Терри Грант

Флирт в ритме мамбо

Глава 1

Итак, примем исходное положение, мысленно отдала себе распоряжение Флавия и, выпрямив спину, встала на сияющий зеркальным блеском паркет. Затем расставила ноги на ширину плеч и стала медленно наклоняться вперед, пока не уперлась ладонями в гладкую поверхность пола.

Отлично, теперь нужно поднять правую ногу как можно выше и замереть…

Как только она выполнила задуманное, в комнате раздался телефонный звонок. Потеряв от неожиданности равновесие, Флавия растянулась на полу, но тут же вскочила, потирая ушибленные колени.

— Вот черт! — с досадой воскликнула она. — Только успела сконцентрироваться, и все старания насмарку… А ведь в этих упражнениях каждое движение должно контролироваться сознанием… Ну почему, стоит мне достичь хоть кратковременного согласия с собой, как обязательно находится кто-нибудь, во что бы то ни стало желающий его разрушить…

— Мое почтение, сиятельная сеньорита Флавия, — услышала она в трубке шутливый голос Миреллы. — Надеюсь, сегодняшний день проходит для вас удачно и вы не откажете мне в одной необременительной и к тому же весьма закономерной просьбе…

— А ты не могла бы немного повременить со своими шуточками? — недовольным тоном откликнулась Флавия. — Ты отвлекаешь меня от важного занятия…

Ручаюсь, она вновь погружена в свой пресловутый пилатес, подумала Мирелла. Исходное положение, движения, тонко прочувствованные сознанием… Словом, все как всегда. Причем это все выполняется на скользком, как лед, паркете, с риском при неосторожном движении потерять это сознание надолго. Чему вполне могут поспособствовать те бесконечные пилюли транквилизаторов, которыми она нещадно пичкает себя на протяжении последних недель. Нет, что ни говори, а наша сеньорита Арентини явно человек-парадокс… Кто бы еще смог так ловко сочетать стремление к здоровому образу жизни со стремлением ее погубить…

— Флавия, неужели ты забыла? Мы ведь договаривались, что я позвоню тебе сегодня в двенадцать, — напомнила она вслух.

— В двенадцать? Для чего? — искренне удивилась Флавия.

Видимо, падения в ее ежедневных тренировках все же случаются, вновь отметила про себя Мирелла.

— Для того чтобы обсудить дату, с которой начнется мой долгожданный отпуск, — вдохновенным тоном сообщила она. — Было бы просто великолепно, если бы мы сошлись на пятом числе, ведь до его наступления осталось всего несколько дней. К этому времени я уже должна отправить мужа и дочек в Сорренто, а жена и дети Бернардо уедут в Ниццу, так что у нас впереди целый месяц свободы. И мы уже придумали, как его провести… Вернее, где. Мы едем на Ямайку! Здорово, правда?

— Я согласна, ваша идея просто великолепна. Но, боюсь, ее выполнение вам придется отложить… — оборвала ее Флавия.

В трубке повисла пауза.

— Отложить? Что ты хочешь этим сказать? — осторожно поинтересовалась наконец Мирелла.

— То, что через пару дней я сама уезжаю из Ареццо, — спокойно объяснила Флавия. — Видишь ли, я решила отправиться во Францию… Немного отдохнуть в Биаррице… Там, говорят, прекрасные возможности для восстановления нервной системы… А я как раз очень нуждаюсь в этом после развода с Руджеро…

Да-да, что-то такое я слышала… Одна из знакомых мне рассказывала, что этот город когда-то называли «берегом дураков» из-за немыслимого количества заполонивших его невротиков, мысленно ответила ей Мирелла. Утешает только то, что он повидал на своем веку и не таких, как Флавия Арентини, а значит, вполне выдержит ее присутствие… А вот наши с Бернардо планы летят ко всем чертям, и это огорчает… Ведь Флавия ни за что не откажется от задуманного… Хотя попытаться сыграть на ее жалости все же стоит…

— Флавия, дорогая, ты не представляешь, как я расстроена… — печальным голосом заговорила она. — Ты же знаешь, такого шанса у нас с Бернардо может больше не быть… А если и будет, то одному богу известно, когда… Мы ведь не можем видеться, когда захотим… Наше положение, оно такое ужасное…

— Такое семейное, ты хотела сказать, — поправила ее Флавия. — Хотя для многих людей эти слова являются синонимами.

Ну вот, нарвалась на нравоучение, подавив тяжелый вздох, подумала Мирелла. А, собственно, что я ожидала услышать от разведенной женщины, бывший муж которой был в таком же положении, что и Бернардо, то есть изменял ей с такой же, как я… Нет, конечно не с такой, поспешно поправила она себя. Та девица была довольно невзрачной, да и глуповатой к тому же… Но некоторая параллель все же просматривается… Что ж, придется прибегнуть к более приземленным доводам…

— Флавия, прости, я не хотела стать причиной твоих неприятных воспоминаний… — смиренным тоном повинилась она. — Просто ты в последнее время так редко появляешься в нашей табачной лавке, что все насущные заботы о поставках продукции, вложениях, прибылях и прочем лежат исключительно на моих плечах. Я просто обессилена, поверь… А тут еще твой бывший муж отказывается поставлять нам сигары по прежним ценам. Ведь фирмы-импортеры в последнее время их значительно повысили… И теперь, когда Руджеро стал директором одной из них, нам придется несладко…

— Отказывается поставлять сигары? — встрепенулась Флавия. — И «Дона Карлоса» тоже?

— В первую очередь.

— Но почему?

— Я же сказала: хочет повысить цену… — терпеливо повторила Мирелла и, немного помедлив, добавила: — Ну и, наверное, еще потому, что стремится свести с тобой счеты…

— Счеты со мной? После того как, не скрывая, изменял мне с этой побитой молью Иларией? Вот это новость!

Да, напрасно он вел себя так самоуверенно, мысленно согласилась Мирелла. Немного осторожности, чуточку здравого смысла, каплю конспирации, и блюдом под названием «адюльтер» можно наслаждаться почти ежедневно…

— Но, Флавия, возможно, это было просто ошибкой с его стороны, — предположила она вслух. — И теперь, когда он понял, как сильно ошибался…

— Решил исправить положение с помощью повышения цен на сигары, — завершила за нее Флавия.

— Вовсе нет. Может, он хочет этим привлечь твое внимание? Почему бы тебе не съездить во Флоренцию и не обсудить с Руджеро условия контракта? Уверена, он пойдет тебе навстречу. А если нет, то после моего возвращения с Ямайки…

— Нет, даже и не думай, — решительно оборвала ее Флавия. — Я еду в Биарриц, и точка. Во Флоренцию же отправишься ты. У тебя есть дар убеждения, так что постарайся применить его, к нашей общей выгоде… Да, кстати, можешь взять с собой в поездку Бернардо. Не все ли тебе равно, где проводить свободное время с любовником: во Флоренции или на Ямайке?

— Твои рассуждения, как всегда, убийственно оригинальны… — нервно рассмеявшись, признала Мирелла.

— Да, и не вздумай возвращаться с завышенной ценой на доминиканские сигары… Особенно на «Дона Карлоса», — не обратив внимания на ее замечание, предупредила Флавия. — Эта марка очень важна для нашего магазина…

Вернее, для сеньора Пиренелли, уточнила про себя Мирелла. Который на протяжении нескольких лет является постоянным покупателем этой марки и в которого сеньорита Флавия на протяжении этих самых лет безнадежно влюблена…

Не успела она завершить свою мысль, как стеклянная дверь табачной лавки широко распахнулась, и на пороге, возвещая о своем прибытии неизменно тонкой, едва заметной улыбкой, появился сам Анджело Пиренелли.

Будто подслушивал мои мысли, поразилась Мирелла. Что-то он сегодня изменил своему расписанию… Пришел раньше обычного… Вот Флавия расстроится, когда узнает, что он был здесь в ее отсутствие… Она ведь нарочно является сюда каждый день к половине третьего, чтобы повидать этого красавчика… Из кожи вон лезет, стараясь привлечь его внимание… Не удивлюсь, если она и замуж за Руджеро вышла только назло ему… Да вот только ему все это невдомек… Интересно, почему он не обращает на нее внимания? Ведь, насколько я знаю из рассказов моей соседки, этот Анджело не пропускает ни одной юбки… Конечно, при условии, что она открывает стройные ножки и подчеркивает прелестную фигурку, которая гармонирует с не менее прелестным личиком… А у Флавии со всем этим все в порядке… Может, он всерьез увлечен кем-то еще? Нет, вряд ли… По рассказам Клаудии он недавно расстался с продавщицей из бутика синьоры Энтиволи и теперь находится в свободном плавании… Вот только в какую сторону он поплывет дальше, неизвестно… Хотя… это можно попытаться выяснить прямо сейчас. Не зря же он явился сегодня сюда так рано… Первый раз за несколько лет… Ручаюсь, за этим что-то кроется…

— Извини, у меня покупатели, — проговорила она в трубку. — Я тебе перезвоню чуть позже…

— Нет, позже я буду занята, — возразила Флавия, сразу же вспомнив о незаконченных упражнениях. — Давай завершим наш разговор прямо сейчас. Тем более что у меня осталась всего лишь одна просьба… Забронируй мне, пожалуйста, билет на Биарриц на шестое число… Твоя сестра ведь работает в аэропорту Флоренции, и, если вдруг свободных мест не окажется, попроси ее что-нибудь придумать… Помнишь, она помогала нам с Руджеро со свадебным путешествием?

— Да, помню… Только тогда ее помощь не принесла тебе ничего хорошего… — пробормотала Мирелла.

— Ну почему же… Мы прекрасно отдохнули…

— А что было после этого отдыха? — напомнила Мирелла.

— После не в счет, — раздраженно откликнулась Флавия. — И потом, в настоящее время я отправляюсь отдыхать в одиночестве, так что параллель неуместна…

— Ладно, если возникнут какие-то проблемы, я вновь обращусь к ней за помощью, — сдалась Мирелла и, попрощавшись с Флавией, отключила телефон.

— Слушаю вас, сеньор Пиренелли, — любезно улыбнувшись, обратилась она к Анджело. — Хотя нет, не нужно ничего говорить, — поправилась она. — Я так хорошо знаю ваши предпочтения, что любые слова будут лишними… Вы наверняка желаете приобрести непревзойденную доминиканскую марку «Дон Карлос». Разве я не права? — поинтересовалась она.

Анджело утвердительно кивнул, не переставая при этом демонстрировать свою тонкую улыбку.

— Правы, синьора Матерони. Тоже как всегда… — понизив голос, добавил он.

Мирелла кокетливо рассмеялась.

— Ну что вы, синьор Пиренелли, я всего лишь человек, которому, как известно, свойственно ошибаться… А также совершать непредвиденные поступки… Вот и вы сегодня пришли за сигарами раньше обычного… Что, подвели часы? — кивнула она на циферблат с бриллиантами, украшавший его руку.

Анджело проследил за ее взглядом.

— Ну что вы… — с упреком проговорил он, поняв, что она намекает на поломку механизма, заключенного в дорогостоящий корпус. — Я привез эти часы пять лет назад из Швейцарии, и они еще ни разу не дали мне повода усомниться в их исправности… Просто сегодня вечером я уезжаю во Флоренцию, откуда отправлюсь в путешествие… Именно поэтому я вынужден был изменить своим привычкам и прийти за «Доном Карлосом» раньше обычного…

— Так вы тоже отправляетесь в путешествие? — оживилась Мирелла. — Что-то все стремятся убежать прочь из нашего города… Оно и понятно, сезон отпусков… И куда же вы направляетесь, если не секрет?

— Вам бы я незамедлительно сообщил о пункте своего назначения, даже если бы это было военной тайной, — бросив на свою собеседницу лукавый взгляд, проговорил Анджело. — Меня ждет столица Доминиканы, — заговорщицким тоном сообщил он.

— Доминиканы? Родины покупаемого вами «Дона Карлоса»? — восхищенно поинтересовалась Мирелла.

— Совершенно верно. У Доминиканской республики, конечно, много и других достоинств и достопримечательностей, но «Дон Карлос» первый среди них. И хотя у меня там будет множество возможностей для дегустации других марок, обещаю, что «Дона Карлоса» я не забуду, — приложив ладонь к сердцу, шутливо-торжественным тоном поклялся он.

— Я готова вам поверить, — с улыбкой откликнулась Мирелла и, немного помедлив, продолжила: — Особенно если вы также пообещаете не забывать девушек нашего города… Надеюсь, вы едете в Доминикану с одной из них?

Анджело виновато склонил голову.

— Каюсь, грешен я, матушка настоятельница, — трагическим тоном изрек он. — Не устоял перед искушением познакомиться с какой-нибудь милой доминиканочкой, а посему отбываю из родного города в одиночестве.

Мирелла весело рассмеялась.

— Прощаю, блудный сын мой. Надеюсь, с вашим талантом обольщения это знакомство состоится довольно быстро, и желаю вам, чтобы оно было не одно.

Анджело тоже рассмеялся в ответ.

— Определенно, всем раскаявшимся грешникам нашего города следует приходить в эту табачную лавку.

— Особенно если они собираются в дальнее путешествие, — машинально поддержала шутку постоянного покупателя Мирелла, внимательно разглядывая его такие же тонкие, как и улыбка, черты лица. — Вот, прошу, ваш неизменный «Дон Карлос», — вежливо проговорила она, протягивая ему сигары.

Судя по его сверкающему каким-то прямо-таки адским огнем взгляду, он и вправду отправляется в Доминикану в поисках новых романов, подумала она, с любопытством заглянув в его зеленые глаза. А наша бедная Флавия вновь в стороне. Может, намекнуть ей, что стоило бы поменять направление и вместо Биаррица сесть на самолет до Санто-Доминго? Хотя, что изменят мои намеки, если даже здесь, в Ареццо, он ни разу не обратил на нее внимания? — продолжила свои мысленные размышления Мирелла, задумчиво глядя ему вслед.

И вдруг она, словно внезапно вспомнив о чем-то важном, о чем-то, что еще секунду назад не принимала в расчет по причине досадной забывчивости, бросилась к телефону.

А может, как раз вдали от Ареццо он и изменит свое мнение о ней? — думала она, лихорадочно набирая номер флорентийского аэропорта. Знаю, то, что я сейчас делаю, выглядит со стороны некрасиво… Но кто из нас знает заранее, какие некрасивые поступки окружающих обернутся для нас счастьем и какие благопристойные устремления этих самых окружающих приведут нас к крушению… Но, чем тратить время на объяснения с Флавией, принять правильное решение которой наверняка помешает гордость, будет лучше, если я все устрою сама…

— Джованна? Здравствуй, моя дорогая, — радостно проговорила она в трубку. — На тот случай, если ты уже успела забыть голос своей сестры, сообщаю тебе, что это она и есть. Ах, не забыла? Ну что ж, одной приятной новостью больше… Послушай, мне нужна твоя помощь… Вернее, моей подруге Флавии… Да-да, той самой, которая несколько месяцев назад отправлялась в свадебное путешествие… Так вот, ей через пару дней нужно вылететь в Доминикану, желательно утренним рейсом… Она просила меня забронировать билет… Не возникнет никаких проблем? Прекрасно! Теперь еще одна просьба, на этот раз лично от меня… Сделай так, чтобы прохождение таможенного контроля и прочих формальностей было для нее как бы в упрощенном варианте… Надеюсь, ты меня понимаешь? Ну что ты, боже сохрани, какие там наркотики… Просто я хочу сделать ей небольшой сюрприз… Если, конечно, его можно назвать небольшим… — понизив голос, пробормотала она, представляя себе выражение лица Флавии, когда та узнает, где именно она оказалась вместо Биаррица. — В чем заключается сюрприз? — задумчиво переспросила она. — Я расскажу тебе при встрече… Надеюсь, ты не сочтешь меня мерзавкой… Да, я приеду во Флоренцию вместе с Флавией… И еще вместе с Бернардо… Романтическое путешествие в родной город? Нет, сестренка, не угадала, у меня во Флоренции есть одно дело… Хотя, думаю, нашему с Бернардо романтическому время-препровождению оно не помешает… Да, на прощание хочу сделать классическое напоминание о том, что наш разговор должен остаться в секрете…

Мирелла повесила трубку и обвела испытующим взглядом многочисленные полки с сигарами, словно искала у них ответа на известные только ей вопросы.

— Ну вот, дело сделано… — медленно проговорила она вслух. — Хотя, конечно, оно еще не завершено, но первый шаг все же предпринят… Теперь остается только ждать… Либо мой розыгрыш принесет долгожданное счастье нашей неудачливой в любовных делах табачнице, либо… — Мирелла на минуту призадумалась. — Либо все останется как есть, — пожав плечами, продолжила она. — Ведь другого варианта быть просто не может… И, кстати, этот последний вариант я могу рассматривать как компенсацию за неудавшиеся сегодня переговоры насчет отпуска… Так что, как ни крути, а положительные стороны в моей затее все же присутствуют… И для Флавии тоже… Ведь когда бы еще она собралась отдохнуть в Доминикане… Кажется, у них там популярен стиль меренге, сочетающий песню и танец… И, как поется в одной из таких песен, «все будет, как будет»…

Глава 2

— Ну же, Флавия, победи наконец свою дрему и помоги мне рассказать Джованне о вчерашнем рок-концерте, который мы смотрели по телевизору. Мой словарный запас, выражающий восторг, уже иссякает… — Мирелла принялась нетерпеливо трясти за плечо свою спутницу, которая, облокотившись о стойку регистрации, действительно мирно дремала, не обращая внимания на неутихающий гомон в здании аэропорта.

Вяло отмахнувшись от нее, Флавия приоткрыла глаза и, бросив затуманенный взгляд на Джованну, вновь закрыла.

— Да, концерт и вправду был впечатляющим… — еле слышно проговорила она. — Только закончился очень поздно… Я даже не помню, кто там выступал последним…

— А все потому, что ты в последнее время переборщила со снотворным и заснула, не досмотрев даже до половины. Причем в нашем с Бернардо номере. Так что нам пришлось ночевать в твоем, — упрекнула ее Мирелла. — Ты так и проспала до утра в кресле… И все еще не можешь проснуться… — добавила она. — Ну ничего, сейчас я помогу тебе взбодриться… — Мирелла достала из сумочки крошечный плеер и, не спрашивая разрешения у Флавии, надела на нее наушники.

— Вряд ли такие мелодии способствуют бодрости, — прошептала Флавия. — Здесь нет ничего, кроме шума прибоя…

— Это только вступление, — успокоила ее Мирелла. — Дальше будут ритмичные мелодии… А к шуму прибоя тебе лучше привыкать заранее… Ведь твой вожделенный Биарриц располагается на берегу океана… — Она прибавила громкость и бросила многозначительный взгляд на свою сестру.

Та в ответ укоризненно покачала головой.

— Ты не передумала насчет изменения ее маршрута? — шепотом поинтересовалась она.

— Нет. И не передумаю, — уверенно ответила Мирелла. — Ты даже не представляешь, каким потерянным взглядом она каждый день смотрит на этого ловца женских сердец… А сколько времени уже пичкает себя антидепрессантами, транквилизаторами, снотворным и прочей дрянью под предлогом восстановления расшатавшейся из-за недавнего развода нервной системы… Может, под видом моего коварного поступка судьба посылает ей единственный счастливый шанс…

— А если он обернется для нее полным крушением надежд, чем ты будешь потом отвечать на этот потерянный взгляд?

Мирелла сделала беспечный жест.

— Как сказала несколько дней назад сама Флавия: «после — не в счет». К тому же отрицательный опыт — это тоже опыт. Тем более что он у нее уже не первый… Возможно, подобные опыты научат ее относиться к мужчинам проще, без любовного фанатизма, как это было в случае с ее первым мужем, да и теперь, с этим безупречным красавцем Анджело…

— То есть ты хочешь, чтобы она переняла твой тип поведения: быть замужем за одним мужчиной, а загорать на ямайских пляжах в компании другого? — уточнила Джованна.

Мирелла поморщилась, словно от горькой пилюли.

— Прошу тебя, сестренка, не докучай мне своими нотациями… Они бесполезны, ты же знаешь… И потом, я обратилась к тебе с просьбой о помощи Флавии, а не мне… Моей заблудшей душе ты уже не поможешь… Да и на Ямайку у нас с Бернардо выбраться не получается… — Она вдруг умолкла, прислушиваясь. — Слышишь, объявляют посадку на самолет Флавии… Проводи ее прямо до пассажирского кресла во избежание непредвиденных случайностей…

Джованна остановила на спутнице своей сестры встревоженный взгляд.

— Почему она такая сонная? Ты что, подсыпала ей вчера какое-нибудь лекарство?

Мирелла издала сокрушенный вздох.

— Хорошего же ты обо мне мнения… — с горькой иронией протянула она. — Нет, я не спорю, мой нрав, конечно, не подарок… Но и на столь крутые меры я не способна… Не беспокойся, для того чтобы повернуть судьбу человека в ином направлении, иногда требуется всего лишь уговорить его посмотреть ночной рок-концерт… Флавия спала сегодня всего три часа, а я знала заранее, что для нее это чересчур тяжелое испытание… И потом, я ведь тебе говорила, что она уже несколько недель пичкает себя снотворным, так что подсыпать ей в чай какие-либо порошки просто не имело смысла…

— Но если она так страдает из-за этого Анджело, может, тебе нужно было рассказать ей о своем плане, и она отправилась бы в Доминикану по доброй воле… — предположила Джованна.

Мирелла подняла усталый взгляд к потолку.

— А о чем, по-твоему, я беседовала с ней всю дорогу до Флоренции? Да я ей об этом Анджело все уши прожужжала… Все намекала на то, как ему будет одиноко в незнакомой стране… А она только: «Наверное, ему необходимо побыть одному», «Возможно, это путешествие поможет ему лучше узнать самого себя»… Узнать самого себя… Смех, да и только… Ты слышала когда-нибудь, чтобы мужчины в целях самопознания отправлялись развлекаться на Карибы? Нет, без моего вмешательства она никогда бы не решилась поехать к нему… Поэтому оставим все, как есть… Ей же на благо…

— Но ты ведь не знаешь, в каком отеле он живет, — возразила Джованна. — Вдруг им даже не удастся встретиться…

— Я знаю, что он отправился в Санто-Доминго, и этого достаточно, — не задумываясь, ответила Мирелла. — Этот город не столь огромен, так что они встретятся, не сомневайся… Если, конечно, этого захочет Его Величество Случай, — философским тоном добавила она. — Поэтому предоставим действовать ему.

Джованна с сомнением покачала головой и осторожно взяла Флавию под руку.

— Идем, я помогу тебе с багажом… Ты сегодня не в лучшей форме…

Мирелла сняла с уха Флавии один из наушников и проговорила на прощание:

— Желаю хорошо отдохнуть… Несмотря на возможные неожиданности…

Флавия слабо улыбнулась в знак благодарности.

Какие там могут быть неожиданности? — подумала она, направляясь следом за Джованной. Шикарный курорт, бульвар Променад, различные фестивали, модные дефиле, площадки для гольфа… И самое главное, все это далеко, очень далеко от Ареццо… От Анджело… От его безразличного, словно невидящего меня взгляда…

Последнее, что запомнила Флавия перед тем, как погрузиться в сон, было удаляющееся лицо Джованны.

Кажется, я и вправду в последнее время переборщила со снотворным, подумала она, откидываясь на спинку кресла. И в тот же миг перед ее глазами один за другим стали проплывать расплывчатые, хаотичные образы и события прошлого…

Сначала это было улыбающееся лицо Руджеро в апартаментах шикарного отеля на Сейшелах… Вот оно поворачивается в разные стороны, разглядывая их огромный номер, предназначенный для новобрачных… Вот оно медленно склоняется над нею, и Флавия видит, как приближаются к ее губам чувственные, красиво очерченные губы… Но вот комната отеля уступает место залитому ярким светом залу небольшого кафе, за столиком которого она видит Руджеро в обществе худощавой девушки с распущенными волосами. И вот все те же красиво очерченные губы приближаются теперь к призывно приоткрытым губам этой незнакомки…

А потом Флавию заслоняет от них густой, неведомо откуда взявшийся туман, из которого несколько мгновений спустя появляется… долгожданное лицо Анджело… Долгожданное, как во сне, так и наяву… Долгожданное с тех самых пор, когда она впервые случайно увидела его в университете Флоренции… Когда поняла, что больше уже не сможет жить так спокойно и безмятежно, как раньше, не видя этих излучающих таинственный свет зеленых глаз и этой тонкой, едва заметной улыбки… Это было волшебство, которое всего лишь за одно мгновение изменило ее жизнь… И как только на одной из студенческих вечеринок она познакомилась с обладателем этой улыбки, она поняла, что жизнь ее не только изменилась, она покатилась в бездонную пропасть, из которой ей уже не найти возврата… Остается только падать. Падать, стараясь ни на секунду не упустить из виду эту волшебную улыбку…

Именно это и происходило с нею, когда они гуляли с Анджело по вечерним улицам Флоренции, целуясь в ярких отблесках витрин… Именно это происходило с нею, когда в один из таких вечеров он не пришел на свидание… Именно это происходило с нею, когда она поняла, что он избегает ее… Избегает, потому что увлекся ее сокурсницей, с которой теперь проводит принадлежавшие когда-то только ей вечера… Именно это происходило с нею, когда она решилась на отчаянный поступок и солгала ему, что ждет от него ребенка, а в ответ услышала сдержанное: «Если решишь его оставить, я буду помогать»… Именно это происходило с ней, когда она призналась ему в своем обмане и он бросил: «Хотя ребенок и не заставил бы меня вернуться, я все же сохранил бы привязанность к тебе… Но теперь у тебя нет ни малейшего шанса…».

И даже после той, последней встречи ее падение все еще продолжалось… Оно продолжалось даже тогда, когда Флавия вернулась в свой родной Ареццо, где унаследовала от деда табачную лавку… Флавия знала: ничто не может остановить это падение… Никто не сможет поймать ее на лету и удержать, пока она еще не достигла дна… Никто, кроме Анджело… Которого она встретила в Ареццо через два года после расставания… В первую встречу он сообщил ей о своем намерении жениться на девушке, которая живет в этом городе. Во вторую — о своем очередном разочаровании в любви и решении остаться в Ареццо, где ему предложили должность менеджера одной из производственных фирм. Оба раза он держался корректно и отчужденно. Как, впрочем, и во время их последующих встреч на протяжении последних трех лет, местом которых стала лавка Флавии. Анджело выбрал именно ее лавку для ежедневной покупки сигар, и Флавия подозревала, что он сделал это вовсе не из-за предпочтения знаменитой доминиканской марки, а просто чтобы досадить ей своим непоколебимым равнодушием, а также весьма частыми появлениями в обществе очередной пассии. В ответ на которые она без раздумий приняла предложение руки и сердца недавно переехавшего в их город Руджеро Арентини. Но, как показало время, досадила этим она вовсе не Анджело…

Спустя несколько месяцев после свадьбы среди их общих знакомых стали ходить упорные слухи об изменах Руджеро. Но Флавия каждый раз старалась свести эти разговоры к веселой шутке… Пока однажды не увидела собственными глазами, как ее муж целовал в кафе молоденькую девушку, нежно поглаживая ее по щеке ладонью, на безымянном пальце которой блестело надетое Флавией обручальное кольцо…

Последовавший за этим событием развод лишь прибавил равнодушия взгляду Анджело и скорости падению Флавии. Она чувствовала, что вот-вот приблизится ко дну этой бесконечной пропасти… Но ее мучили не страх и неотвратимость неизбежного… Ее мучило непонимание… Непонимание этой бессмысленной жестокости, которую проявлял по отношению к ней Анджело. Много раз она хотела спросить у него, зачем он так с нею поступает… Но всякий раз ее останавливал этот леденящий душу и парализующий сознание равнодушный взгляд… Заглянув в это зеленое царство равнодушия, Флавия вновь подписывала контракт на поставку «Дона Карлоса», оставляя мучившие ее вопросы на потом, доверяя их лишь ночным кошмарам…

Вот и сейчас, в колеблющейся дымке беспокойного сна она смотрела в глаза Анджело, не решаясь произнести ни слова… Как вдруг откуда-то из глубин реального мира послышался тихий голос:

— Сеньорита Арентини, проснитесь… Мы уже приземлились…

Наконец-то, с облегчением подумала Флавия, стараясь открыть глаза. Вот оно, дно моей бездны…

— Ну что вы, всего лишь аэропорт… — проговорила голубоглазая стюардесса, успокаивающе погладив ее по плечу.

Флавия устремила на нее удивленный взгляд.

— Вы разговаривали во сне и беспокойно метались в кресле почти все время полета, — сочувственным тоном сообщила девушка. — Наверное, вам снилось что-то плохое…

Флавия приложила подрагивающую ладонь ко лбу.

— Да, хорошим это явно не назовешь… — пробормотала она, припоминая отрывки сна.

— Ничего, теперь все позади, — ободряюще улыбнулась стюардесса. — Вас ждут новые впечатления и комфортный отдых. Вот увидите, очень скоро все плохое забудется… Идемте, я провожу вас. Джованна просила меня по возможности сократить для вас различные формальности прибытия…

Проводив Флавию до дверей аэропорта, Эмилия, так звали выполнявшую поручение Джованны девушку, пожелала ей счастливого отдыха и направилась к поджидавшим ее коллегам. Бросив ей вслед дежурное «спасибо», Флавия, все еще пребывавшая под воздействием преследовавших ее неприятных сновидений, отставив чемодан в сторонку, принялась оглядывать кишащий пассажирами зал, пытаясь вернуть себя к действительности. Надо же, как много в Биаррице испанцев, подумала она, прислушиваясь к говору проходивших мимо нее людей. Видимо, этот курорт пользуется у них особой популярностью…

И в это время по залу поплыл немного хрипловатый женский голос:

— Уважаемые пассажиры, мы рады вас приветствовать в аэропорту города Санто-Доминго. В нашем городе вас ждут комфортабельные отели, до которых вы сможете добраться…

Но как именно можно добраться до ожидающих ее отелей, Флавия запоминать не стала. Вместо этого она сделала прерывистый вдох и, бормоча что-то невнятное, принялась лихорадочно бегать взад-вперед возле своего чемодана. Затем, остановив проходившего мимо пожилого мужчину, срывающимся голосом поинтересовалась на английском языке:

— Вы слышали, женщина только что сказала, что рада приветствовать нас в Санто-Доминго? Что это значит? Зачем она это сказала?

Мужчина в ответ беспечно пожал плечами и ответил тоже по-английски:

— Наверное, из соображений гостеприимства…

— Какого гостеприимства? — устремив на него бессмысленный взгляд, вновь поинтересовалась Флавия.

— Интернационального, — философским тоном откликнулся мужчина и торопливо направился в глубь зала.

Флавия плюхнулась на стоявший поодаль диванчик, прислушиваясь к хрипловатому голосу, который вновь повторял свое приветствие. И вдруг в ее ушах зазвучал совсем другой голос, голос Миреллы: «Желаю хорошо отдохнуть, несмотря на неожиданности…».

Так вот что означали ее слова, ужаснулась Флавия. Она знала, что я окажусь вовсе не в Биаррице… И даже более того, она все сделала для того, чтобы я там не оказалась… Она все сделала для того, чтобы приблизить меня к Анджело…

Несколько минут Флавия сидела неподвижно, уставившись невидящим взглядом в одну точку, и наконец с усталой обреченностью воскликнула:

— Этого не может быть! Она поступила отвратительно!

— Совершенно с вами согласен, — тут же поддержал ее отвлекшийся на секунду от телефонного разговора мужчина.

Он стоял недалеко от Флавии, сжимая в руке мобильный.

— Не знаю, кого именно вы имели в виду, но к моей, теперь уже бывшей девушке, это имеет отношение в полной мере, — скороговоркой объяснил он по-итальянски и вновь продолжил разговор по телефону: — Надеюсь, ты все слышал? Потому что повторять я не намерен… Хотя нет, повторю еще раз для собственного удовольствия… Каролина поступила просто отвратительно. И не только сейчас, не только со мной… Она всегда и со всеми поступала и поступает просто отвратительно… Все ее поступки отвратительны, как и она сама… Вот она, верная формула излечения от слепой страсти, я нашел ее… Она заключена в слове «отвратительно»… Я повторю его сегодня еще несколько десятков раз и забуду этот раскрашенный манекен по имени Каролина навсегда… Так и передай ей при встрече… Ах, да, ты прав, ее ведь долго не будет в Сиене… Она ведь укатила со своим заплывшим жиром мясником в Эмираты… Подумать только, я потратил на нее столько времени, мечтаний, надежд, средств, в конце концов… И все для того, чтобы в один прекрасный день узнать, что она не намерена отправляться со мной в Санто-Доминго… Не намерена, черт бы ее побрал! Не намерена потому, что эта бесформенная туша в смокинге пригласила ее отдохнуть в Эмиратах… Ах, ну конечно, я подарил ей недостаточно дорогое колье! Может, мне нужно было вручить ей сундук, набитый драгоценностями, чтобы она смилостивилась и согласилась поехать со мной в Доминикану? Не вижу здесь ничего смешного, Джанни… Это она посмеялась надо мной, над моими чувствами… И теперь она значит для меня не больше, чем оставшийся от нее авиабилет, который я прямо сейчас порву на мелкие кусочки и отправлюсь гулять по городу…

Мужчина захлопнул телефон и, приблизившись к Флавии, попросил ее с вымученно любезной улыбкой:

— Простите, сеньорита, но я был бы вам бесконечно признателен, если бы вы на несколько секунд привстали…

Флавия ответила ему непонимающим взглядом.

— Вы сидите на моей сумке, — объяснил мужчина.

Флавия вскочила на ноги, оглянувшись на сиденье. Там действительно лежала темно-синяя дорожная сумка.

— Простите, я ее не заметила… — смущенно пролепетала она. — Надеюсь, в ней не было ничего хрупкого?

— Видимо, я предусмотрел вашу оплошность, так как все хрупкое оставил дома, — уже не утруждая себя наигранной любезностью, откликнулся незнакомец и, схватив сумку, направился к выходу.

