Марта Шилдз

Надежда на счастье

Глава первая

— Ребенок! — Клэр Иден выпрямилась. — Вы хотите сказать, что мне нужно завести ребенка?

Она в изумлении уставилась на сидящую напротив доктора Энн Фримен. Та в ответ только развела руками:

— Разве вы не собираетесь иметь детей?

— Собираюсь, конечно, но не сейчас…

— Если это «не сейчас» протянется хотя бы до следующего года, боюсь, вы вообще не сможете родить.

Клэр повернулась к окну кабинета — на улице шел ливень — и с облегчением вздохнула. Гром действительно гремел. Странно, что она забыла про черные грозовые тучи, которые надвигались на город со Скалистых гор. Клэр увидела их в тот самый момент, когда за ее разбитым автомобилем приехала буксировочная машина. Дождь застал ее по пути сюда, и она успела порядком промочить ноги, пока бежала от такси к дверям здания. Навстречу ей уже валила толпа работников, спешащих домой после рабочего дня. К счастью, доктор Фримен знала, как Клэр беспокоится насчет результатов анализов, и дождалась ее.

— Ваше состояние будет только ухудшаться, Клэр, — сказала она.

Больше всего Клэр ценила ее за откровенность.

Доктор Фримен никогда не пыталась что-то скрыть от своих пациенток или смягчить правду.

— Разве нет каких-нибудь лекарств? Я думала, вы выпишете мне обезболивающее. А вместо этого я получаю бомбу с часовым механизмом?

— Таблетки я вам выпишу, но они не дают никакой гарантии. С другой стороны, беременность могла бы разрешить все проблемы. В большинстве случаев боли исчезают после рождения ребенка.

— Да, вам, конечно, легко говорить о ребенке. У вас есть муж и трое детей. А я не замужем. И даже ни с кем не встречаюсь.

— И никаких перспектив?

Клэр покачала головой.

— Может быть, искусственное оплодотворение?

— А во сколько тысяч долларов оно обойдется? К тому же могу себе представить реакцию братьев: они на первом же самолете примчатся с ружьями наготове. Как я смогу им объяснить, что во всем виновата какая-то несчастная пробирка? — Клэр сердито вздохнула. — Так что же мне остается?

Доктор Фримен откинулась на спинку кресла и сочувственно проговорила:

— Это очень трудный вопрос.

— «Моему другу и партнеру, Джейкобу Генри Андерсону, я завещаю все свое недвижимое имущество, включая ранчо „Рокинг Т“, а также доходы с инвестиций после моей смерти. Если Джейкоб Андерсон не переживет меня, я завещаю…»

Раскат грома заглушил голос нотариуса. Джейк Андерсон сидел, пораженный внезапно свалившимся на него бременем. Он стал владельцем «Рокинг Т».

Нотариус продолжал читать, но Джейк не слушал. Он и так знал, что сказано дальше. Продолжение завещания Алана было точной копией его собственного.

Невидящими глазами Джейк смотрел в окно своего кабинета на тридцать третьем этаже небоскреба.

Ранчо «Рокинг Т», находящееся возле границы Колорадо и Небраски, граничило с его собственным, носившим название «Бар Хэнгинг Севен». Пять поколений Таунсендов и Андерсонов занимались там разведением скота, пока Алану и Джейку не пришлось уехать и заняться крупным бизнесом в городе. Они сделали это, чтобы сохранить свои дома.

Аневризм. Что за черт? Почему он так умер? Алан развлекался, проводя безумный уикенд в компании какой-то очередной девочки du jour[1], и вдруг неожиданно умер. Совершенно неожиданно. Не успев привести в порядок дела. Без единого шанса на… На что? На то, чтобы обзавестись семьей и оставить «Рокинг Т» за Таунсендами? Чтобы на свете остались люди, которые могли бы искренне оплакивать его смерть?

На похоронах Джейк был единственным, для кого Алан значил больше, чем его деньги. Единственным, кто по-настоящему горевал.

А кто будет оплакивать меня, когда я умру?

Клэр вызвала лифт и прислонилась пылающим лбом к холодному металлу дверей.

Ну и денек. Отвратительный, неудачный день. Все началось с того, что она разбила машину по дороге к врачу. Потом промокла под дождем. Теперь еще и ребенок. А откуда его взять?

Нет, не то чтобы она не хотела иметь детей. Наоборот — очень хотела, и если бы все сложилось иначе, у нее к тридцати годам был бы любимый муж и не меньше восьми малышей.

А теперь ей уже почти двадцать восемь. Клэр знала, почему годы так быстро пролетели. Вместо того, чтобы пойти на высокооплачиваемую работу экономиста в крупной корпорации — а такую возможность ей давало университетское образование, — она предпочла небольшую фирму в Денвере. Главным образом чтобы ускользнуть наконец из-под опеки своих братьев.

Работу в этой фирме Клэр сначала рассматривала только как первую ступень на пути к успеху. Но через какое-то время обнаружила, что гораздо приятнее работать с людьми, а не с бумагами корпораций. Она искренне радовалась вместе со своими клиентами, когда сообщала, что их прибыль будет очень высокой. И испытывала глубокое облегчение, когда помогала маленькой фирме просуществовать еще хотя бы год.

Атмосфера, которая царила в «Уайтекер энд Ассошиэйтед» также ей очень нравилась. Люди здесь были дружелюбные и всегда готовые помочь. А на работу Клэр всегда могла прийти и в джинсах, стоило только захотеть. Много ли экономистов может этим похвастаться?

Единственным недостатком было то, что платили здесь немного. Работа в корпорации могла бы приносить гораздо больше. А что касается искусственного оплодотворения, то на это не хватило бы всей ее зарплаты.

Внезапно погас и тут же снова вспыхнул свет. Клэр замерла, потом облегченно вздохнула, когда лампы зажглись вновь. Оказаться в полной темноте сейчас было выше ее сил.

Кнопка на двери лифта погасла, и Клэр нажала на нее еще раз.

За последние шесть лет она твердо убедилась в одном: работа в строгом костюме — не для нее. Но ради семьи придется смириться и с этим.

Хотя возможность искусственного оплодотворения она и приняла в штыки, но есть ли у нее выбор? Выйти замуж за какого-нибудь ковбоя, которого подыскали бы для нее братья, только чтобы родить ребенка? Нет, ни за что.

Подцепить какого-нибудь парня в баре и провести с ним ночь? Клэр содрогнулась при одной мысли об этом. Возможно, будь у нее побольше опыта… Но до сих пор она если и имела какие-то представления о сексе, то преимущественно теоретические. На практике же она не то чтобы боялась — скорее просто не встретила мужчину, с которым захотела бы близости.

Другая возможность — совсем отказаться от детей — была настолько нереальна, на взгляд Клэр, что не стоило о ней даже думать. Семья была для нее важнее всего, хотя братья с их манерой постоянно командовать порой были просто невыносимы. Хэнк, ее старший брат, очень удачно женился. Его трое детей были для него дороже всех драгоценностей мира. А Алекс, жена Хэнка, просто боготворила мужа. И Клэр мечтала о таком же семейном счастье.

Так что, пока это возможно, она должна забеременеть — любой ценой. И чем скорее, тем лучше.

Бросать работу в «Уайтекер энд Ассошиэйтс» очень не хотелось. Но ей нужны деньги для того, что она задумала, а быстро заработать их можно только в крупной корпорации.

С тихим звоном раскрылись хромированные двери лифта.

Клэр замерла. Кабина оказалась не пустой. Там стоял мужчина, черноволосый и черноглазый. Его широкие плечи облегал дорогой деловой костюм. Мужчина стоял широко расставив ноги. Выражение его лица было суровым и решительным.

Хотя Клэр никогда не встречалась с ним лично, она узнала его сразу же. Его фотографии не сходили со страниц местного журнала.

Джейкоб Андерсон.

Он и его партнер Алан Таунсенд были владельцами «Пони Инвестментс». В журнальной статье говорилось в основном о мистере Таунсенде, как о «самом популярном холостяке», и именно о нем всю неделю без перерыва болтали сотрудницы «Уайтекер энд Ассошиэйтс». Клэр мистер Таунсенд совсем не интересовал, особенно после того, как она увидела его фотографии. Типичный плейбой.

Да, ее заинтересовали фотографии Джейкоба Андерсона. Он не был таким красавцем, как Алан, но Клэр сразу же поразило выражение одиночества в его глазах. Она даже размечталась о том, что могла бы ему помочь. Однако этот богач так же недосягаем, как, скажем, Том Круз. Хотя, впрочем…

Работа в его компании вполне реальна.

И шанс поговорить об этом был у нее в руках.

Пока она стояла, хлопая глазами и не зная, что предпринять, двери лифта начали медленно закрываться.

Мужчина протянул руку, чтобы их задержать, и резко спросил:

— Вам вниз?

Эти слова вернули Клэр к реальности. В любой другой день она бы все отдала за возможность оказаться в одной кабине с этим человеком. Но сегодня… нет, ее вид никак не подходил для разговора о работе. Туфли промокли, волосы, заплетенные во французскую косу, растрепались, а макияж, если от него еще что-то осталось, наверняка размазался. В любом случае вид не впечатляющий. Ей бы сейчас хороший костюм. Костюм. Черт побери. Ей ведь придется носить костюмы. При мысли об этом она уже готова была отступить и помахать Джейкобу Андерсону на прощание. Но, вспомнив про свои проблемы, решила, что стерпит и костюм.

Нельзя было упускать такую возможность. Если ей удастся произвести на него хорошее впечатление, может, он замолвит за нее словечко своему партнеру Таунсенду. Ведь именно он принимал на работу консультантов и специалистов по финансовой части.

Пробормотав «спасибо», Клэр вошла в лифт. Да, в жизни он лучше, чем на фотографиях, хотя красивым в общепринятом смысле его не назовешь.

Лифт бесшумно двинулся вниз.

От стоящего рядом мужчины исходило такое подавляющее ощущение силы, что Клэр невольно затрепетала. Ее сердце бешено забилось. Это просто нервы, успокаивала она себя. Страх перед мыслью, что сейчас придется с ним заговорить. Его широкие плечи и решительный подбородок здесь ни при чем…

— Вы на стоянку?

Его глубокий низкий голос испугал ее.

— Простите?

Он указал на ряд кнопок возле двери лифта.

— Нет, холл, пожалуйста. — Клэр почувствовала, что невольно краснеет. Попалась на разглядывании Джейкоба Андерсона. Что это с ней? Такого раньше никогда не было.

Прежде, чем решительность окончательно покинула ее, Клэр порывисто протянула руку.

— Мистер Андерсон, я бы хотела представиться. Меня зовут Клэр Иден, я работаю консультантом по финансовым вопросам в «Уайтекер энд Ассошиэйтс».

Темно-карие глаза внимательно осмотрели ее с ног до головы.

— Прошу прощения за мой внешний вид, но по пути сюда я попала под ливень. Мистер Андерсон, я действительно очень хочу работать в «Пони Инвестментс» и надеюсь, что вы поможете мне встретиться с мистером Таунсендом.

Его лицо окаменело.

— Вы что, не читаете газет?

Поскольку руку он ей так и не пожал, Клэр опустила свою и сконфуженно потерла ее о мокрую юбку.

— Меня не было в городе дня три. А что?

Он, казалось, мучительно боролся с собой. Несколько секунд прошло в напряженном молчании, потом он спросил:

— А что бы вы сделали, встретившись с ним?

Смущенная внезапно нахлынувшими чувствами, Клэр неуверенно ответила:

— Я бы рассказала ему, как с моей помощью он сможет лучше использовать деньги «Пони Инвестментс».

— Нет.

Она моргнула.

— Нет? И все?

— Вот именно.

С таким грубияном ей еще встречаться не приходилось. Даже братья показались Клэр ангелами по сравнению с ним. Она уже была готова что-нибудь съязвить в ответ, но вовремя сдержалась и дипломатично сказала:

— Могу я спросить, почему?

Он отвернулся к двери лифта.

— Спросить вы, конечно, можете.

Клэр застыла на месте от удивления, но только на секунду. С двумя братьями-ковбоями ей было не привыкать к подобным выходкам. Она глубоко вздохнула и уже открыла рот, чтобы как следует осадить этого нахала, но кабина вдруг погрузилась в кромешную тьму и резко остановилась.

Теряя равновесие, Клэр ухватилась за своего спутника. Его стальные руки подхватили ее в тот момент, когда он сам спиной ударился о дверь лифта. Потом они оба рухнули на пол. Придя в себя, Клэр обнаружила, что лежит, упираясь лбом в его подбородок.

На потолке зажглась тусклая аварийная лампочка.

Клэр приподнялась на одном локте, откинула назад волосы.

— Что произошло? — тяжело дыша, спросила она.

— Ох… ох…

Падение для него оказалось явно болезненным. Вдруг он ударился головой и сейчас вообще умрет? Нет, этого нельзя допустить! Ей не раз приходилось помогать братьям в похожих случаях, поэтому она знала, что делать. Недолго думая, Клэр рванула рубашку на его груди и принялась делать массаж сердца.

— Дышите! Ну, дышите же, пожалуйста!

Наконец воздух прошел в его легкие. Он сделал несколько судорожных вдохов. Клэр с облегчением отодвинулась.

— Черт, — наконец отдышавшись, выругался он. Что, черт побери, произошло? Минуту назад эта женщина сбила его с ног, а теперь вдруг сидит на нем, да еще и снимает рубашку.

Постепенно, вместе с воздухом, память к нему вернулась. Гроза. Наверное, отключилось электричество. И быстрые действия этой женщины если и не спасли ему жизнь — едва ли опасность была смертельной, — то, по крайней мере, помогли восстановить дыхание.

— Спасибо.

— А что случилось? Неужели ветер повредил трансформатор?

Джейк нахмурился, почувствовав панику в ее голосе.

— Скорее всего. Иначе лифт бы не остановился. Не волнуйтесь, все будет нормально.

— Нормально? Мы можем застрять тут Бог знает насколько.

— Мисс Иден, только не надо паниковать.

Она прищурилась.

— Не командуйте, пожалуйста. Я не ребенок.

— Тогда и ведите себя соответственно, — резко сказал он.

Это уже слишком. Громко фыркнув, она воскликнула:

— Послушайте, вы просто наглый, грубый, бессердечный тип! В точности как мои братья! Нет, вы в тысячу раз хуже. Они, по крайней мере, похожи на людей. Им хоть до чего-то есть дело. У меня никогда в жизни не будет ребенка, понимаете вы это? Да, вам, конечно, плевать на меня и мои проблемы. У вас денег больше, чем во всем Колорадо.

— Что вы такое говорите? — Хотя она и не кричала, Джейк безошибочно почувствовал, что она на пределе.

— Вам плевать, что у меня по пути сюда разбилась машина, и теперь неизвестно, во сколько обойдется покупка новой. Сейчас мне нужно несколько тысяч, чтобы забеременеть, или у меня никогда не будет детей! И все это — на одну зарплату экономиста.

— Не могли бы вы…

— Да, вам, конечно, нет дела до того, что братья чуть ли не каждый день звонят и навязывают мне в мужья каких-то ковбоев! Да вы просто…

Она всхлипнула.

Глава вторая

Джейк не понимал, из-за чего ее истерика окончилась так же внезапно, как и началась. Но в любом случае был этому рад. Потом до него дошло, что следующие несколько часов он, судя по всему, проведет в обществе умалишенной. Очаровательной, но явно ненормальной девушки, которая во что бы то ни стало хочет работать в его фирме.

Всем и всегда что-то надо от главы «Пони Инвестментс». Внезапно Джейк почувствовал себя уставшим и измотанным.

Не обращая внимания на острую боль в спине, он поднялся. Потянулся, чтобы размять кости, и подошел к переговорному устройству.

Ее тихий голос остановил его:

— Не могу поверить, что я на вас накинулась как сумасшедшая. Со мной никогда такого не было. Разве только с братьями. Но у меня был очень тяжелый день, и я… — тут она резко осеклась. — Но что вам за дело до моих неприятностей? И вы, конечно, ничего мне не должны. Простите меня. Это все нервы.

Он не верил своим ушам. Она извиняется? Женщины обычно не извиняются. Они только вытягивают из тебя все соки, ничего не предлагая взамен.

— Извинения приняты.

Проведя рукой по затекшей шее, он открыл панель под кнопками и набрал номер. Почти сразу ему ответил приятный женский голос. После нескольких коротких реплик Джейк с негромким проклятием повесил трубку.

— Трансформатор? — спросила Клэр. Джейк кивнул.

— Они уже вызвали аварийную службу, но может пройти несколько часов, пока они все наладят. Сейчас по всему городу перебои с электричеством.

Она устало привалилась спиной к стене.

— Отлично! Просто блеск. Прекрасное завершение прекрасного дня.

— Простите?

Она покачала головой.

— Нет, ничего.

Джейк почувствовал неожиданное любопытство к этой малышке. Впрочем, ростом она была не намного ниже его — дюймов на пять, а он был довольно высоким. Аварийная лампочка в лифте светила тускло, и какого цвета у нее волосы, Джейк понять не мог, но они явно были темными. Длиной до плеч. Прямыми. Ее кожа в полумраке казалась бледной, почти прозрачной. Высокие скулы, большой рот, полные губы, которые теперь были плотно сжаты.

Нет, на фотомодель она явно не похожа, но девушка чем-то напомнила Джейку маму на его любимой фотографии.

Ему вдруг захотелось спросить, не из-за промокшей ли одежды и обуви она считает сегодняшний день неудачным. Желание разговорить ее становилось с каждой минутой все сильнее. То, что они вдруг вот так встретились, — все это было похоже на жизнь, на надежду, на что-то, чего он не испытывал уже давным-давно. Забота одного человека о другом. Он уже и забыл, когда последний раз волновался о ком-то…

— Разглядывать незнакомых людей некрасиво.

Эти слова вернули Джейка к реальности. У него были свои причины не доверять людям. Слишком много лет он потратил на то, чтобы оградить себя от тех, кто требовал от него сочувствия, денег или того и другого сразу.

— А что вы еще ожидали от… как вы меня назвали?

Она поморщилась, явно испытывая неловкость при напоминании.

— Простите и забудьте. Обычно я не веду себя так бесцеремонно…

— Алан Таунсенд умер.

На лице Клэр застыл ужас.

— Когда? Как? Он ведь ваш ровесник.

Глаза Джейка сузились.

— А вы нас, я вижу, подробно изучили. Дело Таунсенда — номер 101? Дело Андерсона — номер 201?

— Просто как-то прочитала в журнале. Пожалуйста, мистер Андерсон, простите меня. Я не знала, поверьте. Меня три дня не было в городе — я проверяла бухгалтерские книги одной небольшой фирмы, торгующей машинами. И не видела местных газет с самого понедельника.

Потрясение, отразившееся на ее милом лице, убедило Джейка, что она говорит правду. Против воли заговорил снова:

— Он умер в Аспене, позавчера.

— Несчастный случай на лыжах?

Джейк покачал головой.

— Аневризм.

Ее и без того бледное лицо стало белым как мел.

— А я так с вами говорила… Тогда как вы все это время… — Клэр зажмурилась. — Простите меня. Мне так жаль.

В течение вот уже нескольких дней Джейк только и слышал: «Простите. Мне так жаль». Впервые эти слова были сказаны так, что он им поверил. Ему внезапно захотелось утешить ее.

Черт! Опять она оказалась победительницей.

Нужно было скорее избавиться от ее общества, прежде чем он успеет сделать какую-нибудь глупость.

Но это было невозможно. Они заперты в лифте.

И что же делать? Надо по крайней мере сменить тему разговора.

— Послушайте, — сказал он, стараясь скрыть охватившее его отчаяние. — Мы тут застряли, по-видимому, надолго. Так давайте сядем и поговорим о ваших предложениях для «Пони Инвестментс».

Она уставилась на него так, будто он предложил ей раздеться.

— Вы, верно, шутите.

— Вовсе нет.

— После всего, что я натворила? Вам следовало бы сейчас устроить мне хорошую трепку.

Джейк невольно улыбнулся:

— Я не собираюсь устраивать вам трепку, честное слово. Мы тут застряли на несколько часов. Так давайте проведем это время с пользой. Теперь, после смерти Алана, я должен делать и его работу в «Пони Инвестментс». И хочу быть уверен, что люди, считающие деньги, знают свое дело, и знают хорошо.

К такому повороту событий Клэр была не готова.

— У меня… у меня недостаточно информации о капиталовложениях «Пони», так что едва ли я смогу сказать что-нибудь толковое прямо сейчас. Может быть, завтра…

— Постелите это, — сказал Джейк, аккуратно складывая свой пиджак и протягивая ей. — Садитесь.

Клэр непонимающе смотрела на пиджак. У этого человека вообще есть какие-нибудь чувства? Как он может говорить о бизнесе? У него только что умер друг…

— Но я не могу сесть на ваш пиджак.

— Почему же?

— Он, наверное, стоит больше, чем вся я.

Джейк молча уставился на нее. Когда он наконец заговорил, его голос звучал мягко и хрипловато.

— А это мы еще посмотрим.

Клэр с трудом проглотила вставший в горле комок.

— Мистер Андерсон, я…

— Вот так, — он внезапно нагнулся и расстелил свой пиджак сам. — Садитесь.

Слова прозвучали как приказ. А ведь только минуту назад его голос был мягким, почти нежным…

— Может быть, я предпочитаю постоять.

— Не говорите глупостей. Мы можем проторчать здесь всю ночь. Вы что, собираетесь все это время провести стоя?

Клэр подняла уже голову, чтобы ответить в подобном же тоне, но вдруг до нее дошел смысл сказанного.

— Всю ночь? Не может быть.

— Как знать.

Клэр нахмурилась.

— Ну ладно, я сяду.

Когда она устроилась на краю его пиджака, ее окутал теплый, чистый и очень мужской запах. Джейк тем временем сел на пол напротив нее, вытянув ноги.

Клэр внезапно ощутила, как маленькое, полутемное пространство лифта постепенно сжимается. Присутствие Джейка обволакивало ее, словно теплое, невесомое покрывало. Ее нервы были на пределе, и от этого Клэр чувствовала жизнь более полно, чем когда-либо. Но это просто нервы. Ожидание, что ей предложат работу, которая сейчас так необходима…

— Вы всегда так упрямитесь? — негромко спросил он.

Клэр прислонилась спиной к стенке лифта и поджала ноги.

— Я не люблю, когда мне указывают, что делать.

— В таком случае вы не очень-то хороший работник. Как вы считаете?

Она вздернула подбородок.

— Я отличный работник.

Он натянуто улыбнулся.

У Клэр было такое чувство, словно она пришла на экзамен и еще не знает, выдержит ли его. Глубоко вздохнув, она заговорила.

Он слушал внимательно и с интересом, заостряя внимание на тех моментах, которые она пыталась обойти. Оказавшись в центре его пристального внимания, Клэр скоро забыла о промокшей одежде, разбитой машине и о том, что может никогда не стать матерью. Она полностью сосредоточилась на финансовых вопросах, принципах работы с капиталовложениями — на всем том, чему ее учили в колледже, и что она успела усвоить за время работы в компании.

Джейк завороженно смотрел на одухотворенное лицо Клэр. Ему вспоминалось время, когда и он сам с восторгом рассуждал о компаниях, куда можно вложить деньги; когда мог часами говорить о том, как с выгодой для себя можно воспользоваться налоговыми законами. Но это было давно. Очень давно. До того, как он заработал так много денег, что перестал с ними справляться. До того, как ему пришлось постоянно избавляться от людей, желавших извлечь из знакомства с ним выгоду.

До того, как умер Алан.

Он не мог ни о чем даже думать с той минуты, когда последняя подружка Алана позвонила и сказала, что его лучшего друга срочно забрали в больницу в Денвере. Джейк помчался туда, но было поздно. Алан умер по дороге в больницу. Джейк был настолько потрясен, что забросил все дела. У него было такое чувство, словно он сам тоже умер. Но отчего так — он не понимал. До сегодняшнего дня.

Только унаследовав «Рокинг Т», он почувствовал, как далеко они ушли от настоящей жизни. Таунсенды жили на этой земле вот уже более ста лет — столько же, сколько Андерсоны — на ранчо «Бар Хэнгинг Севен». Джейк хотел, чтобы его земля перешла по наследству его детям и внукам. Беда в том, что их-то у него и нет.

Смерть Алана была внезапной. А если бы сейчас лифт сорвался и рухнул вниз?

Джейк постарался переключиться и позволил голосу Клэр отвлечь его от мрачных мыслей. Сначала он слушал вполуха. Его больше занимала она сама. Джейк не отрываясь смотрел в ее блестящие глаза, на подвижные руки. За то недолгое время, пока они были в лифте, он видел ее испуганной, улыбающейся, сердитой, неуверенной и печальной. Эти перемены поражали его своей быстротой и живостью. Как непохожа она была на тех женщин, с которыми ему обычно приходилось иметь дело. Те в основном были умудренные опытом, холодные и спокойные. И все они желали одного — заполучить на безымянный палец его обручальное кольцо. А также его деньги. Но пока ни одной этого не удалось.

Джейк не мог без улыбки вспоминать ее первую тираду. В течение многих лет единственным человеком, кто решался повысить на него голос, был Алан. Все остальные выказывали ему почтение — точнее, не ему, а его деньгам. В памяти всплывали отдельные фразы, сказанные ею.

Мне нужно несколько тысяч долларов, чтобы забеременеть, иначе у меня никогда не будет детей.

Джейк нахмурился. Что она имела в виду?

Но не успел он как следует над этим задуматься, как что-то в словах Клэр привлекло его внимание. Она говорила об усовершенствовании оборота наличности. Такое никогда не приходило в голову ни ему, ни Алану. Он быстро задал ей вопрос, она без труда ответила, потом принялась объяснять в деталях. Значит, в «Пони» еще есть, что улучшать. А Клэр тем временем продолжала говорить и удивлять его своими знаниями в области денежных трансферов и инвестиций.

Ее идеи, каждая по отдельности, не дали бы огромной экономии. Из слов Клэр Джейк понял, что она скорее видит деревья, нежели целый лес. Но Алан работал точно так же, и Джейка это не беспокоило. Именно поэтому они так успешно и работали вместе.

Предложения Клэр — сэкономить на этом, добавить отсюда сюда — в течение долгого времени могут приносить «Пони Инвестментс» немалый доход.

Вдруг лифт ярко осветился. Ощущение было примерно такое же, как в кинотеатре, когда после длинного сеанса включают свет. Разговор резко прервался.

— Трансформатор починили, — проговорила Клэр.

В ее голосе Джейк уловил разочарование и удивился, поймав себя на той же мысли. Бросил взгляд на часы.

— Уже двадцать минут одиннадцатого. Мы проторчали тут два с половиной часа.

— Так долго? А я и не заметила… Ой, мы едем.

Она поднялась и взяла с пола его пиджак. Аккуратно встряхнула и отдала Джейку.

Он медленно протянул руку за пиджаком. У Джейка было такое чувство, будто он знает Клэр Иден лучше, чем кого-либо за всю свою жизнь, — даже лучше, чем Алана. Это его не на шутку встревожило.

— Вы опять меня разглядываете, — мягко упрекнула она.

В ярком свете ламп он убедился, что она ничуть не потеряла своего очарования, которое, как он думал, было всего лишь заслугой полумрака. Теперь он разглядел, что волосы у нее — орехового цвета, глаза — ярко-голубые, как небо в солнечный день, а кожа белая и гладкая, словно снег.

— Разве?

Она опустила глаза.

— Да.

— А вам это не нравится?

Она, кажется, слегка вздрогнула.

— Это невежливо. Вам на какую стоянку?

— На первую.

Клэр нажала две кнопки, и в этот момент зазвонил телефон аварийной связи.

— Алло?.. Да, все в порядке… Да, мы как раз спускаемся… Хорошо.

Она повесила трубку.

— Нас ждут внизу.

— Да, — кивнул Джейк. — Хотят убедиться, что в лифте никто никого не изнасиловал. Итак, когда мы сможем продолжить разговор?

Она удивленно посмотрела на него.

— Вы хотите еще поговорить?

— Вы пока что ни словом не обмолвились насчет налоговой системы. Может быть, завтра?

— Завтра? Во сколько? — оживилась она.

— Как насчет ужина?

— Я…

Тут лифт остановился. Блестящие двери разомкнулись, и они оказались в холле. Мужчина в синей униформе с обеспокоенным видом ждал их. Он попросил обоих пройти в его кабинет, чтобы заполнить какие-то бумаги.

Клэр попыталась заверить охранника, что ее растрепанный вид никак не связан с происшествием, но Джейк жестом заставил ее замолчать. Вынул визитку и протянул служащему.

— Пришлите эти бумаги завтра в мой офис. Я попрошу моего помощника их заполнить.

Тот взглянул на карточку и побледнел. Потом засуетился, но Джейк прервал все его попытки:

— Сейчас мы хотим только одного — поскорее попасть домой.

Охранник понял намек и удалился. Когда его шаги затихли в конце холла, Джейк надел пиджак и сказал:

— Я провожу вас до машины. Где она?

— Ее нет. Коробка передач в моем авто решила, что сегодня самый подходящий день, чтобы сломаться.

Джейк на мгновение задумался, потом нажал кнопку вызова.

— Я отвезу вас.

— Не надо. Доеду на такси.

— Нет. Я отвезу вас.

Она резко вздернула подбородок. Джейк уже знал, что это означает только одно: она собирается возражать. Чтобы не тратить время на препирательства, он указал на окна:

— Смотрите, дождь до сих пор не кончился. Разве джентльмен может оставить даму ждать такси в такую погоду?

Подбородок поднялся еще выше.

— Я сама прекрасно могу о себе позаботиться.

Джейк улыбнулся, чем, кажется, еще сильнее ее рассердил. Похоже, она ничуть не боялась вывести его из себя. Он и не подозревал, что до такой степени истосковался по обыкновенному человеческому общению.

— Я отвезу вас домой, потому что у меня есть машина, а у вас нет. Понятно вам?

— Вы собираетесь отвезти меня домой, потому что хотите защитить меня от плохого, страшного грабителя или насильника. Так вот, я уже семь лет живу одна, и никто даже не подумал меня грабить и убивать.

Перед ними открылись двери лифта.

— Никому не следует так поздно ходить по улицам Денвера в одиночку. Так что, пожалуйста…

Она прищурилась, посмотрела на него, потом вздохнула.

— Простите меня, пожалуйста. Вы почему-то пробудили во мне самые плохие черты — в точности как мои братья. — Она вошла в кабину и повернулась.

Он вошел следом. Спускались они молча. Когда, выйдя из лифта, Джейк нажал кнопку на брелке, джип веселым сигналом поприветствовал их.

— Это ваша машина? — изумилась Клэр.

— А что?

— Просто я думала, у вас какой-нибудь лимузин, или «мерседес», на худой конец.

— Я предпочитаю американские машины и вожу сам.

Он закрыл за ней дверь и не расслышал ее последнего замечания. Сел за руль. Мотор мягко заурчал, и джип выехал из подземного гаража. По дороге Клэр говорила только, куда свернуть. Наконец машина остановилась около ее дома. Оказалось, она живет всего в нескольких милях от его собственной квартиры.

Джейк выключил мотор.

— Вы всю дорогу молчали.

— Не хотела вас отвлекать. Дорога мокрая, ехать трудно. — Она потянулась открыть дверцу. — Спасибо, что подвезли.

— Я заеду за вами завтра в половине восьмого.

Ее рука замерла на полпути.

— Что-то не так? — недоуменно спросил Джейк.

— Просто вы сказали это так, словно у нас свидание.

— Я должен буду присутствовать на благотворительном вечере в музее, и мне нужна спутница. Почему бы не совместить приятное с полезным?

Клэр отрицательно покачала головой.

— Тому много причин.

— Назовите хотя бы три.

— Если это будет свидание, вы начнете смотреть на меня как на женщину.

Джейк чуть улыбнулся.

— Не очень-то легко смотреть на вас по-другому, если вы и есть женщина. А вторая причина?

Клэр нахмурилась.

— Если вы будете смотреть на меня как на женщину, то не воспримете меня всерьез как экономиста.

Джейк решительно замотал головой.

— Ничего подобного. Вы уже видели, что я вас принимаю более чем всерьез. Так что две причины неубедительны. Осталась одна.

Клэр подняла глаза, и Джейк уже ожидал, что она начнет спорить, но она вдруг отвела взгляд.

— Я… вообще-то я не особенно подхожу для свиданий. Алекс уверяет, что я специально отпугиваю мужчин.

— Алекс?

— Моя невестка. Но я хочу сказать, что если мы пойдем на свидание, то очень скоро или я вам не понравлюсь, или вы мне, и от этого только пострадает наша работа. — Она с беспокойством посмотрела на него. — Конечно, если вы меня возьмете.

— Это правда? — тихо спросил он. Она заморгала.

— Что — правда?

— Что вы специально отпугиваете мужчин?

— Послушайте, я вовсе не собираюсь…

— Ответьте сначала на вопрос.

Клэр вздохнула.

— Может быть, и правда. Точнее, так было в школе и в колледже. Вокруг были только сплошные ковбои, у которых в голове вместо мозгов набито сено. А когда я перебралась в Денвер, мне тоже до сих пор не встретился мужчина, с которым я согласилась бы играть в игры, которых мужчины обычно требуют.

Джейк смотрел на нее с искренним восхищением. Он никогда еще не встречал женщину, которая отвечала бы ему прямо, без уверток.

— Что ж, спасибо за своевременное предупреждение. Но вот что я вам скажу: меня не так-то просто запугать.

Она снова отвела глаза.

— Я и не ожидала, что это просто.

— Еще один вопрос. Что вы имели в виду, когда говорили, что вам нужно несколько тысяч долларов или у вас никогда не будет детей?

Глава третья

Клэр от изумления открыла рот.

— Неужели я вам сказала такое?

— Ну, не то чтобы сказали… Скорее, прокричали.

Клэр тихонько застонала.

— Это правда?

Клэр решила, что ни за что не скажет правду. Но выражение его лица было предельно серьезно.

— К сожалению, да.

— А в чем дело?

Она нахмурилась.

— Но не могу же я обсуждать это с вами. Это слишком личное.

— Кажется, нас тут немного.

Его беспокойство показалось Клэр искренним, но перед ней был не просто почти незнакомый человек — это был самый богатый предприниматель Колорадо. И, может быть, ее будущий начальник. И она не имела права докучать ему своей историей болезни.

— Но зачем вам это?

Он взял ее за руку.

— Можете считать это дружеским беспокойством.

Ее ладонь казалась такой маленькой в его руке. От этого прикосновения все ее тело затрепетало. А ведь это всего лишь рукопожатие. Почему же она вдруг почувствовала такое нестерпимое одиночество и тоску? Почему ей казалось, что ее неприятности действительно заботят его?

