь тому, что тьма скрывает ее смущение. Зачем она со всей страстью бросается в объятия Халида, если он ясно дал понять, что любовные отношения его не интересуют? Фальшивая помолвка — всего лишь способ защитить ее. Если бы не появился Антонио и не угрожал ей, Халид ни за что не стал бы притворяться влюбленным.

Элла ускорила шаг.

— Мы побежим обратно? — поинтересовался он, легко нагнав ее.

— Нет.

Элла пошла медленнее, хотя ей хотелось броситься к дому, запереть дверь и задернуть шторы. Ладно, как только она доберется до коттеджа, возьмет себя в руки и изо всех сил постарается держаться подальше от Халида аль-Харума.

Клятва, которую Элла дала ночью, действовала лишь до утра. С самого рассвета женщина мастерила небольшую чашу. Она полностью сосредоточилась на работе, не замечая ничего вокруг. Но как только чаша была поставлена в печь, Элла вспомнила вчерашнюю ночь.

Джалила постучала в дверь, когда молодая женщина решила перекусить.

— Его превосходительство хотел бы видеть вас.

— Я собираюсь поесть. Скажите, что я приду позже.

Джалила была шокирована.

— Он хочет видеть вас немедленно.

— Ну, ваш хозяин не может всегда получать то, что хочет, — заметила Элла. — Спасибо за сообщение. Передайте ему мои слова. Я приду около трех. — Она закрыла дверь.

Кем он себя возомнил, если решил, что она все бросит и побежит к нему по первому требованию?

Элла приготовила легкий обед и устроилась на террасе. Допивая холодный чай, она услышала стук в парадную дверь. Вздохнув, Элла поднялась. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы догадаться, кто пришел.

Открыв дверь, она свирепо уставилась на Халида:

— Чего ты хочешь?

— Поговорить с тобой, — беспечно произнес он, входя внутрь.

Элла уступила. Закрыв дверь, она повернулась к нему и подбоченилась:

— О чем?

— Моя мать устраивает очередной прием. На этот раз для того, чтобы официально объявить о нашей помолвке. Мы должны присутствовать.

— Ты свихнулся? Дело зашло слишком далеко. Скажи ей правду.

— Не сейчас. Сначала нужно удостовериться, что твоя семья ищет другие способы уладить проблемы младшего сына. Это всего на один вечер. Ты встретишься с гостями, будешь улыбаться и делать вид, что я тебе нравлюсь. Мы должны пригласить и твоих друзей, чтобы все выглядело правдоподобно.

Элла скрестила руки на груди:

— Я не стану вовлекать друзей. Кроме того, ни один из них не поверит. Им известно, как сильно я любила Александра. Да и ты не выглядишь безумно влюбленным.

— Мы притворимся.

— Довольно притворяться. Антонио уехал, а мы притворялись ради него, верно?

Халид молчал.

— Верно? — повторила Элла.

— Он не уехал, как мы рассчитывали.

— Почему? — Она нахмурилась. Неужели брат собирается дождаться ее свадьбы?

— Откуда мне знать, что на уме у твоего брата? Я недавно с ним познакомился. Лимузин подъехал к отелю вовремя, чтобы доставить к рейсу на Рим, но он заявил, что передумал и задержится в Кишари.

— Отлично! — Элла заметалась по комнате, стараясь понять, как выбраться из ямы, в которую она угодила. — Я уезжаю.

Она посмотрела на Халида. Он был спокоен. В его взгляде читалось едва заметное изумление. Она вспылила:

— Я не шучу.

— Нет, но ситуация превращается в фарс. Неужели ты считаешь, что я жажду объявить о помолвке, которую расторгнет очередная невеста?

— Ты сам ее расторгнешь, — заявила она.

— Хорошо же я буду выглядеть!

— Ну, одному из нас придется это сделать, так что решай. А я не желаю идти к твоей матери. Не желаю, чтобы весь город узнал, что мы помолвлены. Не желаю...

— Тогда придумай что-нибудь, — предложил он.

— Мне не пришлось бы ничего придумывать, если бы ты не соврал моему брату.

— Ты могла сказать ему правду вчера за ужином.

Элла прикусила губу:

— Ладно, мы притворяемся до тех пор, пока не уедет Антонио. Можно его поторопить?

— Он — твой брат. Я никогда не торопил Рашида. Чем сильнее я на него давлю, тем активнее он сопротивляется.

Элла кивнула:

— Да, все братья одинаковы. Нам нужно каким-то образом убедить его оставить меня в покое.

— Так давай убедим его сегодня вечером, что мы помолвлены по-настоящему, и, возможно, тогда он уедет.

— Или потребует денег.

Халид нахмурился:

— Ты действительно считаешь, что это причина его задержки?

— Не знаю. Когда мы должны быть на приеме?

— Я зайду за тобой в семь.

— Как одеться?

— Как в прошлый раз. Тебе нужно новое платье?

— У меня достаточно платьев, спасибо. Ты полагаешь, что я буду просить у тебя деньги?

— Нет. Но если тебе нужна одежда, я помогу.

— Не нужна, — отрезала она.

Ей было хорошо известно, что кое-кто из дальних родственников просил ее отца о финансовой помощи. Он неизменно отказывал. Будучи ребенком, Элла задавалась вопросом, почему папа не делится с ними. Повзрослев, она поняла, что существуют люди, которые постоянно клянчат деньги.

Молодая женщина пожалела, что в свое время не захватила с собой кое-какую одежду. Они с матерью делали покупки в самых модных бутиках Рима. Элла оставила наряды дома, когда переехала к мужу в Кишари.

Потом она вспомнила о красном платье. Купить его уговорила Саманта, ее подруга. Элла ни разу не надевала это платье. Оно было слишком откровенным, изысканным и элегантным для профессорской жены. Молодая женщина с вызовом улыбнулась Халиду. Что ж, если он настаивает на продолжении розыгрыша...

Халид, почувствовав ее настроение, слегка насторожился.

— Итак, до вечера? — спросил он.

Элла распахнула дверь и кивнула.

— Не нравится мне выражение твоего лица, — заметил Халид.

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, дорогой.

Он погрозил ей пальцем:

— Веди себя прилично.

Элла рассмеялась и выставила его за дверь. Сегодняшний прием может оказаться забавным. Госпожа аль-Харум придет в ужас, министр пожалеет о том, что раскрыл рот, а Антонио поймет, что ему не стоит больше вмешиваться в жизнь сестры.

Элла была готова раньше срока. Джалила красиво уложила ее волосы. Платье выглядело потрясающе. Тонкие темно-красные бретельки оттеняли кожу; облегающий корсет подчеркивал каждый изгиб ее тела; юбка спускалась чуть ниже колен. Атласная ткань блестела и переливалась. Элла снова надела жемчуг. К такому платью лучше подошли бы бриллианты или рубины, но их у нее не было. Туфли на высоких каблуках делали Эллу выше ростом и прибавляли ей уверенности. Она была готова бросить вызов миру.

Халид пришел ровно в семь часов. Увидев Эллу, он остолбенел, отчего молодая женщина чуть не потеряла голову от восторга.

— Ты прекрасно выглядишь, — тихо произнес он.

— Благодарю. Ты тоже. — Она игриво улыбнулась.

Халид хохотнул:

— Не слишком заигрывайся. Это глупая затея.

— Она принадлежит тебе, — напомнила Элла.

Он снова рассмеялся:

— Не напоминай. Мы появимся на приеме и быстро уйдем. Ты слишком красива для того, чтобы торчать в зале, полном друзей матери.

— Твоя мать хлопотала, чтобы отпраздновать событие, о котором уже не мечтала. Ты не можешь ее разочаровать. Подумай об этом.

— Ты выглядишь так, что рядом с тобой трудно о чем-либо думать.

Элла улыбнулась, польщенная комплиментом. Платье действительно было шикарным, и она никогда не чувствовала себя такой сексуальной и женственной. Жаркий взор Халида распалял ее.

— Давай их всех поразим. Побудем немного на приеме, а потом сбежим и прогуляемся по пляжу, — предложила Элла.

Реакция Халида придала ей сил. Она была готова справиться с его матерью и с любым, кто встанет на ее пути.

Глава 8

Подъехав к дому Сабрии аль-Харум, Элла была поражена: здание походило на дворец. У двери стоял швейцар, наверх их быстро доставил частный лифт.

— Прием в доме, а не в отеле. Почему? — тихо поинтересовалась она.

— Приглашены только близкие друзья, примерно сотня. Ты так и не дала мне список своих знакомых, поэтому я приказал одному из помощников связаться с университетом и выяснить, с кем ты дружила.

Элла вздохнула:

— Ты не мог не вмешаться. Наверняка в детстве ты всех сводил с ума.

— Эй, мне помогал Рашид.

— Но не сейчас.

— Он в курсе дела. О розыгрыше известно только нам троим, Рашид ничего не рассказал Бетан. Интересно, как мы из этого выберемся?

Войдя в огромную квартиру с видом на Алькахдар, Элла с изумлением осмотрела большой салон, высота потолков которого была по меньшей мере двенадцать футов. Окна во всю стену выходили на большую террасу. В комнате было несколько десятков человек. На стенах висели картины, выполненные в классическом стиле. Искрилась бесчисленными гранями люстра. Мебель, скорее европейская, чем арабская, отличалась элегантностью.

— Халид, ты должен был появиться здесь первым, — упрекнула его мать, подходя к ним. Она посмотрела на Эллу, слегка округлив глаза. — Сегодня вы другая, — заметила женщина, обратив внимание на красивое платье и изысканную прическу.

Элла чуть поклонилась.

— Мне приказали как следует отмыться, — дерзко ответила она.

Сабрия аль-Харум не нашлась что ответить.

Халид поцеловал мать в щеку:

— Мы пришли, вот что главное. Я не могу поверить, что тебе удалось за короткий срок собрать такую толпу.

— Все гости желают тебе добра, сынок, — мягко сказала она, глядя на Эллу так, словно не знала, как вести себя со строптивой девицей.

Элла взяла Халида под руку и прильнула к нему:

— Мы польщены, что вы сделали это для нас. Верно, любимый? — Она улыбнулась Халиду.

— Конечно, польщены, любимая, — согласился он. Его взгляд обещал возмездие.

— Идите к гостям, пусть они вас поздравят, — отпустила их Сабрия, неуверенно посматривая на Эллу.

К ним подошли Рашид и Бетан. Рашид улыбнулся брату и Элле.

— Поздравляю, братец. — Он наклонился, поцеловал Эллу в щеку и сказал ей: — Следите за ним.

— Я поверить не могла, когда Рашид мне рассказал. — Бетан огляделась, обняла Эллу и произнесла по-английски: — Я думаю, это невероятно.

Элла хихикнула:

— Скорее необычно.

Подошел Антонио, натянуто кланяясь.

— Я полагала, что ты уехал домой, — сухо заметила Элла.

— У меня была пара дел. Я разговаривал с родителями. Они желают вам обоим счастливого брака. Если бы я уехал, то пропустил бы прием.

— И это было бы чудесно, — пробормотала Элла по-арабски.

— Пойдем, — обратился к ней Халид, — я познакомлю тебя с гостями.

Их тут же окружили люди, многие из которых были Элле незнакомы. Понимая, что должна убедить брата, она весь вечер не отходила от Халида. Когда она прикоснулась к нему в очередной раз, он схватил Эллу за руку, переплел свои пальцы с ее пальцами и продолжил общение с приятелем.

