Николай Горнов

Проект "Оракул"

Критяне всегда лжецы: даже могилу твою, о владыка, Критяне выдумали. Но ты не умер: ведь ты вечен…

Эпименид. «Оракулы».

С древним механизмом шлюза Киму пришлось повозиться. Наконец вакуумные затворы щелкнули и с громким шипением всосали чужой воздух. Перед тем как сдвинуть люк, он непроизвольно задержал дыхание. Туча серой пыли, поднявшаяся при посадке, еще не осела.

- И где же твой маяк? - Через плечо брата Тор с любопытством разглядывал каменистую равнину, которая растянулась до далекой горной гряды на горизонте. - Немного промахнулись, да?

Ким поморщился. На каждый вдох и выдох бок отзывался тупой болью. Не сильной, но раздражающей.

- Если тебе что-то не нравится, можешь остаться в модуле.

- Нельзя тебя отпускать одного. Ты переговоры провалишь… Посадка получилась жесткой. Если бы кто-то увидел ее со стороны,

мог бы подумать, что модуль просто упал. Две из трех посадочных стоек вышли из строя, но, по счастью, стойки успели принять на себя значительную часть удара о грунт.

- Не думаю, что этот аппарат сможет теперь взлететь. - Взгляд Тора остановился на потухшей антенне импульсной навигационной системы.

- Я же извинился…

- Жаль, но он не услышит твоих извинений!

- Кто не услышит? - не понял Ким.

- Модуль, - охотно пояснил Тор. - Ты случайно не запомнил его номер в судовом регистре? Надо бы обряд заказать. Иначе Спаситель не возьмет к себе его чистую душу.

Ким окинул оценивающим взглядом корпус и стойки. Шлюз теперь точно не закроется. А если и закроется, то далеко не с первой попытки. Они выложили за этот аппарат свои последние сбережения, но тратить на него время уже не имело смысла. Модуль годился только в переработку…

- Я ведь о чем беспокоюсь, - не унимался Тор. - Подняться до орбиты - не самая большая проблема. Хуже, что придется крутиться там несколько месяцев. Ты уверен, что какой-нибудь из кораблей Перевозчиков обязательно прихватит нас на обратном пути в Сектор?

- Нам пора, - напомнил Ким. Ворчание брата он привычно пропускал мимо ушей. Знал, что если не ввязываться в дискуссию, Тор быстро остынет. Большую часть пути они шли молча…

Сегург не сбежал - дождался. Братья обнаружили его неподалеку от маяка, на большом валуне.

- Что я говорил? Опоздали. Заснуло твое животное!

- Проснется, - отмахнулся Ким. - Только постарайся обходиться без оскорблений. Говорят, сегурги хорошо слышат. Даже во сне.

- Темнеет уже. Похоже, он до самого рассвета отключился. Ты помнишь, что темное время суток на этой планете длится пятьдесят семь стандартных часов?

- Не каркай.

- Как ты сказал?

- Я сказал: не каркай!

- Слушай, сколько можно? - возмутился Тор. - Ты прекрасно знаешь, что у меня установлена более дешевая версия нейронной сети. В ней отсутствуют такие излишки, как словарь архаичных слов. Я ничего не понимаю, когда ты говоришь: «изыди», «некаркай» или «жаба-позорная»…

Ким ничего не сказал и опустился на камень рядом с сегургом. На ощупь камень оказался шершавым и теплым. Сидеть на нем было даже приятно. И Ким с удовольствием вытянул уставшие ноги. Дорога до маяка вышла длиннее, чем он рассчитывал. На плоской равнине довольно трудно оценить расстояние, так что глотать пыль им пришлось без малого три стандартных часа. И Ким вполне понимал недовольство брата. Тор очень не любил ходить пешком и считал такой способ перемещения в пространстве недостойным цивилизованного человека.

- Если хочешь, иди в маяк, - примирительно предложил Ким. - Сегурга я и сам могу посторожить.

Тор задумчиво вычерчивал носком ботинка геометрические фигуры. Сначала у него получился круг, потом два квадрата, потом еще один круг.

- Ты не знаешь, что это означает? - поинтересовался он у Кима.

- Где-то я уже видел такое сочетание фигур. Причем недавно. Если очень интересует, спроси у Информатора.

- И я видел. И тоже не так давно. А у Информатора я спросить не могу. Во-первых, выбрал свой лимит, а во-вторых, к Информатору почему-то нет доступа. И мне это не нравится. Как мы будем работать, если с этой планеты нет даже доступа к Информатору?

- Для начала, мы не станем паниковать, - предложил Ким. - Вполне вероятно, что доступа нет только на этом плато. В других местах мы еще не проверяли.

- У меня странное предчувствие. Не могу сказать, что мне категорически не нравится планета. Просто здесь неуютно как-то…

Странное предчувствие было и у Кима. Уж слишком неожиданно ворвался в их жизнь этот сегург. Выглядел он расстроенным и каким-то взъерошенным. И вел себя совсем не как сегург. Впрочем, откуда бы Киму знать всех сегургов? Наверняка среди них попадаются разные особи. Должны быть и такие, которые ведут себя скромно и вежливо. Этот, во всяком случае, даже раскланялся с порога мастерской. А после длинного и витиеватого приветствия пояснил, что ему рекомендовали братьев, как лучших на Секторе специалистов в области сервейин-га. На срединном языке сегург говорил довольно чисто. И даже диалектом Сектора владел, что совсем уж было удивительно.

Семейная компания братьев, мягко говоря, не процветала. А если смотреть правде в глаза, они уже несколько стандартных лет перебивались лишь случайными и мелкими заработками. И всерьез подумывали о том, чтобы перебраться с Сектора на одну из более дешевых планет ближней Периферии. Так что заказчик подвернулся очень вовремя, когда ресурсы в очередной раз истощились почти до нуля. А сегург владел планетой, которая досталась ему в наследство. И он очень хотел, чтобы собственность приносила доход.

- Не вижу проблем, - заверил повеселевший Тор. - Наши условия стандартные: десять процентов. Если возражений нет, можем обсудить детали…

Сначала и Киму задача показалась совсем не сложной. Досадные подробности открылись чуть позже. Оказалось, что сегург получил наследство с обременением. И полностью распоряжаться своим имуществом не мог. Завещатель запрещал заселять планету, использовать ее под любые виды производства, разрабатывать недра, добывать полезные ископаемые, влиять на климат, подвергать атмосферу и поверхность планеты пластическому модифицированию, а также производить любые иные необратимые изменения. Фактически, наследнику вообще ничего не разрешалось делать со своим имуществом. Он даже продать его не мог. За любое из запрещенных действий он автоматически лишался наследства, и тогда планета поступала в управление некоего Фонда Памяти Сегургов. Адрес прилагался: Си987690, Третий Уровень, Сектор.

Именно так звучало предсмертное распоряжение Общинного Отца, которое он - хитрая рептилия - не просто произнес вслух перед своим наследником, когда лежал на смертном одре, а еще и грамотно оформил. Ким тщательно исследовал весь документ - не подкопаешься. Никаких зацепок. Распоряжение было продиктовано Общинным Отцом лично. Заверено присутствующим при оглашении завещания Посредником. Так что процедура обжалования исключалась.

Братья попросили у сегурга неделю на раздумье. Сегург не согласился. Сказал, что готов ждать не больше двух стандартных дней. После чего он считает предварительную договоренность недействительной и находит других сервейеров, которые окажутся сговорчивей.

- И что тут думать? - возмутился Тор, когда сегург ушел. - Надо соглашаться.

- Сначала посмотри, что есть по этой планете в открытых источниках, - задумчиво сказал Ким. Что-то его смущало. Но пока он не мог понять, что именно.

Тор закрыл глаза и сосредоточился на запросе.

- Судя по всему, это Тарис-37, - пояснил он спустя минуту. - Небесное тело было открыто более тысячи стандартных лет назад экспедицией Зигмунда Поллака, который назвал планету именем своей жены - Амалии. Чуть позже ее подвергли процедуре мягкой модификации по типу «Тарис» и сразу переименовали. Людьми никогда не заселялась. После модификации свои права на нее предъявили сегурги. Подробностей нет. Вероятно, обошлось без конфликта…

Тор замолчал.

- Что-то еще? - поторопил Ким.

- Находится на периферии Срединной Зоны. Довольно далеко от Сектора. Если судить по описанию в реестре, никаких особых достоинств не имеет. Три материка, атмосфера азотно-кислородная, ландшафт горно-равнинный. Растительный покров - стандартный. Содержание воды в атмосфере - стандартное. Содержание азота - на полпроцента выше стандарта. В общем, имущество малоценное, да еще расположено далеко от всех транспортных узлов. Не имею ни малейшего представления, как здесь можно заработать.

- Головоломка, - заметил Ким.

- А ты как хотел? - Тор развел руками. - Иначе бы мы точно ничего не получили. С нашим-то везением…

Сегурга Ким едва не прозевал. Он и сам успел задремать на теплом камне.

- Ты пришел, человек? - Голос у Избранного был скрипучим и неприятным.

- Да, я уже здесь, - встрепенулся Ким.

Сегург сложил спинной гребень и медленно повернул голову. Сегур-ги все делали медленно: ели, ходили, говорили. И от этой неторопливости каждое их движение казалось наполненным глубоким смыслом.

- Ночь наступает.

- Вижу, - кивнул Ким и огляделся.

- Второй человек сидит в маяке, - подсказал сегург. - И тебе лучше поторопиться. Ночь наступает. Я приготовил вам запас пищи. Надеюсь, не ошибся в выборе…

- Нам нужно обсудить условия контракта, - напомнил Ким. - Я не тороплюсь, конечно, но и оттягивать наш разговор не имеет смысла. У меня есть для Избранного интересное предложение.

- Говори, - согласился сегург.

- Заранее прошу извинить, если я скажу нечто оскорбительное для вашей расы. К сожалению, я не очень большой знаток культуры сегургов… - У Кима от волнения пересохло в горле. - В общем, я хотел уточнить, знает ли Избранный о планете, которая периодически исчезает, а потом появляется вновь? В наших архивах ее называли Оракулом.

- Что могут знать о ней люди? - Судя по тому, что сегург заговорил быстрей, он заволновался.

- Ничего, - сказал Ким. - Несколько наших экспедиций отправлялись на поиски Оракула, но так и не нашли планету. Или нашли, но никому не успели рассказать. Но было несколько сообщений, записанных со слов сегургов. Я наткнулся на эту информацию случайно, когда просматривал архивы первых исследователей Срединной Зоны. Этим документам больше тысячи стандартных лет.

- Наша система передачи знаний до недавнего времени запрещала фиксировать информацию в виде знаков и символов. У нас нет архивов в вашем понимании. А вся информация, которая передается устно, сильно искажается.

- Избранный не хочет обсуждать эту тему? - спросил Ким.

- Некоторые вещи не принято обсуждать с теми, кто не принадлежит к нашей расе.

- Почему?

- Много причин.

- Говорят, на Оракуле есть удивительные сооружения. Еще говорят, что там находится место, куда поступают знания о Будущем.

Сегург прикрыл глаза и некоторое время молчал.

- Так говорят, да. Но я не поручусь за достоверность этих слов. Планета исчезла. Это случилось давно. Прошло много сотен ваших лет. И с тех пор никто ее не видел.

- Значит, самое время найти Оракул, - заключил Ким. - И почему же Оракулом не может оказаться та планета, которой владеет Избранный? Я уверен, такая находка вызовет самый живой интерес. Владелец сможет получать хорошую прибыль от туризма. И это прекрасная возможность обойти все ловушки, которые расставил в завещании Общинный Отец. Я проверил, в документе нет ни слова о том, что нельзя демонстрировать достопримечательности планеты.

- Какие достопримечательности? - удивился сегург. - То, что здесь есть, никого не заинтересует.

- Это уже наши проблемы, - твердо сказал Ким. - Достопримечательности будут. И храмовые объекты древних культов, и все остальное… У вашей расы есть древние культы?

- Они есть у каждой расы. Но вы, люди, не можете представить всех сложностей…

- Справляться со сложностями - наша работа. Я уже все обдумал. С какой периодичностью Посредник обязан проверять соблюдение условий завещания?

- Не реже одного раза в ваш год. - В глубине узких зрачков сегур-га промелькнул слабый огонек надежды. - Последний раз он был здесь два стандартных месяца назад.

- Успеем, - заверил Ким. - Если начинать прямо сейчас, не откладывая…

- Сколько я буду должен за управление? - прервал его сегург. Ким смутился. Он всегда смущался, когда дело доходило до обсуждения материальной стороны проекта.

- С учетом времени подготовки и коэффициента сложности… - Ким сделал вид, что считает. - Пятнадцать процентов.

- Много, - не согласился сегург.

- Четырнадцать процентов, - уступил Ким. - Но это наше последнее предложение. Избранный должен понимать, что нам понадобятся инвестиционные ресурсы. И рассчитываться с инвесторами мы будем из своих комиссионных. Окупаемость проекта, по нашим расчетам, составит около пяти лет. Мы можем подписать контракт с оговоркой, что спустя пять лет сумма ежегодного вознаграждения будет пересмотрена в сторону понижения. До девяти процентов, например. Согласны?

- Мне нужно подумать. Свой ответ дам утром…

Ким и сказать ничего не успел, как сегург исчез. Только что сидел напротив Кима, распушив спинной гребень, а спустя мгновение его уже не было.

- Эй, Избранный! - Ким огорченно оглянулся по сторонам. - Что еще за игры?

Багровый диск местного светила завалился за горизонт. И ветер заметно усилился, закручивая мелкие частицы пыли в длинные спирали. Ким несколько раз обошел вокруг камня в надежде разглядеть хотя бы след исчезнувшего сегурга. Но ровный серый слой остался нетронутым. Словно тот улетел по воздуху.

Придется ждать до утра. Это плохо…

Маяки такого типа считались надежными. Они выпускались долго и в разных модификациях. Маяк на Тарисе-37 предназначался, судя по всему, для планет с агрессивными атмосферами. Но стоял он здесь так давно, что рабочий оголовок за это время практически разрушился. Как он еще функционировал при этом - полная загадка…

- Настоящий памятник эпохи первопроходцев, - проворчал Тор, который расположился прямо на полу. Если в операторском отсеке и предполагались удобства, они уже давно вышли из строя.

- Не поверишь, но ни одна из систем жизнеобеспечения не работает. - Тор с тоской посмотрел на шарик своего кома, в глубине которого мелькали неяркие вспышки. - Я все проверил, пока вы там с этим се-гургом дремали на камне. И даже новости услышать не сумел. Сплошные помехи в канале. Хорошо хоть атмосферные фильтры пока держатся.

- А что-нибудь жизнеутверждающее есть? - вяло поинтересовался Ким.

- Есть. Кто-то оставил здесь большой запас еды и питьевой воды. Тор кивнул в сторону угла, где аккуратной кучкой были сложены

брикеты армейского рациона. Ким дотянулся и покрутил в руках сухую плитку. Ни запаха, ни вкуса. Цвет тоже не самый приятный - буро-зеленоватый. Зато компактно и питательно. По энергетической насыщенности одного такого рациона хватало на сутки. Даже при сильных физических нагрузках. Когда они с Тором выходили в минус, то дешевая армейская пища всегда выручала.

- От голода не умрем, - заключил Ким и положил брикет на место.

- Судя по твоему настроению, сегург или сбежал вовсе, или объявится только утром, - сделал вывод Тор. - Мама, ну зачем ты произвела меня на свет!

- Не было у нас мамы, - нахмурился Ким. - Утром сегург обязательно подпишет контракт. Я тебе обещаю. Отступать некуда. Через семьдесят стандартных часов здесь будет группа архитекторов Фонда Созидания. И еще, насколько я знаю, эту планету собрался посетить сам Почетный Консул.