Джейкоб Андерсон — друг? У этого человека не может быть таких друзей, как она. Ведь он общается с самыми известными и богатыми людьми штата, даже с сенаторами.

— Не понимаю, зачем вам это.

— Разве друг не может…

— Но мы не друзья. — Она высвободила руку. — Мы знакомы-то всего несколько часов.

— Тогда кто же мы?

Клэр страшно было даже предположить, что он хотел сказать.

— Надеюсь, мы станем деловыми партнерами.

— Деловые партнеры тоже могут быть друзьями. Мой лучший друг… им был Алан Таунсенд.

Может быть, кто-то другой и не заметил бы горечь в его голосе. Но не Клэр. Ей слишком хорошо были знакомы попытки мужчин скрыть свою боль — она наблюдала это в течение двадцати восьми лет. Внезапно ей показалось, будто она знает сидящего рядом мужчину всю жизнь.

Но это абсурд. Она впервые встретилась с ним несколько часов назад.

Почему же ей было так трудно удержаться от желания коснуться его руки?

Клэр кашлянула.

— Вы ведь с Аланом Таунсендом давно знали друг друга?

— Он был моим лучшим другом с самого детства. Мы носились вдвоем по полям вокруг наших ранчо. Он был единственным человеком, которому я мог доверять. — В слабом свете фонарей его лицо казалось высеченным из гранита. — Теперь понимаете, почему я хочу найти друга?

— Но я не понимаю, почему вам нужна именно я. Сегодня я вела себя, мягко говоря, не лучшим образом. Сперва накричала. Потом еще и рухнула на вас и едва не убила. И выгляжу я сегодня не лучшим образом. И вообще я…

— Но в то же время вы ни словом не посетовали на то, что мы застряли. А сбив меня с ног, тут же помогли прийти в себя.

— Но ведь вам достаточно лишь глазом моргнуть, и у вас тут же будет не меньше сотни друзей. Вы ведь помогаете стольким благотворительным организациям, посещаете столько вечеринок.

— У меня не меньше сотни знакомых. Но это не друзья.

Клэр понимающе кивнула. Да, она отлично знала разницу. После переезда в Денвер единственными ее знакомыми были сослуживцы, но и с ними она в основном общалась только на работе. У всех были семьи, дети…

— Теперь вернемся к моему вопросу. Зачем вам необходимо несколько тысяч?

— Вы не отступитесь, пока не узнаете, верно?

— Верно.

— Да, теперь вы меня не оставите в покое, это уж точно.

— Прошу вас…

— Ну хорошо. — Клэр посмотрела в окно, давая ему понять, что ей это все равно не нравится, и коротко сказала: — Здесь речь не идет о жизни или смерти. Просто иначе я не смогу иметь детей.

— Так как же здесь могут помочь деньги?

От такого вопроса у нее вспыхнули щеки.

— Искусственное оплодотворение стоит очень дорого.

— Искусственное? Вы хотите завести «ребенка из пробирки»?

— А что мне еще остается?

Помолчав, Джейк спросил:

— Но сейчас вы еще можете забеременеть?

— Мой врач говорит, что пока это возможно, но времени осталось очень мало, и если я не потороплюсь, будет поздно. — С этими словами она повернулась к Джейку. — Теперь вы довольны? Я могу идти?

Джейк смотрел в ее блестящие глаза, раздумывая, что будет, если он прямо сейчас выложит свою безумную идею, зародившуюся около часа назад. Ему нужен наследник. И чем скорее — тем лучше. Клэр нужен ребенок, да к тому же она хочет работать в его фирме. Все это казалось Джейку просто перстом судьбы.

У него было сейчас примерно такое же чувство, которое он испытывал перед тем, как сделать наиболее выгодные инвестиции. И это предчувствие никогда его не обманывало. Но у Джейка было одно железное правило — никогда не действовать вслепую. Он даже не обсуждал нового проекта, пока не получал на руки точных данных. И теперь не готов был начинать. Открыв зонт, он обошел машину, чтобы помочь Клэр выйти.

— Послушайте, вы точно не ковбой? — с раздражением спросила она, выходя из машины.

— А что?

— У меня у самой есть ноги и руки, и я вполне способна самостоятельно открыть дверь и выйти из машины.

— Но зонтика-то у вас нет. А у меня с собой только один. — Он положил руку ей на талию и привлек ближе, под защиту зонта. Только ее широко раскрывшиеся глаза выдали Джейку, что и она испытывает примерно те же чувства, что и он сам. Переведя взгляд на ее губы, он увидел, как она провела по ним языком. С трудом подавив стон, он промолвил: — Идемте.

Через минуту они уже стояли под навесом крыльца. Она отыскала в сумочке ключ и вставила его в замочную скважину.

— Завтра я заеду за вами в половине восьмого.

Она обернулась.

— Я еще не сказала, что поеду.

С минуту он смотрел ей в лицо.

— Что ж, если вам не нужна работа…

Она сердито вздохнула.

— Едва ли это можно назвать честной игрой. О'кей, я поеду. Что мне надеть?

— Костюм. — Он услышал, как она тихонько вздохнула. — А в чем проблема?

— Ни в чем, — пробормотала она. — В половине восьмого. Завтра. Костюм. Жду с нетерпением.

— Тогда до завтра.

Наконец она отперла дверь, вошла и уже хотела захлопнуть ее за собой, но, поразмыслив, мягко добавила:

— Спасибо, что подвезли меня. И что смягчили падение в лифте. И что выслушали меня.

Джейк слегка подался вперед, но вовремя спохватился.

— Мне это доставило удовольствие, поверьте.

— Доброй ночи.

Клэр так быстро закрыла за собой дверь, словно боялась, что сейчас он ее поцелует.

А какие, интересно, на вкус ее губы? — неожиданно подумал Джейк. Сухие и сладкие или горячие и влажные? Он не мог ждать — ему смертельно хотелось узнать это немедленно. Улыбнувшись этой мысли, Джейк повернулся и пошел к своему джипу. Завел мотор.

И впервые за долгое время почувствовал, что с нетерпением ждет завтрашнего дня. Ему так много предстоит сделать.

Дзззззззззззззззз.

Клэр открыла глаза. Что это?

В окно ярко светило солнце. Клэр быстро села на кровати и посмотрела на часы. Двадцать минут двенадцатого! Ей же давно пора быть на работе!

Она уже опустила на пол одну ногу, нащупывая тапочки, когда вспомнила, что взяла на сегодня выходной.

Постепенно в памяти вырисовывался весь вчерашний день. Визит к доктору. Лифт. Джейкоб Андерсон.

Дззззззззззззззззззззззз.

Кто это мог явиться в пятницу утром? Какой-нибудь разносчик? Или сборщики пожертвований?

Дззззззззз. Дзззззззззззз.

Кто бы там ни был, отступать он явно не собирался. Она натянула старые спортивные штаны и футболку, провела по волосам щеткой и поспешила к двери.

В глазок она увидела рыжеволосого паренька в ярко-зеленом свитере с надписью «Денвер-Экспресс». Рассыльный из службы доставки. Может быть, что-то от клиента — хотя еще не время для оплаты.

Тем временем парень снова изо всех сил нажал на кнопку.

Клэр распахнула дверь, и ее обдало холодным свежим воздухом.

Рассыльный вздохнул с явным облегчением.

— Клэр Иден?

— Да.

— Вам письмо. Распишитесь здесь. — Он протянул ей листок и ручку.

Клэр поставила подпись, потом протянула руку за конвертом, который парень держал под мышкой. Но вместе с конвертом он протянул ей ключи.

— А это что? — удивленно спросила она.

— Ключи.

— Я вижу, что это ключи. От чего они?

— Может быть, вы все поймете из письма. Это, похоже, ваше. — Он указал на дорогу, где стоял небольшой ярко-красный спортивный автомобиль.

Клэр остолбенела.

— Здесь какая-то ошибка.

— Вы — Клэр Иден, так? Тут ваш адрес. Все правильно.

— Но вы… я не… Откуда она взялась? — наконец спросила она, хотя ответ знала почти наверняка.

— А вы не знаете?

— Отлично знаю. Вчера я получила «порш», а позавчера мне подарили «мазерати».

Парень сверился с листком.

— Заказ от Джейка Андерсона.

Клэр застонала и протянула посыльному ключи.

— Верните машину мистеру Андерсону. Я ее не принимаю.

Парень помахал листком с ее подписью.

— Уже приняли.

— Да, но я не знала, что это будет машина.

— Послушайте, леди. Я просто делаю свою работу. Мне велено было отогнать красный «ягуар» по вашему адресу и получить расписку. Я так и сделал. Всего хорошего. — Он повернулся и поспешил к зеленому фургону, стоявшему позади «ягуара».

Клэр стояла, опустив руки, и смотрела, как отъезжает фургон. Потом осторожно подошла к машине, словно боясь, что та вот-вот оживет. Яркое ноябрьское солнце играло на полированной поверхности, и Клэр как в зеркале видела свое нахмуренное лицо.

Зачем Джейкобу Андерсону понадобилось присылать ей машину? Невероятно! Обычные мужчины начинают с конфет и цветов. Но не Джейкоб Андерсон.

Неважно, что его подвигло на такой поступок. Принять столь дорогой подарок Клэр не могла.

Дверь открылась даже раньше, чем Джейк успел позвонить.

Клэр стояла на пороге, в ее глазах сверкали молнии.

— Как прикажете это понимать?

Он удивленно поднял бровь.

— Я опоздал?

— Нет, не опоздали. Даже наоборот, приехали на десять минут раньше. Я не об этом. — Она ткнула пальцем в сторону дороги. — Я вот о чем.

Ему не надо было оборачиваться, чтобы понять, о чем шла речь. По пути сюда он уже заметил ярко-красный «ягуар», припаркованный на обочине.

— По-моему, его доставили в целости и сохранности. Ну как, уже опробовали?

— Нет, и не собираюсь. Я не прикасалась ни к чему, кроме ключей.

— Вам не нравится цвет? Мне тоже, но дареному коню в зубы не смотрят.

Клэр прищурилась.

— Я вас не просила ничего дарить, — парировала она.

— Простите. Я не хотел вас обидеть. Может быть, зайдем в дом? Мы уже привлекаем внимание.

Кажется, она собиралась отказать, но, заметив соседей, отступила назад и впустила его.

Войдя в прихожую, Джейк окинул взглядом Клэр. На ней были джинсы и футболка с эмблемой университета в Вайоминге.

— Вы еще не одеты. И почему я не удивляюсь?

— Я еще не решила, поеду с вами или нет, — объявила Клэр, захлопывая дверь.

— Я думал, вы хотите поговорить со мной насчет работы.

— Да, но… — Она сделала глубокий вдох и подчеркнуто спокойным тоном произнесла: — Давайте вернемся к моему вопросу. Зачем вы прислали мне машину? Я днем пыталась дозвониться вам на работу, но в офисе вас не оказалось, а ваш домашний телефон — надо же! — в справочнике не значится.

— Я был занят. — Чем именно, он ей рассказывать не хотел — до поры до времени. — Вы разбили машину, так? На ремонт уйдет уйма времени.

Ее подбородок слегка поднялся.

— Да, но…

— Так случилось, что у меня была лишняя машина, и я подумал, что вам она подойдет. Поэтому и прислал. — Из-за спины Джейк извлек букет и протянул его Клэр. — Это вам.

Клэр проигнорировала его жест.

— Это ваша машина? Сколько же их у вас?

— Это машина Алана. Немного яркая, но уж такой у Алана был вкус.

Клэр ахнула.

— Так это машина Алана Таунсенда? И вы мне ее отдаете? Его еще и похоронить не успели, а вы… вы…

— Не слишком тактично с моей стороны, да? — Он поднял одну бровь. — Но Алану она больше не нужна. А вам — еще как. Вот и все. Считайте это дружеским подарком.

Сейчас для него было очень важно, чтобы Клэр приняла машину. Это будет первым шагом. Возможно, когда-нибудь она примет и его…

— Я не могу принять от вас машину, тем более такую. Одна страховка меня разорит.

— Тогда считайте, что я одолжил ее вам. Можете пользоваться, пока вашу не отремонтируют. Не волнуйтесь, страховка оплачена до конца года.

Клэр молча уставилась на цветы — розовые розы на длинных стеблях, обернутые зеленой бумагой. Нет, гнев, накопившийся в ней еще с утра, после бесплодных попыток разыскать его по телефону, еще не исчез. Но — черт возьми! — этот мистер Андерсон умел быть таким обаятельным. Ей и в голову не приходило, что такому человеку, как он, могла запомниться мелочь вроде ее сломанной машины.

— Так что вы совершенно спокойно можете на ней ездить. Все равно иначе она будет стоять в гараже и ждать, пока я найду покупателя.

Его голос был спокойным и ровным, но побелевшие костяшки пальцев, мертвой хваткой сжимавших букет, выдавали волнение. В чем дело? Почему его так волнует — примет она машину или нет? Может быть, его слова о том, что у него не осталось друзей, — правда? Да, Клэр приходилось слышать, что там, на самом верху, людям очень одиноко. Но ее не оставляло чувство, что ему нужно нечто большее, чем просто дружба, а это напрочь перечеркивало все ее представления о деловом партнерстве.

С другой стороны, если ей нужна работа, нужно вести себя с ним вежливо. Почему так трудно постоянно держать эту мысль в памяти? Если она не получит эту работу — или столь же высокооплачиваемую, — у нее не хватит денег, чтобы забеременеть. Так что придется спрятать подальше свою гордость. Ради ребенка можно многим пожертвовать.

— Отлично. Будем считать, что вы дали мне ее на время. Спасибо. — Клэр протянула руку за розами. — Простите, что я так восприняла. Я думала… впрочем, не знаю даже, что я думала…

— Что я пытаюсь вас соблазнить? — с легкой усмешкой подсказал он.

В ответ Клэр тоже улыбнулась.

— Не совсем. Не знаю, как обычно действуют богатые мужчины, но «ягуар» у дверей на следующий день после знакомства — это немного чересчур даже для миллионера.

— О, мы действуем примерно так же, как и все остальные. Ужин при свечах, комплименты… цветы…

Она бросила быстрый взгляд на букет, потом снова подняла глаза.

— Это шутка или предостережение?

— Думаю, и то, и другое.

Клэр резко развернулась и пошла на кухню.

— Надо поставить их в воду.

Джейк пошел следом.

— Лучше вам поскорее переодеться. Нам надо быть на месте через полчаса.

Клэр наполнила вазу водой, радуясь возможности не смотреть ему в глаза.

— К сожалению, мне нечего надеть. Я была так занята, разыскивая вас, что у меня не было времени ходить по магазинам. Езжайте без меня.

Джейк взял у нее из рук букет и сунул в вазу.

— Я не хочу, — твердо сказал он. — Должно же у вас быть хоть что-нибудь подходящее.

— Едва ли. У меня не было нужды в вечерних платьях с самого окончания колледжа.

— Может быть, придется еще раз напомнить вам, что я еще ничего не решил насчет работы?

Она пристально посмотрела на него.

— Тому, что вы делаете, есть вполне определенное название. Это шантаж.

— Нет, это называется — делать боссу приятное.

От его низкого, хрипловатого голоса по ее коже пробежала дрожь.

— И что же вы под этим подразумеваете? Если вы считаете, что, дав мне работу, получите полный контроль над моей жизнью…

— Нет. Извините. Я не то имел в виду. Давайте я попробую еще раз. — Он взял Клэр за руку. — Прошу вас, Клэр, поедем со мной. Мне сегодня предстоит говорить речь, а я терпеть этого не могу. Ну же, прошу вас.

Эта простая просьба заставила сердце Клэр сжаться. Джейк Андерсон терпеть не может выступать на публике. Ему, кажется, действительно нужна дружеская поддержка. К тому же от него зависит ее новая работа, а следовательно, и счастье. И самое меньшее, что она может сейчас сделать, — это пойти с ним, чтобы поддержать его.

— У меня есть черное бархатное платье, к которому я могу надеть жемчуг. Думаю, за вечернее платье оно сойдет. Минут через двадцать я буду готова.

— Превосходно. — Джейк пожал ей руку, потом улыбнулся, довольный тем, что добился своего. — Если вам понадобится помощь с молниями, пуговицами или чем-нибудь еще, не стесняйтесь и зовите меня.

От его двусмысленного предложения Клэр стало не по себе. Чтобы скрыть это, она пробурчала:

— Мечтать не вредно.

И, уже проходя в двери, услышала за собой его негромкий мягкий голос:

— Как знать.

Свет в зале слегка убавили. Джейк вышел на сцену. Клэр откинулась на спинку кресла и украдкой огляделась. Ей прежде не приходилось бывать в подобном обществе. Все собравшиеся здесь представляли собой сливки денверского «высшего света». Клэр не сомневалась, что каждый из присутствующих стоит не меньше миллиона долларов — за исключением ее, конечно.

Она чувствовала себя чужой на этом празднике.

— Добрый вечер, леди и джентльмены, — раздался глубокий голос Джейка, и все ее мысли и чувства вновь устремились к нему.

Речь его была весьма краткой, без лишних риторических отступлений. Он представил публике нового директора музейной ассоциации. Клэр вежливо похлопала вместе со всеми, когда он закончил и направился прямо к ней.

Ей до сих пор не верилось, что Джейкоб Андерсон пришел сюда с ней, Клэр Иден. Время от времени ей хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон.

Тем временем слово взял новый директор. Джейк положил руку на спинку сиденья Клэр и придвинулся ближе.

— Ну, как я справился?

Клэр повернулась, но сказать ничего не смогла. Он сидел так близко… И она почувствовала, что ее тянет к нему, словно пчелу на мед. Стоит лишь немного приподнять голову…

Тут ей пришлось мысленно одернуть себя. Она не должна мечтать о Джейке Андерсоне. Ничего хорошего из этого не выйдет.

— Отлично справились. Не знаю, что вы имели в виду, говоря, что терпеть не можете говорить речи. Выглядело все так, словно вы родились оратором.

Джейк только покачал головой.

Краем уха слушая выступающих, Клэр попыталась припомнить все, что уже знала о Джейке. И обнаружила, что почти ничего не знает, за исключением того, что он родился на ранчо в штате Колорадо, недалеко от городка Пони. Да, Джейк еще говорил, что они с Аланом любили кататься верхом вокруг их ранчо.

Она нахмурилась. Он вырос на ранчо, то есть вырос ковбоем. Хорошего мало. С точки зрения Клэр, хуже ковбоев ничего быть не могло, и она в свое время твердо решила не подпускать их к себе.

Клэр посмотрела на профиль Джейка.

Нет, Джейк не может быть ковбоем, где бы он ни вырос. Он не носит джинсов, сапог и ковбойских шляп. Он не ездит на старом пикапе. От него не несет навозом, и во время обеда он не рассуждает о разведении скота.

С мрачной улыбкой она отвернулась. Джейк Андерсон — ковбой? Хорошо. В таком случае по Уоллстрит разгуливают медведи.

Было уже около десяти часов, когда Джейк помог ей сесть в свой джип и сам устроился за рулем.

— Надеюсь, вы не устали.

Клэр отрицательно покачала головой.

— Я проспала почти до полудня.

— Мы собирались поужинать, помните?

— Думаю, нам еще надо закончить наш разговор, не так ли?

— Вот именно.

— Отлично. Куда мы едем?

— Ко мне.

Клэр обмерла.

— К вам?

— Там нам будет удобнее, и никто не помешает.

— Не помешает чему?

Он метнул на нее быстрый взгляд.

— Обсуждению проблем налогообложения. А вы что подумали?

— Мистер Андерсон, я хотела бы кое-что прояснить. Я не собираюсь спать с вами ради этой работы. Это не мой стиль.

Остановившись на красный свет, он повернулся к ней.

— Если бы вы решили переспать со мной ради работы, я никогда бы вас не взял. Это и не мой стиль тоже. Если я вас и возьму, то только потому, что ваша кандидатура покажется мне лучшей.

Клэр кивнула, внутренне радуясь, что в эту минуту зажегся зеленый свет и Джейк снова сосредоточился на дороге. Потом начался разговор о налоговых законах, который полностью захватил Клэр. Так, разговаривая, они поднялись к двери его квартиры в пентхаусе.

Клэр остановилась посреди гостиной, затаив дыхание от восторга. Убранство комнаты было словно с обложки модного журнала.

— Что скажете? — спросил Джейк.

— Это просто… великолепно. Неужели вы и вправду здесь живете? Это даже слишком великолепно и…

— И что?

— И как-то не похоже на вас.

Джейк окинул взглядом роскошно убранную комнату, словно сам впервые увидел все это с тех пор, как обставил ее. Или точнее, с тех пор, как ее обставила Мелисса. Конечно, это не было на него похоже. Это была обстановка для женщины, на которой он едва не женился три года назад. Менять в квартире он ничего не стал просто потому, что никогда не обращал особого внимания на убранство комнат. Когда был дома, то в основном проводил время в кабинете или спальне. А все эти гостиные нужны только для приемов, которых в последнее время у него было немного.

Он смотрел, как Клэр осторожно гладит рукой керамическую вазу, которой он сам в жизни ни разу не касался.

— А что бы вы здесь переменили?

Она неловко улыбнулась в ответ.

— Я же не дизайнер. Вы видели мою квартиру. Я никогда ничего не подбираю специально. Когда мне нужно что-нибудь из мебели, я просто покупаю то, что мне нравится. На обычной сезонной распродаже.

— У вас очень милая квартира.

Клэр улыбнулась.

— По крайней мере, мне в ней удобно.

Джейк помог ей снять пальто и проводил в столовую. Экономка уже принесла им ужин. У Джейка работала пожилая семейная чета: они присматривали за квартирой и готовили еду. Джейк редко их видел, за исключением тех случаев, когда приходили гости.

Вкуса блюд Джейк почти не чувствовал. Хотя все его внимание было приковано к Клэр, которая изо всех сил старалась убедить его в своей опытности и компетентности в финансовых вопросах, он не слышал и половины из того, что она говорила. Весь день он обдумывал свое решение. Он смотрел, завороженный, на черное бархатное платье, так ладно облегающее ее грудь. Неужели можно испытывать ревность к простому куску материи?..

— Какой вкусный ужин, — сказала Клэр. — Спасибо, миссис Санчес. И, пожалуйста, поблагодарите мистера Санчеса за то, что он приготовил все так замечательно, несмотря на поздний час. Может быть, вам помочь помыть посуду?

Экономка от изумления едва не выронила тарелки.

— Нет, мэм, — смутившись, пробормотала она. — У нас есть посудомоечная машина.

Клэр кивнула, и миссис Санчес потянулась за тарелкой Джейка. Он с удивлением уставился на надкушенный кусок вишневого пирога. Что еще он ел, Джейк не смог бы вспомнить при всем желании.

С усилием отмахнувшись от назойливых и запретных мыслей, он обратился к Клэр:

— Не хотите ли посмотреть, какой вид открывается с террасы?

В глазах Клэр зажглось любопытство.

— С удовольствием.

Они вышли на застекленную террасу. Джейк с улыбкой смотрел, как Клэр ахает и восхищается россыпью огней Денвера и силуэтами Скалистых гор. По правде говоря, Джейк остановил свой выбор на этой квартире только из-за великолепного вида. И был рад, что Клэр здесь понравилось. Значит, у них еще больше общего, и значит, у него есть еще одна причина быть довольным своим решением. Джейк улыбнулся про себя. Нечего и говорить о том, что больше всего на свете ему сейчас хотелось обнять Клэр, чтобы она ахнула уже не от вида городских огней.

— И долго еще вы собираетесь меня так мариновать? — наконец спросила она.

Он не сразу понял, о чем идет речь.

— То есть вы хотите узнать, беру я вас на работу или нет?

— Я сделала все, что только могла. Рассказала вам все, что знаю. Что еще я могу сделать, чтобы вас убедить?

Джейк улыбнулся.

— Эта работа — ваша.

Она так и просияла — ни дать ни взять ребенок на Рождество.

— Правда?

— Я предлагаю вам место вице-президента «Пони Инвестментс». Вы будете заведовать всей бухгалтерией.

У нее округлились глаза.

— Вице-президент? Я не… я даже не надеялась… Я рассчитывала только на должность экономиста…

— Знаю, но вы произвели на меня большое впечатление вашими новаторскими идеями. — Тут Джейк назвал такую сумму оклада, что Клэр пришлось схватиться за перила, чтобы не упасть.

— Вы шутите!

Он покачал головой.

— Но разве среди ваших служащих нет никого, кто мог бы занять эту должность?

Он пожал плечами.

— Раньше бухгалтерией заведовал Алан. У него был помощник, Джим Гордон, но мы никогда не обсуждали такой возможности, чтобы ему занять место Алана. Насколько я знаю, Джим занял самое высокое место в «Пони», какое заслуживал, и его, кажется, оно более чем устраивает.

— Неужели вы не хотите дать ему хотя бы шанс? Согласитесь, что брать начальника со стороны — не лучший выход в подобной ситуации.

Джейк сделал нетерпеливый жест.

— Мне нужны вы.

— Почему? Вы же еще не видели меня в деле.

— Я знаю, вы будете хорошо заботиться о моих деньгах.

Она воздела руки к небу.

— Ну откуда такая уверенность?

— Вы все поймете, когда услышите мое второе предложение. — Джейк понимал, что говорит непонятно, но ему поскорее хотелось покончить с этим.

Она прищурилась.

— Какое предложение?

Но Джейк покачал головой и вместо ответа протянул руку.

— Давайте сначала закончим с первым. Вы согласны?

— Да, но я вряд ли смогу управлять людьми. У меня слишком мало опыта.

— Не могу поверить, что мне приходится уговаривать вас занять место, за которое половина экономистов в Денвере перегрызли бы друг другу глотки. Особенно если вспомнить, что это вы попросили у меня работу.

Она гордо вскинула голову.

— Да, но я не рассчитывала из рядового экономиста сразу превратиться в вице-президента такой компании.

— Вам не нравится название должности? Отлично. Давайте назовем вас инспектором финансового отдела. Хотя нет, это должность Джима. Ну, пусть будет начальник отдела. Для меня названия роли не играют — это только слова. У Алана должности вообще не было, у меня тоже. Мне нужен человек, которому я мог бы доверить управление деньгами. Для меня главное, чтобы в финансовом отделе не было никаких сбоев.

Она задумалась на минуту.

— Этого можно добиться.

— Я знал, что у вас все получится.

Клэр внимательно посмотрела ему в глаза.

— Начальник отдела годится. Если вы уверены…

— Уверен.

— Мне надо будет связаться с «Уайтекер энд Ассошиэйтс».

— В понедельник утром.

Она покачала головой.

— Мне надо оставить заявление об уходе.

— Вы нужны мне. Сейчас.

Джейк медленно притянул ее к себе. Улыбка сползла с лица Клэр. Она отодвинулась назад, к перилам.

— Так скоро?

— Теперь мы подошли к моему второму предложению. — Он оперся руками о перила, так, что Клэр некуда было отступать. Ей оставалось только испуганно следить за каждым его движением. Он обнимал ее, и от этого по всему его телу пробежала легкая дрожь наслаждения. — Но прежде чем обсудить его, мне необходимо еще кое-что выяснить.

Он наклонился к ее губам. Поцелуй сначала был нежным и легким, он словно уговаривал Клэр довериться. Она обхватила его за плечи, будто боялась упасть. Это подстегнуло Джейка, как и тонкий цветочный аромат ее духов и мягкость бархатной ткани под его ладонями.

Поцелуй стал глубже. С легким стоном она обвила руками его шею, оставляя его ладоням полную свободу действий. И — Боже правый! — разве он мог удержаться? Одной рукой он ласкал ее спину, а другой зарылся в ее волосы, чтобы не позволить себе поддаться искушению и захотеть большего. Не надо сейчас пугать ее.

Но чем дольше длился поцелуй, тем труднее ему было сопротивляться неистовому желанию.

— Клэр, — прошептал он, не отрываясь от ее губ, — я и не представлял, на что это может быть похоже.

Ее голос бы едва слышен.

— На что же?

— На все самые сладкие конфеты на свете. — И его язык снова принялся изучать глубину ее рта, пока Джейк наконец со стоном не оторвался от нее. Зарылся лицом в ее волосы. Он никак не ожидал столь бурной реакции на ее близость.

Она стояла, тяжело дыша. Потом внезапно резко вырвалась из его объятий.

— Черт возьми, Джейк Андерсон!

Клэр сердито развернулась и пошла в комнату. Он поймал ее за руку у самых дверей террасы.

— Что случилось?

Она гневно вскинула на него глаза.

— Я же ясно сказала, что не буду спать с вами ради работы!

— И поэтому вы так отвечали на поцелуй? — Он снова заключил ее в объятия и улыбнулся, вспомнив, как ее губы приоткрывались ему в ответ. — Знаете, у меня такое чувство, что в тот момент никто ни о какой работе и не думал.

С тихим стоном она спрятала голову у него на груди.

— Посмотрите мне в глаза, Клэр.

— Нет.

— Так вы от меня все равно не избавитесь, вы же сами понимаете.

Она вздохнула.

— Я принял решение.

Наконец-то она подняла голову.

— Какое решение? Вы же уже дали мне эту работу. Неужели вы откажетесь только из-за…

— Я прошу вас стать моей женой.

Глава четвертая

Не веря своим ушам, Клэр смотрела на Джейка. Ее мозг был просто не в силах понять, что он сказал. Потом она внезапно расхохоталась.

— Я поняла! — Она подошла к перилам и широко развела руками. — Это все — просто какой-то сон. Бред. И лифт, и встреча с вами, и предложение работы… И поцелуй…

Он мягко взял ее за руку и слегка ущипнул.

— Ой! — Она выдернула руку. — Зачем вы?

— Чтобы доказать, что это не сон и не бред.

Клэр побледнела. Все вполне реально. Она отступила на шаг, потом потерла холодными пальцами локоть.

— Тогда, значит, я что-то не так поняла.

— Все зависит от того, что именно вы поняли.

— По-моему… — Клэр нахмурилась. — По-моему, вы предложили мне выйти за вас замуж.

Джейк спокойно кивнул.

— Именно так.

— Нет. Вы не могли… — она вконец смутилась. — Зачем?

— Вам нужен ребенок, а мне — наследник. Поэтому мы и поженимся.

— Но я не могу выйти за вас!

— Почему же?

— Почему? — повторила она. — Да тому миллион причин!

— Назовите хотя бы три.

— Начнем с того, что мы только вчера познакомились. Вы меня знаете всего-навсего двадцать четыре часа.

— И что?

— Я вообще могу оказаться сумасшедшей или убийцей. Откуда вам знать?

Он усмехнулся.

— Вы, Клэр Анджела Иден, родились восьмого мая на вашем семейном ранчо «Сад Иденов», в штате Вайоминг. У вас два старших брата, Хэнк и Тревис. Хэнк держит на ранчо небольшое стадо, но основной доход ему приносят ставки на родео. Тревис занимает третье место в рейтинге Всемирной ассоциации родео и сейчас готовится к своему восьмому чемпионату, Хэнк женат. Тревис — нет. У Хэнка трое детей — двое мальчиков и девочка. Мне продолжать?

— Все так, но это еще не значит, что вы меня знаете.

Джейк взял ее за руку и повел в комнату.

— Идемте. Я хочу вам кое-что показать.

Посреди кабинета стоял массивный дубовый стол. Джейк вынул из ящика толстую папку. Пролистав бумаги, он прочел вслух полный список ее школьных учителей. Когда же он перешел к рассказу о том, как Клэр со своей подружкой Меллори пытались втихомолку выкурить сигару, которую Меллори стащила у отца, Клэр не выдержала и попыталась выхватить у Джейка папку. Он отстранился.

— Никто и знать об этом не знал! Кто вам рассказал? Черт побери, у вас в руках вся моя жизнь!

Он с притворно невинным видом поднял голову.

— Дело Клэр Иден — номер 101.

— Очень смешно. Вы что, наняли частного детектива?

Джейк захлопнул папку и бросил на стол.

— Между прочим, не одного, а нескольких. Сегодня утром.

— Что? Зачем?

— Вы меня изучили, и неплохо. Мне пришлось сделать то же самое.

— Я вас не изучала. Я только прочла статью об Алане в «Денвер Мэгэзин». Вы понятия не имеете о том, какая я. Как вы можете быть уверены, что выдержите жизнь со мной на протяжении — кто знает! — многих лет? А я о вас не знаю вообще ничего, кроме того, что вы бессовестный и нахальный тип.

— Отлично. Следующие двадцать четыре часа мы проведем вместе, стараясь лучше узнать друг друга. Если до воскресенья мы друг друга вытерпим, то полетим в Лас-Вегас и там поженимся. Согласны?

— Нет! Ни за что на свете. К тому же в понедельник мне надо приступать к работе. Вы же только что приняли меня, помните?

— Это сейчас не главное.

Клэр в недоумении смотрела на него. Она — жена Джейка Андерсона? Да она до сих пор не могла поверить, что вообще так запросто с ним разговаривает. Тут ей вспомнилась одна его фраза.

— А что вы имели в виду, говоря, что вам нужен наследник?

Джейк запустил руку в волосы, сел в широкое кожаное кресло. С минуту пристально смотрел в лицо Клэр. Потом перевел взгляд на потолок. Когда он снова заговорил, его голос звучал глухо и напряженно, словно он с усилием произносил слова.

— Не могу допустить, чтобы со мной случилось то же, что с Аланом. Я хочу иметь детей. Хочу иметь жену. Хочу, чтобы мне было кому оставить все, что я имею. Иначе какой смысл жить?

Клэр не знала, что ответить. Она медленно опустилась на стул.

— Но ведь вокруг вас столько женщин…

Джейк устало покачал головой.

— Женщины, которых я знаю, принадлежат кругу очень богатых людей. А я не хочу, чтобы мои дети выросли с их взглядами на мир. Мы с вами — из одного теста. Оба мы выросли на ранчо. И вместе сможем научить наших детей ценить в первую очередь жизнь, а не деньги. Я хочу, чтобы моя жена занималась с детьми, утешала, если они ушибутся, пекла для них булочки, а не гладила их по головкам перед тем, как улететь на Барбадос на выходные.

Клэр закинула ногу на ногу и постаралась прикрыть колени юбкой.

— А моя работа? Я никогда не представляла себя в роли домохозяйки.

— Я и не говорил, что собираюсь превратить вас в домохозяйку. Наоборот, я очень рассчитываю на вашу помощь. Именно поэтому и предложил вам место начальника отдела.

— Мне все это, наверное, снится.

— Вас еще раз ущипнуть? — предложил Джейк.

— Очень смешно. — Клэр встала и подошла к окну. Неужели все происходит с ней наяву? Стать миссис Джейкоб Андерсон? Женой одного из самых богатых людей Колорадо?

