Нагару Тонигава

Разочарование Харухи Судзумии

— Очень скоро ты предстанешь перед великим разветвлением — выбором, который будет иметь огромное влияние на будущее… И если ты выберешь не то направление… э-эм… это будет пагубно для нашего будущего.

(Асахина-сан старшая. Том 7, глава 7.)

Пролог

Думаю, каждый человек по разному чувствует смену времени года. Ну а я же, в последние шесть месяцев, с легкостью определяю его по поведению моего трехцветного кота, Сямисена.

Сямисен больше не залезает на мою кровать посреди ночи, и это означает приход моего любимого времени года — весны. Я восхищаюсь способностью кошек чувствовать изменения окружающей среды и адаптироваться к ней, но у растений эта способность выражена еще ярче. Цветение сакуры удивительно: эти деревья будто бы стремятся раскрасить голубое апрельское небо своими летящими лепестками. Даже солнце словно готовится к лету. Хотя, несмотря на все его усилия, дующие с гор ветра очень холодны и напоминают мне о том, что город, в котором я живу, расположен высоко над уровнем моря.

От нечего делать, я поднял голову, взглянул на ясное небо и тихо сказал:

— Весна…

Наверное, я произнес эту фразу просто от скуки, и потому совершенно не ожидал ответа. Но мой сосед, прекрасно осведомленный о причине моего настроения, посчитал нужным заметить:

— Несомненно, уже весна. Для учащихся — начало нового учебного года, а для природы — нового жизненного цикла. Мое сердце чувствует, что это шанс начать с чистого листа.

Его излишне свежий тон и манера изложения были под стать весне и осени. Для лета это было бы слишком жарко, а что же касается зимы, то мне бы хотелось, чтобы единственным человеком, который говорил со мной в такой непосредственной близости, что можно услышать даже шепот, была Асахина-сан и никто другой.

Не думаю, что он заметил, что я уделяю его речи всё меньше и меньше внимания. Впрочем, остановить его было уже невозможно.

— С тех пор, как поступил в старшую школу, я встречаю весну уже второй раз. Даже не знаю, что бы лучше описало моё нынешнее состояние: "Наконец-то, весна" или "Опять весна".

Не вижу причин для сомнений. Если бы это было сказано на английском, он мог бы вставить «yet», чтобы связать фразы вместе. Я уже подзабыл многое из того, что происходило до сих пор. Когда я пытаюсь восстановить в памяти некоторые события, мне кажется, что часть из них растворилась, словно дым. Ну а предстоящие события предугадать невозможно, и поэтому время, когда они наступят, меня совсем не волнует.

Что касается настоящего времени, то думаю, что определить скорость развития событий можно по тому, насколько мне будет приятно. Почему бы не посмотреть на ситуацию с точки зрения «часов»: не они ли, отсчитывая секунды, определяют ход времени и своим тиканьем напоминают людям об этом факте? Правда, иногда ты забываешь включить сигнал будильника, и кончается тем, что он не звонит вовремя. В моем случае это приводит к тому, что я со злости я швыряю его об стену, и происходит такое чаще всего утром по понедельникам.

— Как ты сказал, стрелки часов — одна из тех вещей, которые могут объективно напомнить нам о событиях. Но для людей они могут быть чем-то много большим, нежели просто стрелками на циферблате. То, на что мы тратим время — вот что действительно важно.

— Эх!…

Я отвел взгляд от постоянно изменяющих форму облаков и обернулся к сидящему рядом человеку.

Моим глазам предстало красивое лицо с неувядающей улыбкой, напоминающей о присутствии её владельца — Коидзуми Ицки. Улыбка могла бы быть элементом пейзажа, столь же естественным, как, например, след реактивного самолета в небе: не слишком яркая или режущая глаз, чтобы захотеть отвернуться от неё. Не найдя особого смысла в том, чтобы разглядывать его лицо и дальше, я отвернулся и уставился перед собой.

Тем не менее…

— Если говорить о моих чувствах… — картина школьного двора отразилась на сетчатке моих глаз, и я ответил Коидзуми, пристально разглядывавшему меня, — … то я думаю, больше подходит: «Наконец-то, весна!»

Я следил глазами за одетыми в форму Северной старшей десятиклассниками, которые собирались небольшими группами во дворе. Я воспроизводил в сознании памятные сцены прошлого года, пытаясь сообразить, смотрели ли в том году одиннадцатиклассники на нас с тем же вниманием, что и я сейчас. Полагаю, так и было.

* * *

Из-за своей принадлежности к данному учебному округу, я оказался в Северной старшей и повстречал Судзумию Харухи — ходячую загадку. Ещё даже до знакомства с «ситуацией» я стал свидетелем её сумасбродного представления перед классом. И пока я продолжал задаваться вопросом «Какого чёрта с ней не так?», я был втянут в её мир и оказался вынужден вступить в таинственную организацию, известную как «Бригада СОС». Благодаря этому я встретил настоящих пришельцев, экстрасенсов и путешественников во времени, о существовании которых и не помышлял. Хорошо еще, если бы все этим и закончилось, но я раз за разом попадал в паранормальные события, и в дополнение к этому мне приходилось участвовать в безумных развлечениях Харухи. Ну и ну… Мой жизненный опыт, должно быть, возрос экспоненциально всего за один прошедший год. Думаю, с таким количеством Expirience у меня фактически не будет проблем с боссами из компьютерных игр.

— Привычка — штука сильная.

Склон, который я вынужден покорять в своём ежедневном путешествии до школы, стал уже чем-то вроде привычки, так что я сохраняю физический контакт со своей кроватью до самого последнего момента. Впрочем, довольно сильно изменился не только я… Это произошло и с Харухи, как с тем карпом, что прыгает через речной порог, чтобы стать драконом.

Мне искренне хотелось сфотографировать нынешнюю Харухи, а потом дать посмотреть эту фотографию Харухи из прошлого года, и в то же время рассказать ей историю, наполненную всяческими подробностями, почерпнутыми из слухов. Историю о том, какой она будет через год.

Но даже будь это возможно, боюсь, я бы такого не сделал.

— Я тоже с этим полностью согласен.

Коидзуми скосил на меня глаза, слегка улыбнулся, скрестил руки на груди и вытянул ноги.

— Я говорю о привычках. Глядя на людей, живущих по всему миру, мы видим, что они могут с лёгкостью приспособиться к тому, что их окружает. Проще говоря, только единицам требуется существенное время на привыкание к новому окружению. Но в последнее время я начинаю задаваться вопросом: «А хорошо ли это?» Как только кто-то привыкает к окружающим его обстоятельствам, способность приспосабливаться к внезапным изменениям уменьшается.

О чём ты вообще? Если ты про Харухи, то, я полагаю, что число непредвиденных событий намного превышает число любых других.

— Хм, ты прав…

Коидзуми изобразил редко встречаемое выражение лица, которое невозможно описать словами. Этот парень частенько уходит от темы всё дальше и дальше, даже если никто его об этом не просит. Спроси я у него что-нибудь, и, вероятно, пришлось бы выслушивать очередную порцию тарабарщины.

Я молча покачал головой, будто бы пытаясь отвлечь внимание Коидзуми, а затем взглянул в другую сторону.

— ………

В воцарившейся тишине в поле моего зрения попала миниатюрная, спокойная, будто статуя Будды в храме, фигура, одетая в матроску Северной Старшей. Её короткие волосы едва заметно колыхались на ветру.

Нет необходимости напоминать, что это — Нагато Юки, секретное оружие бригады СОС. Хотя, возможно, ей больше бы подошло звание президента Литературного клуба. Так же как и мы с Коидзуми, Нагато поставила свой стол и стул на школьном дворе, но на некотором расстоянии от нас, и молча читала книгу. Название у книги было что-то вроде «Философы, Художники, Музыканты и их взаимоотношения», и на вид она была толщиной с кирпич.

Я повернулся и взглянул на клубное крыло школы. Асахина всё ещё не вернулась после того, как Харухи со скоростью света утащила её в клубную комнату. Вообще-то, я особенно и не возражал, так как это могло бы оказаться неожиданным благом.

— В таком случае…

Я до сих пор не обрисовал текущую ситуацию, так что давайте подведём короткое резюме. Несколько дней назад начался новый учебный год, экзамены закончились. Сегодня мы вынесли свои столы и стулья на край школьного двора. Многие, хоть и не все, второ- и третьеклассники собрались на школьной площадке.

Я мог различить лишь спины членов клуба Компьютерных Исследований. Несколько компьютеров располагались на длинных столах напротив них, а на экранах показывались то ли данные с какого-то диска, то ли просто CG-графика. Но, в отличие от "Дня Стрельца III", содержимое экрана создавало впечатление чего-то старинного, на манер гадания на картах Таро, и заставляло задаваться вопросом: «А не сжег ли президент Общества Компьютерных Исследований свои мозги?» Я заметил в толпе недавно избранного президента-третьеклассника. Интересно, сохранил ли он до сих пор свой пост? Мне было любопытно, хотя, конечно, все эти вещи особо меня и не касались. Думаю, что позже я проверю это вместе с Нагато.

Глядя по сторонам, я увидел несколько неизвестных мне клубов, собравшихся в другом углу двора. Я никогда прежде даже не слышал названий некоторых из них. Видя всё это, я постепенно осознавал, что занимаюсь сейчас абсолютно бесцельным делом. Я совершенно не понимаю, почему мы должны принимать участие в подобных мероприятиях.

Предполагаю, что единственная из нас, кого это вообще как-то касается — Нагато.

Я бросил еще один взгляд на девушку-книголюба.

Рядом с тем местом, где молча сидела Нагато, к столу скотчем была приклеена бумажка с надписью «Литературный клуб». Она слегка колыхалась на весеннем ветру, обдувавшим и короткие волосы Нагато, чей пристальный взгляд, будто в попытке отключить себя от окружающего мира, ни разу не оторвался от книги.

Полагаю, все уже всё поняли.

Для культурных клубов, в особенности для малочисленных, это было возможностью привлечь новых членов, а также продемонстрировать свои достижения. И делалось это на дворе школы. Спортивные же клубы проводили свое подобное мероприятие в спортзале или на спортплощадке. Впрочем, новички и так пошли бы в эти клубы, даже если вообще не было никакого мероприятия по вербовке. Что же до художественных клубов и им подобных, то эти обустроили стенды в своих клубных комнатах — будто рыбаки, раскинувшие свои сети и ждущие, пока рыба сама в них попадёт. А вот клубы и разнообразные кружки, о которых без саморекламы никто бы и не узнал, собирались на школьном дворе.

Естественно, члены Бригады СОС тоже были на школьном дворе. Харухи, Нагато, Коидзуми и я перешли во второй класс старшей школы, а Асахина-сан — в третий. Теперь, когда я должен попрощаться с полным воспоминаний 10-Д классом, не могу сказать, что я не буду скучать по нему, и, боюсь, с переходом в следующий класс многое изменится. Ах да, я должен обратить ваше внимание на то, что Харухи и я снова оказались в одном классе. Войдя в новый класс после открывающей церемонии, я заметил, что Харухи, как я и ожидал, сидела позади меня. Её высокомерное лицо, полное противоречивых эмоций, и эти ее ухмылки, вечно кажущиеся злыми предзнаменованиями — всё осталось неизменным.

— И что это?

Харухи оглянулась вокруг со своим обычным выражением беззаботности.

— Как будто бы ничего не изменилось с прошлого года! Я ожидала, что случится что-то значимое!

Хоть я и хотел узнать, означала ли эта фраза, что она счастлива сложившимся обстоятельствам, или же нет, сам я в тот момент испытывал те же чувства. Помимо меня и Харухи в 11-Д классе оказались и Танигути с Куникидой. Даже нашим классным руководителем был всё тот же Окабе-сенсей, известный своей заботой об учениках. Также были ученики, чьих имён я не помню, но самое главное, что все они были из 10-Д класса. Ещё я слышал, что из учащихся, решивших заниматься по научному направлению, набралось достаточно для целого класса, и, таким образом, 11-Ж класс был выделен исключительно под это. 10-Ж класс был расформирован, а его ученики поделены между оставшимися семью классами. Естественно были и те, кто оказался в другом классе просто так. Целью переклички, устроенной Окабе-сенсеем, вероятно было как раз представление новичков, присоединившихся к нам.

Конечно же, я сомневался в подлинности такого отбора, и обратился к тем, кто выглядит подозрительно с любых точек зрения, и у кого есть возможность манипулировать данными:

— Вы устроили это?

Ответы были такими:

— Нет, — монотонно ответила Нагато и тихонько добавила — Это всего лишь совпадение.

— Мы ничего не делали. Думаю, это — решение школы. «Организация» решила не касаться этого вопроса в дальнейшем, — горько улыбаясь, заключил Коидзуми. — Я думаю, это случайность.

Кажется, они говорят серьёзно.

Хотя, конечно, в глубине души я знаю, что есть одна леди со способностью превращать желаемое в действительное, но, полагаю, что мне не стоит пытаться и дальше разбираться в этом.

Значит ли это, что Асахина-сан и Цуруя-сан также оказались в одном классе? Если это действительно так, то есть вероятность, что семья Цуруи приложила к этому руку. Но даже если это так, я не знаю, уместно ли об этом спрашивать. Кроме того, вне зависимости от своей успеваемости и номера класса, все равно все мы будем продолжать встречаться после занятий в том же самом месте.

Но для меня в тот момент значение имели другие проблемы. Вернее — должны были бы иметь значение. Вероятно, это же могло быть на уме и у всех новых учеников.

Я уже знаю пришельцев и путешественников во времени. Также я не могу отрицать, что парень, с которым я частенько разговаривал весь прошлый год, является экстрасенсом. Но…

В тот день, когда Харухи шокировала весь 10-Д класс своей вступительной речью, среди всех, кого она перечислила, были те, которые так и не появились.

Скользящие.

Хоть я и не хочу, чтобы они существовали, а единственным человеком, кто заметит их отсутствие, будет именно эта девушка, мы перешли в следующий класс, а весь прошлый год их не было…

— Ох-ох-ох…

Я потряс головой, пытаясь расслабить плечи, и начал разглядывать первогодок.

«Как только заметите кого-то, у кого есть потенциал — тут же берите его на заметку!» — такими были инструкции от нашего любимого командира. Но Харухи забыла уточнить, как определять уровень потенциала, да и как вообще заприметить таких людей.

Мне стоит ещё раз отклониться от темы, чтобы рассказать вам, как прошло «представление» во время первого урока 11-Д класса. Харухи не стала повторять свою прошлогоднюю речь. Вместо этого она громко, но без особого энтузиазма, объявила:

— Я, Судзумия Харухи — лидер Бригады СОС. Это всё!

С улыбкой на лице, придававшей ей бесстрашный вид, она легонько дёрнула меня за волосы и села на своё место.

Это выглядело так, как будто она пыталась сказать, что этого достаточно.

Но оказалось, что для всего класса этого действительно было достаточно. Во всей школе не было никого, кто бы ещё не знал о двух вещах — «Судзумия Харухи» и «Бригада СОС».

Даже если…

Я легкомысленно смотрел на ноги людей в школьной форме, которую они будут носить следующие три года, на обувь с логотипом школы, в которой они ходят по школьному двору.

Даже если тот, кого мы должны заметить, и существует, то он или она должны быть как раз где-то среди этих новоприбывших.

* * *

Сейчас такое время, когда сакуры только-только начинают распускаться. И пока Коидзуми, Нагато и я пытались убить время, из толпы учеников появилась фигура. То, как ученики расступались перед ней, напоминало исход Моисея из Египта.

— Давненько мы не встречались. — холодным тоном произнёс президент школьного совета, остановившись напротив нашей палатки.

Какое НЕ-совпадение, что я повстречал вас недавно. Не так-то просто забыть ту гримасу, что была на вашем лице когда вы произносили речь во время сегодняшней вступительной церемонии.

— Короче, вам чего?

Президент демонстративно поправил свои очки, как это часто делают в телесериалах, а затем, с видом начальника, недовольного своими подчинёнными, продолжил:

— Где ваш командир? Я пришел обсудить с ней пару вопросов, а она отсутствует.

— А вы как думаете? Я не секретарь и не менеджер этой девицы. Передвижения столь занятой одноклассницы просто невозможно отследить.

— Ну, раз ничего не поделать, то спрошу у вас. Что конкретно вы все здесь делаете?

Вообще-то, я ожидал, что если я буду молчать, то Коидзуми ответит вместо меня. Кто же знал, что этот «хороший парень» Бригады СОС, будто подхватив весеннюю лихорадку, останется сидеть позади и мило улыбаться себе под нос.

— Разве это не очевидно? — ответил я без особого энтузиазма.

За мой робкий ответ «Его Превосходительство» удостоил меня ледяным взглядом.

— Естественно, всё понятно с первого взгляда. С тех пор, как я знаю кто вы, ребята, и откуда, ответ найти довольно просто. А задаю я такой вопрос потому, что переживаю, не выкинете ли вы еще какой-нибудь трюк, который находится за гранью моей фантазии, и ничего более. Думаю, вы уже знаете, что я скажу дальше?

Конечно, знаем, и это всё потому, что ваши действия никогда не отличаются от того, что мы предполагаем. Уверен, будь здесь Харухи, этот вопрос уладился бы намного быстрее.

Стоп. Если Харухи нет поблизости, то зачем же он продолжает ломать комедию? Разве нынешний президент, в действительности, не марионетка, контролируемая «Организацией»? Или же эта демонстрация отношения вызвана тем, что на нас смотрят посторонние? Но мы же сейчас в пустынном углу школьного двора, и если никто нас специально не подслушивает, то и не должно быть причин для беспокойства. Нагато, сидящая на расстоянии нескольких метров, вероятно находится в пределах слышимости, но ведь нет ничего страшного, если она услышит наш разговор? Если ей что-то и не полагается слышать — так это разве что разговоры шишек из ЦРУ и NORAD.

У меня не было серьёзных намерений устраивать разборки с президентом школьного совета, но он продолжал смотреть на меня с ледяным выражением лица. Потом, слегка скривив рот, он отвел глаза и заговорил серьезным тоном:

— Забудьте об этом инциденте. Мы уже почти закончили инспекцию всех культурных клубов. Кимидори-кун, почему бы тебе не пойти на спортивную площадку первой? Я присоединюсь к тебе позже.

— Конечно.

Только после того, как я услышал эти слова, я понял, кто же стоял позади президента всё это время. Я чуть не вскрикнул, но, к счастью, сумел сдержаться.

— …Кимидори-сенпай?! — произнес я во внезапном озарении.

— Да. — вежливо ответила она и поклонилась.

До того, как я услышал её голос, я и не осознавал, что она находится рядом. Этот факт сильно удивил меня. Она как будто была частью тени президента всё это время, и материализовалась лишь в тот момент, когда заговорила. У меня было ощущение, будто она появилась из воздуха.

Самый первый клиент Бригады СОС, бывшая девушка президента клуба Компьютерных Исследований, а в данный момент секретарь школьного совета — Эмири Кимидори. Она изобразила рафинированную улыбку, какие можно увидеть на портретах благородных леди, и поклонилась в знак приветствия. Я некоторое время простоял ошеломлённым, прежде чем сделать то же самое.

Ну и ну, так вот почему президент так себя вёл! Значит ли это, что она скрывает от него свою подлинную сущность? Лично мне кажется, что это не было столь уж необходимо.

Так или иначе, секретарь и президент всегда появлялись вместе и выступали дуэтом. Что вообще тут происходит? Может, им стоило оставить шанс казначею оказаться здесь вместо них?

— Если вы хотите, так и поступим. — президент снова поправил очки. — Просто это дело нашей бухгалтерии и президента литературного клуба.

Вообще-то, мы с Коидзуми уже слышали новости. В прошлом учебном году, перед весенними каникулами, ученический совет провёл собрание, посвящённое распределению денежных средств между различными клубами, включая литературный. И хотя в нём был всего один участник, но это, всё же, законный клуб, и его президент тоже был на собрании. Естественно, на собрание ходила не Харухи, а Нагато. Впрочем, до последней минуты нам казалось, что Харухи на самом деле хотела принять участие в собрании, и собиралась пойти туда вместе с Нагато, или даже вместо нее. Если бы такое случилось — это, без сомнения, привело бы к всеобщему хаосу. Ну, когда выяснилось бы, что она нелегально занимает помещение другого клуба.

После наших с Коидзуми многочисленных просьб, Харухи всё же согласилась, и отпустила Нагато одну. Но с таким выражением лица, будто отдаёт её в заложники врагу во время войны.

Нагато вернулась примерно через час, держа в руках конверт с деньгами, выделенными на нужды клуба. Это можно счесть исключительным результатом для почти бездействующего клуба с одним участником.

Согласно различным источникам не произошло ничего, что могло бы повлиять на результаты распределения средств. Всё что пришлось сделать Нагато — это спокойно сидеть и пристально смотреть на президента школьного совета. Зачастую подобные собрания наполнены дискуссиями по поводу количества средств, предназначенных для каждого клуба, но этот год поставил новый рекорд, потому как всё прошло довольно гладко.

По-видимому, довольный собой, президент сказал:

— Вообще-то, от собрания там было одно название. Денежные средства, предоставляемые каждому клубу, уже были предварительно распределены мной и Кимидори-кун. И литературный клуб был единственным исключением. Ах, раз уж мы так далеко зашли, я лучше воздержусь от дальнейших комментариев. И пока вы, ребята, тратите средства на стоящие мероприятия, я буду держать язык за зубами. В ином случае, не вините меня за ворчание. В конце-концов, все уже «увековечено в камне».

Кимидори-сенпай, которая тихо наблюдала за всем со стороны, внезапно вмешалась в разговор:

— В таком случае я лучше пойду вперед, господин президент.

— Извини за беспокойство, Кимидори-кун.

Кимидори-сенпай поклонилась мне ещё раз, и, улыбаясь будто растение в питомнике, удалилась, оставляя за собой аромат лилий.

На этот раз между Кимидори и Нагато не было заметно какого-либо визуального контакта. Они на самом деле похожи. В действительности, они уже могли усовершенствовать своё искусство общения без слов. Я говорю это потому, что Нагато ни разу не оторвала глаз от книги за то время, пока Кимидори-сенпай была поблизости.

— В таком случае я полагаю, что мы должны перейти к актуальной теме.

Президент снял очки и крутил их в руках.

— Бесполезно говорить об этом без неё. Когда она вернётся?

— Полагаю, что скоро. Она всего лишь помогает Асахине-сан переодеться, и не думаю, что это займет слишком уж много времени.

— Тогда я могу подождать её здесь.

Мне продолжало казаться, что президент, стоящий передо мной, начал источать ауру «властного человека» намного сильнее, чем раньше, будто бы он был президентом уже третий год.

— Изначально я думал, что работа в школьном совете будет очень неприятной…

Сказав это, президент слегка усмехнулся. Наконец стала проявляться его настоящая личность.

— Но сейчас, когда я немного поработал там, это начинает становиться интересным. Когда встречаешься с разными учителями и администрацией, будучи президентом…

Внезапно он взмахнул рукой и шлёпнул себя по лбу:

— Я постепенно забываю какая сторона меня настоящая. Фактически, изменяться, чтобы стать человеком с иным характером, тоже совсем не плохо.

— Надеюсь, что эта «замаскированная» сторона тебя не поглотит. — наконец решил раскрыть свой «золотой» рот Коидзуми.

— Только не допусти, чтобы маска, которую ты носишь, стала реальным тобой. Бывает, что расхитители гробниц сами превращаются в мумии, а люди, подражающие кошкам, становятся настоящими кошками. В наше время это обычное дело.

— Расхитители гробниц, попавшие в ловушку, скорее всего станут трупами, которые показывают в назидание другим, но никак не самими мумиями. Так же мы не должны забывать, что жизнь кошки намного короче человеческой.

Президент хищно улыбнулся и снова надел очки, протерев их рукавом.

— Тебе не стоит волноваться, Коидзуми. Со мной всё будет в порядке. Но…

Одев очки, он претерпел метаморфозу и стал таким безупречным президентом школьного совета, какого только можно себе представить. Ничего удивительного в том, что порой он задумывается, которая из этих личностей настоящая.

— Держать в узде эту психопатичную девицу — твоя работа.

Вне поля зрения президента школьного совета «президент» нашей бригады показалась у выхода из клубного корпуса. На её лице было выражение, свойственное всем животным по приходу весны. Позади неё была фея, источающая сияние тёплого весеннего солнца: горничная, принадлежащая исключительно бригаде СОС.

* * *

В одной руке Харухи несла картонную коробку, сделанную из рифленого фибролита, а другой вела Асахину-сан, улыбаясь, словно чеширский кот. Однако, когда она увидела президента, её брови моментально приподнялись.

— Эй, ты!

Харухи приближалась к президенту огромными шагами, совершенно игнорируя визги Асахины-сан, которую тащила за собой.

— Как я и ожидала! Ты пришёл устраивать неприятности как раз тогда, когда меня не будет рядом, так? Тем не менее, я думаю, мы не совершили каких-то преступлений, требующих вмешательства школьного совета, не так ли?

Относительно этого, я думаю, у всех были свои взгляды. Вот сама-то ты что сейчас тут делаешь, на школьном дворе?

— Ах, президент-сенпай…

Асахина-сан была одета в свой костюм горничной и моргала глазами как «Малиновка». Но это не имеет значения, поскольку это так же естественно, как щетиннику расти на пустошах.

— Эй, Харухи, а почему ты… — произнёс я наконец — …так одета?

Харухи гордо выпятила грудь.

— У тебя с этим проблемы? А что, есть что-то зазорное в том, чтобы носить ципао?

Как уже сказала Харухи, на ней было тёмно красное ципао, украшенное прекрасно вышитым драконом. Короткий подол открывал её стройные и длинные ноги. Более того, рукавов у ципао не было.

Поскольку она появилась во дворе с таким шумом, всеобщее внимание было сосредоточено на ней. Асахина-сан, удивлённая непредвиденным обилием внимания к нам, была так сильно смущена, что топталась вокруг, пытаясь скрыться от взглядов. Но и будь это возможным, мне действительно хотелось бы, чтобы лишь я один мог наслаждаться таким зрелищем, и это несмотря даже на антимонопольный закон.

— Были бы вы на костюмированной вечеринке, тогда, конечно же, никакой проблемы бы не было. Но это школа, а вы тут устраиваете подобные злодеяния прямо перед многочисленными первогодками. Ты что, не можешь даже немножко подумать прежде, чем что-то делать?

Отворачиваясь от меня, Харухи ответила…

— А разве сейчас я не думаю? Вот поэтому я и появилась в этом костюме! Вообще-то, сначала я собиралась надеть костюм девочки-зайчика, но так как не хотела, чтобы все вы тут жаловались, вместо него надела этот. Я уже пытаюсь соответствовать вашим требованиям. Вы должны быть мне за это безмерно благодарны!

Взгляд Харухи стал угрожающим. Она попыталась указать пальцем на президента, но поняв, что обе её руки заняты, быстро отпустила Асахину-сан и поставила картонную коробку на стол.

— Вы должны чувствовать себя безмерно благодарными! — повторила она.

К сожалению, президент — это не какой-нибудь святой.

— И какую же это благодарность я должен выразить?! Как президент школьного совета и ответственный за лицо школы, я отказываюсь принять вашу форму одежды! Также хотелось бы поинтересоваться, знаете ли вы пословицу «Уж чья бы корова мычала, а твоя бы молчала»?

— А при чём тут она? Я уже слышала её раньше.

— Нет, ну я всего лишь стараюсь, чтобы учащиеся, пришедшие сюда с уверенностью в своём будущем, не смущались. В особенности это относится к чистым и невинным мальчикам, чей огонь страсти может разгореться из-за ваших нарядов. Я просто не могу закрывать глаза на такие ситуации.

— Что ты подразумеваешь под «разжиганием огня страсти»? Это смешно. Слушай внимательно, в любом случае в этих озабоченных парнях даже школьная форма или физкультурный костюм разожгут «огонь страсти». Ты полагаешь, что мы в таком случае должны ходить в школу голыми?

У каждого есть предел, сверх которого он терпеть уже не может, и, судя по всему, президент уже приблизился к нему в попытках спорить с Харухи.

— Разговоры с тобой — пустое сотрясение воздуха!

— Да какая разница? Я надеялась, что вы научились уважать независимость учеников. Почему мы не можем решать, что нам носить после занятий? Я ведь не собираюсь носить это на уроках или по дороге домой, верно? Так какие тогда проблемы? Ты согласна со мной, Микуру-тян?

— Ээ? Аа… Я согласна не носить это по пути в школу и обратно, потому что этот костюм слишком смущающий…

Асахина-сан слегка покачала головой, будто испугавшись сногсшибательного вида ципао Харухи, а затем слабо вздохнула и быстро отвернулась. Ты что, тоже подумала о том, чтобы надеть его?

В сравнении с прошлым годом, когда Харухи и Асахина-сан стояли у ворот школы в костюмах девочек-зайчиков и раздавали листовки, все это можно воспринимать как большой прогресс, учитывая, насколько мало тела обнажено в этот раз. Но сам факт того, что второ- и третьеклассники устраивают косплей на глазах у первогодок, всё же переходит границу. Более того, мне не кажется, что косплей преследует какую-то конкретную цель, и что его можно поощрять.

— Кто это сказал, что он не преследует никаких целей? Конечно же, преследует. Гляди, неужели мы сейчас не привлекаем к себе большое внимание?

Я пытаюсь сказать, что ты привлекаешь внимание людей без каких-либо причин!

Харухи взглянула на меня с выражением неудовольствия на лице. Внезапно я почувствовал себя как креветка, учуявшая приближение кита. Однако, Харухи одним прыжком оказалась за спиной Нагато, тихо читавшей книгу.

— Кён, ты забыл зачем мы сюда пришли? Я даю две секунды, и лучше бы тебе успеть вспомнить ответ за это время.

Ну, если говорить об этом…

— Всё, время вышло!

Харухи дала мне лишь полсекунды, прежде, чем объявить это, а затем погрозила мне пальцем и положила руки на плечи Нагато, которая оставалась совершенно неподвижной, будто замороженная.

— Мы здесь, чтобы помочь Юки, а не для вербовки людей в бригаду СОС. Тебе лучше бы хорошенько это усвоить!

Последнее предложение было адресовано президенту. Нагато, которую втянули в этот разговор без причины, ничего не ответила и лишь перелистнула страницу.

— Пф-ф-ф…

Не меняться в лице вне зависимости от ситуации — одна из особенностей президента. Он поднял палец, подвинул свои очки на место и продолжил.

— Судзумия-кун, таким образом я прихожу к выводу, что не смотря на то, что вы не являетесь членами литературного кружка, вы всё же помогаете бороться за его выживание?

Сумев ужать слова Харухи воедино так, что другие могут их легко понять, он в самом деле очень помог.

— Ага!

Харухи вытянулась ещё сильнее и, указывая на нас с Коидзуми, сказала:

— Гляди, эти двое тут просто сидят и ничего не делают, так? Здесь нет абсолютно никаких признаков, которые бы толковались как «Бригада СОС». Кроме того, по неизвестной причине лицо Кёна кажется ещё тупее, чем обычно, разве не так?

Я полагаю, последняя фраза была лишней?..

— Ага…

Президент приподнял подбородок, стараясь выглядеть глубоко задумавшимся.

— В таком случае, Судзумия-кун, что это за вещь, похожая на вывеску, находится внутри картонной коробки, которую ты держишь?

— Это вывеска.

Харухи без колебаний вытащила из коробки деревянную вывеску.

Она была сделана из двух прямоугольных кусков дерева, один из которых был потоньше, а другой был прибит перпендикулярно и служил ручкой. Вывеска была выкрашена в белый цвет, а чёрный текст на ней гласил: «Литературный клуб». Как вы скорее всего уже поняли, всю грязную работу по распиливанию и окраске вышеуказанных деревяшек делал я.

— Глядите, глядите — разве сверху не написано «Литературный клуб»? Чуть позже эту штуку будет носить Микуру-тян. Ведь если мы сами ничего не сделаем, то Юки даже не побеспокоится о том, чтобы самой что-нибудь предпринять.

Это правда. Недавно было объявлено о специальном мероприятии, на котором первогодок могли пригласить в различные клубы и сообщества на время их обучения. Однако, бригада СОС, у которой не было ни места, ни причин, чтобы кого-либо принимать, приглашена не была, поскольку до сих пор не являлась зарегистрированным клубом. Единственным участником из нас, кого пригласили принять участие в этом мероприятии, была президент литературного клуба — Нагато Юки. Когда Нагато одна стояла на сцене, она, с энтузиазмом дикторши, сообщающей прогноз погоды в различных главных городах мира, до последней секунды говорила на тему: "Неврологические исследования по неполной передаче информации и чувств с помощью слов", которая была назначена литературному клубу. В этом докладе не было упомянуто даже слово «клуб», не говоря уже про «Литературный клуб». Говорят, что ещё до того, как Нагато дочитала свой доклад до середины, половина первогодок уже погрузилась в царство Морфея. В сочетании с тоном Нагато, звучащим так, будто она читала молитву, а не произносила речь, даже изначально заинтересованные во вступлении в литературный клуб тут же, без сомнения, прогнали эту мысль из головы. Да уж, иногда Нагато Юки может быть по-настоящему пугающей.

Однако, похоже что Нагато это совсем не волновало. Даже если бы мы сегодня оставили её в покое, я боюсь, она просто осталась бы в клубной комнате и продолжила читать книги. Единственной, кто настаивал на том, чтобы притащить её сюда, была Харухи.

Такая веселая штука, как вербовка новых членов, никогда бы не прошла мимо «антеннок», расположенных на голове у Харухи.

Мало того, что, как было сказано ранее, бригада СОС — это незарегистрированный клуб, это так же и нелегальная школьная организация, которая ведёт свою деятельность словно подпольная группировка. Очевидно, что нам не было разрешено набирать новых членов в открытую. Будь это Харухи из прошлого, она бы, наплевав на всё, все равно приняла участие. Но, так как с прошлого года нет ни единого угла, куда бы ни пало всевидящее око нового президента, то о каких развлечениях вообще могла идти речь?

Вот так в голову Харухи и пришла идея. В конце концов, мы были преобразованы в запасных членов литературного клуба для выполнения чрезвычайного задания, и вот, именно в это время года, когда каждая минута на вес золота, были вынуждены тратить целый день на бесцельное блуждание по двору школы. Конечно же, так всё выглядит со стороны, но, безусловно, всё не так, как может показаться на первый взгляд.

Похоже, что «проблемный» ученик, оказавшийся президентом школьного совета, прекрасно это понимал.

— Не могли бы вы перевернуть вывеску, чтобы я посмотрел?

— Конечно!

Харухи улыбнулась и перевернула вывеску. За надписью «Литературный клуб»… всё так же был «Литературный клуб» и абсолютно никакого упоминания бригады СОС: нигде и ни в коем виде.

— Кажется, вы, ребята, хорошо подготовились. Ладно, то, что вы сейчас сказали, не может считаться необоснованным.

Президент снова поправил очки.

— Хоть я и не очень склонен к компромиссам, я все же не хочу создавать лишних проблем кому-либо из вас. Вы все можете остаться здесь и продолжать рекламировать то, что хотите. Но не причиняйте неудобств другим клубам, понятно? На самом деле, я очень занят инспекцией мероприятия. И да, не забывайте, что насильно зачислять в клуб у нас строжайше запрещено.

Вам следовало бы сказать это спортивным клубам. Кроме того, мы всего лишь бедная муниципальная старшая школа, где в каждом клубе не хватает членов, и он просто обязан бороться за всякого талантливого ученика.

— Ты прав. Я позже пообщаюсь и с ними. Перед уходом мне бы хотелось задать вам ещё один, последний, вопрос. Даже если я проигнорирую вашу вербовку новых членов Литературного клуба, что вы планируете делать после окончания этого мероприятия? Повести их в клубную комнату?

— Мне кажется, что это Вас не касается.

Разговоры о неуважительном тоне учеников старшей школы действительно верны. Услышав это, президент повернулся и взглянул на Харухи:

— Хм-м… Ну, это всё, что я хотел спросить. В таком случае — увидимся в другой раз.

Договорив это, он некоторое время переводил взгляд то на Харухи в китайском платье, то на Асахину-сан в одежде горничной, будто пытаясь выжечь их образ у себя на сетчатке, после чего последовал за Кимидори-сан.

Зачем он приходил? Разве он не понимает, что чем больше вы говорите Харухи не делать что-то, тем больше она стремится сделать это? Только посмотрите на нее сейчас, она счастливо смеется без особого повода.

— Кажется, всё прошло отлично. Это замечательно, действительно замечательно.

Пока Президент не исчез из поля зрения, Харухи волокла табличку по земле. Слышался хруст фанеры. Теперь даже я раскусил то, что на самом деле она задумала, так что ни капли не удивился тому, что произошло. Харухи сорвала тонкую табличку с надписью "Литературный клуб", и за ней оказалась другая, на которой, несомненно, было написано — …

…«Бригада СОС».

Я не уверен в какой конкретно день, но в мае прошлого года был образован клуб, названный «Команда Харухи Судзумии, от которой Обалдеет этот Скучный мир». Название легко прижилось, и с тех пор так и не было изменено.

* * *

В картонной коробке, принесённой Харухи, были не только самодельные вывески.

Всунув плакат в руки Асахины-сан, она продолжила вытаскивать вещи из коробки, в то время как длинный подол её ципао мелькал в такт движениям.

Сначала ЖК-монитор, затем DVD-проигрыватель, различные кабели и розетки, а также только-только приобретённый ноутбук и пачка офисной бумаги.

— Нам надо это быстро подключить.

Харухи повернулась ко мне:

— Собери их и включи всё это.

На школьном дворе не было розеток, но Харухи это предвидела. Отказ подчиняться её инструкциям не привел бы ни к чему хорошему, и поэтому, следуя её требованиям, я потащил провода по направлению к палатке клуба компьютерных исследований.

— Простите, не могли бы мы позаимствовать у вас одну розетку?

— Конечно.

Человеком, ответившим мне, был президент клуба компьютерных исследований. Судя по официальному пропуску, висящему у него на груди, он всё ещё оставался президентом клуба.

— Мои соклубники отказались отпускать меня, — президент, казалось, был изрядно горд этим фактом, — так что я решил остаться на посту президента на время первого семестра. Но у меня также есть планы на будущее. Фактически, я лелею мысль о…

Если то, что ты хочешь сказать, будет столь же долгим, то, пожалуйста, прибереги это для следующего раза. Члены твоего клуба могут быть мотивированы тем, что ты скажешь, и решат позволить тебе уйти с поста раньше.

— Ах, на самом деле… Президент чуть-чуть понизил голос и, прикрыв рукой рот, заговорил скороговоркой.

— Я надеюсь, что Нагато-сан сможет присоединиться к нашему клубу, а также стать его президентом. Из всех людей, что я видел, её познания в компьютерах кажутся лучшими. Они идеальны. Она определённо гений. Не важно, что случилось: обнаружился какой-либо баг или произошла ошибка в системе — магическое прикосновение Нагато-сан способно решить любую проблему. И, хотя она заходит только время от времени, мы каждый раз не перестаём удивляться. В нашей клубной комнате специально для неё выделен компьютер, на котором ей удалось разработать новую операционную систему в считанные мгновения, что повергло в шок даже самых продвинутых программистов. Но, сколько бы мы не рассматривали исходные коды, мы просто не в состоянии постичь их — кажется, только у неё есть способность творить такое. Все наши программы и оборудование прекрасно работали с этой операционной системой. Она в самом деле драгоценна. Что касается того, на чём именно основан код…

Не важно сколько всего ещё ты мне расскажешь, я могу лишь подтвердить, что у Нагато действительно есть такие способности. Я полагаю, ты сам должен обращаться по любым вопросам непосредственно к ней — думаю, она поможет тебе. Но лично мне кажется, что по всей вероятности сказанное ей будет непостижимым для землян вроде тебя и меня.

Я болтал концом удлинителя, размышляя о том, что президент-старшеклассник позволил нам позаимствовать их источник питания фактически лишь из-за этого.

Заметив вилку в моей руке, он охотно протянул мне розетку их удлинителя. План Харухи по поглощению Клуба Компьютерных Исследований бригадой СОС в качестве своего филиала до сих пор был успешен и постепенно развивался. Если мы не положим этому конец, то проект перерастёт в нечто вроде «Всё человечество — члены Бригады СОС». Она могла бы даже осуществить это прежде, чем весь мир превратится в пустыню. Я уверен, что Homo Sapiens не настолько глуп, чтобы позволить такому реализоваться.

Было бы лучше, если бы всё шло так, как сейчас, и особенно для Коидзуми. Поэтому я пристально взглянул на него, но этот «мальчик-экстрасенс» не выглядел таким уж счастливым, как я ожидал. Он выглядел задумчивым, и, опершись локтями о стол, опустил голову на сцепленные пальцы. Ну, что у нас за проблема на этот раз? Он смотрел искоса, будто наблюдая за Нагато, и это усилило моё беспокойство.

Что ж такое? Не могли ведь все члены Бригады СОС впасть в меланхолию? Прекратите пугать меня. Ладно уж Нагато и Асахина-сан, но у меня была 100 %-ая уверенность, что никогда не наступит тот день, когда это произойдёт и с тобой…

Я не знаю, было ли это из-за того, что Коидзуми заметил мое потрясенное лицо, но он медленно перевёл свой взгляд на меня и ярко улыбнулся. Хоть это и ослабило моё беспокойство, я все равно думаю, что есть что-то фальшивое в этой улыбке.

Каждый, кто был в 10-И классе естественных наук, словно несомый в гондоле, перешел в класс 11-И. Поэтому шансов, что в него смогут затесаться некие незнакомые личности, тоже не было.

Нынешняя Харухи также находится в очень хорошем эмоциональном состоянии, так что она не должна вызывать у Коидзуми какой-либо головной боли. Или он попал под урезание зарплаты в «Организации»? Если причина в этом, тогда это просто здорово для него быть столь же свободным, как и я. Если же Коидзуми смущён какими-либо любовными посланиями, оставленными в его ящике для обуви в самом начале нового учебного семестра новенькими девочками-десятиклассницами, то моё сочувствие стало бы столь же ненужным, как линька Сямисена. В конце-концов, лицо у него столь же смазливое, как у Харухи, и, если они будут сидеть смирно, то безусловно привлекут внимание лиц противоположного пола.

— Кён, сейчас же включай DVD!

Размахивающая вывеской обладательница титула «Мисс Вселенная» вынуждала меня снова взяться за дело. Коидзуми тоже встал, чтобы помочь мне. Пока мы подсоединяли различные кабели к DVD-проигрывателю и ЖК-монитору, Коидзуми демонстрировал свою обычную улыбку, но впечатление, которое она производила на меня, всё ещё оставалось очень странным.

Почему ты бросаешь на меня такие мимолетные взгляды? И хотя я уже столько раз встречался глазами с Асахиной-сан или Нагато, понимание мужского взгляда в мои навыки не входит.