Министр финансов, увидев Халида и Эллу, отошел от небольшой группы гостей, с которыми беседовал, и приблизился к ним:

— Ваша мать, должно быть, очень рада. Оба ее сына решили подарить семье наследников.

— Мы женимся не ради потомства, — бросил Халид.

— Ах, но только малыши способны сохранить вашу молодость.

— У вас есть дети? — поинтересовалась Элла.

— Пока нет.

— Вы женаты много лет, — напомнил Халид.

На миг министр смутился, затем переменил тему разговора:

— Итак, братья поженятся одновременно? Или вы пропустите вперед Рашида? Ведь он старше вас на несколько минут.

— Мы пока не определились, — ответил Халид. — Извините нас, пожалуйста. Я вижу, что приехали друзья Эллы.

Они направились к двери, где изумленно оглядывались две пары.

— Откуда ты узнал, что это — мои друзья? — спросила Элла. — Они в замешательстве, поскольку никого здесь не знают.

Последовал обмен приветствиями. Хотя друзья Эллы были поражены, увидев шрам на лице Халида, они быстро взяли себя в руки и тепло поздоровались с ним.

— В прошлом году мы редко виделись, — сказала Джанин. — Полагаю, в твоей жизни произошло много изменений.

— Это был беспокойный и напряженный год, — неопределенно ответила Элла. Будь она действительно помолвлена, тут же сообщила бы новость друзьям. Ведь они желали ей только счастья.

— Как твои успехи стеклодува? — спросил Джозеф и обратился к Халиду: — Вы, несомненно, видели ее работы.

— Да. Они изящны. Элла планирует вскоре устроить выставку. Я предсказываю блестящее будущее нашей художнице.

— Расскажи нам обо всем, — обратилась к подруге Моник.

Элла принялась излагать свои планы по организации выставки в галерее. Друзья внимательно ее слушали, время от времени бросая взгляды на Халида.

Мгновение спустя он коснулся плеча Эллы:

— Я должен кое с кем поговорить. Оставляю тебя с друзьями.

Халид ушел. Элла видела, как он направился к какому-то старику. Повернувшись к своим друзьям, она обнаружила, что они смотрят на нее во все глаза.

— А ведь он один из самых богатых людей в стране, — протянула Джанин. — Как тебе удалось его заарканить?

— Хорошенькие дела, Джанин! Ты со мной так же поступила? Я чувствую себя полным идиотом, — заявил ее муж.

Все рассмеялись.

— Ладно, я не это хотела сказать. — Джанин смутилась.

— Тебе непонятно, как Элла увлекла его? Она хорошенькая, молодая и талантливая. Она не может не нравиться, — заявила Моник.

— Вы искажаете мои слова, — возмутилась Джанин. — Расскажи нам обо всем, подруга.

Элла опустила детали и объяснила, что снимает коттедж в родовом поместье Халида, где и встретилась с ним.

— А что происходит в университете? — поинтересовалась она. — Я давно ничего нового не слышала.

Джозеф поведал о профессорах и студентах, которых она знала. Элла с радостью слушала новости, но чувствовала себя отстраненно. Та часть ее жизни осталась в прошлом.

Оглядевшись, она заметила, что Халид и Рашид разговаривают со стариком. Оба стояли к ней в профиль, левой стороной лица. Они были потрясающе красивы. Вот Халид повернулся к ней. Она снова увидела шрам, тщательно скрыла сожаление и улыбнулась. Его карие глаза пристально смотрели на нее. Неожиданно Элле показалось, что свет померк и во всем мире остались только они двое.

— Плохи дела, — рассмеялась Джанин.

— Что? — Элла повернулась к подруге.

— Прошло пять минут, как он отошел, а ты уже глаз с него не сводишь. Когда свадьба?

— Не знаю точно. Мы еще не назначили дату.

В этот момент к ним подошел Антонио. Элла представила брата, и все заговорили по-английски.

— Сегодня вечер откровений, — удивленно проговорила Джанин. — Я даже не знала, что у Эллы есть родственники. Она никогда об этом не говорила.

Муж ткнул ее локтем в бок.

— Ох, извините.

Антонио обратился к Элле:

— Элла, мы твоя семья!

— Которая не приняла моего мужа, — отрезала она.

— Аль-Харум нравится тебе, несмотря на шрам, — тихо произнес Джозеф по-арабски.

Элла прищурилась:

— Халид замечательный человек. Он ликвидирует пожары на нефтяных вышках. Тебе известно, как это опасно? Он был ранен во время тушения пожара. На свете совсем немного людей, способных на такое.

Появившийся рядом Халид положил руку ей на плечо:

— Защищаешь меня?

— В этом нет нужды, — ответила Элла, свирепо глядя на Джозефа.

— Я не хотел тебя обидеть, — извинился тот.

— Никто и не обиделся, — бросил Халид. — Прошу вас, угощайтесь. А я должен познакомить Эллу со старым другом.

Он взял ее за руку и повел к мужчине, которого она никогда не встречала. С ним беседовали Рашид и Бетан.

— Он был другом моих дедушки и бабушки. Его зовут Хаук бен Арисси. К сожалению, он обрадовался нашей помолвке. Мне очень неловко, если не сказать больше. Я не люблю обманывать людей.

— Тебе следовало подумать об этом раньше.

— Или отдать тебя твоему брату.

Элла не успела ответить, поскольку оказалась рядом с Хауком бен Арисси. Они познакомились.

— Ах, Халид, ты и твой брат снова меня удивляете. Вы и раньше любили проказничать. Твоя бабушка была бы очень счастлива сегодня. Ее драгоценные внуки намерены связать свои жизни с прекрасными женщинами.

— Вы чрезвычайно добры, — сказала Элла.

— Ах, а вы, моя дорогая, уже говорите на нашем языке. У вас отлично получается.

— Благодарю. Правда, читаю я хуже.

Хаук замахал руками:

— Пусть вам читает Халид. Мы с женой с удовольствием читали классику вечерами. Я скучаю по тем временам.

Элла вопросительно посмотрела на Халида.

— Нам всем ее не хватает, Хаук, — вздохнув, откликнулся он.

— Как вы познакомились? Историю Бетан я уже выслушал.

— Элла живет в поместье бабушки, которое я унаследовал.

— Получается, что он унаследовал и меня, — подхватила Элла.

— Вы художница? Стеклодув? Алия рассказывала мне о ваших превосходных работах. Я видел вазу, которую вы для нее сделали. Она похожа на пойманное солнце.

Элла улыбнулась:

— Спасибо. Я очень по ней скучаю.

Хаук внимательно посмотрел на Эллу, затем перевел взгляд на Халида:

— Ты нашел сокровище. Смотри обращайся с ней как следует.

Халид слегка поклонился. На миг Элла пожелала, чтобы помолвка была настоящей. Эта мысль потрясла ее.

К концу вечера Халид потерял терпение. Его мать требовала назначить дату свадьбы. Министр, чья жена не смогла прийти на прием, пялился на Эллу дольше дозволенного приличиями. Рашид поддразнивал брата, как обычно. Но сегодня его шутки выводили Халида из себя.

Они с Эллой большую часть вечера провели вместе. Уже было поздно, когда она мило улыбнулась и увела его от гостей.

С той же улыбкой Элла прильнула к Халиду и заговорила:

— Мои ноги болят, мои щеки болят. Мои нервы на пределе. Предлагаю уехать.

Он наклонился, вдыхая цветочный аромат ее духов:

— Я был готов сбежать отсюда два часа назад.

— Мы пробыли здесь достаточно долго, верно? Твоя мать не будет расстроена.

— Будет, но мне все равно. Пошли.

Халид повел Эллу по коридору, и очень скоро они оказались в парадном вестибюле. Еще через несколько секунд парочка вышла на улицу.

Элла откинула голову назад и глубоко вздохнула. Халид едва сдержался, чтобы не поцеловать ее. Но он решил не делать этого на глазах у швейцара.

* * *

Элла устала. Устала притворяться, что ужасно счастлива. Хуже всего было то, что она сожалела, что они с Халидом не помолвлены по-настоящему.

Внезапно Элла позавидовала незнакомой женщине, которой однажды удастся завоевать сердце Халида. Ей одной будут предназначаться его поцелуи и ласки, страстные ночи и счастливые дни. Элла представила, как он заживет с этой женщиной в поместье бабушки с кучей детей, которые будут бегать вокруг, смеясь, крича и ликуя.

— Ты в порядке? — спросил Халид.

Элла надеялась, что он не прочитает ее мысли.

— Конечно. Просто устала.

— Значит, сегодня гулять не будем?

Неужели ему нравится гулять с ней? Вряд ли. Халид, вероятно, просто любит бродить в темноте, и не важно, сопровождает она его или нет.

— Не будем.

Ей следовало разобраться, как вести себя дальше. Ситуация усложнялась. Эллу все сильнее тянуло к Халиду, а она никак не могла понять, как он относится к ней.

Когда они подъехали к гостевому коттеджу, Элла влетела в дом до того, как Халид успел выйти из автомобиля. Она заперла дверь и поспешила к кровати, на ходу расстегивая ожерелье. Не хочется ей думать о поцелуях, ласках и ночных прогулках наедине с этим человеком.

Живя с Александром, она была безмерно счастлива. После смерти мужа ей казалось, что умерла часть ее души. Халид очень сильно отличался от доброго, нежного и задумчивого Александра. Он был волнующим, провокационным, динамичным и настойчивым. И все же рядом с шейхом Элла оживала.

Убрав жемчуг в комод, она осторожно выглянула в окно. Отсюда был виден лишь угол хозяйской виллы. Непохоже, что Халид вошел в кабинет или спальню. Возможно, он отправился на пляж без нее.

Внезапно Элла решила рискнуть. Сняв платье, она надела купальник, накинула халатик и поспешила на пляж.

Халид плавал в нескольких ярдах от берега. Улыбаясь тому, что разгадала его замысел, женщина бросила халат рядом с его вещами и погрузилась в теплую воду. Плывя ему навстречу, она заметила, что он ожидает ее.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Халид.

— Я не хочу гулять, но согласна поплавать. — Добравшись до него, Элла тоже постаралась держаться на одном месте. — Ты плаваешь каждую ночь?

— Не каждую. Но часто. Мне это нравится.

— Всегда в темноте?

— Так проще.

— Чтобы не было видно шрамов?

Халид пристально и долго смотрел на Эллу, затем взял ее за руку и притянул к себе. Повернувшись к ней правой стороной, он ждал ее реакции. Большинство женщин ужаснулись бы — шрам проходил по груди и предплечью. Ожоги больше не причиняли Халиду физической боли, но ему было больно смотреть на них.

Элла подплыла ближе, и ее тело прикоснулось к нему. Халида мгновенно опалило огнем. Прошло много времени с тех пор, как он был с женщиной. Близость Эллы свела его с ума. Обняв, он поцеловал ее, осторожно удерживаясь на плаву. А затем Халид забыл обо всем, кроме ощущения ее чувственного тела и теплой шелковистой кожи.

Вода накрыла их с головой. Элла оттолкнулась от Халида, рассмеялась, тряхнула головой и обрызгала его.

— Романтично, — сказала она, подплывая к Халиду и обнимая его за шею. — Только бы не утонуть.

Женщина прильнула к его губам, дразня, провоцируя. Потом покрыла легкими поцелуями левую щеку, правую. Халид отстранился от нее.