Он подошел и встал позади нее так близко, что Клэр спиной ощущала теплоту его тела.

— Так что?

Дрожа, она обернулась.

— А брачный контракт? А мои родные? А..

— А ребенок? Вы это хотели спросить? Выйдя за меня замуж, вы сможете прекрасно обойтись без зачатия в пробирке.

Клэр посмотрела вниз, на огни города. Она с детства воображала, как ей однажды сделают предложение. Но никогда, никогда не представляла себе такого. Все получилось так холодно и расчетливо. Девочкой она грезила о цветах, золотых обручальных кольцах и музыке. Став старше, стала мечтать о настоящей страсти — и опять же о цветах, кольцах и музыке.

— А как же любовь? — тихо спросила она, глядя на его отражение в стекле.

На лицо Джейка легла мрачная тень.

— Любовь? Не могу сказать, что я в нее верю. По крайней мере, не в любовь до гроба.

— Но я знаю, что такая любовь бывает, — возразила Клэр. — Мой брат и его жена очень любят друг друга, а прошло уже девять лет с тех пор, как они поженились.

Положив руки ей на плечи, Джейк повернул ее к себе.

— А с вами, Клэр, такое случалось? Вы любили когда-нибудь?

Она отрицательно покачала головой.

— И я тоже. Хотя один раз думал, что встретил любовь. Но все оказалось иллюзией.

Клэр, не удержавшись, спросила:

— А что произошло?

Он смотрел мимо нее.

— Мелисса бросила меня за месяц до свадьбы. Она вернулась к своему бывшему приятелю через день после того, как я предложил подписать брачный контракт.

— О, Джейк, я…

— Ничего. Я считаю, что брак разваливается, как только чувства, которые супруги принимали за любовь, проходят. Так разве можно основывать семью на чем-то столь непрочном?

— А на чем же?

— На взаимном уважении. На общих целях. — Он взял ее ладони в свои. — И дружбе. Вы думаете, что я ничего о вас не знаю, но ошибаетесь. Я знаю, что вы умная, гордая, великодушная. Та Клэр Иден, которую я знаю, мне нравится.

— Не лучше ли сначала узнать обо мне побольше, а потом жениться?

— Может быть, и так, но я не могу ждать. Пока вы забеременеете, может пройти не один месяц. А я могу умереть хоть завтра. Так что надо начать как можно скорее. — Он погладил ее ладони большими пальцами. — Я не могу обещать вам любви, Клэр. Но можете быть уверены в моей честности и в том, что я буду заботиться о вас.

Клэр сердито подняла голову.

— Я не нуждаюсь ни в чьей заботе. Я прекрасно заботилась о себе с тех пор, как умерла моя мать.

— А что же вам нужно?

Клэр в замешательстве уставилась на узел его галстука. Хороший вопрос. Что ей нужно? Любовь, страсть — и, конечно, семья и дети. Но нужно смотреть правде в лицо. При той жизни, которую она ведет, ей еще долго не видать ни того, ни другого. А при ее состоянии, если она хочет ребенка, то чем скорее решится на замужество — тем лучше. Глубоко вздохнув, она встретилась взглядом с глубокими темными глазами Джейка. Он, кажется, не сомневался, что его безумная идея осуществима. Но ведь он любит рисковать. Именно так он и добился всего, что имеет.

— Для вас это просто очередная сделка, не так ли?

Он пожал плечами.

— Это, может быть, в прошлом веке брак и деловые отношения не пересекались.

— Но деловые партнеры не спят вместе.

— Так вот чего вы боитесь? Спать со мной?

Клэр внезапно показалось, будто в комнате стало безумно жарко.

— Вообще-то я об этом еще не думала. Но, как я понимаю, секс будет частью сделки.

Он улыбнулся.

— Кажется, дети получаются именно так. Вы меня боитесь?

Боится? Это слишком мягко сказано. Она в ужасе. И если бы полагалась на свои ноги, с визгом убежала бы прочь.

Сглотнув комок в горле, она ответила:

— Немножко. Вы ведь Джейкоб Андерсон, в конце концов.

— Я человек, Клэр. Такой же, как и все остальные.

— А вы уверены, что… сами хотите со мной спать?

Его карие глаза потемнели, а ноздри слегка задрожали. Глубоким и мягким голосом он сказал:

— Об этом можете не беспокоиться. Я хочу вас с того самого момента, как вы накричали на меня в лифте.

У Клэр перехватило дыхание.

— Вам понравилось, что я на вас накричала? Простите, но, по-моему, это какое-то… извращение.

Джейк улыбнулся.

— Не знаю. Но мне понравилось, что вы ведете себя со мной как с человеком, а не полубогом. Вы даже не представляете, как мне этого не хватало.

Сердце Клэр бешено заколотилось.

— Что ж, тогда придется на вас иногда кричать. Это я умею. Мои братья вели себя так, что без крика обойтись было нельзя, и… — тут, поняв, что болтает ерунду, она осеклась.

Его улыбка стала еще шире. Он положил ее руки себе на плечи, а сам обнял за талию и привлек к себе.

— Что вы делаете? — хрипло спросила она. Он наклонил голову. Клэр слегка отстранилась.

— Собираюсь доказать тебе…

Его губы были так близко.

— Доказать что?

Одной рукой он перебирал ее волосы.

— Что хочу тебя…

Его губы были мягкими и нежными, и медленный, неторопливый поцелуй лишил Клэр способности думать. Ее руки крепче обвились вокруг его шеи, она всем телом прижалась к нему.

Когда откуда-то из глубины ее груди вырвался стон, Клэр даже не пыталась его сдержать. В ответ Джейк тоже застонал. Ее кровь кипела. Когда Клэр готова была уже раствориться в нем, Джейк внезапно прервал поцелуй.

Хотя он все еще сжимал ее в объятиях, Клэр почувствовала себя покинутой. Обретя способность соображать, Клэр ужаснулась тому, что произошло. Его поцелуй полностью лишил ее контроля. Джейк мог сделать с ней что угодно!

— Видишь? — прошептал он. — Нам не составит труда зачать сколько угодно прекрасных детей.

На глаза у нее навернулись слезы, и она отчаянно попыталась вырваться, но Джейк отпустил ее ровно настолько, чтобы заглянуть в лицо.

— Что с тобой? Тебе не понравилось?

— Нет.

Он улыбнулся самоуверенной, очень мужской улыбкой.

— Лгунья.

Она гордо вздернула подбородок.

— Я не выйду за вас, Джейкоб Андерсон.

— Нет, выйдешь, — тихо сказал он. — И в следующие двадцать четыре часа я намерен доказать тебе, что ты не только должна выйти за меня, но и хочешь этого.

Клэр закрыла программу и выключила компьютер. Экран погас.

Вот так. Хэнк и Алекс будут по крайней мере спокойны. Она отослала им по электронной почте сообщение, что в ближайшие несколько дней ее в Денвере не будет.

Перед этим она долго разыскивала в интернете какую-нибудь информацию о своей болезни, но ничего обнадеживающего не нашла. Везде говорилось, что наилучшим вариантом лечения является беременность.

— Ты закончила?

Клэр повернулась в кресле. Джейк сидел за столом, между гостиной и столовой, и работал с ноутбуком.

— Два часа, которые ты отвел нам на работу, уже прошли?

Он взглянул на часы.

— Да. Ну-ка, сейчас я закрою это…

Джейк сохранил документ, над которым работал, и выключил компьютер. Встал из-за стола, прошел и уселся за кофейный столик. Клэр вздрогнула и затаила дыхание, когда он молча развернул ее к себе.

Джейк обнаружил, что благодаря Клэр в нем проявились какие-то новые качества. Теперь, когда он избрал ее своей будущей супругой, он чувствовал, что обязан защищать и оберегать ее. Раньше он не испытывал подобных чувств к женщине.

— Что-нибудь нашла? — поинтересовался он. Клэр сердито вздохнула.

— Ничего нового. Везде говорится, что нужно забеременеть. Весь мир против меня.

Джейк улыбнулся. Ее упорный отказ выйти за него замуж превратился в какую-то игру, в которой оба хотели победить.

— Неужели брак со мной — это так уж плохо? Мы провели вместе два дня, и мне ничуть не надоело твое общество. Мне казалось, что и ты начинаешь ко мне привыкать. Какие у меня, на твой взгляд, положительные качества?

Клэр на секунду задумалась.

— Давай посмотрим. Должно же быть хоть что-нибудь. М-м… ты не куришь и не жуешь табак.

— Хорошо, что еще?

— Следишь за собой.

Джейк наклонился и оперся руками на подлокотники ее кресла.

— Ты хочешь сказать, что тебе приятно смотреть на меня и находиться рядом?

Клэр прикусила губу.

— Думаю, да.

Он усмехнулся.

— А еще?

— Ты богат.

Джейку показалось, будто ему дали пощечину.

— Для тебя это имеет большое значение?

— Это очко в твою пользу.

Он помрачнел.

— Деньги — это еще не все.

— Да, но они много значат, если у тебя их нет, — заметила она. — Или если ты их вот-вот потеряешь.

— Если ты из-за денег…

Клэр отодвинула кресло и встала.

— О, Господи, Джейк, я же пошутила. Если бы мне были нужны только деньги, мы бы давно поженились. — Она отвернулась и пошла на кухню. — А мне казалось, что у тебя есть чувство юмора. Но, видимо, я ошиблась. Прости, но я не могу выйти замуж за человека, у которого нет чувства юмора.

С ощущением, что по собственной вине он только что потерял несколько набранных очков, Джейк пошел за ней. Взял за руку.

— Прости. Просто это мое больное место.

Она поглядела на него через плечо.

— Не понимаю, почему ты так ненавидишь свои деньги.

— Я не деньги ненавижу, а то, как люди из-за них ко мне относятся. Кое-что заставило меня наконец это понять.

— Что же?

— Завещание Алана. И ты.

Клэр моргнула.

— Я? А я-то тут при чем?

Он слегка улыбнулся.

— Ты ведешь себя так, словно я полное ничтожество.

— И тебе это нравится?

— Скажем так — это вызов. А перед вызовом я никогда не мог устоять.

Его рука сжалась на ее талии, и он повернул Клэр к себе. Джейк с изумлением обнаружил, что, когда Клэр рядом, его руки действуют самостоятельно и независимо от него. Если до нее можно было дотронуться — до ее рук, волос, плеч, — он не мог удержаться. Прикосновения эти успокаивали и возбуждали его одновременно. И ее тоже. Как бы она ни старалась сделать вид, что ей все равно, он читал в ее глазах скрытое желание.

— Я просто хотела принести сока, — старательно выговорила она. — Хочешь?

Он покачал головой и еще плотнее прижался к ней.

— Не уходи от темы. Ты пересчитывала причины, по которым хочешь выйти за меня.

Она перевела взгляд на его губы.

— Я?

Он кивнул. Клэр продолжала взглядом следить за его губами. Джейк почувствовал, как бешено забилось его сердце.

— Думаю, здесь есть еще масса причин.

Ее щеки залились краской.

— У меня будет ребенок.

— Хорошо. Еще?

Она подняла глаза и улыбнулась:

— Ты хорошо целуешься.

Он понял намек и медленно наклонился к ее губам. Нет, ничего похожего ни с одной женщиной он прежде не испытывал.

— Ну и? — промурлыкал он.

— Что?

— Как же ты оценишь мое умение целоваться — от единицы до десяти, например?

Клэр отстранилась и заглянула ему в глаза. Примерно миллиона три. Но вслух она сказала:

— У меня недостаточно опыта, чтобы ставить оценки.

Он снова склонил голову:

— Тогда позволь мне…

Клэр прижала палец к его губам.

— Хорошо, хорошо, ты получаешь высший балл. Доволен?

— Не очень. — Его самодовольная улыбка напомнила ей кота, поймавшего мышь. — Значит, ты выйдешь за меня?

— Этого я не говорила. — Она отвернулась и потянулась за стаканом.

Он обхватил ее за талию, притянул к себе и прошептал на ухо:

— Что же мне сделать, чтобы убедить тебя? Может, отнести в спальню и заняться любовью?

— Это меня только еще сильнее запутает.

— Клэр…

— Я знаю. Существует множество причин, по которым я могу выйти за тебя. Может быть, это глупо, но я всегда думала, что буду любить человека, за которого выйду замуж. В моей семье любовь всегда была очень важна. Мои родители так любили друг друга, что умерли почти в один день. Хэнк любит Алекс. А я… мне кажется, что я… я нарушаю семейную традицию.

— Почему? Ты же мне нравишься, Клэр. Очень нравишься. А я нравлюсь тебе, ведь так?

— Да… думаю, да.

Он слегка встряхнул ее за плечи.

— Посмотри на меня. — Когда она наконец подняла глаза, он сказал: — Мы начинаем с гораздо большего, нежели многие другие пары. У нас так много общего — наше происхождение, работа, цели, дружба, страсть… Как знать — может, будет и любовь.

— Ты так это говоришь, будто сам не веришь.

— Что делать, если я считаю любовь сказочкой?

— Разве твои родители не любили друг друга?

— Не знаю. Думаю, они верили, что любят друг друга… по-своему. Мне было всего три года, когда умерла моя мать. А отец редко говорил о ней.

Клэр глубоко вздохнула. Она отлично знала, что родные скажут о браке с нелюбимым человеком.

Она посмотрела на Джейка. Он не пугает ее — по крайней мере физически. Наоборот — ей до боли хотелось провести рукой по его коротким темным волосам, коснуться губами этого твердого подбородка…

Внезапно Клэр почувствовала, что смогла бы полюбить его, если бы позволила себе. Невзирая на репутацию резкого и сурового человека, с ней он был ласковым и заботливым, щедрым и нежным. Теперь, когда он рассказал о своем прошлом, ей стало понятно, почему он не умеет любить. Может быть, она смогла бы научить его. Может быть, они смогли бы научиться вместе…

Тут Клэр прогнала непрошеные мысли. Алекс нередко говорила, что женщина может учить мужчину, только пока он в пеленках. Так что надо посмотреть правде в глаза и признать, что этот брак никогда не будет похож на брак Хэнка и Алекс. И лучшее, что она может сделать, — это уберечь свое сердце от опасности полюбить Джейка Андерсона. Ведь он все равно никогда не ответит ей взаимностью.

Этот брак даст ей ребенка, и это сейчас самое главное. Остальное не имеет значения.

— Хорошо, — тихо сказала она.

— Хорошо… что? — спросил он.

— Я выйду за тебя.

— Не надо делать такое испуганное лицо. Это не смертный приговор.

Ее пронзила легкая дрожь.

— Наоборот, очень жизненный.

— Я так понимаю, ты решила всю жизнь провести со мной.

— Ты этого хочешь, Джейк? Всю мою жизнь?

— Так говорится в брачном обете.

— Да, но пятьдесят процентов браков…

— …оканчивается разводом. Знаю. Однако это не значит, что так будет и с нами.

— А если не получится?

— Получится, если мы сами этого захотим.

— Как ты можешь ожидать успеха от такого брака?

— Что угодно может иметь успех — при желании.

— Я только… — она не договорила. — Нет, ничего.

Джейк нежно коснулся ее щеки.

— Обещаю, ты не пожалеешь.

— Надеюсь, что и ты не будешь ни о чем жалеть.

— Я никогда не сожалею о принятом решении. Это отнимает слишком много сил.

Клэр невольно позавидовала его уверенности в себе. Конечно, при его опыте это немудрено. Для нее же самым большим переломом в жизни был переезд из Вайоминга в Денвер.

— Идем, — он взял ее за руку и повел обратно к столу. Пошарил вокруг компьютера и наконец взял в руки маленькую коробочку.

Клэр заранее знала, что там лежат два обручальных кольца. После ланча Джейк, не обращая внимания на ее возражения, потащил ее в ювелирный магазин.

Клэр позволила ему надеть кольцо ей на палец. Бриллиант в три карата казался огромным на ее руке.

— Не знаю, зачем тебе понадобился такой большой камень. Я не смогу даже на компьютере работать.

— Привыкнешь, — самодовольно отозвался Джейк. — Впрочем, оно действительно великовато. Переделаем, когда вернемся.

Клэр покачала головой.

— Не надо. Когда я забеременею, пальцы могут начать отекать. А что значит — когда вернемся? Куда мы едем?

— В Лас-Вегас. Там есть часовни, которые не закрываются на ночь. Мой самолет готов и ждет нас с полудня. Мы поженимся через четыре часа.

— Через четыре часа? — Клэр словно окатили ледяной водой. Через четыре часа ее жизнь полностью переменится. Она станет миссис Джейкоб Андерсон. — А к рассвету, наверное, я уже буду беременна.

В его глазах сверкнул огонь.

— Я сделаю все, что в моих силах.

— Ради Бога, Джейк…

— Ангел мой, не стоит терять время. Разве только ты хочешь пригласить родственников…

Клэр представила, как все Идены соберутся на эту свадьбу, и решительно покачала головой.

— Думаю, лучше им ничего не знать, пока я не забеременею.

— Ты уверена? Может быть, подхватим их по дороге…

— Нет. Не надо. — Она глубоко вздохнула. — Пойду собираться.

Джейк бросил взгляд на часы.

— Достаточно взять зубную щетку. Нам надо вылететь примерно через час. Брачное агентство в Лас-Вегасе закрывается в полночь. Купим все необходимое там.

Глава пятая

Утро в Лас-Вегасе. Искусственные цветы. Взятые напрокат вещи. Аудиокассета со свадебным маршем. Нанятые свидетели.

Не такой ей представлялась брачная церемония. Клэр на мгновение задержалась перед входом в небольшую часовню. Длинное свадебное платье красиво облегало ее стройную фигуру. От волнения Клэр судорожно сжимала букет из шелковых роз.

Священник стоял между двумя нарядно украшенными колоннами. Из динамиков звучал голос Элвиса Пресли.

Джейк стоял справа, в темном костюме, и не отрываясь смотрел на нее. Рядом стояли двое свидетелей. Все держались так, словно все идет как надо.

На глаза Клэр невольно навернулись слезы, но она сделала над собой усилие и сдержала их. Жизнь не может быть идеальной, и никогда в этом мире не сбываются все ожидания. А у нее по крайней мере будет семья и дети.

А рискует она только одним — своим сердцем. Выпрямившись и решительно расправив плечи, Клэр сделала первый шаг к алтарю.

Джейка внезапно охватила паника. Что, черт возьми, он делает? Он знаком с этой женщиной не больше трех дней. А если она окажется такой же, как и все остальные? Если она выходит за него из-за денег… хотя и подписала брачный контракт безо всяких возражений?

Клэр остановилась рядом и посмотрела ему в глаза, впервые с того момента, как они вошли в часовню. И вдруг все сомнения Джейка исчезли. Да, он женится на той женщине, которая ему нужна. Ему никогда не надоест смотреть в эти ясные голубые глаза, даже когда они будут окружены морщинками.

Клэр Иден — его избранница, его жена, его спутница.

Его губы раздвинулись в широкой улыбке, и она слабо улыбнулась в ответ. Джейк взял ее холодную ладонь в свою и повернулся лицом к священнику.

Клэр медленно тащилась вслед за Джейком. Они направлялись в лучший номер в отеле «Цезарь-Палас». Несмотря на теплую погоду и толстый шерстяной свитер, ее трясло.

Первая брачная ночь. После стольких лет ожиданий и мечтаний она наконец наступает. Пусть не совсем такая, как ей представлялось, но последние три дня вообще перевернули всю ее жизнь.

Конечно, Клэр отлично представляла, что сейчас должно случиться. В конце концов, она выросла на ранчо. Да и одноклассницы Бог знает сколько об этом болтали — особенно в старших классах. Но Алекс уверяла, что теория секса — это одно, а практика — совсем другое. Она говорила, что заниматься любовью — это высшее блаженство, если ты это делаешь с мужчиной, которого действительно любишь.

В том-то все и дело! Клэр не любит Джейка, и он ее тоже. Секс нужен им обоим исключительно для появления ребенка. Разве это будет высшим блаженством?

Джейк оглянулся, пока служащий отеля что-то набирал на компьютере, и увидел на ее лице все ту же натянутую улыбку. Он старался вести себя в этой нелепой ситуации как можно более естественно. Она, кажется, тоже.

Как только Джейк отвернулся, улыбка сползла с губ Клэр. Что он подумает, когда узнает, что взял в жены девственницу? Она прекрасно понимала, что для ее возраста это нелепость. Но дело было, скорее всего, только в недостатке шансов. В школе и колледже она избегала слишком близких отношений. Позднее она не хотела спать ни с кем, пока не встретит настоящей любви. А поскольку среднее число свиданий каждый раз колебалось от двух до четырех, все знакомства оканчивались ничем. — Ты готова?

Вопрос, заданный мягким и заботливым тоном, показался ей страшно двусмысленным. Клэр смущенно опустила глаза. Джейк улыбнулся.

— Может быть, выпьем по бокалу шампанского за нашу свадьбу?

Джейк, дав носильщику щедрые чаевые, велел отнести их две небольшие сумки в номер. Обняв Клэр за талию, он повел ее через переполненное казино в бар и заказал бутылку шампанского.

— Ты не устала? — спросил он, когда официант ушел.

— Не знаю. Я слишком нервничаю, чтобы понять.

Он взял ее маленькую руку. Она была словно лед.

— Неужели ты думаешь, что я способен причинить тебе боль?

— Тебе придется, — тихо отозвалась она.

— Черт возьми, Клэр. Я никогда в жизни… — тут он осекся, потому что до него дошел истинный смысл ее слов. Нет, этого не может быть. Ей двадцать восемь лет. — Ты имеешь в виду…

Она с несчастным видом кивнула.

— Мне жаль. Но я просто… никогда не хотела… Наверное, надо было рассказать все заранее. Если ты передумаешь, я пойму.

Джейк покачал головой.

— Не говори глупостей. Это ведь не смертельно. И легко исправить…

Она едва сознание не потеряла от его слов.

— Черт возьми, Клэр, я не…

Появление официанта заставило его замолчать. Когда официант, разлив шампанское по бокалам, удалился, Джейк протянул бокал Клэр.

— Пусть наш брак будет долгим и успешным и, несмотря ни на что, счастливым.

Она неуверенно улыбнулась и взяла бокал. Рука у нее так дрожала, что шампанское расплескалось на скатерть.

— Вот так. Теперь идем. — Джейк вынул бумажник и выложил на стол несколько банкнот.

— Но мы почти ничего не выпили.

Он резко поднялся и подошел, чтобы помочь ей встать.

— Ангел мой, ты напугана до смерти. Единственное, чем я могу уменьшить твой страх, — это показать, насколько это может быть хорошо и приятно. Идем. Прошу тебя.

Понимая, что нет смысла возражать, Клэр встала. Джейк сжал ее руку, и они быстро пошли через казино в холл. Обняв ее за талию и прижав к себе, Джейк спокойно ждал лифта. Подошла пустая кабинка. Им надо было подняться на девятнадцатый этаж. Как только двери бесшумно закрылись, Джейк обнял ее и прервал все возможные возражения поцелуем.

Потрясенная, Клэр не могла уже ни о чем думать. Она обхватила его за шею, потому что ноги отказывали ей. Разомкнув губы навстречу его требовательному, настойчивому языку, она ощутила жар, который мгновенно согрел даже ее ледяные пальцы. В тот самый момент, когда она готова была забыть, где находится, лифт остановился.

Губы Джейка сложились в улыбку:

— Я знаю, что у вас особое отношение к лифтам, миссис Андерсон, но лучше нам все-таки перебраться в более уединенное место.

Прежде чем она успела придумать связный ответ, он увлек ее за собой. Отпер ключом дверь номера и, распахнув ее, легко подхватил Клэр на руки.

Она обвила его шею руками:

— Что это ты делаешь?

— Переношу тебя через порог. — Он захлопнул дверь, пронес Клэр в большую комнату. — Я не сделаю тебе больно, Клэр. По крайней мере, не больше, чем это необходимо в такой ситуации. Доверься мне, хорошо?

Клэр глубоко вздохнула и кивнула головой.

— Я тебе верю. Не знаю, почему, но верю.

На его лице отразилось облегчение. Он понес ее в спальню, закрыл дверь и только там поставил Клэр на пол, но не отпустил ее.

— Я сделаю все для того, чтобы эта ночь была такой прекрасной, что и в девяносто лет мы будем вспоминать о ней с улыбкой.

Джейк принялся так медленно, умело и страстно ласкать ее, что Клэр хотелось кричать, стонать и царапать его спину.

Несколько часов прошли в сладострастном тумане. Клэр даже не заметила, как он взял ее невинность, — она была так поглощена его ласками, что не чувствовала ничего, кроме бесконечного наслаждения.

Когда Джейк наконец тоже достиг высшей точки, Клэр показалось, что сейчас они оба вспыхнут и исчезнут. Точь-в-точь как волшебник за завесой дыма.

Проваливаясь в сон, она блаженно улыбнулась и поудобнее устроилась в объятиях мужа. Да, это действительно оказалось высшим блаженством — Алекс была права.

Когда Джейк приоткрыл глаза, то едва не подскочил. Его грудь щекотали женские волосы. С усилием сообразив, что они принадлежат его жене, Джейк успокоился.

Жена. На его лице появилась нежная улыбка.

Как много времени прошло с тех пор, когда он в последний раз просыпался рядом с женщиной. Те несколько интрижек после ухода Мелиссы были скорее для удовлетворения физической потребности. И он никогда не оставался у всех этих женщин на ночь. У него никогда не возникало желания продолжить отношения.

Теперь эти дни миновали. Он будет каждое утро просыпаться рядом с этой женщиной. Всю оставшуюся жизнь.

Его губы снова расплылись в улыбке. После сегодняшней ночи он этому только рад.

Джейк осторожно отвел с ее лица несколько каштановых прядей. Клэр что-то сонно пробормотала и плотнее прижалась к нему. Почувствовав ее теплую кожу, Джейк твердо сказал себе, что сегодня ему следует сдерживать свои желания. Она может чувствовать себя неважно — и не только из-за того, что лишилась девственности.

Девственница. Джейку до сих пор в это не верилось. Нет, не то чтобы он был против. Наоборот — при мысли, что он первый, Джейку безумно хотелось взобраться на вершину горы и, издав победоносный клич, колотить себя кулаками в грудь, подобно какому-нибудь дремучему неандертальцу. А он-то считал себя вполне современным мужчиной. Значит, его ковбойские гены сильнее любого воспитания.

Встряхнув головой, Джейк посмотрел на часы. Тридцать шесть минут второго. Неудивительно. Они уснули только на рассвете. А сейчас он просто умирал с голоду.

Осторожно переложив голову Клэр с руки на подушку, он встал и натянул шорты. Умывшись, принялся разыскивать меню. Сейчас он готов был съесть самый огромный завтрак на свете, но что заказать для Клэр? Джейк даже не знал — встает ли она обычно с рассветом и плотно завтракает или, наоборот, с утра не может ни на что смотреть, кроме чашки кофе. Ему предстоит узнать о своей жене еще невероятно много.

Джейк взял телефонную трубку. Лучше заказать побольше всего. Она почти ничего не ела в самолете, поэтому наверняка проголодалась, особенно после бурной ночи.

Он улыбнулся и принялся диктовать заказ.

Открыв занавески, чтобы впустить в комнату яркие лучи ноябрьского солнца, он снова опустился на кровать, не отрывая взгляда от Клэр. Его жена. Может быть, в очень скором времени — мать его детей. Какой она оказалась удивительной женщиной!

Улыбаясь, он наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Просыпайся, ангел мой.

Она сонно потянулась:

— Ну еще пять мину…

Осознав, что слышит мужской голос, Клэр замерла и широко раскрыла глаза. Увидев Джейка, она ахнула и села. Простыня сползла, обнажив грудь. Клэр с ужасом глянула вниз, снова ахнула и хотела было прикрыться, но тут ее взгляд упал на руку. Обручальное кольцо.

— О.

— Совершенно верно, — не скрывая смеха, сказал Джейк. — Мы женаты.

Она поправила кольцо на пальце.

— Да. Теперь вспомнила.

Он снова засмеялся и потянулся поцеловать ее в губы.

— А это я, который провел с тобой первую незабываемую ночь.

Незабываемую? Да, именно так. Теперь воспоминания о первой брачной ночи никогда не сотрутся из памяти, до самой смерти.

— Я просто… Просто я не привыкла, чтобы меня будили по утрам, тем более мужчины.

Он осторожно отвел прядь волос с ее щеки.

— Не беспокойся. Я и сам сначала немного испугался. Но, думаю, я к этому быстро привыкну. А ты?

— А если нет?

— Тогда всю жизнь каждое утро тебе придется удивляться, обнаружив меня рядом. — Его улыбка смягчилась. — Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?

Клэр почувствовала, что невольно краснеет.

— Немножко.

— Тогда, думаю, тебе лучше всего принять ванну. Это поможет. Завтрак принесут примерно через полчаса. Надеюсь, ты проголодалась.

— Умираю от голода, — кивнула Клэр. Она хотела завернуться в простыню, но Джейк продолжал сидеть на ней и только улыбался.

Клэр многозначительно кашлянула, но он и глазом не моргнул.

— Могу я забрать простыню?

— Нет. — Он выдернул простыню из ее рук. Клэр инстинктивно попыталась прикрыть грудь ладонями. — Я не позволю тебе прятаться от меня. Ты слишком красива. И ты моя. — Он притянул ее к себе, и их губы снова слились в поцелуе.

Последние слова Клэр не понравились. Она чувствовала, как доставшаяся ценой невероятных усилий независимость постепенно начинает исчезать. Этим мужчинам необходима доминирующая роль, контроль над ситуацией — именно поэтому все ее отношения и обрывались, не успев начаться. Однако на сей раз все так просто не закончишь. Она стала женой этого человека. Господи, что она натворила? Но когда Джейк перевернул ее на спину и его горячие губы принялись ласкать ее шею и грудь, а кровь, запылав, с удвоенной скоростью помчалась по венам, ее беспокойству пришел конец. Когда он так касался ее, ей хотелось вечно принадлежать ему. Она хотела бы умереть в его объятиях.

Неожиданно он поднял голову и отстранился.

— Черт.

Клэр поежилась — ей стало холодно без него.

— Что такое?

Он покачал головой.

— Я решил сегодня не заниматься с тобой любовью. Тебе нужно время, чтобы прийти в себя.

Чувствуя острую жажду его прикосновений, Клэр подняла руку и провела по его волосам.

— Разве нам не нужно делать это как можно чаще, чтобы я скорее забеременела?

В его глазах сверкнуло бешеное желание, но Джейк с усилием подавил его.

— Подождем хотя бы до вечера. Иди в ванную. Да, возьми простыню.

Но Клэр простыню не взяла. Хотя она и понимала, что Джейк прав, ей хотелось наказать его за стремление держать под контролем не только свои, но и ее желания. Она поднялась и, нимало не смущаясь своей наготы, подошла к зеркалу. Медленно принялась расчесывать волосы. Из вещей у нее с собой были только расческа и зубная щетка. Клэр не взяла даже чистого белья.

Джейк был виден ей в зеркале. Его черные глаза сверкали.

— Клэр, — предостерегающе сказал он. Она обернулась и посмотрела на него.

— Что?

Он поднялся с кровати и стянул с себя шорты. У Клэр невольно захватило дух при виде его нескрываемого желания.

— Раз ты не собираешься в ванную, иди сюда, — хрипло сказал он.

Поняв, что зашла чересчур далеко, Клэр бросила на столик расческу. Через секунду она скрылась в ванной комнате и заперла за собой дверь.

— А как тебе это?

Клэр подняла голову от вороха белья и увидела в руках Джейка атласный голубой бюстгальтер, почти прозрачный. Быстро оглядевшись, Клэр с облегчением увидела, что на них никто не обращает внимания. Слава Богу. Она никогда не ходила по магазинам с мужчиной — тем более по магазинам нижнего белья. Когда ее мать умерла, она была уже достаточно взрослой, чтобы справиться с этой задачей самостоятельно.

— Какой у тебя размер? — спросил Джейк, разглядывая этикетку.

— Какой бы он ни был, кричать об этом на весь магазин я не собираюсь, — с досадой ответила Клэр.

Он усмехнулся и наклонился к ней:

— Хорошо, скажи шепотом.

Клэр удивленно посмотрела на него.

— Не пойму, почему ты не можешь спокойно сесть и со скучающим видом ждать, пока я выберу все, что мне надо. Или прекрасно провести время в компьютерном магазине.

— А что, так поступали все твои прежние мужья? — с невинным видом спросил он.

— Очень смешно. А вот если бы ты дал мне взять кое-что из моих вещей, нам не пришлось бы тратить медовый месяц на шатание по магазинам.

Джейк вытянул красный кружевной бюстгальтер.

— Просто я никогда не думал, что помогать женщине выбирать белье — это так увлекательно.

Клэр указала на красный бюстгальтер.

— Значит, ты это выбрал для меня?

— А тебе не нравится?

Да, Клэр слышала, что именно такого рода белье нравится мужчинам. Полупрозрачные чашечки, открывавшие все, что можно, для обозрения, и застежка спереди — чтобы можно было ее расстегнуть одним движением пальцев. Сама Клэр никогда ничего подобного не носила, предпочитая вполне традиционные хлопковые лифчики без изысков.

— И ты хочешь, чтобы я его купила? — неловко пробормотала она.

Обняв ее за талию, Джейк промурлыкал ей на ухо:

— Я хочу увидеть тебя в нем.

Клэр с трудом проглотила комок в горле и отобрала у него бюстгальтер. Принимая предложение Джейка, она ожидала, что они проведут вместе пару ночей, пока она не забеременеет, а потом оба они заживут каждый сам по себе. Джейк будет заниматься добычей средств, а она — их распределением.

Она погладила пальцем атласную чашечку бюстгальтера. Конечно, если она наденет сегодня что-нибудь подобное, это его возбудит. Хотя прошлой ночью в таких средствах они не нуждались. Но надо смотреть правде в глаза. У нее слишком мало опыта, и едва ли она сможет долго привлекать его внимание в скучном белье из хлопка. А она обязана забеременеть. Для этого она и вышла замуж. Когда появится ребенок, нужда в сексе отпадет, и можно будет вернуться к привычному хлопковому белью.

— Хорошо, — сказала Клэр.

Джейк подобрал к бюстгальтеру еще и подходящие трусики. Потом еще одни. Несколько минут прошло в увлеченном подборе белья. Когда же Клэр попыталась выбрать себе ночную сорочку, Джейк оттащил ее в сторону, уверяя, что это ей не понадобится.

— Послушай, сколько ты еще собираешься выбирать? Мы же здесь не на месяц. А моя кредитка все-таки имеет предел.

— Зато моя — нет, — дернул Джейк плечом.