А куда же теперь мне? — подумала Флавия, провожая его взглядом. Все же отправиться в Биарриц… или вернуться в Ареццо? Полагаю, в Биарриц было бы предпочтительней… Если Мирелла рассчитывала, что я безропотно приму ее подмену и останусь в Санто-Доминго, она сильно ошиблась…

Схватив чемодан, Флавия бросилась к ближайшему окошку.

— Мне нужен билет до Биаррица! — выпалила она по-английски.

— Сожалею, сеньорита, но это невозможно, — развела руками темнокожая девушка. — Несколько минут назад кто-то предупредил о том, что в аэропорту бомба, и сейчас начнется эвакуация пассажиров…

— Вот проклятье! И когда же закончатся ее поиски?

Девушка пожала плечами.

— Не знаю, сеньорита… За сегодняшний день это уже второе сообщение…

— Черт бы побрал этих шутников!

— Отправляйтесь пока в отель, — посоветовала девушка. — Насколько я поняла по акценту, вы итальянка, а ваши соотечественники обычно предпочитают останавливаться в «Беатриче», его владелец как раз итальянец…

— Спасибо, сеньорита. Видимо, придется воспользоваться вашим советом, — со вздохом проговорила Флавия, наблюдая за уже начавшейся эвакуацией пассажиров. — Тем более что отеля «Шарлотта», номер в котором, по словам Миреллы, был забронирован на мое имя несколько дней назад, здесь наверняка не существует… — понизив голос, добавила она. — Ну что ж, придется на некоторое время поселиться в «Беатриче»…

— Свободных номеров нет, — не глядя на нее, на безупречном английском сообщил стройный, высокий портье с прилизанными гелем волосами. — То есть как… Совсем ни одного? — растерянно поинтересовалась Флавия.

— Именно так, — отчеканил портье.

— Но… Я же не могу остаться на улице… Вы должны мне помочь…

— Наш отель не единственный в Санто-Доминго, — все так же, не глядя в ее сторону, проговорил портье. — Обратитесь в «Изумрудную пальму», это неподалеку отсюда… Если хотите, я могу вызвать вам такси…

Флавия окинула усталым взглядом холл отеля.

— Хочу, — бесцветным голосом ответила она, но тут же встрепенулась. — Скажите, в вашем отеле не останавливался случайно сеньор Анджело Пиренелли? — с надеждой спросила она. — Он должен был прилететь сюда примерно дня три назад…

Портье наконец удостоил ее изучающим взглядом.

— А вы что, намерены поселиться в его номере? — осторожно осведомился он.

— Значит, он все-таки здесь! — обрадовалась Флавия.

— Простите за любопытство, но… Кто вы ему? — продолжил расспросы портье.

— Какое это имеет значение? — непринужденно пожала плечами Флавия. — Ну, допустим, жена…

Портье немного помедлил, все так же окидывая ее изучающим взглядом.

— Бывшая или будущая? — наконец уточнил он.

Флавия ответила ему растерянным взглядом.

— Простите?

— Дело в том, что господин Пиренелли живет в нашем отеле со своей нынешней женой, — объяснил портье, сделав ударение на предпоследнем слове. — По крайней мере, именно так он представил приехавшую вместе с ним спутницу…

— Вызывайте такси, — мрачным тоном перебила его Флавия.

— Вы решили покинуть наш отель, так и не повидавшись с супругом? — с тонкой усмешкой полюбопытствовал портье.

— Это вас не касается, — отрезала Флавия. — Займитесь лучше вашими прямыми обязанностями… Вызовите мне такси и попросите коллегу из «Изумрудной пальмы» оставить номер для госпожи Арентини, — тоном, не терпящим возражений, распорядилась она.

— Но я вовсе не обязан…

— Делайте, что вам говорят! — рявкнула Флавия, сунув ему в руки телефонную трубку. — Или я пожалуюсь на ваше грубое обращение своему соотечественнику, который является владельцем этого отеля.

Смерив ее ненавидящим взглядом, портье стал набирать номер «Изумрудной пальмы». Пока он разговаривал со своим коллегой и вызывал для Флавии такси, она разглядывала проходивших мимо постояльцев, старательно пряча лицо за туристическим буклетом.

Хорошо же я буду выглядеть, когда Анджело заметит меня здесь, приютившуюся в холле с чемоданом как бедная родственница, думала она. Особенно если в этот момент он будет в компании своей «супруги»… Уж тогда он посмеется вдоволь… Сначала про себя, потом вместе с этой «курортной женушкой»… Хотя он так привык за эти годы не замечать меня, что наверняка просто возьмет и обойдет, как предмет мебели…

— Госпожа Арентини, вас ждет такси, — с хмурой любезностью сообщил портье.

Слава богу, с облегчением перевела дыхание Флавия. Это даже хорошо, что здесь нет свободных мест… Отдохну хоть несколько часов в спокойной обстановке, не боясь быть замеченной, вернее, незамеченной Анджело…

— Вы утверждаете, что на ваше имя был забронирован номер моим коллегой из «Беатриче»? — переспросил такой же высокий, но с менее безупречной прической портье «Изумрудной пальмы». Флавия утвердительно кивнула.

— Да, я слышала это собственными ушами, — не задумываясь, преувеличила она.

Ее собеседник с сомнением взглянул на свои записи.

— На вашем месте я не был бы так уверен в безупречности собственного слуха… — осторожно заметил он.

— Что вы хотите этим сказать? — недоуменно спросила Флавия.

— То, что номер для вас никем, к сожалению, забронирован не был, — терпеливо объяснил портье. — И никаких звонков из «Беатриче» я за сегодняшний день тоже не припоминаю…

— Но… Как же так? Этот молодой человек, он при мне звонил в ваш отель… И еще вызвал для меня такси…

— Да, верно, это был Джейсон из «Беатриче», — подтвердила девушка-портье, которая все это время прислушивалась к их разговору. — Но звонил он не для того, чтобы забронировать для вас номер… — извиняющимся тоном добавил она.

— А для чего же тогда? — удивилась Флавия.

— Просто чтобы поинтересоваться, есть ли у нас свободные места…

— И все? — недоверчиво поинтересовалась она.

Девушка пожала плечами.

— В общем, да…

Вот мерзавец! — разгневанно воскликнула про себя Флавия. Он решил мне отомстить за намерение обратиться с жалобой к владельцу отеля… И что же мне теперь делать? Возвращаться в аэропорт или продолжить дальнейшие скитания по отелям?

— Так вы говорите, свободных номеров у вас тоже нет? — заранее зная ответ на заданный вопрос, уточнила она и, получив в ответ от обоих портье отрицательное покачивание головами, медленно опустилась на свой чемодан.

— Ну что, Санто-Доминго не ждал вашего появления? — услышала она вдруг рядом бодрый мужской голос и, подняв взгляд, увидела того самого мужчину из аэропорта, который громогласно обсуждал с кем-то по телефону поведение некоей Каролины. — Вот к чему приводит беспечность, — наставительным тоном продолжил незнакомец, деловито взирая на нее сверху вниз. — Нужно было заранее позаботиться о собственном проживании, раз уж вы планировали эту поездку…

— Несомненно, я так бы и сделала… Если бы планировала ее… — печально откликнулась Флавия.

Взгляд незнакомца немного смягчился.

— Что, непредвиденные обстоятельства? — понизив голос, поинтересовался он.

Флавия медленно кивнула.

— Еще какие непредвиденные… — вздохнула она.

Некоторое время незнакомец стоял неподвижно, изучая ее задумчивым взглядом. Затем направился к стойке портье и, наклонившись к девушке, что-то прошептал ей на ухо. Та в ответ кокетливо заулыбалась. Незнакомец наклонился еще ближе и, коснувшись губами ее щеки, оставил перед нею на стойке несколько купюр. Обменявшись с ним прощальным взглядом, девушка обернулась к Флавии.

— Идемте, сеньорита, я нашла для вас небольшую комнатку. Это, конечно, не шикарный номер, да и окна ее выходят на подсобные помещения, но все же для жилья она вполне пригодна. Потерпите несколько дней, а потом наверняка освободится какая-нибудь комната получше…

— Я остановлюсь в вашем отеле ненадолго, — заверила ее Флавия. — Через несколько дней меня уже здесь не будет…

— Ну тогда тем более… К тому же сэкономите на оплате…

Флавия огляделась вокруг, пытаясь отыскать выручившего ее незнакомца, чтобы поблагодарить его за эту бесценную в данных обстоятельствах услугу, но того уже и след простыл.

— Как зовут того сеньора, что спрашивал у вас о свободном номере? — поинтересовалась она, когда девушка провожала ее к временному жилищу.

— Риккардо Сильвиани. Он часто у нас останавливается. Кстати, он, как и вы, из Италии… Вы с ним случайно не из одного города?

— Насколько я успела узнать из телефонного разговора, нет, — немного подумав, ответила Флавия.

— Какого разговора? — удивилась девушка.

— Да так… Мимолетного… — отмахнулась Флавия. — Это просто мысли вслух, не обращайте внимания…

— Понимаю, — улыбнулась девушка. — Вы устали с дороги… Ничего, сейчас отдохнете, приведете себя в порядок… Кстати, в этом номере имеется довольно сносная ванная комната, — сообщила она, останавливаясь возле немного облупившейся деревянной двери. — Это что-то вроде резерва для неудачливых туристов… Располагается на первом этаже, недалеко от входа, так что донести сюда багаж несложно… — Девушка повернула ключ в замке и распахнула дверь, приглашая Флавию войти.

Та осторожно переступила порог, оглядывая пахнущую пылью комнату. Девушка подошла к окну и открыла жалюзи, впуская в затененное пространство яркий солнечный свет.

— Ну вот, располагайтесь… Ключ будет храниться у вас, так что это очень удобно… Только не забудьте вернуть мне его, когда соберетесь уезжать, — напомнила она и вышла из комнаты.

Флавия осмотрела старомодный платяной шкаф, два мягких стула и застланную блеклым покрывалом узкую кровать.

Ну что ж, могло быть и хуже, философски рассудила она про себя. По крайней мере, у меня есть крыша над головой и какой-никакой, но все же комфорт… Так что время перед перелетом в Биарриц нужно посвятить исключительно отдыху…

Флавия распахнула окно, освобождая комнату от стойкого запаха пыли, и уселась на подоконник, рассматривая открывающийся отсюда вид на окна и двери различных подсобных построек.

Наверняка вон там располагается что-то вроде кладовой, а те окна скрывают за собой кухню, мысленно угадывала она, пока вдруг не заметила, что из того, которое находилось посредине, на нее, приветливо улыбаясь, смотрит круглолицый смуглокожий мужчина средних лет.

Ну вот, даже в этой каморке не спрячешься от любопытных взглядов, раздраженно подумала Флавия и, спрыгнув с подоконника, собралась было закрыть жалюзи, как вдруг увидела, что незнакомец тоже покинул свой наблюдательный пост с помощью прыжка, только во двор, и, ни на секунду не переставая улыбаться, направился прямо к ней.

Интересно, если бы окно располагалось на втором или третьем этаже, он бы тоже проделал это упражнение вот так, не задумываясь? — мысленно спросила себя Флавия.

Но подумать над ответом у нее уже не было времени. Незнакомец приблизился к ее окну.

— Добрый день, сеньорита, — поздоровался он по-испански. — Вы живете здесь одна?

Флавия еще раз оглядела свою комнату.

— Да… По крайней мере, в данный момент в отеле больше нет неудачливых туристов.

Мужчина сделал успокаивающий жест.

— Поверьте, вы далеко не первая, кому приходится коротать здесь время в ожидании просторного номера.

— И вы спешите познакомиться со всеми временными постояльцами?

Незнакомец отрицательно качнул головой.

— Только с теми, кто ответит на мою искренность.

Флавия удивленно вскинула брови.

— И как же вы их отличаете от прочих?

Мужчина помедлил, пристально заглянув ей в глаза.

— По взгляду, — наконец ответил он.

Флавия задумчиво провела пальцем по векам.

— Интересно… — заметила она. — И что же вы успели прочесть в моем взгляде за пару минут наблюдений из окна?

— Тоску, — без раздумий ответил мужчина.

Флавия смущенно поправила волосы.

— Вот как? И поэтому вы решили, что я тотчас же отвечу на вашу искренность?

— А также на одно мое предложение… Причем эти ответы будут положительными, — поспешно добавил незнакомец.

Флавия удивленно пожала плечами.

— Ну и ну… Самоуверенности вам, как я вижу, не занимать…

— Не беспокойтесь, в моем предложении нет ничего предосудительного, — по-прежнему улыбаясь, уверил ее незнакомец. — Я всего лишь предлагаю вам потанцевать.

Флавия уставилась на своего собеседника, не произнося ни слова. Затем осторожно огляделась вокруг и уточнила:

— Вы сказали «потанцевать»? Я не ослышалась?

— Вернее, пока только учиться танцевать, — поправил ее незнакомец.

— Учиться? — вновь переспросила Флавия. — Простите, но мне кажется, что танцы — это вовсе не та наука, которую необходимо прилежно изучать…

— Мамбо — именно та, — уверенно возразил ее собеседник.

Флавия немного помолчала, что-то припоминая.

— Это латиноамериканский танец… По-моему, чем-то напоминающий сальсу… — сказала она наконец.

— Верно, — одобрительно кивнул незнакомец. — Оба эти танца пришли к нам с Кубы… Вижу, теоретические познания на этот счет у вас имеются, а значит, практическое их исполнение не вызовет особенных затруднений.

— Исполнение? А почему вы решили, что я дам свое согласие?

Улыбка незнакомца стала шире.

— Потому что вы не сможете устоять перед притягательностью этого танца… Перед его очарованием и грациозной загадочностью…

Флавия бросила на него заинтересованный взгляд.

— Звучит заманчиво… А почему вы хотите видеть именно меня своей ученицей?

— Партнершей, — поправил ее незнакомец.

— Партнершей? — удивилась Флавия. — Так вы тоже…

— Да-да, я тоже всего лишь ученик, — развел он руками.

— Но почему вы выбрали именно меня? — вновь поинтересовалась Флавия.

— Как я успел заметить, «почему» — ваше любимое слово, — придав своей улыбке лукавый оттенок, проговорил он в ответ. — Но я удовлетворю ваше неуемное любопытство… Все очень просто, мои прошлые попытки освоить этот танец не увенчались успехом, потому что мне навязывали то слишком толстых, то слишком рослых партнерш… А вы — совсем другое дело… — Он окинул фигуру Флавии оценивающим взглядом. — Вы идеально мне подходите…

— Вот как! — разгневанно оборвала его Флавия. — Но вы не удосужились спросить меня, подходите ли вы мне… Подумать только! Считаете, что можете выбирать меня, словно ветчину в супермаркете?

— Не очень удачное сравнение, — рассмеялся незнакомец. — Я бы скорее сравнил вас с каким-нибудь идеальным по форме фруктом… Только недозрелым… — И он продолжил уже серьезным тоном: — Вот именно поэтому я и пригласил вас.

— Почему? — недоуменно уточнила Флавия.

— Потому что вы при всей своей внешней привлекательности выглядите бесконечно несчастной, бледной, осунувшейся и потерянной, — стараясь говорить как можно мягче, объяснил он. — Поверьте мне, вам просто необходимо встряхнуться, расправить плечи, выпрямить спину, с достоинством вскинуть подбородок и прогнать с этого прелестного личика убивающую его бледность.

Флавия немного помолчала, глядя в глаза своему собеседнику. Затем тихо проговорила, упрямо покачав головой:

— Я не нуждаюсь для этого в танцах.

— Что ж, я предвидел подобный поворот в нашей беседе, — философским тоном откликнулся незнакомец. — И я даже рад, что вы не согласились на мое предложение сразу… Если вдруг передумаете, то всегда сможете найти меня в ресторане, вернее, на кухне… Я там работаю поваром. Вам стоит только назвать мое имя: Диего Альвериас, и меня тотчас отыщут, где бы я ни был… Да, кстати, а как ваше имя? Надеюсь, вы не настолько рассердились на меня, чтобы оставить его в тайне…

— Флавия Арентини, — представилась она после паузы.

— Итальянка? — уточнил Диего.

Флавия кивнула.

— Ну тогда вам просто необходимо уметь танцевать мамбо, — с улыбкой проговорил Диего. — С вашей восхитительной фигурой и именем оставаться в стороне от подобного действа просто преступление…

Тоже мне, мастер комплиментов, проворчала про себя Флавия, наблюдая, как ее новый знакомый забирается в окно кухни. Восхитительная фигура… И это у недозрелого фрукта, несчастного, бледного, осунувшегося и потерянного…

Она достала из белой лакированной сумочки пудреницу и принялась разглядывать свое отражение в круглом зеркальце: широкий лоб, пронзительно голубые глаза, длинные черные ресницы, прямой нос, округлый подбородок.

А этот танцор прав, сделала она вывод через несколько минут придирчивого созерцания. Щеки впали, кожа бледная, взгляд потерянный… Кислая блеклая груша, да и только… Нет, он тысячу раз прав… Нужно встряхнуться… Принять с дороги душ, переодеться во что-нибудь элегантное, сделать макияж и отправиться на прогулку по городу… В конце концов, тот факт, что я не собиралась приезжать в Санто-Доминго, вовсе не говорит о том, что я должна просидеть целый день в четырех стенах… Насколько я успела заметить из окна такси, в этом городе немало достойных внимания мест… Например, парк Колумба… Может, я встречу там Анджело…

Но, вспомнив сегодняшний разговор с портье о его «курортной» супруге, Флавия захлопнула пудреницу и яростно взлохматила волосы, словно пытаясь таким образом прогнать мучившие ее мысли.

Ну конечно, превосходная идея, саркастически улыбнувшись, продолжила она разговор с собой. Ты пойдешь в этот парк, чтобы встретить там его вместе с очередной пассией… Чтобы, обнимая ее за талию, он смерил тебя равнодушным взглядом… Чтобы, черт возьми, упасть от пережитого потрясения к его ногам этой самой блеклой грушей…

Флавия решительно подкатила к себе чемодан и принялась разбирать вещи.

Ну нет… С меня вполне хватит тех издевательских выходок, которых я натерпелась от него в Ареццо. В Санто-Доминго я себе страдать не позволю… Итак, к черту парк Колумба. К дьяволу Анджело и всех его так называемых «жен», как прошлых, так нынешних и будущих… Кстати, эта мысль вполне может сойти за тост… Осталось только поднять бокал вина… Чем я незамедлительно и займусь, как только выберу подходящее одеяние и столик в ресторане…

— О, это снова вы, — услышала Флавия радостный возглас, едва усевшись за свободный столик возле окна. — Надеюсь, вы вполне сносно устроились в той резервной комнатке? Светловолосый мужчина из аэропорта, Риккардо Сильвиани поднялся из-за соседнего столика и, приблизившись к ней, отвесил легкий поклон.

— Разрешите представиться, меня зовут Риккардо, я приехал из Сиены.

Все это мне уже известно, мысленно ответила ему Флавия. Вслух же сказала, приветливо улыбнувшись:

— Рада знакомству. Мое имя Флавия. Я из Ареццо.

Риккардо пожал ее руку и показал на свободный стул.

— Можно, я ненадолго составлю вам компанию?

— Конечно, что за вопрос, — с готовностью ответила Флавия. — Я буду рада. Вы ведь не забыли, что я обязана вам…

Риккардо протестующе замахал руками.

— Больше не произносите при мне этого слова. Вы мне ничем не обязаны, я только помог вам как своей соотечественнице, вот и все… Да, кстати, надеюсь, вы меня уже простили за то, что я вел себя так грубо в аэропорту? Просто у меня на тот момент была одна небольшая неприятность…

По имени Каролина, мысленно завершила за него Флавия, вспомнив его телефонный разговор.

— А теперь? — поинтересовалась она вслух.

Риккардо сделал беззаботный жест.

— Теперь уже все позади, — продемонстрировав жизнерадостную улыбку, сообщил он. — У любой неприятности есть одно неоспоримое достоинство: все они рано или поздно заканчиваются…

— Или сменяются другими, — вздохнув, добавила Флавия.

Риккардо немного отстранился, пытаясь разглядеть ее со стороны.

— Откуда такие черные мысли? — с упреком проговорил он. — Что, комната все-таки оказалась кошмарной?

— Нет-нет, что вы, я очень удобно устроилась, — поспешила успокоить его Флавия. — Я вам очень благодарна за то, что вы…

— Никаких благодарностей, — безапелляционным тоном перебил ее Риккардо. — Я ведь вам уже говорил, мой поступок того не стоит… Обычный пустяк, только и всего…

— Но этот пустяк меня очень выручил, — с улыбкой заметила Флавия.

— Вот и прекрасно, теперь у вас не будет повода думать о неприятностях… Кстати, вам очень идет улыбка, — окинув ее внимательным взглядом, проговорил он. — Если бы еще не эта удручающая бледность, вы были бы самой красивой девушкой этого отеля…

Ну вот, опять бледность, с досадой подумала Флавия. Сговорились они, что ли, с этим танцором? В Ареццо никто ничего такого не замечал, а здесь только и слышишь, что о блеклом виде…

— Простите, я сказал лишнее, — поспешил извиниться Риккардо, заметив ее расстроенный взгляд. — Не обращайте внимания… Это у меня, наверное, от предвкушения предстоящей поездки…

— Вы уже покидаете Санто-Доминго? — сама не зная почему, огорчилась Флавия.

— Да, но ненадолго… Мы с Бьянкой решили съездить в Бока Чика, это неподалеку отсюда… Там находится один из лучших пляжей… Работа в этом отеле ее совсем доконала, нет времени даже позагорать… Если хотите, можете поехать с нами, вам принять солнечные ванны тоже не помешает…

— Нет, спасибо, — догадавшись, что речь идет о девушке-портье, сухо поблагодарила Флавия. — А вы часто останавливаетесь в этом отеле? — поинтересовалась она, чтобы сгладить впечатление от неприветливого тона.

— Всегда, когда бываю в этом городе, — с готовностью подтвердил Риккардо. — А бываю я здесь едва ли не чаще, чем в собственном доме… Что поделаешь, работа…

И только было Флавия собралась уточнить, какая же именно работа заставляет его так часто приезжать в Санто-Доминго, как в дверях ресторана появилась девушка-портье.

— Простите, мне пора… — сразу же вскочил на ноги Риккардо. — На прощание хочу посоветовать вам заказать рыбу с соусом из кокосового молока, уверяю вас, не пожалеете… Как и о прогулке по Малекону. Магазины, бары и кинотеатры этого проспекта привлекают множество туристов… Такая прогулка вам не повредит, можете мне поверить… Да, и не забывайте улыбаться… Максимум движения и позитивные эмоции — вот все, что вам нужно на данный момент… Тогда вы сразу же перестанете тосковать…

А также быть бесконечно несчастной, бледной, осунувшейся и потерянной, мысленно продолжила за него Флавия, вспомнив слова Диего. И в тот же миг ей пришла в голову неожиданная даже для нее самой мысль. Мамбо… Я должна учиться танцевать его с Риккардо… Он отлично сложен, общителен, импульсивен и недурен собой… В нем есть все, чтобы… Чтобы, увидев меня вместе с ним где-нибудь поблизости от своего отеля, Анджело позеленел от злости, с чувством непреодолимого уныния завершила она, глядя на своего собеседника, который уже направился к выходу из ресторана.

Она принялась изучать меню, продолжая при этом размышлять. Нет, видимо, мой полет в бездну все еще не закончен… И, скорее всего, не закончится уже никогда… Подумать только, и что мне вдруг взбрело в голову танцевать мамбо с Риккардо… Хорошо еще, что эта глупость не сорвалась у меня с языка… Иначе он счел бы меня ненормальной…

— Не знаешь, кто такая эта новая подружка Риккардо? — услышала она вдруг позади себя приглушенный женский голос, говоривший по-итальянски.

— Да какая она новая? — проговорила другая женщина на том же языке. — Он флиртует с Бьянкой с тех самых пор, как начал приезжать сюда для ведения переговоров.

— Да нет, я говорю о той девушке, что сидит за столиком позади тебя… Риккардо так оживленно с нею беседовал…

— Ах, эта… — после недолгой паузы протянул насмешливый голос. — Неужели ты и вправду думаешь, что такая, как она, может быть его подружкой?

— А почему бы и нет? Я слышала, у него были серьезные намерения в отношении некоей Каролины… Может, это она и есть?

— Кто? Эта блеклая лилия с конским хвостом? Не смеши меня. Я видела фотографию Каролины, мне ее показывал сам Риккардо. Так вот, это яркая, просто сногсшибательная девушка, не имеющая ничего общего с этой дурнушкой…

— Но он подсел за ее столик как старый знакомый.

— Это еще ни о чем не говорит. Может, она его коллега, соседка или дальняя родственница из разряда троюродных…

— У тебя на все готов ответ… Только каждый из них почему-то выглядит неубедительно… Лично мне показалось, что Риккардо относится к ней теплее, чем к обычной коллеге…

— Ну да, и именно поэтому он укатил с Бьянкой на пляж, оставив ее здесь в одиночестве… Поверь, у этой невыразительной незнакомки нет ни малейшего шанса на завоевание такого очаровашки, как Риккардо. Раз уж это не удалось даже тебе, то о чем же еще говорить…

— Просто я выбрала неподходящий момент для завоевания… Он тогда был по уши влюблен в эту Каролину…

— Так поразмысли хорошенько: сможет ли он променять такую красотку на это светловолосое нечто… Нет, нет, нет и еще тысячу раз нет. Повторяю тебе, у нее нет ни единого шанса…

Блеклая лилия с конским хвостом… Неплохое определение, мысленно заметила Флавия, устремив невидящий взгляд куда-то поверх меню. Да и насчет моих шансов, вернее, полного их отсутствия, тоже сказано недурно… Может, мне стоит поставить их в известность, что я вовсе не собиралась завоевывать этого красавчика Риккардо, чтобы они наконец успокоились? Хотя нет, пускай поволнуются… Ведь еще несколько минут назад я собиралась заполучить его в качестве партнера по танцам, и теперь эта идея вовсе не кажется мне такой уж глупой… И даже, если мои шансы на его завоевание и вправду невелики, я все равно теперь не отступлюсь… Вы еще увидите, как могут менять цвет блеклые лилии… Итак, решено, я остаюсь в Санто-Доминго, чтобы танцевать мамбо в паре с Риккардо!

Глава 3

Думаю, я поступила правильно, что остановила выбор на этом жемчужно-розовом платье с открытой спиной. В нем мне будет гораздо приятнее осваивать танцевальные движения, мысленно одобрила свою покупку Флавия, выйдя из магазина. И тут же услышала за спиной веселый голос:

— Я же говорил, что вы передумаете. Напрасно я не заключил с вами пари на бутылочку рома.

Даже не оборачиваясь, Флавия догадалась, что это Диего.

— Вы что же, следили за мной от самого отеля? — поинтересовалась она. — Все время, пока я гуляла по Малекону?

— Поверьте, у меня не было в этом необходимости, — проговорил Диего, приближаясь к ней. — Я знал, что встречу вас в «Жарком танго», ведь это единственный магазин в городе, предлагающий такой ассортимент танцевальных костюмов. Я часто здесь бываю. Вот и сегодня решил заглянуть… А тут вы…

Флавия наконец перевела взгляд на своего собеседника.

— Вам все-таки удалось найти подходящую партнершу и поэтому вы пришли за костюмом?

Диего улыбнулся.

— Да, партнершу я нашел недавно, в крохотной комнатке отеля «Изумрудная пальма». А что касается костюма, то их у меня уже целая коллекция… Каждый раз я покупаю новый в надежде на удачное продолжение начатых уроков…

— И каждый раз ваши надежды терпят крушение, словно не вовремя вышедшие в море корабли… — с легким вздохом продолжила за него Флавия.

Диего задержал на ее лице заинтересованный взгляд.

— Поэтичное сравнение… Хотя и грустное… Но ничего, это у вас скоро пройдет… После первого же посещения «Мелодии карибских ночей»… Это лучший танцевальный клуб в Санто-Доминго… Где мы завтра же начнем осваивать мамбо… Да, кстати, вынужден вас огорчить: на уроках это шикарное платье вам вряд ли понадобится. Для новичков это только лишняя помеха. Я бы посоветовал вам выбрать легкие, не стесняющие движений брюки и такую же футболку… Да, и не вздумайте надевать туфли, иначе моим ногам несдобровать…

— Не вашим, — успокоила его Флавия. — Вы правы, я решила, что буду учиться танцевать мамбо. Но только не с вами… С другим партнером…

— С другим? — удивленно переспросил Диего. — Подумать только… Где же вы успели его найти за такое короткое время?

— Там же, где и вы, — с улыбкой ответила Флавия.

— То есть… в отеле? — немного подумав, уточнил Диего.

Флавия утвердительно кивнула.

— Невероятно… — недоверчиво проговорил он. — Впрочем, я никогда не переставал удивляться непредсказуемости вашего поведения…

— Моего? — в свою очередь удивилась Флавия.

— Я имел в виду женщин, — объяснил он. — Ну что ж, видимо, мне и впрямь не суждено постичь искусство танца… Я хочу, чтобы вы знали: я нисколько не обижен на вас. Наоборот, мне будет приятно знать, что в вашей жизни появилось увлечение, способное прогнать печаль с вашего лица… Давайте зайдем в бар, выпьем по стаканчику рома… Я знаю неподалеку одно местечко, где подают превосходный «Шаретт»…

— Нет, ром для меня — это слишком…

— «Шаретт» не просто ром, это ром, имеющий совершенно дивный аромат.

— Честно говоря, никогда раньше его не пробовала…

— Значит, это прекрасный повод принять мое приглашение, — подхватил Диего, устремив на нее выжидающий взгляд.

— Ну, если его аромат и вправду такой дивный… — немного поколебавшись, сдалась наконец Флавия.

Они расположились за стойкой, которая тянулась вдоль высоких окон, наблюдая за проходившими мимо людьми. — Так кто же тот счастливчик, в паре с которым вы решили постигать азы мамбо? — поинтересовался Диего, отпивая ром.

Флавия сделала неопределенный жест.

— Один случайный знакомый…

— Да, случайности порою меняют всю нашу жизнь, — философским тоном заметил Диего. — Причем как в лучшую сторону, так и в противоположную ей… — помолчав, добавил он.

И не успел он договорить, как за окном бара появился Риккардо в сопровождении девушки из отеля. Они неспешно шли по тротуару, о чем-то непринужденно беседуя. На их лицах играли безмятежные улыбки. Увидев мужчину, из-за которого она изменила свои планы и который теперь беспечно гулял по улицам с другой женщиной, Флавия припала к стеклу, провожая его долгим, разочарованным взглядом.

— Это и есть ваш избранник? — осторожно поинтересовался Диего, кивнув в сторону уже опустевшего тротуара.

Флавия не ответила.

Диего понимающе качнул головой.

— Любовь с первого взгляда… — протянул он.

Флавия испуганно вздрогнула.

— Прошу вас, не произносите при мне этой фразы, — еле слышно проговорила она и, сделав глоток рома, продолжила: — Несколько лет назад у меня и вправду была такая любовь… Но только не к Риккардо… Я без памяти влюбилась в мужчину, но скоро поняла, что не нужна ему… Вернее, я до сих пор не могу этого понять… Мое сердце не может… — сбивчиво завершила она.

Диего немного помолчал, что-то обдумывая.

— А этот Риккардо, значит, был выбран вами в качестве орудия мести? — наконец спросил он.

Флавия утвердительно кивнула.

— Да, что-то вроде того…

— Но месть не удалась, — печально усмехнувшись, проговорил Диего и, внимательно глядя ей в глаза, сообщил: — Я знаю этого парня, он часто приезжает сюда… И с девушкой я тоже знаком, — сделав паузу, продолжил он. — Ее зовут Бьянка, она работает в нашем отеле… Они уже давно встречаются.

— Спасибо за рассказ, — так же печально усмехнулась в ответ Флавия. — Обо всем этом я уже и сама догадалась…

Диего задумчиво повертел в пальцах бокал с ромом.

— А тот, первый, он сейчас тоже здесь, в Санто-Доминго? — спросил он, устремив взгляд в глубь бокала.

— Да, приехал, чтобы весело провести отпуск…

— В компании очередной любовницы, — продолжил Диего, по-прежнему не глядя на Флавию, и, почувствовав, как она вздрогнула от этих слов, предложил: — Хотите, я помогу вам отомстить ему?

Флавия медленно перевела на него изумленный взгляд.

— Простите, не поняла…

— Не беспокойтесь, ничего противозаконного, — поспешно заверил ее Диего. — Я помогу вам стать другой… Такой, чтобы Риккардо, позабыв о Бьянке, упрашивал вас потанцевать с ним… И не только потанцевать… Такой, чтобы ваш жестокий избранник вдруг понял, как он был глуп и слеп. Ну так что же, вы согласны принять мою помощь?

Флавия ничего не ответила, продолжая изумленно смотреть на него.

— Вижу, вы меня снова не поняли, — заметил Диего. — Ну что ж, я объясню… Даже более того, открою один из мужских секретов. Чего, кстати сказать, не делал еще ни для одной из женщин… Так вот, для того чтобы Риккардо обратил на вас внимание, вам нужно, прежде всего, стереть с лица это унылое выражение. А затем отказаться от стремления к всепоглощающей любви к какому бы то ни было мужчине. В общем, вашей целью на ближайшее будущее должен стать флирт. Легкий, непринужденный, невесомый, игривый и захватывающий воображение, словно звуки мамбо… Одним словом, настройте ваши душевные струны на мотив беспечности, праздности и ни к чему не обязывающей игры в любовь, и Риккардо будет ваш, можете мне поверить. В этом и заключается открытие обещанного мною секрета: мужчины не утруждают себя разгадками печали и высоких устремлений, они предпочитают то, что лежит на поверхности, то, что легко узнать и просто понять, то, над чем не придется ломать голову и терзать душу… Теперь вы меня понимаете?

Флавия машинально кивнула.

— Но даже если вы что-то и упустите из виду, я обязательно приду на помощь, — заверил ее Диего.

Флавия окинула его вопросительным взглядом.

— Только одного я не могу понять, — тихо проговорила она. — Зачем вы будете помогать мне?