— Не нужно, — тихо попросила Элла, обхватив ладонью его обожженную щеку. — Халид, с тобой я забываю обо всем. Не отталкивай меня, не заставляй возвращаться в реальность. Эта ночь принадлежит только нам.

Она снова стала целовать его, и на этот раз он ей не противился. Когда поцелуй прервался, оба тяжело дышали. Халиду хотелось подхватить Эллу на руки, добраться до берега и заняться с ней любовью на песке. Однако она двигалась вдоль пляжа.

— Великолепная ночь для плавания, — бросила Элла, удаляясь от него.

Халид стремительно догнал ее.

— Вроде бы ты говорила, что плавать по ночам небезопасно, — заметил он, плывя рядом.

— В одиночку. Я не одна, ты рядом со мной.

Вместе они плыли вдоль побережья, а когда повернули назад, Халид стал опасаться, что Элла устала. Но она была полна энергии, как и прежде. Как только на песке показалась их одежда, Элла престала плыть. Халид из любопытства тоже остановился, и его окатили водой. Элла шлепнула его по плечу и крикнула:

— Вот тебе!

Молодая женщина нырнула и вынырнула в нескольких ярдах от него. Рассмеявшись, нырнула снова. На этот раз она направилась к берегу. Халид рассмеялся и поплыл за ней. К тому времени, когда он добрался до нее, она уже шлепала по мелководью.

Схватив полотенце, Элла отжала волосы, затем принялась вытираться, пятясь назад и глядя на Халида.

— Опасные игры ты затеяла, Элла, — заявил он, решительно направляясь к ней.

— Было весело, — рассмеялась она, по-прежнему пятясь.

Халид приближался к ней с каждым шагом.

— Было, — согласился он. — Но ты нечестно играешь. Зачем вышла из воды?

— Я устала. Заплыв был долгий. — Она хихикнула и сделала шаг назад.

— Стой на месте. — Халид протянул руку, собираясь схватить Эллу.

Она рассмеялась, но охотно прильнула к нему.

— Халид аль-Харум, ты опасный человек, — произнесла женщина перед тем, как он ее поцеловал.

Следующим утром Халид стоял на веранде с той стороны дома, которая была ближе всего к коттеджу Эллы, и смотрел на море. Он рано позавтракал, проверил дела в офисе и переговорил по поводу предлагаемой ему работы. Отъезд позволит ему подумать о будущем. Прошлая ночь проигрывалась в его мозгу, как бесконечная Кинопленка. Из уважения к Элле он не стал требовать от нее больше того, что она могла дать. А ей хотелось только целоваться.

— Горничная сказала, что я найду тебя здесь, — послышался голос Рашида.

Халид повернулся. Его спортивная одежда контрастировала с деловым костюмом и галстуком Рашида.

— Что произошло? — спросил Халид.

— Ничего, Я просто захотел увидеться с тобой. — Рашид снял пиджак и повесил его на спинку стула. Присев, он посмотрел на брата, подняв брови в молчаливом вопросе.

Халид устроился напротив своего брата-близнеца:

— Я в курсе запроса нефтяной компании из Египта. Они хотят, чтобы мы проинспектировали новую скважину.

— Ты поедешь? — поинтересовался Рашид.

Халид пожал плечами:

— Не знаю.

— Обычно ты с радостью хватаешься за заграничные командировки.

— Я уже был в Египте.

— И не однажды. Возможно, новая невеста начинает привязывать тебя к дому.

— Не начинай. Ситуация и так вышла из-под контроля. Черт, я всего лишь пытался помочь своей постоялице. Ты же знаешь.

Рашид улыбнулся:

— Правильно. Я как-то позабыл.

— Ах, забыл! Ты приехал за этим? Заново выслушать историю нашего романа?

— Так у вас роман?

— Нет. Я вмешался, чтобы не позволить семье Эллы повлиять на нее. Как только ее брат уедет, конец истории. — Халид поднялся и зашагал взад-вперед по каменному полу. — А как бы поступил ты?

— Так же, не сомневайся. Вообще-то я приехал выяснить, нравится ли тебе Элла. Вчера мне показалось, что она к тебе неравнодушна. Может быть, получится нечто хорошее.

— Она притворялась.

— Я только предлагаю... — начал Рашид.

— Что? — Халид почувствовал, как брат раздражает его.

— Позволь отношениям развиться. Элла — милая женщина. Талантливая, хорошенькая. Она любит эту страну.

— Ты говоришь о ней как о собаке или кошке.

— Я стараюсь пробиться к тебе и доказать, что не все женщины похожи на Дамару. Она была мелочной и поверхностной и при первой же проблеме сбежала. Тебе повезло, что вы расстались.

— Я уверен, Дамара считает, что повезло ей. — Халид смотрел на море, вспоминая сцену в больнице. А потом на искрящейся под солнцем водной глади возник образ плескающейся и смеющейся Эллы.

Она целовала его обожженную кожу...

Ее смех нравился ему больше всего на свете...

Нахмурившись, Халид повернулся к брату:

— Я поеду. Работа в Египте займет по меньшей мере две недели.

— Рассмотри мое предложение.

— Между нами ничего такого нет. Элле требовалась помощь. Я ее оказал. В коттедже она живет на законных основаниях. Я не смогу избавиться от нее до истечения срока договора. Не все похожи на тебя. Радуйся тому, что у тебя есть Бетан. Не старайся найти счастье для меня.

Рашид поднялся, набросил пиджак на плечи и посмотрел на брата:

— Ладно. Это твоя жизнь.

Халид рассмеялся:

— Спасибо за доверие.

Когда брат уехал, Халид позвонил в офис.

— Приготовьте все, что нужно. Я уезжаю сегодня после обеда, — сказал он помощнику.

* * *

Элла ожидала получить известие от Халида, но он ничего не передавал ей и не приходил. Она отбирала свои работы, с радостью осматривая некоторые образцы и понимая, что они даже лучше, чем она считала раньше.

Фотографии, сделанные в хозяйском доме, были великолепны. Следовало распечатать их, чтобы составить каталог.

Чем сильнее она старалась сосредоточиться на работе, тем больше волновалась по поводу Халида.

День тянулся бесконечно. Элла прибралась в маленьком коттедже, включила стиральную машину и даже приготовила ужин, что делала нечасто. Наконец наступила ночь. Обычно Элла выходила из дома около одиннадцати. Сейчас шел всего десятый час, но она не сдержалась и отправилась на пляж.

Халида нигде не было. Элла неторопливо подошла к кромке воды и стала ждать.

Это далось ей нелегко, потому что каждой клеточкой тела она жаждала увидеть Халида. Элла присела на теплый песок, волны набегали на пляж в нескольких футах от ее ног. Она взяла горсть песка и пропустила его сквозь пальцы, вспоминая события вчерашнего вечера. Сначала — прием у матери Халида, потом — купание в море. Элла улыбнулась, вспоминая, как ей было весело. Как ей нравилось быть с Халидом.

Ну когда же он придет?

Глава 9

Следующим утром Элла отправилась в студию, твердо решив выбросить из головы все мысли о шейхе. Прошлой ночью он так и не появился. Когда она наконец сдалась и вернулась к себе, то обнаружила, что в хозяйском доме не светится ни одно окно.

Теперь ей предстоит сосредоточиться на карьере и забыть обо всех мужчинах до тех пор, пока она не начнет зарабатывать деньги. Затем она переедет. У нее появится возможность приходить и уходить куда ей вздумается, и не придется волноваться о ком-то, кто пытается выселить ее в угоду своим прихотям.

Элла разожгла печь, осторожно отобрала стеклянные осколки различных цветов, раскалила их и стала по очереди нанизывать на стеклодувную трубку. Стекло различных цветов медленно перемешивалось, и когда она начала формовать каплю, то с радостью обнаружила зеленые, голубые и бирюзовые оттенки. Не торопясь, Элла сосредоточенно изготавливала большое блюдо.

После полудня довольная женщина поставила новое творение в печь. Потягиваясь, она отправилась в коттедж, чтобы пообедать. Впервые за несколько часов Элла вспомнила о Халиде. Где же он?

Ей захотелось, чтобы он появился у нее, усмехнулся, и в уголках его глаз появились морщинки, от которых у нее дух захватывало. Если бы он подошел и непринужденно присел на стул, она утонула бы в его карих глазах, а по спине ее пробежала бы дрожь.

Она слишком привязалась к этому мужчине. Ведь он ясно дал понять, что не желает завязывать отношения — ни краткосрочные, ни долгосрочные. Нахмурившись, Элла откинулась ни спинку стула и посмотрела на море. Ей нельзя влюбляться в Халида, и тому есть масса причин, начиная с того, что она разобьет свое сердце.

И все же Элла вынуждена была признать, что хочет быть с ним. Она оживала в присутствии Халида, считала его особенным, хотя и не идеальным. Иногда он бывал вспыльчив. И еще вбил себе в голову, что из-за шрама никто не сочтет его привлекательным. Конечно, шрам отвратительный, но ведь, по сути, Халид красавец.

Элла старалась успокоиться. Ей нужно смириться, притвориться, что она помолвлена, и ждать дальнейшего развития событий. Только трудно притворяться, когда партнер исчез.

Но исчез ли? Он просто не пришел вчера на пляж и не объявился сегодня.

А увидеть его очень хочется.

Вскочив на ноги, Элла переоделась, причесалась и пошла в хозяйский дом.

Дверь открыла Джалила.

— Госпожа Понти, — вежливо произнесла она.

— Его превосходительство дома? — спросила Элла.

— Нет. Он улетел в Египет.

— В Египет? — Такого Элла не ожидала. — Когда он вернется?

— Не могу сказать. Он взял большой чемодан. Думаю, не раньше чем через несколько дней.

Элла поблагодарила горничную. Медленно идя по саду, она размышляла, почему Халид ей ничего не сказал. Может быть, он отправился тушить очередной пожар? Если так, то ему была дорога каждая минута, а потому он не успел предупредить свою фальшивую невесту. Однако горничная сообщила, что Халид взял большой чемодан и будет отсутствовать некоторое время. Непохоже, что он торопился.

Элла подумывала, не позвонить ли Бетан, чтобы поинтересоваться планами Халида, но решила этого не делать.

К поместью подъехал автомобиль. Прибыл ее брат.

— Антонио, что ты здесь делаешь?

— Я приехал поговорить с Халидом аль-Харумом. Я общался с отцом, и он поручил мне уладить дела.

— Какие дела?

— Относительно брака, — сказал Антонио, помешкав.

— По поводу приданого? — уточнила Элла, подходя ближе.

— Не совсем.

— Тогда что? Я давно уехала из дома. Я несколько лет была замужем. Представить не могу, о каких делах может идти речь, если только ты не намерен выяснить у Халида, даст ли он тебе денег, чтобы замять историю с Джакомо. Эта тема под запретом.

— Под запретом?! Ты не можешь так поступить. Я сам решу это с твоим будущим мужем.

— Если ты хотя бы заикнешься об этом, я откажусь выходить за него замуж, — опрометчиво бросила Элла.

— Если ты не выйдешь замуж за него, возвращайся домой и выходи за кого-нибудь другого.

— Возможно, я никогда больше не выйду замуж. — Элла подошла к брату и ткнула пальцем ему в грудь. — Тем более за нелюбимого. Джакомо сам виноват, пусть сам и выбирается. Я не пешка. Не могу поверить, что наш отец решился на такое.