И, не обращая никакого внимания на растерянность Клэр, он перешел к следующей полке. Клэр не знала, что делать. Судя по всему, он собирался заплатить сам. Хэнк, например, всегда оплачивал покупки Алекс. А у Джейка денег намного больше, чем у Хэнка.

Она тронула Джейка за руку.

— Это мои вещи. Я заплачу сама.

Он бросил на нее удивленный взгляд.

— Это вещи для моей жены. Платить буду я.

— Джейк, я, кажется, ясно сказала, что вышла за тебя не ради денег. Я сама заплачу за свои вещи, и все тут.

Он пристально посмотрел на нее и сказал:

— Хорошо. Ты заплатишь за то, что тебе нравится. Остальное возьму я.

— Но я просто…

— Ты не можешь запретить мне покупать, что я хочу, не так ли?

— Нет, но…

— Впрочем, не вижу разницы. Все равно скоро все деньги ты будешь получать от меня.

Клэр гордо вздернула подбородок.

— Я буду их зарабатывать.

— А эти ты уже заработала прошлой ночью.

От этого замечания у Клэр перехватило горло. Поняв, что он ляпнул что-то не то, Джейк шагнул к ней.

— Черт побери, ангел мой, я не то имел в виду.

— Я не твой ангел. Скорее, я — твоя шлюха. — Клэр резко развернулась и вылетела из магазина.

— Клэр, постой! — Джейк бросился было за ней, но вовремя вспомнил, что у него полные руки белья. Бросив его продавщице и на ходу попросив все упаковать, он выскочил на улицу.

Он догнал ее не сразу. Схватив ее за руку, он спросил:

— Черт, Клэр, что ты делаешь?

— Я собираюсь ехать в аэропорт.

— Я не то имел в виду, ты не так поняла меня.

— Неужели? А как я должна это понять? Я переспала с тобой, теперь ты собираешься мне за это заплатить.

— Мужчины не женятся на шлюхах.

— Разве? — На ее глазах заблестели слезы, которые она поспешила сердито смахнуть. — Тогда объясни, в чем разница.

Они стояли посреди тротуара, мешая прохожим и привлекая к себе внимание, поэтому Джейк схватил Клэр за руку и оттащил к ближайшей витрине.

— Я не собирался платить тебе за секс. Я только хотел отблагодарить тебя за тот потрясающий подарок, который ты мне сделала.

Она непонимающе посмотрела на него.

— Подарок? Какой подарок?

— Твоя девственность.

— Девственность? — удивленно переспросила Клэр. Джейк притянул ее к себе. Клэр не сопротивлялась, но и прижиматься к нему не стала.

— Наверное, тебе не понять, что чувствует мужчина, когда жена достается ему чистой, никем не тронутой.

— Ты говоришь словно какой-нибудь средневековый лорд, — сказала Клэр. И добавила: — Или скорее как ковбой.

Его губы раздвинулись в улыбке.

— Не забывай, что я вырос ковбоем, хотя сейчас по мне этого и не скажешь.

— И слава Богу, — пробормотала она, потом добавила громче: — Значит, для тебя все оценивается по денежной шкале, верно? Кто-то что-то для тебя делает, а ты ему платишь. Или делаешь подарок.

Джейку не понравились ее слова и тон.

— Пока никто не жаловался.

Ее лицо смягчилось, и она положила ему обе руки на грудь.

— Бедный Джейк. Неужели никто никогда не давал тебе что-либо просто так? Не делал подарков?

От сочувствия в ее голосе он онемел. Бедный Джейк? Она хотя бы представляет, насколько он богат?

— За все надо так или иначе платить.

Ее лицо еще больше погрустнело.

— Нет, это неправда. За любовь не платят.

— Любовь? — усмехнулся он. — Да это самое дорогое удовольствие. За любовь некоторые глупцы ежедневно выкладывают миллионы.

Ее лицо на мгновение исказилось, словно от пощечины. Но Клэр очень быстро справилась с собой.

— Я знаю, что ты считаешь любовь детской сказкой, но это не так. Подожди, пока твой сын или дочь неверными ручонками обнимет тебя за шею. Тогда ты поймешь, что ошибался.

Воспоминание, пронзившее мозг Джейка при этил словах, было спрятано в самые дальние подвалы его памяти. О том, как он сам попытался обнять отца, но тот сурово оттолкнул его.

— Ее больше нет, сынок. Прими это как мужчина.

Это было после смерти матери. Ему было всего три года. После этого отец до самой смерти не сказал ему ни одного ласкового слова. А умер отец в тот год, когда Джейк полностью выплатил долги их ранчо. Эли Андерсон даже не успел поблагодарить сына за это.

— Тогда ты поймешь, что такое любовь, Джейк Андерсон, — торжественно произнесла она.

Он наклонился, чтобы прижаться губами ко лбу жены. Джейк не хотел, чтобы Клэр заметила печаль в его глазах.

— Пойму?

Она слегка поежилась.

— Если ты этого не поймешь, наш брак гроша ломаного не стоит.

Клэр открыла глаза. Ей снился чудесный сон — впрочем, очень похожий на реальность.

Она улыбнулась, с первого взгляда поняв, где находится. Она лежала в спальне дорогостоящего отеля в Лас-Вегасе, а рядом с ней, обняв ее, спал ее муж. Всего за три ночи после свадьбы она успела привыкнуть к тому, что просыпаться в его объятиях — самая естественная вещь на свете. Большую часть этих трех дней она и провела в этих объятиях.

Клэр повернулась, чтобы поцеловать его согнутый локоть. В ответ Джейк потянулся и прижал ее к себе. Клэр удобнее устроилась в его объятиях. Да, к этому легко привыкнуть.

При этой мысли она слегка нахмурилась. Возможно ли это? Неужели судьба, так странно столкнувшая их, способна привести ко взаимной любви?

Нет. Ни она, ни он любви не искали. Особенно Джейк. Ему нужен наследник. Коротко и ясно. Любая женщина, оказавшаяся с ним в тот день в лифте, могла бы стать его женой. Значит, она оказалась в нужное время в нужном месте. Или наоборот?

Она прижала руку к животу. Может быть, уже сейчас в ней зарождается новая жизнь? От этой мысли у Клэр перехватило дыхание. Больше всего на свете она мечтала о ребенке.

А Джейк? Будет ли он любить этого ребенка? Или для него это лишь очередное деловое соглашение? Что, если она была права и Джейк не способен любить? И никогда не научится? Что тогда будет с их детьми?

Что будет с ней?

Джейк пошевелился, прижимая ее к себе еще крепче. Клэр вздрогнула.

Раньше она думала, что ребенка ей будет достаточно. Теперь она поняла, что хочет большего — любимую работу, детей и любящего мужа. Ей хотелось всегда чувствовать себя так, как сейчас, — окруженной заботой, теплом… и главное — желанной.

За исключением нескольких телефонных звонков, все остальное время Джейк посвящал только ей. Без нее он не проводил больше десяти минут. Она никогда не ощущала себя настолько необходимой и значимой.

Никогда в жизни она не представляла, что подобное положение будет доставлять ей такое удовольствие. И теперь это открытие беспокоило ее. Не знай она себя так хорошо, подумала бы, что влюбилась. И опять ее брови невольно сдвинулись. Она всегда отлично чувствовала себя одна. Ее безумно раздражали люди, которые пытались указывать ей, что делать.

Клэр Иден не принадлежала никому, кроме Клэр Иден. Никогда. И не будет.

Только… только теперь ее зовут Клэр Андерсон. Джейк настоял, чтобы она взяла его фамилию. Когда у них появятся дети, они будут носить фамилию Джейка.

Значит, еще одна часть ее личности… исчезла. Нет! Она не согласна быть лишь тенью Джейка Андерсона.

Значит, она не должна верить в любовь. Надо уметь различать любовь и нежные чувства, приходящие после вспышки страсти и связанные только с физическим удовлетворением. Тепло его тела, защищенность, которую она чувствовала в его объятиях, — это просто фантазия.

Она должна родить Джейку Андерсону ребенка.

Больше ему ничего не надо. И следует смириться с этим. Он хочет наследника. Она хочет ребенка. У них общая цель. Они достигнут ее. И все.

Клэр принялась перебирать все возможные сложности. Все вроде бы шло как надо — за исключением одной детали. Она так и не смогла провести четкую грань между любовью и сексом. Где гарантия, что это ей удастся в будущем?

Чтобы не рисковать, лучше всего было бы по возможности избегать занятий любовью. Да, она хочет забеременеть, но для этого вовсе не обязательно заниматься сексом круглые сутки. Все равно в один прекрасный день все получится как надо. Чем меньше времени она будет проводить в его объятиях, тем меньше у нее шансов влюбиться.

Завтра они возвращаются домой. В Денвере ее дни будут заполнены новой работой. А ночи…

Она сможет держать все под контролем. Сможет сохранить независимость. И сердце.

Глава шестая

Джейк бросил взгляд на часы. Половина седьмого. Диктор по радио объявил о возможных снегопадах в горах. Джейк потянулся, чтобы разбудить Клэр, но его рука нащупала пустоту. Нахмурившись, он сбросил одеяло и прошел в ванную.

Клэр стояла перед зеркалом и красила ресницы. На ней была только какая-то незастегнутая рубашка. Под рубашкой было видно то самое белье, которое они вместе выбирали в Лас-Вегасе, — черный атласный бюстгальтер и такие же трусики.

Джейк шагнул к Клэр. Увидев его отражение в зеркале, она заметила:

— Я и не знала, что ты уже проснулся.

Он обнял ее за талию, чувствуя под рубашкой бархатистую кожу.

— Ты давно встала?

Клэр оставалась неподвижной.

— Несколько часов назад. Наверное, немного нервничаю из-за первого рабочего дня.

— А почему меня не разбудила? — хрипловато спросил он, проводя губами по ее шее.

— Ты спал так сладко, что мне не хотелось тебя будить. — Она слегка отстранилась и попыталась снова запахнуть рубашку. — Джейк, не надо. Не сейчас.

Он замер. Она его отталкивает? Впервые Клэр не ответила на его поцелуй. И это ему совсем не понравилось.

Он хотел ее даже сильнее, чем в первую брачную ночь. Порой он напрочь забывал, что все это ради появления ребенка, — так его захлестывали волны наслаждения. И каждый раз это было прекраснее, волшебнее, чем в предыдущий.

Клэр вздрогнула.

Джейк изо всех сил стиснул кулаки. Он сейчас так хотел схватить Клэр в объятия и доказать ей, что нет ничего главнее той страсти, которую они делили. Но он сдержался. Злясь на самого себя, Джейк хотел было пройти в душ, но тут на двери увидел темно-красный костюм, который он купил Клэр в Вегасе.

— Я хотела, чтобы расправились складки, — Клэр бросила кисточку для пудры и подошла к двери душа. — Это единственный мой приличный костюм — пока я не выберу время, чтобы заехать к себе за вещами. Я только…

Джейк взял ее за руку.

— Я пойду в другую ванную.

— Не говори глупостей, Джейк. Это твой дом. В другую ванную пойду я.

— Нет, — не уступал Джейк. — Это и твой дом тоже. Пора нам привыкать жить бок о бок.

Клэр неловко улыбнулась.

— Думаю, ты прав. Большинство пар живут вместе год или даже больше, прежде чем пожениться.

Джейк улыбнулся в ответ. Она просто нервничает. После того, как пройдет ее первый день на новой работе, она убедится, что все идет как надо, и успокоится. Хотя ему и не хотелось сдерживаться, Джейк все же нашел в себе достаточно самообладания, чтобы подождать до вечера.

Он наклонился и чмокнул ее в губы.

— Мы научимся жить вместе, не волнуйся. Сегодня я пойду в другую ванную.

— Но я могу…

— Не беспокойся. Я только возьму шампунь.

— Пока ты будешь принимать душ, я все закончу, и ты сможешь побриться.

Джейк открыл дверь душа и взял флакон.

— Вот видишь? У нас все получится.

Поцеловав ее еще раз, он вышел из ванной.

— Ну, как прошел первый рабочий день?

Клэр обернулась и увидела Джейка. Он стоял в дверях и улыбался.

Черт бы его побрал. Как он может оставаться таким невозмутимым, когда у нее дух захватывает от одного его вида?

— Не смотри на меня так, — сказала она.

— Как?

— Как будто тебе известно, какого цвета у меня белье… — Тут она смущенно замолчала. — Хотя это тебе и так известно.

Джейк улыбнулся еще шире.

— Черного. То самое, которое я купил тебе в Вегасе.

Клэр почувствовала, как заливается краской.

— Миссис Хэмби… — пробормотала она, чтобы скрыть смущение.

— Уже ушла. И мы сейчас сделаем то же самое. Уже восьмой час. И я пришел, чтобы поехать с тобой в ресторан.

Клэр покачала головой.

— У меня слишком много работы.

— Работа не волк, в лес не убежит.

Но Клэр твердо решила, что на сей раз настоит на своем.

— Все верно, но на завтра у меня намечены встречи с работниками, и мне нужно знать, о чем говорить с ними.

Джейк быстро поцеловал ее в губы и сел на край стола.

— Так первый день прошел нормально?

Отодвинувшись от него как можно дальше, Клэр улыбнулась. В ее глазах светилась искренняя благодарность.

— Рановато еще говорить, но мне кажется, что да. Спасибо, что так хорошо отрекомендовал меня. Это мне помогло.

— Не за что. К тому же Джим Гордон предупредил работников заранее.

— Ты уверен, что Джим не хотел получить эту должность?

Джейк прищурился.

— Он что-то тебе сказал? Или…

— Нет-нет, что ты, я просто спросила. — Она пожала плечами. — Мне никогда еще не приходилось отвечать за стольких людей. Наверное, со временем привыкну.

— Как привыкла ко мне?

Клэр быстро взглянула на него, но увидела лишь шутливую улыбку.

— Надеюсь, это пройдет быстрее.

Улыбнувшись, он потянулся к ней.

— Давай помогу.

Она отстранилась.

— Нет, Джейкоб Андерсон. Только не в моем кабинете. Ты сам сделал меня директором, и я намерена поддерживать…

Тут она вскрикнула совсем не по-директорски, неожиданно почувствовав, что ее поднимают с кресла. Джейк уселся на ее место и усадил Клэр к себе на колени. Прежде чем она успела сказать хоть слово, он накрыл ее губы поцелуем. Мгновенно весь здравый смысл вместе с разумными доводами куда-то улетучились. Прошел почти целый день с тех пор, как она последний раз чувствовала вкус его губ и силу его рук. Она до боли хотела его.

Клэр скользнула руками под его пиджак. Джейк застонал и прижал ее сильнее.

— Миссис Андерсон, вам нужно…

Клэр резко обернулась и увидела совершенно красного от смущения Джима Гордона. С пылающими щеками она вскочила, одернула юбку и попыталась сообразить, что сказать.

— Джим! Я не знала, что вы еще здесь.

— Простите, миссис Андерсон, я не думал, что вы… — он кашлянул, — заняты.

У Джейка вырвался смешок. Клэр пнула его ногой под столом и ровным голосом спросила:

— Что вам нужно, Джим?

— Я только хотел узнать, понадобятся ли вам сегодня накладные счета. Мишель уже ушла домой и почти все заперла в своем кабинете.

— Езжай домой, Джим, — сказал Джейк. — Миссис Андерсон сегодня ничего не понадобится. Мы тоже собирались уходить.

Клэр обернулась и гневно посмотрела на Джейка. Какого черта он решает за нее? Вздернув подбородок, она снова повернулась к Джиму.

— Так вам они сегодня не понадобятся? — с надеждой в голосе сказал тот. — У моей жены сегодня день рождения, и я обещал пойти с ней в ресторан.

Весь запал Клэр мгновенно угас.

— Что же вы мне раньше не сказали? Я бы вас давно отпустила.

— Вы сегодня первый день на работе, миссис Андерсон. Я хотел помочь.

Клэр улыбнулась в ответ. За один день она уже успела понять, почему Джим был правой рукой Алана Таунсенда. Он отлично справился бы и с ее должностью.

— Вы очень помогли мне, Джим. Спасибо. Продолжим завтра. А теперь езжайте домой. Да, я не спросила — у вас есть дети?

Худой, с чуть заметной лысиной Джим просиял:

— Три дочки. Десять, семь и четыре годика.

— Они наверняка очень ждут вас. До завтра. — Почувствовав, что Джейк снова ее обнимает, поспешила добавить: — Я буду на месте в семь, как обычно.

— Я тоже. До встречи.

Когда Джим вышел, Джейк встал и крепко обнял жену:

— Ты отлично справилась.

Прищурившись, Клэр отступила на шаг.

— Ты не дал мне и рта раскрыть.

Он удивленно воскликнул:

— Я?

— Ты отвечал на вопросы, которые мне задавал мой подчиненный. Это моя работа или нет, в конце концов?

— Конечно, твоя.

— Тогда будь любезен, пожалуйста, позволь мне самой решать все вопросы. Я знаю, что ты — начальник, но будет лучше, если я буду общаться со своими подчиненными без посредников.

Он шутливо поднял руки вверх.

— Прости. Я не подумал.

Клэр шумно вздохнула и потянулась за сумочкой.

— Ладно. Но учти, если ты вздумаешь еще раз обнять меня при подчиненных, я тебя никогда не прощу.

Джейк взял ее за руку и повернул к себе.

— Во-первых, я не знал, что он еще не ушел. Ты тоже. А во-вторых, ничего постыдного в этом нет. Черт побери, Гордон сам сотворил троих детей.

— Ну и? — нетерпеливо спросила Клэр.

— Ну и — что?

— А что в-третьих? У тебя ведь все состоит из трех пунктов.

Джейк притянул Клэр к себе.

— А в-третьих, это вы, миссис Андерсон. Только не говорите, что вы совсем-совсем мне не отвечали.

Клэр сердито вздернула подбородок, но отрицать слова Джейка было глупо. Стоило ему обнять ее, как она таяла.

— Поехали домой, — сказал Джейк. — Там нам никто не помешает.

Прошло три дня. Однажды, войдя в квартиру, Джейк услышал, что Клэр с кем-то разговаривает по телефону. Она сидела лицом к окну и смотрела на вечерние огни города. Джейк взглянул на часы. Почти десять. Кто бы это мог быть?

— Разве вы не получили мое сообщение два дня назад?.. Знаю. Меня не было в городе… Ничего. Все как обычно… Нет… Нет… День Благодарения?[2] Черт, даже не знаю… Да, да, я знаю, что не была дома с тех пор, как родился Джейджей…

Джейк успокоился. Она говорит с кем-то из родственников.

— О'кей… Хорошо… Нет, Хэнк, я ни с кем не встречаюсь, я…

Обернувшись, она увидела в дверях Джейка и осеклась.

— Что ты сказал?.. Нет, ничего. Послушай, Хэнк, мне надо идти. Позвоню тебе на днях. Нет, сам мне не звони… Нет, Хэнк. — Она тяжело вздохнула. — Пока. Передавай огромный привет Алекс и детям… Я тоже тебя люблю. Пока.

Она медленно опустила трубку.

— Значит, ты ни с кем не встречаешься? — переспросил Джейк. — А я кто по-твоему, мебель, что ли?

— Я ни с кем не встречаюсь, — отозвалась Клэр. — Я замужем.

— Но своей семье ты об этом не рассказываешь, — с укором заметил он. — Мы уже четыре дня как вернулись домой, мы женаты целую неделю, а ты до сих пор так ничего им и не сказала.

— Да, — мягко отозвалась она. — Не сказала.

Ее слова больно ранили Джейка.

— Ты стыдишься меня?

— Что ты! Я… просто я пока не готова отвечать на их расспросы. — Она отвела глаза. — Мне самой еще многое неясно.

Джейк смотрел на ее погрустневшее лицо, испытывая отчаянное желание схватить ее в объятия. И целовать, целовать, пока со лба не исчезнут эти морщинки. Но что-то его удержало.

— Например?

Она покачала головой.

— Нет, ничего. Зря я вообще тебе сказала.

— Но раз уж начала, не отступай. Говори. — В его голосе появились угрожающие нотки, но Джейк даже не пытался сдержать гнев. Она ничего не должна от него скрывать.

— Что, если я не забеременею?

У Джейка было такое чувство, словно его неожиданно ударили в солнечное сплетение. О такой возможности он даже не думал. Что будет, если она действительно не забеременеет? Сейчас ребенок был для него важнее всего на свете — важнее самых выгодных инвестиций, важнее работы, важнее ранчо. Решив, что Клэр станет матерью его ребенка, он готов был посвятить его зачатию все дни и ночи напролет. Но если она действительно не забеременеет? Что, если ее состояние хуже, чем предполагали врачи?

— Ты узнала что-то? — резко спросил он. — Ты говорила со своим доктором после возвращения?

— Нет. Я просто… не знаю.

— Ты просто устала. — Он подошел к ней и крепко прижал ее к себе. — Прошло всего несколько дней. Подождем.

Она прислонилась к его груди.

— Неужели ты думаешь, что я могу использовать и бросить тебя? — с болью в голосе спросил он.

Клэр пожала плечами.

— А почему нет? Тебе нужен ребенок. Если я не могу дать его, тебе придется подыскать кого-то, кто сможет.

В его груди поднялся гнев. Как она может быть о нем такого низкого мнения? Но хуже всего было то, что ее сомнения не были беспочвенными. С любой другой женщиной он поступил бы именно так. В конце концов, у Джейка была репутация безжалостного, жестокого человека. Если дело не шло, он обрубал концы — быстро и чисто.

Но сможет ли он дать Клэр уйти? Нет, от этой мысли ему становилось не по себе. Сдавленным голосом он проговорил:

— И сколько же ты отвела нам времени? Еще два дня? Неделю?

— Нет, я…

— А может, ты сама хочешь уйти от меня? А, Клэр?

Она отступила на шаг. На ее милом лице отразились тревога и смущение.

— Я этого не говорила.

Джейк поднес к губам ее левую руку с обручальным кольцом.

— Это значит — навсегда, Клэр. Ты помнишь клятвы у алтаря?

— Но что, если я не…

— Этого не случится, — уверенно сказал Джейк. — Но ссоры делу не помогут. Надеюсь, на сегодня ты уже закончила с работой?

Она кивнула.

— Клэр, мы должны сделать все, чтобы наш ребенок появился на свет как можно раньше, — с этими словами Джейк обнял жену и повел в спальню.

Ее план не действовал.

Клэр изо всех сил старалась сдержать слезы.

Вкус поцелуев Джейка еще не исчез с ее губ. Еще не прошло сладостное ощущение судорог наслаждения, которое они вместе пережили. Его жаркое дыхание грело ей кожу.

Ну почему каждый раз все происходит так? Зачем ему каждый раз нужна вся эта нежность? Почему он не может хотя бы раз удовольствоваться быстрым, «пятиминутным» сексом?

Вот уже целую неделю она пытается оставаться холодной и бесчувственной к его ласкам. Но Джейка это не смущает. Он каждый раз целует, поглаживает, покусывает и заставляет ее забыть обо всем на свете, кроме одного — желания обладать им и отдаваться ему. И каждый раз Клэр с ужасом понимает, что все больше и больше в него влюбляется.

Слеза скатилась по щеке и оставила мокрый след на подушке.

Ну почему она не может смотреть на это просто как на секс — на совмещение приятного с полезным? Почему ее глупое сердце тает от счастья при этой иллюзии любви? Возможно, будь у нее побольше опыта, удовольствие не было бы таким острым. Если бы она спала с каждым мужчиной, с которым встречалась, такой проблемы не возникло бы вообще.

— Ты в порядке?

Клэр вздрогнула от звука его глуховатого голоса.

— Конечно. А что?

— Я испугался, что сделал тебе больно. Я был не очень нежен в этот раз. Черт, я и не ожидал, что так потеряю контроль.

Клэр отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Ты потерял контроль?

— А что, не похоже было? — удивленно спросил он.

Она усмехнулась.

— Я немного… отвлеклась.

Он рассмеялся и потянулся, чтобы обнять ее.

— Это верно. Твои стоны слышны были на всю округу.

Она шутливо ткнула его в бок.

— А ты издавал такие звуки, какие даже слону в брачный период не снились.

— Ну, ничего удивительного. После целых суток воздержания…

Он хотел было поцеловать ее, но Клэр его оттолкнула.

— Остынь немного, слоник, нам надо сегодня хоть пару часов поспать.

— Кто это сказал?

— Я. Мне завтра утром на работу.

Джейк отвел ее руку.

— Позвони шефу и скажи, что заболела. Уверяю тебя, он поймет.

— Очень смешно. Как ты с таким отношением к работе заработал свои миллионы?

Он взял ее лицо в ладони.

— Прежде у меня не было жены, ангел мой. И я хочу наслаждаться каждой секундой.

Когда его губы завладели ее ртом, Клэр не стала сопротивляться. Она все еще надеялась, что ей удастся подавить в себе нежные чувства.

Нет. Ее план определенно не действовал.

Клэр толкнула входную дверь и оказалась в прихожей своей старой квартиры. Ее окутал до боли знакомый запах ванили. Ароматическая смесь! Та самая, которую она всегда держала в керамической вазочке у входа.

Она была настолько занята новой работой, что за две недели после возвращения так и не заглянула домой. Джейку пришлось посылать за ее вещами секретаршу. И Клэр не стала возражать. Времени и вправду не было.

Войдя в квартиру, Клэр почувствовала, что больше она ей не принадлежит. На все вокруг она смотрела уже другими глазами. Стол, купленный ею на распродаже у одной пожилой женщины, которая решила перебраться в дом для престарелых. Книжный шкаф, который она так долго и тщательно полировала. Бабушкины старинные часы, найденные и подаренные ей невесткой.

Воспоминания нахлынули внезапно и с такой силой, что Клэр едва не рухнула на пол. Теперь она была даже рада, что у Джейка выдалась незапланированная поездка, и он улетел в Даллас.

Хотя у нее и не было дорогих старинных вещей, каждая мелочь была значима. Каждая картинка на стене имела свою историю. У каждой безделушки был свой характер и значение.

Она приехала сюда, чтобы собрать нужные вещи и оставить те, которые не подходят для жизни миссис Джейкоб Андерсон.

С чего начать? Как можно за полдня разобрать по полочкам жизнь последних шести лет? Что взять с собой? Что оставить?

Клэр знала только, что не хочет расставаться даже с самой пустяковой безделушкой. Эта квартира — символ ее независимой жизни. Отказаться от квартиры — значит забыть все то, чем она жила последние шесть лет.

И тем не менее она не сможет продолжать жить здесь, будучи женой Джейка. Но в душе Клэр чувствовала, что, отказавшись от этого дома, она откажется от свободы. Которая далась ей очень нелегко.

Ей было восемь лет, когда умерли родители. До окончания колледжа она жила под постоянным давлением со стороны двух невыносимых ковбоев — ее братьев. Она была намного младше, она была женщиной, и поэтому они считали себя вправе распоряжаться ее жизнью — что они и делали в течение четырнадцати лет. Пока она не окончила колледж и не уехала в Денвер. Но и это их не остановило. Хэнк названивал ей ежедневно. Тревис мог в любой момент заявиться к ней по пути на родео. Иногда он оставался ночевать, иногда просто шел с ней куда-нибудь поужинать, и при этом не переставал поучать ее, как надо жить.

Теперь она оказалась замужем за таким же своевольным и упрямым человеком. Забавно. Она всегда старалась избегать ковбоев, думая, что все они похожи на ее братьев. А оказалось, что все мужчины таковы.

Весь день Клэр провела, укладывая вещи, которые хотела забрать с собой. Перед самым уходом — надо было встретить Джейка в аэропорту — она еще раз обошла всю квартиру.

Нет. Она не может вот так отказаться от нее. Не сейчас. Пока у нее будет хоть сколько-нибудь денег, она сможет ее содержать. Если она будет знать, что где-то есть ее собственный дом, ей легче будет жить. Тогда она со всем справится.

Джейк вышел из душа, быстро вытерся полотенцем и обернул его вокруг бедер. Пока тянулись бесконечные обсуждения контракта, он мог думать только о возвращении домой, к Клэр.

Улыбаясь, Джейк вошел в спальню. Но Клэр там не было. Решив, что она, наверное, распаковывает очередную сумку, он нащупал в кармане бархатную коробочку и направился разыскивать жену.

Он нашел ее за компьютером. Улыбка на лице Джейка мгновенно погасла. Не собирается же она работать весь вечер? Он улетел в Даллас в шесть утра, и они не виделись целый день. Он надеялся, что, может быть, хотя бы сегодня она будет так же страстно любить его, как это было в Лас-Вегасе.

Клэр невозмутимо сравнивала какие-то данные на бумаге с тем, что было на компьютерном экране.

Черт побери. Знай он, что работа будет занимать все ее время, никогда бы на это не согласился. Джейк не привык играть второстепенную роль. Тем более с женщиной. Ее холодное безразличие обескураживало его.

Войдя в кабинет, он потуже затянул узел полотенца и приготовился к наступлению.

Клэр нахмурилась, когда Джейк бросил на стол бархатный футляр. Заметив, что на нем лишь полотенце, она сдвинула брови еще сильнее.

— Я не знала, что ты из душа.

Джейк поцеловал ее в щеку и взял за плечи. Они были словно камень.

— Чем ты занимаешься?

— Разбираю налоговые декларации «Пони». Я потеряла дома много времени, хочу наверстать.

— Сейчас? — прошептал Джейк. — Я думал, нам не мешает наверстать упущенное кое в чем другом.

Клэр стряхнула его руки.

— Джейк, прошу тебя. Мне надо работать.

Он раздраженно взялся за спинку ее кресла.

— У тебя для этого есть подчиненные.

Она резко поднялась и повернулась.

— Когда ты брал меня на работу, ты говорил, что всегда требуешь от работников честности и добросовестности. Так дай мне работать, черт подери!

Джейк сощурил глаза.

— Я полагал, что главное в нашем договоре — ребенок.

— Мы занимаемся сексом как минимум раз в день. Этого достаточно, чтобы забеременеть. Большее просто грозит переутомлением.

— Пока что никто из нас в больницу не обращался.

Клэр всплеснула руками.

— Чего ты хочешь?

— Я хочу… — Джейк в нерешительности потер шею. Как выразить это словами? Это намного глубже и сильнее, чем простое желание. — Мне нужна ты.

Клэр только глубоко вздохнула. В глубине ее глаз появилась грусть. Она покачала головой.

— Нет, не нужна. Тебе нужна девочка по вызову. Которая бы являлась по первому зову в любой момент дня и ночи.

— Если бы мне была нужна подстилка, я бы уже давно женился. Ты представляешь, сколько женщин мечтали стать миссис Джейкоб Андерсон?

Клэр презрительно указала на футляр:

— Почему же ты их не купил так же, как пытаешься купить меня? Огромный букет цветов на столе каждое утро. Каждый день дорогие украшения. Одежда. Новый автомобиль. С каких пор ты возомнил, что меня можно купить?

Джейк уперся кулаками в стол.

— Я не пытаюсь купить тебя. Черт побери, все мужья делают женам подарки. А я почему не должен?

— Другие мужья покупают подарки, потому что любят своих жен. А ты почему, Джейк? Ты же сразу сказал, что любви у нас не будет. Для чего тогда ты опять принес — что там на этот раз?

— Сапфиры, — проворчал он. — Я купил их, потому что они подходят к твоим глазам. Потому что я безумно скучал по тебе целый день. Черт побери, Клэр, любая женщина рухнула бы к ногам мужа от такого подарка.

Подбородок Клэр гордо поднялся.

— Вот и женись на такой женщине.

— Нет уж. Я женился на той, которая мне нужна. — Он выпрямился. — А ты, Клэр? Чего хочешь ты?

В ее взгляде Джейк успел заметить вспышку страсти. Такую мгновенную, что он не поверил глазам. Кашлянув, она скрестила руки на груди.

— По-моему, мы обо всем договорились. Я хочу ребенка. И работу. Помнишь? Я не ожидала, что ты будешь требовать от меня являться по первому зову.

— Если бы я этого требовал, мы бы круглые сутки не вылезали из постели.

Вспыхнув, Клэр отвернулась и села обратно за компьютер.

Но Джейка это не остановило. Он наклонился и развернул Клэр к себе.

— Так вот как ты отпугивала своих кавалеров? Холодный взгляд, движение плечом — и все?

Она хотела отвернуться, но Джейк не позволил ей.

— Я ведь говорил, что меня так просто не напугаешь.

Слезы показались в ее глазах.

— Зачем ты это делаешь?

— А ты? — парировал он. — Ты не была такой холодной в наш медовый месяц. Ты не боялась своего желания. Что изменилось, Клэр?

Клэр так внезапно его оттолкнула, что он отступил. Вскочив с кресла, она отбежала на несколько шагов:

— К черту все это, Джейк! Я не хочу влюбиться в тебя.

Он застыл на полпути к ней.

— Что?

Она сжала кулачки.

— У нас договор. Тебе нужна я. Отлично. Пойдем.

— О чем ты говоришь?

— Я иду в постель. Ты ведь этого хочешь?

Джейк почесал в затылке. Влюбиться? Она любит его? Ему не послышалось?

Внезапно он ощутил сильнейшую потребность в ее любви. Нет, даже больше — ему просто необходима ее любовь. Ему необходимо быть самым важным человеком в ее жизни. Он хочет быть важнее работы, братьев и даже важнее ребенка, о котором оба они так мечтают.

Как это возможно? Ведь он сам не верит в любовь.

Неожиданно Джейк понял: он не верит в любовь просто потому, что не знает, что это такое. Да и откуда ему знать, если он никогда не любил? Как же Клэр может быть уверена, что любит его? Какие они — признаки любви?

И — что гораздо важнее — почему, собственно, она его полюбила? Деньги Клэр не нужны, а что еще он мог предложить? Последние двенадцать лет он только и делал, что зарабатывал деньги. Неужели его достоинства измеряются только величиной банковского счета?

Джейк неверной рукой провел по влажным волосам. Да, в его жизни не хватало только одного — любви. До сих пор он этого не понимал. А вот теперь женщина, в чьей любви он нуждается, изо всех сил старается его не полюбить. Но почему? Неужели он недостоин любви?

Внутренний голос подсказывал, что, наверное, так оно и есть. Да кто его, в конце концов, любил? Возможно, Алан, но это была любовь старого друга детства. Мелисса уж точно никаких чувств не испытывала. Даже родной отец никогда не волновался о нем.

Устав от бесконечных вопросов, на которые он был не в силах найти ответы, Джейк пошел за Клэр. Она стояла посреди спальни и яростно стягивала с себя одежду. На ней оставалось только нижнее белье, когда он притянул ее к себе.

— Неужели это будет так ужасно? — мягко спросил он.

Она замерла и напряглась.

— Что?

— Любить меня.