- Погоди, - растерянно сказал Тор. - Как это?.. Контракт с сегургом у нас еще не подписан, а с Фондом Созидания ты уже сговорился? Но тебе и этого показалось мало, и тогда ты решил заинтересовать нашим проектом персонально Проктора Пятого.

- С Проктором я ни о чем не говорил, клянусь!

- А почему он захотел осмотреть Тарис-37?

- Сам не понимаю…

- Хвала тебе, Спаситель! - Тор сложил ладони лодочкой и сделал четыре ритуальных поклона. - Вот и закончилась черная полоса в нашей жизни. Теперь мы точно покойники. А у покойников проблем не бывает.

- Ну, я так не думаю, - пробормотал Ким. - Сегург согласится. У него нет другого выхода. Я все уже просчитал несколько раз…

- Кто просчитал? Ты просчитал? - Тор пристально посмотрел на брата и рассмеялся.

- Не вижу причин для смеха, - почесал в затылке Ким и тоже расхохотался.

- Ладно, - выдавил из себя Тор, когда справился с приступом истеричного веселья. - Глупо цепляться за такую нелепую жизнь, как у нас. Кстати, чем мы займемся в эти последние семьдесят часов?

- Лично я собираюсь выспаться, - сказал Ким и растянулся на полу.

Но сразу заснуть Киму не удалось. Сначала ему мешал Тор, который еще долго ворчал и жаловался на свою незадавшуюся жизнь. А когда он успокоился, заголосил ветер. Ким понимал, что маяк рассчитан на атмосферные нагрузки, но ему все равно стало не по себе, когда завибрировали толстые стены, армированные моноволокном толщиной в руку. Зато Тор, который только что долго рассуждал на тему «сон - это напрасно потраченное драгоценное время», опять уснул первым.

Ким некоторое время ворочался, потом тихо поднялся и протиснулся через узкий лаз в верхнюю часть маяка. Там он обнаружил кресло оператора, которое почти развалилось от старости. Наверху порывы ветра чувствовались еще сильнее. Ким пристроился в кресле, прикрыл глаза и задумался. И чем больше он размышлял, тем сильнее ему нравились простота и изящество этого проекта. Эта идея пришла Киму в голову совершенно неожиданно. За те двое суток, что они выторговали у сегурга, Ким спал всего пару стандартных часов. И когда уже перебрал все возможные и невозможные способы коммерческого использования Тариса-37 и понял, что такой орешек ему явно не по зубам, он чудом наткнулся на Оракул.

Вернее, наткнулся на него Тор, который все это время продолжал методично сканировать архивы Срединного Сектора, вылавливая в потоках информации любые упоминания о сегургах. От отчаяния Тор сгребал все: историю, культуру, планетографию, архитектуру, кулинарию. И тут ему на глаза попалась малоприметная папка с отчетами второй экспедиции Зигмунда Поллака. Информация о странной планете Тора заинтересовала. Он сразу пересказал ее брату. Ким поймал подсказку на лету. В этот момент у него в голове словно взорвался вакуумный заряд планетарного калибра. И яркая вспышка выхватила из темноты подсознания единственно правильное решение. С черновым вариантом проекта «Оракул» Ким справился за оставшийся час…

Корабли экспедиции Поллака бороздили пространство в двух кластерах Срединой Зоны: Р-2-2-4 и Р-2-2-5. А это совсем неподалеку от Тариса-37. Так что проблем возникнуть не должно. Да и владелец планеты принадлежал к весьма уважаемой у сегургов Общине - Плывущие над Белыми Облаками. И это тоже было хорошо. Настоящая проблема, по мнению Кима, оставалась только одна - ресурсы. Ведь даже малейшая попытка собрать их самостоятельно привлечет ненужное внимание. Именно поэтому Ким предложил обратиться к Фонду Созидания. Но такая мысль сразу пришлась не по душе Тору.

- Ты шутишь? - возмутился он. - Или у тебя сбой в нейронной сети?

- Нет, я не шучу. - Ким говорил размеренно и спокойно, как в детстве, когда нужно было объяснить Тору некоторые сложные вещи, которые тот никак не мог понять. - Не забывай, проект весьма сомнительный. Когда нас поставят потом перед Комиссией по этике, что ты будешь говорить?

- А другие варианты есть?

- Еще мы можем податься в Унию Передвижников. Тор скривился.

- Видишь, - усмехнулся Ким. - Все мои предложения тебя не устраивают. А Фонд Созидания, насколько я знаю, придерживается хоть каких-то принципов. В отличие от тех же Передвижников. Да и Совет Консулов умеет хранить секреты…

- Умеет, - охотно согласился Тор. - Насчет секретов - это ты хорошо сказал. А ты когда-нибудь задумывался о происхождении ресурсов Фонда Созидания? Откуда вообще они берутся, да еще в таком количестве?

- Не задумывался. И не собираюсь. Главное, чтобы Совет консулов поверил в доходность нашего проекта.

- А я задумывался. Люблю, знаешь, на досуге поразмышлять. И меня очень смущает количество тех людей, которые пытались в свое время работать с Фондом. Напомнить, сколько из них давно превратились в межзвездное вещество? Кстати, они тоже искали свое счастье. И нашли.

- То есть ты категорически возражаешь? - уточнил Ким. - Хорошо. Спорить не стану. С Фондом Созидания мы не работаем. Там собрались отвратительные люди. Они играют не в ту игру и не по нашим правилам. Отныне мы заклеймим их позором, испепелим презрением и проклянем навечно…

Утром ветер стих. Пыль опять улеглась ровным серым слоем. Сегург объявился, как и обещал. И даже согласился на все условия. Ким готовился к более серьезному сопротивлению и потому слегка растерялся. Хорошо, что Тор перехватил в этот момент инициативу.

- Просто замечательно, - бодро сказал он и развернул перед се-гургом планшет. - Значит, по основному вопросу возражений нет. Самое время утвердить концепцию…

На ее краткое изложение Тору понадобился почти час. Он продемонстрировал Избранному наброски и эскизы с черновой компоновкой объектов, рассказал обо всех этапах и даже привел три варианта расчетной доходности.

- Прошу обратить особое внимание Избранного на то, что все активы будут задействованы практически полностью. Коэффициент использования 0,88, - гордо сообщил Тор. - И это наивысший показатель для планет такого класса…

Держался Тор хорошо. Скупые жесты, деловой тон, голос с приятными для слуха сегургов бархатными обертонами. Сегург слушал внимательно, изредка наклоняя голову то вправо, то влево. Только один раз он ткнул когтистой лапкой в красочный эскиз:

- Что это?

- Энергетическая станция, - пояснил Тор. - Мощность невысокая, согласен, зато коэффициент…

- Нельзя здесь, - перебил сегург. Тор пожал плечами.

- Как скажет Избранный. Поставим в другом месте…

Фонд Созидания тоже не подвел. Три автоматических транспортных буя появились в небе в оговоренный срок - секунда в секунду. Остывающие сферы плавно опустились на грунт, одновременно получили команду на прием груза, одновременно взревели, завертелись, окутанные клубами пыли, и распались пятью лепестками. В полной тишине с приемной платформы соскользнули угловатые машины охраны, развернулись в боевом порядке вокруг маяка и замерли без движения. Каждая на своей позиции…

- Не очень-то они высокого мнения о нашем гостеприимстве, - проворчал Тор.

- Отступаем к маяку, - сказал Ким. - Таких гостей раздражать не рекомендуется. И не делай необдуманных движений. Медленно поднялись, медленно пошли.

- Слушаюсь, офицер! - Тор хмыкнул. - Разрешите выполнять, офицер?

- Отставить. Кажется, уже поздно…

Новые буи опускались один за другим. С приемных платформ съезжала техника, организованно спрыгивали люди в легком боевом снаряжении. Две группы окружили маяк. Еще одна группа сразу принялась за полевой командный пункт. Почетный консул появился последним - в тройном кольце охраны, свиты и шестерых помощников. Невысокий седой старик был одет в старую форму Экспедиционного корпуса, которую Ким никак не ожидал увидеть так далеко от музейной экспозиции Сектора.

- Проктор Пятый, путешествующий в одиночестве, - не удержался от ехидного замечания Тор. - Могу только догадываться, сколько Фонд отдаст Перевозчикам за его транспортировку. Нам с тобой хватило бы на три года безбедной жизни…

- Если хочешь умереть от старости, следи за языком, - прошептал Ким и изобразил на лице максимально приветливое выражение. Проктор со свитой неумолимо приближались. Ким несколько раз медленно вдохнул и выдохнул, замедляя сердцебиение. Он ожидал увидеть полную развалину, привязанную к автономной системе, но Проктор, как ни странно, был относительно молод и энергичен. Во всяком случае, в пространстве он перемещался самостоятельно, а говорил без помощи модулятора. И говорил много. Помощники едва успевали фиксировать все его распоряжения.

- Вот уж не думал, что мне придется когда-нибудь иметь дело с челами. - Проктор остановился и внимательно оглядел братьев. - Ваш тип генокода?

- Браво-9, - не стал скрывать Ким и покосился на Тора. Он заметил, как тот напрягся. На любые вопросы о происхождении Тор всегда реагировал болезненно. А иногда и слишком бурно. Поскольку сегрегация была законодательно запрещена на всех планетах Срединного Сектора, то формально люди считались равными в правах. Вне зависимости от способа появления на свет. Но элита из натуралов всегда находила способы удержать челов на определенной дистанции…

Почетный Консул поправил внешний чип, который по старинке торчал у него за ухом. На губах промелькнула легкая усмешка.

- Главный ударный корпус пятой штурмовой бригады Объединенной группы флотов. «Кобальт» - это ваш позывной?

Ким равнодушно пожал плечами. После увольнения со службы нейронную сеть им основательно почистили. Стерли все боевые рефлексы, а заодно и память о последних пяти годах жизни. Стандартная, в общем-то, процедура для всех офицеров с литерой УБД - участие в боевых действиях. Правда, братьям пришлось пройти менторегулирова-ние дважды. С первого раза, как сказал техник, не все получилось гладко. Видимо, во второй раз регулировщик немного перестарался. И теперь Ким даже детство свое вспоминал с большим трудом.

Так что прежний Ким давно умер. А сегодняшний твердо знал, что все его старые заслуги, если таковые даже имелись, в новой жизни не пригодятся. Плохо только, что Почетному консулу доступна секретная информация, которая по действующим регламентам должна быть давно уничтожена…

- Жаль, - сказал Проктор, который расценил молчание Кима по-своему. - Такие парни могли бы нам пригодиться. Вы слишком сообразительны даже для офицеров элитных войск. Кто вообще это придумал - «стирать» мозги сообразительным парням?

Он резко обернулся к помощникам, которые полукругом расположились за спиной.

- Ну, готово у вас?

Все шестеро одновременно закивали.

- Не будем напрасно тратить время, офицеры. Приглашаю в мою временную резиденцию. Мне не терпится узнать, что вы намерены сотворить с этой жалкой планетой. Если идея мне понравится, ресурсы выделю в достаточном количестве…

Место для временной базы Ким выбирал лично. Жилой блок он поставил так, чтобы сразу за огороженной площадкой начинался большой водоем. Ранним утром, когда Тор еще спал, Ким бродил в одиночестве по его берегу, сплошь усыпанному мельчайшими кристаллами кварца. Когда слой кристаллов напитывался влагой, он легко принимал форму босых ног и долго хранил следы. В туманные дни кристаллы казались светло-серыми, но когда туман рассеивался, а красный диск звезды ИР-2-2-63 начинал подниматься над водным горизонтом, они переливались всеми цветами спектра. Еще Киму нравилось засыпать под убаюкивающий, равномерный шум, с которым пенные языки воды выбрасывались на пологий склон, а потом обессиленно скатывались обратно. Нравился ему и запах этой воды - терпкий, с сильными тонами соли…

- О чем задумался?

Ким удивленно обернулся. Он не ожидал, что Тор заберется так далеко от жилого блока.

- Ни о чем. Просто сижу и слушаю, как плещется вода. Странно, да?

Ким набрал горсть кварца и подставил открытую ладонь легкому ветру. Тор присел рядом. Некоторое время оба молчали.

- Тебя что-то тревожит? - поинтересовался Ким. - Мы выбились из графика?

- Нет, с графиком все в порядке. - Тор вытянул ноги. - Просто никак не могу привыкнуть к этой планете.

- У тебя планшет с собой? Разверни, - попросил Ким. - Хочу кое-что посмотреть…

Тор вытащил из нагрудного кармана гибкую пластинку. Ее субмолекулярное покрытие вспыхнуло голубым сиянием. Воздух задрожал. Перед лицом Кима сразу развернулась большая проекция планеты.

- Покажи узловые точки. Только в плане…

Шар растянулся в плоскости. Узловые точки загорелись красным. Ким отошел подальше и прищурился.

- Теперь следи внимательно за рукой, - попросил он. - Я соединю вот эти двадцать две точки линиями. Что получается?

Рубиновым цветом вспыхнули четыре геометрические фигуры.

- Круг, два квадрата и еще один круг, - опешил Тор. - И давно ты догадался?

- Пару часов назад. А проверил только что - при тебе.

- Что будем делать? Я, кстати, все архивы тогда перевернул. Как только доступ к Информатору получил. Никаких зацепок. Пусто. Произвольный набор символов.

Ким поднялся и тщательно отряхнул короткие штаны. С любимым комбинезоном ему пришлось расстаться - слишком жарко было в этих широтах.

- Ну и хорошо. Значит, нет повода для волнений. Считай это простым совпадением.

- Мне такие совпадения не нравятся, - заметил Тор. - Я думаю, нужно срочно внести изменения в проект. И архитекторов из Фонда я к нему не подпущу.

- Не успеешь, - поморщился Ким. - Сейчас две узловые точки перенеси в сторону - и все развалится. А отложить работы еще на месяц мы не сможем. Когда прибывает техника?

- Перевозчики уже на подходе. Я только что с консулом из Фонда разговаривал, который занимается вопросами транспортировки. Он сказал, что караван лег в дрейф. На нашей орбите транспортные корабли будут максимум через пятнадцать стандартных часов.

- Это хорошо. - Ким отключил планшет и вернул его Тору. - Только начинайте с Северного континента. Там всего одно поселение сегургов. Южный и Центральный континенты пока не трогайте. Хорошо бы мне успеть до начала работ со всеми Старейшинами еще раз встретиться…

Час спустя самый мощный рейдер атмосферного класса с опознавательным знаком Фонда Созидания на круглом брюхе бесшумно разорвал плотный облачный покров и лег на курс. Киму хотелось до наступления сумерек оказаться в Хаоах - самом большом поселении сегур-гов на Центральном континенте. А по дороге нужно прихватить Избранного. Ни один Старейшина не знал Срединного языка, а Ким не понимал языка сегургов. И каждый раз ему приходилось брать с собой Избранного, чтобы тот переводил длинные списки всевозможных претензий, которые регулярно поступали от каждого из Старейшин. Некоторые претензии были справедливы, конечно. Но в основном недовольство сегургов вытекало из базовой проблемы: им просто не нравилось, что на планете появились люди…

Уклад Общины Плывущих над Белыми Облаками не менялся минимум пять тысячелетий. Это само по себе удивительно. Но все же самый большой сюрприз преподнес Киму Избранный. Оказалось, что он вообще никакой властью в Общине не обладает. В каждом поселении авторитетом пользовались свои Старейшины. Прежний Общинный Отец сумел каким-то образом взять общую власть в свои руки. И держал ее довольно долго. А когда собрался уходить в Сумерки, вполне обоснованно засомневался, что Старейшины сумеют быстро договориться. На этот случай он и предусмотрел промежуточный вариант, при котором все законные права на Тарис-37 временно переходили к Избранному - до выборов нового Общинного Отца. Видимо, этот план он придумал на ходу. Старейшины ничего не поняли, поэтому возражать не стали. Зато потом, когда во всем разобрались, случился скандал.