— Ты нужна своей семье, — произнес Антонио, оттолкнув ее руку. — Денег у шейха много. Несколько тысяч евро для него пустяк. Пусть он поможет нам.

— Нет! Я не шучу. Если ты заговоришь с ним об этом, я исчезну, и ты меня никогда не найдешь.

Антонио помолчал.

— Нам нужна помощь, Элла, — тихо сказал он. — К кому еще нам обратиться? Мы не можем говорить о своих проблемах никому в Италии, иначе пострадает бизнес. Несколько поколений нашей семьи занимались виноделием. Тебе все равно, если мы лишимся бизнеса?

— Нет, не все равно. Поищи другие способы. Драгоценности матери...

— Большая их часть — это копии, оригиналы проданы.

Элла была поражена. Дела обстояли хуже, чем она предполагала.

— Джакомо по-прежнему играет?

— Нет. Но его долг еще не полностью выплачен.

— Возвращайся домой, Антонио. Если смогу, я вышлю немного денег. — Жаль, что средства трастового фонда будут доступны ей только после тридцатилетия. — Халида дома нет. Он в командировке, в Египте. Я не знаю, когда он вернется.

Антонио кивнул:

— Ладно. Приезжай, Элла. Мама скучает по тебе.

— Когда-нибудь. — Ей было трудно забыть о том, как родители отнеслись к ее свадьбе с Александром.

Элла понаблюдала за отъезжающим братом, затем побрела в коттедж...

Александр не хотел бы, чтобы она всю жизнь была вдовой. Он любил жену и желал ей счастья.

Шли дни, Элла постепенно вернулась к прежней рутине. Днем она работала, ночью подолгу гуляла. В одиночестве. Молодая женщина скучала по Халиду. Это лишь подтверждало ее убеждение в том, что не следует привязываться к нему.

Ярким событием среди недели стал визит Бетан. Она приехала на новом автомобиле, который подарил невесте Рашид, и хотела, чтобы Элла составила ей компанию.

— Плохо, когда не с кем обкатать новомодный автомобиль с открытым верхом, — заявила Бетан, когда женщины отправились на прогулку.

— А Рашид не захотел поехать?

— У него самого такой же. Разве не классная машина?

Бетан поехала по дороге, тянущейся вдоль побережья. Элла взглянула на спидометр и тут же отвернулась. Волноваться она не собиралась. Очевидно, Бетан, опытный пилот, была не против «полетать» по суше. Элла расслабилась и стала наслаждаться поездкой. Справа плескались голубые воды Персидского залива. Дорога была прямой и ровной. Ветер, трепавший волосы, радовал. Внезапно Элла почувствовала, что счастлива. Прямо сейчас, именно сегодня. Переживания забыты. Планы и проекты — тоже. Ничто ее не сдерживает. Она может наслаждаться моментом и не ощущать ни грусти, ни вины.

Со дня гибели мужа прошло немало времени, и Элла была готова снова наслаждаться жизнью и принимать все, что она ей предлагает, даже горести и проблемы.

— Что молчишь? — с улыбкой поинтересовалась Бетан. — О чем думаешь?

Элла рассказала, и Бетан кивнула:

— Мне знакомо это чувство. Но у меня есть оправдание: я влюблена. Море кажется мне ярче потому, что рядом Рашид. Цветы становятся изящнее и красивее, когда я гуляю по саду вместе с ним. Но, бьюсь об заклад, забыть о душевной боли — то же самое, что снова влюбиться в жизнь. Я сожалею о твоей потере, однако время действительно лечит раны. Я очень переживала, узнав, что мой отец погиб, а потом поняла, что он всю жизнь поступал так, как хотел, и ни о чем не сожалел. И я хочу так жить.

— Не сожалеть?

— Не сожалеть и чувствовать, что прожила жизнь сполна. Я получила даже больше, чем рассчитывала, встретив Рашида. Он восхитительный.

Элла рассмеялась:

— Так говорят влюбленные женщины.

— Знаю, и я так горжусь Рашидом, что готова кричать об этом на весь мир. Я счастлива, что он меня любит. — Она мельком взглянула на Эллу. — Как поживает Халид?

Элла смотрела на море:

— Не могу знать. Он в командировке.

— По-прежнему в Египте? — уточнила Бетан.

Элла кивнула:

— Я понятия не имею, когда он вернется.

— Если хочешь, я спрошу у Рашида.

Элла медлила. Ей не хотелось задавать вопросы о Халиде или заставлять его думать, будто она на что-то надеется. Но в то же время молодой женщине не терпелось узнать, когда она снова с ним увидится. Элла едва не застонала. Плохи дела...

— Спроси, пожалуйста, — наконец решилась она и тут же переменила тему разговора.

В тот же вечер горничная позвала Эллу в хозяйский дом к телефону. Звонила Бетан:

— Рашид сказал, что Халид задерживается. Оказывается, он подумывает о поездке в глубь Кишари, на новые нефтяные месторождения, и только потом вернется домой. Если хочешь, мы слетаем туда. Знаешь, у тебя могут появиться отличные творческие идеи, когда ты встретишься с кочевниками и увидишь цвета их одеяний. А еще ты насладишься строгой красотой пустыни, которая кажется мне очаровательной в течение всего дня — от прохладного рассвета до впечатляющего заката.

— Заманчиво.

— Я спрошу у своего дорогого жениха, сможем ли мы вылететь завтра. Когда Халид там появится, ты встретишь его.

Элла собралась было спорить, но промолчала. Не стоит врать самой себе. Она жаждала увидеться с Халидом. Кроме того, ей предоставляется возможность увидеть работу нефтяных скважин. Это познавательно.

Женщина рассмеялась. При чем тут познавательность? Ведь она собирается к Халиду!

— Согласна. И передай Рашиду большое спасибо!

Следующим утром Бетан заехала за Эллой, и они отправились в аэропорт.

Реактивный самолет стоял в отдельном ангаре. Обслуживающий персонал готовил его к полету. Элла зачарованно наблюдала, как Бетан дважды лично проверила готовность самолета. Затем ее пригласили в кабину. Через короткое время они были в воздухе. Элла наклонилась вперед, чтобы лучше видеть расстилающийся внизу ландшафт. Густозаселенная территория у моря постепенно сменилась отдельными постройками, а потом показались пески. Вдали виднелись долины и горы.

Элла предполагала, что Бетан пошутила насчет творческих идей, однако в голове ее уже появилась куча замыслов. Ей не терпелось взять альбом, который она захватила с собой, и сделать зарисовки.

— Мило, а? — сказала Бетан.

— Красиво. Я и не подозревала, что пустыня столь прекрасна.

— Не во всем, но я ее люблю. Рашид говорит, что, если я захочу, он построит для нас виллу в оазисе, окруженном бескрайней пустыней.

— Думаю, мне бы тоже понравилась пустыня. Если только в оазисе будет достаточно воды.

Они сделали круг над Кураим-Вади-Шамилем и приземлились. Элла увидела равномерно поднимающиеся и опускающиеся нефтяные насосы.

— Нас сейчас отвезут в отель, — сказала Бетан. — Когда Халид приедет, я вернусь домой.

— Ты бросишь меня одну? — Элла не ожидала такого поворота.

— Эй, он отлично утешит расстроенную дамочку.

Элла рассмеялась, однако занервничала. Что, если Халид разозлится?

Зарегистрировавшись в отеле, женщины договорились вместе пообедать, затем немного прогуляться по городу.

Ближе к ужину они, приняв душ и переодевшись, сидели в вестибюле.

— Он только что вошел, — улыбнувшись, сообщила Бетан, сидевшая лицом к двойным дверям, выходящим на улицу. — Иди поздоровайся с ним и пригласи с нами поужинать. Мы хотим все узнать о Египте.

Элла поднялась. Ее сердце замерло, когда она увидела Халида. На нем были темный деловой костюм, белая рубашка и серебристо-голубой галстук. Он выглядел фантастически. Вздохнув, она пересекла вестибюль, не сводя с мужчины глаз. Наконец он заметил ее. На миг ей показалось, что Халид рад ее видеть. Однако лицо его посуровело.

— Элла, все в порядке? — спросил он, подходя ближе.

— Все отлично. Хорошо съездил в Египет?

Халид слегка прищурился, затем взглянул через плечо Эллы и увидел Бетан. Та подняла руку, помахала ему и улыбнулась.

Халид снова посмотрел на Эллу. Он не ожидал ее встретить здесь. Поездка в Кураим-Вади-Шамиль понадобилась ему только потому, что он не торопился возвращаться домой. Но вот Элла стоит напротив него и глядит загадочно, чуть неуверенно. Он сжал кулаки, стараясь побороть желание обнять ее.

— Мы размышляли, согласишься ли ты с нами поужинать, — быстро проговорила она. — Расскажи нам о поездке.

— Вы вряд ли проделали такой путь, чтобы поужинать со мной и послушать мой рассказ, — произнес он.

— Вообще-то я приехала за новыми идеями для творчества. Ты должен посмотреть зарисовки, которые я уже успела сделать. Завтра надеюсь посетить нефтяные промыслы. — Элла умолкла.

— С кем? — поинтересовался Халид, почувствовав, что ревнует ее к тому, кто станет ее гидом.

— С тобой.

Халид не мог успокоиться. Его добровольное изгнание ни к чему не привело. Он не избавился от влечения к этой женщине.

— Обычно я не ужинаю в ресторанах, — проговорил он, растягивая слова.

Элла кивнула:

— Знаю. Принимать пищу в одиночестве, когда вокруг много людей, неловко. Но нас трое — будет весело. Я рада снова тебя увидеть. Я скучала.

Ее глаза сверкали от счастья ярче, чем прежде. Ради того, чтобы она снова ему улыбнулась, он готов пережить ужас на лицах посетителей ресторана. Следует повернуться к стене поврежденной стороной.

— Я должен зарегистрироваться, а затем с удовольствием поужинаю с двумя очаровательными леди.

Элла коснулась его предплечья, затем, будто оробев, отдернула руку.

— Мы будем ждать. — Снова улыбнувшись, она пошла к Бетан.

Ужин не стал для Халида испытанием, как он предполагал. Словно по договоренности, они уселись за стол так, как ему хотелось. Его шрам видели немногие, и на их компанию никто не обращал внимания. Впервые за несколько лет Халид с удовольствием ужинал вне дома. Еда была отменной. Разговор за столом — оживленным. Чем ближе Халид узнавал Бетан, тем лучше понимал, почему Рашид ее полюбил. И все же он частенько поглядывал на Эллу. Она была женственной и милой. В ней наметились перемены. Она стала более уверенной и не такой печальной.

— Итак, Рашид позвонил и хочет, чтобы я сегодня же вернулась домой. Я улетаю сразу после ужина, — объявила Бетан.

Элла была изумлена:

— Я думала, ты задержишься на день, чтобы я все здесь осмотрела.

Бетан взглянула на Халида:

— Ты повозишь Эллу по окрестностям? Она хотела увидеть нефтяные месторождения. Обязательно покажи ей закат. Я полагаю, цвета закатного неба изумительны.

Халид не стал спорить:

— Отлично. Мы полюбуемся закатом вместе, и я отвезу тебя к нефтяным вышкам.

— И позаботься о том, чтобы она благополучно вернулась домой, — добавила Бетан.