На мгновение она застыла, словно борясь с собой, и вдруг просто сказала:

— Да.

— Почему?

— Потому что ты никогда не ответишь мне взаимностью.

Это правда? Неужели он не способен любить? Или слишком поздно ему учиться? Джейк твердо знал только одно:

— Я хочу тебя.

Клэр печально покачала головой.

— Вот, вот. Это не одно и то же. Хотя трудно провести границу между любовью и желанием.

От этого признания его окатило жаркой волной.

— Значит, ты меня хочешь, верно? Тогда зачем притворяться и делать вид, что это не так?

Клэр тяжело вздохнула:

— Я надеялась защитить свое сердце.

— От меня?

— Да.

Джейк крепче прижал ее к себе, словно желая никогда не отпускать.

— Помогает?

По ее телу пробежала дрожь.

— Не знаю.

Что-то проворчав, он повернул ее к себе.

— Ангел мой, больше я не позволю тебе со мной воевать. Ты моя жена и должна меня любить.

— Но и ты — мой муж и тоже должен меня любить. Джейк, я не хочу безответной любви. Не хочу разбитого сердца.

Джейк в ответ только вздохнул. Мысль о том, что Клэр может уйти, тисками сжала его сердце. А он понимал, что рано или поздно это случится. Если он не научится любить.

Не зная, что ответить, Джейк выбрал единственно возможный вариант — прижал ее к себе и не отпускал до самого рассвета.

Глава седьмая

Клэр, не отрывая глаз от экрана компьютера, машинально потянулась за телефонной трубкой.

— Клэр Ид… Андерсон.

Человек на другом конце провода тихо ахнул.

— Значит, это правда, — Клэр услышала знакомый женский голос.

— Алекс!

— Ты вышла замуж! — возмущенно воскликнула невестка. — Клэр, как ты могла?

Клэр зажмурилась и откинулась на спинку кресла. Она-то надеялась, что этот разговор ей удастся оттянуть, поэтому и не звонила домой. Она попросту не знала, что сказать.

— Как ты узнала?

— Мне позвонила одна дама из Колорадо, из Пони. Я познакомилась с ней в прошлом году, когда ее дочь покупала у Хэнка лошадь. Оказывается, она бывшая одноклассница твоего мужа, Джейка. Ведь его так зовут?

— Да, так.

— Вся их округа только и жужжит об этом. Она позвонила, чтобы меня поздравить. Я даже не знала, что сказать в ответ. Сначала я подумала, что она ошиблась, но она сказала, что ее кузен, который живет в Денвере, видел статью в газете.

— Да, я тоже ее видела. — Клэр потерла виски. Эта глупая статейка появилась дня три назад. Она тогда гневно набросилась на Джейка. Сначала он отнекивался, а потом сказал, что все равно рано или поздно все об этом узнают.

— Ты что, беременна? — спросила Алекс.

— Нет. Или еще не знаю.

— Тогда почему, Клэр? Почему ты нам не сказала? Мы ведь твоя семья, а ты даже не пригласила нас на свадьбу!

Клэр глубоко вздохнула. Что сказать, чтобы Алекс ей поверила?

— Все произошло очень быстро. Мы познакомились и… знаешь, Джейк такая же упрямая башка, как и Хэнк. — Она выдавила слабый смешок. По крайней мере, это правда. — Он вознамерился жениться на мне едва ли не с первой нашей встречи. Поэтому мы и помчались в Лас-Вегас.

— Когда?

Клэр назвала число.

— Больше двух недель, — укоризненно сказала Алекс.

— Да.

— Сколько раз мы с тех пор разговаривали? Пять? Или шесть? Ты могла сказать брату? Или хотя бы мне?

— Прости, Алекс. Я просто… все произошло так быстро, я и глазом не успела моргнуть. Я знаю, ты всегда хотела потанцевать на моей свадьбе. Поэтому, когда ты позвонила, я не хотела огорчать тебя. А потом мы еще говорили, и все зашло в тупик.

Алекс помолчала.

— Ты счастлива? Это очень важно. Я не сержусь, что ты нас не пригласила. Лишь бы ты была счастлива.

— Счастлива? — Вопрос попал в самое больное место. Клэр понимала, что сейчас следовало бы начать расхваливать Джейка, но Алекс слишком хорошо ее знала. Ее не проведешь. — Конечно. Хотя иногда, честное слово, я боюсь до смерти.

К ее изумлению, Алекс рассмеялась.

— Это совершенно нормально, дорогая моя. Я замужем за твоим братом вот уже девять лет и до сих пор иногда боюсь до смерти. Подожди немного, все встанет на свои места. Это стоит того, если ты его любишь. — Ее голос посерьезнел. — Ты ведь любишь его?

— Конечно, люблю. — Клэр скрестила пальцы.

— Расскажи мне о нем.

— Ну… его зовут Джейкоб Генри Андерсон. Ростом шесть футов два дюйма и сложен как… примерно как Хэнк. Широкоплечий, темноволосый, глаза карие. Ему тридцать два, как Тревису. — Поколебавшись, она добавила: — И он очень, очень богат.

— Это я уже знаю.

Клэр подумала, как бы описать Джейка подостовернее.

— Он очень щедрый и терпеливый, — сказала она, припомнив его нежность во время их занятий любовью. — И когда хочет, может быть просто неотразимым.

— То есть идеальный мужчина?

Клэр фыркнула.

— Едва ли. Он бывает ужасно упрямым, безжалостным, высокомерным… — она вздохнула. — Живет в Денвере и возглавляет самую крупную в Колорадо инвестиционную компанию.

— Миртл сказала, что у него есть ранчо недалеко от Пони. «Бар Хэнинг Севен».

Клэр утратила дар речи. У Джейка есть ранчо? Она вышла замуж за ковбоя? Нет, не может быть. Неправда.

— Клэр, ты где?

— А-а… да. Он… — Разве жена может не знать о владениях мужа? — Это просто одно из капиталовложений. — Обрадовавшись, что так ловко выкрутилась, Клэр успокоилась. Это просто капиталовложение. Джейк никакой не ковбой. На ковбоев у нее с детства особый нюх.

Помолчав, Алекс сказала:

— Ты должна рассказать Хэнку.

Клэр понимала, что Хэнк ее просто убьет. Она вздохнула.

— Знаю.

— И сегодня же.

Клэр снова застонала.

— Клэр, послушай меня. Чем дольше ты будешь молчать, тем сильнее он разозлится.

Клэр выпрямилась.

— Когда он вернется домой?

— Он приедет на ланч. Позвони.

— Хорошо.

— Ты знаешь, что от Хэнка у меня секретов нет. Если ты не позвонишь, мне придется рассказать самой. А ни мне, ни тебе этого не надо.

Клэр с трудом проглотила комок.

— Да. Я не хочу прятаться за твоей спиной.

— Я задержу его дома как минимум на час.

— Ладно, Алекс. Я позвоню, обещаю.

Повесив трубку, Клэр взглянула на часы. До ланча оставалось два часа. Через два часа на ее голову обрушатся громы и молнии. Больше всего на свете ей хотелось сейчас оказаться рядом с Джейком.

С горьким смешком Клэр покачала головой. Что это с ней? Никогда раньше она ни в ком не нуждалась.

Хэнк — ее родной брат, и в течение последних двадцати восьми лет она отлично справлялась с ним сама. И на этот раз справится.

Джейк вошел в пустой кабинет рядом с кабинетом Клэр. Он собирался поехать с женой на ланч. Не постучавшись, он открыл дверь и обнаружил, что Клэр разговаривает по телефону. Она смотрела в окно и не заметила, как он вошел. А Джейк тоже не собирался обнаруживать себя, пока не выяснит, с кем она беседует.

— Я знаю, что он чертовски богат, Хэнк, но я вышла за него не из-за денег.

Значит, она наконец решила сказать брату, что вышла замуж. Давно пора.

— А почему люди женятся? Почему ты женился на Алекс? Ну, да… Мне сказать вслух? Отлично, я его люблю. Ты доволен?

Она любит его? Джейк едва не рухнул на пол от радости и облегчения. Последние два дня он провел в твердом убеждении, что важнее всего — завоевать ее любовь. Но до сего момента и не понимал, насколько это для него важно.

— Я знаю, все произошло очень быстро. Но, Хэнк, мне уже двадцать восемь. Если я хочу иметь детей, пора начинать.

Джейк нахмурился. Это правда насчет любви или просто слова, чтобы успокоить брата?

— Я ни в чем тебе не лгала, Хэнк, я просто не все рас… Потому что я отлично знала, что ты именно так все и воспримешь. Я уже взрослый человек, черт побери. Когда ты это наконец поймешь? И не надо меня все время опекать… Нет, я не хочу, чтобы ты сию же минуту приезжал. Все в порядке… Нет, Хэнк, прошу тебя. Может быть, мы приедем к вам на Рождество?

Встревоженный нервными интонациями, завибрировавшими в голосе Клэр, Джейк подошел к ней. Увидев мужа, она вскочила и смертельно побледнела.

— Что ты сказал? — спросила она в трубку. — Я понимаю, что воспрепятствовать твоему приезду не могу, Хэнк, но я сейчас очень занята. Джейк назначил меня начальником финансового отдела. Новая работа отнимает у меня все время.

Джейк протянул руку к трубке:

— Давай я поговорю с ним.

Глаза Клэр распахнулись еще шире, и она отрицательно покачала головой.

— Завтра? Нет, Хэнк, ты…

— Дай мне трубку, — сказал Джейк. — Когда-нибудь все равно придется поговорить.

Она отступила на шаг.

— Что? Да, это он… Но… Ну, хорошо. — Сунув Джейку трубку, она пробурчала: — Ладно, все равно хуже уже не будет.

Джейк поднес трубку к уху:

— Джейк Андерсон.

— Так это ты, значит, увел нашу сестрицу? — спросил резкий голос.

— Я на ней женился.

— А брачное свидетельство есть?

— Разумеется.

— Тогда лучше тебе поскорее его показать. Я приеду завтра, чтобы самому убедиться.

Джейк усмехнулся. Его нимало не задел резкий тон, зато беспокойство Хэнка о сестре ему понравилось.

— Я тебя могу встретить в аэропорту, но у меня есть предложение получше.

— Да-а? Какое?

— На следующей неделе День Благодарения. Может, возьмешь семью и все вместе приедете к нам?

Клэр стояла, не веря своим ушам.

— Ты что, хочешь меня купить? — подозрительно спросил Хэнк.

— Черт, да нет же, — спокойно ответил Джейк. — Если хочешь посмотреть на свидетельство о браке, я тебе сегодня его вышлю по факсу. Я просто подумал, что так вы сможете как следует меня… изучить, что ли. К тому же Клэр скучает по родным.

Рука Клэр стиснула его локоть, а губы беззвучно прошептали: «Нет!»

— У тебя хватит комнат в твоей шикарной квартире? — спросил Хэнк.

— Я подумал, что лучше провести День Благодарения в «Бар Хэнгинг Севен», — сказал Джейк, не обращая внимания на то, что его жена тихо ахнула. — Там места хватит всем.

— «Бар Хэнгинг Севен», что около Пони? — На Хэнка это известие явно произвело впечатление.

Джейк отодвинул трубку, которую Клэр пыталась у него выхватить.

— Ты знаешь это ранчо?

— А как же. У тебя самые чистопородные быки в округе. Моим до них далеко.

— Ну, о быках мы еще поговорим при встрече. Так как же — приедешь завтра или на следующей неделе?

— Погоди, спрошу Алекс.

Джейка порядком развеселило, что такой решительный брат Клэр собирается спрашивать разрешения жены. Он повернулся к Клэр. Она смотрела на него с упреком.

— Зачем ты это сделал? — яростно прошипела она.

— Я думал, ты любишь свою семью, — ответил он.

— Люблю. Только…

— Только — что?

— Я надеялась, что у меня есть еще немного времени, чтобы подготовиться к их приезду.

Джейк поцеловал жену в плотно сжатые губы.

— Не волнуйся, мой ангел. Я буду с тобой.

— И еще это твое ранчо. Почему ты мне о нем ничего не говорил?

Прежде чем Джейк успел ответить, Хэнк снова подошел к телефону.

— Алекс говорит, что мы поедем, хотя тогда мне придется подыскать еще пару работников на выходные. Вообще-то она в восторге от идеи. — Хэнк засмеялся. — И еще она спрашивала, не собирается ли Клэр готовить индейку.

Не поняв шутки, Джейк обратился к Клэр:

— Алекс спрашивает, не собираешься ли ты готовить индейку.

Голубые глаза Клэр сузились:

— Ха. Ха. Ха.

Поняв, что это какая-то семейная шутка, Джейк ответил Хэнку:

— Судя по всему, нет.

Хэнк расхохотался:

— По крайней мере я понял, что ты женился на моей сестре не из-за ее кулинарных способностей.

— Я пошлю за вами в среду самолет. Надеюсь, он сможет сесть в аэропорту Джексон Хол — это вроде недалеко от вас.

— Годится. Только вот что. Ни ты, ни Клэр еще не ответили на мои вопросы.

— Вопросы могут подождать до встречи?

— Могут. Тут Алекс хочет поговорить с Клэр.

Джейк отдал трубку жене. Она схватила ее.

— Что? О, привет, Алекс. Ты можешь остановить это… — Она тяжело вздохнула. — Ладно… Знаю… Хорошо. Пока.

Бросив трубку, она повернулась к Джейку:

— Ты что, сошел с ума?

— Что сказала тебе невестка? — спросил он. Клэр смерила Джейка хмурым взглядом.

— Она пообещала мне выслать список продуктов, которые надо купить. Не пытайся сменить тему. Как ты посмел приглашать мою семью? Да еще на ранчо. Почему, кстати, я до сих пор не знала, что у тебя есть ранчо?

— Вся проблема в этом? Я предложил поехать на ранчо, потому что они привыкли к ранчо и там им будет удобнее. Если ты считаешь, что лучше остаться в городе, разместимся у меня в пентхаусе.

Она пристально смотрела на него, словно пытаясь определить, правду ли он говорит.

— Я вообще не хочу, чтобы они приезжали.

— Рано или поздно ты встретишься с ними. Подумай, ведь у тебя есть целая неделя на подготовку. Если бы не я, твой брат примчался бы сюда завтра.

— Да, но он пробыл бы здесь всего несколько часов. Или, в крайнем случае, переночевал бы. А теперь они проведут здесь целых пять дней. — Она воздела руки к небу. — А за пять дней они отлично успеют понять, что наш брак — это фикция.

Джейк сузил глаза.

— Наш брак так же реален, как и любой другой.

— Ты прекрасно знаешь, о чем я. Они поймут, что мы не любим друг друга.

Джейк притянул Клэр к себе.

— Ты сказала брату, что любишь меня. Я слышал.

Ее лицо исказилось от боли. Она отвела глаза.

— А что я должна была сказать? Они бы ни за что не поняли, что такое брак по расчету. Они-то поженились по любви.

Джейк заставил ее поднять голову и резко сказал:

— Значит, ты солгала?

Долго и пристально Клэр смотрела ему в лицо.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала? Что люблю тебя? Этого я не скажу. Я уже говорила, что не хочу влюбляться.

В Джейке поднялось раздражение.

— Черт возьми, Клэр, что еще я могу сделать?

— Полюбить меня.

— Как ты не понимаешь? Я… — Джейк отвернулся к окну.

— Я все понимаю, — тихо сказала Клэр. Ее голос задрожал. — Ты не веришь в любовь. Но мне-то от этого не легче.

— Тогда позвони и скажи, чтобы они не приезжали, — отрезал Джейк.

— Поздно. Алекс уже загорелась идеей приготовить для тебя ужин ко Дню Благодарения. К тому же она наверняка успела рассказать об этой новости детям.

Джейк потер шею, пытаясь придумать выход. Но безуспешно.

— Что же мне делать?

— Не знаю. А если мы… Нет, не поможет.

— Что?

Она смотрела на него, раздумывая, потом покачала головой.

— Нет, у тебя не выйдет.

— Что?

— Притвориться.

— Ты хочешь сказать, что нам надо притвориться влюбленными?

Она снова покачала головой.

— Я же сказала, что не получится.

— Получится.

Она посмотрела на него с сомнением. Джейк подошел к ней и взял за руки.

— Но как?

Рассказывать о том, что он собрался подробно и научно изучить этот вопрос, подняв необходимую литературу, Джейк не хотел.

— Когда человек любит, он испытывает желание, верно?

Клэр кивнула.

— Тогда половина вопроса уже решена. — Он нежно коснулся ее губ. — Никогда, никакую женщину я не хотел так сильно, как тебя.

Она обняла его и прижалась лицом к его груди.

— О, Джейк, что за игру мы с тобой затеяли? Ты просто не знаешь мою семью.

Он поцеловал ее в лоб.

— Они ведь уже считают, что мы любим друг друга. Значит, и не станут пытаться найти что-то неладное. Люди всегда стараются видеть то, что они хотят видеть.

— Надеюсь, ты прав, — вздохнула Клэр.

Заслышав в коридоре шаги, Джейк поспешно сунул книгу под подушку и развернул на коленях газету.

В дверь просунулась голова миссис Санчес.

— Мы уходим домой, мистер Андерсон. До завтра.

— До свидания, миссис Санчес.

Когда экономка ушла, Джейк отбросил газету и снова взялся за книжку. «Двадцать один шаг в любовных отношениях». Огромное подспорье.

Джейк поднялся и убрал книжку в ящик, где держал то, что Клэр видеть было не положено. Там уже покоились «Все, что вы хотели знать о любви, но боялись спросить», «Дзэн[3] и искусство любви» и тому подобная макулатура.

Ему нужны были конкретные ответы, конкретные советы, как себя вести, что покупать, что говорить, куда с ней ходить.

Согласно всем этим экспертам, любовь — довольно сложная штука.

Отдавайте себя целиком, советовали книги. Дарите свои чувства, честно и щедро, не скрывая. И того же требуйте взамен.

Джейк отошел от стола и посмотрел в окно, на раскинувшиеся внизу городские огни. Никогда прежде он никому не открывал своих чувств. Даже Алану.

Может ли он довериться Клэр? Как хотя бы начать подобный разговор? Да и будет ли ей это интересно?

Джейк потер лицо руками. Он обязательно должен собраться с силами и попытаться. Иначе она никогда не полюбит его, а он хотел ее любви больше всего на свете.

— Это ранчо? — воскликнула Клэр, когда они обогнули последний поворот и перед ними как из-под земли вырос белый двухэтажный дом. Он стоял на холме, рядом с быстрой речкой. С каждой стороны был вход с зеленым навесом, а на крыше возвышалась башенка. Четыре кирпичных каминных трубы окружали ее.

— Тебе не нравится? — Джейк легко вел джип по гравию дороги.

— Просто я ожидала чего-то другого. Более современного. Этот дом такой… старый.

— Да, ему девяносто семь лет, — с гордостью сообщил Джейк. — Его построил мой прадедушка.

Клэр нахмурилась. Если здесь жили его предки, то неудивительно, что Джейк так напомнил ей Хэнка. Он и был Хэнком. Выросший на ранчо, только теперь переодетый в костюм от Армани. И все его мысли — о деньгах, а не о быках, как у Хэнка.

Господи, что же она натворила?

Нет. Она отказывается верить. Она не могла выйти за ковбоя. Или могла?

Джип затормозил в полумиле от дома, и перед Клэр открылся восхитительный вид.

— Вот где все начиналось.

Клэр с трудом вспомнила, о чем шла речь.

— Что здесь начиналось?

— «Пони Инвестментс». Нам с Аланом необходимо было что-то предпринять, чтобы спасти наши ранчо от банкротства. Мы сорвали порядочный куш на первой же инвестиции, потому что вложили в нее все деньги, полученные за год от продажи скота. Если бы…

Заканчивать фразу было не обязательно. То же самое едва не случилось с их семейным ранчо в Вайоминге. Только тяжелый труд ее братьев, изобретательность и, самое главное, радикальные перемены спасли «Сад».

Нескрываемая гордость в голосе Джейка ей не понравилась. Ничуть. Если он испытывает к ранчо столь сентиментальные чувства, это дурной знак. Хэнк в точности так же любит «Сад».

— Я-то думала, что твое ранчо — просто очередная инвестиция. И не подозревала, что оно так много для тебя значит.

Джейк удивленно посмотрел на нее.

— Это самая главная часть моих владений. Как ты думаешь, зачем еще мне понадобился наследник?

— Чтобы было, кому оставить деньги.

— Да к черту деньги. — Джейк обвел рукой весь окружающий пейзаж. — Эта земля принадлежала Андерсонам около сотни лет. Я не хочу, чтобы она досталась штату. Мне казалось, я хорошо объяснил тебе это. Когда умер Алан, я унаследовал его ранчо, потому что он не нашел времени, чтобы жениться. А я не хочу, чтобы то же самое произошло с «Бар Хэнгинг Севен».

— Нет, ничего ты мне не объяснил, — пробормотала Клэр.

Тем временем Джейк подъехал к дому, и они вошли в холл. Пока Джейк показывал ей дом, Клэр чувствовала, что ее все больше и больше охватывает ностальгия по родному «Саду».

— А кто присматривает за домом? — спросила Клэр, когда они обошли шесть спален на втором этаже. — Не похоже, чтобы ты проводил здесь много времени.

— Да, я хотел бы почаще бывать здесь, — отозвался Джейк. — Диана, жена Рэя, убирает здесь раз в неделю.

Он уже успел рассказать Клэр о работниках ранчо. Рэй Купер был управляющим здесь с тех пор, как умер Эли Андерсон.

— А кто тебе готовит?

— Я сам в основном. Или ем вместе с работниками. Диана еще и готовит для них. — Джейк широко улыбнулся. — Что тебя так удивило? Когда надо, я прекрасно могу пожарить себе мясо и картошку.

— Просто у тебя есть прислуга, которая разве только спину тебе в ванной не трет. Миссис Санчес ни разу не дала мне даже белье выстирать с тех пор, как мы поженились.

Джейк пожал плечами.

— Для этого и существуют деньги, а Санчесы довольны своей работой. Но когда я приезжаю сюда, становлюсь обыкновенным человеком.

— Значит, сегодня ты сам приготовишь для нас ужин? — шутливо спросила Клэр.

— А ты что, вообще не умеешь готовить?

— Единственное, что у меня получается безукоризненно, — это шоколадное печенье. Обычно я пеку себе целое блюдо, когда мне грустно и жалко себя.

— Я могу считать хорошим знаком, что после нашей женитьбы ты ни разу не пекла это печенье. — Он обнял ее за талию и привлек к себе. — Знаешь что? Давай я приготовлю ужин, а ты — десерт. У тебя все есть для печенья?

— Да, мои племянники ждут не дождутся этого лакомства. — Она усмехнулась и прильнула к мужу. — Только не говори Алекс, что тебе пришлось чистить картошку. Этим шуткам у нас в семье и так конца не видно. Но, честно говоря, это просто здорово, что мне не пришлось торчать целый час в магазине и покупать все продукты по списку Алекс.

— Вот видишь, иногда приятно иметь кого-то, кто делает за тебя черную работу. — Джейк поцеловал Клэр в лоб. — Поехали кататься.

Клэр удивленно подняла на него глаза:

— А я думала, что нам надо подготовить дом.

Он заулыбался, вокруг глаз появились веселые морщинки.

— Да все и так готово. Нам осталось только распаковать вещи, а это прекрасно можно сделать и вечером. Ты слишком много работала последние дни. И я хотел, чтобы ты немного отдохнула и расслабилась перед завтрашним днем. — Его губы нежно коснулись ее. — И еще мне хотелось побыть с тобой наедине. Без всяких компьютеров.

Клэр нахмурилась.

— Я могла бы это время провести за работой. Я еще не…

— Нет. Я в эти выходные не работаю, и ты тоже. Ведь к нам приезжают твои родные, помнишь?

Клэр вздохнула.

— Ты прав. А кататься верхом я просто обожаю. Этого мне больше всего не хватало в городе.

Джейк снова поцеловал ее.

— Тогда пошли. У меня есть для тебя отличная рыжая кобылка.

Клэр провела щеткой по рыжевато-коричневой гладкой шерсти Скарлет. Некоторые любители верховой езды морщатся при упоминании о чистке лошади и предпочитают не пачкать руки. Клэр же никогда не избегала черной работы. К тому же верховая езда доставила ей такое удовольствие, что можно было немного и потрудиться, чтобы отблагодарить лошадь.

Словно угадав ее мысли, Скарлет повернула бархатистую морду и ткнулась Клэр в руку. Засмеявшись, Клэр погладила ее по носу.

— Нравится, да?

Несколько минут спустя Клэр услышала резкий возглас:

— Миссис Андерсон, зачем вы портите руки! Я Коуди уши оборву за то, что он вам позволил…

— Нет, Рэй, он не виноват, — успокоила его Клэр. — Это я попросила его уйти. Я с детства сама умею чистить лошадей.

Управляющий одобрительно покосился на нее, потом посмотрел, как она вычистила кобылку.

— Похоже, вы знаете, как управляться с лошадьми.

Клэр улыбнулась в ответ.

— Я выросла на ранчо. И ездить научилась раньше, чем ходить.

Рэй прислонился к дверям конюшни и сдвинул шляпу на затылок.

— Да-а, неисповедимы пути Господни, право слово.

— О чем это вы?

— Мы с моей хозяйкой давно уже подумывали, что Джейку больше всего нужна хорошая жена. То есть такая, которая подходит для ковбоя.

Клэр принялась расчесывать гриву Скарлет, чтобы скрыть свое недовольство.

Хотя Джейк был далеко, Клэр на всякий случай понизила голос и сказала:

— Спасибо, Рэй. В ваших устах это комплимент.

— Это я вам точно говорю, миссис Андерсон. По правде говоря, я очень рад, что он на вас женился. Сразу видно, нюха не потерял. А то я было начал бояться. — Его загорелое лицо сморщилось в улыбке. — С вами он будет счастлив. Сразу видно, что он от вас без ума, да и вы от него тоже.

Значит, работников Джейку уже удалось провести. Теперь остается надеяться, что с ее родными будет то же самое. Она улыбнулась.

— Думаю, так оно и есть. И зовите меня Клэр, пожалуйста.

Он одобрительно кивнул.

— Джейку с самого детства нужна была ласка.

— Вы его так давно знаете?

— Ага. Да я на этом ранчо с тех самых пор, как умерла его матушка. Грустно мне смотреть было, как старый Эли Андерсон отвернулся от сына, когда миссис Молли не стало.

Клэр застыла, держа в руке щетку.

— То есть?

— Мистер Эли и так был не подарок, а после смерти жены стал совсем как камень. А с сыном обращался жестче всех. Даже когда видел, что работники к нему ласковы, сразу набрасывался с руганью.

Сердце Клэр сжалось.

— Но почему?

— Одному Богу ведомо. Миссис Молли умерла, когда Джейку было года три. Заболела пневмонией, да и не поднялась больше. Мистер Эли после ее смерти двинулся маленько в уме. Все ее портреты убрал и никогда даже имени ее не упоминал вслух. Как будто не хотел, чтобы ему о ней напоминали.

— А Джейк своим существованием постоянно напоминал ему о ней, — печально заключила Клэр.

— Вот именно. — Рэй кашлянул. — Ну, теперь все позади. Теперь у него есть вы. Может быть, теперь он побольше времени будет проводить на ранчо.

Клэр попыталась проглотить вставший в горле ком, но безуспешно. Бедный Джейк. Как мог отец так поступить с ним?

Только теперь она поняла, в чем дело. Джейк не верил в любовь, потому что попросту не знал, что это такое. С тех пор, как умерла мать, никто не любил его. Он был лишен той беззаветной, искренней, чистой любви родителей… или детей.

Неудивительно, что он так обрадовался, встретив женщину, которой необходим был ребенок. Он хотел стать своему ребенку таким отцом, каким его отец никогда не был.

Клэр провела рукой по животу. Может быть, очень скоро он сможет осуществить свою мечту. Она на девяносто девять процентов была уверена, что забеременела. У нее задержка на целых три дня, чего раньше никогда не было.

Словно услышав, что говорят о нем, у входа появился Джейк.

— Ты закончила? Я хочу поскорее попробовать шоколадное печенье.

Клэр подошла и обняла мужа. Ее глаза застилали слезы — слезы боли за маленького одинокого мальчика и счастья, которое вскоре их ожидало.

Джейк прижал ее к себе.

— Что случилось? Ты что-то не купила?

Клэр только покачала головой. Она не могла говорить — слезы сдавили ей горло.

Помоги ей Бог. Сейчас Клэр, как никогда, нужна помощь, потому что ей необходимо научить любви человека, который не знает, что это такое. А знает ли она достаточно, чтобы учить его? Возможно ли это? Ему уже тридцать два, и он привык жить по-своему.

А вдруг их сын, которого она уже, быть может, носит под сердцем, не поможет Джейку измениться? Вдруг Джейк так и не научится любить? Страсть их медового месяца быстро угаснет. Что с ними тогда будет? Вдруг Джейк просто уберет ее из своей жизни, как его отец в свое время убрал воспоминания о матери? Вдруг он попытается отнять у нее ребенка?

— Ты в порядке, мой ангел? — прошептал Джейк ей на ухо.

— Да, — выдохнула Клэр. — Сейчас все закончу.

Наверное, он заметил неладное, потому что с подозрением посмотрел на Рэя.

— Что здесь произошло, Рэй?

Управляющий протиснулся мимо Джейка к выходу.

— Ничего особенного.

— Так в чем дело? — спросил Джейк, когда Рэй ушел.

Клэр продолжала чистить лошадь.

— Он просто восполнял пробелы в моих знаниях о ранчо.

— Какие еще пробелы?

— Ну, просто рассказывал мне разные семейные истории. Послушай, какие орехи мне положить в печенье?

Клэр не поняла, удалась ее уловка или нет, но Джейк только ответил на ее вопрос, а потом помог чистить лошадь. Впервые за все время Клэр приняла его помощь без возражений.

Джейк так старался помогать ей во всем, даже в мелочах, с тех пор, как они поженились. А она, вместо того, чтобы принять и оценить его помощь, только отталкивала его. Так же, как когда-то отталкивал Джейка его отец. Пора это прекратить. И не просто делать вид, что они любят друг друга, а полюбить по-настоящему. И для начала надо полностью открыться и научиться доверять друг другу. Если она хочет научить Джейка любви, ей надо и самой немного измениться. Только бы ей это удалось!

Глава восьмая

— Кажется, вещей больше нет, — объявил Хэнк, входя следом за Джейком в гостиную. — Все сумки уже разнесли по комнатам.

Взгляд Клэр метнулся к напряженному лицу мужа. С того самого момента, как Джейк и Хэнк увидели друг друга в аэропорту, они держались словно два медведя перед схваткой.

— Хорошо. — Алекс стояла со спящей дочерью на руках. — Пойду уложу Сару спать.

Три пары глаз проследили, как она вышла, потом Джейк спросил:

— А где мальчики?

— Я разрешила им остаться поиграть на улице. — Клэр поднялась. — Может, позвать их перекусить? Ты, Хэнк, тоже не откажешься, я думаю?

Что угодно, лишь бы занять его. Хэнк заулыбался.

— А готовила ты?

— Очень смешно. Нет, молоко готовила не я, зато печенье мое.

— И отменное, — поспешно добавил Джейк, не спуская с Хэнка настороженных глаз.

— Ну, хорошо. Ты пойди, покорми мальчишек, а нам надо кое о чем потолковать. — Хэнк повернулся к Джейку. — Здесь есть кабинет?

Джейк улыбнулся.

— Идем за мной.

— Эй, эй! Погоди-ка минутку. — Клэр схватила Джейка за рукав. — О чем это вы собираетесь толковать?

— О том, какого черта вы так спешили обвенчаться, что он не удосужился даже пригласить твою семью, — ответил Хэнк.

Клэр сердито посмотрела на брата.

— Вот что, нечего тут устраивать из-за меня поножовщину. Я пойду с вами. И все.

Хэнк расправил широченные плечи и уперся руками в бока.

— Клэр…

— Все вопросы, которые касаются меня, касаются и Клэр. — Джейк положил руку ей на спину. — Идем, мой ангел.

Он повернулся и пошел с ней по коридору. Хэнк вошел следом и критически окинул взглядом кабинет. Он, конечно, сразу понял, что это не офис. Здесь не было даже компьютера. Офис ранчо помещался в полумиле отсюда, в доме управляющего. Джейк вчера объяснил Клэр, что стоит ему только поставить сюда компьютер, как придется даже на ранчо заниматься делами «Пони». А ему этого не хотелось.

— Говори, — нарушил напряженное молчание Джейк.

Хэнк скрестил руки на груди.

— Обычно потенциального зятя спрашивают, как он собирается обеспечивать жену. Но я уже вижу, что с этим у тебя проблем не будет. Кстати, неплохой у тебя самолет.

— Спасибо, — резко бросил Джейк.

— Так что остается один вопрос. Она беременна?

Клэр посмотрела на брата с нескрываемым раздражением.

— Я, по-моему, уже сказала Алекс, что мы поженились не из-за этого. И знаю, что она тебе все передала.

Хэнк даже не взглянул на нее.

— Я хочу услышать это от твоего мужа.

Джейк сказал просто:

— Пока нет.

Лицо Хэнка слегка прояснилось.

— Уже хорошо. Тогда мне не придется следовать совету Тревиса.

— Какому?

— Дать тебе такого пинка, чтобы ты аж за Скалистые горы улетел.

У Клэр округлились глаза:

— Хэнк, что ты болтаешь?

— Тогда к чему вся эта спешка? — не унимался Хэнк. — У этого парня столько денег, что тебе было неловко приглашать братьев-ковбоев?

— Нет, Хэнк, что ты.

— Тогда в чем дело?

— Это было необходимо, — ответил Джейк. Глаза Хэнка сузились.

— Ты же сам сказал, что она не беременна.

— Да, но состояние Клэр было таким, что нельзя было терять ни минуты. Если она не забеременеет в ближайшее время, то может вообще никогда не родить. Поэтому мы и поженились так быстро.

Хэнк широко раскрыл глаза и повернулся к сестре.

— Состояние? Что с тобой?

Клэр сердито покосилась на Джейка. Надо было предупредить его, чтобы он ничего не рассказывал про болезнь.

— Не волнуйся, Хэнк, это не смертельно. И пройдет, как только у меня появится ребенок.

— Это все та же проблема, которая у тебя была еще в колледже?

— Значит, это у тебя давно? — обеспокоенно спросил Джейк. — И ты даже не возил ее к врачу?

— Возил, — сказала Клэр. — Точнее, со мной ездила Алекс. Доктор Фримен говорила, что эту болезнь нельзя было определить на таком раннем сроке.

— Ты уверена? — недоверчиво спросил Хэнк. Он был явно растерян.

