Литературная Газета Литературка Газета

Литературная Газета 6571 ( № 41 2016)

И Пушкин такой молодой!

И Пушкин такой молодой!

Литература / Первая полоса

Фото: Евгений ФЕДОРОВСКИЙ

Теги: годовщина Лицея , образование , культура , литература

Очередная годовщина основания Лицея – повод задуматься о том, что сейчас происходит с нашим гуманитарным образованием… О школьном и вузовском преподавании гуманитарных дисциплин споры велиcь и будут вестись всегда. Разные люди, разные теории, разные цели. Но суть совсем не в этом. Не в количестве часов и не в программных акцентах… Качество гуманитарного образования, как правило, отражает состояние общества и красноречиво свидетельствует о перспективах государственности. После СССР мы стали строить всё обучение как систему навыков, причём желательно тех, что принесут молодому человеку быструю и заметную пользу… А в чём польза истории, литературы философии? Пустая трата времени. Сверстники вон ларьки открывают, а ты будешь над Кантом киснуть? Или, не дай бог, над Константином Леонтьевым? Так рассуждали многие взрослые, желающие следующему за ними поколению якобы добра. Это привело к тому, что выросла целая уйма менеджеров, быстро превратившихся в офисный планктон, тяготеющий к мутным импортным водам. Частицы этого планктона при святом слове «ПУШКИН» первым делом вспоминают дорогой московский ресторан, а имя Дельвиг и вовсе не знают, как правильно произносить… Страна, где преобладают люди, ничего не знающие о своей истории и литературе, не увлечённые величием собственной культуры, не может считаться независимой… Москву начала ХХ века помнят не по благоустройству мостовых и парков, а по Художественному и Малым театрам, по рассказам Бунина, по музыке Рахманинова… Таких примеров немыслимо много. И нынешнем градоначальникам и выше неплохо их заучить так же крепко, как цифры при распределении бюджетов.

Простим ему неправое гоненье:

Он взял Париж, он основал Лицей...

Писал Пушкин об Александре Первом. Будет ли у поэтов настоящего и будущего такой адресат? Хотелось бы, чтобы был.

Продолжение темы на стр. 3 и 8 приложения «Словесник»

Панорама русской литературы

Панорама русской литературы

Книжный ряд / Первая полоса / Книга недели

Теги: Палиевский П.В. , Развитие русской литературы XIX – начала XX века

Палиевский П.В. Развитие русской литературы XIX – начала XX века. Панорама. – СПб.: Росток, 2016. 288 с. 1000 экз.

Известный литературовед и критик Пётр Палиевский в своей новой книге занимается исследованием тенденций и анализом художественных миров русских классических авторов. Скрупулёзно и систематизированно Палиевский создаёт карту движения писателей в истории мировой литературы, изучает циклы, колебания, взлёты и падения на примере знаковых русских писателей. Толстой и Достоевский, Пушкин и Гоголь, Чехов и Горький – автор прослеживает взаимовлияния, проводит параллельный анализ писательских миров, сравнивает установки, творческие воззрения, способности и возможности.

Неожиданностью становится блок «Приложение» с картой движения русской литературы. По ней можно наглядно проследить все модернистские течения конца XIX – начала XX века, вписанность в мировой контекст наших классиков. Кроме того, автор выстраивает так называемую лестницу художественной ценности, иерархию значимости: от «беллетристики» до «вечных ценностей».

В книге представлена многомерная панорама развития художественной литературы, в которой каждому отведено своё место в истории. Этот опыт ценностного, теоретического и исторического подхода к литературе и её анализу будет интересен не только литературоведам, но и учащимся – школьникам и студентам.

Читайте избранные места>>

С кем депутаты?

С кем депутаты?

Колумнисты ЛГ / Очевидец

Мухачёв Вадим

Теги: Госдума , депутаты , политика , общество

Работа Госдумы седьмого созыва началась с сюрприза, который преподнесла фракция «Справедливой России». Не все это заметили. Между тем «справороссы» вынесли на рассмотрение 19 законопроектов из своей программы «25 справедливых законов».

Один из них предусматривает сокращение депутатских зарплат более чем в 10 раз – с нынешних 360 тысяч рублей до 35 тысяч в месяц. Это сопоставимо со средней заработной платой по России в 2016 году. Кроме того, предложено лишить депутатский корпус и заодно сенаторов из верхней палаты «необоснованных привилегий», касающихся их медицинского и пенсионного обеспечения.

Вообще-то тема денежного содержания народных избранников и их привилегий отнюдь не нова. Она всплывала не раз, когда депутаты увеличивали себе содержание, по сути, за счёт собираемых с населения налогов. Так было, например, в 2013-м, когда начавшийся в 2008 году мировой экономический кризис добрался до России, а попутно были… существенно увеличены зарплаты членов правительства. Следом выросли и депутатские.

Тогда на слушаниях в Общественной палате лидер ЛДПР сетовал: «Сейчас повышают зарплату в два раза, так кто же уйдёт? Сиди, ничего не делай – 300 000 рублей, весной уже будет 400 000 рублей». И предлагал установить размер зарплаты депутатов в пределах 50 тысяч рублей. Однако предложение не было услышано. А сама ЛДПР подобный законопроект в Госдуму не внесла. Равно как и КПРФ, и тогдашняя «Справедливая Россия», хотя они имели на прошлых выборах 19,23% и 13,27%.

Сейчас же, видимо, ситуация принципиально иная.

Партия, которая потеряла половину избирателей, получив всего 23 мандата, вынуждена как-то по-другому заявлять о себе. Конечно, «зарплатная» инициатива «справороссов», скорее всего, ничем не грозит. Трудно поверить, что «Единая Россия» поддержит законопроект. Да и сводить зарплату нардепов к средней по стране – значит, создавать почву для злоупотреблений. Популизмом попахивает. Важнее другое.

«Справедливая Россия», ЛДПР и КПРФ без шансов на успех и потому ничем не рискуя, могут объединиться и заставить «партию власти» отреагировать на «зарплатную» инициативу. Ведь всем интересно: как отзовётся конституционное большинство на замах на «святое»?

Кроме того, «СР», а ей терять особо нечего, может продолжить начатую ею же борьбу против нашего «буржуазного парламента». Буржуазного не только потому, что значительная, если не большая часть депутатов пришла в него из среды предпринимателей. И не только потому, что члены ГД сами себе устанавливают такие зарплаты, которые ведут к увеличению имущественного неравенства (а в этом мы «впереди планеты всей»). Но буржуазного прежде всего потому, что Госдума в ситуациях, когда сталкиваются интересы крупного бизнеса с интересами наёмных работников, как правило, отстаивает интересы первых в ущерб вторым.

Но вдруг «справороссы» не остановятся и хоть что-то доведут до реального результата?

Убили нашего

Убили нашего

Политика / События и мнения / Горячая точка

Арсений Павлов (Моторола) на параде в Донецкой Народной Республике

Теги: ДНР , ЛНР , Украина , Моторола , Россия

В Донецке погиб легендарный командир ополчения

Биографические данные о Мотороле скупы и противоречивы. Однако с уверенностью можно утверждать, что Арсений Павлов – гражданин России. А значит, это не просто локальное событие в рамках регионального конфликта: в Донецке в результате террористического акта убили нашего человека.

Моторола поехал на Донбасс защищать русских. Это его собственное объяснение. Стандартный по нынешним временам, вполне естественный журналистский вопрос: «Почему вы решили…» Он адресовался и Мотороле, и многим другим ополченцам. Всех интересовало, почему одни мужики решаются на поступок, а другие находят причины его не совершать. Вопрос вечный.

Мотороле пригодились опыт и навыки морпеха. В Славянске, в боях за донецкий аэропорт у него сложилась репутация решительного, смелого, смекалистого воина. Он часто появлялся на телеэкране, раздражая сторонников Майдана. Его женитьба на местной красавице широко освещалась российскими, европейскими, американскими СМИ. Кроме всего прочего, свадьба Моторолы стала убедительной пиар-акцией ДНР. Его полюбили «ватники» и возненавидели бандеровцы. Он стал ярким символом, а значит, превратился в заветную мишень для разнообразных «батальонов», «побратимов», «киборгов»…

Убийство Моторолы украинские СМИ использовали в информационной войне традиционным для них образом. Главное – убедить аудиторию, что ДНР и ЛНР – «так называемые», что ополченцы – бандиты, а следовательно, смерть Арсения Павлова не террористический акт, а «бандитские разборки». В той же стилистике рассуждает и российская радиостанция «Эхо Москвы»: «В Донецке убит один из лидеров пророссийских сепаратистов…» В этой связи хочется спросить у эховских новостийщиков: почему «убит»? Если вы пользуетесь терминологией необандеровцев, следует говорить – «ликвидирован». Будьте определённее в своей солидарности с запрещённой в России террористической организацией «Правый сектор».

Хотя, безусловно, кроме нескольких маргинальных СМИ и десятка нишевых блогеров, есть в России большинство – «русская вата». Армия сочувствующих и переживающих за Донбасс. Именно их представителем на этой войне и был Моторола.

Василий Травников

Перформанс или не перформанс?

Перформанс или не перформанс?

Политика / События и мнения / Скандал

Скипин Эдуард

Вандализм продолжается

Теги: история , Солженицын , акция

Представители «Революционного коммунистического союза молодёжи (большевиков)» повесили на входе в Музей ГУЛАГа чучело А.И. Солженицына

Акция, что и говорить, отвратительная. Молодые люди хотели продемонстрировать своё отношение к писателю – их право, у нас цензура запрещена… Но зачем высказываться в такой оскорбительной форме?

«Комсомольцев» совершенно справедливо критикуют с разных флангов. Вот только осуждение либеральной интеллигенции выглядит лицемерием. Ведь если рассуждать в их системе координат – это был всего лишь безобидный перформанс. Правда ведь? Разве пляски в храме оголтелых девиц чем-то отличаются? Или нарисованный фаллос на разводном мосту? Ведь это были перформансы? Ведь именно с помощью этого определения защищали «акционистов», убеждали в культурной значимости явления… Может быть, не стоило навязывать подобную эстетику? Глядишь, и к Александру Исаевичу отнеслись бы культурно.

Несколько десятилетий молодому поколению прививали вкус к провокативному искусству. Не поздно ли спохватились?

Фотоглас № 41

Фотоглас № 41

Фотоглас / События и мнения

Фото: Фёдор Евгеньев

По следам барышников

По следам барышников

Политика / Новейшая история / Позиция

Теги: Россия , политика , экономика

Главенствующая идеологии во многих сферах нашей жизни – это, по сути, идеология мелкого торгаша, перекупщика

Среди требований общества к власти уже привычно звучит требование чётко определить идеологию. Кто-то считает, что у власти вообще её нет. На первый взгляд это так. Лозунги типа «великая Россия», «стабильная Россия» – это же не идеология! Лишь лозунги. Под ними подпишется любой. Внятной же концепции в сфере идеологии власть не предлагает, хотя попытки предпринимаются, особенно в период массовых федеральных кампаний, не только выборных .

Между тем, на мой взгляд, идеология власти – вещь объективно существующая. Она не облечена в программные документы или иную подобную форму. Но это не значит, что её нет. Как её можно выразить в нескольких словах?

По-моему, можно определить даже одним – идеология барышничества.

Кто-то скажет – ругательство, оскорбление. Не стоит спешить. Толковый словарь Даля определяет барышника как мелкого торгаша, скупщика, промышляющего покупкой дешёвых, нередко краденых товаров.

Суть явления – обогащение любой ценой в срочной или среднесрочной перспективе. Критерий успеха, счастья – именно обогащение.

Понятно, приверженность этому не закрепляется в программах и посланиях. Но проявляется в делах многих властей предержащих, причём на разных уровнях.

В экономике эта идеология нашла воплощение в формуле так называемого государственно-частного партнёрства. Наверное, какие-то примеры его успешной реализации есть, но нередко этот симбиоз подразумевает получение максимальной прибыли стороной частного предпринимательства со списанием убытков за счёт государства, нас, граждан.

В такой сфере, как спорт, например в хоккее, после каждого сезона происходит (в советское время невиданная) миграция игроков. Почему? Всё ставится – такова уж барышничья логика владельцев – на скорейшее достижение высоких мест. Что делать тренеру? Растить лет 5–7 молодёжь? Некогда! Единственный выход: уговорить спонсоров на краткосрочное вложение и распределить средства, в том числе на оплату работы пусть порой и старых, замшелых, но «раскрученных» игроков и, миксуя их, совершить чудо.

К слову, выпуски спортивных новостей часто напоминают биржевые сводки. То и дело звучит: «призовой фонд турнира составил…», «за первое место получил сумму...», «за аренду левого крайнего клуб выручил...» и т.п.

Сферы массмедиа, культуры, массового искусства пропитаны идеологией барышничества. В том числе зачастую и сами произведения искусства, спектакли, кинофильмы, концерты.

В криминальных новостях ведущие то и дело смакуют суммы (чуть не сказал – зарабатываемые, хотя ведущие так и говорят), получаемые торговцами оружием, наркотиками, проститутками. И очень редко сопровождают это хоть какой-то духовно-нравственной оценкой.

Шоу-бизнес, почти на все сто процентов, продвигает основы идеологии барышничества в массы. Какое там «Сам погибай, а товарища выручай!»… Многие шоу на телеканалах построены по такому принципу: «Утопи ближнего своего, и будет тебе счастье».

Эта идеология мелких торгашей благодаря чиновникам-барыгам проникла в образование, здравоохранение, науку. Нередко претензии «слуг народа», которые обращены в адрес бюджетников, звучат так: мы в вас вкладываем, вкладываем – где отдача? Так это же идеология барыги: вложил рубль – должен получить два. А лучше – три…

Вот, скажем, наука. Когда в Госдуме обсуждался вопрос реформы РАН, одна дама из правительства, называя цифры выделенных на фундаментальную науку средств, была удручена: отдачи-то нет! Поделила количество академиков на площади, занимаемые учреждениями РАН. По 22 гектара на одного академика! «Многовато!» Какой кошмар! Вспомнилось «Собачье сердце». «Вы, профессор, занимаете чрезмерную площадь!»

А что наши высшие руководители? Являются ли они носителями и распространителями этой идеологии? Напрямую – нет. Но, увы, нередко они опираются как раз на носителей именно идеологии барышничества. Не осмелюсь это утверждать, но если изучить хотя бы биографии известных современных политических и государственных деятелей, сделаешь немало открытий.

Зачастую ни в период становления, ни в процессе карьерного роста они не причащались к созидательному труду. Для сравнения просмотрел биографии членов Политбюро ЦК КПСС брежневского периода. Да, всё там было, многие намертво держались за кресла, что в итоге привело к стагнации. Но в начале пути почти все после вузов 3–5 лет работали «на земле» – мастерами, инженерами, начальниками цехов, землемерами, учителями. И сколь ни критикуй то время, но на созданной тогда промышленной базе до сих пор извлекают прибыли современные олигархи.

Пусть простят меня люди из весьма солидной армии тех, кто зарабатывает хлеб в сфере бизнеса, финансов, торговли. Не хочу их обидеть, труд их важен. Тем более что многие проблемы СССР на его закате базировались именно на отсутствии возможностей для удовлетворения насущных потребностей людей в пище, одежде, развлечениях, свободном передвижении по миру.

Но всё-таки этот слой по своей экономической сути не может служить идеологической опорой государству. Примеров много. Приведу один. Он из времени Первой мировой войны. Тогда опьянённая сверхприбылями буржуазия (и крупная, и мелкая), отвоёвывая одну позицию за другой у заскорузлой царской власти, упрямо не хотела замечать скатывания страны в пропасть и в итоге сама лишилась всего.

Ныне мы не в столь критической ситуации В отличие от 1916 года большинство представителей российской политической элиты не пребывает в абсолютной эйфории собственного величия, но тревоги много.

На мой взгляд, власти необходимо, во-первых, признать объективный факт приверженности правящего класса идеологии барышничества. И, во-вторых, отказаться – быстро и решительно – в своей идеологической работе от носителей этой идеологии. Особенно в сфере электронных СМИ. Их десятилетиями возглавляют одни и те же. Надо переориентироваться на других людей. На кого?

Мне кажется, опираться следует на тех, кому в его деле дорого прежде всего оно само. Кто эти люди? Их можно найти среди представителей академической и отраслевой науки, научно-технической интеллигенции и той части творческой интеллигенции, которая ориентирована на патриотические ценности. Это и предприниматели-производственники, которым в первую очередь интересно само их дело, а не прибыли. Сейчас эти люди к идеологической работе не привлекаются, их взгляды на жизнь, на отношения власти и общества не распространяются и на государственном уровне не пропагандируются.

Когда такие люди будут продвигать взгляды, далёкие от идеологии барышничества, власть вынуждена будет внедрять её в деятельность всех структур. Чиновничий аппарат, кстати, обладает важными качествами – дисциплинированностью и исполнительностью. Достаточно сориентировать его в нужном направлении. Главное – чётко и понятно для всех граждан обозначить идеологический курс, чтобы выдержать длительное давление извне и изнутри и справиться с вызовами времени.

Павел ГРЕЧУХИН,  историк, полковник запаса,  БАЛАКОВО, Саратовская область

Гаагский трибунал для Ивана Грозного

Гаагский трибунал для Ивана Грозного

Политика / Новейшая история / Актуально

Замостьянов Арсений

Церемония открытия памятника Ивану Грозному в Орле

Теги: Иван Грозный , памятник , Орел

Установка в Орле памятника первому русскому царю вызвала ожесточённые споры

Полемика почему-то идёт не вокруг художественного уровня скульптуры. В СМИ начались пятиминутки ненависти к Грозному царю. Деспот, мучитель, душегуб – это ещё мягкие определения.

Оказывается, события XVI века (дошедшие до нас во многом в преломлении легенд) до сих пор вызывают гражданскую ярость, как будто речь идёт о нашем современнике. Кажется, на кону судьба демократии. Вот откроем памятник Ивану Васильевичу – и, как пел скоморох в «Андрее Рублёве», «скоро вас всех будут на кол сажать, сдохнете в браге!». Примерно так, исступлённо, нам говорят: царь Иван – террорист, преступник, ставить ему памятники недопустимо. В таком восприятии хватает нервического чистоплюйства, а чувство реальности притупляется…

Но Россия почему-то вспоминает «сильную руку» государя без проклятий, хотя и не без упрёков. При Грозном Русское царство выиграло войну за ордынское наследство, расширило границы, получило мощную артиллерию. Судебник, система приказов, ратные победы и поражения, бесчинства и строительство новых городов – всё это характеризует эпоху Грозного. Он первым венчался на царство. Кроме того, Грозный – громадная, мятущаяся личность, замечательный писатель и музыкант, эксцентрик, грешник и богомолец. Даже не шекспировский, а достоевский герой. В фольклорной памяти он остался всё-таки не мучителем, а Грозным, а взятие Казани вообще воспринималось как центральное событие в истории Московской Руси. Несправедливые расправы? Но этим грешны и его отец, и его великий дед, и все коллеги-современники – на Западе и на Востоке. Нельзя идеализировать XVI век, но подходить к нему с мерками Гаагского трибунала смешно. А масштаб Грозного – это храм Василия Блаженного, это Шаляпин в «Псковитянке» и Черкасов в фильме Эйзенштейна. Почему бы не продолжить этот ряд в монументальном искусстве?

Есть и такой прокурорский довод: «Кровавая политика Ивана IV истощила страну, после Грозного наступило Смутное время». Но царствование Фёдора Ивановича и первые годы правления Бориса Годунова – признанный историками расцвет Московского царства. Это целое двадцатилетие, отделяющее смерть Грозного от первых распрей Смуты. Что-то не сходится у свидетелей обвинения…

Демонизация образа царя Ивана Васильевича – ошибка великого Карамзина. В результате одного из величайших правителей не включили в композицию памятника «Тысячелетию России». Но на том памятнике нет и преподобного Иосифа Волоцкого, и непобедимого флотоводца Фёдора Ушакова… Гений Ушакова удалось открыть и осмыслить только в середине ХХ века. Историческое значение Грозного тоже сегодня яснее, чем во времена Карамзина…

При этом сама конная статуя открытием не стала. Получилось по большому счёту робко. Памятников царям и великим князьям на наших площадях всё больше, но, кажется, скульпторы используют два-три клише. Наши монархи либо напоминают шахматных ферзей, либо высоко поднимают над головами кресты. А наша история достойна того уровня проникновения в психологию героев, который демонстрировали Клодт, Конёнков, Антокольский, Комов, Клыков…

От редакции «ЛГ» поддерживает решение губернатора Орловской области Вадима Потомского об установке в Орле памятника Ивану Грозному. В своей трактовке драматических и противоречивых страниц отечественной истории губернатор оказался смелее и шире многих специалистов, экспертов и журналистов.

Олег Царёв: „Я свой долг перед обществом выполнил“

Олег Царёв: „Я свой долг перед обществом выполнил“

Политика / Новейшая история / Русский мир

Кеворкян Константин

Теги: Олег Царёв , Донбасс , интервью

Политик о собственном прошлом, о перспективах Украины и будущем Новороссии

Украинский общественный деятель Олег Царёв (на фото) – один из самых ярких участников «Русской весны», спикер парламента Новороссии, человек, публично предупредивший о готовящемся на Украине перевороте, в прошлом – депутат четырёх созывов Верховной рады, кандидат в президенты Украины.

– Олег Анатольевич, как вы, предприниматель, оказались в политике: это была обычная стратегия защиты бизнеса или некая «мечта-призвание»?

– Советский Союз развалился, я тогда заканчивал Московский инженерно-физический институт, и стало понятно, что по специальности работы не найти. Вот и ушёл в бизнес. Это, конечно, совсем не так интересно, как наука, но из всех видов предпринимательства я выбрал реальное производство – технически сложное.

Мы взяли предприятие в состоянии банкротства, не работающее несколько лет. В бизнесе я оказался во времена, когда на место рэкетиров-бандитов пришли рэкетиры – сотрудники правоохранительных и контролирующих органов, а потому каждый день у меня были проверяющие всех мастей. Я понимал: надо что-то делать – и решил баллотироваться в Верховную раду. Сотрудники моих предприятий стали моими агитаторами. Они убеждали избирателей: «Раньше мы стояли, не работали, а теперь работаем». В те годы аргумент оказался настолько важным, что за меня проголосовали.

Я, молодой парень, выиграл у кандидата с админресурсом и в тот первый созыв почти забросил бизнес. Писал законы – антикоррупционные, по упрощению налогообложения… Но в чистом виде профессиональным политиком я никогда не был. А два года назад на Украине сложилась ситуация, когда нужно было принимать решение: либо пытаться сохранить собственное благополучие, либо постараться сохранить страну. Я выбрал второй вариант.

– Не жалеете, что не отсиделись, не сохранили бизнес, социальный статус? Или вы просто ошиблись, рассчитывая на победу?

– Мне было ясно: если на противоположной стороне играют Соединённые Штаты, то шансов у нас очень мало… Конечно, жаль бизнес – предприятия захватили люди из «команды Коломойского» и фактически их уничтожили, потому что управлять сложным производством непросто. Но больше всего жаль страну…

– Почему путчистам удалось быстро закрепиться у власти в Киеве? Когда был упущен момент для их разгрома?

– Шансов на победу было мало, но они были. Когда 18 февраля 2014 года путчисты захватили офис Партии регионов, ночью поступила команда разогнать Майдан. Но потом Янукович её отменил. До этого самого момента возможность удержать ситуацию оставалась. Но после отмены приказа стало ясно, что последует проигрыш, наступит новый виток противостояния. Националисты захватили оружейные комнаты СБУ по всей Западной Украине, и на следующий день большое количество оружия оказалось на Майдане.

– Нет ли ощущения, что вас, как и многих других, предали те, на чью поддержку вы рассчитывали?

– Было допущено много ошибок. Я до сих пор считаю, что России нельзя было признавать украинские выборы. Глупая ситуация получились: Россия одна из первых признала Порошенко, а он теперь не признаёт выборы в России. А ведь президентская кампания на Украине, в отличие от парламентских выборов в России, происходила с серьёзнейшими нарушениями…

Если дружественная страна (а Украина для Российской Федерации была именно такой страной) вдруг стала недружественной, значит, допущены ошибки. Смотрите: Россия на территории Украины вложила более 30 миллиардов долларов в виде частных и государственных инвестиций – теперь все они потеряны. Невозвратными стали кредиты, выданные российскими государственными и частными банками, а это больше 30 миллиардов долларов. Потеряны, по сути, 100 миллиардов долларов в виде скидок на энергоресурсы. А вот американцы пришли и просто вложили 5 миллиардов на «развитие демократии в Украине» и получили контроль над целой страной. Безусловно, всё это подтверждает, что действия России на территории Украины оказались неэффективными.

– Как вы оцениваете работу посольства России? Почему оно фактически не работало на предотвращение переворота?

– Я знаю точно, что Владимир Владимирович Путин придерживался взятых на себя в рамках СНГ обязательств, в соответствии с которыми на территории СНГ участники Содружества не ведут разведывательную деятельность и не проводят спецоперации. Все контакты – только через первых лиц. Это была принципиальная позиция… Уже после «Евромайдана», по прошествии значительного времени, в России начали пересматривать подходы… Но даже сейчас эта работа ведётся очень неуверенно. Проникновение диверсионных отрядов в Крым говорит о том, что Россия недооценивала решительный настрой соседей на войну.

– С высоких московских трибун официально объявляется, что Россия заинтересована в территориальной целостности Украины. Значит, планы по созданию «большой Новороссии» потерпели крах?

– В слово «Новороссия» каждый вкладывал своё понимание. Кто-то считал, это земли бывшей Новороссийской губернии, созданной Екатериной, кто-то полагал, это союз Донецкой и Луганской областей, кто-то почитал за Новороссию всю прорусскую часть Украины. Мне хотелось бы, чтобы территория этой прорусской Украины занимала всю Украину… На данный момент деятельность парламента Новороссии заморожена, и республики Донбасса работают порознь. У них отдельное законодательство – налоговое, таможенное и т.д. Это, конечно же, очень плохо.

– На сколько, по-вашему, может растянуться кризис на Украине? Или она обречена навсегда стать территорией хаоса?

– Территория, на которой находится Украина, оказывается в подобной ситуации не в первый раз. И каждый раз кризис разрешался благодаря событиям, которые происходили за её пределами. Сейчас очень многое зависит от выборов в Соединённых Штатах, от ситуации в Сирии, в Южно-Китайском море или каких-то других факторов…

Олег Царёв (у микрофона) выступает на митинге в Донбассе

Украинский национализм никогда не имел прочного фундамента. Для патологической ненависти к русским у украинцев нет логических обоснований. Это один народ, генетические братья. Но сейчас идёт война. Причём погибают в основном русскоязычные граждане Украины. И чем больше гибнет украинцев и русских в этой войне, тем лучше украинским националистам. Они создают некий пантеон, пирамиду, в основании которой – жертвы. Чем больше погибших, тем больше повода для ненависти. Этим и объясняется отличие подходов донбасских ополченцев и украинских батальонов. В Иловайске, например, ополчение дало возможность выйти украинским военнослужащим, но киевское командование приказало идти на прорыв – чем больше трупов, тем для него лучше. В этом смысле я не сторонник «победного марша от Донецка до Карпат». Я бы очень хотел, чтобы битва за Украину велась за пределами Украины.

В странах, где Соединённые Штаты патронировали компрадорские режимы, марионеточная власть существовала достаточно долго. Украина сейчас очень похожа на Латинскую Америку, а «добровольческие батальоны» – на «эскадроны смерти». Будет финансирование (а много денег не требуется) – значит, будет удерживаться и нынешний режим. Сменить власть на Украине политическим путём сегодня чрезвычайно сложно.

– Сейчас много говорится о необходимости «денацификации Украины», но возможно ли это в стране, столь сильно отравленной ультранационализмом?

– Большинство немцев поддерживали Гитлера до 8 мая 1945 года. А на следующий день уже не поддерживали.

– Каким вы видите своё место в будущей Украине? Или вы уже не рассчитываете туда вернуться?

– Я очень хочу вернуться на Украину. Считаю, что я выполнил свой долг перед обществом и Родиной. Я хотел бы жить в своём доме на Днепре, где сейчас живут посторонние люди. Одно время там даже обитал батальон «Днепр-1», 80 человек. Сейчас там неизвестно кто. Недавно в окрестностях произошла кража, следы привели к моему дому, так следователи даже побоялись войти внутрь… Я считаю Украину оккупированной страной и готов активно участвовать в её освобождении.

– Как вам живётся в политической эмиграции? И вообще каково это – фактически начинать жизнь с нуля?

– Многих моих киевских коллег по Верховной раде сейчас нет в живых. Многих, с кем мы начинали «Русскую весну» в Донбассе, – тоже. Тысячи наших сторонников находятся в тюрьмах. Поэтому я считаю, что у меня очень хорошая ситуация – все близкие живы и мне есть где жить.

Сергей Дмитренко: „Пишущие люди могут перестроить сознание общества“

Сергей Дмитренко: „Пишущие люди могут перестроить сознание общества“

Литература / Литература / Ракурс с дискурсом

Писарева Екатерина

Фото: Анвар ГАЛЕЕВ

Теги: Сергей Дмитренко , Литинститут , интервью

Проректор Литературного института о проблемах гуманитарного образования

«ЛГ»-ДОСЬЕ

Сергей Фёдорович Дмитренко – историк русской литературы и культуры, прозаик, проректор по научной работе Литературного института.

Окончил семинар прозы и аспирантуру Литературного института имени А.М. Горького. Кандидат филологических наук, доцент по кафедре русской литературы. Автор исследований, статей по истории русской литературы и проблемам русской прозы.

– Сергей Фёдорович, так в чём же они, современные проблемы гуманитарного образования?

– Гуманитарное образование многолико. Для начала надо понимать, что есть науки, считающиеся академическими – это история, филология, философия, социология, а есть творческое, художественное образование – музыка, театр, изобразительное искусство. Если говорить о высших учебных заведениях, готовящих по творческому профилю, то сюда входит и Литературный институт. В советское время мы принадлежали Союзу писателей СССР, нами также руководило Министерство высшего и среднего специального образования... А с 2014 года волею судеб стали институтом под приглядом Министерства культуры.

– Переход из одного ведомства в другое связан с историей эффективности–неэффективности вузов?

– Говорить об эффективности творческого вуза так, как она была обозначена в том скандальном сюжете, бессмысленно. Тем более инициаторы той операции ставили перед собой цели, не имеющие ничего общего с необходимостью благого развития отечественного образования.

– Какие предметы входят в программу студента Литературного института? В дипломе выпускников написано «литературный работник» – кто он?

– К сожалению, в течение минувших постсоветских десятилетий наша программа незаметно для нас оказалась перенасыщенной лингвистическими и некоторыми другими дисциплинами, которые явно избыточны для литературно ориентированного творческого, а не академического, подчёркиваю, вуза. Наша цель – готовить квалифицированных специалистов для работы в литературном сообществе: в издательствах, журналах, газетах... Мы рады, что среди наших выпускников немало учителей русской литературы и русского языка (наш выпускник Александр Демахин получил титул «Учитель года»). Есть и священнослужители, пресс-секретари, спичрайтеры… В современном литературном движении очень много наших выпускников. Главная задача Литинститута – не «выучить» на писателя, а научить разбираться, что же такое «плохо» в литературе.

– «Литературный работник» можно сократить и как «литраб» – в такой сфере деятельности тоже востребованы ваши выпускники?

– Да, литературное негритянство, или афроамериканство (если говорить политкорректно) всегда существовало; и сейчас существует. Никто не скрывает, что некоторые наши выпускники пишут за кого-то, работают в так называемых литературных проектах. Это порой оплачивается лучше, чем собственный творческий труд. То есть они кормятся на этом. Но даже в таких условиях то, что они пишут, обычно делается качественно, это действительно можно читать.

– Чем ещё занимаются выпускники Литинститута? Находят применение своим гуманитарным знаниям?

– Самое разнообразное. Например, среди звёзд современного российского детектива есть наши выпускники: Татьяна Поляченко – Полина Дашкова, Анна Малышева, Анна Дубчак... Литинститутец и мастер детской приключенческой прозы Владимир Сотников, а его жена, выпускница нашей аспирантуры Татьяна Сотникова, повсеместно известная Анна Берсенева, смогла делом, то есть своими романами, показать особые сюжетные возможности психологической прозы, сделать её доступной, необходимой для очень многих, не только для литературных гурманов. Ответственный редактор замечательной книжной газеты «НГ ExLibris», поэт Евгений Лесин окончил не только Литинститут, но и его аспирантуру. Недавно выпустил яркую книгу о Венедикте Ерофееве «Лесин и немедленно выпил». Так что наши выпускники делают свои вклады и в науку о литературе...

– Всё-таки какие проблемы стоят конкретно перед Литературным институтом, как центром гуманитарного образования?

– Вот главная. В советское время это был многонациональный институт, где, в частности, готовили переводчиков с языков народов СССР... В аудиториях вместе учились студенты, писавшие на разных языках. Институт сейчас работает над тем, чтобы эту форму литературной школы возродить, и мы, к счастью, нашли серьёзную поддержку на самом высоком уровне: у президента, председателя правительства, Государственной Думы. Надеемся, что нас поддержит и нам поможет также правительство Москвы. Если конкретно: на базе Литинститута предписывается создать Дом литератур России. По замыслу это будет не только крупный учебно-научный, но и культурно-просветительский центр, такое место в Москве, где найдут себе творческий приют не только поэты и прозаики из разных уголков России. Мы предлагаем всем, кто способен к литературному дерзанию, на каком бы языке вы ни писали, участвовать в творческом конкурсе для поступления в Литературный институт. В следующем учебном году намечено открыть группу художественного перевода с башкирского языка, а, скорее всего, не только его.

– А если говорить о проблеме гуманитарного образования в целом?

– Проблема его в том, что мы ещё не освободились от сложившихся в нашей стране в течение ХХ века представлений о науке. Прежде она была зашорена пресловутым марксизмом-ленинизмом. Но неожиданно идеологическую подкладку к науке, в том числе к гуманитарной, не убрали в принципе, как следовало, а стали виртуозным образом заменять на подкладку религиозно-церковную. Но клерикализация гуманитарной науки – путь в глухой тупик.