После длительной и напряженной работы, я, наконец, привёл кабели в порядок. У меня было чувство, что этого достаточно, и я отправился сообщить эту новость Харухи. Выслушивая меня, она счастливо кивала головой, будто рыбак, нашедший косяк рыбы.

— Так, мы начинаем!

Она вытащила DVD-диск из коробки и заставила проигрыватель его проглотить, а затем нажала кнопку «play» так, будто это был дверной звонок чьего-то дома.

На мониторе появилась мутная картинка, и знакомая мелодия полилась из динамиков, расплываясь по воздуху.

Асахина-сан вздрогнула.

— Ах~…

Она тяжело вздохнула и отвернулась от экрана с беспомощным видом. Выражение ее лица пробудило во мне мужество:

— Харухи, сделай звук тише! Если президент школьного совета услышит это — он прибежит назад!

— Мне пофиг. Такой человек не стоит ни капли моего внимания.

Тебя убьёт, если ты уделишь ему пару минут?

— Я даже и не думаю устраивать тут дебаты.

Прекрати это!

— Ты шумный, глупый Кён!

Харухи моментально прищурила глаза, так что ее рот приобрел форму перевернутого треугольника.

— Вы с Коидзуми просто ждите здесь. Мы с Микуру-тян разберемся с остальным.

Харухи вытянула руки, обхватила талию Асахины-сан, и, ослепительно улыбаясь, прижала её к себе.

— Кяяяя!!!

Асахина-сан подскочила, когда Харухи положила руки ей на талию.

Теперь Харухи и старшеклассница в костюме горничной, прижавшись лицами друг к другу, вместе уставились на нас, как будто пытаясь хвастаться чем-то.

— Слушайте внимательно. Если появится кто-нибудь интересный, то не забудьте записать их имена и классы, а также убедить их вступить к нам. Мы не киноклуб, и если кто-нибудь прибежит к нам, думая, что мы такой клуб — посылайте их прочь. Понятно?

Харухи упомянула это прежде, чем потащила Асахину-сан так, словно она была военнопленной на школьный двор рекламировать наш клуб.

— Ну и ну.

Я расслабил плечи, снял знак бригады СОС, спрятал его за стулом и повернулся посмотреть картинки на мониторе, яркость которого была выставлена на максимум.

Нет нужды говорить, что это был снятый несколько месяцев назад фильм, который способен вызвать у зрителей ощущение пустого прожигания электричества и оборудования.

«Месть Нагато Юки: Эпизод 00. Трейлер».

* * *

Перед новым учебным семестром есть перерыв, который нельзя назвать ни коротким, ни длинным. Согласно обычной практике Харухи, она, естественно, не могла спокойно дождаться начала нового учебного года.

Боюсь, что она планировала это со времён инцидента с Руссо, собакой Саканаки-сан. На весенние каникулы, по сравнению с летними и зимними, задают намного меньше домашних заданий, и жизнь может быть намного спокойнее. Но мы, как члены бригады СОС, были заняты практически ежедневно, при этом суетясь как торпеды в поисках цели, назначенной Харухи.

Если вспомнить, то мы, кажется, побывали во множестве мест.

Антикварный магазин, блошиный рынок; были дома у Саканаки-сан, чтобы навестить Руссо и убедиться, что он поправился; также мы были приглашены в дом Цуруи-сан на Ханами, и сидели в её огромном саду. Да уж, последнее было по-настоящему интересным. По щелчку пальцев или хлопку в ладоши, прислуга выходила из дома с подносами, на которых было столько еды, что можно было бы накормить африканскую деревню средних размеров. И это действительно немного пугало меня. Если Харухи пригласили — она, не смотря ни на что, совершенно точно будет присутствовать. Но даже если её вовсе не приглашали, она не станет колебаться, чтобы присоединиться. В любом случае, Харухи, званая и еще чаще незваная, но переполненная силой ранней весны, продолжала прибавлять нам дел. И как это она не устает?

Харухи была особенно заинтересована в съемках сиквела фильма «Приключения Асахины Микуру: Эпизод 00», который мы сняли для культурного фестиваля Северной старшей школы в прошлом году. Его подзаголовок, а точнее, настоящий заголовок, был ужасающим, но не меньше пугал тот факт, что Харухи уже готовилась к новому фестивалю культуры, еще не успев перейти на второй год обучения.

Она, в очередной раз взяв громкоговоритель и написав «Ультра Режиссер» на повязке, вручила мне видеокамеру, которая бездействовала в углу клубной комнаты, и направилась собственноручно переодевать Асахину-сан, вынудив нас с Коидзуми помчаться за дверь.

Невзирая на то, что в названии было имя Нагато, главным героем истории оставалась Асахина Микуру. Здесь следовало бы дать маленькое пояснение. Так как настоящая сущность Асахины Микуру — это боевая официантка из будущего, Асахине-сан пришлось снова носить тот откровенный костюм. Это идея ультрарежиссера Судзумии Харухи. Нагато продолжила носить свою школьную форму с шляпой ведьмы, чёрную мантию и волшебную палочку со звездой на конце. Коидзуми было поручено всё так же носить светоотражающий экран.

Ещё удобнее то, что сейчас весна и сакуры цветут повсюду, позволяя нам с лёгкостью состыковаться с предыдущей частью истории. Я не могу не испытывать сочувствие к деревьям, растущим вдоль берега той речки, которые цвели уже дважды за год.

Но почему же это «трейлер»? Харухи собрала нас в клубной комнате и заявила:

— Вы когда-нибудь обманывались, увидев трейлер?

Я спросил её, что она имеет в виду под «обманывались»?

— Ну-у-у… трейлер к фильму. Они же крутят рекламу по телевизору, прежде чем запустить фильм в кинопрокат? После её просмотра ты приходишь в состояние, вроде «Вау! Офигенное кино!», не так ли? А потом, преисполненный грандиозными ожиданиями, ты приходишь в кинотеатр, чтобы увидеть, что кино — полный отстой. Например…

Несмотря на то, что мне не нужны были примеры, Харухи всё-таки упомянула название английского фильма, которое я прежде уже слышал.

— Так вот, когда я смотрела трейлер к нему, то думала, что это смешное и интересное кино. Но на самом деле, я усмехнулась лишь пару раз и то над кадрами из рекламы. Самые интересные моменты фильма известны ещё до того, как он выходит на экран, и это как раз те сцены, которые привлекают зрителей сходить на него. Все согласны?

Даже после того, как ты мне всё это сказала, я до сих пор не знаю что ответить. Думаю, было бы лучше, если ты с подобными жалобами позвонишь в компанию, продюсировавшую фильм. Не сомневаюсь, что там есть отдел, занятый исключительно рекламой, и у них определенно должны быть хорошие люди.

— Не важно, каков формат рекламы. На мой взгляд, недостойно выкладывать все интересные моменты до демонстрации фильма целиком. Именно поэтому, Кён!

Харухи смотрела на меня глазами, сияющими так, будто они были наполнены всеми звёздами Млечного пути.

— Мы должны сделать трейлер, прежде чем снимать полноценное продолжение! Если он у нас будет, то нам не составит труда сделать фильм захватывающим, ведь у нас на руках уже будут отснятые кульминационные сцены. Необходимо лишь обеспечить достаточно фан-сервиса.

Вот поэтому, ещё до начала работы над фильмом, был снят трейлер. Харухи, на самом деле, ещё и не думала, что конкретно включать в продолжение фильма, но, несмотря на это, она уже спланировала сделать фильм таким, чтобы он привлёк новеньких в клуб. Проблема одна — основной сценарий ещё не был готов. Тогда как? Да, давайте сначала снимем трейлер!

Её мозговые процессы всегда столь прямолинейны. Кажется, что она всё ещё не рассталась с надеждой записать «Приключения Асахины Микуру: Эпизод 00» на DVD и продать их с огромной выручкой. Мы могли бы вырезать часть оригинала для этой цели, но она беспокоилась, что тогда люди бы не получили всего удовольствия. Или же те, кто хотел увидеть больше, должны будут присоединиться к бригаде СОС? Просмотр такого материала вызывал бы у людей только головную боль, хотя будь это рекламный ролик Асахины-сан, то, по всей вероятности, это был бы 120 %-ый успех…

Прежде, чем сесть на своё место, я взглянул на монитор, на котором продолжало крутиться видео. Как бы то ни было, лучше всего было назвать это произведение — пародией, поскольку она возвращала нас к тем же самым местам в том же времени.

Например, Нагато, говорящая «Я — твоя мать», Коиздуми, который в это время несёт лампу, выглядящую подозрительно похожей на ночник, или же то, что Нагато становится нормальным человеком, когда на ней есть очки, но когда их нет, она превращается в ту, которая может летать как птица или прогуливаться в дикой глуши, волоча за собой черный гроб. Харухи даже заставила персонажей Сямисена и Асахины-сан поменяться местами, вынуждая её персонажа мяукать как кошка, в то время как она же дублировала голос Сямисена, результатом чего стали не синхронизированные движениями губ и даже эпизоды, когда Сямисен не открывал свой рот вообще. Всё это на первый взгляд выглядит обнадёживающе, хотя в действительности эти фрагменты невозможно было нормально совместить, и в результате получился ряд эпизодов, которые производят такое впечатление, что все снятые сцены беспорядочно разбросали, как домино. Постоянно меняющаяся картинка и персонажи, плохо согласованный сюжет — всё это побочные результаты убогой режиссуры и монтажа. Последней каплей, тем не менее, было расплывчатое изображение, которое, казалось, сделано таким преднамеренно, а так же нелепая музыка, которая с успехом стала неотличимой от шума.

Одетую в кимоно и громко смеющуюся Цурую-сан, которая, в общем-то, и не должна была появляться в кадре, можно увидеть стоящей в саду, оформленном в японском стиле, а так же нельзя не упомянуть и про мою сестру, игравшую с Сямисеном на заднем плане. Вообще-то, всё это выглядело неотличимо от самодельного семейного видео. Фактически, все эти сцены были сняты трясущимися руками Харухи во время празднования ханами в поместье Цуруи-сан. Этот фильм состоит из бредовых сцен, образующих собой нечто напоминающее видеокнигу, которая не попала бы даже в номинацию за самое паршивое кино. Я сомневаюсь, что даже использование черновых набросков сценария могло бы помочь, но это, во всяком случае, было бы лучше. Хотя летающая и прыгающая повсюду в костюме официантки Асахина-сан должна быть очень успешной в продвижении сиквела одноименного фильма; всё-таки интересно, сколько человек среди посмотревших ЭТО на самом деле поняли, что это был трейлер, если бы в конце Харухи не прокричала: «Месть Нагато Юки раскроется во время культурного фестиваля этой осенью!»?

Можно я добавлю тут ещё кое что? Разве в прошлый раз Нагато не была выброшена в открытый космос ударом Коидзуми? И какой же способ ты использовала, чтобы вернуть её на землю?

— Об этом подумаем позже. Я так же подумаю и над новыми злодеями! — вот что анонсировала Ультрарежиссер Харухи.

Стоит сказать, что она даже не задумывалась об этом прежде, и данный анонс был не более, чем её импровизацией. Вот что я называю настоящим жульничеством. Если новенький ученик посмотрит на это и заинтересуется, я посоветую ему или ей ещё раз подумать над этим.

И кроме того, должны быть предупреждены все те люди, чьи глаза вспыхнут, увидев Харухи в ципао и Асахину-сан в костюме горничной.

Ко всему прочему, те новенькие, что ходят по школьному двору — только выпустились из средней школы. Это значит, что они завершили свой обязательный курс обучения и достаточно зрело мыслят. Когда они увидели нас с Коидзуми, вытягивающих шеи из-за палатки, то решили держать безопасную дистанцию.

Эй, вы все, ваши суждения столь же изобретательны, как и у крыс, бегущих с тонущего корабля. Удовольствие, получаемое теми, кто ведёт нормальную и здоровую жизнь ученика старшей школы, никогда не сможет быть понято людьми, которые у меня перед глазами. Но конкретно у меня было много опыта в этом деле, так что я очень даже готов давать советы. В этом возрасте, становясь на год старше ты будто превращаешься из личинки в бабочку. Даже если ты хотел повеселиться, никогда не стоит лезть в кусты, будучи предупреждённым о закопанных по соседству минах. Человеку важно уметь различать «что такое хорошо и что такое плохо».

Я приглушил источник шума, созданный Харухи, и повернул голову в сторону.

— …

Казалось, что Нагато пытается сберечь энергию и продолжает находиться в режиме ожидания. Рядом с её столом тоже никого не было. Кажется, что ученики, интересующиеся литературой и сочинительством, ещё не появились. Интересно, это была бы головная боль или радость для Харухи?

Единственным деянием, осуществлённым литературным клубом в прошлом году, было издание своего журнала, да и то по распоряжению президента школьного совета, который был марионеткой Коидзуми. Харухи, тут же принявшая этот вызов, заставила нас заниматься этим. Тогда, из-за грубой ошибки, все экземпляры журнала были распределены бесплатно, за исклучением одного, оставшегося на столе Нагато для прочтения. И, хотя каждому из нас, кто внёс свой вклад в создание журнала, включая меня, был выдан образец, никто не хотел с ним расставаться, не желая отдавать просто так полученную вещь. Танигути даже говорил о том, сколько крови он пролил, чтобы тогда написать свою статью.

Так что любой, кто не прочитал этот журнал прежде, но хотел бы сделать это, вынужден будет брать экземпляр со стола Нагато.

Только я посмотрел на Нагато, безустанно продолжавшую свои изыски с книгой в руках…

— …

Нагато медленно подняла голову. Её глаза, невзирая на их безжизненность, излучали невидимое сияние, когда она повернулась ко мне. Так как её действия были чрезмерно натуральными, я и не понял, что наши взгляды встретились, и мне потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. И в этот момент:

— Кот.

Только на осознание того, что этот голос, столь же громкий, как рябь от слабого ветра, в самом деле исходил с губ Нагато, у меня ушла почти секунда. Я ощущал на себе её пристальный взгляд.

— Что случилось с котом?

— Что случилось?

— Что ты имеешь в виду под «что случилось»?

Нагато ненадолго задумалась, но её голова совершенно не шевелилась.

— «Что случилось»?

Хоть вопрос, который я поставил, всё ещё оставался без ответа, я уже знал, что она хотела спросить.

— Ты имеешь в виду Сямисена?

Нагато слегка кивнула головой:

— Да.

— Он всё такой же активный и совсем не хочет разговаривать.

— Хорошо.

Сказав это, Нагато опустила голову и продолжила читать.

Значит она беспокоится о моём коте. Действительно, Сямисен же носитель этого… как его там называют? Как бы то ни было, эта какая-то там информационная форма жизни, которая, благодаря Нагато, сейчас находится внутри Сямисена и название которой я не вспомню, пока кто-нибудь мне не напомнит. Возвращаясь к теме, могу сказать, что ничего существенного с котом не произошло, за исключением того, что от переедания и недостатка физических упражнений он разжирел. С тех пор, как Харухи подобрала его и швырнула в меня, он мог наслаждаться повседневной жизнью кота без особых изменений.

Внезапно мне вспомнилось сезонное приветствие: «Весна — это время, когда небо ясное, а кошки жирные». Это на самом деле так? Я тоже надеялся, что смогу на весенних каникулах побездельничать, как Сямисен… но, к сожалению, это было невозможно.

— Несомненно, это были напряженные каникулы.

Коидзуми произнёс это ещё более подавленным тоном.

Так как его глаза были устремлены в небо, я думал, что он просто говорил сам с собой, и поэтому хотел проигнорировать его.

— Ты так не думаешь?

Не увидев моей реакции, он решил повернуться и спросить прямо. Не знаю, всё ли в порядке с моими глазами, но я уверен, что его глаза выглядят уставшими.

Он начал теребить свою чёлку.

— С твоими глазами всё нормально, они в полном порядке. Ты прав, сейчас я действительно чувствую себя очень устало.

Безумствуя целыми днями вместе с Харухи, нормальные люди обязаны уставать.

— Я не имею в виду обычную усталость, которую мы знаем. Ты всё ещё помнишь мою настоящую сущность и цель? Помнишь, зачем я был направлен сюда?

Ну, в начале это должно было быть наблюдение за Харухи, а сейчас видимо всё сменилось на лизание её ботинок?

— Прошу прощения, но я уверен, что ты помнишь — я экстрасенс. Так же ты знаешь где и когда я могу использовать свою силу, и благодаря переменам чьего настроения всё это происходит. Я уверен, что ты помнишь всё это, так?

Ты уже повторял это много раз, конечно, я помню. Ты раскрыл мне свою истинную сущность после Нагато и Асахины-сан. Можно сказать, что ты последний, кто сделал это в бригаде СОС.

— Это хорошо. Значит я могу перейти прямо к сути дела.

Коидзуми взглянул с облегчением, тяжело вздохнул и тихо продолжил:

— Я не высыпаюсь последние дни. Мне приходится просыпаться посреди ночи или рано утром, когда мне этого не хочется. Главная причина в том, что в последнее время моему телу не очень хорошо.

— Если тебе не спится ночью дома, тогда просто спи на уроках в классе. Говорят, что пять минут сна на уроке эквивалентно часу нормального сна.

— Меня не мучает бессонница, и вообще, проблема совсем не во мне. Мы уже достаточно хорошо друг друга знаем, так что если захотим потолочь воду в ступе, то давай оставим это для других поводов.

В прищуренных глазах Коидзуми появилась редко видимая серьёзность. Не ты ли всегда любил разводить демагогию? Если ты считаешь это неприемлемым относительно себя, то не стоило бы тебе быть более внимательным к окружающим тебя людям и избавиться от этой дурной привычки во благо всех? Хоть мы и считаемся взрослыми, но, по сравнению с Нагато и Асахиной-сан, наше доверие не кажется таким уж безграничным.

— Ты имеешь в виду «Закрытые пространства» и «Аватаров».

Это места, где действует сила Коидзуми.

— Правильно. В последние дни частота их появления снова возросла. Это началось сразу после окончания весенних каникул и продолжается до сих пор. Если быть ещё более точным, то это началось на следующий же день после окончания каникул. Из-за этого моё рабочее время больше не зависит от времени суток и так продолжается без перерыва. Сейчас мы в режиме постоянной готовности.

Коидзуми горько усмехнулся.

— Сначала я думал, что уже привык к этому, ведь в конце концов уничтожение аватаров — это часть моей работы, или даже можно сказать — службы. Но, подобные происшествия за прошедший год происходили всё реже и реже. После того, как Судзумия-сан основала бригаду СОС, её эмоциональное состояние серьёзно стабилизировалось. Это стало ещё более заметным после того, как вы с Судзумией-сан вернулись из того «нового» мира.

Я уже, кажется, слышал об этом накануне Рождества в прошлом году. Это было как раз перед сочельником, когда Танигути рассказывал мне о появившейся у него подруге.

Но сразу после этого кое-кто сделал кое-что абсурдное…

— Эй, погоди-ка.

Я заметил некоторую несогласованность в этой теории.

— Коидзуми, разве ты не видишь, как Харухи вела себя сейчас? Она буквально танцевала от счастья. Я вообще удивляюсь, как она ещё на земле умудряется стоять. Кто знает, может у неё отросли крылья или типа того. И эти «Аватары» с «Закрытыми пространствми»… разве они не должны появляться только тогда, когда Харухи сталкивается с серьёзными неприятностями? Она сейчас настолько занята, что у неё нет времени задуматься о каких-либо проблемах, или «заскучать». Это совершенно не имеет никакого смысла.

— Действительно, Харухи, которую я видел, была полна драйва. Не похоже, чтобы ей было скучно. Но, у меня есть одна просьба. Я надеюсь, ты можешь вспомнить события, произошедшие в последний день весенних каникул?

Я и сам думаю об этом всё это время.

— С тобой не происходило ничего подозрительного? Этого не должно быть, но если это действительно так, тогда должно быть что-то, о чём ты ещё не задумывался. И это «что-то» и есть самое важное.

Коидзуми пожал плечами и продолжил таким тоном, словно он давал идиоту ключ к ответу на простой вопрос.

— Последний день каникул. Это переломный момент в эмоциональной стабильности, которую Судзумия-сан не осознаёт. Так что же именно произошло?

Очередное бессознательное изменение? Невнимательность Харухи к переменам и псевдопсихиатрические аналогии Коидзуми по этому поводу — вот причины большинства моих головных болей.

— Разве мы не ходили на барахолку в тот день? Харухи как-то упомянула, что ей хотелось продать что-нибудь блошином рынке. Но на самом деле, мы сознательно сели на поезд и шли туда несколько километров, только чтобы посмотреть на него…

— Я имею в виду инцидент, произошедший прямо перед посадкой на поезд.

Не мог бы ты выражаться яснее?!

Я закрыл глаза и медленно погрузился в океан воспоминаний…

* * *

В последние дни весенних каникул, Харухи внезапно захотелось пойти на барахолку. Ах да, это было как раз тогда, когда мы планировали снять трейлер продолжения нашего первого фильма.

Она заставила Асахину-сан надеть костюм официантки, а Нагато — шляпу волшебницы и плащ. Затем, будто проводя пресс-конференцию, заставила обеих встать рядом, в то время как сама держала желтый громкоговоритель. Когда мы с Коидзуми вернулись в клубную комнату после того, как были выгнаны на время переодевания, она сказала нам:

— Вам всем не кажется, что в этой комнате у нас скопилось слишком много вещей? Прямо сейчас я безуспешно пыталась найти повязку «Ультра Режиссера». Думаю, она должна лежать где-то тут. Пожалуй, сейчас самое время навести здесь порядок.

А не твоя ли это была идея тащить сюда всякий хлам, будто ты сорока? У Нагато, в основном, были только книги, у Асахины сан — чайные принадлежности, а у Коидзуми — много разных настольных игр. Весь остальной разнокалиберный хлам, занимающий место, был принесён тобой.

Харухи сидела на стуле, предназначенном для лидера бригады.

— Обычно, я, видя, что кто-то раздаёт листовки какого-нибудь грядущего мероприятия, обязательно возьму одну. Я почти забыла, что недавно взяла такую.

Сказав это, она вытащила листовку из одного из ящиков стола.

— Это — реклама открывающейся барахолки. Хоть она и несколько далековато, но если мы воспользуемся скоростным поездом, то можем быть там уже через 15 минут. Если это возможно, я бы и вправду хотела посетить её, но мы сейчас очень заняты. Кроме того, обсуждение этого предложения также займёт время.

За то, что мы все так заняты, нужно поблагодарить тебя.

Я взял флаер, который Харухи использовала в качестве веера, и вернулся на своё место. «Барахолка»… ха! Полагаю это значит, что мы возьмём с собой какие-нибудь из наших вещей и постараемся их продать или что-то вроде того…

Я взглянул на флаер, давший Харухи вдохновение на новое дело.

— Чай готов.

Передо мной внезапно появилась моя персональная чашка чая.

Асахина-сан, как обычно, была нежной и заботливой. Даже несмотря на то, что она одета в костюм официантки из фильма, она никогда не забудет налить нам чаю или скромно улыбнуться. Такое поведение заставляет меня чуть ли не плакать. Костюм, который она сейчас носит, намного отличается от её предыдущего костюма горничной. Какая приятная перемена… Да и подобная работа всегда подходила ей лучше. Всё-таки, обычно официантки не сражаются с пришельцами.

— М-м-м, этот наряд и правда очень мил, пока она в нём не выходит на улицу…

Асахина-сан выглядела очень озабоченной длиной своей юбки, и постоянно держала свои ноги плотно сжатыми. По-видимому, удовлетворившись осознанием того, что всё в порядке, она с радостью обхватила поднос и пошла назад к заварочному чайнику. Постепенно она наполнила чашки всех членов бригады. Хотя мир слишком велик, чтобы все в нём смогли увидеть Асахину-сан в костюме официантки, но этот образ, от которого у всех её поклонников потекли бы слюни, должен принадлежать только мне и членам бригады СОС. Это же относится и к Нагато, читающей книгу в костюме волшебницы. Надо бы мне сделать их фотографии, на память.

Я думал обо всем этом с опущенной головой, попивая чай и увлажняя моё пересохшее горло.

— Эй! Кён!

Допив свой чай за пять секунд, Харухи вдруг громко крикнула на меня и ударила чашкой по столу. Ну что за нетерпеливый человек.

— Сейчас это невозможно, но в следующий раз мы принесём с собой что-нибудь, чтобы поучаствовать. Скорее поройся в вещах у себя дома и найди такие, которые можно продать подороже! Они у тебя точно есть. Например, коллекция чего-нибудь, что тебе никогда не пригодится, но выкидывать жалко, и, следовательно, она стоит и собирает пыль; или какие-нибудь подарки, которые ты даже не распечатал после получения…

Как на счёт тех, никогда не виденных мной, моделек роботов, которые прилагались к журналам, которые мне покупали в детстве? Хотя у меня их много, но из-за того, что собирать их из кусочков сплошная морока, они уже давно просто лежат без дела.

— Они подойдут.

Харухи яростно выхватила флаер из моих рук, и положила его назад в ящик.

— Модели роботов? У меня такое чувство, будто сами роботы думали, что они будут уничтожены в твоих руках. Ты мог бы продать роботов людям, которые бы ценили их выше.

Вместо роботов, которые заинтересуют разве что детей, почему бы тебе не продать ноутбуки, которые ты отхватила у общества компьютерных исследований? За них точно дадут много денег.

— Это ценное имущество! И если уж говорить о них, то, полагаю, уже пришло время обновить их.

Затем Харухи переключила своё внимание на Асахину-сан, которая, обхватив двумя руками чашку, дула на чай.

— У Микуру-тян тоже должна быть куча всяких вещей, так? Раз уж ты так часто покупаешь вещи, то у тебя должна быть старая одежда или неиспользуемые столовые приборы.

— А-а-а?.. Ч-ч-что-о…

Асахина-сан выпучила свои красивые глаза.

— Т-ты права. Если я вижу что-то симпатичное, то покупаю это. Но после того, как я надену это, оно может не подойти или выглядеть очень странно… П-погоди, как ты узнала?

— Достаточно посмотреть как ты обычно ведёшь себя. Когда идёшь с тобой мимо магазинов, твои глаза всегда загораются, испуская электрические волны, будто у ребёнка, желающего купить игрушку. «Я куплю это в следующий раз!» буквально растекается по твоему лицу. Я вообще удивляюсь, как у тебя до сих пор остаются карманные деньги.

Услышав всё это, Асахина-сан дрожала некоторое время, но Харухи к этому моменту уже переключила своё внимание на следующего человека.

— У Юки точно есть много книг. Их должно быть достаточно, чтобы открыть палатку со «старыми книгами». Книжные полки в нашей комнате уже заполнены до краёв, не говоря уже о том, что на полу. Смотрите, он выглядит так, будто скоро провалится.

— ………

Нагато ме-е-едленно повернулась к Харухи, затем окинула взглядом книжные полки, и, наконец, прежде чем вернуться к чтению, мельком взглянула на меня.

Я думаю, что Нагато никогда не откажется от своих книг. Кроме того, её дом не просто заполнен книгами, а скорее состоит из одних лишь книг. И только я подумал о том, чтобы поправить Харухи…

— Кён, в таком случае ты должен пойти к Юки домой вместе с тележкой и помочь ей перевезти книги. Так же ты можешь помочь упаковать их в коробку.

Нагато снова повернулась и пристально взглянула на меня. Читая сообщение в ее глазах, у меня внезапно появилось странное и очень знакомое чувство. Когда же это было?.. А-а, это было в то же время, когда чудак Накагава позвонил мне со своим нелепым признанием. На прошедших зимних каникулах, когда мы прибирались в клубной комнате, Нагато ничего не говорила о горах книг на полках. Кроме того, я думаю, она не хочет расставаться ни с одной из них, находящихся либо тут, либо у неё дома.

— Ты прав… — сказал Коидзуми, держа чашку одной рукой — Хоть я и принёс сюда много настольных игр, но я так и не смог найти себе оппонентов. Возможно, стоит использовать этот шанс, чтобы сократить размер моей коллекции.

Ты не мог бы не смотреть на меня с такой кислой миной?

Харухи поспешно запрыгнула на своё командирское место.

— Итак, внимание все. Не забудьте освободить последний день каникул. Мы пойдём на барахолку, и, если увидим что-либо интересное, используем денежные средства, чтобы купить это.

Нет необходимости обращать внимание на то, что «денежные средства», о которых она говорит, принадлежат не бригаде СОС, а литературному клубу.

Прямо так и представляю, как школа говорит: «Вы можете оттянуться по полной», и закрывает свои двери за нами. Но под предводительством Харухи члены бригады СОС лишены права даже на отдых до полудня, и вместо этого их таскают за нос по разным местам. Даже в последний день каникул нам придётся встречаться на площади перед железнодорожной станцией…

* * *

— Ты наконец-то вспомнил этот момент. Я все еще волнуюсь, не был ли этот инцидент уже стёрт из твоей памяти.

Я уверен, что если даже я всё это забуду, то всё равно не получу от этого никакой пользы.

— Трудно оценивать, будут ли от этого какие-либо преимущества или неудобства. Но, если это возможно, я бы очень хотел забыть обо всём этом.

Зачем говорить такие странные вещи. Коидзуми же не владеет техникой контроля разума. Да и если бы владел, то почему бы ему в первую очередь не попрактиковаться на мозгах Харухи.

— Всё именно так, как ты сказал.

Не будь так серьёзен. Тратить своё ценнейшее время на волнение о проблемах Харухи, это всё равно, что прожигать свою жизнь впустую.

— Ты не можешь так говорить. Проблемы Судзумии-сан — это и мои проблемы.

Коидзуми с небольшим беспокойством вытащил руки из карманов, приподняв их вверх так, будто сдаётся, а я продолжил вспоминать…

* * *

В день посещения барахолки я послушно проснулся, услышав пронзительный визг своего будильника. Тягостное нежелание вставать наиболее верно говорит о моем состоянии. Оглядывая ещё тёплую постель, мне даже не верилось, что я поднялся сам. Видя, как довольный Сямисен засыпает, у меня появилось внезапное желание спихнуть его с кровати, но это было бы несколько жестоко. Поэтому я пошел дальше, как солдат, отправляющийся в последний путь, и спустился по лестнице вниз.

Бросив взгляд на кухню, я увидел свою младшую сестренку, которая, ухватив зубами свежий тост, побежала ко мне.

— А, доброе утро, Кён-кун! А где Сями? — спросила она, отправляя большой кусок себе в рот.

Я открыл холодильник, взял бутылку солодового чая и наполнил им свою чашку.

— …Ещё спит.

— Кён-кун, тебе поджарить хлеба? А! И ещё яичница есть.

— Да, давай.

Сказав это, я поплёлся в ванну. Когда я вернулся, младшая сестра уже положила хлебцы в тостер, а сейчас ставила тарелку с яичницой и ветчиной в микроволновку. Вообще-то, она помогала мне не по доброте душевной, а потому, что ей было интересно управлять всеми этими устройствами, и сейчас она всего лишь хотела сделать это ещё раз.

И ещё кое-что. Моя одиннадцатилетняя сестра, которая пойдёт завтра в шестой класс, планирует пойти на весь день играть к Миёкичи и вернуться затемно. Она уже прелестно нарядилась и ждала свою подругу-одноклассницу, выглядящую заметно старше своего возраста.

Три дня назад, случайно встретив Миёкичи на улице, я был шокирован. Прошло совсем немного времени с того момента, как я последний раз видел её, а она уже выглядела ещё более изящно и взросло. Когда Миёкичи и моя сестра идут рядом, то выглядит это так, будто одна — самая старшая, а другая — самая младшая из сестёр в многодетной семье. Чем же она питается, чтобы так выглядеть?

Говоря серьёзно, если бы Миёкичи была моей младшей сестрой, то она совершенно точно не входила бы в мою комнату без разрешения, а так же не брала бы мои вещи без спросу. И будила бы она меня повежливее, и не гонялась бы по всему дому, круша всё вокруг, за Сямисеном, который уже боится её поглаживаний. Чем больше я об этом думаю, тем больше хочется спросить, почему я не родился братом Миёкичи…

* * *

— Не стоит хвастаться своей подружкой. — сухо произнёс Коидзуми и поднял упавший лепесток сакуры.

— Человек, младшей сестрой которого была бы Ёсимура Миёко-сан, без сомнения был бы счастливчиком. Но, если посмотреть на это под другим углом, должны быть и люди, которые думают, что у твоей сестры тоже большой потенциал. Но не мог бы ты описать более подробно происшествие, касающееся другого человека? Расскажи о том, как ты вышел из дома и направился к месту встречи.

А тебе не кажется, что ты сейчас говоришь несколько безразлично? Ты так равнодушен потому, что ты никогда не видел Миёкичи.

Ну ладно, спорить с тобой об этом в любом случае бесполезно.

Если тебе действительно так сильно хочется услышать мои мемуары о первых весенних каникулах в старшей школе, то я начну с них. Но Коидзуми, ты же тоже был там, разве ты не должен быть в курсе всего, что произошло?

— Меня не интересуют мои собственные воспоминания. — Коидзуми играл пальцами с лепестком сакуры и продолжал говорить. — Меня волнует другой человек. Должен сказать, что я немного обеспокоен тем, каким видишь меня ты, но сейчас это не имеет особого значения.

Щелчком пальцев он выбросил лепесток.

— Пожалуйста, продолжай.

* * *

Я как обычно ехал к станции на велосипеде.

Одним из правил бригады СОС было то, что последний пришедший на место встречи угощает всех в кафе. Это правило в силе до сих пор, и до сих пор меня никто не угощал. Хотя время от времени у меня появляется желание крутить педали быстрее, в надежде, что меня впервые будет угощать Харухи. Однако, как на зло, Харухи всегда удаётся чуть-чуть опередить меня. Она что, прячется где-то, наблюдая за моими действиями?

Я размышлял об этом, пока искал свободное парковочное место для велосипеда рядом с железнодорожной станцией. Внезапно, за моей спиной раздался звонкий голос.

— Ёу, Кён!

— Э-э-э…?!

Это было полной неожиданностью. Голос буквально прозвенел за моей спиной, так что мои ноги, которые толкали велосипед и держали меня, пока я искал парковочное место, внезапно подпрыгнули. Я чуть не перепугался на весь день.

Я инстинктивно повернулся и, увидев лицо окликнувшего меня человека, тут же воскликнул в ответ:

— Сасаки! Это ты?

— Эй! Что с тобой? Это так приветствуют друга, с которым давно не виделись?

Сасаки стояла передо мной, и спокойно улыбалась, что абсолютно не соответствовало обстоятельствам нашей встречи.

— Кён, я вчера говорила по телефону с Судо. Кажется, он хотел устроить встречу выпускников нашего класса из средней школы. Хоть он и не упомянул этого, но, по моим ощущениям и информации из разных источников, он всё ещё не может забыть её. По моим наблюдениям, девушку, которая нравится Судо, зовут Окамото и она поступила в женскую школу. Ты ещё помнишь её? Это девушка с вьющимися волосами, довольно симпатичная и состоявшая в спортивном кружке. Он спрашивал, удобно ли будет провести встречу на грядущих летних каникулах, и я согласилась. Фактически, меня всё устраивает, а как на счёт тебя?

Если ничего не изменится, то я обязательно присоединюсь. Там есть несколько человек, с которыми я хорошо ладил в прошлом, но не виделся с момента выпуска из средней школы. Что касается Окамото, то я сейчас не могу вспомнить кто она такая, но с удовольствием бы уступил место рядом с ней для Судо.

Сасаки улыбнулась так, что это невозможно описать словами. Уголки её губ едва заметно приподнялись вверх.

— Я знала, что ты так скажешь. Но, Кён, ты упомянул «хороших друзей», с которыми ты не встречался с момента выпуска… я полагаю, что я тоже их числе, да? Вообще-то, я не видела тебя с тех пор, как мы вместе получали дипломы об окончании средней школы. Должно быть, уже прошел год с тех пор.

Убрав одну руку с руля, она завертела ладонью, словно изображая поток времени.

— Ты поступил в Северную старшую, да? Ну, и как продвигается твоя жизнь в старшей школе?

Я не могу решить классная она или нет, но, по крайней мере в данный момент, я доволен ей. А вообще, она может быть очень увлекательной. Если я начну пересказывать все удивительные события, произошедшие со мной за этот год, то этот рассказ будет длиннее, чем рулон ткани.

— Разве это плохо? Мне вот, в отличии от тебя, даже не о чем рассказать. Не скажу, что тут скучно, просто в школе не произошло ничего такого, что бы перевернуло естественное течение жизни на Земле.

Это хорошо. Если то же самое, что и у меня, происходит во всех старших школах, то вопрос «интересно ли это или нет» больше не стоял бы. Боюсь, что тогда мир утонет в хаосе.

Я пристально посмотрел на свою бывшую одноклассницу, пытаясь найти какие-либо перемены со времён средней школы.

— Ты же поступила в загородную частную школу, да? Я слышал, что у вас там высокие шансы на поступление в университет…

Сасаки снова переменила свою улыбку.

— Кажется, ты ещё не совсем меня забыл. Какое облегчение. На самом деле всё это из-за того, что занятия выматывают до смерти. Видишь, мне даже сегодня приходится заниматься.

Сасаки указала в направлении станции.

— Скоро я сяду на поезд и поеду на дополнительные занятия. Иногда мне кажется, что я учусь лишь для того, чтобы учиться. У меня даже нет весенних каникул. И с завтрашнего дня мне всё так же придётся садиться на поезд и ехать на учёбу ещё дальше. Больше ничего так не надоедает, как привыкание к переполненным поездам по понедельникам.

Пожалуй, это сравнимо с этим ненавистным холмом, на который мне приходится взбираться каждый день по дороге в школу.

— Разве это плохо? Это полезно для твоего здоровья. Надо было выбирать городскую школу. Я и вправду завидую Судо.

Не знаю, что в этом было весёлого, но внезапно Сасаки искренне засмеялась.

— Ах да, Кён, а зачем ты пришел сюда? Если нам по пути, то мы можем продолжить разговор по дороге. Я не возражаю против твоей компании.

Я взглянул на часы. Блин, осталось лишь три минуты до назначенного времени.

— Извини, Сасаки, но я уже договорился встретиться здесь кое с кем. Этот человек очень трепетно относится ко времени, и бог его знает, к каким жутким последствиям может привести моё опоздание.

— Кое с кем? Из старшей школы? А-а, ясно. Тогда мне надо побыстрее запарковать велосипед. А! Не волнуйся, я буду ставить его здесь каждый день. У меня сезонный абонемент на парковку. А что касается места…

Сасаки нашла свободное место на стоянке, поставила туда велосипед и повернулась ко мне.

— А вот и оно. Кён, я хотела бы пройтись с тобой до места встречи с тем человеком. Твои друзья — это и мои друзья. Мне хочется узнать, что они из себя представляют.

Да что толку на них смотреть. Но если уж Сасаки хочет взглянуть на них, то почему бы и нет? Хотя я чувствовал, что знакомство с ними не принесёт для Сасаки никакой пользы. Не знаю уж почему, но я испытывал гордость от того, что смогу представить кому-то симпатичную и вежливую Асахину-сан.

К тому моменту, как я нашел свободное место для велосипеда и сбегал заплатить за него, Сасаки, с сумкой на плече, уже присоединилась ко мне. По пути к месту встречи мы обсуждали эпизоды из нашей жизни в средней школе. Когда мы были уже почти на месте…

— Кён, ты так ни капли и не изменился. — Тихо сказала Сасаки.

— Правда?

— Да, теперь мне полегчало.

С чего бы это? Ну, если так посмотреть, то ты ведь тоже не изменилась, не так ли?

— Будь это на самом деле было так, то это означало бы, что никто из нас совсем не повзрослел. Если величины моего роста и веса увеличились, значит и мясо на моих костях должно было нарасти.

Тогда я, должно быть, немного подрос.

— Прости, я не это имела в виду. Внешность человека может изменяться, когда он или она того хочет. Например, достаточно отрастить волосы или обрезать их коротко, чтобы изменить визуальное представление о себе в глазах других. Но характер — это такой аспект, который изменить намного сложнее. Не важно, улучшится он или ухудшится, пока люди заинтересованы в материальных благах, думаю, сложно будет изменить эти шаблоны и точки зрения, если мы серьёзно не изменим понятие «материальных благ».

Слушая это, я почувствовал, что всё это мне уже знакомо. Ах да, я вспомнил. В средней школе Сасаки всегда любила рассуждать на странные темы.

— Кроме того… — По дороге Сасаки продолжала говорить. — …есть вероятность того, что мышление человека перевернётся на 180 градусов, как, например, изменения, озвученные Николаем Коперником. Перемены в мире — это перемены в идеологии. Это, вероятно, объясняет всё, потому что человечество не может понять существ с бо́льшим интеллектом, чем их собственный. Наши глаза не могут видеть инфракрасное излучение, но глаза змей фактически работают как термочувствительные очки, и излучение подобного спектра вполне естественно для их зрительного восприятия. Когда частота звука превосходит определенный уровень, наши уши уже не могут воспринимать его, хотя собаки и разные другие животные способны это услышать. Инфракрасное излучение и ультразвук, производимый свистком Гальтона, не могут быть увидены или услышаны человеком, но это не значит, что их нет. Просто мы не способны ощутить их существования.

Сасаки, возможно тебе в самом деле надо было поступать в Северную Старшую. У нас есть парень, который говорит так же как ты. Ты бы с ним точно поладила. К счастью, он тоже будет на месте встречи. Не хочешь использовать такой удобный случай, чтобы познакомиться с ним?

Когда я это говорил, фигуры всех членов бригады СОС, за исключением, конечно же, меня, появились передо мной.

* * *

— Ты на самом деле привёл с собой кое-кого «интересного». - прокомментировал Коидзуми слегка обиженным тоном.

— С определённой точки зрения, мы действительно могли бы хорошо поладить. Но в действительности, люди, похожие на меня, на самом деле не могут сравниваться со мной. Наши точки зрения слишком различаются. Я хорошо знаю свои рамки, так что личности, которыми я восхищаюсь с философской точки зрения, не такие уж «мелкие». Если надо привести пример, то ты — один из таких людей.

Если ты пытаешься таким образом добиться моего расположения, то, в отличии от Пифии, я не расскажу тебе где находится оракул.

— Понимаю. Нет такой страшной силы, которая была бы непреодолима, среди тех, что видны глазами и слышны ушами, но которым нельзя сопротивляться.

К тому же, хоть я, проведший с Сасаки весь свой последний год в средней школе, и знал, что она — фигура примечательная, но то, что об этом знал Коидзуми, было неожиданно.

— Тут нечему удивляться. Ты же знаешь, что когда-то «Организация» провела расследование относительно тебя. Следовательно, это очевидно, что всё, начиная с твоего рождения, уже было проанализировано, прежде, чем был сделан вывод, что ты — обычный человек.

Ну тогда большущее спасибо. Я и не думал, что твоя «Организация» способна даровать мне «Сертификат Соответствия».