В душе Халида изумление боролось с раздражением. Он подозревал, что затея принадлежит его будущей невестке. Хотя, нужно признать, в Египте он скучал по Элле и пару раз едва не позвонил ей.

Он вступает на опасную территорию, но привык рисковать. Ему нравится быть с Эллой. От общения с ней не будет никакого вреда, если только он не размечтается о невозможном будущем.

Вернувшись в номер, Элла долго не могла заснуть. Она привыкла гулять по ночам, однако Халид не предложил ей провести вечер вместе. Бетан улетела в Алькахдар. Элла присела у окна, глядя на темное небо с миллионом мерцающих звезд.

Она достала альбом, но вместо того, чтобы заняться эскизами изделий из стекла, сделала небольшие наброски Халида: идущего по пляжу, плавающего в море, склоняющегося над письменным столом.

Она также изобразила его в традиционном арабском одеянии, которое было на нем в тот вечер, когда они впервые встретились. Носит ли он такую одежду в пустыне? Отвлекшись от рисования, Элла представила себе оазис, о котором говорила Бетан. Хорошо бы поселиться в маленьком домике в тени пальм, окруживших заводь с чистой водой. С крыши дома можно любоваться красивыми видами, когда спадает дневная жара. Тишина. Только ветер колышет песок, который порой начинает шелестеть.

Сделав несколько зарисовок, Элла отложила альбом в сторону. Лучше поскорее заснуть. Завтрашний день она проведет с Халидом.

На следующее утро Халид ждал ее в вестибюле. Поздоровавшись, Элла позавтракала с ним в маленьком ресторанчике у отеля. Им подали круассаны с ее любимым виноградным джемом и ароматный черный кофе. Элла попивала густой напиток, стараясь не пялиться на Халида. Он выглядел потрясающе.

— Готова к живописному туру? — поинтересовался мужчина.

— Готова. У меня есть шляпа, солнцезащитный крем и рубашка с длинными рукавами.

— Я арендовал для нас джип с холодильником. В нем полно холодной воды и есть даже обед.

Элла улыбнулась:

— Замечательно! Пикник на двоих.

— Я знаю одно место, где тебе понравится, — сказал Халид.

Ей понравится везде — лишь бы он был рядом.

В мгновение ока они оказались в джипе и по улицам старого города поехали прямо к нефтяным месторождениям. Эллу снова очаровали равномерно поднимающиеся и опускающиеся нефтяные насосы.

— Изумительно! Как определяют, где находится нефть? — спросила она.

— Для геологов это не проблема. Мой отец был первым, кто открыл это месторождение. Для «Башири ойл», разумеется.

Элла огляделась:

— Тогда город был таким же большим?

— Нет. До того как здесь нашли нефть, это был маленький сонный оазис. В нем жили всего несколько семей.

— Сейчас это город, хотя и маленький. С аэропортом, — заметила Элла.

Халид рассмеялся:

— С аэропортом. Бетан действительно привезла тебя сюда за творческими идеями?

— Это одна из причин. — Она не смотрела на него.

— А другая?

— Увидеть тебя.

Халид не ответил, и Элла повернулась к нему:

— Удивлен?

— Немного.

— Я думаю, нам нужно вместе разобраться в том, что мы делаем.

— Мы едем смотреть скважины, затем у нас состоится пикник.

— Я о фальшивой помолвке. Ты не считаешь забавным, что мои родители согласились на мою помолвку с незнакомым человеком? Ведь они возражали против моего брака с Александром, которого знали много лет.

— Для большинства людей очень важны деньги... Но ты не из таких, — добавил он.

— Люди намного важнее. И жизненный опыт. Сегодня я счастлива. Я никогда не путешествовала по пустыне. И ни разу не была на нефтяном месторождении. — Она робко посмотрела на него. — С шейхом.

— Эй, я такой же, как все.

«О нет, ты не похож ни на кого».

Вдруг ей захотелось взять Халида за руку и никогда не отпускать. Сердце забилось чаще, краски вокруг стали ярче. Она любит его. Элла зажмурилась. Когда и как это случилось?..

Халид оказался отличным гидом. Он познакомил Эллу с инженером, рассказал, как добывают нефть, и даже упомянул, что из-за любой мелочи может произойти поломка и, как следствие, пожар.

Затем они отправились в пустыню — как раз после полудня. Солнце нещадно палило, воздух был раскален. Элла надела шляпу и рубашку с длинными рукавами, ей было душно. Она уже собиралась предложить вернуться в отель с кондиционером, когда увидела вдали зеленые заросли.

— Оазис? — спросила она.

— Да. Маленькая запруда, объема воды в которой хватит на несколько человек и животных. Жить постоянно там нельзя. Но воды для деревьев и кустарников, растущих вокруг, хватает. В жаркий день они создают тень.

Элла любовалась резким контрастом золотисто-коричневых песков и зелени деревьев. У нее возникла новая идея стеклянной вазы.

Халид остановил автомобиль в тени и выключил двигатель. Мгновение они молчали. Элла чувствовала, как окутывающая их жара сменяется легкой прохладой. Повернувшись, она улыбнулась Халиду:

— Здесь красиво. Теперь я понимаю, почему Бетан готова поселиться в пустыне рядом с источником воды. Это было бы мило. Я смогла бы тут жить.

— Порой, когда я сильно устаю, приезжаю сюда на несколько дней. — Халид смотрел на небольшую заводь. — Удивительно, но вода здесь холодная, — сказал он.

— В такую жару? — удивилась Элла.

— Идем.

Он выбрался из джипа, подождал, когда выберется она, и, взяв за руку, повел к краю заводи. Они присели на теплый песок. Элла провела пальцами по воде.

— Холодная! — изумленно произнесла она. Вода казалась шелковистой и освежающей. — Как ты нашел это место?

— Я обнаружил его в детстве. Пока отец был в городе, мы с Рашидом почти все время проводили в пустыне. Потом мы узнали, что он ездил к женщине, которая родила от него ребенка. Мы никогда ее не видели. Девочка умерла... Единственная дочь моего отца... Он по понятным причинам скрывал ее от моей матери. Она погибла в той авиакатастрофе, которая унесла жизнь отца Бетан. Мой отец умер всего несколько дней спустя. Наверное, от инфаркта. Мы с Рашидом никогда не говорим об этом при маме.

— Она знает?

— Трудно сказать, но из уважения к ней мы не затрагиваем эту тему. Если она знает, это может причинить ей боль, если не знает, то незачем посвящать ее в эту историю.

Элла кивнула. Она сожалела, что ее семья не была такой любящей и заботливой, — ее родные постоянно думали о деньгах, увеличении площади виноградников и сохранении честного имени.

— Твоей матери повезло, что у нее есть два сына, — задумчиво произнесла Элла.

Будет ли у нее когда-нибудь ребенок? Сильный, похожий на отца сын? Или красивая дочка, чьи карие глаза будут сиять лукавством?

Глава 10

Халид принес одеяла и расстелил их в тени на песке. Пикник был восхитителен. Элла поела с аппетитом. Прохладная вода из заводи довершила трапезу. После, удостоверившись, что одеяла по-прежнему расстелены в тени, Халид прилег и закрыл глаза.

Элла какое-то время любовалась им, затем ее стало клонить в сон. Наконец она тоже легла. Тишина и покой оазиса окутали ее, молодая женщина уснула.

Когда она проснулась, Халида нигде не было. Джип стоял на прежнем месте. Умывшись прохладной водой, она поднялась, сложила одеяла и убрала их в багажник.

— Халид!

Он вышел из-за песчаной дюны:

— Ну что, едем в город?

Элла кивнула, хотя уезжать ей не хотелось. Она мечтала заночевать под звездным небом, прочувствовать необъятность пустыни и ее суровую красоту. А еще она мечтала сказать Халиду, что любит его.

Но сейчас не время. Элла поспешила к джипу и запрыгнула в него.

— Ужинаем в семь? — предложил Халид, когда они вошли в отель.

— Отлично! — Она успеет принять душ и переодеться.

Ее номер был просторным, с минимальным количеством мебели. Элла полежала, размышляя, есть ли у нее и Халида шанс. Жать, что они никогда не поженятся. Ей очень хотелось бы провести с ним остаток жизни. Это будет совсем иная жизнь, к которой она не привыкла. Халид обладает более сильной волей, чем она. Возможно, оттого, что он играет со смертью, стараясь потушить горящую нефть.

Элла запаниковала, представив, что он снова может пострадать. Намерен ли он когда-нибудь в будущем бросить опасную работу?

Хотя разве у них есть будущее?

Элла поднялась и пошла в душ. Ей нужно серьезно подумать. Она не вынесет, если сильно полюбит человека, которого отберет у нее судьба. Вероятно, пора возвращаться в Италию и пытаться наладить жизнь там. Она уже потеряла любимого. Еще одну потерю ей не перенести.

Уехав, она, по крайней мере, будет всегда помнить Халида. И будет надеяться, что никогда не услышит о его гибели.

Халид встретил Эллу у лифта. Ему не терпелось пойти к ней в номер, но он совладал с собой и ждал в вестибюле. Какой она была красавицей, когда спала в оазисе! Ему хотелось прикоснуться к ее чуть порозовевшим щекам. Волосы были шелковистыми и мягкими. Он прикасался к ним прежде и знал, каковы они на ощупь.

Халид понимал, что испытывает судьбу, проводя время с Эллой. Вдруг он в нее влюбится? Он твердо знал, чего ему ждать от жизни. Реальность не изменить. Покрытый шрамами, разочаровавшийся в жизни человек не может привлечь хорошенькую женщину вроде Эллы. Он помог ей потому, что ему не понравилось, как улаживает дела ее брат. Судя по всему, семья Эллы совсем не похожа на его семью.

Халид отошел от колонны, у которой стоял, прислонившись, когда появилась Элла. Заметив его, она улыбнулась. Его это поразило. Казалось, ей нет дела до его шрама. Он по-прежнему помнил ту ночь, когда она гладила его по щеке, прикасалась к обожженной коже без отвращения. Такое не забывается.

— Мне казалось, что я долго не проголодаюсь после сытного обеда, — сказала она, торопливо подойдя к нему. — Но теперь я освежилась и хочу есть.

— Будем надеяться, что в ресторане достаточно еды, чтобы тебя насытить.

Элла рассмеялась. Халид едва не застонал. Ее смех был похож на искрящийся водный поток, бегущий по камням.

— Итак, завтра мы возвращаемся домой? — спросила она, когда они отправились в ресторан.

— Да. Если хочешь, вызовем самолет.

— Я бы хотела проехать по стране, но не в джипе. Сегодня было жарковато.

— Твое желание для меня закон, — произнес Халид. Ему в самом деле хотелось исполнять каждое ее желание. Он арендует автомобиль с кондиционером. Удастся ли помочь Элле с продажей ее творений? Он ничего в этом не смыслит, но мать разбирается в таких вещах. Если она начнет относиться к Элле хоть чуточку теплее, то окажет ей громадную помощь.

— Халид!

Он посмотрел на нее:

— Что?

— Я спросила, сколько времени нам понадобится, чтобы доехать до побережья. О чем ты думал? — Она всматривалась в его лицо.

— Мечтал. Дорога займет примерно восемь часов. Это долгая и скучная поездка. Вокруг только песок и кустарники. Конечно, мы можем поехать, как ты хочешь, но я бы полетел домой на самолете и провел послеполуденное время на пляже.

— Звучит очень заманчиво.