В итоге и нового Общинного Отца они не избрали, и Избранного отказались признавать. В трех относительно молодых поселениях к его мнению хотя бы прислушивались, но в старые поселения Избранного даже пускать не хотели. Так что в хитросплетения всех внутриобщин-ных отношений Киму пришлось вникать самостоятельно. В этом вопросе Избранный оказался плохим помощником. Он и сам вернулся на родную планету не так давно. А до того почти десять лет провел на Секторе. Сначала получал образование, а последние три года занимался научной работой. Пытался, насколько понял Ким, найти взаимосвязь между принципом полярности дискретного пространства-времени и последними открытиями в области нестабильных полевых структур.

Тем не менее формальным владельцем планеты оставался он. И Ким мог бы спокойно работать над проектом, поплевывая как на каждого отдельного Старейшину, так и на весь их ареопаг в целом. Но максимум через полгода на Тарисе-37 должны были появиться эксперты и независимые археологи. И тогда малейшее сомнение, высказанное каким-нибудь полудохлым ящером из самого отдаленного поселения, могло бы легко погубить весь проект. И Ким понимал, что у него нет другого выхода, как методично посещать каждое из двадцати шести поселений сегургов и договариваться с каждым Старейшиной персонально.

Бывали моменты, когда после длительных переговоров Ким валился с ног от усталости. Зато с большинством Старейшин ему удалось найти общий язык. Упрямцев, не желающих идти на контакт, оставалось трое. Все из отдаленных поселений Южного материка. Еще месяц понадобился Киму, чтобы сломить упрямство Старейшин в поселениях Ххаах и Ффааф. Оставался только Старейшина из Ййохх. Его Ким и опасался больше всех. Морщинистый ящер, состарившийся задолго до рождения Кима, был совершенно непредсказуем. А непредсказуемость - это гораздо хуже, чем открытая неприязнь или алчность. Первых Ким переубедил, а вторых попросту купил…

Курсопрокладчик коротко просигналил. Рейдер начал снижение. Ким бросил взгляд вниз. Поселения Ййохх не видно. Под брюхом рейдера растянулась только бугристая облачная поверхность. Низкие облака - обычное дело для Южного материка. Тяжелую машину слегка тряхнуло. Рейдер сманеврировал в восходящих атмосферных потоках и мягко утонул в облачной мути. Спустя минуту Ким выровнял машину в горизонтали и тогда уже смог разглядеть два ряда куполов. Если не знать, что это поселение, то и не заметишь сразу. Низкие постройки почти сливались с холмистой местностью… Старейшина его ждал.

- Зачем приехал, человек? - проскрипел старый сегург, не поднимая морщинистых век. Серая и дряблая кожа свисала у него по бокам неприглядными складками. Старейшина был глубоким стариком даже по меркам Общины. - Уходи, человек. Я устал. Хочу спокойно приготовиться к Сумеркам…

Избранный добросовестно перевел. Ким кивнул. Некоторые фразы из языка сегургов он уже научился понимать без переводчика.

- Разве Старейшина забыл законы предков? Пусть Избранный переведет, что я не собираюсь учить Старейшину уважению, но гостей сначала приглашают в дом, а только потом высказывают недовольство.

- Проходи, - согласился Старейшина и освободил проход между двумя куполами. - Но не считай себя моим гостем, человек…

Ким протиснулся в узкое входное отверстие купола и поморщился от острого и неприятного запаха. Изнутри строение выглядело еще более древним, чем снаружи. Даже в тусклом освещении Ким заметил черные разводы, которые оставляла местная паразитная флора.

Старейшина молча забрался в кабину подъемника - такого же древнего, как и он сам. Подвинулся, поджав короткий хвост. Ким пропустил Избранного вперед, и только потом втиснулся в кабину сам. Подъемник вздрогнул и со скрипом начал опускаться в темноту. Судя по тому, что для троих подъемник был тесноват, Старейшина давно жил одиноко. И даже гостей в своем доме принимал редко. Ким закрыл глаза и поборол первый приступ паники. Спуск продолжался и продолжался. Слишком долго. Вообще жилые помещения в домах сегургов располагались близко к поверхности, но Община Плывущих над Белыми Облаками культивировала пещерную архитектуру далеких предков с ее запутанным лабиринтом глубоких и сумрачных проходов. Наконец подъемник остановился. В полной темноте что-то проворчал Старейшина. Ким ничего не смог разглядеть и пошел исключительно на звук голоса. Паника уже накрыла его второй волной. Киму показалось, что из этого душного и влажного мрака он не вырвется никогда.

Когда Ким сообразил, что потерялся, было уже поздно. Голоса Старейшины и Избранного раздавались откуда-то издалека. Ким бросился вперед. Один поворот, второй, третий. Голоса раздавались все тише. Тогда он повернулся и побежал назад. Бежал долго. Потом шел. Кругом были тишина и темнота. Видимо, он умудрился забраться слишком глубоко. И только спустя час отчаянных блужданий он наконец заметил впереди слабое свечение. Ким решил, что это выход. А что еще он мог подумать, если везде темнота, а оттуда свет? Но впереди его ждал очередной тупик, в котором светилась пластина из незнакомого белого металла. И на ней отчетливо выделялись четыре символа - два круга и два квадрата.

Тяжело дыша, Ким прислонился к прохладно-шершавому и влажному камню стены и грузно сполз на пол. Рядом с этой пластиной его и отыскал Избранный. Спустя два часа…

Плазменный шнур опоясал ландшафтную машину. Перевернутая пирамида с оглушительным шипением стала погружаться в грунт. От жара плазмы вспыхнул густой растительный покров, и языки ревущего пламени вырвались на оперативный простор с намерением сжечь все живое в радиусе минимум мегаметра. Горячей воздушной волной зацепило и тяжелую управляющую платформу на четырех антигравах. Тор отточенным движением приподнял ее повыше, слегка затемнил световые фильтры и обернулся к Киму. Его обветренное лицо выражало при этом полный восторг.

- Ну, и как тебе? - закричал он.

- Слишком шумно! - закричал в ответ Ким. - И запах неприятный!

- Да, ты прав, зрелище впечатляющее! - энергично закивал Тор.

Мощь тяжелой ландшафтной техники всегда оставляла Кима равнодушным. Зато Тор мог торчать за управляющей панелью сутками. Практически без отдыха. И в скальных породах Тариса-37 одна за другой вырастали гигантские полости - зародыши будущего Оракула. Два архитектора из Фонда за Тором едва успевали. Он успел подготовить половину площадок на Центральном континенте, а архитекторы только недавно завершили работы на Северном.

- Почему не пользуешься защитой? - поинтересовался Ким, когда машина полностью ушла в скальное основание, а шум снизился до приемлемого уровня.

- Пользуюсь иногда, - с улыбкой признался Тор. - Это я специально для тебя устроил небольшое представление. Так сказать, с полным погружением в быт модификаторов. Может, еще одну машину запустим?

- Нет, спасибо, мне одной было вполне достаточно. Я и так почти оглох и ослеп.

Тор выдвинул защитный экран и непринужденно откинулся в кресле.

- На полость уйдет не меньше часа. Можно пока передохнуть и перекусить. Хочешь перекусить?

Ким отрицательно покачал головой и вытер тонкую струйку пота. Она прокатилась по виску и едва не сбежала за ворот комбинезона. Сейчас Киму хотелось одного - исчезнуть из этого пекла. И как можно быстрей.

- И чем тебя развлечь? - Тор сразу погрустнел. - Невесел ты сегодня, брат. Может, поговорим на приятную для тебя тему. О победах над сегургами, например. Расскажи, как ты в этот раз скрутил рептилий?

- Да и рассказывать нечего, - смутился Ким. - В двадцати пяти Старейшинах я и так был почти уверен.

- А как там этот… из Йо-хо-хо?

- Из Ййохх, - поправил Ким. - Этот сказал, что собирается уходить в Сумерки. И просил его не беспокоить.

- Опять прогнал?

- Нет, в этот раз он меня даже в пещеру пустил. Больше половины светового дня на него потерял…

- Не завидую. - Тор брезгливо сморщился. - Меня от одной мысли о пещерах передергивает!

- Привыкнуть можно ко всему, - усмехнулся Ким.

- Странные они - сегурги. Вроде двуполые, а женских особей я никогда не видел. А ты видел? Неужели они их скрывают от нас?

- А кроме половой дифференциации, чем еще тебя сегурги не устраивают? - криво улыбнулся Ким. - Ну, представь, что они откладывают яйца. Тебе от этого легче станет?

- Не станет, - признался Тор. - Они мне абстрактно не нравятся. Живут в пещерной эпохе, как сто тысяч лет назад, зато успели расползтись по всему Срединному Сектору. Самые лучшие планеты к лапам прибрали. Как они вообще освоили межпланетные перемещения с такими технологиями? Совершенно не понимаю…

Ким пожал плечами и посмотрел на выжженную равнину под платформой. Волна пламени давно потеряла силу. Только на границе черного круга еще вспыхивали кое-где островки недогоревшей растительности. И опять получился круг. С тех пор как Ким вернулся на базу, он мог думать только о кругах и квадратах…

- У тебя такое лицо, будто ты эту проглотил… ну…

Тор попытался руками изобразить предмет, название которого силился вспомнить.

- Жабу?

- Точно. Ты в этот раз какой-то странный вернулся. Я же чувствую. Что-то произошло?

- Ничего особенного. Просто увидел знакомые символы.

- Круги с квадратами? Где увидел?

- В доме того Старейшины из Ййохх…

Тор обернулся на вызов кома. В маленьком шаре появилось бледное лицо молодой женщины с короткими прямыми волосами и волевым подбородком.

- Ой, кажется, я не вовремя! - Заметив Кима, женщина смутилась и сморщила аккуратный носик. - Прошу прощения, если отвлекаю. Я не знала, что Тор занят.

- Что вы, Эва. - Ким выразительно посмотрел на брата. - Тор не занят. И вы нас совсем не отвлекаете. Более того, мы оба страшно рады вас видеть.

- Нет, я лучше позже… Женщина отключилась. Ком потух.

- Куда же вы, Эва! - Ким сделал вид, что огорчился. Тор запрокинул голову, разглядывая что-то высоко в небе.

- Тебе не кажется, что мы живем как-то не так? - Тор заговорил медленно, тщательно подбирая слова. - Почему мы здесь, а жизнь всегда там - над нами? И где бы мы ни оказались, она все равно выше. Головоломка…

- Эва - натурал. И она работает на Фонд. - Ким произнес последнее слово с легким нажимом. - Ты ведь понимаешь, о чем я говорю?

- Конечно. Я вообще понятливый.

- Ты прав, это я слишком долго соображаю. Даже не догадался, почему из девяти архитекторов Фонда добровольно остаться пожелала только она - Эва Тай. Но если тебя интересует мое мнение, она очень привлекательна. И умна. Вот только…

Платформу ощутимо тряхнуло. Кима откинуло на спинку перегрузочного кресла. Большой кусок поверхности под платформой вспучился и медленно осел. А пыль так и осталась висеть в воздухе. Небо сразу потемнело.

- Не нравятся мне такие повороты, - задумчиво сказал Тор.

- Ты имеешь в виду Эву или взрыв? - уточнил Ким. - Да, с массой камуфлетного заряда ты перестарался. Точно говорю. Если покалечишь технику, перед Фондом потом не отчитаемся…

- Ты хоть попытался узнать про эту пластину?

- Конечно, - кивнул Ким. - Я спросил у Избранного, когда тот разыскал меня в лабиринте. А потом выбрал удобный момент и спросил Старейшину.

- И что?

- Избранный ушел от ответа, а Старейшина вообще сделал вид, что ни о каких пластинах ничего не знает. Сказал, что этот дом достался ему от отца. В той его части, где я заблудился, он бывал последний раз еще маленьким ребенком. А когда я начал его расспрашивать о значении символов, он вообще закатил глаза и забормотал что-то невнятное. В этот момент Избранный занервничал. Сказал, что Старейшина говорит на мертвом языке, которого Избранный не знает. И сразу домой засобирался. В категорической форме. Пришлось и мне прощаться…

- Я им не верю, - покачал головой Тор. - Нужно еще раз слетать в это поселение. И побеседовать со старичком. Уже предметно.

- Интересно узнать, каким образом? Я из языка сегургов успел только три десятка слов выучить. Могу поздороваться и попрощаться.

- А мы Избранного с собой прихватим.

- Он спрятался.

- Найдем, - уверенно сказал Тор. - Планета не такая уж большая.

- Боюсь, что Избранный сбежал от нас гораздо дальше. Если помнишь, я ему репер когда-то подарил. Так вот, репер мой уже два дня никаких сигналов не подает. Оставить или поломать его Избранный не мог. Он теперь либо на Секторе, либо на одной из трех сотен планет сегургов.

Тор нервно потеребил мочку правого уха.

- Еще месяц назад я был твердо уверен, что технологией субпространственных перемещений владеют только Перевозчики. И за каждый переброшенный килограмм они три шкуры с клиентов снимают. Никогда не поверю, что у Избранного хватит средств на СБП…

- Как знать, - заметил Ким. - А вдруг Перевозчики только с нас три шкуры снимают, а с сегургами, например, у них другие расчеты. Что мы с тобой знаем о сегургах? Кстати, о Перевозчиках и того меньше. Я вообще ни одного живьем не видел. Транспортные корабли у них работают автономно. На пассажирских линиях обслуживающий персонал состоит из челов. Даже неизвестно, откуда эти Перевозчики вообще появились…

Тор рассмеялся.

- Я понял. Сегодня ты не в духе и решил добить меня окончательно. Значит, Перевозчиков не существует, а сегурги перемещаются в пространстве от планеты к планете исключительно силой мысли. Удивительные открытия, прямо скажем. Когда ты по этим подземельям ползал, головой нигде не ударился?

- Ударился. Там было темно и очень тесно. И еще я сильно уставал последнее время. Так что можешь выбирать любой из этих вариантов. Я ведь ничего не утверждаю. Только задаю вопросы и пытаюсь найти на них логичные ответы. Если они при этом получаются невероятными, я не виноват. Местная община не так уж оторвана от жизни, как может показаться на первый взгляд. Я неоднократно бывал во всех поселениях, в домах у многих сегургов. Доказать я ничего не могу, но чувствую: они регулярно контактируют с сегургами из других общин. Как такое может быть, я пока не знаю. Но не удивлюсь, если на этой планете мы обнаружим вскоре какой-нибудь СБП-порт дальнего действия.

Рейдер, который все это время оставался на безопасном расстоянии, приблизился к платформе, припарковался и подал световой сигнал. Оба брата одновременно поднялись с кресел.

- Мне пора, - виновато сказал Ким и кивнул на ком. - Не забудь послать сообщение Эве. Знаю, что она меня недолюбливает… Но я искренне рад за вас обоих.

- Останься. О сегургах поболтаем.

- Обязательно поболтаем. Только в другой раз…

Ким прыгнул в рейдер. Машина оторвалась от платформы, развернулась и на секунду зависла в воздухе. Колпак приоткрылся.

- Чуть не забыл, - крикнул Ким. - Бывают ситуации, в которых ничего нельзя изменить. К таким можно только приспособиться.

Колпак закрылся. Рейдер подпрыгнул и почти вертикально взмыл в небо. Через минуту о Киме напоминала только маленькая точка на горизонте.

Первым делом Барон заявил, что он «давно не видел ничего более отвратительного, чем эта отвратительная планета». Возражать Ким не стал. Спорить с личным советником Проктора было опасно. Хотя Гарольд Барон держался особняком и в дела Фонда открыто не вмешивался, но о его влиянии на Почетного консула знали все. За Бароном закрепилась репутация тугодума и выскочки, тем не менее не было ни одного случая, чтобы Проктор проигнорировал мнение своего личного советника. За это консулы его уважали. А остальные боялись…

- Что пожелает осмотреть Магистр в первую очередь? - поинтересовался Ким. За свои объекты он не опасался. Они были готовы на всех трех материках. Причем на полмесяца раньше срока. Последнее время Тор не давал никаких поблажек архитекторам. По большому счету, им осталось только сделать рекультивацию.