— Если ты считаешь, что он тебе нужен, то я в любой момент могу дать его тебе. Шучу-шучу. Но когда я узнал, что ты был знаком с Сасаки с 9-го класса и вы даже были близкими друзьями, тогда мне сразу стало не до шуток.

Почему?

Коидзуми продолжил, будто наизусть зачитывал стих.

— Твой друг Сасаки-сан выглядит обыкновенным человеком, однако, с другой стороны она точно также может быть необычной. Она, ведя себя как частица, исполняет роль волны, словно свет.

* * *

Мне без разницы, было это неизбежно или нет. Я уже устал слышать слово «совпадение». И я хотел бы обойтись без таких вещей, как корпускулярно-волновой дуализм.

Возвращаясь к теме… Мы с Сасаки уже добрались до железнодорожной станции и сейчас находились на традиционной точке сбора членов бригады СОС.

Я уже привык к этому пейзажу и его персонажам. Объясню: три человека в обычной одежде, один — в школьной форме.

А затем — очень благородная речь, которую наш лидер была обязана произнести…

— Да как ты смеешь опаздывать! Я говорила об этом уже кучу раз, но на этот раз ты не просто пришел последним, а даже позже назначенного времени! Не будь таким ленивым лишь из-за того, что пришла весна! Кён, ты можешь дорожить Любой и Каждой Прожитой Секундой?! Твоё время принадлежит не только тебе, но и каждому из нас: тех, кто ждал тебя тут! Таким образом, мы должны удвоить твоё наказание за опоздание! Хоть потерянное время и не вернёшь, но ты должен хотя бы попытаться нас немного осчастливить.

После того, как Харухи выпалила всю эту речь на одном дыхании, она глубоко вздохнула и удивлённо взглянула на девушку, стоявшую рядом со мной.

— Кто это?

— А, эта девушка — …

И в тот момент, когда я уже был готов представить её…

— …очень близкий друг. — быстро добавила Сасаки.

— Что-о?

Увидев выпученные глаза Харухи, Сасаки слегка кивнула головой и объяснила.

— Друг со средней школы, а точнее с последнего, 9-го класса. Не знаю, по этой ли причине, но этот парень бессердечно разорвал все связи со мной за прошедший год. Хоть я и поступила так же, но, не смотря на встречу через целый год, мы всё так же можем общаться, не будучи излишне скованными. Следовательно, я думаю, что нас можно считать «близкими друзьями». Для меня Кён именно такой.

Не буду отрицать, что мы когда-то были очень близкими друзьями. В средней школе я часто болтался с Сасаки. Если задуматься, то после занятий я проводил с ней больше времени, чем с кем-либо из моих тогдашних одноклассников.

Но почему же мне так неловко? Надо сказать, что я не помню ничего, за что бы меня могла мучить совесть. Даже если подумать, я ничего такого не сделал. Но слушая, как Сасаки говорила, что мы были «очень близкими» друзьями, и, видя это странное выражение лица Харухи, я чувствовал себя так, будто не принёс с собой зонтик, зная, что через пять минут начнётся ливень… Почему так?

Вспоминая это сейчас, я смутно представляю, как в тот момент увеличилась частота морганий глаз Асахины-сан. Даже Коидзуми впал в глубокую задумчивость и потирал свой подбородок. Нагато не шевелясь стояла на том же месте в своей матроске, но в этом я не совсем уверен, так как к тому времени уже переключил всё своё внимание на Харухи.

В тот момент я заметил, как Сасаки сделала полшага в сторону, улыбнулась полумесяцем и протянула руку, по-видимому, предлагая Харухи рукопожатие.

— Я - Сасаки. А ты, должно быть, Судзумия-сан? Не раз о тебе слышала.

Харухи бросила на меня быстрый взгляд, и я почувствовал себя человеком, которого по ошибке обвинили в преступлении.

— Я ничего не говорил о твоих адских делишках! И вообще, Сасаки, как ты узнала о Харухи?

— Мы живём в одном районе, и, время от времени, мне приходилось слышать всякие сплетни. Да и ты не единственный, кто поступил в Северную старшую, Кён.

Ты имеешь в виду Куникиду?

— Так он тоже поступил в Северную старшую? Хм-м… он в порядке? Должно быть, ему там легко живётся. С его потенциалом он мог бы быть в намного более престижной школе, но всё-таки пошел в Северную старшую… какой же он странный.

Закончив обсуждать нашего бывшего одноклассника, Сасаки вновь повернулась к Харухи.

— Я слышала, что в школе Кён под твоей плотной опекой. Надеюсь, ты и дальше будешь хорошо заботиться о нём.

Сасаки, так и не убрав вытянутой руки, приветливо улыбнулась.

Заметив «американское приветствие» Сасаки, Харухи сделала лицо ребёнка, случайно съевшего чужую шоколадную конфету, но, в конце концов, пожала ей руку.

— Конечно.

Харухи держала руку Сасаки и пристально смотрела прямо ей в глаза.

— Кажется, мне нет смысла представляться.

— Верно.

Сасаки смотрела на Харухи с улыбкой до ушей и смеясь как японская древесная лягушка, а затем сказала:

— А кто все остальные?

Сасаки нехотя отпустила руку Харухи и оглядела присутствовавших.

— Наверно, право представить участников принадлежит лидеру? — Быстро ответила Харухи. — Милашка с той стороны, это — Микуру-тян. Ещё одна в школьной форме — Юки, а парня с этой стороны зовут Коидзуми.

Те, кого она называла, неспешно отзывались.

— Э… а… М-меня зовут Асахина Микуру.

Микуру выглядела очень по взрослому в своём весеннем наряде, который бы отлично продавался под маркой «Mikuru Series», если бы такая когда-нибудь появилась. Прижимая руки к сумочке, она торопливо развернулась и поклонилась.

— Меня зовут Коидзуми.

Наш первый помощник лидера бригады вежливо поклонился почти точно на 45 градусов, словно он брал специальные «уроки дворецкого» у Аракавы-сан.

— …

Одетая в школьную форму, будто она находилась в классе, Нагато осталась невозмутимой.

После того, как Сасаки услышала приветствия всех членов бригады, она должно быть подумала, что это будет проблематично, и, за исключением Харухи, не стала больше никому пожимать руки.

— Всем привет!

Затем она заинтересованно-оценивающе обвела взглядом всех присутствующих.

В свою очередь, трое членов бригады оценивали незваного гостя по-своему: Асахина-сан смотрела на Сасаки робко, Коидзуми, как всегда, с его фирменной улыбкой, а Нагато по-прежнему невозмутимо и не сводя своих, словно глубокие океаны, глаз.

Сасаки застыла ненадолго, словно пыталась запечатлеть имена и внешность троих участников бригады, после чего повернулась ко мне…

— Кён, похоже, скоро приедет поезд, так что мне уже пора. Не теряйся!

Сасаки помахала нам на прощанье и улыбнулась Харухи, а затем проследовала к турникетам.

Моя бывшая одноклассница двигалась быстро. Я ещё некоторое время провожал её глазами, прежде чем она скрылась, после чего повернулся обратно.

Хоть мы и не виделись много времени, мы не очень-то много поговорили. Возможно, прежде чем мы снова встретимся, пройдёт ещё год.

После недолгого молчания, Харухи заговорила.

— Она немного странная.

Ну, уж если ты это чувствуешь, то она точно не просто «немного» странная.

Сказав это, Харухи перевела взгляд с турникетов на нас.

— Эта… твоя подруга, она всегда была такой?

— Да. Ни капли не изменилась: ни морально, ни физически.

— Хмм?..

Харухи наклонила голову, будто пыталась вытряхнуть все посторонние мысли из головы, и затем, забыв выпрямить шею, прыжком развернулась.

— Забудь. Лучше пойдём в кафе сейчас. Кён, ты угощаешь. Я уверена, что ты взял с собой побольше денег, так? Если мы найдём что-нибудь интересное на барахолке, то должны постараться выкупить это!

Харухи ослепительно улыбнулась, словно лампа дневного света в магазине электроники и большими шагами направилась в сторону станции.

Ну и ну. Если б ты просто заставила таскать меня вещи — это было бы ещё ничего, но не могла бы ты покупать то, что тебе нравится на свои деньги? Почему на это надо тратить средства литературного клуба? Полагаю, мне надо внимательно следить за ней.

* * *

— Что касается того, что произошло дальше, — сказал я Коидзуми. — Ты уже должен всё это знать. Мы пошли в кафе, я угостил всех, потом мы отправились на барахолку, где Харухи накупила целую кучу барахла, а по дороге домой мы перекусили в ресторане с видом на море. Так же по пути домой я зашел к Миёко за сестрой.

Не говори мне, что забыл всё это потому, что таскал лишь шахматный набор, который купил у пожилой пары, а все тяготы по переноске тяжестей достались мне. Благодаря тебе мне пришлось таскать по всей округе целую гору барахла, вроде куска неполированного пустынного гранита. Единственное, что утешало меня, это вопли Асахины-сан, вроде «Кяя! Такая простая игрушка… но она великолепна…», которая вцепилась в калейдоскоп, выглядевший поделкой школьника, и Нагато, которая пристально рассматривала маски, якобы принадлежавшие злым волшебникам из древнего племени.

— Есть ли какие-нибудь расхождения с твоими воспоминаниями вплоть до этого момента?

— К счастью, нет, — сказал Коидзуми, прожигая в мониторе взглядом дыру. — Правда в том, как ты подчеркнул, что всё так и было. Но, если смотреть субъективно, наши представления серьёзно расходятся.

Произнеся это, он перевёл свой неприятный наблюдающий взгляд на меня.

— В том-то и проблема. Как я говорил, частота появлений «закрытых пространств» в последнее время возросла, а если говорить точнее — она сравнима с той, что была в начале прошлого учебного года. С прошлой весны и вплоть до этого года мне приходилось работать всё меньше и меньше, но в конце каникул всё резко вернулось на прежний уровень. Так в чём же причина?

Я начинаю терять терпение…

— Да что ж ты, в конце концов, хочешь сказать?

— Мне не очень хочется разъяснять конкретно, но бывает, что не высказанная кем-то мысль может никогда и не придти в голову другим. Случаи бессловесной передачи информации крайне редки. Я лучше проиллюстрирую это как причину и следствие. Исходя из данной ситуации мы имеем «последний день весенних каникул» как причину и «закрытые пространства» с «аватарами» как следствие. А вот и мой вопрос тебе: «Что именно это значит?»

— ………

Меня охватило безмолвие, подобное Нагато. Затылок бросало в холод.

Улыбка Коидзуми была похожа на древнюю маску эпохи Дзёмон. Если б мне никто не сказал, что это улыбка, то я бы и не догадался.

— Если Судзумия-сан начала плодить закрытые пространства с первого же дня нового учебного семестра, я могу сделать вывод, что корень проблем кроется в последнем дне весенних каникул. И если задуматься о том, что же произошло, то окажется, что наши обычные бригадные мероприятия серьёзной роли не сыграли. Мы всего лишь провели один весёлый день на барахолке. Единственным отличием от нормы можно считать появление незнакомца… Думаю, ты должен понимать, что именно это могло быть причиной.

Сасаки, да?

— Но почему? Сасаки всего лишь друг из средней школы, которого я чисто случайно встретил на месте сбора бригады. Почему такая мелочь стала источником стресса для Харухи?

Шокированный Коидзуми закрыл рот и бросил новый взгляд, скорее полный уважения, нежели наблюдения, состроив выражение как у Сямисена, когда моя сестра впервые счищала с его шкурки пустые панцири цикад. Это продолжалось около десяти секунд.

В тот момент, когда я собирался помахать рукой перед его глазами, чтобы проверить не завис ли он, этот безобидно выглядящий красавчик решительно кивнул головой.

— Ты хочешь, чтобы я сказал причину… — Коидзуми повернулся ко мне. — Без сомнения, это из-за твоей самозваной «очень близкой подруги» Сасаки, чьё обаяние может загипнотизировать четырёх парней из пяти!

Коидзуми произнёс это с решимостью министра, желающего убить своего короля.

* * *

Вернёмся на два года назад.

Во время весенних каникул после поступления в 9-ый класс моя мама, опасаясь, что я не смогу поступить в старшую школу, отправила меня в вечернюю школу на дополнительные занятия.

По случайному совпадению со мной в одном классе вечерней школы оказалась Сасаки, которая была единственным одноклассником из моей средней школы, и по ещё большему совпадению случилось так, что мы сидели рядом. Не помню уж, кто был инициатором, но после этого мы начали общаться. Я не совсем уверен, но вроде бы всё началось с фразы типа «Эй, тебя тоже сюда учиться заслали, да?»

Это переломный момент, после которого, уже в школе, между нами случайно произошел небольшой разговор.

Хоть я и не предал этому серьёзного значения, но я быстро заметил, что Сасаки разговаривает с парнями иначе, нежели с девчонками.

Полагаю, у неё есть на то причина. Возможно ли, что она использует «мужские» речевые обороты, рассчитывая на то, что её не будут воспринимать как девушку? Может быть, это равносильно предупреждению остальным, что бы не влюблялись или типа того? А может это я слишком щепетильный?

Нет, конечно же, со мной всё в порядке. Поэтому-то я никогда и не лез разбираться в причинах такого её поведения. Да и не уверен, что у меня настолько хорошо подвешен язык, чтобы я мог учить других.

Что касается моего имени, то Сасаки нашла его очень интересным.

— Значит «Кён»… какое необычное прозвище. Почему тебе его дали?

Я с тоской объяснил, что всему виной выходка моей младшей сестрёнки.

— О-о-о… так и каково же твоё настоящее имя?

После того, как я произнёс имя, Сасаки удивлённо покосилась на меня.

— Так вот откуда взялся «Кён». И как это пишется? А… не говори мне, попробую угадать.

Увлечённая Сасаки подумала некоторое время, а затем рассмеялась вслух.

— Вот так?

Взяв механический карандаш, она начала плавно двигать им по тетради. Видя появляющиеся на бумаге символы, я испытывал восхищение. Сасаки выводила моё имя…правильно!

— Ты мне можешь объяснить, откуда у тебя столь благородное и внушительное имя?

Я дословно пересказал ей то, что мне в детстве рассказал отец, когда я спросил его об этом.

— Круто…

Подобная реакция Сасаки побудила меня думать об этом в том же ключе.

— Но всё-таки, имя «Кён» мне больше нравится. Чем чаще я его слышу, тем приятнее оно звучит. Можно я буду называть тебя так? Или ты хочешь, чтобы я звала тебя как-то ещё? Мне кажется, тебе не очень-то нравится твоё прозвище…

Как ты узнала, что оно мне не нравится?

— Всё потому, что ты быстрее реагируешь, когда тебя зовут по имени, нежели по прозвищу. Я полагаю, разница где-то в районе двух десятых секунды.

Это всё потому, что меня называют по имени только те, у кого ко мне серьёзные дела. Например, учителя на уроках или мало знакомые мне люди… особенно, если это девушки или что-то в этом роде… и при этом ты говоришь о двух десятых?! Ты можешь уловить такую разницу?

— Обычно, за такое время сигнал доходит до мозга и ты выполняешь действие. Но хоть ты и думаешь, что отвечаешь моментально, на самом деле твоя реакция чуточку медленнее. Вот поэтому я и подумала, что в глубине души тебе не нравится твоё прозвище.

Если подумать, то я впервые в жизни слышал такое количество тарабарщины за раз.

Занятия в вечерней школе проходили три раза в неделю: по вторникам, четвергам и субботам в вечернее время.

Каждый вторник и четверг мы с Сакаки шли туда вместе; не удавалось только в субботу, когда у нас не было уроков. Вечерняя школа находилась рядом с самой крупной железнодорожной станцией в округе. Если бы нам пришлось идти до неё пешком от нашей средней школы, то мы бы определённо стёрли нашу обувь до дыр, но так и не добрались бы. Конечно, можно было бы поехать на автобусе, но он делал большой крюк. Поэтому лучшим вариантом было ехать напрямую к станции на велосипеде, к тому же это занимало всего 15 минут.

Так как мой дом был как раз по пути, я часто притаскивал с собой велосипед, на котором и отправлялся на курсы. Как ни крути, это лучшее решение нашей транспортной проблемы. А еще стало удобной привычкой возить Сасаки на багажнике. Она была очень признательна, потому что, по её словам, это помогало ей сильно сократить транспортные расходы.

Хоть на дополнительных занятиях мы снова попали в один класс, но времени болтать сутками напролет у нас не было. Мы втянулись и работали наравне с остальными. Кривая оценок в моем табеле, ранее неуклонно снижавшаяся, прервала свое падение, дав мне передышку. Моя мать, заставившая меня ходить в вечернюю школу, несмотря на все мои возражения, увидев, что мои оценки повышаются с каждым новым тестом, была чрезвычайно этим обрадована.

Позабудь мама своё любимое выражение: «если ты будешь плохо учиться, то не сможешь поступить в один университет с Сасаки-сан», было бы ещё лучше. Не пойму: с чего это я должен идти с ней в один университет? За окном за время наших занятий всякий раз успевало стемнеть. Сасаки предпочитала возвращаться домой на автобусе, поэтому я провожал её до остановки. Пока она шла чуть позади, я, машинально толкая велосипед, частенько поднимал голову и любовался нашими крохотными, словно зернышки, небесными хранителями.

- Ну, Кён… увидимся завтра в школе.

С этими словами Сасаки садилась в долгожданный автобус и начинала махать мне из окна. Затем я отправлялся домой…

* * *

Ладно, вот, в общем-то, и все воспоминания.

* * *

— Поверить не могу, что у вас были такие отношения.

Коидзуми приложил палец к брови.

— Похоже на отрывок из романа о чистой и невинной первой любви, не находишь?

Можешь считать и так, но между нами не было таких идеальных отношений. Впрочем, у нас и неидеальных-то не было.

— Да, конечно, всё именно так. Если ты так считаешь, это, конечно же, верно. Но как всё это выглядело со стороны? Что думали окружающие, когда видели вас вместе?

Не знаю откуда у меня это плохое предчувствие. В то время Куникида и Накагава тоже неправильно воспринимали наши с Сасаки отношения…

— Видишь, и я ведь тоже всё неправильно понял? Услышав то, что ты рассказал, совершенно очевидно, что каждый подумал бы так же. Да если бы эта парочка узнала в чём дело, то спустя некоторое время они перестали бы переживать и выбросили бы это из головы. Но есть один человек, которому не всё равно.

— ……Кто?

В улыбке Коидзуми читался оттенок злобы. Казалось, что его взгляд укоряет меня за что-то.

— Ну, если до тебя до сих пор не доходит, то видимо придётся вскрыть тебе череп и прожечь «ИМЯ» непосредственно в твоём мозгу.

Я знал…

— Но всё-таки в это трудно поверить…

Я чувствовал себя так, будто в моей голове завелась куча червей.

— Харухи увидела Сасаки и даже услышала, как она называет себя твоим «ОЧЕНЬ близким другом». Но должна ли она впадать в истерику? Или это очередные проделки её подсознания?

С «аватарами» и «закрытыми пространствами» ты должен быть уже знаком, но нынешняя ситуация отличается от тех, что были прежде. Закрытые пространства почти не расширяются, а аватары ведут себя на удивление пассивно. Обычно, когда они появляются, то несут с собой серьёзные разрушения, но вместо этого сейчас они бесцельно стоят и лишь иногда вспоминают о своих обязанностях, слегка ударяя по некоторым окружающим их зданиям.

Бледные монстры начинают обретать здравый смысл, разве это плохо?

— Для «Организации» это не имеет значения, так как пока мы не уничтожим этих аватаров — закрытое пространство не исчезнет.

Коидзуми продолжал объяснять…

— С объективной точки зрения, в данный момент аватары в шоке или, если говорить точнее, Судзумия-сан в шоке. Как будто она не знает, что думать, или даже не понимает, о чем она думает. Так что ей ничего не остаётся, кроме как блуждать в тоске и подсознательно думать о проблемах.

Дядюшка Фрейд наверное смеётся сейчас на том свете. Я уверен, он и не предполагал, что результаты его трудов будут применяться столь буквально для анализа Харухи.

— Мне кажется, что в данной ситуации будет намного легче разобраться, если списать всё на ревность Судзумии-сан к Сасаки-сан.

К сожалению, я вынужден оспорить это утверждение. Я никому этого прежде не говорил, но на счастье Харухи…

— …она из тех, кто считает любовь умственным расстройством!

— Тогда скажи мне, считаешь ли ты, что психологические способности Судзумии-сан способны разглядеть различные виды любовных отношений между мужчинами и женщинами?

Категорически нет.

— Я тоже так думал. Судзумия-сан может делать вид, будто отлично разбирается в любовных делах, но в действительности она не смыслит ничего. Скажу иначе: степень её «зрелости» ничем не отличается от её сверстниц. Если присмотреться к ней, то ты увидишь, что она — самый обычный подросток, за исключением того, что периодически любит вести себя беззастенчиво.

Не думаю, что ты сам достаточно компетентен, чтобы заявлять подобное. Да и с моей точки зрения, как это ни странно, именно ты тут самый беззастенчивый человек.

— Правда? — с лица Коидзуми сошла улыбка, придававшая ему сходство с древней маской, и картинно хлопнул себя по щекам.

— Видимо мои навыки ещё не достаточно хороши, раз ты их так легко раскусил. — он развёл руки и покачал головой.

— Если разобраться в этом, то можно сказать, что когда Судзумия-сан узнала, что у тебя в прошлом был друг, о котором она не слышала, то у неё появилось необъяснимое душевное волнение. Хотя, возможно, она и предполагала, что такое на самом деле может быть, но, в конце концов, до сего момента с этим не сталкивалась. Это чувство нельзя описать как простую «ревность». Это скорее что-то более примитивное, живущее далеко в глубине души. Можно просто назвать это «неожиданностью», поскольку даже у тебя должно было быть хотя бы пару друзей. Судзумия-сан в состоянии это понять. Но заявление Сасаки-сан про «очень близкого друга» было чем-то совершенно непредсказуемым. Даже учитывая то, что я знал о её существовании — для меня все равно это было сюрпризом.

— На самом деле я до сих пор не совсем… нет, АБСОЛЮТНО не понимаю этого.

— Потому что в средней школе Судзумия-сан была почти одна, или, можно даже сказать, одинока. Вот почему слова «очень близкий друг» шокировали её.

— Разве она сама этого не хотела? Не хотела быть «в стороне от мирской суеты»?

— Даже если так, этого все равно не избежать. Например, если бы у меня был друг противоположного пола, о котором бы ты не знал и который бы внезапно появился перед тобой — что бы ты почувствовал?

— А у тебя есть такие?

Я даже привстал, спрашивая это. Встречайся бы этот парень с девушкой в тайне от меня, я бы совершенно не удивился.

Коидзуми горько улыбнулся.

— Возможно, это не самый лучший пример. Моя ситуация не совсем уместна в данном случае. Ну, а если бы у Асахины-сан в прошлом был друг-парень и они бы до сих пор были очень близки?

Естественно мне бы это не понравилось.

— Это совершенно невозможно. Асахина-сан и Нагато тут не для того, чтобы в игрушки играть или любоваться достопримечательностями.

Думаю, было бы лучше, если бы они могли немного больше расслабляться и веселиться. Да и прошлое Асахины-сан — это далёкое будущее для нас, не так ли?

— Это всего лишь предположение. Если бы это было так, что бы ты об этом думал? Хоть это всего лишь моё воображение, но ведь должно возникнуть какое-то странное, необъяснимое чувство, да? Это и не ревность, и не замешательство. Но Асахина-сан не обращает особого внимания на парня и кажется, что между ними нет каких-либо особенных чувств. Следовательно, просто расспрашивать их об этом довольно глупо. Поэтому наилучшим выходом будет просто забыть об этом. А теперь попытайся перенести пример с Асахиной-сан на себя и Судзумию-сан.

Из противоположного угла площадки доносились аплодисменты от небольшой группы учеников. Видимо, десятиклассник решил вступить в какой-то клуб.

Коидзуми взглянул в ту сторону.

— Однако, кое-чьё подсознание так просто не обманешь. Закрытые пространства и неполноценные аватары появляются из-за того, что оно пытается выразить свои чувства. Хотя причина этого очевидна, фактически, это не так, поэтому нет достойной стратегии для противостояния им. В действительности, это не совсем правда, что нет ни одного…

С каждой секундой Коидзуми всё сильнее куда-то вглядывался.

— Кён! Коидзуми!

Харухи, вместе с Асахиной-сан, приближалась к нам распахивая землю своими шагами. Руками она держала за плечи Асахину-сан.

— Кяяяя!!! Ой-ой-ой…

Ноги Асахины-сан совершенно не справлялись с нагрузкой, так как расстояния, покрываемые ей и Харухи за один шаг, различались раз в пять. Харухи не обращала на это внимания и тащила её, будто свежепойманную добычу, к нам.

Изначально я предполагал, что она в конце концов приведёт новенького десятиклассника, но она вернулась с пустыми руками. Даже ципао и костюмов служанки не достаточно, чтобы поймать одну единственную рыбку? Похоже, в этом году «новенькие» довольно сообразительные.

Харухи, всё ещё не отпуская Асахину-сан, остановилась перед ЖК-монитором, на котором продолжал проигрываться трейлер.

— Приходили желающие присоединиться к нам? Что на счёт Юки? Был тут хоть кто-нибудь?

Кажется, Нагато едва заметно покрутила головой в знак отрицания.

— Мы много где побывали, но никто к нам не подошел. ВОООБЩЕ никто. Были и такие, кто начинал истекать слюнями, услышав, что смогут пить чай, приготовленный Микуру-тян, если вступят к нам. Такие моментально проваливали первую часть вступительного теста. А девушки вообще разбегались, когда мы к ним приближались. Кажется, в этом году нам не особо повезло.

Боюсь нас путают с фанатами косплея…

— Но всё таки я считаю, что тут должен быть хоть один человек, способный пройти отбор. Все только началось. ТОЛЬКО НА-ЧА-ЛО-СЬ! Кён! Был ли кто интересный из твоей средней школы? Я уверена, что из моей не будет никого, так что всех, кто придёт из Восточной Средней, можно игнорировать. Я всё забывала вас об этом предупредить!

В то время как Харухи громко вещала, её лицо…

…на нём была красивейшая улыбка, которая излучала свечение миллиардов звёзд. Блестящая улыбка, иначе и не скажешь. Ярче не бывает.

* * *

В конце концов, сегодня мы так ничего не добились и нам оставалось лишь вернуться в клубную комнату в плохом настроении.

Асахина-сан издала глубокий вздох облегчения, который исходил из глубины души, и направилась разогревать чайник. Мы же с Коидзуми разбирались с ворохом проводов, лежащих на столе.

Нагато скомкала бумажки с надписью «Литературный клуб», будто это были одноразовые салфетки, и выбросила их в корзину, а затем аккуратно, будто это было сокровище, положила экземпляр клубного журнала на полку, после чего машинально направилась в угол комнаты и раскрыла книгу в твёрдой обложке. Хотя она и сидела довольно далеко от нас, но, я думаю, у неё была возможность подслушивать нашу с Коидзуми беседу. Но ни капельки не изменившееся за прошедший год бесстрастное лицо и губы инопланетного человекоподобного интерфейса, находящегося в режиме ожидания, внушали мне безграничное спокойствие и безмятежность.

Харухи села на командирское место и стала крутить в руках свою настольную пирамидку.

— Кажется, среди новеньких нет никого интересного. Видимо, в конце концов, нам придётся расширить круг поисков. Возможно, те, у кого есть потенциал, вступили в спортивные секции? Если просто сидеть и ждать — люди сами собой не объявятся. Чем шире море, тем чаще можно забрасывать туда сети.

Харухи скрестила свои стройные ноги, торчавшие из-под ципао, с выражением любимца детворы, обдумывающего, в какую игру поиграть с ней дальше. Как не смотри — выглядит возбуждающе.

На мой взгляд, вместо того, чтобы бестолку разбрасывать сети, лучше выбрать определённое место и сидеть там с удочкой. Таким образом будет легче поймать большую и качественную рыбу. Но я не собираюсь делиться своими мыслями с командиром, так как это автоматически вовлечёт меня в её планы по заманиванию и похищению новых членов.

— Я не намерена упускать крупную рыбу. Вообще-то, я намерена обойти все клубы один за другим и перехватить новичков до того, как они туда вступят… В школе так много учеников… Должен же быть хоть один, который удовлетворит мой аппетит.

Младшеклассник, который удовлетворит твой аппетит? Ну и какой вкус тебе нравится? Хорошо бы, если он будет съедобным в запеченном виде.

— Например, кто-нибудь привлекательнее Микуру-тян, послушнее Юки или вежливее Коидзуми. Короче, все подобные сгодятся.

Ты в самом деле устанавливаешь высокую планку. К тому же, единственным преодолимым критерием может быть лишь Асахина-сан. Не стоит и говорить о бредовой причине присутствия Нагато в нашей бригаде: «Её тоже можно считать странной, раз она носит очки». Нагато приняли в члены бригады лишь потому, что Харухи хотела занять комнату, принадлежащую Литературному клубу. Что касается Коидзуми, то его входным билетом был статус «Таинственного переведенного ученика». Интересно, она примет ученика, который возможно переведётся к нам в этом году?

— Место «таинственного переведенного ученика» уже занято Коидзуми и этого достаточно. Также, он был отличным помощником командира бригады. У нас нет необходимости в аналогичном человеке. Нам нужен кто-то интересный. Бригада СОС набирает только лучших из лучших!

Включив компьютер, Харухи одной рукой поддерживала голову, а другой кликала мышкой.

— Я такая легкомысленная.

Ты уже давно в высшей степени легкомысленна.

— Нужно было обследовать все средние школы в округе и записать всех «интересных». Было бы очень жаль, если наши потенциальные члены поступят в другую школу. Почему бы не организовать филиалы бригады СОС в других школах? Или вместо этого нам стоит открыть «Подготовительные группы бригады СОС» в соседних средних школах?

Эх, похоже полёт фантазий Харухи достиг ПДК.

— Зачем нам набирать так много членов? Ты хочешь собрать команду по американскому футболу?

— Моя бригада СОС должна разрастаться как можно быстрее. Разве размеры винчестеров не увеличиваются постоянно? Моя цель — весь мир. Если мы сами не выйдем на мировой уровень, то как же мы выживем в этом глобализирующемся мире?

Глобализация идёт после информационного века? Мне всё-таки больше нравится моя нынешняя скромная жизнь. В любом случае, пока что я простой старшеклассник без каких-либо рекомендаций. Я хорошо осознаю своё место в мире и не питаю иллюзий по глобализации бригады типа этой.

Почему бы тебе вместо этого не основать частную школу, стать директором и не назвать её «Школа СОС»? Тогда все ученики были бы членами бригады СОС. Хм-м… Довольно пугающая мысль.

— Ха-ха-ха! Какая глупость, я не собираюсь открывать бизнес! — смеясь воскликнула Харухи. — Мы занимаемся этим не для получения прибыли!

Возможно, на это стоит смотреть как на прогресс. Хоть нынешняя Харухи и извергает из себя горы бреда, но будь это прошлогодняя Харухи, то она бы настаивала на посещении клубов, проведении семинаров, печати, распространении кучи флаеров и раздаче их всем подряд. Не знаю, запугал ли её новый президент школьного совета, с его горящими глазами, но Харухи ушла в подполье.

Мне кажется, что несмотря на планы по развёртыванию филиалов бригады СОС, она всё ещё не готова принять любого, кто придёт в нашу штаб-квартиру. Полагаю, она надеется, что каждый новый член бригады удивит её какой-нибудь новой «странностью». Например, это могут быть жертвы похищений инопланетянами; неожиданно проснувшиеся в прошлом путешественники во времени; экстрасенсы, сражающиеся с плохими парнями в других измерениях; ну и все подобное этому. Таких она определённо хотела бы послушать.

Это была история, которую и я в свое время хотел послушать.

Но нынешнему мне она была не особо нужна.

Я играю в шахматы с Коидзуми; попиваю чай, приготовленный Асахиной-сан, чтобы промочить горло; краем глаза слежу за сидящей в углу с правильной осанкой Нагато, читающей книгу; и в процессе всего этого я думаю о…

Постоянных членов бригады СОС не должно становиться больше, так?

Хотя у нас есть люди вроде «почётного советника» Цуруи-сан, «внештатного помощника» Саканаки-сан и даже целого поглощенного «Общества компьютерных исследований», очень маловероятно, что найдется кто-нибудь способный пополнить нашу пятёрку, которая уже вросла своими корнями в «бригаду» раз и навсегда. Вот о чём я сейчас думаю.

В конце концов, это просто моё предчувствие, которому нет никаких подтверждений. Я просто подсознательно чувствую это, и причину этого, вероятно, можно объяснить теориями Карла Густава Юнга.

* * *

В итоге, моё предсказание оказалось на половину верным, на половину — нет. Но… тут я снова должен вставить свою классическую фразу: «Нынешний я совершено не мог предсказать то, что случится в будущем».

Думаю, никто не мог предположить, что произойдут столь неприятные вещи, вне зависимости от того Коидзуми ли это, Нагато или даже Асахина-сан старшая.

А источником всех этих неприятностей был никто иной, как Судзумия Харухи.

Глава 1

Это случилось на следующий день, в пятницу.

Прошлогодняя привычка Харухи покидать класс на время перемен в новом учебном году так никуда и не делась. Так что не было ничего удивительного в том, что после звонка об окончании урока наш командир немедленно исчезала. А я и в этом году всё так же обедаю за той же партой вместе с Танигути и Куникидой.

Меня не волновал Танигути, но когда я смотрел на безобидное лицо Куникиды, я не мог избавиться от мыслей о Сасаки, которую встретил несколькими днями ранее. Я старался скрыть это, но он всё равно заметил, что я смотрю на него.

— В чём дело? Тебе так нравится омлет?

Куникида вёл себя в точности как говорила Сасаки, то есть — беспечно.

— Нет, ничего. — ответил я немедля.

— Я удивлён, что мы снова оказались в одном классе.

— Да уж…

Руки Куникиды, ковырявшие палочками оказу, замерли и он поднял голову.

— Я очень счастлив. Когда я увидел списки учеников, я просто не мог поверить своим глазам.

А я-то был абсолютно уверен, что ты окажешься в «научном» классе.

— Вначале, я и собирался так поступить. Но, я не очень хорош в гуманитарных предметах, так что я решил посвятить этот год им. Я сосредоточусь на естественных науках на третьем году обучения. Кроме того, в этом году начинается разделение на «гуманитарное» и «научное» направление обучения. Это значит, что будет больший выбор факультативов и метаться между ними станет очень утомительно, особенно во втором семестре.

Что касается Танигути… Ну, мне вообще-то нет до него дела.

— Эй, Кён, это жестоко! — запротестовал Танигути, — На самом деле я хотел попасть в класс с девчонками посимпатичнее. Моя цель была где-то в районе класса «Е»…(2–6)

Произнося это, он начал скользить взглядом между девушками в нашем классе.

— Смотри, совершенно ничего не изменилось. И я всё так же сижу тут с вами…

А он всё такой же прямолинейный, как и прежде. Пожалуй, это хорошо. Будем, как и в прошлом году, на пару балансировать на минимально допустимом уровне оценок за тесты.

— Вот что я тебе скажу: Я не позволю этим клочкам бумаги испортить мне жизнь. Я с ними разберусь.

Меня немного успокаивает то, как ты бьёшь себя в грудь и утверждаешь подобное, но я сомневаюсь, что тебе удастся подтвердить столь громкие слова на деле. Я бы не возражал против того, чтобы у Танигути были бы какие-нибудь скрытые способности или таланты, способные подкрепить его слова. Если б так оно и было, у меня был бы шанс убедить мать в том, что оценки — это просто бестолковые цифры в дневнике.

— Но я никогда и представить себе не мог, что буду учиться в одном классе с Судзумией пять лет подряд. Разве это не кошмар? Нам с ней нечего делать вместе.

Слова, брошенные Танигути, действительно вызвали ощущение неправдоподобности. Говоря проще, я знаю несколько подобных примеров в прошлом.

Мы с Танигути одновременно замолчали, но задумались — каждый о своём. Заговорил Куникида.

— Вполне возможно, что два человека из тридцати родятся в один день. Это ведь вполне обычное явление, правда?

Хоть это и звучит разумно, но поверить в это всё равно сложно.

— Может тогда подсчитаем вероятности?

Не-не, спасибо. Я едва выдерживаю вид этих безумных знаков и формул, даже на уроках математики. И в уме не считайте. Не хочется сравнивать свои мозги с чьими-либо ещё, подобные соревнования больше подходят Харухи. Единственное соревнование, в котором бы я принял участие, это: «Угадай, КТО будет сидеть позади тебя после смены мест?».

А сидит за мной всё тот же человек, что и в прошлом году, тот, кто сбегает из класса сразу же после звонка на обед. Я почти уверен, что она отправилась обследовать классы первогодок. Интересно, покажется ли им её поведение странным?

Если в классе окажется кто-либо, чьи интересы хоть отдалённо совпадают с ней, она без промедлений и лишних раздумий вломится в этот класс. Поглощая свой обед, я молился лишь о том, чтобы кто-нибудь из испуганных ворвавшейся старшеклассницей учеников не побежал в учительскую жаловаться. Однако, я не знаю какой бог ответственен за это, а потому не могу пожертвовать ему денег. Я думаю, что он и так меня услышал, потому что когда прозвенел звонок на пятый урок и Харухи ворвалась в класс, в её глазах уже не было хорошо знакомого блеска.

— Ну и как «рыбалка»? — спросил я.

— Пусто.

В её голосе не было особого разочарования. Вообще-то, голос был вполне обычным, холодным и серьёзным, будто она не смогла поймать «Короля рыб» в близлежащем водоёме.

* * *

После занятий мы с Харухи пошли в клубную комнату. Это уже стало инстинктом, как дыхание.

С тех пор, как мы перешли в одиннадцатый класс, мы занимались в другом кабинете. Клубная комната стала поближе, но не похоже, что от этого стало сильно удобнее.

— По-моему — вполне удобно, — сказала Харухи, энергично размахивая портфелем. — Кафетерий и магазин теперь намного ближе. Это хорошо, потому что во время обеда там сложно найти свободное место. Никогда не понимала, что им мешает добавить несколько дополнительных столиков.

С подобными жалобами обращайся к президенту школьного совета. Если ты напишешь прошение и соберёшь достаточно подписей, тогда он сможет что-то предпринять.

— Я не хочу быть в долгу у него.

Харухи ускорила шаг и отвернулась, как смущённый ребёнок.

— Мы не будем помогать этой империи зла. Я ненавижу людей, которые начинают просить ответные услуги после того как помогли тебе однажды. Вот поэтому я предпочитаю решать проблемы самостоятельно.

Если ты решишь самостоятельно расширить кафетерий, то проблем потом не оберёшься. К тому же денег Литературного клуба на это будет явно не достаточно.

— Если бы я собралась сделать это, то я бы никому об этом не сказала, а в итоге — все были бы счастливы.

Советую тебе бросить эту затею, в противном случае ты окажешься на первой полосе газет с криминальной хроникой. В следующий раз как увижу Цурую-сан, надо предупредить её об этом и сказать, чтобы не соглашалась, даже если Харухи будет просить о помощи. Хотя Цуруя-сан — благоразумная девушка, и не бросится бездумно помогать Харухи, всё же стоит предупредить её заранее.

Я сделал всё, чтобы отвлечь внимание Харухи от «обновления» интерьера кафетерия.

— Кстати, Харухи. Как обстоят дела с «интересными новичками»?

— Э-э?

Хоть я и рад, что Харухи перестала думать о кафетерии, но её пристальный взгляд заставляет меня чувствовать себя немного не комфортно.

— Не думала, что тебя это интересует. Вот так сюрприз, удивительно. Я думала, что ты станешь возражать, когда я приведу новичков, но, полагаю, тебе тоже хочется нескольких младшеклассников?

Конечно же — НЕТ. Но, если бы в бригаде был человек с рангом ниже, чем у меня, то я бы мог переложить на него все свои обязанности и чувствовать себя более вольготно. Это не такая уж плохая идея. Коидзуми — «Помощник командира», Асахина-сан — «Талисман/Секретарь/Помощник капитана», а Нагато — формальный президент Литературного клуба. Таким образом — я единственный член бригады без определённой должности.

— Что? Так ты хочешь официальную должность? Ну, тогда я рассмотрю твою заявку. Тебе придётся пройти ряд тестов на проф. пригодность: 5 письменных и 2 практических.

Нет уж, спасибо, обойдусь. Единственное, что я хочу сдать — это тест на получение водительских прав.

— Если не хочешь, это одно, а если просто лень, то это другое. Уверен? Что-то ты не договариваешь…

Меня устраивает статус «Первого члена бригады». Это самая лучшая должность.

— Хмм, значит вот как?

Когда мы подошли к клубной комнате Харухи зловеще усмехнулась.

Она вошла в комнату даже не постучавшись, как к себе домой. А я…ну, я не мог поступить так же, потому что не хотел нарваться на переодевающуюся Асахину-сан. По этой причине я всегда стучу в дверь, прежде чем войти. Не думаю, что кто-то против этой моей привычки.

— ………

Внутри была только Нагато.

Сидя у края стола на своём любимом стуле она спокойно читала биографию какого-то математика. Не важно как быстро я доберусь сюда — она всегда придёт в клубную комнату раньше. Она что, никогда не дежурит по классу? Вполне вероятно, что так.

Харухи положила свой портфель на стол и уселась на командирское место. Я положил сумку рядом и сел на своё обычное место.

Слушая жужжание работающего винчестера, я смотрел на игральную доску, оставленную на столе со вчерашнего дня. Это было недорешаное Цумего Диспозиция игральных камней была такова, что кто-то явно побеждал. Пользуясь шахматной терминологией — «чёрные» могли поставить шах в три хода. Видимо, игравший был полным новичком, раз даже я вижу это.

— Кён, чаю.

Надо подождать пока придёт Асахина-сан. С её навыками приготовления чая ей бы жилось хорошо, даже если бы она перевоплотилась в современного Фуруту Орибэ.

— Это уже перебор, хватит о чайных церемониях. Вот как станешь основателем стиля Асахины, и откроешь свою легендарную школу чая, тогда и будешь рассказывать о качестве.

Взгляд Харухи не отрывался от монитора. Она стучала по клавишам, будто бы писала какую-то статью. Интересно, что же она там пишет.

— Кстати, ты что-то печатаешь со вчерашнего дня. Обновляешь сайт бригады или ведёшь блог?

— Это конфиденциально. Секретный документ. Если о нём узнают люди не относящиеся к бригаде, то будут большие проблемы. Если произойдёт утечка — ТЫ будешь главным подозреваемым.

Широко улыбаясь, Харухи продолжила стучать по клавишам. Она в этом мастер.

Я пожал плечами, подошел к холодильнику, взял бутылку чая улун и налил чашку себе, а затем Харухи и Нагато.

Нагато даже не шелохнулась, несмотря на то, что я поставил чашку прямо перед ней. Харухи же, как всегда, осушила чашку одним глотком. Я бросил взгляд на экран: там был открыт текстовый редактор и «новый документ».