Появился метрдотель и провел их к уединенному столику. Он вручил им меню, молча поклонился и ушел.

— Ну, какую дорогу домой ты выбираешь? — поинтересовался Халид.

— Ну, ты, очевидно, насмотрелся на пустыню, и если она везде одинакова, то, возможно, не стоит рассматривать ее восемь часов. Если мне снова понадобится вдохновение, ты привезешь меня сюда, — ответила она, глядя в меню.

— Может быть.

Она подняла глаза и улыбнулась:

— Ты забыл, что мы помолвлены?

— Ты, кажется, собиралась обсудить это.

— Да. Как мы будем выпутываться?

Халид уставился на Эллу, впервые осознавая, что не желает выпутываться из этой истории. Конечно, он понимал, почему она спешит покончить с фальшивой помолвкой. Разве бывшая невеста не бросила его из-за ожогов? Но ему очень хотелось, чтобы Элла притворялась чуть дольше.

— Мы можем объявить, что поссорились во время поездки и расторгли помолвку, — произнес он, растягивая слова.

Она задумчиво посмотрела на него:

— По чьей вине?

Халид слегка улыбнулся:

— Это имеет значение?

— Люди будут спрашивать.

— Пусть буду виноват я. Все равно. Итак, я — злодей.

Она медленно покачала головой:

— Несправедливо. Ты пытался мне помочь, и я тебе признательна. Если бы не твоя помощь, Антонио все еще был бы здесь и пытался увезти меня в Италию.

Может быть, оставить все как есть и позволить Элле привыкнуть к нему? Может, она полюбит его?

Вряд ли. Элла по-прежнему любит покойного мужа. Похоже, он был идеальным. Интеллектуал. Профессор. Разве сравнится с ним нефтяник? К счастью, Халид не последний человек в Кишари, но Элла сама из богатой семьи, и на нее не произведет впечатление его статус шейха. Кажется, ее ничем не удивишь. Деньги и статус, материальные ценности, которые восторгают других, ей безразличны. Она любит людей, и ей все равно, кто они и чем обладают. Если они ее интересуют, она с ними дружит. Если нет — она тепло относится к ним.

— Давай еще немного побудем женихом и невестой, — предложила Элла. — Годится?

Халид испытал облегчение. У него еще есть время для общения с Эллой.

Пока она знакомилась с меню, Халид разглядывал ее губы, представлял, как целует их, воображал, как прижимает к себе ее податливое тело, как их обоих охватывает страсть...

Если он не уймется, окажется в дурацком положении. Нужно заказать ужин и съесть его. Жара спадает. Скоро станет прохладно, как ночью в пустыне. Они найдут укромное местечко и будут смотреть, как появляются звезды. Он будет обнимать, целовать Эллу и притворяться, что все идет как обычно.

Все получилось почти так, как задумал Халид. После ужина они прогулялись к городскому саду. Темнело очень быстро. Элла посмотрела на небо:

— Скоро появится миллион звезд.

Халид кивнул и обнял ее.

— И ты красивее их всех. — Он поцеловал Эллу.

Неожиданно Халид почувствовал, что ожила каждая клеточка его тела. А Элла отвечала на поцелуй так, словно ждала его столь же долго, как и он. Ее губы были сладкими, нежными и провокационными. Она льнула к его мускулистому телу, пробуждая в нем желание. Их языки переплетались, сильнее разжигая пламя страсти. Казалось, в мире существовали только они двое. Халид обнимал Эллу и не желал ее отпускать.

Он забыл об ужасающем шраме, который отталкивал от него людей. Ушел страх, что он никогда не встретит женщину, которая забудет о его ожогах хотя бы на одну ночь.

Однако несправедливо целовать Эллу так, будто он хочет принудить ее к связи с ним. Халид неторопливо прервал поцелуй. Она потянулась к нему, но он с неохотой отпрянул назад.

Оба тяжело дышали.

— Ух ты! — пробормотала она и отвернулась. — Я думаю, нам следует вернуться в отель.

Он готов был согласиться при условии, если в отеле они пойдут в его номер и займутся любовью. Но Элла не сказала и не сделала ничего, что намекало бы на ее желание продолжить.

Они пошли к отелю.

— Ты договорился, чтобы Бетан забрала нас завтра? — спросила Элла.

— Она будет здесь в девять.

— Хорошо.

Оказавшись в вестибюле, Элла ускорила шаг и гневно ткнула пальцем в кнопку вызова лифта. Она не смотрела на Халида с тех пор, как они оказались на освещенном месте.

— Элла, если ты расстроилась...

— Почему я должна расстроиться? — резко бросила она. — Помолвленные постоянно целуются.

Прибыл лифт, и она шагнула внутрь, так же яростно нажав кнопку своего этажа.

Халид не решился зайти следом за ней. Двери лифта стали закрываться.

— Увидимся утром, — сказал он на прощание.

Повернувшись, Халид вышел на улицу. Ему требовалась долгая прогулка пешком, возможно, до самого Алькахдара. Он надеялся, что до утра его голова прояснится.

Идиотка! Зачем она так раскованно отвечала на поцелуй Халида? Неудивительно, что это оттолкнуло его. Он не пожелал даже проводить ее в номер. Вероятно, побоялся, что она вцепится в него и затащит внутрь. Элла металась по номеру, дойдя до стены, она шлепала по ней ладонями:

— Дура!

Глубоко вздохнув, она упала на кровать. Все ужасно. Она не ладит с семьей, потеряла мужа, которого теперь с трудом вспоминает, а если пытается вспомнить, в голове всплывает образ Халида. Элла запаниковала. Она не должна забывать Александра. Она была влюблена в него с детства. У них был прекрасный брак. Когда-то она считала его единственным мужчиной в своей жизни.

Но Халиду удалось заставить ее забыть об Александре. Забыть прекрасную историю любви. Теперь она испытывает страсть всякий раз, когда увидит Халида. Или просто подумает о нем. Или грезит наяву о том, как они заживут вместе.

Пора бежать из Кишари. Нужно сложить вещи, встретиться с родителями и принять жизнь такой, какая она есть.

Если ей удастся добиться большого успеха в искусстве — отлично. Это все равно что жизнь с мужчиной, к которому пылаешь страстью.

Но прежде надо найти способ стать самостоятельной.

А это означает, что придется еще четыре года прожить в коттедже. Халиду надоест жизнь в поместье, и он уедет. Или продаст его вместе с арендаторшей. Элла постарается не гулять по пляжу по ночам. Или будет выходить на прогулки только в его отсутствие...

— Но я не хочу! — закричала она и разрыдалась.

На следующее утро Элла немного успокоилась. Она позавтракала в номере и удостоверилась, что на лице не осталось следов вчерашних слез. Ровно в восемь часов молодая женщина спустилась в вестибюль, но Халида там не оказалось.

К ней подошел швейцар:

— Я донесу вашу сумку, госпожа. Вас ждет такси.

Итак, Халид не пожелал возвращаться домой вместе с ней. Вроде бы это к лучшему. Однако Элла ужасно расстроилась.

Поблескивающий белый реактивный самолет стоял на взлетно-посадочной полосе, вокруг него суетился обслуживающий персонал. Такси затормозило у самолета, и какой-то человек поспешил взять у Эллы сумку. Хотя она почувствовала себя королевой, окруженной внимательными слугами, слезы жгли ей глаза. Она скучала по Халиду.

Бетан выглянула из открытого люка.

— Эй, давай поторапливайся. Мне предстоит еще один перелет, — сообщила она, улыбаясь.

«Нет ничего странного в том, что Халид не летит со мной», — подумала Элла, поднимаясь по трапу.

— Куда полетишь после? — поинтересовалась она у подруги.

— Повезу Халида и его команду на пожар, разумеется. Он тебе не сказал? Я уже была в воздухе, когда поступил запрос. Он остается здесь, а я захвачу его на пути в Кувейт.

У Эллы похолодело сердце.

— Еще один пожар?

— Из того, что мне известно, там два очага. Хочешь сидеть в кабине пилота? Поболтаем во время полета.

Они очень быстро взлетели. Элле не терпелось узнать подробности о пожаре, и она едва могла усидеть на месте. Но, понимая, что Бетан должна сосредоточиться, Элла молчала до тех пор, пока самолет не поднялся на нужную высоту.

— Вот и все. Мы направляемся в столицу, — бросила Бетан.

Элла попросила:

— Расскажи мне о пожаре.

— Сильный пожар в Кувейте. Похоже, горят две нефтяные скважины, каким-то образом соединенные между собой. Погибло семь человек, двое пропали без вести. Жар чувствуется на расстоянии полумили.

— Он не справится, — простонала Элла, представив себе тщетные попытки пожарных ликвидировать адское пламя.

— Ты же знаешь Халида — он очень постарается. Я ставлю на него.

— Кто-то должен его остановить, — заявила Элла.

— Что?! — Бетан взглянула на нее. — Все будет в порядке. У него всегда получается.

— Однажды он сильно пострадал.

— Глупая случайность.

— Которая может повториться. Боже, если жар чувствуется на таком расстоянии, вероятно, все вокруг плавится и пожар ничем не затушить.

— Поэтому они выпустят пламя наружу, позволят нефти вытечь и решат, что делать дальше, — объяснила Бетан. — Рашид, кстати, был против того, чтобы брат летел в Кувейт. Но Халид одержим своей работой и всегда настаивает на своем.

Элла кивнула, от страха к горлу подступил ком.

— Когда поступило сообщение о пожаре? — спросила она.

— Прошлой ночью. Я полагаю, ему позвонили, как только увидели, что происходит. Он же лучший в мире, ты знаешь.

— Ему следует бросить работу.

Бетан взяла Эллу за руку и пожала ее:

— Понимаю. Я бы тоже испытывала подобное, если бы Рашид оказался на его месте. Но мужчин не переделать.

— Почему он не профессор, или бухгалтер, или кто-нибудь в этом роде?

Бетан пожала плечами:

— Спроси себя, почему ты согласилась на помолвку с этим человеком и планируешь выйти за него замуж. Тебе было известно, чем он занимается. Поверь, легко не будет, но ему нужна твоя поддержка.

Элла не стала признаваться, почему они с Халидом помолвлены. Очевидно, Рашид не раскрыл Бетан тайну брата.

— Рашид встретит нас у самолета, — заметила Бетан, переговорив с диспетчерами. — Он отвезет тебя. Я вернусь поздно вечером. Рашид не хочет, чтобы ты оставалась одна.

— Возможно, мне удастся поработать и отвлечься, — произнесла Элла. По правде говоря, она была способна думать только о Халиде и опасности, которой он подвергается.

— Поезжай с Рашидом к его матери, — посоветовала Бетан. — Он постоянно держит ее в курсе дела. Кроме того, общение с госпожой аль-Харум мгновенно заставит тебя забыть о проблемах. Она та еще штучка.

Несмотря на волнение, Элла улыбнулась:

— Думаешь, она когда-нибудь примет тебя?

— Да, когда я рожу ребенка или двух.

Элла отвернулась. Вот бы ей выйти замуж за Халида и родить ребенка. Она подумала о маленькой кареглазой девочке и паре неугомонных мальчишек, похожих на него.

— Должно быть, госпожа аль-Харум вне себя от волнения, — заметила Элла. — Если бы моему сыну пришлось бороться с огнем, я сходила бы с ума.

— А я никогда не позволила бы своему сыну этим заниматься, — произнесла Бетан.