– Часто слышу о том, что с каждым годом общий уровень абитуриентов падает…

– И будет падать. Ведь если наши педуниверситеты готовят учителей с опорой на отжившие или отживающие формы наук, то и в школу идёт знание вчерашнего, а то и позавчерашнего дня. Также надо всегда помнить, что дети рождаются внецерковными, внерелигиозными, стихийными агностиками. И если мы хотим донести до них идею Бога, надо этим заниматься в семье, в храме. А в школе надо давать представление об историческом развитии религии – и этого вполне достаточно.

– Сейчас современный эскапизм – это не погрузиться в книги, а уйти в виртуальную реальность, в социальные сети, в игры…

– Если ребёнку с младенчества не читают в семье, не занимаются его воспитанием, то лишь в одном случае из тысячи он начнёт это делать самостоятельно. Не только учителя, именно родители должны сызмальства приобщать ребёнка к самостоятельному анализу. Если учить человека хотя бы с пятого класса выражать себя письменно, учить разбирать любые тексты, можно подвести его к выпуску с навыками самостоятельно мыслящей личности. Что ни говорите, а философия советской общеобразовательной школы была основана именно на идее подготовки творчески развитого человека. Была ориентация на то, что ты можешь и должен создать что-то новое. А с 1990-х годов мы стали работать на низведение выпускника средней школы на уровень робота при конвейере, выстраивать человека подчиняющегося, а не управляющего. С этого пути нам надо наконец возвратиться к собственной, создававшейся в течение двух веков образовательной традиции.

– Несмотря на общую эрудированность студентов Лита, знаю, что после его окончания возникают проблемы с трудоустройством. Почему: специалисты-гуманитарии не востребованы или просто частные случаи?

– У нас, как и всюду, есть два типа студентов: те, кто учился на протяжении всех пяти лет, и те, кто всё это время праздношатались. Последние как раз и не могут устроиться. Когда человек ничего не читает, у него не создаётся запас знаний и, несмотря на титанические усилия кафедры литературного мастерства, ничего не получается. В большинстве случаев проблема связана только с человеком. «Как потопаешь, так и полопаешь», ведь этому нас ещё в детстве научили.

– Если всё-таки подводить итоги нашей беседе о гуманитарном образовании…

– Всё же ключевая проблема российского образования связана с нашим нынешним историческим состоянием. Мы пока что пребываем в тенетах посткоммунизма, мы из коммунизма так до конца и не вышли, живём по его моделям, причём как раз тем моделям, которые были и остаются самыми неэффективными. Лев Николаевич Толстой однажды пожелал нашему брату-гуманитарию не прелюбодействовать со словом. И хотя сокрушительные примеры пагубности такого страстного прелюбодеяния сегодня невозможно перечесть, особенно в медийном пространстве, я верю в то, что пишущие люди, люди, работающие со словом, способны сделать немало – они могут перестроить состояние и сознание общества по направлению к добру и счастью многих.

Беседовала Екатерина Писарева

„Развитие русской литературы XIX – начала XX века. Панорама“

„Развитие русской литературы XIX – начала XX века. Панорама“

Литература / Литература / Избранные места

Палиевский Пётр

Теги: Пётр Палиевский , русская классическая литература

«ЛГ» предоставляет читателям возможность ознакомиться с фрагментами новой книги выдающегося русского литературоведа и учёного Петра Васильевича Палиевского

«Русская классическая литература, по стечению разных обстоятельств, взяла на себя роль, которую в других европейских странах выполняли философия, социология, политика и иные формы общественного сознания. Роль эта лишь отчасти была вынужденной, т.е. использующей возможность обходить запреты (в чём видит свою главную задачу либеральное сознание). Художественный образ позволял говорить обо всех проблемах вместе, не расчленяя их, был наиболее близок жизни в её непредвидимых оттенках (каждый из которых по обстоятельствам мог вдруг стать главным), наконец, был понятен большинству, – то есть давал ряд преимуществ, к которым обращались принципиально. Можно сказать, что художественный образ был избран в России главным выразителем духовной жизни как некоторая преобладающая среди прочих возможность обобщений, вариант, дорога к цельному мировоззрению вообще».

«…проблема художественного развития сосредоточена для русской литературы XIX – начала XX века в личности писателя, его художественном мире, потому что именно творческой личностью выражается в это время всякая новая художественная идея».

«С точки зрения западного наблюдателя центральное положение Пушкина в классической русской литературе не всегда заметно, что неудивительно, так как он помещается как бы в глубине перспективы за такими фигурами, как Чехов, Достоевский, Толстой, Тургенев или Гоголь. Между тем изнутри они выглядят часто как развёртывание (или испытание) заключённых в Пушкине сжатых формул. Например, толстовская Анна Каренина – как отрицательный вариант Татьяны, «если бы она покинула своего генерала», или Раскольников – как рефлектирующее развитие Германна из «Пиковой дамы», который задолго до студента походил на Наполеона, убил свою старуху и «перешагнул» через свою Лизу. Что, с другой стороны, ничуть не отменяет самостоятельности этих писателей, их величия и особого вклада каждого в художественное развитие. Их постижение новой действительности, конечно, даёт всякий раз новое качество идее, даже если она когда-либо и была высказана. В то же время они поднимают, каждый сообразно своей силе, вместе с образом этой действительности начала новых идей».

«Дворянский, «разночинный» или крестьянско-пролетарский характер нарастающих перемен в России были объективной реальностью истории, которая мощно воздействовала через них, частями и общим направлением, на литературу. Ведущие писатели эпохи сами открыто это осознавали и признавали. Достоевский, например, подчёркнуто отделял себя от «дворянской» литературы, как и Чехов: Толстой задолго до ленинских о нем статей утверждал: «Я во всей этой революции состою в звании добро- и самодовольно принятого на себя адвоката 100-миллионного земледельческого народа».

«Ни один почти писатель не проходил мимо Пушкина как идеала, понимаемого, разумеется, по-своему».

«Упрямо противоположен общему движению, как говорилось, только Толстой. Когда все еще где-то осматриваются, он на высоте: все изучают «социальный вопрос», он – природу; все поднимаются – он падает».

«Линия Достоевского прямо продолжает гоголевский путь; она начинает с гоголевского конца, провожая Гоголя, изучая его последние шаги. Идя мысленно от Пушкина гоголевскими исканиями, это самая нижняя точка срыва, разлома двух литературных эпох».

«После великих художественных достижений 60–70-х годов литература снова направляется в разные стороны, каждый своим путём. Идёт полупублицистический поиск, разведывание дорог перед новой связью, ощущением общего перекрёстка и узла».

«По своему историческому положению Гоголь, естественно, занимает переходное место между Пушкиным и последующим коллективным движением русской литературы, – будущим разветвлением её дорог, ищущих единства».

«Пушкин и Гоголь смотрели на жизнь с большой высоты. Обобщив усилия истории, Пушкин сделал текущую действительность прозрачной, просветил её смысл. Непросветлённый остаток, где-то ещё сидевший в ней, должен был, как казалось по этой программе, исчезнуть:«Да здравствует солнце, да скроется тьма». Гоголь, попытавшийся это сделать и вдруг обнаруживший, что «пятнышко» при приближении к нему разрастается и готово застить свет, был сломлен непониманием и погиб».

«Роль Достоевского в развитии русской литературы определяется тем, что он самый идеологический классик. Он живёт внутри идеологических течений времени и выверяет их им самим разработанным масштабом. В основе его – всё тот же идеал всеобщей правды, но, разумеется, со своими особыми предложениями к его осуществлению. Отличие Достоевского от других классиков, развивающих его идеал, его главное достижение и нововведение – в способе борьбы».

«Первые признаки художественного пробуждения факта стали заметны у нас к концу XIX века… Известно, что господство мысли было тогда полным. Писатели считались властителями дум и были ими; талант открывал в жизни неизмеримо больше, чем она могла сообщить рядовому человеку сама».

«И в наши дни, пережив предсказанные времена, мы видим, что классический тип искусства – «воображения» – всё же отстоял свое первородство и превосходство. Наивысшие художественные ценности XX века были созданы у нас, без сомнения, теми, кто не перестал «выдумывать»: Шолоховым, Булгаковым, Алексеем Толстым, Куприным, Буниным, Есениным, Исаковским и многими другими, в том числе на уровне повседневных переживаний людей, например, поэтами-песенниками».

«…русская классическая литература, возникшая через несколько веков после Возрождения, сама представляет собой отдельный этап в развитии мировой культуры. Этот этап ставит перед человечеством новые задачи, наверное, не менее серьезные, чем Возрождение, и, возможно, более масштабные. По многим принципиальным вопросам они решаются иначе, чем в Возрождении, даже противостоят Возрождению, хотя в главном направлении человеческой истории с ним совпадают. Возрождение ставит в центр всего личность, утверждение её суверенных прав и сил. Русская классика учитывает это раскрепощение и достаточную степень свободы. Но на новом этапе истории она предъявляет к личности максимальные (порой максималистские) требования – ради фундаментальных ценностей жизни. Она изменяет личность масштабами целого, общечеловеческой правдой и выдвигает необходимость выработать новый тип человека, отвечающего этой правде. Её усилия сосредоточены на том, чтобы найти для личности иную основу, преодолеть зашедший в исторический тупик индивидуализм».

«Возрождение выдвигает идею безграничного обладания – присвоения и поглощения человеком всех благ земных, достающихся лучшим, всесторонне развитым, сильным. Русская классика поднимает, конечно, иные ценности и ставит иные цели, они связаны для неё прежде всего с представлением о смысле жизни и с возможностью такого строя отношений, где раскрывался бы этот смысл, а не просто частный интерес. Она выдвигает идею участия всех и каждого в этом движении, задачу построения соответствующего ему нового социального порядка и т.д., то есть сознательно выходит за пределы буржуазной эпохи и закладывает духовные начала новой, развивающейся сквозь сильнейшие удары, в наши дни».

Литинформбюро

Литинформбюро

Литература / Литература

Литфорум

В Ставрополе 19 октября заканчивает работу Международный славянский литературный форум «Золотой витязь». Он начался с молебна в Казанском кафедральном соборе, в котором участвовали президент интернационального форума «Золотой витязь», народный артист Российской Федерации Николай Бурляев, заслуженный артист Украины Алексей Колесник, поэт, драматург Константин Скворцов, прозаики Владислав Бахревский, Виктор Лихоносов, гость из Сербии, генерал-полковник Радован Радинович, номинанты литературного форума. Международный славянский литературный форум «Золотой витязь» проводится в рамках Славянского форума искусств «Золотой витязь», соединяет писателей в основном славянских стран. В этом году конкурс проходит в семи номинациях, среди которых проза, поэзия, публицистика, литература по истории славянских народов и литературоведению, литература для детей и юношества, киносценарии и дебют.

Литюбилей

Сегодня юбилейный день рождения ветерана «ЛГ» Марины Владимировны Ананьевой. Большая часть её жизни связана с нашей редакцией, где с 1992 по 2009 год она была заместителем руководителя финансово-экономической службы, заместителем главного бухгалтера. Её профессионализм, глубокая преданность газете, неравнодушие, умение найти оптимальные решения в сложных ситуациях особенно были важны в «лихие девяностые». И в том, что газета выжила, когда многие издания перестали существовать, есть и её немалая заслуга. Поздравляем!

Литутрата

Всего месяц не дожил до 70-летия тульский писатель Игорь Арясов, много лет работавший в журналистике и межобластном Приокском книжном издательстве.

Снип-снап-снурре, пурре-базелюрре!

Снип-снап-снурре, пурре-базелюрре!

Литература / Литература / Классики

Евгений Львович Шварц – прозаик, драматург, сценарист

Теги: Евгений Шварц , режиссер , театр

Снип-снап-снурре, пурре-базелюрре! Разные люди бывают на свете: кузнецы, повара, доктора, школьники, аптекари, учителя, кучера, актёры, сторожа.

А я вот – Сказочник.

Е.Л. Шварц. «Снежная королева» (пьеса)

Вот сюжет: Сказочник, подаривший розы Бабушке и её внукам, и Ледяной Советник, желающий получить эти розы любым способом. Снежная королева лишает розы жизненной силы, они вянут, но в итоге оживают и цветут так же, как и прежде. Это небольшая зарисовка из фильма «Снежная королева», снятого в 1966 году по сценарию Евгения Львовича Шварца.

Сцена из спектакля МХАТ им. М.Горького

«Не хочу, чтобы ты выходила замуж за принца...» («Тень»).Режиссёр-постановщик – народная артистка СССР Татьяна Доронина

К сожалению, сам Шварц этот фильм не увидел – он ушёл из жизни в 1958 году. Но, несомненно, он оценил бы правильно прочитанные образы: Сказочник – сам Шварц, Ледяной советник и Снежная королева – злые силы, противостоящие творчеству.

Жизненный и творческий путь Шварца был нелёгким: в голодных 1920-х после переезда в Ленинград со своей театральной труппой и первой женой, актрисой Гаянэ Холодовой, он искал любую работу, чтобы прокормить семью; в 1930–1940-х гг. многие пьесы были запрещены для постановки («Тень», «Дракон») и многие тексты – для публикации, много близких, друзей и знакомых оказались в «ледяном плену» власти (кто-то из них вернётся из заключения, кто-то – нет).

И нет домов. Там призраки сидят,

Где мы, старик, с тобой сидели,

И укоризненно на нас они глядят

За то, что мы с тобою уцелели.

Это строки из стихотворения Евгения Шварца «Ты десять лет назад шутил, что я старик...», посвящённого Юрию Герману, писателю и близкому другу. Шварц уцелел, несмотря ни на что: на запреты, на гонения и на надломы, – у него не случилось творческого бессилия, наоборот, вся невысказанность (или недосказанность) обрела словесную форму в его стихотворениях, мало известных современному читателю.

У Шварца было необыкновенное знание человеческого мира: он был путешественником, хотя назвать его так достаточно сложно (Евгений Львович мало ездил по стране, никогда не был за границей), но тем не менее все его произведения – это как очерки, штрихи, зарисовки, заметки по мотивам главного Путешествия – в человеческий мир, в пространство его мыслей, чувств, эмоций! И в каждом персонаже читатели угадывали себя – настолько образы были универсальными!

А потом постановки его драматургических произведений – и опять: в каждом сценическом образе зрители угадывали себя или кого-то из своих любимых, родных, близких, знакомых... Как удавалось постичь глубину характера человека настолько, чтобы читалось и смотрелось всеми: и детьми, и взрослыми? И почему до сих пор обращаются к его творчеству, чтобы найти ответы на важные вопросы?

Видимо, всё это связано с глубочайшим знанием каждого из нас, и не важно, в каком времени мы живём, в каком возрасте и с каким жизненным багажом открываем тексты Шварца.

Уже в 1950-х гг. Евгений Шварц написал рассказ «Пятая зона – Ленинград» о часовом путешествии на электричке из Комарова в Ленинград, в котором точно описал множество человеческих характеров и особенности творческого процесса.

Радуют эти мысли, как открытия, легко возникают, легко забываются и переходят иной раз в дремоту. Но родятся среди них и такие, что запоминаются на всю жизнь.

Шварцевские мысли запомнились нам на всю жизнь.

Елена Воскобоева,  кандидат филологических наук

Наставник и охранитель

Наставник и охранитель

Литература / Литература / Эпитафия

Теги: Феликс Кузнецов , эпитафия

В субботу вечером, 15 октября 2016 года, ушёл из жизни после болезни Феликс Феодосьевич Кузнецов, критик и литературовед, член-корреспондент РАН, стержневая фигура литературного процесса всей страны семидесятых-восьмидесятых годов.

Родился мой наставник в вологодской деревне Маныловица, что в Тотемском районе, 22 февраля 1931 года. Прожил восемьдесят пять лет. И как ярко прожил. Это была откровенно пассионарная личность, и свою немалую энергию он целиком отдавал русской литературе, русским писателям. С юности он был одновременно и бунтарём, за что его чуть не выгнали из Московского университета, и организатором, которому просто суждено было возглавлять крупные коллективы, что бунтующих студентов, что фрондирующих интеллигентов, что писательские организации. Также с юности он был пропитан надёжным северным русским духом, впрочем, как и все истинные северяне, либералов у нас с роду не водилось.

Вот так с Севера и пришла, да не пришла, а ворвалась вологодская команда в нашу литературу: Николай Рубцов, Василий Белов, Виктор Астафьев, Василий Оботуров, а с ними ещё и архангелогородец Фёдор Абрамов, мои петрозаводчане Дмитрий Гусаров и Дмитрий Балашов, и все попадали в силу своей резкости и прямоты в опасные переплёты. Всем грозили разгромы. И всех брал под своё надёжное крыло секретарь правления Союза писателей СССР, глава московской писательской организации Феликс Кузнецов. Он спасал стихи Рубцова и прозу Белова, спасал от исключения из партии за излишнюю русскость Сергея Семанова. И это было не личное кузнецовское благодеяние, а понимаемая им северная русская соборность.

Приведу пример из своей жизни. За мою статью «Сокровенное слово Севера» в журнале «Север» в 1973 году некий литературный чиновник Суровцев в «Правде» назвал меня проводником «антиленинской линии в литературе». Разбирали и весь журнал за публикацию на пленуме Союза писателей. А меня именно в эти дни в Союз писателей принимают, и лидер московских писателей Феликс Кузнецов говорит на секретариате по приёму: «Раз уж его и в «Правде» ругают, как же не принять в Союз писателей» (цитирую по стенограмме).

Конечно, при такой открытой патриотической позиции немало было у него и врагов. Есть и до сих пор. Хотя мало кто из московских писателей сделал для писательского союза больше, чем он. Из вялой московской организации он создал боевой центр русской литературы. Там шла настоящая творческая жизнь. Также переродил он и ИМЛИ, став его директором, сделав из унылого академического института центр мирового изучения русской литературы.

Думаю, без всяких поминальных слов его долго ещё будут помнить и друзья, коллеги, соратники, и враги, оппоненты, лжецы и фальсификаторы.

Память о нём крепко засела в современной русской литературе. Не выбьешь никакими его ошибками или недочётами. Да и одна книга о Михаиле Шолохове и «Тихом Доне», перечеркнувшая всё лжешолоховедение, стала для меня продолжением самого Шолохова, крепким звеном, соединяющим южных русских писателей и северян.

Большая русская личность. Вечная тебе, Феликс, память и на земле, и на небе!

Владимир Бондаренко

«ЛГ» выражает искренние соболезнования родным и близким Феликса Феодосьевича Кузнецова – давнего автора и друга газеты.

У края жизни непочатой

У края жизни непочатой

Книжный ряд / Библиосфера / Объектив

Казначеев Сергей

Теги: Александр Проханов , Востоковед

Александр Проханов. Востоковед. М.: Центрполиграф, 2016. 286 с. 3000 экз.

Полковник ГРУ в отставке Леонид Торобов, суперпрофессионал, специализирующийся на ближневосточных горячих точках, в одиночестве проводит дни на подмосковной даче. Он предаётся воспоминаниям о странах, где ему довелось побывать, скорбит по ушедшим близким – бабушке, маме, жене, любуется русским снегопадом, а перед глазами стоят арабские и персидские пейзажи. Неожиданно его статичное существование прерывает звонок руководства – разведчика вызывают в «контору» и поручают ответственное задание найти и уничтожить опасного и влиятельного террориста Фарука Низара.

Когда-то Торобов был знаком с майором саддамовской гвардии; затем тот оказался в плену и в ходе обработки в тюрьме Гаунтанамо его сознание было кардинально переформатировано: иракский джигит стал знаковой фигурой в ИГИЛ (запрещённая в России организация) , лично приложил руку к уничтожению российского лайнера над Синайским полуостровом и другим злодеяниям. Полковник подчиняется приказу и отправляется в опасную головокружительную погоню. Уже в первом пункте поисков – центре Евросоюза Брюсселе, откуда нити натовских кукловодов тянутся во все концы бурлящего Востока, – Торобов нападает на след. Но одновременно с этим он понимает, что слежка ведётся и за ним.

Приключения продолжаются в Египте, оттуда через туннель полковник попадает в сектор Газа, затем перемещается в Ирак…

В своё время мне довелось пять лет заниматься в литинститутском семинаре прозы под руководством А. Проханова, слушать его вдохновенные рассказы. Именно тогда он написал и опубликовал роман «Вечный город» – на мой взгляд, самую сильную свою книгу.

Все последующие годы думалось: удастся ли писателю снова подняться до высшего уровня возможностей или превзойти его? Каждый новый роман становился событием литературного процесса, передовицы в «Завтра» и пламенные публицистические эскапады, кажется, известны всем нашим соотечественникам, имеющим глаза и уши. Но будет ли прорыв в романной форме?

Кажется, в случае с «Востоковедом» ожидания вполне оправдались. Динамичная, мускулистая проза предстаёт здесь в оптимальном соотношении с фирменной прохановской описательностью. Здесь форма и содержание оказались в гармоничной связи. Яркие орнаментальные краски Востока, клокочущий ураган кровопролитных конфликтов, бунтов, митингов и демонстраций, напряжённое биение пульса геополитических раскладов – всё это оказалось для писателя настолько родственной и естественной средой, что язык не поворачивается упрекать автора в публицистичности: перед нами не публицистика, а сама наша жизнь, которой мы сегодня живём и дышим.

Роман читается в стремительном темпе, и хотя стиль Проханова-прозаика для киносценария слишком выразителен, невольно рождается мысль: на этой основе можно снять настоящий русский блокбастер. Выигрышная фактура: мусульманские кварталы западноевропейских мегаполисов, восточные базары и бани, суперсовременные отели и выжженные пустыни, боевые действия, теракты и казни, стрельба и взрывы, московские кабинеты и среднерусские заснеженные пейзажи, возникающие в сознании героя, – тут есть где развернуться кинематографическому таланту и постановщика, и оператора, и художника, и каскадёра. Вообще немного странно, что на экспрессивную прозу Проханова наши режиссёры не обращают должного внимания. Впрочем, это дело вполне поправимое.

Когда читаешь такие книги, ближе к концу возникает тревога: а вытянет ли автор финал, не скомкает ли развязку? К счастью, здесь опасения оказались излишними: и на выдохе писатель рисует впечатляющие сцены, находит сильнейшие ходы и непредсказуемые повороты сюжета. И даже для читателя, привыкшего к страстям и ужасам современной документалистики, рассказанная история становится откровением, вызывает эмоциональный взрыв, трогает, простите уж за высокопарность, душу. А потому неудивительно, что итогом чтения стало то, что обозначается немного подзабытым в приложении к современной литературе словом: катарсис.

Универсализм и дерзость

Универсализм и дерзость

Книжный ряд / Библиосфера / Книжный ряд

Теги: Виталий Лиходед , Собрание сочинений в пяти томах

Виталий Лиходед. Собрание сочинений в пяти томах. М.: «У Никитских ворот», 2016. 1000 экз.

Виталий Лиходед – автор уже известный. Его отдельные книги выходили в разных издательствах и всегда пользовались читательским спросом. Но вот он выстрелил пятитомником. Какую цель он ставил? Убить читателя наповал или дать ему такое ускорение, чтобы он взлетел вместе с ним к его персональным высотам, взятым с долгим литературным боем?

Думаю, не первое и не второе. Ведь тексты Лиходеда сложнее, чем может показаться при первом прочтении. Это настоящая, глубокая, многослойная проза, при этом не входящая в противоречие с жанровой ясностью и несомненной увлекательностью. Лиходед не просто писатель, имеющий свою довольно немалую аудиторию, не просто автор, безошибочно угадавший сочетание серьёзности и востребованности, он ещё и фантазёр, толкователь снов, неуёмный мечтатель и реконструктор своего воображения в слове и сюжетах.

Из всех помещённых в собрание романов и повестей я бы выделил «Батальон крови», посвящённый событиям Великой Отечественной. После всего написанного русскими писателями на эту тему, чтобы взяться за неё, нужна большая художественная смелость. Но Лиходед вызов принимает и создаёт вещь индивидуальную и очень достоверную. Здесь есть и интрига, и батальные сцены, и тайны военной разведки. Очень интересная и качественная баталистика, без спекуляций и фальшивого пафоса, с попыткой заглянуть внутрь такого рокового явления, как война.

Также хочется отметить повесть «Тайна дороги». В ней автор верен одному из своих главных творческих принципов – постоянно расширять эстетические и жанровые горизонты. Текст, выполненный в манере, приближенной к сказовой, представляет собой развёрнутую метафору. Метафору пути.

Своеобразными «вишенками на торте» этого пятитомника становятся рассказы и стихотворения автора, в которых он проявляет себя как тонкий, чуткий, пронзительный лирик.

Завершают собрание сочинений произведения для детей. И в этом совершенно особом жанре Виталий Лиходед не изменяет себе: тут и стихи для самых маленьких, и вариации на тему русских народных сказок, и фантастические повести.

Выход в свет собрания сочинений Виталия Лиходеда не останется не замеченным в современной русской литературе. Ведь из него вырисовывается портрет настоящего литературного универсала, дерзкого и неутомимого.

Никита Кутузов

Трёхкнижие

Трёхкнижие

Книжный ряд / Библиосфера

КРАЕВЕДЕНИЕ

Олег Трушин. Кругом Россия – родной край. Литературные очерки. М.: Икар, 2015. 368 с.: ил. 1000 экз.

В новую книгу писателя, журналиста и историка Олега Трушина вошли литературные очерки об исторических местах России. Автор ведёт читателя по Карелии, Архангельскому краю, равнинному Алтаю, Вологодчине, рассказывая об удивительной красоте этих мест. Особое внимание следует уделить его очеркам о «малых родинах» Михаила Шолохова, Василия Белова, Дмитрия Мамина-Сибиряка, Фёдора Абрамова, Николая Рубцова и других. Некоторые произведения в книге выполнены в жанре «рассказ-очерк», что даёт возможность ещё больше прочувствовать тонкую грань между героем произведения и его родиной. Следует добавить, что Трушин – один из немногих литераторов, кто с такой увлечённостью и знанием пишет о природе и животном мире России. Он автор более чем 1500 произведений в этом жанре, что само по себе не может не вызывать уважения. А ещё он фотографирует – иллюстрации к данной книге составлены из снимков, сделанных им в интересных местах нашей необъятной страны.

ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА

Гасьен Куртиль де Сандра. Мемуары M.L.C.D.R. Мемуары. – М.: Научно-издательский центр «Ладомир» («Наука»), 2016. 474 с.: ил. (Серия «Литературные памятники»).

Мемуары, сочинённые французским писателем и памфлетистом Гасьеном Куртилем де Сандра (1644–1712), носят абсолютно апокрифический характер. Ещё Вольтер отмечал, что Сандра «наводнил Европу вымыслами под именем истории». Герой «Мемуаров M.L.C.D.R.» граф де Рошфор напоминает самого автора – блестящего военного, но гордого и не желающего выслуживаться, потому так и не сделавшего карьеру. А Сандра поступил на военную службу в 16 лет, участвовал в боевых действиях, служил даже под началом того самого д’Артаньяна. Писательство же было второй его профессией. Будучи боевым офицером, он сумел стать талантливым беллетристом, заложив в своей прозе основы плутовского романа, ставшего впоследствии столь популярным в Европе. Ценность данных мемуаров в резкой смене ракурса: если с подачи Дюма мы привыкли видеть Францию того времени глазами Д’ Артаньяна, то теперь получили возможность увидеть её глазами его врага, графа де Рошфора.

ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Марина Козинаки, Софи Авдюхина. Ярилина рукопись. Роман. М.: АСТ, 2016. 480 с. – (По ту сторону реки). 2000 экз.

«Ярилина рукопись» – один из двух романов серии «По ту сторону реки», жанр которого можно определить как «молодёжное фэнтези», является своеобразным славянским ответом на «Хроники Нарнии».

Впервые книга была опубликована в интернете, где быстро завоевала любовь читателей.

Как и во многих популярных зарубежных фэнтези, в романе создан волшебный мир Заречья – мир со своими законами, жителями и даже со своим специально придуманным языком.

В этот мир попадают две обычные девочки – Полина и Маргарита, которых ждут приключения, опасности и тайны этого удивительного места «по ту сторону реки». И самая главная из тайн – что же представляет собой Ярилина рукопись, о которой шепчутся все обитатели Заречья?

Гора бурят – cедой Саян

Гора бурят – cедой Саян

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Поэзия Бурятии

Фото: ИТАР-ТАСС

По поручению Президента Российской Федерации В. В. Путина в 2015 году была разработана, рассмотрена и одобрена «Программа поддержки национальных литератур народов Российской Федерации на период 2016–2017 гг.».

В рамках программы предполагается выпустить серию антологий многонациональной литературы России. Первой такой антологией станет поэтическая, выпуск которой запланирован на декабрь нынешнего года. В ней будут представлены образцы современной поэзии более чем на пятидесяти языках народов нашей страны с параллельными переводами на русский язык.

Антология формируется в тесном взаимодействии с региональными редакционными советами, специально созданными для отбора и рекомендации авторов и произведений. Каждый совет может рекомендовать в антологию не более пяти авторов. При этом отобранные произведения должны быть написаны и опубликованы на языке оригинала не ранее 1991 года – года создания новой России.

Представляем подборку новых переводов современных бурятских поэтов, как вошедших в антологию (Д.-Д. Очирова, Сандже-Сурун (Г. Раднаевой), Г. Базаржаповой, Т. Гомбожапова и А. Будаева), так и не вошедших в неё.

Перед всяким переводчиком бурятской поэзии стоит мучительная, практически неразрешимая задача: либо пытаться адекватно передать просодию обладающего качественно иным мелосом языка, либо изложить содержимое стихотворения привычными средствами отечественной поэзии. Бурятское стихосложение рифм лишено – оно держится на анафорах, параллелизме родственных звуковых сочетаний в начале строки. И на богатейших аллитерациях. Попытка сымитировать их приведёт – с большой долей вероятности – к тому, что перевод будет восприниматься как некая экзотическая поделка. То есть фактом отечественной поэзии не станет по определению. Не менее опасна другая крайность: переводить исключительно содержание подстрочника, размер и строфику подбирая произвольно.

Я пытался избрать некий срединный путь: следовать числу слогов в строке, передавать по возможности аллитерационный узор – но вместо анафор ставить привычные отечественному стихосложению рифмы. Это тем более оправдано, что некоторые современные бурятские поэты осознанно вводят образцы европейской версификации в свои стихи. В качестве примера хотел бы обратить внимание на подборку Галины Раднаевой (Санджэ-Сурун) – влияние поэтической техники Цветаевой, на мой вкус, у неё весьма ощутимо. Но эта европейская прививка сделана столь деликатно и бережно, что никоим образом не нарушает ни традиционного бурятского мелоса, ни присущей её стихам буддийской картины мира.

Я счастлив, что за время своих посещений Бурятии не только открыл для себя поразительную красоту этой земли, подружился с редкостно щедрыми, глубокими, праздничными людьми – но и сумел прикоснуться к удивительной, ни на что не похожей поэзии. Любой опыт соприкосновения с иной языковой стихией является для переводчика зеркалом. Я ощущаю себя перед Бурятией в долгу: такого красивого, редкостного, оригинального зеркала в моей практике ещё не было.

Предлагаемые переводы – попытка посильно начать выплату этого волшебного долга.

Виктор Куллэ

Булат Жанчипов

Родился в 1939 году в улусе Зун-Ульдурга Еравнинского аймака Бурят-Монгольской АССР. Окончил вечернюю школу сельской молодёжи, филологический факультет Бурятского пединститута им. Д. Банзарова в Улан-Удэ. Работал редактором и ведущим программы художественного вещания республиканского телевидения. Автор многих книг стихов, рассказов и очерков. Перевёл на бурятский стихи М. Лермонтова, Ф. Тютчева, А. Фета, А. Майкова, А. Плещеева, И. Бунина, С. Есенина и др. Член Союза писателей России, Союза журналистов. Заслуженный работник культуры РФ, лауреат Государственной премии Бурятии по литературе. Живёт в Улан-Удэ.

Вечерний пожар

Сверкающее солнце ввечеру

с небес спускалось, срок свой отслужив.

Слегка задело боком о скалу –

раздался взрыв.

Пожар был ослепителен, жесток.

Весь мир увидел, как закат багрян –

но после небо пеплом заволок

туч тяжких караван.

После грозы

Ливень степь лупцевал наугад.

Но едва отшумела гроза –

в небе дивные трели звенят.

Это жаворонков голоса.

Одуванчик мгновенье спустя

жадным жёлтым бутоном воскрес:

в каплях – влажных серёжках дождя –

внемлет песне небес.

* * *

Чёрный плащ распластав

по степи, словно тать,

ночь настала стремглав –

мир со звёзд увидать.

Но землёй не смогла

любоваться она –

лишь бездонная мгла

с неба звёздам видна.

Благо месяц-старик

не таил, аксакал,

серебристый свой лик –

землю им показал.

Майская ночь

Давно, совсем мальчишкой, чей покой

был юношеских комплексов лишён,

шёл майской ночью по степи домой –

ещё в шальных девчонок не влюблён.

Их стайка озорная не могла

души бесхитростной смутить ничуть.

В свой домик на окраине села

той майской ночью я держал свой путь.

Там, где-то за рекой, в ночи звенел

протяжный колокольчик табуна.

Той кроткой ночью я считал, пострел:

иная музыка мне не нужна.

Ночь – без предчувствия иных ночей,

когда был светел, счастлив, не влюблён.

Из всех сокровищ юности моей

она – мой самый драгоценный сон.

Святая воля

В лесу поляна, а на ней –

могильный холм. Я вижу: тут

куда привольней и пышней

ромашки жёлтые цветут.

Тянуться к солнцу, как трава,

как жёлтый крохотный цветок, –

святая воля такова

того, кто под землёю лёг.

Единственный напев

Над ширью моей стороны родной,

сколь можно выше к небу взлетев,

жаворонок, как заводной,

тянет единственный свой напев,

захлёбываясь от восторга, – расплав

музыки всё горячее… И вдруг,

песню на полузвуке прервав,

мёртвым упал на зелёный луг.

Певец мой, ты был, несомненно, мил –

но крыльев размах оказался мал.

А ты дирижировать ими решил,

Ты новой мелодии возжелал.

Степь необъятная – вечный мотив,

в котором без счёту нотных значков.

Но ты, постоянство не возлюбив,

камнем разбиться оземь готов.

* * *

Птиц разномастных звонкий гам

на все лады пропеть готов

те песни, что примчали нам

из тёплых, из чужих краёв.