- А пусть мне мастер посоветует. - Барон вытер потный лоб краем своей плотной туники и бросил тяжелый взгляд на Кима. Видимо, он не хотел верить, что в такую удушающую жару люди могут желать чего-то еще, кроме длительного отдыха в прохладе и тишине.

- Все будет зависеть от времени, которым располагает Магистр, - выкрутился Ким. - Я бы взял на себя смелость предложить для осмотра объекты Северного материка. Там сейчас не так жарко…

Барон фыркнул и обошел небольшую территорию временной базы. Заглянул в жилой блок. Потом прошелся вдоль всего периметра силового ограждения. Ким, подавляя в себе раздражение, послушно ходил за ним следом. Появление на планете личного советника Проктора не стало для него неожиданностью. Наоборот, Ким чего-то такого и ожидал. И еще раз убедился, что интерес к проекту у Фонда до сих пор не угас. Барон прибыл не для проверки объемов выполненных работ. Для этого Фонд мог бы прислать простого аудитора…

- Мы что, будем перемещаться на антигравитационной тяге? - Барон остановился у рейдера и с возмущением уставился на Кима.

- Простите, Магистр, но ничего другого предложить вам не могу, - терпеливо пояснил Ким. - Ресурсов хватает на поддержание в рабочем режиме лишь одного СБП-порта. Именно через него вы и прибыли на эту планету. На прошлой неделе мы уже обратились в Фонд с просьбой о выделении дополнительных средств. Мы хотели бы приобрести у Перевозчиков права на установку еще трех портов сверхмалого радиуса действия. Ответ мы еще не получили…

- Да, похвальная экономность, - проворчал Барон, испепеляя взглядом рейдер. - Ну, не тяни время, мастер! Куда собрался меня отвезти? На север? Только не засыпай на ходу, хорг тебя раздери. Видел когда-нибудь хорга? У меня в зверинце есть прекрасный экземпляр. Я его челами кормлю. Шутка!.. И помоги мне наконец забраться в эту чудовищную машину. Не стой, как истукан, быстрей руку давай! Думаешь, у меня полно времени, и я вполне могу потерять на этой отвратительной планете целые сутки?

Ким помог Барону устроиться в пассажирском кресле. Потом подогнал по нестандартной фигуре Магистра перегрузочный компенсатор. Нет, он не собирался испытывать советника на прочность. Совсем наоборот. В этот раз он поднимал машину с предельной осторожностью. Но Барон охал и стонал даже при минимальных перегрузках. И постоянно ворчал. Его раздражала и слишком большая, и слишком малая скорость полета. Ему мешали встречный ветер и густой облачный покров. Когда он задремал на середине пути, Ким облегченно вздохнул. И в очередной раз порадовался, что нашел повод убрать с базы Тора, который всегда был нетерпим к капризам начальственных особ…

- Это что? - хмуро поинтересовался Барон и огляделся по сторонам. - Где же этот… как его?

- Храм Вектора Времени, - подсказал Ким.

- Именно, именно. Только никакого вектора я здесь не вижу, - Барон прищурился. - Кроме выжженного пространства, я вообще ничего не вижу.

- Храм прямо под нами, Магистр, - напомнил Ким. - На глубине в одну сотую мегаметра. Там мы нашли подходящий пласт реликтовых скальных пород.

- Да? - удивился Барон, отворачиваясь от порывов ветра. - А-а, вспомнил. Все сегурги живут в норах, поэтому и храмы у них тоже норные. А где вход?

Ким вытащил планшет, вывел проекцию храма и наложил ее на карту местности.

- Мы сейчас находимся здесь, - для пущей убедительности Ким ткнул в карту пальцем. - Тут и сделаем вход, когда Храм Вектора Времени найдут археологи. Вернее, как бы найдут. Только сначала они должны зарегистрировать свою находку. Оформить документально, получить лицензию на раскопки…

- То есть в Храм мы сегодня попасть не сможем?

- Не сможем, - подтвердил Ким.

Барон надул щеки. Его и без того круглое лицо сделалось еще более круглым.

- Хорг тебя раздери! - яростно выдохнул он. - И зачем ты меня сюда привез, если смотреть нечего?!

- Думаю, Магистр прибыл на эту планету не для того, чтобы оценить степень готовности объектов. - Ким на всякий случай склонился в церемонном полупоклоне.

Личный советник Проктора с усмешкой покосился на Кима и с видимым облегчением сбросил неудобную тунику. Под ней оказался легкий полевой комбинезон.

- Устал я представление разыгрывать. А ты молодец, сообразительный…

Он изменился буквально на глазах. Пропала властная заносчивость, взгляд стал живым и заинтересованным, а расплывающаяся фигура сама собой окрепла. Киму показалось, что Барон даже в росте прибавил. И вместо тучного и капризного старика перед ним был крепкий мужчина средних лет.

- Приношу свои извинения, Магистр, если был недостаточно учтив…

- Можешь оставить церемонии, офицер, - Барон отряхнул тунику, аккуратно свернул и закинул в рейдер. - Проверку ты выдержал. Так что возвращаемся на базу. По дороге и поговорим…

Большую часть обратного пути Барон слушал Кима. Лишь изредка задавал уточняющие вопросы. Все, что касалось хода работ, Барона не волновало. Проект он знал, судя по всему, досконально. И даже успел прочесть последний отчет, который Ким отправил в Фонд только вчера. Советника интересовали сегурги. Вернее, подробности взаимоотношений Кима с местной общиной.

- Слишком хорошо, чтобы быть правдой, - подытожил Барон. - Либо ты что-то скрываешь, мастер, либо… - он умолк.

- Скрывать мне нечего, - сказал Ким. - Со Старейшинами я договорился. Хочу быть уверенным, что со стороны сегургов не будет никаких неожиданностей.

- Не знаю, как и сказать… - Барон помолчал. - Впрочем, давай честно. Я ни минуты не сомневался в том, что проект ты провалишь. Почему? Потому что до сих пор с сегургами не удавалось договориться никому, в том числе нашим лучшим коммуникаторам. Ты этого не знаешь, естественно, но Фонд контактирует с сегургами уже несколько десятков лет. На нас работает сотня специалистов по сегургам. И за долгие годы нам не удалось сделать даже половины того, что ты в одиночку сотворил за эти месяцы. Либо ты гений, мастер, либо сегурги нас во что-то втягивают…

Ким почувствовал, как вспотели ладони. Последний месяц его посещали такие же мысли.

- С сегургами трудно вести переговоры, - сказал он. - Это правда. Но и люди встречаются разные. С некоторыми вообще невозможно иметь никаких дел.

- Э-э, тут ты категорически не прав. Людей и сегургов даже сравнивать нельзя. Можешь мне поверить…

Барон заворочался и завздыхал. В стандартном кресле рейдера ему было тесновато.

- База уже скоро, - сочувственно заметил Ким. - Час остался.

- Вот и хорошо, - обрадовался Барон, любуясь причудливыми серо-бирюзовыми узорами густого облачного покрова. - Красиво тут у вас…

Ким не удержался и тоже посмотрел вниз. Ничего необычного он не заметил. К облачным узорам быстро привыкаешь.

- А если бросить к хоргам весь этот Оракул? Может, еще не поздно?

Ким обернулся. Такого вопроса он не ожидал.

- Как это - бросить?

- Элементарно. - На губах Барона промелькнула улыбка, но взгляд оставался холодным и серьезным. - Свернуть все работы по проекту, а потом быстро исчезнуть с этой планеты и по возможности забыть о ней вообще. Как думаешь?

- Я думаю, что это не самая… - Ким споткнулся, подбирая нейтральное слово: - Не самая… правильная мысль. И ресурсов уже много затрачено…

- Ресурсы - моя забота, - отрезал Барон. - Думаешь, почему я сюда примчался? Потому что каждое утро я начинаю с мысли об Оракуле. Проктор лично курирует этот проект. Удивлен?

- Удивлен, - признался Ким.

- Мы шесть проектных моделей за это время построили. С разными параметрами. И все они оказались тупиковыми. Каждый раз вероятность успешного завершения получалась почти нулевая. Но ты каким-то чудом ни с одной из наших вероятностных линий не совпал. Сплошная корреляция… Я дважды в день порываюсь закрыть этот проект. Но в последний момент меня постоянно что-то останавливает…

Рейдер клюнул носом и погрузился в облачную пелену. Спустя минуту горизонт вновь очистился. Машина сбросила скорость и словно зависла над неподвижной водной гладью. Берег медленно надвигался.

- Я полностью контролирую ситуацию, - хрипло сказал Ким. - Для Фонда этот проект станет выгодным вложением средств. Скоро на планете нельзя будет протолкнуться от туристов и паломников.

- О прибыльности спорить не стану. Я о другой стороне вопроса сейчас говорю. И ты меня понимаешь, мастер. Чувствую, что понимаешь…

На базе Магистр перебросился с Кимом всего несколькими нейтральными фразами. И только когда Ким подошел пожелать ему доброго пути, тот погрозил пальцем и как-то очень туманно высказался. В том смысле, что все получится, если удастся. Уточнить, что имел в виду советник, Ким не решился.

А потом уточнять было уже не у кого. Гарольд Барон исчез после посещения Тариса-37…

Первым забил тревогу Алиший Марс - старший администратор Фонда. Барон должен был вернуться на Сектор и сразу появиться в Цитадели. Ким в ответ на запрос старшего администратора только пожал плечами. Мало ли куда Барон мог заглянуть по пути? Если Магистр не предупредил никого о своем прибытии, значит, у него были на то свои причины. В любом случае, с Тариса-37 он отбыл. И воспользовался, естественно, СБП-портом.

Но Марс не успокоился и методично опросил все крупные транспортные терминалы и даже малые СБП-порты Сектора. Оказалось, что Барона не видел никто. Тогда старший администратор набрался храбрости и доложил о ситуации Почетному консулу. Проктора Пятого пришлось для этого поднять из постели, поэтому старик долго не мог ничего сообразить. Но когда он понял, что пропал не кто-нибудь, а сам Барон, то разъярился не на шутку.

По личному распоряжению Проктора на Тарис-37 в тот же день высадились две команды техников вместе с начальником службы личной охраны Почетного консула и полномочным послом Гильдии Перевозчиков на Секторе. Ким попал под подозрение первым. Начальник службы личной охраны был неумолим. Хорошо еще, что техники быстро проверили оборудование СБП-порта и полностью подтвердили слова Кима. Масс-детектор тоже зафиксировал, что советник этим оборудованием воспользовался. Координаты точки прибытия он вводил. Шлюз порта был исправен. Субпространственное перемещение произошло. Из точки «А» советник отбыл. Правда, в точку «Б» он так и не прибыл.

Полномочный посол Гильдии Перевозчиков на Секторе в недоумении разводил руками и твердил, что «этого просто не может быть» и что навигация перемещений в субпространстве отличается сверхточностью и сверхнадежностью. В итоге Гильдия не только отказалась признать пусть даже теоретическую возможность сбоя в работе своего оборудования, но еще и потребовала проведения дополнительного расследования с привлечением независимых экспертов.

Комиссия собиралась неделю. Оборудование СБП-порта за это время полностью демонтировали и вывезли на Сектор. Еще неделю эксперты его изучали. В итоге пришли к выводу, что оборудование было исправно и перемещение произошло, поскольку иное утверждение противоречило бы известным законам физики. Вот только о том, куда переместился Барон, эксперты ничего внятного сказать не смогли. Проктор был в ярости…

Впервые за долгое время Ким проснулся сам. И в хорошем настроении. Сначала он крепко зажмурился, перевернулся на другой бок и еще несколько минут расслабленно лежал, пытаясь вернуть ускользающий сон. Но сон не возвращался. Наоборот, Киму захотелось вскочить, быстро освежиться в мощной прохладной волне озонированного воздуха, а потом выбраться на берег водоема. И даже не пройтись по нему, как обычно, а именно пробежаться. Чтобы почувствовать под ногами упругость и одновременную податливость грунта. Хотелось бежать очень долго. До тех пор, пока не устанут мышцы. А потом упасть и долго лежать. И смотреть, как над головой проплывают облака. И ни о чем не думать…

Последний месяц выдался трудным. Фонд будоражило после исчезновения Барона. Работы по проекту резко затормозились. Первые дни Ким с тревогой ждал, когда поступит команда свернуть их вообще. Но команда не поступала. Фонд молчал. Либо Проктору было в тот момент не до Оракула, либо советник не посвятил его в свои планы. Мог ли Барон не поделиться с Почетным консулом своими опасениями относительно Оракула? Конечно, мог. Барон, как убедился Ким, обладал достаточным авторитетом, чтобы принимать решения самостоятельно. Так что с исчезновением Барона Ким получал временную передышку. Впрочем, радоваться он не спешил. Он чувствовал, что Оракул выходит из-под контроля.

- У тебя богатое воображение, - успокаивал его Тор. - Давай не будем сами себя пугать. Все зависит от интерпретации фактов. Хочешь, я найду каждому твоему факту три рациональных объяснения?..

В том, что проект продвигается хорошо, Тор вообще не видел ничего странного. Если кому-то сначала долго не везло, то понятно, что маятник должен качнуться в другую сторону. Избранный оказался не тем, за кого себя выдавал вначале? Так и что? Ким прекрасно справился без его помощи. Все проблемы с Общиной он решил. Это ли не лучшее доказательство, что с сегургами можно договориться? Что касается исчезновения Барона, то оно имеет отношение не к проекту, а к оборудованию СБП-порта. С его неисправностями пусть разбираются специалисты. Если субпространственные перемещения обходились до сих пор без сбоев, это еще не повод считать их на сто процентов безопасными. Вот наконец и первая серьезная проблема. Естественно, что она стала для всех неожиданной…

Киму искренне хотелось поверить в то, что говорил Тор. И через некоторое время все его сомнения потихоньку утихли и благополучно отошли на второй план. Ким вернулся к работе. И даже взялся за нее с удвоенной энергией. Но и брат, как убедился Ким, без дела тоже не сидел. На пару с Эвой они даже рекультивацию на некоторых площадках успели закончить.

- Внушительно, - похвалил Ким, когда осмотрел вместе с Тором все объекты Центрального материка. Размять ноги они опустились на самой большой площадке. И отошли от рейдера довольно далеко. Не мешал им и влажный после недавнего дождя грунт, упорно цепляющийся к подошвам.

- Теперь ни один умник не подкопается, - сказал Тор и сразу же нахмурился. - Тебе не кажется, что здесь чего-то не хватает? А если сюда растительности подбавить? Можно еще птичек немного перебросить и зверьков этих… мелких. Я в одном месте присмотрел. Там этого добра навалом.

Ким улыбнулся. К любым улучшениям экосистемы он относился отрицательно. Но он заметил, что Тор хитрит. Ландшафт не только приобрел первозданный вид. Он стал даже лучше, чем был. Хотя, конечно, все работы Тор выполнял аккуратно, и местность выглядела вполне органично - в рамках заданной модели.

- Ты и так, как я понимаю, сделал больше…

- Считаешь? - Тор хихикнул. - Обещаю впредь ничего не трогать… до приезда археологов…

При упоминании об археологах настроение у Кима испортилось. Они должны были появиться неделю назад. Ким уже несколько дней пытался связаться с ними через старшего администратора Фонда. Отставание от графика - и так уже весьма существенное - с каждым днем увеличивалось.

- Расстроился? - поинтересовался Тор, когда они вернулись к рейдеру.