— Снова делаешь листовки?

— Нет, — Харухи протянула мне пустую чашку. — Я делаю это на всякий случай. Это бланк для тестирования. И не смотри на меня так, я не заставляю тебя сдавать его.

Ну и для кого же этот тест?

— Не важно. И не смотри сюда. Как я могу писать, если ты смотришь?

Харухи закрыла экран обеими руками, так что я ничего не мог видеть и мне пришлось вернуться на своё место.

Когда я уже выпил свой холодный чай и бесцельно передвигал камни по игральной доске, в комнату вошел Коидзуми. Как бы странно это ни было, но я был счастлив этому. Не знаю почему, но сегодня это было именно так. Я предполагал, что сегодня он будет слишком занят и не сможет придти в клубную комнату, а если мне не с кем будет поиграть в настольные игры, то будет совсем скучно.

— Дежурство по классу сегодня немного затянулось, — объяснил он, закрывая дверь.

Когда он увидел игральную доску, то заулыбался.

— Мне некуда поставить камень, так что я сдаюсь.

А вот и его улыбка. Пока он рядом с Харухи, ему постоянно приходится улыбаться, но мне кажется сейчас эта улыбка другая. Сев на место и очистив игральную доску он спросил:

— Ещё партию?

Отлично. Но надо бы с ним быть полегче. Не так уж интересно вечно побеждать одного и того же соперника. Я не такой как Харухи, которая зациклена на победах, мне более важен процесс.

— Идёт.

Коидзуми выбрал чёрные камни и выставил четыре на доску.

После этого мы с Коидзуми приступили к нашей игровой баталии. Нагато, как всегда, продолжала читать. Всё, что я мог слышать, это стучащая по клавишам Харухи и шумящие за окном спортивные клубы.

Тихий весенний денёк. Спокойный, и абсолютно нормальный день; никаких перемен.

Через пять минут раздался тихий стук в дверь.

— Простите за опоздание.

Асахина-сан вошла как всегда робко, а за ней…

— Яхуу~!!! — махала нам Цуруя-сан. Её "улыбка до ушей" осветила комнату.

— Прива всем, Я тут вам приглашения принесла~! Аха-ха-ха-ха, «Любование цветами» — часть вторая!

* * *

Очевидно, это будет во время золотой недели.

Цуруя-сан вручила нам эксклюзивные открытки-приглашения, которые выглядели, будто их нарисовал своим пером лично Янь Чжэньцин. Единственное, что я мог разобрать на открытке, это дата. Если бы Харухи громко не зачитала её, мне бы пришлось искать в телефонном справочнике адрес музея и просить их перевести содержимое.

После того, как Асахина-сан переоделась в костюм горничной (в это время мы с Коидзуми, естественно, выходили), она занялась приготовлением чая. Наша неожиданная гостья, после приветственного «Фухаа~!!!» сказала:

— В прошлый раз мы наслаждались видом сакур-Ёсино. Теперь это будут сакуры-Канзан. В былые дни, когда кто-то говорил о цветении сакур, он имел в виду именно их. В саду моей семьи не так много диких сакур, но они всё равно очень красивы, не смотря на то, что там сейчас полно мошкары.

Цуруя-сан сделала глоток чая и закрыла глаза.

"Как милы ветви

цветущих вишен Нары,

столицы древней,~"

"здесь, в царственном жилище

за девятью валами!"

— Верно? — энергично кивая головой, Харухи быстро произнесла вторую строфу.

— Наверняка только сорта растений имеют легкомыслие являть горькую правду в наше время. Не осыпаться, до сих пор держаться яё-тян, отыскивая подходящее место. Как и следовало ожидать, Цуруя-сан.

Ничто не опишет Цурую-сан лучше, чем термин «Великолепная». Возможно ли, что она на самом деле потомок благородной эпохи Асука?

— Откуда ж мне знать о таких древностях? Да это и не важно! Если тебе на самом деле интересно, то я могу глянуть в своё фамильное древо, но это очень хлопотно! Нёроо~

Манера речи Цуруи-сан вызывает доверие. Мне бы хотелось, чтобы она всегда была вместе с Асахиной-сан, как червовая и бубновая королевы. Пока Асахина-сан вместе с Цуруей-сан — её никто не осмелится обидеть. Харухи? Нууу…она сойдёт за джокера, ведь без него не обойтись в пятикарточном дро-покере.

Пока я, как всегда, восхищался Асахиной-сан в костюме горничной, Цуруя-сан и Харухи…

"Under heaven's canopy

All is peaceful light

All is careless springtime…"

"Like a distant heart

Petals scatter and fade."

"Humans are intricate

With unreachable hearts

But where I am from~"

"The flowers once blossomed

And threw their sweet incense over me!"

…затеяли соревнование по чтению стихов Хайку.

"We stand alone together

Far from the thoughts of our countrymen."

"This dark spring night

Gentle dreams with his hand

As my pillow."

"Oh why must I choose

Reputation or regret?"

"Heaven's field

So distant from my eyes

Like Kasuga."

"To be near Mount Mikasa!

Where this same moon shines!"

"Untamed Miyoshi

Down its slopes autumn blows

Night follows…"

"It is cold in my homeland

A shiver takes my skin."

Теперь происходящее здесь не имеет никакого отношения к весеннему цветению сакур. Мы уже перешли к лету, а то и осени.

— Хмм? Ну а как на счёт этого? — с восторженным видом продолжала Цуруя-сан.

"The mountain smiles in cherry petals

I am here to watch the clouds in their mansion~"

— Эээ?

Прежде лишь вежливо отвечавшая Харухи внезапно перебила её…

— Откуда это? Кто автор?

Ответ на сложную загадку Цуруи-сан был очень странным. Пожалуй, я впервые в жизни слышал подобное.

"To be cradled by the waterfall

In this world sewn in white."

…опустив голову, ответила Нагато, переворачивая страницу.

— Минамото Тошиёри. Сто стихотворений Ста поэтов. — Отлично! Что и ожидалось от всезнающей волшебницы Юки! — защебетала Цуруя-сан, но Нагато никак на это не отреагировала. Не знаю, что интересного они нашли в этой игре? Спрошу их потом.

Затем Цуруя-сан зачитала ещё три хайку, а когда Нагато разгадала их, удовлетворённо сказала:

— Ну что ж, до скорых встреч! Спасибо, Микуру. Чай был очень вкусным! Я и в этом году на тебя рассчитываю!

Сказав это, она покинула клубную комнату. Мне кажется, она появляется и исчезает подобно тайфуну. Он исчезает именно тогда, когда ты его настигаешь…

Но, Цуруя-сан всё же гений в поднятии настроения. В чём же она может быть плоха? Сложнее всего на свете представить её плачущее лицо. Она — нечто.

Харухи продолжала шумно хлебать чай.

— Ну что ж, это снимает вопросы о планах на «Золотую неделю». Да, давайте все вместе пойдём любоваться цветами и напишем несколько хайку. Пишите так, чтоб это осталось вашим потомкам.

Возможно, устав печатать, Харухи двумя руками держала приглашение и смотрела на него, будто на какой-то древний артефакт. Может мы лучше будем писать Сэнрю? Прежде чем я успел внести своё предложение, Харухи, видимо вспомнив что-то, заявила:

— Давайте пока на этом и остановимся. Сначала я должна огласить планы на завтра.

Харухи запрыгнула на стол, приняла боевую стойку и, широко улыбаясь, провозгласила:

— Итак! Начинаем первое собрание бригады СОС в новом учебном году!

* * *

Протоколов собраний бригады СОС никто не вёл, да и, кажется, ни я, ни Харухи не помним — сколько вообще их было. Таким образом, по случаю первого собрания в году, можно сбросить счётчик. А темы сегодняшнего собрания были такими:

— В эту субботу, то есть завтра! Общий сбор перед станцией в 9 часов! Как думаете, что-нибудь таинственное произойдёт в этот раз? Мы так давно ищем что-то необычное, разве вы не считаете, что и они раздумывают о встрече с нами? Сейчас же весна! Заловим их, пока они ещё дремлют на солнышке!

Мы говорим не о диких сородичах Сямисена, да и в любом случае — твой план бы всё равно не сработал.

— Эй, Кён. Наша бригада существует почти год! У нас осталось не так много времени, так что же мы можем показать, если наши достижения стремятся к нулю?

Кому показывать-то?

— Самим себе! Можешь сколько угодно быть слабаком перед другими, но если не хочешь так и остаться «пустым местом», тебе надо быть требовательнее к себе! Как говорится…не качеством, так количеством…нет…самоудовлетворение…нет…тяготы и лишения…тоже не то…Микуру-тян, ты знаешь как говорят в таких случаях?

— Эээ?

Услышав столь неожиданный вопрос, Асахина-сан приложила свой указательный палец к щеке и сказала:

— Этоо…самосохранение?

— Я полагаю, что это (полное соответствие???) 信賞必罰. (это какая-то идиома, судя по всему. Очередной отжиг Коидзуми…) — произнёс Коидзуми, не отрывая глаз от чёрных камней на игральной доске. И в тот момент, когда я хотел вмешаться со своим…

— Соответствующих идиом в словарях не существует.

К счастью, благодаря тому, что сказала Нагато, я избежал чести озвучить свой вариант. Может Харухи стоит придумать соответствующую идиому самой…например что-нибудь про «правильность» и «уважение»?

Харухи проигнорировала меня и обратилась к Нагато.

— В самом деле? А я думала, что есть что-то подобное…

В конце концов наш лидер, которую никогда не интересовало наше мнение, согласилась с Нагато.

— Ну вот и всё. До конца дня объявляю свободное время!

Харухи вернулась на своё место и продолжила печатать.

* * *

Как только прозвенел последний звонок, сигнализирующий о том, что всем, кто ещё в школе, пора собираться домой, Нагато закрыла книгу. Подобно людям, определяющим время по пению цикад, мы восприняли это как сигнал и начали собираться домой.

Мы подождали пока Асахина-сан переоденется и покинули клубную комнату. Солнце уже садилось, а ветер был немного прохладным.

Обычно парни и девушки держатся на определённом удалении друг от друга, пока спускаются с холма. Харухи с Асахиной-сан шли впереди, а Нагато молча тащилась позади.

Мы с Коидзуми шли в нескольких метрах позади троицы девушек. Поскольку такой шанс выпадает редко, я решил спросить его сейчас:

— Ну, как оно?

— Сегодня всё как и вчера, совершенно ничего не изменилось.

Коидзуми как всегда улыбался.

Возможно, я немного поспешил с выводами. Нагато-сан и Асахина-сан судя по всему никак не отреагировали на появление Сасаки-сан. Я надеюсь, что эти необычные закрытые пространства было лишь разовым инцидентом.

Уже минуло несколько дней с начала учебного года, но ни Нагато, ни Асахина-сан ни разу не упоминали про мою бывшую одноклассницу. Но, вообще-то это вполне нормально, иначе я бы сошел с ума, если бы мне пришлось принимать предупредительные меры каждый раз, когда я захочу поговорить со своим старым другом.

— Нет необходимости делать это, если этот «друг» не Сасаки-сан. Проблемы будут только если это она.

Она лишь немного чудаковата, к тому же наша встреча была простым совпадением.

— Голосую обеими руками в поддержку этого. Я придерживаюсь такого же мнения. Для нас с тобой всё понятно без излишних объяснений. Но беспокоюсь я за ту, кто понимает это неправильно и обдуманно пользуется этим недоразумением.

— Что ты под этим имеешь в виду?

Не думаю, что Куникиде и Накагаве был какой-то толк от этого.

— С этими людьми никаких проблем нет, но… — Коидзуми снял портфель с плеч и встряхнул ими.

— Не бери в голову, просто забудем об этом. Надеюсь, это лишь дурная догадка. Ой, только не беспокойся за Сасаки-сан. «Организация» никогда не будет создавать угроз её безопасности, для этого нет причин.

Разве это не очевидно? Что за ерунду ты вообще несёшь?

— Прости. Я лишь пытаюсь развеять твоё беспокойство, но видимо в этом не было необходимости.

Меланхолично улыбаясь, Коидзуми отвернулся от меня. Если бы какая-нибудь из его поклонниц увидела это выражение лица, она наверное смутилась бы. Я тоже отвернулся и уставился в затылок Нагато. Харухи и Асахина-сан шли впереди неё и весело болтали.

* * *

День.

Таким образом мы, по сложившейся традиции, спустились с холма и разошлись у станции Коёэн.

— Увидимся завтра.

Прежде чем уйти Харухи бросила на меня взгляд, гласящий «Ты хоть раз можешь придти пораньше?». Её юбка и лента в волосах развевались на ветру. Асахина-сан помахала на прощание и последовала за командиром. Когда же я повернулся в сторону Нагато, её миниатюрная фигура уже была вдалеке и направлялась к дому.

— Надеюсь, завтра ничего не случится. — монотонно произнёс Коидзуми. Я тоже надеюсь…

* * *

Но… Коидзуми, как впрочем и я, был слишком наивен.

* * *

События всё так же планомерно развивались, просто никто из нас этого не замечал. Факт в том, что всё это началось уже давно, и втягивает нас всех, одного за другим, начиная с меня. Это относится не только к бригаде СОС, но и к Куникиде, Танигути, Накагаве, Сасаки и всем кого я знаю и не знаю — это касается всех.

Мне всё ещё нужно время, чтобы осознать происходящее. Завтра? Нет, слишком рано, но можно сказать, что завтра случится нечто вроде предзнаменования.

Было ли это простым совпадением, или эта встреча предначертана судьбой? Возможно это была часть чьего-то плана…

На следующий день, субботним утром, в 9 часов…перед станцией я встретил двух уже знакомых мне людей и познакомился кое с кем новым. А ещё я узнал, что кто-то ещё следил за нами со стороны…

* * *

В тот день я, каким-то образом, смог проснуться раньше своей сестры и её будильника. Как обычно, я скинул спящего Сямисена со своей подушки и самостоятельно поднялся.

Я чувствовал себя отдохнувшим; давно такого со мной не было утром выходного дня. В руках и ногах тоже была лёгкость. Видимо ключ к долгой и здоровой жизни в том, что с утра не стоит полагаться на будильник или сестрёнку.

Я выскользнул из спальни и позавтракал в тишине и покое, без вечно шумящей сестрёнки. Затем я переоделся и покатил по направлению к станции. Без сомнения, было ещё рано, 8 утра с копеечками. Если так и пойдёт, то я смогу прийти раньше чем Харухи. Возможно Коидзуми намеренно придёт последним и избавит меня от хлопот. Было бы не так уж и плохо, если бы для разнообразия по счёту заплатила Харухи, но, в отличие от ничтожно тощих кошельков старшеклассников, у «Организации» с деньгами нет никаких проблем. Так что Коидзуми не должно это затруднить.

Пока я, находясь в приподнятом расположении духа, ехал к станции, моё внимание привлекли розовые лепестки, устилавшие дорогу. Судя по всему, следующий ливень положит конец сезону цветения в этом году.

Я слез с велосипеда рядом со станцией и огляделся. У меня было такое ощущение, что Сасаки сейчас выскочит из ниоткуда. Но, вполне очевидно, что моей самопровозглашенной «очень близкой» подруги не было нигде поблизости. Я вздохнул с облегчением. Коидзуми, для меня, конечно же, это не имеет никакого значения, но кажется тебе больше не придётся об этом беспокоиться.

Я взглянул на часы. До 9:00 оставалось ещё более получаса. Сегодня у меня и вправду получилось придти раньше.

Напевая себе под нос, я запарковал велосипед и неторопливо направился к точке сбора, где обнаружил, что никого ещё нет.

Но, довольно поулыбаться у меня не вышло. Напротив, даже солнечное утро вдруг помрачнело.

— Эй, Кён! — поприветствовала меня Сасаки, улыбавшаяся так, будто удачно застала кого-то врасплох.

— Вот мы и снова встретились. Я счастлива. Может ты иного мнения, но я в самом деле надеялась, что произойдёт что-то подобное. Вообще-то я скорее более заинтригована этим, нежели счастлива.

Я стоял как гнилое полено, не в состоянии вымолвить ни слова. Сасаки была не одна, а в сопровождении ещё двух девушек. И одной из них была та, чьё лицо я никогда не смогу забыть. Оно принадлежит человеку, находящемуся в моём личном списке «особо опасных преступников». Лишь благодаря отличному самоконтролю, выработавшемуся у меня за прошедший год, я не набросился на неё и не принялся избивать до полусмерти.

— Тыыы………!!!

— Здравствуй. — она поклонилась мне и улыбнулась. — Давно не виделись. Как поживает твоя путешественница во времени Асахина-сан? Хмм…не надо на меня так смотреть, мы уже отказались от подобных методов работы.

В памяти стали всплывать события, произошедшие месяц назад, примерно в середине февраля.

Асахина-сан из 8-и дневного будущего, которую я тогда назвал Митиру. Мы следовали указаниям Асахины-сан старшей и решили множество задач. Шутка с консервной банкой и гвоздём, камень на горе Цуруя(Цуруи-сан?), черепашка и мальчик, а так же загадочный чип с данными и тот отвратительный путешественник во времени…

А ещё — инцидент с похищением Асахины-сан.

После погони на автомобиле, среди тех, кто вышел из фургона похитителей, вместе с тем путешественником во времени, быта и та, кто стоит сейчас напротив. Она вела себя как руководитель той операции. Более того, она смогла сохранить спокойствие перед грозно улыбающейся Мори-сан.

Эта девушка сейчас стоит рядом с Сасаки, прямо перед моими глазами.

Не знаю уж, в курсе ли Сасаки о том, что связывает меня и эту похитительницу, но, желая вмешаться, она медленно подняла руку и произнесла:

— Кён, позволь мне представить её. Это — Тачибана Кёко-сан. Она… Ну, можешь называть её моей знакомой. Мы лишь недавно познакомились и наши отношения пока что нельзя назвать дружбой. Но, меня очень заинтересовали вещи о которых рассказала Тачибана-сан.

Сасаки прокашлялась и продолжила:

— Судя по твоему выражению лица, вы двое уже встречались и похоже обстоятельства встречи были не из приятных. В принципе, я чего-то подобного и ожидала.

— Сасаки… — произнёс я хриплым старческим голосом. — Тебе не стоит связываться с ней. Она…

…наш враг.

— Видимо это так.

Сасаки кажется не обратила на это никакого внимания.

— Но, судя по всему, она не враг мне, вот что интересно. Она рассказала мне невероятные вещи. Хоть мне и трудно было понять, но это навело меня на свежие мысли. Что-то вроде разминки для мозгов. Я не со всем согласна, но я обеспокоена тем, что узнала.

Похитительница…Тачибана Кёко, заулыбалась.

— Как жаль, Сасаки-сан. Я надеялась, что вы всё поймёте, иначе…

Она взглянула на меня жалобными глазами щенка, ждущего своего нового хозяина в зоомагазине.

— Он не будет слушать то, что я хотела бы ему сказать. Ты ведь не послушаешь меня и трёх секунд, так ведь?

Да уж. Это совершенно очевидно. Любой, кто похищает Асахину-сан должен быть заточён в тюрьму без суда и следствия. Ну почему же Коидзуми до сих пор нет? И где же Мори-сан, Аракава-сан или братья Тамару?

— Кён, ты слушаешь?

Погоди, Сасаки, я ищу того, кому могу сейчас доверять.

— Прости, но тут есть ещё кое-кто, с кем я бы хотела тебя познакомить. Ты позволишь мне?

Кто? Если это тот проблемный мерзавец из будущего, то можешь забыть об этом.

— Похоже, я догадываюсь о ком ты. Но расслабься, это не он.

Сасаки подняла руку и указала на место напротив Тачибаны Кёко.

— Она сказала мне, что хочет находиться в радиусе двух метров от тебя, так что, я полагаю, стоит представить и её. Будет несколько затруднительно, если позволить ей представиться самой. Она…полагаю её можно назвать не иначе как «абсолютной незнакомкой».

Я взглянул в направлении, указанном Сасаки.

Вначале я даже не смог понять на что я смотрю.

Нечто похожее на каплю чёрных чернил в стакане воды, туманно-дымчатое……вот что я видел. Лишь через несколько секунд я понял, что смотрю на форму женской школы Коёэн.

В тот же миг я почувствовал, что эта девушка уже сто лет как стоит здесь. Что же это за чувство такое?

Впервые в жизни я встречаю кого-то, к кому с полной уверенностью можно отнести старое выражение «не от мира сего».

— ЭЭэээ……?

Определённо, мы встречаемся впервые. Единожды увидев такую девушку, уже никто и ни при каких обстоятельствах не сможет забыть её.

Но откуда у меня это леденящее ощущение,…как тогда, зимой на заснеженной горе. Кажется я ощущал нечто подобное прежде…

Она медленно подняла голову, и я весь покрылся мурашками, когда увидел её лицо и это выражение. Она должно быть призрак, однозначно — не человек. Не возможно, чтобы ОНА была человеком.

— ……….

У девушки, с лицом бледнее чем у Нагато, были совершенно неописуемые черные глаза, казавшиеся стеклянными, и волосы, которые были черны как вороново крыло, покрашенное черной краской из баллончика. Её волосы, со странными волнообразными кудрями, были ниже её талии. Они напоминали огромную тяжелую швабру и, можно сказать, закрывали большую часть поверхности её тела. Это что-то из ряда вон, настолько странное, что я бы не удивился, если бы у неё внезапно выросли крылья и она улетела бы. Упустить из вида нечто подобное совершенно невозможно, но почему же я её не замечал, пока Сасаки не представила её? Разве это нормально? Она что, до сих пор была невидимой?

Я быстро огляделся. Прохожие лишь иногда мельком глядели на Сасаки и Тачибану Кёко, но, кажется, никто не замечал ЕЁ присутствия.

— Кто ты?

— ……….

Она стояла не издавая ни звука, даже не моргала. Она смотрела прямо на меня, будто пытаясь высмотреть особенного голубя среди стаи рядом с храмом. Это выглядело машинальнее любой машины. Даже линза самого дешевого фотоаппарата могла показаться более живой, чем её глаза.

— ……….

Это бесчувственное лицо чем-то напоминало Нагато, но было совершенно другим. У них совершенно разные создатели (и изготовители…). Если Нагато можно сравнить с куском настоящего природного льда, то эта девушка похожа на «сухой лёд». Она не будет таять, она сразу испарится в «ничто».

Кажется, бледные губы зашевелились.

— …….Аэ….

К моему удивлению, вместо белого дыма эти тяжелые(?) губы издали человеческую речь. Но они двигались очень медленно, а через некоторое время начали произносить такое, чего я никак не мог ожидать.

— Моя миссия……наблюдать……это……место…..где время…течёт медленно. Температура…..очень влажно.

Голос звучал очень вяло, практически как голос человека, находящегося при смерти. Если бы у голоса был цвет, то её голос был бы похож на древний чёрно-белый фильм с обилием «снега» и царапин.

Она отвела взгляд от меня.

— ….Теперь……действительно…ты…будешь….

Я не могу понять ничего из того, что она говорит. Текущая ситуация кажется наложилась на мои воспоминания. Но что это за неприятное, похожее на дэжа вю, ощущение?

— …..Яя…… - медленно продолжала она — ….Куё…..

И уже когда я хотел переспросить её «как это произнести?»…

— ..Суо….

— Аах?

Значит это — КуЁ СуЁ?

— …….Суо….Куё….

Чего? Что за фигня? У неё что, всего 5 шестерёнок в голове что ли?

Тихое хихиканье Сасаки вернуло меня к реальности.

— Кён, она всегда была такой. Разве она не интересная? Я зову её Куё-сан. Ей не хватает человеческой индивидуальности, а не шестерёнок в голове. Нет-нет, это не из-за болезни, просто она — такая. Даже не знаю, как это иначе объяснить.

Пожалуй, разговорные навыки у этой Куё-бабы даже хуже, чем были у Нагато, когда я встретил её впервые……ээ? Нагато?

…Только не говорите мне, что они похожи.

…возможно.

Приключения бригады СОС на зимних каникулах. Снежная буря на горнолыжном курорте. Гостиница, похожая на мираж.

Там Нагато упала в обморок из-за поднявшейся у неё температуры. Мы смогли сбежать оттуда лишь благодаря подсказке, оставленной Нагато, интуиции Харухи и знаниям Коидзуми. Сейчас мне всё это напоминает какое-то видение.

Инопланетная форма жизни, отличная от Объединения Разумных Информационных Сущностей — Макропространственная Квантовая Космическая Сущность.

— Всё ясно…

Я уставился на неё так, будто пытался навсегда запечатлеть её лицо в извилинах своего мозга.

— Значит это ты. Пришелец, отличный от Нагато.

— …..Прише…лец…? Что…это…?

— Кончай придуриваться!

Теперь для меня всё стало ясно. Похитительница Тачибана Кёко — противник Коидзуми и его «Организации». Мерзавец из будущего — оппонент Асахины-сан. Если воспользоваться методом исключения, то вывод напрашивается сам: оппонентом Нагато будет она — Куё Суо. Я чуть ли не прокричал это вслух.

Я вспомнил, что говорил мне Коидзуми, когда мы возвращались в поместье Цуруя.

«- Давай рассмотрим пример. Предположим, что есть королевства «A» и «B». Так же есть королевство «С», противостоящее «А», и королевство «D», противостоящее «В». Если королевства «С» и «D» станут союзниками — …»

Я наконец понял. Если Объединение Разумных Информационных Сущностей принять за королевство «F», то она, Куё, должна быть частью стороны «G».

Она взглянула на меня как на медные часы с резным орнаментом(?????????)--

— ….Твои…….

Её голос напоминал звук старой зажеванной магнитофонной ленты,…

— ……глаза…очень…красивые.

…и несла она невероятную чушь.

Подведём итоги.

Она — интерфейс, который сделан грубее чем Нагато, Кимидори-сан или Асакура Рёко. У неё бесполезно пытаться спрашивать её происхождение, да и это не имеет смысла. Да и вообще я не намереваюсь иметь с ней какие-либо отношения.

— Кён, я знала, что ты скажешь нечто подобное.

Сасаки прикрывала руками свой рот, пытаясь удержаться от смеха, и сказала:

— Кроме них у меня никого нет, потому что никто больше не стал бы со мной общаться. Неужели в Северной Старшей много столь же интересных людей, как Куё-сан? Было бы здорово, но, к сожалению, я не учусь в Северной Старшей. Сколько ни жалуйся, но мне придётся учиться в своей школе ещё два года, так как я очень хочу поступить в интересующий меня университет. Это — мой выбор.

— Сасаки, — обратился я к своей старой подруге — Ты вообще знаешь кто они такие?

— Они всё рассказали мне, так что я в курсе. Это в самом деле нечто невероятное. Если бы ты спросил меня, верю ли я в это или нет — я бы затруднилась с ответом.

Смеющиеся глаза Сасаки сузились, превратившись в черточки.

— Но теперь, увидев твою реакцию, я убедилась, что всё это правда.

Она взглянула на Куё и Тачибану Кёко.

— Инопланетный вторженец, ограниченный экстрасенс… Так еще и пришелец из будущего? Хоть свести всех троих в сет было тяжеловато, но теперь я поняла. (с) ADze)

Прекрати общаться с ними, Сасаки. Лучше не влезать в эти дела, иначе превратишься во второго меня. К чёрту. Будь это первая наша с Тачибаной Кёко встреча, то я, скорее всего, вёл бы себя иначе, даже несмотря на этого Куё-монстра. Но раз мы с ней уже встречались, да ещё и при столь неприятных обстоятельствах, то я просто не в состоянии смягчить своё отношение к ней. Пытаться отвратить Сасаки от такого здравомыслящего и проницательного человека попросту бесполезно.

Лидер похитителей, Тачибана Кёко, сейчас тепло и безобидно улыбалась. Глядя на это лицо, никто бы и не заподозрил в ней преступницу. В тот февраль все делалось именно ради этой встречи? Если это так, то то же самое можно сказать и про этого мерзавца из будущего. Кстати, где же он?

Пока я подозрительно озирался по сторонам, Тачибана Кёко сказала:

— Он сказал, что не собирается заниматься глупостями, вроде этой. Он где-то есть. Но сегодня, похоже, его тут не будет.

Передавая слова этого мерзавца, она особо выделила слово «Сегодня».

Я его тоже не желаю видеть. Если возможно, то мне не хотелось бы больше встречать и этих двух странных девушек.

— Ничего не поделаешь. Сколько бы мы ни откладывали, но рано или поздно это должно было случиться. К тому же мы и так долго ждали. Разве сейчас не подходящее время, чтобы выйти в свет?

Тачибана Кёко прикрыла рот и хихикнула.

— Должно быть, он думает точно так же. Чему быть — тому не миновать. Не важно как долго ты откладываешь что-то, есть вещи, от которых не убежать. Лечить рану лучше сразу, пока не стало хуже, разве не так?

В этот раз она особо выделила слово «Он», и я подумал, что она опять имеет в виду этого чудака из будущего. Но, я ошибался.

Тачибана Кёко смотрела куда-то позади меня. Её взгляд проходил сквозь меня, будто я был невидимым. Противно даже вспоминать то скверное предчувствие, холодком пробежавшее по спине. Порой мне кажется, что выражения для описания страха или испуга применяются часто, хотя настоящее ощущение, которое они несут, испытываются редко. Это как рисунок сакэ или утки, несущей зеленый лук.

Всё рухнуло. Ошибки быть не могло. Это именно оно. Моё сердце переполнял неописуемый ужас.

Я медленно развернулся.

Позади меня стоял Коидзуми. По всей вероятности он пришел сюда со станции. На нём была безупречная повседневная одежда, и он беспечно стоял позади меня, держа руки в карманах, будто ожидая, чтобы я заметил его.

Хорошо ещё, если бы там был только Коидзуми, так как он единственный из Северной Старшей, на кого я мог бы положиться в переговорах с этой троицей.

— Ыыыы…… - С моего лба скатилась ещё одна капля пота.

Это худший сценарий из тех, что можно себе вообразить. Рядом с Коидзуми стояла Харухи — абсолютная сила бригады СОС. Она смотрела на меня как гос. чиновник, уличивший местечкового руководителя в нарушениях. Позади неё стояли Асахина-сан и Нагато.

Короче говоря, здесь была бригада СОС в полном составе. Кроме того, они, казалось, образовали "живую стену", вроде той, что используется во время пенальти, чтобы отгородить меня и Сасаки.

Я взглянул на часы и увидел, что ещё без пятнадцати девять (8:45). Понятия не имею, во сколько они пришли, но технически — я пришел не последним, учитывая то, что все уже стоят здесь.

Но сейчас не время думать о подобных мелочах.

Харухи, не сводя с меня взгляда, топала мне наперерез. Остальная троица следовала за ней, как служанки за принцессой — безупречно одетый, как всегда, Коидзуми, молчаливая Нагато в её неизменной школьной форме, и Асахина-сан в причудливом весеннем наряде.

Я ощущал себя авиадиспетчером, увидевшим на радаре зону сверхнизкого атмосферного давления на пару с чудовищным скоплением облаков.

Харухи остановилась и уставилась на меня, как аэропортовая поисковая собака, учуявшая запах марихуаны:

— Я полагаю, это тот редкий случай, когда ты пришел раньше нас. Что? У тебя была назначена встреча раньше нашей?

— Мы встретились совершенно случайно. — ответила Сасаки.

Она смотрела на меня, а не на Харухи.

— Если живешь поблизости, то вполне естественно выбирать это место в качестве места встречи. Я договорилась со своими знакомыми встретиться здесь. Кён, как и ты, я тоже завожу новых друзей в совершенно неожиданных местах. Ну, раз уж все, кого я ждала, собрались, думаю нам самое время пойти.

Отлично. Простите конечно, но отчаливайте побыстрее. И пожалуйста, не заходите в ближайшее кафе, так как мы собирались именно туда. Будет неприятно, если там не останется свободных мест.

— Хорошо, я приму это во внимание. Будет глупо, если мы снова встретимся сразу после того как расстались. Мы сядем на поезд и поедем куда-нибудь. — ответила Сасаки, поняв мои мысли, а затем поклонилась Харухи.

— Судзумия-сан, оставляю Кёна на тебя. Он ведь всё так же не проявляет усердия в учёбе и внеурочных мероприятиях, да? Надеюсь, что он возьмётся за ум прежде, чем терпенью его матери придёт конец, и его снова заставят ходить в вечернюю школу. Полагаю, её терпение иссякнет как раз к грядущим летним каникулам.

— Эээ. Ах. Ммм.

Харухи выдавила из себя какие-то звуки, лишь бы только не выглядеть неспособной сказать хоть что-то. Её глаза были широко раскрыты, как у ребёнка, нашедшего в горах невиданного жука.

Если это часть чьего-то плана, чтобы встряхнуть меня, то этой парочки более чем хватило бы. Но то, что происходит, намного выше моих сил.

Вполне нормальное явление видеть группы старшеклассников, стоящих у входа на станцию, в праздничные дни.

Но, на конкретном участке улицы, столкнулось нечто огромное. Хотя кажется, что это совсем не издало звука, мне показалось, что я услышал нечто, что не должно было быть слышимым.

В то же время как Сасаки улыбалась Харухи, Тачибана Кёко и Куё смотрели в разные стороны. Портрет нашего стильного вице-командира, с головы до пят, отразился в глазах Тачибаны Кёко.

Они молчали. Бесстрастно улыбающееся лицо Коидзуми ничуть не изменилось. Даже при том, что он излучал раздражение, мне кажется — я единственный, кто это заметил.

С другой стороны, у Тачибаны Кёко была довольная улыбка, как у актрисы, впервые вышедшей на сцену.

Но, источником этого «звука» были не они. Пара людей, меряющихся силами, не способна создать такую ударную волну.

Это настолько потрясло мое душевное спокойствие, словно где-то далеко столкнулись континентальная и океаническая плиты. И источник звука -

— ………………

— ………….

эти двое, что уставились друг на друга, замерев без движения. Нагато и Куё.

Точно. Если подумать, я уже несколько раз видел рассерженную Нагато. Например, когда президент компьютерного клуба пытался читерить в игре, или когда президент школьного совета пытался закрыть Литературный клуб. В тот момент, когда она сражалась с Асакурой, я особо не обращал внимание на её эмоциональное состояние, но вполне возможно, что тогда она не испытывала чего-то подобного.

Но теперь я наконец понял.

Мои способности читать перемены эмоций Нагато, в которых я был уверен, всё ещё находились на посредственном уровне.

— ……………

Безразличная несгибаемая фигура и бесчувственные глаза Нагато сейчас излучали пустоту, способную сломать хребет. В её прозрачных зрачках отражался другой инопланетный андроид, называющий себя Куё.

Вся эта шумящая толпа прохожих казалась очень далекой и совершенно не ощущалась. Такое впечатление, что никому не показалось бы странным, если бы гигантский богомол вдруг вылез из под земли.

Такой отрыв от реальности напоминал чувство, будто ты попал в другое измерение -

— Ах, эмммм…

Той, кто вернула меня к реальности, была фея, сошедшая с небес, та, кто услаждает мой взор и…

— Кён-кун? Что случилось? Ты плохо выглядишь…

Асахина-сан обеспокоенно смотрела на меня. — Ты не простудился? Ах. Ты вспотел. Платок-платок..

Она порылась в своей сумке, достала платок, украшенный цветочками, и протянула его мне.

Благодаря этому я вырвался из этого наваждения.

— Я в порядке, Асахина-сан.

Не хочу пачкать твой прекрасный платок. Моего рукава будет вполне достаточно.

Объявляю этому мерзавцу из будущего мою «временную» благодарность. Раз его нет, то и Асахине-сан не пришлось глядеть на своего оппонента, в отличии от Коидзуми и Нагато.

Я вытирал пот со лба и в то же время ощущал себя репортёром, которого не по сценарию выпустили в прямой эфир на президентских выборах.

— Кён, ну я пошла. — сказала Сасаки, говорившая с Харухи.

— Чуть не забыла. Ты не мог бы позвонить Судо, когда у тебя будет время? Кажется он официально занимается подготовкой к встрече. Он звонил мне недавно. Кажется он хочет поручить тебе известить всех в Северной Старшей.

И почему же он сказал это тебе, а не мне? Может Судо на самом деле интересуется Сасаки, а не Окамото?

— Это невозможно. — без промедления ответила Сасаки.

— Я никогда не делала ничего, что привлекло бы ко мне чьё-то внимание. Более того, я никогда не выражала своей привязанности к кому-либо. Ты ведь должен понимать это лучше других, Кён? Верно?

Нет, понятия не имею.

— Правда? — хихикнула Сасаки, — Ну, тогда ладно.

Высказав эту озадачившую меня фразу, Сасаки помахала рукой:

— Увидимся.

Она прошла мимо меня и направилась к турникетам. Тачибана Кёко и Куё последовали за ней. Первая выглядела так, будто выполнила все поставленные задачи, а вторая — как медленно уплывающее мрачное облако.

Коидзуми и Нагато изображали медитацию и не произнесли ни слова, и лишь Асахина-сан нервно кланялась. Ты та, кто приносит облегчение людям, где бы они ни были. Ты так прекрасна, что у меня кружится голова! Я люблю тебя, Асахина-сан, я хочу обнять тебя покрепче!

После того как троица растворилась в недрах станции, Харухи пробормотала:

— Она в самом деле странная. Хмммм, но она самая интересная из твоих знакомых, хоть и воспринимается немного неестественно(й?).

Она, наверно, приняла бы твои слова за комплимент… Сасаки такая.

— Мне кажется, что у нее больше друзей, чем у тебя.

Да, она на самом деле намного общительнее меня. Но, Сасаки -

Я сдержал свои внутренние порывы и подумал:

Тебе не стоит идти и помогать пришельцам, путешественникам во времени и экстрасенсам. Даже если тебе хочется расширить свой круг общения, должны же быть этому границы.

Наверно мне не стоит думать об этом. Сейчас моя голова плохо соображает.

Оппонент Тачибаны Кёко — Коидзуми. Для Суо Куё это будет Нагато, безымянный чувак из будущего будет против Асахины-сан…

Тогда, как же Сасаки? Я совсем забыл про неё.

Я никогда не думал о том, против кого будет она.

* * *

Через пару минут после расставания с Сасаки и её спутницами мы, будто исполняя традиционный ритуал, направились в кафе. Там мы выслушаем речь Харухи о том, что она запланировала нам на сегодня.

На сей раз я не должен буду угощать всех. Это второй раз, когда я прихожу раньше всех. Мне стоило бы отпраздновать это, но мне совершенно не до веселья. Наверно, это потому, что я ещё не испытывал ощущения, что я кого-то жду. Я всё ещё не могу забыть тот день, когда я один ждал Харухи, поскольку Коидзуми, Нагато и Асахина-сан не смогли прийти. Это невозможно забыть, несмотря на то, что я платил тогда за неё.

— Мы тогда встретились у турникетов, так?

Харухи шумно пила свой ледяной Американо и продолжала:

— Следовательно — никто не опоздал. Просто ты пришел первым. Следовательно, в этот раз каждый платит сам за себя.

Что с этим "Следовательно"? Ты даже употребила его дважды. Дважды повторяя один и тот же союз ты звучишь глупо, и, в любом случае, не меняй правила на ходу. Может в следующий раз я приду, танцуя "Оклахомский Миксер" вместе с Нагато и Асахиной-сан.

— Так не пойдёт.

Харухи жевала во рту трубочку от кофе.

— Ты не можешь планировать это заранее и симулировать, что это совпадение. Скажем так — меня не так просто одурачить. Если я поймаю тебя за этим, то ты заплатишь десятикратный штраф.

И кто же это расследовать будет? Даже если ты услышишь о таком, взять с поличным всё равно не получится. Хоть тебя раньше того загребла бы Комиссия по Честной Торговле, ну да ладно. Тому, кто задолжает на десять раз, придется на какое-то время вместо плановых выплат ещё и пойти в банк и расписать в красной книжке просьбу о кредите.

— Насчёт сегодняшних мероприятий -

Харухи допила свой напиток и оглядела всех. Я сделал то же самое и взглянул на остальную троицу.

Асахина-сан двумя руками изящно держала стакан с цейлонским чаем и с энтузиазмом слушала слова Харухи; Нагато разглядывала поверхность своего абрикосового напитка, а Коидзуми, скрестив руки, дежурно улыбался.

Сегодняшнее «явление» никак не повлияло на членов бригады СОС. Если не считать Нагато, то неувядающая бизнес-улыбочка Коидзуми и вовсе достойна похвалы. Обязательно упомяну это, когда позже буду говорить с ними.

Я подумал о том, что сейчас мы начнём тянуть жребий и делиться на группы.

— Я решила не разделяться на группы. — сказала Харухи.

— Я как-то задумалась, а что если мы не можем ничего найти потому, что всегда разделяемся на две группы по два и три человека. Кроме того, если большее количество человек ищут что-то в одном месте, то им легче найти искомое. Пятеро — это более чем в два раза больше, чем двое.

Харухи вопрошающе взглянула на меня:

— Особенно это касается тебя, Кён. Ты ведь не занимался поисками необычностей всерьёз, разве не так? Ты обычно спал в библиотеке.

Значит, ты всё ещё помнишь про это. Краем глаза я взглянул на неподвижную Нагато и Асахину-сан..

— Эй, Харухи, скажи ещё раз — что ещё за необычности мы ищем? Прости, но я забыл почти всё, что ты когда-то говорила. Можешь повторить мне ещё разок?

— Это основа основ, так что на этот раз запоминай хорошенько.

Она отмахнула волосы со щеки.

— Годятся любые непостижимые вещи — нечто-то, что нельзя объяснить или кто-либо странный; временные колебания; пришельцы, маскирующиеся под людей и всё тому подобное.

Большая часть из того, что ты перечислила, сидит сейчас перед тобой. — подумал я про себя и вздохнул.

В следующий раз мне предстоит серьёзный разговор с Коидзуми и Нагато. Слишком рискованно пытаться говорить с ними, когда мы двигаемся одной большой группой, Харухи может заметить это.

Судя по цвету лица Коидзуми и Нагато, и тому факту, что Асахина-сан всё ещё «нормальная» Асахина-сан, можно сделать вывод, что всё не так плохо. К тому же тут нет второго меня, из будущего, пытающегося что-либо исправить.

Кроме того, в данный момент есть кое-что более важное. Я взглянул на Харухи.

Кажется, она полностью сконцентрирована на поиске необычностей. Если это так, то всё в порядке. Нет нужды паниковать или убеждать себя в чём-то.

Наша бессмысленная бригада СОС уже преодолевшая множество штормов, в данный момент абсолютно неконтролируема и беспорядочно дрейфует по округе. Пока курс не ясен, она продолжит нарушать закон о безопасности морского судоходства и метаться повсюду. Вполне велика вероятность того, что путешествие, изначальной целью которого были берега Индии, завершится на вершине горы Арарат.

Чувствуя, что Харухи вот вот вскочит, я поспешно допил всё, что оставалось в стакане.