Распался утренний туман,

и солнце катится в зенит.

Гора бурят – седой Саян –

от птичьих голосов звенит.

Лишь хан всех птиц – орёл-старик –

в всеобщем гвалте ни при чём.

Он с высоты Мунку-Сардык*

крылом поводит, как плечом.

Далёкие молнии

Р. Ж.

Я сижу у окна, наслаждаясь покоем ночным.

Вот и окна в деревне погасли – одно за другим.

Воздух душен и влажен предчувствием будущих гроз.

Дымокура далёкого ветер горчинку принёс.

А во мгле, у истоков далёкой Хааги-реки,

опаляя иззубренным скалам седые виски,

как клинки, вспышки яростных молний скрестились вдали,

но – сломались. И, мир озарив, мирно в землю ушли.

Я сижу у окна, я к тебе свою память тяну.

Как антенною, сердцем я чутко ловлю тишину.

В схватках молний далёких я нашу любовь узнаю.

Сожаленье и грусть точат исподволь душу мою.

Я сижу у окна, бодрым воздухом ночи храним.

Вот и окна в деревне погасли – одно за другим.

Вспышки молний на небе схлестнулись опять и опять.

Это – память, любимая! Мне от неё не удрать.

* Мунку-Сардык – высочайшая вершина Саян, высота 3491 м.

Огонь в очаге – наш оберег

Огонь в очаге – наш оберег

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Поэзия Бурятии

Даши-Дондоб Очиров

Родился в 1948 году в местности Ботолло Курумканского района Бурят-Монгольской АССР. Окончил физико-математический факультет Московского горного института, аспирантуру философского факультета Ленинградского государственного университета. Работал переводчиком в районной газете «Баргузинская правда», горным мастером подземных разработок рудника Холтосон. В настоящее время – преподаватель в Восточно-Сибирском государственном университете технологий и управления. Автор трёх поэтических сборников. Член Союза писателей России. Живёт в Улан-Удэ.

Спасение

В бою, когда было так тяжело,

когда меня одолевало зло, –

от пули, от хищной могилы

колечко любимой меня спасло.

Она его обронила.

В драке, когда, закусив удила,

пьянка у праздничного стола

в поножовщину перерастала, –

серёжка любимой меня спасла,

она её потеряла.

Бурная Селенгá страшна:

чуть не захлебнулся в то лето,

но спасся – а позже узнал, что она

лишилась в толпе браслета.

Когда, ослеплённый желаньем, я мог

разрушить любовь свою –

пропал подаренный мной перстенёк.

И спас нашу семью.

Примятый жёлтый цветок

Примятый жёлтый крохотный цветок

с газона подобрал.

Как птенчика, что до костей продрог,

в руках отогревал.

Слеза ресницам тяжела.

В зрачках – тоска гнездо свила.

Плохи мои дела.

Цветок примятый без меня умрёт –

я понял без труда, –

как птенчик ласточки, что желторот

и выпал из гнезда.

Я – как цветок и как птенец –

о единении сердец

молю тебя всегда.

Я выпал из гнезда.

Низвергнутых с высот

одна любовь спасёт.

Краткостишья

* * *

берег Байкала

обглоданной костью

белеет сосна

верят буряты:

чисто обгложешь кость

будет потомок

красив

* * *

при пожаре

у бедняка

пламя пощадило седло

от горя спас

глоток надежды

* * *

огонь в очаге –

глава семьи

огонь в очаге –

наш оберег

* * *

молодец добрый спешит

тень с костылём

перед ним

еле плетётся

доброму молодцу

тень обогнать не судьба

как черепаху –

Ахиллу

* * *

кровь волка на снегу

край неба

в багровых отблесках

волк – это пёс небес

* * *

серп Луны

задев за крест собора

изменил свой путь

* * *

рано утром корова мычит

но ещё не проснулась трава

закипающий чай

* * *

обессилевший конь

для хозяина

смерть на чужбине

* * *

пора сенокоса

валяться в постели –

грешно

а на зиму мясом запасся –

валяться не грех

бурятская присказка:

коль умирать – в сенокос

воскреснуть – во время уусы*.

* * *

Промеж бровей и глаз раздора нет:

нитке вперёд иглы спешить не след.

* * *

жизнь

изменчива

как погода

* * *

ветер с севера

похолодел

значит горы в снегу

* Уусэ – заготовка мяса на зиму, производящаяся в декабре.

Мне на родину ляжет тропа

Мне на родину ляжет тропа

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Поэзия Бурятии

Санджэ-Сурун (Галина Раднаева)

Родилась в 1949 году в селе Малый Нарын Джидинского района Бурят-Монгольской АССР. Окончила Литературный институт им. А.М. Горького. Работала корректором, переводчиком в районных газетах, корреспондентом республиканской газеты «Буряад үнэн», редактором литературно-художественного вещания Бурятской студии телевидения. Автор более 10 поэтических сборников на бурятском и русском языках. Член Союза писателей России, народный поэт Бурятии, заслуженный работник культуры РБ, лауреат премии газеты «Литературная Россия», лауреат Государственной премии Бурятии. Живёт в родном селе.

* * *

Вот каменная

голубая волна

Саян. Облака –

словно лодки на ней.

По воле времён

участь чаек страшна:

упасть водопадом

на груду камней.

Возможно, здесь был

океан ледяной –

могучие волны

вздымал каждый вздох, –

они на излёте

застыли скалой,

когда здесь кипели

сраженья эпох?

* * *

Вместо чернильницы –

вечерний воздух,

но речь стихом

назвать ещё не след.

К седой горе –

собою недовольна –

я обращаюсь

попросить совет:

«Ответь…» –

молю, как у подножья храма.

«Петь… петь…» –

ущелья умножают звук.

«Так стоит ли мне петь?» –

твержу упрямо.

«Пой… Пой…» –

вернулось вместо эха вдруг.

* * *

Дочурка, дверь балкона приоткрыв,

Иззябшего впустила воробья.

Согреть бездомного – благой порыв.

Уверена: не заругаюсь я.

– Глупышка, – жаворонку моему

для объяснения слова найду, –

крылатым душам жалость ни к чему:

в аду живущий – счастлив лишь в аду.

* * *

В ночной сумасшедшей тиши

мечта повредила крыло.

Прощаюсь с полётом души –

с гольцо́в1 ей лететь тяжело.

Мир слишком жесток – как плита

бесчувственного чугуна.

Мечта там, росинкою став,

в гольцáх испариться должна.

Склонился цветок до поры –

но вскоре воспрянет опять,

как солнце с вершины горы,

чтоб утренней зорькою стать.

* * *

«Жизнь испарится росой», –

бабушка мне говорила.

«Короток век наш людской», –

так размышляю уныло.

Капля на землю стекла –

светлая весть чистоты.

«Вечная жизнь тяжела», –

дружно кивнули цветы.

* * *

С пояса сняв серебристый клинок,

Неба смягчились черты.

Серьгой серебряной звякнув, у ног

кланяются цветы.

Пояс Старец Небесный снял сам –

радуги семицветной петля.

Арзу² – поручил перегнать цветам.

Вот и хлопочет старушка Земля.

В лесу

Здесь, в голубом дворце таёжном,

Хангай³ хозяин – предок мой.

Пылающих берёзок ряд.

Стволы как свечечки белеют.

Деревья музыкой дарят –

ввысь устремлённые буреэ⁴…

Рождённым на земле – здесь можно

очиститься душой больной.

Листва здесь – золоту сродни –

звон чистых приношений множит.

Коленопреклонённы пни –

как богомольцы в храме Божьем.

* * *

Верила: месяц щербатый сродни

хана Хормусты⁵ сабле кривой.

Верила: звёзды – костров огни

небесного воинства над головой.

В детстве мне утренняя звезда

казалась Хормусты верной женой,

и алый рассвет был кровав неспроста –

ведь там вели небожители бой.

Не отпускает

Вдруг припомнилось: с бабушкой в детстве пошли

в степь – выкапывать клубни сараны6.

Я метнулась к цветам, заалевшим вдали,

как овечка – к подснежникам ранним.

Вдруг случайно увидела ржавый клинок.

Бабку кликнула, стала хвалиться.

Долго думала старая: «Значит, сынок

у тебя непременно родится».

Две дочурки любви научили меня –

я на них не могу наглядеться.

Что ж забыть не могу того давнего дня –

Сталь клинка и саранки из детства?

Получается, мир к человеку жесток,

но поверить в удачу не поздно –

ибо счастье похоже на алый цветок,

что расцвёл на клинке смертоносном.

* * *

По кромке небес плывут облака –

пушистый, изменчивый ореол.

Припомнила плотника-старика –

В страну Дива́жан⁷ он отошёл.

О боже…Будто он сам поутру

гроб для себя смастерил из сосны.

И стружка курчавится на ветру –

причудливей облачной белизны…

* * *

В твоём сердце – любви моей плач.

Мгле волос – ночь струится в ответ.

Мои звёзды в душе своей спрячь.

На губах твоих ал мой рассвет.

У поэтов такая судьба:

ночь одна – и встречай нищету.

Мне на родину ляжет тропа –

может, там его лик обрету.

* * *

Камень храпит.

Камни тверды.

Звезда – таит

слёзы звезды.

Спрячусь тайком

в совесть твою.

В сердце твоём

слёзы пролью.

* * *

Этот лучик –

как он просветлён!

Брызжет жизнью и праздником он,

озаряя наш дом!

По ковру кувырком

разрезвился вовсю – благодать.

Это солнечный зайчик, видать!

Вот и нет!

Хохоча, лопоча,

своевольней любого луча,

косолапа, чудна,

как речная волна –

неизменно вперёд и вперёд –

наша дочка впервые ползёт!

Совсем недавно

В четыре годика, всего в четыре,

из снега дочка маму изваяла,

ещё не ведая, что в этом мире

бывает смерть. Она о ней не знала.

Пришла весна – и снег потёк ручьями.

Горячая, весёлая весна.

Дочурка в ужасе метнулась к маме,

страшась – растает словно снег она.

* * *

Похоже, что вся наша жизнь – мираж:

молитвы Богу, дьявольский кураж –

лишь времени греховное смятенье.

Но время тоже, в сущности, мираж:

тщета желаний и свершений раж.

Прав или нет – последует паденье.

Теперь я знаю: бренный мир – мираж.

Весь путь – из взлётов и падений – наш

предсмертный сон. Настанет пробужденье.

Удивительно

Мой череп время избрало давно

Пиалой для арзы густой.

Дивлюсь: утоляет жажду оно

лишь наивной любви чистотой.

Жизни, что славное имя куёт

из мук, что порой не осилить нам,

я поражаюсь: наотмашь бьёт

душу мою по щекам.

* * *

Порой согрешишь –

и жизнь напролёт

одинокие призраки мстят,

напоминая: жизнь – не игра.

Похоже, времени круговорот

чреват чредой неизбежных расплат.

Это – турпан⁸. Понимать пора.

* * *

Человек –

это зов

счастья издалека.

Пламя звёзд –

из веков

по живому тоска.

Но не ложен ли

зов?

Лишь – среди пустоты –

душ полёт:

мотыльков

от звезды – до звезды.

* * *

Пёс домашний завыл на цепи –

голод волка почуял во сне.

Гор, тайги и бескрайней степи

соприродность осталась во мне.

Тот, кто горя не знал и забот,

вдруг, увидев во сне, сколь тяжка

участь нищего, слёзы прольёт.

Братство в людях живо пока.

* * *

Внутри меня – зима ль, весна –

ключи целительные бьют.

Внутри меня – как жизнь, длинна –

изюбря песнь нашла приют.

Бредут косули по хребту –

аршана9 моего глотнуть

Хии-морин10 повесив тут,

спешит народ в обратный путь.

Где мелочь жертвенных монет

приравнивает к звёздам Бог,

сердечной чистотой согрет, –

стихам моим есть уголок.

Внутри меня – зима ль, весна –

ключи целительные бьют.

Внутри меня – как жизнь, длинна –

изюбря песнь нашла приют.

На родину

Каким бы ни плутала я путём,

на родину дорога – лишь одна…

И в славе, и в ничтожестве моём

всегда открыта для меня она.

Я буковкой готова малой стать

в безмерном свитке этого пути.

А если словом нарекут – звучать

и славу ей нести.

Гольцы́ – оголённые скалистые вершины в Сибири и на Дальнем Востоке.

Арза – молочная водка двойной перегонки.

Хангай – дух тайги.

Буреэ – буддийские длинные трубы.

Хормуста-хан – верховное божество в религиозно-мифологической традиции монгольских народов; в бурятской мифологии – небесный отец Гэсэра.

Саранка кудреватая – лесная лилия; клубни сараны используются в бурятской национальной кухне.

Страна Диважан – «Западный рай» («Обитель блаженства») в буддизме.

Турпан – водоплавающая птица из семейства утиных. По легенде, в эту птицу оскорблённый лама превратил своего ученика. Считается, что она до сих пор вымаливает прощение небес.

Аршан – целебный минеральный источник.

Хии-морин – ритуальные ленточки для приношений духам.

Мелодий древних суть

Мелодий древних суть

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Поэзия Бурятии

Тимур Гомбожапов

Родился в 1967 году в селе Белоозерск Джидинского района Бурятской АССР. Работал в разных отраслях народного хозяйства. Автор двух поэтических сборников. Член Союза писателей России, лауреат Международного всебурятского фестиваля «Алтаргана». Живёт в Улан-Удэ.

Сказитель

В степи восточной долог путь.

Извлечь мелодий древних суть

из песен предков кочевых,

вернуть живую душу их,

чтоб бубна рокот тем, кто смел, –

Батырам – вечно славу пел,

чтоб строки мощью приросли,

как топот конницы вдали.

Мой морин-хуур поёт, упрям,

хвалу Чингизовым корням.

И вторят мне друзья порой,

за чашей сидя круговой.

Чу! – после заунывных нот

скакун былинный промелькнёт,

сверкнув из предрассветной мглы,

как дух на острие стрелы!

Меж небом и землёй в ночи

блистают молнией мечи!

Победу, что добыл в бою,

туменов глоткой воспою!

Лебеди

Гогот птиц перелётных весной –

радость от возвращенья домой.

Край, взрастивший их дедов, отцов –

стелет белый хадак облаков

и, играя, несёт синева

белый пух, уловимый едва.

Птицы дивные чистят с утра

оперение из серебра –

может, дочери древних царей,

прилетевшие из-за морей,

воплощеньем легенд о былом

вновь на древе сидят родовом?

Белизне позавидует снег.

К белым думам воспрял человек,

и любовь, устремившись в полёт,

в небе новую песню поёт.

Ввысь стремись – чтоб душа обрела

белоснежные эти крыла,

чтобы к предкам, в волшебный предел

ты на синее небо взлетел.

1 Морин хуур – струнный музыкальный инструмент, распространённый у монголов, бурят и калмыков. Головка грифа традиционно изготавливается в виде головы лошади. Звук морин-хуура в поэзии сравнивается с лошадиным ржанием или с дуновением ветра в степи.

2 Хада́к – буддистский ритуальный шарф. Белый хадак – символ изначальной чистоты, чистых помыслов.

Чистым воздухом стать

Чистым воздухом стать

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Поэзия Бурятии

Амгалан Будаев

Родился в 1979 году в селе Утата Закаменского района Бурятской АССР. Работал в редакции газеты «Буряад унэн». Занимается нетрадиционной медициной. Автор четырёх поэтических сборников. Член Союза писателей России, лауреат премии Государственного комитета Республики Бурятия по делам молодёжи. Живёт в Улан-Удэ.

* * *

В пламени неугасимом моём

искрой плясать поспеши!

Тлеющим зародись угольком

в пекле влюблённой души!

Для жизни насущнее, чем кислород –

стать сумеешь ли ты?

Для песни – рекой, что привольно течёт,

стать сумеешь ли ты?

Сердцем для тела – что всех родней –

стать сумеешь ли ты?

Мудрым Солнцем вселенной моей

стать сумеешь ли ты?

Ты – как взлетевший с руки орёл,

что вновь вернуться готов?

Или ты – ливень, что с гор пришёл

мольбам и жертвам на зов?

* * *

Лёд твоих щёк лучом целовать

я, словно солнце, влеком.

Губы твои кислице под стать –

горным коснусь ветерком.

В тело проникну сияньем луны

незаметно, как тать.

Лишь бы сердцу любимой жены

чистым воздухом стать.

* * *

Когда тебя нет –

заря над землёй не встаёт.

Когда тебя нет –

как солнца лишён небосвод.

Когда тебя нет –

не радует месяца свет.

Душа – лишь пристанище бед,

когда тебя нет.

Моя мысль до небес дотянуться смогла

Моя мысль до небес дотянуться смогла

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Поэзия Бурятии

Галина Базаржапова (Дашеева)

Родилась в 1952 году в селе Улекчин Закаменского района Бурят-Монгольской АССР. Окончила Бурятский государственный педагогический институт им. Д. Банзарова. Работала корреспондентом газеты, заместителем главного редактора Издательского дома «Буряад үнэн». В настоящее время – редактор журнала «Байгал». Автор трёх поэтических сборников. Член Союза писателей России, заслуженный работник культуры РБ и РФ, народный поэт Бурятии, лауреат премии Союза журналистов Бурятии им. Я. Гашека. Живёт в Улан-Удэ.

Соприкосновение

Я на стыке двух тысячелетий стою.

Песнь векам, что соприкоснулись, пою.

В смене дней и ночей возрождаться вольна:

новый лик мне то Солнце придаст, то Луна.

Я мала – а Вселенная так велика…

Я – пылинка, незримая наверняка,

камень в кладке, что равен всем прочим камням,

иль планета, ещё не известная нам?

В переливах манящих, мерцающих звёзд,

в бесконечном пространстве миров – в полный рост

моя мысль до небес дотянуться смогла,

по пути обретая два крепких крыла.

Страны обетованные трудно найти –

я безмерно устала на этом пути.

Где же Шамбала1, что нас легендой манит?

Где небесная музыка Нара Хажид²?

Где очаг гóрний Пóталы³? Иль навсегда

недоступна для страждущих Уржэн Ханда⁴?

Из Сансары5 дух вырвется ль? Сможет ли плоть

притяженье земное перебороть?

Измеряя пространство, ведя счёт времён,

красноликому Солнцу шлю низкий поклон

и Луне, свет хранящей в прекрасной груди.

Третье тысячелетье, входи!

Новый мир, что для новой Вселенной настал,

повстречаю хадаком6, создам магтаал⁷.

Гость-уголёк

Я сижу перед очагом

в позе лотоса. Мне шесть годков.

«Гость придёт непременно – появится угольком

в очаге», – мамин ответ готов.

Ах, как хочется поскорее уснуть!

В детстве сладостен сон,

но неведомый гость уже вышел в путь –

скоро в дверь постучится он.

Но становится всё горячей,

искры мчатся наперегонки,

и как стены величественных крепостей,

умирают в огне угольки.

«Мама, глянь! – я ору, – встал торчком уголёк!

Что мне делать, коль гость ступит нам на порог?»

«Ты сначала воздай гостю почесть, –

мама хмыкает. – После попотчуй:

чай налей, снедь на стол принеси,

а потом обо всём расспроси.

Кто наш сказочный гость-уголёк?

Близок путь его или далёк?»

Кочергой опасаясь задеть,

подношу гостю вкусную снедь.

Покормив – гость уставший такой, –

отправляю его на покой.

«Путь неближний, из Наян-Наваа»⁸, –

подбираю для мамы слова.

«Молод или в преклонных годах?» –

мама прячет усмешку в глазах.

«Лама, видимо, стар, безволос,

всё маани9 бубнил он под нос».

Мама расцеловала – она

моей выдумкой поражена.

Тайна сновидения

Невнятный сон стал редок,

а вещих снов герой –

мой стародавний предок,

родоначальник мой.

На поляне пылает огромный костёр,

искры в небе затеяли с звёздами спор.

О борьбе размышляя, упрям и сердит,

у костра предок, в тэрлик10 одетый, сидит.

Он сидит и молчит. Неподвижна спина.

Мне же со стороны лишь косичка видна.

Предок вряд ли однажды заметит меня –

взор его погружён вглубь огня.

В каждом сне восхищённо дивлюсь до утра

чуть сутулой фигуре на фоне костра.

Мощь шаманов ушедших времён

воплощает играючи он.

Эту силу – она и его, и ничья –

даже на расстоянии чувствую я.

Ощущаю с ним кровную связь,

к волшебству прикоснуться страшась.

Наша связь бессловесна: безмолвье небес,

озарение, тайна миров,

вещий сон… Предок-кормчий – во мне он воскрес.

Поклонюсь, услыхав его зов.

1 Шамбала – мифическая страна в Тибете или иных окрестных регионах Азии.

2 Нара Хажид – «небесная музыкантша»; чрезвычайно почитаемый её скальный храм расположен в Дульдургинском районе Забайкальского края.

3 Потала – буддийский храмовый комплекс в Тибете.

4 Уржэн Ханда – защитница практикующих учения Будды, пробуждающая внутренние силы. Буряты считают, что её обитель расположена неподалёку от Узонского дацана, в Дульдургинском районе. Здесь «владения небесной Уржэн Ханда» – обитель блаженных.

5 Сансара – круговорот рождения и смерти в мирах, ограниченных кармой.

6 Хадак – ритуальный длинный шарф, один из буддистских символов.

7 Магтаал – восхваление, ода.

8 Наян Наваа – здесь: Земля Обетованная. Муфахаза (округ) Найнава на севере Ирака, где расположены развалины Ниневии. На протяжении двух столетий, с XIII века, эта территория, принадлежащая улусу Хулагидов, находилась под управлением хори-бурят.

9 Маани – молитва.

10 Тэрлик – бурятский национальный халат.

Травинка среди степей

Травинка среди степей

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Поэзия Бурятии

Арюна Бадмажапова

Родилась в 1983 году в селе Верхний Ичётуй Джидинского района Республики Бурятия. Окончила Национальный гуманитарный институт Бурятского государственного университета. Печаталась в районных и республиканских изданиях, в журнале «Байкал». Участница и дипломант XVIII конференции молодых писателей Бурятии. Работает учителем бурятского языка в средней школе. Живёт в селе Гурульба Иволгинского района.

Давай передохнём

Пусть я молчу подчас,

пусть порознь мы –

прислушайся хоть раз.

Просто пойми.

Душа вину должна

давно забыть вдвоём.

Для нас любовь – война.

Давай передохнём.

* * *

Прождала всю весну.

Лето – прочь со двора.

Осень клонит ко сну.

Зиму мыкать пора.

Годы наши прошли,

сыновья подросли…

Путь не виден отсель.

Потанцуем, метель?

* * *

Засуха, землетрясенья,

наводненья, пожары…

Человек, слушай сердце!

Опомнись, Природу рассердишь –

все не избегнем кары.

Пусть ты на земле нашей лишь

травинка среди степей –

своих родителей чтишь,

воспитываешь детей.

А приключится беда –

в сердце опору найдёшь.

Пусть твоя совесть всегда

помнит, где правда, где – ложь.

Братья

Брат, дремлющий рядом,

слезинку смахнул

и заспанным взглядом

по брату скользнул.

Укутал халатом –

братишка продрог.

И рядышком с братом

тихонько прилёг.

Потешу…

Просторно в широкой степи –

потешу беседой тебя.

Пчела прилетела – стерпи.

Подставь ей чело, терпя.

Пусть в муках рождался сынок –

потешит его моя речь.

Привык обвинять, слишком строг –

попробуй-ка сердце сберечь.

Присевший под боком дружок,

потешит тебя моя речь.

Любовь

Ненужные мысли в мозгу ночном.

Судьбу проклиная, разинешь клюв,

чтоб выкрикнуть что-то во мглу за окном,

осторожные звёзды спугнув.

Однажды прозреешь… Однажды поймёшь

благоговейно: рутина дней

перед любовью земною – ложь.

Мгла смерти склоняется перед ней.

* * *

Детки лягут спать –

выйду погулять.

Ветер в вышине

ластится к луне.

Дух ночи землю заполонил почти…

Встанут сыновья –

вновь как не своя.

Ветер чуть сердит.

Солнце взор слепит.

Луну мою дальней звезде никак не найти…

* * *

Вечереет. Дым в вышине

вьётся кольцами в небе пустом.

Ветер кожу обветрил мне.

Вновь хворать и лежать пластом.

Пусть возвёл напраслину враг,

приставучий, как мошкара,

пакость – просто бессилья знак.

Пожелаю в ответ добра.

Влажный туман по утрам. В окне –

вечной тайги густая стена.

В зеркале, что блестит на стене,

высокое солнце гостит допоздна.

Когда ослабею от мелких невзгод,

как не вспомнить о маме моей…

Коли искра любви умрёт –

кликну на помощь верных друзей.

* * *

Чем не гость, в неурочный час

часто мчащийся во вчера?

Чуешь, жизнь даётся лишь раз?

Что ж, пожалуй, мудреть пора.

Подборку современных бурятских поэтов перевёл Виктор Куллэ

Сибиряки – защитники Отечества

Сибиряки – защитники Отечества

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Свет Великой Победы

Теги: Великая Отечественная война , Битва под Москвой

75 лет прошло со времён памятной битвы под Москвой. Там сражались все народы многонационального Советского Союза, в том числе много сибиряков. О бурятах и других северных народах, павших и выживших в этой битве и в других боях Великой Отечественной войны рассказывает бурятский писатель, автор исторических романов Владимир Бараев (на фото) .

О датах битвы под Москвой идут споры. Писатель Карем Раш пишет: «Сражение имеет твёрдые временные границы. Началось 30 сентября 1941 года. Завершилось 20 апреля 1942 года». Но в положении о медали «За оборону Москвы» начало битвы перенесено на 19 октября 1941 года. К сожалению, кое-кто укорачивает этот срок: мол, 5 декабря 1941 года – начало контрнаступления, далее всё ясно. На самом деле люди сражались и гибли за столицу и раньше, и позже этих дат. Кроме того, СМИ оставляют в тени роль в этой битве сибиряков. Вот почему я, уроженец Прибайкалья, хочу рассказать о них.

Первым Героем Советского Союза Великой Отечественной войны стал сибиряк Пётр Харитонов, бывший учитель 12-й школы Улан-Удэ. 26 июня 1941 года он на истребителе И-16 вступил в бой с «юнкерсами». Когда кончились патроны, он винтом подсёк хвост «юнкерса», и тот рухнул на землю, а Пётр чудом посадил свой самолёт.

Осенью 1941 года я, второклассник 10-й школы Улан-Удэ, разглядывал у театра оперы огромную карту СССР. Чёрная линия фронта, как удавка, готовилась обвить столицу. Люди спорили, сдадут ли Москву, как в 1812-м, или защитят.

Перелом в оборону внесли сибиряки. 4 октября 1941 года в 205 км от Москвы вступил в бой отряд майора Ивана Старчака. О сибиряке из Кяхты писал Г.К. Жуков: «Отряд И.Г. Старчака после взрыва моста занял оборону по реке Угре. В результате пятидневных ожесточённых боёв немногие остались в живых, но своим героическим самопожертвованием они сорвали план быстрого захвата Малоярославца и тем помогли нашим войскам выиграть необходимое время для организации обороны на подступах к Москве».

13 октября в сражении у Бородина 32-я сибирская дивизия В.И. Полосухина остановила танковую дивизию СС «Дас Райх». В 1812 году у Бородина сражались воины Сибирской дивизии. Тогда силы русских и французов были почти равны, а в 1941-м наступающих было втрое больше. Когда ринулись фашистские танки, сибиряки противотанковыми ружьями, бутылками с зажигательной смесью остановили их.

Здесь впервые были использованы зенитки, которые насквозь прошивали вражескую броню. Сибиряки уничтожали танки, как зверьё в тайге. Когда экипажи фашистов выпрыгивали, они стрельбой и штыками добивали их.

Мой сокурсник по МГУ Лев Спиридонов узнал от отца-воина, какое впечатление произвели сибиряки на защитников Москвы. Бывалые охотники, привыкшие смотреть опасности в глаза, удивляли спокойствием, основательностью в подготовке к боям, заряжая уверенностью соседей по обороне.

В сентябре 1812 года битва шла три дня, 7–9 сентября, а в 1941-м – почти неделю, 13–18 октября. Сибиряков погибло тоже много, но точных цифр потерь я найти не смог. И горько, что погибшие на Угре и в Бородине не имели права на медаль «За оборону Москвы», ведь награждали лишь с 19 октября.

Сражение под Ельней началось в июле 1941 года на Минском шоссе, в 125 км от Москвы. Вот как описал его Карем Раш в книге «Сибиряки против СС»: «Пехота дивизии «Райх» шла во весь рост… То была самая крупная психическая атака за войну. Полк за полком спускался с холмов в чёрных эсэсовских мундирах. Молча, под рокот танков, без выстрела шагали они, зачарованные собственной поступью, опьянённые силой. Горизонт был чёрен от их мундиров. Они шли, несмотря на беглый ружейный огонь. Шли любимые «нибелунги» Гитлера. Шли 18–19-летние юноши, цвет Германии. Напряжение достигло предела. Из наших окопов нет-нет да и стали выбегать солдаты… И тут грянул вдруг невиданный мощи мужской хор, усиленный репродукторами: «Широка страна моя родная!» Это запели сибирские полки и, став во весь рост, пошли навстречу. Обе рати сошлись под августовским небом. Удар сибиряков можно сравнить только со страшной волной цунами. Волна народного гнева от тихоокеанского берега докатилась до Москвы… Сибиряки уничтожили под Ельней 47 тысяч фашистов, задержав их на два с лишним месяца».

18 сентября 1941 г. нарком обороны И.В. Сталин издал приказ № 308 о 24-й армии сибиряков. «Приказ отметил в сибиряках несокрушимое душевное равновесие, – пишет К. Раш, – Ставка в два с половиной месяца постигла характер сибиряка с точностью, для которой науке потребовалось бы два столетия экспедиций и командировок фольклористов, историков, антропологов… 24-я армия сибиряков… стала колыбелью новой гвардии, а Ельня – родиной советской гвардии».

И всё же в ноябре фашисты вплотную подошли к столице. Положение удручающее. Жуков знал, что на главном участке «только 90 тысяч солдат да один снаряд на пушку в сутки». Но 93-я Восточно-Сибирская дивизия (командир Эрастов), сформированная из жителей Бурят-Монголии, Иркутской, Читинской областей, в октябре 1941 года остановила под Тулой танки Гудериана. Докладывая Гитлеру, он признался: виной тому – «свежие сибирские силы».

Гитлер приказал взять Москву и провести парад на Красной площади. Парад состоялся, но 7 ноября в нём шли наши войска. Цена – сотни тысяч защитников, в том числе и сибиряков, погибших в Подмосковье. Точных цифр я, к сожалению, не нашёл.

До ареста в октябре 1941 года Рихард Зорге доложил о том, что японцы откладывают нападение миллионной армии из Маньчжурии. И по Транссибу помчались сибиряки. 36 эшелонов дивизии полковника А.П. Белобородова, сформированной в Иркутске, прибыли в Москву. Потомственный сибиряк ещё в 1921 году воевал против Колчака.

Позже Рокоссовский писал: «Трудно даже сказать, насколько своевременно влились сибиряки в ряды наших войск! Если под Волоколамском великую роль сыграла дивизия Ивана Васильевича Панфилова, то в ноябре не менее значительный вклад в решающие бои за Москву внесла дивизия полковника Афанасия Павлантьевича Белобородова… Противник был смят, опрокинут, отброшен».

С Дальнего Востока прибыло пять бригад по пять тысяч человек – матросы Тихоокеанского флота и Амурской флотилии. Они защищали Москву у Солнечногорска, Дмитрова, Яхромы. Узнав, что против них прибыли дальневосточники, да ещё в бескозырках, фашисты впали в панику. В Одессе и Севастополе матросы дрались, как морские дьяволы. Но сколько их полегло! Под Дмитровом в братской могиле лежит сразу 68 тихоокеанцев…

5 декабря 1941 года поступил приказ о контрнаступлении. Кроме дивизий Полосухина и Эрастова, в нём участвовала дивизия Белобородова, танковая дивизия Гетмана и части из Новосибирска, Красноярска, с Алтая и Урала. Они ведь тоже сибиряки и братья по духу.

Наступление у Клина началось в 6 утра 6 декабря. В полной тьме и тишине бойцы армии Лелюшенко, ядром которой были сибиряки, на лыжах прошли к позициям противника и, застав врасплох спящих фашистов, увидев остывшие танки, уничтожили экипажи и на рассвете прорвали оборону. И вскоре освободили Калинин, Калугу, Можайск, Бородино, Ельню…

Трое моих дядей – Платон Ажеев, Павел Шангаев и Михаил Гергесов – погибли на подступах к Москве, а дядя по матери Максим Тасханов – в Орловско-Курской битве. Мой тесть Борис Дагбаев, которого я не видел, погиб 2 февраля 1945 года в Чехословацком котле. Итого – пятеро моих родичей не вернулись с фронтов.

Горевали не только матери на Моховой и Малой Бронной, не дождавшиеся сыновей, но и сотни тысяч сибирячек, чьи мужья и сыны погибли, защищая Москву.

Бамовец Евгений Самарин в рассказе «Звёзды над Типуками» описал трагедию прибайкальского села. В годы войны мужики ушли на фронт и погибли. А бабы и старушки, не дождавшись мужей и сыновей, разъехались по родичам. Сейчас на месте Типуков – кладбище и остатки изб с фанерными звёздами, которыми помечали семьи фронтовиков. Я знал о гибели бесперспективных сёл, а о селе, расстрелянном в пяти тысячах километрах от фронта, услышал впервые.

Проплыв и объехав Байкал, я всюду – в Баргузине, Нижнеангарске, Турке, Усть-Орде, на Ольхоне и других местах – видел обелиски с именами жителей, погибших на фронтах. В Баргузинской долине есть сёла, где не вернулись все ушедшие на фронт. Большинство погибло под Москвой, грудью встав за столицу.

Буряты – не малочисленная нация, а самый крупный народ Сибири. Более ста Героев Советского Союза дали Иркутская область, Бурятия и Забайкалье. Среди них буряты – снайперы Цырендаши Доржиев, Жамбыл Тулаев, уничтожившие, соответственно, 270 и 313 фашистов, комбат Дарма Жанаев, генерал Илья Балдынов, артиллеристы Владимир Борсоев и Василий Хантаев.