Клэр взяла брата за руку.

— Ты ни в чем не виноват, Хэнк.

Хэнк обнял ее.

— Я люблю тебя, сестренка. И хочу тебе счастья.

— Знаю, Хэнк.

— Ты не задал самого главного вопроса, — мрачно сказал Джейк, глядя на них волчьим взглядом.

— Какого? — спросил Хэнк.

— Ты не спросил, люблю ли я ее.

Глаза Клэр широко распахнулись. Зачем Джейк затрагивает эту тему? Теперь ему придется солгать Хэнку, а ей этого так не хотелось.

Хэнк пожал плечами.

— Ты на этот вопрос уже ответил, когда привез ее сюда. Значит, ты знаешь, что ей нужно.

Клэр удивленно подняла глаза на брата, потом посмотрела на Джейка. Из-за всех этих переживаний она даже не заметила, что ее муж действительно позаботился о ее удобстве. Наконец-то он подарил ей то, что не стоило денег, но стоило гораздо большего — а она даже не заметила.

Джейк выглядел таким одиноким и потерянным, стоя один, в стороне от них. И Клэр подошла к мужу. Он стиснул ее в объятиях и поцеловал в макушку.

Неужели замечание Хэнка — правда? Неужели Джейк начинает понимать, что такое любовь? Или просто хорошо притворяется?

Хэнк покашлял.

— Ну, у меня больше вопросов нет. Теперь время покажет, сможем ли мы ужиться вместе. Добро пожаловать в нашу семью.

Он протянул Джейку руку. Но Джейк не взял ее.

— Не так быстро, Иден. Есть еще кое-что.

Хэнк отдернул руку.

— Что еще?

— Ты принялся командовать Клэр, не успев выйти из самолета. Только больше она не твоя маленькая сестра. Она взрослая женщина и моя жена. Так что нечего указывать ей. И больше никаких комментариев насчет того, как она готовит.

— Хэнк просто шутит, — мягко отозвалась Клэр. — К тому же повариха из меня и вправду никакая.

Джейк прижал ее к себе еще сильнее.

— Все равно. Больше никто не будет над тобой шутить. Тем более при мне. Усек, Иден?

Клэр подняла глаза на мужа. Она внезапно испугалась столь резкого выпада в свою защиту. Но почему у нее не возникло желания гневно воскликнуть, что она сама со всем справится? Что сама умеет за себя постоять? Почему у нее пробежал озноб по коже, и гулко застучало сердце?

Это любовь? Нет, Господи, не надо! Не сейчас.

Она не может полюбить его до тех пор, пока он сам ее не полюбит. Любовь без взаимности навсегда разобьет ей сердце.

Хэнк заулыбался и снова протянул Джейку руку.

— Она твоя, Андерсон. Посмотрим, сможешь ли ты ее укротить.

— Я не собираюсь ее укрощать, — ответил Джейк, с силой пожимая руку шурина. — Она хороша и так.

Клэр не могла унять приступ дрожи. Либо Джейк ее и правда любит, либо он уже настолько втянулся в игру, что перестал отличать игру от реальной жизни.

Она бы все отдала, чтобы узнать правду.

— Тревис приедет завтра? — спросила Клэр, чистя морковь к ужину. Алекс доверила ей самую примитивную работу.

— Он приедет из Калифорнии, — отозвалась Алекс. — Сказал, что специально сделает крюк и заедет, чтобы поужинать с нами в День Благодарения.

Клэр покачала головой.

— Он не намекал, что собирается оставить родео? Он ведь ровесник Джейка, а на нем уже живого места нет. Ты помнишь, сколько у него было переломов?

— Он постоянно собирается бросить, но не проходит нескольких недель, как у него начинаются приступы тоски, и он снова мчится на родео. Вот, очень скоро он должен набрать достаточно очков, чтобы выступать в финале. А еще в этом году он получил право на командные соревнования.

Клэр фыркнула.

— Думаешь, на этом он успокоится?

Алекс вытерла руки, взяла чашку кофе и прислонилась к столу.

— Хватит о Тревисе. Наконец-то мы остались одни. Давай поговорим.

Клэр нахмурилась и посмотрела в окно — не идет ли кто-нибудь, кто бы отвлек Алекс. Но мужчины с детьми уехали кататься около часа назад.

— Во сколько наши ребята вернутся, как думаешь?

— Какая разница? Перестань уходить от темы.

Клэр вздохнула.

— Я думала, у нас в семье Хэнк главный инквизитор.

Алекс рассмеялась.

— Ну, хорошо. Что ты хочешь знать?

— Все. С самого начала. Где вы познакомились?

Целых полчаса Клэр говорила без перерыва. Рассказывала Алекс об их отношениях все, что можно было. Лгать она не лгала, но постаралась сделать так, чтобы Алекс не догадалась, что они поженились после трех дней знакомства.

Наконец Клэр замолчала. А Алекс невзначай спросила:

— Ну, а как он в постели?

Кровь бросилась Клэр в лицо:

— Алекс!

— О, перестань. Мы обе замужние женщины.

Клэр оглянулась.

— Прекрати. Дети уехали с Хэнком, — не унималась Алекс.

— Мне ведь особо не с кем сравнивать, но… да хорош.

— Хорош?

— Ну, ладно. Великолепен. Неподражаем. Даже когда я не хочу, он заставляет меня кричать от наслаждения. Ты довольна?

Алекс захихикала.

— Молодец парень. Значит, вы женаты три недели. Ты еще не забеременела?

— У меня три дня задержки.

Улыбка Алекс растянулась до ушей.

— А Джейк знает?

Клэр отрицательно покачала головой.

— Ты пробовала тест?

Клэр поморщилась.

— Ты можешь поверить, что я не была в магазине с тех пор, как мы поженились? Мистер и миссис Санчес все делают по дому — и убирают, и готовят. Не могу же я просить об этом их, а Джейк с меня глаз не спускает. Только на работе его нет рядом, но там я слишком занята.

— Похоже, богатство тебя немного напрягает, — усмехнулась Алекс. — Но сегодня ехать за тестом поздно, а завтра выходной. Съездим в пятницу в город и купим. Ты ведь хочешь быть уверена, прежде чем сказать Джейку?

Клэр кивнула.

— Он у тебя молодец. Только как вы все успеваете? Ведь работа занимает уйму времени.

Клэр нахмурилась.

— Да, это так. Надеюсь только, что, когда у меня появится ребенок, я научусь совмещать работу с семьей. Я хочу сама растить своего малыша, а не спихивать его на руки прислуге.

— Дети занимают двадцать четыре часа в сутки, а иногда и больше, — сообщила Алекс. — А как Джейк относится к тому, что ты работаешь?

— Он сам настоял, чтобы я работала, так что думаю, здесь без проблем. Он знает, что домохозяйкой я никогда не буду. Хотя, конечно, предпочел бы, чтобы все мысли у меня были только о нем.

— А какой мужчина этого не хочет? — усмехнулась Алекс. — У меня для Хэнка тоже есть хорошая новость. Я снова беременна.

Клэр порывисто обняла невестку.

— Алекс, это так здорово. Вы ведь всегда хотели иметь большую семью.

— Да, но четверых с меня хватит. Я уже говорила Хэнку, что пора начать предохраняться.

— И он согласился?

— Можешь быть уверена — я поставила его перед выбором: или так, или вообще никак. — Алекс подошла к плите и проверила, готово ли мясо. — Значит, мой младший будет ровесником твоего старшего. Иметь ровесника среди двоюродных — это хорошо.

Клэр посмотрела на свою «сестру». Как и Джейк, Алекс была единственным ребенком и после смерти матери попала в приют. Но мать по крайней мере любила ее.

— Ты ничего не сказала о Джейке. Что ты о нем думаешь?

Алекс улыбнулась.

— Он в точности такой, как я себе представляла.

— Да уж, просто копия Хэнка, — сердито поправила Клэр. — Сильный, волевой, всегда поступает так, как хочет.

— Ага. Я понимаю, что ты не за такого хотела замуж, но, Клэр, дорогая моя, только в такого ты и могла влюбиться.

Клэр резко вскинула голову.

— Что ты имеешь в виду?

Алекс ласково погладила ее по плечу.

— Я хорошо знаю тебя. Ты пыталась встречаться со слабыми мужчинами, которыми могла вертеть как угодно, но они моментально тебе надоедали. А сильным ты заранее не давала ни одного шанса. Джейк должен был быть в десять раз умнее и сильнее любого из них, чтобы сломить твое упрямство.

Клэр опустила глаза.

— Я никогда не задумывалась над этим.

— Нет, папа, — Сара в седле перед отцом упрямо отталкивала его руку от поводьев. — Дай я сама.

— Сверчок, мы должны догнать Джейджея и Мэтта.

Очаровательная трехлетняя — точнее, трех с половиной лет, как она обожала всем напоминать, — девчурка толкнула ножкой лошадь. Но та даже не заметила. Джейк не переставал изумляться прозорливости Хэнка. Собираясь кататься с дочкой, Хэнк попросил дать им лошадь постарше и поспокойнее. Он отлично знал свою малышку.

Хэнк широко улыбнулся Джейку и возвел глаза к небу.

— Это немыслимое упрямство она унаследовала от матери.

Джейк засмеялся:

— Может, мне догнать ребят и посмотреть, как они?

— Они в порядке, поверь мне. Скоро вернутся. Да, насчет твоих быков…

Еще полчаса прошло в обсуждении дел на ранчо. Мальчики подъехали к ним один раз и тут же умчались обратно. Хэнк разрешил им изучать новую местность сколько влезет. Джейк ехал рядом со спешившимся Хэнком, который позволил маленькой Саре самой править лошадью. В итоге она завела их в низину, потом направилась прямиком через холм, не желая его объезжать.

Но Джейк был слишком поражен своим шурином, чтобы возражать. В каждом слове, в каждом жесте Хэнка была видна безмерная любовь к детям. И Джейк невольно сравнивал его со своим отцом. Разница была колоссальная. Неудивительно, что Клэр верит в настоящую любовь.

Джейк старательно запоминал все, что в поведении Хэнка касалось детей. Ему хотелось иметь семью, похожую на семью шурина. Ему хотелось быть таким же отцом, как Хэнк.

Через несколько минут они поднялись на Холм Черной Лошади — самую высокую точку в округе.

Хэнк остановил лошадь, не обращая внимания на протесты дочери, и осмотрелся. Потом пристально взглянул на зятя.

— Клэр говорила, что это ранчо просто очередная инвестиция. Что-то не похоже. Уж слишком хорошо ты знаешь дело. Она уверяет, что ты не ковбой. Это так?

Джейк, приподнявшись в седле, обвел взглядом окрестности. Эта земля переходила в его семье от поколения к поколению. И все Андерсоны были ковбоями.

— Я всегда считал себя ковбоем, хотя сейчас больше занимаюсь инвестициями, а не скотом. Но если Клэр так не думает, может, я действительно становлюсь городским жителем…

— Клэр этого не видит, потому что не хочет видеть.

Джейк испытующе посмотрел на шурина:

— То есть?

— Клэр всегда клялась, что никогда не выйдет за ковбоя. Поэтому в школе и колледже почти ни с кем не встречалась — у нас же кругом одни ковбои.

Джейк моргнул и отвернулся. А он-то всегда хотел быть именно ковбоем. Вот еще одна причина, по которой она не сможет полюбить его. Он думал, что Клэр сможет понять его чувства к ранчо, но, видимо, ошибся.

— Не особо много вы с ней болтали до свадьбы, да? — спросил Хэнк.

— Не так уж много у нас было времени, но…

— Да ладно тебе, не переживай. Ты занимаешься акциями, инвестициями и что там еще. Она это любит. К тому же она от тебя без ума. Этого только слепой не заметит.

Джейк блуждал взглядом по горизонту. Клэр от него без ума? Она притворяется? Или же…

Но тут его размышления оборвались. Он увидел в полумиле от холма двух быстро скачущих лошадей. Мальчики. Но что-то явно было не так. Первая кобыла все прибавляла ходу и отдалялась от второй, несмотря на то, что маленький наездник изо всех сил натягивал поводья.

— Черт!

Хэнк, вероятно, увидел то же самое.

— Лошадь Джейджея понесла!

Джейк моментально понял, что спасать мальчика надо ему. Хэнк, с Сарой в седле, не сможет догнать лошадь, бешено несущуюся к…

— Черт! Они скачут к Расщелине Мертвеца!

— Ее можно перескочить? — крикнул Хэнк. Джейк отрицательно мотнул головой и всадил шпоры своему жеребцу под ребра. Сейчас не до объяснений. Каждая секунда на счету. Слава Богу, Рэй в свое время научил его обращаться со шпорами. Черный жеребец по кличке Ночной Вихрь рванул вперед.

Джейк понимал, что догнать и перехватить мальчика ему не удастся. Единственным выходом было отрезать ему дорогу. Поэтому он поскакал к Расщелине Мертвеца через холмы. Отпустив поводья, пригнувшись к шее жеребца, он только молился, чтобы Ночной Вихрь не споткнулся о какой-нибудь камень.

Наконец он увидел в сотне ярдов от себя кобылу Джейджея, мчащуюся во весь опор. Опустив голову, лошадь неслась, закусив удила. Внезапно она споткнулась, и мальчик едва не вылетел из седла. Он уже не мог сидеть прямо и начал постепенно сползать набок.

— Держись за гриву! — не своим голосом закричал Джейк, хотя прекрасно понимал, что Джейджей его не услышит.

Девяносто ярдов. Восемьдесят. Ночной Вихрь быстро сокращал расстояние. Удержится ли мальчик? Успеет ли он?

Между лошадьми оставалось не больше пятидесяти ярдов. Джейджей еще раз отчаянно попытался выровняться в седле, но сил не хватало.

— Держись за гриву! За гриву!

Мальчик обернулся, потом посмотрел на свои руки, словно желая заставить их повиноваться. Потом, с трудом отцепив пальцы от луки седла, он схватился за развевающуюся перед ним темную гриву. Наконец, держась обеими руками, он немного выровнялся.

Чтобы освободить правую руку, Джейк сжал поводья и гриву своего жеребца левой.

Двадцать ярдов. Десять. Они уже скакали по узкой расщелине. До Расщелины Мертвеца осталось не больше пятидесяти ярдов.

Ночной Вихрь шел вплотную за кобылой. Джейк отклонился, чтобы не попасть под град камней, летевших из-под ее копыт. Но все-таки один камешек царапнул его по щеке. Джейк не отрывал взгляда от Джейджея. Его детская фигурка на широкой лошадиной спине казалась такой крошечной…

Ярдов за тридцать до расщелины лошадь, словно обретя второе дыхание, рванула и оторвалась на полкорпуса от жеребца. Ночной Вихрь не отставал. Джейку уже видна была впереди расщелина. Джейджею, похоже, тоже, потому что мальчик попытался, выпустив поводья, повернуть лошади голову. Джейк знал, что от этого лошадь может его сбросить.

— Нет! — закричал он. — Я тебя заберу. Брось стремена, когда скажу.

Еще рывок, и жеребец догнал лошадь. Еще один — и он перегнал ее на голову. Больше тянуть было нельзя. Сдавив коленом бок коню, Джейк заставил его податься вправо, к кобыле. Наконец она начала сбавлять ход.

— Давай! — крикнул Джейк. — Бросай стремена.

Остаться без опоры в стременах на спине бешено скачущей лошади значило остаться совсем без опоры, но Джейджей безоговорочно подчинился. Джейк схватил его поперек туловища и посадил к себе в седло. Натянув поводья, остановил жеребца.

Мальчик обхватил Джейка и спрятал лицо у него на груди.

— Простите! — рыдал он. — Простите меня!

Джейк прижал его еще крепче.

— За что?

— Я не удержал лошадь, — Джейджей всхлипнул так, словно совершил смертный грех. — Папа меня убьет.

— Конечно, нет, — успокаивающе сказал Джейк. — Расскажи-ка лучше, что произошло. Что ее напугало?

Все еще всхлипывая, Джейджей сказал:

— Змея. Но я почти успокоил ее. Честное слово — спросите хоть Мэтта. Но потом она споткнулась, и стремя попало ей под живот. Тогда она и понеслась как сумасшедшая.

— Такое может с каждым случиться. — Джейк погладил мальчика по вздрагивающей спине. Удивительно, как он смог удержаться на лошади. — Ты просто храбрец. Думаешь, это легко — бросить стремена на полном ходу? Ты отлично справился.

Джейджей отстранился и поднял на Джейка заплаканные глаза. Громко шмыгнув носом, он вытер его рукавом.

— А вы не злитесь?

— За что? Ты цел. Лошадь цела. Все в порядке.

Мальчик оглянулся на кобылу, которая стояла в стороне, тяжело дышала и словно никак не могла понять, зачем поводья запутались вокруг ее ног. Жеребец Джейка тоже с трудом переводил дыхание.

Джейджей пошел к своей лошади и только тут увидел в десяти ярдах расщелину, шириной ярдов в двадцать и такую глубокую, что дна даже не было видно.

Содрогнувшись, он посмотрел на Джейка.

— Спасибо, дядя Джейк. Я и не знал, что здесь такая пропасть. Я бы расшибся насмерть.

Джейк улыбнулся.

— Все хорошо, Джейджей. Главное, ты не пострадал.

— Мама! Мама! Тетя Клэр!

— Вернулись! — крикнула Клэр невестке. Она открыла заднюю дверь и замерла на месте.

Джейк, один, скакал верхом на огромном черном жеребце; перед ним в седле сидела маленькая Сара. У Клэр перехватило дыхание.

— Тетя Клэр! Тетя Клэр, посмотри, как дядя Джейк разрешает мне править!

Сара держала в ручонках поводья, не замечая, как Джейк с легкостью управляет жеребцом коленями.

Клэр услышала, как рядом ахнула Алекс.

— Где Хэнк и мальчики? — спросила Алекс, когда Джейк подъехал к крыльцу.

Джейк кивнул головой назад.

— Они в конюшне. Я решил привезти Сару верхом.

Алекс протянула к дочери руки, и та оказалась в ее объятиях.

— А дядя Джейк спас Джейджея, — радостно сообщила малышка.

— Что? — Алекс резко вскинула голову. — Что случилось? Никто не пострадал?

— Все в порядке. Небольшие проблемы с лошадью Джейджея. Пусть Мэтт расскажет. У него лучше получится. — Темные глаза Джейка обратились к Клэр. — Ты в порядке?

Клэр кивнула и только тут неожиданно заметила засохшую царапину на его щеке.

— Ты поранился.

Джейк потер щеку и с удивлением посмотрел на кровь.

— Пустяки. — Вытерев руку о джинсы, он протянул ее Клэр: — Хочешь прокатиться?

— Я… Мне надо помочь Алекс накрыть на стол к ужину.

Джейк кивнул.

— Мы скоро будем.

Когда он отъехал, Алекс с нескрываемым изумлением сказала:

— Ты не хуже меня знаешь, что Хэнк никому на свете не доверяет катать на лошади свою драгоценную дочь, кроме… Кроме кого?

— Кроме дяди Тревиса, — гордо отозвалась Сара. Клэр поморщилась.

— Знаю.

— И ты знаешь, почему, да?

Она уныло кивнула.

— Потому что он ковбой.

— Вот тебе самое неопровержимое доказательство. — Алекс засмеялась. — Ты вышла замуж за ковбоя.

— Ну все, закончили с этим.

Клэр лежала на боку, отвернувшись от мужа. Ей было понятно, что Джейк хочет поговорить с ней. Но она пока не решила, как относиться к тому, что ее муж — ковбой. И обсуждать это тоже не хотела.

— Я уже поблагодарила тебя за спасение Джейджея.

Кровать скрипнула, и Джейк, взяв Клэр сильной рукой за плечо, заставил ее перевернуться на спину.

— Я не об этом, и ты прекрасно все понимаешь. Ты молчишь с тех пор, как мы вернулись. Мне это не нравится. Лучше бы кричала на меня, как ты это обычно делаешь.

— Я на тебя не кричу, — возразила Клэр. — Ну, редко.

— Ты злишься.

— Почему я должна злиться? — Клэр понимала, что говорит капризным тоном, но не могла сдержаться.

— Потому что твои родные считают меня ковбоем, а ты ковбоев терпеть не можешь.

Клэр села и прислонилась к изголовью кровати.

— Почему ты мне сразу не сказал?

— Это могло повлиять на твое решение?

— Может быть.

— Тогда я рад, что не сказал.

Она сердито посмотрела на Джейка. Он только развел руками.

— Я думал, ты знала. Это неотъемлемая часть меня, а ты выросла на ранчо… я думал, это заметно. Ты что, ожидала, что я вдруг заявлю, ни с того ни с сего: «Кстати говоря, я ковбой»?

— Да. Нет. Не знаю. — Клэр вздохнула. — Сегодня был длинный день.

Джейк тоже прислонился к спинке кровати и привлек Клэр к себе. Со вздохом она поуютнее устроилась в его объятиях.

— Неужели это имеет такое большое значение? — спросил он. — К тому же с моими делами в Денвере я все равно могу приезжать на ранчо только на выходные. А их у меня очень немного.

Клэр сидела с закрытыми глазами и поэтому очень остро почувствовала беспокойство в голосе Джейка. Неужели он боится, что она уйдет? Может быть. Все, кого он любил, покидали его.

Его тревога отчасти согрела ей сердце. Значит, она дорога ему. Хотя бы немного.

Она нерешительно погладила ладонями его напряженную грудь.

— В самом начале это еще могло иметь значение, но не теперь.

— Правда?

Его это, кажется, так удивило, что Клэр отстранилась и посмотрела ему в глаза.

— Неужели ты боишься, что я уйду от тебя только потому, что ты ковбой?

Джейк взял ее за плечи.

— Я не отпущу тебя.

Клэр взяла его лицо в ладони.

— Я не собираюсь уходить только из-за того, что ты ковбой, Джейк. Чтобы избавиться от меня, тебе понадобится гораздо больше. Быть может, я когда-нибудь и уйду, то только если ты сотворишь нечто такое, за что я не смогу простить тебя. Так что обращайся со мной как с королевой, и все будет в порядке.

Сначала ей показалось, что шутка не удалась. Глаза Джейка внимательно смотрели на нее, проникая до глубины души. Через некоторое время он провел пальцем по ее губам.

— Значит, быть ковбоем — это не смертный грех? — спросил он.

Клэр покачала головой.

— Нет, бывает хуже.

— За что ты так ненавидишь ковбоев?

Она заметила, что на его шее бешено пульсирует жилка.

— Не ненавижу. Просто недолюбливаю. Можешь в этом винить моих братьев, которые командовали мной всю жизнь. Я о ковбоях всегда судила по ним. А это глупо. Все люди разные.

— Ты говорила, что я в точности как Хэнк.

— Да, у вас много общего. Но с тобой я не чувствую себя маленькой глупенькой девочкой каждый раз, когда выхожу из дому.

Обняв ее, Джейк засмеялся.

— Обращаться с тобой, как с маленькой девочкой, я точно не стану.

— Джейк, нам надо поговорить. Мы слишком мало знаем друг о друге. Алекс это заметила.

Джейк кивнул.

— Хэнк тоже.

— Когда люди любят, они должны знать друг о друге хотя бы самые основные вещи, — продолжала Клэр. — По крайней мере, жене должно быть известно, что ее муж — ковбой.

— Верно. Только первые недели мы были слишком заняты, и у нас не оставалось времени на разговоры, да?

— Я понимаю, что виновата в этом. Но ты тоже хорош. Тебе бы только целыми днями заниматься любовью…

Джейк вздохнул.

— Согласен, надо отвести время и на разговоры, а сейчас…

Клэр кивнула. Улыбаясь, она начала медленно стягивать с себя тонкую сорочку. Джейк смотрел на жену с неистовым желанием. Когда Клэр сняла сорочку, она не успела даже отбросить ее в сторону…

Глава девятая

В половине шестого утра Джейк проснулся с чувством, что может доскакать на Ночном Вихре до самой Луны. Приподнявшись на локте, он отвел прядь волос с лица Клэр и прикоснулся губами к бархатистой коже.

— Еще пять минуток, — сонно пробормотала она и перевернулась на другой бок.

Джейк улыбнулся и встал с кровати. Быстро приняв душ, он оделся и спустился вниз, чтобы сварить кофе. Из гостиной доносились звуки музыки и голоса. На полу перед телевизором сидел Мэтт и смотрел мультфильмы.

Когда Джейк вошел, Мэтт обернулся.

— С Днем Благодарения, дядя Джейк. Хочешь посмотреть со мной мультик?

— Я спустился, чтобы завтрак приготовить, Мэтт. Будешь есть?

Мэтт выключил телевизор.

— Ага. Помираю с голода.

С этими словами он стремглав помчался на кухню.

Джейк нахмурился. Он понятия не имел, чем кормить пятилетнего ребенка.

Войдя в кухню, Джейк обнаружил, что Мэтт уже уселся за стол.

— Что будешь есть?

— Все подряд.

Запустив пальцы в волосы, Джейк обвел кухню взглядом.

— Может быть, яйца?

— Отлично! Тебе помочь?

— Ты умеешь варить яйца?

Мальчик затряс головой.

— Не-а. Мама мне не разрешает готовить на плите. Но тосты я всегда делаю сам.

— Ну ладно, я варю яйца, а ты делаешь тосты. Лады?

— Лады!

И они оба принялись за работу. Опасения Джейка, что поддерживать разговор с ребенком будет трудно, не оправдались — Мэтт оказался очень общительным. И вообще Джейк напрасно беспокоился — общаться с новыми племянниками ему было легко, а главное — он чувствовал, что дети постепенно привязываются к нему.

Они воспринимали окружавшую их любовь взрослых как должное, а взрослые, в свою очередь, делали все, чтобы дети ни в чем не нуждались. Того же самого дети ожидали и от Джейка, а у него от такого доверия радостно замирало сердце.

Не успели Джейк с Мэттом сесть за стол, как в дверях в теплом фланелевом халате появилась Клэр. Отвела спутанные волосы с бледного лба.

— Эй, ребята! Что это вы тут делаете в такую рань?

— С Днем Благодарения, тетя Клэр. Мы с дядей Джейком приготовили завтрак. Хочешь с нами?

— Тебя тоже с Днем Благодарения, Мэтт. Нет, завтракать я не хочу. Спасибо.

— Ты в порядке? — Джейк заметил ее бледность и не скрывал тревоги.

Она с усилием улыбнулась.

— В порядке. Только хочу кофе.

— Ты уверена?

— Да. Ты не мог бы…

— Слушайте! — внезапно подскочил Мэтт.

Они замолчали и услышали отдаленный шум машины на дороге.

— Неужели это Тревис? — спросила Клэр.

Все вместе они выбежали к переднему крыльцу. Распахнув дверь и впустив в дом порыв ледяного воздуха, они увидели черный блестящий пикап. За ним подпрыгивал прицеп для перевозки лошадей.

Мэтт со скоростью света метнулся с крыльца:

— Дядя Тревис!

Машина остановилась ярдах в двадцати от дома, и Мэтт с визгом повис на дверце. Тут же из окна показалась рука, потрепавшая мальчика по волосам, а потом дверь вместе с Мэттом открылась, и из машины вышел высокого роста ковбой. Захлопнув дверь, он сгреб в охапку племянника и посадил его на плечи. Поправил шляпу и, придерживая мальчика за ноги, направился к крыльцу.

Глаза точно такого же цвета, как у Клэр, смерили Джейка с головы до ног.

— Привет, сестренка. Может, познакомишь меня с тем типом, за которого вышла замуж?

Не очень вежливые слова сопровождались широкой улыбкой, но в голосе звучал металл. Не успела Клэр и рта раскрыть, как Джейк ловко и без труда увернулся от кулака Тревиса. Клэр ахнула и схватила брата за руку.

— Тревис, что ты делаешь? — воскликнула она.

— Всего-навсего хочу показать, какого я мнения об этой чертовой свадьбе, — Тревис яростно воззрился на Джейка. — Отпусти меня, я еще не закончил.

— В этом нет необходимости, — раздался позади голос Хэнка.

Тревис даже не взглянул на брата.

— Почему это?

— Тревис Иден, ты не тронешь моего мужа, — звенящим голосом сказала Клэр.

— Назови хотя бы одну причину.

— Если ты его убьешь, ты не попадешь на финальные соревнования, потому что будешь сидеть в тюрьме.

Взгляд Джейка метнулся к Клэр. Неужели это единственный довод?

— Черт меня побери, я выступал там уже одиннадцать раз. На двенадцатый они и без меня не соскучатся.

Он попытался еще раз замахнуться, но Клэр снова повисла на его руке.

— Я люблю его, понятно? — выпалила она. Джейк замер. Теперь он не видел никого вокруг, кроме своей жены. Правда ли то, что она только что сказала, или это ложь для того, чтобы Тревис успокоился?

На ее брата эти слова произвели впечатление.

— Правда?

Она только кивнула в ответ. Тревис посмотрел на Хэнка.

— Вы тут уже успели потолковать, да?

Хэнк открыл дверь.

— Он отличный парень, Тревис. Заходи, я тебе все расскажу.

— Сначала мне надо разобраться с лошадьми. — Тревис обратился к Джейку: — У тебя найдется пара свободных стойл?

Джейк кивнул.

— Там, за домом, конюшня.

С минуту Тревис смотрел на Джейка, потом протянул ему руку.

— Ну, раз уж Хэнк говорит, что ты отличный парень, наверное, мне сомневаться нечего. Добро пожаловать в семью. Надеюсь, все без обид.

— Без обид. Ты все равно промахнулся. — Джейк с силой пожал его стальную руку и заметил в небесно-голубых глазах отблеск уважения. — Пойдем. Я помогу.

Клэр быстро шагнула вперед.

— Я пойду с вами.

Хэнк взял ее за руку.

— Ты ведь даже не одета. Помоги лучше Алекс накрыть на стол к завтраку. Я пойду с ними.

— Но…

Хэнк поцеловал сестру в лоб:

— Не беспокойся. Я сам прослежу, чтобы они не поубивали друг друга.

Джейк поднял голову и увидел, как Сара гордо входит в гостиную, звоня в серебряный колокольчик. Остановившись, она с важностью объявила:

— Мама сказала, можем заходить.

— Куда заходить, бестолочь? В конюшню или в столовую? — насмешливо осведомился Мэтт.

Колокольчик звякнул еще раз, когда Сара уперла ручонки в бока.

— Если ты хочешь в конюшню, то и ступай — там тебе и место, индюшиная задница.

— Я тебе покажу индюшиную задницу! — Мэтт вскочил и погнался за сестрой, которая с визгом исчезла в кухне.

— Мэтт, — предупреждающе окликнул сына Хэнк.

Джейк не смог удержать улыбки при виде упрямого выражения на лице Мэтта. То же самое он заметил и за Тревисом.

— Ты слышал, как она меня обозвала? — спросил Мэтт.

— Да. И слышал, как ты сам назвал ее, — отозвался Хэнк. — Ты будешь есть индейку или нет?

— Или ты предпочитаешь индюшиную задницу? — хихикнул Джейджей.

— Папа!

— Джейджей, — угрожающе сказал Хэнк.

Тот только улыбнулся отцу.

— Прости, пап, но не мог же я упустить такую возможность.

Не выдержав, Тревис расхохотался и взял Мэтта на руки.

— Только оставь место для маминого орехового торта. Сразу забудешь все эти индюшиные неприятности.

Тревис пощекотал Мэтту живот. Тот захихикал. Посадив племянника на плечи, Тревис пошел в столовую, откуда доносился аромат индейки, дразнивший их вот уже два часа.

Джейк не мог припомнить, чтобы в его доме когда-нибудь так пахло. Когда он был маленьким, День Благодарения у них не отмечался вовсе и на обед подавали обычную говядину и бобы. Индейку на День Благодарения он ел уже взрослым, в ресторанах, и то только потому, что там ничего другого в праздник не подавали. Но такого запаха в ресторане не было никогда.

Он вошел в столовую последним и остановился в дверях. Длинный стол на восемь человек просто ломился от яств. На одном конце стола стояло блюдо с огромной индейкой, вокруг красовались зеленая фасоль, кукуруза, сладкий картофель, клюквенный соус и прочие вкусности.

Когда он поднял голову, его взгляд встретился с глазами Клэр. Она стояла у другого края стола и с улыбкой смотрела на мужа.

— Это все сделала ты?

Стены столовой задрожали от дружного хохота, и Джейк нахмурился. Клэр быстро подошла и взяла его за руки.

— Я только помогала. Все сделала Алекс.

— Спасибо тебе, Алекс, — искренно сказал Джейк. — А где мне сесть?

Все указали ему на место во главе стола, около индейки.

Джейк нахмурился. Они что, хотят, чтобы он разрезал индейку, словно какой-нибудь отец семейства? Он едва может отличить крыло от ножки.

Повернувшись к Клэр, он тихо сказал:

— Я не могу.

Она удивленно подняла на него глаза:

— Что не можешь?

— Я не умею резать эту проклятую индейку, — шепотом объяснил он. — Я ел ее только в нарезанном виде. Пусть лучше Хэнк.

Она успокаивающе погладила его по спине.

— Ты глава дома. Это твое дело.

— Я ведь ее раскромсаю на Бог знает какие клочки.

Она улыбнулась.

— Ну и что? Хэнк тоже кромсает как попало.

— Да?

Клэр кивнула.

— Давай, не бойся. Какая разница, какой формы будут куски. Вкус от этого не пострадает.

Джейк выпустил руку Клэр и занял свое место. Хэнк, Алекс и Сара сидели слева, а справа — Тревис с двумя мальчиками. Сделав глубокий вдох, Джейк взялся за нож и вилку.

— А как же молиться? — удивленно спросил Мэтт.

— Как же молитва, — машинально поправила его мать.

Все зашикали друг на друга, и семь пар глаз уставились на Джейка. Он с трудом сглотнул и положил нож с вилкой на место. Молитва? Он не то что сам не молился, но даже не помнил, как это делается.

— А, конечно. Я забыл.

Новым сюрпризом оказалось то, что все за столом взялись за руки. Джейджей взял его за правую руку, а Сара — за левую. Все склонили головы.

Великолепно. И что же говорить? Наверное, решил он, на День Благодарения надо произносить благодарственную молитву.

— Благодарим Тебя, Господи, за пищу, которую Ты нам послал на стол, и за то, что вся семья собралась вокруг него. Аминь.

Он поднял глаза на Клэр. Она улыбнулась ему и слегка кивнула.

— Ну, кто первый начнет в этом году? — спросил Хэнк.

Что еще? Опять традиция? Неужели эти люди не могут просто спокойно поесть?

— Я! Я! — закричала Сара.

— Ну, Сверчок, говори, за что ты благодарна? — сказал ей отец.

— За пони, которого ты обещал подарить мне на Рождество, — радостно объявила малышка.