- Чего мне расстраиваться? - Ким коротко пожал плечами. - Повода нет. Просто меня такая безответственность раздражает. Казалось бы, чего проще? Договор есть. И будь добр - исполни его. Не можешь - сразу откажись.

- В конце концов, Фонд сам виноват, - попытался успокоить брата Тор. - Я это к тому, что и сроки по проекту тоже можно пересмотреть…

- Мы все успеем, - неожиданно жестко сказал Ким.

Машина дернулась и перешла в почти вертикальный подъем. Тор охнул.

- Ты аккуратней, а то не доживем до триумфа…

Сбросив скорость, Ким сразу перешел на автоматический режим пилотирования.

- Извини, задумался. А может, мне попытаться как-то расшевелить Фонд? - Он обернулся к Тору. - Было бы совсем неплохо прорваться сейчас к Проктору. Сколько еще он будет печалиться о своем советнике?

- Не думаю, что это хорошая мысль. - Тор отвел взгляд. - Если по мне, так от Проктора нам лучше держаться на расстоянии. Причем на максимальном. О чем он там думает, о ком печалится - это его личные проблемы.

Мысленно Ким не мог не согласиться с братом. Держаться от Проктора на расстоянии - это действительно лучший вариант. Еще год назад даже перспектива встречи с Почетным консулом Фонда Созидания привела бы его в состояние полного ступора. А сегодня он сам ищет этой встречи. Что же изменилось? Ким не знал. Но чувствовал, что если для завершения проекта ему потребуется вмешательство самого Спасителя, он и Его разыщет. Ким ощущал себя сжатой до предела пружиной, которую только что освободили…

Спустя час он вошел в приемную камеру СБП-порта. На сборы хватило нескольких минут. Но ускользнуть незаметно не удалось - перехватил Тор. Некоторое время ушло на мучительное для обоих прощание.

- Ты осторожней там… - Тор неловко хлопнул Кима по плечу. Рядом с ним стояла Эва Тай, которая растерянно улыбалась и чувствовала себя явно не в своей тарелке.

- Вы чего? - удивился Ким. - Я же ненадолго. Надеюсь, вы найдете, чем без меня тут заняться?

Эва смущенно кивнула. Тор с укоризной посмотрел на брата.

- Ну, я не совсем это имел в виду. Вернее, совсем не то…

Ким улыбнулся в оправдание своей оплошности. Но улыбка получилась вымученной и неискренней. И когда с тихим шелестом опустился защитный экран приемной камеры, Ким почувствовал только облегчение. Длилось оно ровно секунду. Пока защитный экран камеры не открылся вновь…

Сектор встретил Кима равнодушной суетой. Он почувствовал себя чужим в огромном зале общественного терминала. Ким и не подозревал, что у такого большого количества людей хватает средств на этот ресурсоемкий способ перемещения по Срединному Сектору. Ким застыл и огляделся по сторонам. Его обтекал поток озабоченных людей. Кто-то из них только что прибыл, кто-то наоборот - собирался покинуть Сектор. Натыкаясь на неподвижно стоявшего Кима, люди косились на него с заметным интересом. Мощный торс, загорелое лицо, спутанные выгоревшие волосы, изрядно потрепанный комбинезон - слишком непривычный вид для делового Сектора. Правда, этот интерес длился недолго. У каждого из двухсот миллиардов жителей хватало собственных забот.

- Тарарам, - произнес Ким довольно громко. - И куда же вас всех несет?

Потом он с трудом протиснулся к панорамной стене, за которой глубокую бархатную темноту разрезали сигналы причальных маяков и плазменные вспышки маневровых двигателей буксиров. Только здесь Ким сообразил, что оказался на Первом уровне. Скорее всего, в Главном терминале транспортного кольца. До мастерской отсюда было очень далеко. Но выбирать не приходилось. Путешествие экономклас-сом имело не только достоинства, но и недостатки. Впрочем, достоинство было всего одно - дешевизна.

В боковом кармашке комбинезона ожил репер. Ким утихомирил его легким хлопком. Значит, Избранный здесь. Но сначала Киму нужно было разобраться с самыми срочными делами. Например, с лимитом. После проверки он оказался гораздо меньше, чем Ким рассчитывал. Вернее, лимит был почти на нуле. Могло не хватить даже на дорогу до мастерской. Ким в задумчивости переместился поближе к общественному кому. Несколько минут постоял, но потом все же набрал цепочку цифр - личный код старшего администратора Фонда. А в конце на удачу добавил три нуля: срочный вызов. К его изумлению, Цитадель вызов приняла. Откликнулся на него кто-то из младшего персонала.

- Пожалуйста, не отключайтесь. Мне нужен старший администратор Алиший Марс.

- Вы кто? - Диспетчер удивился. - Откуда вам известен его код?

- Извините, не имею права разглашать информацию… - Ким оглянулся по сторонам, как бы намекая, что вокруг слишком много ушей. - Вы передайте Марсу, что этот вызов связан с планетой Тарис-37.

Диспетчер пропал. Прошла минута. Потом вторая. Ким начал нервничать. Наконец шар общественного кома заполнило лицо старшего администратора. Марс выглядел так, будто не спал двое суток. Белки глаз сплошь покрылись красной сеткой, а под глазами красовались темные полукружия.

- Ким? - удивился он. Потом покосился вправо и удивился еще больше. - Что вы делаете на Секторе? Вы где?

- По моим представлениям, я на Первом уровне. В Главном терминале транспортного кольца. Но точно не уверен… У меня возникли некоторые проблемы. - Ким смутился. - Внутренний лимит пуст. Не могли бы вы пополнить его из внешнего лимита?

- Конечно… да… секунду…

Марс засуетился. Он был явно растерян. И Ким сообразил, что мог сейчас попросить что угодно. Например, пополнить свой лимит из ресурсов Фонда. Жаль, что поздно догадался…

- Чел, в своем ли ты уме? - Внешне Проктор был спокоен, но внутри, похоже, начинал закипать. - Несколько дней ты кричал и топал ногами на моих помощников, требуя личной встречи, а теперь бездарно тратишь мое время, рассказывая о своих фантазиях. Раньше я был о тебе лучшего мнения…

Ким еле заметно усмехнулся. Он прислушался к своим ощущениям и даже удивился спокойствию, которое разливалось в этот момент по телу. Еще утром, когда он входил в Цитадель, колени подгибались от волнения, а руки тряслись так, что не могли удержать планшет.

- Вы меня не слышите, Проктор… - с легкой грустью произнес Ким и опять опустил подбородок в ритуальном поклоне.

- Я прекрасно тебя слышу, чел! Я еще не настолько стар!

- Тогда почему не хотите понять? Еще немного, и мы ничего не сможем поправить…

Ким хотел добавить, что и самому Проктору грозит вполне реальная опасность, но сдержался. Старик и так разозлен. Можно было сделать еще хуже.

- Ты пытаешься напугать меня, чел? - Проктор рассмеялся, а три помощника, которые замерли за его спиной, одновременно улыбнулись. - Даже если я захочу, не смогу представить такую силу, которая могла бы причинить Фонду хотя бы неприятности. Разрушить Цитадель невозможно, чел. Разве что вместе с Сектором…

Поле силового кокона бережно приподняло старика и перенесло к дальней стене, которая сразу стала прозрачной. Помощники переместились следом. Пирамида Цитадели высотой почти в четверть мегамет-ра грозно нависала над Вторым уровнем. Личный кабинет Проктора располагался на самой вершине здания. Выше Почетного консула был только купол, за которым чернела стратосфера с ее орбитальными секциями Транспортного кольца Первого уровня.

- Ваш советник тоже думал, что ему нечего опасаться. - Ким с удовлетворением отметил, что его слова достигли цели. - Если я не ошибаюсь, Барона не нашли до сих пор?

- Что ты знаешь о Гарольде, чего не знаю я?

- Я знаю, что он хотел свернуть все работы по Оракулу. И после этого исчез.

Проктор утомленно прикрыл глаза.

- Хорошо. Расскажи мне о своей теории еще раз. И не отвлекайся на детали. Меня интересует главное.

Ким терпеливо повторил все с начала, стараясь не обращать внимания на нахмурившихся помощников Проктора.

- По-твоему, Оракулом заинтересовалась некая - назовем ее так - третья сила? - произнес Проктор после долгого молчания. - Допустим, ты прав и эта сила имеется. Хотя мне трудно поверить в ее существование…

- Вчера я разговаривал с братом. Он обнаружил, что у планеты изменился угол наклона оси, - Ким даже не заметил, как непочтительно перебил Почетного консула. - Совсем немного изменился - на пару тысячных долей градуса. И еще у нее вытянулась орбита. Брат этими фактами был крайне озадачен. Он пообещал проверить все расчеты еще раз. Он считает, что такого не может быть. А я думаю, что это предупреждение…

Ким медленно поднялся и замер в нерешительности.

- Можете послать собственных планетологов. - Он обернулся. - Пусть они все заново измерят и сверятся со старыми данными из планетарного реестра. Только не теряйте времени. У нас и так его осталось мало.

Проктор проводил Кима взглядом до входного портала.

- Если все так, как ты говоришь, то проект действительно пора закрыть, - пробурчал он. - Не люблю, когда кто-то принимает решение за меня. Впрочем, обещаю подумать. Мой ответ ты получишь очень скоро.

Ким обернулся и неожиданно для себя подмигнул Почетному консулу.

- Закрыть Оракул будет не просто. Очень не просто. Барон попробовал.

На лицах помощников Ким прочел недоумение, смешанное с каким-то другим чувством. Вероятно, со страхом. С Почетным консулом так не говорят. Ким и сам это знал. Но выбора у него не оставалось…

Избранного Ким разыскал на следующий день. Задача оказалась несложной. Мест, где мог укрыться сегург, на Секторе не так уж много. Первым делом Ким проверил все общинные дома Верхнего парка, который был ближе к мастерской. А потом отправился в Нижний парк. Там он встретил Избранного почти сразу. Репер не подвел.

- Уходи, человек! - Сегург не удивился. Видимо, он ожидал появления Кима. - Не могу… нам нельзя встречаться… сейчас.

- А когда можно? - усмехнулся Ким. - Я понимаю, что Избранному пришлось спешно покидать родную планету, поэтому попрощаться он не успел. Но разве контракт уже исполнен?

- Контракт? - Сегург испуганно отпрянул и забормотал что-то на родном языке.

- Я не понимаю. - Ким нахмурился. - Избранный забыл, что я не знаю его языка.

Речь сегурга стала практически неразборчивой. А голос звучал все тише. Глаза подернулись пленкой, хвост стал нервно подрагивать. К ним начали приближаться другие сегурги. Гостевая площадь, которая до этого была практически пуста, стала быстро заполняться. На Кима сегурги смотрели с явной враждебностью. Ему стало не по себе, он попятился.

- Боюсь, он вас не слышит.

Запнувшись от неожиданности, Ким чуть не упал. Человек, который поддержал его под локоть, дружески улыбнулся. Ростом он был ниже Кима, но крепок на вид. По каким-то едва уловимым признакам Ким определил натурала.

- Простите, что вмешиваюсь. Если вы сейчас пойдете со мной, будет лучше для всех. Я живу совсем недалеко, буквально в нескольких минутах ходьбы.

Ким послушно дал себя увести. На гостевой площадке, где он оставил Избранного, продолжали собираться сегурги.

- Меня зовут Эйдос Маури, - представился мужчина. - Я ксено-лог. Специализируюсь на общинных обрядовых культах.

- Может, хоть вы мне объясните, что здесь происходит? - возмутился Ким. - Я ничего не понимаю.

- Ничего особенного. Вы только что переполошили всю здешнюю общину.

- Но ведь я ничего не сделал! - Ким искренне удивился. - Почему вы сказали, что сегург меня не слышит?

- Потому что в тот момент он находился в трансовом состоянии. Общался с предками, как говорят сегурги. Редко встречающийся сегодня ритуальный транс. Не думаю, что он быстро придет в себя. Поэтому вам лучше держаться подальше. Если хотите, можем зайти ко мне. Или вас проводить до границ общинной территории?

- Я бы предпочел второе. И как можно скорее, - признался Ким. - У меня пропало всякое желание общаться с сегургами.

Ксенолог улыбнулся.

- Вполне вас понимаю. Кстати, если вам интересно, этого сегурга я довольно неплохо знаю. Он получил базовое естественнонаучное образование на Секторе, а потом пристроился в какой-то венчурный фонд. Кажется, занимается там анализом решений в области нестабильных полевых структур. Или что-то в этом роде. Точнее сказать не могу, я весьма далек от теоретической науки. Мы, как правило, обсуждали с ним иные проблемы.

- И как он вам? - полюбопытствовал Ким.

- Очень приятный и выдержанный собеседник. Обладает обширными познаниями в разных областях. Если у вас было срочное дело, я позже смогу передать ему ваш код. Он сам с вами свяжется.

Ким задумчиво покосился на собеседника.

- Не думаю, что он пожелает. Да и я не собирался надолго задерживаться на Секторе. Я хотел только узнать причину, по которой се-гург неожиданно покинул свою планету.

- Да, их мотивация иногда кажется нам странной, - кивнул ксе-нолог.

- Мы некоторым образом деловые партнеры, - неохотно пояснил Ким. - А партнеры не могут так поступать друг с другом. Есть же разные обязательства…

Пока Эйдос Маури провожал его до выхода из Нижнего парка, Ким успел рассказать ему многое, хотя и понимал, что лучше бы держать язык за зубами. Но переполнявшие его эмоции требовали срочного выхода…

- Извините, если я вас утомил. - Ким выдохся только у посадочной стойки скоростной транспортной линии. - Но вы так хорошо умеете слушать.

- Ничего, все в порядке, - улыбнулся ксенолог. - У меня работа такая - слушать. Извините и вы меня, если вмешиваюсь не в свои дела. Но вы уверены, что встретили того сегурга, которого искали?

- Уверен ли я? - возмутился Ким. - Да, уверен. Это он и есть - Избранный. Никакой ошибки быть не может. Да он и сам меня узнал. Еще до того, как… ну… заговорил с предками.

- Когда сегурги переходят в первую фазу трансового состояния, они говорят довольно внятно. И человеку с непривычки может показаться, что сегург в этот момент разговаривал именно с ним. Может, и вам только показалось, что сегург вас узнал. Последние полгода мы встречались с ним довольно часто. И я могу вас заверить, что с Сектора он никуда не отлучался. Даже на пару стандартных дней.

Ким растерялся.

- Вы хотите сказать, что я… нет, я не мог…

- Видимо, вы переутомились, - успокоил его ксенолог. - Мой вам совет: отдохните несколько дней. Не думайте о делах. Уверяю, вы быстро придете в норму…

Как он добрался до мастерской, Ким вспомнить не смог. Видимо, все пересечения прошел автоматически. Вспомнил только, как с трудом дополз до постели, а потом рухнул на нее и сразу отключился. В себя Ким пришел лишь утром. И чувствовал он себя отвратительно. Словно жизненная энергия покинула его без остатка. Даже простые движения давались Киму с большим трудом. Только усилием воли он заставил себя принять вертикальное положение и набрать код брата.

- Ты как, в порядке? - поинтересовался он преувеличенно бодрым голосом.

- В абсолютном! - Тор зевнул. Вид у него был заспанный и недовольный. - Ты будешь задавать мне этот вопрос через каждые два часа? И почему, кстати, ты не ответил на мой вчерашний вызов? Я от тебя какое-то пространное послание получил…

- Последние четырнадцать часов я спал. И два часа назад я не мог с тобой говорить. - Ким почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок. - И вчера я ничего тебе не отправлял…

- Может, сбой связи? - предположил Тор. - Ну, эхо, например?

- Откуда было отправлено сообщение?

- С нашего кома, естественно, который стоит в мастерской. Честно говоря, я в нем и разобрал только два слова - пространство и время…

Киму для принятия решения понадобилась ровно секунда.