20-летний Василий Хантаев, уроженец Иркутской области, 1 мая 1945 года в Берлине после гибели двух товарищей уничтожил 76-миллиметровой пушкой 9 противотанковых орудий, 9 машин с фауст-патронами, 4 бронетранспортёра, 7 мотоциклов. Несмотря на ранения, он завершил бой, взяв в плен 33 фашиста. О присвоении звания Героя Василий узнал через два месяца в госпитале.

Бывшие охотники, лесорубы, чабаны, рабочие Сибири сражались за Москву, Ленинград, Сталинград, побеждали в Орловско-Курской битве, штурмовали Берлин.

…Расскажу о яркой судьбе бурятского юноши. Утром 23 июня 1941 года выпускник Мухоршибирской средней школы Улзы-Жаргал Дондоков пошёл в военкомат. В декабре прибыл на защиту Москвы. Удивился, что ему достался монгольский конь. Оказалось, все кавалеристы генерала Доватора – на таких же конях. Монголия подарила Советскому Союзу более полумиллиона лошадей!

Тут же, в Подмосковье, начал боевой путь другой мухоршибирец – Цырендаши Доржиев. Служа в обозе, он сказал командиру части, что как бывший охотник хочет стать снайпером. Ему разрешили. И через год на его счету оказалось 174 гитлеровца. 3 мая 1942 года он метким выстрелом сбил вражеский самолёт! За это его наградили орденом Ленина. Он погиб в январе 1943 года. Убив 270-го фашиста, а им оказался офицер СС, он тут же погиб от снайперской пули. За ним специально охотился немецкий снайпер.

Совершая рейды по тылам врага в Подмосковье, кавалерист Улзы-Жаргал Дондоков форсировал на конях Десну, Днепр, Припять, Вислу, а в мае 1945-го напоил своего коня в Одере. Это был пятый, а четверо погибли под ним. Улзы-Жаргал был четырежды ранен. После войны, окончив Ленинградский университет, работал в Монголии, Киргизии. Написал книгу «От Москвы до Берлина на боевом коне». Защитив докторскую диссертацию, стал профессором Бурятского университета.

Увидев портреты Дондокова, я с удивлением узнал его. В 1966-м я работал с ним в БКНИИ (Улан-Удэ). Он не надевал боевых наград. Держался скромно, хотя у него было два ордена Красной Звезды, ордена Славы и Отечественной войны, много медалей. Самая дорогая – «За оборону Москвы». А последняя – «За взятие Берлина». Медаль за Москву он получил позже, так как она учреждена указом 1 мая 1944 года, а в боях ему было некогда оформлять её.

До 1962 года этой медали удостоилось 447 тысяч воинов и тружеников тыла, из них 20 тысяч подростков! В 1995 году число награждённых увеличилось до 1 млн. 26 тыс. 600 человек. А сколько защитников Москвы погибло на её рубежах до и позже срока, указанного в положении о медали.

Светлая память всем павшим в боях за Родину!

Роняет мак на землю свой багрянец

Роняет мак на землю свой багрянец

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Свет Великой Победы

Теги: Великая Отечественная война , фронтовая поэзия

Константин Брянский

(1910–1943)

Родился в 1910 году в селе Ключи Иволгинского района Бурятии. Работал редактором районной газеты «Красный Баунт», затем газеты «Бурят-Монгольский комсомолец», корреспондентом ТАСС. Добровольцем ушёл на фронт. В 1943 году скончался после тяжёлого ранения в военном госпитале в Рязани. Автор двух поэтических сборников («Слава Родине», «Бессмертие»). Член Союза писателей СССР.

Я иду на врага

В этот памятный день

Эшелон уходил на запад.

Я собирался в путь,

Чтоб знакомый покинуть дом.

Зеленели луга,

И струился берёзовый запах.

И шептались приветливо

Листы тополей над прудом.

Золотистым лучам

Улыбались герани из окон;

Где-то в ельнике тёмном

Глухо шумела река,

И закат был хорош,

И на небе высоко-высоко

Парусами плескались

В синеве облака.

…Время шло.

С боевыми друзьями своими

Мы бывали в огне,

Мы лежали под градом свинца.

И в боях я не раз

Вспоминал твоё тёплое имя,

Строгий профиль твоего лица.

Я не раз вспоминал,

Как дочурка за шею схватила,

Как с тоскою в глазах

Взяла от меня ты её.

В минуты такие

Наливались мускулы силой,

И грознее сверкало

Штыка моего остриё.

А когда во врага

Я гранату со злобой бросаю

Иль в разведку ползу

Средь сугробов под песни зимы –

Это дочери счастье

И счастье родимого края

Защищаю от смерти,

От чёрной фашистской чумы.

Я иду на врага,

Чтобы листья у пруда шептались,

Чтоб герани цвели

И в полях колосилась рожь,

Чтобы песни лились

В голубые прозрачные дали,

Зеленели луга

И закат для тебя был хорош.

И сквозь бури войны,

Как винтовку свою боевую,

Пронесу невредимой

В полыхающем сердце своём

Любовь к городам,

И к цветам, и к любимой –

Ко всему, что мы нежно

Отчизной зовём.

Алексей Уланов

(1909–2000)

Родился в 1909 году в селе Укыр Боханского района Иркутской области. Автор поэтических сборников «Заглик» (1936), «Есть сила – шагай» (1943), «Байкальская любовь» (1973) и др., изданных на русском языке. Фронтовик, участник битвы под Сталинградом. Учёный-фольклорист, один из основоположников бурятского эпосоведения. Доктор филологических наук. Член Союза писателей СССР. Кавалер орденов Красной Звезды, Отечественной войны II степени, медали «За оборону Сталинграда».

Пошлите меня

Родимые степи Аги,

На запад пошлите меня

К днепровским краям дорогим.

Мне дайте степного коня:

На верном коне вороном

Я брошусь на битву с врагом.

Высокие скалы Саян,

За Вислу пошлите меня

Громить неприятельский стан.

Мне дайте лихого коня,

Чтоб был я в сраженьях орлом

На буйном коне вороном.

Широкие степи мои,

Сражаться пошлите скорей.

Лети же туда, где бои,

О, конь мой, лети горячей:

С тобой мы проверим в бою

Бесстрашную удаль свою!

1942

Есть сила – шагай!

Есть сила – шагай, врывайся в окопы,

Вперёд и вперёд, Смоленск не далёк.

Обрызганы грязью дороги и тропы,

В атаку вперёд! Подымай, кто залёг!

Потомки узнают про наши сраженья,

Потомки узнают про наши грома,

Потомкам своим для их вдохновенья –

Стремительность наша и русский размах.

Шуми, первородная радость природы,

Дождём благодатным и ветром своим,

И мы, возвращая свободу народам,

С тобой беззаветно в веках прошумим.

1942, Сталинград

Данри Хилтухин

(1906–1978)

Родился в 1906 году в селе Заглик Боханского района Иркутской области. Автор многих поэтических книг, в том числе для детей. Писал на русском языке, занимался переводами с бурятского и монгольского. Фронтовик, участник обороны Ленинграда и боёв за освобождение Прибалтики, удостоен воинских наград, издал две книги стихов на военную тему: «За отчизну» (1942), «Лирика воина» (1943). Заслуженный работник культуры Бурятии. Член Союза писателей СССР.

Воину

Ты просил, чтоб я ответил:

Как улусный край живёт?

Что ж, по-прежнему он светел

И тебе поклоны шлёт.

Ты писал:

– Мой друг далёкий,

Как родная Селенга?

Что ж, течёт в степи широкой,

Обнимая берега.

Ты писал, тая волненье:

– Что там с матерью родной?

Шлёт тебе благословенье

И героем ждёт домой.

Ты спросил:

– А что с любимой,

Помнит ли свои слова?..

Отвечаю:

– Ты счастливый,

И любовь твоя жива!

Край привольный, мать, невеста –

Все тебя с Победой ждут,

Чтоб делить с тобою вместе

Радость, молодость и труд.

1943

Дождь прошёл

Дождь прошёл. Вершины гор светлы.

Бор задумчивый промок до нитки.

Сосны, как укрытые зенитки,

К небу подняли стволы.

Награда

Мы после боя вышли к деревушке,

Метель по улице мела.

В полуразрушенной одной избушке

Меня девчонка обняла.

И стало вдруг от голоса девчонки

В душе просторней и светлей.

Улус я вспомнил, звон степной речонки,

Косички дочери моей.

«Теперь я буду дома, в Ленинграде.

Я долго, дядя, вас ждала!»

Не выдумать другой такой награды

За ратные свои дела.

Январь 1944 года,

г. Волосово Ленинградской области

Цокто Номтоев

(1910–2003)

Родился в 1910 году в селе Куорка Кижингинского района Бурятии. Автор более 20 книг стихов и прозы нa бурятском языке и в русском переводе: «Сила» (1940), «Слава Родине» (1958), «Еравна» (1964), «Избранное» (1969), «Степной родник» (1985), «Прекрасная страна» (1989) и др. Член Союза писателей СССР (1939). Участник Великой Отечественной войны. Награждён боевыми орденами Красной Звезды, Отечественной войны II степени и медалями: «За боевые заслуги», «За оборону Сталинграда», «За взятие Кёнигсберга», «За победу над Германией», «За победу над Японией».

Народный писатель Бурятии. Заслуженный учитель школы РБ и РФ.

Клятва сталинградцев

Наши матери, жёны и дети,

вся страна – от Курил до Карпат,

в грозной битве со злом и со смертью

поклялись мы: «Ни шагу назад!»

Ведь за нами, друзья, Сталинград –

город мужества, город-солдат.

Недруг топчет святыни Отчизны,

Земля наша в огне и дыму.

Но поплатится враг ненавистный,

не дадим мы пощады ему.

Поклялись мы: «Ни шагу назад!»

Мы с тобой победим, Сталинград!

2 сентября 1942 года

Воину-землякуБато-Очиру Мункуеву

Шлём солдата – могучие скалы

белоснежных саянских вершин,

а кольчуга – глубины Байкала

и просторы тайги и равнин.

Окрылённый высокою верой,

ты разишь, словно батор, врага

и отважным потомком Гэсэра

называют не зря земляка.

1 декабря 1942

Перевёл Баир Дугаров

Жамсо Тумунов

(1916–1955)

Родился в 1916 году в селе Табтанай Забайкальского края. Участник Великой Отечественной войны, воевал на 3-м Белорусском фронте. Удостоен орденов Отечественной войны I и II степени, медалей «За взятие Кёнигсберга» «За взятие Берлина», «За победу над Германией». Автор поэтических сборников, изданных в Улан-Удэ и в Москве: «По зову матери» (1942), «Сухэ-Батор» (1946), «Утро на Байкале» (1949) и др. Его перу принадлежит первый бурятский роман «Степь проснулась». Член Союза писателей СССР.

Волны Балтики

Море, море… Балтийское море…

Вьются волны живой красоты.

Ты клокочешь, и в пенном просторе

Синим пламенем кажешься ты.

На разбитого судна обломки

Ты бросаешься грузной волной,

След сраженья у пенистой кромки

Размывая сердитой водой.

Нам Победа досталась непросто –

Слышит Пруссия наши шаги.

Славит море солдатскую поступь,

Подымая грохочущий гимн.

Здравствуй, море,

у пристаней водных!

Корабли на путях боевых –

Слышишь? – нам за Победу сегодня

Салютуют из пушек своих!

И могучее море волнами,

Словно сердце, грохочет в груди.

Волны, рвитесь к Победе за нами,

Ещё много боёв впереди!

1945

Перевёл Василий Захарченко

Байкалу

Широкий, бездонный, великий Байкал!

Я часто тебя вдалеке вспоминал,

Мечтал о твоей серебристой волне

На этой тяжёлой и долгой войне.

За семьдесят гор и за семьдесят рек

Не может тебя позабыть человек…

Я вижу: раскинуты сети у скал,

Где волны твои закипают, Байкал,

Где воды, как небо весной, глубоки,

Плывут в плоскодонках друзья-рыбаки.

Отвагой богаты, уменьем крепки,

Они подплывают к истоку реки

И звонкие песни поют на заре

Красавице-дочке твоей – Ангаре…

Твой образ могучий вставал предо мной

В сраженьях над одерской тёмной волной:

Снаряды и бомбы взрывались, слепя,

За дымом сражений я видел тебя.

Я видел тебя, мой далёкий Байкал,

Я видел тебя и на запад шагал…

Я видел высокий твой берег, Байкал,

И брал переправы, бетон сокрушал.

С врагами я шёл на решительный бой,

Я мстил им, Байкал, за разлуку с тобой,

И я отомстил нашим кровным врагам,

Чтоб снова вернуться к твоим берегам.

Перевёл Сергей Шервинский

Да не осилит дорога идущего

Да не осилит дорога идущего

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Мастера

Теги: литература Бурятии

Баир Дугаров: „Начинать свою песню с воспевания маленького холмика и думать,  что это твой Эверест, – непростительно“

– На творчество так или иначе влияет принадлежность автора к определённой религиозной конфессии. Если говорить о писателях Бурятии, то отражается ли буддийское мироощущение на их творчестве?

"ЛГ"-ДОСЬЕ

Баир Сономович Дугаров родился в 1947 году в селе Орлик Окинского аймака Бурят-Монгольской АССР. Российский писатель, переводчик, этнограф. Доктор фиологических наук, ведущий научный сотрудник Института монголоведения, буддологии и тибетологии Сибирского отделения РАН.

Народный поэт Бурятии. Заслуженный работник культуры РФ. Член Совета по культуре и искусству при правительстве Республики Бурятия.

Автор книг стихотворений «Звезда кочевника» (1994), «Струна земли и неба» (2007), Азийский аллюр» (2013), «Степная лира» (2015), прозопоэтической книги «Сутра мгновений» (2011) и др. Дважды лауреат Государственной премии Республики Бурятия в области литературы и искусства.

– По себе могу сказать, что, когда я пишу, никогда не задаюсь целью написать именно так, чтобы было видно, что я буддист. Творчество имеет свои внутренние законы: пишется так, как пишется, ты не можешь этим управлять. Когда слово ложится на бумагу, ты становишься ведомым, сам текст ведёт тебя. Если говорить о влиянии, я думаю, оригинальность творчества во многом определяется биографией автора, той средой, в которой он сложился как человек. И конечно, большое значение имеют корни, возможно, являются определяющим фактором. Но, безусловно, буддизм как одно из самых глубоких мировых религиозно-философских учений – важная часть культурного наследия монгольских народов, в том числе бурятского. И любой человек, представляющий данную культурную традицию, несёт в себе это наследие. Другое дело, выражается ли буддийское мироощущение на письме. Отличить текст буддийского автора можно прежде всего по его мироощущению, по менталитету, по деталям. Буддизм действительно имеет большое влияние на культурное наследие бурятского народа и других центрально-азиатских народов.

– Если говорить о взаимосвязи мироощущения и жанра, то можно ли сказать, что для буддиста наиболее органичен эпический жанр?

– Эпичность предполагается самой традицией, которая исходит от тех древних сказаний, которые были написаны ещё до распространения буддизма на территории Бурятии, Монголии. Буддийская традиция имеет свои, давным-давно сложившиеся прочные нравственные философские каноны. Есть великие памятники, написанные на санскрите, пали и других древних языках, на которых были созданы все основные письменные источники по буддизму… Например, знаменитая книга «Дхаммапада»: она написана древними двустишиями, и там очень много поэзии: каждая глава несёт большой заряд философско-буддийской мысли; все проповеди буддизма, основные постулаты сформулированы в такой изящной, образной и простой, доходчивой и даже воздушной форме... Если же вернуться к вопросу о буддийском влиянии, то в бурятской литературе есть писатели, которые являлись или являются буддистами: это прежде всего автор памятника начала ХХ века – «Зерцало мудрости» Эрдэни-Хайбзун Галшиев; он написал это замечательное произведение, опираясь на чисто буддийскую письменную традицию; в нём можно почувствовать дыхание «Дхаммапады», и, главное, всё это спроецировано на современный автору быт, общество. Кроме того, в нём много собственно бурятских, монгольских мотивов, исходящих от быта кочевников, от их мировоззрения… Он как бы творчески перерабатывает установившиеся канонические понятия.

Другой замечательный автор – Агван Доржиев, хотя он известен больше как буддийский деятель, был, кстати, личным советником у 13-го Далай-Ламы и имел право представлять Тибет в Российской империи. Его произведение называется «Занимательные заметки. Описание путешествия вокруг света». В 20-х годах на старомонгольском языке он написал в стихотворной форме свою биографию, где обозначил начало пути к познанию учения Будды.

Это были носители настоящей буддийской традиции. Потом, вы знаете, какой у нас образовался идеологический провал, но в 90-х годах наступило время возрождения, буддизм стал возвращаться в Бурятию, а авторы – обращаться к прошлому, к духовному наследию Трёх драгоценностей, как в образной форме именуется триада – Будда, его учение и буддийская сангха. В моих стихах тоже немало буддийских мотивов. Написан целый цикл о тибетском поэте-отшельнике Миларайбе – в буддийском мире это знаменательная фигура. Я занимался его творчеством, переводил со старомонгольского языка, опубликовал ряд статей о нём. Кстати, в прошлом году исполнилось 975 лет со дня его рождения, в связи с чем я откликнулся большим эссе «Слово о Миларайбе» в журнале «Байкал».

– Что, на ваш взгляд, преобладает на сегодняшний день в республике – поэзия или проза?

– И поэзия хорошая есть, и проза, слава богу, тоже. Есть сильные прозаики, но они больше пишут на исторические темы, пытаются осмыслить прошлое народа. Мы ещё не совсем разобрались с собственным литературным наследием, потому что оно действительно богатое: не только в письменной форме, но и в устной, прежде всего эпическое наследие.

– Вы пишете только на русском языке или вы автор билингвальный? Есть ли в Бурятии хорошие переводчики с национального языка?

– Я пишу не только на русском, владею и бурятским языком, который считаю для себя родным. У меня есть вещи, написанные на бурятском языке, но основной мой язык всё же русский.

В советские времена переводили с так называемого подстрочника, и было два подхода к переводам. Советский поэт обязан был знать язык оригинала, к примеру, французский или испанский. А те, кто переводил наших национальных авторов, обходились подстрочниками: изучали язык, чувствовали его, но не знали. Есть переводчики, которые знают два языка: русский и бурятский. Однако, чтобы переводить, надо очень хорошо знать тот язык, на который ты переводишь, – даже лучше, чем язык оригинала. С другой стороны, я считаю, что автор, знающий оригинал и переводящий сам на русский язык – это очень редкий случай.

Сам я довольно много переводил наших авторов. Например, в 2010–2011гг. у нас вышел трёхтомник, и первый том был посвящён бурятской поэзии – его я вынес полностью на своих плечах: был и составителем, и автором предисловия. Более того, я обнаружил, что многие достойные поэты, в особенности молодые, оказались без переводчика, и почти половину тома мне пришлось перевести самому. Я переводил и бурятскую народную поэзию, выпустил сборник под названием «Алтаргана». Книжка вышла билингвистическая: с одной стороны, текст на бурятском языке, с другой – на русском.

– Возможен ли, по вашему мнению, удачный автоперевод?

– Очень хороший вопрос! Вот, допустим, мои стихи, написанные на русском языке, – как их на бурятский перевести? А с другой стороны, у меня есть стихи на бурятском языке, которые хочется перевести на русский – и тоже никак. Сложно! Они вроде исходят из одного источника, но языковые стихии разные и получается какой-то творческий парадокс…

Наши поэты, особенно старшее поколение, любили меня переводить. У меня есть одно стихотворение, посвящённое истории хори-бурят – его перевели сразу несколько наших классиков. По этим переводам любопытно наблюдать творческую манеру каждого.

– Какие основные проблемы национальных литератур? Что нужно сделать, чтобы национальные авторы чувствовали себя востребованными?

– Я застал более благополучные для национальных литератур времена и имею возможность сравнивать: в СССР были хорошие условия для национальных авторов: их переводили, издавали. С другой стороны, сейчас есть некоторая свобода, нет идеологических прессов – тоже великое достижение. Но нет и никакой материальной поддержки со стороны государства, а это очень нужно. В советское время у меня была мечта жить литературным трудом, что было вполне возможно, а в наше время уже недостижимо.

Писатель представлен сам себе. Теперь, находясь в другом историческом измерении и оглядываясь назад, имею возможность сравнить и нахожу, что уроки прошлого остались во мне и в моём поколении. Они важны, но литература развивается дальше, и поэтому надо создавать условия для продолжения литературы, не возвращаться к старому и находить такие пути, которые подсказывает сама жизнь: «Нить времён сказителями ткётся. / И мгновений суть – не суета – / лишь в душе поэта отзовётся, / иль не отзовётся никогда» .

Любой писатель, если он настоящий, всегда остаётся один на один с собой, наедине со своей судьбой, со своим творчеством. Важно никогда не забывать, что мы уже давно живём в мире, где существуют высокие литературные вершины, поэтому начинать свою песню с воспевания маленького холмика и думать, что это твой Эверест – непростительно…

Три обязательных вопроса

– Статус писателя сегодня.

– В 90-х годах я работал в Союзе писателей Бурятии. И там как раз встал вопрос о социальной и экономической поддержке нашей писательской братии. Поддержка, конечно же, нужна. Но главное – в самом творчестве как внутренней необходимости.

У нас в Бурятии есть определённые литературные премии, которые поддерживают писателей, привлекают внимание читателей, стипендии Министерства культуры, так что некоторая поддержка всё же существует.

– Какой, на ваш взгляд, должна быть литературная критика?

– Это, мне кажется, наиболее болезненная тема, острый вопрос сегодняшнего литературного процесса. В критике отражается борьба литературных течений, кланов… А то, что присуще жизни, как таковой, – отражается в литературе – в более утончённой, даже ухищрённой форме. Думаю, настоящие литературные критики есть и сейчас, но боюсь, они тоже находятся в стеснённом состоянии, а это сказывается на уровне, качестве и аспектах критики. Я считаю, что критика должна оценивать только произведение, а не принадлежность автора к той или иной партии, организации…

– Ваш совет начинающим авторам.

Самое главное – уверенность в том, что ты пришёл не зря в этот мир, и тебе что-то дано свыше. И характер ещё нужен. У меня есть такое четверостишие, пусть оно прозвучит как совет:

Как возвыситься глазу до ока,

Потемневшей реке – до истока.

Глас минувшего – голос грядущего,

Да не осилит дорога идущего.

Беседу вела  Валерия Галкина

Тэмуджин

ТэмуджинОтрывок из романа

Спецпроекты ЛГ / Многоязыкая лира России / Проза Бурятии

Теги: проза Бурятии

Алексей Гатапов

"ЛГ"-ДОСЬЕ

Родился в 1965 году в Бурятии. Член Союза писателей России.

Окончил исторический факультет БГПИ, Высшие литературные курсы при Литературном институте им. А.М. Горького. В 2005–2007 годы работал главным редактором литературно-художественного журнала «Байкал».

Ведущая тема в творчестве – древняя история монголов. Автор книг «Рождение вождя», «Первый нукер Чингисхана», «Тэмуджин» (исторический роман об отроческих годах Чингисхана).

Роман «Тэмуджин» в 2014 году переведён в Улан-Баторе на монгольский язык. В 2015-м вошёл в длинный список литературной премии «Ясная Поляна». В настоящее время в Китае идёт работа по экранизации романа.

Перевёл на русский язык бурят-монгольский героический эпос «Шоно-Батор». В 2007 году подготовил к изданию «Монгольский исторический словарь», в 2015-м издал «Монгольскую историческую энциклопедию».

Живёт в Улан-Удэ.

…Тэмуджин оставался на месте и терпеливо ждал. Наконец, меркитская толпа разделилась на несколько частей, замерла неподвижно, и он тронул коня вперёд.

Подъехав к арбам, он всмотрелся в меркитских женщин. Дородные, с властными чертами лиц, они взглядывали на него со смешанным страхом и ненавистью. Видно было, что они пренебрежительно смотрели на его возраст, считая каким-то мальчишкой.

«А как вы смотрели на мою Бортэ, когда били её? – мстительно подумал он. – Наверно, злобой горели, живьём готовы были съесть… Ну, подождите, посмотрю я сейчас на ваши лица…»

– Я муж той, которую вы и ваши мужья мучили и истязали, – сказал он, всё так же пристально глядя на них.

Женщины опустили взгляды, прикусив губы. Непримиримо и хмуро смотрели они себе под ноги.

– Кто хоть раз поднял руку на мою жену, выйдите вперёд, – сказал Тэмуджин.

Толпа молчала.

– Не зря говорят, злобный народ, – усмехнулся один из сотников, стоявший рядом. – Ещё и упорствуют, не хотят признаваться.

Женщины продолжали молчать.

Тэмуджин подъехал к толстой женщине лет тридцати, дерзко посмотревшей на него исподлобья.

– Ты чья женщина? – спросил он.

Та лишь сверкнула глазами, промолчала.

Тэмуджин, потянувшись, выхватил из-за пояса сотника топор, и, привставая на стременах, со всего размаха зарубил её, ударив в голову. Остро отточенное лезвие топора как тоненькую мышиную кожицу пробило войлочную шапку на голове женщины, углубившись в кость черепа, и шапка осталась на лезвии. Кровь хлынула из разрубленного черепа, женщина рухнула на землю, растянув руки в стороны…

Тэмуджин снял прицепившуюся к лезвию топора шапку, бросил на убитую и подъехал к следующей, помоложе, приподнял окровавленный топор.

– А ты чья?

Та задрожала, с трясущимися губами глядя на него, невнятно пробормотала:

– Я… Худуна… я сейчас выйду, разрешите мне выйти…

Женщины, испуганно озираясь, обходя истекающую кровью убитую, стали выходить. Набралось их человек тринадцать.

Тэмуджин объехал их и встал перед ними. Лица у всех были искажены от страха, глаза молили о пощаде.

– Сейчас вы все пойдёте к моей жене и будете просить прощения, – сказал Тэмуджин. – Кого она не простит, тех прикажу привязать за волосы к хвостам диких жеребцов и пустить по степи. Идите!

Тэмуджин приказал направить с ними десяток воинов.

– Чтобы не заблудились, – холодно улыбаясь, пояснил он.

Он проводил взглядом толпу женщин, направлявшихся, спотыкаясь, к куреню и вновь повернулся к толпе пленных. К нему приближался дородный старик в белой замшевой рубахе. Встав перед ним и глядя без страха, возмущённо промолвил:

– Я скажу вам, нехорошо воину и нойону поступать так. Молодому воину подобает показывать себя в поединках с мужчинами, а не рубить безоружных женщин.

– Что? – недобро усмехнулся Тэмуджин, чувствуя, как внутри у него вновь разгорается безудержный гнев. – А ты как смеешь мне указывать, что подобает, а что не подобает? Не твои ли это сыновья напали на нас, а теперь скрываются? Так получи же то, что они заслужили…

Страшным ударом топора он раскроил череп старику, вбив узкое стальное лезвие ему до самых скул. Тот постоял несколько мгновений с разваленной головой, моргнул глазами и подкошенным деревом свалился набок. Из раскроенного черепа на травянистую землю ручьём хлынула кровь.

– Ну, кто из вас ещё хочет поучить меня?! – крикнул он в сторону толпы стариков.

Те молчали. Тэмуджин направил коня к ним. Приблизившись, он встал перед ними, всё так же угрожающе держа топор.

– Ну, что молчите? – оглядывая понуро опущенные седые головы, спросил он. – А как вы думали, я буду с вами поступать? Увещевать, уговаривать вас? Вы считаете, что достойное дело – трёмстам мужчинам напасть на маленькое стойбище из четырёх юрт и ограбить беззащитных людей? А где они, те ваши мужчины? Почему не покажутся перед нами?.. А может быть, среди этих ваших парней найдётся такой, что вышел бы со мной на поединок?

Он подъехал к толпе подростков. Окровавленное лезвие топора в его опущенной руке тёрлось об замшевое голенище гутула, измазав желтоватую, чисто выделанную кожу красными пятнами.

Оглядев толпу, он выделил нескольких парней своего возраста. Один был здоровый, ростом выше него. Волосы у парня были заплетены в косичку. Пригнув голову, он по-бычьи хмуро смотрел на него.

– А ну, выйди сюда! – крикнул ему Тэмуджин.

Тот, не сдвинувшись, стоял, всё так же глядя.

– Выведите его сюда, – приказал Тэмуджин сотнику.

Сотник махнул двоим воинам и те, ворвавшись в толпу, схватили парня за рукава и выволокли. Тот сопротивлялся, упираясь ногами в землю, будто его вели на бойню. Его поставили перед Тэмуджином.

– Ну что, будешь со мной биться? – спросил Тэмуджин и приказал воинам: – Дайте ему саблю и щит!

Он спрыгнул с коня, бросил поводья Бэлгутэю. Отдал окровавленный топор сотнику, снял с себя шлем и кольчугу, отдал их подскочившему Хасару. Взяв в левую руку подаренный ханом лёгкий круглый щит из берёзовых прутьев под сыромятной кожей, он вынул из ножен тонкую саблю и подошёл к парню-меркиту.

В этот миг им двигала всё та же неутолённая жажда мести, острое желание наказать меркитов за Бортэ, да ещё ответить на упрёк убитого им старика, показать всем, что и на поединок с ними он выйдет без боязни.

Он был уверен в своих силах и сноровке. Все эти годы он неустанно учился владению оружием сначала с Бэктэром, а потом и с нукерами, и потому привычно и легко он ощущал себя перед поединком.

«Посмотрим, – презрительно думал он – есть ли среди вас такие, что лучше меня владеют саблей».

– Ну что, готов? – спросил он, насмешливо оглядывая своего противника.

Тот стоял, безвольно опустив плечи, еле удерживая в руках саблю и щит. Он был заметно выше и плотнее Тэмуджина, но было видно, что страх и неуверенность овладели им, сковали его всего.

– Что молчишь или уже в штаны напустил?! – грозно и насмешливо спросил Тэмуджин. – Испугался?.. Выбирай: будешь биться со мной или я тебя просто так зарублю, как этих двоих. Ну!

Парень шевельнулся, затравленно оглянувшись назад, будто искал помощи у своих, прошептал что-то про себя и поднял щит, прикрываясь. Отступив на два шага, он расставил ноги, пригибаясь, приготовившись к сече.

– Племя твоё виновно передо мной, – холодно глядя на него, сказал Тэмуджин, – а сейчас небо рассудит нас с тобой. Поэтому бейся со мной хорошо, заслужи перед небом прощение.

Тот молча оглядывал его, выжидая. Начиная поединок, для затравки Тэмуджин дважды ударил его по щиту, порезав на нём сыромятную бычью кожу. Тот оказался привычным к сабельному сражению; стоя к нему боком, он умело отвёл его удары, держа саблю наготове, выжидая время для удара. Тэмуджин ударил ещё, призывая его к бою, и тот вдруг яростно пошёл вперёд, один за другим нанося удары по его щиту. Оскалив зубы, с ненавидяще загоревшимися глазами, став похожим на ощетиненного в драке молодого пса, он отчаянно ввязался в бой.

Тэмуджин, прикрываясь от него и отступая, пристально следил за тем, как он двигается, и скоро приметил: когда тот бил, делая выпад вперёд, то слишком далеко отводил щит в сторону и у него спереди открывались ноги.

Тэмуджин дождался, когда у того вышел первый запал, и в свою очередь пошёл вперёд, всё так же нанося удары по щиту, рубя по натянутой коже. Он решил обмануть его, делая вид, что старается разломать ему щит, чтобы он остался без защиты. Тот пошёл на его уловку и принял игру – кто кому быстрее разобьёт щит.

Отдышавшись, меркит снова пошёл вперёд. Тэмуджин этого и ждал: отступая и незаметно следя за его ногами, он выждал, когда из-за щита они открылись, и в миг, когда тот с силой обрушил третий или четвёртый удар, отвёл его и тут же нанёс короткий режущий удар по выставленному вперёд левому бедру, чуть выше колена. Из разрезанной косульей штанины хлынула кровь, парень, исказив лицо от острой боли, на миг опустил оружие и щит, и в это время Тэмуджин сверху сразил его косым ударом по шее, разрубив до ключицы. Парень упал сначала на колени и, обливаясь кровью, рухнул перед ним вниз лицом.

Тэмуджин, уже не глядя на него, обернулся к толпе подростков, победно и зло оглядел их.

– Ну, кто ещё хочет сразиться со мной? – изменившийся голос его звучал холодным медным звоном и чувствовалось, что он готов биться с ними ещё и ещё, до тех пор, пока не перебьёт всех.

Толпа молчала. Пытливо оглядев опущенные головы подростков, Тэмуджин полой рубахи насухо вытер лезвие сабли, убрал его в ножны, быстро надел поднесённые Хасаром доспехи и сел на коня.

Разбирая поводья, он чувствовал на себе почтительные взгляды своих сотников и воинов, столпившихся, чтобы посмотреть на его поединок.

«Пусть и они видят, – удовлетворённо подумал он, – что я не только приказы отдавать умею…»

Без мужчин с собачкой

Без мужчин с собачкой

Искусство / Искусство / Киномеханика

Кондрашов Александр

Полина Кутепова в новелле «Аничков мост»

Теги: Киноальманах «Петербург. Только по любви» , Полина Кутепова

К чему привели прогулки по великому городу?

Киноальманах «Петербург. Только по любви», снятый семью режиссёрами-женщинами, показался очень милым, женственным, в меру капризным, а иногда вздорным. И очень грустным.

Имена создателей в кинокругах хорошо известны: Рената Литвинова (она сняла первую новеллу «Сны Иосифа»), Анна Пармас («Девочки»), Оксана Бычкова («Утро»), Наталья Кудряшова («Аничков мост»), Аксинья Гог («Селфи»), Наталья Назарова («Просто концерт») и Авдотья Смирнова («Выгул собак»). Мне показалось, что женские истории этого альманаха – ответ на успех (у критики и фестивальных жюри) фильма Анны Меликян «Про любовь». И любовь в альманахе есть. Не в каждой новелле, но есть. И первая романтическая, и в зрелом возрасте, и материнская, но больше здесь женского одиночества как раз без любви – мужчин почти нет, а если есть, то какие-то смешные, не «мужчинские». А главное, что есть и что перебивает всё, это – тоска. Иногда даже смертная.