— Ты же говорила, что мужчин не переделать.

— Ну тогда я внушу ему кое-что еще в младенчестве.

Элла рассмеялась, затем едва не расплакалась, вспомнив об опасности, которой подвергается Халид. Когда-то он был очаровательным мальчиком, бегал по пляжу, играл с братом-близнецом. Как быстро пролетело время!

Рашид стоял у лимузина. Его окружали шесть человек с дорожными сумками и ящиками. Как только умолкли двигатели самолета, мужчины стали загружать в него свои вещи. Когда Элла спускалась по трапу, подъехал бензозаправщик. Бетан спустилась следом за ней и обняла Рашида.

— Будет лучше, если кто-нибудь другой сядет за штурвал, — заявил он.

— Лечу я. Не спорь. Я доставлю команду и Халида в Кувейт. Буду дома поздно вечером. Позаботься об Элле. Мне кажется, она в шоке.

— Нет, я в порядке и поеду домой.

— Ты поедешь со мной, — распорядился Рашид.

Элла посмотрела на него. В его тоне слышались те же властные нотки. Братья были очень похожи.

— Есть новости? — спросила она.

— Нет. Когда приедем, позвоним Халиду. Он находится на связи с Кувейтом, поэтому располагает последней информацией. Это весь твой багаж? — поинтересовался Рашид, увидев сумку Эллы.

— Да. Поездка была короткой.

Даже слишком короткой...

Элла отправилась с Рашидом в дом его матери. По дороге он старался ее утешить, твердил, что Халид профессионал и не станет рисковать по-глупому, особенно теперь.

Она кивнула, сожалея о том, что они затеяли фальшивую помолвку.

— Моя мать может быть немного несносной. Но она любит нас. Матери трудно осознавать, что ее дети выросли и стали самостоятельными.

— Иногда родители хотят контролировать своих детей вечно, — заметила Элла, подумав о своей семье.

— Или, возможно, просто привыкли к этому.

— Твоя мать не обязана меня любить, — пробормотала она.

— Но в будущем это поможет в семейной жизни — как считаешь? Ведь мы отмечаем счастливые события вместе — праздники, дни рождения.

— Бетан считает, что, став бабушкой, госпожа аль-Харум изменится.

Рашид рассмеялся:

— Мы надеемся на это. Но не собираемся заводить детей немедленно. Пока я хочу, чтобы Бетан принадлежала только мне.

Сабрия аль-Харум обезумела от волнения, когда они приехали. Она сразу же бросилась к сыну:

— Ты узнал что-нибудь?

— Нет, мама. — Рашид крепко обнял ее. — Халид все еще в Кураим-Вади-Шамиле. Бетан только что полетела за ним. В Кувейте они будут через несколько часов.

— Позвони ему. Мне нужно с ним поговорить, — приказала она.

— Тебе и Элле, — поправил Рашид.

Пожилая женщина посмотрела на Эллу так, будто увидела ее в первый раз.

— Ох, — нахмурилась она. — Конечно.

— Мы обе желаем, чтобы Халид благополучно вернулся домой, — произнесла Элла.

Госпожа аль-Харум кивнула:

— Пойдемте. Мы ему позвоним.

Халид разложил на столе карты и диаграммы, когда зазвонил телефон.

— Аль-Харум, — сказал он, надеясь, что звонят с объекта с новой информацией.

— Халид, это твоя мать. Я хочу, чтобы ты был осторожным.

— Я всегда осторожен, мама. — Он откинулся на спинку кресла.

— Мы присмотрим за Эллой, пока тебя нет, — продолжала мать.

Халид мгновенно собрался. Элла! Ему следовало сообщить ей о пожаре, но он в то время был занят сбором информации и не хотел отрываться от дела.

— Она благополучно добралась? — спросил он.

— Да. Она здесь. Будь осторожней, сынок.

Тут же послышался голос Эллы:

— Халид?

— Да. Знаю, что ты хорошо добралась.

— Я только в самолете узнала о пожаре. Жаль, что ты мне не сообщил. Ты будешь осторожен?

— Я всегда осторожен, — повторил он. На душе у него потеплело.

— Насколько мне известно, пожар просто ужасен.

— Я узнаю больше, когда прилечу на место. А пока могу сказать, что, вероятно, это самый серьезный пожар, который нам приходилось ликвидировать.

— Полагаю, мне не удастся уговорить тебя не ехать? — робко спросила Элла.

Халид рассмеялся, представляя ее красивые карие глаза и волосы, развевающиеся от морского бриза.

— Нет. Но я сожалею о том, что вынужден оставить тебя. Хотя на пожар я тебя не взял бы. Мне понравился вчерашний день. — Ему захотелось снова обнять ее и поцеловать.

— Мне тоже.

Он ждал, надеясь, что Элла продолжит, однако молодая женщина молчала.

— Извини, мне снова должны звонить из Кувейта, — наконец сказал Халид.

По телефону трудно договориться.

— Ладно. Будь осторожен. Я дождусь тебя.

Халид повесил трубку и мысленно поблагодарил свою бабушку за то, что та сдала Элле гостевой коттедж.

Телефон зазвонил снова, на связи был Кувейт. Пора отложить личные дела в сторону. Предстоит трудная работа.

Глава 11

Элла злилась на время — оно тянулось чересчур медленно. Рашид заявил, что должен ехать на работу, и был таков. Он оставил Эллу с госпожой аль-Харум.

— Я лучше поеду домой, — сказала Элла.

— Останься.

— Мне здесь нечего делать. В своей студии я смогу отвлечься.

Сабрия аль-Харум попробовала улыбнуться:

— Ничто тебя не отвлечет, знаю по опыту. Мой муж много лет провел на нефтяных месторождениях. Я каждый раз волновалась за него, хотя он не занимался ликвидацией пожаров. Теперь я переживаю за Халида.

— Тем более что однажды он уже пострадал. — Элла подошла к окну.

— Тебе, кажется, нет дела до его шрама.

Молодая женщина пожала плечами:

— Главное, что в душе у человека.

Помолчав немного, Сабрия вздохнула:

— Многие так не считают. Мой Халид очень переживал, когда невеста отказалась от него.

— Она либо сумасшедшая, либо не подходила ему. Халид очень энергичен. Не каждая такое выдержит.

— Ты выдержала.

Элла кивнула, на ее глаза навернулись слезы.

— Он и в детстве был таким же, — тихо проговорила Сабрия.

— Расскажите, — попросила Элла. У нее наконец появилась возможность узнать что-нибудь о Халиде.

— У меня есть фотографии. Пойдем, я расскажу тебе о моих неугомонных близнецах и о том, как я с ними справлялась, — с любовью произнесла госпожа аль-Харум.

Элла удивилась, увидев в гостиной множество фотоальбомов.

Взяв толстый альбом с полки у дивана, Сабрия присела и похлопала ладонью по подушке, приглашая Эллу устроиться рядом. Положив альбом ей на колени, Сабрия открыла его. Следующий час женщины рассматривали фотографии очаровательных близнецов.

— Вот этот снимок был сделан как раз перед пожаром, который изуродовал моего сына, — пояснила Сабрия, задержавшись на последней фотографии.

Зазвонил телефон. Сабрия быстро поднялась и ответила на звонок.

— Звонил Рашид, — сообщила она. — Команда вылетела из Кураим-Вади-Шамиля. Через пару часов они будут в Кувейте. Нам остается только ждать.

— Давайте поедем в мою студию, — предложила Элла. — Я покажу вам свои работы, а вы дадите мне совет. Госпожа Алия считала, что у меня есть талант. Я хочу зарабатывать на жизнь творчеством, но если смысла нет, то лучше узнать об этом раньше, чем позже.

— Тебе не придется работать, когда ты выйдешь замуж за Халида.

— Прошу вас, посмотрите и оцените, — настаивала Элла.

Сабрия мгновение размышляла, потом кивнула:

— Полагаю, мне следует посмотреть, чем ты занимаешься.

Сабрия любовалась работами Эллы, удивленно восклицая по поводу их красоты.

— Неудивительно, что моя свекровь сочла тебя талантливой. У тебя редкий дар. Мне очень понравилась эта розовая ваза. Она будет идеально смотреться в спальне моей подруги. Возможно, я Куплю ее для подарка. Когда откроется выставка?

Элла рассказала о своих планах. Затем женщины позвонили Рашиду, чтобы узнать новости, а потом поужинали на веранде. Элла быстро приготовила спагетти с соусом. Между ними воцарился дух товарищества. Элла решила, что, вероятно, сможет подружиться с матерью Халида.

— Мне пора, — попрощалась Сабрия после ужина и долгой беседы.

Элла была готова слушать истории о близнецах бесконечно, но было уже поздно.

Проводив госпожу аль-Харум, молодая женщина гуляла по пляжу и молила Небеса, чтобы Халид не пострадал...

И все-таки ей лучше уехать. Следует уточнить, какие изделия из стекла можно продать, а затем организовать отправку оборудования по морю, в Италию. Но и к родителям, пока они не решат проблемы Джакомо, она не вернется.

В Кишари у нее нет будущего. Эта часть жизни завершена.

Завтра Элла начнет готовиться к отъезду.

Следующие два дня выдались трудными. Элла попросила Рашида позвонить ей, когда он что-нибудь узнает. Не важно, какие будут новости, хорошие или плохие. С помощью Джалилы она стала собирать вещи. Они осторожно заворачивали стеклянные изделия, складывали их в коробки, затем в ящики.

Каждый раз, когда звонил радиотелефон, ее сердце обрывалось. Рашид спокойным тоном сообщал последние новости: доставили материалы, обновили карты, составили план. Никаких сообщений для Эллы Халид не оставлял.

На третий день, услышав, что подъехал автомобиль, она выглянула в окно и увидела торопливо идущих к коттеджу Рашида и Бетан.

В страхе Элла бросилась им навстречу:

— Что произошло?

Бетан крепко обняла ее:

— Он выздоровеет.

— Что?!

— Взорвалась еще одна скважина, — объяснил Рашид. — Такого пожара еще не было. Халид ранен осколками. Один человек из его команды погиб. Халид в больнице. Ему ничто не угрожает. Едем с нами.

Элла намеревалась отказаться, но ей очень хотелось увидеть Халида. Следовало удостовериться, что он действительно в порядке. А потом она уедет.

— Я только возьму сумку и паспорт, — сказала она и побежала в дом, за ней Бетан.

— Захвати смену белья и пижаму. Мы пробудем там столько, сколько понадобится.

— С ним действительно все в порядке?

— Нет... но будет. Пока Халид без сознания. Мы надеемся, что к нашему приезду он придет в себя, — говорила Бетан, помогая Элле складывать вещи в небольшую дорожную сумку.

Элла вспомнила, как торопилась в больницу к Александру, но тогда было слишком поздно.

Она присела на край кровати:

— Я не могу идти.

Бетан удивленно посмотрела на нее:

— Не понимаю.

— Я не могу идти. — Элла прижала руки к груди, желая унять невыносимую боль.

— Можешь. И пойдешь. И встретишься с ним. И докажешь ему свою любовь. Нельзя допустить, чтобы еще одна невеста бросила его в больнице.

Элла взглянула на Бетан:

— Я не... — Сейчас не время признаваться в том, что их помолвка — фальшивая. — Я его не брошу. Но мне кажется, я не смогу войти в больницу.