- Сделаем так. Сейчас ты отключишься и сразу уничтожишь всю информацию в памяти кома. И заблокируй его до тех пор, пока я не вернусь. Только не задавай никаких вопросов. Сделай, как я сказал. Просто сделай - и все. Понял? Я буду очень скоро. Мне удалось прорваться к Проктору. Думаю, что сегодня все решится…

Тор возражений не высказал. И отключился сразу. Но ощущение тревоги, которое не отпускало Кима последнее время, только усилилось. Ему казалось, что опасность надвигается теперь со всех сторон одновременно. Повернувшись к окну, Ким уткнулся взглядом в привычную серую стену. Она уходила высоко вверх и глубоко вниз. Не самый лучший пейзаж. Даже если сильно запрокинуть голову, можно было разглядеть только базисные строения более высокого уровня - четвертого. Ким украдкой огляделся по сторонам. Потом прошелся вдоль массивного стеллажа у стены. Мебель, рабочие материалы, маленькие сувениры на самой нижней полке - все стояло на своих местах. Хотя если кто-то посторонний и побывал в мастерской во время его сна, то зачем бы он стал активировать мебель или рассматривать никому не нужные артефакты?

Ким высветил три последних вызова, задержал дыхание и запустил первое сообщение. Вызов поступил вчера вечером от Тора. Ничего нового Ким не услышал и сразу стер его из памяти. Второе сообщение оказалось длиннее. Оно поступило спустя час после первого - Ким тогда уже вернулся в мастерскую и крепко спал. От кого был вызов - ком не зафиксировал.

Специфические отличия времени - необратимость, прежде всего - есть, по сути, не что иное, как вобранные различия, которыми обогатились отношения между «темпусами», то есть между множественными системами отсчета - хронотопами. Проступание специфики времени предполагает и пространство соответствующего уровня. А направление в хронотопе возникает, когда его внутренние различия из формального отношения всеобщего и единичного становятся реальными…

Никакого визуального потока - только Голос. Сильный и очень глубокий. И настолько нечеловеческий, что Киму опять стало не по себе. Но рука сама потянулась к кому…

Прошлое - это простое состояние системы, которое уже превратилось в сущность настоящего. Временная и пространственная асимметрия возникает лишь в развитых системах, где имеется достаточное различие между всеобщим и единичным. И прошлое, как непосредственное отношение всеобщего и единичного, никуда не исчезает, оно продолжает содержаться внутри противоречия настоящего, как противоречие всеобщего и единичного…

Когда Голос замолчал, Ким еще несколько минут просидел без движения. Ни одной мысли в голову не приходило. Видимо, слишком много событий произошло за эти несколько дней. Голова категорически отказывалась слушаться…

У лицензиата даже тени сомнения не возникло. Тор вернулся с Южного материка довольный. При виде улыбающегося брата, поднялось настроение и у Кима. А если черная полоса в их жизни действительно кончилась? Разрешение на раскопки получено. Археологи со своей частью работы справляются блестяще. Прибывший Посредник, которого Ким взял на себя, был вынужден согласиться, что сами по себе археологические раскопки не противоречат завещанию Общинного Отца, поскольку они предназначены для реализации общественных интересов и прочая, прочая, прочая. В общем, смотри пункт третий Конвенции Статуса, подписанной еще пятьсот лет назад всеми планетами Срединного Сектора.

Завтра археологи начнут пробиваться к обнаруженным культовым сооружениям. И если подтвердится догадка магистра археологии Тем-баса Чопа о том, что эти сооружения принадлежат к храмовому комплексу планеты Оракул, координаты которой считались потерянными почти тысячу лет, то эта находка станет самым значительным событием столетия. И не только для сегургов. Люди тоже не останутся в стороне. Не зря Тембас Чоп рвется лично поучаствовать в раскопках. Ким как представитель собственника планеты не возражал. И даже прозрачно намекнул, что при необходимости сможет оказать помощь в доставке личного оборудования известного ученого.

В ресурсах Ким был теперь не ограничен. Проктор предоставил не только новый лимит для проекта, но и особый статус лично ему. Кима произвели в Тайные консулы Фонда Созидания. Сначала Совет консулов отреагировал на решение Проктора довольно бурно. Не сговариваясь, все проголосовали против. Но Проктор проявил упрямство и через некоторое время внес то же предложение. Консулы опять его не утвердили. И так повторялось четырежды, пока стороны не начали искать компромисс. В итоге Ким хоть и был назначен Тайным консулом, но временно…

Эту новость принес ему Алиший Марс. Причем лично. Старший администратор появился в мастерской неожиданно, без всякого предупреждения. Молча измерил шагами небольшое помещение, остановился напротив стеллажа с артефактами и выложил овальный жетон на самое видное место.

- Объяснять нужно? - хмуро поинтересовался он.

- Если я правильно понял, таков ответ Почетного консула.

- Да, - согласился Марс. - И еще. Большинством голосов в Совете принято решение о назначении тебя куратором этого проекта…

- Начались неприятности, - догадался Ким.

Старший администратор бросил быстрый взгляд по сторонам и с кряхтеньем опустился на диван.

- Спина болит, - пожаловался он. - Слишком много времени провожу в зоне пониженной гравитации…

В этот момент воздух в центре мастерской стал сгущаться, принимая форму сидящего человека. Ким покосился на Марса.

- Тридцать секунд канал будет безопасен, - пояснил тот. - За такое время отследить направление гиперволны не удавалось пока никому.

Ким сделал полшага вперед. Несколько долгих секунд Проктор пристально смотрел ему в глаза.

- На прошлой неделе не вышли на связь наши поисковые группы, которые работают на Периферии. Вчера с ближней орбиты Сектора исчезла моя собственная яхта - словно растворилась в пространстве. Как думаешь, чел, это случайные совпадения?

- Я думаю, Проктор, вам не стоит покидать Цитадель. Пока, во всяком случае…

- Прощай, чел, - сказал Проктор. - Надеюсь, мы больше не увидимся…

Ким хотел сказать, что тоже будет рад, если жизнь больше никогда не сведет его с Почетным консулом Фонда Созидания, но сдержался. Фигура Проктора пошла светлыми пятнами. Канал отключился. Еще через секунду в центре мастерской осталась только легкая дымка. Марс молча поднялся с дивана. Вместо прощания он вяло взмахнул рукой.

Задумавшись, Ким зашел на территорию базы с другой стороны от жилого блока. База разрасталась на глазах. Сначала они расширились, чтобы поселить группу археологов Фонда. Теперь пора думать о том, где разместить Тембаса Чопа. А скоро посмотреть на Храмы Оракула захотят всевозможные эксперты, контролеры и прочая любознательная публика, так что на старой базе вообще станет тесно. Придется переносить ее на другое место - поближе к Храмам. Казалось бы, такие мысли должны доставлять Киму удовольствие. Всегда приятно видеть, как твоя идея воплощается в жизнь. Но Киму отчего-то становилось грустно.

- Каждая суверенная единичность, испытывая бесконечность воздействий извне, сохраняет себя только тогда, когда уравновешивает собой эту бесконечность, - пробормотал он. - До тех пор, пока конечное образование равно бесконечности, пока умеет отождествляться с нею и ограничивать себя от нее - оно существует…

- Простите, мастер… Ким поднял глаза.

- Э-э… здравствуйте! - Ким не заметил, как натолкнулся на молодого археолога. Нужно быть впредь осторожнее. - Вы что-то хотели, Кифер?

- Кифус, - смущенно поправил археолог. - Мы вас потеряли, мастер Ким. Мастер Эва волнуется.

- Потеряли? - задумчиво переспросил Ким. - Значит, теперь нашли. Так ей и передайте. Кстати, а почему вы не на объекте, Кифус?

- Я остался на базе, чтобы закончить отчет. Мы хотели подготовить его к приезду Тембаса Чопа, а он должен появиться уже завтра, если помните.

- Да-да, конечно, отчет… это важно. Идите, Кифус, идите, я и сам доберусь. Меня никто не украдет. Внутри силового ограждения мы в полной безопасности.

- А снаружи есть опасность? - полюбопытствовал археолог.

- Не знаю. Вообще-то, на планете крупные формы хищников не зафиксированы.

- Для чего же защита? Если нет опасности, вполне хватило бы биоблокады.

- Подстраховаться никогда не мешает, - сказал Ким. - А вы что, пытались прогуляться по окрестностям, Кифус? Не нужно было этого делать. Я ведь каждого предупреждал, что самовольный выход за пределы базы запрещен.

- Но вы-то свободно проходите через систему защиты.

- Мне можно. Датчики так настроены. - Ким сочувственно улыбнулся. - Что, сильно вам досталось?

- Да уж! - Археолог потер ладонью лоб. - Два дня потом к ограждению не приближался…

За разговором археолог целенаправленно вывел Кима прямо на Эву, а потом куда-то исчез, будто его и не было.

- Где ты был, Ким? - Плохое настроение Эвы отражалось у нее на лице.

- Хотел побыть в одиночестве. Мне лучше думается, когда никто не мелькает перед глазами…

- Интересно бы узнать, о чем именно тебе хорошо думается в одиночестве?

- О разном. Например, о том, почему пространство-время связано с любым произвольно выбранным началом координат и, прежде всего, с телом самоотсчета, с самоорганизующейся целостностью, которая является ее специфической мерностью, содержащей в этой целостности бесконечность…

- Бесконечность? - Эва эхом повторила последнее слово. - Не понимаю…

- Я и сам не понимаю, - печально сознался Ким и попытался проскочить мимо Эвы. Но она раскусила его маневр и быстро перекрыла проход.

- Ким, в последнее время ты либо молчишь, либо разговариваешь сам с собой. Даже когда ты говоришь с нами, все равно разговариваешь только с собой. И нас это очень волнует.

- Нас - это кого? - осторожно уточнил Ким.

- Твоего брата и меня.

Ким примирительно поднял руки ладонями вверх, но промолчал.

- Я хочу понять, что вообще происходит с тобой, с нами, с этой планетой. Я спрашиваю у Тора - он молчит. Ты меня избегаешь. Только не отрицай, я же вижу… - Эва сморщила свой миниатюрный носик. - Ты считаешь, что между мной и твоим братом не может быть ничего общего, и поэтому ненавидишь меня, да? Ну, давай мы это обсудим. И что с того, что он чел, а я натуралка. Разве это критично? Почему ты не хочешь со мной поговорить?

- А разве сейчас мы не разговариваем? - Ким демонстративно огляделся по сторонам. - Мне кажется, здесь больше никого нет - только ты и я.

Эва бросила на Кима печальный взгляд и молча уступила ему дорогу. Ким пожал плечами и скрылся в своей части жилого блока. Сначала он настроил входную группу, чтобы никто не мог его случайно побеспокоить, потом активировал любимый лежак. Полевая структура приняла Кима в свои мягкие объятья. Он поворочался. Несколько раз медленно вдохнул и выдохнул. Долго копившееся напряжение начинало отпускать.

Запустив руку в самодельный тайник, Ким вытащил вакуумный контейнер. Достал из него сверток. Осторожно развернул. На плотной ткани лежал темный кристалл и тонкая пластина из серовато-белого металла. На первый взгляд, пластина не представляла собой ничего необычного. Разве что сплав незнакомый. Но стоило Киму приглушить свет, как металл сразу стал почти прозрачным. В глубине его проступили яркие контуры четырех геометрических фигур, а в голове Кима возник Голос.

Абсолютное пространство-время, внутри которого, как его различия, перетекают друг в друга конечные жизненные циклы, а полагающее начало системы координат, как смена множественных моментов круговорота, само находится за пределами абсолютного времени, сохраняя свою мерность.

Это сообщение было самым коротким из тех девятнадцати, которые хранил кристалл. Ким их знал почти наизусть. Тем не менее он продолжал сжимать кристалл. Голос он теперь не слушал, а только смотрел, как реагирует на него пластина. Металл слегка нагревался, а свечение начинало заметно пульсировать. Иногда свечение становилось очень ярким, а иногда наоборот - почти угасало. Но никакой закономерности Ким уловить не мог, как ни пытался. Если Старейшина из Ййохх хотел оставить ему подсказку, то она оказалась слишком сложной. За месяц Ким ни на шаг не приблизился к ответу…

Старейшина ушел в Сумерки ровно месяц назад. В тот же день Избранный опять появился на Оракуле. С памятной встречи в Нижнем парке Ким о нем и не вспомнил ни разу. В переводчике он не нуждался. Когда был на Секторе, он обновил нейронную сеть и уже сам при необходимости мог бы работать переводчиком с языка сегургов. Причем со всех его пятнадцати известных диалектов. И когда морщинистое лицо Избранного неожиданно появилось на локальном канале, Ким даже растерялся на мгновение.

- Очень срочно приходи, человек. Мне нужен ты. Сегург был невозмутим, как всегда.

- А Избранный ничего не хочет мне объяснить? - поинтересовался Ким.

- Очень мало времени, человек, - упрямо повторил сегург и сразу отключился.

В его голосе Киму послышалось нетерпение. И это было странно. Сегурги никогда и никуда не торопились. И ко времени они относились гораздо проще, чем люди…

Судя по реперу, Избранный был на Южном материке. Ким нашел свой планшет, наложил на местность направление сигнала и получил координаты, которые, собственно, и ожидал увидеть. Сегург ждал его в поселении Ййохх. Это была самая дальняя точка. Даже на максимальном ускорении рейдер преодолевал такое расстояние только за три часа. Да еще, как назло, Киму пришлось в тот день огибать мощный грозовой фронт. И когда машина опустилась у крайнего купола поселения Ййохх, сегург уже подскакивал от нетерпения. Ким никогда не видел Избранного таким.

- Ты опоздал, - бросил ему сегург вместо приветствия. - Старейшина только что ушел в Сумерки.

Тишину, застрявшую между ветхими куполами поселения, нарушал только посвист ветра. Да и тот был едва слышен.

- Я не знаю, что принято у сегургов говорить в таких случаях, но мне искренне жаль. Я действительно спешил. Почему Избранный не появился вчера или месяц назад?

- Возьми. - Вместо ответа сегург неуклюже сунул в руки Киму небольшой сверток. - Старейшина просил передать тебе.

Осторожно развернув плотную ткань, Ким удивленно посмотрел на Избранного.

- В доме Старейшины я видел такую же пластину. И на той были нанесены четыре символа. Это она или ее копия? Что это вообще такое?

- Очень много вопросов… - Сегург прикрыл глаза. - Я устал. Меня ждут. Я должен быть на церемонии Прощания. Ты все знаешь сам. Так сказал Старейшина. А мне пора уходить.

- Ничего я не знаю и ничего не понимаю, - разозлился Ким. - Я тоже устал. Особенно от ваших загадок. Если Избранный мне сейчас ничего не расскажет, я сяду в рейдер, поднимусь над облаками и брошу этот сверток по ветру.

- Ты не сделаешь так, человек.

- Избранный меня плохо знает, - усмехнулся Ким. - Я уже вижу, как эта штуковина красиво планирует с высоты и падает в самую глубокую горную расщелину. И там ее уж точно никто не найдет…

- Я не могу говорить об этом на вашем языке, - после некоторого раздумья сказал Избранный. - Это запрет.

- Говори на своем языке, - согласился Ким. - Я пойму.

- Не думаю, что поймешь, человек, но все же попробую объяснить.

- Сегург перешел на диалект дальней Периферии. - То, что ты держишь в руках, не вещь, а субстанциональная идея. Ей несколько сотен миллионов лет, если считать человеческими мерками. В разное время ее называли по-разному. Я же предпочитаю называть Проводником. Избавиться от Проводника невозможно. Если он оказался у тебя случайно, берегись. Но если тебе передал его Знающий, то Проводник останется с тобой навсегда. До тех пор, пока ты сам не поймешь его смысл.

- Какой смысл? - не понял Ким.