Первая новелла с красавицей Ренатой Литвиновой о том, как некая французская режиссёрша снимает фильм о Бродском и его любовях, удивила. Вроде она про поэта, о любви к его поэзии, но стихи здесь читаются, когда плохо, когда очень плохо, сама историйка какая-то невнятная, аляповато манерная, вымученная, я даже подумал: а не троллит ли Рената Муратовна (режиссёр, автор сценария и исполнительница одной из ролей) Иосифа Александровича, не издевается ли над чрезмерным обожествлением его в Петербурге? Но ни любви, ни Петербурга, ни Бродского в этой новелле я не углядел. Наверное, не дорос.

В других эпизодах такого ощущения тотальной профессиональной беспомощности не было.

Очень тронула новелла «Утро», она о рождении любви. Обычный парень познакомился с неказистой девушкой, прикинувшись глухонемым. Она не ждала, а может быть, уже и не надеялась ни на что, но увлеклась и полюбила своего глухонемого. За короткое экранное время мы видим, как девочка (очень хорошая работа Надежды Лумповой) меняется. Нахмуренная, недоверчивая бука превращается в свободную, счастливую, влюблённую красавицу. Потом обман обнаруживается, выясняется, что парень не глухонемой, всё должно рухнуть, но не рушится. И очень хорошо, что у этой истории светлый, обнадёживающий финал.

«Материнские» новеллы («Девочки» и «Просто концерт») имеют некий социальный оттенок. В первой любовь, разумеется, побеждает политику. Мать-«сталинистка» и беременная дочка-«либерастка» примиряются, когда УЗИ показывает, что в её чреве – девочка. Ещё одна. Третья. Муж ушёл, но ничего, женщины вместе потянут и третью. Какая-то ожидаемая мораль.

В «Просто концерте» у разбитной матери-крановщицы (из множества подобных «простонародных» ролей, сыгранных Анной Уколовой, можно составить если не город, то рабочий посёлок точно) дочка не простая, а обладающая ангельским голосом, но она вынуждена петь в хоре мальчиков и тяготится тем, что нужно скрывать, что она девочка. Впрочем, и здесь всё заканчивается миром.

А вот в новелле «Селфи» модные изломы и выверты современного мегаполиса миром не кончаются. Прелестная девушка, как будто «из бывших», как будто из Серебряного века, приезжает в Питер, чтобы… напиться, переспать с первым попавшимся и покончить жизнь самоубийством. Петербург с его мрачными подворотнями, дворами-колодцами и чёрными каналами для этого очень подходит. Но гибнет после многих попыток не она, а совершенно посторонний человек. Такая вот заразная нелепая декадентщина с элементами трагифарса и социальной сатиры.

Сильное впечатление на меня произвела новелла «Аничков мост», где замечательно сыграла Полина Кутепова. Тут Петербурга очень много. Величественного, мрачного, гнетущего. Героиня (понятное дело, тоже одинокая, несчастная женщина) – экскурсовод. У неё неожиданно возникает судьбоносная дискуссия с американскими туристами (особенно с одним из них – настоящим индейцем) по поводу клодтовских коней. О свободе и статуях на мосту. Человек покоряет диких лошадей, осёдлывает и подковывает, или наоборот: мустанги сбрасывают человека и все оковы-подковы, вырываясь на волю? Возможность существования второй версии так потрясает героиню, что появляется надежда, что и она возродится и вырвется из давящей обыденности на волю.

Последняя новелла – тоже об одинокой женщине (её играет Анна Михалкова), которая гуляет с собачкой по прекрасному городу, надеясь, что всё-таки когда-нибудь будет прогуливаться с коляской, а не с собакой. Кому, как не ей, быть матерью?! И она многое для этого делает. Но попадаются всё какие-то уроды-мужики, включая питерского шамана в исполнении почему-то Михаила Боярского. Но наконец зимой в Летнем саду «дама с собачкой» встречает кого-то отдалённо похожего на чеховского Гурова. Ну хоть что-то. Появляется надежда.

Какой толк в создании подобных киноальманахов, ведь зрителей на них приходит мало? Он есть: специалисты, люди, от которых зависит кинопроизводство, поймут, кто из «режиссёрской семёрки» чего стоит и кому можно давать деньги на полный метр, а кому пока рано.

Все хиты про любовь

Все хиты про любовь

Искусство / Искусство / Профессия - песня

Сухомлинов Владимир

Теги: Николай Рябуха

Певец Николай Рябуха. Запомните это имя!

Этого исполнителя наша газета представляла чуть более двух лет назад («ЛГ», № 30, 2014). Заметка заканчивалась словами: «при такой требовательности к творчеству у Николая Рябухи (на фото) многое впереди».

Можно говорить, что так и происходит.

За это время он выступал в разных аудиториях. Бывали и спады. Но сейчас он явно набирает высоту. Минувшим летом поэт Андрей Дементьев пригласил 24-летнего певца в Тверь принять участие в концерте, посвящённом дню своего рождения. Это о многом говорит.

Недавно в Доме Гоголя в центре Москвы Рябуха представил новую программу из отечественных и мировых песенных хитов про любовь.

Выбор места тоже не случаен. Певец, а вернее сказать, поэт, композитор и исполнитель, представление песен начинает с упоминания имени автора стихов, а уж затем произносит имя композитора. Николаю очень важно, что лежит в основе произведения, какая поэзия, какие смыслы.

На этом концерте звучали песни на стихи Р. Рождественского, Е. Евтушенко, И. Шаферана, А. Дементьева, О. Фадеевой. А также мировая классика – из репертуара Д. Дассена, Ф. Синатры, И. Монтана. Прозвучала и «Осенняя музыка», тут автор стихов и мелодии он сам. Уже после концерта зрители попросили снова её исполнить, но он спел любимую пахмутовскую «Мелодию» на слова Н. Добронравова.

У Николая редкой полноты бас-баритон, но он не бравирует им, а находит интонационные и смысловые оттенки в исполнительстве. Многим песням Рябуха придаёт свои неповторимые краски – от тёплых, пронзительных до ироничных или чуть лукавых.

Особо радует, что, набираясь опыта и расширяя репертуар, Николай Рябуха остаётся верным себе в чистом и светлом взгляде на мир и людей.

Жанна Болотова: «Я ненавижу предательство…»

Жанна Болотова: «Я ненавижу предательство…»

Искусство / Искусство / Юбиляция

Попов Вадим

Из набора открыток «Артисты советского кино»

Теги: Жанна Болотова

Её образы стали символом расцвета СССР

Болотова – одна из самых красивых актрис нашего кино. Причём красоты особенной, сказочной, рождающей ассоциации с чем-то средневековым, экзотическим. Хотя секрет раскрывается просто – сибирскими корнями.

О судьбах актёров, даже самых известных, часто рассуждают, огорчаясь малым количеством, недостаточным уровнем сыгранных ролей. В случае с Болотовой тоже возникает ощущение недоигранности. Между тем в её фильмографии, начиная с 1957-го, – одна-две картины в год, многие из них стали классикой.

Возможно, именно незаурядная красота и помешала Болотовой раскрыться на сто процентов. Великое советское кино в большом долгу перед актрисами-красавицами. Лучшие роли, оригинальные, характерные, доставались не им. И всё-таки Жанна Болотова, безусловно, явление уникальное. Её образ преодолел границы кинематографа, стал символом эпохи расцвета СССР. Когда слушаешь сегодня какой-нибудь очередной антисоветский спич, хочется просто предъявить в качестве контраргумента Болотову на открытке из Союзпечати. Как этот образ может быть связан с «тоталитаризмом»?

Жанна Болотова снималась у выдающихся режиссёров: в классическом фильме Кулиджанова «Дом, в котором я живу», в блистательной и незаслуженно забытой работе Шепитько «Крылья», у великого Герасимова в фильмах «Журналист», «Любить человека»… И конечно, у Николая Губенко – мужа и соратника. Блестящие роли – тонкие, глубокие, с пронзительной красотой, гармонично меняющейся в 60-е, 70-е, 80-е…

Но кроме экзотической красоты Жанна Андреевна обладает ещё и экзотическими для «артистической среды» взглядами. Она – последовательный апологет Советского Союза. Такое мировоззрение, политическая позиция – диковинка в творческих столичных кругах. Когда страна уже была разрушена, в 1992 году, Болотова дала журналу «Искусство кино» интервью, которое вполне можно считать программным. По резонансу публикацию в профильном издании не стоит сравнивать, к примеру, со статьёй Нины Андреевой «Не могу поступиться принципами», но, разумеется, это был поступок.

Если объединить самые важные цитаты, получится вот такой монолог Болотовой: «Я не знаю марксизма, но мне кажется, что его идеалы мало чем отличаются, предположим, от христианских. И если христианство не изменило мир к лучшему за два тысячелетия, то у нас было только 70 лет. Может быть, я не права, но мне нравилось в нашей стране, что деньги в ней мало что значили. В нашей юности не принято было преувеличивать или подчёркивать свое благосостояние. Сейчас я понимаю, что в стране, где главным идеалом становятся деньги, я никогда не буду счастлива. Слова «партия», «коммунист» для многих из нас навсегда связаны со словом «Победа», и я никогда не смогу принять и согласиться с той глумливой интонацией, которой пропитаны сегодня многие публикации в прессе, многие выступления по телевидению. Я ненавижу предательство и никогда не смогу простить его ни по отношению к себе и своим близким, ни по отношению к стране. Родине».

Главы плутовского романа

Главы плутовского романа

ТелевЕдение / Телеведение / Телеразмышление

Морозов Сергей

Теги: Феликс Разумовский

«Приключения либерализма в России» – оправдание или разоблачение?

Либерализм – едва ли не самая таинственная из политических идеологий. В России тем более. Точно известно, что либерализм у нас есть, да и всегда был, едва ли не от времен Рюриковых, а вот в чём его суть, идейное ядро, до конца не ясно.

Надежды на новый цикл передач «Приключения либерализма в России», который ведёт Феликс Разумовский в рамках своей многолетней программы «Кто мы?» (канал «Культура») были большие. Хотелось услышать о генезисе русского либерализма, о его развитии и эволюции, ошибках и достижениях, понять, что значит быть либералом в России.

Цикл, если судить по первым передачам, как и всё, что выходит в последнее время у нас на исторические темы, оказался не столько просветительским, сколько публицистически-заострённым. Русский либерал предстаёт перед телезрителем (за редким исключением, сделанным для Андрея Болотова) персонажем газеты-молнии. Всё время своего существования русский либерал только и делал, что пил, дебоширил и морально разлагался. Прям Семён Семёныч Горбунков. Как за границу съездил, так и понеслось – выпустили на свою голову, поднабрался чего не следует, теперь всех учит.

Подобного рода картинками и без того переполнены наши газеты и телевидение. Если говорить об идейном противостоянии, то общественное сознание, нашпигованное упрощёнными образами и представлениями, напротив, оказывается вполне подготовлено к восприятию стереотипов той идеологии, которую оно сегодня отрицает. Разве не так случилось много лет назад? Идеологические стереотипы – это всегда волки в овечьей шкуре. На первый взгляд – критика, а на деле пропаганда критикуемого от противного. В советское время, когда не хватало знаний о религии, изучали её по книжкам Емельяна Ярославского и Лео Таксиля, читали наоборот всё, что публиковалось в журнале «Наука и религия». Смотрели фильмы и передачи, разоблачавшие ничтожность, пустоту западной массовой культуры, а на самом деле открывали для себя сложный, противоречивый мир современного искусства.

Цикл Феликса Разумовского также не избавлен от причудливой смеси критики либерализма и подспудной его пропаганды. «Либерализм – это западноевропейская, чуждая нам культурная традиция», – повторяет ведущий из выпуска в выпуск. У нас другое – дух, церковь, святость, нравственные, а не правовые идеалы. Соборность, а не индивидуализм. Либерализм лишён почвы, корней и твёрдых оснований, это идеология молодых пьяных романтиков, живущих в ситуации двоемирия и примитивных оппозиций: свобода – рабство, право – нравственность, индивид – общество. Попадаются суждения очень глубокие: «Либерализм возникает как борьба за права элиты». Это точно и замечательно, а кроме того, объясняет нынешнюю расстановку политических сил.

Но за всем этим звучит совершенно иное, подготавливающее капитуляцию перед расхожей либеральной догматикой. «Либерализм – идеология свободы». Этот тезис открывает цикл, компрометируя всё последующее изложение. Основной подлог либеральной идеологии состоит в том, что её представители узурпируют концепт «свобода». Все, мол, только ходили вокруг него, раскрыли смысл только либералы. Кто не хочет свободы, кто не мечтает о ней? «Никто. А если есть, они нам неинтересны», – заявляет Разумовский чуть ранее. Так составляется вывод, который начинает существовать в голове зрителя с первых минут цикла: путь свободы – путь либерализма. И альтернативы нет: либо с либералами за свободу, либо против неё.

Логическая «правота» подкрепляется далее историческими аргументами. Святость – это хорошо. Но Новое время – это мир без Бога, мир права и человека, светская эпоха. Вот и в России XVII век – время кризиса святости. «Нет святых на Руси». И хотя потом Разумовский критикует и поносит доморощенных либералов, выставляет их в смешном виде как разрушителей национальных традиций, на подкорку уходит одно: либерализм – это веление времени, вестник прогресса, «иного не дано». Получается, что и в самом деле так. Других идейных традиций в России нет. Всю жизнь была только одна конструкция: либералы и власть. Вольное экономическое общество и обуздывающая его Екатерина Великая. Сумасшедший Чаадаев и Николай I, борец с либеральным безумием. Да, ещё Пушкин возражал, но Пушкин – это тоже что-то вроде царя в поэзии. Нет, идейных альтернатив либерализму не было.

И опять правильные слова: декабристы были типичной элитой, оторванной от России, не знавшей своих традиций, народа. А дальше, в освещении центрального для XIX века вопроса, вновь воспроизведение вывернутой наизнанку логики либеральной колумнистики: Россия – страна рабов, все прожекты освобождения крестьян – дурь и блажь. С социально-экономической точки зрения всё так и есть, для безземельного крестьянина свобода оказывается тождественна смерти. Но надэкономическая нравственная правота отмены противоестественного, нарушающего все принципы христианства владения человека человеком остаётся. Кто был против, кто возвысил свой голос в защиту человеческого достоинства? Из цикла Разумовского получается – только либералы.

Программа идёт дорогами упрощённого подхода и далее. Идеологические кульбиты в современном духе, ложные противопоставления. На одной чаше весов – победная увертюра 1812 года, на другой – экономические проблемы. И опять исторические факты иллюстрируют правоту либералов: в Крымской войне Россия, как говаривал Борис Новиков, загремела под фанфары. Техническую и экономическую отсталость, отсутствие должной организации к этому моменту не отрицали и во власти.

Раньше были все революционеры-демократы, борцы за счастье народное, теперь всех перекрашивают в либералов, врагов царя и Отечества. Герцен – создатель русского социализма, оригинальный мыслитель, борец за права личности, представлен в цикле Разумовского этаким Ходорковским XIX века, миллионщиком, сибаритом. Его «Колокол» – как «Голос Америки», «Дойче Велле» и «Радио «Свобода», вместе взятые. Не удивит, если в последующих выпусках и Ленина изобразят самым что ни на есть записным либералом. Ну как же – критиковал, злоумышлял, расшатывал. А надо было потихоньку, эволюционно.

«Приключения либерализма в России» – хорошее название для плутовского романа. Листая главы его, невольно сделаешь вывод такой же, как и в литературных аналогах: наш герой либерал – изрядный плут, но, в сущности, добрый малый, единственный в России образованец, «стоявший укоризною». За ним, бойким, – будущее; других, активных, нет никого.

Может быть, хватит?

Может быть, хватит?

ТелевЕдение / Телеведение / А нам прислали

После прочтения статьи «Хамство и провокация» («ЛГ», № 39) – а я смотрю почти все политические шоу – хотелось бы высказаться. Понимаю, что приглашение к дискуссии всех сторон «конфликта» (таких как Бом, Ковтун, Карасёв) – это и есть высшее проявление демократии, но иногда это уже какой-то перебор. Нельзя же столько времени слушать, как позорят твою страну, выставляя всех граждан монстрами (я не очень верю в попытки наших «либералов» отделить народ от государства). И мне хочется задать вопрос: а может, довольно приглашать на дискуссии оголтелых русофобов, не умеющих себя вести? Может, иногда нужно уже указывать тому же В.В. Жириновскому на, мягко говоря, некорректность его высказываний? Нельзя же всё превращать в клоунаду и фарс!

К сожалению, есть в обществе аполитичные люди, которые, посмотрев такую программу, начнут думать, что всё, что льётся с экрана, правда. Ведь у нас до сих пор жива в крови любовь к иностранцам (наверное, ещё с петровских времён?) и вера в печатное или телевизионное слово.

Почему до сих пор нет закона (а если есть, то он не работает) об ответственности за оскорбление страны президента, народа в конце концов? Надоело наблюдать, как одни и те же лица переползают из передачи в передачу и поливают нашу страну грязью.

Анна Супрякова

Странные приоритеты

Странные приоритеты

ТелевЕдение / Телеведение / А нам прислали

Юбилеи артистов у нас отмечаются по-разному: одних на ТВ вспоминают восторженно, по всем каналам славословие, воспоминания, а других… 80-летие всенародно любимого Леонида Куравлёва телеканалы (далеко не все) отметили показом фильмов с его участием, краткими репортажами и интервью с этим уникальным, ныне здравствующим артистом. А он был другом Василия Шукшина, в высшей степени достойным партнёром других великих: Зиновия Гердта, Юрия Яковлева, Владимира Высоцкого, Вячеслава Тихонова... Вот где можно было развернуться, было что рассказать, что вспомнить.

Я надеялся, что в день его рождения в «Субботнем вечере с Андреем Малаховым» соберутся друзья и многочисленные поклонники, я ждал встречи с этим выдающимся артистом, который как мало кто отразил национальный русский характер. Но в программе красовалась Дарья Донцова. Чествовали по непонятно какому поводу «лидера продаж» коммерческой литературы. Таковы приоритеты Первого?

Фёдор Казаков

Пляжи с ужами,

Пляжи с ужами,или Об одном «муниципальном образовании», мечтающем стать комфортным городом

Общество / Общество / Куда бы лыжи навострить?

Мыльникова Галина

Таганрогский порт с высоты птичьего полёта

Теги: общество , отдых , курорт

Антироссийские санкции, разгул терроризма, стремительный взлёт курса иностранных валют заставили многих россиян пренебречь прелестями отдыха в Турции и Египте и красотами Европы. Куда же устремляются наши отдыхающие?

Прежде всего на черноморские курорты, включая Большой Сочи и Крым. Суммарное число отправившихся на побережье Чёрного моря перевалило за десять с лишним миллионов. Ещё примерно миллион штурмовали горные тропы Алтая. А вот число отдыхающих на побережье Азовского моря установить трудно – официальных данных нет.

Потенциал этих территорий Краснодарского края и Ростовской области, несмотря на отличные климатические условия, протяжённые песчаные пляжи, богатство и разнообразие историко-культурных памятников, пока недооценён. Чему яркий пример – Таганрог.

Вечная проблема

Два года подряд я ездила в этот город, чтобы совместить приятное с полезным – и подлечиться, и встретиться с одноклассниками. Поеду ли ещё раз? Если ничего не изменится, вряд ли.

Не прошло и трёх дней блаженства в санатории-профилактории Таганрогского металлургического комбината (замечательный пляж, доброжелательный персонал, лечение, питание – и всё за божескую цену), как случилось ЧП. В районе, где находится санаторий-профилакторий, прорвало водопровод. Все водные процедуры – ванны, подводный массаж, душ Шарко и пр. – отменили. Досадная случайность? Увы, тенденция.

«Читаю обе ваши газеты и так и не пойму, будут ли в Таганроге водопровод и канализация», – писал в 1903 году Антон Павлович Чехов своему другу, почётному гражданину города П.Ф. Иорданову. Местные купцы и дворяне – а Таганрог был богатейшим городом на Азовском море, столицей греческих и итальянских негоциантов – неоднократно порывались собрать деньги и построить наконец водопровод. Но так и не собрались. Сие сооружение появилось только при советской власти. Надо ли говорить о том, что после 1991-го новая российская власть вовсю пользовалась плодами трудов предшественников, практически ничего не вкладывая в развитие инфраструктуры...

Таганрожцы исправно платят за самый ценный на юге России природный ресурс, но все деньги, судя по сообщениям в местных СМИ, уходят на устранение постоянных прорывов центрального водопровода, а также на покрытие возникающих в связи с этим «общедомовых потерь». Вот и за 11 дней моего лечения в санатории-профилактории там трижды отключали воду.

Качество воды – отдельный разговор. Один из товарищей по несчастью, коренной таганрожец, рассказал такую историю. Как-то они с соседями заметили, что чистейшая вода в артезианской скважине, которую они пробурили в своём дворе много лет назад, сначала стала при кипячении свёртываться в хлопья, а потом приобрела гадковатый жёлто-зелёный оттенок и противный привкус. Забили тревогу, пригласили специалистов. Те сделали анализы проб воды и обнаружили аммиак, а это верный признак того, что в источники проникают сточные воды и нечистоты.

Даёшь туристическую Мекку!

КСТАТИ

Сформировавшееся в обществе мнение о том, что россияне предпочитают отдыхать исключительно за рубежом, всего лишь миф. Так, по данным Ростуризма, в 2014 году было совершено около 17,6 млн. выездов за рубеж в туристических целях, то есть в заграничные вояжи отправлялось примерно 12% населения страны. А вот по России (правда, уже в прошлом году) путешествовало около 50 млн. человек – более трети всего населения. В среднем за 2006–2013 годы среднегодовой показатель прироста внутреннего туризма составлял около 5,2%, а в последние два года – 16,6%.

Однако, несмотря на достаточно впечатляющие темпы прироста, от других стран мы всё ещё отстаём. Так, в Европе внутренний турпоток охватывает более 50% населения, в США – 80%, а в Китае ежегодно совершается более 3 млрд. поездок по стране.

Последние годы с новой силой возобновились оживлённые дискуссии по поводу превращения Таганрога в жемчужину туризма юга России. Что ж, город уникальный. Только Антону Павловичу Чехову здесь посвящено несколько музеев, включая его родовой домик и библиотеку. Здесь жили поэт Нестор Кукольник, брат Петра Ильича Чайковского морской офицер Ипполит Чайковский, Фаина Раневская, Александр Дуров. Город любил неоднократно останавливавшийся здесь и умерший в Таганроге император Александр I.

Сама старая часть города – это музей архитектуры под открытым небом, где нет ни одного типового дома, где красуются здания, построенные Ф. Шехтелем, Ф. Боффо, К. Ландероном и другими выдающимися архитекторами. Наконец, это первая военно-морская база России, заложенная самим Петром I и ставшая позже морским торговым портом. Но… беспокойные потомки никак не поделят между собой эту теперь уже частную собственность. Когда-то к пассажирскому причалу швартовались теплоходы и катера, перевозившие людей на работу в Ростов-на-Дону и обратно, а туристов – в Ейск, Новороссийск и даже в Сочи и Крым. Увы, уже много лет как пассажирские перевозки прекращены. Порт используется лишь как грузовой перевалочный пункт.

Печальная память о событиях «чёрного передела» – убийство осенью 2002 года мэра города Сергея Шило. Благодаря его усилиям город начал преображаться. Появилась великолепная насыпная набережная с пляжами, ресторанчиками, рощами. Наметил он тогда и строительство Миусского торгового порта, который должен был наконец освободить центр Таганрога от перевалки «грязных» морских грузов – угля, нефтепродуктов. Специалисты из Южного федерального университета подсчитали, что проект окупится менее чем за десять лет. Город получит 15 километров береговой линии с чистейшим белым песком для обустройства пляжей, санаторно-курортных здравниц и отелей, где смогут отдыхать до 300 000 человек, что, в свою очередь, позволит пополнить оскудевший бюджет на четыре миллиарда рублей!

Но на строительстве Миусского морского торгового порта, вопреки установленной дате пуска в эксплуатацию – 2010 год, – до сих пор конь не валялся. Причина банальная – нет ни инвесторов, ни государственного финансирования. Та же ситуация сложилась с затянувшейся (с 1993 года!) реконструкцией и расширением водопровода.

Доход от туризма в областном бюджете составляет лишь один процент. Алтай, который до 2006 года посещали только отдельные ценители его природных и климатических богатств, после включения региона в федеральную программу развития туризма, увеличил доход от этой статьи в шесть с лишним раз.

Наперегонки с ужатами

Без реконструкции гидротехнических сооружений, насосных станций и очистных сооружений, без возрождения пассажирского водного сообщения, ремонта дорог и т.д. о превращении Таганрога в туристическую Мекку юга России можно только мечтать.

Ситуация с экологией на побережье Азовского моря меж тем ухудшается. Дошло до того, что Центр гигиены и эпидемиологии Ростовской области, обследовав состояние водоёмов области и пляжей Таганрога на предмет содержания микробов и солей тяжёлых металлов, внёс в чёрный список, то есть закрыл для купания, почти все пляжи города, включая «Тополёк», где мы когда-то с удовольствием плескались. Ныне побывавшие здесь туристы делятся в соцсетях не восторгами, а сетованиями на грязную воду, мёртвую рыбу на берегу и даже… змей. Да-да, последние два года на пляжах и в прибрежных водах (утверждаю это как очевидец) вольготно чувствуют себя то ли морские ужи, то ли шахматные змеи. Однако эпидемиологи города и области словно в рот воды набрали: ни одной заметки в СМИ, посвящённой причинам этого нашествия рептилий (а может, это безопасные ужи и с ними полезно плавать наперегонки?) я так и не обнаружила.

Инерция таганрожцев, не принуждающих власть к поиску инвестиций и пассивно ожидающих, когда кто-то скосит траву или камыши на пляжах и на улицах (эту среду обитания рептилий, которые уже заползают во дворы и дома горожан) тоже играет негативную роль.

На заёмные средства горожан в царской России строили не только храмы, но и те же водопроводы, мосты и другие важные социально-экономические объекты общего пользования. Например, в 1912 году город Царицын, выпустив в оборот облигации, профинансировал инвестиционные проекты в объёме, превышающем восьмилетний бюджет по этой статье. И такие полномочия давали власти сами горожане! Как известно, и в Советском Союзе облигации внутреннего займа помогали проводить индустриализацию, поднимать разрушенную после Великой Отечественной войны промышленность.

Конечно, сегодня, когда многим россиянам, в том числе и таганрожцам, урезали и без того небольшую зарплату, идея копить деньги на покупку облигаций муниципального займа может показаться утопией. А если нет? Ведь даже в самые худшие времена люди вкладывали свою копейку, своё время, чтобы самим изменить свою жизнь к лучшему. Чтобы такое порождение нашей безликой бюрократии, как безвластные «муниципальные образования», кануло в прошлое, а на месте пресловутых «образований» поднялись ГОРОДА, комфортные для горожан и привлекательные для туристов. Я готова купить такие облигации. А вы?

Атлантида, которую мы потеряли

Атлантида, которую мы потеряли

Общество / Общество / Заметки на полях

Аркадий и Борис Стругацкие, фотография 1960-х годов

Теги: Юлия Черняховская , Братья Стругацкие. Письма о будущем

Новая книга о Стругацких по-своему уникальна

Литературно-философское исследование Юлии Черняховской значительно выделяется на фоне других работ, посвящённых творчеству братьев Стругацких, – во всяком случае, из тех, что мне известны. Можно сказать, что это на самом деле первое серьёзное философское проникновение в мировоззрение писателей, сделанное на хорошем источниковедческом материале.

Книга не напоминает сусальную агиографию с оттеняющими набор восторженных слов скандальными подробностями личной жизни одного из братьев подобно увесистому тому Анта Скаланадиса, но и не представляет собой рефлексию несколько наивного поклонника в духе «Двойной звезды» Бориса Вишневского.

Работа польского литературоведа Вацлава Кайтоха, которую часто цитирует Юлия Черняховская, осталась в моей памяти благодаря двум-трём ссылкам на любопытные источники, но в целом забылась. К сожалению, автор практически не упоминает вышедшую в 2011 году биография братьев Стругацких в серии «Жизнь замечательных людей», написанную писателями-фантастами Геннадием Прашкевичем и Дмитрием Володихиным. Именно в этой книге взгляд на творчество писателей представляет собой радикальную антитезу тому представлению, что развивает Юлия Черняховская.

Прашкевич и Володихин видят в творчестве Стругацких уже середины 1960-х годов антисоветский подтекст (так, знаменитая повесть «Улитка на склоне» представляется им карикатурой на советское общество). Версия Юлии Черняховской радикально альтернативна. Она последовательно выявляет и показывает весь жизненный путь творческого тандема Стругацких как путь убеждённых коммунистов, во многом более последовательно, по сравнению с современной им властью, отстаивающих идеалы и принципы коммунистического мировоззрения, и предупреждающих власть и общество о неизбежных катастрофических последствиях отступления от этих идеалов и принципов. При этом вынужденных жить в эпоху массового манкирования этими принципами партийной бюрократией.

Юлия Черняховская. Братья Стругацкие. Письма о будущем. – М.: Книжный мир, 2016. - 384 с. - 1000 экз.

Юлия Черняховская очень ярко и точно описывает, в чём эти идеалы на самом деле состояли и почему именно Стругацкие смогли очень ясно показать, чем мог привлечь людей коммунистический проект.

Коммунизм – это общество свободного и творческого труда, в котором каждый человек становится творцом и созидателем, в том смысле, что каждый так или иначе включён в единый и великий процесс человеческого познания, отвоевания у природы её заповедных тайн. Жаль, что, анализируя утопии эпохи Возрождения именно как предпосылку фантастического жанра, подробно рассказывая и о Томасе Море, и о «Городе солнца» Кампанеллы, Юлия Черняховская не упоминает про третью классическую утопию, которая как раз была бы наиболее уместна для сопоставления с «Миром Полдня» Стругацких – а именно «Новую Атлантиду» Фрэнсиса Бэкона. Мир, которым не просто правят учёные-инженеры, но который и существует ради учёных, ради продолжения процесса познания, устремлённого в бесконечность, к полному подчинению природы воле человека.

И конечно, весь советский проект был именно движением к этой «Новой Атлантиде» на советской земле, и именно в 50–60-е годы этот идеал был как будто ясно понят художниками и писателями и воплощён в их произведениях. Юлия Черняховская много пишет о чувстве победителей, рождённом достигнутыми к 50-м годам победам стране, уверенности в своих силах преобразователей мира, «поэтическом эффекте» Третьей программы КПСС, отразившей ожидания общества и многие видения писателей-фантастов и ещё больше стимулировавшей их и всё общество на попытки предвидения коммунизма как ближайшего будущего, как мира, в котором каждый смог бы найти своё место в этом едином пути всего человечества к постижению величайших тайн природы.

В произведениях ранних Стругацких идеалу «общества познания» противостоит образ «общества потребления», к слову сказать, в их произведениях это не столько капитализм веберо-марксовского толка, сколько скорее предвидение современной социально расслабленной Европы, люди которой освободились от тяжёлого труда, чтобы уйти в реальные и виртуальные удовольствия. Альтернатива «обществу познания» – не только капитализм, но, может быть, даже в большей степени «детей цветов» 1960-х годов, или, ещё точнее, утопии гуру «новых левых» Герберта Маркузе или Тимоти Лири, саркастически изображённых в докторе Опире из «Хищных вещей века».

По большому счёту Юлия Черняховская абсолютно права: советский социализм, как он развивался от Ленина до братьев Стругацких, был радикальным превознесением «воли к истине» над «стремлением к удовольствию», в котором писатели уже со времён тех же «Хищных вещей века» видели что-то глубоко разрушительное для человека. Юлия Черняховская блестяще описывает, как этот идеал «республики учёных» переживает кризис в середине 1960-х и как этот кризис отразился в спорах советских фантастов разных школ и направлений. Гонения на фантастов школы Стругацких в 1966 году она прямо связывает с известной запиской тогдашнего заместителя руководителя отдела агитации и пропаганды ЦК КПСС Александра Яковлева, будущего «архитектора перестройки», который увидел в творчестве братьев что-то противоречащее духу социализма. С этого момента у вполне успешных и плодовитых авторов начинаются серьёзные неприятности, которые в конце концов заставляют их иными глазами взглянуть на проблемы движения к «Обществу Полдня».

Впрочем, Юлия Черняховская утверждает (и подтверждает прямыми высказываниями братьев Стругацких), что не только скончавшийся в 1991 году Аркадий, но и переживший брата на 21 год Борис до конца оставался верен мечте о коммунизме как лучшем будущем человечества. В подтверждение чему она среди прочего ссылается на одно из последних частных писем писателя, в котором классик советской фантастики выражал убеждение в неизбежности утверждения «Мира Полдня». Увы, Борис Натанович унёс с собой могилу представление о том, какими путями этому Миру будет суждено обрести реальные черты. Я думаю, что он представлял и другие времена, и другие пространства, где Человек Воспитанный мог бы жить, заниматься любимым делом и не мешать жить другим. И было бы очень любопытно поговорить о том, как проявилось в творчестве последователей Стругацких, таких как Вячеслав Рыбаков или Андрей Лазарчук, это понятное патриотическое стремление не дать утопии уплыть окончательно в иные времена и к иным берегам.

«Куда ж нам плыть?» – задавались вопросом Стругацкие в последний год перестройки. Юлия Черняховская отвечает своей книгой: вперёд, к классическим идеалам, так ярко и зримо озвученным в прекрасные 1950–1960-е, в десятилетие первого советского спутника и полёта Гагарина. Туда, в обретённую нами Новую Атлантиду, которую мы потеряли в 1990-е, погнавшись за призраком «общества потребления». Но здесь бы я хотел от себя поставить большой знак вопроса, потому что сама потеря этой утопии была неслучайной: как и показывали, по мнению Юлии Черняховской, братья Стругацкие, испугавшиеся трудностей пути в будущее и проблем будущего – обречены на муки хождения по кругу в тупиках истории. Испугавшиеся проблем Утопии обречены жить в сумраке Антиутопии.

И из этой потери мы вышли просвещёнными какими-то неведомыми прежде горькими истинами. Надо признать, что Стругацкие знали эти истины много раньше нас и о многом нас предупредили заранее, и этот их урок нам ещё предстоит освоить. Но конечно, идеал бескорыстного научного поиска и готовности пожертвовать ради него самыми утончёнными удовольствиями – это великая правда Стругацких, которая останется с нами всегда.