— Ну вот, теперь вашим любимым словом стало «зачем», — невесело улыбнулся Диего. — Этого я пока сказать не могу… Это уже второй секрет… — Он вдруг сделал паузу и устремил на Флавию пронзительный взгляд. — А, впрочем, открою и его… Чтобы между нами не было недосказанности… — Он сделал большой глоток рома и, понизив голос, признался: — Секрет этот очень прост… Мы с вами друзья по несчастью, вот и все…

Флавия задумчиво сдвинула брови.

— Друзья по несчастью? — недоуменно повторила она. — Не понимаю… — И вдруг морщинки на ее лбу разгладились. — Так вы хотите сказать, что та девушка, Бьянка…

— Моя любовь с первого взгляда, — завершил за нее Диего. — Роман с Риккардо у них начался несколько лет назад, а я был для нее просто работником отеля… Просто поваром по имени Диего… На которого она ни разу не обратила внимания…

Флавия приложила бокал с ромом ко лбу, понуро разглядывая гладкую поверхность барной стойки.

— Ну и ну, у меня просто голова идет кругом… — еле слышно пробормотала она. — Так, значит, сегодня, предлагая мне стать вашей партнершей по танцам, вы преследовали ту же цель, что и я, решив поближе познакомиться с Риккардо…

Диего утвердительно кивнул.

— Верно. Догадаться, как вы видите, не так уж и сложно…

— Но это же подло! — вдруг разгневанно воскликнула Флавия. — Вы хоть понимаете, что собирались поступить со мной подло? Что вы ничем не лучше Анджело, который…

— А вы сами… — перебил ее Диего. — Вы — по отношению к Риккардо? Об этом вы не подумали?

Флавия на несколько минут умолкла.

— Вы правы, — наконец с горечью призналась она. — Я чуть было не попалась в собственную ловушку…

— А я ведь не стал использовать вас, как марионетку, я рассказал вам всю правду… Знаете, вы мне очень симпатичны… С той самой минуты, когда я увидел вас в окне комнаты… Готов поклясться… — приложив ладонь к груди, проговорил Диего.

Флавия улыбнулась.

— Не нужно. Я вам верю. В конце концов, мы ведь с вами сейчас в равном положении. У обоих нет ни единого шанса… — задумчиво завершила она, вспомнив слова незнакомки из ресторана.

— Но ведь мы еще не пытались исправить это положение, — напомнил Диего. — Если вы в точности выполните все мои советы, Риккардо непременно обратит на вас внимание…

— Вы имеете в виду советы по поводу флирта? — уточнила Флавия.

— Да, флирт должен стать вашим главным принципом в отношениях с мужчинами, — подтвердил Диего.

— И с вами тоже? — с легкой иронией поинтересовалась она.

— Со мной в первую очередь, — серьезно откликнулся Диего. — Вы будете отрабатывать навыки флирта на мне, а я в свою очередь буду честно оценивать ваши успехи. И начнем мы наши уроки прямо сегодня вечером. Вам нужно будет только одеться так, как я просил вас, и ждать меня возле ресторана, остальное предоставьте мне… Вы подробно узнаете о моих планах, когда наступит вечер… — Он похлопал себя по карманам летнего пиджака и разочарованно покачал головой. — Простите, я отойду на минутку… Мне нужно купить сигары…

— «Конкистадор», верно? — живо поинтересовалась Флавия.

Диего вскинул на нее озадаченный взгляд.

— Верно… — растерянно ответил он. — А как вы догадались?

— По запаху. Вы ведь постоянно курите только «Конкистадора», разве не так?

— Так… — по-прежнему растерянно подтвердил Диего. — Но… Неужели у вас настолько тонкое обоняние, что вы…

— Да, я запросто отличаю по запаху одну марку сигар от другой… И сигарет тоже… — таинственно улыбнувшись, перебила его Флавия и, заметив недоверчивое выражение его лица, объяснила: — В детстве я часто проводила целые дни с дедушкой, в его табачной лавке, которая теперь уже принадлежит мне…

— Так вот оно что… — понимающе протянул Диего. — Получается, ваша профессия напрямую связана с сигарами? Что ж, это значительно упрощает нашу задачу…

— В самом деле? — удивилась Флавия. — И каким же образом? Может быть, вы откроете мне и третий секрет?

Диего немного подумал.

— Нет, на данный момент открытий уже достаточно. Оставим немного на вечер…

Интересно, мое одеяние соответствует тому, о котором говорил Диего? Или для танцев это все же не очень подходит? — размышляла Флавия, поджидая своего нового знакомого возле ресторана и сосредоточенно разглядывая надетые на ней обтягивающие светло-голубые джинсы и ярко-желтую футболку поло. И тут же услышала в ответ: — Вы великолепно выполнили мое первое задание. — Диего окинул ее одобрительным взглядом. — Если помните, я еще сегодня днем заметил, что у вас безупречная фигура… А теперь она и вовсе потрясающе выглядит… Только замените футболку коротким топом, и успех вам гарантирован.

Флавия смущенно огляделась вокруг.

— Может, вы не будете озвучивать свои советы так громогласно?

— Простите, не смог сдержать эмоций… — извинился Диего. — Сейчас здесь появится Риккардо, — обняв Флавию за плечи, шепнул он ей на ухо. — Обещайте полностью довериться мне и ни в коем случае не возражать, что бы я ни говорил.

Флавия немного подумала, пристально глядя ему в глаза.

— Обещаю, — наконец тихо проговорила она.

— Надеюсь, вы не передумаете… — с волнением откликнулся Диего и тут же добавил, глядя куда-то в сторону: — Да у вас на это уже и нет времени… Он здесь…

Флавия повернула было голову, чтобы проследить за его взглядом, но Диего вновь прошептал ей, чуть отстранившись:

— Не оборачивайтесь. Его появление для нас ничего не значит. Мы заняты исключительно друг другом. Мы симпатичны друг другу, и у нас милая, веселая беседа… Нет, даже не так… У нас флирт. Едва заметный флирт в самом начале знакомства… — Он широко улыбнулся и, немного отойдя от Флавии, проговорил, повысив голос: — Значит, у вас своя табачная лавка? Подумать только… Никогда бы не поверил, что такая очаровательная сеньорита занимается продажей сигар… Я бы скорее принял вас за составительницу цветочных композиций…

Флавия устремила на него растерянный взгляд, не зная, что сказать в ответ. Но неожиданно ей на выручку пришел Риккардо, который, как заметила краем глаза Флавия, остановился, прислушиваясь к их разговору. Как только Диего закончил свою реплику, Риккардо приблизился к ним и поздоровался с Флавией, приветливо улыбаясь:

— Добрый вечер, сеньорита Флавия. Я вижу, вы уже вполне освоились в Санто-Доминго, у вас даже появились здесь новые знакомые… — Он бросил взгляд в сторону Диего и продолжил: — Должен сказать, что даже один день, проведенный в этом городе, пошел вам на пользу… Бледности как не бывало, да и общий вид, если можно так выразиться, полностью преобразился… Наверное, это дым вашей продукции оказывал на вас пагубное влияние, — шутливо заметил он. — Ведь, как я только что случайно услышал, вы являетесь владелицей табачной лавки…

— Да, с тех пор, как получила ее в наследство от дедушки… — нерешительно объяснила Флавия.

— В таком случае, спешу вам сообщить, что мы с вами в некотором роде коллеги.

— Коллеги? — удивленно переспросила Флавия. — Значит, вы тоже занимаетесь продажей табачной продукции?

— Точнее, поставкой, — поправил ее Риккардо. — Именно поэтому я так часто приезжаю в Доминикану… Чтобы заключать договоры с производителями… И теперь, когда выяснилось, что у нас с вами общие деловые интересы, может быть, вы согласитесь уделить мне после ужина несколько минут для обсуждения…

— Только не сегодня, — поспешно оборвал его Диего. — Через десять минут мы должны быть с сеньоритой Флавией в танцевальном клубе. В «Мелодии карибских ночей» нас ждет мамбо… — обняв за талию свою спутницу, продолжил он. — Так что деловые обсуждения вам лучше отложить на потом…

Не позволив Флавии добавить ни слова, Диего повел ее к выходу.

— Вы ничего не говорили мне о посещении клуба, — возмутилась Флавия, как только они вышли на улицу.

— Не говорил? — удивленно переспросил Диего. — Да вы шутите? Я только и делал, что целый день твердил вам о танцах.

— Но вы не говорили, что мы вечером пойдем в клуб, — настойчиво повторила Флавия.

— Видимо, от волнения вы все забыли… — со вздохом заметил Диего. — Но ничего, для первого раза вы держались вполне сносно… Если точно так же будет и на уроке мамбо, ваша жизнь очень скоро изменится в лучшую сторону, поверьте мне…

— Так это и есть ваш таинственный план: увести меня из отеля, как только Риккардо заговорит о нашей с ним встрече? — недоверчиво поинтересовалась Флавия.

— Не о встрече, а об обсуждении условий поставки сигар, — поправил ее Диего. — А деловые совещания в данной ситуации нам, как вы сами понимаете, ни к чему…

Флавия хотела было возразить, но Диего перебил ее:

— Вы ведь обещали довериться мне, так что будьте добры сдержать свое обещание. Пока вы для Риккардо всего лишь случайная знакомая, которая так же случайно оказалась еще и его коллегой… Как я вам уже говорил, чтобы его отношение к вам изменилось, вы должны изменить себя. И начать с прически… Ведь с этим вашим конским хвостом определенно нужно что-то сделать… — Диего вдруг остановился, окидывая лицо Флавии взглядом, затем взял ее за руку, увлекая на другую сторону улицы. — Предоставим действовать профессионалу, — заявил он, распахнув перед нею дверь парикмахерской.

Флавия осторожно провела рукой по волосам.

— Может быть, не нужно их трогать… — нерешительно проговорила она.

— Повторяю вам: с ними давно уже пора что-то сделать, — тоном, не терпящим возражений, откликнулся Диего, подталкивая ее к порогу, который Флавия переступила с замирающим от опасения сердцем.

— Добрый вечер, сеньорита, — сразу же подскочил к ней такой же темнокожий, как и Диего, парикмахер. — Желаете сделать прическу? — с улыбкой поинтересовался он.

— Поскольку сеньорита пока сама не знает, что именно она желает, вашими действиями буду руководить я, — подталкивая Флавию к вращающемуся креслу, заявил Диего.

Как только Флавия села, он встал за ее спиной, объясняя парикмахеру, какой именно вид должна приобрести ее прическа. Тот в ответ понимающе кивал, с задумчивым видом проводя расческой по ее локонам. Когда Диего умолк и парикмахер взял в руки ножницы, Флавия закрыла глаза и открыла их только после того, как услышала возглас своего нового знакомого:

— Ну вот, это совсем другое дело!

Осторожно взглянув на свое отражение, Флавия некоторое время сидела неподвижно, не смея даже поднять полуопущенные ресницы. Затем медленно повернула голову в одну сторону, в другую… и вновь села прямо. Из зеркального овала на нее смотрела незнакомая девушка с остриженными до воротника футболки пышными волосами, принявшими теперь нежно-карамельный оттенок. Она обернулась к Диего, и тот восторженно раскинул руки с громким возгласом:

— Вы выглядите просто потрясающе!

Флавия радостно улыбнулась.

— Честно говоря, я не предполагала, что этот эксперимент завершится удачей…

— И напрасно, — с легким упреком откликнулся Диего. — Я ведь вам не зря говорил: доверьтесь мне.

— Теперь мне легче будет это сделать, — проговорила Флавия, взметнув игривым движением облако волос.

— Надеюсь, после эксперимента с прической вы больше не будете отказываться от уроков мамбо, — сказал Диего, когда они вышли из парикмахерской.

— А разве я отказывалась? — с притворным удивлением откликнулась Флавия.

— Прекрасный ответ, — одобрительно улыбнулся Диего. — Думаю, первый урок будет для вас удачным…

— Возможно… — кивнула Флавия, оглядываясь. — А куда мы идем? Мне кажется, я здесь уже была…

— Вряд ли, — засомневался Диего. — Вы ведь приехали в Санто-Доминго только сегодня.

— Да, но, прежде чем поселиться в «Изумрудной пальме», я побывала в другом отеле… — вновь проговорила она, вспомнив, что видела точно такую же витрину магазина электроники, когда ехала на такси из «Беатриче».

— Да, верно, здесь неподалеку есть отель, — подтвердил Диего. — Кажется, он называется «Беатриче»…

Услышав это, Флавия замерла на месте.

— Зачем мы идем туда? — напряженным голосом поинтересовалась она.

Диего устремил на нее недоуменный взгляд.

— Зачем мы идем в отель? — настойчиво повторила она.

— В отель? — изумленно переспросил Диего. — С чего вы это взяли? Мы идем в танцевальный клуб.

Флавия окинула взглядом выстроившиеся вдоль тротуара здания.

— И где же он находится?

— Метрах в двухстах от отеля… — все еще не понимая ее беспокойства, объяснил Диего.

— Вот как? Я туда не пойду! — решительно заявила Флавия.

Диего растерянно развел руками.

— Но… Что случилось? Почему вы вдруг отказываетесь идти в клуб, хотя еще минуту назад были не против?

— Я же сказала: я не пойду в этот клуб, — упрямо наклонив голову, повторила Флавия.

Диего беспомощно огляделся, пытаясь понять причину ее странного поведения. И вдруг его взгляд прояснился.

— Кажется, я понял… — медленно проговорил он. — Вы заупрямились, как только услышали название отеля… Все дело в том, что в нем живет ваш давний возлюбленный… Анджело, если не ошибаюсь… Верно?

Флавия не ответила.

— Значит, верно… — задумчиво покачивая головой, сказал Диего и, помолчав, спросил: — И что же, вы вот так за считанные секунды откажетесь и от уроков танцев, и от плана своей мести?

Флавия снова ничего не ответила. Диего шумно вздохнул и, уперев ладони в бока, удрученно покачал головой.

— Послушайте, это же просто глупо… Только вдумайтесь: вы отказываетесь идти по улице лишь из-за того, что боитесь случайно встретить на ней своего… — Диего умолк, подбирая определение. — Своего знакомого, — наконец проговорил он. — Это же просто ужасно, до чего вы себя довели…

Флавия по-прежнему молчала.

— Ну вот что, я не позволю вам продолжать это безумие. По крайней мере, в моем присутствии, — сурово проговорил Диего и, крепко сжав ее ладонь в своей руке, повел за собой.

— Прошу вас, не надо, — захныкала Флавия. — Я не хочу его видеть…

— Не хотите или боитесь? — все так же сурово поинтересовался Диего.

— Я не знаю… — еле слышно пролепетала она.

— Зато я знаю. Вы струсили. Сдались на милость этого самодовольного мерзавца…

— Неправда. Все эти годы я боролась с собой… — попыталась было возразить Флавия.

Но Диего ее сразу же оборвал:

— Похоже, вы потерпели бесславное поражение. Но ничего, теперь в борьбу вступаю я. А меня победить не так-то просто…

— Даже Бьянке? — тихо спросила Флавия.

Диего, обернувшись, посмотрел ей прямо в глаза.

— Особенно Бьянке, — сделав ударение на первом слове, решительно проговорил он.

Флавия отвела взгляд в сторону уже показавшихся вдали дверей отеля.

— Что мне делать, если я встречу сейчас Анджело? — все так же тихо спросила она.

Диего проследил за ее взглядом.

— Ничего, — пожав плечами, ответил он. — Вы ведь собирались здесь продефилировать в обнимку с Риккардо? Но, поскольку его кандидатура выбыла из игры, вам придется осуществить задуманный маневр в обнимку со мной. Думаю, я еще вполне подхожу для подобных целей, — с этими словами он встал по левую руку от Флавии, чтобы ее можно было хорошо разглядеть из окон отеля, и обнял ее за талию. — Постарайтесь до тех пор, пока мы не пройдем отель, смотреть только на меня, — проникновенным голосом попросил он. — А я в свою очередь постараюсь развлечь вас каким-нибудь веселым рассказом, чтобы на вашем лице появилась лучезарная улыбка. Если нам повезет и мы все-таки встретим этого типа, ручаюсь, он будет сражен наповал. Ведь за те несколько лет, что вы изводили себя бесполезными страданиями, он ни разу не видел вас в обществе увлеченного вами мужчины.

— Вот только получится ли у меня не смотреть на окна отеля…

— Я постараюсь помочь вам, — пообещал Диего и, как только они приблизились к отелю, вдруг поинтересовался: — Скажите, вы не догадались захватить с собой ласты?

Флавия удивленно вскинула брови.

— Какие еще ласты? Для чего?

— Ну как же, чтобы я не отдавил вам ноги, — серьезным тоном объяснил Диего. — Так делают все, кто приходит первый раз на урок… Да, кстати, их звонкое шлепанье помогает держать нужный ритм.

Флавия представила себе зрелище, в котором пары шлепают ластами под звуки мамбо, и звонко расхохоталась.

— Этого не может быть… Вы меня обманываете…

— Конечно, обманываю, — нисколько не смутившись, подтвердил Диего. — Но зато вы прошли под окнами отеля, даже не взглянув на них.

Флавия повернула было голову в сторону отеля, но Диего осторожно положил ладонь ей на затылок, заставив отказаться от этого намерения.

— Научитесь не оглядываться назад, — негромко посоветовал он. — Этот навык может еще не раз сослужить вам добрую службу, поверьте… А пока приготовьтесь к освоению других навыков… — завершил он, останавливаясь напротив широких дверей, над которыми висела пестрая вывеска, обещавшая каждому вошедшему мелодию карибских ночей.

— Знакомьтесь, это Кармелита, непревзойденный гений танцев латино, — представил он Флавии молодую смуглокожую девушку с черными, кудрявыми волосами, как только они вошли в просторный зал с высоким потолком, где уже собрались ученики в ожидании урока. — А это моя новая знакомая, Флавия, — продолжил Диего, покровительственно положив ей руку на плечо. — Она живет в Италии, где уже много лет занимается продажей сигар… В том числе и доминиканских…

— Ты опять с новой ученицей? — продемонстрировав широкую белозубую улыбку, проговорила Кармелита.

— С лучшей из них, — подчеркнул Диего. — Можешь мне поверить. Только она еще об этом не знает… — шутливо добавил он, понизив голос.

— Верю, — откликнулась Кармелита, одобрительным взглядом окинув талию Флавии. — У меня как раз сегодня первый урок с новой группой… Присоединитесь? — предложила она.

Флавия смущенно улыбнулась и, бросив взгляд в сторону поджидавших Кармелиту учеников, отрицательно качнула головой.

— Она еще не преодолела свою робость, — объяснил за нее Диего. — Мы пока просто посидим в сторонке и понаблюдаем.

Кармелита понимающе кивнула.

— Ну что ж, пожалуйста… Присаживайтесь вон на ту скамейку, оттуда вам будет отлично видно каждое движение.

— Простите, я испугалась, что буду выглядеть неуклюже… — виновато проговорила Флавия, опускаясь на скамейку.

— Ничего, это нормально для новичка, — успокоил ее Диего, усаживаясь рядом.

Кармелита включила музыку, и урок начался. Флавия, не отрываясь, наблюдала за неуверенными движениями топтавшихся на месте пар, вслушиваясь в завораживающую ее с каждой секундой все сильнее мелодию.

— Несколько месяцев назад моей партнершей была вон та упитанная особа, — показав на тучную женщину лет сорока, тихо проговорил Диего. — Именно тогда мне пришла на ум мысль использовать на уроках ласты…

Флавия рассмеялась, продолжая наблюдать за несмелыми шагами учеников. Через некоторое время незаметно для себя она начала повторять их движения, не поднимаясь при этом со скамьи. И вдруг почувствовала, как Диего, взяв ее ладони в свои руки, рывком поднял ее на ноги. Не дав ей времени опомниться, он вывел ее в центр зала.

— Держите спину прямо. Расправьте плечи, — властным тоном распорядился он. — А теперь делайте шаг на счет два… Нет-нет, смотреть себе под ноги вы будете на улице, а здесь вы должны смотреть только на меня, иначе вы никогда ничему не научитесь… Вот так, подбородок поднять выше, двигаться уверенней и выбросить из головы все мысли. Вы должны думать только о музыке и прислушиваться только к моему голосу.

— Вы же говорили, что так и не научились танцевать мамбо, — ошеломленно наблюдая за его четкими и картинно раскованными движениями, напомнила Флавия.

Диего мягко улыбнулся.

— А вы всегда безоговорочно верите тому, что вам говорят мужчины? — лукавым тоном поинтересовался он.

— Наверное… Я как-то не задумывалась об этом… — растерянно ответила Флавия.

— Ну что ж, в следующий раз я буду иметь в виду вашу доверчивость, когда соберусь вам что-либо сообщить, — с улыбкой откликнулся Диего. — А теперь довольно разговоров. Слушайте музыку и запоминайте мои советы…

Флавия устремила внимательный взгляд на своего наставника, стараясь как можно более точно повторять его движения. Она смотрела в его карие глаза, обрамленные черными густыми ресницами, вслушивалась в увлекающий ее ритм мамбо, и с каждой секундой образ Анджело отступал все дальше, превращаясь в едва различимую, расплывчатую тень… Она больше не задумывалась ни о том, как будет выглядеть в глазах других, ни о том, как сделать свои движения хоть немного более красивыми… Она просто танцевала…

— Вы делаете весьма недурные успехи для первого урока. Должен сказать, я с удовольствием наблюдал за вашим преображением во время танца, — признался Диего, когда они возвращались в отель. — Могу со всей ответственностью заявить: вы способная ученица. Кстати, это заметила и Кармелита, а она, как вы сами понимаете, ошибаться не может. Что же касается вашей безупречной фигуры, то она, смею вас заверить, также не осталась незамеченной присутствовавшими на уроке мужчинами… — многозначительным тоном добавил он. — Это все пилатес… Комплекс специальных упражнений… — немного смутившись, объяснила Флавия.

Диего разочарованно всплеснул руками.

— Боже мой, Флавия, вы не должны мне это объяснять. Я ведь сделал вам комплимент, понимаете? Комплимент, который вам необходимо воспринимать как должное. Вы прекрасны, очаровательны, сногсшибательны… И кто бы ни говорил вам эти слова, не вздумайте объяснять ему, каким способом вы всего этого достигли. Вы и сами знаете, что выглядите неотразимо… Знаете давно… Знаете так же хорошо, как собственное имя… А раз так, значит, должны реагировать на подобные комплименты равнодушно, с легким оттенком скуки… Вы меня понимаете?

Флавия утвердительно кивнула.

— Хорошо, давайте попробуем еще раз… Я говорю вам комплимент, а вы отрабатываете нужную реакцию… — Диего замедлил шаг и, повернув к Флавии улыбающееся лицо, проговорил вкрадчивым голосом: — Позвольте вам признаться, сеньорита, вы выглядите просто неотразимо…

Флавия, немного помедлив, улыбнулась в ответ, затем благосклонно кивнула.

— Неплохо для начала, — одобрил ее действия Диего. — Определенно, вы способны быстро осваивать учебную программу, в чем бы она ни заключалась… А теперь выслушайте внимательно мое следующее задание… Завтра днем, когда в вашу комнату придет Риккардо, постарайтесь вести себя с ним примерно так же, как вы только что отреагировали на мой повторный комплимент…

— Откуда вы знаете, что он придет? — удивленно перебила его Флавия.

Диего снисходительно пожал плечами.

— Долго объяснять… Но он придет. Придет во что бы то ни стало… Пожертвовав ради этого визита очередным свиданием с Бьянкой… — с легким волнением добавил он. — И уж тогда вам нельзя будет ни в коем случае забывать наш сегодняшний урок… Да, кстати, давайте условимся: как только он покинет вашу комнату, сразу же закройте жалюзи. Это будет условный знак, по которому я пойму, что ваша встреча все-таки состоялась.

— Вы будете следить за моим окном? — нерешительно поинтересовалась Флавия.

— В этом нет необходимости. Оно прекрасно просматривается с кухни. А мне завтра предстоит провести на ней целый день. Так что на обед я приготовлю специально для вас что-нибудь очень вкусное… — с улыбкой завершил он.

— Буду вам благодарна, — вежливо откликнулась Флавия, устремив взгляд на приближающееся здание «Беатриче».

— Неужели вы вновь намерены повторить свой бессмысленный поступок, замерев от страха на тротуаре? — поинтересовался Диего.

Флавия замедлила шаг и на несколько секунд умолкла, понуро склонив голову. Затем решительно вскинула подбородок и, напряженно заглянув в темно-карие глаза Диего, тихо сказала:

— Нет, я больше не буду бояться встречи с Анджело… Обещаю…

Диего бережно дотронулся ладонью до ее щеки.

— Вот и славно… Думаю, пройдет еще немного времени, и вы поймете, что этот человек не стоит ваших переживаний… И никогда не стоил… А победа над Риккардо только добавит вам уверенности в этом.

Флавия немного помолчала, продолжая напряженно вглядываться в его глаза.

— Но ведь я не люблю его… — проговорила она наконец. — А значит, поступаю подло… Вы мне сами так сказали… Сегодня днем, в баре…

Диего отвел взгляд в сторону.

— Послушайте, сеньорита Флавия, давайте договоримся: во время вашего пребывания в Санто-Доминго вы не будете мучить себя подобными размышлениями…

— Но вы ведь сами, наверное, понимаете…

— Все, что мне необходимо было понять о вас, я уже понял, — перебил ее Диего, осторожно погладив по щеке. — Поэтому не нужно мне ничего объяснять… И себе тоже, — сделав паузу, тихо добавил он. — Поверьте, если Риккардо и в самом деле увлечется вами, в этом не будет вашей вины. Он сделает это по собственной воле и желанию…

Глава 4

Флавия рассеянно листала туристические буклеты, откинувшись на подушки, когда кто-то постучал в дверь ее комнаты.

Неужели Диего был прав? — подумала она, вскочив с кровати.

Положив буклеты на подоконник, она поправила воротник футболки и, придав своему голосу как можно более беспечную интонацию, небрежно бросила в сторону двери:

— Войдите.

И в ту же секунду на пороге появился Риккардо.

— Добрый день, сеньорита Флавия, — поздоровался он. — Надеюсь, я не помешал вашему послеполуденному отдыху?

— Ну что вы, вовсе нет, — окинув его спокойным взглядом, заверила она. — Я как раз собиралась немного прогуляться по городу…

— Вот как? В таком случае я не отниму у вас много времени, — поспешил успокоить ее Риккардо. — Мне бы только хотелось узнать, когда мы сможем переговорить с вами по поводу нашего общего бизнеса…

— Нашего бизнеса? — растерянно переспросила Флавия.

— Ну да, я хотел бы обсудить с вами условия поставки некоторых марок сигар…

Флавия бросила взгляд в сторону распахнутых окон кухни.

Нельзя сказать, чтобы Диего был неправ вчера… Но и нельзя также сказать, что его предсказание полностью сбылось, мысленно заметила она, одновременно подыскивая наиболее подходящий в сложившейся ситуации ответ.

— Знаете, пребывание в Санто-Доминго не способствует деловому настрою, — наконец с вежливой улыбкой сказала она. — Возможно, мы вернемся к этому разговору через несколько дней, когда окружающая обстановка уже не будет мне казаться такой необычной…

— Но вы ведь собирались скоро уехать… — напомнил Риккардо. — Разве не так?

— Да, у меня были такие намерения… Но они были вчера… А сегодня я приняла решение провести в этом городе весь отпуск. Так что у нас еще будет время обсудить деловые вопросы.

— Ну что ж, не буду нарушать ваши планы… — Риккардо пробежал быстрым взглядом по меблировке комнаты. — Надеюсь, в ближайшее время вы сможете перебраться в более уютный номер. Здесь вовсе не такие комфортные условия, как описывала мне Бьянка…

— Ну что вы, я очень благодарна вашей подруге, — поспешно возразила Флавия. — Мне нравится эта комната… и особенно ее расположение в тихом, уединенном крыле отеля…

— Вижу, пребывание в доминиканской столице вам и вправду пошло на пользу, — с улыбкой проговорил Риккардо. — Ваше настроение заметно улучшилось, а новая прическа от местного мастера полностью преобразила внешний вид… Уверен, что и невеселые мысли вскоре безвозвратно останутся в прошлом… Во всяком случае, я искренне желаю, чтобы так оно и случилось, — завершил Риккардо, покидая комнату.

Как только дверь за ним закрылась, Флавия с облегчением перевела дыхание.

Словно на экзамене побывала, подумала она. Так и ждала каждую минуту какого-нибудь подвоха от него… И глупого высказывания от себя… Но, кажется, все обошлось…

— Сеньорита Флавия, вы здесь? — услышала она вдруг с улицы голос Диего.

Флавия подошла к окну.

— Неужели я ошибался? — спросил Диего. — Неужели Риккардо так и не приходил?

— Приходил, — спокойно ответила Флавия.

— Вот как? Почему же вы не закрыли жалюзи, как мы договаривались?

Флавия пожала плечами.

— Просто забыла… — объяснила она. — Да и все эти тайные знаки не имеют никакого значения… — помедлив, продолжила она. — Ему нужно было всего лишь обсудить поставку сигар…

— И только? — засомневался Диего.

Флавия утвердительно кивнула.

— Может быть, вы неверно истолковали его слова? — вновь с сомнением в голосе поинтересовался Диего.

— Да какая разница, — отмахнулась Флавия. — Эта моя затея с самого начала была глупой, смешной и абсолютно ненужной… Ненужной даже мне самой… Я поняла это только сейчас.

— Ну зачем же так беспощадно критиковать собственные поступки? — возразил Диего. — Эта затея помогла вам поверить в себя… А значит, не была такой уж ненужной… Да, кстати, я тут приготовил для вас кое-что, способствующее бодрому настроению…

Он вытянул вперед руку, которую все это время держал за спиной, и Флавия увидела спелый ананас, из которого торчала полосатая трубочка.

— Это тропический коктейль. Уверен, он заставит вас взглянуть на все совершенно по-другому, — сказал Диего, осторожно поставив ананас на подоконник.

Флавия мягко улыбнулась.

— Просто не знаю, что бы я делала без вашей поддержки, — с благодарностью проговорила она. — Коктейль здесь ни при чем… Это вы заставляете меня смотреть на окружающий мир по-другому… Правда, у меня это не всегда получается… — с легкой грустью добавила она.

Диего улыбнулся в ответ.

— Ничего, у каждого человека время от времени что-то не получается… Это нормально. Нужно только научиться не отказываться от задуманного. В данном случае, от уроков мамбо, — многозначительным тоном завершил он.

— Так вы не передумали сделать из меня танцовщицу? — с удивлением поинтересовалась Флавия, помешивая коктейль.

— Боже мой, конечно нет! — воскликнул Диего. — Неужели вы думаете, что я способен поступить подобным образом с кем бы то ни было? Тем более со своей лучшей ученицей…

— По-моему, вы преувеличиваете мои способности…

— Нисколько. Я абсолютно беспристрастен. И вы сможете убедиться в этом сегодня вечером. Итак, жду вас на ступенях отеля в восемь часов.

Диего вскинул ладонь в прощальном жесте и направился к одному из окон кухни, когда его осторожно окликнула Флавия.

— Постойте, сеньор Диего… Вы все время беспокоитесь за меня, а я даже ни разу не спросила, изменились ли со вчерашнего дня ваши отношения с Бьянкой…

Диего на несколько минут замер на месте, глядя задумчивым взглядом куда-то сквозь стену отеля. Потом медленно повернулся к Флавии и вдруг предложил:

— Знаете, сеньорита, а почему бы перед тем, как отправиться на урок мамбо, нам не прогуляться по городу? Меня только что осенила догадка: вы ведь еще толком не видели Санто-Доминго… Бурлящего, громкоголосого, неугомонного, расцвеченного вечерними огнями… Поверьте, он стоит того, чтобы посвятить ему хоть немного свободного времени…

Поняв, что спросила лишнее, Флавия смущенно опустила взгляд.

— Ну, если вы согласны быть моим проводником в этом незнакомом для меня мире доминиканской столицы…

— Итак, решено: встречаемся возле отеля… только на час раньше, — бодрым голосом объявил Диего и, заметив ее удивленный взгляд, объяснил: — Ради прогулки в вашей компании я уже освобожусь к этому времени.

Флавия и Диего неторопливо шли по шумным улицам, лишь изредка перебрасываясь короткими, ничего не значащими фразами. Вокруг них царила суета, наполненная звонким смехом, радостными возгласами, звуками музыки и клаксонов автомобилей. Флавия с интересом наблюдала за этой кутерьмой, властвовавшей в городе вместе с темно-синими, придававшими ему таинственный облик, сумерками, и вспоминала такие же вот вечера на улицах родного Ареццо… «Синие вечера», как она их называла… И она с удовольствием прислушивалась к вечерним звукам отдыхающего города и вдыхала его пряный аромат… — Вы, наверное, устали, — вывел ее из задумчивости голос Диего. — Давайте зайдем в «Амигос»… — Он сделал жест в сторону распахнутых дверей бара.

— А как же наш урок танцев? — напомнила Флавия, взглянув на часы.

Диего улыбнулся.

— Я вижу, вы в данный момент к нему не расположены. Ваш взгляд наполнен мечтательным созерцанием, которое я не стану нарушать. В конце концов, почему бы нам не прогулять сегодняшний урок, — заговорщицким тоном предложил он. — Ручаюсь, никто из учителей никогда не делал вам такого предложения.

— Видимо, подобная мысль просто не приходила им в голову, — весело рассмеявшись, ответила Флавия.

— В таком случае, настоятельно вам рекомендую воспользоваться моей добротой, — шутливо-проникновенным голосом проговорил Диего и посторонился, приглашая ее первой войти в двери бара.

— Кстати, забыл у вас спросить: понравился ли вам ром? — поинтересовался он, когда они сели возле барной стойки.

— Да, очень. Вы не преувеличили, когда сказали, что у него необыкновенный вкус. Я никогда раньше не пробовала ничего подобного.

— Не пробовали «Шаретт»? — уточнил Диего.

— Никогда не пробовала ром вообще, — честно призналась Флавия. — Обычно я предпочитаю какое-нибудь легкое вино…

— Зато вы, наверное, отлично знаете вкус всех существующих сигарет, — шутливо предположил Диего. — Ведь невозможно быть владелицей табачной лавки и не выкурить при этом ни одной сигареты…

— Да, я начала их дегустировать, когда мне было пятнадцать лет. Сначала я делала это в знак протеста, когда не было спасения от нравоучений старших, а потом просто из любопытства…

— А теперь? — серьезно глядя ей в глаза, спросил Диего.