- Не знаю. У Проводника много смыслов. И в зависимости от них он принимает разные материальные формы. Но в момент перехода не имеет значения ни материальная форма, в которой он объективируется, ни смысл, который в него вкладывают другие. В том числе и я. Ты вкладываешь в него собственный смысл. Опиши, что ты сейчас видишь?

- Тонкую пластину серо-белого цвета из неизвестного мне материала. Предположительно, металла. - Ким взвесил пластину на ладони.

- Материал очень легкий. На ощупь не вызывает неприятия.

- Я вижу несколько иначе. Можно к нему прикоснуться? Хотя нет, процесс осознания еще не завершился…

- Теперь у меня к Избранному еще больше вопросов, чем было, - растерянно произнес Ким.

- Любые вопросы не имеют значения. Ответы на них можешь узнать только ты. Я не смогу понять смысла, который ты вкладываешь в Проводник. Ни сейчас, ни потом. Да и не хочу этого. Извини.

- Скажи хотя бы, что значат эти символы, которые я видел в доме Знающего?

- Он потому и оставил тебе Проводник, что ты увидел на нем эти символы. Если судить по описанию, это был мертвый язык. А последний сегург, который знал мертвый язык, только что ушел в Сумерки. Ты опоздал. И больше я ничем не могу тебе помочь, человек. Прощай…

Открытие Оракула действительно стало сенсацией. Как и рассчитывал Ким. До того известный лишь в академических кругах археолог Тембас Чоп в течение двух лет после открытия Оракула оставался самым популярным человеком на всех обитаемых планетах Срединного Сектора. Еще бы, ведь он не только открыл, но и предсказал находку планеты-призрака. Существование Оракула многие его коллеги вообще ставили под сомнение. А Тембас Чоп верил. И нашел. Правда, после этого сомневающихся археологов меньше не стало. Да и все научное сообщество Срединного Сектора раскололось на две части. Хотя в первый год голоса скептиков были практически не слышны в общем восторженном хоре.

Как ни странно, скептиков оказалось больше среди сегургов, чем среди людей. И вообще сегурги сначала категорически отказались даже обсуждать тему Оракула. Потом попытались запретить археологические раскопки. От имени всей расы сегургов с этой инициативой выступили два общественных объединения - Союз Хранителей Культуры и Союз Воинов Духа. Эти союзы были зарегистрированы недавно и существовали на пожертвования своих учредителей, со списком которых Киму удалось ознакомиться. Ни одного сегурга там не оказалось. Не было сегургов и среди первой группы Хранителей и Воинов, которые десантом высадились на Оракуле спустя месяц после его открытия. Десант состоял исключительно из челов-законников.

Ким встретил их лично, вежливо объяснил, что вообще-то планета является частной собственностью и он как полномочный представитель собственника никаких акций проводить здесь не позволит. Потом вручил каждому прибывшему по экземпляру Конвенции Статуса и попросил всех покинуть Оракул в течение трех часов. Челы засыпали его угрозами, но в итоге вынуждены были отступить. Второй десант высадился на Оракуле спустя две недели. Уже более представительный. Понимая, что на одном только энтузиазме Кима не одолеть, представители Хранителей и Воинов захватили с собой официальных лиц из числа сегургов.

Ким всех полномочных представителей выслушал, указал им направление, в каком им следовало отбыть, и предупредил, что при следующем появлении он будет не столь вежлив. Сегурги устроили публичный скандал, обвинив Кима в неуважительном отношении к их культурному наследию. Ким, в свою очередь, заручился поддержкой Общины Плывущих над Белыми Облаками и обратился к Форуму. Обличая Хранителей и Воинов в сепаратизме, Ким упирал на то, что храмовый комплекс планеты Оракул является не столько культурным наследием сегургов, сколько общественным достоянием всех планет и рас Срединного Сектора. А он как представитель собственника планеты намерен и в дальнейшем проводить политику максимальной открытости, чтобы любой желающий мог бы побывать на Оракуле и полюбоваться его знаменитыми Храмами.

Форум полностью согласился с доводами Кима. И на некоторое время он стал популярнее самого Тембаса Чопа. Впрочем, интерес вскоре пошел на спад, что не могло его не радовать: Ким избегал публичности. Роль оратора от Оракула прекрасно исполнял Тембас Чоп, а у Кима хватало других забот. Археологи постоянно «находили» новые сооружения из храмового комплекса и открывали их для доступа. Количество туристов увеличивалось. Причем гораздо быстрей, чем рассчитывал Ким. Пришлось в страшной спешке доводить до ума комплекс для сегургов-паломников на малозаселенном Северном континенте и одновременно запускать на орбиту вторую ступень большого туристического центра на сто тысяч мест.

Люди хотели своими глазами увидеть мифическую планету, и любые сообщения с Оракула неизменно открывали информационные блоки всех главных новостных порталов Сектора. Планета кипела. Доходы росли. Период окупаемости проекта сокращался на глазах. Киму оставалось только отсылать отчеты в Фонд, и все были довольны.

Вот только опасность со стороны Хранителей и Воинов Ким все же недооценил. Они не отступили навсегда. Они притаились. А через год нанесли новый удар - с тыла.

Сначала несколько известных и уважаемых людей практически одновременно подвергли сомнению существование Храмов Оракула и втянули в дискуссию магистра Чопа. Лучше бы археолог промолчал. Вдохновленные его отпором Хранители и Воины подняли волну массового протеста и навалились на ученого. Подключились к дискуссии и его многочисленные оппоненты. Скандал постепенно разрастался и как-то незаметно вышел за рамки научной полемики. Хранители и Воины жаждали крови. Они потребовали от Кима проведения новой экспертизы. Обосноваться на планете они не смогли, зато на орбите стали постоянно крутиться два арендованных транспортника класса «Ковчег».

В том, что эта акция была тщательно спланирована, Ким не сомневался. Скандал породил недоверие. Широкий поток туристов превратился сначала в слабенький ручеек, а потом и вовсе иссяк. Орбитальный центр быстро опустел. Каждый новый день приносил теперь только убытки. Ким понимал, что его ждет, но сопротивляться уже не мог. Собрав волю в кулак, он дал согласие на повторную экспертизу. И в тот же день на Оракуле появилась многочисленная группа независимых оценщиков, которые рвались исследовать храмовый комплекс. Сопровождала экспертов не менее многочисленная группа наблюдателей.

Впрочем, Хранители и Воины торжествовали не долго. Повторная экспертиза ничего не прибавила, а лишь подтвердила известные выводы. Точный возраст объектов не удалось определить и во второй раз. Даже дорогостоящее оборудование для тахионного сканирования выдавало весьма приблизительный результат. Тем не менее эксперты единодушно признали, что все Храмы построены давно - не менее полумиллиарда лет назад. Никаких поводов для сомнений не осталось. Борцы за культурное наследие сегургов были удивлены. Но сильнее всех удивился, естественно, Ким. В тот момент, когда Тор привез ему эту радостную новость, Киму показалось, что планета остановила свое вращение.

- Ты ничего не перепутал? - переспросил он потрясенно.

- Более полумиллиарда лет, - с улыбкой повторил Тор. - И никак не меньше. А я думал, что нам конец. Но как ты смог переубедить Марса?

- Никак. Фонд не мог в этот раз повлиять на экспертов. Марс мне сразу объяснил, что нам придется выкручиваться самостоятельно.

Довольная улыбка Тора медленно потухла.

- Кто же оплатил экспертное заключение?

- Хранители и оплатили, - усмехнулся Ким. - Представляю их лица, когда его оглашали…

- Ничего не понимаю, - растерялся Тор. - Но этого не может быть. Я каждый Храм… собственными руками…

У Кима уже не осталось сил говорить. Он поднял голову и стал рассматривать облака. Местное светило уже клонилось к закату, раскрашивая их в весьма причудливые узоры.

- Наверное, тахионный сканер повредили во время транспортировки, - предположил Тор. - Как думаешь?

- Конечно, - кивнул Ким. - Я так и думаю. Техника не безупречна. Иногда она ломается. Вероятность такого совпадения не слишком велика, я знаю. Но мы же с тобой везунчики, брат.

- И что теперь?

- Будем дальше работать. А что тебя смущает? Мы рискнули и вытащили самую главную фишку. Вот и не забивай теперь голову пустяками - радуйся удаче. Завтра мы с тобой сядем, обдумаем стратегию, внесем коррективы в проект. Я уверен, что шумиха быстро утихнет, и на Оракул опять повалят туристы, готовые сутками глазеть на эти Храмы. Мы расконсервируем орбитальный центр, дадим команду археологам, чтобы продолжали раскопки. У нас еще примерно треть Храмов в запасе. Да и сегурги наконец успокоятся и проявят к своему культурному достоянию должный интерес. Нет, я искренне считаю, что проект получился удачным. И объекты очень красивые, так что нечего тут скромность изображать. А Храм Первого Творения даже меня задевает за живое. Спасибо Эве. Она очень талантливый архитектор…

- Вернешься на базу? - с надеждой спросил Тор. - Эва будет рада.

- Обязательно вернусь, - согласился Ким. - Только не сейчас. То есть не сразу. Пойми, дело ведь не в том, что я не хочу вас видеть или от кого-то скрываюсь…

Он замолчал и обвел взглядом остовы брошенных сегургами домов. Если присмотреться внимательней, можно было насчитать почти две сотни защитных куполов. В разной степени сохранности. Время не пощадило поселение Айойх - некогда самое большое на Северном континенте. По какой причине сегурги покинули это место, Ким так и не смог выяснить. Старейшины говорили, что это случилось очень давно. И пока здесь год назад не появился Ким, поселение пару сотен лет стояло совершенно пустым. Забредал сюда только северный ветер, который и приносил ночами злую пыль бесконечных плоскогорий. Вездесущая пыль безжалостно подтачивала защитные конструкции, и стоило очередному куполу дать слабину, как она тут же хоронила весь дом.

Когда Ким случайно наткнулся на заброшенное поселение, ему здесь понравилось. Он обнаружил, что несколько домов сохранились в приличном состоянии, и стал наведываться в Айойх довольно часто, пока не переселился окончательно. С собой Ким прихватил только полевой синтезатор и энергоустановку - маломощную, но с большим автономным ресурсом. Особого комфорта ему не требовалось. В выборе пищи он тоже был не привередлив. Зато в древнем поселении сегургов он получил наконец необходимую тишину. Здесь было спокойно. Может, поэтому и думалось хорошо. Только вот брата нервировали полуразрушенные купола. И бывал он тут редко. А когда все же появлялся, то старался быстрей улететь…

Когда рейдер Тора превратился в точку на горизонте, Ким достал планшет. Вывел проекцию Оракула и задал несколько дополнительных условий. Ему не терпелось проверить новую идею. Проекция послушно развернулась, внутри вытянулись новые линии, а новые точки пересечений ярко замигали. Ким наложил получившуюся картинку на координатную сетку планеты. И результат его развеселил. Пусть он нашел ответ только на одну задачу, но и это было неплохо…

Услышав знакомый звук, Ким поднял голову. Из-за купола осторожно выглядывали небольшие узкомордые животные, которые жили на большей части Северного континента и кочевали маленькими стайками. Питались они преимущественно мелкими грызунами, которых в окрестностях заброшенного поселения хватало. Первое время Ким старался отпугнуть животных, но потом привык. А с тремя особями даже подружился. И стал подкармливать их остатками армейского рациона. Видимо, белковые брикеты пришлись маленьким хищникам по вкусу. Во всяком случае, самец и две самочки стали появляться у него ежедневно. Садились перед входом в купол и терпеливо ждали. А если Ким долго не выходил, пытались привлечь его внимание щелчками и шипящими звуками.

- Привет, бродяги, - громко сказал Ким. - Где пропадали? Ах, да, вас Тор спугнул… Ну, получайте свой паек, раз пришли.

Он разломил брикет на три части. Но звери были осторожными. И терпеливо выжидали, пока Ким отойдет на безопасное расстояние.

- А сейчас, бродяги, я вам покажу одну интересную штуку, чтобы разбавить материальную пищу духовной. Не возражаете? - Ким развернул проекцию планеты в сторону немногочисленной аудитории. - Только смотрите внимательно. Вот штука, которая мне не нравится. Она получается, если соединить все опорные точки проекта, на которых мы вполне благополучно построили Храмы Оракула. А сегодня я добавил к этой штуке еще одно сечение, которое проходит через все эти круги с квадратами. Потом я сделал новую проекцию сечения в плане и наложил ее на координатную сетку планеты. И что получается в итоге? Совершенно верно, все вектора напряженности утыкаются в одну-единственную точку. В ту самую, где мы сейчас и находимся.

Три узкие мордочки потянулись к нему. С первым брикетом троица давно расправилась и терпеливо ждала следующего. Но со стороны могло показаться, что животные очень внимательно слушали.

- Спасибо за внимание! - Ким раскланялся и закрыл планшет. - Надеюсь, вам понравилось мое выступление. На самом деле я и сам еще не осознал важность моего сегодняшнего открытия. И даже не понимаю, как его нужно трактовать. Но ради торжественности момента готов пожертвовать вторым пайком. Только учтите, бродяги, на сегодняшний день это последнее развлечение. Больше вам нечего ждать в некогда славном поселении Айойх…

Сначала Ким еще надеялся, что доход от планеты будет. Пусть и небольшой. Главное, чтобы его хватило рассчитаться с Фондом. Со Старейшинами Ким кое-как нашел общий язык. Они согласились подождать несколько лет и не предъявлять пока финансовые требования. Но полгода прошли, и стало ясно, что даже самые осторожные надежды Кима сбываться не собираются. Вялый ручеек туристов никак не хотел превращаться в тихую речушку. Новости с Оракула плавно переместились с первого на последнее место в рейтингах новостных порталов Сектора. И средств уже не хватало на поддержание туристической инфраструктуры.

Еще полгода все катилось просто по инерции. Отсылая минусовые балансы в Фонд, Ким каждый раз внутренне сжимался от дурных предчувствий. Он неоднократно пытался лично встретиться с Марсом, в слабой надежде хоть что-то изменить. Но Марс молчал. А когда Фонд официально уведомил Кима о том, что с него снят временный статус Тайного консула, стало понятно: финал близок. Правда, сначала произошло почти невероятное - подал в отставку Проктор Пятый. И едва Ким успел переварить эту глобальную новость, как на Оракуле появился немногословный человек по имени Гай Ливий. Киму и Тору он предложил на выбор один из двух вариантов: либо они остаются в качестве консультантов с небольшим ежегодным содержанием, либо совсем убираются с планеты. В качестве бонуса за долгую и беспорочную службу братьям была обещана бесплатная транспортировка в любую точку Срединного Сектора.

В инвестиционном договоре Ким пропустил один нюанс. Просто потому, что посчитал этот пункт формальностью. Но отсутствие текущих платежей по инвестиционному договору в течение года - факт неоспоримый. И законникам Фонда этого хватило. Без труда они переоформили право собственности на планету и в одностороннем порядке разорвали контракт с управляющими. Неустойка, которая причиталась Киму и Тору при досрочном расторжении контракта, утонула в их долгах Фонду. Так что братья потеряли не только свой бизнес, но и все, что заработали за эти годы на Оракуле.

Впрочем, Кима угнетали не столько собственные материальные проблемы, сколько моральные обязательства перед общиной. Как ни крути, но Плывущие над Белыми Облаками потеряли свою собственную планету благодаря ему. Можно, конечно, рассуждать об общей несправедливости жизни и о конкретной подлости деловых партнеров, но сегурги поверили в свое время Киму, а не какому-то абстрактному Фонду Созидания. Значит, и ответственность тоже лежала на нем. И эта ответственность давила на Кима тяжким грузом. Первое время он вообще не мог понять, как ему реагировать на все эти внешние изменения. Несколько раз он порывался покинуть Оракул и забыть о нем навсегда. Но не смог. Он даже рассказать обо всем Старейшинам долго не решался. Надеялся, что ситуация как-то изменится сама собой. Если не сегодня, то завтра обязательно. Но в лучшую сторону ничего не менялось. Становилось только хуже.