— Ладно, пошли!

Когда Харухи, уже по привычке, передавала мне чек, она внезапно вспомнила своё недавнее заявление и небрежно выплюнула трубочку в пустой стакан.

* * *

После этого мы несколько часов ходили рядом со станцией.

Некоторые здания, которых ещё месяц назад не было, появились из ниоткуда, а некоторые — испарились без следа. Возможно, всё это нормально для современного, наполненного меркантилизмом, общества, хоть и кажется несколько поспешным. Бар около моего дома, который существовал ещё до моего рождения, тоже остался в прошлом? Современные магазины, которые, казалось бы, только открылись — внезапно закрываются, а на их месте появляются новые. Прямо как «Русская Рулетка». Однако, если привычный пейзаж не будет изменяться, это тоже будет выглядеть странно.

Больше всего я был рад тому, что мы больше не встретились с группой Сасаки. Хоть я и был готов к тому, что они выскочат из-за угла, но, кажется, они действительно сели на поезд и уехали куда-то. Мне всё ещё не по нраву то, что она привела с собой эту парочку, но кажется, что она все еще внимательна к другим. Надо поблагодарить её за это.

Наша пятерка весь день ходила вместе. Мы перекусили фирменными блюдами в карри-ресторане. Хозяин ресторана был очень горд ими, кажется, ресторан — это его хобби. Днём мы занимались тем же самым. Мне казалось, что мы трое просто сопровождаем Харухи и Асахину-сан, пока они разглядывают витрины. По всей вероятности со стороны это выглядело именно так.

Асахина-сан с горящими глазами разглядывала разнообразные товары в углу модного магазина, Харухи примеряла разнообразные солнечные очки на Нагато, а Коидзуми болтал о мелочах, вроде погоды или своих одноклассников…

Сегодняшний день прошел настолько «обычно», что это даже странно.

Ах, это был отличный день, не на что жаловаться.

* * *

Этим же вечером.

Первая в новом учебном году экспедиция по поиску таинственных явлений закончилась безрезультатно, и я поспешил домой сразу же, как только Харухи подала знак об окончании дня. Я пообедал, некоторое время побездельничал, а затем, после сестрёнки, отправился в ванну.

Я помыл голову шампунем, который был дешевле шампуня для котов, затем вымылся целиком и прилёг в ванну. Когда я напевал придуманную сестрёнкой песню, известную как «Пора обедать», дверь в ванну внезапно открылась.

— Кён-кун, ~Те-ле-фоо-н ~

Голова моей сестры, одетой в пижаму, показалась из-за двери.

Итак, мне звонят. Я подозревал, что мне обязательно позвонят, да и у меня были кое-какие дела. Я приготовился говорить с Коидзуми или Нагато. Моя сестра, широко улыбаясь, держала в руке трубку радиотелефона.

— «Братик дома?» Я ответила — «Да, Кён-кун дома».

Не могла бы ты тоже звать меня поуважительнее?

— Кто это?

— Это — девушкаа~ — произнесла моя сестра странным тоном.

Я вытер руки об полотенце, намотанное на мою голову, и взял у неё трубку.

— Аа, Кён-кун, после того как примешь ванну, ты должен помочь мне с домашкой! Маа~тее~маа~тии~кааа~за-ни-ма-ЦЦа~~вжжжж~

После того как она закончила свою монотонную песню, она показала мне язык и выбежала из раздевалки/предбанника(?), как ребёнок, прогуливающий детский сад.

Девушка, звонящая мне в такое время?

Ну кто же это может быть ещё, кроме Харухи? Может это Нагато, по поводу утренних событий? Может Асахина-сан?…только не говорите, что это «старшая». Я сейчас не в настроении выслушивать таинственные/странные советы.

— Привет.

Чтобы случайно не уронить телефон в воду, я свесился через край ванной и приложил трубку к уху.

— Привет.

И этот эхо-подобный голос принадлежал…

Глава 2

(α)

Mysterious Stranger

α-1

— Привет.

Эхо-подобный голос, доносившийся с другого конца телефонного провода, был мне совершенно незнаком.

Это была не Харухи, Нагато или Асахина-сан из какого угодно времени. Также это не были Мори-сан и Саканака, уже не говоря про Суо Куё или Тачибану Кёко. Этот голос не принадлежал даже Сасаки. Всё это было ясно с первого же произнесённого слова. Оно исходило от кого-то, кого я не знал, и мои уши никогда прежде не слышали этот голос.

— Ах, ты принимаешь ванну? Извини! Я слишком невежлива. Может, мне перезвонить позже?

В этом нет необходимости, но прежде, чем я успел сказать это…

— Но… но от того, что я позвоню тебе несколько раз, лучше всё равно не станет. Премного извиняюсь.

Этот голос продолжал непрерывно звучать в трубке моего телефона. Я решил прервать её.

— Кто это? Скажи мне хотя бы своё имя.

— Это же я, Я~аааа — больше всего это было похоже на "яааа".

Нет, ты не Харухи, и «это» нельзя назвать нормальным представлением.

— Как же та~ак… — произнёс женский голос.

Голос, звучавший из телефона, был громким и весёлым, но не совсем чётким.

— Но, всё нормально. В любом случае, я лишь хотела сказать «Привет». Твоя младшая сестрёнка в самом деле милашка. Я бы хотела, чтобы у меня была такая же. Тренировка по матема~атике, хи-хи, какая прелесть.

Хм-мм… Я погрузился в глубокие раздумья. Хоть я и слышал её голос впервые, но эта манера речи очень сильно кого-то напоминала. Но как бы глубоко я не рылся в своей памяти, опознать его у меня не получалось. Я лишь мог констатировать, что он чем-то напоминал голос сестры.

— Я просто хотела услышать голос сэмпая. — продолжал голос. — Это всё, больше причин нет. Если мне придётся побеспокоить тебя в будущем, то пожалуйста, позаботься обо мне. Ах, если бы мы смогли побыть вместе подольше…

Стоп, она только что обратилась ко мне как к старшему? Значит, она младше меня. Но я совершенно не припоминаю, кому бы мог принадлежать этот голос. И в тот момент, когда я хотел сказать ей: «Скажи мне наконец своё полное имя»…

— Ну всё, прощай, я вешаю трубку. До новых встреч, если выпадет случай. Ха-ха.

Вот так, невежливо, она повесила трубку.

Какого чёрта это было? Одних проблем с Сасаки, Тачибаной Кёко, Куё и прочими уже достаточно, чтоб я был по уши занят. Мне совершенно не хочется, чтобы сейчас кто-нибудь ещё вылез на сцену.

Меня внезапно осенило, и я посмотрел на список входящих вызовов. Номер телефона звонившей был «скрытым».

Даже после того, как я помылся и надел пижаму, я продолжал терзать себя вопросом о личности этой таинственной девушки. К сожалению, это было пустой тратой времени.

— Чёрт, ну что за день такой…?

Впрочем, от того, что я постоянно думаю об этом, ничего не изменится. Я просто поплыву по течению. Если не сработает, я позабочусь об этом любой ценой. В случае чего, проблемы можно обсудить с Коидзуми, Асахиной-сан, Нагато и, в далёком-далёком будущем, с Харухи. До тех пор, что бы ни произошло — меня это не касается.

— Ну и ну.

Завтра — целый день отдыха. Какая редкость. Пока я не уснул, и Харухи не объявилась с очередной безумной идеей, казалось, что воскресение станет днём отдыха.

Чтобы не простудиться после ванной, я обхватил Сямисена, как грелку, и пошел в свою комнату, где уже была моя сестра.

α-2

Закончив помогать сестре с домашним заданием, и, оставив ей Сямисена, вернулся в свою комнату. Я взял телефон, лежавший на кровати, и набрал номер. После первого же гудка мне ответили.

— Это Коидзуми.

Я восхищён тем, как быстро ты отвечаешь на звонки. Такое впечатление, что ты постоянно находишься в режиме ожидания.

— Это лишь потому, что я чувствовал, что ты скоро свяжешься со мной. В действительности, ты позвонил позже, чем ожидалось. Я думал, ты позвонишь мне сразу после нашего расставания.

Я терпеливый. Хотя если честно, мне нужно было время, чтобы привести в порядок свои мысли.

— Что вообще за дела с этими ребятами, которых мы встретили утром?

— Я хотел спросить тоже самое. Но мне особо нечего добавить по поводу инцидента с группой Тачибаны Кёко. Я давно ожидал, что её фракция потеряет терпение и начнёт действовать. Инцидент с похищением был лишь предвестником дальнейших событий. Однако, мы не можем утверждать, что это именно то, чего добивалась Тачибана Кёко.

Я не ожидал, что ты сможешь ответить за них.

— Я не хочу участвовать в ненужных конфликтах. Ожесточённая конфронтация — это совершенно не мой стиль. К счастью для нас, Тачибана Кёко достаточно общительна. В конце концов, разумная оппозиция лучше, чем несведущие союзники. Будет лучше, если они останутся простыми наблюдателями. В сложившихся обстоятельствах это наилучший выход. В конце концов, весна ближе, когда на дворе зима, разве не так? Это будет намного лучше, чем продолжать холодную войну.

Ты можешь не использовать слова, которые истощают мою нервную систему?

— Есть так же вероятность того, что путешественник во времени снова чем-то запудрил им мозг. А ещё — появился оппонент Нагато-сан. Я предполагаю, что они вынуждены были принять меры.

Чего же они пытались добиться?

— Тачибана Кёко и её группа не слишком отличаются от «Организации», которой принадлежу я. Наша деятельность опирается на схожие доктрины, за исключением того, что у каждой из наших групп различные их объяснения. Они лишь хотели минимизировать вероятность совершения ошибок. Это же можно отнести и ко мне. У нас есть сверх-способности потому, что Судзумия-сан даровала их нам. Это — неоспоримый факт.

Это и есть та теория «Харухи Судзумия — Богиня» утверждающая, что Харухи создала этот мир три…нет, четыре года назад?

— Это не вопрос веры или неверия. Даже если мы уберём «богиню» из названия, неоспоримым фактом останется то, что «Судзумия-сан — создатель закрытых пространств и аватаров, а «мы» существуем для того, чтобы держать ситуацию под контролем». Я знаю это с самого начала и буду очень обеспокоен, если что-то изменится. Так что это та вещь, относительно которой я не собираюсь идти на уступки.

— Будет замечательно, если мы сможем решить вопрос словесным путём. — произнёс Коидзуми отрешенным тоном, — С Тачибаной Кёко и Сасаки-сан проблем нет. Они из одного времени с нами, обладают схожими с нами способностями и за ними легче наблюдать. В конце концов — они «люди». Непредсказуемым элементом является пришелец не принадлежащий к «Объединению Разумных Информационных Сущностей», а именно Суо Куё. С этой точки зрения она бесспорно является монофункциональным мономером. Мы не знаем ни её мотивов, ни способностей. По сравнению с ней, путешественников во времени и им подобных можно назвать «милашками».

Хоть привлекательность Асахины-сан — тоже неоспоримый факт, я не думаю, что все путешественники во времени такие же.

— Я тоже так считаю. В нашей команде Асахина-сан скорее относится к тем, кто сам нуждается в защите. К тому же, она невероятно симпатичная старшеклассница, мы просто не можем её бросить. Однако, мы не хотим, чтоб они переносили свои «будущие» конфликты в наше время. Но, полагаю, конфликты, касающиеся путешественников во времени, должны решаться путешественниками во времени.

— …или это будет слишком безответственно. — добавил Коидзуми.

— Обо всём прочем можем позаботиться Нагато-сан и я. Да и ты, если увидишь зловещие лапы, тянущиеся к Судзумии-сан, не будешь сидеть спокойно на месте, разве не так?

Естественно, она же, в конце концов, наш лидер.

— Мы просто подождём, пока другая сторона сделает свой ход. Сейчас не время серьёзно беспокоиться об этом. Несмотря ни на что, сейчас Судзумия-сан на нашей стороне.

α-3

После разговора с Коидзуми я задумался, стоит ли мне позвонить и Нагато тоже. Но понял, что даже если я это сделаю, то все равно вопросов у меня больше не осталось. В итоге я просто отложил телефон.

Если бы Куё была кем-то вроде шинигами, возвестившего Нагато о крайней опасности для жизни, то она вряд ли бы умолчала об этом. Более того, наш милосердный лидер даровал нам «нормальное» воскресенье. Завтра я буду отдыхать и восстанавливать силы.

Когда наступит понедельник, мы все равно встретимся — либо в классе, либо в клубной комнате — как бы я этому не противился. В любом случае, если я схожу в клубную комнату во время обеда, у меня будет возможность послушать, что скажет Нагато.

Когда я уже собирался приняться за чтение до сих пор не возвращенной книги, кто-то поскребся в дверь. Я открыл, и в комнату с опустошенным видом, мурлыкая, медленно вошел Сямисен. Он забрался на кровать, свернулся клубком и заснул, даже не поблагодарив привратника.

Это, казалось, символизировало, что жизни кошек столь же вечны как мир.

α-4

Следующий день. Воскресенье.

Мне было особо нечем заняться: я почитал книги, поиграл на компьютере в игры — короче, смаковал проведённое в одиночестве время. Было бы неплохо время от времени наслаждаться подобными спокойными выходными, никак не связанными с Харухи.

Скоро наступит понедельник. Нагоняющая тоску воскресная ночь вот-вот пройдёт, а в след за ней начнётся новая неделя. И ты опять будешь ждать, считая дни до наступления выходных.

Наступает понедельник.

(β)

Sasaki & Co

β-1

— Привет.

Эхо-подобный голос, доносившийся с другого конца телефонного провода, принадлежал девушке, которую я уже слышал этим утром.

Все было бы в порядке, если бы это была Харухи, Нагато или Асахина-сан (старшая). Харухи просто стала бы предлагать разные глупые планы на завтра. С Нагато я бы обсудил то, что мы могли бы предпринять по отношению к Куё. Что же до Асахины-сан (старшей), то у меня есть много, очень много вопросов к ней.

— Ах, ты принимаешь ванну? Твоя младшая сестра должна была мне об этом сказать. Может мне перезвонить тебе попозже? Но, раз уж ты ответил на этот звонок, то наверное ты уже более или менее освободился. Я права?

Звонившая не был кем-то из тех, кого я ожидал услышать. Я спросил ее имя.

— Это Сасаки?

— Да, это я. Насчет сегодня, я планировала поболтать с тобой немного подольше, но Судзумия-сан пришла несколько раньше, чем я рассчитывала. Думаю, это мой просчет.

Сасаки посмеялась своим клокочущим голосом.

— А твоя сестренка совсем не изменилась. Я назвала ей свое имя, но не знаю, не расслышала ли она его, или просто обо мне забыла… Но это понятно, ведь мы встречались только дважды… нет, трижды.

— Если тебе захотелось поучить мою сестру Математике, то лучше не стоит.

Это одна из немногих вещей, которые я делаю для семьи.

— Я понимаю. Как же я могу переманивать твою сестрёнку? Да и вообще, есть миллиарды людей, которые совершенно чужды тебе, тогда как лишь немногие родственны с тобой по крови: это твоя семья. Эту редкость можно проиллюстрировать огромной разницей в отношении между двоими. Именно уникальность делает эти узы одними из самых ценных в мире. Не зря говорят: свой своему рад.

— Ну, так что там?

— Буду говорить прямо. Надеюсь, мы можем встретиться на прежнем месте у станции завтра в девять утра. Помнишь то место? Я предполагаю, что этой информации тебе должно быть достаточно. А насчет того, что будет… ну, вообще-то дело не во мне, думаю будет проще узнать все напрямую от Тачибаны-сан. Судя по тому, что я знаю, ты поймешь это лучше, чем я.

— Они тоже придут?

Вспоминая об этой неподвижной и жуткой Куё-бабе, я почувствовал раздражение.

— Он тоже должен прийти. Как там его… ну, этот самозваный путешественник во времени.

Теперь я еще раздраженнее обычного. Если этот идиот опять будет пороть чушь про Асахину-сан, то на этот раз я не уверен что смогу сдержать себя. Если я потеряю контроль и все закончится дракой, то прошу остановить меня.

— Так значит, ты придешь? Кён, не волнуйся. Эти трое надеются прийти к согласию, не прибегая к насилию. Для всех будет лучше, если обмен мнениями обойдется без конфликтов.

Будем надеяться, та пришелица понимает земной язык. Если говорить об этом…

— Сасаки, куда ты ходила с ними сегодня? — Хочешь проверить моё алиби? Мы сели на поезд в город и прошлись по магазинам. С Тачибаной-сан очень здорово прогуляться. Она много рассказала про свою школьную жизнь. И, — спокойно добавила Сасаки, — про тот случай четыре года назад.

Четыре года назад.

Впервые я услышал об этом в прошлом году, и тогда это уже было три года назад. Спусковой крючок для темы, детального обсуждения которой нельзя избежать, что заканчивается недоверчивыми рукопожатиями. Тот судьбоносный день, когда Харухи, использовав свои садистские суперсилы, сотворила нечто совершенно потрясающее. Ох, теперь мы можем принимать Олимпиаду.

— Что она сказала?

— Лучше спроси ее сам. Я сама не очень разобралась до сих пор. Кён, кое-что меня сейчас тревожит. Я чувствую себя как младшеклассница, у которой завтра первый урок плавания, и которая должна шагнуть в воду, не зная толком, как удержаться на плаву.

Я вспомнил дни средней школы, нерешительность Сасаки, ждущей у бассейна в своем купальнике. Ну, среди остальных девчонок класса, она просто нормальная девушка. Единственное, что может считаться необычным, это ее высокие навыки общения и блестящие глаза, удерживающие внимание собеседника во время разговора. Да, эти сияющие глаза… Без сомнения, кроме тех моментов, когда она говорит с парнями, она просто обычная ученица средней, а теперь — старшей школы.

Так было всегда. Так почему ты звонишь и обсуждаешь со мной такие странные темы? Это уже точно совсем не нормально. Где-то ошибка. Чья это ошибка?

— Сасаки, я уже понял, что ты информатор их группы. Но я совсем не понимаю, зачем тебе это?

Сасаки на другом конце провода немного помолчала, а потом задумчиво усмехнулась.

— Затем, что я твой хороший друг. Разве одно это не делает меня наиболее подходящей на эту роль? Если бы кто-то другой попросил тебя пойти, ты бы не послушался так легко, правда? Ты же не настолько доверчив. Хотя должна заметить, что в словесной битве тебя легко победить.

Даже и не думал пытаться победить тебя в споре.

— Ты прекрасный слушатель, в тебе сочетаются ум и простота в правильном количестве. Не злись, пожалуйста, на самом деле это комплимент. Для говорящего может казаться бессмыссленным говорить слушающему вещи, которые могут быть ей или ему непонятны, передавать что-то, что то известное ей или ему, ни чем не лучше. В данном случае, раз речь идет о Кёне, волноваться не о чем. С тобой другие легко и без проблем будут делиться мыслями.

Что-то ноющее внутри меня говорит, что это не совсем похоже на похвалу, но раз это говорит Сасаки, то это становится понятным подсознательно. Так было всегда, еще со средней школы.

— Я скоро положу трубку. Не хочу мешать твоей сестре заниматься уроками. Да и не хочу тратить твое время и отбирать у тебя привилегию быть старшим братом. Надеюсь, что ты вовремя проснешься завтра и я сейчас не потратила свое время зря, переворачивая свою комнату вверх-дном в поисках телефонной книги из средней школы. Было бы проще, если бы ты оставил свой номер на новогодней открытке.

Конечно, я так и сделаю.

Я давно хотел все с ними прояснить. Нет необходимости узнавать что-то через систему радиолокационного опознавания, мне достаточно и того, что мне известно, чтобы называть их вражескими пришельцем, путешественником во времени и экстрасенсом. И раз они решили собраться вместе, мне не придется прикладывать лишние усилия.

— Осторожно, не простудись после ванной. И, пожалуйста, передай привет семье.

На той стороне повесили трубку.

Я быстро вышел из ванной, надел пижаму и поторопился в свою комнату.

β-2

Я быстро снял трубку, на которой лежал Сямисен, и набрал номер. Ответили после первого же гудка.

— Это Коидзуми.

Поражаюсь тому, как быстро ты всегда отвечаешь на звонки, как будто ждёшь их.

— Просто я чувствовал, что скоро ты захочешь со мной связаться. На самом деле, ты позвонил позже, чем я ожидал. Я думал что ты позвонишь сразу после того, как мы разошлись.

Я позвонил тебе сразу после разговора с Сасаки. Если ты хочешь еще быстрее, то мне придется добавить сверхсветовые частицы в телефонную линию.

— Ну, что ж, наш разговор не настолько важен. Так вот в чем дело. Это они первыми инициировали контакт? Я ожидал, что ты позвонишь вне зависимости от того, позвонит тебе Сасаки-сан или нет. Тебе есть о чем меня спросить?

— Ты знаешь Тачибану Кёко?

— Конечно. В конце концов, ее идеология не имеет ничего общего с идеологией Организации, что делает ее конкурентом.

Я очень хотел бы знать, как происходит эта конкуренция. Не думаю, что это партизанская война в какой-нибудь пустынной местности. Только не говорите, что это битвы сверхсил в закрытых пространствах.

— Было бы интересно, если бы это было так. К сожалению, все не так просто, потому что она не способна входить в закрытые пространства, созданные Судзумией-сан. На самом деле, Тачибана Кёко и ее группа не так сильно отличаются от Организации, в которой я состою. Наши действия основаны на схожей философии, за исключением того, что у каждой группы свои объяснения. Думаю, это можно описать так.

Это та теория Харухи-бога, гласящая, что Харухи создала этот новый мир три… нет, четыре года назад?

— Хотя невозможность доказать теорию означает, что она останется предположением, это самая простая форма ее объяснения. В Организации много ее последователей. Касательно веры в то, что источник наших сил — Судзумия-сан, между членами Организации, включая меня, разногласий нет.

А что насчет Тачибаны Кёко?

— Вот почему я сказал, что она из тех, у кого нет сил, данных Харухи, но кто уверен в том, что они, в отличие от нас, этого заслуживают. Они — группа людей, неспособных признать Харухи богом. Они были бы простыми наблюдателями, но они как-то узнали об этих способностях и захотели оказаться в центре. Должен сказать, я на самом деле ей сочувствую.

Объяснение Коидзуми, по-моему, содержало некоторую долю жалости.

— Итак, что сказала Сасаки-сан?

— Я встречусь с ними завтра.

Я сразу рассказал все, о чем мне говорила Сасаки.

— Я не знаю, почему. Они, видимо, хотят мне что-то сказать, и мне тоже есть что им сказать. На самом деле, я чувствовал, как будто преподаю им урок.

Коидзуми хихикнул и продолжил:

— Позволь мне кое-что добавить. Тачибана Кёко никогда не сделает ничего плохого ни тебе, ни Судзумии-сан. Насчет того похищения — ей нельзя было этого делать. Проблема в ее недостатке самоконтроля после услышанных от путешественника во времени сладких речей. Для Тачибаны Кёко и ее группы ты тоже очень важен. А вот оппонент Нагато-сан — очень опасна. Ход её мыслей еще менее понятен, чем таковые у ОРИС.

После слов "Пожалуйста, будь осторожен", экстренный разговор между мной и Коидзуми закночился. Мы не поговорили дольше, потому что я знал, что сказанного достаточно, чтобы Коидзуми понял, что я имел ввиду. Если меня похитят, тебе придется об этом побеспокоиться.

— Теперь…

Следующая на связи будет Нагато.

Я легко могу вспомнить номер ее телефона и без помощи телефонной книги.

На этот раз было три гудка.

— …

— Нагато, это я.

— …

— Насчет завтра…

Хотя ответа не было, бездействия на другом конце провода достаточно, чтобы понять, кто взял трубку. Я продолжил говорить, не дождавшись ответа ни в каком виде. Так и было, пока я не сказал: "Итак, завтра я встречусь с пришельцем, которого видел сегодня…"

— Ясно.

Голос Нагато был лишен каких бы то ни было эмоций.

— Если только Сасаки не лгала, они хотят решить проблему мирно. Коидзуми тоже так считает. Вот почему я решил узнать твое мнение.

— …

После молчания, продлившегося примерно столько времени, сколько нужно чтобы найти слово в словаре…

— На данный момент опасность мала. Можно действовать без опасений.

Раз уж так сказала Нагато, это более чем убедительно. Я почувствовал, что внутри меня все расслабилось.

— На данный момент Объединение Разумных Информационных Сущностей прилагает все силы для анализа их данных.

— Что-нибудь стоящее уже известно?

— Пока нет. Единственное, что уже стало понятно, это то, что это — макропространственная квантовая космическая сущность.

— Ты когда-нибудь прежде контактировала с этой, по имени Куё?

— Невозможно найти общую связь. Мыслительный процесс остается неясным.

Загадочный пришелец остается загадкой?

Когда задумался о том, можно ли взять эту Куё-бабу и поместить ее в какой-нибудь центр исслезования инопланетян, Нагато неожиданно продолжила:

— Их наименование было временно стандартизировано.

— О, тогда скажи мне.

— Доминион Небесного Свода.

Не задумываясь о какой-либо драматизации, Нагато монотонно раскрыла их имя.

— Насколько мы можем это знать, они пришли из сфер, которые выше неба.

β-3

Когда я закончил разговор с Нагато, моя младшая сестра, наверное, из-за своей нетерпеливости, уже была рядом со мной вместе со своей домашней работой.

К сожалению, она просто разбросала ручки, учебники и тетради по полу и стала играть с Сямисеном. Пока она наигралась, а я закончил её домашние задания, прошел час. Наша кровная связь лучше всего проявляется в нашей беспомощности в том, что касается школьных заданий. Она может легко выполнить четыре основные арифметические операции, но когда в задаче есть подвох — она теряет хватку.

Я вернул ей учебник и тетрадь вместе с ответами, которые я написал для нее, и сказал ей:

— Если это всё, то можешь идти. И пожалуйста, возьми с собой Сямисена. Он такой тяжелый, что мне неудобно, когда он давит на мое одеяло.

— Сямии~.. Будем спать вместе?

Пестрый кот поднял голову и бросил сомневающийся взгляд на сестру, а потом медленно проследовал к моему одеялу.

— Он говорит "Нет".

Моя младшая сестра, похоже, обрадовалась. Она унесла свои задания, выходя из комнаты пританцовывая. По её меркам, сейчас она достаточно послушна. Ты получаешь бонусное очко за это.

Я устроился удобнее и включил телевизор. Хотя очевидно не было передач, которые могли меня заинтересовать, я продолжал переключать каналы в случайном порядке, думая о завтрашнем событии. Думаю, нужно хорошенько морально подготовится.

Наверное, сегодня стоит лечь спать пораньше.

β-4

Следующий день, воскресение.

Я проснулся в семь. Через тридцать минут после звонка будильника я уже был готов выйти из дома.

Никогда еще утренняя рутина, мытье и завтрак, не казались такой тратой времени, как сегодня. У меня достаточно времени вздремнуть еще сорок раз, но если бы я снова пошел спать, то не проснулся бы еще часа два.

У меня не было другого выбора, кроме как почитать утренние газеты на кухне. В это же время моя младшая сестра, которая гордится тем, что встает раньше всех в семье, глядела на меня с подозрением.

— Уу, Кён просыпается раньше меня уже второй день подряд. Почемууу~..?

Есть ли из-за чего спрашивать "почему"? Я живу жизнью ученика старшей школы, и она намного более загруженная, чем жизнь шестиклассницы. Ты, рано или поздно, будешь вспоминать время, когда ты была младшеклассницей, так что радуйся и наслаждайся своей школьной жизнью сполна. И не пиши в свою выпускную речь ничего такого, что заставило бы других смеяться над тобой.

— Хмм… Куда вы все сегодня идёте? Хару-нян тоже будет там?

Если я отвечу честно, то она захочет пойти со мной. Если Сасаки нормально поймёт это, то путешественник во времени совершенно точно скорчит недовольную рожу. Нет, лучше не брать её с собой, это вызовет лишние вопросы, осложнив ситуацию.

— На встречу с друзьями из средней школы.

Я решил не впутывать ее. У неё ещё будет множество шансов встретиться с Сасаки позже; кроме того, не хочу давать младшей сестре узнать о жестокой реальности так рано. Чтобы вы знали, она все еще верит в существование Санта Клауса и была хорошо и правильно воспитана. И если она узнает что пришельцы на самом деле предельно умны, а путешественники во времени — издевающиеся над людьми ребята, и так далее… Подобное уничтожение фантазий, наверное, несколько жестоко.

Вместо этого, ты останешься дома с Сямисеном. И если Харухи позвонит, придумай какую-нибудь причину, чтобы прикрыть меня. Ты можешь использовать любую причину, какая понравится. Но ты должна быть осторожна, ни в коем случае не упомяни даже "Са" из слова "Сасаки".

— Ла-адно.

Громко топая, моя младшая сестра побежала умываться.

Больше ждать нечего. Хотя еще рано, мне нужно отправиться как можно раньше. Если я проговорюсь о чем-то важном, когда моя сестра будет меня потом расспрашивать, последствия будут немного неприятными. Я ощущаю дискомфорт от пустого сидения дома в ожидании, и невероятное желание, закончить сегодняшние делами как можно скорее.

Но, стоило мне только высунуть нос из дома, я тут же убедился, что мои столь редкие попытки побыть ранней пташкой просто обязаны были разгневать небеса.

Они как будто только того и ждали, когда я открою дверь…

— Что, уже дождь?

Произнося это, я одной рукой вернул ключи от моего велосипеда на их обычное место, протянув другую за зонтом.

Переход от легкой мороси к полновесному дождю и затем сразу к грозе произошел буквально за тридцать секунд. Тесно сбитые в небольшие группы темные дождевые облака заняли, наверное, не меньше десятой части неба, как бы предупреждая меня о том, что мне не стоит выходить из дома.

Несмотря на это, никакого грома слышно не было.

* * *

Когда, поливаемый дождем, я прибыл на станцию, то обнаружил там уже ожидавшую меня вчерашнюю троицу.

Сасаки держала синий складной зонтик, у Тачибаны Кёко он был фирменным, марки "Fer". Суо Куё, как и полагается генетически-подобной копии Нагато, была одета в униформу своей женской школы, а ее прозрачный зонтик, похоже, был куплен в ближайшем мини-маркете. Этот дождь раскрыл личности всех троих с совершенно новой стороны.

Необычайно длинные волосы Куё, занимающие куда большую площадь, чем та, что может покрыть обычный зонтик из мини-маркета, не выглядели намокшими. Кроме того она, похоже, была совершенно прозрачна для проходивших мимо людей, они ее не замечали. Впрочем, в качестве антитезы к этой теории, они почему-то проходили мимо на достаточном расстоянии, чтобы не столкнуться с ней зонтами.

Ах да, путешествующий во времени чудак все еще не явил свой лик. Неужели он научился быть невидимым?

— Нет, он в кафе. — ответила Сасаки. — Он сказал, что не станет спокойно дожидаться какого-то человека, стоя под под проливным дождем, и особенно, если этот человек — ты… Поэтому мы просто отправили его занять нам всем места подальше от дождя.

Нет, ну что за самодовольная личность? Кажется, за эти два месяца его характер нисколечки не переменился. Впрочем, кто знает, сколько там времени прошло для него самого.

— Похоже, у вас и вправду "любовь". И хотя я ничего не слышала о том инциденте от тебя самого, я думаю, что ваши стычки происходят потому, что вы абсолютно не знаете друг-друга с хорошей стороны.

Сасаки рассмеялась своим обычным клокочущим смехом:

— Я абсолютно не переживаю. Я для себя решила, что если бы у него и впрямь были какие-то недобрые намерения, он не стал бы вести себя столь очевидно враждебно.

Ну, это еще более непростительно. Если уж ты так ненавидишь наше время, зачем вообще тогда здесь находиться? Ему стоило бы поучиться кое-чему у Асахины-сан. В конце-концов, не так уж просто найти человека в наше время, который стал бы уделять столько сил приготовлению чая.

Сасаки тихо засмеялась:

— Я бы тоже хотела выпить чаю, заваренного Асахиной-сан. Можно мне нанести визит в Северную Старшую? Я должна была посетить ваш культурный фестиваль еще в прошлом году. Очень жаль, что я этого не сделала, но я безусловно приду туда в этом году.

Ну конечно же, я не мог ответить ей что-то вроде "лучше бы тебе не приходить".

— Ничего страшного, если ты придешь. Но на нашем культурном фестивале не бывает ничего по-настоящему интересного…

— Вы двое… — Тачибана Кёко ввинтилась в пространство, разделявшее нас с Сасаки, одним быстрым движением. Для того, чтобы не ударить нас своим зонтом, она держала его высоко над головой.

— …можете отложить свою болтовню до того времени, как окажетесь одни? Причина, по которой я позвала вас сегодня…

Тачибана Кёко прочистила горло и мрачно посмотрела на меня и на Сасаки.

— …заключается в том, что у меня есть множество вещей, которые нам нужно обсудить. И это по-настоящему важные вопросы. Конечно, я должна была сказать о них Сасаки-сан раньше…

— Прости. — сказала Сасаки, улыбаясь. — Я вовсе не забыла, я просто притворяюсь, что забыла. Честно говоря, я вообще понятия не имею, как говорить вслух о таких вещах.

Все это время Куё оставалась недвижимой, прямо как модель самой себя, выполненная в масштабе 1:1. Неужели у нее и правда настолько серьезные проблемы с нашим языком?

Затем Тачибана Кёко продолжила:

— Пойдемте. У меня такое чувство, что наш посол из будущего начинает терять терпение, ожидая нас внутри. Да и в любом случае, назначенное время встречи уже приближается.

Как только Тачибана Кёко двинулась прочь, Куё тут же последовала за ней, держась в непосредственной близости позади и двигаясь с зонтом чуть быстрее, чем Кшитигарбха, который тащит свой тяжеленный мешок по заснеженной дороге. Ее лицо было полностью лишено любых оттенков румянца, а усталые глаза могли заставить людей задаваться вопросом — а не спит ли она прямо на ходу? Я понятия не имею, страдает ли инопланетянин здесь от низкого кровяного давления, или просто не может справиться с повышенной влажностью, но похоже, что ее состояние меняется день ото дня. И если Нагато можно было сравнить со сверкающей бриллиантовой снежной пылью, то Куё производила впечатление мокрого весеннего снега.

Сасаки и Тачибана Кёко не обращали на Куё никакого внимания, как будто она была прозрачной. Я полагаю, это происходило потому, что они знали, что она последует за ними в любом случае. Ну, прямо как Харухи и Нагато.

Куё перемещалась в весьма предсказуемой манере. Несмотря на то, что ее шаги не были особенно широкими, она двигалась ровно с той скоростью, чтобы постоянно быть на одном и том же расстоянии от нас. А я, пока мы шли, обнаружил…

…что движемся мы в направлении случайно стандартизированного места встречи бригады SOS, в то самое кафе, где в девяносто девяти процентах случаев счет подносят одному-единственному избранному члену бригады. Мне, конечно.

Когда шедший впереди дуэт задержался на мгновение перед автоматической раздвижной стеклянной дверью, я, как и ожидалось, увидел внутри человека, державшего свой стакан с чрезвычайно нетерпеливым выражением лица. Этот парень поднял голову и заметил нас, но все, что он сделал — просто скривил рот в равнодушной улыбке. Так же, как и во время нашей встречи около клумбы, его ухмылка напоминала темную форму улыбки Коидзуми.

Ну вот зачем надо до такой степени копировать бригаду SOS? Честно говоря, все это заставляет меня чувствовать себя очень неуютно. И в самом деле, я сижу на том же самом месте, что и вчера, в окружении такого же набора персонажей: рядом со мной Сасаки, а напротив — сверхъестественная троица.

Даже после того, как официантка покинула нас, оставив на столе четыре порции холодных напитков, пять ртов, включая и мой, оставались без признаков движения.

Я уставился на путешественника во времени, чьего имени, кстати, до сих пор так и не узнал, а Сасаки и Тачибана Кёко тем временем выказывали признаки облегчения. Куё оставалась похожей на глиняную куклу, и не издавала ни единого звука. Атмосфера была — как во время последнего военного совета в осажденном огромной армией замке, стены которого готовы пасть в любую минуту…

Роль ведущего, наконец, приняла на себя Тачибана Кёко:

— Несмотря на все то, что уже случилось… — эта фраза послужила вступительным словом. — Я все равно очень рада. Знаете ли вы все, как долго я ждала этого дня? Наконец-то мы все вместе собрались у стартовой линии. Спасибо тебе за то, что предоставил мне этот шанс.

И она поклонилась мне.

— Я также хочу поблагодарить Сасаки-сан, и извиниться перед ней за то, что столь внезапно взвалила на её плечи столько проблем. Мне очень жаль.

— Хм.

Произнеся этот простой слог, Сасаки подняла голову и посмотрела на меня.

— Кён, не мог бы ты убрать это ужасное выражение со своего лица и хотя бы выслушать, что она хочет сказать? Мне хотелось бы воспользоваться твоим мнением. В конце-концов, ты лучше меня разбираешься в подобных вопросах. Моя интуиция и аналитические навыки не слишком высоки, и поэтому я привыкла опираться на примеры и опыт других людей. И именно поэтому твое присутствие здесь меня весьма обнадеживает, ведь на данный момент нет больше никого, на чье мнение я могла бы положиться.

Я отвел взгляд от лица сверхъестественной замены Асахины-сан — от лица, которое все равно не стало бы усладой для моих глаз, сколько бы я на него не пялился:

— Говори коротко и ясно.

Я постарался, чтобы это прозвучало как можно более серьезно, но все, что получил в ответ — это холодный смешок путешественника во времени. Как это бесит!

— И для начала, назови свое имя.

Если ты так и останешься анонимным путешественником во времени, я буду относиться к тебе еще хуже.

Столкнувшись с необходимостью участвовать во втором раунде смертельной схватки взглядов, этот парень с полным сарказма лицом, наконец, заговорил. И это был голос, который я жаждал услышать в течении двух долгих месяцев:

— Имя — это всего лишь опознавательный знак.

Его насмешливый тон был все тем же, что я запомнил. Он слегка подвинулся, и видно было, что чувствует он себя неуютно.

— Как бы вы все не называли меня, мне без разницы. В любом случае, в этом нет никакого смысла — так же как и тогда, когда вы, ребята, меняли имя Асахины Микуру на "Асахину Митиру". Что за чушь?

О, так ты и впрямь любишь делать неприятные замечания, не правда ли? Одной-двух фраз от этого парня вполне достаточно, чтобы отправить настроение под плинтус. Да и вообще, как может Асахина-сан не иметь никакого смысла?

— И тем не менее. — сказала ему Сасаки. — В нашем времени обычное приветствие многое упрощает, даже если имя называют ненастоящее. Любое имя годится. Просто назови его Кёну.

— Фудзивара. — неожиданно ответил путешественник во времени. — Можете называть меня так.

— Ну вот… — выслушав его очевидно выдуманное имя, Сасаки пожала плечами.

— В таком случае, будем считать представление всех собравшихся законченным.

Ну, я думаю, можно считать, что мы познакомились. Но я не для этого сюда явился. В конце-концов, ничего не мешает мне называть вас всех "путешественник во времени", "похитительница Асахины", "пришелец Доминиона Небесного Свода" и всякими другими прозвищами — и плевать на приветствия.

— Гм. — продолжила Тачибана Кёко. — Перейдем к главной повестке дня.

Прочистив горло несколькими принужденными "гмыканиями" подряд, эта девица-экстрасенс, с одного фланга которой сидел путешественник во времени, а с другого — пришелец, продемонстрировала улыбку, которой смогла бы гордиться даже продавщица из шикарного магазина.

— Мы полагаем, что настоящее божественное начало присутствует не в Судзумии-сан, а здесь, в Сасаки-сан.

Да уж, она сбросила свою бомбу без предупреждения.

Глоток напитка, который я только что сделал, все еще оставался у меня во рту, и на какое-то мгновение меня даже посетила мысль о том, чтобы выплюнуть ей его в лицо — от чего я моментально отказался. Поэтому я просто проглотил его и поставил стакан на стол прежде, чем продолжить:

— Что ты сказала?

— Ну, я выражалась вполне буквально. А что, есть какие-то части, которые сложно понять?

Тачибана Кёко расцвела и вздохнула с огромным облегчением:

— Уфф… Наконец-то все сказано. Я всегда хотела рассказать тебе, но просто не было ни малейшей возможности, и поэтому я похоронила все это в своем сердце и вынуждена была сохранять молчание довольно долго. И если бы только вокруг не крутился Коидзуми-кун… Я даже думала перевестись в вашу школу этой весной, но они действительно страшные люди. Что, кстати, не так уж давно снова подтвердилось. Я не испытываю ни малейшего желания повстречаться с Мори-сан еще раз.

Выражение удовлетворения на лице весело смеющейся Тачибаны Кёко ничем не отличалось от такового на лице обычной старшекласницы.

— Так оно и есть. Коидзуми-кун одарен ответственностью наблюдать за благосостоянием Судзумии-сан, а мы должны сделать то же самое для Сасаки-сан. Но и путешественники во времени, и пришельцы сейчас на стороне Судзумии-сан. Я чувствую одиночество и беспомощность, и это сильно меня огорчает.

Она взглянула на сидящих рядом и продолжила:

— Это мой единственный выход. Коидзуми-кун всегда может воспользоваться помощью Асахины-сан и Нагато Юки-сан, а мы — нет. Поэтому нам очень нужно подкрепление, и я рада, что мы наконец-то собрались вместе.

Если серьезно, я просто не могу принять все это. По словам Коидзуми, Харухи является образцом божественного присутствия, но, коли это не так, я должен задать себе один вопрос — какого черта я вообще делал весь прошлый год? Удар ножом от Асакуры Рёко, который чуть не убил меня, бесконечное лето, прыжки в другие отрезки времени и обратно, поручения из будущего, безумная выходка Нагато и, самое главное, необходимость быть пешкой, которая мечется туда-сюда, повинуясь внезапным импульсам Харухи… Если это не она является генератором всех этих таинственных событий, то как тогда вообще они стали возможными?

— Все сказанное — лишь одна из точек зрения. Кто сказал, что может быть только одна-единственная реальность? Поверхность — это всего лишь фальшивый фасад, а истина — нечто большее, чем может показаться на первый взгляд. И разве это не обычный стиль для детективной истории?

Если хочешь поговорить о мистике или научной фантастике — это к Коидзуми. С другой стороны, если желаешь обсудить романы, вместо него поищи Нагато.

— Сасаки, — сказал я, — А ты сама-то на самом деле веришь во все это?

Сасаки, которая в этот момент листала меню, подняла голову:

— Честно сказать, меня всегда это интриговало. Я не слишком интересуюсь собой, да и сильных желаний у меня нет. Если бы я была повышена до статуса бога, то полагаю, избегать их появления и впредь было бы самым лучшим планом. Даже играя в американский футбол, я предпочитаю роль полузащитника. Я была бы счастлива прожить свою жизнь, не принося никому неприятностей, и я терпеть не могу людей, постоянно ищущих внимания, а когда встречаю их, то чувствую себя оскорбленной.