Флавия отрицательно качнула головой.

— Я уже давно не курю. Потеряла к этому интерес… Но по-прежнему отличаю по запаху одну марку от другой…

— Да, я уже убедился в том, что профессиональное чутье вас не подводит, — одобрительно откликнулся Диего. — Ну что ж, раз уж мы решили прогулять урок, то почему бы нам немного не похулиганить…

Флавия бросила на него заинтересованный взгляд.

— Если это предлагает учитель, я не против. С чего начнем?

— С продолжения, — лукаво улыбнувшись, ответил Диего. — С продолжения дегустации рома. Раз уж белый ром пришелся вам по вкусу, давайте закажем по бокалу «Малибу», у него приятный кокосовый аромат. А еще выкурим по сигаре… Хотя нет, дама с сигарой… Тонкая, изящная сигарета с легким ароматом орхидей — это совсем другое дело… Вы не против?

— Нет, наоборот, я буду рада вспомнить прежние годы.

Диего удовлетворенно кивнул и обратился к бармену.

— Два «Малибу», а еще «Конкистадора» для меня и «Донью Изабеллу» для сеньориты.

— «Конкистадора» нет, могу предложить «Дона Карлоса», они не хуже, — окинув быстрым взглядом многочисленные полки, ответил бармен.

— Только не «Дона Карлоса», — выпалила Флавия.

Бармен устремил на нее удивленный взгляд.

— Но, сеньорита, эти сигары ничуть не хуже, чем…

— Хорошо, забудем о сигарах, — поспешно оборвал его Диего, похлопав Флавию по руке. — Мне тоже сигареты. Все равно какие, но только покрепче, чем для сеньориты…

Флавия бросила на своего собеседника виноватый взгляд.

— Простите, я не переношу эту марку…

— Из-за того, что их курит Анджело? — задумчиво поинтересовался Диего.

Она утвердительно кивнула.

— Он курит только их… С того дня, как переехал в Ареццо…

— Переехал? Значит, раньше вы с ним жили в разных городах?

— Да, до тех пор, пока не познакомились в университете Флоренции… И до тех пор, пока однажды он не настиг меня в моем родном городе, куда я сбежала после нашего расставания…

— Так учебу вы не завершили? — уточнил Диего.

— Видеть его каждый день на занятиях и знать, что он вновь не обратит на меня внимания, это было выше моих сил…

Диего сокрушенно покачал головой.

— Подумать только, сколько всего вы заставили себя вытерпеть из-за этой пагубной любви…

— Вы считаете меня ненормальной? — спросила Флавия.

— Нет, всего лишь неудачливо влюбившейся, — вновь успокаивающе похлопав ее по руке, ответил Диего.

— Неудачливая влюбленная, неудачливая туристка… — принялась было перечислять Флавия.

Но Диего не дал ей продолжить.

— Это пройдет. Пройдет, поверьте, — торопливо проговорил он, понизив голос. — И я сделаю все для того, чтобы это прошло как можно скорее…

В это время бармен поставил перед ними бокалы с ромом и ловким движением придвинул пачки сигарет.

— А пока давайте не думать о плохом, — продолжил Диего, когда бармен направился к другим посетителям. — Мы ведь, кажется, собирались похулиганить… — Он распечатал обе пачки и одну из них, с розовой орхидеей, протянул Флавии.

Она достала сигарету, и Диего щелкнул зажигалкой.

— Ну как вам «Донья Изабелла»? Эта марка не очень изменилась за прошедшие годы? — поинтересовался Диего, выпуская в сторону кольцо дыма.

Флавия отрицательно качнула головой.

— Совсем не изменилась, — уверенно ответила она. — Такое же тонкое содержание, как и форма… Мне всегда нравились именно эти сигареты. Как вы догадались об этом?

Диего сделал неопределенный жест.

— Просто у меня богатый жизненный опыт…

Флавия немного подумала.

— А как насчет флирта? — наконец спросила она. — Этот опыт у вас тоже богатый?

Диего окинул ее внимательным взглядом.

— Да, с этим опытом у меня тоже все в порядке… Если не считать того, что временами он дает сбои, — невесело улыбнувшись, добавил он.

— Вы имеете в виду Бьянку? — сразу же уточнила Флавия.

Диего вновь устремил на нее внимательный взгляд, ничего не отвечая. Флавия тоже умолкла, задумчиво всматриваясь в черты его лица, которое на фоне синих сумерек, проникавших в бар через широкое окно, казалось ей одновременно нереальным и хорошо знакомым, почти родным… И вновь ей показалось, что она уже видела это лицо… Видела в Ареццо, когда на город опускался такой же призрачный вечер…

— Знаете, я всегда мечтал побывать в Италии, — вдруг тихо проговорил Диего, не отрывая от нее взгляда.

— Правда? Что же мешало? — так же тихо поинтересовалась Флавия.

Он пожал плечами.

— Разное… Иногда не хватало средств, иногда времени… Но Италия все-таки остается моей мечтой… Особенно Рим… Он повидал столько эпох, что, прогуливаясь по нему, словно прикасаешься к ним, правда?

Флавия улыбнулась.

— Наверное… Я как-то не задумывалась об этом… Да и вообще, я в последний раз ездила в Рим, когда была студенткой…

— Да, я забыл, вы ведь живете в Ареццо, — спохватился Диего.

— И, по-моему, этот город ничуть не хуже Рима. Приезжайте, убедитесь сами… Пора претворять мечты в жизнь.

Диего мечтательно поднял глаза к потолку.

— После такого приглашения я уже вряд ли найду в себе силы оставаться в Санто-Доминго… А если вы еще пообещаете научить меня итальянскому языку… Хотя бы самым простым фразам… Тогда я примчусь в Ареццо, невзирая ни на какие препятствия.

Флавия звонко рассмеялась.

— Обещаю. Обещаю научить вас любым фразам, каким только пожелаете… Приезжайте поскорее…

Диего перевел на нее лучащийся теплым светом взгляд. Задержав его сначала на ее веках, затем на губах, он медленно наклонился вперед, потом так же медленно отпрянул и прошептал, поднявшись со стула:

— Подождите меня здесь… Я хочу сделать вам сюрприз…

Флавия видела, как он подошел к бармену и, положив перед ним на стойку несколько купюр, что-то проговорил, показав взглядом в ее сторону. Тот утвердительно кивнул и направился к потрепанному музыкальному центру, динамики которого стояли на кронштейнах, прикрепленных почти под потолком, и через несколько секунд вместо ритмичной мелодии меренге из них послышалась песня на итальянском языке. Флавия устремила на приближавшегося к ней Диего удивленный взгляд.

— Как вам это удалось? — с радостным волнением спросила она. — Вы вновь угадали… Это моя любимая песня, она рассказывает о свидании звездным вечером…

— Таким, как тот, что сейчас за окном? — с мягкой улыбкой откликнулся Диего.

Флавия бросила взгляд на окутанную сумерками улицу.

— Да, наверное… — нерешительно ответила она.

Диего протянул ей ладонь, приглашая на танец.

— Я ничего не угадывал, — сказал он, положив ладонь ей на талию. — Просто попросил бармена поставить что-нибудь итальянское… Думаю, он отыскал эту песню случайно…

— В таком случае это счастливая случайность. Первая в моей жизни за несколько лет… — задумчиво уточнила Флавия.

— И наверняка не последняя, — ободряюще подмигнул ей Диего. — Мы ведь с вами договорились не думать о плохом… Иначе я не позволил бы вам прогулять сегодняшний урок мамбо.

— Но мы ведь все равно танцуем, так что прогульщиками нас не назовешь… Кстати, хотела у вас спросить: почему вы вместо привычного в этих краях меренге выбрали мамбо?

Диего немного подумал.

— Наверное, потому, что меренге не так замысловат для меня, как мамбо, — наконец объяснил он. — Мне кажется, что мамбо таит в себе что-то ускользающее от понимания, что-то требующее отгадки…

— Вы же говорили, что мужчины не утруждают себя отгадками чего бы то ни было, — напомнила Флавия.

— Только в том случае, если загадка не увлекает их настолько, что они готовы на все, лишь бы знать на нее ответ… — прошептал Диего, порывисто прижимая ее к себе.

Флавия подняла на него вопросительный взгляд и в ту же секунду почувствовала на губах легкий поцелуй. Смущенно оглядевшись вокруг, она с наигранной шутливостью спросила:

— Это был очередной урок флирта?

— Да, но только для меня, — тихо прошептал Диего, продолжая крепко прижимать ее к себе.

— Разве для вас есть в нем что-то неизвестное? — тоже шепотом поинтересовалась Флавия, не глядя ему в глаза.

— Каждый учитель иногда открывает для себя что-то новое и неизведанное… Даже если раньше он думал, что тайн для него не существует… — немного помедлив, ответил Диего.

Флавия недоверчиво покачала головой.

— Наверное, мы с вами выпили слишком много рома… — медленно отстранившись от него, предположила она.

— Мы к нему даже не притронулись, — напомнил Диего.

Флавия бросила осторожный взгляд на стоявшие рядом прозрачные бокалы, одинаково наполненные ромом, и в это мгновение мелодичный голос итальянской певицы внезапно смолк, уступив место резкому, немного хрипловатому голосу низкорослого мужчины, который уже успел подняться на узкую, полукруглую сцену в конце зала. Из динамиков послышалась прежняя ритмичная мелодия, под которую незнакомец стал петь о случайной романтической встрече на кофейной плантации.

— Это Родриго, завсегдатай всех баров и фанатичный исполнитель меренге, — снисходительно улыбнувшись, объяснил Диего. — К сожалению, он не дал нам возможности дотанцевать…

— Оно и к лучшему, — подавив вздох облегчения, проговорила Флавия. — Уже поздно, пора возвращаться в отель.

Не обменявшись на обратном пути ни единым словом, они пересекли несколько шумных улиц и остановились возле ступеней «Изумрудной пальмы».

— Ну что ж, до завтра… — осторожно пожав ей руку, сказал на прощание Диего. — Надеюсь, вы не забыли, что вечером нас ждет урок мамбо? — напомнил он. — И не думайте, что я вновь позволю вам его прогулять.

Диего сделал несколько шагов назад и, шутливо погрозив ей пальцем, направился в сторону торговой улицы. Флавия недоуменно оглянулась на двери отеля.

— Постойте, куда же вы? — окликнула она его.

Диего обернулся.

— Домой… А в чем дело? — удивленно откликнулся он.

Флавия тихо рассмеялась.

— Простите, я так привыкла видеть вас в отеле, что мне стало казаться, будто вы и живете здесь.

Диего тоже рассмеялся в ответ.

— Нет, мой дом находится в старом квартале… Знаете, такой большой, старинный дом в колониальном стиле с тропическим садом… Думаю, он бы вам понравился… Хотя вы и сами сможете мне высказать свое мнение о его архитектуре, когда придете на ужин…

— На ужин? — нерешительно переспросила она.

— Да, я приглашаю вас завтра поужинать у меня дома, — мягко улыбнувшись, повторил Диего. — Но только после урока мамбо, разумеется, — с напускной строгостью добавил он.

Флавия немного подумала.

— Хорошо, я согласна, — сказала она наконец.

Диего прикрыл глаза в знак одобрения.

— До встречи, — тихо бросил он.

— До встречи, — так же тихо откликнулась Флавия.

Проснувшись после долгого, крепкого сна, впервые за последние несколько лет не сопровождавшегося ни тревожными видениями, ни пугающими образами, Флавия медленно открыла глаза, разглядывая игравшие на платяном шкафу солнечные блики, как вдруг услышала позади себя неясный шорох. Она обернулась, привстав на постели, и увидела на подоконнике тарелку с фруктовым салатом и бокал-ананас с полосатой трубочкой. Вскочив с кровати, Флавия подбежала к окну и заметила удаляющуюся фигуру Диего в белой поварской куртке. Отпив немного коктейля и положив в рот кусочек манго, она побежала в ванную. Сменив пижамные шорты и майку на короткую ярко-зеленую юбку и белый топ, она торопливо провела расческой по волосам и, схватив с полочки ключ от комнаты, бросилась к двери. Но, распахнув ее, удивленно замерла на пороге: прямо перед нею стоял Риккардо. — Доброе утро, сеньорита, — отвесив ей добродушно-ироничный поклон, поздоровался он. — Вы будто знали, что я собираюсь постучать в вашу дверь…

— Вовсе нет… Просто я собиралась уходить… — окинув его растерянным взглядом, проговорила Флавия.

— Это я уже заметил, — понимающе кивнул Риккардо. — И хотя я пришел к вам не вовремя, все же хотелось бы вас попросить уделить мне несколько минут…

Флавия сделала несколько шагов назад, возвращаясь в комнату. Риккардо вошел следом, осторожно прикрыв дверь.

— Не беспокойтесь, я не буду надоедать вам разговорами о табачном бизнесе, — с улыбкой проговорил он. — Я всего лишь собирался пригласить вас на прогулку.

Флавия неуверенным жестом поправила челку.

— На прогулку? — изумленно переспросила она.

— Ну да, мы ведь на отдыхе… Так почему бы не прогуляться вместе?

Флавия беспомощно огляделась по сторонам, словно надеясь отыскать единственно верный в данной ситуации ответ.

— У вас нет в этом городе никаких неотложных дел? — вежливо поинтересовался Риккардо, заметив ее растерянность.

Флавия отрицательно покачала головой.

— Вот и хорошо. Тогда мы можем на некоторое время позабыть о сигарах, сигаретах и прочей дымящей чепухе и побродить по музеям, паркам, улицам… Вы ведь не против?

— В общем-то, нет… — наконец проговорила Флавия. — Вот только… Почему вы вдруг решили пригласить именно меня? — осторожно поинтересовалась она.

Риккардо обвел взглядом залитую ярким солнечным светом комнату.

— Просто соскучился по родному языку, — усталым голосом объяснил он. — Захотелось пообщаться с кем-нибудь из соотечественников…

Ясно, он поссорился с Бьянкой, сделала вывод Флавия. И, немного помедлив, проговорила, виновато разведя руками:

— Я очень благодарна вам за то, что вы в первую очередь подумали обо мне… Но я, к сожалению, не смогу составить вам компанию… Я уже обещала прогулку другому человеку…

Риккардо бросил на нее заинтересованный взгляд.

— Тому самому партнеру по танцам, надо полагать? — с легкой разочарованностью в голосе поинтересовался он.

Флавия утвердительно кивнула.

— Да, мы условились с Диего о встрече, так что вам придется прогуляться в одиночестве… Хотя, возможно, вам все же удастся преодолеть свою пресыщенность испанским языком, и тогда вам составит компанию кто-нибудь, не обремененный обещаниями… — многозначительным тоном добавила она.

Риккардо негромко рассмеялся.

— Возможно, вы даже знаете, кто именно это будет? — бросив на нее озорной взгляд, спросил он.

— Возможно… — с лукавой улыбкой ответила Флавия.

— Ну что ж, я попытаюсь вновь преодолеть языковой барьер, — дружелюбным тоном пообещал Риккардо, покидая комнату.

Флавия подождала, пока в коридоре стихнут его шаги, и положила ладонь на дверную ручку, но тут же поспешно отдернула ее. Она подбежала к окну, села на подоконник, осторожно свесила ноги во двор и, воровато оглядевшись вокруг, спрыгнула на землю. Затем подбежала к окну кухни, в котором впервые увидела Диего, и, ухватившись за каменный выступ, расположенный чуть ниже распахнутой створки, подтянулась, с любопытством заглядывая внутрь. Пробежав взглядом по лицам находившихся там поваров, она наконец заметила непривычно сосредоточенное лицо Диего. Он что-то объяснял худощавому парню, показывая на разложенные перед ним приправы.

— Это еще что такое? Что вы здесь делаете, сеньорита? — вдруг услышала она возмущенный голос и увидела приближающегося к ней пожилого мужчину, с седыми волосами, выглядывавшими из-под поварского колпака.

— Простите… — пролепетала она, едва не свалившись вниз.

Услышав возгласы своего коллеги, Диего подошел к окну, чтобы узнать, что там происходит, и, увидев Флавию, бросился к ней, едва не столкнув седоволосого незнакомца на пол.

— Боже мой, сеньорита Флавия, вы же могли упасть, — взволнованно проговорил он, помогая ей забраться на подоконник. — Почему вы не предупредили вчера, что намерены навестить меня таким необычным способом?

— Вчера я еще и сама ничего не знала о своих намерениях, — спрыгнув на пол, виновато объяснила она.

Диего взглянул на нее с мягким упреком и, обняв за плечи, объяснил столпившимся вокруг коллегам:

— Это сеньорита Флавия, она живет в нашем отеле и находится под моим покровительством. Так что тот из вас, кто посмеет обидеть ее или прогнать, когда она вновь решит посетить кухню подобным способом, будет иметь дело со мной. Надеюсь, вы меня поняли…

Мужчины, смерив их заинтересованными взглядами, разошлись по своим местам. А седоволосый проговорил с ироничным недоумением:

— Что-то я не припомню ни одной девушки, по отношению к которой ты проявлял бы такую заботу… К чему бы такие неожиданные перемены, не знаешь, Диего?

Тот ответил, с улыбкой взглянув на Флавию:

— К добру, Пабло, к добру…

— Неужели? — с прежней иронией откликнулся Пабло. — А я ждал, что ты произнесешь другое слово… Да и сеньорита тоже… — Он бросил на Флавию вопросительный взгляд.

Флавия смущенно потупилась. Диего успокаивающе похлопал ее по плечу.

— Другие слова я скажу ей наедине, — заверил он.

— В таком случае не буду тебе мешать, — заговорщицки подмигнул ему Пабло и направился к плите.

— Простите, я тоже не собиралась вам мешать, — торопливо извинилась Флавия. — Я хотела только поблагодарить за завтрак.

— Господи, какие пустяки… — отмахнулся Диего. — Это и не завтрак вовсе… Так, фруктовое предисловие…

Флавия невольно улыбнулась.

— Как смешно вы сказали…

— Правда? К следующему вашему визиту я постараюсь придумать еще какую-нибудь забавную фразу, чтобы рассмешить вас.

Флавия поспешно замотала головой.

— Нет, я больше не буду забираться в вашу кухню через окно. Сеньор Пабло и так уже рассердился на меня…

— Пабло? Ну что вы, он добрейший человек. Это только вид у него такой грозный… К тому же я ведь предупредил всех, что вы находитесь под моим покровительством…

— Вы так заботитесь обо мне… — устремив на него задумчивый взгляд, проговорила Флавия. — Даже не знаю, как вас благодарить… Что сказать в ответ на вашу доброту…

— Что вы не передумали поужинать у меня дома, — наклонившись к ее уху, подсказал Диего.

Флавия с сомнением покачала головой.

— Неужели этого будет достаточно?

— Для меня — да, — серьезно ответил Диего.

— Знаете, я, пожалуй, пойду, — смущенно проговорила Флавия. — Не хочу, чтобы у вас из-за меня были неприятности…

— Из-за вас? — удивился Диего. — Вы слишком строги к себе. Могу вас заверить, что знакомство с вами принесло мне ощущение безграничного счастья… Я впервые за долгие годы перестал размышлять над тем, что же это такое…

Флавия обвела задумчивым взглядом огромное пространство пахнущей разными яствами кухни.

— А меня впервые за последние несколько лет перестали мучить страшные сны, — наконец призналась она и, не дожидаясь его ответа, направилась к окну.

— Может быть, вы воспользуетесь дверью? — окликнул ее Диего.

— Вхожу и выхожу через окно я тоже впервые, так что не лишайте меня этого удовольствия, — весело проговорила Флавия, усевшись на подоконник.

— Хорошо, не буду, — рассмеялся в ответ Диего.

Флавия ловко спрыгнула на землю и, махнув ему на прощание рукой, побежала к окну своей комнаты, чувствуя, как он провожает ее внимательным взглядом.

— Откуда она? — поинтересовался Пабло, встав рядом с Диего у окна.

— Из Италии.

— Вот оно что… Это не слишком-то близко от Санто-Доминго, тебе так не кажется?

— К чему ты клонишь? — с подозрением в голосе спросил Диего.

Пабло пожал плечами.

— К тому, что быть ее покровителем на таком расстоянии — задача не из легких…

— Она пригласила меня погостить у нее в Ареццо, — сообщил Диего. — И я обязательно поеду, вот увидишь…

— Не сомневаюсь, — с готовностью откликнулся Пабло. — Вот только… Кому ты доверишь свои полномочия покровителя, когда вернешься? — скользнув по его лицу вопросительным взглядом, проговорил он и вновь вернулся к плите.

Несколько мгновений Диего задумчиво смотрел ему вслед, а затем устремил долгий взгляд на окно Флавии.

Глава 5

— Вы, наверное, устаете за целый день на кухне? — поинтересовалась Флавия, когда они шли в клуб. — И как у вас только вечером хватает сил на танцы?

— Как раз мамбо и является моим отдыхом после напряженного дня, — возразил Диего. — Я увлекся танцами три года назад. Учился исполнять сальсу, румбу, руэду… И хотя все они в той или иной степени близки мамбо, именно этот танец стал моим главным увлечением на все эти годы…

— А вы никогда не думали сделать танцевальное мастерство своей профессией?

— Думал… Но для этого у меня нет подходящей партнерши…

— А как же Кармелита? Вы ведь сами говорили, что она непревзойденный гений танцев латино.

— Да… — нехотя проговорил Диего и, немного помедлив, признался: — Только я всегда знал, что она гений не моего танца.

— Разве мамбо не один для всех? — бросив на него осторожный взгляд, тихо спросила Флавия.

Но ответ Диего заглушил чей-то громкий возглас:

— Флавия, неужели это ты? Глазам своим не верю!

Диего оглянулся, чтобы увидеть того, кто так бесцеремонно нарушил их беседу. А Флавия замерла на месте, зная, что обладателем этого голоса является Анджело. Она медленно перевела взгляд на стоявшее справа от нее здание и, узнав в нем фасад «Беатриче», подумала с обреченным вздохом: «Ну вот, то, к чему я так стремилась, наконец-то произошло… Он увидел меня в компании другого мужчины… Только меня это почему-то не радует… Наверное, я просто не хочу ему больше мстить… Да и видеть его тоже не хочу… Как ни странно это осознавать, но те несколько дней, что я провела с Диего, заставили меня позабыть о наваждении, которое столько времени преследовало меня в образе Анджело… Я даже не заметила, как прошла мимо его отеля, хотя в день своего приезда сюда не могла заставить себя подойти к нему… Но довольно размышлять… Нужно наконец дать понять этому коллекционеру курортных жен, что он для меня ничего не значит…»

— Да, Анджело, ты не ошибся. Это действительно я, — с решительным видом повернувшись к нему, сказала она вслух.

Тот удивленно покачал головой.

— Но… Что ты здесь делаешь?

Флавия пожала плечами.

— То же, что и ты, а также сотни других туристов… Весело провожу свой отпуск.

— И как я успел заметить, не одна… — покосившись в сторону Диего, проговорил он.

— Было бы удивительно, если бы такая девушка, как Флавия, скучала в одиночестве, — вступил в беседу все это время молча наблюдавший за их встречей Диего.

Он нежно обнял свою спутницу за талию и прикоснулся губами к ее щеке. Анджело нервно передернул плечами и, не удостоив его больше взглядом, вновь обратился к Флавии:

— Так, значит, ты тоже решила провести свой отпуск в Санто-Доминго? Невероятное совпадение… Признаться, не ожидал тебя здесь увидеть…

— Я тебя тоже, — с безмятежной улыбкой солгала Флавия.

— Иначе мы не пошли бы этой дорогой, правда, милая? — вновь прикоснувшись губами к ее щеке, проговорил Диего.

— Кто это такой? — вытянув в его направлении указательный палец, раздраженно поинтересовался Анджело.

— Мой друг, — спокойно объяснила Флавия.

— Ах, вот оно что… — с притворным озарением протянул Анджело. — Так теперь называются курортные любовники…

Флавия вновь пожала плечами.

— Не знаю, я не увлекаюсь терминологией…

— Зато ты, как я вижу, увлекаешься представителями местного мужского населения, — со злостью оборвал ее Анджело. — Никогда бы не поверил, что ты можешь вести себя подобным образом… Откуда у тебя такие обтягивающие джинсы? А волосы… Глазам своим не верю… Что ты с ними сделала?

Флавия дотронулась ладонью до своей прически.

— Ничего особенного, — с притворным недоумением ответила она. Они просто стали немного короче, вот и все…

— Это он тебя надоумил? — разгневанно поинтересовался Анджело, вновь ткнув пальцем в сторону Диего.

Флавия отрицательно качнула головой, собираясь дать своему собеседнику какой-нибудь остроумный ответ, но он схватил ее за запястье, с силой увлекая за собой.

— А ну-ка, отойдем в сторонку… Мне нужно с тобой серьезно поговорить.

— Она никуда с вами не пойдет, — оттолкнув его руку, твердо заявил Диего.

Анджело устремил на него пылающий ненавистью взгляд.

— Послушайте, я хочу, чтобы вы кое-что уяснили для себя… — прерывающимся от гнева голосом начал было он.

Но Диего сразу же его оборвал.

— Нет, сеньор, все как раз наоборот, это я хочу, чтобы вы кое-что уяснили… А именно: эта девушка, — он обнял Флавию второй рукой, крепко прижав к себе, — мне очень дорога. Дорога настолько, что я не позволю вам снова причинять ей страдания. Так что будет лучше, если мы сейчас мирно разойдемся…

Губы Анджело скривились в едкой ухмылке.

— Вот как? Дорога, значит? Ну что ж, впечатляющее заявление… А ты что скажешь? — Он наклонился к Флавии, насмешливым взглядом изучая ее профиль. — Или ты ему так дорога, что он не позволяет тебе даже утруждать себя ответом?

— Ты ведь куда-то собрался отправиться? Вот и продолжай свой путь, — тихо, но отчетливо ответила Флавия.

— Ах, вот так? — мстительным тоном протянул Анджело. — Ты мне, значит, позволяешь удалиться восвояси?

— Я прошу тебя об этом, — поправила его Флавия.

— Неужели? А как насчет моей просьбы? — встрепенулся Анджело. — Я ведь просил тебя всего лишь уделить мне пару минут… Я просил тебя всего лишь выслушать меня…

Флавия наконец подняла на него пристальный взгляд.

— Я еще успею это сделать в Ареццо, — спокойно проговорила она. — Если ты, конечно, на несколько долгих лет не забудешь то, что хотел сообщить мне сегодня.

Она положила свою ладонь на плечо Диего.

— Пойдем? Мы уже опаздываем…

— Ты права. Мы потеряли слишком много времени на общение с этим типом, — с готовностью согласился Диего. — Думаю, с него достаточно… — С этими словами он взял Флавию за руку, и они направились дальше по тротуару.

Молча преодолев оставшиеся несколько сотен метров до танцевального клуба, они поднялись на второй этаж и вошли в просторный зал, где Кармелита уже демонстрировала своим ученикам не удававшиеся им движения.

— Вы как раз вовремя, сейчас начнем двигаться под музыку, — с улыбкой сообщила она, жестом предлагая пройти в центр зала. — А этот молодой человек тоже с вами? — поинтересовалась она, кивнув в сторону двери.

Флавия замедлила шаг, пытаясь отогнать мучительную догадку.

— Спокойно, он для нас не больше чем предмет интерьера, — прошептал Диего, крепче сжав ее ладонь, и, обернувшись к Кармелите, небрежно бросил: — Нет, мы с ним даже не знакомы. Он, видимо, зашел сюда случайно…

— Так он следил за нами… — проговорила Флавия, бросив на своего спутника тревожный взгляд.

— Спокойно, — повторил Диего. — Мы пришли сюда учиться танцевать, и никто не сможет нам воспрепятствовать в этом.

— Ну почему же случайно? — услышали они насмешливый голос Анджело. — Вовсе нет. Я пришел сюда с определенной целью…

— Освоить азы мамбо, надо полагать? — поинтересовалась Кармелита.

— Да, именно так.

— Что ж, похвальное решение… Но, к сожалению, вы приняли его не вовремя… Учебная группа уже скомплектована, и для вас просто не найдется партнерши…

— Вы так думаете? — с игривыми нотками в голосе спросил Анджело.

— Я в этом просто уверена.

— Это потому, что вы меня плохо знаете, — повысив голос, сообщил он. — С партнершами у меня проблем не бывает, — продолжил он, приближаясь к Флавии. — Вот увидите, на следующее занятие я уже приду в сопровождении одной из них, — адресовав ей развязную улыбку, заверил Анджело.

— А почему только на следующее? — спокойно поинтересовался Диего. — На данный момент у вас проблемы с наличием партнерши? — с легкой иронией уточнил он.

Анджело метнул в него разъяренный взгляд.

— Хотите, чтобы я доказал вам обратное? — с вызовом откликнулся он.

Диего склонился к Флавии, вопросительно заглянул ей в глаза и, не дожидаясь ее ответа, сказал:

— Да, мы бы хотели убедиться в ваших способностях…

— Я вам предоставлю такую возможность, — угрожающим тоном бросил Анджело и вышел из зала, громко хлопнув дверью.

— Ну вот, теперь, когда здесь больше нет посторонних, мы можем приступить к занятиям, — невозмутимо заявил Диего, окинув взглядом присутствующих, и сделал Кармелите знак включить музыку.

— Ничего не произошло, — успокаивающим голосом прошептал он Флавии, как только послышалась уже хорошо знакомая ей мелодия. — Выбросьте из головы этот пустяковый инцидент и настройтесь на волну мамбо… В это мгновение здесь только мы и музыка… Все остальное, в том числе и этот жалкий ловелас, осталось за порогом. За порогом этого зала, за порогом этого здания, за порогом нашей увлеченности танцем… Итак, поднимите голову, выпрямите спину и слушайте только музыку… Ну и еще время от времени меня, — с улыбкой добавил он.

Флавия вновь, как и в прошлый раз, старательно повторяла все движения своего учителя, не отрываясь от взгляда его темно-карих глаз. Но только теперь ритм мамбо не отдалял, а с каждой секундой все настойчивее приближал к ней образ Анджело. И как бы яростно она ни старалась прогнать его из памяти, он все отчетливее возникал перед ее мысленным взором. Как и в прошлый раз, она не задумывалась о том, как выглядит в глазах других учеников, не задумывалась о точности и грациозности своих движений… Как и в прошлый раз, она танцевала, полностью отдав себя власти музыки… Но, тем не менее, в этот раз танец был испорчен…

— Я вижу, этому мерзавцу все же удалось выбить вас из колеи… — осторожно заметил Диего, когда провожал ее до отеля.

Флавия слабо улыбнулась.

— Вы, наверное, уже поняли, что со мной это происходит довольно часто…

— Не преувеличивайте, — успокаивающе положив ей руку на плечи, проговорил Диего. — Не чаще, чем с другими.

Флавия с беспокойством обернулась, внимательным взглядом изучая вечернюю улицу.

— Как вы думаете, он больше не будет следить за нами? — с надеждой спросила она.

— Он не посмеет, — уверенно заявил Диего. — Вы со мной, а значит, вам нечего бояться.

— А вдруг он узнает, что я живу в «Изумрудной пальме», и решит отыскать меня там? — вновь с беспокойством поинтересовалась Флавия.

Диего отрицательно покачал головой.

— Я думаю, он слишком труслив для этого… Хотя, даже если он и осмелится появиться в отеле, вашу комнату ему все равно не найти. Я завтра же предупрежу портье, чтобы они не сообщали о вас никому из посторонних. Ну а сегодня вам волноваться не о чем. Ночью чужаков в отель не пропускают.

Услышав это, Флавия наконец успокоилась, доверительно приникнув к своему спутнику. Диего осторожно погладил ее по волосам.

— Может быть, вы все-таки заглянете ко мне на ужин? Мы ведь вчера договорились… Я приготовил свои коронные блюда…

— Мне очень жаль, что я не могу, — извиняющимся тоном проговорила Флавия. — Встреча с Анджело выбила меня из колеи… Видимо, мне вновь придется повторить все свои извинения, хотя они и не смогут…

— Ну что вы, я ведь вам уже сказал: никаких извинений. Вы ни в чем передо мной не виноваты, — поспешно перебил ее Диего. — Я все понимаю… Сегодняшняя встреча далась вам нелегко. Хотя вы держались молодцом. Ни одно ваше слово, ни один жест не позволили ему догадаться о ваших переживаниях. А вот я, наоборот, допустил оплошность и ненароком обмолвился о том, что его поступки причиняли вам страдание… Вы, наверное, рассердились на меня за это и потому отказались от моего приглашения… — немного замявшись, высказал он вслух всю дорогу не дававшее ему покоя предположение.

— Нет-нет, сеньор Диего, это вовсе не так, — с искренним волнением возразила Флавия. — Вы защищали меня, как настоящий мужчина, и я очень благодарна вам за это… Я хочу, чтобы вы знали: я никогда не смогу рассердиться на вас… Потому что на вас рассердиться просто невозможно, — с улыбкой объяснила она. — А что касается ужина, то я отказалась от него только потому, что не хотела портить вам вечер своим хмурым видом… Но ведь у нас впереди еще много вечеров, и я обещаю, что следующее ваше приглашение не постигнет сегодняшняя участь.

— Я приму к сведению ваше заявление, — шутливым тоном откликнулся Диего. — И в ближайшие же дни проверю, как вы умеете держать обещание.

— Вот увидите, я выдержу этот экзамен, — в тон ему ответила Флавия.

Они остановились возле ступеней «Изумрудной пальмы» и, пожав друг другу руки, обменялись веселым взглядом.

— Ну что ж, до встречи… — первой попрощалась Флавия.

— Возле этой же лестницы, в восемь часов, — заговорщицки понизив голос, продолжил Диего.

Флавия рассмеялась, ответив утвердительным кивком.

— Если вздумаете опять навестить меня на кухне, сначала крикните в окно, и я помогу вам преодолеть это препятствие, — с напускной серьезностью проинструктировал ее Диего.