Борис Межуев

Отрадный дом высоких технологий

Отрадный дом высоких технологий

Спецпроекты ЛГ / Московский вестник / Промышленность

Мэр Москвы Сергей Собянин на открытии нового корпуса технопарка «Отрадное»

Теги: Промышленность

За последние шесть лет в Москве построено и введено в эксплуатацию более ста промышленных объектов

В технопарке «Отрадное», расположенном на северо-востоке Москвы, открылся новый производственный корпус площадью более 30 тысяч квадратных метров.

Теперь здесь разместятся предприятия, сфера деятельности которых – химическое сырьё, измерительное оборудование, инженерные системы, а также компьютерные технологии. Они смогут предоставить жителям города дополнительно 2,5 тысячи рабочих мест. Ввод в эксплуатацию нового корпуса позволил создать в технопарке инфраструктуру общего пользования, в частности, серверную, конгресс-холл, спортзал, а также разместить несколько новых компаний-арендаторов. Кстати, основными же резидентами всего технопарка «Отрадное» являются известная российская компания, специализирующаяся на разработке технологий в области интеллектуальной обработки информации и лингвистики, а также производитель ламп и осветительного оборудования – фирма «Световые технологии».

– В Москве, несмотря на разговоры о том, что идёт сокращение промышленности, вводятся производственные, технологические корпуса, – заявил на церемонии открытия нового объекта мэр столицы Сергей Собянин. – Новый корпус технопарка «Отрадное» – прекрасный пример развития производственной площадки.

По словам мэра, инвесторы заинтересованы в дальнейшем расширении площадей технопарка, что означает появление в этом районе города новых высокооплачиваемых рабочих мест. К слову, проектируя новый корпус, разработчики подумали и о комфорте для будущего персонала: вместе с производственной площадкой здесь же открылся паркинг на 602 автомобиля.

Прямая речь

Олег Бочаров , глава Департамента науки, промышленной политики и предпринимательства правительства Москвы:

– Технопарки для города – это своего рода налоговая воронка, в которой управляющие компании создают условия для концентрации высокотехнологичных производств в области новых материалов, IT-технологий, энергетики, биохимии, фармацевтики. Технопарки делают инновационный продукт дешевле и доступнее, деятельность их резидентов приносит городу существенную прибыль.

Цифры

В настоящее время в Москве работают 26 технопарков. Общее количество резидентов – более 1,3 тыс. Открытие технопарков позволило обеспечить город более 31,5 тыс. рабочих мест. За пять лет объём инвестиций в развитие этих производственных площадок составил почти шестьдесят миллиардов рублей.

Заново родился

Заново родился

Спецпроекты ЛГ / Московский вестник / ЗДРАВООХРАНЕНИЕ

Реанимационное отделение детской больницы № 9

Фото: РИА "Новости"

Теги: ЗДРАВООХРАНЕНИЕ

Несколько месяцев врачи боролись за жизнь подростка

Несколько уникальных операций провели доктора детской городской больницы № 9 имени Г. Сперанского, в буквальном смысле вытащив с того света 15-летнего Филиппа, получившего удар током высокого напряжения.

Каким образом и для чего подросток из Подмосковья проник в трансформаторную будку – это уже не важно. От вольтовой дуги он получил страшнейшие ожоги головы, шеи, груди, спины и рук на 40 процентах поверхности тела. Из больницы Сергиева Посада, где его подключили к аппарату вентиляции лёгких и погрузили в медикаментозный сон, юноша был переправлен в реанимацию ДКГБ № 9. Врачи начали массивную антибактериальную, противошоковую и симптоматическую терапию, установили Филиппу кардиостимулятор и выполнили первую операцию по удалению омертвевших участков тканей с одновременной пересадкой собственных кожных покровов. С 27 июля по 14 сентября 2016 г. юноше сделали ещё четыре операции по удалению омертвевших тканей и восстановлению кожи. Все они прошли успешно.

Мэр Москвы С. Собянин навестил в больнице находящегося на лечении мальчика, а также встретился с его лечащими врачами.

– Я хотел бы поблагодарить вас за уникальное лечение, которое вы провели, практически спасли жизнь Филиппу, – отметил столичный градоначальник. Я думаю, тот уровень лечения, который показали в вашем отделении, в вашей больнице Сперанского, по сути, образец нормальной повседневной работы врачей московского здравоохранения.

КСТАТИ

Врачам, спасшим жизнь мальчика, были вручены благодарности мэра Москвы. Их получили анестезиологи-реаниматологи Дмитрий Азовский, Павел Россаус, Константин Липин; заведующий 3-м хирургическим отделением, детский хирург Олег Старостин, детские хирурги Светлана Коренькова, Юрий Ужевко.

Эксперимент продолжается

Эксперимент продолжается

Спецпроекты ЛГ / Московский вестник / СОЦИАЛЬНАЯ СФЕРА

Теги: СОЦИАЛЬНАЯ СФЕРА

В 2017 году российская столица продолжит оказывать адресную социальную помощь нуждающимся категориям граждан.

В частности, будут выданы почти 10 тысяч электронных социальных сертификатов на технические средства для реабилитации инвалидов, более 37 тысяч сертификатов на детские товары семьям с детьми, находящимися в трудной жизненной ситуации, а также 350 сертификатов на услуги социальной реабилитации и ресоциализации граждан, страдающих наркологическими заболеваниями.

Социальный сертификат — размещенный на электронной соцкарте купон на определенную сумму и вид товара, которые его владелец может получить в любом из магазинов-участников программы., которая в качестве эксперимента действует уже три года.

Следующий этап развития системы выдачи электронных сертификатов коснётся продуктов длительного пользования.

Трёхгорка пойдёт под офисы

Трёхгорка пойдёт под офисы

Спецпроекты ЛГ / Московский вестник / Культурное наследие

Теги: Культурное наследие

Комплекс из четырёх зданий знаменитой Трёхгорной мануфактуры будет отреставрирован и приспособлен для современного использования.

Пресненская Трёхгорка – не только ярчайший образец столичной промышленной архитектуры начала прошлого столетия. Её здания играют весомую роль в формировании застройки улиц Центрального округа Москвы: Рочдельской, 1905 года, Николаева и панорамы Краснопресненской набережной. Бывшие прядильный, ткацкий, отбельный и гравёрный цеха являются объектами культурного наследия, находящимися под охраной государства. После реставрации в корпусах Трёхгорки должны разместиться офисные помещения.

Друг на друга смотрим до рассвета

Друг на друга смотрим до рассвета

Спецпроекты ЛГ / Литературная ярмарка

Дурышев Герман

Герман Дурышев родился в 1966 году в Перми. Это было время, когда «великий и могучий» Советский Союз был ещё единой семьёй народов. В далёкой азиатской республике произошло страшное землетрясение, уничтожившее половину прекрасного города Ташкента. Государство бросило клич: «Все на восстановление столицы Узбекистана!» – и родители маленького Геры поехали туда.

Ташкент – город столичный, и в нём было много республиканских детских изданий. Герочка послал туда свои стихи, и их… напечатали! Затем поступил в политехнический институт, хотя всю жизнь грезил о занятиях музыкой. Родители настояли на получении «серьёзной» профессии. Но и в институте, который славился своими традициями в сфере художественного творчества среди студентов, он нашёл свою музыкальную нишу. Он сумел создать оригинальный музыкальный коллектив и стал его лидером. Группа «Оверкиль» гремела на весь институт. В 1989 году в содружестве с Анатолием Наумовым была образована группа «Ночь». Группа стала лауреатом джазовых и эстрадных фестивалей. За более чем 20-летний творческий период было создано 23 альбома.

Но детское увлечение стихами осталось. Сначала стихи создавались для музыки, затем музыки стало не хватать. В год своего 45-летия он выпускает первый поэтический сборник «Купающий шар», навеянный впечатлениями от поездки в Питер. Эта книга – первый серьёзный опыт творческого познания и поэтического откровения, попытка осмыслить всю полноту и разнообразие современной жизни. Мотивы русского Серебряного века пронизывают всю книгу, откуда-то из небытия возникает образ «прекрасной дамы», веет ветром дальних странствий, появляются философские обобщения. Но прежде всего эта книга о нашем времени, о тех, кто разделил вместе с поэтом соль и хлеб, горечь и боль современной эпохи.

Представляем читателям стихи из нового поэтического сборника «Зарифмованная жизнь».

СНЕЖИНКА

Я ехал с пересадками –

Ах, как меня мотало…

С моими отпечатками

Снежинка вдруг совпала…

Потом сугробам утренним

В любви я признавался,

Но со снежинкой этой

Я больше не встречался!

Январь 2015 года

ВДВОЁМ

Вечер, парк и красное вино,

Клёнов тень и бесконечность лета.

Мы с тобою, как в немом кино,

Друг на друга смотрим до рассвета.

Миг – и настигает темнота,

А глаза, как лампочки, всё ярче,

Я уже не тот, и ты не та,

Но сердца становятся всё жарче.

МОТЫЛЁК

Я в осени замёрзший мотылёк.

Уже проснулся, но и не взлетел,

Полёт не низок был и не высок,

И на ладошку я твою не сел!

На этот сказочный и райский луг,

Где судьбы наши вдруг переплелись, –

Ведь на ладонях твоих нежных рук

Мы встретились и разошлись…

ВЕТОЧКА

Мы с тобой только вспомнили –

А уже всё прошло.

Мы ещё и не поняли,

Где добро, а где зло.

Снег всю красную веточку

От рябин обелил

И оставил заметочку:

«Я тебя полюбил».

Разметала пове́тхая

Полуночная тьма

Наши мысли заветные,

Где всегда кутерьма!

Мысли, фразы, сомнения

Ты оставь на потом,

Этот наш день рождения

Мы встречаем вдвоём.

Снег всю красную веточку

От рябин обелил

И оставил заметочку:

«Я тебя полюбил».

9 октября 2012 года

ПРИЗНАКИ ВЕСНЫ

Что такое признаки весны?

Веснушки на лице любимой,

Цветные нескончаемые сны

О солнце непреодолимом…

Вдруг пролетевший тёплый ветерок,

Секундный, но лицу приятный,

Возможно – твой запачканный сапог,

От глины первой кремом не запрятанный.

Весна! Чудилище горластых птиц,

Вдруг с веток устремлённых в небо, –

Пришла пора безвременья границ, –

Съедай кусок запро́шленного хлеба…

18 января 2013 года

СВЕТИКУ

1.

Нежданностью весна не удивила –

В март не упала первая капель, –

Твоя улыбка лишь остановила

Последнюю холодную метель…

А мы всё ждём от послесловий точки

Растерзанной изношенной зимы,

А от неё – одни лишь проволочки,

Как будто в этом виноваты только мы!

Но ничего! Вернётся наше лето,

Уснувшее, проспавшее весну,

И я, как прежде, повстречаю где-то

Тебя, твои глаза – и утону!

9 марта 2013 года

2.

Я в капельке весеннего дождя

Увидел отраженье твоих глаз,

Уже под утро, снова уходя,

Их целовал, как в самый первый раз…

Они, как две упавшие звезды,

Соединившись, не сгорят сейчас,

И вновь средь самой жуткой темноты

Мерцая, сохраняют нас…

Весна 2015 года

Всю ночь нам пели соловьи

Всю ночь нам пели соловьи

Спецпроекты ЛГ / Литературная ярмарка

Губин Юрий

* * *

Мы в Харькове

кормили голубей

На площадях.

И жили в «Мир» отеле.

Наш гид о Харькове вещал

На цитадели.

На ипподроме был заезд

О дружном юбилее.

Богдан Хмельницкий на коне –

Мы б р о н з о в е л и.

Цветы, улыбки, поезда,

Восторг – туристы,

А в нашем будущем беда

Была так близко.

На Украине поднимал

Подол* несчастье,

Отец Майдана целовал

Христа причастье.

Где прозевали нелюбовь

На Украине,

Одесский «занавес»** горит

На гильотине.

__________________________

* Район Киева.

** Театр оперы и балета.

28.07.2014

СОЛОВЬЯМ КАРДИОЛОГИЧЕСКОГО ЦЕНТРА

Всю ночь нам пели соловьи

Кардиоцентра

Так пели о своей любви

Больным вылечивая сердце

Какие трели выводил

Самец для самки

И он такое говорил (как мы)

Что выходил за рамки

Как мы наверно преступал

Свои законы

И может в чём-нибудь солгал

Ей посылая звоны

Но это искренне любовь

В нём говорила

Чтоб жизнь в гнезде

этой весной

Птенцами била

Он посылал ей за окном

Стихов творенье

И мы прогнали к чёрту сон

За это пенье.

28.05.2016

УЛИЦА ПРОЕЗЖАЯ, д. 13.

1951 год

Этот дом и эта улица

Возвращаются в меня

Я смотрю как небо хмурится

От Проезжего дождя

Лёд расколотый ломами

Громоздится во дворе

Парни с пьяными речами

Матерятся на заре

Только что взлетели голуби

Провожал их инвалид

Ноги в проруби на Рейне

Он в Москве без них – он жив

Только что война закончилась

А в награду увезут

Бросят умирать на остров

Где спиртным желудок жгут

Что, кому расскажут голуби

В той далёкой синеве

Затерялось что-то в проруби

На войне.

11.03.2016

Пиратка с волосами цвета солнца

Пиратка с волосами цвета солнца

Спецпроекты ЛГ / Литературная ярмарка

Теги: Марина Линник , Расплата за грехи

Марина Линник. Расплата за грехи. - М.: Водолей, 2016. - 288 с. – 500 экз.

Исторические романы писательницы Марины Линник хороши. Хороши многогранностью, лёгким интеллектуальным стилем, самим текстом, «украшенным» фактами и небанальным повествованием. Сюжетная линия новой книги «Расплата за грехи» совершенно купирует внимание, и в первую очередь тем, что ход событий ни за что не предугадать.

Да, Марина Линник откровенно не щадит своих персонажей! В новом романе сюжет лихо и непредсказуемо закручен, такой авторский приём наполняет роман читательским очарованием. Центральный персонаж, златокурая Морин, история которой началась так по-девичьи счастливо, в одночасье лишается родных, казнённых не людьми, но новой политикой Англии. К власти пришли радикальные протестанты – с этого начинается жизненный коллапс католички Морин.

Сюжет туго переплетён любовными треугольниками, религией и политикой. Главный враг Морин, вице-адмирал английского флота лорд Кондрингтон, обижен отказом её покойной матери выйти за него замуж. Он не прочь поквитаться за былое унижение: убивает отца девушки и казнит её жениха. Сама Морин, лишившись любимого, находясь в катастрофической ситуации, неожиданно сталкивается с влиятельным вельможей Эдвардом Рочестером, который давно влюблён в красавицу…

Жажда мести за смерть близких пылает огнём в душе девушки, открывая для неё самой и читателя новую – отчаянную Морин. Вместо того чтобы благополучно сбежать на корабле Рочестера, она захватывает корабль отца и возглавляет шайку пиратов. Теперь она – капитан самого быстроходного в Европе корабля, а преданный Рочестер следует за ней. Начинается новая захватывающая история на пути к отмщению.

Морские сражения, флотилии, дикие индейцы, страх, приключения, смерть, победа и, конечно же, расплата за грехи. Смело утверждаю, что Марина Линник нашла свою авторскую нишу – в жанре исторического романа она бесподобна!

Елена Васильева

Живое русское слово

Живое русское слово

Панорама / Обозрение / Гуманитарий

Вырвавшись из плоскости коллективных инстинктов мира, который в виде той же плоской поверхности, отображающей само сознание человечества, покоился на животном постаменте, человек, обретя вертикаль связи со временем, вскарабкался на сферу.

И Земля для него уже перестала быть плоской, приобретя форму шара. И небо, которое, впрочем, всегда было сфероидально, из замкнутого купола выгнулось в бесконечность. Человек начал познавать биосферу, создавая объёмное представление о заселяемой им планете.

Само слово «сфера», звучащее для большинства представителей человечества как комплимент многомерности их мышления, широко используется для обозначения наиболее значимых элементов современного общества: сфера науки, сфера культуры, сфера образования и т.п., подразумевая под собой нечто объёмное – всю совокупность параметров данного явления.

Познанное нуждалось в описании, анализе и систематизации. Ширилась сфера, вбирающая в себя слова и мысли человеческой цивилизации, набухала идеями и абстракциями планетарного разума. Человек начал осваивать ноосферу (термин, введённый В.И. Вернадским).

В ноосфере безраздельно властвует русский язык, который именно своей многозначностью способен создать многомерную информационную картину, описать и принять весь объём человеческого знания.

В последнее время внимание к слову возрастает. А поскольку в словах хранится время, то и ко времени!

Слово… Именно оно выделяет человека из животной экониши – делает нас уникальными на этой планете.

То ли возникшее само по себе как творение неведомой «цивилизации букв», то ли взявшее своё начало в глубокой древности как необходимость обмена информацией между людьми, как продукт нуждающегося в общении только что зародившегося разума… Слово уже само по себе является проводником времени. Зеркалом, отражающим вечность.

Посудите сами: наделённый способностью словотворчества, человек не только упаковывает в слова знания о себе самом, об окружающей природе и о мире в целом. Он облекает в словесную оболочку свои чувства и ощущения, переживания и представления. На долгую-долгую память…

Благодаря слову нам становятся доступны все достижения человечества – прошедшие и настоящие. Описанные в слове, они транслируют будущему поколению землян и наше время, формируют информационный банк – основу дальнейшего развития потомков.

Претерпевая изменения вместе с человеческой цивилизацией, «страна слов и букв» ширится, множится, усложняется или, наоборот, упрощается, в зависимости от процессов, протекающих в обществе.

Некогда человек, чья жизнедеятельность ограничивалась удовлетворением основных природных инстинктов, направленных на выживание, обходился лишь немногими междометными словоформами, выражающими эмоции или побуждение к действию.

Постепенно, с набором интеллектуального потенциала, человеческая речь приобретала всё большую абстрактность, направленную на описание не только бытовых моментов. Человека влекли звёзды…

Несомненно, язык (наша с вами речь) является зеркалом, в котором отражается человеческий разум.

Эпоха за эпохой на взрослеющее человечество (где-то малыми каплями, где-то широкими потоками) проливались новые слова и языковые образования.

Новая жизнь, новые события нуждаются в осмыслении и описании, а значит – в новом слове.

Объём информации каждые 10 лет увеличивается в несколько раз, не говоря уже о скорости обработки и передачи этой информации. С развитием интернета проникновение в «информационные хранилища» человеческой цивилизации стало практически мгновенным. В любой момент – любая интересующая информация.

Любая…

Но в том-то всё и дело, что «любая»…

Доступность и массовость сделали слово (то самое – хранящее время цивилизации разума) не просто обыденным, а что самое печальное – не осмысленным. Появилось даже такое понятие, как «словесный мусор» – языковые образования, лишённые времени, а значит, не способные творить жизнь. А кому нужно слово, не являющееся творцом, слово, не способное вдохновить, слово, не способное удивлять и радовать, – мёртвое слово?!

Как сохранить богатейшее языковое наследие и повысить речевую культуру народа? Над этими и подобными вопросами всерьёз задумались на самом высоком уровне.

Результатом размышлений стало провозглашение в ноябре 1999 года на 30-й сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО Международного дня родного языка, ежегодно отмечаемого 21 февраля, начиная с 2000 года. Цель этого дня – «способствовать защите и сохранению всех языков народов мира». (По оценкам ЮНЕСКО, каждый месяц исчезают два языка. В ближайшее время половина из шести тысяч языков мира могут потерять последних носителей. Это при том, что на 95% всех языков говорит лишь 4% населения планеты!)

Русский язык не относится к разряду вымирающих. Интерес к нему в мире не только не угасает, но и неукоснительно повышается. На сегодняшний день русский язык изучают более 10 миллионов иностранцев.

О значении русского языка в наше время говорит его членство в «Клубе мировых языков». В этот лингвистический клуб зачислено шесть языков, которые большинство стран мира оценивают как наиболее значимые и считают обязательным элементом образовательных программ.

Французы, например, считают, что изучение русского языка – это «гимнастика для ума». Учёными доказано, что для развития умственных способностей необходимо изучать языки, в которых чётко выражаются логические взаимоотношения. Русский язык, в силу своей грамматической структуры, как раз и относится к языкам, способствующим развитию логического мышления.

Представляете, каким инструментом развития человеческого разума мы владеем? Но беда и проблема современного россиянина прежде всего в слабой способности пользоваться этим инструментом. В неумении или нежелании по достоинству оценить и применять на практике семантическое разнообразие родного языка, его богатейшую грамматику.

Последние несколько десятилетий всё чаще и чаще поднимается тема падения качества русского языка. Но язык сам по себе – это действительно лишь инструмент, с помощью которого создаётся покров человеческой мысли. И, на мой взгляд, стоит говорить не о падении качества языка. Русский язык велик, что доказано временем.

Имеющий огромнейший словарь (более 150 тысяч слов!), «русский язык многомерен и многопланов – он даёт большое количество возможностей трактовки одного и того же понятия и явления».

Это язык великой литературы, не только художественной, но и научно-технической. Язык Пушкина, Достоевского, Лихачёва… (перечислять гениев российской словесности, вы знаете, можно бесконечно долго).

Интересное высказывание оставил о русском языке немецкий писатель ХIХ века Varnhagen v. Ense, переводивший Александра Пушкина: «По богатству слов русский превосходит романские языки, по богатству форм – германские и смело может помериться силами с самыми различными языками. Русский язык способен к прогрессивному развитию, границ которого нельзя предвидеть».

По статистике, русский язык является родным для 288 млн. человек, проживающих не только в России, но и за её пределами. Но лишь редкие единицы из них владеют даром рождать золотое слово или «живое слово» (понятие, введённое Евдокией Дмитриевной Лучезарновой) – слово, которое могут услышать миллионы и миллиарды; слово, не возмущающее внешнюю среду; слово, способное творить миры и формировать события. И слово это способно родиться в недрах именно русского языка – языка, владеющего ноосферой – сферой человеческой мысли, человеческого слова – там, где рождаются все идеи и озарения, открытия и творческие находки.

На защиту «живого слова» стало даже государство. И если для познания этики «страны слов» необходимы такие меры, то почему бы и нет?

Этика страны слов и букв

Нанизывая буквы и слова,

Как ювелир нанизывает бусы,

Осознаю, скорей всего, едва

Творенье речевых излучин.

Они живут законами войны,

В пространство занятое залетая прочно.

Узнайте этику словес страны

И соблюдайте праведно и точно.

(Е.Д. Лучезарнова. «Радость ритмолога»)

Осталось только добавить, что сфера, какая бы то ни была, вывернутая наизнанку, обнажает своё содержимое и делает его целостным и всеохватным. Знание уже хранится не внутри оболочки, а, превратившись в псевдосферу, составляет основу всего. Знание везде, и человек есть знание!

Русский язык становится близок и понятен – его форма, строение, буквенная комбинаторность.

Поэтому кому как не нам, носителям огненного языка, выступить в поддержку живого слова!

Светлана Солнцева ,  автор программы «Живое русское слово» на канале «Просвещение»

Книги, поступившие в редакцию

Книги, поступившие в редакцию

Книжный ряд / Обозрение

Виктор Воронов. Благодать. Восемнадцать туесков. – М.: Прондо, 2016.

Мария Семанова-Фомина. Между серпом и молотом. Кратчайший курс русской культуры ХХ века. – СПб: СИНЭЛ, 2016.

Лев Проничев. На изломах судьбы. (В ногу со временем). – Череповец: ИД «Принт», 2015.

Сергей Богатков. Занимательные рассказы про Ивана Кнопкина. – М.: ИПО «У Никитских ворот», 2016.

Геннадий Красников. Все анекдоты рассказаны. Книга стихотворений. – М.: Вече, 2016.

Михаил Шкаровский. Холокост и православная церковь. – М.: Вече, 2016 (Всемирная история).

Ночные летописи Геннадия Доброва. В двух томах. – М.: ИПО «У Никитских ворот», 2016.

Камал Абдулла. Под сенью Карагача. Романы. – М.: Художественная литература, 2016.

Марк Э. Льюис. Империи Древнего Китая. От Цинь к Хань: великая смена династий. Пер. с англ. С. Белоусова. – М.: Центрополиграф, 2016.

Рудольф Баландин. Секретное оружие Бехтерева? Магия и экстрасенсы ХХ века. – М.: Вече, 2016 (Мифы и тайны современной науки).

Алексей Шишов. Красные командармы Гражданской войны. – М.: Вече, 2016.

Владислав Швед. Кто вы, mr. Gorbachev? История ошибок и предательств. – М.: Вече, 2016 (Мифы и правда истории).

Александр Бобров. Поля и рубежи воинской славы России. – М.: Вече, 2016.

Из «Рассказов о Будулае»

Из «Рассказов о Будулае»

Клуб 12 стульев / Клуб 12 стульев / нАроДнЫе лЮбиМцы «КлУба дС»

Теги: юмористические миниатюры

Будулай и Станиславский

Пришёл как-то Будулай в театр к Станиславскому.

– Будулай Романов? – закричал Станиславский. – Не верю!

– Да я это, – отвечает Будулай.

– Не верю! – кричит Станиславский.

– Я, я!

– Не верю!

– Да разуй глаза! – начинает закипать Будулай.

– Не верю! – стоит на своём Станиславский.

– Ну ладно уж, один – ноль в твою пользу, – говорит Немирович-Данченко и отклеивает накладную бороду.

– Два – ноль, – говорит Станиславский, снимает маску, и Немирович видит перед собой улыбающиеся глаза Будулая.

Будулай и «Битлз»

Попал как-то Будулай на концерт «Битлз». Очень ему понравилось.

– Спишите слова, ребята, – говорит Будулай. – Я ведь тоже на гитаре маленько бренчу. Вот и спою ваши песенки сельчанам.

Пол Маккартни уважил просьбу Будулая – и слова, и ноты ему дал.

Приехал Будулай домой, всех соседей пригласил и давай петь:

We all live in a Yellow Submarine,

Yellow Submarine,

Yellow Submarine.

А соседка и спрашивает:

– Будулай, а на русский-то переведи! А то мы не понимаем по-ихнему!

– Поётся тут о том, – говорит Будулай, – что все мы живём на Жёлтой Подводной Лодке.

– Ой, страсти-то какие! – запричитала соседка. – Лучше бы мне и не знать этого! Я и к тому, что на шаре живём, привыкала долго. А тут опять новые открытия!

Будулай и Екатерина II

Пригласила Екатерина II к себе Будулая. Стол накрыла, кругом свечи, красные фонари.

Приходит Будулай.

– Ты зачем меня вызывала, матушка?

– Какая я тебе матушка? – обижается Екатерина. – Я, можно сказать, девица в полном расцвете сил.

– В фавориты, что ль, зовёшь? – задаёт прямой вопрос Будулай.

– От тебя, Будулай, ничего не утаишь, – томно вздыхает императрица.

– Дык меня ж Клавдия моя ждёт не дождётся, – говорит Будулай. – Да и не для меня эта притворная… тьфу ты, хотел сказать – придворная жизнь.

Надула Екатерина губы, нахмурилась.

– Не вели казнить, государыня! – говорит Будулай. – Есть у меня для тебя подарок.

Хлопнул Будулай в ладоши, и появился на пороге красавец писаный – такой, что ни в сказке сказать, ни пером описать! Филипп Киркоров. С песней «Зайка моя».

Оживилась Екатерина, разрумянилась, подпевать начала.

Будулай под шумок из дворца-то и вышел.

«А всё Бальзак! – думает Будулай. – Придумал этот «бальзаковский возраст», а нам, мужикам, отдувайся!»

Андрей Семёнов

Фотошип

Фотошип

Клуб 12 стульев / Клуб 12 стульев

Захар Прилепин, писатель, журналист, музыкант и общественный деятель, объявил о своём намерении создать в Подмосковье «арт-резиденцию» под названием «Хутор Захара Прилепина».

Сплошь Захар, куда ни гляну,

Изо всех щелей и дыр.

Хочешь Ясную Поляну?

Напиши «Войну и мир».

Аристарх Зоилов-I

ГАВРИКИ

ГАВРИКИ

Клуб 12 стульев / Клуб 12 стульев

Гавриков Владимир

* * *

Нам советы Запада – до фени!

Санкции сегодняшние – тоже.

Нас нельзя поставить на колени,

Потому что нам удобней – лёжа.

* * *

Эй, вы там, правящие классы!

К вам обращается толпа:

Кончай бросать идеи в массы –

Устали клеить черепа.

* * *

Хоть удовольствий в армии немного,

Но иногда на нас с пяти утра

Дежурный как начнёт орать:

«Тревога!»

А мы лежим и думаем: «Уррра-а-а!..»

* * *

За то, что сжёг родную хату,

А также угрожал Москве,

Заполучи, фашист, гранату!

Стоп! Распишись вот тут – за две.

* * *

Как образованны менты,

И сам порой не замечаешь.

«В Москве живу», – заявишь ты,

Они поправят: «Проживаешь…»

* * *

В ответ я просто хлопаю глазами,

Когда в глаза открыто чушь несут,

Любезно говоря: «Судите сами…»

– Ага! Чтоб сесть в тюрьму за самосуд?!.

Охотничий сезон

Тучи над землёй повисли низко,

В гильзу помещается заряд:

Порох, дробь и краткая записка:

«Кто не смылся – я не виноват!»

Прости нас, Мураками!

Прости нас, Мураками!

Клуб 12 стульев / Клуб 12 стульев / Фейсбука

Захар ГУСТОМЫСЛОВ

Теги: фельетон

Мог ли нынешний японский премьер, по восточному дипломатичный и прозорливый, предвидеть, что его переговоры с президентом России так ударят по Харуки Мураками. Даю зуб, что не мог. Вряд ли он вообще о Мураками часто думает. Всё-таки Харуки не такой уж японец-японец. Живёт за бугром, пишет на английском. Но Нобелевский комитет всё время после встречи двух лидеров напряжённо размышлял и о них самих, и о претенденте на Нобелевскую Харуки Мураками. А размышлять было о чём. Кандидат по всем статьям подходил. Готовы были ему даже осуждение агрессии Израиля в секторе Газа простить, посчитав за капризы интеллектуала. Но как спустить всей Японии контакты с этими агрессивными русскими? Всё на свете проклинали нобелевские комитетчики. Неудобство чувствовали перед Страной восходящего солнца. Ведь второй раз потомки самураев такой шутке, глядишь, и не посмеются. В прошлом году ведь всё уже договорено было. Мураками – и никаких гвоздей. Но из-за Сирии и Донбасса пришлось извлекать переписчицу чужих разговоров Алексиевич, доблестную путино-шойгу-ненавистницу. Тогда японцы согласились подождать, хотя Мураками, поговаривают, обиделся. И тут такая неувязка. Ненасытный дядя Сэм снова требует русской крови. На этот раз в виде японской. С русскими заигрываете, торговать и дружить хотите? Остаётесь без сладкого, то есть Нобелевской. Да и Мураками тоже хорош. Не повлиял на своего премьера, чтобы тот обождал хотя бы полгодика.

Не спали ночь нобелевские комитетчики перед объявлением лауреата по литературе. Иногда только задрёмывали, да сразу просыпались, оттого что виделся Нобель, грозящий им кулаком и проклинающий их. Указания с Капитолийского холма явно задерживались. И вот пришли. Боб Дилан!..

Мураками опять наказан. Пусть валит в свой музыкальный бар, которым раньше владел, и слушает песни нового нобелиата.

Прости нас, Мураками! Мы с тобой в твоём горе. Ты был достоин!

муЗы и кОнфузы оТ АлЕксадра КоВаЛёВа

муЗы и кОнфузы оТ АлЕксадра КоВаЛёВа

Клуб 12 стульев / Клуб 12 стульев

Из поэта Сергея Смирнова

Я, наверное, спрыгнул с ума.

Эта осень меня доконала.

Посмотрел за окно, а зима

В эту ночь добралась до канала…

Ради бога, держись! Пусть зима

Наметает над миром сугробы.

Можешь спрыгивать смело с ума,

Лишь в канал из окошка – не пробуй.

Из поэта Эдуарда Кузнецова

Синий вечер выковал на лугах туман.

От цветов рассыпанных стелется дурман.

Надышусь, нарадуюсь красотой хмельной

И с вечерней радугой возвращусь домой…

Выковало озеро алый свет зари.

На бору со стонами плачут глухари.

Плачет где-то иволга, юркнув в сеновал…

Раньше так талантливо ты не сочинял.

Ах, какая силища вырвалась, трубя!

Жаль, что это писано кем-то до тебя.

СИзифы «КлубА дС»

СИзифы «КлубА дС»

Клуб 12 стульев / Клуб 12 стульев

Алексей Талимонов

Владимир Солдатов

Клуб любителей афоризмов

Клуб любителей афоризмов

Клуб 12 стульев / Клуб 12 стульев

Персона грата

● У завистников нет склероза.

● Побеждённый – это ещё не проигравший.

● Беззубые тоже хорошо кусаются.

● У денег нет друзей.

● Как слушать того, кто говорит: «Никогда никого не слушай»?!

Анатолий Колмаков, Сыктывкар

● Чтобы забраться повыше, некоторые становятся на колени.

● Иногда и попутный ветер может сбить с ног.

● В школе жизни перемены случаются не по расписанию.

● Влюблённые в себя от ревности не страдают.

● Белые вороны в стаи не сбиваются.

Сергей Сидоров

Брат таланта

● Если солнце светит всем одинаково, то почему одни под ним греются, а другие потеют?

Сергей Алексеев, Новосибирск

● Смелость города берёт, наглость – предприятия.

Николай Ермаков

● Всё пройдёт – даже то, что останется.

Владимир Кафанов

● Не могут все стать миллионерами: на это никаких денег не хватит!

Сергей Пугачёв, Санкт-Петербург

● Вдаваясь в крайности, не достичь золотой середины.

Владимир Шестаков, Кременчуг, Украина

Первая весна в деревне

Первая весна в деревнеВыпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / Русский диктант

Кириллова Наталья

Теги: С.Т. Аксаков , русский язык , филология

Диктант основан на одном из лучших произведений Сергея Тимофеевича Аксакова «Детские годы Багрова-внука». Поэтическая интонация автобиографической прозы писателя определяет традицию привлечения текстов великолепного мастера-реалиста для составления диктантов и изложений как дидактических материалов, предполагающих выразительное устное чтение целостного произведения.