Сасаки взмахнула рукой, пытаясь привлечь внимание официантки:

— Мы так больше ничего и не заказывали. Все уже определились с выбором?

Ее шутовская улыбочка была точно такой же, как и в то время, когда мы учились в одном классе средней школы.

Официантка в обычной повседневной одежде и одетом поверх нее простом фартуке быстро подошла к нам, чтобы принять заказ. Единственным заказом от всей нашей компании стали "четыре чашки горячего кофе", заказанные Сасаки.

Путешественник во времени Фудзивара и пришелец Куё ничего не ответили, погруженные в экстремистское молчание. Часть меня хотела бы узнать, что думают о нас люди вокруг. Даже если они заставляют себя думать позитивно, сложно, наверное, относиться ко всему этому как к простой встрече старшеклассников. Все больше и больше я ощущал, что если сравнивать с такой вот ситуацией, то наша бригада SOS покажется очень даже нормальной.

Тачибана Кёко, которая и завела этот разговор, снова сломала лед:

— Так и есть. Полагаю, ты уже слышал все это и от Коидзуми-куна? Я имею в виду разговор о том, что Судзумия-сан создала этот мир около четырех лет назад. Она обладает странной властью, которую не осознает, при этом бессознательно создавая закрытые пространства. Коиздуми-кун вместе с теми, кто, как и он, тоже получили внезапное озарение, создали "Организацию", существующую до сих пор. Желания Судзумии-сан продолжают воплощаться в реальность, и это привлекло путешественников во времени и пришельцев на ее сторону. Но мои компаньоны и я — мы уверены, что эта сила изначально принадлежала Сасаки-сан.

Вы можете думать что угодно, пока вы просто теоретизируете. В конце-концов, нельзя ограничивать креативность людей. Но когда доходит до дела, то тут уж все иначе. В этой стране есть законы, и похищение людей — очень серьезное преступление.

— Что касается того инцидента, то я должна принести извинения. Сначала этот план, казалось, имел шансы на успех за счет сильного влияния на будущее, но после той попытки у меня больше вообще не осталось планов. Впрочем, совсем уж бесплодной она не была — во всяком случае, ты теперь знаешь о нашем существовании. Для нас это огромный шаг вперед.

Если бы я был луной, то я бы, наверное, спросил: "Зачем вы оставляете на мне эти странные следы?"

— Четыре года назад, — Тачибана Кёко говорила так, как будто просто обсуждала с друзьями сериал, который посмотрела вчера вечером, — Я неожиданно, безо всяких предзнаменований, вдруг осознала, что приобрела некую силу. Мне неизвестны ни причины этого явления, ни то, почему именно я была выбрана среди всех остальных. Зато я знаю, что я не единственная избранная, и у меня есть компаньоны. И что причиной всего этого был один конкретный человек.

Ее глаза сияли прямо мне в лицо.

— И этот человек — Сасаки-сан. Еще до того, как я успела что-то обдумать, я уже знала, что именно она — источник моей силы. Я начала везде разыскивать Сасаки-сан, встречая компаньонов на своем пути. И каждый из них верит в то же, во что верю и я.

Тут я вспомнил участников банды похитителей, выходящих из фургона.

— И как раз тогда, когда мы с ними обсуждали, стоит ли нам вступить в контакт с Сасаки-сан, и если да — то как это лучше сделать, случилось нечто странное. Оказалось, существовала еще одна группа, подобная нашей, и даже люди в ней были очень похожи на нас. Однако, концентрировались они не на Сасаки-сан.

И это "Организация"?

— Да, это те люди, которые считают богом Судзумию-сан. Мы решили, что они заблуждаются. Пытаясь преодолеть их заблуждение, мы встречались с ними много раз, но они утверждали, что ошибаемся, напротив, мы сами, и отказывались верить нам несмотря ни на что. Мы не в состоянии принять их взгляды, они отвечают нам как минимум тем же. В конце-концов, дело дошло до разрыва…

Тачибана Кёко на мгновение отвела взгляд:

— С тех пор мы вообще не встречались.

— И что дальше? — спросил я. — Чего именно вы хотите?

Представитель оппозиционной "Организации" фракции глубоко вздохнула:

— Мы твердо верим, что сила, которой сейчас владеет Судзумия-сан, изначально принадлежала Сасаки-сан. Должно быть, произошла какая-то ошибка, в результате которой она перешла к другому человеку. И поэтому я надеюсь вернуть ее обратно, и в этом случае мир определенно двинется в правильном направлении.

Сказав это, она посмотрела прямо на меня.

— Я надеюсь заручиться и твоей помощью.

— Сасаки, — я выскользнул из-под взгляда Тачибана Кёко, — Что бы она тут не говорила, ты-то сама как смотришь на все это?

— Я не желаю получать эти странные силы. — сказала Сасаки ясным голосом. — И хотя тут нечем гордиться, я не только интровертна, но и ниже уровня обычного смертного. Даже если я получу все эти огромные и необъяснимые способности, которые я не могу себе даже представить, они будут лишь увядать со временем. В итоге для меня все закончится какими-нибудь ментальными проблемами. Я предпочла бы избежать всего этого.

— Вот ее слова. — произнес я. — Если сам человек говорит такое, почему бы вам попросту не сдаться?

— Ты всерьез уверен, что нынешнее положение вещей — это так уж хорошо? — Тачибана Кёко не собиралась отступать. — Ты хочешь, чтобы Судзумия-сан и в будущем продолжала контролировать эти силы? В таком случае, видимо, ты не имеешь ничего против того, чтобы получать пинки и летать кругами вокруг нее. Но я очень надеюсь, что ты отдаешь себе отчет в том, что это не только твоя проблема, что Судзумия-сан будет относиться и ко всему остальному миру просто как к своей игрушке.

Ее полный тревоги взгляд обратился на Сасаки:

— Я бы хотела предложить Сасаки-сан еще раз обдумать свою позицию. Ты гораздо больше подходишь на эту роль, чем Судзумия-сан, и это даже не подлежит обсуждению. Ты совсем не должна волноваться ни о чем, и можешь просто жить своей жизнью, не беспокоясь обо всем этом. Я абсолютно уверена, что Сасаки-сан не станет переворачивать мир вверх тормашками. Я знаю, что ты справишься.

Сасаки задержала свой взгляд на мне. Ее улыбка, которая как будто спрашивала у меня: "Что, правда?", была точно такой же, какую я уже видел на ее лице, когда мы учились в средней школе.

У меня заболела голова. Было очевидно, что Тачибана Кёко очень серьезно относится к проблеме, и не стесняется быть искренней, говоря о ней. Какие бы конкретно слова она не произносила, я понимал ее настолько хорошо, что лучше уже просто некуда.

Если проводить аналогии, то Харухи — это бомба замедленного действия, причем без таймера. Время взрыва нельзя ни выбрать, ни узнать заранее. Даже масштаб и сила взрыва — и те непредсказуемы. И вот такой человек, как она, каким-то образом получает таинственную силу, позволяющую управлять миром. И, если он не получил благословения Будды Шакьямуни или Иисуса, я что-то сомневаюсь, что он справится.

Но это — вывод, сделанный без понимания личности Харухи и ее прошлого.

Я-то знаю ее и ее прошлое очень хорошо. То же самое можно сказать и о Коидзуми, Нагато и Асахине-сан. Но эта девушка, что сидит передо мной — она не знает. И все в итоге сводится к одной очень простой и невинной проблеме.

Я снова повернулся к Тачибане Кёко:

— Я отлично понимаю, что ты имеешь в виду, но вот в этой теперешней ситуации — что именно ты планируешь сделать? В конце-концов, у Харухи действительно есть способность бросать вызов всем законам природы и осуществлять все свои желания, даже если они не слишком удачны — например, заставить сакуру цвести посреди осени или что-то вроде того. Но разве сейчас у Сасаки нет "нехватки" этой самой силы? И разве это не делает всю эту мисиию совершенно неосуществимой? Как бы вы не настаивали на том, что Сасаки является богом или чем-то в этом роде, в действительности от этого ничего не изменится, разве не так?

Большую часть времени Харухи не позволяет своему подсознанию дрейфовать слишком уж далеко от берегов реальности. Если посмотреть с другой точки зрения — ее мысли всегда содержат в себе небольшое зерно здравого смысла. б Похоже, что этот человек очень любит мир таким, какой он есть, и вряд ли будет делать какие-то странные вещи, чтобы его разрушить. Что до закрытых пространств и Аватаров — то это не более чем хороший способ для Коидзуми подзаработать немного карманных денег, и непохоже, чтобы они представляли из себя какую-то реальную опасность.

— Так и есть. — выражение лица Тачибаны Кёко стало печальным. — Но хоть это и действительно так, я всегда чувствовала, что Сасаки-сан будет куда более подходящим кандидатом. Ты, наверное, понимаешь Судзумию-сан и ее характер очень хорошо, но я уверена, что ты знаешь Сасаки-сан ничуть не хуже. В конце-концов, ты провел с ними обеими почти поровну времени.

Если оглянуться назад, то третий класс средней школы и первый класс старшей школы, конечно же, могли показаться очень похожими. Но вот уровень близости был совсем другим. Мы вместе с Сасаки не организовывали какой-то странной бригады, чтобы убивать время после уроков. Что касается объема общения, то тут Харухи побеждает по очкам. Во время занятий она сидит прямо позади меня. После занятий она припахивает меня в комнате Литературного клуба настолько часто, что это уже стало неписанным правилом с самого дня основания бригады. Деятельность бригады заняла весь прошлый год, и в этот год я вообще никак не общался с Сасаки. Даже если я склонен поддерживать добрые отношения со старыми друзьями, я не могу вот так взять и отбросить текущие обязательства. И я не просто был вместе с Харухи, Нагато, Асахиной-сан и Коидзуми все это время, а иногда и помогал им. Даже ради трех других членов бригады, я просто не могу обменять Харухи на кого-то другого, да и не хочу этого.

И пусть Харухи — это таинственная часовая бомба, которая немедленно превращает в действие любую пришедшую ей в голову идею, я не могу бросить ее вот так. И я даже еще не показал ей свою козырную карту. Не будет ли большой кризис отличной возможностью показать себя с лучшей стороны?

— А разве сама Сасаки испытывает энтузиазм по поводу этой идеи? Мне кажется, лучше остановиться прямо сейчас. Не имеет особенного значения, что там с Коидзуми, но если вы сделаете что-то, что возмутит Нагато, Харухи тут же взорвется в цепной реакции. И когда это случится — кто знает, что произойдет?

— Вот именно поэтому я и хочу деактивировать силы Харухи — чтобы всем вам не приходилось постоянно быть начеку.

Тачибана Кёко сложила ладони вместе, как будто в молитве.

— Мы даже не говорим о какой-то собственной выгоде. Достаточно просто взглянуть на Куидзуми-куна — оставаться в постоянном напряжении, контролируя эмоциональное состояние Судзумии-сан, уже очень трудно. Но все было бы иначе, если бы это была Сасаки-сан. Мое единственное желание, идущее от самого сердца — принести стабильность в этот мир.

— Даже в этом случае, я все равно не могу ничего сделать.

Сасаки слегка вздохнула и повернулась к стойке:

— Наш горячий кофе что-то запаздывает.

Она небрежно поболтала кубиками льда в стакане, который держала в руках.

— Кён, у меня неожиданно возник один вопрос. "Ученик начальной школы", "ученик средней школы", "ученик старшей школы"… Почему последнее пишется иначе, чем все остальное? Интересный вопрос, не правда ли?

— Сасаки-сан!

Тачибана Кёко явно хотела закричать, но тут же опустила голову в смущении. Она выглядела по-настоящему разочарованной. Я даже уже начинаю сочувствовать ей. Ты поставила не на того человека. И пусть я не имею никакого права говорить об этом, но Сасаки исключительно нормальна по сравнению с остальными моими друзьями. Она не из тех дураков, что немедленно согласятся, стоит только кому-то спросить у них, хотят ли они стать богом.

Ого, да я, кажется, умнею на глазах.

Пока Сасаки остается самой собой, она никогда не согласится на подобное предложение, несмотря на все его выгоды. Похоже, Тачибана Кёко нашла неподходящего человека. Она не из таких.

Я указал пальцем на двух других людей, которые до сих пор слушали без возражений — Фудзивару и Куё, и сказал:

— А что они думают об этом? Я знаю, ты хочешь сделать Сасаки богом, но что думают твои партнеры? Они с тобой согласны?

Причина, по которой я задал этот вопрос, состояла в том, что, как мне казалось, ни одна из этих двух странных личностей не принимала мнения Тачибаны Кёко близко к сердцу, во всяком случае, если судить по выражению их лиц. Фудзивара уставился на свой стакан и явно скучал. Взгляд Куё не был направлен на что-то конкретное, она просто смотрела сквозь воздух прямо перед собой.

Повесившая голову Тачибана Кёко взглянула налево и направо из-под волос. Не получив никакого ответа от путешественника во времени и пришельца, она опустила голову еще ниже:

— Ты прав, это тоже проблема. У них нулевой интерес к сотрудничеству.

Услышав Тачибану Кёко, которая, казалось, готова была разрыдаться, Фудзивара рассмеялся самым раздражающим образом.

— Это же очевидно. Вы говорите о сотрудничестве? Я не собираюсь пасть настолько низко, чтобы работать вместе с людьми из этого времени. Я прибыл сюда всего лишь с мыслью извлечь кое-какую выгоду, но дела оборачиваются так, что много ожидать не приходится.

Если услышав это, Тачибана Кёко рассердится, я бы тоже был не прочь вставить несколько слов. Он продолжил:

— Не имеет значения, Судзумия это или Сасаки. Исходя из естественного положения вещей, между ними нет никакой разницы. Отдельные люди не представляют существенной ценности. Сила искажает и изменяет слои времени — вот что происходит. И пока эта сила существует, не имеет значения, в чьих именно руках она находится.

— Разве ты не думаешь так же?

Куё не ответила путешественнику во времени ничего. Она оставалась совершенно неподвижной с того момента, как села, и ее пушистые волосы даже ни разу не пошевелились от легкого дуновения воздуха из кондиционера. Боюсь, она вообще не знает, где сейчас находится. Даже когда она сидела прямо напротив меня, ощущение ее присутствия было настолько тонким, насколько это вообще можно выразить словом "тонко", и быстро стремилось к нулю. Возможно, ее присутствию не хватало глубины. Даже в электронной системе видеонаблюдения больше жизни, чем в ней.

Атмосфера за столом опять окуталась тишиной…

— Хм! Вы все действительно…!

Тачибана Кёко присвистнула и сказала:

— Дай мне свою руку.

Она смотрела на меня со всей серьезностью.

— Чем пытаться объяснить на словах, будет проще, если ты испытаешь все сам. Только тогда ты сможешь понять, что я имею в виду. Все, что тебе нужно сделать — это просто ненадолго дать мне свою ладонь.

Она протянула ко мне свои прекрасные и безупречные руки, как будто собиралась погадать по моей ладони.

Пока я собирался с духом и колебался, стоит ли мне давать ей руку, Сасаки подтолкнула меня плечом:

— Кён, прошу тебя, просто сделай так, как говорит Тачибана Кёко-сан.

Я протянул свою правую руку. Гибкие и влажные пальцы Тачибаны Кёко обхватили мою ладонь, и последовала другая просьба:

— Закрой глаза. Это не займет много времени.

Я вспомнил знакомое чувство, когда последовал ее инструкциям. Мои неплотно закрытые глаза постепенно почувствовали присутствие яркого света. Обостренный отсутствием зрения слух уловил негромкий окружающий шум и тихую классическую музыку, играющую на заднем плане. Похоже было на отрывок из Брамса.

Но…

— Теперь можешь открыть глаза.

Как только я услышал голос Тачибаны Кёко, музыка на заднем плане стихла.

Я медленно открыл глаза.

Все, что я увидел — это Тачибану Кёко, с улыбкой держащую меня за руку. Она была одна.

Все это место было совершенно безмолвным. Не было ни Сасаки, ни Куё. Не было даже Фудзивары. Другие посетители и персонал кафе тоже куда-то исчезли. Как "Мария Целеста", все растворилось без следа за одно мгновение.

Тачибана Кёко и я остались на тех же самых местах, где и были секунду назад, продолжая держать друг-друга за руки.

— Что…

Мои глаза непроизвольно принялись исследовать окружающее пространство. Только мы двое остались в пустой раковине кафе, освещенной рассеянным светом. Что же произошло? Только я собрался спросить об этом, как сильное чувство дежа вю пробежало по мне, пробуждая воспоминания. Копия такого же места с отсутствием кого-бы то ни было вокруг…

— Закрытое пространство…

— Да, Коидзуми-кун именно так это называет.

Тачибана Кёко отпустила мою руку и вспорхнула с места.

— Даже если это и не совсем экскурсия, почему бы нам не прогуляться снаружи?

Тачибана Кёко, как рыба в воде, побуждала меня рискнуть.

Зная, что нет особого смысла просто сидеть на месте, я согласился. Последний раз я был в запечатанной реальности очень давно. На самом деле со мной такое случалось лишь дважды — один раз с Коидзуми, и один раз с Харухи. Это раз — третий, и он очень похож на тот, когда Коидзуми отвез меня в запечатанную реальность на такси.

Я пошел рядом с Тачибаной Кёко и увидел, как автоматическая сдвижная стеклянная дверь, открываясь, уплыла в сторону, точно так же как и в обычной жизни. Уж не знаю, что за теория стоит за всем этим, но и в этой вселенной по каким-то причинам тоже существует электричество.

Выйдя наружу, я первым делом посмотрел на небо.

Дождь кончился. Минутку, на небе вообще не было ни единого облачка. Небо сломало свою традицию быть оттенком серого. Кажется, не было и никакого солнца. Свет выглядел так, будто он и является основанием неба. Все это место было окутано туманным сиянием.

— Просто пройди вперед еще немного.

Несмотря на то, что эта улица источает флюиды города-призрака, все это не было для меня таким уж сильным потрясением. Я вижу в точности то, что описывал Коидзуми.

А разница в том, что…

Я до этого уже побывал в двух запечатанных реальностях, и оба раза они были укрыты слоем мрака. Возможно, это происходило из-за того, что дело было ночью, но я до сих пор могу отчетливо вспомнить темноту, ассоциирующуюся с тем миром.

Этот мир, однако, был нарисован белыми красками. Сливочная белизна, источающая изящный блеск. Эта запечатанная реальность выглядела куда более дружелюбной чем те, что запечатлелись в моей памяти.

Но было и еще одно различие, куда большее. Сколько бы я не смотрел вокруг, в мое поле зрения не попадало никаких Аватаров. А эти огромные и чуждые формы жизни трудно не заметить.

— Хе-хе. — Тачибана Кёко обернулась. — Да, ты прав. Вокруг нет ничего подобного. Их здесь просто не существует, и это одна из причин, по которой я настоятельно рекомендую именно эту вселенную. Разве это не прекрасное место?

Серовато-белые Аватары — это безумные и склонные к разрушению формы жизни, которые являются побочными продуктами подсознания Харухи.

— Здесь нет никаких Аватаров, и нет даже ни единого признака того, что они могут появиться в ближайшее время. Все мои пять чувств говорят мне об этом. В этой запечатанной реальности нет ничего, что могло бы потенциально угрожать ее существованию.

— А разве это запечатанная реальность?

— Да, это запечатанная реальность. И структурно она близка к тем измерениям, что ты уже видел до того.

Похоже, Тачибана Кёко была по-настоящему счастлива, говоря мне это. Она продолжила:

— Единственная разница — в их уважаемых создателях. Этот мир создан не Судзумией-сан.

Что, и в самом деле есть еще кто-то, способный сотворить такую штуку?

— Да. Это Сасаки-сан. Это запечатанная реальность Сасаки-сан. Но разве ты не согласен, что она чувствует себя не очень-то "запечатанной"? Скажем так: когда два разных человека готовят одно и то же блюдо, разве личность и характер человека не отразятся на его вкусе?

Она продолжала убеждать меня, как агент, рекламирующий недвижимость.

— Это место заставляет меня чувствовать себя по-настоящему комфортно. Я уверена, что ты можешь ощутить дух стабильности и приветливости и сам. Как ты себя тут чувствуешь? Если сравнивать, какая из этих двух дает тебе большее чувство защищенности?

— Погоди минутку.

Если бы мне пришлось выбирать, в какой из них остаться жить навсегда, я бы не выбрал ни одной.

— Ты имеешь в виду, что это Сасаки создала это измерение? По какой причине она это сделала? Когда оно было создано? Почему нет Аватаров? И почему эта запечатанная реальность до сих пор существует?

— Нет никаких причин. — она продолжила уже более мягким тоном, — Эта запечатанная реальность вовсе не игрушечная модель с ограниченным сроком жизни. Она просто была создана и остается неизменной на протяжении этих четырех лет. Что же касается Аватаров, то их нет потому, что отсутствует необходимость разрушать что-либо. У них попросту нет причин для существования.

Я не заметил даже ни одной птицы в небе. Абсолютная тишина — это все, что могут уловить мои уши.

— Это огромная разница. Сасаки-сан не станет думать о том, чтобы разрушить этот мир и создать его заново. Подсознание Сасаки-сан стабильно, несмотря на любые внутренние и внешние влияния. Оно идеально. Даже если бы она не была удовлетворена реальностью, она не стала бы отвергать ее, а вместо этого просто плыла бы по течению.

Единственные звуковые волны здесь порождает лишь голос этой девушки-подростка.

— Я спрошу тебя снова. Что ты предпочтешь? Бога, который может случайно разрушить мир, или бога, который, может быть, и не делает вообще ничего, но обладает достаточным здравым смыслом для того, чтобы не пытаться разрушить все?

Я должен сказать несколько слов в защиту Харухи. У нее на самом деле есть здравый смысл, даже если один-два винтика в ее голове иногда отвинчиваются сами-собой. В конце-концов, она все еще нормальная леди. Хоть я и не могу говорить о том, какой она была в прошлом, но нынешняя Харухи отлично знает, как жить в настоящем. Да, она иногда усложняет вещи, но по крайней мере НЛО не начинают дождем сыпаться с неба.

Есть одна вещь, в которой я уверен — она больше не будет пересоздавать мир.

— Мне кажется, что это слишком самоуверенно. По мне, так никто не в состоянии предсказать, что творится в подсознании Харухи. Ни Коидзуми-кун, ни путешественник во времени.

Тачибана Кёко сцепила руки за спиной и повернулась ко мне:

— Даже я не знаю этого про саму себя, и это меня беспокоит. А вот с Сасаки-сан все абсолютно ясно. Одного взгляда достаточно, чтобы убедиться, что нет ни одного элемента нестабильности.

Улыбка, которую она продемонстрировала, была щедра спрыснута привлекательностью.

— Таким образом, я верю, что Сасаки-сан является настоящим хозяином силы, и это истинно так. А чтобы Судзумия-сан оказалась на этом месте, кто-то где-то должен был совершить какую-то ошибку.

Сила неизвестного происхождения, находящаяся в руках Харухи, дала Коидзуми его экстрасенсорные способности, привлекла внимание внеземных созданий и, по словам Асахины-сан, загадочным образом привела к сильному времятрясению…

Если то же самое произойдет с Сасаки, как это повлияет на нынешнюю бригаду SOS?

Совершенно невозможно себе представить.

Я потряс головой, пытаясь отогнать невозможную мысль.

— Так. — я наконец-то вернул себе голос. — Так что ты хочешь, чтобы я сделал? Ты хочешь, чтобы я пересадил силу от Харухи к Сасаки. Как это возможно?

Тачибана Кёко мгновение серьезно смотрела на меня, после чего весело рассмеялась:

— Это не невозможно. Если готов помочь нам, и Сасаки-сан согласна, мы можем сделать это. Это все, чего мы желаем.

Она отпрыгнула назад.

— Давай вернемся в кафе. Наш сегодняшний союз должен закончиться здесь. И я полагаю, тебе потребуется некоторое время, чтобы все переосмыслить.

Кстати говоря, мы же были в кафе перед тем, как прибыли сюда. Что же, на самом деле, увидит Сасаки и остальные, пока мы это делаем?

Только я собрался задать этот вопрос, как Тачибана Кёко уже оживленно направилась обратно туда, откуда мы пришли. Если задуматься, нет ли какой-нибудь проблемы в том, что мужчина и женщина гуляют вместе по столь пустынному месту, как это? Конечно, было не время задумываться о подобных вещах, но я и сам не хотел оставаться здесь слишком долго. Это место действительно слишком тихое. Когда вокруг Аватары, есть хотя бы какой-то шум, чтобы отвлечь внимание. Погодите-ка, я что, на самом деле скучаю о таких вещах? Что со мной случилось?

Я последовал за девушкой-подростком обратно в кафе через стеклянную сдвижную дверь. Черт, я не чувствую нигде даже намека на запах кофе.

— Садись скорее.

Тачибана Кёко заняла свое прежнее место и положила руку на стол. Я тоже возвратился на свое место. Оно еще хранило тепло моего тела.

— Пожалуйста, закрой глаза и дай мне свои руки.

Что бы я увидел, если бы открыл глаза? Я думал об этом, помещая свои руки в ее, закрывая глаза, и переключая все свое внимание на слух. Тачибана Кёко слегка сжала мои руки…

И тут же отпустила. В это мгновение ко мне вернулся слух. Нет, лучше сказать, что в это мгновение возвратился мир. Брамс, играющий на заднем плане, дождь, барабанящий снаружи, богатый аромат кофейных зерен, вид и звуки человеческого потока ворвались во все мои пять чувств, стоило мне только открыть глаза.

Сасаки подняла брови и произнесла:

— Эй, да вы вернулись… Я надеюсь, можно это так назвать?

Я огляделся вокруг. Фудзивара скучал, подперев щеки руками, а сонное лицо Куё было бесчувственным, как обычно. Тачибана Кёко сидела между ними, утоляя жажду водой со льдом. Тогда я задал свой вопрос Сасаки:

— Что я делал прямо сейчас?

— Ничего особенного. — Сасаки подняла руку и посмотрела на часы на запястье. — Вы и Тачибана-сан десять секунд сидели с закрытыми глазами, держась за руки.

Она коснулась своих губ этой же рукой:

— Итак, вы видели мой предполагаемый подсознательный мир?

— Хм.

Несмотря на нежелание это делать, я все же кивнул для подтверждения. Если я сейчас не галлюцинировал, то думаю, что я его действительно видел. Но вот только я никак не могу понять, как получилось, что ни один из нас двоих не исчез на эти десять секунд с глаз Сасаки?

— У вас есть какие-то соображения о нем?

— На самом деле, нет.

— Я так и думала.

Сасаки весело рассмеялась:

— Чувствуешь себя действительно нелепо, когда кто-то вот так подглядывает за твоим внутренним миром.

— Сасаки-сан, — Тачибана Кёко поставила свой стакан на стол. — Я по-прежнему считаю вас самым подходящим кандидатом, что бы именно я там не видела. Можете ли и вы посмотреть на это с более положительной стороны?

— Хм, как бы это…

Сасаки смотрела на меня, слегка наклонив голову.

— Кён, как ты думаешь? Это было бы хорошо, если бы я стала носителем той воображаемой таинственной силы вместо нынешнего.

Для этого вопроса не существует верного или неверного ответа. И вообще, почему ты спрашиваешь меня, а не всех людей?

Основываясь на моей собственной интуиции, я могу сказать, что если Сасаки была бы владельцем невероятной силы, она бы не стала использовать ее просто потому, что разочарована результатами бейсбольного матча. Она не стала бы превращать вымышленные события из сценария кино в реальность. Я не думаю, что она будет делать август бесконечным, или пытаться найти древний артефакт из прошлых столетий. В то же время, она не будет и заменять на выступлении заболевшего лидера музыкальной группы в костюме кролика, и не будет поймана за бесконечными спорами с президентом ученического совета. Все это, может быть, и не имеет особенного значения, но корень проблемы в том, что Сасаки не будет делать всего этого одна.

Я бросил беззаботный взгляд на другой конец стола, на путешественника во времени Фудзивару и остальных. Ты хочешь, чтобы я работал с ними? Ты что, шутишь? Этот путешественник во времени похитил Асахину-сан и смеялся над ее именем. Другая вызвала инцидент в Снежных горах, что в конечном итоге привело к срыву Нагато.

Да о чем мне тут вообще думать?

Я совершенно не возражаю против того, чтобы оставаться хорошими друзьями с Сасаки, но если я буду вынужден работать с остальными, я больше никогда не смогу находиться в мире с самим собой. В общем, дело идет к отказу. Чтобы выразить эту мысль как следует, я решил набрать побольше воздуха в грудь.

— Извините, что заставила вас так долго ждать.

В тот самый момент, когда я как раз собрался открыть рот, к нашему столу подошла официантка с четырьмя чашками горячего кофе на подносе.

Пришлось сделать паузу и погрузиться в молчание вместе с остальными. Такое случается и во время обычных разговоров, ну и тем более тогда, когда собираешься сказать нечто, чего не должны слышать посторонние. Так как все сохраняли молчание, тихий звон чашек и блюдец был особенно отчетливо слышен. Первая чашка кофе отправилась к Сасаки, следующая ко мне, потом к Тачибане Кёко и последняя, наконец, к Куё…

Хвать!

Шокирующая сцена разыгралась прямо перед нашими глазами. Куё, которая оставалась неподвижной с тех самых пор, как села, теперь крепко сжимала запястье официантки одной рукой. Я не уловил ее движения, я даже не понимал, что у нее было такое намерение. Тем не менее, сейчас она вцепилась крепко. Фактически, она держала ту руку, с помощью которой официантка балансировала подносом с нашими заказами. Лишенный выражения пристальный взгляд Куё был зафиксирован на пространстве прямо перед ней. Кроме руки, ни одна часть ее тела не переместилась ни на дюйм.

— ….Ах!

Я открыл рот, как идиот.

Еще более шокирующим было то, что официантка ухитрилась до сих пор не пролить ни капли кофе. А ведь воздействие было достаточно сильным, если судить по звуку. Как это у нее получилось?

И я тут же это понял.

— Чем я могу вам помочь?

Без каких либо признаков того, что ее застали врасплох, официантка продемонстрировала нежную улыбку. Остальные могли счесть ее улыбку натуральной, но я-то знал, что за ней скрывается ледяная, как сосулька, холодность. И у меня была причина, ведь я был более или менее знаком с этим человеком.

— Эмири-сенпай… — не столько сказал, сколько простонал я. — Что вы здесь делаете?

— Как поживаешь? — одетая в передник Эмири Кимидори-сан поздоровалась со мной точно так же, как поздоровался бы каждый, встретив ученика младшего класса вне школы. Это поспешное приветствие было невероятным для активного гуманоидного интерфейса, удерживаемого за запястье пришельцем неизвестного происхождения. Хоть у меня лично и не было возможности лично убедиться в силе захвата Куё, как мне кажется, она куда больше того, с чем может справиться обычный человек. Куё, в свою очередь, ни капельки не беспокоили Тачибана Кёко и Сасаки, которые уставились на нее в полнейшем замешательстве, пока она совершала нечеловеческий подвиг перемещения руки отдельно от всего остального, включая униформу.

— Мне очень жаль, мисс. — сказала Эмири-сенпай снова превратившейся в неодушевленный объект Куё. — Пожалуйста, не могли бы вы меня отпустить? В противном случая я не смогу передать вам ваш заказ.

— __________________

Ее глаза не моргали, а взгляд был направлен в никуда. Грубо говоря, она была похожа на золотую рыбку.

— Мисс. — голос Эмири-сенпай звучал так, как будто она разговаривала с овцой. — Пожалуйста, надеюсь, вы понимаете, что я говорю…

Думаю, что я слышал исходящие от этой парочки звуки, напоминающие потрескивание огня под котлом. Или у меня просто разыгралось воображение?

— _________________

Куё постепенно, палец за пальцем, от мизинца к большому, ослабила хватку, после чего медленно положила руку обратно себе на колени.

— Большое спасибо. — Эмири-сенпай вежливо поклонилась, держа в руке чашку кофе, а потом поставила ее перед Куё.

Увидев, что Куё вернулась в свое обычное неподвижное состояние, я облегченно вздохнул и спросил:

— Что вы тут делаете, Эмири-сенпай?

— Я тут подрабатываю.

Ну, для того, чтобы это узнать, достаточно было просто взглянуть. В противном случае ты бы не носила передник и не приносила кофе. Я просто хотел узнать, почему вы работаете здесь. На самом деле, этот вопрос интересует меня больше, чем то, где русский царь спрятал свое золото.

Но Эмири-сенпай просто положила на стол счет, а потом мягко продолжила:

— Пожалуйста, сохраните это в тайне от президента. Правила ученического совета гласят, что я не могу работать где-либо ещё.

Ну если Нагато ничего против этого не имеет…

— Приятного вам аппетита.

Наши реакции были полностью несинхронизированы. Эмири-сенпай живо удалилась, унося поднос. Наблюдая за профессиональностью ее действий, я готов был держать пари, что она работает тут все эти три года. Только не говорите мне, что это она принимала у нас заказы и обслуживала нас все это время. Возможно, я не замечал ее, потому что она хорошо смешивалась с толпой, или из-за какого-то внешнего космического влияния… Последнее кажется мне более вероятным. Если так может делать Куё, то, боюсь, и для Эмири-сенпай это тоже вовсе не сложно.

— Кто она? — я столкнулся с вопросом Сасаки.

— Старшеклассница из моей школы.

Я мог ответить только это.

— Хм-хм..

Раздался сдавленный смех, как будто кто-то больше не мог сдерживать его. Фудзивара. Уголки его искривленных сарказмом губ взмыли вверх:

— Ха-ха-ха. Какой чудный спектакль! Фарс из фарсов! Если это не первосортное кукольное представление, какое увидишь раз в жизни, то я вообще тогда не знаю, что это. Уа-ха-ха!

У меня появился соблазн выплеснуть ему в лицо горячий дымящийся кофе, но этот путешественник во времени, казалось, на самом деле развеселился. Он, вероятно, согнулся бы пополам от смеха, если бы мы не смотрели на него. Все его тело сотрясалось от хохота.

Поняв, что на не поспевает за развитием событий, Тачибана Кёко бросила попытки понять, что происходит, и просто пожала плечами. Мы с Сасаки смотрели друг на друга, безмолвно обмениваясь вопросом, что означает такая реакция Фудзивары. Впрочем, это риторический вопрос, которому суждено остаться без ответа. Пепельно-белое лицо Куё скрылось за паром, поднимающимся из чашки.

Внезапное вторжение подрабатывающей официанткой Эмири-сенпай оставило наше трио "обычных" учеников старшей школы, включая меня и исключая Куё и Фудзивару, совершенно ошеломленными. И в тот момент, когда мне окончательно наскучило смотреть и на путешественника во времени, с его приступом отвратительного смеха, и на органическую инопланетную форму жизни, игнорирующую чашку горячего кофе перед ней, и остающуюся столь же статичной, как и сломанный доисторический радиоприемник…

— _______________

Безо всякого предупреждения Куё встала и направилась к автоматической сдвижной двери абсолютно бесшумными и и тщательно выверенными шагами. Бьюсь об заклад, что такое не под силу повторить даже самому умелому ниндзя. И хотя люди совершенно не ощущали ее, датчик автоматической двери все-таки уловил сигнал и открыл перед ней дверь. Куё не забыла свой зонтик, купленный в мини-маркете, и в конечном итоге растворилась где-то на горизонте. Возможно, она чувствовала атмосферу как немногие из нас. Интересно, зачем именно она вообще сюда приходила?

— Я тоже…

Тачибана Кёко устало, но все еще решительно улыбнулась:

— Я немного опустошена, так что я, пожалуй, уже пойду. И все же, я надеялась обсудить все это более подробно. Сасаки-сан, теперь мне, вероятно, придется побеспокоить тебя еще раз. Ах да, конечно, я оплачу счет. Большое вам спасибо за сегодняшний разговор.

Она встала, подошла к кассиру, произнесла что-то вроде: "счет, пожалуйста" и "просто округлите и я заплачу", а потом помахала нам рукой на прощание и ушла домой под прикрытием своего зонта.

Я тоже не чувствовал себя счастливым после того, как путешественник во времени посмеялся надо мной, и решил уйти. Я все еще хотел оказаться в своей спальне вместе с Сямисеном и малость вздремнуть.

— До свидания, Сасаки.

— Хм. — Сасаки спокойно посмотрела на меня и продолжила. — Я думаю, что мне нужно будет связаться с тобой в ближайшее время. Да, я знаю, что создала тебе большую проблему, но Кён, я правда не хочу, чтобы всё это затянулось. Национальные предварительные экзамены уже на носу, и я полагаю, что нам лучше покончить со всем этим как можно скорее.

— Полностью с тобой согласен.

Я от всего сердца разделял её мнение. К счастью, это была все та же Сасаки, которую я знал еще со средней школы.

Фудзивара, который так или иначе сумел вернуть своему лицу беззаботное выражение, прислушивался к нашему разговору, но не стал ничего комментировать и вообще не делал ничего такого, что могло бы заставить меня почувствовать себя неуютно. И хотя я мало задумывался об этом внезапном и удивительном появлении Эмири-семпай, стало ясно, что она появилась лишь для того, чтобы наблюдать за Куё. Если бы Нагато повстречалась с Куё сама, то я не уверен, что она сумела бы себя сдержать. Я рад, что Асакура Рёко не была возвращена обратно к жизни. В конце-концов, такие события, как маленький нож, вонзающийся в мое тело, я хотел бы полностью исключить даже из моей теперешней вверхтормашковой жизни.

Поскольку я вскоре покинул кафе, я понятия не имею, о чем там потом разговаривали Сасаки и Фудзивара.

Даже и думать об этом не хочу сейчас…

Глава 3

(α)

α-5

Понедельник. Утро.

Благодаря проведённому в полнейшем безделии воскресенью, меня не покидало ощущение легкости в ногах.

К середине апреля я больше не путался, приходя по ошибке в класс первогодок, и полностью привык к своему новому месту в 10-Д. Я повернулся и обратился к темноволосой девушке напротив.

— Что-то не так? Весенняя хандра или строишь какие-то планы на май?

Харухи, которая пришла в школу раньше меня, выглядела уставшей. Она вздохнула и вяло разлеглась на парте.

— Нет…

Одновременно с ответом Харухи приподняла голову и издала звук «У-ух», который постепенно перерос в зевок.

— Всего лишь немного не выспалась. Я поздно легла спать. Знаешь ли, вчера у меня было много дел.

Короче говоря, ты бездельничала. Наверное, слушала радио допоздна или что-то вроде того.

— Почему это я должна раскрывать тебе подробности своей личной жизни?

Выпятив губы как крокодил…:

— Занималась уроками с соседским ребёнком, убиралась в комнате, сделала перестановку — разве это не «много дел»? А ещё некоторое время я слушала радио, и мне надо было подготовить кое-какие материалы.

Вспоминая про мальчика в очках, я спросил:

— Материалы? Какие ещё материалы?

— А-аххррр, ну ты правда как ребёнок. Что за дурацкие вопросы? Я поражаюсь, неужели сколько бы парни не взрослели — в душе они навсегда остаются детьми? Детское любопытство невинно и очаровательно, но, когда ты делаешь лицо, будто проводишь расследование, мне не хочется рассказывать тебе ничего. Ты уже взрослый мальчик, подумай головой и догадайся сам.

Чем больше я думаю о том, что ты делаешь, тем больше мне кажется, что тебе не место в школе. Или я что-то неправильно понимаю?

— Кён, ты меня слушаешь? Ты уже год как член Бригады. Развей наконец в себе способность чувствовать наклонности и замыслы своего командира и действуй впредь согласно им. С нынешним положением вещей ты навсегда останешься самым слабым звеном бригады. В моём личном рейтинге ты стремишься к самому дну.

Харухи бесстрашно улыбнулась, открыла тетрадь, в которой я писал на уроке японского (1-ом уроке) и начала, размахивая ручкой, малевать какие-то линии в ней.

— Если ты представишь, что это график…

Самой длинной линией был обозначен Коидзуми, а линии, помеченные как «Микуру» и «Юки», были примерно одной длины. Если вам интересно, то «моя» линия была длиной около пяти миллиметров и ни шла ни в какое сравнение с линиями других, достойных похвалы, членов бригады. Однако, меня это не опечалило.

— Президент общества компьютерных исследований вот такой длинны, а Цуруя, хм-м-м… вот такой. Смотри. Ты, ты уступаешь даже посторонним! Одних тех листовок не достаточно, понимаешь?

Ты наверное думаешь что-то вроде: «Как это унизительно считать себя старейшим членом бригады». Что до других, то президент общества компьютерных исследований — классный парень, который подарил нам пять компьютеров, а до уровня Цуруи-сан мне не дотянуться и за цикл японского календаря. Я отдаю свой голос за компьютерного президента, так что давай, продли его линию ещё чуть-чуть. Какая банальность.

Харухи, с лицом болельщика, недовольного действиями команды-противника, сказала:

— Идиот! Будь энергичнее! Остался почти месяц до годовщины основания Бригады СОС. За это время нам надо обработать кучу заявок. Если придут новенькие, ты как-то собираешься обозначать свой статус старшекурсника? Потому что, к твоему сведению, я не собираюсь использовать деление по старшинству!

Значит ты планируешь пользоваться системой Нобунаги? Будь это эпоха воюющих провинций, то в сражении нужно было пленить вражеского военноначальника, но в этой школе вмешательство чего-то вроде ученического совета должно быть достаточно, чтобы придушить опухоль под названием «Бригада СОС». Коидзуми держит под контролем президента школьного совета, а семья Цуруи-сан, хотя она сама видимо этого не знает, поддерживает «Организацию». Если хоть об одной из скандальных/постыдных выходок президента станет известно у него, вероятно, есть свита пехотинцев, чтобы замести следы для него. Хотя, скорее всего, он этого не хочет.

Видимо Харухи хотела продолжать свою проповедь, но ей ничего не оставалось кроме как отложить свои планы на потом, так как прозвенел звонок и в класс вошел Окабэ-сэнсэй.

Но неужели Харухи всё-таки планирует набрать новичков? Даже если оставить в стороне саму цель, то как она собирается её достигнуть?

Сколько бы я об этом не думал, а с этим всё равно ничего не поделать. Что касается меня — есть Сасаки и Тачибана Кёко, которых я повстречал в субботу. Меня беспокоит этот Куо-какой-то там пришелец и путешественник во времени, которого в тот день не было, но, вероятно, в скором времени он объявится. Это конечно надвигающаяся проблема, но я признаю, что если он не станет лезть, в глубине души я совершенно этому не расстроюсь.

Что касается «if you've got it, bring it on», я воспринимаю это ощущение так, как если бы это была личинка жука-оленя, превращающаяся в куколку. Он может расставлять какие угодно ловушки, но когда дело дойдёт до репараций — я заставлю его заплатить сполна. Даже в боксе энергия встречного удара больше, чем обычного прямого. Такое обычно происходило в манге про бокс, которую я читал. А Харухи из тех, кто возвращает все свои долги и выражает неудовольствие в двести миллионов кратном размере, без разбора.