Флавия вновь рассмеялась.

— Хорошо, я постараюсь не перепутать последовательность перечисленных пунктов.

Вскинув ладонь в прощальном жесте, она скрылась за дверями отеля. Он проводил ее взглядом, потом немного потоптался на месте, словно ожидая, что она вот-вот появится вновь, и наконец, засунув руки в карманы черного пиджака, направился в сторону торговой улицы.

Флавия отперла дверь своей комнаты и, шагнув в ее вечерний сумрак, протянула ладонь к выключателю, но тут же испуганно отдернула, почувствовав чье-то прикосновение. — Кто здесь? — вскрикнула она, отступив в коридор.

— Не бойся, это я, — прошептал в ответ чей-то тихий голос.

Флавия немного помедлила, в нерешительности замерев на пороге.

— Диего? — наконец осторожно спросила она.

— Так, значит, он часто заглядывает к тебе в гости по ночам? — уже громко поинтересовался голос.

Затем в комнате послышался щелчок выключателя, и в ярко вспыхнувшем свете она увидела стоявшего возле двери Анджело. Несколько секунд Флавия не могла произнести ни слова, окидывая нежданного визитера изумленным взглядом. Затем решительно переступила порог комнаты и, захлопнув за собой дверь, спросила требовательным тоном:

— Как ты здесь оказался?

Анджело вместо ответа небрежно кивнул в сторону распахнутого окна.

— Я вижу, ты не очень-то заботишься о сохранности своих вещей, — немного помедлив, проговорил он.

— То, что лежит в моем чемодане, не представляет для воров ценности, — сухо сообщила Флавия. — Если, конечно, они не так мелочны, как ты, — пренебрежительно добавила она.

— Никогда не замечал за собой такого качества характера, как мелочность, — иронично откликнулся Анджело. — Впрочем, если ты после стольких лет знакомства со мной…

— Оставим в покое твой незавидный характер, — нетерпеливо оборвала его Флавия. — Ты ведь не о нем пришел сюда поговорить, верно? Кстати, как ты узнал, где располагается моя комната?

Анджело с философским видом пожал плечами.

— На свете существует много способов достичь желаемого… — медленно проговорил он, подняв взгляд к потолку.

Флавия понимающе покачала головой.

— Все ясно, можешь не утруждать себя бесполезными кривляньями, — оборвала она его. — Ты попросту подкупил ночного портье. Который наверняка является таким же мерзавцем, как ты. Иначе вы вряд ли нашли бы общий язык.

Анджело с любопытством взглянул на нее.

— А почему ты вдруг так рассердилась? — с притворным недоумением проговорил он. — Разве сведения о расположении твоей комнаты могут быть известны только этому любителю туристок? Как ты его там называла? Диего, если не ошибаюсь?

— Не ошибаешься, — спокойно ответила Флавия. — Вот только ты немного перепутал… Ведь любителем туристок, да и прочих представительниц прекрасного пола, всегда являлся именно ты, а не Диего.

— Ты так в нем уверена? — вскинул брови Анджело. — Ведь, насколько я понял, ты провела с ним лишь несколько дней…

— Да, я провела с Диего всего лишь несколько дней, — эхом откликнулась Флавия. — Но эти дни были лучшими в моей жизни. За эти дни я узнала его как доброго, чуткого, все понимающего и в любую минуту готового прийти на помощь человека… А еще как самого обаятельного, умного, сильного и смелого мужчину… Как самого лучшего мужчину на свете… — с нежностью добавила она.

Анджело задумчиво покачал головой.

— Одним словом, таким, каким меня ты никогда не знала, — глядя себе под ноги, подытожил он.

— Именно так.

Анджело неторопливо прошелся из угла в угол, засунув руки в карманы брюк, и вдруг, сделав резкий шаг в сторону, схватил Флавию за плечи и, прижав к стене, лихорадочно прошептал, глядя ей в глаза:

— Ты просто забыла… Забыла, каким я могу быть… Забыла, с каким нетерпением ждала каждый вечер нашего свидания… Забыла, как я целовал тебя…

Флавия увидела его стремительно приближающиеся губы и торопливо протянула вперед ладони, защищаясь от них.

— Все это осталось в прошлом, — стараясь не выдать своего испуга, отчетливо произнесла она. — Наши встречи закончились. Закончились по твоей вине.

— По моей? — вскипел Анджело, стиснув пальцами ее плечи. — А как же твоя ложь по поводу ребенка? Это ты сделала тоже по моей вине?

— Я до сих пор не понимаю, как решилась сказать такое… — приложив ладони к вискам, прошептала Флавия. — Но я не хотела расставаться с тобой и поэтому солгала… Я не представляла тогда, как дорого мне придется заплатить за эту ложь…

Анджело медленно разжал пальцы, отступая на шаг назад.

— Прости, — хмуро бросил он. — Сегодняшний вечер был для меня нелегким. Ты даже представить себе не можешь, что я испытал, когда увидел тебя в объятиях этого танцора…

— Ну почему же? Я очень хорошо могу это представить… — с горечью в голосе откликнулась Флавия. — Ты испытал то же, что ежедневно испытывала я, когда видела тебя разгуливающим по улицам Ареццо в обнимку с очередной любовницей.

Анджело вскинул на нее тревожный взгляд.

— Но ведь я делал это только для того, чтобы позлить тебя… Чтобы заставить ревновать… И ты ответила мне тем же, когда согласилась выйти замуж за Руджеро… Так что мы квиты…

Флавия утвердительно кивнула, печально улыбнувшись.

— Да, ты прав. Мы вдоволь натерпелись друг от друга… Так что теперь будет самым правильным мирно расстаться.

— Расстаться? — удивленно переспросил Анджело. — И ты говоришь это теперь, когда я наконец объяснил тебе причины своих поступков…

— Ты объяснил их слишком поздно, — оборвала его Флавия. — Еще несколько дней назад я бы с восторгом слушала тебя, принимая каждое твое слово, как дар небес. Но сегодня все по-другому…

— Вот как? По-другому, говоришь? — с недоброй ухмылкой откликнулся Анджело. — А отчего? Оттого, что ты переспала с доминиканским танцором?

Флавия устало вздохнула.

— Ты недолго был вежливым и искренним, — тихо проговорила она. — Хотя… Ты искренен именно сейчас, именно в эту минуту… Потому что злоба — это твое истинное лицо.

— Оно тебе когда-то нравилось, — напомнил Анджело, вновь приблизившись к ней на несколько шагов.

— Я же тебе сказала: все это осталось в прошлом, — повторила Флавия, поспешно направившись к окну.

— Неправда, ты не могла так быстро все забыть… Я тебе не верю, — прошептал Анджело, обняв ее за плечи.

— Я прошу тебя, уходи, — выскользнув из его объятий, твердо проговорила Флавия. — Между нами больше ничего не может быть.

Анджело медленно покачал головой.

— Ты и сама не веришь в эти слова… Потому что все еще увлечена мною… Я увидел это в твоем взгляде…

Флавия поспешно опустила глаза.

— Не пытайся прогнать меня. У тебя все равно не получится, — проговорил Анджело, вновь обнимая ее за плечи.

— Это ты так думаешь! — воскликнула Флавия, отталкивая его. — Но ты ошибаешься. Во мне изменилась не только прическа…

Анджело окинул заинтересованным взглядом ее растрепавшиеся волосы.

— Значит, французы бывают правы, когда говорят, что если женщина меняет мужчину, то она меняет и прическу? — с усмешкой проговорил он.

— Возможно… Я никогда не была знакома с французом…

— А вот я был… С француженкой… — устремив на Флавию неподвижный взгляд, тихо уточнил Анджело. — С той длинноногой, что снимала комнату по соседству с тобой… Ее звали Одетта… Помнишь ее?

Флавия судорожно сглотнула, пытаясь подавить в себе желание выцарапать ему глаза.

— Ты пришел сюда, чтобы насмехаться надо мной? — срывающимся от ярости голосом поинтересовалась она.

На губах Анджело заиграла хищная улыбка.

— Вот видишь, мне достаточно было всего лишь намекнуть на мою связь с другой, и ты уже потеряла контроль над собой. А говоришь, что все по-другому…

Не в силах больше сдерживать свою ярость, Флавия набросилась на него, беспорядочно колотя кулаками.

— Мерзавец, негодяй, животное… Я ненавижу тебя… Убирайся отсюда немедленно, или я позову на помощь…

— Кто бы сюда ни пришел, он явно будет лишним, — крепко обхватив ее запястья, все с той же хищной улыбкой проговорил Анджело и впился в ее губы долгим поцелуем.

Флавия попыталась оттолкнуть его, но он только крепче сжимал ее запястья. И наконец, почувствовав, что ее сопротивление вопреки его ожиданиям вовсе не ослабевает, обеими руками обхватил ее талию, грубо притянув к себе.

— Неужели ты не понимаешь, что вы с этим танцором всего лишь мимолетный каприз друг для друга, минутная прихоть, от которой не останется и следа, как только ты окажешься в кресле самолета? — со злостью проговорил он. — Ведь ваши с ним ночи, какими бы прекрасными они ни казались тебе, через несколько недель останутся в прошлом… А в будущем тебя ждет твой родной город, твой дом, твоя табачная лавка… И я… — немного помедлив, добавил он.

— Нет, только не ты! — отчаянно замотав головой, воскликнула Флавия.

— Вот как? Почему же? — ледяным тоном поинтересовался Анджело.

— Потому что ты будешь ждать меня только для того, чтобы продолжать свои бесчеловечные опыты.

Анджело задумчиво улыбнулся.

— Здесь ты права. Любовь — это всего лишь опыт. И каждый проводит его по-своему, не пытаясь предугадать результат. Потому что, как и всякий опыт, любовь жестока и непредсказуема…

— Твоя любовь, — понизив голос, уточнила Флавия. — Но мне она больше не нужна.

— Правда? Может быть, проверим, так ли это? — прошептал Анджело, расстегивая молнию на ее топе.

— Нет, я прошу тебя, не надо, — панически прижав руки к груди, проговорила Флавия.

— Почему? Я всего лишь выполню твое давнее желание… Ты ведь хотела ребенка от меня, поэтому и солгала тогда, разве не так?

— Да, раньше хотела, — призналась Флавия, по-прежнему прижимая руки к груди. — Раньше, но не теперь.

— А что теперь? Ты передумала насчет ребенка? — удивленно приподняв брови, поинтересовался Анджело.

— Нет, насчет тебя, — спокойно ответила Флавия.

Анджело помедлил несколько секунд, пристально глядя ей в глаза. Затем иронично протянул:

— А-а, я понял… Теперь ты решила, что у твоего ребенка должны быть творческие способности… Например, к танцам… — Он грубо схватил ее за подбородок, заставляя поднять на него взгляд. — Ты решила, что твой ребенок будет от этого темнокожего, верно? Тебе захотелось, чтобы твой отпрыск имел экзотичный вид? Как это обычно называется: мулат, креол, или как-то по-другому? Отвечай!

Флавия вдруг одним движением оттолкнула его от себя и, подбежав к двери, распахнула ее настежь, проговорив:

— Или ты сейчас же уберешься из моей комнаты, или я начну кричать так, что здесь соберется весь отель.

Анджело смерил ее насмешливым взглядом.

— Мне уйти классическим способом или через окно? — преувеличенно вежливым тоном поинтересовался он.

— Как угодно. Только поскорее, — холодно откликнулась Флавия.

Как только, бросив в ее сторону еще один насмешливый взгляд, Анджело скрылся в темных сумерках гостиничного двора, она подбежала к окну и, поспешно захлопнув его, опустила жалюзи. Затем обессиленно упала на кровать.

И почему я не уехала отсюда в тот же день, когда узнала, что оказалась вовсе не в Биаррице? — подумала она, уткнувшись лицом в подушку. Ведь если бы я сразу же отправилась в этот город, мне не пришлось бы сегодня терпеть это издевательство. Хотя… тогда бы я не встретила Диего, мысленно возразила она себе. А если бы не встретила его, так никогда бы и не смогла разобраться в себе и по-другому взглянуть на свою любовь к Анджело… Вернее, никогда бы не смогла понять, что он ее недостоин. Ведь я выбралась из паутины этого чувства только благодаря Диего. Все эти дни он был моим добрым гением… Гением танца, гением флирта, гением моей души… Даже не знаю, как я буду справляться с трудностями, когда вернусь в Ареццо…

Флавия вдруг стремительно подняла голову, устремив взгляд на изголовье кровати, словно ее поразила какая-то пугающая мысль.

А что, если Анджело прав и мы с Диего всего лишь сиюминутный каприз друг для друга? — мысленно спросила она себя. Что, если мы оба даже и не вспомним об этих днях, когда меня уже не будет здесь? Неужели Анджело прав и это всего лишь опыт, который мне вот уже в который раз не удался?

Флавия легла на спину, устремив взгляд в потемневшие от времени своды потолка.

— Нет, это неправда… — тихо прошептала она, отвечая себе на только что заданные вопросы. — Это так жестоко, что не может быть правдой… И Диего завтра утром скажет мне то же самое, я уверена… Нужно только дождаться утра… А потом подойти к окну кухни, позвать его, увидеть его лицо, услышать его голос… И все сразу же прояснится, все встанет на свои места… Черные мысли сразу же отступят, пугающие слова Анджело сразу же забудутся… Нужно только дождаться утра…

Флавия проснулась от перехватывающего дыхание знойного воздуха, который, казалось, мог вот-вот расплавить пересохшее горло. Оглядевшись по сторонам, она сразу же поняла причину этого удушья: окно после вчерашнего визита Анджело так и осталось закрытым. Моментально вскочив с постели, она подняла жалюзи и, распахнув створки, с наслаждением вдохнула свежий утренний воздух. Бросив взгляд в сторону кухни, она увидела, что там уже вовсю кипит работа. — Ну вот наконец и утро, — радостно прошептала она.

Затем, подбежав к шкафу, стала лихорадочно перебирать висевшую там одежду, пока не остановилась взглядом на терракотовом коротком платье с темно-зеленым узором пальмовых листьев.

— Как раз то, что надо… для того, чтобы забраться в окно, — удовлетворенно заметила она. — Хотя с таким помощником, как Диего, я преодолею любое препятствие в любой одежде…

Быстро надев платье, Флавия, уже привычным для нее способом покинув свою комнату, подбежала к располагавшемуся посредине окну кухни. Внимательно оглядевшись вокруг, она сложила ладони рупором и громко прокричала:

— Диего! Диего, это Флавия!

Через несколько секунд на ее крик выглянул Пабло.

— Доброе утро, сеньор Пабло, — вежливо поздоровалась она. — Вы не могли бы позвать Диего?

Пабло с извиняющимся видом развел руками.

— Я бы с радостью… Но его здесь нет…

— Как нет? — упавшим голосом откликнулась Флавия. — У него сегодня выходной? — с надеждой поинтересовалась она.

Пабло немного помедлил, осторожно бросив взгляд куда-то в глубь кухни. Затем сообщил приглушенным голосом:

— Нет, выходные у него будут через несколько дней. А сегодня ему пришлось ненадолго уехать из Санто-Доминго.

— Уехать? Куда? — забеспокоилась Флавия.

Пабло замялся.

— В Ла Роману… Мы обычно закупаем там апельсины… — наконец скороговоркой объяснил он, все время нервно оглядываясь.

— И когда же он вернется? — вновь с беспокойством спросила Флавия.

Пабло сделал неопределенный жест.

— Думаю, ближе к вечеру, не раньше…

— А он ничего не просил мне передать? — продолжила расспросы Флавия.

Пабло успокаивающе улыбнулся.

— Наверное, то, что вы хотите от него услышать, он скажет вам наедине…

Флавия смущенно отвела взгляд в сторону.

— Спасибо вам за сообщение, сеньор Пабло. Не буду вас больше задерживать.

Странно, что он уехал так неожиданно, принялась размышлять она, возвращаясь к своему окну. Ведь вчера он ничего не говорил об этой поездке. Неужели ресторану так срочно понадобились апельсины? И неужели для того, чтобы купить их, нужно было отправляться в эту самую Ла Роману? Хотя, может, это и не так уж далеко… Я ведь не спросила Пабло, где она находится. Может, вернуться и уточнить?

Флавия оглянулась на опустевшее окно кухни и, медленно покачав головой, продолжила свой путь.

Нет, как-то неловко отрывать его от работы… И потом, где бы ни находилась эта Ла Романа, мне от этого не легче… Я все равно буду тосковать в ожидании вечера…

Она забралась в свое окно и, усевшись на подоконник, вновь устремила взгляд в сторону кухни. Неподвижно просидев в такой позе долгое время, она наконец осторожно повернула голову в другую сторону, пытаясь размять затекшую шею.

Нет, сидеть так до вечера, это просто самоубийство, сделала она вывод. Можно либо свихнуться, либо упасть из окна. Перспектива незавидная… Тем более что и Диего такого поведения не одобрил бы. А вот к прогулке по городу или к посещению ресторана он отнесся бы положительно… Остановлюсь, пожалуй, на ресторане… Ведь это стихия Диего, а значит, сидя за столиком, я буду хоть немного ближе к нему.

Флавия заперла комнату и, пройдя по длинному узкому коридору, свернула в холл, который в эту минуту был почти безлюдным. Бросив безразличный взгляд в сторону приглушенно о чем-то беседующих портье, она прошла мимо, направляясь к гостеприимно распахнутым дверям ресторана, когда вдруг услышала окликнувший ее женский голос:

— Сеньорита Арентини, можно вас на минуточку?

Обернувшись, Флавия увидела улыбающееся лицо Бьянки.

— Да-да, вы не ошиблись, это я вас звала, — любезным тоном подтвердила она.

Флавия приблизилась к стойке.

— Вы, наверное, хотите мне сказать, что я слишком долго занимаю резервную комнату, тогда как поначалу не собиралась…

— Нет, я хочу вам сказать совсем другое, — все тем же любезным тоном перебила ее Бьянка. — Уверяю вас, эта новость будет для вас приятной. — С этими словами она положила перед Флавией маленький серебристый ключ. — Он теперь ваш, — доверительно сообщила она. — Так просил вам передать сеньор из сорок второго номера.

Флавия изумленно уставилась на свою собеседницу.

— Вы уверены, что этот ключ предназначен именно для меня? — осторожно поинтересовалась она.

— Абсолютно, — не задумываясь, ответила Бьянка. — Сеньор Пиренелли сказал, что вы будете жить с ним в одном номере.

Флавия стремительно наклонилась вперед.

— Как вы сказали? — ошеломленно переспросила она. — Сеньор Пиренелли? Вы уверены?

Бьянка утвердительно кивнула.

— Конечно, сеньорита. Я всегда уверена в том, что сообщаю другим. Это ведь моя работа.

— Значит, сеньор Пиренелли теперь живет в «Изумрудной пальме»… — задумчиво проговорила Флавия.

— Да, он поселился здесь сегодня рано утром, — с готовностью подтвердила Бьянка. — Он сказал, что вы его давняя подруга и он не хочет, чтобы вы ютились в тесной комнате… А тут как раз освободился сорок второй номер, один из лучших в нашем отеле… Вот он и решил сделать вам сюрприз. Перевез свои вещи из «Беатриче», чтобы провести свой отпуск вместе с вами. — Она немного помедлила, окинув Флавию заинтересованным взглядом. — Знаете, вам очень повезло, что у вас есть такой заботливый друг, — прошептала она.

Флавия нервно постучала ключом по зеркальной поверхности стойки.

— Да, он всегда был очень заботливым, — с натянутой улыбкой проговорила она. — Вы даже представить себе не можете, сколько заботы он проявил за свою жизнь к многим-многим женщинам, — с едва уловимой иронией сообщила она и, набрав в грудь побольше воздуха, спросила уже тоном, не предвещавшим ничего хорошего для объекта ее заинтересованности: — Так он сейчас у себя в номере?

Бьянка растерянно кивнула.

— Отлично, я поднимусь к нему, чтобы выразить свою горячую благодарность, — с мрачной решимостью поделилась своими намерениями Флавия и, захватив с собой серебристый ключик, направилась к лифту.

Но пройдя несколько шагов, остановилась и, обернувшись к Бьянке, попросила все с той же натянутой улыбкой:

— Только не сообщайте ему, пожалуйста, о моем визите. Это будет ответный сюрприз с моей стороны.

Флавия громко постучала в дверь номера сорок два, и она тут же распахнулась, продемонстрировав ей подобострастно улыбающееся лицо Анджело. Бьянка все-таки предупредила его, мысленно заметила Флавия. Значит, он уже успел приготовить какой-нибудь очередной подлый трюк… Ну ничего, я в долгу не останусь…

— Ты напрасно перебрался сюда из «Беатриче», пожертвовав обществом своей «супруги», — со сдержанной иронией проговорила она вслух. — Вот, можешь передать ей с посыльным, чтобы она не скучала вдали от тебя, — с лучезарной улыбкой продолжила Флавия, протягивая ему ключ.

Анджело бросил на него растерянный взгляд.

— Какой еще супруге? — придав своему лицу выражение искреннего недоумения, поинтересовался он.

— Той, с которой ты жил в «Беатриче», — по-прежнему лучезарно улыбаясь, объяснила Флавия.

— Как ты узнала? Неужели следила за мной? — с легкой насмешкой уточнил он.

— Нет, всего лишь случайно заглянула в твой отель, — спокойно ответила Флавия и, опустив ключ в карман его футболки, пошла обратно к лифту.

— Если ты собираешься вернуться в свое захолустное жилище, то напрасно… Я сделал все для того, чтобы ты там больше не появлялась, — донесся ей вслед притворно равнодушный голос Анджело. — Даже перенес сюда твои вещи… — добавил он.

Флавия на несколько секунд замерла посреди коридора. Затем, недоверчиво оглянувшись, проговорила:

— Не надейся, что тебе удастся заманить меня в твою комнату с помощью такой мелкой уловки.

— Ты мне не веришь? — удивленно вкинул брови Анджело. — Так убедись сама… — он посторонился, шире распахнув дверь.

Флавия приблизилась к номеру и заглянула внутрь: ее чемодан стоял возле кресла, в нескольких метрах от входа.

— Я сложил в него все твои вещи, которые висели в шкафу, — сообщил Анджело.

— Может, еще расскажешь, с чьего разрешения ты это сделал? — поинтересовалась Флавия, смерив его уничтожающим взглядом.

Анджело пожал плечами.

— Я как-то не задумывался над тем, что для этого требуется разрешение…

— Довольно притворства, — раздраженно оборвала его Флавия. — Верни мне мой чемодан, и закончим этот бессмысленный разговор.

— Неужели ты вновь вернешься в эту каморку? — удивленно спросил он.

— И как можно скорее, — решительно ответила Флавия.

— Но это же просто глупо…

— Глупо продолжать дальше этот не нужный никому спор, — вновь оборвала его Флавия. — Повторяю, верни мне чемодан.

На губах Анджело заиграла легкая улыбка.

— Нет, ты это несерьезно… — лукавым тоном произнес он. — Ты просто решила немного пошутить…

Флавия яростно стукнула ладонью по двери, так, что ее петли протестующе заскрипели.

— Верни мой чемодан, черт тебя подери! — прокричала она, задыхаясь от гнева.

Анджело медленно попятился в глубь комнаты.

— Ну хорошо, забирай… — примирительно улыбнувшись, проговорил он.

Флавия перешагнула порог, и в ту же секунду дверь за нею захлопнулась, а она оказалась крепко прижатой к ней спиной.

— А ты и вправду изменилась после знакомства с этим танцором, — удерживая ее за плечи, страстно прошептал Анджело. — Не знаю, что он с тобой сделал, но я никогда раньше не замечал в тебе столько темперамента… Наверное, мне нужно было поблагодарить его сегодня утром… Хотя он так расстроился, когда узнал, что теперь мы с тобой снова вместе… Вряд ли бы он стал выслушивать мои благодарности…

Флавия, предпринимавшая безуспешные попытки высвободиться из объятий своего бывшего возлюбленного, замерла, устремив на него растерянный взгляд.

— Так ты разговаривал сегодня с Диего? — тихо спросила она.

Анджело недовольно скривил губы.

— Ну… разговором это вряд ли можно назвать… Я просто поставил его в известность о том, что наши отношения вновь наладились, поэтому его дружеская поддержка тебе больше не требуется.

Флавия вдруг пренебрежительно улыбнулась.

— Думаешь, я поверю в эти бредни? Мне отлично известно, что Диего уехал сегодня в Ла Роману, поэтому сообщить ему о выдуманном тобою примирении ты просто не мог…

— Ты в этом уверена? — с любопытством заглянув ей в глаза, поинтересовался Анджело.

— В том, что ты не мог сегодня увидеться с Диего? — уточнила Флавия.

— Нет, в том, что Диего уехал в Ла Роману, — по-прежнему с любопытством глядя ей в глаза, поправил ее Анджело.

Улыбка вмиг исчезла с лица Флавии.

— Что ты хочешь этим сказать? — напряженным тоном поинтересовалась она.

Анджело пожал плечами.

— Только то, что эта информация ложная. На самом деле он никуда не уезжал. В данный момент он, как обычно, занят стряпней на кухне.

Флавия со злостью оттолкнула его в сторону.

— Я тебе не верю… — запальчиво проговорила она. — Ты нарочно придумал все это, чтобы поссорить нас…

— Думаю, когда ты увидишь его через несколько минут спокойно шинкующим зелень для очередного блюда, от твоей недоверчивости не останется и следа, — невозмутимо предположил Анджело.

И в ту же секунду Флавия, рывком распахнув дверь, выбежала в коридор и что есть духу помчалась к лестнице. Перепрыгивая через несколько ступеней, она спустилась на первый этаж и за считанные секунды домчалась до своей комнаты. Отперев дрожащими руками замок, она промчалась по комнате как вихрь и, лихо перемахнув через подоконник, не сбавляя темпа помчалась к окнам кухни. Добравшись до каменного выступа, она ловко ухватилась за него, стремительно подтянувшись до распахнутой створки окна. Осторожно заглянув внутрь, она увидела всего в нескольких метрах от себя Диего, который, понуро склонив голову, о чем-то разговаривал с Пабло. Замерев на несколько секунд от неожиданности, Флавия поспешно спрыгнула вниз и, опустившись на корточки, прислонилась плечом к нагретому солнечными лучами светло-серому фасаду отеля.

Значит, Анджело мне не врал, подумала она, обведя печальным взглядом выходившие во двор окна. Диего никуда не уезжал… Он просто не захотел меня видеть, поэтому заставил Пабло выдумать эту историю с Ла Романой… Боже мой, как он мог поверить… Как ему только в голову могло прийти, что я и Анджело снова вместе… Хотя… ведь я твердила ему, что только об этом и мечтаю… А тут еще Анджело со своей выдумкой… Поэтому он и решил больше не видеться со мной… Чтобы не мешать моему долгожданному счастью… Вот только одно ему невдомек: что после знакомства с ним образ Анджело покинул мои мысли… Покинул мои чувства и устремления… Что он ушел из моей жизни… Ушел навсегда…

Флавия поднялась на ноги, бросив нерешительный взгляд на распахнутое окно.

Может, мне вновь забраться в кухню, как в прошлый раз, и рассказать ему о том, как сильно изменились мои мечты, моя жизнь и я сама со дня нашей первой встречи? — мысленно спросила она себя. Ведь нельзя допустить, чтобы наше знакомство закончилось вот так внезапно, так глупо и нелепо… Закончилось из-за подлой выдумки человека, который ничего больше для меня не значит…

Она вновь потянулась было к каменному выступу, но тут же обессиленно опустила руки.

Нет, сейчас он наверняка не сможет правильно понять мои слова, сокрушенно покачав головой, продолжила она свои размышления. Да и я не смогу толком объяснить ему, почему Анджело вдруг решил поселиться в этом отеле, почему солгал ему сегодня при встрече, почему мои чувства к Анджело теперь уже совсем не те, и самое главное, почему для меня так важно, чтобы он выслушал меня сейчас… Выслушал и понял… Нет, я просто не найду нужных слов… Ведь после моего рассказа о долгой и безответной любви к Анджело Диего мне просто не поверит…

Флавия уныло направилась к окну своей комнаты и, с усилием преодолев это являвшееся для нее еще несколько минут назад пустяковым препятствие, села на подоконник, вновь вернувшись тоскующим взглядом к кухонным окнам. Затем, поднявшись на ноги, сокрушенно покачала головой.

Нет, сидеть здесь целый день, в ожидании встречи, которая теперь уже, видимо, никогда не состоится, это просто невыносимо, мысленно сказала она себе. Лучше уйти… Хоть куда-нибудь… Только чтобы не видеть эти окна…

Пройдя по тем же улицам, где они совсем недавно гуляли с Диего, Флавия оказалась возле бара «Амигос», в котором они танцевали под мелодию итальянской песни. Бросив нерешительный взгляд на его распахнутые двери, откуда, как и в прошлый раз, доносился мотив меренге, она вошла внутрь. — «Малибу», — кратко бросила она в ответ на вопросительный взгляд бармена.

Тот с готовностью кивнул и затем, присмотревшись к ней повнимательнее и, видимо, узнав, с улыбкой поинтересовался:

— И «Донью Изабеллу» тоже?

Флавия сделала отрицательный жест.

— Не сегодня…

— Что так? — удивленно откликнулся бармен. — Разочаровались в этой марке или бросили курить?

— Просто сегодня нет подходящей компании, чтобы выкурить сигарету, — с грустной улыбкой объяснила она.

— Почему же нет? — вдруг вмешался в их беседу сидевший рядом молодой темнокожий парень. — А я разве не компания?

Флавия бросила на него отрешенный взгляд.

— Я же сказала: подходящей компании, — устало повторила она, сделав ударение на предпоследнем слове.

Бармен окинул ее внимательным взглядом и сделал парню знак пересесть на другое место.

— А что, сеньор Диего сегодня не смог вас сопровождать? — осторожно поинтересовался он.

— Разве вы знакомы? — удивленно откликнулась Флавия.

— Конечно, ведь Санто-Доминго не такой уж большой город, и все постоянные посетители бара мне давно известны…

— Вот как? И чем же известен здесь сеньор Диего?

Бармен сделал витиеватое движение ладонью.

— Своей любовью к музыке, — улыбнувшись, ответил он.

Флавия понимающе кивнула.

— Да, музыка является его главным увлечением… Если бы он не мог ее так тонко чувствовать, то никогда бы не научился танцевать…

— Кстати, о танцах… — встрепенулся вдруг бармен. — Вы ведь в прошлый раз так и не закончили свой танец с сеньором Диего… Может быть, поставить для вас ту самую песню в качестве небольшой компенсации за обманутые надежды?

— Как хорошо вы сказали… Обманутые надежды… — задумчиво повторила Флавия. — Очень уместное в данный момент словосочетание… И хотя песня вряд ли сможет их компенсировать, я все же с радостью приму ваше предложение.

Бармен улыбнулся в ответ и, поставив перед нею бокал с ромом, направился к музыкальному центру, из динамиков которого через несколько секунд послышалась знакомая Флавии песня о свидании под звездным небом. Она вслушивалась в слова этой песни, которые знала наизусть, и перед ее мысленным взором возникали площади и улицы родного Ареццо, его старинные церкви, дворцы и фасады домов, окружающие Пьяцца Гранде, украшенные многочисленными гербами.

«По-моему этот город ничуть не хуже Рима. Приезжайте, убедитесь сами… Пора претворять свои мечты в жизнь», вспомнила она вдруг свои слова, которые еще совсем недавно произнесла, сидя вот в этом же самом баре рядом с Диего.

Видимо, сделать эти мечты явью нам не суждено, с печальной улыбкой подумала Флавия. Точно так же, как и танцевать вместе мамбо… Наши уроки, как и те счастливые мгновения, что мы провели вместе, уже закончились… А раз так, то и мне в этом городе делать больше нечего… Пора возвращаться в Ареццо… Наверное, он уже скучает по мне… Именно поэтому мелодия итальянской песни вызвала в моей памяти его образ… В конце концов, все рано или поздно становится на свои места…

Усталым движением взболтав в бокале пахнущий кокосом ром, но так и не пригубив его, Флавия бросила на бармена виноватый взгляд.

— Простите, но я забыла взять с собой деньги, — тихим голосом извинилась она.

Тот сделал успокаивающий жест.

— Не стоит из-за этого переживать. Это маленький подарок от нашего заведения самой очаровательной туристке, когда-либо побывавшей здесь, — с улыбкой объяснил он и, взглянув на нетронутый бокал, добавил: — Который вы, кстати, так и не оценили по достоинству…

Флавия развела руками.

— Настроение сегодня не то… Что поделаешь?

Бармен понимающе кивнул.

— Нет подходящей компании? — повторил он ее недавние слова, кивнув в сторону пустующего табурета, на котором в прошлый раз сидел Диего.

— Да, именно так, — с вымученной улыбкой подтвердила Флавия.

И, наверное, теперь уже больше никогда не будет, мысленно добавила она, направляясь к выходу.

Заметив издалека беседующего с Бьянкой на ступенях «Изумрудной пальмы» Диего, Флавия в растерянности замерла посреди тротуара, не зная, как правильнее поступить в данной ситуации: дождаться, пока они уйдут, и только тогда войти в отель, или, напустив на себя равнодушный вид, пройти мимо, вежливо поздоровавшись с ними. Остановившись после нескольких минут размышлений на последнем варианте, она, сделав глубокий вдох, направилась к отелю. — Добрый вечер, сеньорита, — вежливо поприветствовала ее Бьянка, как только она начала подниматься по ступеням. — Вы можете взять ключ от номера у моего коллеги…

— Разве вы забыли, что я всегда ношу его с собой? — недоуменно откликнулась Флавия.

— Но я имела в виду ключ от номера сеньора Пиренелли, — объяснила ее собеседница. — Надеюсь, вы хорошо там устроились?

Флавия бросила хмурый взгляд сначала на Бьянку, затем на Диего.

— Боюсь, что нет, — негромко проговорила она. — Я решила остаться в своей комнате. В ней я чувствую себя гораздо спокойнее.

— Вот как? — с легким удивлением откликнулась Бьянка. — А сеньор Пиренелли сказал, что вы туда больше не вернетесь… Он также сказал, что перенес оттуда ваши вещи…

— Похоже, у него вошло в привычку информировать вас о своих действиях, — раздраженно заметила Флавия.