В середине Великого поста наступила сильная оттепель. Снег быстро начал таять, и везде показалась вода.

Приближение весны в деревне производило на меня необыкновенное впечатление. Я чувствовал никогда не испытанное мною, особого рода волнение. Много содействовали тому разговоры с отцом и Евсеичем, которые радовались весне, как охотники, как люди, выросшие в деревне и страстно любившие природу, хотя сами того хорошенько не понимали, не определяли себе и сказанных сейчас мною слов никогда не употребляли. Находя во мне живое сочувствие, они с увлеченьем предавались удовольствию рассказывать мне, как сначала обтают горы, как побегут с них ручьи, как застелются зеленью луга, принарядится лес, кусты и зальются, защёлкают в них соловьи… Простые, но горячие слова западали мне глубоко в душу, потрясали какие-то неведомые струны и пробуждали какие-то томительные, сладкие чувства.

Только нам троим1: отцу, мне и Евсеичу – было не грустно и не скучно смотреть на почерневшие крыши и стены строений и голые сучья дерев, на мокреть и слякоть, на грязные сугробы снега, на лужи мутной воды, на серое небо, на туман сырого воздуха, на снег и дождь, то вместе, то попеременно падавшие из потемневших, низко подвешенных облаков.

Заключённый в доме из-за дождя, я тем не менее следил за каждым шагом весны. В каждой комнате, чуть ли не в каждом окне, были у меня замечены особенные предметы или места, по которым я производил мои наблюдения: из новой горницы с одной стороны виднелась Челяевская гора, с другой – часть реки давно растаявшего Бугуруслана; из гостиной чернелись проталины на Кудринской горе, особенно около круглого родникового озера; из залы стекленелась зыблющаяся лужа воды, подтоплявшая грачовую рощу.

Переполнилась мера моего терпенья. С помощью отца, слёз и горячих убеждений выпросил я позволенья у матери, одевшись тепло, потому что дул сырой и пронзительный ветер, посидеть на крылечке, выходившем в сад2, прямо над Бугурусланом.

Шире, длиннее становились грязные проталины, полнее наливалось озеро в роще, и, проходя сквозь забор, уже показывалась вода между капустных гряд в нашем огороде.

Всё замечалось мною точно и внимательно, и каждый шаг весны торжествовался, как победа!

(С.Т. Аксаков, 327 слов)

__________________________________

1 Допустимо: Только нам троим, отцу, мне и Евсеичу, было не грустно и не скучно смотреть…

2 Допустимо без запятой.

Комментарий составителя

Незначительно изменённый, практически неадаптированный фрагмент повести, взятый за основу диктанта, с одной стороны, даёт возможность комплексно отработать следующие орфографические и пунктуационные нормы: правописание прописных и строчных букв, окончаний причастий, слов с одной и двумя буквами н; постановку знаков препинания при однородных членах предложения, при обособленных членах предложения, в сложных предложениях с разными видами связи и др.; с другой – позволяет актуализировать лексику, исчезающую, к сожалению, из активного словарного запаса наших современников и зачастую требующую специального толкования.

Наталья Кириллова

Русский мир и образование

Русский мир и образованиеВыпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / Инфоповод

В Москве начала работу VII конференция Международного педагогического общества в поддержку русского языка. 18–19 октября руководители и педагоги «русских школ», представители органов управления образованием из более чем 40 стран Европы, Азии, Австралии, Северной и Южной Америки будут обсуждать такие вопросы, как: «Русский мир и образование на русском языке в условиях глобальных вызовов», «Состояние и перспективы развития образования на русском языке в странах Евразийского экономического союза», «Русская школа» за рубежом: современный этап и перспективы развития». Немаловажной частью программы станут методические мастерские по предметам гуманитарного цикла и мастер-классы.

Классное чтение

Классное чтениеВыпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник

Теги: Дарья Тимошенко , Сделано: сожжён домик Пушкина

Дарья Тимошенко. Сделано: сожжён домик Пушкина. - Великие Луки, 2016.-  452 с. - 500 экз.

Книга Дарьи Тимошенко – подробный, основанный на документах рассказ о боях за освобождение Михайловского от немецко-фашистских захватчиков и одновременно история самого Пушкинского заповедника, переплетающаяся с темой исторической памяти и нашей ответственности перед ней. Название книги перекликается с названием опубликованного в 1972 году рассказа директора заповедника Семёна Гейченко «Как гитлеровцы сожгли Дом-музей Пушкина в Михайловском». По его версии, 4 мая 1944 года после точного выстрела артиллерийской батареи под командованием Анны Нестеровой по спрятанному в доме-музее немецкому орудию фашисты отступили, а дом подожгли. Однако ни один документ ни в армейском, ни во фронтовом архиве эти данные не подтверждает.

Так что же тогда на самом деле произошло? Об этом можно узнать, прочтя историческое исследование Дарьи Тимошенко.

Права на ошибку нет

Права на ошибку нетВыпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / До самой сути

Книги как основа общего коммуникативного пространства

Фото: ИТАР-ТАСС

Теги: русский язык , образование

Тексты учебников и нормы государственного языка

В июле теперь уже бывшим министром образования и науки Д.В. Ливановым был подписан приказ об утверждении порядка формирования федерального перечня учебников, рекомендуемых для использования в школе. Трудно переоценить значимость этой работы именно сейчас. Достаточно сказать, что сегодня в школах используется более 70 (!) учебных комплексов по русскому языку. При этом, судя по опросам, 80% учителей хотели бы использовать базовую линейку.

В утверждённом «Порядке» зафиксировано, что решение о включении учебника в перечень остаётся за научно-методическим советом, создаваемым Минобрнауки. Принимает его совет «на основании положительных экспертных заключений по результатам научной (научной историко-культурной – для учебников истории России), педагогической, общественной, этнокультурной и региональной экспертиз». Таким образом, у нас появляется шанс на обновление школьного образования. Важность такого обновления очевидна, и нельзя представить, что государство и общество не воспользуются этой возможностью.

Планируется, что экспертиза как уже используемых, так и новых учебников должна носить комплексный характер. Вот здесь-то и возникают сомнения. При определении предмета научной экспертизы говорится о ключевых и актуальных теориях, идеях, понятиях и фактах, методах научного познания, передовых достижениях науки и техники. По отношению же к педагогической экспертизе речь идёт о соответствии содержания учебников примерным образовательным программам, формировании навыков самооценки и самоанализа, овладении приёмами отбора, анализа и синтеза информации и т.д.

Наконец, два очень важных требования: «методический аппарат учебника… предоставляет возможность групповой деятельности обучающихся и коммуникации между участниками образовательных отношений» и «текстовый материал учебника соответствует нормам современного русского языка, государственных языков республик, языков народов РФ». При этом второе требование мыслится как определяющее условие для возможности выполнения первого.

Кроме того, в «Порядке» кратко упоминается необходимость «понятности» изложения, но ничего более о требованиях к языку учебников и допустимым в нём нормах не сказано. Наконец, при рассмотрении критериев этнокультурной и региональной экспертиз в «Порядке» приводится следующий тезис, вторую часть которого понять довольно сложно: «в содержании учебника: …обеспечено право на обучение на родном языке из числа языков народов РФ и литературы народов России на родном языке, языковая составляющая учебника соответствует современному литературного языку народов РФ».

Очевидно, что анализу языковой составляющей учебников в документе должного внимания не уделено. Между тем важнейшая функция современного русского языка как государственного состоит не только в обеспечении гражданского единства и гражданской самоидентификации россиян, но и в формировании единого коммуникативного пространства, жизненно важного для любого общества. Неслучайно ведь ещё в древневавилонских хрониках граждане одного государства назывались «людьми одних уст».

Исследования учёных СПбГУ показывают, что сегодня мало кто понимает, что такое государственный язык, зачем русскому языку и некоторым другим языкам народов РФ придан такой статус. Развитие научного знания неизбежно приводит к появлению социальных и профессиональных «подъязыков». Так, врачи, экономисты, юристы и другие эксперты говорят и пишут на своём профессиональном языке, который не всем понятен. Реальной проблемой становится отсутствие взаимопонимания между разными профессиональными группами. Из-за этого общее коммуникативное пространство рассыпается, возникают барьеры в общении. Основы коммуникативной успешности и языкового взаимопонимания закладываются у людей в процессе обучения в школе. Поэтому важнейшим критерием оценки учебников является соответствие языка, на котором они написаны, нормам государственного языка РФ и требованиям ясности, определённости и недвусмысленности.

Таким образом, неотъемлемой частью научной, педагогической, общественной, этнокультурной и региональной экспертиз должен стать анализ языка учебников, претендующих на вхождение в федеральный перечень, с точки зрения соответствия нормам государственного языка РФ. Мы должны сделать всё, чтобы построить «страну одних уст».

Николай Кропачев, ректор СПбГУ

Сергей Белов, директор НИИ Проблем государственного языка СПбГУ

Сергей Богданов, профессор СПбГУ

Школа без Толстого?

Школа без Толстого?Выпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / Недоумеваю, дорогая редакция

Савчук Марина

Теги: литература , образование

Президент РАО предложила изъять из программы «Войну и мир»

Самое парадоксальное в том, что это предложение исходит не от учителя математики, например, а от заместителя председателя Общества русской словесности. Президент РАО, доктор филологических наук Людмила Алексеевна Вербицкая в недавнем интервью сказала буквально следующее: «Из школьной программы «Войну и мир» Л. Толстого, а также некоторые романы Фёдора Достоевского нужно убрать. Это глубокие философские произведения, с серьёзными рассуждениями на разные темы. Не может ребёнок понять всей их глубины».

У Марины Цветаевой есть слова: «Книга должна быть исполнена читателем, как соната. Знаки – ноты. В воле читателя – осуществить или исказить». Учитель литературы и является тем самым исполнителем, от уровня которого в огромной степени зависит восприятие учащихся-читателей. От того, насколько школьники поймут и запомнят важность того, что исследовал писатель, будет во многом зависеть, вернутся ли они к этой книге во взрослой жизни, перечитают ли её уже на другом возрастном уровне.

Конечно, в школьном возрасте невозможно постичь всю грандиозность «Войны и мира», но необходимо узнать, о чём эта книга, какие в ней герои, что их радует и мучает. Пусть это будет введением в «Войну и мир», но это важный повод поставить перед школьниками ряд вопросов человеческого бытия.

Так же и с романом Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание». Если увидеть только книгу об убийстве старушки, то действительно непонятно, зачем это школьнику читать. Но если учитель в состоянии хотя бы поставить вопросы – сколько места в книге занимает подготовка и совершение преступления, сколько наказание и что, собственно, становится для героя наказанием, – то тогда и самый нечитающий школьник поймёт, что убийство приблизило Раскольникова к конкретной цели (смог и денег добыл), но в масштабе жизни обернулось отнюдь не победой, а страшным поражением, требующим искупления.

В подтверждение – пример из репетиторской практики. Готовя ученика к декабрьскому сочинению, которое является допуском к сдаче ЕГЭ, я в связи с одной темой завела с ним речь о Раскольникове. Мой подопечный книг не читает, но роман, по его словам, «почти прочёл» (не дочитал!) и «ничего не понял». Чтобы разобраться в «теории» Раскольникова, мы сделали довольно простой текстовой анализ отрывка, в котором герой излагает своё видение людей «обыкновенных» и «необыкновенных» (исследовали, какими словами называются одни и другие, в чём герой Достоевского видит их предназначение и как понимает отношения с законом двух этих групп), уточнили для себя, к каким людям хочет относиться сам Раскольников. Такая простая, но обстоятельно проделанная работа дала изумивший меня результат: в конце занятия ученик сказал не мне, а себе под нос: «Надо перечитать».

Так что не об изъятии из школьной программы великих произведений нужно вести речь, а о том, как учителю преподнести их современному школьнику.

„Была пора: наш праздник молодой…“

„Была пора: наш праздник молодой…“Выпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / ЛИТЕРАТУРНАЯ ГЕОГРАФИЯ

Логинова Наталия

В комнате № 14 жил Александр Пушкин

Фото: Федор ЕВГЕНЬЕВ

Теги: Лицей , Александр Пушкин

19 октября Царскосельскому лицею исполняется 205 лет

Шесть лет промчались, как мечтанье,

В объятьях сладкой тишины.

И уж Отечества признанье

Гремит нам: шествуйте, сыны!

Антон Дельвиг

Создание Лицея относится к началу царствования Александра I. Это было время надежд и ожиданий, грандиозных проектов и планов преобразования Российского государства.

Были открыты новые университеты, гимназии, училища; сложилась стройная система образовательных учреждений.

Но… дворянство не отдавало детей ни в гимназии, ни в университеты. Наука не считалась престижным делом: дворянин должен быть на военной службе, в крайнем случае – на гражданско-административной. К тому же, не доверяя русским учителям, дворяне не считали возможным сажать своих отпрысков на одну скамью с детьми мелких чиновников, разночинцев.

А потому предпочиталось домашнее воспитание с иностранными гувернёрами – нередко людьми сомнительной нравственности и не менее сомнительных знаний.

И вот с целью «образования юношества, особенно предназначенного к важным частям службы государственной», был создан Императорский лицей. Автор проекта Лицея – видный государственный деятель Михаил Михайлович Сперанский. Он хотел, чтобы новая школа воспитала не рядовых чиновников, слепых исполнителей воли вышестоящего начальства, но людей, которые сами бы прониклись духом преобразований и по собственному убеждению претворяли намеченные идеи в жизнь. Они должны были отличаться широчайшими знаниями, умением мыслить, любовью к Отечеству и стремлением трудиться для его блага.

12 августа 1810 года постановление о Лицее было утверждено. На его титульном листе рукой императора начертано: «Быть по сему. Александр». Эта дата и стала датой рождения Лицея. А празднуют День Лицея 19 октября, так как именно в этот день в 1811 году состоялось его торжественное открытие.

Это был первый лицей в России. Название учебного заведения, как отметил лицейский друг Пушкина Иван Пущин, «…поражало публику в России, не все тогда имели понятие о колоннадах и ротондах в Афинских садах, где греческие философы научно беседовали со своими учениками». Не всем было известно, что Ликеем (Лицеем) называлось в Афинах святилище бога солнца и поэзии Аполлона. Такое же название имела и древнегреческая философская школа, основанная Аристотелем на окраине Афин у храма Аполлона Ликейского, где юноши обучались философии, искусствам, гимнастике и где занятия порой проводились в форме бесед во время прогулок по тенистым садам.

В Царскосельский лицей принимали детей от 10 до 12 лет по вступительным экзаменам и, как предписывал устав, «с несомненным удостоверением об отличной их нравственности и в совершенном здоровье». Длилось обучение за государственный счёт шесть лет и приравнивалось к университетскому.

Обращаясь к воспитанникам в день торжественного открытия с программной речью, адъюнкт-профессор нравственных и политических наук Александр Петрович Куницын сказал тогда: «Любовь к славе и Отечеству должны стать вашими руководителями». Великому служению Отечеству учили на примерах знаменитых мужей прошлого, жизнь и деяния которых всегда должны быть примером. Особо отмечалась важность изучения русского языка и отечественной литературы, начиналось которое с первого года обучения. Ведь уважение к родному языку, к русскому слову ничуть не менее способствовало развитию патриотических чувств.

А сколь обширна была лицейская программа! Одиннадцать правовых предметов, римские древности, истории – всеобщая и русская, история литератур (римской, русской и трёх западных), языки – латинский, русский, французский, английский, немецкий, а ещё – психология, логика, география и все точные науки. Но… на перегрузки не жаловались – о

бучение в классах чередовалось с уроками танцев, фехтования, верховой езды, гимнастики..

Самоцелью знание не было. Важнее иного – воспитание хорошего человека. Таким был в ХIХ веке государственный заказ. Хороший человек и со скромными познаниями принесёт пользу Отечеству, а бездушный и бессердечный себялюбец, да ещё образованный и облечённый властью, может послужить лишь погибели родной страны.

Учителя Лицея – обладатели обширных познаний в науках и языках, а также «нравственностью заслуживающие общее доверие». Повышенное внимание к последнему объяснялось тем, что Лицей – закрытое воспитательное учебное заведение, и педагоги должны были служить воспитанникам личным примером.

В лицейском уставе говорилось не только о том, чему надо учить, но и как учить. «Главное правило доброй методы или способа учения состоит в том, чтобы не затемнять ум детей пространными изъяснениями, но возбуждать собственное его действие», – таково общее направление всего обучения. Профессора должны были развить умственные способности воспитанников, научить их мыслить.

«Мы мало учились в классах, – вспоминал один из первых выпускников Лицея Модест Корф, – но много в чтении и в беседе при беспрестанном трении умов».

Выпускники Лицея имели большие права и преимущества. На гражданскую службу они поступали с чинами от XIV до IX класса, на военную – на тех же условиях, что и воспитанники Пажеского корпуса. В первые годы существования Лицея ученики имели право выбора между гражданской и столь любимой дворянами военной службой.

…Итак, 19 октября 1811 года в Царскосельском лицее 30 мальчишек сели за парты и стали однокашниками. Потом из этих мальчишек выросли министры, офицеры, учёные, дипломаты и неугомонные путешественники, принёсшие славу России, их России. Но случилось так, что первым прославил Лицей не государственный деятель, а поэт. До конца своих дней Пушкин воспевал школу, его воспитавшую, а стихотворение «19 октября» (1825 г.) стало настоящим гимном Царскосельскому лицею.

Время – пятница

Время – пятницаВыпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / Дневник учителя

Кабыш Инна

Теги: образование , культура

Одна из примет нашего времени – аксиомы превратились в теоремы: зачем читать? зачем учить стихи? зачем ходить в театр? почему за культуру нужно платить? почему родители должны развивать своего ребёнка? Как случилось, что то, что раньше воспринималось как само собой разумеющееся, теперь сплошь и рядом требует объяснений и доказательств?

У меня есть мнение на этот счёт.

Дело во многом. В том, что родители нынешних школьников – люди тридцати- и чуть больше -летние. А это значит, что их собственные детство – отрочество – юность пришлись на лихие девяностые, когда одна система ценностей рухнула, а другая не наступила. И вот это (не скажу – потерянное, но растерянное!) поколение само стало родителем. Отсюда все его «зачем».

Отсюда ещё одна – парадоксальная – примета нашего времени: с одной стороны, огромные возможности для приобщения к культуре (сегодня можно купить любую книгу, скачать любой фильм, попасть на любой спектакль, поехать в любую страну), а с другой – люди, не понимающие зачем это нужно и в этой системе координат воспитывающие своих детей.

Ребёнок есть ребёнок: он всегда чего-то не знает. Но когда он не знает…

Оглашу список сразу.

Не так давно интернет-сообщество буквально взорвала публикация, в которой рассказывалось о том, какие картинки нарисовали современные первоклассники к четверостишию Пушкина:

Бразды пушистые взрывая,

Летит кибитка удалая.

Ямщик сидит на облучке

В тулупе, в красном кушаке…

Летательный аппарат, при помощи бомб взрывающий пушистых «браздов», и наблюдающий за этим дядька с лопатой – ямщик.

То есть семилетние дети не поняли в пушкинской строфе НИ ОДНОГО слова (кроме «летит», но и его поняли буквально)!

А десятилетние при изучении темы «Мифы Древней Греции» пишут в тетради: «Оппалонн бох изкувства» (я не сразу опознала слова!). И дело не в том, что слова «Аполлон», «бог», «искусство» трудные, а в том, что они НОВЫЕ – это для пятиклассников-то!

Но и это не самое страшное: ну не читали они пока древнегреческие мифы, ну не были в греческом зале ни одного музея, ну не смотрели мультфильмы на эту тему!..

По-настоящему страшно стало, когда мои соседи – молодая пара – попросили подготовить их дочку к первому классу. Я, как водится, начала с диагностики: предложила ребёнку тесты на осведомлённость (то есть самые элементарные), и оказалось, что шестилетний ребёнок не знает не только своего адреса, но и названия города, в котором живёт, не знает названий времён года и месяцев, не может определить по картинке, какой праздник на ней изображён – Новый год или 8 Марта. Из перечисленных мной дней недели девочка среагировала только на пятницу, потому что в этот день её забирают из садика раньше и все «уставают».

Понимаю – «уставают», но всё же: как можно было допустить, чтобы ребёнок, живущий не на необитаемом острове, а в Москве, вырос дикарём Пятницей? Когда я попеняла родителям, они ответили, что работают, им некогда, а развивать ребёнка должны специально обученные этому люди – воспитатели, учителя и т.п. И так считают не одни мои соседи – это тенденция, это ещё одна примета нашего времени.

Не буду множить примеры. Налицо ситуация одичания и безответственности. Кто в ней виноват? Время или мы? Конечно, последние.

Хотя наше время – «эпоха перемен» – не самое благополучное, но ведь, как сказал поэт, «времена не выбирают, в них живут и умирают».

Что делать? Думаю, преодолевая усталость, через «не могу» очеловечивать своего Пятницу – ребёнка, внука, ученика. Иначе культура будет сама по себе, а люди, и в первую очередь дети, – сами по себе. Порвётся связь времён.

Дикаря Пятницу в человека превратил, как известно, Робинзон. Трудное это было дело. Зато Робинзон получил за это награду: он перестал быть одиноким.

Под крыльями „Хрустального пеликана“

Под крыльями „Хрустального пеликана“Выпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / Учитель года России – 2016

Рыков Сергей

Фото: РИА "Новости"

Теги: образование , филология , учитель

Победителем престижного профессионального конкурса стал самый молодой его участник

Профессиональное кредо победителя: «Посредственный учитель излагает. Хороший учитель объясняет. Выдающийся учитель показывает. Великий учитель вдохновляет».

Этот афоризм Уильяма Дадли Уорда – английского политика, яхтсмена, бронзового призёра Олимпийских игр 1908 года – я понимаю так: Александр Шагалов собирается покорить каждую из этих ступеней. Как минимум две из них («посредственный» и «хороший» учитель) он уже преодолел. Точнее, первую ступень и вовсе перескочил (посредственностью Шагалов никогда не был – ни в школе, ни в университете, ни на рабочем месте).

Александр Шагалов – «Учитель года – 2016». То есть лучший в своей профессии. Чемпион страны не только среди преподавателей литературы и русского языка, а чемпион абсолютный.

Шагалов учительствует всего ничего – три года и 10 месяцев. Он самый младший из финалистов. Стать лучшим, когда средний возраст в профессии почти вдвое больше, да ещё в дисциплине, требующей не только глубоких знаний, энциклопедической начитанности, понимания других видов искусства, но и жизненного опыта, житейской мудрости, цельности характера, – это дорогого стоит.

В свои 26 лет Шагалов – романтик. Романтик вопреки жёсткому прагматизму времени. Пишет стихи и прозу. Рисует. Собирает библиотеку. Коллекционирует голоса поэтов, читающих собственные стихи (это называется звукоархивистика). Пластинки с записью голосов Льва Толстого, Куприна, Брюсова, Есенина, Маяковского, Пастернака, Ахматовой, Белого, Гумилёва, Заболоцкого, Рубцова учитель Шагалов использует на уроках литературы. В тембре голоса поэта – его творческий нерв. И биография эпохи. Педагог Шагалов помогает это услышать.

Я представил «среднестатистического» мужика России его возраста и понял, что Александр Шагалов как-то светло, по-хорошему одинок. Ему уютно, комфортно в своей профессии, а потому он не прогибается под обстоятельства. Он в постоянном поиске, в творчестве, в диалоге со своим «я», а не в тупом стремлении непременно стать распальцованным «хозяином жизни».

Шагалов внутренне более пластичен, свободен, чем многие его ровесники. В предлагаемые обстоятельства Александр берёт в помощники целый мир – книги, которые прочитал, ауру любимых персонажей. Он интуитивно понял, что только в области нравственности таятся истинные чудеса. Только писатель может разгадать чужое сердце.

У Шагалова есть строки, которые, если вчитаться, отражают нравственный режим его жизни:

И всё не то, и всё не так,

И нужно как-то по-другому,

И я не знаю точно, как,

Но знаю, надо по-простому,

И надо ближе быть и жить,

Вонзаясь клином в промежутки

Между часами, надо быть

Хотя бы раз за эти сутки…

Быть, а не казаться. Быть! То есть не врать себе, не выдумывать себя, не играть в кого-то чужого, а быть самим собой. Предъявлять миру всё лучшее, что в тебе есть. Хотя бы раз в день. Знать, что ты в движении, в росте. Что не успокоился. Что собой не доволен. Что завтра будешь лучше, чем сегодня… Если совсем просто – в библиотеке Шагалову интереснее, чем в гараже, а спорить по поводу прочитанной книги важнее, чем обсуждать вылет армавирского «Торпедо» из футбольной национальной лиги.

В своей анкете Александр написал: «Нравится учить и учиться самому. Чувствую большую творческую отдачу от работы с детьми». Я думаю, он подкупает своих учеников не только и не столько методикой преподавания, сколько максимально искренним и требовательным отношением к своей профессии.

Существует журналистский штамп: «Он мечтал стать учителем (врачом, художником, бухгалтером…) с детства». Так вот, Саша Шагалов вплоть до 11-го класса не знал, кем станет. Признаётся, что в нежном возрасте, когда формировался характер, хотел стать адвокатом из-за «обострённого чувства справедливости». (Святая наивность! Уж чего-чего, а чувства справедливости в этой профессии меньше всего. Тем более обострённого.) Потом (дань врождённой исследовательской жилке, пытливости мысли, жажде заглянуть в глубину и в прямом, и в переносном смысле слова) потянуло в археологию. С взрослением пришло честолюбивое желание обобщить чужой опыт прожитого – привлекла история…

Заметьте, всё вертится в гуманитарной плоскости. Предположу (и пусть Шагалов меня поправит, если я ошибаюсь), что мой герой всерьёз задумывался и о журналистике, но из робости, а скорее из ложного пиетета к именитому вузу не рискнул поступать на журфак МГУ или «хотя бы» на тот же факультет в соседнем Ростове. (В пользу моей версии говорит и то, что в родной армавирской школе № 7 преподаватель русского языка и литературы Александр Шагалов редактирует школьную газету «Великолепная семёрка», ведёт кружки «Юный журналист» и «Проба пера», регулярно выступает в местных СМИ. А уж после победы в конкурсе «Учитель года» и вовсе нарасхват у прессы.)

Решающим фактором в выборе профессии стала любовь к чтению. К слову. К Её Величеству Литературе.

У Шагалова есть эссе, в котором он, объясняя, почему выбрал педагогику, следуя своей поэтической натуре, ищет философскую рифму слову «учитель», последовательно наполняя это понятие всё большим и большим смыслом:

«Можно попытаться подобрать рифмы к слову «Учитель». «Хранитель»… Хранитель знаний, нравственности. (Духовных ценностей, культуры, традиций поколений, живших до нас, усилю я этот перечислительный ряд. – С.Р. ) Образец. Пример. Бережно, из рук в руки, от сердца к сердцу передаём мы знания и чувства, делимся с детьми своим опытом, учим других и учимся сами…

«Воитель»? Думаю, что да… Мы должны иметь твёрдые взгляды на жизнь, активную гражданскую позицию, уметь защищать свою точку зрения, учить детей отстаивать свои взгляды и мыслить свободно.

«Ценитель». Ценитель красоты слова, его звучания…

А может быть, «Спаситель»? Или «Целитель»? Литература помогает в трудную минуту, учит добру, любви, вере, надежде… «Вдохновитель»! Настоящий учитель призван вдохновлять детей, помогать им, направлять их…»

Прадед Александра Шагалова был учителем русского языка и литературы. Тоже писал стихи. Прабабушка преподавала математику. В комнате правнука висит фотография прадеда – Михаил Иванович принимает экзамены у старшеклассников. 1939 год. Букет полевых цветов на столе. Светлая летняя рубашка, застёгнутая на все пуговицы, несмотря на кубанское лето. (Дисциплина!) Во взгляде прадеда много общего с правнуком. Яблоко от яблони недалеко упало, хотя, казалось бы, миновало три поколения.

Прадед Александра погиб в Великую Отечественную. Правнук хранит и бережёт в себе эту фамильную нравственную вертикаль.

Кто любимые писатели у лучшего учителя года? Викентий Вересаев, Леонид Андреев (студент педакадемии защищал по творчеству Андреева диплом), Юрий Трифонов, Арсений Тарковский, Джон Апдайк, Уильям Голдинг… «Отверженные» Виктора Гюго – одна из самых любимых книг. «Она меня потрясла», – вспоминает Шагалов.

В Армавире лучшего учителя года встречали мама, коллеги, любимый седьмой «А», в котором Александр Михайлович Шагалов – классный руководитель. Преподнесли торт в виде раскрытой книги. Запустили в небо разноцветные шары. Ученики захотели сфотографироваться с любимым преподавателем и главным призом лучшему учителю года – «Хрустальным пеликаном». Руки лауреата были заняты букетами цветов. Мама Александра достала из чемодана сына хрупкую птицу. Передала со словами: «Под её крыльями детство обязано быть счастливым».

Лирическая перемена

Лирическая переменаВыпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник

Теги: Современная поэзия

Александр Шагалов

Учитель русского языка и литературы армавирской cредней общеобразовательной школы № 7.

Родился 1 января 1990 года. Окончил с отличием Армавирскую государственную педагогическую академию.

С помощью поэзии пытается познать себя и время, подвести итог духовным исканиям и примирить собственные противоречия.

* * *

Сопутствуешь ли мне,

Случайный собеседник?

Дорогою одной

Идём в столь поздний час…

На этом скользком дне

Зачем тебе посредник?

Нас многие спасали,

И нас никто не спас…

К Творцу

Твоё присутствие, оно

Должно быть чудо или данность,

Что предо мной, мне всё равно:

Твоё зелёное сукно

Или разлитая туманность.

Я не ищу в тебе себя,

А ты во мне – своей опоры,

Твоё пространство возлюбя,

Я тень песочного столба,

Твоя же тень затмила горы…

Пётр

Он плакал горько и не спал:

«Я раньше всех его распял,

Я не решился крестной муки

С ним разделить, её принять,

Я не достоин эти руки

И после смерти целовать.

Когда я буду умирать,

Они у входа будут ждать,

О вере преданной он знает,

Но не напомнит мне о ней,

Он всё простит, и он прощает,

И оттого ещё больней…»

* * *

Я пастух, я всего лишь пастух,

Подними моё тело и дух

С этих пастбищ и с этой равнины

На луга поднебесной долины.

Дай мне взор, дай стремительный взор,

Осушить до корней твой простор,

И увидеть у ног под собою

Землю всю: обнажённой, нагою…

* * *

Здравствуй, ветер мой степной,

Здравствуй, брат мой вольный,

Я пойду вослед тебе –

Брошусь с колокольни,

Не достигну я земли –

Ты меня поднимешь,

Заигравшись, невзначай,

Душу мою вынешь,

Но теряя облик свой,

Не пойду с разгулом,

Вспомнив, что меня роднит

С колокольным гулом…

* * *

А воздух без движения,

Сегодня воздух пуст,

Не ловит отражения

Моих угасших чувств,

Не просит воздаяния,

Не молит, не корит,

Как тень воспоминания

В безмолвии висит…

Университету книги не нужны?

Университету книги не нужны?Выпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / Собеседник

Ярикова Ольга

Теги: филология , коллекция

„Французская библиотека“ стала бомжом

"ЛГ"-ДОСЬЕ

Валерий Александрович Никитин – кандидат филологических наук, переводчик, кавалер Ордена искусств и литературы Французской Республики, лауреат премии Французской академии.

Благодаря его переводам российские читатели смогли познакомиться с целым рядом произведений классиков французской литературы XX века: Марселя Эмме и Жозефа Кесселя, Фелисьена Марсо и Франсуа Нурисье, Жака Шардона и Жана Жионо, Жюльена Грака, Франсуа Мориака, Эмиля Сиорана и других. Кроме того, Никитин – создатель уникального культурного центра, получившего название «Французская библиотека – Музей французской цивилизации», насчитывающего более 40 тысяч томов.

– Валерий Александрович, как вам удалось в одиночку поднять центр?

– Центру уже 16 лет, и последние десять он существовал в недрах РГСУ – Российского государственного социального университета. Однако два года назад приказом нового ректора Натальи Борисовны Починок «Французская библиотека» была ликвидирована. Между тем речь идёт о 30 тысячах томов на французском и о более чем 10 тысячах – на английском, немецком, итальянском, польском, китайском, испанском и ряде редких азиатских языков.

Моя коллекция возникла как «побочный результат» работы переводчика, и все эти годы она требовала от меня многих усилий, в том числе и физических: приходилось постоянно перевозить книги с места на место, запаковывать, распаковывать, грузить и расставлять, а затем снова собирать и упаковывать…

Поначалу она складывалась случайно. Был в нашу студенческую бытность магазин иностранной книги на улице Веснина, ныне именуемой Денежным переулком. Книжка за книжкой покупались сначала для учёбы, потом для работы. В 80-е годы, во время научных командировок, удалось установить контакты с французскими издательствами, и книги пошли потоком, удовлетворяя не только мои потребности, но и нужды коллег и издателей. Дарили книги писатели, которых я переводил. Один Морис Дрюон подарил более тысячи томов, столько же – Франсуа Нурисье. Пополнили мою коллекцию книги Жиля Лапужа, Паскаля Лене, Жана-Луи Гуро, Пьера Нора. Меня одаривали Французская академия, парижский Дом наук о человеке, другие организации и люди, порой не связанные с литературой. Особо хочу отметить коллекцию немецких книг, переданных известным учёным-германистом и переводчиком Юрием Ивановичем Архиповым.

– Понятно, что вас как филолога интересовали прежде всего художественная литература, филологические науки, философия и история. Что ещё?