Гай Ливий подтвердил свою репутацию безнадежно тупого, нервного и амбициозного натурала, который только и умеет, что перемещать свое тело в пространстве да непрерывно при этом вещать. У Кима сложилось впечатление, что Фонд прислал его на Оракул с одной-единст-венной целью - похоронить проект. Но Ким все же принял предложение и согласился на должность консультанта. И Тора уговорил. Хотя искренне не мог понять, в чем будет заключаться его работа, если из всех мнений Гай Ливий признавал только свое и к компромиссам не был склонен в принципе.

Несмотря на активное давление со стороны Кима, со Старейшинами Гай Ливий разговаривать отказался. А когда те отправили к нему своего представителя, он скрылся от них на орбите. Старейшины собрались вместе, раскинули мозгами, но не смогли придумать ничего лучшего, как вывалить на общественность всю правду об Оракуле. В том смысле, что Оракул - это сплошной обман, придуманный людьми, которые хотели нажиться на древней культуре сегургов. Ким понимал, чем завершится такой демарш, и пытался образумить общину. Но тщетно. Старейшины обиделись всерьез и выслушать его не пожелали.

Конечно, был скандал. Но уже локальный. За прошедший год интерес к Оракулу заметно снизился, да и Тембас Чоп решил в этот раз благоразумно отмолчаться. Восставшим из пепла Хранителям и Воинам просто не с кем стало сражаться. Фонд тоже дистанцировался от конфликта. Из Гая Ливия достойный противник получиться и не мог. После первых же его публичных выступлений Фонд отозвал его с Оракула и благоразумно спрятал подальше. Неразлучная троица заместителей умчалась следом за своим начальником. Каждый сделал вид, что у него появились очень срочные дела на Секторе.

В общем, предчувствия Кима оправдались. Отбивать очередную атаку сегургов пришлось ему. Хранители и Воины, торжествовавшие близкую победу, взвыли от предвкушения скорой расправы с давним недругом. Но Ким держал защиту уверенно и методично отбивал удар за ударом. На любой эмоциональный выпад со стороны представителей сегургов он отвечал выдержками из двух почти идентичных экспертных заключений. И его аргументы звучали куда весомее их эмоций. А в последнем выступлении перед Комиссией по этике он даже не оправдывался, а сам наносил чувствительные удары. Ким предложил провести новую экспертизу. Если, мол, у кого-то остались хоть малейшие сомнения в подлинности храмового комплекса Оракула, их нужно попросту развеять, а не терзать подозрениями честных и добросовестных ученых.

Финансировать третью экспертизу Комиссия по этике предложила тем, у кого эти подозрения возникли. Хранители и Воины такого желания не выказали. Но, ко всеобщему удивлению, нашелся человек, который добровольно взвалил на себя такое финансовое бремя. Звали его Артос Нагоя. Он был известен в кругах коллекционеров антиквариата и обитал на одной из планет дальней Периферии. На самом деле, конечно, за коллекционером стоял Фонд Памяти Сегургов, который хотел вывести Оракул из публичной сферы. И как можно быстрей.

Впрочем, об этом Ким узнал намного позже. Когда у Оракула опять сменился владелец. По слухам, новый владелец предложил Фонду Созидания такие отступные, которых хватило бы для приобретения трех-четырех перспективных планет. Естественно, Совет консулов долго не раздумывал. Сделку провели тихо. Да и новое экспертное заключение, которое не отличалось от двух предыдущих, тоже широкого отклика не вызвало. Появилась лишь короткая информация на одном из узкоспециализированных археологических порталов.

Не произошло никаких изменений и на Оракуле. Новый собственник даже своего управляющего на планету не удосужился прислать. Туристической инфраструктурой пришлось заниматься все тому же Киму. Он не мог бросить на произвол судьбы людей, которых сам и нанимал. Правда, туристов становилось все меньше. Многие попросту отказывались от посещения Оракула. А кто и добирался, тут же собирался назад. Под разными предлогами. Потом совершенно неожиданно поползли неприятные слухи. Якобы вместе с Храмами Оракула археологи раскопали и древнюю патогенную микрофлору. Планету до выяснения обстоятельств закрыли на полный карантин. Вскоре, правда, карантинный режим упростили, а потом и вовсе отменили, но желающих посмотреть на таинственные Храмы Оракула к тому времени не осталось вообще.

Первой разбежалась обслуга орбитального комплекса. Стала постепенно пустеть и планета. Даже упорные археологи, которые перешли на Южный континент, тоже остановили свои машины. И вроде бы никакого давления со стороны Фонда Памяти Сегургов не было, но мучительная неопределенность еще хуже. Когда собрался уезжать Тор, заколебался даже Ким. Глядя в глаза Тору, он видел в них лишь пустоту и отчаяние. Он не хотел терять брата.

- Не могу так больше, - признался ему Тор во время последнего разговора. - Не хочу цепляться за эту мерзкую планету. Я очень долго тебя слушал. Давай сделаем исключение всего один раз. Ты поедешь с нами, и мы начнем все заново. Бывали у нас серьезные передряги, из которых нам удавалось выбираться. Выберемся и сейчас… Скажи, чего ты добиваешься?

- Пока и сам не понимаю, - честно ответил Ким. - Очень надеюсь, что пойму позже. Но вам действительно нужно уехать. Я не имею права втягивать в свою войну и тебя, и Эву.

- А ты не командуй здесь! - разозлился Тор. - Нет никакой войны. Есть только твое глупое упрямство. Да и навоевались мы уже, Браво-9…

Ким кивнул. Он и сам понял, что сравнение вышло неудачным. Вроде как обвинил брата в дезертирстве. И они разошлись, не глядя друг на друга. Каждый сделал свой выбор. Тор предпочел Эву, Ким - Оракул.

Вскоре Тор покинул планету. Попрощаться с братом не пожелал. Таким он и остался в памяти Кима - обозленным и раздраженным. И как-то загладить свою оплошность Ким уже не успел. Сразу после отъезда Тора вышел из стоя последний СБП-порт. Спустя короткое время и корабли Перевозчиков отказались брать пассажиров с Оракула. Сначала Ким подумал, что это случайное совпадение, но когда не смог найти ни один из многочисленных каналов связи, никаких сомнений у него не осталось - планета в блокаде.

Эмиссары Фонда Памяти появились спустя полгода. И тогда начался последний этап - полная эвакуация. Сначала они вывезли с Оракула оставшихся людей: те покидали планету весьма охотно. Община сегургов некоторое время сопротивлялась, но эмиссары убедили и их. Гораздо быстрей, чем ожидал Ким. Старейшины выторговали для себя довольно щедрую компенсацию и вполне приемлемые условия эвакуации. На транспортные платформы сегургов загружали целыми поселениями и перемещали на новое место жительства. Фонд Памяти не поскупился: общине Плывущих над Белыми Облаками выделили обширную территорию на одной из самых благоустроенных планет ближней Периферии, и переселение с Оракула прошло быстро и организованно.

Отказался покидать планету только один человек - Ким. Необходимые вещи он заранее перебросил в поселение Айойх. После чего спрятал свой рейдер в развалинах, а лишнее имущество уничтожил, чтобы не привлекать внимания. После эвакуаторов по Оракулу прошлись еще три больших отряда планетарной зачистки. Все искусственные сооружения, кроме храмового комплекса и куполов поселения Ай-ойх, были демонтированы и утилизированы. И однажды утром Ким проснулся и ощутил, что остался на планете абсолютно один.

Это были не знания, а именно ощущения, разобраться в которых ему с недавних пор помогал Проводник. Металлическая пластина трансформировалась за это время в почти прозрачную полусферу. И если положить ее на ладонь, расслабиться и некоторое время ни о чем не думать, начинали приходить ощущения. Поначалу они накатывали колючими и неприятными волнами. Но когда Ким научился контролировать свои эмоции, то и ощущения изменились - стали теплыми и уютными, словно легкий утренний ветерок. В них можно было погружаться, как в приятный сон…

- Не помешаем?

Ким сжал в кулаке Проводник и открыл глаза. Их было двое. Человек и сегург. Человек улыбнулся и опустился на камень, который Ким так и не смог протащить в купол, поэтому бросил прямо у входа.

- Кажется, я вас знаю, - нахмурился Ким. Он не удивился. Рано или поздно кто-то должен был появиться.

- Мы встречались на Секторе, - напомнил человек и приветливо улыбнулся. - Это было давно.

- Вы тот самый ксенолог из Нижнего парка. Не могу вспомнить ваше имя.

- Не напрягайтесь. У меня много имен. Но вы можете называть меня Эйдос Маури.

- А он кто? - Ким кивнул на сегурга.

- Мой коллега. - Ксенолог хотел добавить еще что-то, но покосился на сегурга и промолчал. - Не возражаете, если мы сразу перейдем к нашим делам?

- Возражаю. Времени у вас осталось не так много. Кто вы такие и зачем пришли, я догадываюсь. И не вижу смысла обсуждать то, что в принципе не имеет решения. Сегодня, во всяком случае.

- То есть вы отказываетесь покинуть планету?

- Неужели я не заслужил того, чтобы меня оставили в покое?

- Конечно, заслужили, - вздохнул ксенолог. - Вы заслужили гораздо больше, чем можете себе представить. Именно поэтому Фонд Памяти Сегургов уполномочил меня предложить любой размер компенсации. Вы меня понимаете? Любой, который вас устроит. Что вы хотите?

- Я хочу рассказать одну очень древнюю историю, которая произошла примерно двадцать миллиардов стандартных лет назад. Не возражаете?

Ксенолог переглянулся с сегургом и кивнул:

- Рассказывайте.

- Постараюсь быть кратким, - успокоил его Ким. - Существует, если помните, не меньше сотни фундаментальных космологических теорий, но лично мне нравится одна очень древняя и простая концепция. Согласно ей, мир был создан неким Творцом. И не улыбайтесь. Несмотря на свою примитивность, она дает ответы буквально на все самые сложные вопросы, а не только на частные, как остальные теории. Так вот, в самом начале этого мира Творец создал и первого человека…

Сегург не отреагировал. Он продолжал любоваться своими когтями. Либо плохо понимал срединный язык, либо имел очень крепкие нервы. Ким усмехнулся и продолжил:

- Первого человека Творец создал из глины. И все бы хорошо, но первый человек затосковал. Долго он не мог понять причину своей тоски, пока не осознал, что ему не хватает женщины. Мужчина выждал, когда Творец уснет, и попытался повторить опыт Творца - вылепил себе женщину из той же глины. Но в этот раз глина не захотела оживать. И тогда мужчина вырвал собственное ребро, воткнул его в фигурку женщины, и она ожила. Он назвал ее Хава - «Первая». Вот эта самая Хава и стала праматерью всего рода человеческого… Как вы думаете, если бы первый мужчина, создав Хаву, тут же бросил ее, разве не закончилась бы на этом история человечества?

- Хороший вопрос, - после недолгой паузы сказал Эйдос Маури. - В рамках заданной модели ответ на него очевиден. Но тогда разрешите и мне рассказать вам историю. Она не из далекой древности, а из близкого будущего, которое наступит через 217 стандартных часов. Хотите, я вам расскажу о том, как звезда, которая значится в реестре под номером ИР-2-2-63, проявит активность? Сначала мощная буря пронесется в верхних слоях, а потом один за другим последуют три гигантских выброса звездного вещества из внутренних слоев. Весь этот катаклизм будет сопровождаться еще и сверхмощным электромагнитным импульсом.

- Точно, - согласился Ким. - Все очень просто - электромагнитный импульс. Если его мощность будет такой… - Ким наклонился и осколком камня вычертил длинную формулу на пыльном основании купола. - Последствия сильного электромагнитного воздействия на опорные точки, на которых мы построили свои Храмы, оценить довольно сложно. Вероятно, образуется эн-мерная пространственная структура…

- С вероятностью восемьдесят шесть и шесть десятых, - добавил ксенолог. - И еще могу сказать со стопроцентной вероятностью, что электромагнитное воздействие мгновенно выведет из строя всю вашу систему жизнеобеспечения. Это во-первых. А есть еще и во-вторых, и в-третьих, и в-четвертых. Никто не может сказать, что именно произойдет после того, как кривизна пространства-времени в эн-мерном континууме достигнет бесконечно больших величин. Увы, принцип неопределенности остается непреодолимой преградой для точного прогнозирования. Если все-таки произойдет «схлопывание» в точку сингулярности, то вас попросту размажет во времени и пространстве с некоторым распределением вероятности…

- Вы так ничего и не поняли, Эйдос Маури, - вздохнул Ким. - Меня не интересует, как и что здесь произойдет. Я пытаюсь найти ответ на другой вопрос: почему это произойдет?

Ксенолог опять переглянулся с сегургом.

- Почему в этой точке - сингулярности, как вы ее назвали, - сошлись именно мы? Вы, я, он… - Ким кивнул на сегурга. - А до нас на Оракуле побывали еще сотни и тысячи разных людей. Я думаю, что не было в этом никакой случайности. И если мы разговариваем здесь и сейчас, то только потому, что все, о чем вы говорили, уже случилось. Не в будущем или прошлом случилось, а в некоем «сейчас», размазанном, как вы сказали, во времени и пространстве - по всей его условно бесконечной протяженности. И корабли Зигмунда Поллака подлетают к этой планете сейчас, и сегурги возвращаются на свою потерянную родину сейчас. И прямо сейчас возникает Фонд Памяти Сегургов, который, насколько я понимаю, должен создать условия, чтобы на этой планете сейчас появились люди, которые построили Храмы Оракула. И какой бы выбор я ни сделал в любой момент времени, получается, я сделал его уже бесконечное количество раз. И если мы стоим здесь и сейчас, значит, он был правильный…

- Кто был правильный?

- Выбор, - терпеливо пояснил Ким. - Именно это меня и смущает. Получается, что все наши выборы предопределены. И предопределяет их тот, кто тоже находится здесь и сейчас…

- Мне жаль, но я так ничего не понял, - вздохнул ксенолог.

- Это потому, что вам не хватило времени. С удовольствием поговорил бы подольше, но вам необходимо торопиться, Эйдос Маури. Если, конечно, рассчитываете выбраться за горизонт событий…

Сегург пристально посмотрел на Кима и спросил на диалекте Сектора:

- Передать что-нибудь вашему брату?

- Я не знаю, где он, - печально сказал Ким. - Но если вы пообещаете поддержать брата ресурсами, буду вам очень благодарен.

- Конечно. Мы найдем его. - Сегург слегка наклонил шишковатую голову. - Прощайте, мастер Ким.

Когда их шаги стихли, Ким заставил себя подняться и несколько раз обошел вокруг купола, разминая затекшие ноги. У него оставалось всего 216 стандартных часов. Время буквально дышало в затылок. А сделать предстояло еще много. В первую очередь, необходимо перебраться на Центральный материк, где климат более теплый. Нужно успеть запастись пищей, чтобы ее хватило на первое время, пока он не найдет что-нибудь съедобное из местных культур. Почва ближе к экватору вполне плодородна.

А неразлучную троицу можно в конце концов прихватить с собой.

- Эй, вы где? - Ким свистнул и прислушался. - Собирайтесь, бродяги. Скоро начнется ваше самое большое путешествие.

Животные осторожно выглянули из-за соседнего купола, привлеченные знакомым свистом. Глядя на их острые мордочки, Ким подумал о том, что эволюция - довольно непредсказуемая штука. И вполне может так случиться, что спустя какой-то десяток миллионов лет именно эти три особи станут прапрапрапрародителями расы сегургов.

Ким улыбнулся и привычным движением разломил свой паек на три части.

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

01.08.2008

Content

Николай Горнов
Проект "Оракул"