— Это он, должно быть, от радости, — еле слышным голосом предположил вдруг молчавший до сих пор Диего. — От радости, что ваша с ним размолвка уже позади и теперь вы всегда сможете быть вместе… — после небольшой паузы продолжил он.

Флавия вскинула на него испытующий взгляд.

— Вы действительно так думаете? — поинтересовалась она.

Диего ответил ей нерешительным кивком.

— Да и вы, наверное, тоже рады произошедшим в вашей жизни переменам… — все так же еле слышно проговорил он.

— И, наверное, моя радость очень заметна… — бесцветным голосом предположила Флавия.

Диего ничего не ответил, окинув ее лицо пристальным взглядом.

— Во всяком случае, вы заслужили эти перемены, — наконец искренним тоном проговорил он.

Флавия медленно покачала головой.

— Нет, только не такие… — даже не пытаясь скрыть печаль, таившуюся в каждом из этих слов, возразила она.

И их взгляды, до сих пор опасливо сторонившиеся друг друга, внезапно встретились, все отчаяннее устремляясь друг к другу с каждым взмахом ресниц.

— Простите, что прерываю вашу беседу, — осторожно проговорила Бьянка, до сих пор с безмолвным удивлением наблюдавшая за этим странным диалогом, — но я хотела бы напомнить Диего, что через полчаса нам нужно быть в танцевальном клубе…

— «Мелодия карибских ночей»? — вздрогнув от этих слов, будто от внезапного пробуждения, тихо поинтересовалась Флавия. — Он ведь называется именно так, верно?

— Да, именно так, — с готовностью подтвердила Бьянка. — Диего рассказал мне, что вы там тоже успели побывать…

— Это осталось в прошлом, — по-прежнему не отрывая взгляда от Диего, объяснила Флавия. — В том времени, которое закончилось для нас с наступлением сегодняшнего дня…

— Нет, с наступлением вчерашнего вечера, — задумчивым тоном поправил ее Диего.

Флавия печально улыбнулась.

— Что ж, если вы так считаете, не буду спорить… Лучше пожелаю вам удачи в освоении мамбо… — Бросив на своего собеседника последний взгляд, она стала подниматься по лестнице.

— Я рад за вас и вашего друга, — приглушенным голосом бросил ей вслед Диего.

Флавия обернулась, поставив ногу на следующую ступень.

— А я за вас, — взглянув сначала на его спутницу, потом на него, с легкой улыбкой откликнулась она.

Едва переступив порог своей комнаты, Флавия услышала позабытую за эти дни звонкую трель мобильного, доносившуюся из висевшей на спинке стула сумочки. Достав из нее телефон, Флавия увидела на дисплее имя «Мирелла». Ну вот, как я и предполагала, все становится на свои места, устало прислонившись к дверце шкафа, подумала она. Или, говоря иначе, возвращается на круги своя… На круги, вырваться из которых у меня, наверное, никогда уже не получится…

Обреченно сомкнув веки, она нажала кнопку ответа и тут же услышала взволнованный голос Миреллы, которая выпалила скороговоркой:

— Флавия, прости, ради бога, что я надоедаю тебе во время отдыха, но ты слишком долго не давала о себе знать, и я уже начала всерьез беспокоиться.

— Ты беспокоилась обо мне или о месте моего пребывания? — ничего не выражающим голосом уточнила Флавия.

На несколько секунд в трубке воцарилась тишина.

— Прости, я знаю, что виновата перед тобой… — заговорила наконец Мирелла.

— Хватит рассыпаться в извинениях, — измученным тоном оборвала ее Флавия. — Ты ведь позвонила не для этого. Рассказывай лучше, зачем я тебе так срочно понадобилась.

Мирелла немного помедлила.

— Понимаешь, дело в том, что твой бывший муж, который теперь возглавляет фирму «Сигаро Амато», являющуюся нашим постоянным партнером, отказывается поставлять нам некоторые марки сигар… — официальным тоном сообщила она и, немного помолчав, добавила: — В том числе и «Дона Карлоса»…

— Очень этому рада, — невозмутимо откликнулась Флавия. — Я и сама собиралась отказаться от этого «Дона»… Он все равно не пользуется в нашем городе большим спросом.

— Ты собиралась отказаться от «Дона Карлоса»? — недоверчиво переспросила Мирелла.

— Да, причем в ближайшее же время, — подтвердила Флавия. — Так что все к лучшему…

— Честно говоря, я не знаю, что тебе ответить на это высказывание… — немного замявшись, пробормотала Мирелла.

— Скажи, что больше никаких новостей нет: ни плохих, ни хороших, — посоветовала Флавия, — и закончим на этом разговор.

— Я бы рада сказать это… — с тяжелым вздохом откликнулась Мирелла. — Но, к сожалению, новости все-таки есть… Причем хорошими их назвать трудно…

— Вот как? — насторожилась Флавия. — И что же это за новости?

— Я ведь тебе уже сообщила, что Руджеро отказывается поставлять нам не только «Дона Карлоса», но и некоторые другие марки сигар, да и сигарет, кстати, тоже… Но ты, видимо, плохо расслышала…

— Некоторые? — подозрительным тоном переспросила Флавия. — Может быть, ты уточнишь, какие именно?

Мирелла вновь издала тяжелый вздох.

— В общем, если говорить честно, то почти все, имеющиеся в ассортименте нашей табачной лавки… — еле слышно проговорила она. — Ну разве что за исключением трех или четырех из них… — наигранно оптимистичной скороговоркой добавила она.

Флавия медленно опустилась на стул.

— То есть как это почти все? — безжизненным голосом осведомилась она. — Ты хочешь сказать, что наша лавка теперь останется без товара?

— Флавия, ты только, пожалуйста, не волнуйся… — поспешно проговорила Мирелла.

— Ты советуешь мне не волноваться? — изумленно воскликнула Флавия. — И это после того, как сообщила о нашем разорении?

— Ну не надо так драматизировать ситуацию, — успокаивающим голосом возразила Мирелла. — Ее еще можно исправить… Ведь срок, на который мы заключили контракт с «Сигаро Амато», еще не истек… — напомнила она.

Флавия приложила похолодевшую ладонь ко лбу.

— Да, верно… Я совсем забыла, что мы заключили контракт на несколько лет… Твое сообщение было таким неожиданным, что оно абсолютно выбило меня из колеи… Тем более что несколькими минутами раньше это сделал другой человек… — понизив голос, добавила она.

— Другой? — насторожилась Мирелла. — Неужели…

— Нет, не Анджело, — нетерпеливо оборвала ее Флавия. — Как раз ему это сделать больше не удастся. Он для меня уже не существует. Он исчез, испарился, растворился в атмосфере…

— Он вновь не обратил на тебя внимания? — осторожно поинтересовалась Мирелла и, не дожидаясь ответа, сокрушенно залепетала: — Боже мой, Флавия, что я наделала… Прости меня, пожалуйста. Я думала, что поездка в Санто-Доминго вас сблизит… Что она изменит твою жизнь…

— Хватит извиняться, — вновь оборвала ее Флавия. — Мне вовсе не за что прощать тебя. Тем более что твой план удался, и моя жизнь в результате этой поездки действительно изменилась… Но об этом после… Сейчас я хотела бы знать, почему Руджеро взбрело в голову отказаться от заключенного контракта… Почему он решил, что не будет больше поставлять нам сигары?

— Он сказал, что во время вашего брака много сил и средств вкладывал в процветание твоей лавки и теперь имеет полное право стать ее владельцем…

— Что за бред? — возмутилась Флавия. — Какие еще силы и средства? Да он там даже не появился ни разу за те несколько месяцев, что мы были женаты… О его средствах я вообще предпочту умолчать… Да как ему могло только в голову такое прийти: потребовать, чтобы я отдала ему лавку, доставшуюся мне от деда?! Он спятил, наверное… Он не имеет на нее никаких прав… В том числе и с точки зрения законодательства…

— Я пыталась ему все это объяснить, но он и слушать меня не захотел… Сама не знаю, что на него вдруг нашло… — недоуменно проговорила Мирелла. — Ведь во время нашей встречи, в тот день, когда ты вылетела из Флоренции, мне удалось уговорить его поставлять нам «Дона Карлоса» по прежней цене…

— Вот как? — растерянно откликнулась Флавия. — А когда же он сообщил тебе о своих безумных требованиях?

— Сегодня. Позвонил ни свет ни заря и начал нести всю эту чушь насчет своих непомерных вложений… Я сначала даже подумала, что он перебрал в каком-нибудь ночном клубе… Но потом поняла, что он вовсе не пьян и говорит вполне серьезно…

— Странно… — задумчиво протянула Флавия. — С чего бы вдруг такой неожиданный и неподкрепленный никакими разумными доводами ультиматум?

— Более чем странно, — с готовностью поддержала ее Мирелла. — Чтобы разобраться во всей этой истории, тебе необходимо срочно приехать во Флоренцию. Руджеро сказал, что будет обсуждать условия контракта только с тобой. Он просил меня дать ему новый номер твоего мобильного, но я решила, что лучше сама тебе все сообщу, чтобы подготовить тебя к непростому разговору…

— Ты правильно решила… — одобрила ее действия Флавия.

— Так ты скоро прилетишь во Флоренцию? — с беспокойством поинтересовалась Мирелла.

Флавия встала со стула и немного прошлась по комнате, пытаясь прогнать тревожные мысли.

— Прямо завтра, первым же рейсом, — уже четким и уверенным тоном ответила она. — Я все равно собиралась уехать из Санто-Доминго как можно скорее, так что твое сообщение всего лишь ускорит мое возвращение в Италию, только и всего…

— Значит, ты все еще в Санто-Доминго? — удивилась Мирелла.

— Я ведь тебе уже сказала: твой план удался, — с тяжелым вздохом напомнила Флавия. — Ведь согласно этому плану я должна была, позабыв о Биаррице, остаться в Санто-Доминго, верно? Вот я и осталась… Теперь остается выяснить, что я должна делать, согласно плану Руджеро… — озабоченно добавила она.

— Может, мне тоже приехать во Флоренцию, чтобы помочь тебе?

— Нет, оставайся в Ареццо. Ведь кто-то должен заниматься продажей оставшихся сигар. А с Руджеро я поговорю сама.

— Ну тогда желаю удачи, — с волнением проговорила Мирелла.

Флавия бросила тоскующий взгляд на окна кухни.

— Буду надеяться, что эта сеньора хоть ненадолго почтит меня своим присутствием… — тихо откликнулась она и, отключив телефон, вновь прошлась по комнате.

Остановившись возле окна, Флавия оглядела знакомый дворик, стараясь даже не поворачивать головы в сторону кухонного помещения, и затем, медленно опустившись на кровать, пробежала взглядом по незатейливой меблировке этого импровизированного гостиничного номера.

Как ни грустно мне покидать это маленькое, целый день залитое солнцем пространство, все же придется себя превозмочь, мысленно констатировала она. И, стремительно поднявшись на ноги, решительно проговорила вслух:

— Итак, нужно собрать вещи и забронировать билет на утренний рейс…

Флавия уже было направилась к шкафу, когда вдруг вспомнила, что первую часть списка неотложных дел за нее уже выполнил Анджело.

— Проклятье. Придется снова идти к нему за чемоданом, — обреченно вздохнула она и нехотя вышла в коридор.

Поднявшись на четвертый этаж, Флавия на несколько минут в нерешительности замерла перед дверью с номером сорок два, затем, сделав глубокий вдох, негромко постучала.

— Входите, — послышался небрежный голос Анджело.

Флавия еще раз постучала, так и не прикоснувшись к дверной ручке.

— У кого тут проблемы со слухом? Я же сказал: входите… — недовольно проворчал он и, распахнув дверь, удивленно замер на пороге. — Вот так сюрприз, — наконец радостно протянул он после нескольких секунд созерцания. — Решила все-таки переселиться в приличный номер?

— Нет, только забрать свой чемодан, — сдержанно проговорила Флавия.

Анджело смерил ее недоверчивым взглядом.

— Неужели ты так и не навела справки о своем танцоре? — с легким удивлением поинтересовался он. — Неужели до сих пор думаешь, что он уехал…

— Не думаю, — холодно оборвала его Флавия.

— Значит, ты убедилась, что я сказал тебе правду? — злорадно усмехнулся Анджело.

— Надеюсь, ты не подорвал этим свое здоровье с непривычки? — невозмутимо откликнулась Флавия и, не дожидаясь его ответа, потребовала: — Верни мне наконец чемодан. На этот раз я без него не уйду.

Анджело бросил на нее насмешливый взгляд.

— С чего вдруг возникла такая необходимость? Решила принарядиться для очередного урока танцев?

— Я не обязана отчитываться перед тобой, — спокойно ответила Флавия. — А вот ты обязан вернуть принадлежащие мне вещи, — наставительным тоном добавила она.

Анджело ничего не ответил, продолжая неподвижно стоять на пороге.

— Если ты этого не сделаешь, я обращусь с жалобой на тебя в ближайший полицейский участок, — решительным тоном предупредила Флавия.

Немного помедлив, Анджело отступил в сторону.

— Ну что ж, забирай свои наряды, — небрежно бросил он, кивком показав на стоявший возле кресла чемодан.

Флавия отрицательно качнула головой.

— Я не покупаюсь на одну и ту же уловку дважды. Вынеси его сюда, в коридор, — тоном, не терпящим возражений, распорядилась она.

Анджело вновь бросил на нее насмешливый взгляд и нехотя направился за чемоданом. Оставив его за порогом, он сложил руки на груди и поинтересовался с наигранной вежливостью:

— Могу я вам пожелать приятного полета, сеньорита?

Флавия удивленно отпрянула.

— Откуда ты узнал? — ошеломленно спросила она.

Анджело суетливо огляделся вокруг, пытаясь изобразить искреннее недоумение.

— Что именно? — с натянутой улыбкой поинтересовался он.

— То, что я возвращаюсь в Италию, — машинально проговорила Флавия, в ту же секунду осознав собственную оплошность.

— От тебя самой, как видишь, — теперь уже иронично улыбнулся Анджело, широко разведя руками.

Флавия досадливо поджала губы.

— Не увиливай, — решительным тоном потребовала она. — Ты пожелал мне приятного полета до того, как я сообщила тебе о своем возвращении… То есть знал о нем заранее…

Анджело удивленно пожал плечами.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь… Разве в том, что я пожелал тебе приятного полета, есть что-то предосудительное?

Флавия устремила на него проницательный взгляд.

— Признайся, ты знал…

— Да ничего я не знал! — возмущенно воскликнул вдруг Анджело. — Я только предположил… Ведь все вполне логично… Если тебе вдруг срочно понадобился чемодан, значит, ты куда-то уезжаешь… А поскольку тебе больше некуда ехать, кроме как домой, значит, ты именно туда и возвращаешься… — сбивчиво объяснил он и, переведя дух, добавил: — И я, кстати, тоже решил закончить свой отдых, так что, если ты не против, полетим одним рейсом…

— Я против, — оборвав его на полуслове, решительно заявила Флавия. — Если хочешь добраться до Италии без происшествий, выбери себе другой рейс… Я, кстати, вылетаю во Флоренцию первым…

— Очень правильное решение, — одобрительным тоном заметил Анджело. — Я последую твоему примеру.

Флавия устремила на него разгневанный взгляд.

— В чем дело? — с наигранной невинностью поинтересовался Анджело. — Ты ведь не станешь жаловаться на меня в полицейский участок за то, что я решил вернуться на свою родину одним рейсом с тобой?

Флавия приблизилась к нему на несколько шагов и, понизив голос, проговорила:

— Если вдруг выяснится, что наши с тобой места расположены по соседству, советую сразу же потребовать парашют.

Анджело растянул губы в притворно-любезной улыбке.

— Благодарю вас, сеньорита, за проявленную заботу…

— Это всего лишь предупреждение, — ледяным тоном поправила его Флавия и направилась в сторону лифта, катя за собою чемодан.

— Встретимся в аэропорту! — крикнул ей вслед Анджело.

— Надеюсь, ни на один из завтрашних рейсов для тебя билетов не найдется, — не оборачиваясь, откликнулась она.

Все же очень странно, что он первым заговорил о полете, думала она, окидывая рассеянным взглядом кабину лифта. Неужели ему и вправду было известно, что я намерена вернуться завтра в Италию? Но откуда? Откуда он мог это знать? Возможно, подслушал случайно под дверью мой разговор с Миреллой… Или… Боже мой, нет, только не это, мысленно взмолилась она в ответ на собственную догадку. Мирелла не могла так поступить со мной во второй раз… Она не могла рассказать ему втайне от меня о возникших проблемах с контрактом и требованиях Руджеро… Этого просто не может быть… Если бы между ними существовал тайный обмен информацией, то Анджело узнал бы о моем прибытии в Санто-Доминго в тот же день, когда я вылетела из Флоренции… А он ни о чем таком не подозревал… Он был искренне удивлен, когда увидел меня возле своего отеля… Вряд ли бы он смог разыграть такое удивление… Да и Мирелле вовсе незачем откровенничать с ним за моей спиной… Это все мое разыгравшееся воображение… И еще недавняя встреча с Диего… Надеюсь, я сумею забыть о нем, когда вернусь к своей привычной жизни…

Глава 6

Флавия откинулась на спинку кресла, наблюдая безучастным взглядом за рассаживающимися по своим местам пассажирами.

Ну вот, теперь, согласно теории синьора Пиренелли, мой мимолетный каприз по имени Диего должен навсегда остаться здесь, на улочках этого города, ведь в Ареццо для него просто не может найтись места, подумала она, бросив осторожный взгляд на кресло в соседнем ряду, где сидел Анджело.

Но заметив, что он тоже смотрит в ее сторону, поспешно отвернулась к иллюминатору и, закрыв глаза, продолжила свои размышления: «Интересно, а о чем сейчас думает Диего? В этот момент, когда я покидаю Санто-Доминго… Вспоминает ли он обо мне, о нашей прогулке по городу? Или его воспоминания не распространяются дальше вчерашнего урока танцев с Бьянкой? Да и вообще, в такую рань он еще, наверное, спит… Вот только, в одиночестве ли…»

Флавия мгновенно выпрямилась в кресле, резко открыв глаза. Оказывается, теория Анджело все же неверна, мысленно заметила она, пытаясь унять стук бешено бьющегося сердца. Мой каприз вовсе не остается в Санто-Доминго… Он летит вместе со мной во Флоренцию, откуда, по всей видимости, отправится и в Ареццо… А что же с капризом Диего? Где он нашел себе пристанище? В гостиничном дворе, в танцевальном клубе или, может, в баре «Амигос», где мы танцевали под мелодию итальянской песни? А может быть, его уже и не существует? Может, его каприз растворился в звуках мамбо, когда он вчера танцевал его с Бьянкой?

Флавия медленно провела ладонью по лбу, словно стараясь отогнать мучительные раздумья.

Боже мой, неужели мое падение в бездну все еще продолжается? Неужели не изменилось ничего, кроме самой бездны?

Она вновь закрыла глаза, прислушиваясь к гулу моторов.

— Спасибо, что позволила мне добраться до родины, не заставив прыгать с парашютом, — шутливо поблагодарил Флавию Анджело, когда они вышли из здания флорентийского аэропорта. — Скажи спасибо счастливому случаю, который не позволил тебе забронировать место рядом со мной, — не глядя на своего собеседника, ответила Флавия. — Впрочем, может быть, это мое недавнее предупреждение так подействовало на тебя, что ты решил не искушать судьбу и не испытывать мое терпение… — немного подумав, добавила она.

Анджело утвердительно кивнул.

— Ты права. Я приложил максимум стараний для того, чтобы долететь с тобой до Флоренции в одном самолете. Очень не хотелось возвращаться в Италию в одиночестве, да еще волоча за собою парашют…

— В таком случае, радуйся… Твое желание сбылось, — все так же не глядя на него, бросила Флавия и направилась к припаркованному неподалеку такси.

— Но у меня есть еще одно: доехать вместе с тобой до вокзала, — сообщил Анджело, устремившись следом за нею.

— Слишком много желаний для одного дня, — безапелляционным тоном заявила Флавия, усаживаясь на заднее сиденье. — Прибереги последнее для времен фантастического будущего, — с притворно-любезной улыбкой посоветовала она, захлопнув дверь прямо перед его носом. — Виа Торнабуони, — проговорила она, обращаясь к водителю.

— А синьор не едет с вами? — поинтересовался тот, кивнув в сторону все еще стоявшего возле двери Анджело.

— Нет, он передумал, — небрежно отмахнувшись, объяснила Флавия.

Наконец-то я от него избавилась, с облегчением подумала она. По крайней мере, до возвращения в Ареццо…

Выйдя из машины возле современного четырехэтажного здания, в котором располагались офисы многочисленных торговых фирм, Флавия попросила шофера ее подождать и уже было направилась к прозрачным раздвижным дверям, как вдруг прямо перед нею появился Анджело. Флавия резко остановилась, едва не сбив его с ног. — Что ты здесь делаешь? — ошеломленно поинтересовалась она. — Ты ведь отправился на вокзал.

Анджело безмятежно улыбнулся, отрицательно покачав головой.

— Я не смог продолжить свой путь, когда увидел, что твое такси внезапно изменило маршрут.

— Напрасно. Ведь теперь ты опоздаешь на поезд, — невозмутимо заметила Флавия и сделала ему знак посторониться.

Но Анджело не двинулся с места.

— Зачем ты приехала на эту улицу? — с любопытством спросил он. — Ты ведь не собиралась задерживаться во Флоренции.

— Что-то совсем не припомню, чтобы я делилась с тобой своими планами, — наморщив лоб в притворных раздумьях, проговорила она и ступила на тротуар, чтобы обойти его стороной.

Но Анджело вновь преградил ей путь.

— Ну ладно, если не хочешь отвечать по поводу улицы, не надо… — примирительно проговорил он. — Можешь вообще ничего не говорить, потому что это намерен делать я…

— Надеюсь, ты намерен это делать недолго? — нетерпеливо оборвала его Флавия. — Потому что у меня через несколько минут деловая встреча…

— Деловая? — насторожился Анджело.

— Да, деловая. По поводу обсуждения условий поставки сигар с моим бывшим мужем, — вновь нетерпеливо сообщила Флавия. — Ну а теперь говори то, что ты хотел, и поскорее… Хотя я заранее знаю всю ту чушь, которую ты намерен озвучить.

— Это вовсе не чушь, — горячо возразил Анджело. — Я хочу тебе сказать, что вчерашняя наша неожиданная встреча в Санто-Доминго заставила меня многое понять…

— Неужели? — насмешливо откликнулась Флавия. — И что же именно?

Анджело сделал короткую паузу.

— Я понял, что ты нужна мне, — наконец тихо проговорил он. — Я понял, как был не прав, когда… — Он запнулся, видимо не осмеливаясь продолжить.

— Когда весело проводил время в компании очередной любовницы, — все тем же насмешливым тоном продолжила за него Флавия.

— Я прошу тебя, не говори так…

Анджело вдруг с искренним волнением посмотрел ей прямо в глаза, и Флавия, никогда не видевшая его таким ранимым, как в эту минуту, растерянно умолкла.

— Я хочу, чтобы ты знала: я готов сделать все ради того, чтобы ты простила меня и позволила быть рядом с тобой, — умоляюще сложив руки, продолжил он. — Я сделаю все, слышишь? С сегодняшнего дня ты можешь всегда положиться на меня, что бы ни случилось… Помни об этом.

Флавия окинула своего бывшего возлюбленного ошеломленным взглядом.

— Ладно, там посмотрим… — неопределенно пожав плечами, пробормотала она и направилась к входу в здание.

— Я буду ждать тебя здесь! — крикнул ей вслед Анджело.

Флавия, ничего не ответив, скрылась за сомкнувшимися дверями.

Определенно, с моими бывшими мужчинами в последние дни происходит что-то странное, подумала она, направившись к только что спустившейся кабине лифта. Один выдвигает требования, достойные выходца из сумасшедшего дома, другой за считанные часы превращается из циничного ловеласа в добросердечного, искреннего, ищущего понимания и любви мужчину. За всем этим явно что-то кроется… Но что именно? Возможно, предстоящая встреча с Руджеро позволит мне хоть немного разобраться во всех этих метаморфозах…

Флавия бросила тоскливый взгляд на свое отражение в зеркальной стене лифта.

— Мне сейчас так не хватает Диего, — еле слышно прошептала она, хотя в кабине, кроме нее, никого больше не было. — Если бы только он мог в эту минуту вдруг очутиться рядом со мной, все вокруг изменилось бы волшебным образом… Только он сейчас далеко… А волшебству в реальной жизни нет места… — невесело улыбнувшись, завершила она и, бросив последний взгляд на свое отражение, вышла из кабины.

Пройдя вдоль длинного коридора с низким потолком, Флавия остановилась перед дверью, табличка на которой сообщала, что здесь располагается фирма «Сигаро Амато». Она вошла внутрь и, не тратя времени на приветствие, лаконично изложила секретарше причину своего появления:

— Я к синьору Арентини. Он у себя?

Та немного помедлила, окинув ее вопросительным взглядом.

— Как вас представить? — наконец поинтересовалась она.

— Как синьору Арентини, — иронично улыбнувшись, сообщила Флавия.

Взгляд секретарши застыл в невидимой для постороннего глаза точке пространства.

— Как его бывшую супругу, — все с той же ироничной улыбкой уточнила Флавия.

Взгляд секретарши озарился внезапной догадкой. Она встала из-за стола, понимающе покачивая головой.

— Одну минуту. Я сообщу ему о вашем визите, — учтиво проговорила она, направившись к массивной двери, за которой располагался кабинет ее шефа.

Сколько раз намеревалась сменить эту фамилию на свою прежнюю, но дальше намерения дело до сих пор так и не пошло, мысленно прокомментировала Флавия сложившуюся ситуацию. Возможно, теперь я наконец найду время избавиться от его фамилии? — спросила она себя.

Но найти ответ на этот вопрос так и не успела, потому что вновь появившаяся из-за массивной двери секретарша уже сообщила, широко улыбнувшись:

— Синьор Арентини ждет вас.

И, надо полагать, с нетерпением, мысленно добавила Флавия, перешагнув порог его кабинета.

Как только дверь за ней закрылась, она, не дожидаясь приглашения от сидевшего за усыпанным бумагами столом Руджеро, устроилась в офисном кресле.

— Итак, ты хотел обсудить со мной некую бредовую идею, внезапно пришедшую в твою голову буквально на днях? — деловито поинтересовалась она, закинув ногу на ногу.

Внимательный взгляд серых глаз Руджеро осторожно скользнул по ее лицу и вновь вернулся к разложенным на столе бумагам.

— Ты считаешь ее бредовой только потому, что она пришла в мою голову? — бесстрастно поинтересовался он в ответ.

— Нет, я считаю ее бредовой потому, что ни один здравомыслящий человек не воспринял бы ее всерьез, — спокойно уточнила Флавия. — А я отношу себя именно к этой категории людей, — продолжила она. — Так что я просто не понимаю, на что ты рассчитывал, когда передавал Мирелле свои смехотворные требования… Если ты надеешься, что судебная тяжба…

— Меня не интересует судебная тяжба, — оборвал ее Руджеро, поднимаясь из-за стола. — Я и без нее смогу добиться всего, чего хочу, — надменно вскинув подбородок, заявил он.

Флавия состроила ироничную гримасу.

— Неужели? И каким же образом, позволь полюбопытствовать?

Руджеро неспешно прошелся по комнате, изучая свою бывшую жену пристальным взглядом. Затем остановился напротив нее и, присев на краешек стола, негромко поинтересовался:

— Тебе ведь известно, что фирма «Сигаро Амато», которую с недавних пор возглавляю именно я, уже долгие годы является главным и единственным поставщиком сигар для твоей лавки, еще с тех пор, как ею владел твой дед?

Флавия утвердительно кивнула.

— Да, все это мне известно не хуже тебя. Только…

— Возражать будешь потом, — оборвал ее Руджеро, предупреждающе вскинув ладонь. — Если, конечно, сочтешь это целесообразным, — добавил он и, не дав ей времени на новые возражения, продолжил: — Поскольку ты никогда не сотрудничала с другими поставщиками, наладить с ними прочные деловые отношения в короткий срок у тебя вряд ли получится… А значит, нравится тебе это или нет, но в ближайшее время процветание твоей лавки будет зависеть только от меня.

Флавия недоуменно пожала плечами.

— А почему ты вдруг стал проявлять такую неуемную заботу о процветании моей лавки? — преувеличенно наивным тоном спросила она.

На губах Руджеро заиграла снисходительная улыбка.

— Разве Мирелла не сообщила тебе о том, что я намерен сделать ее своей?

— Ах, да, я совсем забыла, — протянула Флавия. — Действительно, этот факт многое проясняет в твоем поведении… Но только не причину, которой было продиктовано это намерение… — добавила она, испытующе глядя ему в глаза.

Руджеро медленно перевел взгляд на стоявший возле стены стеллаж.

— Надеешься, что если будешь знать причину, то сможешь предотвратить последствия? — с саркастической ухмылкой поинтересовался он. — Напрасно. Я все равно не откажусь от задуманного. Твоя лавка должна принадлежать мне, и неважно, каким способом я этого добьюсь: с помощью убеждения или разорения…

— Ни с помощью того, ни с помощью другого, — решительно оборвала его Флавия. — Ты ни получишь ее никогда, к каким бы способам не прибегал. Этот магазин достался мне в наследство от деда, и он всегда будет принадлежать только мне. А что касается всех этих нелепых угроз, то прибереги их для одной из своих многочисленных пассий, с которыми ты обычно проводишь свободное время в каком-нибудь кафе…

— Ревнуешь? — злорадно усмехнувшись, бросил Руджеро.

— Напоминаю об известных мне фактах, — бесстрастным тоном уточнила Флавия и стремительно поднялась на ноги, давая понять, что на этом их разговор окончен.

— Если я правильно понимаю, вариант с убеждением потерпел фиаско? — окинув ее равнодушным взглядом, проговорил Руджеро.

— Правильно понимаешь, — кивнула Флавия и, не добавив больше ни слова, направилась к выходу.

— Значит, теперь мне придется прибегнуть ко второму варианту, — небрежно бросил ей вслед Руджеро.

Флавия замедлила шаг и, обернувшись к своему собеседнику, внимательно посмотрела ему в глаза.

— Надеюсь, тебе известно, что, согласно условиям нашего контракта, ни одна из сторон не имеет права их нарушать? — стараясь говорить как можно спокойнее, напомнила она.

— Если только не существует каких-либо уважительных причин для их нарушения, — подняв указательный палец вверх, многозначительным тоном добавил Руджеро.

Флавия немного помолчала, осмысливая услышанное.

— И судя по тому, с каким удовлетворением ты только что упомянул об этом, такие причины все же существуют… — наконец произнесла она вслух сделанное ею умозаключение.

— Во всяком случае, их легко найти, — беспечно откликнулся Руджеро. — Изобретательности мне не занимать, ты же знаешь… Так же, как и умения налаживать прочные связи с нужными людьми… — наставительным тоном добавил он. — Иначе я не смог бы стать в такой короткий срок руководителем этой фирмы.

Флавия понимающе покачала головой.

— Да, известие о твоей новой должности стало для меня полной неожиданностью… — задумчиво проговорила она. — И, как я понимаю, твоя изобретательность сыграла здесь не последнюю роль… Но вот чего я никак понять не могу, так это твоего стремления к такой ничтожной цели, как моя табачная лавка… — Флавия вскинула на него проницательный взгляд и недоуменно поинтересовалась: — Зачем она понадобилась тебе? Тебе, руководителю крупной фирмы? Ведь у тебя наверняка достаточно средств для того, чтобы открыть собственный табачный магазин здесь, во Флоренции… Да и в каком-нибудь другом городе тоже…

Некоторое время Руджеро ничего не отвечал, понуро разглядывая носки своих ботинок, затем прошелся из угла в угол, засунув руки в карманы брюк, и наконец нехотя бросил, повернувшись к Флавии спиной:

— Я не могу этого сказать… Я обещал…

— Обещал? — изумленно встрепенулась Флавия. — Что обещал? Кому?

— Это не твое дело, — отрезал Руджеро, по-прежнему стоя к ней спиной. — Или ты отдаешь свою лавку мне, или я прекращаю поставку товара, а также применяю всю свою изобретательность для того, чтобы ни одна другая фирма-поставщик, расположенная поблизости от Ареццо, не согласилась бы заключить контракт с тобой, — тоном, не допускающим никаких сомнений в серьезности его намерений, продолжил он. — Я ведь, кажется, уже говорил: я умею налаживать прочные связи с нужными людьми. В данном случае, с коллегами по бизнесу. Если хочешь убедиться в этом, я предоставлю тебе такую возможность… А если думаешь, что у меня не хватит духу поступить с тобой подобным образом, то лучше сразу выкинь эту мысль из головы. У меня хватит духу, не сомневайся, — упрямо тряхнув головой, завершил он.

Да, у него хватит, мысленно согласилась Флавия, вспомнив рассказы их общих друзей о его многочисленных изменах. Но и у меня тоже хватит духу дать достойный ответ! — чувствуя, как в ее душе постепенно закипает волна гнева, воскликнула она про себя и уже собралась было прокричать это вслух, как вдруг, бросив случайный взгляд в сторону стеллажа, увидела висевшую рядом с ним картину. На ней была изображена та самая улица с баром «Амигос», по которой они бродили с Диего в тот день, когда решили прогулять урок мамбо. Замерев от удивления, Флавия вглядывалась в нарисованные фасады домов, пытаясь понять, действительно ли это одна из улиц Санто-Доминго. Позабыв обо всем на свете, замерла на месте, не в силах оторвать взгляда от этого случайно замеченного ею городского пейзажа.

Удивленный тем, что в кабинете повисла такая долгая, не прерываемая ни единым шорохом тишина, Руджеро обернулся, чтобы узнать, почему безмолвствует его собеседница, и, увидев ее восторженно устремленный на картину взгляд, раздраженно поинтересовался:

— Ты пришла сюда для того, чтобы разглядывать чью-то мазню? Тебе наплевать на то, что я тебе говорил несколько секунд назад? Наплевать на то, что может произойти с тобой в недалеком будущем?