История вполне красноречива. Что ни сделай — плохо, это ещё с древнейших времен известно.

Нет смысла попусту бросаться словами.

Скажу лишь одну короткую вещь…

Если вы станете врагом бригады СОС — можете больше не мечтать о лёгкой жизни.

* * *

Во время обеда, перекинувшись с Танигути и Куникидой парой фраз о том, что я буду есть отдельно, я взял свой обед и направился в комнату литературного клуба.

Если оглядеть всю школу, то сейчас всё равно не найдётся места с более тяжелой атмосферой, и Нагато Юки вела себя совершенно предсказуемо.

— Не возражаешь, если я войду?

Нагато, сидевшая на своём стуле и читавшая западную книгу по оккультизму, не подняла головы.

— …

— Позволь мне перекусить здесь. В классе слишком шумно. Я решил, что будет хорошей идеей, время от времени, есть в более спокойной обстановке.

— Хммм.

Нагато, как в замедленном кино, подняла голову, окинула меня своими широкими глазами и вернулась к чтению.

— Ты уже поела?

— …

Её тонкая шея немного наклонилась вперёд в знак согласия.

Ответ был довольно сомнительным, но тратить обеденное время на выдавливание ответа из Нагато было нецелесообразным.

— По поводу того пришельца, называющего себя Куё… — сказал я, сидя на стуле и распаковывая свой обед. — Она принадлежит фракции, которая организовала попытку заморозить нас до смерти этой зимой, так?

Вложив руку в книгу вместо закладки и взглянув на меня, она ответила…

— Да.

— Раньше ты говорила…хмм…, что она — гуманоид, похожий на тебя.

— Возможно.

— Она здесь, как и ты, чтобы наблюдать за Харухи или что?

Спустя мгновение Нагато ответила:

— Не знаю.

То есть у вас взаимное непонимание, так?

— Да. То, что её интересуют способности Судзумии Харухи по изменению информации/данных — неоспоримо. Это одна из причин по которой она прибыла на эту планету.

Нагато говорила всё это деловым тоном.

— Они, Доминион Небесного Свода -

Я услышал незнакомые слова, потому решил остановить её и переспросить.

— Небесные Сво…что?

— Доминион Небесного Свода. — спокойно произнесла Нагато и продолжила:

— Объединение Разумных Информационных Сущностей временно выбрало для них это название. Это огромный прорыв. До сих пор нам не приходилось давать имена кому-либо.

Я замер (с палочками..), размышляя о смысле имени «Нагато Юки», а она продолжила:

— С нашей точки зрения, они располагаются по ту сторону зенита. — добавила она, спокойным голосом.

— А «Зенит» — это «вот там»? — спросил я, указывая палочками в потолок.

— …

Выждав время, необходимое на то, чтобы в уме возвести семёрку в квадрат, Нагато ответила:

— Там.

Она указала в направлении горной гряды, видневшейся из окна клубной комнаты. Это было где-то на севере, но увидеть их не представлялось никакой возможности, даже в радиотелескоп. Да и не важно с какой стороны они пришли. Изводить себя географическими координатами объекта — задача прорицателей. Более того, …

— …Нагато. Эти ублюдки не собираются закинуть нас в другое измерение, подобное тому, с чем мы столкнулись на снежной горе, или что-нибудь в этом духе?

— В данный момент я не наблюдаю подобных признаков.

Нагато, показывавшая куда-то позади себя, снова положила руку на книгу и сказала:

— Гуманоидный интерфейс, способный осуществлять словесный контакт, показал нам себя. Велика вероятность физического контакта с ней в будущем.

— Эта девочка…

Это снижает «странность» девочки по имени Суо Куё. Есть множество вещей, за которые я могу осуждать Объединение Разумных Информационных Сущностей, но я признаю, что они знают толк в изготовлении «интерфейсов». Если сравнивать Куё с Нагато, Кимидори-сан и допустим даже Асакурой Рёко — последние в разы предпочтительнее.

Нагато, безразличным голосом:

— Я защищу от стандартных атак со стороны личности, известной как Суо Куё. Нанесение вреда тебе или Судзумии Харухи — недопустимо.

Твои слова вселяют больше уверенности, чем чьи-либо ещё. Однако, Нагато…

Нагато ответила прежде, чем я успел раскрыть рот.

— Это же касается и Асахины Микуру с Коидзуми Ицки.

Ну и тебя в том числе, Нагато.

— …

Глядя в неподвижные глаза Нагато, я высказал своё мнение.

Ты сама можешь не брать себя в расчет, но я не такой, и Харухи не такая. Ты можешь отразить нападение Куё и Sky Canopy Dominion(я пока буду оставлять это название без перевода.), но я совершенно не приму того, что ты не беспокоишься о себе. Быть под защитой всё время — не интересно. Мои возможности столь же незначительны, как космическая пыль, но всё таки я кое что способен сделать.

— …

Нагато опустила глаза в книгу, а я, воспользовавшись возможностью высказаться, приступил к своему обеду. Сегодняшние дни не идут ни в какое с равнение с теми, когда она впервые пригласила меня в свою комнату «708». Если подумать, то эта тишина, не прерываемая никакими словами, дарит чувство комфорта…

* * *

Послеобеденные уроки закончились и после окончания классного часа был дан сигнал о проведении «ритуала конца занятий». Окабэ-сэнсэй вышел из-за кафедры и мои одноклассники начали шумно покидать свои места. Ученикам не занятым сегодня уборкой делать в классе было больше нечего, так что я взял свою сумку, встал…и обнаружил что моя сумка, в которой почти ничего не должно было быть, внезапно стала тяжелой.

Обернувшись, я обнаружил, что Харухи вытянула руку и вцепилась в мою сумку. Однако, у нее сильная хватка.

— Подожди-ка секундочку.

Сидящая Харухи продолжила говорить, смотря куда-то около моего уха.

— Ты же помнишь, что у нас завтра тест по математике?

— А, вроде что-то припоминаю…

Теперь, когда она упомянула об этом, я кажется вспомнил о том, что на прошлой неделе наш учитель по математике объявлял о тесте, но такие мелочи долго не задерживаются в моей памяти.

— Значит ты всё-таки забыл. Понятно.

Сказала Харухи надменно вздыхая

— Из-за тебя кривая(график) успеваемости членов бригады СОС снижается. Так как это важный тест, даже тебе надо набрать хоть немного баллов, так что уж постарайся.

Ты что, моя мама? Более того ты должна освободить парту, ты мешаешь людям делать уборку.

— Как ты можешь быть таким пофигистом? Бери учебник по математике и иди сюда.

Харухи молниеносно вскочила и поволокла меня к учительскому столу. Ученики, занимавшиеся уборкой, уже привыкли к подобным выходкам и даже не обращали внимания на нас с Харухи. Однако, странные ухмылки на их лицах раздражали меня.

Харухи вырвала учебник из моих рук, небрежно раскрыла его на учительском столе и сказала:

— Второй пример задачи на странице девять обязательно будет на тесте, так что обязательно запомни его. И вот эту формулу тоже. Это основополагающий вопрос, так что, зная Ёшизаки(Yoshizaki — препод видимо), он обязательно будет включён в тест. На доске написать? Покажи мне свои записи.

Столкнувшись с таким шквалом требований, мне ничего не оставалось кроме как повиноваться.

— Что это? Здесь не написано ничего помимо того, что было на предыдущей лекции! Ты что, проспал все уроки после обеда?

Ну и что, какая разница? Разве ты сама не спала сегодня на уроке «Классической Литературы»?

— Ну, если ты считаешь, что спать — это нормально, тогда спи. Всё зависит от того — понимаешь ты или нет, коли не слушаешь. Но ты-то ведь не понимаешь, верно? Врубаешься? Так как ты — полный ноль в математике и естественных науках, то приложи хотя бы немного усилий.

Харухи подчеркнула моей ручкой несколько задач в учебнике и сказала:

— Это тот минимум задач, который ты должен решить, так что ты должен запомнить их. И тебе надо запомнить не только ответ, потому что в тесте он поменяет все числа. Так, для начала, эту, эту и…

Таким образом, оказалось, что я стоял там и выслушивал специальную лекцию Харухи с места учителя. Дежурные, к счастью, понимали в чем дело и игнорировали нас, а мы сделали им такое же одолжение. И все же, это как-то неловко. По мне, намного лучше было бы, если бы ты объясняла все в клубной комнате.

— Идиот! Клубная комната является местом для ведения деятельности клуба, а не учебы. Это настоящий бред заниматься чем-то скучным в месте, которое не предназначено для этого. Харухи, со скучающим видом, отметила те задачи, которые, как ей казалось, могли появиться в тесте, упомянула также сложный метод решения, и, так сказать, не отпускала учительский стол и меня, пока я, наконец, не решил верно все задачи, указанные ею.

— Что ж, так пойдёт.

Харухи положила ручку и закрыла мой учебник. Если бы это продолжилось еще в течение пяти минут, мой мозг бы начал выдавать голоса за отказ от сверхурочной работы. Наши одноклассники, которые закончили уборку, к тому моменту уже удалились.

— Если после всего этого твой балл в завтрашнем тесте будет ниже среднего, то тебе ничто уже не поможет — только операция. Если сможешь — держи все это в памяти до середины семестра.

Не могу дать никаких гарантий. Я не могу так долго помнить такие вещи. Я запихнул мой бедный учебник, который весь был забит писаниной, в свою сумку и взглянул во властные глаза Харухи, который, казалось, бросали мне вызов. Мне казалось, что я должен что-то сказать, но на ум ничего не приходило, и я кивнул, словно пытаясь сбить её с толку.

— В любом случае, со всем этим, завтрашний тест, должен для тебя пройти легко. Если ты не поймешь хотя бы половину из вопросов, то я тебе сделаю выговор уже в качестве командира бригады. Если всё выйдет именно так, стоит ли мне преподать тебе "специальный" урок математики? Так что, пожалуйста, ты уж постарайся.

Подойдя к своему столу бодрой походкой, Харухи взяла сумку и сказала:

— Не отставай, давай поторопись, и пойдем уже. Микуру и другие члены команды наверно уже устали ждать нас.

Хотел бы начать с того, что я сомневаюсь, что на свете есть хоть кто-то, кто может поспорить со способностью этой троицы спокойно ждать кого-то. Пока я преследовал стремительно удаляющиеся волосы Харухи, которые развевались у её плеч, я начал проливать внутренний свет на свою честную сторону, и обнаружил, что на самом деле я не загнал завтрашний тест в глубины забвения. Я просто посчитал, что в перерыве перед математикой, или в какое-нибудь другое время, я смогу попросить совета у Куникиды.

И сегодня, когда Харухи взяла на себя чужие обязанности, хмм, как бы это сказать,…сегодняшний день причислен к таким, когда мне уже наплевать, что происходит.

Чтобы нагнать Харухи, которая первой вышла в коридор, мне пришлось сделать дюжину больших шагов.

Походка Харухи, которая похоже двигалась со скоростью ветра, была как всегда бессмысленно властной, прямо как у Сямисена, когда тот слышит звук открываемых кошачьих консервов. Пытаясь синхронизироваться с её темпом, который больше бы подошел кому-то, кто раза в два ниже её, я приказал своим мускулам работать на полную мощность. Благодаря этому мы оказались перед дверью клубной комнаты в одно мгновение и, без стука открыв дверь и войдя в комнату, Харухи наконец остановилась.

— Ах, Судзумия-сан, Кён-кун.

Асахина-сан, подбежавшая к нам (с лёгким постукиванием パタパタ- Patapata), по какой-то причине была не в костюме горничной, а в обычной школьной матроске.

На лице у гостьи из будущего читалась обеспокоенность, и быстрым и взволнованным голосом она сказала:

— Я ждала вас. Я уже была готова пойти и позвать вас. Ах, они, это не я ждала, это они.

Так как Харухи не двигалась, я вытянул шею и оглядел комнату поверх её плеча.

— э-Э?! — невольно вырвалось у меня странным голосом.

Нагато читала книгу в углу комнаты, Коидзуми сидел за столом и улыбался меньше обычного, а ещё было кое что непредвиденное.

Асахина-сан повернулась в сторону окна.

— Всем спасибо за ожидание. У нас недостаточно чашек, так что я не могу приготовить чай, эмм, я пыталась приготовить его по очереди примерно пол часа назад… Я не знаю что делать…

Я понимаю твою обеспокоенность.

Клубная комната была совершенно переполнена.

Даже не было необходимости проверять цвет их сменной обуви. Я уверен, год назад все мы пребывали в похожей атмосфере. Как бы сказать, «свежачёк» — это слишком слабо сказано.

В помещении Литературного клуба толпились первогодки, парни и девушки.

По моим прикидкам их где-то десять человек.

Все они сосредоточили свои взгляды на нас с Харухи и почему-то странно заулыбались.

Прервав повисшее в воздухе напряжение, Харухи наконец произнесла:

— …Вы случайно не те, кто собирается вступить в бригаду?

И прежде чем Коидзуми и Асахина-сан успели ответить…

— Дааа! — хором ответили парни и девушки.

Слыша их голоса, подпитываемые стремлением к новым открытиям, с моих уст, в диссонанс с остальными, сорвалась короткая фраза:

— ВОТ БЛИН…

α-6

После недолгого оцепенения, Харухи тут же приказала всем, кроме Асахины-сан и Нагато, покинуть комнату. Причина была проста…

— Микуру, для начала переоденься. Само собой в костюм официантки. Как ни печально это признавать, но ципао, на мой взгляд, тебе не подходит. Какая жалость. Ну да ладно, скоро я сделаю тебе подходящий, просто подожди немного.

— Э-э? Переодеться прямо сейчас?

Глядя на то, как покорно покидают комнату первогодки, Асахина-сан робко обхватила себя за плечи в форме-матроске.

— Кя-я~

Асахина-сан качала головой, как попугай. Харухи незамедлительно указала пальцем на неё.

— Микуру, «что» ты для бригады СОС? Я думаю, ты должна это знать. Позволь мне удостовериться в этом, скажи ещё раз — Кто Ты Такая?

— Хм…Эээ… Кто я…? Ээ? Что я…?

Полная уверенности в себе Харухи подняла глаза на Асахину-сан, а затем с видом, с не требующим возражений, словно глава религиозной секты, объявившая себя достигшей божественности и готовая покарать всякого усомнившегося, направила свой палец на Асахину-сан и взвопила:

— Талисман, талисман! Ты, как моэ-персонаж, должна молча разливать чай. Ну, конечно не только это, но это основной элемент так называемого «моэ». На этом импровизированном собрании по приёму новых членов ты должна быть в образе. Как талисман бригады ты должна быть одета в костюм горничной. В противном случае — новички могут что-то не правильно понять. Первое впечатление — самое важное. Ух-ух, у Микуру-тян ведь настоящий талант! Изо всех сил воплощай персонажа, которым ты рождена быть. Поняла?

Харухи коварно усмехнулась, что было вполне объяснимо.

— Не позвольте им уйти. Я буду выступать с речью от имени бригады СОС, так что если кто-то отважится попытаться сбежать — без малейших колебаний вкалывайте обезболивающее и связывайте их.

Сказав это, она закрыла дверь.

Из-за стены доносились звуки переодевания и различные «Кяя~ Судзумия-сан…щекотно…ахахааа…». Вместо того чтоб слушать столь волнующие мольбы, смешанные со слезами и смехом, нам с Коидзуми ничего не оставалось, кроме как развернуться и смотреть на первогодок, стоящих в коридоре.

Им нужно было воспользоваться этим шансом и сбежать, но, повинуясь указаниям Харухи и ожидая здесь, этот десяток с лишним глаз сиял любопытством и ожиданиями. Я насчитал одиннадцать человек: семь парней и четверо девушек. Глядя на их новенькие пиджаки с зелёными полосками(wtf?), можно с уверенностью сказать, что они являются старшеклассниками от силы месяц.

Стоит ли мне сказать им что-то заранее? Ну вроде напутственных слов от старшего или что-то подобное.

Я бросил взгляд на Коидзуми. Этот чисто символический красавчик-«Помощник командира» продолжал улыбаться своей обыкновенной расслабленной улыбкой. Судя по его счастливым глазам и расслабленному выражению лица, никто из присутствующих не принадлежит к группе Коидзуми. Стоит заметить, что подобные сценки можно наблюдать на любом клубном мероприятии в школе: кандидатам устраивают экскурсию по клубной комнате. Однако, бригада СОС не относится к клубам, которые признаны школьной администрацией и никогда не будет участвовать в каких-либо нормальных клубных мероприятиях. Они вообще в курсе этого?

— Должно быть они пришли после того как всё узнали. — тихо шепнул мне на ухо Коидзуми.

— На сколько я знаю, ни у одного из этих подростков нет иных намерений. Вполне очевидно, все они желают стать членами бригады СОС. И, среди них нет ни экстрасенсов, ни пришельцев, ни путешественников во времени.

Ну если ты так в этом уверен, я полагаю на то есть причины. Раз уж Тачибана Кёко, чувак из будущего, Куё-баба или кто бы то ни было ещё объявились, не было бы ничего удивительного, если бы они попытались подослать нескольких своих товарищей в Северную Старшую и, соответственно, бригаду СОС.

— Я уже проверил происхождение всех этих новичков. — спокойно заметил Коидзуми.

— Наиболее маловероятно, что они принадлежат к группе Тачибаны Кёко. В конце концов — «Организация» плотно за ними наблюдает. Кроме того, если появится кто-то связанный с Куё-сан, я уверен, что Нагато-сан не останется безучастной. Если же к нам прокрадётся путешественник во времени, то это даже хорошо — мы сможем схватить его и узнать их намерения. Но, как я уже говорил, вероятность того, что кто-то из путешественников во времени находится среди этих ребят, почти нулевая.

Коидзуми продолжал выглядеть весёлым и улыбаться, рассматривая десяток странных новичков.

— Сейчас здесь нет проблемных личностей. Если же говорить об остальных проблемах…

И ещё более приглушив свой голос, полагаю, чтобы только я мог его расслышать,

— …то они возникнут лишь с теми учениками, которых Харухи примет в постоянные члены бригады. Так как она совершенно точно не примет всех, проблема заключается в том кого и каким образом она выберет. Было бы замечательно, если бы остался только один претендент. Что касается тех, простых смертных первогодок, которые желают присоединиться к нашим развлечениям, то мне это кажется довольно жалким.

Если здесь есть кто-то, кто желает оказаться в пасти у льва, то я, из принципов гуманизма, конечно же остановлю их. Но если будет слишком поздно — не вините меня.

Я огляделся по сторонам и заметил, что эта без малого дюжина первогодок в физическом плане из себя ничего особенного не представляет. Причина, по которой они выглядят немного по детски, заключается в том, что они распрощались со средней школой всего месяц назад. Среди них были те, кто пытался скрыть свой смех, а так же парочки девушек, болтающие друг с другом, хихикая. Не знаю почему, но мне казалось, что девушки бросают оценивающие взгляды на нас с Коидзуми. Или же это просто галлюцинации, вызванные моим комплексом неполноценности?

И в тот момент, когда я молча рассматривал…

— ОК, извините, что заставили вас ждать!

Дверь распахнулась, и Харухи, махая рукой, приглашала всех зайти.

— Теперь все могут войти. И ещё, Кён, так как тут не хватает стульев, пойди и позаимствуй несколько штук где-нибудь. Они должны быть у клуба компьютерных исследований и в других клубных комнатах.

Такое ощущение, что мной распоряжаются как разнорабочим.

— Чего-чего? Давай иди уже! Интересующие нас первогодки уже в клубной комнате! Давай давай, поторапливайся!

Харухи начала делать быстрые и неясные сигналы руками.

— Я тоже пойду помогу. Если придётся нести более десятка стульев, то боюсь он не справится за один заход.

Коидзуми отпрянул от стены на которую опирался, а я неохотно кивнул Харухи, оглядывая клубную комнату.

Асахина-сан в костюме горничной стояла около стола. Возможно всему виной резкое изменения соотношения парней и девушек в комнате, но она стала очень стеснительной, съёжилась, а её лицо раскраснелось как у леди из благородной семьи, которую впервые вывели в свет. С другой стороны,…положение Нагато ничуть не изменилось.

* * *

Мы с Коидзуми (?)обстучали множество дверей(!) в клубном корпусе, пока наконец не набрали достаточное количество стульев. Вернувшись, мы увидели что первогодки выстроились в одну шеренгу, будто взвод на построении.

Харухи сидела на командирском кресле выпятив грудь, Нагато — на своём обычном месте, в то время как Асахина-сан замерла в углу, не зная что делать дальше. Когда она увидела меня, на её лице появилось некоторое облегчение. Поскольку в клубную комнату народу набилось втрое больше обычного, от одного её [комнаты] вида возникало необычное ощущение. Даже не будучи Асахиной-сан, испытываешь беспокойство.

Мы с Коидзуми расставили раскладные стулья вокруг стола и в тот момент, когда я собирался обратиться к первогодкам…

— Всех прошу садиться.

Командир лишила меня возможности сказать это.

После коротких формальностей по уступанию мест друг-другу, эти десять с лишним первогодок наконец расселись. Коидзуми передвинул свой стул к стене и, с видом помощника экзаменатора, уселся на него, а когда я собрался присесть,…то обнаружил, что для меня свободного стула не осталось.

— Чего?!

Раскладных стульев, находившихся в клубной комнате было достаточно для всех членов бригады и одного посетителя. После того как мы принесли десять дополнительных стульев, тут должно быть достаточно мест как для претендентов, так и для нас. Почему же их не хватает?

Я заново пересчитал всё в уме.

Общее количество первогодок….Двенадцать?! Я что, обсчитался? Совсем недавно, когда я считал их в коридоре, их было одиннадцать: парней семь, а девушек…пять. Я пристально вглядывался, но так и не мог определить, кого я только недавно пропустил. Мне казалось, что все были здесь и совершенно невозможно узнать, кого же я забыл. Единственное, что можно констатировать, это то, что у меня плохая фотографическая память.

Ничего не поделаешь, и мне оставалось лишь просто стоять. В этот момент Асахина-сан снова запаниковала.

— Ах, ах… Не хватает чашек. Эээ…чай… Я попробую заварить…

Задумавшись, а не стоит ли прогуляться и спереть пару пластиковых стаканчиков из школьного кафетерия, аргументируя это тем, что они и так предназначены для членов клубов….

— На полках есть бумажные стаканчики. Используй их. — сделала заключение Харухи.

Асахина-сан поспешно взяла запечатанную упаковку с бумажными стаканчиками и, с озадаченным видом, продолжила:

— Кя~я! Простите, не хватает воды, надо набрать…

— Кён, воды. Очень быстро!

Получив указ от госпожи Харухи (Haruhi-sama), мне оставалось лишь сделать недовольное выражение лица, взять чайник и выбежать вон.

Когда я, запыхавшийся, прибежал назад, единственным приветственным фактором было выражение лица Асахины-сан: извиняющееся и такое милое, что способно в одно мгновение сделать человека счастливым. «Спасибо, Кён-кун.» Этого достаточно, чтобы выразить свою признательность.

Асахина-сан, в своём костюме горничной, тут же направилась с чайником к плитке, а дюжина первогодок пристально следила за ней глазами.

Харухи с гордостью продолжила:

— Я записала в бригаду превосходную и старающуюся изо всех сил горничную. Можете обыскать всю страну, но только в нашем клубе есть такая милашка-горничная, которая готовит нам чай.

— Ах, Эх, Даа… — робко отозвалась Асахина-сан

— Ох… — ответили первогодки.

Вы что, все идиоты? Это не то, чем стоит гордиться. И вообще, это не место для любопытных.

— И, — Харухи, улыбнувшись с зашкаливающим высокомерием, — Рецепты чая, который заваривает Микуру-тян, постоянно совершенствуются. Чай, который подавали на последнем собрании бригады, был просто фантастическим, и мне понравилось его название.

— Аа…ах, Нуу…Да, это мой новый рецепт. Хоро~оший. — Асахина-сан была счастлива, как добрый пёс, которого похвалил хозяин.

— Ох… — снова ответили первогодки.

Думаю вам всем стоит перестать «Ох»-ать. Самое время развернуться и бежать прочь, потому что у этого чая привкус лекарств. Как бы это сказать…хоть он и улучшен образом Асахины-сан, ему всё же сложно дать высокую оценку. Кроме Харухи, у которой привычка осушать чашку одним глотком, я бы не рекомендовал его никому. Разве что можно использовать его, как проверку на храбрость.

В то время как Асахина-сан счастливо готовила чай, Нагато, сидя в своём углу, продолжала читать книгу и игнорировать всё происходящее вокруг, а Коидзуми полностью сосредоточился на наблюдении. Мне же оставалось стоять, будто привратник, около дверей и слушать речь Харухи.

— Итак. У всех вас есть намерения вступить в бригаду СОС. Не смотря на то, что непрерывные нападки школьного совета помешали нам провести широкомасштабную призывную кампанию, я всегда была уверенна, что заинтересованные новички всё-таки появятся. Самое главное, что все здесь по доброй воле. Честно говоря, я несколько раз обследовала классные комнаты первогодок, но каждый раз, когда я приходила, я не видела никакой разницы между присутствовавшими там учениками. Но теперь, все здесь присутствующие вышли на новый уровень, по сравнению с остальными, уж можете мне поверить. Но, этого мало. Причины существования моей Бригады радикально отличаются от всем известных художественных клубов, а следовательно и отбор намного строже. Я полагаю, прежде чем придти сюда, вы уже ознакомились с историей бригады СОС?

Полагаю, у всех уже разболелась голова от таких разговоров. Да и вообще, что это за такие абстрактные вопросы?

— У вас есть вопросы? — подытожила Харухи.

Думаю это можно назвать неожиданностью. Коротко стриженный здоровяк-первогодка поднял руку:

— У меня есть вопрос.

— Пожалуйста, говори.

— Я не очень понял, чем же занимается клуб. Мне лишь стало интересно, потому я и пришел. Ещё в средней школе я услышал о существовании здесь странного клуба. Когда я поступил в Северную Старшую и обнаружил, что он реально существует, я заглянул из любопытства. Понимаю, что мои намерения немного странноваты, но ведь в этом нет ничего страшного?

Харухи тут же вскочила и великодушно улыбаясь, подошла к парню.

— Хорошо, а теперь можешь идти.

— Чего?

Она схватила его за воротник рубашки и потащила его будто мини подъемный кран. Открыв дверь и выйдя в коридор, она наконец отпустила его.

— Какая пустая трата времени, ты провалил первый же вступительный экзамен. Наверно для тебя это было большим испытанием. Прежде чем придти в следующий раз — отшлифуй свои навыки.

Харухи захлопнула дверь перед носом у несчастного парня и развернулась к оставшимся.

— Ну, ну. Меня нельзя недооценивать! Я, как командир бригады СОС обязана поднять настроение всему миру! Даже если сказать, что я не думаю ни о чем другом, это ещё не вершина величия. Поэтому я даже не могу позволить компромисс в отношении новичка. В конце концов, если мы не будем развиваться каждый год, то сгнием.

Замерла не только Асахина-сан, но и все новички, и я в том числе. Интересно, когда это успели начаться «вступительные экзамены»? Этим первогодкам явно не повезло, они ещё не успели отведать чая Асахины-сан из своих бумажных стаканчиков, а их уже начинают выгонять.

— Я строга по поводу чувства юмора. Если человек ржет над пошлыми шутками и повторением чьих-то действий, с ним разговаривать не о чем. Другими словами, все люди, идущие на черт-знает-что ради того, чтобы рассмешить, не прокатывают. Соревнуйтесь речью. По-моему, так называемое чувство юмора — …

Какого чёрта она заговорила о чувстве юмора?

— Харухи.

Поскольку все члены бригады, рангом ниже помощника командира, сидели тихо, пришлось говорить мне.

— Что тут происходит? Разве этот парень в чём-то провинился? Что это ещё за «вступительные экзамены»? Они заключаются в том, что за любое слово, которое тебе не понравится, кандидат будет изгнан?

— Я не настолько эгоистична. Я хотела увидеть рвение. А зачем — ответ простой. Просто подумайте об "уровне сложности". Подумав об этом, понять гораздо проще.

— То есть ты хочешь сказать, что этот парень, — я указал в направлении двери. — задавал слишком низкопробные вопросы?

— По правде говоря — Да.

Как ни в чём ни бывало Харухи вернулась на своё место, изображая воспитанную старшеклассницу. Окинув взглядом первогодок, которых стало на одного меньше, она спросила:

— Итак, ещё вопросы?

Само собой разумеется, что больше никто не открыл свой рот.

* * *

Возможно потому, что они съёжились от страха, получая чай из рук Асахины-сан, первогодки сидели тихо и смирно.

Единственной кто говорил, была Харухи. Она, будто рассказчица легенды о героях гражданской войны, в деталях рассказывала обо всех событиях, произошедших с момента основания бригады СОС. Поскольку она сильно преувеличивала факты, им не стоит принимать всё это всерьёз.

Поскольку одним человеком стало меньше, я утащил освободившийся стул и сел рядом с Коидзуми. Молчаливый помощник командира, казалось, улыбался, оценивая взглядом всех (их и правда одиннадцать?) первогодок. Я занялся тем же самым. Судя по всему, Харухи решила не представляться сама, и не спросила ни имён, ни дат рождения, ни даже номеров классов у первогодок. Когда я уже собирался раздать им прозвища, исходя из их внешности, мой взгляд естественным образом натолкнулся на особенного человека.

Скажу прямо, чтобы избежать каких-либо кривотолков — это девушка.

Среди всех первогодок, следивших за этим театром одного актёра, она единственная, кто проявлял признаки заинтересованности.

Слушая про многочисленные хоум-раны во время бейсбольного матча, она издала лёгкий одобрительный возглас; слушая про таинственное убийство на острове — от потрясения прикрыла руками рот, а затем, узнав правду, заулыбалась; слушая приукрашенную историю противостояния с компьютерным клубом — неоднократно одобрительно кивала; а услышав историю про питомца Саканаки-сан — снова заулыбалась.

Какая чистая и непорочная первоклассница.

Исходя из высоты голов сидящих учеников, она должна быть примерно одного роста с Нагато. Что касается веса, то она, должно быть, даже легче её. Волосы, будто бы высушенные феном после химической завивки, завивались на концах. Это можно назвать уникальной отличительной чертой. При ближайшем рассмотрении, школьная форма сидела на ней слишком свободно. Возможно это потому, что она ей велика.

Чем больше я смотрю на неё, тем сильнее ощущение, что я видел эту девушку прежде. Но, в то же время я уверен, что никогда её не видел. И я не имею в виду лишь новеньких девушек-первогодок, это касается вообще всех девушек, которых я встречал в прошлом. Как бы я мысленно не пытался удлинить, укоротить или распрямить её волосы, я всё равно не мог ничего вспомнить. Может ли быть, что она — сестра одного из моих знакомых, и потому похожа на своего брата? Но я и брата такого не знаю… Эта загадка столь же неприятна, как если подавиться острым тофу.

Мой взгляд был не слишком-то вежливым, но она, судя по всему, была сосредоточена на Харухином шоу и не замечала его. Её выражение лица продолжало меняться, и наблюдать за этим было интересно. Она из тех слушателей, которые поверят в любую ложь, тем самым вдохновляя и удовлетворяя рассказчика.

— …Вот вроде и всё. Бригада СОС сорвала коварные планы президента школьного совета и спасла Литературный клуб. Они как хрестоматийные злодеи из комиксов/рассказов/мультфильмов про супергероев — никогда не учатся на своих ошибках, и вместо этого продолжают тянуть свои грязные лапы в нашу сторону. НО — победа всё равно будет за нами. Бригада СОС и Я, никогда не отступим на пол пути. Так было раньше и, само собой, так будет всегда!

Кажется, это был заключительный аккорд. Харухи подняла руку и ненадолго замерла.

В тот момент, когда я собирался отнести чашку с остывшим чаем в угол, я заметил, что Харухи начинает подавать мне странные сигналы глазами, а затем стала периодически подмигивать мне. На что же она пытается намекнуть, шевеля своими челюстями?

Когда я усердно скрипел мозгами, пытаясь понять сигналы Харухи, моих ушей достигли тихие хлопки. Ладони, которые производили этот тихий звук можно описать как «крошечные», а их владелицей была девушка, на которую я не так давно обратил внимание.

Следуя её примеру, остальные первогодки быстро сообразили в чём дело и тут же начали аплодировать. Асахина-сан тоже последовала их примеру и отчаянно захлопала, мотая головой.

По-видимому удовлетворённая этим, Харухи кивала головой и в то же время бросала на меня обвиняющие взгляды. Это лишь твоя вина, потому что такие вещи планируются заранее и оговариваются «перед» мероприятием.

Харухи взмахнула рукой, чтобы прекратить аплодисменты.

— Все вы должны запомнить краткую историю бригады СОС. Изначально я планировала сразу же перейти ко второй стадии вступительных экзаменов, но, понимая что вам нужно время на подготовку, на сегодня стоит закончить. У кого кишка не тонка — приходите завтра!

В этот момент я заметил, что повязка «командир» на её руке сменилась на «экзаменатор».

— Всё, свободны!

* * *

После того как первогодки быстрыми шагами удалились из комнаты, Харухи напевая включила компьютер и принялась кликать мышкой, всем своим видом показывая, что у неё хорошее настроение.

Поскольку мы с Коидзуми первым делом отправились возвращать стулья, когда я пришел назад и попытался поговорить с Харухи, компьютер уже загрузился.

— Что ты задумала? — спросил я у Харухи, раскладывая ставший мне родным стул и глядя на качающуюся туда-сюда ленту на ее голове.

Харухи, со счастливым выражением лица, кинула на меня свой взгляд. Как это раздражает.

— Эти первоклассники, которые хотели вступить в бригаду, наверное долго набирались храбрости прежде чем придти сюда, но никакие твои действия не соблазнят их на вступление к нам. Я думаю что они больше не придут.

— Возможно. — говоря это, Харухи продолжала быстро печатать.

— Если так и получится — ну и ладно. Если они сдадутся из за этого, я влюбом случае не захочу их принимать. Я лишь надеюсь найти людей, у которых есть рвение. Но чтобы эти первогодки сдали все мои экзамены на вступление в бригаду, одного рвения не достаточно. Препятствий на их пути не так много, но они трудные. В конце концов бригада СОС не на столько безнадёжна, чтобы набирать тех, кто пришел полюбоваться шоу.

Вообще-то смысл от существования этой организации в нашей школе стремится к нулю, так что нехватки членов не было никогда. Даже если смотреть с точки зрения школьного совета, думаю им не хочется видеть, как первоклассников приносят в жертву богам. И я намерен пресечь любые ситуации, при которых населённость нашей комнаты повышалась бы экспоненциально. В конце концов, чай Асахины-сан не бесконечен. Приготовление такого количества чая и чашек требует значительных усилий.

— Ты на полном серьёзе собираешься принять новых членов в бригаду?

Я взглянул на Харухи, которая дула на свежезаваренный чай Асахины-сан.

— Нагато, Асахина-сан, да и Коидзуми — все мы были затащены в бригаду именно тобой. Ты опять, как уже однажды делала, собираешься найти понравившегося среди первогодок, которые только пришли в эту школу?

В свободное время, вплоть до сегодняшнего дня, она должна была проводить поиски в школе. Поэтому произошедшее в клубной комнате было необычно.

— Ничего подобного! — решительным тоном ответила Харухи.

— Я так и не смогла найти никого годного на роль талисмана. Но, я полагаю, здесь должны быть люди с иными особыми качествами, о которых я даже не подозревала. Кто-то такой, кто удивит. Некто, не из тех, кого можно встретить повсюду, а с какой-то супер уникальной чертой характера! Кроме того, если бы все пришедшие оказались таковыми, не было бы это слишком скучно? Если все они лишь двигаются в определённом направлении, не было бы это слишком повторяющимся/одинаковым? Замкнутые и тихие ботанички в очках, коротко стриженые и активные спортсменки, ну и все им подобные — это слишком скучно.

Разве это плохо? Странно считать, что эти "люди с особыми качествами" не страшнее огня. Я взял бы любого.

— Мне совершенно не интересны такие люди. Хоть вариантов комбинаций характеров и бесконечное множество, мог же возникнуть здесь хоть один такой! Это доказательство того, как творческий потенциал человека ухудшается с течением времени!

Подобные вопросы не должны тебя волновать. В своё время ты уже насильно притащила к нам Асахину-сан, так что не тебе об этом рассуждать.

— А разве Микуру-тян не "единственный и неповторимый" талант? Так что, всё в порядке.

Даже если смотреть на это с такой точки зрения, люди как жили раньше, так и будут жить в будущем. Это гораздо лучше варианта, где чье-то больное воображение «отправит Землю полетать».

Харухи оскалила зубы, будто пыталась отгрызть края своей чашки.

— Я хотела найти людей с уникальными чертами и творческим потенциалом. Было бы здорово, если бы новичок был полной моей противоположностью и привнёс бы свежую струю в нашу бригаду. Я придумала эти вступительные экзамены, чтобы выявить такие черты характера. Думаю мы можем воспользоваться методом исключения, или же при следующей встрече я смогу с первого же взгляда определить человека с уникальным складом ума.

Харухи поставила чашку на стол и снова взялась за мышку.

— Сейчас я делаю экзаменационные билеты. Этим же я занималась и прошлой ночью. В делах командира бригады произошел полный завал. Пока ты страдал фигней вместо подготовки к тесту, я двигалась вперед, глядя в ближайшее будущее. Кён, наши предки были правы, мы должны смотреть за другими и менять себя. То есть, если никогда не смотреть вниз, то никогда не сможешь оценить высот, которых достиг. Если у человека нет целей, к которым он стремится, то он будет неминуемо падать вниз.

Такие лекции, от которых мозоли в ушах растут, надо медленно читать на ухо жирафу. Кроме того, это похоже на историю о том, как погиб Икар, слишком приблизившись к солнцу. Я всегда считал, что всему должен быть предел. Ведь советуют же наедаться только на 80 %?

Асахина-сан увидела, что моя чашка пуста, и поспешила ко мне с чайником.

Если бы Асахина-сан, которая уже полностью вжилась в роль горничной, работала бы в кафе, то подозреваю, что её зарплата серьёзно увеличилась. Ничего не могу поделать с этими своими фантазиями. Но если подумать, то откуда у неё берутся деньги в нашем временном отрезке? Ей платит какая-то организация путешественников во времени?

После того как новенькие ушли, клубная комната вернулась в своё обычное состояние и я смог немного расслабиться. В отличии от Нагато, которая никогда и ни при каких обстоятельствах не меняет своего места для чтения, и Харухи, с которой я не так давно разговаривал, все оставшиеся члены бригады вернулись на свои обычные места в спокойной атмосфере.

Сидя напротив меня, Коидзуми достал очередную новую настольную игру и положил её на стол.

— Как на счёт партии?

Похоже на классическое Рэндзю. Так как это довольно скучная игра, надо рассматривать её как некую разминку для мозгов и сыграть пару раундов. Но для начала, объясни мне правила.

— Они не сильно отличаются от обычного Рэндзю. Ты должен помнить правила.

Наблюдая как Коидзуми расставляет фигуры на доске, я вспоминал как в это играть.

Так мы и играли, пока не пришло время уходить домой. К тому моменту я, совершенно неосознанно, выиграл несколько партий. Не знаю уж, я ли так быстро учусь или Коидзуми такой слабый соперник. Хотя от этих игр нет никакого прока в плане учёбы, мы продолжаем в них играть. Вечером, после того как Нагато закрыла книгу, а Асахина-сан переоделась, мы покинули школу.

Интересно, сколько новичков постучится в нашу дверь завтра…

Том 9, Глава 3(α) — Конец.

(β)

ß-5

Утро. Понедельника.

Из-за всей этой ерунды, что приключилась вчера, мои внутренние ощущения были весьма сложными, но я не мог позволить тучам наползти на мое лицо. В чем проблема? Да в Харухи, так гордящейся своей острой, как швейцарский нож, интуицией. С нее сталось бы извратить мои злоумышленные мысли, развернув их на 360 градусов, и в итоге таки добраться до правильного ответа. Уж лучше я наколдую себе маску и буду ее носить.

Не знаю, к лучшему это или к худшему, но Харухи, которая успела явиться в школу еще до моего прихода, была прикована к своей парте, вздыхала, и вид имела усталый. Ни за что не поверю, что ее так утомила обычная утренняя дорога до школы, так что тут дело было, скорее всего, в чем-то посущественней — скорее всего, фильмы всю ночь по телику смотрела, вот и недосып. Ну что ж, это кстати. Мне отчаянно хотелось воспользоваться минутой спокойствия нашего энергетически истощенного бригаденфюрера, и так что я подкрался к своему месту тихо, как мышь, и аккуратно поставил портфель у парты, стараясь не издавать лишних звуков. Кажется, я слышал шелест ее волос и одежды, когда она подняла голову и взглянула на мою спину, но стойко продолжал смотреть на классную доску, еще не испачканную мелом. Прозвенел звонок, но я терпеливо ждал, не меняя позы, пока не явился Окабе-сенсей, чтобы навести порядок в классе.

Если уж речь зашла о недосыпе, то у меня он тоже имелся. Трудно добиться прояснения в голове, если вчера тебя насильно таскали по всяким нереальным местм. Кроме того, я всю ночь проворочался, ожидая телефонного звонка. Возможно, дело в этом.

К середине второго урока, а это была классическая литература, я уже начал постепенно уплывать. Необоримое желание спать усугублялось весенним солнцем, свет которого заливал класс. Харухи давно уже мирно сопела во сне за моей спиной, и ничего страшного не случится если в Клинике по изучению сна добавиться ещё один человек.

…. Это не хорошо. Действительно, будто из ада сна вырвались сильнейшие демоны.

Я попал в лапы демона минутного сна, и увидел сон, который был худшим из возможных.

Замещенное переживание событий, которые произошли на самом деле…..воспоминания об одном дне в третьем классе… средней школы…

В беспредельной скуке повседневной жизни, которую я был не в силах развеять в течении всех этих десяти с лишним лет, бывали моменты, когда я с удивлением обнаруживал себя раздумывающим в тревоге о всяких разных вещах.

Например о таких, как: "не поразит ли нас прилетевшая ракета, по ошибке запущенная военными, не упадет ли на Японию горящий искусственный спутник, не подвергнемся ли мы атаке гигантского астероида, удар которого погрузит мир в беспрецедентный хаос", и это не потому, что я желал катастрофы, которая позволила бы мне почувствовать настоящее отчаяние среди скучной повседневной жизни, а потому, что мне просто подумалось об этом.

Как-то я заговорил об этом с моей одноклассницей и другом Сасаки, и вот что из этого вышло:

— Кён, это синдром современных развлечений. Ты просто слишком много читал манги и фантастических романов. — объяснила она мне со своей обычной вежливой улыбкой на лице.