— Тебе не кажется, что рановато благодарить за это, Сара? — спросила дочку Алекс.

— Все равно тебе нельзя самой кататься до четырех лет, — сказал Джейджей.

— Мне почти четыре.

— Нет, не почти, — сказал Мэтт.

— Сара может благодарить за что угодно, — твердо вмешался Хэнк. — Кто следующий?

— Давай в мою сторону, — сказала Алекс, заметив ужас в глазах Джейка. — Я благодарю за мою семью и за нового ее члена. Добро пожаловать, Джейк.

Он улыбнулся в ответ:

— Спасибо.

— Кстати, пока мы будем говорить, можешь резать индейку, — мягко добавила Алекс.

Обрадовавшись возможности заняться чем-либо, он схватил нож и взялся за дело. А Хэнк продолжал:

— Я тоже благодарен за мою семью и за то, что могу заниматься любимым делом.

Настала очередь Клэр.

— Я благодарна за работу, где наконец могу применять знания, полученные в колледже, и за моего мужа, который дал мне эту работу.

Джейк, держа в руке полуотрезанную ногу индейки, поднял на нее взгляд. В ее бездонных голубых глазах светилось неподдельное чувство. Что это — любовь? Или благодарность? Сможет ли он когда-нибудь понять разницу?

— Твоя очередь, дядя Джейк, — раздался голос Джейджея.

Джейк с трудом вернулся к реальности и понял, что прослушал, о чем говорили все остальные. Зато он отлично знал, что скажет сам — чистую правду.

— Я благодарен за то, что встретил Клэр, которая придала моей жизни новый смысл, а также за то, что попал в такую замечательную семью.

После его слов все потянулись за едой. Все, кроме него и Клэр. Их глаза не отрывались друг от друга, но в этих взглядах было больше вопросов, чем ответов.

Пока Тревис рассказывал историю о том, как отец поймал его за курением сигареты позади конюшни, Джейк сел на диван и положил на колени головку спящей Сары. Девочка сонно что-то пробормотала, но даже не открыла глаз.

— Давай я отнесу ее наверх, — шепотом предложила Клэр.

Джейк покачал головой:

— Не надо. Все нормально.

Ему не хотелось нарушать семейного единения в комнате. После праздничного ужина вся семья перебралась в гостиную. Дети расположились на полу, а взрослые — на диване и креслах. Клэр сидела рядом с Джейком, обнимая его за плечи.

Слушая рассказы Иденов об их детстве на ранчо в Вайоминге, Джейк ловил себя на мысли, что их жизнь — это та жизнь, о которой он всегда мечтал. Жизнь, где царят любовь и поддержка без оговорок, условий и споров. И оттого, что эти люди так просто приняли его в свой круг, его сердце словно стало в десять раз больше и готово было вместить весь мир.

Что он сделал, чтобы заслужить эту дружбу, доверие, любовь, наконец? Он всего лишь женился на Клэр, и из-за этого им теперь приходится притворяться влюбленными. Что было бы, узнай Идены, что он женился на Клэр только ради ребенка?

Теперь он понял, почему Клэр так волновалась. Она боялась потерять их уважение, разрушить прекрасную иллюзию, созданную ими же самими. Теперь, в окружении всей этой любви, он понял все до конца.

Джейку хотелось стать тем, кем его считали, — честным человеком, хорошим зятем, любящим мужем.

Последнее было труднее всего… или всего легче.

За эти два дня он успел заметить, что ведет себя с Клэр в точности как Хэнк — с Алекс. И чувства, которые Хэнк питал к своей жене, ничем не отличались от чувств Джейка к Клэр. Ему хотелось защищать ее, делать все для ее счастья, знать о ней все и никогда с ней не расставаться.

Однажды Клэр спросила, что будет, если она не забеременеет. Тогда он не нашелся, что ответить. Теперь Джейк знал ответ. Неважно, будут ли у них дети. Он оставит ранчо своим племянникам и племяннице. Они теперь стали его семьей. Разве имеет значение, что они не носят фамилию Андерсон? Джейк хотел лишь, чтобы Клэр всегда была с ним.

Значит ли это, что он любит ее? Он был почти уверен, но хватит ли Клэр такой любви? Его любви никогда не хватало, чтобы удержать кого-либо. Он любил мать, но она оставила его. Он думал, что любит Мелиссу, но она бросила его. Он любил отца, но тот оттолкнул его. Почему-то на любовь Джейка до сих пор никто не отвечал.

Джейк медленно повернул голову и встретил взгляд жены. В ее глазах тоже был вопрос. Он привлек ее к себе и нежно поцеловал.

Клэр вздрогнула, услышав позади скрип двери. Но ей не надо было даже оборачиваться, чтобы понять, кто это. По ее спине пробежала дрожь — так всегда было при приближении Джейка. Какая-то телепатия.

Он сел на перила рядом и обнял ее за талию. Прошептал над самым ухом:

— Не выдержала рассказов?

Она кивнула и прислонилась к нему.

— Мою семью иногда трудновато переносить в больших количествах. Я бы спросила, как ты держишься, но, судя по всему, тебе они понравились.

Джейк засмеялся и прижал ее к себе:

— Мне они действительно нравятся. Просто сейчас мне захотелось немного побыть наедине с тобой.

— Очень хорошо ты сделал, что одолжил Хэнку быка. Он счастлив, как теленок.

Джейк поцеловал ее в висок.

— Мне тоже было приятно.

Они молча смотрели, как на чернильно-черном небе зажигаются звезды. По этому небу и звездам Клэр нередко тосковала в городе, а объятия Джейка вообще казались ей раем земным.

— Похоже, твой план сработал, — мягко сказал Джейк. — Твои родные, кажется, уверены, что мы без памяти влюблены.

Эти слова острым ножом вонзились ей в сердце. Значит, он не любит ее. А нежное обращение — это всего-навсего спектакль. А она-то начала надеяться…

— Клэр?

Она сморгнула навернувшиеся на глаза слезы и попыталась ответить ровным голосом:

— Да, мы их убедили. Ты хороший актер, Джейк. Ты даже меня минуты на две обманул.

Он заставил ее повернуться и посмотреть в глаза.

— Нам надо поговорить, мой ангел. Я…

— Эй, вы, двое! — загремел позади них голос Тревиса. — Вы ведь уже женаты! Можете приберечь свои нежности на потом.

Джейк чуть не зарычал.

— А разве мужу запрещено оставаться наедине с женой?

— Ну почему. — Губы Тревиса расползлись в улыбке до самых ушей. — Для этого и существуют спальни.

— Ради Бога, Тревис, — зашипела Клэр.

— Я думал, ты смотришь футбол, — сказал Джейк.

— Смотрю. Но Сара уже попрощалась со всеми перед сном, и ей не хватает только «дядечки Джейка». Алекс послала меня за тобой.

Джейк с улыбкой покачал головой. Он явно обожал детей Хэнка. Клэр с грустью подумала, что и к собственной жене он мог бы относиться так же. Он погладил ее по щеке.

— Я сейчас вернусь. Не уходи.

Клэр пожала плечами:

— Куда же я денусь?

Он поцеловал ее и ушел в дом. Потянувшись, Тревис прислонился к перилам.

— Да, ты наконец-то нашла себе хорошего парня.

Клэр грустно улыбнулась, глядя на дверь, где только что исчез Джейк.

— Ты так думаешь?

— Раньше я считал, что только у Хэнка семейная жизнь сложилась счастливо, и уже собирался махнуть на тебя рукой, но ты отлично справилась.

Клэр знала своего брата лучше, чем кого бы то ни было, и за полушутливым тоном уловила грусть. Взяв его за руку, она тихо произнесла:

— Говорить тебе, что и ты когда-нибудь найдешь свое счастье, бесполезно, особенно когда ты чувствуешь себя одиноко. Но я знаю, что так оно и будет.

Брат поцеловал ее в макушку.

— Мне тридцать два года. И триста шестьдесят дней в году я провожу в дороге.

— Однако Черил-Энн ты именно так и нашел. — Черил-Энн Варне была наездницей, с которой Тревис был помолвлен несколько лет тому назад, пока не застал ее с другим.

Тревис фыркнул.

— Да, и ты видела, чем это кончилось. Я ей нужен был, потому что я «Ковбой с улыбкой на миллион долларов» — и с миллионом долларов в кармане. Когда я встречу женщину, которой нужен буду я сам, а не мои победы и интервью на телевидении?

Клэр вздохнула:

— Это случится, когда ты меньше всего будешь этого ждать. Надеюсь, что ты скоро встретишь кого-нибудь. Ты не меньше меня заслуживаешь счастья.

Глава десятая

Стоя посреди небольшого магазинчика при автостоянке, миссис Уоррен с чувством пожала Клэр руку.

— Ну, мне пора бежать. Очень приятно было познакомиться с вами, миссис Андерсон. Может, хоть теперь Джейк будет больше времени проводить дома. Последите за этим сами, ладно?

— Попробую, миссис Уоррен, — сказала Клэр. — Рада была познакомиться.

Подошла Алекс.

— Теперь поняла, как Джейк гордится своей молодой женой? Это уже седьмой человек, который с тобой сегодня знакомится. Джейк, наверное, сейчас носится по всему городу и всем рассказывает о тебе.

Клэр невольно улыбнулась, представив, как Джейк — глава «Пони Инвестментс» — носится по городу. Хотя за тот месяц, который они прожили вместе, Джейк давно перестал быть для нее лишь удачным предпринимателем.

— Он просто объясняет, что делает в окружении троих детей. Кстати, куда они пропали? Нельзя же ходить за мороженым целый час!

Алекс взяла сумку с покупками из тележки и поставила ее в машину.

— Они наверняка встретили кого-нибудь и стоят болтают.

— Не понимаю, зачем ему вообще понадобилось с нами ехать. Он что, считает, что женщины не способны водить машину? Я уже боялась, что он пойдет с нами — не хватало мне только на весь магазин объяснять, для чего мне нужен тест на беременность.

— Мужчины так же любят ездить в город, как и женщины.

Клэр подняла глаза к небу:

— Не забывай, что этот мужчина живет в Денвере.

— Да, верно. Я и забыла. Может быть, он просто не хочет с тобой расставаться надолго. Да вот и они.

Клэр поставила в джип последнюю сумку — как раз ту, на дне которой был надежно спрятан тест на беременность, — и, обернувшись, увидела Джейка в окружении троих детей. Почему она раньше не замечала, что у него ковбойская походка? Или это оттого, что он сменил дорогие итальянские туфли на простые ботинки?

Увидев Алекс, Мэтт подбежал к ней:

— Мама, смотри! Дядя Джейк купил нам всем новые ботинки!

С этими словами мальчик гордо выставил вперед одну ногу в ярко-синем ботинке с красными, желтыми и зелеными стрелами на боку. На Саре были красные ботиночки со снежинками, а на Джейджее — добротные темно-коричневые.

— Боже мой! — воскликнула Алекс. — Разве уже наступило Рождество?

Сара покачала головой:

— Дядя Джейк сказал, что на Рождество подарков будет еще больше.

Даже уравновешенный Джейджей не мог сдержать восторга.

— Дядя Джейк сказал, что мы можем выбирать любые ботинки, даже не глядя на цену.

Клэр с внезапно охватившим ее ужасом посмотрела на мужа. Джейк широко улыбался, радуясь тому, что дети остались довольны.

Что это с ним? Неужели он так ничего и не понял? А ей казалось, что он уже уяснил, что любовь нельзя купить. Однако он снова принялся сорить деньгами направо и налево. Может быть, детей ему обмануть и удастся, но Алекс, Хэнк и Тревис не слепые.

— Очень милые подарки, — сказала Алекс детям. — Вы сказали дяде Джейку спасибо?

— Разумеется, — улыбаясь, ответил Джейк.

Но дети снова бросились его обнимать и благодарить.

Пока малыши препирались, кому из них сидеть на обратном пути рядом с дядей Джейком, Клэр подняла глаза на Алекс.

— Извини.

Та изумилась:

— За что?

Клэр только покачала головой и села в джип. Если Алекс до сих пор ни о чем не догадалась, то и не надо.

С бьющимся в самом горле сердцем Клэр смотрела на белую пластинку. Дрожащей рукой взяв инструкцию, она сравнила образец на ней со своим результатом. Синяя полоска на пластинке, означающая положительный результат, была вдвое синее той, что на образце.

Яснее быть не может. Она беременна.

Счастливая улыбка расплылась по ее лицу. Она шумно вздохнула. Ребенок. Через девять месяцев она сможет взять на руки своего сына. Или дочь.

— Ну, как? — спросила из-за двери Алекс. Обернувшись, Клэр с видом триумфатора протянула ей пластинку.

Алекс порывисто обняла золовку.

— Ты беременна! Клэр, как замечательно!

— После стольких лет… — слезы не дали Клэр договорить. Ее сердце готово было выскочить из груди. — Просто не верится. А он точный?

— На девяносто семь процентов. Так написано на упаковке. И меня он ни разу не подвел. Теперь тебе надо как можно скорее пойти на прием к врачу, — уже серьезно заговорила Алекс. — Важно ничего не упустить. Врач сообщит тебе примерную дату родов, выпишет витамины…

— Клэр, ты здесь? — раздался из спальни голос Джейка.

— Она здесь, Джейк, — отозвалась Алекс. Потом шепотом добавила: — Хотела бы я посмотреть, как он обрадуется, но лучше оставить вас одних.

Когда Алекс вышла, Клэр от волнения не знала, что делать. Выронив бумажку с инструкцией, она схватилась за край ванны, чтобы не упасть. Из спальни послышались голоса Алекс и Джейка. Алекс рассмеялась, потом дверь захлопнулась.

В дверях ванной появился Джейк.

— Что это ты здесь прячешься?

Клэр посмотрела мужу в лицо. Его смуглые резкие черты стали такими родными для нее за этот короткий месяц, словно они прожили вместе всю жизнь. Но она до сих пор не могла предугадать его реакции.

Они приложили все усилия, чтобы зачать ребенка. И вот им это удалось. Что же дальше?

Будет ли он теперь обращаться с ней, как с остальными капиталовложениями, когда они исчерпывают свои ресурсы? А что, если он решит отодвинуть ее на второй план и заняться новыми делами?

Узнать об этом можно только одним путем. Сделав глубокий вдох, Клэр дрожащей рукой протянула Джейку белую пластинку. Он непонимающе нахмурился. Секунду спустя его лицо просияло. Увидев на крышке унитаза коробочку от теста, он повернулся к Клэр.

— Это значит, что ты…

— Это значит, что я беременна, — тихо сказала она.

Любая женщина не могла бы пожелать большего. Лицо Джейка просияло, и он, схватив Клэр на руки, закружил ее по комнате. Потом, поставив на пол, зарылся лицом ей в волосы и прошептал:

— За это надо выпить бутылку шампанского. Нет, целый ящик шампанского!

Клэр не могла сдержать улыбки.

— Мне теперь нельзя.

Джейк немного отстранился и посмотрел на жену. Нежно, словно она была сделана из драгоценнейшего хрусталя, взял ее лицо в ладони. Нет, никакие драгоценности с ней не сравнятся. Мог ли он думать всего месяц назад, когда она с криками накинулась на него в лифте, что эта женщина сделает его жизнь такой счастливой? Он чувствовал себя совершенно другим человеком, совсем не тем Джейком Андерсоном, который в ту дождливую ночь вошел в лифт. Теперь он всю жизнь готов благословлять дождь.

— Не могу поверить, что это произошло так быстро. — Он нежно поцеловал Клэр в щеку. — Я думал, что из-за твоего состояния на это уйдет не меньше трех месяцев.

— Ты рад?

Он улыбнулся:

— Разве не заметно?

— Конечно, теперь у тебя будет наследник.

Джейк отшатнулся, как от удара. Да, они поженились, потому что ему нужен был наследник, но он успел давно забыть об этом. Он сам поначалу убеждал Клэр, что любви не место в их договоре. Теперь он отдал бы все, чтобы убедить ее в обратном.

— Нет, не поэтому.

— Нет?

Он покачал головой.

— Я счастлив, потому что мы с тобой вместе создали новую жизнь. И что бы ни случилось, у меня всегда будет частичка тебя — в нашем ребенке.

Клэр провела рукой по его щеке.

— Это правда?

Он поцеловал ее ладонь.

— Да.

Ее губы задрожали.

— Что ж, Джейкоб Андерсон, это очень похоже на любовь.

— Да? — очень серьезно спросил он. Клэр кивнула.

— Я думала, ты не веришь в любовь.

— Я тоже так думал. Но, похоже, ошибался.

Клэр пристально посмотрела в его глаза, потом притянула его голову.

— Значит, для тебя еще не все потеряно.

Он крепко поцеловал ее и прижал к себе.

— Мне до смерти хочется для тебя что-нибудь сделать. Купить что-нибудь необыкновенное. Что бы ты…

— Нет-нет! — Клэр прижала палец к его губам. — Не надо все портить разговором о деньгах. Мне ничего не надо. Когда ты наконец это поймешь?

Он нахмурился.

— Я пытаюсь.

Клэр провела пальцами по его лбу, разглаживая морщинки.

— Только будь рядом, когда ты нужен мне. Вот все, чего я хочу.

Его брови сдвинулись еще сильнее.

— Значит, я тебе нужен? Всего неделю назад ты говорила, что ни за что этого не допустишь.

Клэр опустила глаза, потом снова подняла их.

— Я помню. Но за эту неделю очень многое в моей жизни изменилось.

Он почувствовал невероятное облегчение. Хотя Клэр не произнесла этих слов вслух, но то, что она сказала, было почти равносильно признанию в любви. Джейк склонился к ее губам, но она отстранилась.

— Я не договорила.

Джейк кивнул.

— Я хочу, чтобы ты был рядом, когда я этого хочу, но иногда мне нужно побыть одной. Понимаешь?

— Понимаю, — мягко ответил он. — Я сделаю так, как ты хочешь.

И в подтверждение этих слов поцеловал ее.

— Я категорически запрещаю тебе.

С отвисшей от изумления челюстью Клэр смотрела на мужа. Джейк загородил выход из стойла Скарлет и, судя по непреклонному выражению лица, явно не собирался двигаться с места.

— Ты запрещаешь мне кататься с племянниками?

— Именно.

Она ушам не верила. Неужели это тот самый человек, который только вчера клялся ничем не стеснять ее свободы?

— Ты что, с ума сошел? Я хочу и буду кататься верхом.

— Я велел Рэю запереть ворота конюшни. Ты никуда не поедешь.

Все еще не понимая, что происходит, Клэр прислонилась к теплому лошадиному боку.

— Джейк, что это за спектакль?

— Ты разве забыла, что позавчера произошло с Джейджеем?

Клэр всплеснула руками.

— Шанс, что это повторится, — один на миллиард!

— Я не намерен рисковать, тем более в твоем положении.

— Ах, вот в чем дело. Раз я беременна, меня надо завернуть в кокон и держать там все девять месяцев. Так вот что я тебе скажу — я этого не допущу. Я…

Из-за спины Джейка показался Джейджей, с широко раскрытыми от удивления глазами. За ним подошел и Мэтт.

Метнув гневный взгляд на мужа, Клэр обратилась к мальчикам:

— Ваши лошади готовы?

Дети кивнули. Джейк повернулся к ним:

— Тетя Клэр с вами не поедет.

— Поеду, конечно.

— Она заболела? — спросил Мэтт.

— Не совсем, — ответил Джейк. — Она ждет ребенка и теперь некоторое время должна вести себя очень осторожно.

— Черт побери, с чего ты взял?

Ее слова остались без внимания. Племянники вытаращились на нее, словно на живого динозавра.

— Как мама? — спросил Джейджей.

— Именно, — кивнул Джейк. Мальчики понимающе закивали головами.

— Я сам поеду с вами, ребята. Только подождите пару минут, — сказал Джейк. — Идите пока на улицу и помогите Рэю.

— Черт побери, стойте на месте, — прошипела Клэр. — Я тоже поеду с вами, что бы там ни говорил ваш дядя Джейк.

Джейджей покачал головой.

— Нет, тетя Клэр. Тебе нельзя кататься, пока ты ждешь ребенка. А то у нас совсем никого двоюродных нет, да, Мэтт?

Мэтт кивнул, и Джейджей потащил братишку за рукав к выходу.

Клэр свирепо уставилась на мужа.

— Ты сделаешь из них таких же упертых ослов, как ты сам. Беременная женщина вовсе не так уж беспомощна.

Джейк взял ее за плечи.

— Я не говорю, что ты беспомощна, ангел мой. Я просто не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

— Ты имеешь в виду ребенка.

В ответ Джейк привлек ее к себе.

— Тебя или ребенка. Хэнк говорил мне, что у твоей матери от езды верхом было два выкидыша. После последнего она не могла оправиться целый год.

— Но…

— Никаких «но». До родов ты ездить верхом не будешь.

Клэр вырвалась из его рук.

— Ну ладно, Джейк, — бросила она. — Но учти: полюбить тебя мне с каждым днем становится все труднее и труднее.

— Клэр… — он хотел взять ее за руку, но она вырвалась и пошла к выходу.

— Предатели! — крикнула она племянникам. — Вы ведь знаете, как я люблю кататься верхом!

Настоящие ковбои, ничего не поделаешь. Хэнк воспитал их в лучших ковбойских традициях. При этой мысли Клэр развернулась и решительно направилась к загону, в котором Хэнк с Тревисом тренировали лошадей. Они готовили их к финальным выступлениям на родео.

Хэнк как раз сидел на ограде. Подскочив сзади, Клэр с силой хлопнула брата по задним карманам джинсов и столкнула с ограды.

— А-а-а! — Хэнк, пытаясь удержать равновесие, взмахнул руками. Шляпа слетела. Он обернулся и уставился на сестру: — Ты что?!

— Черт побери, он еще спрашивает! Это ты наболтал Джейку, что мне теперь нельзя ездить верхом?

— Нет, конечно. — Он поднял шляпу и принялся ее отряхивать. — Я просто рассказал ему, что было с мамой.

— Это то же самое.

— Ты что, хочешь потерять ребенка?

— Конечно, нет, но я хорошо езжу, и…

— Мама тоже хорошо ездила, — напомнил Хэнк. — Но никогда не знаешь, где упадешь. К тому же ты давно не упражнялась.

Возразить было нечего, и Клэр сердито скрестила руки на груди.

— Значит, девять месяцев мне нельзя будет ездить верхом?

Хэнк сдвинул шляпу на затылок.

— Алекс не ездит.

— Потому что ты ей не разрешаешь.

— Она не ездит, потому что я прошу ее об этом, и потому что она беспокоится о своем ребенке.

Клэр вздернула подбородок. Она терпеть не могла признавать правоту брата.

— Ты думаешь, я не беспокоюсь?

Лицо Хэнка смягчилось.

— Что ты! Просто иногда тебе надо более настойчиво указывать кое на что. Понимаешь?

— Почему ты так заботишься обо всех, Хэнк? Особенно об Алекс. Ты ведь просто пылинки с нее сдуваешь…

Хэнк следил взглядом за Тревисом, гонявшим лошадь по кругу.

— Алекс — свет моей жизни. Если с ней что-нибудь случится, моя жизнь будет кончена.

Клэр не ожидала от брата такой поэтичности.

— Но, Хэнк, это же чудесно.

— Дети тоже для меня очень важны. И ты, и Тревис. Я готов сделать что угодно, лишь бы вы все были здоровы.

— Значит, ты любишь нас, — пробормотала Клэр. Он усмехнулся.

— А что же еще?

— А ты уверен, что это не скрытое желание властвовать? Мне всегда именно так и казалось.

— Знаю.

— Прости, Хэнк. Я не могу поблагодарить тебя за то, что ты кататься меня не пускаешь, но я рада, что ты меня любишь.

Хэнк погладил ее по руке.

— Не набрасывайся на Джейка, хорошо? Он, похоже, любит тебя так же, как я — Алекс. Ты носишь его ребенка. Поэтому он так боится и за тебя, и за него.

— Что стряслось? — спросил подошедший к ним Тревис.

— Ничего, — пробормотала Клэр.

Она обернулась и увидела Джейка. Он как раз выходил из конюшни с племянниками.

Хэнком движет любовь. А Джейком?

Глядя на мужа, который помогал маленькому Мэтту усаживаться на лошадь, Клэр внезапно с полной ясностью поняла, что она хочет от их брака. Она хочет быть для Джейка так же необходима, как Алекс — для Хэнка. Как солнечный свет для всего живого.

Перед Клэр неожиданно открылась простая истина — она любит Джейка. Она полюбила его, несмотря на его упрямство и властную натуру. Несмотря на то, что сама изо всех сил пыталась не влюбиться.

Джейк, сев на жеребца, огляделся по сторонам, словно ища кого-то. Потом подъехал к ограде загона, наклонился и поцеловал жену. И направил жеребца вперед. Мальчики поскакали следом. Она любит его.

Если Хэнк прав, и Джейк тоже ее любит, это прекрасно.

Если же Хэнк ошибается, то Клэр Иден очень скоро не будет. Она полностью растворится в Джейке.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил Джейк и взял Клэр за руку.

Она отвела взгляд от Скалистых гор, черневших на горизонте, и посмотрела на мужа. Они отвезли Иденов в аэропорт и возвращались в Денвер. Клэр обещала непременно приехать к ним в Вайоминг на Рождество. А через пару недель они собирались несколько дней провести с Тревисом на соревнованиях в Лас-Вегасе.

— Хорошо, — отозвалась Клэр. — А что?

— Ты что-то тихая сегодня.

Она сжала его руку.

— Просто думаю.

— О чем?

— О том, как хорошо не слышать споров детворы на заднем сиденье.

Он засмеялся.

— Пора привыкать. Скоро у нас будут свои маленькие спорщики.

Клэр повернулась, чтобы ей удобнее было смотреть на мужа.

— Кстати, мы ведь еще не обсудили, сколько хотим иметь детей. Ты не думал об этом?

Джейк посмотрел на нее, потом снова вернулся к дороге.

— А ты сможешь осилить больше?

— Думаю, да. Доктор Фримен говорила, что беременность решит все мои проблемы. Так что мы сможем иметь сколько угодно детей.

— А сколько хочешь ты?

Клэр развела руками.

— Не знаю. Если честно, я об этом раньше как-то не думала.

Помолчав минуту, Джейк сказал:

— Думаю, нам не стоит ограничиваться одним ребенком. Я был единственным в семье и чувствовал себя страшно одиноким.

Клэр обняла Джейка за плечи, чтобы напомнить, что он больше не одинок.

— Давай начнем с двоих, а там посмотрим. Только стоит ли делать между ними большие перерывы?

Джейк пожал плечами:

— Не знаю. Может быть, лучше, чтобы у них была небольшая разница в возрасте?

— Сама не знаю, — Клэр засмеялась. — Правда, мы еще многого не знаем о том, что значит быть родителями.

Он улыбнулся в ответ.

— Думаю, мы всему научимся.

— Я точно знаю, что им не надо иметь такую разницу, как у меня с братьями. Хэнк старше на четырнадцать лет. Он мне скорее отец, чем брат. А с Тревисом у нас разница четыре года, но это все равно многовато.

Джейк задумчиво кивнул:

— Думаю, лучше нам сделать так, как у Хэнка и Алекс. Их дети вполне могут играть вместе, разница в возрасте невелика, но и не слишком маленькая.

— Да, уж в этом вопросе Хэнк целиком положился на жену.

— Послушать Хэнка, так Алекс вообще многое делает по-своему.

Клэр задумалась.

— Знаешь, ты прав. Пожалуй, мой старший братец — вовсе не такой уж деспот и диктатор.

Джейк покосился на нее:

— Даже несмотря на то, что он — ковбой?

— Да, даже несмотря на это. — Клэр шутливо шлепнула мужа по спине.

Глава одиннадцатая

Проснувшись на следующее утро, Клэр первым делом обнаружила, что больше не пугается, просыпаясь в квартире Джейка. Второй новостью было ощущение безумной тошноты. Она с трудом успела добежать до ванной.

Через минуту она почувствовала на плече сильную руку мужа.

— Что случилось? — спросил Джейк. — Утреннее недомогание?

— Ну, поскольку сейчас утро и я чувствую себя ужасно, так оно и есть, — проворчала Клэр, которой вовсе не хотелось, чтобы Джейк видел ее в столь неприглядном положении.

Джейк ничего не ответил и только поддерживал Клэр, пока ей не стало легче. Выпрямившись, он намочил полотенце холодной водой и приложил ей ко лбу.

— Это все ты виноват, — слабым голосом сказала Клэр. Но в душе она поблагодарила Джейка — холодное влажное полотенце действительно доставило ей некоторое облегчение.

— Знаю, — тихо сказал он. — Прости.

— Ну, так не интересно, когда ты со мной не споришь.

Он отвел прядь волос с ее лица.

— Я не собираюсь с тобой спорить. Ты беременна от меня. И я не хочу, чтобы ты мучалась из-за моего ребенка.

— Из-за нашего ребенка.

— Да, нашего, — поправился и он. — Если бы я мог, я бы мучался вместо тебя.

— Легко говорить, зная, что этого все равно не будет, — сердито заспорила она. — Все мужчины так говорят, могу поклясться.

Он криво усмехнулся.

— Вижу, тебе лучше. Может, приготовить что-нибудь поесть? Ты как?

Клэр со вздохом прислонилась к стене.

— Алекс говорит, лучше всего помогают крекеры.

Джейк немедленно вскочил.

— Пойду посмотрю, что у нас есть.

— Только соленые, — добавила Клэр вдогонку.

Он кивнул.

— Ладно. Если их нет, сбегаю в магазин.

— Молодец! В шесть утра? Ты хоть знаешь, где находится магазин, тем более откры… — она умолкла, потому что Джейк вернулся и взял ее на руки. — Я и сама могу дойти…

— Что-то ты не особенно пыталась, — ответил он.

Клэр фыркнула.

— Просто я собиралась с силами.

Джейк усадил ее на край кровати.

— Кстати, может, тебе лучше сегодня остаться дома? Ты…

— О, нет. — Клэр резко вскочила, но у нее так закружилась голова, что пришлось схватиться за руку Джейка. Придя в себя, она нахмурилась и посмотрела на мужа. — Не надо обращаться со мной, как с инвалидом, только потому, что я беременна. К тому же, как на это посмотрят мои подчиненные? Не волнуйся ты, съем несколько крекеров, и все будет в порядке.

— Я сейчас вернусь. — В дверях он обернулся и посмотрел на нее: — Ты собираешься так на меня рычать все девять месяцев?

Вздернув подбородок, Клэр не сумела удержать улыбки.

— Захочу — и буду.

Он улыбнулся в ответ.

— Жестокая!

— А почему я должна страдать одна? Мы оба здесь виноваты, так что и мучаться будем вместе.

В мгновение ока он снова оказался рядом и крепко поцеловал Клэр в лоб…

— Вместе и всегда.

— Не подглядывай.

— Я просто нос почесала. — Клэр отвела руку от закрывающего ей глаза шелкового шарфа. — Скажи наконец, что все это значит.

— Сейчас увидишь.

Голос Джейка звенел, словно у ребенка, которому предстоял поход в Диснейленд, и это настораживало Клэр. Обычно такое поведение означало, что он купил ей какой-то безумно дорогой подарок.

— Я думала, мы просто собирались пообедать.

— Именно, но в особом месте.

— Тогда к чему эти шпионские штучки?

— Мы почти приехали.

Еще две минуты, и машина остановилась. Джейк выключил мотор.

— Готова?

— Я была готова, как только вышла из кабинета… — тут ее голос сорвался, потому что Джейк снял шарф.

Они стояли перед двухэтажным кирпичным домом. Работы во дворе еще не были закончены, но надпись «Продается» была завешена большим плакатом «Продан».

У нее упало сердце.

— Тебе нравится? — довольно спросил Джейк.

— Ты его купил? — сдавленным голосом спросила Клэр. Нет, этого не может быть. Сейчас Джейк скажет, что еще не подписал документы.

— Три дня назад. Идем. Я хочу показать тебе кое-что внутри. — Джейк вышел из машины и открыл дверь для Клэр.

Она не обратила внимания на протянутую руку.

— Зачем?

— Нельзя жить в пентхаусе с детьми. Балконные перила — слишком ненадежная защита.

— Да, но…

Прошло три дня с тех пор, как они вернулись в Денвер, и все шло как нельзя лучше. Они сработались и, несмотря на беременность Клэр, продолжали проводить вместе фантастические ночи. Она только начала верить, что Джейк действительно может полюбить ее. И вдруг он выкидывает такой фокус.

Клэр кашлянула.

— Ты ничего не говорил мне о том, что собираешься купить дом. Тебе не кажется, что все это надо было сначала обсудить со мной?

Джейк явно растерялся.

— Мы говорили об этом. На вторую ночь после возвращения. Я сказал, что собираюсь подыскать нам дом, потому что тебе заниматься этим некогда. Да и сил нет. А ты тогда сказала — пожалуйста.

Клэр смутно припомнила этот разговор.

— Я тогда уже практически спала. Потом, я думала, ты просто подыщешь несколько вариантов, и мы выберем вместе.

Внезапно его лицо омрачилось беспокойством, словно Джейк только что понял свою ошибку.

— Да, я так и предполагал, но действовать надо было быстро. Дом могли перехватить. Клэр, он идеально нам подходит. Всего в десяти минутах от офиса, и хотя двор у него не очень большой, детям хватит. — Он помолчал. — Я хотел сделать тебе сюрприз.

Она сглотнула вставший в горле ком…

— Поздравляю. Тебе это удалось.

— Прости. Я думал, ты… — с потускневшим взглядом он провел рукой по волосам. — Хочешь, я разорву контракт?

Клэр нахмурилась.

— Это дорого обойдется, да?

— Всего в несколько тысяч. Не беспокойся. — Он махнул рукой, словно сумма не имела значения. — Но, может, ты сначала посмотришь на него? Мне казалось, он тебе понравится. Когда я вошел, сразу почувствовал, что он просто создан для тебя.

Ради нескольких тысяч долларов можно и посмотреть, подумала Клэр и вышла из машины.

Клэр влюбилась в этот дом, едва переступив порог. Хотя комнаты были большими, они разительно отличались от холодно-роскошных апартаментов Джейка в пентхаусе. Стены были окрашены в теплые тона, а полы покрыты толстым ковром. Это был дом, в котором можно было легко представить резво бегающих детей.

Джейк молча следовал за ней из комнаты в комнату. Внимательно следил за каждым взглядом, но не говорил ни слова, пока они не оказались в столовой. Прямо на ковре лежала белая скатерть. На ней был сервирован ланч, посередине стоял канделябр, а в ведерке со льдом ждала бутылка шампанского.