Флавия ничего не ответила, продолжая, словно зачарованная, смотреть на вечернюю улицу, залитую яркими огнями невысоких фонарей.

Невероятно, на этой картине даже вечер точно такой же, какой был тогда, во время нашей прогулки, мысленно поразилась она. Такой же призрачный, незнакомый и в то же время легко узнаваемый… Такой же волшебный, как часы, проведенные вместе с Диего в баре…

Так и не дождавшись ее ответа, Руджеро приблизился к ней вплотную и грубо тряхнул ее за плечо.

— Может, ты наконец объяснишь, что с тобой произошло? — повысив голос, спросил он. — С чего вдруг ты так уставилась на эту картину, словно алмазные россыпи на ней увидела?

Флавия медленно перевела на него отсутствующий взгляд.

— Это ведь Санто-Доминго, верно? — тихо проговорила она.

Руджеро недоуменно нахмурил брови.

— Какой еще Санто-Доминго? Где? — раздраженно откликнулся он.

Флавия кивком показала на стену.

— Там, на картине, — все так же тихо объяснила она. — Эта улица на ней… Она ведь на самом деле находится в Санто-Доминго, разве не так?

— Да откуда я знаю? — возмущенно воскликнул он. — Плевать я хотел на то, где она находится!

— Но это ведь твой кабинет, ты должен знать, — вновь тихо, но настойчиво проговорила Флавия.

Руджеро устремил на нее разгневанный взгляд.

— Ты что, спятила?! — еще раз тряхнув ее за плечо, прокричал он. — Еще минуту назад мы обсуждали наш контракт, а теперь ты задаешь мне какие-то дурацкие вопросы о намалеванной на этой чертовой картине улице…

— Эта улица для меня гораздо важнее контракта, — окинув теперь уже осмысленным взглядом своего собеседника, серьезно сказала Флавия.

— И важнее доставшейся тебе в наследство от горячо любимого деда табачной лавки? — недоверчиво покосившись на нее, поинтересовался Руджеро.

Флавия, опустив взгляд, тяжело вздохнула. Их нельзя сравнивать, мысленно ответила она. Они для меня одинаково дороги: улица в Санто-Доминго и табачная лавка в Ареццо. Она вдруг вспомнила, как после развода ее родители, погрузившись в водоворот каждый своей, богатой приключениями жизни, оставили ее на попечение деда, клятвенно заверив его при этом, что будут проявлять неустанную заботу о своей дочери. Поначалу Флавия с нетерпением ждала проявления обещанной ими заботы, но затем, поняв наконец, что та в их представлении сводится лишь к дорогим подаркам на день рождения и Рождество, перестала надеяться на нее, как когда-то на помощь доброй сказочной феи. А чтобы не возникало искушения проводить время в бессмысленном ожидании визита родителей, она дни напролет проводила в лавке Чезаре, как она обычно называла деда. Стараясь привить своей внучке трезвый взгляд на окружающую действительность, он никогда не тратил слова на бесполезные уверения в том, что ее родители в один прекрасный день вдруг все поймут и станут совсем другими. Он не обещал ей такого несбыточного чуда, как при встрече с нею обычно делали его сочувствующие знакомые, и Флавия была ему за это благодарна.

Именно поэтому его лавка для меня теперь нечто большее, чем просто источник дохода, мысленно призналась себе Флавия, возвращаясь от видений прошлого к образам настоящего, сосредоточившимся для нее в данный момент в лице ее бывшего мужа. Хотя, несмотря на все старания деда, я так и не смогла до конца избавиться от несбыточных мечтаний, его лавка всегда была для меня чем-то сродни вечно оберегающему талисману… Но Руджеро я об этом ничего не скажу… Не говорила в те дни, когда мы были женаты, не скажу и теперь… Я еще не знаю, как мне быть, как жить дальше… Твердо знаю только одно: лавку Чезаре у меня не отнимет ни Руджеро, ни кто-либо еще… После той улочки в Санто-Доминго она — единственное, что мне по-настоящему дорого… Ну а что предпринять в ответ на его угрозы, это я решу, когда посоветуюсь с Миреллой. Уверена, вместе мы придумаем что-нибудь…

— Ну так что же, ты поделишься наконец со мной своими размышлениями? — нетерпеливо поинтересовался Руджеро. — Ведь сколько бы ты ни отмалчивалась, принимать решение все равно придется…

— И я приму его, — сдержанно пообещала Флавия. — Но только позже… Сегодня я слишком устала с дороги… — С этими словами она вышла из кабинета, бросив последний взгляд на висевшую возле стеллажа картину.

Оказавшись на улице, Флавия растерянно огляделась вокруг, пытаясь вспомнить, в какой стороне было припарковано ее такси. Вся эта кутерьма последних нескольких дней лишила меня не только значительной части разума, но и, кажется, памяти тоже, мысленно заметила она.

И тут же услышала голос приближавшегося к ней с противоположной стороны улицы Анджело:

— Судя по твоему виду, деловая встреча прошла не слишком удачно. — Преодолев одним прыжком несколько остававшихся до нее шагов, он замер на тротуаре в подобострастной позе, участливо глядя ей в глаза.

— Она еще не окончена, так что это нормально, — натянуто улыбнувшись, сообщила Флавия. — В следующий раз, когда я, несмотря ни на что, все же добьюсь своего, мой внешний вид изменится в лучшую сторону, можешь мне поверить…

Анджело недоуменно вскинул брови.

— Зачем же ждать следующего раза? — непринужденным тоном откликнулся он. — Я ведь говорил тебе: с сегодняшнего дня ты можешь положиться на меня, что бы ни случилось…

И не успела Флавия поинтересоваться, что именно он намерен делать дальше, как Анджело направился к тем самым дверям, из которых несколько секунд назад вышла она сама.

— Куда ты идешь? — удивленно крикнула она ему вслед.

— В «Сигаро Амато», — на ходу сообщил Анджело. — Ведь, кажется, именно так называется фирма твоего бывшего мужа?

Флавия устремилась за ним, намереваясь преградить ему путь.

— Что ты задумал? Зачем ты идешь туда? Я запрещаю тебе делать это, — скороговоркой выпалила она.

Анджело остановился и, успокаивающе положив руки ей на плечи, проникновенно заглянул в глаза.

— Не беспокойся, я только побеседую с ним… Как мужчина с мужчиной… Ведь, насколько я понимаю, он не хочет идти тебе на уступки, верно? В таком случае ему придется пойти на уступки мне… На этот раз он будет сговорчивее, обещаю…

— Но ты даже не знаешь причины наших разногласий… Ты не имеешь представления, из-за чего возник спор… — сбивчиво проговорила Флавия, по-прежнему преграждая ему дорогу.

— Ничего, я попрошу Руджеро все мне доходчиво объяснить, и он, конечно же, не откажется, — широко улыбнувшись, заверил ее Анджело. — Тем более что мы неплохо знаем друг друга, так как долгое время жили в одном городе… И даже на соседних улицах, если ты помнишь… — многозначительным тоном добавил он. — Так что представлять нас друг другу нет необходимости, а значит, тебе вовсе не обязательно присутствовать в его кабинете во время нашей беседы, — решительно отстранив ее от дверей, заявил он. — Прогуляйся лучше по виа Торнабуони, отыщи что-нибудь необычное на одной из ее витрин… Или, если ты устала с дороги, подожди меня в такси. — Он вытянул ладонь в направлении кондитерской, возле которой Флавия увидела автомобиль, на котором приехала сюда из аэропорта. — Я попросил водителя припарковать машину там, чтобы тебе не пришлось далеко идти. Именно поэтому ты не сразу ее заметила, — услужливо объяснил Анджело. — Хочешь, я провожу тебя? — заботливо обняв ее за плечи, предложил он.

Флавия устремила на него изумленный взгляд и инстинктивно отстранилась.

— Нет, не нужно, — ответила она, продолжая смотреть на него так, словно еще недавно он был другим человеком, с другим лицом, другим голосом и цветом кожи, и вдруг, в одно мгновение, сменил свое прежнее обличье. — Теперь я вряд ли заблужусь… — с натянутой улыбкой попыталась пошутить она.

— Ну вот и хорошо, — улыбнулся в ответ Анджело. — Теперь я буду за тебя спокоен. Жди меня в машине, я скоро вернусь.

Флавия медленно, словно еще не очнувшись от долгого сна, перешла на другую сторону улицы и, приблизившись к такси, облокотилась на капот, задумчиво глядя на уже сомкнувшиеся за Анджело прозрачные двери.

— Послушайте, синьорина, вы говорили, что мне не придется ждать больше двадцати минут, а с тех пор, как я припарковался, прошло уже больше получаса, — услышала она возмущенный голос высунувшегося из окна водителя. — А теперь еще выясняется, что мне придется ждать и этого парня… — Он сделал жест в сторону здания. — Вы же сказали, что он передумал ехать с вами… И вот теперь я вынужден его ждать… Вы мне можете объяснить, что происходит?

Флавия безучастно пожала плечами.

— Если бы я сама это знала… — устремив невидящий взгляд куда-то вдаль, тихо проговорила она.

— Поверь мне, она уже почти готова сдаться. Тебе осталось только провести с нею еще одну, такую же жесткую, как и сегодня, беседу, и лавка ее деда будет у тебя в кармане, — уверенно заявил Анджело, вальяжно откинувшись в кресле, где некоторое время назад сидела Флавия. — Но она мне не нужна, ты же знаешь, — спокойно возразил Руджеро. — Я даже не представляю, что мне с ней делать…

Анджело небрежно махнул рукой.

— Тоже мне проблема… Кому-нибудь продашь…

Руджеро с сомнением покачал головой.

— Боюсь, теперь я уже вряд ли смогу появиться в Ареццо…

— Что, совесть замучила? — с ироничной усмешкой поинтересовался Анджело. — Ничего, она отступится от тебя, как только ты заключишь договор с братом той девушки, с которой я познакомился в самолете, когда летел в Доминикану. Я ведь тебе уже говорил, что он является одним из крупнейших производителей табачной продукции… Посуди сам, этот парень владеет шестью мануфактурами, которые выпускают десятки миллионов сигар… Я виделся с ним, когда он приезжал навестить сестру в Санто-Доминго. Так вот, он готов поставлять свой товар надежному импортеру за символическую цену, лишь бы тот быстро и умело налаживал его сбыт… Ведь табак с плантаций его близкого родственника достается ему практически даром… Так что ты явно внакладе не останешься, разве не так?

Руджеро задумчиво побарабанил пальцами по столу.

— Предложение, конечно, заманчивое… — немного помолчав, наконец признал он. — Прибыль с такой сделки обещает быть очень и очень крупной… И все же кое-что меня во всей этой истории настораживает…

— Думаешь, я обманываю тебя? — воскликнул Анджело. — Успокойся, мне это ни к чему… Я преследую другую цель…

— Вот она-то меня как раз и настораживает, — оборвал его Руджеро. — Чего ты хочешь добиться, отняв с моей помощью табачную лавку у Флавии? — окинув своего собеседника проницательным взглядом, поинтересовался он.

Губы Анджело вновь скривились в ироничной усмешке.

— А почему тебя так интересуют мои намерения в отношении Флавии? — ответил он вопросом на вопрос. — С чего вдруг тебя стала беспокоить ее судьба?

Руджеро сделал неопределенный жест.

— Ну… все-таки она не так давно была моей женой…

— И моей любовницей, — широко улыбнувшись, добавил Анджело. — Я ведь тебе, кажется, уже рассказывал об этом… Да, кстати, ты ведь наверняка получил наши студенческие фотографии, оставшиеся после поездки в Рим, когда…

— Я еще не заглядывал сегодня в почту, — недовольным тоном оборвал его Руджеро. — И даже не включал компьютер…

— И напрасно, — в свою очередь оборвал его Анджело. — Уверен, тебе бы очень понравились эти романтические снимки: твоя бывшая жена в обнимку со мной на фоне фонтана Треви, а также всех других имеющихся в Риме фонтанов и достопримечательностей… Очень увлекательное зрелище…

— Довольно, — повысив голос, перебил его Руджеро, стремительно поднявшись из-за стола. — Меня не интересуют подробности ее прошлой жизни, — уже спокойно продолжил он. — Тем более что причиной нашего развода послужили вовсе не они… — Руджеро медленно прошелся по кабинету, задумчиво склонив голову, и наконец, остановившись напротив своего собеседника, требовательно спросил: — Почему ты решил рассказать мне о своем романе с Флавией только вчера? Почему ни словом не упомянул о нем перед нашей свадьбой?

На губах Анджело заиграла привычная тонкая улыбка.

— Я знал, что она вышла замуж за тебя только для того, чтобы досадить мне, — спокойно ответил он. — А раз так, то ваш брак все равно бы долго не продлился… Так к чему было ускорять его разрушение? — философским тоном завершил он.

Руджеро понимающе качнул головой.

— Это объяснение выглядит вполне логичным, — согласился он. — Надеюсь, что ты так же логично сможешь ответить и на мой следующий вопрос… Почему ты решил рассказать мне все это именно после своей поездки в Санто-Доминго?

Анджело перевел взгляд на рассыпанные по столу бумаги.

— Просто так совпало, что я познакомился с той девушкой, которая…

— Да, про знакомство с девушкой и про ее брата, являющегося крупным производителем сигар, я все уже понял, — нетерпеливо оборвал его Руджеро. — А теперь расскажи мне, что все же произошло в Санто-Доминго… Ведь Флавия последние несколько дней тоже провела в этом городе, верно? — испытующе заглянув в глаза собеседнику, поинтересовался он.

Анджело вскинул брови в притворном недоумении.

— С чего ты это взял? Я отдыхал там без нее, именно поэтому и познакомился с той девушкой… — принялся было объяснять он.

Но Руджеро не дал ему возможности продолжить.

— О том, что ты развлекался без Флавии, я догадался, — сложив руки на груди, проговорил он. — А вот почему впоследствии ты, забыв о развлечениях, переключился на обдумывание планов по поводу ее разорения, этого я никак уразуметь не могу…

В кабинете воцарилась долгая тишина.

— Ну так что же все-таки произошло в Санто-Доминго? — первым нарушил ее Руджеро.

Анджело пожал плечами.

— Да, в общем-то, ничего особенного… Просто мы там случайно встретились с Флавией…

— Вот на такой же улице? — уточнил Руджеро, кивнув в сторону висевшей возле стеллажа картины.

Анджело удивленно обернулся.

— Нет, та улица, по-моему, была совсем другой… — неуверенно ответил он. — А почему ты спрашиваешь об этом?

Потому что какая-то встреча на ней, видимо, произвела на Флавию неизгладимое впечатление, мысленно ответил Руджеро. Вслух же холодно проговорил:

— Просто так… Забудь…

Анджело окинул его заинтересованным взглядом.

— Ну так как же наше соглашение? — поинтересовался он. — Ты наконец принял решение, или тебе мешает это сделать внезапно проснувшаяся в твоей душе ревность? — осторожно продолжил он и, немного помедлив, уточнил: — Ты ведь в данный момент ревнуешь Флавию ко мне, не так ли?

Да, ревную, мысленно согласился Руджеро. Именно поэтому и вел себя с ней так грубо… Ведь раньше я ничего не знал о ее прошлых романах… Я думал, что мы расстались из-за моего неумения быть верным… Но, как теперь выясняется, рано или поздно мы бы расстались все равно… И вовсе не по этой причине… А такое откровение принять нелегко…

— Нет, ревность здесь ни при чем, — непринужденным тоном проговорил он вслух. — Какой смысл ревновать женщину, которой я сам изменял, будучи ее мужем? — небрежно пожав плечами, продолжил он, направившись к своему рабочему столу.

— Верно. Никакого, — бросив ему вслед насмешливый взгляд, поддержал собеседника Анджело. — А раз так, значит, наше соглашение можно считать вступившим в силу, — добавил он многозначительным тоном.

Руджеро сделал отрицательный жест.

— Вот как раз по поводу соглашения лучше не торопиться… — медленно проговорил он. — Завтра я уезжаю на неделю, так что времени на обсуждение его условий у нас не остается… И потом, это соглашение касается ведь не только нас с тобою…

— Но также и Флавии, — недовольным тоном продолжил за него Анджело. — Встретившись с которой и заглянув в ее пленительные синие глаза, ты решил пойти на попятную, — проговорил он с наигранной трогательностью в голосе.

Руджеро бросил на него исподлобья хмурый взгляд.

— Послушай, я должен тебе объяснить…

— Нет, это ты меня послушай, — вскочив с кресла, разгневанно оборвал его Анджело. — Ты ведь, кажется, хотел знать, что же такое произошло во время нашей с ней встречи в Санто-Доминго? Что ж, прекрасно, я тебе расскажу… Флавия, позабыв о своей любви ко мне, увлеклась каким-то темнокожим танцором… Впервые увлеклась по-настоящему… Не напоказ… Не так, как это было с тобой, — срывающимся от ярости голосом проговорил он. — Теперь ты понимаешь? Теперь до тебя наконец дошло, почему я решил ей отомстить? — приблизившись к Руджеро и негодующе посмотрев ему прямо в глаза, спросил он.

— Кажется, теперь понимаю, — задумчиво ответил тот, не отводя взгляда. — Но ведь ты сам принял решение оставить Флавию… Так за что же ты ей мстишь теперь?

— За то, что она посмела влюбиться в другого, — не задумываясь, ответил Анджело. — За то, что посмела пренебречь… Предпочесть мне какого-то танцора… Ведь обычно я пренебрегаю женщинами, но не они мною, — высокомерным тоном добавил он.

— Видимо, ты считаешь, что они не осмеливаются сделать это из-за твоей смазливой внешности? — со сдержанной иронией предположил Руджеро, окинув его пристальным взглядом.

— А тебя это удивляет? — спокойно поинтересовался Анджело.

Руджеро утвердительно кивнул в ответ.

— Да, и очень сильно, — негромко проговорил он, продолжая изучать своего собеседника пристальным взглядом. — Думаю, это от того, что ни одна из них до сих пор не сумела разглядеть твой истинный облик… Ни одна, кроме Флавии…

— И она бы не сумела, если бы не тот доминиканец, — насмешливо улыбнувшись, заверил его Анджело.

— И я благодарен ему за это, — искренне проговорил Руджеро. — Ведь он сумел доказать Флавии, что ее любовь к тебе была всего лишь досадным недоразумением… Что такие, как ты, не заслуживают ее любви… Да и вообще ничьей…

— И давно ли тебя стали посещать такие праведные мысли? — с едкой иронией поинтересовался в ответ Анджело. — Уж не с тех ли пор, когда Флавия застукала тебя в кафе с любовницей?

Руджеро развел руками.

— Да, ты верно подметил, праведником я не был, — безмятежно улыбнувшись, сказал он. — Но женщины, с которыми меня связывали близкие отношения, никогда не становились пленницами моей самовлюбленности и гордыни…

— Ну что ж, очень благородно, — смерив Руджеро насмешливым взглядом, негромко проговорил Анджело. — Только не думай, что твое благородство произведет на Флавию столь сильное впечатление, что она поверит твоему рассказу о моем подлом поступке, — с наигранной учтивостью продолжил он. — Ведь стоило мне разыграть перед нею всего лишь небольшой, не отличающийся оригинальностью спектакль, как она тут же позабыла все свои прошлые обиды и теперь покорно ждет меня возле машины, словно собачонка… Можешь сам в этом убедиться, — он небрежно кивнул в сторону окна.

Руджеро, недоверчиво покосившись на своего собеседника, медленно приблизился к окну и, окинув улицу взглядом, увидел прохаживающуюся возле такси Флавию.

— Ну что, теперь ты понял, кому из нас она поверит, когда мы расскажем ей эту историю, но только каждый на свой лад? — поинтересовался Анджело, со злорадным удовлетворением наблюдая за тем, как меняется выражение его лица.

Руджеро ничего не ответил, продолжая смотреть в окно.

— Забудь о нашем соглашении, — бросил напоследок Анджело, направившись к выходу. — Я и сам справлюсь с этой наивной дурочкой… Можешь не сомневаться, ее табачная лавка очень скоро будет принадлежать уже вовсе не ей… Ведь, если ты в ближайшие же дни не прекратишь свои поставки, я расскажу ей о причине твоих грабительских требований, и она сама откажется от сотрудничества с тобой, можешь быть уверен… А что касается других поставщиков, то я постараюсь сделать так, чтобы переговоры с ними она доверила именно мне… Ну а дальше, как ты сам понимаешь, судьба ее лавчонки уже полностью будет в моих руках, которые разорят ее быстро и умело… И вот тогда все помыслы Флавии о темнокожем танцоре сменятся другими, более приземленными… Ей уже будет не до романтических встреч и танцев латино, готов в этом поклясться… Она будет увлечена лишь раздумьями о хлебе насущном, потому что никого, кто смог бы ей помочь, в тот момент рядом не окажется… Неплохая месть за пренебрежительное отношение к былой любви, верно? — хищно оскалившись, поинтересовался он и скрылся за дверью.

Руджеро остался стоять у окна, дожидаясь, пока он выйдет из здания. Через несколько минут он увидел, как Анджело, быстро перебежав через улицу, приблизился к Флавии и нежно обнял ее за плечи. Она же, даже не попытавшись отстраниться от его объятий, принялась что-то взволнованно объяснять ему, показывая вытянутой ладонью в сторону его окон. Анджело, добродушно рассмеявшись в ответ, что-то проговорил ей на ухо, успокаивающе погладив по волосам, и они вместе сели на заднее сиденье поджидавшего их такси. Некоторое время Руджеро провожал взглядом удаляющийся автомобиль, затем, достав из кармана пиджака пачку сигарет, закурил, несколько раз нервно чиркнув зажигалкой, и, приблизившись к стеллажу, принялся задумчиво разглядывать висевшую рядом с ним картину.

— Вот, синьора Бентини, ваша неизменная «Донья Изабелла», — учтиво проговорила Мирелла, положив на прилавок пачку сигарет. — Должна заметить, что ваши вкусы отличаются завидным постоянством… — Эта марка того заслуживает, — улыбнулась в ответ пожилая женщина и, радостно поприветствовав только что появившуюся в лавке Флавию, направилась к выходу.

— Между прочим, у нас осталось всего несколько таких пачек, — осторожно сообщила Мирелла, как только постоянная покупательница вышла на улицу.

— Прекрасно. Прибереги их для меня, — невозмутимо откликнулась Флавия.

— Для тебя? — удивленно переспросила Мирелла. — Вот это новость… Никогда не представляла тебя в роли курильщицы…

— Уверена, что ты не представляла меня и в других ролях, — невесело улыбнувшись, заметила Флавия.

— Например, роли танцовщицы, — невинным тоном предположила Мирелла. — Кстати, хотела у тебя спросить, легко ли было беззаботно порхать в танце, если прежде ты никогда этого не делала?

Флавия задумчиво пожала плечами.

— Вообще-то я посетила слишком мало занятий, чтобы всерьез рассуждать о танцах… Но думаю, что быть беззаботной ничуть не легче, чем быть озадаченной множеством свалившихся в одночасье проблем…

Мирелла немного помолчала, окинув свою подругу внимательным взглядом.

— Может быть, как раз в танце эти проблемы решатся гораздо быстрее… — наконец предположила она вслух и, заметив недоумение на лице Флавии, объяснила, подбирая слова: — В нашем городе ведь тоже есть танцевальный клуб… Возможно, не такой замечательный, как в Санто-Доминго… Но кое-чему в нем тоже можно научиться… Особенно с таким партнером, как Анджело… — многозначительным тоном добавила она.

Флавия удивленно вскинула брови.

— На что ты намекаешь? — подозрительно покосившись на свою собеседницу, поинтересовалась она.

— А ты не понимаешь? — с мягким упреком откликнулась Мирелла. — Он ведь всегда тебе нравился, разве я не права?

Флавия сокрушенно покачала головой.

— Да, ты, к сожалению, права… Но это было давно. Словно в другой жизни… И потом, ты ведь не знаешь, какими были наши прежние отношения… — немного замявшись, заметила она.

Но Мирелла тут же прервала ее.

— Я знаю только, что Анджело очень изменился после возвращения из путешествия… И в первую очередь изменилось его отношение к тебе, — убежденно заявила она. — Разве ты не заметила, что после известия о проблемах с поставками сигар он даже перестал покупать своего неизменного «Дона Карлоса», лишь бы хоть на немного продлить жизнеспособность нашего магазина? Разве ты не заметила, как сильно он переживает за тебя? Он даже вызвался обзвонить всех поставщиков сигар, чтобы переговорить с ними о поставках… Он берет на себя решение всех твоих проблем… Разве все это не говорит о том, что он изменился? Разве не считаешь, что проявить большую заботу просто невозможно? — запальчиво завершила она.

И не успела Флавия возразить, что как раз эти изменения и тревожат ее больше всего, как Мирелла вдруг выпалила скороговоркой, показав в сторону двери:

— А вот и предмет нашего разговора… Обсудим произошедшие с ним изменения чуть позже…

Флавия обернулась, чтобы убедиться в том, что она говорит правду, и увидела едва заметную, словно нарисованную тонким карандашом, улыбку Анджело.

— Добрый день, синьорины, — поздоровался он с ними бодрым голосом. — Что-то не вижу бойкой торговли в вашем огромном магазине, — шутливым тоном продолжил он, оглядываясь по сторонам.

— Как это ни парадоксально звучит, но в данный момент для нас это обстоятельство является спасением… — печально вздохнув, ответила Мирелла. — Ведь вопрос с поставкой товара до сих пор не решен…

Анджело сочувственно покивал.

— Да, это не просто… — согласился он. — Я обзвонил сегодня всех поставщиков сигар, имеющихся в Тоскане, но, к сожалению, ни с одним из них так и не пришел к договоренности… — повернувшись к Флавии, сообщил он. — Ведь ты всегда сотрудничала только с «Сигаро Амато»…

Флавия окинула его проницательным взглядом.

— Ты сказал, что обзвонил почти всех… А в фирму «Матенори» ты обращался? — осторожно поинтересовалась она.

Анджело утвердительно кивнул.

— Да, конечно, в первую очередь… Ведь она является одной из самых крупных после «Сигаро Амато»… А почему ты спрашиваешь?

— Просто так… Я всегда от беспокойства задаю разные ненужные вопросы… — с милой улыбкой ответила она.

— Да, я понимаю, тебе сейчас нелегко… — проговорил в ответ Анджело. — Но ничего, все наладится, вот увидишь… Нужно только как следует все обдумать и найти решение… — Он немного помедлил, окинув задумчивым взглядом уже начавшие пустеть полки с сигарами. — Ведь эту лавку всегда можно продать… — рассудительно предположил он. Но, заметив, как Флавия раздраженно принялась теребить молнию висевшей у нее на плече сумочки, поспешно извинился: — Прости, я только озвучил первое пришедшее мне в голову решение…

— Принимать которое должен вовсе не ты, — многозначительным тоном оборвала его Флавия.

— Да, конечно, я повел себя слишком опрометчиво… — смущенно проговорил Анджело и, помедлив, беспомощно развел руками. — Что ж, я, пожалуй, пойду… Не буду мешать продаже оставшейся продукции… Загляну к вам чуть позже…

Мирелла проводила его сочувственным взглядом и, когда он вышел на улицу, с упреком обратилась к Флавии:

— Как ты можешь прогонять человека, который пытается помочь тебе всеми доступными ему средствами?

— Я его вовсе не прогоняла, — спокойно возразила Флавия.

— Но сделала все для того, чтобы он убрался отсюда как можно скорее, — проворчала Мирелла.

— Да, это так, — с готовностью подтвердила Флавия. — И я даже могу тебе объяснить, почему я так поступила…

Мирелла устремила на нее вопросительный взгляд.

— Думаешь, я просто так спросила у него насчет «Матенори»? — спросила Флавия и, не дожидаясь ее ответа, уверенно проговорила: — Вовсе нет. Я сегодня разговаривала по телефону с синьором Ровеньери, который возглавляет эту фирму, и он вовсе не отказался от сотрудничества с нами. Наоборот, он очень внимательно меня выслушал и, если бы не объявленная им цена поставки, мы пришли бы к обоюдному соглашению…

— И ты рассказываешь мне об этом только сейчас? — негодующе перебила ее Мирелла. — Подумать только! Ты заключаешь соглашения за моей спиной, а я обо всем узнаю последней…

— Ты, кажется, меня плохо расслышала. Я ведь сказала: если бы не объявленная цена поставки, мы пришли бы к соглашению, — терпеливо повторила Флавия. — А это значит, что мы его пока не заключили, — с расстановкой объяснила она.

Мирелла немного помолчала, осмысливая услышанное.

— И что же это за цена? — поинтересовалась она наконец.

— Она почти вдвое превышает ту, которую мы платили «Сигаро Амато», так что это не решит наших проблем…

Мирелла издала обреченный вздох, потом окинула Флавию заинтересованным взглядом.

— Значит, ты считаешь, что Анджело обманул тебя и на самом деле он никуда не звонил и ни с кем не разговаривал?

Флавия пожала плечами.

— По-моему, ты только что сама ответила на свой собственный вопрос…

— Но зачем ему нужно так поступать? — задумчиво поинтересовалась Мирелла.

— Этого я и сама пока не понимаю, — честно призналась Флавия. — Как и причины произошедших с ним перемен…

— В любом случае, твой звонок в «Матенори» не дал положительных результатов, а значит, от его обмана мы все равно ничего не потеряли, — рассудительно заметила Мирелла. — Думаю, нам следует в ближайшее время обзвонить и другие фирмы… Вот только положительный результат и в этом случае не гарантирован, ведь ты столько лет сотрудничала с «Сигаро Амато», что остальные о твоей лавчонке даже и не слышали…

Флавия взяла с полки пачку «Доньи Изабеллы», медленно распечатала ее, усевшись за прилавок рядом с Миреллой, и, закурив тонкую сигарету, устремила невидящий взгляд сквозь стеклянные двери магазина.

— Знаешь, в Санто-Доминго я случайно познакомилась с одним парнем… Его зовут Риккардо Сильвиани… Как выяснилось, он приезжает туда из Сиены, чтобы заключать договоры с производителями сигар, — ничего не выражающим голосом сообщила она.

Мирелла, привстав, окинула ее профиль изумленным взглядом.

— Нет, эта поездка определенно лишила тебя последнего разума, — растерянно прошептала она. — Почему ты ничего не рассказала мне об этом сразу? — повысив голос, требовательно поинтересовалась она. — Ведь мы столько дней ломали голову над тем, как нам выпутаться из этой кошмарной истории, а ты…

— Я решила, что прибегну к его помощи только в самом крайнем случае, — выпустив в сторону кольцо дыма, все тем же ничего не выражающим голосом перебила ее Флавия.

Мирелла вскочила со стула и нервно забегала от одного стеллажа с сигарными полками к другому.

— Нет, вы ее только послушайте! — возмущенно всплеснув руками, воскликнула она. — В самом крайнем случае… Подумать только… И когда же он, по-твоему, должен наступить? Когда полки окончательно опустеют и нам придется прикрыть лавочку?

Флавия тяжело вздохнула.

— Ты же ничего не знаешь… Поначалу, когда ты мне сообщила о безумных требованиях моего бывшего мужа, я напрочь позабыла и о самом Риккардо, и о его профессии… А потом, уже по дороге сюда из Флоренции, я поняла, что у меня просто не хватит смелости обратиться к нему за помощью…

Мирелла бросила на нее недоуменный взгляд.

— Не хватит смелости? — пожав плечами, переспросила она. — Не понимаю… Он что, такой страшный?

— Мне сейчас не до шуток, — с упреком проговорила в ответ Флавия.

— Мне, представь, тоже… — живо откликнулась Мирелла. — Может, ты объяснишь, почему для беседы с этим человеком непременно требуется смелость?

Флавия придвинула к себе круглую пепельницу и, затушив в ней недокуренную сигарету, коротко бросила:

— Дело не в нем…

— А в ком же тогда? — удивленно поинтересовалась Мирелла. — Уж не в тебе ли?

Флавия немного помолчала, задумчиво разглядывая прилавок, затем так же коротко бросила:

— В его подруге.

Взгляд Миреллы мгновенно озарился внезапной догадкой.

— А-а… — понимающе протянула она. — Обстоятельства твоего отдыха, кажется, начинают проясняться…

— Ты меня не так поняла, — нетерпеливо оборвала ее Флавия. — С Риккардо меня ничто не связывает…

— Вот как? Чем же тебе в таком случае насолила его подруга? — с любопытством поинтересовалась Мирелла.

Флавия ничего не ответила, продолжая разглядывать прилавок.

Мирелла на несколько мгновений тоже умолкла, внимательно наблюдая за своей собеседницей. Затем, сев на свое прежнее место, тихо проговорила:

— Можешь не отвечать… Я и так все поняла… Она отбила у тебя твоего темнокожего танцора, верно?

Флавия вскинула на нее удивленный взгляд.

— Как ты догадалась? — так же тихо спросила она. — Я ведь тебе ничего не рассказывала о Диего…

Мирелла снисходительно улыбнулась.

— Даже те общие фразы, которыми ты описывала ваши уроки танцев, ясно давали понять, что ты неравнодушна к своему учителю… Впрочем, как и он к тебе… Я в этом уверена… И что бы ни предпринимала та девица, ей не удастся вас разлучить…

Флавия отрицательно покачала головой.

— В самом начале нашего знакомства Диего сам признался, что влюблен в нее, но она не обращает на него внимания… А накануне отъезда я узнала, что он пригласил ее вместо меня на урок мамбо… — еле слышно проговорила она. — И теперь меня там нет… А Бьянка всегда рядом… Они работают в одном отеле…

— Где и с кем быть рядом, каждый человек волен решать сам… — философским тоном проговорила Мирелла. — Так что, если ты решишь вновь отправиться в Санто-Доминго и поселиться в отеле «Изумрудная пальма», ты так же, как и эта самая Бьянка, сможешь быть рядом с Диего…

— Я? В Санто-Доминго? — вскочила со стула Флавия.

— А почему нет? — невозмутимо откликнулась Мирелла.

Флавия упрямо замотала головой.

— Это исключено.