— Мы будем рядом. Поторопись. Бери паспорт — и поедем.

Четыре часа спустя они добрались до больницы. Элла едва держалась на ногах. Во время перелета Рашиду несколько раз звонили, но сведения не были утешающими.

Войдя в вестибюль, Элла почувствовала, что ее тошнит.

— Мне нужно... — Она бросилась в ближайший туалет.

Бетан последовала за ней:

— Он выздоровеет, Элла. История Александра не повторится. Халид выкарабкается. — Бетан гладила ее по спине.

— Иди. Я приведу себя в порядок и тут же приду. — Ей хотелось побыть одной.

В коридоре Элла постаралась представить себе, что навещает больного друга. Но больничные запахи мгновенно воскресили в памяти воспоминания о муже...

Элле указали нужную дверь, и она, глубоко вздохнув, понадеялась, что не утратит самообладания.

Из палаты вышел Рашид и улыбнулся, увидев ее:

— Я сейчас позвоню матери. Халид пришел в себя. И вероятно, его интересует, где ты. — Он достал мобильный телефон и стал набирать номер.

Войдя в палату, Элла тут же увидела Халида. Он сидел на кровати. Его лицо было забинтовано. Глаз почти не было видно. Правое плечо тоже покрывали бинты. Бетан стояла рядом с ним и тараторила по-английски.

— Ты напугал меня до смерти! — воскликнула Элла.

Халид повернулся, застонал и посмотрел на нее так, словно не поверил своим глазам. Ее сердце забилось чаще.

— Ты пришла, — выдохнул он.

— Ты обещал быть осторожным. — Она подошла к кровати и, зная, что Бетан наблюдает за ней, наклонилась и нежно поцеловала его в губы. Халид обхватил ее затылок и поцеловал в ответ.

— Не напрягайся, — попросила Элла, немного отстраняясь и пристально глядя на него.

— Я не ждал тебя. — Он притянул ее к себе для очередного поцелуя.

— С чего ей не прийти? — поинтересовалась Бетан. — Если бы Рашида ранили, меня бы ничто не удержало.

— И меня ничто не удержало, — подхватила Элла. Она выпрямилась, взяла Халида за руку и почувствовала, как он крепко сжал ее ладонь. — Ты ужасно выглядишь, — покачала она головой.

Он рассмеялся:

— У меня такое ощущение, будто по мне проехал гусеничный трактор. Случилось непредвиденное — еще один взрыв. Я думаю, они соединили все скважины, но не указали это на картах.

— Я слышала, один из твоих людей погиб. Мне так жаль!

— Мне тоже.

Она наклонилась ниже:

— Но я рада, что это не ты.

— Пойду поищу Рашида. — Бетан махнула рукой и направилась к выходу.

— Когда в палату вошел Рашид, я был уверен, что ты не приехала, — признался Халид.

— Ну, не все твои невесты бросают тебя в больнице, — беспечно заявила Элла. Не нужно ему знать, чего ей стоило прийти сюда.

Халид снова рассмеялся. Несмотря на ранения, он выглядел счастливее, чем когда-либо.

— Не поглупел ли ты от ран? — спросила она.

— Скорее поумнел. Придя в себя, я лежал и гадал, навестишь ты меня или нет? Мы не так давно знакомы. Вдруг тебе не интересно, как я себя чувствую?

— А вдруг я ударю тебя по голове, чтобы поставить твои мозги на место? Я, несомненно, приехала бы. Мне важно лично убедиться, что ты в порядке.

— Почему?

Элла посмотрела на их сплетенные руки:

— Ты мне нравишься.

— Как сильно?

— Что значит — как сильно?

— До какой степени я тебе нравлюсь?

— Типа чуть больше шпината, но чуть меньше шоколада? — пошутила молодая женщина.

Халид пристально смотрел на нее, лицо его стало серьезным.

— Типа достаточно ли, чтобы выйти за меня замуж, остаться в Кишари и создать со мной семью?

Элла затаила дыхание:

— Ты предлагаешь мне выйти за тебя замуж? По-настоящему?

Он кивнул:

— Предлагаю. Я очень не хотел расставаться с тобой в Кураим-Вади-Шамиле. Еще больше мне не хотелось улетать в Кувейт, не поцеловав тебя на прощание. Я мечтаю, чтобы ты стала частью моей жизни. Я люблю тебя, Элла. Наверное, я полюбил тебя в тот момент, когда ты прикоснулась к моей щеке. Ты — женщина, которую не пугает моя внешность. Женщина, которая разглядела мою душу в темноте лучше, чем любая другая при свете дня. Я уже говорил, чей поцелуй меня опаляет?

Эллу окутали тепло и любовь, она улыбнулась:

— Не говорил. Может, нам стоит проверить это? — Она наклонилась и поцеловала Халида.

— Ты согласна? — спросил он спустя несколько мгновений.

— Согласна. Я люблю тебя. Я никогда не думала, что произнесу эти слова после смерти Александра. Но ты ворвался в мою жизнь, сметая все преграды. Я не могу точно сказать, когда влюбилась, но буду любить тебя всегда.

— Пожар еще не ликвидирован.

— Ты намерен этим заняться?

— Пока не знаю. Прямо сейчас мне не терпится тебя поцеловать.

— Будем надеяться, что в будущем у тебя больше не будет пожаров.

— Только если ты воспламенишь меня поцелуями.

Элла рассмеялась, обнаружив совсем другую сторону характера мужчины, завоевавшего ее сердце. По возвращении в коттедж придется быстро распаковать вещи. Халид не должен знать, что она собиралась уехать.

— Я люблю тебя, Элла, и всегда буду любить.

— Я люблю тебя, Халид. И буду любить всегда.

Эпилог

— Если я закрываю глаза, меня укачивает, — произнесла Элла, держась за дверцу подпрыгивающего на дороге автомобиля. Некоторое время назад они выехали из Кураим-Вади-Шамиля. Последние десять минут по просьбе Халида она сидела с закрытыми глазами. Он приготовил для нее сюрприз.

— Почти приехали. — Халид взял ее руку и слегка пожал.

Элла почувствовала, как автомобиль замедляет ход, затем останавливается. Ветер пустыни принес запахи песка, скудной растительности и... воды.

— Открой глаза, — разрешил он.

Она открыла глаза. Они приехали в оазис. Высокие пальмы отбрасывали длинные тени на небольшую заводь и дом из песчаника, который появился здесь словно по волшебству.

— Чей это дом?

Халид вышел из джипа, подошел к Элле и помог ей выбраться наружу:

— Это наш дом. Точнее, наш, Рашида и Бетан. Она еще ничего не знает. Рашид привезет ее сюда на следующей неделе. Мы первые.

Элла изумленно огляделась:

— Ты построил дом посреди небытия. Как тебе удалось привезти сюда материалы? Хотя с деньгами можно сделать все. Это фантастическое зрелище!

Халид улыбнулся и провел ее по каменным плитам внутреннего дворика к парадной двери. На патио стояли шезлонги, лежа на которых можно было любоваться заводью и пальмами. Открыв дверь, Халид подхватил Эллу на руки и шагнул внутрь.

— Разве не так входят новобрачные? — спросил он, когда она взвизгнула от удивления.

— Да, в Италии. Я не знала, что и в Кишари есть такая традиция. — Элла рассмеялась, погладила новый шрам на лице мужа, притянула его голову к себе и поцеловала. Она так любила Халида! И радовалась его полному выздоровлению.

— Почему ты не сделал это после того, как мы поженились? — решила выяснить она.

— Вспомни, прием проходил в нашем доме. Разве я мог перенести тебя через порог? Ты уже была внутри.

— Хм, верно.

Маленькая гостиная была очень уютной. Из окон открывался чудесный вид. В шкафу стояли две стеклянные вещицы, сделанные Эллой. Быстро обойдя дом, она обнаружила маленькую кухню, ванную комнату и две большие спальни.

— Очень красиво! — признала она, возвращаясь в гостиную.

Халид сделал все, чтобы превратить ее жизнь в сказку. Он помог организовать художественную выставку, которая имела невероятный успех. У Эллы появилось много заказов.

Они побывали на свадьбе Бетан и Рашида в Техасе. На обратном пути молодые заехали в Италию, и Элла встретилась с родителями. Долги Джакомо были оплачены Халидом, однако ее брата строго предупредили насчет увлечения азартными играми. Элла протестовала, но Халид настоял на том, что должен наладить хорошие отношения со своими новыми родственниками.

Такие же отношения Элла по-прежнему надеялась наладить и со свекровью. Кстати, госпоже аль-Харум понравилось, что Халид и Элла, в отличие от Рашида и Бетан, поженились в Кишари.

— Самое красивое снаружи. Пойдем. — Халид потащил ее на улицу, обошел вокруг дома и подвел к лестнице.

Когда они оказались на плоской крыше, Элла вскрикнула от восхищения. Горшки с цветами окаймляли площадку. В центре стояли несколько кресел и диванов. Отсюда открывался изумительный вид.

— Просто совершенство!

Муж улыбнулся и обнял Эллу:

— Я хотел, чтобы мы время от времени выбирались в какое-нибудь особенное место, только ты и я. Будем наслаждаться тишиной пустыни и красотой оазиса.

Она чуть нахмурилась.

— Тебе не нравится?

— Нравится. Только... — Она прикусила губу и взглянула на Халида. — Мы не сможем побыть вдвоем.

— Мы с Рашидом договорились предупреждать друг друга о поездках сюда. Или я сделаю так, что этот дом будет принадлежать только нам.

— Не смей! Не в этом дело. У нас будет ребенок, — выпалила Элла. — Проклятье, не таким образом я собиралась рассказать тебе об этом. Почему ты молчишь? Мы женаты уже четыре месяца. Ты не рад?

— Я потрясен. И вне себя от радости! — Халид подхватил жену на руки и закружил. — Как ты себя чувствуешь? Какой срок? Известно, кто будет: мальчик или девочка? Когда ты узнала?

Элла рассмеялась, ощущая безмятежность, свободу и беззаботность. Она не сомневалась, что муж обрадуется.

— Бетан и Рашид тоже ждут ребенка. Она рассказала мне о своих симптомах: тошнота по утрам, постоянная усталость. Но у меня этих симптомов нет. Я отлично себя чувствую. Я хотела сообщить тебе вчера, но ты проводил совещание, а потом мы улетели в Кураим-Вади-Шамиль. Знаешь, наш малыш, скорее всего, родится через несколько недель после ребенка Рашида и Бетан.

— Значит, детишки вырастут вместе, — удовлетворенно произнес он.

Элла кивнула, представляя, как два ребенка играют на пляже у их поместья. Или едут вместе с родителями в пустыню.

— Может, у нас будут близнецы? — спросила она.

— Какая разница: один или несколько? Мы будем любить их всех.

— Всех?

— Разве ты не хочешь дюжину? — поддразнил ее Халид.

Элла рассмеялась:

— Нет, не хочу. Двое, возможно, трое или четверо, но не двенадцать.

— Как скажешь, лишь бы ты была счастлива. Я люблю тебя, Элла. — Он обнял ее и нежно поцеловал. — Я и представить не мог, что ты изменишь мою жизнь.

Элла улыбнулась Халиду, не замечая шрамов, зато видя, как светится любовь в его глазах.

— Ты — все, о чем я мечтала. — И она поцеловала мужа на крыше дома, построенного на радость им обоим.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Барбара Макмаон
Южная баллада

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Эпилог