— Оно безалкогольное, — наконец промолвил Джейк. — Я подумал, нам стоит отпраздновать… — он пожал плечами.

Клэр отвернулась:

— Идем наверх.

Помрачнев, Джейк последовал за ней по покрытым ковром ступенькам.

— Там тоже сюрприз. Обставленная комната. Я еще и поэтому ничего тебе не говорил.

— Дай-ка я угадаю. Ты уже купил большую кровать для спальни, где мы могли бы «обновить» дом.

Он быстро поцеловал ее, словно боясь, что она отстранится.

— Вообще-то я планировал это сделать прямо внизу. Нет, это… — он распахнул дверь, — детская.

Клэр замерла. Комната была обставлена в нежно-голубых тонах. Белая детская кроватка стояла посреди комнаты, рядом — ванночка для купания малыша, столик для его переодевания, стульчик на колесах и детский уголок с игрушками и книжками. Стены были обиты тканью.

Наконец Клэр повернулась к Джейку.

Он стоял, прислонившись к дверному косяку. Вся его фигура выражала напряжение.

— Ну? Что думаешь?

Думает? Она изо всех сил старалась не думать. На ее глаза навернулись слезы, и она стиснула руки в кулаки.

— Ты очень старался, да?

— Ну, мне немного помогли. К счастью, я подыскал дизайнера, который согласился работать буквально круглосуточно…

— Ты не только сам решил, где нам жить, но и пол ребенка определил заранее.

Джейк встревоженно посмотрел на Клэр. В его глазах она прочитала явное непонимание.

— Что?

Она обвела жестом комнату.

— Голубые тона, Джейк. Это значит — мальчик.

— Да?

— Прекрати! Это всем известно.

— Ничего мне не известно. Да и откуда? Я никогда не общался ни с детьми, ни с будущими родителями. И мне дела не было, что значит какой-либо цвет. А что люди делают, если не знают заранее пол ребенка?

Неужели он вправду не знает?

— Они обставляют детскую не в розовых и не в голубых тонах. Ты ведь сам назвал дизайнеру цвет, иначе он выбрал бы желтый, зеленый, Бог знает какой… Ведь так?

Джейк потер подбородок.

— Да, он меня спрашивал, какого цвета делать детскую. Когда я сказал — голубого, он меня почему-то поздравил. И я подумал…

— Видишь, что ты наделал? — дрожащим голосом воскликнула Клэр. — Ты все решил сам.

Он взял ее руки в свои.

— Не говори так. Я просто хотел помочь.

— Я думала, ты уже понял, что я не хочу, чтобы ты решал за меня. Но ты ничему не научился, ничего не понял. Ни-че-го.

— Позволь мне все объяснить. Ты так много работаешь. Тебе плохо по утрам; а к вечеру ты уже изматываешься до предела. Я чувствую себя беспомощным, потому что ничем не могу тебе помочь. Поэтому я решил сделать хоть что-нибудь — тем более с твоего благословения. — С отчаянием во взгляде он положил ей руки на плечи. — Клэр, скажи, что ты меня простила. Скажи, что ты позволишь мне облегчить тебе жизнь. Ты не можешь делать все на свете. Ты очень деловая. Ты очень самостоятельная. Но даже Суперледи иногда нужна помощь.

Клэр смотрела в его честные глаза. Кажется, он говорит искренне, и ей отчаянно хотелось верить ему.

Вот и еще частичка ее независимости исчезает.

Но тут она вспомнила о клятве, данной себе в первый день их пребывания на ранчо. Она тогда обещала себе не отталкивать его, как это всегда делал его отец, и не обвинять за попытки управлять ее жизнью.

Но она по-прежнему боялась, что он может сделать ей больно. Это вполне возможно, потому что она его любит, а он ее — нет.

Но она хочет, чтобы Джейк полюбил ее, значит, должна научить его любви. Главное здесь — терпение. Терпение и надежда, что однажды он поймет.

Обняв мужа, она прижалась к его груди:

— Ты поступил плохо. Очень.

— Прости меня. — Он сильнее сжал ее в объятиях. — Но я и правда был уверен, что ты знала о моих намерениях купить дом.

— Да. Знала. Только поэтому и не ушла прямо сейчас.

Он взял ее за подбородок:

— Значит, ты прощаешь меня? Ты хочешь оставить дом?

— Не следовало бы мне этого делать. Это только поощрит твое дурное поведение.

— А если я поклянусь, что больше никогда не куплю дом без твоего разрешения?

— Нет. Лучше пообещай, что будешь советоваться со мной во всем, что касается меня и ребенка.

— Обещаю. Клянусь. — Джейк прижал ее к себе и поцеловал.

Клэр вздохнула.

— Может, это звучит противоречиво, но мне нужна твоя помощь, Джейк. Мне нужен ты.

Месяц назад выражение его лица испугало бы ее.

— И ты нужна мне, моя дорогая. Я тоже хочу быть нужным тебе.

— Правда, Джейк? Это правда?

— Это больше, чем правда.

Они скрепили примирение поцелуем, и из-под сжатых век Клэр скатилась слеза. Она поверила ему.

Спустя два дня, в половине седьмого, Джейк вошел в комнату перед кабинетом Клэр.

— Миссис Хэмби? Вы еще здесь?

Полная женщина средних лет указала на дверь Клэр и прошептала:

— Тс-с. Она спит.

Тревога ледяной волной окатила Джейка:

— Что с ней? Ей плохо?

— Что вы, нет. — Секретарша весело улыбнулась. — Это нормально в ее положении. Когда я сама носила первенца, первые четыре месяца все время хотела спать.

Джейк тихо открыл дверь. Клэр спала, опустив голову на руки.

— Надо было позвать меня.

— Она заснула всего минут десять назад.

Джейк кивнул.

— Идите домой, миссис Хэмби. Я сам о ней позабочусь.

Секретарша широко улыбнулась и принялась собираться.

— Я в этом не сомневаюсь.

Джейк вошел к Клэр и тихонько тронул ее за плечо.

— Еще пять минуток, — пробормотала она.

Черт побери. Она слишком много работает. Ей необходима помощь и дома, и на работе. С Джимом Гордоном он поговорит, тот вполне может согласиться взять на себя хотя бы часть ее работы, но вот дома…

Все равно им понадобится няня для ребенка, раз Клэр решила не оставлять работу. Не отдаст же он своего ребенка в это кошмарное заведение, именуемое детским садом? Или как там — центр для младенцев? Может, нужно подыскать няню заранее? Она поможет Клэр готовиться к родам и тому подобное.

Да, идея была отличная, но почему-то Джейк чувствовал, что Клэр это не понравится.

Нет, он не станет никого нанимать без ее ведома. Он просто опросит нескольких женщин, выберет одну или двух наиболее подходящих и даст ей знать. Он поступит в точном соответствии с ее просьбой — поможет ей, но окончательное решение останется за Клэр.

Да, на сей раз она останется довольна.

В глазах Клэр все расплывалось. В сотый раз за день она прикрыла усталые глаза. Она никак не могла сосредоточиться на счетах «Пони». Нет, это, наверное, что-то большее, чем усталость от беременности.

Цифры, которые она видела на экране компьютера, никак не связаны с людьми. А она продолжала невольно думать о том, как миссис Макдонадц управляется со своим магазином домашних животных или удалось ли мистеру Чейзу наконец разобраться с налогами. И она не могла без тоски вспоминать песочный пирог, который его жена обычно пекла для нее к Рождеству.

Встав, Клэр потянулась и подошла к окну, чтобы еще раз полюбоваться видом Скалистых гор. Вот уже несколько дней она собирается поговорить с Джейком о работе. Что он скажет, когда она сообщит ему о своем решении уйти? Клэр решила вернуться в «Уайтекер», где она общалась не со скучными колонками цифр, а с живыми людьми.

Эта работа ей не нужна. Во-первых, она уже забеременела, значит, деньги на искусственное оплодотворение не понадобятся. А во-вторых, она замужем за Джейком, значит, и вся ее жизнь тоже обеспечена. Она не прикасалась к своему банковскому счету с тех пор, как они поженились, и тратила с него деньги только на оплату квартиры.

Не то чтобы работа была ей не по плечу. Наоборот, она обнаружила, что ничего сверхсложного в ней нет. Просто она не хотела здесь работать.

За последний месяц Клэр поняла, что настоящая независимость — это не обязательно неограниченное количество денег. Это — возможность выбирать ту работу, которую любишь. И женившись на ней, Джейк дал ей такую возможность.

Эта мысль заставила Клэр вздрогнуть. Она никогда не думала об их браке с этой точки зрения. И теперь она только сильнее ощущала свою любовь к Джейку.

К тому же она не бросает его на произвол судьбы. Джим Гордон более чем способен занять эту должность. И вообще он изначально был первым кандидатом.

Нет, она Джейку на этой работе не нужна. Она нужна ему в другом плане — и это гораздо важнее.

Клэр улыбнулась, вспомнив сегодняшнее утро. С тех пор, как выяснилось, что она беременна, его желание не только не ослабло, но даже наоборот. Да, бывали некоторые срывы, вроде этой покупки дома.

Теперь Клэр окончательно все поняла. Она злится, если Джейк решает что-либо без нее, не потому, что хочет независимости, а потому, что хочет быть всегда нужной ему. Как Хэнк не может ни в чем обойтись без Алекс. Она хочет быть необходимой ему, быть любимой.

Вздохнув, Клэр вернулась к терпеливо ожидающему компьютеру. Зачем терять время? Джим уже заверил ее, что все на мази, и она не нашла ни единой ошибки в работе своих подчиненных.

Она здесь не нужна — зато клиентам Уайтекера без нее трудно.

Почему бы не поговорить с Джейком? В ее решении масса преимуществ. Она может договориться с мистером Уайтекером, чтобы он предоставил ей возможность брать не очень много клиентов, чтобы оставалось достаточно времени для ребенка. И Джейк будет доволен.

А раз они будут работать не вместе, это создаст некоторую иллюзию независимости. До сих пор работать под началом собственного мужа ей было хорошо и приятно, но что будет, если у них, как в любой семье, начнутся нелады?

Нет, лучший вариант — это возвращение на старую работу, в «Уайтекер». Конечно, если мистер Уайтекер согласится принять ее обратно, после такого внезапного ухода.

Сев за стол, Клэр взяла было трубку, но передумала. Лучше лично увидеться с бывшим боссом.

Взяв пальто и сумочку, она направилась к двери.

— Миссис Хэмби, я ухожу.

Секретарша сначала удивилась, потом улыбнулась.

— Всего доброго, миссис Андерсон. Идите домой, отдохните. Вам это полезно.

Клэр улыбнулась в ответ.

— Когда Джейк зайдет, скажите ему, что я поехала домой.

— Может, позвонить ему сейчас?

— Не надо, он только будет волноваться. Скажите, что со мной все в порядке, и я жду его дома к ужину. — Помахав рукой, она вышла.

Зевая, Клэр вставила ключ в замок и открыла дверь. Мистер Уайтекер принял ее замечательно и едва ли не упрашивал вернуться. Он даже в шутку предложил ничего не говорить об уходе Джейку.

Но Клэр так быстро уходить не собиралась. Она останется у Джейка на работе до тех пор, пока в этом будет необходимость. Хотя Джим Гордон хоть завтра мог бы принять на себя все дела, и это никак не повлияло бы на работу «Пони».

Она толкнула тяжелую дверь и подняла с пола пакет с покупками. У нее даже хватило времени купить кое-какие вещи. На будущее. Больше всего эти вещи ей нравились тем, что это не деловые костюмы.

Когда она направилась к спальне, навстречу ей из кухни выбежала миссис Санчес…

— Ох, миссис Андерсон, это вы. А я уж испугалась, что не закрыла дверь и еще одна женщина вошла.

— Женщина? — недоуменно спросила Клэр. — Какая женщина?

— Из тех, с которыми мистер Андерсон сейчас беседует в кабинете.

Клэр замерла. Ее сердце дрогнуло от недоброго предчувствия.

— Беседует? Значит, Джейк дома?

— Да, мэм. Он с самого обеда дома.

— Понятно. — Глупо было так говорить. Ничего ей не понятно. — А зачем он с ними беседует?

На лице миссис Санчес появилось встревоженное выражение.

— Это же няни. Я думала, вы знаете.

Пакет выпал из рук Клэр. Сумочка последовала за ним.

— Нет, я не знала. А… — Она сглотнула внезапно вставший в горле ком. — А мой муж в кабинете?

— Да, миссис Андерсон. Ах ты, Боже мой. Не надо было мне говорить…

— Ничего, миссис Санчес. Все нормально. Идите в кухню, все в порядке.

Миссис Санчес, неуверенно оборачиваясь, ушла.

Няня. Значит, он решил нанять няню.

Не в силах поверить услышанному, Клэр с трудом переставляла ноги. Это после всех его клятв и заверений! Дверь кабинета была открыта.

Вопросы, которые задавал Джейк, только подтвердили его вину. Каждый услышанный из-за двери вопрос становился еще одним ножом, вонзавшимся в сердце Клэр.

Он опять ни слова не сказал ей о своем намерении, снова лишил ее права выбирать.

Как он мог так поступить? Неужели он не понимал, что этот поступок сильно ранит ее?

Ответ на свой вопрос она знала заранее.

Конечно, понимал. Просто ему дела до этого не было.

Боль сковала все тело Клэр.

Она не нужна ему. С его деньгами он может позволить себе все. Для него нет ничего незаменимого в жизни. И теперь он решил заменить и ее.

Джейкоб Андерсон может купить все, что захочет. Он купил женщину, чтобы получить ребенка. Теперь он покупает няньку. Он отнимет у нее ребенка, как только тот появится на свет.

Клэр тяжело привалилась к стене. Ноги ее подгибались.

Почему? Как он мог так легко отвергнуть ее любовь?

Так же, как отверг его любовь отец, как поступила с ним невеста, друзья. Теперь для Джейка в жизни ничто не имеет ценности. Все можно отбросить. Даже любовь. Его самого так часто отвергали, что он разучился верить.

Может быть, он не верил, что и она с ним останется надолго? Он не поверил в ее любовь, поэтому решил заранее устроить так, чтобы его ребенок остался с ним.

Эли Андерсон хорошо научил своего сына.

Бедный Джейк. Он никогда не узнает, что такое счастье.

Но, может быть, он никогда об этом и не пожалеет.

На ее глазах показались слезы, но она сердито сморгнула их. Надо немедленно зайти в кабинет и высказать Джейку все, что она думает насчет его поступка.

Она выпрямилась. Покачала головой. Нет, зачем? Сколько раз она пыталась уже объяснить ему? Он так ничего и не понял. И не поймет.

Глядя перед собой невидящими глазами, она вышла из квартиры. Прочь из его жизни. Она не позволит Джейку забрать ее ребенка. Это все, что останется у нее.

Провожая последнюю претендентку до дверей, Джейк с удивлением заметил на полу в прихожей пакет. Закрыв дверь, он обернулся и замер.

Рядом с пакетом лежала сумочка Клэр.

Его сердце едва не выскочило из груди. Что случилось?!

— Миссис Санчес! — Он схватил сумочку жены и помчался в спальню. Ей плохо? Нужна его помощь? Почему она не зашла в кабинет и не сказала…

Он застыл посреди пустой спальни, пораженный внезапной догадкой. Она заходила в кабинет — как раз когда он беседовал с нянями.

Бросив сумочку на кровать, он обеими руками вцепился в волосы. Его сердце билось так, что грозило разорвать грудь.

Черт. Черт. Черт.

Еще нет и пяти часов. Почему она пришла домой так рано? За весь месяц, пока они были женаты, она никогда не выходила из своего кабинета раньше шести. Да и в шесть ему приходилось едва ли не силой вытаскивать ее из офиса. Джейк рассчитывал, что она будет на работе, именно поэтому он и решил пригласить нянь домой.

— Мистер Андерсон? — В дверях появилась миссис Санчес. — Вы меня звали?

— Моя жена была здесь?

Миссис Санчес всплеснула руками.

— Да, сэр. Она очень расстроилась, узнав, что вы беседуете с нянями. Простите меня, сэр, это я ей сказала. Я думала, она знает.

— Ничего, миссис Санчес. Я сам во всем виноват.

Нет, он не позволит ей вот так сбежать. Да, он снова допустил ошибку. Не первую и, возможно, не последнюю.

Но она любит его. Это он знал наверняка. Почему же она ему не доверяет? Почему не может поверить, что он любит ее и что для него она дороже всего на свете…

Внезапно Джейку открылась давно очевидная истина. Он любит ее. В этом не могло быть сомнений.

И теперь он тем более не может позволить ей уйти.

— Вы, конечно, не знаете, куда она могла пойти? — спросил он у миссис Санчес.

Та только развела руками.

— Я даже не знала, что она ушла. Может быть, в офис?

Джейк покачал головой.

— Может быть, но вряд ли. Я позвоню туда. Не волнуйтесь. Куда бы она ни поехала, я ее найду. Я найму лучших детективов, за двойную плату, но найду.

— Я могу вам помочь?

Джейк задумался.

— У вас, кажется, есть брат, таксист. — Она кивнула, и Джейк продолжал: — Позвоните ему, пожалуйста, и спросите, не может ли он узнать, брала ли моя жена такси. И если да, то куда поехала. Хотя едва ли… Ведь сумочка ее осталась здесь.

— Хорошо, сэр. Я прямо сейчас позвоню Бернардо. Он поможет.

Джейк быстрым шагом направился в кабинет. Глянув в окно, он увидел, что свинцово-серые тучи сгустились над городом и уже шел снег. Он припомнил прогноз погоды. Сильный снегопад.

Куда она могла пойти в такую непогоду? Без сумки, без денег? Даже без кредитной карточки?

Он должен найти ее — и быстро. О том, что может случиться, если он не найдет ее, Джейк не хотел даже думать. Нет, он не может потерять ее, только не сейчас. Ведь он наконец понял, как сильно любит ее. Он все сделает, лишь бы с ней все было хорошо. Все.

Глава двенадцатая

В три часа ночи Джейк остановил джип перед дверями старого дома Клэр — того самого, где она жила до замужества. Он был уверен, что Клэр давно продала его. Последние десять часов прошли для него в кошмаре безостановочных поисков. До того момента, пока он не обнаружил в ее сумочке связку ключей.

Там, на брелке в виде сердца, вместе с ключами от их квартиры, он увидел желтый ключ с красной пластмассовой верхушкой. За день до свадьбы она давала ему этот ключ. То, что она сохранила квартиру за собой, ясно показывало, как Клэр оценивала свой брак.

Зачем платить за квартиру, в которой не собираешься жить? Значит, она заранее знала, что их союз будет недолговечным? Значит, она не хотела жить с ним? Значит, она его не любит?

Он поднял голову и посмотрел на окна. Ни огонька. Никто не выглянул на улицу, чтобы посмотреть, что за машина подъехала к дому. Ни одна занавеска не шелохнулась, выдавая присутствие жильцов. Но Джейк знал, что Клэр здесь.

Боль, какой он никогда в жизни не испытывал, пронизывала его грудь, мешала дышать. Сердце громко стучало.

Опять отвергнут. Опять один.

Джейк с трудом разжал руки и открыл дверь. Нельзя сейчас сидеть на месте и жалеть себя. Если есть хотя бы один шанс убедить ее остаться, он не должен его упускать. Он должен сделать все, чтобы она снова поверила ему.

Ступая по глубокому снегу, Джейк подошел к дому и открыл дверь. Теплый воздух с легким ароматом ванильной смеси воскресил в его памяти воспоминания о последнем дне перед свадьбой. От этого запаха ему тогда захотелось проглотить Клэр целиком, до последнего кусочка!

Но именно этого-то она и не хотела. Она желала остаться независимой, свободной. Она не хотела быть лишь тенью мужа. Теперь Джейк понял, что недооценил ее тягу к независимости. И теперь ему оставалось только молиться, чтобы эта ошибка не стоила ему того единственного счастья, которое он когда-либо знал.

Клэр спала наверху, на кровати, покрытой цветным пледом. Он сел рядом. Включил лампу. Посмотрел на измученное лицо жены.

Она спала на боку, лицом к Джейку. Ее волосы разметались по подушке, а на щеках видны были следы недавних слез. Это пробудило в нем слабую надежду. По крайней мере, она плакала. Значит, ей не все равно.

Он осторожно тронул ее хрупкое плечо.

Клэр тихо застонала и зарылась лицом в подушку:

— Еще пять минуток.

Джейк печально улыбнулся, услышав эти до боли знакомые слова.

Скинув пиджак и галстук и сбросив обувь, он осторожно лег рядом с Клэр и прижал ее к себе. Она сонно пробормотала его имя и прижалась еще теснее.

Луч надежды проник во мрак его отчаяния. Если во сне она верит ему, нуждается в нем, то почему же это невозможно наяву?

Он коснулся губами ее губ и почувствовал соленый привкус. Слезы.

— Клэр, просыпайся, — тихо сказал он. — Просыпайся, мой ангел. Нам надо поговорить.

— Да? — пробормотала она. Джейк поцеловал ее в лоб.

— Да.

Она положила голову ему на руку:

— Но я только…

Внезапно ее лицо окаменело. Она быстро огляделась вокруг и снова посмотрела на Джейка.

— Что ты здесь делаешь?

— Ты же здесь. Где мне еще быть?

Она толкнула его в грудь:

— Пусти.

— Ни за что.

— Иди к черту.

— Я и так всю ночь пробыл как в аду. Мне там не понравилось. — Его голос едва не сорвался. Он взял руки Клэр и притянул ее ближе. — Почему ты убежала?

— Я не убежала, а ушла, — поправила его она.

— Из-за того, что я решил тебе помочь?

— Помочь? Почему ты все время делаешь только то, что тебе хочется, а потом уверяешь, что помогаешь мне? Ты обращаешься со мной, как мои братья. Будто я — маленькая глупенькая девочка.

— Это не так, ты прекрасно знаешь, — возразил Джейк.

— Ты и сейчас уговариваешь меня, как капризного ребенка.

— Ты можешь пообещать, что больше никогда не уйдешь?

Ее лицо на мгновение исказилось от боли, но быстро приняло сердитое и непреклонное выражение.

— Ты прав, нам надо поговорить. Но давай поговорим как взрослые люди. И отпусти меня. Я так не могу нормально думать.

Обрадованный признанием, что ей небезразлична его близость, Джейк разжал руки.

Клэр медленно, словно с усилием, поднялась с кровати.

— Идем вниз. Я сварю кофе.

Не задерживаясь даже для того, чтобы обуться, Джейк поспешил за ней следом. Стоя в дверях, он смотрел, как она достает банку с кофе из буфета.

— Я думал, ты отказалась от этой квартиры.

Рука Клэр замерла на полпути. В голосе Джейка она безошибочно услышала укор. Да, у него были все основания обижаться, но сейчас ей было не до того.

— Не отказалась, как видишь.

— Ты не собиралась долго оставаться со мной, ведь так? То, что произошло сегодня, было просто предлогом, чтобы наконец уйти. Ведь ты уже забеременела. Больше тебе ничего не нужно.

Клэр заморгала. Машинально она высыпала в кофейник ложечку кофе. Хотя он был не прав, она не собиралась объяснять, почему убежала. Она все равно не знала, что сказать.

Внезапно ее плечи стиснули с такой силой, что у нее замерло дыхание.

— Прости меня. Я не хотел тебя обвинять. Честное слово. Просто я… я чуть с ума не сошел, разыскивая тебя по всему городу. Я не знал, куда ты могла пойти, да еще в такую погоду…

Его объятия казались таким безопасным убежищем, словно родной дом, словно остров среди бушующего океана. Как это возможно, если он сам и есть бушующий океан?

— Пусти меня, Джейк. Мне надо готовить кофе.

— К черту кофе.

— Я не могу так больше, — ее глаза наполнились слезами. — Я не могу так больше. Надеяться, что когда-нибудь ты полюбишь меня. Что я смогу научить тебя этому.

Он повернул ее к себе.

— Я люблю тебя.

Клэр замерла, боясь пошевелиться. Как долго она ждала этих слов. Слишком долго.

Она медленно сняла его руки с плеч и отошла на другой конец кухни.

— Как ты можешь это говорить? Ты ведь только что собирался подыскать мне замену.

— Замену? — Джейк сделал недоумевающий жест. — Что ты хочешь сказать?

Она повысила голос:

— Ты беседовал с нянями. Для чего тебе это могло понадобиться? Ты что, не хочешь доверить мне воспитание твоего бесценного наследника, да?

— А что ты называешь воспитанием моего бесценного наследника? — зарычал, не выдержав, Джейк. — Ты работаешь по одиннадцать-двенадцать часов в сутки, у тебя нет времени даже на себя. Вот я и решил нанять няню, тебе в помощь. Ты себя изматываешь работой, а я в это время изматываюсь от беспокойства за тебя.

Она смотрела на него с другого конца комнаты пытаясь определить, правду ли он говорит. Джейк развел руками:

— Клэр, как ты не понимаешь? Я люблю тебя.

Клэр с трудом удержалась, чтобы не закричать от невыносимой боли.

— Может быть, ты так думаешь, но на самом деле нет.

— Я люблю тебя. Клянусь.

— Тебе необходимы такие условия, чтобы ты мог контролировать каждый мой шаг, страхуя от малейшей ошибки. — Она медленно покачала головой. — В какой-то момент я начала думать, что ты сможешь научиться любить меня. Я надеялась, что, хотя мы начали не как обычные пары, у нас все-таки есть шанс построить жизнь вместе.

— Он есть, если только ты останешься со мной.

— Нет, Джейк. Как это возможно, если ты сам не веришь, что я останусь с тобой?

Он похолодел:

— Что?

— Я не твой отец, Джейк. И не Мелисса.

Он дернулся, как от пощечины, и немигающими, широко открытыми глазами посмотрел на Клэр. Джейк чувствовал, как между ними неумолимо разверзается пропасть, такая широкая, что преодолеть ее не хватит целой жизни.

Он резко отвернулся и стиснул край раковины так, что побелели пальцы.

У Клэр замерло сердце. До этого момента она еще надеялась, что у них есть шанс. Теперь она поняла, что потеряла его — навсегда.

Она прислонилась к прохладной дверце холодильника. Ей хотелось колотить кулаком о стену и кричать во весь голос от нестерпимой боли.

— О, Господи, ведь это правда, — дрогнувшим голосом наконец сказал Джейк. — Я ожидал этого. Никогда не смел надеяться, что этого не произойдет. Но ты права. Где-то в глубине души я чувствовал, что ты бросишь меня… как поступали все остальные.

Джейк повернулся, его черты были искажены болью.

— Я хотел не выпускать тебя из виду ни на секунду. Но не потому, что боялся, что ты допустишь ошибку. Я просто не доверял самому себе. Ты ведь знаешь, что никто меня никогда не любил. Ни отец, ни невеста, ни…

Он замолчал и кашлянул. В его лице было столько страдания, что Клэр пришлось схватиться за ручку холодильника, чтобы удержаться и не броситься к нему.

— Когда ты сказала, что не полюбишь меня, я понял, что именно этого хочу больше всего на свете… больше самой жизни. Когда я начал было верить, что это все-таки возможно, то почувствовал, что должен защищать и оберегать тебя. Хотел доказать, что стою твоей любви.

Глаза Клэр заволокло слезами.

— Джейк, ты ее стоишь.

Он сокрушенно покачал головой.

— Я все делал не так. Теперь понимаю. Я не мог впустить тебя в свое сердце, потому что не мог позволить тебе увидеть мои недостатки. Потому что из-за этого ты могла от меня уйти. Я боялся, Клэр. Боялся потерять тебя… но все равно потерял, да?

По ее щекам покатились слезы. Она слишком хорошо понимала, чего ему стоило признаться в своем страхе. Какие усилия понадобились, чтобы переломить себя. Нет, крепче любить этого сильного и гордого человека уже просто невозможно.

Бесконечно долго она смотрела в его отчаявшееся лицо.

— Ты любишь меня?

В его глазах сверкнула надежда. Он шагнул к ней, но Клэр отрицательно покачала головой. Джейк остановился. Поднял руки.

— Больше жизни.

Клэр пристально смотрела ему в глаза.

— Ты же говорил, что не веришь в любовь.

Он моргнул.

— Я был глупцом. Самым безмозглым на свете. Может быть, когда-то я и был умнее, но это было давно. Клэр, я так люблю тебя, что даже не знаю, где кончаюсь я и начинаешься ты. И не хочу знать, поверь мне.

Клэр колебалась. Как ей хотелось поверить ему! Слишком.

— А ты уверен, что это не из-за того, что я ношу твоего ребенка?

— Абсолютно. Знаешь, когда мы были на ранчо, я думал над вопросом, который ты мне задала однажды. Помнишь? Ты спрашивала, разведусь ли я с тобой, если ты не сможешь забеременеть. Тогда я понял, что это не имеет значения. Я решил, что в таком случае оставлю «Бар Хэнгинг Севен» детям Хэнка, и все деньги тоже. Я никогда не позволю тебе уйти.

— Значит, ты уже тогда понял, что любишь меня? Почему ты ничего не сказал?

— Я не знал, как. — Он сделал еще один шаг и снова остановился. — Я ведь никогда не любил — до тех пор, пока в моей жизни не появилась ты. И хотел убедиться, что не ошибаюсь.

— А теперь убедился?

Джейк кивнул.

— Когда от меня ушла Мелисса, я ее отпустил. Но когда ушла ты, я едва не сошел с ума. И готов был сделать что угодно, лишь бы тебя вернуть.

Клэр ощутила прилив гордости, но сдержалась. Нет, верить ему еще рано. Слишком многое ставится на карту.

— Ты готов контролировать всех и вся, Джейк, а я терпеть не могу, когда мне дышат в затылок. — Она беспомощно развела руками. — Ну как два таких человека, как мы, могут ужиться вместе?

Он пристально посмотрел ей в глаза. От выражения безысходной боли на лице Джейка Клэр готова была кинуться ему на грудь.

— А ты любишь меня? — наконец спросил он. Клэр широко раскрыла глаза. Об этом она совсем забыла. Джейк уверял, что он ее любит, когда она ни словом не обмолвилась о своей любви.

— Больше жизни.

Джейк стремительно пересек комнату, но Клэр отстранила его.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Как два человека, любящие друг друга больше жизни, могут жить вместе? — спросил он. — Я многое понял с тех пор, как узнал тебя. Понял, что могу впустить тебя в мою жизнь. Раньше я никого не подпускал к себе так близко, потому что это приносило мне одну только боль. Но теперь понял, что без страданий счастья не бывает. С тобой я поднимался на самые высокие вершины восторга и спускался в самые глубокие ущелья отчаяния. Но я готов вынести все, если ты будешь со мной.

Клэр очень хотела поверить ему, но все еще боялась.

— А если наша любовь умрет?

— Не умрет, — сказал он. — По крайней мере, моя не умрет. Я ждал любви слишком долго.

— О, Джейк.

Без особых усилий он отвел руку Клэр. Сжал ее в объятиях.

— Знаешь, говорят, что противоположности сходятся. Это как раз про нас. Мы будем жить вместе, мы будем счастливы, несмотря на то, что я готов контролировать всех и вся, а ты этого терпеть не можешь. Просто нам придется потрудиться. Все мы совершаем ошибки, мой ангел. Я сделал очень крупную ошибку, но ты простишь меня, потому что любишь. Да?

Клэр почувствовала, как ее сердце тает от нежности. Она верит, верит в его любовь.

— Да, я прощаю тебя. Я тоже многое поняла и многому научилась. И теперь знаю, что независимость не может согреть сердце. Это могут сделать только сильные руки, которые меня обнимают, теплые губы, которые целуют меня. Я не могу без тебя, Джейк. И рада этому. Только пообещай, что всегда будешь со мной.

— Тогда, когда ты этого захочешь?

Она, улыбаясь, покачала головой.

— Просто будь со мной.

От прилива чувств Джейк едва устоял на ногах.

— Тебе будет нелегко от меня избавиться. Ты знаешь об этом?

Он привлек ее к себе. Время словно остановилось. Он тоже начал верить, что Клэр любит его. Что никогда его не покинет.

Вдруг она пошевелилась:

— Да, насчет няни…

Джейк замер, потом прижал ее к себе сильнее.

— Что насчет няни?

Клэр отстранилась и улыбнулась ему.

— Нам понадобится приходящая няня.

Джейк нахмурился.

— Я не хочу, чтобы мой ребенок и близко подходил к детскому саду. Там сплошные инфекции, половина детей болеет.

— Ты прав, но мистер Уайтекер сказал, что я смогу работать столько дней в неделю, сколько захочу.

— Мистер Уайтекер? При чем здесь он?

— Да, забыла тебе сказать. Я ухожу с работы.

— Что?

Клэр погладила его по груди.

— Успокойся. Я собиралась поговорить с тобой на этой неделе. Мне хочется работать с людьми, а не с цифрами, Джейк. Я хочу носить джинсы, а не деловые костюмы. Там я буду иметь столько свободного времени, сколько захочу. Мне хочется самой увидеть, как мой ребенок делает первые шаги, говорит первые слова. Я не хочу слышать об этом из уст няни.

— Ты уверена? Мне казалось, для тебя независимость — это в первую очередь хорошая зарплата.

Клэр покачала головой:

— Думаю, ты сам вполне способен обеспечить нашу семью.

Джейк пристально смотрел ей в глаза, словно спрашивая, искренне ли она говорит.

— Ты ведь с самого начала отказывалась брать у меня деньги. А подарки? Ты помнишь свою реакцию?

— Знаю, знаю, но тогда я не понимала, что именно благодаря этим деньгам имею возможность выбирать ту работу, которую люблю. — Клэр улыбнулась Джейку. — Как тебе такой вариант? Ты зарабатываешь деньги, а я ими распоряжаюсь — по крайней мере, дома. Джим Гордон более чем способен позаботиться о капиталовложениях «Пони».

Подумав, он хитро улыбнулся:

— Согласен, но при одном условии.

Клэр с беспокойством посмотрела на него:

— Что за условие?

— Мы перевезем твои вещи отсюда на нашу квартиру — завтра же!

Она улыбнулась.

— Годится.

— Отлично, в таком случае можешь увольняться. — Он привлек ее к себе и вдохнул легкий цветочный аромат ее волос. — Только обещай, что никогда не уйдешь. Что же касается ошибок, то от них не застрахован никто — ни ты, ни я. Но ведь в конце концов мы всегда будем находить компромисс. Для этого и существует на свете любовь, ведь так?

— Конечно. — Она обвила руками его шею. — Я люблю тебя. И обещаю, что никогда, никогда не уйду.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

1

На один день (франц.)

2

Национальный праздник в США, приходящийся на последний четверг ноября.

3

Буддийская секта, проповедующая созерцание и интуицию как основу прозрения.

Content

Марта Шилдз
Надежда на счастье

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

1