– Буквально все гуманитарные науки: психология, социология, теология, юриспруденция, искусствознание, лингвистика, страноведение, политология и так далее. Практически всю свою сознательную жизнь я провёл в библиотеках и научился понимать истинную ценность книг. Остаюсь благодарным своей стране за её библиотеки и стремлюсь выразить эту благодарность доступным мне способом. Я только что привёз из Парижа много книг. Значительная часть – совсем новые, изданные в прошлом и нынешнем году. В числе последних – энциклопедический «Словарь Оттоманской империи», над которым трудились 175 учёных; это 1332 страницы. Цена этого словаря 170 евро, по нынешнему курсу – 12 тысяч рублей. Могут ли наши библиотеки покупать такие книги? А у меня подобных энциклопедических изданий сотни. По Индии, Китаю, Японии, Ватикану, эпохе Просвещения, Античности, по отдельным периодам истории европейских стран, истории искусств и культурологии…

Когда наше жилище окончательно переполнилось, жена пошла в управу с предложением передать книги в дар городу, тем более что я собирал их не только для себя. В результате нам временно выделили комнату в новой детской библиотеке, огромной по площади, но почти не располагавшей книжным фондом. Так появился культурный центр «Французская библиотека – Музей французской цивилизации», и я на общественных началах стал его директором. Начальство даже планировало открыть поблизости школу с углублённым изучением французского языка, но этого, увы, не случилось. А вскоре решили, что от французской библиотеки району нет никакого проку, и мне предложили срочно вывезти книги в подвалы библиотечного управления, а там, где до этого планировалось разместить библиотеку, расположился стриптиз-клуб.

– И именно тогда вы обратились в «Литгазету»…

– На всю жизнь останусь должником газеты и её главного редактора Юрия Полякова, который дал добро на публикацию моего призыва о помощи: прочитавший его ректор РГСУ Василий Иванович Жуков прислал к нам делегацию для ознакомления с фондом, и вскоре библиотека переехала в университет. При первой нашей встрече ректор сказал, что хочет купить библиотеку, но я ему ответил, что пришёл её дарить. «Тогда назначаю вас её бессменным директором с зарплатой, эквивалентной 500 долларов, и без обязательного присутствия на работе». Я был бесконечно тронут и с удвоенной энергией принялся трудиться на славу РГСУ, поставив целью сделать его библиотеку одной из самых мощных в университетском сообществе. А выделенную мне зарплату расходовал на поездки в Париж, откуда регулярно привозил десятки и сотни новых книг.

Изгнание библиотеки из РГСУ я воспринимаю как следствие своего рода политического переворота, произошедшего сразу после назначения ректором РГСУ Н.Б. Починок: дело в том, что детище В.И. Жукова – а это именно он создал социальный университет – носило на себе отчётливый налёт «советскости» в самом положительном смысле этого слова. Здесь был культ ветеранов, поставлен памятник погибшим советским воинам, создана выставка оружия Победы, было уважительное уважение к коминтерновскому прошлому главного здания и при этом начато строительство православного храма – словом, явно наблюдалось желание объединить нашу давнюю и недавнюю историю через самые славные её страницы.

– Как новый ректор обосновала своё намерение ликвидировать «Французскую библиотеку»?

– Никак, она даже не соизволила меня принять. Мне рассказывали, что, когда в моё отсутствие ей показали старинную французскую книгу, кажется, XVIII века, она небрежно заметила: «И это вы называете антиквариатом?» Изюминкой коллекции её покойного супруга, известного библиофила, было собрание роскошно изданных и прекрасно иллюстрированных томов зарубежной классики. Каждый такой том, с воссозданными картинками и русским текстом, стоит от тысячи евро. Именно эти издания заняли почётное место в кабинете нового ректора. Похоже, ценность для госпожи Починок имеют лишь те издания, которые принадлежат лично ей…

Портрет Починок, который рисует интернет, по меньшей мере неоднозначен: светская львица; подруга Сергея Пархоменко, Божены Рынской и Евгении Альбац; вдова высокопоставленного российского чиновника, дважды рожавшая в США, чтобы дети автоматически получили право на американское гражданство; ректор почти без педагогического стажа. Непонятно, какой аргумент для министра Ливанова стал определяющим при назначении её на высокую должность ректора социального университета – при таких-то социальных ориентирах.

– Скажите, что сейчас размещается в помещениях, которые занимала «Французская библиотека»?

– Там планировалось создать развлекательный комплекс, что-то вроде музыкального кафе. Но обнаружилось, что денег у студентов немного, а значит, доходы от кафе будут незначительными. Сейчас там нет ничего, кроме пачек списываемых книг университетской научной библиотеки. Кстати, убрать «Французскую библиотеку» от меня потребовали в ультимативной форме.

Бóльшую часть приютил Суриковский институт, где работает моя жена. Огромное спасибо ректору Анатолию Александровичу Любавину и проректору Валентине Прокофьевне Кулай: приняли, сколько смогли. Но пространство там ограничено, финансовые возможности – тоже. Кое-какие альбомы расставлены и в полной мере участвуют в педагогическом процессе, но большая часть книг лежит в коробках и связках.

Знаете, я даже не держусь за целостность коллекции. Главное – чтобы собранные мной книги служили людям. Если у университетов не хватает помещений, можно разделить фонд на части по отраслям знаний. Не могу смириться с тем, что наша широкая Книжная улица превратилась в Денежный переулок.

Беседу вела Ольга Ярикова

Уроки канцелярита, или Сочинение как проформа

Уроки канцелярита, или Сочинение как проформаВыпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / ТОЧКА КИПЕНИЯ

С начала учебного года я не только преподаватель, но и редактор газеты Регионального школьного технопарка «Мы можем!». Юнкоры – старшеклассники. Я сажусь за редактуру текста вместе с автором, и объём заметки или интервью уменьшается чуть ли не на треть. Лицо автора, наоборот, удлиняется – в корзину летят общие места и разжёванная тягомотина одной и той же мысли. Я говорю детям о «сестре таланта», о журналистской лаконичности и не устаю повторять вслед за Паустовским, как Бабель несколько десятков раз переписывал свои рассказы: «Прежде всего я выбрасываю из фразы все лишние слова. Нужен острый глаз, потому что язык ловко прячет свой мусор, повторения, синонимы, просто бессмыслицы и всё время как будто старается нас перехитрить».

Но выпуск идёт за выпуском, год работы за годом, и я всё чаще слышу «песню» про то, что «чем больше слов, тем лучше» и что «нас так учат в школе».

Пятый или одиннадцатый класс – для меня дети. И, затевая газету, я сама с детской наивностью ждала от них наивности и детскости, искренности и свежести, а встречаю – сухоту. Никто не напишет просто «сейчас», обязательно – «на данный момент» или «в настоящее время». Не «сегодня», а «на сегодняшний день». Не «скоро», а «в скором времени». Не «часто», а «в большинстве случаев».

– А из скольких слов должна состоять статья? – уточнила однажды старшеклассница.

Её вопрос меня смутил. Журналисты считают объём в строчках или знаках. Неопытные школьники мыслят постранично.

– А где же вы научились считать в словах? – уточняю я.

– В школе. Мы так сочинения пишем, – охотно поясняет она, – не меньше 250 слов. Вступление – столько-то, аргумент – столько-то...

Боже мой, так вот откуда эти «данные моменты» и «большинство случаев»! Чувствуете, как растёт из-за них заветное количество слов? Значит, школьная система и ЕГЭ учат детей не ясности выражения мысли, а соответствию нормам! И, признаемся, не русского языка, а канцелярита.

Маргарита Бобровская,  преподаватель школьного технопарка,  Астрахань

Человекообразование и наука о языке

Человекообразование и наука о языкеВыпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / ДО САМОЙ СУТИ

Шапошникова Ирина

Пока передавать мысли на расстояния мы можем лишь с помощью речи или текста

Теги: лингвистика , филология

Как связаны эти два фундаментальных понятия?

В конце сентября в Москве в Институте языкознания РАН начал работу Центр межкультурных исследований имени А.А. Леонтьева. Главная научная проблема, которой будет заниматься центр, – отношения языка, сознания и культуры. Алексей Алексеевич Леонтьев был крупным учёным, чьи идеи легли в основу психолингвистики речевой деятельности. Теоретические принципы этой концепции исходят из понимания единства личности и культуры с её языком (языками), где в качестве объединяющего и формирующего начала выступает деятельность. Образование (обучение) предстаёт как человекостроительство, а язык – главное орудие в этом процессе. Такой подход накладывает определённую ответственность на науку о языке и преподавание.

"ДГ"-ДОСЬЕ

Алексей Алексеевич Леонтьев окончил романо-германское отделение филологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова. В 1963 году защитил кандидатскую диссертацию на тему «Общелингвистические взгляды И.А. Бодуэна де Куртенэ», в 1968-м — докторскую диссертацию «Теоретическая проблема психолингвистического моделирования речевой деятельности», а в 1975-м — докторскую диссертацию по психологическим наукам «Психология речевого общения».

Зачем Наполеонам лингвисты?

В обыденном сознании лингвистика (шире – филология) есть наука о том, как прочитать (расшифровать) и интерпретировать текст. Чтобы справиться с этими задачами, нужны специальные знания об устройстве языка: о звуковом строе, грамматике и лексике. Без лингвиста возможности других учёных и даже политиков существенно уменьшаются, так как смыслы, которые передаются культурой через её язык, остаются для них закрытыми. Завоевания Наполеона добыли для европейцев папирусы и камни с древнеегипетскими текстами. Но пока египетские иероглифы не были расшифрованы гениальным (в 19 лет он стал профессором того же университета, в котором ранее учился) Жаном Франсуа Шампольоном, смысл этих текстов был сокрыт, диалога с ушедшей в прошлое древнеегипетской культурой наладить не удавалось.

Современная лингвистика даёт знания не только о самом языке, но и об условиях его функционирования, от которых очень сильно зависит и состояние языка, и состояние культуры, которую он обслуживает. Для правильного использования языка и качественного взаимопонимания нужно уметь строить свою речь сообразно ситуации и в соответствии с устоявшимися, а поэтому официально закрепившимися в практике нормами. Выявление и фиксация этих норм, а также изобретение способов их распространения также искони составляли задачи лингвистики и культуры речи.

Условия, в которых используется английский язык в разных странах мира, столь существенно отличаются друг от друга, что слово English обрело сегодня множественное число Englishes. Многие англоязычные сообщества столь специфичны, что их английский становится недоступным для понимания рядовому англичанину или иностранцу, прекрасно усвоившему все правила в лучшем университете. Чтобы понять любой текст (особенно разговор), одних выученных правил недостаточно (а без них совсем никуда). Без понимания живой культуры носителей изучаемого языка он становится омертвевшим набором знаков.

На родном языке своей культуры (усвоенном ребёнком с колыбели вместе с обретением сознания и включением в жизнь с её многообразными деятельностями) общение, напротив, всегда полноценно. Выпасть из зоны русского языка (и российской культуры-цивилизации) – означает прежде всего выпасть из совместной деятельности, утратить совместный культурный опыт. В этом подлинный смысл изоляционных идеологем русофобской активности, на это их ставка в манипуляциях по сужению сознания обывателя, болезненных играх с этнической самоидентификацией.

«Задачи на смысл»

Последние десятилетия явили миру новые формы хранения и передачи информации, что привело к быстрому развитию междисциплинарных отраслей в лингвистике. Одна из них – психолингвистика – особенно тесно связана с человекообразованием. Для неё сознание человеческой личности представляет собой динамическое смысловое поле, которое она выводит вовне с помощью языка, делая личностные смыслы достоянием других людей. Но откуда берутся эти смыслы? Они формируются как образы сознания этой личности в той культуре, в которой индивид пребывает с рождения и которая предъявляется ему в готовом виде. По мере накопления опыта сознание человека обогащается новыми смыслами, их характер напрямую зависит от социокультурных установок, поступающих из внешней среды.

То, что человек осознал и научился выводить вовне с помощью языка, называют языковым сознанием. Современная психолингвистика строит и исследует модели языкового сознания человека через экспериментальную работу с помощью компьютерных систем. Модели языкового сознания дают лингвисту и преподавателю информацию о текущем состоянии языка и актуальных языковых процессах, включая состояние нормы. Они также позволяют проникнуть в смысловую структуру личности, наметить общие тенденции в её изменении и состоянии, то есть позволяют в определённых пределах увидеть процесс смыслообразования (человекообразования) как эффект воздействия разных формирующих внутренний мир человека систем.

Большие академические проекты по созданию и развитию эмпирической базы для таких исследований языка, личности и культуры (например, Русский ассоциативный словарь www.tesaurus.ru/dict/dict.php) реализуются сегодня психолингвистами Института языкознания РАН совместно с различными вузами и организациями в России (в том числе в сотрудничестве с сектором русского языка в Сибири ИФЛ СО РАН) и за её рубежами. Создаётся Русская региональная ассоциативная база данных (http://adictru.nsu.ru; http://iling-ran.ru/main/publications) с задачей выявить региональную специфику языкового сознания русских в такой огромной стране как Россия. Исследования этнокультурной специфики помогут выявить точки напряжения, способные повлиять на характер межкультурных взаимодействий в различных частях страны и на постсоветском пространстве.

Психолингвистика даёт сегодня внятные объяснения для учителя и студента по сущностным вопросам связи языка и культуры, языка и сознания, закономерностей овладения родным и иностранными языками и многим другим. В начале двухтысячных годов психолингвистика была введена в образовательные стандарты подготовки профессионального лингвиста. Но в процессе многоступенчатых преобразований различных поколений стандартов и их тотального упрощения до бакалавриата психолингвистика из них исчезла, её новаторский потенциал остался непонятым, а потому и недооценённым.

В нынешнем повальном сокращении и укрупнении структур в системе высшего образования и РАН шансов для устойчивого развития этого направления, а тем более для открытия и развития кафедр психолингвистики не остаётся. В этой связи особую значимость приобретает факт открытия Центра А.А. Леонтьева под руководством доктора филологических наук, профессора, главного научного сотрудника и руководителя сектора этнопсихолингвистики Института языкознания РАН Натальи Владимировны Уфимцевой. Усилиями этого человека и её соратников уже несколько десятилетий создаётся среда, в которой наследие А.А. Леонтьева не только сохраняет свою актуальность, но и помогает учителю обрести новые смыслы в процессе человекообразования в переломный для нашей культуры период.

А такая помощь нужна, так как переломность этого периода продолжает являть себя во всех аспектах. Например, психолингвисты знают, что в процессе смыслообразования образы «сворачиваются» (переводятся во внутренний план нашего сознания) не поодиночке, они усваиваются совместно (ассоциативно). Но эти знания не приносят пользы обществу, которое продолжает травить рекламой любую информацию. В смысловой структуре сознания воспринимающей личности на одну доску автоматически становятся и образы героев из патриотического фильма, и унитазы с новыми чистящими средствами, новости о жутких терактах и сдобренные сексуальными намёками жующие шоколадные батончики пасти потребителей. Так рынок «отделяет» интересы торговца и транслирующего их информационного канала от общественно значимых ценностей, низводя последние до примитивных утилитарных смыслов.

„Доктор Хаус“ и русский язык

„Доктор Хаус“ и русский языкВыпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / НеМОЖНО терпеть

Страхов Максим

Телесериал как диагноз. Кадр из фильма «Больница Никербокер»

Теги: медицинский сленг , разговорная речь , культура речи

Медицинский сленг проник и в обыденную речь

В последнее время лингвисты отмечают специфическую тенденцию возрастающей популярности в обыденном общении профессиональной лексики, и особенно, как ни странно, медицинского сленга.

Источник «вдохновения»

Действительно, всё чаще можно услышать в устной речи незнакомых людей весьма специфичные словарные композиции, относящиеся к медицинскому жаргону. Вот лишь несколько примеров: «дебилоид» (от диагноза «дебильность»), «консервы» (пациенты, проходящие консервативную терапию), «аикнутый» (перенёсший операции с использованием АИКа), «лежак» (лежачий пациент), «люсёк» (пациент с диагнозом «сифилис») и др. Причём используют такие выражения отнюдь не только реаниматологи или хирурги и даже не склонные к речевой оригинальности студенты-медики. Всё чаще их можно выудить из лексикона блогеров, продавцов магазинов, завсегдатаев общественных рынков, явно не отягощённых профессиональным медицинским анамнезом.

Этот уникальный в своём роде социальный тренд социолог Д.В. Михель называет «феноменом медикализации» современного общества, логичным проявлением которого стала «медикализация» современного разговорного и письменного языка. И в этом контексте интересно проследить за тем, что, собственно, запускает механизм повсеместного употребления врачебного сленга.

Основной резервуар, как мне кажется, – телевидение, кино, радио, СМИ, современная художественная и публицистическая литература. Именно отсюда, как с конвейера шаблонных сленговых конструкций, современный человек черпает максимальный объём «обогащения» своего повседневного лексикона. В частности, мощная популяризация таких телевизионных сериалов, как «Доктор Хаус», «Скорая помощь», «Анатомия Грэй» и «Место преступления», открыла зрителям весьма действенный инструмент «оживления» общения.

В данном контексте весьма любопытны наблюдения психолога Е.Ю. Филипповой (2014), которая делает попытку логичного обоснования повышенного тяготения массового зрителя к современным медицинским ситкомам и теледрамам. Благодаря телевидению любой человек может как бы принять посредственное участие в постановке диагноза, лечении, хирургическом вмешательстве, тем самым став частью команды, спасающей человеческие жизни. Такие сериалы придают привлекательность и медицинскому сленгу.

Современному человеку, боящемуся показаться старомодным, свойственно желание продемонстрировать нестандартную модель суждений. Хочется выражать свою мысль более оригинально, и чаще всего источником для «вдохновения» становятся герои популярных телевизионных проектов. Ну как не процитировать всезнающего доктора Хауса или острослова Быкова из «Интернов», находясь в приятной душевной компании?

Чисто медицинский «трёп»

Однако не стоит забывать, что люди в белых халатах, как и представители других профессий, широко используют сленг, отнюдь не из желания оригинально выразиться. Жаргонные обороты служат для упрощения сложных медицинских терминов и названий лекарств. Проще говоря, медицинский сленг помогает сэкономить время и максимально конкретизирует команду к действию. Поэтому и появляются весьма специфичные словесные обороты типа «дернуть на пищевод» (провести чреспищеводную электрокардиостимуляцию), «трёп» (трепетание предсердий), «поставить подклюку» (произвести пункцию подключичной вены), «назначить химию» (провести химиотерапию).

Согласитесь, доктору гораздо проще и быстрее произнести фразу: «Клиент замерцал, кинул давление, мы его стукнули и на трубу посадили», чем выговорить: «У пациента развился пароксизм тахисистолической мерцательной аритмии, сопровождающийся нестабильностью гемодинамики, что послужило показанием для проведения электроимпульсной терапии с последующей интубацией и переводом на ИВЛ». Однако сей факт совсем не означает, что кассирша из продуктового магазина обязательно должна в случайном разговоре с приятельницей-поварихой употреблять подобные сленговые выражения, наслушавшись их от любимых героев из свежей серии «Доктора Хауса»…

Более того, злоупотребление жаргонными сленговыми выражениями в разговорной речи, даже в устах профессионального медика, потенциальным пациентом может восприниматься крайне негативно. Интересный пример приводит в этом отношении И.С. Сук в своей книге «Врач как личность». Нередко можно слышать, как о больном говорят: «диабетик», «язвенник», «гастритик», «ревматик». Эти неологизмы, сведя всё к узкому кругу типичных проявлений болезни, отодвигают на задний план индивидуальность больного, вызывая у него отрицательные эмоции и психологическое отстранение от нормального контакта с врачом.

Медицина представляет огромный интерес для самых различных слоёв общества, и это не может не отразиться и на языковой культуре. Однако следует понимать, что жаргон далеко не всегда «обогащает» русский язык, скорее наоборот – обедняет. Поэтому российским врачам лучше всё же говорить по-русски правильно, ибо такой вот «аикнутый» «трёп» активно перенимают их пациенты и с волнением наблюдают учёные-лингвисты, озабоченные сохранением чистоты великого и могучего русского языка…

Учёная степень – удовольствие дорогое

Учёная степень – удовольствие дорогоеВыпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / ПЕРЕЗРЕВШАЯ ПРОБЛЕМА

Теги: наука , образование

Об устарелой градации научных изданий

В конце 70-х Высшая аттестационная комиссия внесла в процедуру защиты кандидатских и докторских диссертаций два новшества, безусловно положительно сказавшихся на качестве работ соискателей. Первое и важнейшее из них – это создание специализированных диссертационных советов. До этого работу могли оценивать не только профильные специалисты, но и представители совершенно разных наук (плюс работники административно-хозяйственных служб). Я, например, кандидатскую диссертацию защищал в совете педагогического института, где на равных заседали и физики, и лирики и смысл моей работы (о русской орфографии XVII века) понимали три-четыре человека из 27, ну а голосовали все.

Другое изменение 70-х годов – требование к соискателям докторской степени публикации основных результатов диссертации в многотиражных журналах, которые тогда все выписывали и читали. В области филологических наук это были «Вопросы языкознания» и «Вопросы литературы», «Русский язык в школе» и «Литература в школе» и некоторые другие. Именно тогда появилось различие «ваковских» и «неваковских» изданий. И для того периода это тоже было правильно.

Но времена изменились. Сегодня, во-первых, нет многотиражных журналов, а во-вторых, любой малотиражный имеет версию в интернете. Градация «ваковский» – «неваковский» в плане доступности информации смысл утратила.

Несмотря на не раз звучащую критику, градация не только сохраняется, но распространена теперь и на кандидатские диссертации. Что же из этого вышло? «Ваковские» журналы сделали из своего статуса бизнес. Ассистент без учёной степени, получающий зарплату около 10 тысяч рублей, вынужден тратить иной раз половину этой суммы, чтобы обеспечить себе одну публикацию, а требуется не одна!

Некоторые «ваковские» журналы установили… план по ссылкам на литературу! Например, требуют, чтобы в статье были ссылки не меньше чем на 10 источников. А это зачем? Для обеспечения ещё одной «инновационной» благоглупости – поднятия индекса цитирования.

Конечно, в каких-то случаях этот индекс может представлять определённый интерес, но беда в том, что сегодня он стал обязательным (!) показателем уровня учёного. Я в связи с этим всегда привожу такой пример, хорошо понятный коллегам-филологам. Кто из языковедов при жизни Н.Я. Марра не цитировал его работ и кто их цитирует теперь? И обратный случай: кто из филологов при жизни М.М. Бахтина цитировал этого профессора из Саранска и кто его не цитирует теперь?

Без «ваковских» статей не допускается к защите даже соискатель, опубликовавший такие трудоёмкие работы, как словарь, учебное пособие или монография. Словом, деление научных изданий на «ваковские» и «неваковские» сегодня не только устарело, но и просто вредно. По сути, это не что иное, как попытка задержать процедуру защиты. Диссертаций у нас защищается слишком много? Но ведь беда не в этом, а в том, что много слабых работ. Вот об уровне принимаемых к защите исследований и надо думать в первую очередь.

Борис Осипов,  профессор Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского

КСТАТИ

Не так давно глава Минобрнауки Ольга Васильева уволила автора идеи о лишении учёной степени только через суд. Внутренняя проверка показала, что этот сотрудник ведомства, не посоветовавшись с руководством, внёс поправки в проект «Положения о присуждении учёных степеней», согласно которым подавать заявление о лишении степени из-за некорректных заимствований в диссертации можно только при наличии решения суда. Если бы эти поправки вошли в силу, общественный контроль за плагиатом стал бы невозможен, ведь подавать иск по факту нарушения авторских прав может либо потерпевший, либо правообладатель, а отнюдь не общественность.

„Для общей пользы“

„Для общей пользы“Выпуск 2 (21)

Спецпроекты ЛГ / Словесник / Времён связующая нить

Шемшученко Владимир

Экскурсию ведёт директор Всероссийского музея А.С. Пушкина Сергей Некрасов

Фото: Фёдор Евгеньев

Теги: Сергей Некрасов , Царскосельский лицей , интервью , история

Эти слова была начертаны на медалях Царскосельского лицея

19 октября 1811 года указом императора Александра I в Царском Селе был открыт Императорский лицей как высшее учебное заведение для подготовки дворянских детей к государственной службе.

Накануне 205-й годовщины со дня открытия Лицея на вопросы «ЛГ» ответил директор Всероссийского музея А.С. Пушкина Сергей Некрасов.

– Если обратиться к девизу пушкинского лицейского курса, вынесенному в заголовок, то, безусловно, следует начать с хранителей и собирателей всех свидетельств как о самом лицее, так и о лицеистах…

– Всероссийский музей Пушкина – это собрание лучших, самых интересных и ценных музеев, посвящённых А.С. Пушкину. Эти музеи расположены в тех исторических местах, где он жил, где был счастлив и где в 1837 году произошла страшная трагедия. И потому эти три мемориальных пушкинских объекта в Северной столице: Царскосельский лицей, где он учился, музей-дача в Царском Селе, где Пушкин провёл первое счастливое лето своей семейной жизни и где, собственно, начиналась пушкинская семья, и, наконец, дом на Мойке, 12, откуда он ушёл в бессмертие, – бесценны для нас. Эти мемориальные места, каждое по-своему, рассказывают о жизни Пушкина.

Если Лицей – это рождение, становление Пушкинской музы, которая явилась ему «в углах лицейских переходов», если Дача Китаевой – это начало семейной жизни Пушкина, которая «воскресила» его к какой-то новой счастливой жизни (недаром именно тогда он написал «Сказку о царе Салтане), то, конечно, Мойка, 12 – это последние месяцы жизни.

…И вот 19 октября 1836 года Пушкин отправляется с Мойки, 12 на Екатерининский канал, в дом своего соученика М.Л. Яковлева, у которого собирались лицеисты и который был своеобразным лицейским старостой и архивариусом (у него хранились протоколы всех лицейских встреч). У него же хранились очень ценные реликвии, вещи (тогда ещё они были просто предметами быта) и рукописи Пушкина, которые впоследствии стали основой первого Пушкинского музея, открывшегося при Императорском Александровском лицее 19 октября 1879 года. И, конечно же, тот день, 19 октября 1836 года, был для Пушкина совершенно необычным: в этот день исполнилось 25 лет Лицею.

Когда Пушкин читал стихотворение «Недаром – нет! – промчалась четверть века…» на последнем своём сборе лицеистов первого выпуска, он (по свидетельствам очевидцев) до конца не смог его прочитать (его душили слёзы). Он положил лист и отошёл к окну. Кто-то из присутствующих взял его и дочитал стихотворение до конца.

Этот день был важным для Пушкина не только потому, что это была лицейская годовщина, но ещё и потому, что для него это был период завершения многих его размышлений, начинаний и споров.

Если говорить конкретно про этот день, то 19 октября 1836 года на Мойке, 12 Пушкин написал письмо Чаадаеву, которое так и не отправил; в этом письме он выразил своё отношение к «чаадаевскому» письму. В этом письме – ответе Пушкина – содержится знаменитая фраза: «Хотя лично я сердечно привязан к государю, я далеко не восторгаюсь всем, что вижу вокруг себя; как литератора – меня раздражают, как человека с предрассудками – я оскорблён, – но клянусь честью, что ни за что на свете я не хотел бы переменить отечество или иметь другую историю, кроме истории наших предков, такой, какой нам бог её дал».

Это, кстати, был итог спора, который продолжался 20 лет. А начался этот спор в 1816 году, когда Пушкин, зачастую со своим товарищем С. Ломоносовым, сбегал из Лицея, и они прибегали к Н.М. Карамзину, который читал им первые страницы девятого тома «Истории государства Российского». В доме Карамзина Пушкин и познакомился с Чаадаевым – в то время блестящим гусаром, героем, окрылённым славой войны 1812 года.

Кстати, в декабре текущего года у нас будет отличный повод вспомнить о Н.М. Карамзине. Ему исполнится 250 лет!

Но вернёмся в 19 октября 1836 года… Именно в этот день Пушкин написал заключительные строчки в «Капитанской дочке». Как мы помним, это произведение заканчивается светлым аккордом: Пушкин вспоминает Царское Село, Царскосельский парк, куда приводит своих героев…

Очень важно, чтобы мы чувствовали эту мощную пушкинскую любовь к своей «школе», к тому самому Лицею, который был для него действительно тем удивительным местом, где он получил не только образование, но и воспитание, любовь к своему Отечеству. И немудрено: именно под аркой Лицея проходили ополченцы и полки на войну с Наполеоном, «текла за ратью рать», и лицеисты им завидовали, не разделяя свои судьбы с судьбой Родины.

И потому в этом году 19 октября, когда мы будем праздновать годовщину Лицея, конечно же, принесём цветы в Лицейский сад, к памятнику Пушкину, конечно же, мы будем читать его стихи.

Мы подготовили к этому празднику спектакль «Кюхля» по повести Тынянова, который будут играть студенты Театрального института им. Щукина. Спектакль станет «звучать» по-особому, поскольку всё будет происходить в Лицее, именно в том месте, где происходило 200 лет назад.

– А что лично для вас значит Лицей?

– Лицей и Царское Cело – это особая для меня история. Я родился и вырос в Царском Cеле, с детских лет знаю стихи Пушкина. Мне посчастливилось даже читать их именно в том зале и именно на том месте, где читал Александр Сергеевич. Это было незабываемо!

– Поддерживаете ли вы связи с потомками Пушкина и других лицеистов?

– Мы сейчас готовимся к очень важному событию. В июне будущего года исполнится ровно 200 лет с момента окончания Лицея лицеистами первого выпуска. К нам на этот праздник собираются приехать и потомки Пушкина, и потомки других лицеистов. Мы подготовим особую программу, включив в неё не только произведения Пушкина, но и произведения других соучеников пушкинского круга, и не только их.

Отметим, что Лицей существовал до 1917 года, но и после его закрытия лицейская традиция существовала многие годы. Было даже создано за границей литобъединение лицейских выпускников, которое возглавил В.Н. Коковцев (выпусник 32-го курса Лицея, премьер-министр России). Это совершенно удивительная тема, о которой нельзя забывать: лицейское зарубежье стало продолжением традиций. Последний лицейский поэт В.С. Ильяшенко ушёл из жизни в 1970 году.

Встречаясь со многими нашими соотечественниками за рубежом, убедились в том, что их любовь к Пушкину и Лицею каким-то удивительным образом не иссякла.

В 1993 году в Париже довелось 1 ноября (Лицейский день по старому стилю) праздновать вместе с последним лицеистом Э.А. Асрибековым. Мы провели с ним весь вечер. Именно от него я получил бесценный дар: стихи разных лет, посвящённые 19 октября, о существовании которых я прежде не знал. Это позволило мне впоследствии сделать и издать большую книгу, посвящённую 150-летию лицейской поэзии – «Лицейская лира».

Конечно, никто из лицейских поэтов уровня Пушкина не достиг, но их стихи, написанные от души, – бесценные свидетельства о Лицее и об Александре Сергеевиче. И поэтому нам всегда было приятно, когда в наш музей «приходят» какие-то реликвии, драгоценные свидетельства. К примеру, пра-правнучка Пушкина Клотильда фон Ринтелен однажды позвонила мне и сказала, что в доме знакомых Энгельгардта есть портреты, которые могут нас заинтересовать. Мы связались с ними в Германии, и оказалось, что у них действительно есть два портрета их предков: Е.А. Энгельгардта и его жены. Мы полгода вели переговоры, и эти портреты нам были подарены. И совсем неожиданно получили ещё один бесценный дар от потомков известного архитектора Гарольда Боссе – две акварели. Когда стали их внимательно изучать, то увидели, что на одной акварели изображён кабинет Е.А. Энгельгардта, а над его рабочим столом висят портреты его воспитанников-лицеистов, на другой – тот же кабинет, увиденный художником с другой стороны.

И, конечно же, не умолчу здесь о подаренном музею бюсте императора Александра I, созданном в 1807 году; здесь царь изображён именно таким, каким он был в тот момент, когда они с М.М. Сперанским обсуждали представленный последним проект будущего Лицея…

– Насколько я понял, подготовка к 200-летию первого выпуска Лицея идёт полным ходом…

– Мы надеемся, что нам удастся сделать и провести достойный этого события праздник. Пушкин – это праздник для всех. Пушкин в жизни каждого нашего человека сыграл свою роль. Собственно говоря, мы все говорим «по Пушкину». Без Пушкина, возможно, прожить можно, но невозможно без него оказаться в той неразрывной связи с Родиной и русской культурой, которыми мы по праву гордимся.

И пользуясь случаем, приглашаю «ЛГ» в следующем году 9 июня на наш праздник. Считаю, что газета, основанная Пушкиным и Дельвигом, по праву будет нашим почётным гостем.

Content

Литературная Газета Литературка Газета Литературная Газета 6571 ( № 41 2016)

И Пушкин такой молодой!

Панорама русской литературы

С кем депутаты?

Убили нашего

Перформанс или не перформанс?

Фотоглас № 41

По следам барышников

Гаагский трибунал для Ивана Грозного

Олег Царёв: „Я свой долг перед обществом выполнил“

Сергей Дмитренко: „Пишущие люди могут перестроить сознание общества“

„Развитие русской литературы XIX – начала XX века. Панорама“

Литинформбюро

Снип-снап-снурре, пурре-базелюрре!

Наставник и охранитель

У края жизни непочатой

Универсализм и дерзость

Трёхкнижие

Гора бурят – cедой Саян

Огонь в очаге – наш оберег

Мне на родину ляжет тропа

Мелодий древних суть

Чистым воздухом стать

Моя мысль до небес дотянуться смогла

Травинка среди степей

Сибиряки – защитники Отечества

Роняет мак на землю свой багрянец

Да не осилит дорога идущего

Тэмуджин

Без мужчин с собачкой

Все хиты про любовь

Жанна Болотова: «Я ненавижу предательство…»

Главы плутовского романа

Может быть, хватит?

Странные приоритеты

Пляжи с ужами,

Атлантида, которую мы потеряли

Отрадный дом высоких технологий

Заново родился

Эксперимент продолжается

Трёхгорка пойдёт под офисы

Друг на друга смотрим до рассвета

Всю ночь нам пели соловьи

Пиратка с волосами цвета солнца

Живое русское слово

Книги, поступившие в редакцию

Из «Рассказов о Будулае»

Фотошип

ГАВРИКИ

Прости нас, Мураками!

муЗы и кОнфузы оТ АлЕксадра КоВаЛёВа

СИзифы «КлубА дС»

Клуб любителей афоризмов

Первая весна в деревне

Русский мир и образование

Классное чтение

Права на ошибку нет

Школа без Толстого?

„Была пора: наш праздник молодой…“

Время – пятница

Под крыльями „Хрустального пеликана“

Лирическая перемена

Университету книги не нужны?

Уроки канцелярита, или Сочинение как проформа

Человекообразование и наука о языке

„Доктор Хаус“ и русский язык

Учёная степень – удовольствие дорогое

„Для общей пользы“