Это был термин, которого я никогда еще не слышал.

Само собой, я спросил ее, что это еще за чертовщина такая?

— Понятно, что ты никогда об этом не слышал.

После этого краткого предисловия она продолжила:

— Действительность устроена совсем на другой манер, нежели фильмы или драмы, новелы или манга. Это разочарование для тебя, не правда ли? В мире развлечений главные герои в один прекрасный день сталкиваются с невероятным феноменом, осознают проблему, и оказываются в ситуации, которую едва ли можно назвать приятной. В большинстве случаев главные герои этих историй, используя интеллект, храбрость, скрытые силы, или путем развития какого-нибудь таланта, будут пытаться превозмочь обстоятельства. Однако эти истории, без сомнения, могут происходить только в вымышленном, фантастическом мире. И именно потому, что они — выдумка, они и приняты в мире развлечений. Но если мы утверждаем, что миры фильмов, драм, романов и манги повсеместно присутствуют в реальном мире, то все эти виды развлечений перестают быть таковыми, превращаясь в документалистику.

Это была теория, которую я и понимал и не понимал одновременно, в чем честно и признался Сасаки.

Сасаки рассмеялась:

— Другими словами, реальность придерживается достаточно жестких законов, понимаешь? Сколько не жди, но инопланетяне не прилетят, чтобы напасть на Землю, и древний злой бог не возродится в глубине океана.

Да как ты можешь знать об этом?

Ты что, хочешь сказать, что есть вещи, которые абсолютно никак не могут случиться в этом мире?

Даже если она очень мала, вероятность того, что в Землю может ударить гигантский метеорит все равно не должна быть равной нулю.

— Ты говоришь "вероятность"? Слушай, Кён, если говорить о вероятности, то тогда вообще ничто не становится невозможным. Например, — Сасаки указала на стену класса, — Если ты бросишься на эту стену со всей силы, вероятность того, что ты пройдешь сквозь нее и окажешься в соседней комнате, не равна нулю. Ты скажешь, что невозможно пройти сквозь стену? Видишь ли, на самом деле это не так. В квантовом мире, несмотря даже на наличие изолятора, который должен полностью предотвращать проникновение электронов, часто происходит так, что в некоторой точке электроны проходят через объект и появляются в другом месте. Это называется туннельным эффектом. И если рассмотреть вопрос таким образом, то химические элементы, из которых состоит твое тело, могут быть разделены на отдельные частицы, подобные тем самым электронам, и в этом случае не невозможно, что ты пройдешь прямо сквозь стену, не оставив отверстия, примерно таким же образом. Но вероятность этого события такова, что даже если ты будешь биться об стену каждую секунду в течении пятнадцати миллиардов лет, это все равно не произойдет. Таким образом, видимо, мы можем уже назвать это "невозможным".

О чем, черт побери, мы тут говорим?

Как всегда, когда я слушал речи Сасаки, мои мысли затуманились, и у меня появилось ощущение, что меня сейчас облапошат и разговор закончится. Нежная улыбка озарила благородные черты Сасаки, когда она посмотрела на меня.

— И вот еще что, Кён. Если бы ты был брошен в измерение, в котором существовали бы миры этих нереальных историй, вопрос в том, смог бы ты действовать настолько успешно и свободно, как протагонисты? Это представляется чрезвычайно сомнительным. А если ты спросишь, почему они настолько свободно распоряжаются интеллектом, храбростью, скрытой силой и особыми способностями чтобы победить невзгоды, то ответ прост — так сочинил автор. Так где же автор твоей истории, Кён?

И что-то я не припоминаю никакого ответа.

Этот наш разговор с Сасаки произошел в июне два года назад, в классе, на третьем году нашего обучения в средней школе. Первый раз мы встретились с Сасаки в начале весны, когда она стала моей одноклассницей, но мы с ней хорошо поладили, и наши отношения стали такими, что мы запросто разговаривали друг с другом обо всем, что нам нравилось.

Сасаки, насколько я знаю, была единственной в школе, кто прочел всю длиннющую серию детективных романов Эллери Куин.

Между прочим, сам я их даже и не открывал.

Не было такой темы, обсуждая которую Сасаки не могла бы поделиться чем-то поразительным.

Судьба была в том, что Сасаки даже ходила на те же самые вечерние подготовительные курсы, которые силком заставили посещать меня. И если я скажу, что уровень нашей близости был на уровне совместных обедов в время перерыва, то, видимо, это даст вам общую картину. Вообще-то я из тех людей, что за едой больше всего любят полистать журнальчик с мангой в одиночестве, но обедать вместе с этим человеком мне было вполне комфортно.

Однако, у нас не было ни единой точки соприкосновения за пределами школы или подготовительных курсов. И если бы меня спросили, считаю ли я ее своим близким другом, то, скорее всего, я ответил бы "нет".

Сасаки поставила локоть на мою парту и склонилась над ней. Ее черные красиво мерцавшие глаза особенно выделялись на фоне прочих весьма приятных черт ее лица. Если она могла бы избавиться от вечного хождения вокруг да около и сомнительной терминологии, она была бы привлекательна, я полагаю.

Ну, просто в качестве теста, я сказал ей об этом.

— О, это интересный вопрос! — Сасаки выглядела так, как будто подавилась смехом. — Я никогда не могла понять причин, стоящих за приданием вопросу о том, является ли кто-нибудь привлекательным или нет, смысла всей жизни. Полагаю, я хочу быть рациональной и логичной вне зависимости от времени, места или обстоятельств. Если принимать действительность так, как она есть, эмоциональные или сентиментальные мысли являются не более чем отвлекающим шумом. Я не могу думать об эмоциях иначе, как о грубом убежище, которое препятствует человеческой эволюции на пути к автономии. Особенно чувство любви — оно вообще походит на своего рода психическое заболевание!

Так ли это?

— Давным-давно жил человек, который сказал эти слова. Это было очень обдуманное и провокационное заявление, так что я до сих пор помню его. Ты, наверное, хочешь сказать какие безумные вещи, типа: "хорошо, но если любви не существует, тогда не будет и брака, и дети не смогут появиться на свет!"

Я сохранял молчание. Та что я там хотел сказать?

— Просто взгляни на диких животных. Среди них определенно имеются виды, которые любят своих детенышей, заботятся о них и воспитывают. Но это происходит не из-за любви.

Мостик губ Сасаки изменил форму. Теперь это была улыбка, претендующая на то, чтобы быть злой.

Кажется, она хотела, чтобы я задал ей вопрос, и я так и сделал:

— Хорошо, но тогда из-за чего это происходит?

Сасаки сказала вот что:

— Инстинкт.

Мне пришлось выслушать ее рассуждения о том, являются ли эмоции или любовь различными вещами, могут ли они быть объединены вместе или не могут, а если они объединены, то можно ли их разделить, и в тот момент, когда она уже переходила к риторическому анализу проблемы, является ли человеческая натура доброй или злой, тень третьего человека упала на мою парту.

Это был Окамото, учившийся вместе с нами, который принес анкеты о наших будущих планах.

………………….

…………………..

Мягко прозвенел звонок, и этот звук прослужил окончанием моего рефрена.

Я проснулся как раз в тот момент, когда смог вспомнить черты лица Окамото. Я тут же подтвердил свои текущие координаты — это была комната класса 2–5 в Северной Высшей. Время перемены наступило незаметно. Харухи, казалось, еще была в мире снов. Ее мягкое, ритмичное дыхание звенело недалеко от моих ушей.

Два человека, дрыхнущие прямо на уроке без того, чтобы им сделали замечание — случай редкий, почти что чудо. И если это потому, что наш здравомыслящий учитель уже поместил нас в черный список как безнадежные случаи… Хм… Харухи-то счастье, а вот для такого человека как я, чья успеваемость оставляет желать лучшего, все это далеко не причина расслабляться. В конце-концов, я пришел сюда для того, чтобы получить высшее образование. Во всяком случае, именно это и запланировали мои родители.

Посколько я сложил свои учебники стопкой, и только что использовал их в качестве подушки, я потер лицо рукой, проверяя, не остались ли на нем какие-то следы. Несмотря на то, что я буквально секунду назад проснулся, все это время, пока я спал, казалось выпавшим из памяти. Уф. И почему у меня такое чувство, что я пропустил какую-то важную фразу? Я помню, что мне снилась Сасаки, но совершенно не могу вспомнить, о чем именно мы говорили. Я щелкнул себя пальцами по виску, и это было больно. Значит, это реальность. А что бы только что не произошло — это был лишь сон.

Легко сказать "этого и следовало ожидать", но я должен был убедиться в реальности ра, в котором я сейчас нахожусь, ведь иногда, когда я просыпаюсь, мое упрямое подсознание продолжает дрейфовать в прошлых воспоминаниях.

Сасаки, Куё и Тачибана Кёко смотрелись достаточно реальными, но сторона, на которой стою, не там, а здесь. Здесь, где нашего бригадного лидера срубило в сон прямо у меня за спиной.

Если эта реальность когда-нибудь окажется перед лицом уничтожения, я изменю ее обратно на старую несмотря ни на что. Это то, что я решил делать.

И решил я это не потому, что меня об этом кто-то просил, и вообще не для кого бы то ни было. В конце-концов, я не хочу присоединяться к сонму супергероев или гуманитариев, которые обладают совершенно иными моральными качествами, чем я. На самом деле я сделал это для себя.

И я принял это решение уже давно, во время Рождества в прошлом году.

Во время обеденного перерыва Харухи исчезла из классной комнаты. Ко мне за столом присоединились Танигучи и Куникуда, и я блаженно наслаждался обедом.

Причина, по которой я всегда тусовался только с немногими друзьями была не в том, что у меня какие-то сложности с расширением их списка. Попросту говоря, эти двое — мои друзья, с которыми я чувствую себя отлично. До сих пор я не задумывался о том, чтобы отдалиться от них. Другая причина была в том, что я решил сохранять дружбу с ними и в будущем.

— Кён, у меня есть вопрос, и я даже не знаю, стоит ли его задавать? — Куникида невинно смотрел на меня, тщательно удаляя кожу с лосося.

Услышав, насколько натурально он об этом заговорил, я немедленно ответил:

— Ты о чем?

— Ты ведь недавно встречался с Сасаки?

Я чуть не проглотил черносливину, которую пытался прожевать вместе с кожицей.

— ….С чего ты взял?

— Ну, недавно, где-то в начале апреля, — Куникида отложил палочки. — Я был на национальных подготовительных экзаменах, которые проходили на подготовительных курсах, и встретил ее там в экзаменационном зале. Но на самом деле я с ней даже не заговорил, так что я не знаю, заметила она меня или нет.

И почему ты вспомнил об этом только сейчас? Новый школьный семестр начался уже давным-давно.

— Потому что результаты экзаменов вышли только вчера, ну знаешь, те, где записаны набранные очки. Просто, когда я искал свою фамилию, мне сначала попалась ее. Она, как всегда, была в форме — ее общий счет куда выше моего.

Куникида снова взял свои палочки для еды.

— Ну, и я подумал, что в следующий раз должен набрать больше очков, чем она. Это всего лишь временная цель, псевдосоперник. Я думаю, показатели Сасаки-сан не изменятся уж очень сильно, и, если я смогу превзойти их, это будет подтверждением моих собственных способностей. Я думал, ты знаешь, в какую школу Сасаки-сан собиралась поступать, и поэтому спросил.

— Понятия не имею.

С этим разговором нужно завязывать как можно быстрее, иначе…

— Ооо, я не могу принять такой ответ пока сейчас же не услышу обо всём. Танигучи вспыхнул злой усмешкой:

— Вы говорите о Сасаки? О той, с которой Кён был невероятно близок, когда учился в средней школе?

Как видите, этот паразит с невероятно острым чутьем уже заглотил наживку вместе с крючком.

Я немедленно воспользовался правом на отказ, превратившись в примерного члена секты пассивности и устремив все внимание не свой обед.

Танигучи был полон любопытства и походил на кошку, вставшую на дыбы и готовую прыгнуть на добычу добычу.

— Ну и что она была за человек?

— Очень симпатичная девчонка, и очень умная при этом. Конечно, можно сказать, что она слегка странноватая. Хм… Я всегда чувствовал, что это чувство странности было как-то организовано. Да, действительно, странная личность.

Сасаки тоже говорила, что ты странный. Какое совпадение.

— Правда? Но смысл должен был отличаться. Сасаки сама чувствует, что она странная, а вот когда на меня указывают как на странного человека, я сам здорово удивляюсь. Но она-то понимает себя отлично. Я чувствую, что она как будто поместила себя в какую-то структуру, созданную на основе этого понимания себя, и постоянно следит, чтобы не выйти за ее пределы.

Точно, если послушать, что она говорит, складывается именно такое ощущение.

— Так я и хотел узнать, осталась ли она такой же и сейчас. Ведь Сасаки-сан посещает школу с высоким рейтингом, верно? Большинство учеников там, должно быть, парни. Я немного беспокоюсь, ведь если она продолжает ограничивать себя в пределах той структуры, не переутомится ли она?

Повернувшись к Куникиде, который уж точно не выглядел обеспокоенным, Танигучи затолкал в рот кусок цветной капусты, и продолжил:

— Это превысило бы тактовую частоту моего процессора. Хватит с меня странных женщин. Судзумия, похоже, такая же. Погоди-ка, это вообще никак не связанно с Судзумией. Блин, вот не судьба мне с симпатичными девчонками. Наверное, теперь, когда я в школе уже второй год, надо бы переключиться на девчонок-первогодок. Но с ними нет вообще никаких контактов. Я должен обмозговать, как мне решить эту проблему до летних каникул.

Глядя на Танигучи, который тараторил как скорострельный пулемет безо всякой причины, все, что я мог ему предложить — так это "делай, что хочешь". После того, как я вспомнил, что только вчера встретил Сасаки в компании с тремя ненормальными воронами, я полностью потерял аппетит. Эта связь между Куникидой и Сасаки — без сомнения, совпадение, но упоминание ее имени в такое неподходящее время кого угодно приведет к ненаучным мыслям типа "а может, это предостережение?"

Это сигнал? Если взглянуть на вчерашнюю ситуацию (давайте для начала не будем говорить о Сасаки), Фудзивара или Тачибана Кёко не высказывали никакой угрозы и не пытались давить. Куё, в общем-то, тоже. Хоть и исходят от нее всегда странные флюиды, у нас есть Нагато, а теперь даже Кимидори-сан откомандирована в кафе. Поэтому я могу расслабиться и трактовать проблему в целом, не думая, что это очень уж важное дело.

Если как следует подумать, то бригада SOS останется единой несмотря ни на что. А вот про их сторону этого не скажешь. Видимое положение вещей таково, что у них нет экстрасенса настолько же сильного, как Коидзуми, их путешественник во времени более эгоистичен, чем Асахина-сан (старшая), а их пришелец ни черта не смыслит в этикете… Связь между этой троицой очень слаба. И они хотели поднять Сасаки до статуса бога, но Сасаки сама отказалась.

Если они хотят победить непобедимую Харухи, то их нынешнего состава по-прежнему немного не хватает. Им нужно найти больше людей. Текущее состояние буквально нейтральное. Что же они задумали на самом деле? Если они ожидают что человек типа Тачибаны Кёко сможет перетянуть меня на их сторону, то они действительно недооценили меня.

Словно головная боль, которая появляется когда ты спал слишком много, у меня остались неприятные ощущения когда я продолжил расправляться с моим ланчем в коробке. Разговор Танигути уже перешёл к перечислению девушек из десятого класса, которые получили оценку ААА и выше, но это уже вышло за пределы моих интересов. В любом случае, среди них не будет той, которая захочет вступить в бригаду СОС.

В конце концов, вести о героических подвигах Судзумии Харухи и остальных членов бригады СОС давно достигли ушей окружавших нас простолюдинов. Это мне не так давно подтвердила и Сасаки.

* * *

По окончании учебного дня, мы с Харухи встали, как только Окабэ-сенсей спустился с учительской кафедры, и тут же покинули класс.

Изначально я думал, что мы как обычно направимся в клубную комнату, но….

— Кён, ты иди вперёд. Мне надо зайти в одно место.

Харухи, удаляясь со скоростью, большей чем у брошенного фрисби, бросила мне свой портфель и быстро исчезла.

Может ли быть, что её глаза острее чем у Танигути и она нашла "ААА"-десятиклассницу раньше него, а сейчас убежала для того, что бы похитить её? Даже если так, с этим ничего не поделаешь. Мы можем только следовать её желаниям. Мне понадобилось много времени что бы привыкнуть к этому.

И так, я решил отправиться в клубную комнату в неторопливом темпе.

Те десятиклассники, которые вступили в спортивные клубы, должно быть уже начали тренировки. Так же в коридорах можно было увидеть двенадцатиклассников в своих клубных майках, довольно освежающее чувство. Хотя "освежающий" слишком заезженное слово, но нет другого выражения, что бы описать ситуацию.

Если кто-нибудь хочет вступить в литературный клуб, Нагато так же сможет показать себя в роли старшей, что не так уж и плохо. Но вновь отмечу: она всё же инопланетный интерфейс, который читает больше чем три сотни земных книг в год. Если у неё будут младшие последователи, то сложно представить чтобы они были счастливы общаться с Нагато через её невидимую защитную оболочку. Но сравнивая с поиском книги, которую ты хочешь прочитать в одиночестве, всё равно лучше если есть кто-то с кем можно поменяться книгами. Кто-то может поменяться только что приобретёнными книгами с другими, что гораздо удобней. В конце концов я не могу критиковать или обсуждать содержимое книги после её прочтения, хоть я и брал до этого у неё книги, я никогда не давал ей свои. Мне кажется в один прекрасный день стоит подарить ей библиотечную карточку или что-то подобное.

Когда я подхожу к двери клубной комнаты, моя "воспитанность" никогда не забудет сперва постучать в дверь, чтобы убедиться, что внутри никого нет. На этот раз никакого ответа не было. Я тут же открыл дверь и увидел, что в комнате пусто. Я действительно первый, что было редкостью.

Я бросил свой портфель на стол и сел на раскладной стул. Когда мне стало скучно, я начал думать почему я так почувствовал себя, а затем вдруг понял.

Ах, это потому, что её — кто всегда была здесь, независимо ни от чего, что заставляло думать, что она здесь постоянно — Нагато, сейчас здесь не было.

Но она могла задержаться из за дежурства по классу. Или может она пошла помочь клубу компьютерных исследований.

Пока я ждал остальных четверых, я поднял книгу в твёрдом переплёте, оставленную на столе, без сомнения принадлежавшую Нагато, и взглянул на одну из страниц. Кажется это история о вечном поиске места к которому принадлежишь.

ß-6

В клубную комнату никто не пришел. Оставив в стороне Харухи, которая все еще бегала по школе — куда удивительнее было то, что до сих пор не пришла Нагато. Может она пошла в клуб компьютерных исследований? Коидзуми в конце концов перешел в своего рода элитный класс. Оказавшись на втором году обучения, им в любом случае пришлось бы обращать больше внимания на разные другие вещи. До чего же тяжкий класс он себе выбрал! Я слышал, что классный руководитель "И"-класса больше заинтересован перспективами учеников, а не их обучением. У Коидзуми, судя по всему, были серьезные основания перейти туда. Иначе он бы ни за что не выбрал такой класс, где трудно даже дух перевести. Если бы он обратился к «Организации» за помощью, я думаю, он бы без труда поступил в любой университет, в какой захочет. Но, так или иначе, скорее всего, его выбор совпадет с выбором Харухи. Что касается меня, то мысли о таком далеком будущем будут волновать меня ближе к окончанию школы. Года через полтора я буду лучше знать на что я сгожусь. Если судить по результатам тестов, то шансы у Коидзуми и меня пойти в один университет меньше, чем муравьиная нора. А Харухи… Хмм, это не то, что мне подвластно. Просто пустите ее туда, где она сможет показать себя.

В тот момент, когда я медленно читал книгу Нагато, человек, обладающий способностью украсить мир всеми возможными цветами, наконец, появился.

— Ах, Кён.

Ходячий анион, который притягивает к себе все вокруг, Асахина-сан, аккуратно закрыла за собой дверь и положила сумку, словно маленькая белочка, которая вернулась со сбора желудей.

— А я всё думала, что немного опоздаю сегодня. Как странно, что никто еще не пришел. А где Судзумия-сан?

— Понятия не имею куда она пошла после уроков. Но сейчас же весна, может, ей внезапно захотелось пробежать пару кругов.

Прямо как цветы копят свою энергию зимой, чтобы весной расцвести, или как семена Камелии. Но не то что бы у самого меня не было желания побегать где-нибудь, потому что в этот раз зима длилась исключительно долго. Чтобы позволить Асахине-сан переодеться как можно скорее, я немедленно встал, но, сделав один шаг, я обернулся:

— Асахина-сан.

— Мм?

Рука Асахины-сан остановилась на пути к вешалке, взглянув на ее лицо я понял что она всячески пытается скрыть свое беспокойство, так что я спросил:

— А что по поводу того путешественника во времени, которого мы встретили в феврале.

Повернувшись к стойке с одеждой и протянув руки, Асахина-сан достала костюм служанки.

— Хм, я припоминаю.

Переменив выражение лицо на серьёзное, я продолжил, подбирая слова.

— Чего именно хотели добиться эти ублюдки? Я имею в виду, вернувшись в этот временной промежуток. Если посмотреть на положение вещей, не кажется, что они наблюдают за Харухи, я действительно не могу предположить, какая у него здесь цель.

Говоря это я почувствовал расстройство. Все ли будет нормально, если я скажу ей, что путешественник во времени, Фудзивара, снова вернулся? О том, что он назвал себя Фудзивара и о случае с Сасаки, что более важно? Должен ли я вообще это говорить?

— Эм…

Асахина прижала палец к своим губам:

— Мотив этого человека… Этого мне не говорили. Хм, но я не думаю, что он пришёл сюда с целью сделать что-нибудь плохое. Это моё личное мнение, так как моё начальство не прислало мне каких-либо приказов. Я думаю, в этом всё дело.

Казалось, что ей очень трудно говорить о случившемся, я предположил, что она не хочет затронуть какую-либо закрытую информацию. Я вспомнил вид Асахины-сан старшей говорящей: "Этот ублюдок что, пришёл из времени которое относится…связано с нашим временем?"

Этот вопрос волновал меня больше всего.

— Оно совершенно точно связано. — Продолжила Асахина-сан, разбираясь в своих мыслях, — Этот парень такой же как я…это…, он пришёл в этот отрезок времени похожим методом. Используя TPDD, чтобы сдвинуть время…. это…. Потому что это оставит следы на плоскости времени…

В этот момент показалось, что она вдруг что-то поняла:

— А…? Если так, это должно быть закрытой информацией, и я всё же смогла сказать это. Почему?

Хоть я и хотел расспросить её, но мистическим образом я мог понять концепцию за всем этим.

— Асахина-сан, TPDD — что это за сокращение? Об этом можно говорить?

— Устройство для разрушения временной плоскости … эЭ…?

Асахина-сан быстро закрыла рот рукой, в то же время с широко открытыми глазами.

— Не может быть… Это же должно быть "Закрытой информацией".

С этой фразой я уже знаком. Потому что на Танабату четыре года назад я уже слышал об этом из уст Асахины-сан старшей. Должно быть, с того времени это рассекретили.

— Кажется там какие-то очень страшные слова, что они на самом деле значат?

— То, что… Когда мы пересекаем временные плоскости….

Я смотрел как открывался и закрывался рот Асахины-сан, и всем сердцем хотел узнать какую рыбу она имитировала. В этот момент…

— ….Нет, я не могу этого сказать. Кажется, не все ограничения были сняты.

Это более приятный тон. Но у меня такие же мысли. Если кто-то обладает знаниями, превышающими человеческий интеллект, в конечном итоге ничего хорошего не выйдет. Как если бы кто-то услышал сверхсекретные сведения о стране, то его определённо заставят замолчать или внесут в список разыскиваемых Интерпола. Всегда было так.

Я пожал плечами, Асахина-сан улыбнулась.

— Прости, Кён. Это всё, что я могу тебе сказать сейчас. Но в не столь отдалённом будущем я определённо смогу рассказать тебе больше. То, что ограничения были немного ослаблены, показывает что я сделала сегодня что-то полезное.

Лицо Асахины-сан расцвело, как одуванчик, и она повторила:

— Определённо, в не столь отдалённом будущем.

Именно эту улыбку я хотел сберечь от остальных, заперев дверь. Кто-нибудь сфотографировал её улыбку? Я очень надеюсь, что я смогу сохранить этот момент. Но я не принёс фотоаппарат и даже не запер дверь, даже не повесил защёлку. Все, что у меня было — ее улыбка.

Я верю тебе, Асахина-сан. Твой тяжкий труд определённо будет вознаграждён. Я абсолютно уверен в этом. Так же я знал что ты сделала, чтобы дорасти до этого. Хотя я и не знаю, сколько ещё лет эта Асахина-сан должна провести передо мной прежде, чем она станет Асахиной-сан-старшей, но, лично для меня, я надеюсь, что она не вырастет так быстро.

Потому что это означает то, что чем сильнее эта старшеклассница, которая выглядит даже младше меня, приближается к элегантности Асахины-сан-старшей, тем ближе вырисовывается наше время расставания.

Когда это произойдет, я надеюсь, что она сможет сохранить своё текущее положение и образ мышления и не стать более эгоистичной. Все будут скучать по тебе, особенно Харухи. Без кого-то, кого можно обнимать в холодные дни, этому человеку определённо будет грустно.

* * *

Я охранял дверь в коридоре, читая книгу Нагато. В этот момент, командирша, вместе с ее помощником, который вел себя словно бесплатный телохранитель, поравнялась со мной.

Я увидел улыбку Койдзуми, которая выглядела будто она на самом деле исходила из его сердца с одной мыслью. Как не вовремя, ублюдок. Если бы ты пришёл один мы бы смогли тайно поговорить. Теперь же, когда ты так крепко прилип к Харухи, совершенно невозможно поговорить. Сначала я планировал поделиться с ним своими мыслями по поводу Тачибаны Кёко, но этот парень, скорее всего, уже где-то об этом услышал. Он, может быть, не удивится, даже если я скажу, что Кимидори-сан подрабатывает в официанткой в кафе. Очень редко можно найти человека, у которого так мало удивительного в жизни.

— Микуру-тян все еще переодевается?

Хотя я и не знаю, откуда она вернулась, но Харухи не казалась запыхавшейся. Она выглядела по-настоящему счастливой, когда она подошла ко мне и, отпихнув меня в сторону, просунула голову за дверь, даже не постучавшись…

— П-по, ой, подождите, ой-ой!

Асахина-сан издавала милые вскрикивания.

— Да у тебя только молния на спине не застегнута, такие мелочи не считаются.

Харухи схватила меня за воротник рубашки и втащила в клубную комнату. Она достаточно точно описала Асахину-сан: она стояла в своем костюме спиной к окну с застывшими на полпути руками, вытянув их за спину. Это все, что я увидел. Харухи, как футбольный мяч, выбитый за последнюю линию защиты, вертелась вокруг спины Асахины-сан, нанося последние штрихи в процессе переодевания. Но на самом деле все, что она сделала — это застегнула молнию и надела ей чепчик.

Я вернул книгу Нагато на ее первоначальное место, повернул голову, увидел Коидзуми, который выглядывал из-за двери, будто слишком любопытный парень, глазеющий на женскую баню с высокой площадки в общественной сауне, и спросил:

— Чем вы с Харухи занимались до того, как пришли сюда?

— Да ничего особенного.

Как тюлень, плавающий в море, Коидзуми проскользнул в клубную комнату и закрыл дверь, не меняя беспечного выражения лица:

— Мы просто случайно встретились в коридоре на первом этаже, мы совершенно точно не выполняли какое-либо секретное задание у тебя за спиной.

— Серьезно?

Было бы здорово. Даже если бы вы меня не позвали, я бы совсем не обиделся. Но даже если бы Харухи собралась взять денег на клубную деятельность у студенческого совета, я уверен, что ты все равно бы пошел за ней. Если так все и было, то это сплошная головная боль, я не очень-то хочу быть вовлеченным ни в какую историю со школьным заговором.

— Президент студенческого совета не из тех, у кого совсем нет мозгов. Даже если бы он хотел найти проблемы, он бы выбрал более удобное время.

С улыбкой смотря в сторону Харухи, Коидзуми сел на свое обычное место:

— Например, если бы мы начали широкую саморекламу с целью привлечения новых членов бригады, это бы немедленно…

— У меня нет никаких планов заниматься мощной саморекламой — незамедлительно ответила Харухи со своего стола.

— …Однако мы не можем просто обойтись без рекламы. Мы приняли участие в дне открытых дверей для культурных кружков, потому что мы почувствовали, что должны сделать хоть что-то. Полагаю, это можно назвать разведовательной операцией в тылу врага. Как я и думала, президент студенческого совета действительно объявился и дал несколько циничных советов. Посмотрите, моя разведка увенчалась успехом.

Если ты так себя ведешь только для того, чтобы посмотреть на реакцию школьного совета, то я думаю тебе можно дать титул Интриганки. Но разве ты сама не думала об этом? Ты просто комментируешь событие после того, как оно случилось.

— Какая разница? Пока итог одинаков, сам процесс не имеет особого значения. Усердно трудиться, чтобы заработать сто тысяч йен, и подобрать купюру в миллион йен, вернуть ее владельцу и получить одну десятую суммы в знак благодарности — между тем и тем нет никакой разницы.

Разница есть. Если ты работаешь, тебе может повезти с противоположным полом (теория Танигути). Что более важно — это то, что не так легко подобрать купюру в миллион йен. Но, командирша начала раскачиваться на стуле и сменила тему.

— Попытки завербовать кого-нибудь провалились по всем статьям. Но раз здесь не нашлось интересных первогодок, значит, они могут прятаться где-то еще. У нас еще есть те, кто интересуется, можно ли им объявиться. Но на следующей неделе они наверняка найдут ответы на все существующие у них вопросы.

Харухи обнажила свои жемчужно белые зубы и достала листок бумаги.

— Так что я повесила это на школьную доску для объявлений

Я взял лист бумаги формата А4. На нем почерком Харухи было написано: «Уведомление о проведении вступительных экзаменов в бригаду. Исключительно для учеников первого года обучения.»

Услышав меня, читающего это вслух, Асахина-сан прекратила готовить чай и повернула голову, долго мигая глазами:

— Исключительно для учеников первого года обучения?

— Микуру-тян ведь любит свежих и активных? Нужно есть сашими в тот же день, когда поймали рыбу для него, тогда они будут вкуснее. Так что, разумеется, мы будем нацелены на этих новоприбывших и шумных ребят.

Какой интересно тут рыболовный порт?

— Но здесь… Здесь совсем не упоминается Бригада SOS…

Видя, насколько наблюдательна Асахина-сан, Харухи самодовольно ответила:

— Если бы мы напрямую упомянули Бригаду SOS, то президент школьного совета и его банда приперлись бы и навели шороху. Это всего лишь уступка. Уступка. Хотя я и совсем не расположена к этому, но, чтобы победить врагов, иногда необходимо сделать шаг назад. Мы просто должны были упомянуть часть о вступлении в Бригаду. Да и вообще, в Северной Старшей нет других бригад. В этой школе нет бригады чирлидеров, так что только Бригада SOS отдаленно связана со словом «бригада». Если окажутся еще какие-то — это будет странно.

— Нет, подожди, Харухи.

Я задал более существенный вопрос:

— Что это за так называемый экзамен? Только не говори мне, что нужно пройти экзамен, чтобы войти в Бригаду?

— Да.

Ну и что это за беспечное выражение лица?

— Что это за экзамен?

— Это тайна.

— С каких это пор?

— Мы сможем начать, как только появятся желающие присоединиться.

Я прочел слова на той бумаге еще раз. Помимо «Уведомления о проведении вступительных экзаменов в бригаду», написанного огромным шрифтом, была написана только одна маленькая строчка: «В комнате Литературного Кружка».

Хархуи развернула свой стул в другую сторону и выглянула из окна:

— «Вступление», «Литературный Кружок» — если эти два слова не наведут первогодку на очевидную мысль, то мне такой и не нужен. Наше второе название уже распространилось среди тех, кто поумнее. Лучше избегать тех, кто этого даже не знает. Мне не нужны идиоты, которые придут сюда и все еще будут спрашивать «Чем мы здесь занимаемся?»

Ты сама одна из таких идиотов.

Асахина-сан поставила чайник на плиту и посмотрела вдаль:

— Первогодки… Новые члены?..

Этот "воспоминательный" тон, возник потому, что она была уже на третьем году обучения и должна закончить школу меньше чем через год?

Я вернул листок бумаги, который только сильнее запутает тех, кто ничего не знает, обратно Харухи:

— Я надеюсь, кто-нибудь в самом деле придет, кто-нибудь, кто тронулся умом и хочет присоединиться к Бригаде SOS.

— Мне не нужны свихнувшиеся. Но ты прав, я надеюсь, кто-нибудь придет. Иначе мои тщательно приготовленные экзамены пропадут зря.

Вспоминая о том, что она усиленно работала на компьютере с прошлой недели, — так вот, для чего все это? Дай посмотреть.

— Ни за что.

Харухи показала мне язык:

— Это вообще-то секрет Бригады, он не для мелкой сошки вроде тебя. Если хочешь взглянуть — подрасти в звании.

Получить такое высокое звание не было моей главной целью, так что я сразу же прекратил свои попытки.

Харухи, включившая компьютер, щелкала мышкой и продолжила:

— Но, на самом деле, экзаменационные вопросы нельзя назвать законченными. Вчера, когда я писала уведомление, я думала над этим. Я была так серьезно настроена, что даже не смогла заснуть из-за всего такого. Ведь это же часть ответственности командира Бригады, в конце концов. Хотя я только повесила объявление и маловероятно, что кто-то придет так быстро, в случае того, что это все же случится, нам в первую очередь нужно разобраться с практическим экзаменом.

Сколько в нем вообще этапов? Я имею ввиду, в этом твоем экзамене.

— И это тоже секрет.

Пока я садился напротив Коидзуми, я молился за того несчастного парня, которому придется пройти через это. Приглядевшись, я увидел, что тот уже приготовил доску и камни.

— Партию?

Я думал, мы снова будем играть в китайские шахматы, но, похоже, это было Классическое Рэндзю. Раз уж здесь довольно скучно, мне стоит просто исправить это зарядкой для ума и сыграть несколько партий с тобой. Но сперва ты должен рассказать мне правила.

— Оно не слишком отличается от обычного Рэндзю. Тебе просто надо запомнить правила.

Я последовал указаниям Коидзуми, расставляя камни на доску, пока разбирался как играть на собственном опыте.

Мы так и играли, пока не пришло время уходить из школы. К тому времени я бессознательно выиграл у Коидзуми несколько партий подряд. Не знаю, оттого ли это, что я быстро учусь, или оттого, что Коидзуми откровенно слабоват. Как бы там ни было, это времяпрепровождение, которое никак не поможет моей учёбе, продолжалось некоторое время.

Харухи, судя по всему, что-то печатала на компьютере, Асахина-сан читала какую-то цветную книгу о традиционном приготовлении чая, а Коидзуми и я продолжали играть. Как скучно.

— …?

Стоп, это странно, это слишком ненормально.

Я поднял голову и оглядел клубную комнату. Обнаружив аномалию, мы с Харухи оба вскрикнули.

— Хм?

— А?

— Где Нагато?

— Где Юки?

— А? — Приподнялась Асахина-сан.

— Насчет… насчет этого, мы и вправду не видели ее. Но я, как обычно, приготовила чай и ей.

Рядом с книгой, которую я положил на стол, стояла чайная чашка. Из нее никто не пил, и там уже был холодный зеленый чай.

Я услышал щелчок. Посмотрев, я увидел Коидзуми, который убрал разные камни и закрыл переносной игровой набор. На его смазливом лице были подняты брови. Это была его единственная реакция. Помощник командира молчал.

— Может, она пошла помочь клубу компьютерных исследований?

Прежде чем я встал, Харухи уже выскочила зайцем из комнаты. К чему вообще такая спешка? Просто Нагато нет в клубной комнате…

Харухи вернулась быстрее бумеранга, запущенного лучшим профессионалом.

— Они сказали, что она не заглядывала.

— Ах, н-нуу, может, она на собрании совета, или у неё сегодня дежурство по классу?

Асахина-сан озвучила самые позитивные предположения, но я никогда не слышал о том, чтобы Нагато назначали главной по украшению школы, ответственной за дисциплину, главным библиотекарем или кем-то связанным с ответственными должностями.

Как говорят: "всё встаёт на свои места, когда проявляешь настойчивость". Разве эта фраза не описывает нашу ситуацию? Но Харухи опередила всех, достав телефон и позвонив.

"топ-топ" стучала об пол сменная обувь Харухи.

Несколько секунд спустя.

— ….А, Юки?

Кажется, она сняла трубку. Я почувствовал небольшое облегчение.

— Что с тобой сегодня случилось? — помолчав около десяти секунд, Харухи, вдруг переменилась в лице и прижала телефон к уху.

— Что, дома?… Не может быть!

Харухи раскрыла рот от удивления.

— Жар? У тебя грипп? Ты ходила в больницу?… Ох, нет? Лекарства?

Коидзуми, Асахина-сан и я вместе с ними, смотрели на Харухи.

У Нагато температура?

Харухи нахмурилась:

— Юки, тебе следует сообщать нам в таких случаях. Мы так беспокоились. Ты выспалась?.. Ой, извини, мы тебя разбудили?.. Да? Тогда извини. Но… Чёрт… Как ты могла ничего не сказать! Я не понимаю по твоему голосу, ты в порядке?

Харухи продолжила громко разговаривать, при этом подвигая к себе свою сумку.

— Юки, больше ничего не делай. Первым делом снова ложись спать. — после этого, прежде чем повесить трубку и положить телефон, Хархи дала Нагато несколько наставлений.

Она стояла, кусая ногти:

— Это не просто "о нет". Мы должны были заметить это раньше. Кён, Юки не приходила сегодня в школу. Ты знал об этом?

Если бы я знал, я бы не тратил без толку здесь время, наблюдая за тем, как ты делаешь глупое объявление, или играя в Рэндзю.

— Вот ведь, у классного руководителя Юки тоже что-то не то с головой. Мог бы просто сказать мне. Он просто провалился как учитель!

Хотя только ты ищешь случайные цели на которых срываешь злость, сейчас единственный случай, когда я согласен со словами Харухи. Почему мне не сказали?

Пусть это был бы даже не учитель. Они по крайней мере могли послать кого-нибудь рассказать Харухи или мне.

Нагато, почему ты не сказала мне, что ты не придёшь в школу, что по сути довольно экстраординарное событие?

— Микуру, быстро переодевайся!

— А, да, да!

— Поспеши!

— Да!

Асахина-сан начала снимать костюм горничной, не дождавшись, пока мы с Койдзуми выйдем из комнаты.

Харухи настолько сильно торопилась покинуть школу, что, кажется, приняла выключение компьютера в качестве преграды. Мы с Коидзуми выскочили из клубной комнаты как только взяли наши сумки.

Хотя по ту сторону стены и можно было услышать звуки того, как Харухи помогает Асахине-сан переодеться, обе они хранили гробовое молчание, что было довольно необычно.

Я должен воспользоваться этой возможностью.

— Коидзуми.

— Что такое?

— Ты с самого начала знал, что Нагато пропустит школу из-за болезни?

— Если знал, что ты сделаешь?

— Ты "ответишь мне за то, что не рассказал об этом. Судя по важности ситуации, возможно, стоит подвесить тебя в качестве боксёрской груши.

— Клянусь богом, я не знал об этом.

Коидзуми вернул улыбку, которая показалась суровой. Та, которая под стеклянно прозрачной маской.

— Нагато-сан не из тех, у кого поднимется температура из-за проникновения земных вирусов и бактерий в её иммунную систему. Она не марсианка из прошлого. Я боюсь, тут такая же ситуация, как и в прошлый раз.

Воспоминания о холодных зимних ветрах снова заполнили мой разум. Лыжный курорт со снегопадом, куда ни глянь, нереальный особняк, стоящий в тени снежной горы. Замкнутое пространство. Такое приключение заставит любого разлюбить зиму.

И Куё. Похожая на куклу девушка с волосами, напоминающими волны бушующего океана. Гуманоидный интерфейс Доминиона Небесного Свода.

Мне было интересно, каковы на самом деле мотивы её появления. Вчера она ничего не делала. Я думаю, что это из-за присутствия Кимидори-сан.

— Снова началось проникновение этих разумных форм жизни, существующих за пределами Земли, не связанных с Объединением Разумных Информационных Сущностей. Очевидно, их первой целью, вполне естественно, будет Нагато — прочнейшая стена обороны Бригады SOS.

Объяснение Коидзуми имело беспрецедентную серьёзность.

— Когда они переведут Нагато в неработоспособное состояние, останемся только мы, люди, признающие Землю как свою родину. Как жаль, "Организация" бессильна против них. К тому же непонятна ситуация с фракцией путешественников во времени. Асахина-сан, видимо, не в силах сделать многое в данный момент. Но…

Единственными из членов остались Харухи и я. Я абсолютно точно согласен с фактом того, что я самый бессильный. Но по поводу Харухи…

Когда она узнает, из-за кого заболела Нагато, Харухи скорее всего будет пытать его до тех пор, пока не снимет с него кожу, и лишь тогда остановиться. Даже если это заставит мир перевернуться вверх тормашками, она определённо спасёт Нагато. И что теперь? Нужно ли мне использовать мой козырь сейчас?

— Я так не думаю.

Голос Койдзуми потерял былое спокойствие и начал срываться к отчаянью. Это что — какие-то галлюцинации, вызванные моим психическим состоянием?

— Возможно, это их мотив. Знаешь, это из-за того, что козырь может быть использован лишь однажды, и второй раз он будет неэффективен. Любое поспешное действие может сыграть на руку нашим противникам. К тому же, можно сказать, сейчас уже хорошая ситуация. У меня на данный момент нет никаких проблем, у Асахины-сан тоже. Хоть враг и показался, если бы он решил провести полномасштабную атаку, у нас бы уже не было возможности действовать свободно. Нет никаких отчётов о резких действиях Тачибаны Кёко. Тоже самое можно сказать и о стороне путешественников во времени. Скорее всего это одиночная миссия инопланетян, отличных от "Объединения Разумных Информационных Сущностей". Раз так, мы тоже должны относиться к этому с большим вниманием.

Как только я выдавил ответ на язык, с хлопком открылась дверь, и Харухи поспешила наружу, держа за руки Асахину-сан. Первой её фразой, когда она открыла рот было:

— Так, идем к Юки! Полный вперед!

Она прокричала это так, как будто выругалась, и побежала вперед.

Очевидно…

Членов, которые бы осмелились перечить нашему лидеру, попросту не существовало.

Content

Нагару Тонигава
Разочарование Харухи Судзумии

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Том 9, Глава 3(α) — Конец.