— Исключено? А по какой причине, позволь тебя спросить? По той, что твой Диего пригласил на урок мамбо свою коллегу из отеля? Да это же просто смешно… Ну потанцевали они немного, и что с того… Почему ты решила, что между ними существуют какие-то близкие отношения? И потом, ты ведь сказала, что эта Бьянка является подругой Риккардо… Так что же, теперь, по-твоему, она его бросила?

Флавия пожала плечами.

— Я не знаю… Возможно, Бьянка изменила свое отношение к Диего… Он ведь сам признался, что был влюблен в нее…

— Вот именно, был, — сделав ударение на последнем слове, выразительным тоном проговорила Мирелла. — То есть еще до знакомства с тобой, — немного помедлив уточнила она.

— И ты думаешь, что после нашего знакомства его чувства к ней изменились? — осторожно поинтересовалась Флавия.

— Я в этом просто уверена.

— А вот я нет…

— В таком случае почему бы тебе не вернуться туда и не убедиться в моей правоте? Неужели ты отказываешься от возвращения в Санто-Доминго только из-за этой Бьянки?

Флавия отрицательно качнула головой.

— Все не так просто… Когда мы познакомились с Диего, каждый из нас был увлечен другим человеком… И каждый из нас без утайки рассказал об этом увлечении…

— Понимаю, ты рассказала ему о своей любви к Анджело и теперь думаешь, что он не поверит…

— Конечно, не поверит, — убежденно оборвала свою собеседницу Флавия. — Ведь Анджело сказал ему, что наша размолвка осталась в прошлом… И в эту ложь Диего как раз поверил сразу и безоговорочно… — с печальным вздохом добавила она.

Мирелла с возмущенным видом пожала плечами.

— А как же иначе? Ведь ты даже не попыталась доказать ему обратное… Ты даже не попыталась ему ничего объяснить…

— Он не стал бы меня слушать, — обреченно махнув рукой, проговорила Флавия. — Он даже не подошел к окну, когда я ждала его внизу… Подослал вместо себя своего приятеля…

Она вновь села за прилавок и, достав из пачки следующую сигарету, закурила, уставившись бессмысленным взглядом куда-то в пространство. Мирелла, немного потоптавшись на месте, устало опустилась на соседний табурет.

— Как ты думаешь, почему я изменяю своему мужу с Бернардо? — вдруг спросила она, не глядя на Флавию.

Та удивленно уставилась на нее, едва не выронив зажатую между пальцами сигарету.

— Я… не знаю… — запинаясь, пробормотала она.

— Ну так я тебе скажу, — решительно заявила Мирелла и, забрав у нее сигарету, сделала глубокую затяжку. — Когда-то очень давно, в дни моей юности, со мной приключилась очень похожая история, только здесь, в Италии, в моей родной Флоренции, — выпустив в потолок кольцо дыма, проговорила она. — Я вот так же, как и ты, влюбилась в одного симпатичного парня, который гостил там у своих родственников и который, судя по всему, тоже влюбился в меня с первого взгляда… Мы встречались почти каждый вечер, гуляли по тихим улицам, любовались красотой заката… Все было просто чудесно… За исключением одного: никто из нас не решался первым заговорить о своих чувствах… Мы оба старались делать вид, будто для нас это просто развлечение, игра, один из способов убить свободное время… И даже, когда он возвращался в родной город и я пришла на вокзал, чтобы проводить его, мы так и не осмелились отказаться от этой дурацкой игры… Мы так и не осмелились сказать друг другу то, что изменило бы нашу жизнь… — Мирелла смяла в пепельнице сигарету и отвернулась от Флавии, чтобы скрыть блестевшие в ее глазах слезы.

Флавия осторожно положила ей руку на плечо.

— А что же было потом? — нерешительно спросила она.

Мирелла горько усмехнулась.

— То же, что и сейчас, — отрывисто бросила она. — Я вышла замуж за Лучано… Потому что надоело быть одной… А через несколько лет после рождения младшей дочки стала встречаться с Бернардо… Потому что надоело быть с Лучано… Потому что никогда не испытывала к нему никаких чувств… Впрочем, как и он ко мне… Он ведь и отдыхать ездит либо один, либо с девчонками… Говорит, что от меня слишком много шума и затрат… Вот и в этом году он купил только три путевки в Сорренто: для себя и девочек… — Она вдруг стремительно повернулась к Флавии и, ослепительно улыбнувшись, продолжила с наигранным оптимизмом: — Но я тоже не скучала, ты же знаешь… Мы прекрасно провели с Бернардо несколько дней во Флоренции…

Флавия окинула ее лицо внимательным взглядом.

— Почему ты вдруг решила рассказать мне все это? — серьезно спросила она.

Фальшивая улыбка вмиг исчезла с губ Миреллы.

— Потому что не хочу, чтобы у наших похожих историй был такой же похожий финал, — с искренним сочувствием в голосе ответила она. — Потому что не хочу видеть, как через несколько лет после замужества с Анджело ты начнешь по вечерам бегать на тайные свидания с любовником… И, если ты тоже не хочешь жить вот такой двойной жизнью, найди в себе смелость вернуться в Санто-Доминго, — завершила Мирелла.

Флавия медленно отвела взгляд.

— Знаешь, я, конечно, тебе очень благодарна и за этот рассказ, и за искреннее участие…

— Одной благодарности мне мало, — решительно оборвала ее Мирелла. — Мне нужно знать наверняка, что ты последуешь моему совету… Ты обещаешь мне это? — спросила она.

Флавия неопределенно пожала плечами.

— Я не могу тебе ничего обещать… — негромко проговорила она. — Ты ведь знаешь, что, кроме любовных неурядиц, в моей жизни в данный момент существуют и другие… И если я пожертвую…

— Если ты вернешься к Диего, тебе не придется ничем жертвовать, — безапелляционным тоном перебила ее Мирелла. — Раз уж тебе непременно нужен предлог для возвращения, то вот он, перед тобой, — она обвела широким жестом стеллажи с сигарами. — Ведь тот парень, что заключает договоры с производителями, все еще там, в Санто-Доминго, верно?

— Во всяком случае, он был там, когда я собиралась уезжать… — уточнила Флавия. — А сейчас… даже не знаю…

— Ну так съезди и узнай! — стукнув ладонью по прилавку, нетерпеливо воскликнула Мирелла.

— Но вдруг он уже уехал оттуда… — растерянно предположила Флавия.

Мирелла сокрушенно покачала головой.

— Вижу, ты не сделала никаких выводов из моего рассказа… И все мои откровения были бессмысленны…

— Ну что ты… Я слушала тебя очень внимательно… — поспешно возразила Флавия.

— Вот как? Тогда послушай еще раз так же внимательно, — взяв ее за плечи и пристально посмотрев в глаза, проговорила Мирелла. — Ты просто обязана в ближайшее же время возвратиться в Санто-Доминго… — делая паузу после каждого слова, продолжила она. — Возвратиться как можно скорее… Пока не стало слишком поздно… Пока ты не потеряла окончательно и Диего, и лавку своего деда…

Флавия, уже в который раз перелистав страницы глянцевого буклета с описанием комфортабельных номеров отеля «Изумрудная пальма», осторожно положила его на подлокотник кресла и, поднявшись на ноги, принялась неспешными шагами мерить гостиную. Бросив мимолетный взгляд сквозь залитое ярким солнцем окно, она увидела давно ставшую для нее привычной картину: невысокие дома старых построек, маленький дворик, в котором, как всегда, играли в футбол соседские мальчишки, чуть поодаль столики летнего кафе… Все, как обычно… Кроме поселившегося в душе чувства неясной тревоги… Чувства беспричинной тоски и уныния… Хотя… почему беспричинной… Причина как раз есть… Проблемы с магазином, мысленно возразила себе Флавия.

И тут же с отчаянием тряхнула головой. Неужели я уже никогда не смогу забыть ту вечернюю улицу, названия которой даже не знаю? — с тревогой подумала она. Неужели тот призрачный доминиканский вечер будет преследовать меня всегда? В воспоминаниях, на случайно увиденных картинах и в звучащей из магнитолы песни о свидании под звездным небом…

Она еще раз обвела медленным взглядом знакомую ей с детства улицу и, почти физически почувствовав, как из глубин ее памяти, заслоняя это залитое ярким полуденным солнцем пространство, возникают синие сумерки теплого, наполненного незнакомыми пряными ароматами вечера, поспешно отпрянула в глубь комнаты. «Это пройдет. Пройдет, поверьте… И я сделаю все для того, чтобы это прошло как можно скорее», — вспомнила она слова Диего, которые он произнес в ответ на ее признание о постоянно преследующих ее неудачах.

— Да, это пройдет… — тихо прошептала она. — Но только если ты будешь рядом… Неважно, где и когда: здесь, в Ареццо, вот в такой же полдень, как этот… Или там, в Санто-Доминго, в синих сумерках, возле бара «Амигос»… Важно только одно: чтобы ты был рядом со мной… Но это, к сожалению, невозможно… — немного помолчав, с горечью в голосе продолжила она. — Потому что ты никогда не поверишь в то, что я разлюбила Анджело, а я не смогу поверить в то, что ты разлюбил Бьянку… Потому что, даже если я последую совету Миреллы и вернусь в Санто-Доминго, ты все равно не захочешь со мной разговаривать, ты не станешь слушать мои объяснения… А еще потому, что я никогда не вернусь в твой город, чтобы вновь не наполнять свою душу горечью утраты любви… Ведь она и без того наполнена ею до отказа… В моей душе больше не осталось места для нее… Так что пусть все остается как есть… И даже если мне действительно суждено выйти замуж за Анджело, а через несколько лет стать любовницей другого, тайно бегая к нему по вечерам на свидания, пусть будет так… Ведь не зря же поют на твоей родине: все будет, как будет…

Не в силах больше сопротивляться нахлынувшим на нее чувствам тоски и обреченности, Флавия схватила со столика лакированную сумочку, выбежала из квартиры и, бегом спустившись по лестнице, вышла на улицу, еще толком не осознавая, в какую сторону она отправится. Повернув сначала налево, она немного замешкалась, потоптавшись на месте, и вдруг направилась в противоположную сторону, с каждой секундой все прибавляя шаг.

В свою родную табачную лавку… Только туда, лихорадочно пульсировали в такт ее шагам метавшиеся в голове мысли. Она всегда спасала меня от всех невзгод… Всегда выручала, прогоняя прочь ненужные сомнения и опасные в своей наивности мечтания… Она всегда была моим верным пристанищем… Даже если за те три дня, что я не появлялась в ней, на стеллажах уже не осталось ни одной сигары, я все равно должна быть там… Пусть я еще не придумала, как спасти ее от разорения… Я уверена, она сама подскажет мне…

Пройдя по узкой улице, по обеим сторонам которой тянулись маленькие цветочные магазинчики, Флавия, не сбавляя шага, свернула в затененный переулок и вдруг услышала донесшуюся из сумочки трель мобильного.

Наверняка это Мирелла торопится сообщить мне о нашем окончательном банкротстве, с тоской подумала Флавия, доставая телефон из сумочки. Но, увидев на дисплее незнакомый номер, удивленно вскинула брови. Странно… Какому незнакомцу я вдруг могла понадобиться? — мысленно спросила она себя и, по-прежнему не сбавляя шага, нажала кнопку ответа.

— Синьорина Арентини? — услышала она в трубке негромкий мужской голос, показавшийся ей смутно знакомым.

— Да, она самая… А могу ли я узнать ваше имя?

— Вы его уже знаете, — добродушно заверил ее собеседник. — Но так и быть, я напомню: Риккардо Сильвиани. Надеюсь, мой образ еще не успел покинуть глубины вашей памяти?

— Синьор Риккардо? — изумленно воскликнула Флавия, замедляя шаг. — Откуда вы узнали номер моего мобильного?

— Все-таки кое-что вы уже успели позабыть, — с шутливым упреком откликнулся Риккардо. — А именно тот факт, что не кто иной, как ваш покорный слуга, устроил вас в отеле «Изумрудная пальма», — многозначительным тоном напомнил он. — В одном из лучших отелей доминиканской столицы… А вы сбегаете оттуда, даже не предупредив меня о своем отъезде и не попрощавшись… А когда я звоню вам, чтобы справиться о вашем душевном состоянии, вы встречаете меня шквалом вопросов… И при этом ни слова извинения, ни слова благодарности…

— Ну что вы… Я очень благодарна вам за участие… Просто вы так неожиданно позвонили… — сбивчиво пробормотала Флавия, вновь прибавляя шаг. — Я ведь совершенно точно помню, что не давала вам номер моего телефона…

— Очень рад, что хотя бы этот факт сохранился в вашей памяти, — с легкой иронией откликнулся Риккардо. — Потому что все остальные факты начисто из нее испарились…

— Остальные? — удивленно переспросила Флавия. — Что вы имеете в виду?

— Ну, взять, к примеру, неожиданно возникшие у вас проблемы с фирмой «Сигаро Амато» по поводу поставки табачной продукции… — осторожно проговорил Риккардо.

Флавия замерла посреди переулка, словно громом пораженная.

— Откуда вам об этом известно? — через несколько секунд, с трудом обретя дар речи, поинтересовалась она.

Риккардо немного помедлил, видимо давая ей дополнительное время прийти в себя. Затем спокойно объяснил:

— Буквально дня два назад мне позвонила ваша подруга. В отличие от вас, она оказалась особой довольно решительной и за считанные секунды четко и лаконично изложила мне суть обрушившихся на вас неприятностей…

— Неприятностей? — переспросила Флавия, сразу же сообразив, что этой подругой была Мирелла. — Неужели она сказала, что их несколько? — смущенно уточнила она, пытаясь понять, упомянула ли Мирелла и о ее размолвке с Диего.

— Сколько бы их ни было, ситуация вовсе не безнадежна, — уверенно заявил Риккардо. — Вокруг вас немало людей, готовых в любой момент прийти на помощь. И один из них я, — с шутливой интонацией проговорил он и тут же продолжил, перейдя на серьезный тон: — Так что вы напрасно не захотели поделиться со мной выпавшими на вашу долю трудностями… Ведь после разговора с вашей подругой я тотчас же позвонил в нашу фирму «Вильярэдо» в Сиене, и вопрос с поставкой сигар был решен… Причем ваши пожелания по поводу цены были выполнены, — опережая ее возражение, добавил он. — Документы я вскоре отправлю вам по факсу. Все необходимые подписи в них уже имеются… Так что вам остается лишь добавить свою…

Флавия несколько мгновений растерянно молчала. Затем нерешительно проговорила:

— Что заставило вас принять такое решение? Почему вы помогаете мне? Мы ведь с вами даже толком не знакомы…

— Разве для того, чтобы проникнуться к какому-либо человеку симпатией, непременно нужно быть знакомым с ним долгие годы? — поинтересовался в ответ Риккардо и, немного помедлив, продолжил: — Знаете, когда я впервые увидел вас в отеле, вы были такой потерянной и неприкаянной… И мне почему-то сразу показалось, что вы приехали сюда в поисках искреннего, светлого чувства, которое кто-то отнял у вас много лет назад… Приехали случайно, будто выбрали Санто-Доминго, ткнув наугад в развернутую перед вами карту мира… И мне тогда захотелось, чтобы вы обязательно отыскали это незаслуженно отнятое у вас чувство… Именно поэтому я и помог вам получить ту маленькую комнату… — задумчиво завершил он.

— Вообще-то мы с вами впервые встретились в аэропорту, — смущенно проговорила Флавия. — И во время этой встречи вы вряд ли могли хорошо разглядеть меня, — стараясь спрятать свое смущение за шутливым тоном, напомнила она.

— Да, я был тогда немного груб и готов признать свою вину, — также перейдя на шутливый тон, проговорил Риккардо. — И, как вы, наверное, уже поняли из моего сообщения о сотрудничестве, даже искупить, — многозначительно добавил он.

— Даже не знаю, как вас благодарить… — начала было Флавия.

Но Риккардо тут же ее прервал.

— Я могу вам подсказать. В качестве благодарности я готов принять ваши объяснения по поводу причины столь спешного отъезда…

— Так вы ее уже и сами знаете… Это проблема с поставкой сигар… — попыталась слукавить она.

Но Риккардо вновь прервал ее.

— Да, конечно, такое положение вещей вряд ли можно назвать приятным… Но мне почему-то кажется, что дело не только в этом… На протяжении нашего разговора меня не покидает ощущение, что у вас за эти дни что-то случилось… Что-то, о чем вы предпочитаете никому не рассказывать…

— Ну что вы, синьор Риккардо, ничего не случилось… — придав своему голосу как можно больше бодрости, заверила его Флавия. — Я покинула Санто-Доминго в такой спешке потому, что вдруг вспомнила, что не сделала перед отъездом из Ареццо кое-что очень важное… — торопливо проговорила она, стремительным шагом пересекая площадь Пьяцца Гранде.

— Неужели забыли выключить утюг? — с легкой иронией поинтересовался Риккардо.

— Нет, к счастью, утюг я перед отъездом не включала… — в тон ему ответила Флавия. — Это нечто совсем другое… Так сразу и не объяснишь… Надеюсь, вы на меня не сердитесь? Ведь мы с вами обязательно увидимся после вашего возвращения в Италию… Вы всегда желанный гость в Ареццо, помните об этом.

— А как же Санто-Доминго? — поинтересовался Риккардо. — Разве вы туда больше не вернетесь?

— О нет, нет, вряд ли это будет возможно в ближайшее время! — испуганно выпалила в ответ Флавия, остановившись на несколько секунд перед дверью своей табачной лавки.

— Почему же? — осторожно спросил Риккардо. — Разве вам не понравился этот город?

— Нет, напротив, этот город мне очень понравился… — невесело улыбнувшись, возразила Флавия, переступая порог магазинчика. — У меня остались самые приятные воспоминания о его архитектуре, шумных улицах, барах, танцевальных клубах… Но, должна признаться, что они все же немного испорчены…

Флавия вдруг умолкла, увидев, как какой-то мужчина деловито раскладывает по полкам коробки с сигарами.

— Испорчены одним из преподавателей такого клуба, — сочувствующим тоном продолжил за нее незнакомец и, медленно обернувшись, пристально посмотрел ей в глаза.

Флавии показалось, что все это с нею происходит во сне.

— Диего… Этого не может быть… — ахнула она, прижав телефон к груди. — Как ты мог здесь оказаться?

— Добраться из Санто-Доминго в Ареццо не намного сложнее, чем наоборот, — мягко улыбнувшись, ответил он.

— Но… Что ты здесь делаешь? — все еще не веря в реальность происходящего, тихо проговорила Флавия.

— Временно выполняю твои обязанности, — обведя широким жестом стеллажи, шутливо откликнулся Диего.

Флавия осторожно опустилась на стоявший возле прилавка табурет.

— Боже мой… Я ничего не понимаю… Откуда взялись все эти коробки? — растерянно прошептала она.

— Их несколько часов назад доставили из фирмы «Вильярэдо», — спокойно объяснил Диего.

— «Вильярэдо»? — удивленно воскликнула Флавия. — Но это же фирма Риккардо… Как ты мог узнать, что…

— Что он заключил с тобой договор? — опередил ее вопрос Диего. — Все очень просто, мне рассказала об этом Бьянка…

— Ах, Бьянка… — протянула Флавия, поднимаясь со стула. — Выходит, она выведала для тебя эту информацию у Риккардо, и ты сразу же примчался сюда, чтобы меня пожалеть? Так вот, послушай хорошенько, что я тебе скажу…

— Непременно послушаю. Но только после того, как отключу твой телефон, — заговорщицким тоном перебил ее Диего и, осторожно забрав из ее рук мобильный, нажал на кнопку и, дотянувшись до самой верхней полки стеллажа, оставил его рядом с сигарными коробками. — Это чтобы нас не подслушивал твой новый поставщик, — прежним тоном объяснил он.

— Вот как раз ему будет полезно кое-что узнать о своей доминиканской подруге, — запальчиво возразила Флавия, пытаясь добраться до мобильного.

Но Диего крепко прижал ее ладони к своей груди.

— Нет, это ты должна кое-что узнать о своем глупом, бестолковом и не в меру ревнивом доминиканском друге, — тихо прошептал он, умоляюще глядя ей в глаза. — Ты должна знать, каким я был дураком, когда поверил этому мерзавцу Анджело… Когда уговорил Пабло солгать тебе и нашел в себе силы не подходить к окну, хотя знал, что ты меня ждешь… Когда причинил тебе страдание, заставив поверить в то, что по-прежнему увлечен Бьянкой…

Флавия недоверчиво покачала головой.

— Так, значит, между вами…

— Не было и нет никакого романа, — опередил ее Диего. — Раньше потому, что она не обращала на меня внимания… А теперь потому, что мне нужна только ты…

Флавия вновь недоверчиво качнула головой.

— Но ведь тогда, на ступенях отеля, ты сказал…

— Бьянка должна была прийти на урок с Риккардо, — оборвал ее Диего. — И как раз это я не решился сказать… И Бьянке не позволил…

— Не позволил? — удивленно переспросила Флавия. — Значит, и она, и Риккардо догадывались о наших отношениях?

Диего утвердительно кивнул.

— Видимо, любовную тоску очень трудно утаить…

— А о том, что ты отправился в Ареццо, Риккардо тоже было известно?

— Нет, я уехал тайком от всех… Даже Пабло не знает толком, где я сейчас… — Диего немного помолчал и, нежно погладив Флавию по волосам, спросил: — Ты ведь веришь, что я приехал сюда вовсе не из жалости, правда? Я просто хотел быть рядом с тобой… Чтобы не дать никому в обиду… Чтобы помочь…

Флавия смущенно огляделась вокруг.

— Но… Как ты смог остаться один здесь, в этой лавке?

Диего улыбнулся.

— Это все твоя подруга… Когда я сказал ей, что я твой друг из Санто-Доминго и приехал сюда, чтобы поддержать тебя, она ответила, что я сделал это очень кстати…

— И ушла, чтобы, когда я здесь появлюсь, мы могли бы побыть наедине, — продолжила за него Флавия.

Диего утвердительно кивнул.

— Да, именно для этого… И еще для того, чтобы перед твоим приходом я мог спокойно почитать вот этот факс, полученный от твоего бывшего мужа… — осторожно добавил он, кивнув в сторону прилавка, на котором лежал лист бумаги.

Флавия вскинула на него испуганный взгляд.

— Факс от Руджеро… — нерешительно пробормотала она. — Это, наверное, насчет договора…

— Да, он пишет, что, невзирая на ваши разногласия, все же не откажется от поставки тебе сигар, — подтвердил Диего.

— Не откажется? — изумленно переспросила Флавия. — Ничего не понимаю… Как же так…

— Сначала прочти факс… — успокаивающе погладив ее по плечу, посоветовал Диего. — И тогда тебе все станет понятно… В том числе и причина его требований по поводу этого магазина… — многозначительным тоном добавил он.

Флавия направилась было к прилавку, но вдруг остановилась и проговорила, удрученно покачав головой.

— Прости… Ты, наверное, думаешь, что я хотела скрыть от тебя свое прежнее замужество… Но… я просто забыла о нем… Я забыла обо всем, когда встретила тебя… Ты мне веришь?

— Боже мой… Верю ли я тебе? Подумать только! И ты спрашиваешь меня об этом после того, как нам пришлось пережить несколько мучительных дней разлуки по моей вине? — растроганно проговорил Диего. — Невероятно… Когда я ехал сюда, то молил бога только об одном: чтобы ты поверила мне…

— Но ведь я ничего не сказала тебе о Руджеро…

— И не нужно. Я сам все понял… И о вашем с ним браке, и о твоей жизни после развода, и о коварном плане Анджело. Понял из этого факса… И ты все поймешь, когда прочтешь его…

Флавия взяла факс в руки и быстро пробежала глазами первые строчки, но потом, растерянно опустившись на стул, принялась читать медленно, каждый раз возвращаясь к предыдущей строке, словно не веря тому, что поняла ее правильно. Диего сел рядом, с волнением наблюдая, как недоумение на ее лице сменяется сначала гневом, а затем выражением бесконечной усталости и обреченности. И когда она наконец медленно подняла на него опустошенный взгляд, Диего, взяв ее ладони в свои руки, запальчиво проговорил:

— Я знаю, о чем ты сейчас думаешь… Вернее, о ком… Я понимаю, как это бывает горько: узнать о предательстве человека, который был тебе когда-то так дорог… Но теперь все в прошлом… Этот мерзавец не стоит того, чтобы ты вновь переживала из-за него… Я заставлю его ответить за все те злодеяния, что он пытался тебе причинить… Обязательно заставлю… Только, пожалуйста, не смотри так потерянно… Улыбнись, прошу тебя… Я так соскучился по твоей улыбке…

Флавия отрицательно покачала головой.

— Прости, но почему-то именно сейчас не получается…

На несколько секунд в магазине воцарилась тишина, прерываемая только веселым гомоном ребятишек, устроивших велосипедные гонки на площади. И вдруг Диего опустился перед Флавией на одно колено и, прижав ее ладони к своему бешено бьющемуся в груди сердцу, взволнованно проговорил:

— Когда я узнал, что ты уехала из отеля, я не мог больше работать там… Не мог оставаться там, зная, что не увижу в окне твоего лица, твоей улыбки… Я даже отказывался готовить фруктовый коктейль, зная, что к нему прикоснутся не твои губы… Я отказывался танцевать мамбо, зная, что в танце буду обнимать не тебя… Я отказывался гулять по вечерней улице Амигос, зная, что рядом со мной будешь не ты… И вот теперь я отказался жить в Санто-Доминго, зная, что ты не хочешь вернуться в этот город… Я приехал в Ареццо, чтобы быть рядом с тобой… Чтобы рассказать, как сильно я тебя люблю… Чтобы остаться в этом городе, даже если ты прогонишь меня… Остаться только для того, чтобы видеть тебя… Хотя бы издали…

Флавия улыбнулась, стараясь сдержать навернувшиеся на глаза слезы.

— Так, значит, та улица называется Амигос… — прошептала она, нежно погладив его по щеке. — А я думала, что так называется бар…

— И бар тоже, — прошептал в ответ Диего. — У них одинаковые названия…

— Как это здорово… — восхищенно протянула Флавия. — Всегда мечтала жить в городе, где улица и находящийся на ней бар имеют одно и то же название…

Диего радостно встрепенулся и, не вставая с колен, обнял ее за талию, крепко прижав к себе.

— Неужели ты согласна вернуться со мной в Санто-Доминго? — прерывающимся от волнения шепотом спросил он.

— Я согласна быть рядом с тобой в любом городе, в любой стране, находящейся на Земле и даже за ее пределами, — прошептала в ответ Флавия, не отводя от него влюбленного взгляда.

И тогда Диего приник к ее губам долгим, страстным поцелуем…

Им казалось, что этот поцелуй не прекращался ни на секунду. Он пьянил их и во время долгой прогулки по улочкам Ареццо, и во время неторопливой беседы на увитой плющом террасе кафе, и во время просмотра городских пейзажей, написанных уличными художниками, и во время возвращения домой по окутанным сумерками, притихшим улицам. Этот поцелуй прервался лишь на мгновение, когда они наконец переступили порог залитой зыбким вечерним светом комнаты… Прервался, чтобы тут же смениться другим, еще более долгим, упоительным и страстным… Разлетающимся, словно брызги хмельного вина, на множество других, таких же опьяняюще нежных и трепетных…

— Знаешь, о чем я мечтала все эти дни, вдали от тебя и Санто-Доминго? — спросила Флавия, устремив задумчивый взгляд в темноту безлюдной улицы. Вместо ответа Диего осторожно открыл свою дорожную сумку и, достав из нее небольшую картину в светло-коричневой рамке, беззвучно приблизился к Флавии и, встав за ее спиной, медленно вытянул руку вперед, демонстрируя изображенную на ней вечернюю улицу, залитую яркими огнями невысоких фонарей. Флавия, издав одновременно удивленный и восторженный возглас, нерешительно дотронулась ладонью до одного из них, словно опасаясь, что он в ту же секунду погаснет.

— Боже мой, это же «Амигос», верно? — с радостным волнением воскликнула она, изумленно глядя на Диего.

Он утвердительно кивнул.

— Да, это она самая… И даже бар тот же, где мы тогда танцевали с тобой…

— Невероятно… Как ты узнал, что эта сумеречная улица неотступно преследовала меня все дни, что я провела вдали от Санто-Доминго? — ошеломленно прошептала Флавия, не отрывая взгляда от темно-карих глаз Диего.

Он загадочно улыбнулся.

— А ты не догадываешься? — тоже шепотом спросил он.

Флавия отрицательно покачала головой.

— Все очень просто: вечер, проведенный с тобой в баре «Амигос», все это время преследовал меня так же неотступно… Преследовал каждую минуту, прожитую без тебя… — тихо проговорил Диего и, положив картину на подоконник, нежно обнял Флавию. — Я пришел в этот бар на следующий день после твоего отъезда, — взволнованно прошептал он ей на ухо, — и сразу же понял, что он никогда уже не будет таким, как в тот вечер… Таким необъяснимо призрачным и волшебным, словно существующим лишь в воображении… Таким, каким казался мне, когда ты была рядом… А потом Энрике рассказал мне, что ты тоже приходила туда… Провела несколько минут возле барной стойки в тоскливом одиночестве и ушла, так и не прикоснувшись к рому и не дослушав свою любимую итальянскую песню… Энрике спросил меня, из-за чего мы с тобой поссорились, и в это мгновение мне вдруг стало понятно, каким дураком я был, что осмелился отказаться от любви к тебе… От любви, которую я ждал столько лет… От любви к самой дорогой для меня девушке на свете… Вот тогда я и принял бесповоротное решение приехать сюда, в Ареццо, и остаться здесь, несмотря ни на что… А пока я добирался до твоего города, мою память продолжал преследовать тот вечер на улице Амигос… Я так привык к его призрачным образам, что, когда увидел их на картине, выставленной в витрине магазинчика, мне показалось, будто я брежу… Но потом понял, что эта картина реальность, и стал надеяться на то, что такое совпадение призрачных образов и реальности — это хороший знак…

Флавия обвила руками его шею, уткнувшись лицом в распахнутый воротник рубашки.

— И твои надежды оправдались? — с улыбкой спросила она.

Диего тоже улыбнулся в ответ.

— Причем самые смелые из них, — прошептал он, неторопливо развязывая пояс ее махрового халата.

— И много их было? — с шутливым любопытством поинтересовалась Флавия, проведя ладонью по его щеке.

— Очень много, — страстно прошептал Диего, целуя ее шею. — Я буду рассказывать тебе о них постепенно… Чтобы заинтриговать тебя и распалить твое воображение… Ну а самые интригующие я приберегу до возвращения в Санто-Доминго…

Флавия придирчиво оглядела свое отражение, облаченное в жемчужно-розовое платье с открытой спиной, затем опустила взгляд на розовые туфли для танцев и наконец спросила внимательно наблюдавшего за нею Диего: — Ты уверен, что мне уже можно танцевать мамбо в подобном одеянии?

— Ну конечно! У меня не возникает в этом никаких сомнений, — не задумываясь, ответил он.

Флавия окинула пристальным взглядом его черный костюм и белую рубашку с галстуком-бабочкой.

— А ты уверен, что я не оттопчу тебе ноги этими каблучками? — спросила она, многозначительно кивнув на свои туфли. — Думаю, это вытерпеть не просто…

— Я уверен только в том, что смогу вытерпеть от тебя все, — мягко улыбнувшись, ответил Диего.

— Даже известие о том, что послезавтра мне необходимо быть в Ареццо на открытии нового табачного магазина? — осторожно поинтересовалась Флавия и, словно опасаясь его ответа, продолжила скороговоркой: — Полчаса назад звонила Мирелла и сказала, что открытие состоится уже послезавтра, так как все приготовления закончены…

— Ну что ж, отлично. Значит, вылетаем завтра, чтобы осталось время на отдых, — беспечно пожав плечами, проговорил Диего.

— Но на послезавтра назначен танцевальный конкурс… — нерешительно напомнила Флавия.

— И что с того? Я думаю, не случится ничего страшного, если мы его пропустим… — откликнулся Диего.

— Но он так много для тебя значит… — с волнением проговорила Флавия. — Ты бы мог участвовать в нем в паре с Кармелитой…

Диего приблизился к ней, с упреком покачивая головой.

— Я ведь тебе уже говорил, что Кармелита гений не моего танца, — тихо сказал он, бережно обняв ее за плечи. — Гений моего танца — ты… Ты одна… Гений моей любви, моей жизни, моей души… И я последую за своим гением, куда бы он ни стремился…

Лицо Флавии озарилось растроганной улыбкой.

— Ты не перестаешь меня удивлять… Честно говоря, я не ожидала, что ты вот так, не раздумывая, согласишься поехать со мною в Ареццо… И еще боялась… Боялась, что не согласишься…

— И напрасно, — ободряюще улыбнувшись в ответ, проговорил Диего. — Я поеду за тобой куда и когда угодно… Тем более в Ареццо… Ведь там у меня остался некий должник, потребовать плату с которого ты мне в прошлый раз так и не позволила… — многозначительным тоном добавил он.

Флавия вскинула на него встревоженный взгляд.

— Если ты об Анджело, то он уехал из Ареццо еще месяц назад… Я знаю это от Миреллы… — торопливо сообщила она.

Диего понимающе качнул головой.

— Значит, и в этот раз ты намерена его защищать… — задумчиво проговорил он.

Флавия испуганно вздрогнула и, встав на цыпочки, чтобы заглянуть в его глаза, проговорила прерывающимся от волнения голосом:

— Неужели ты мне не веришь? Но почему, Диего? Ведь это правда. Анджело больше нет в Ареццо… Спроси об этом Миреллу…

Диего молчал, продолжая смотреть бессмысленным взглядом куда-то в пространство. Тогда Флавия осторожно положила ладони ему на грудь и тихо прошептала на ухо:

— Анджело больше нет не только в Ареццо… Его больше нет в моем сердце… Оно навсегда отдано тебе… Потому что ты мой гений… Гений моего танца, гений моих чувств и переживаний, гений, создавший меня для любви… И я никуда не двинусь с этого места, если мой гений тотчас не последует за мной… — с легкой улыбкой добавила она.

И Диего, нежно обняв ее за талию, прошептал в ответ:

— Этого твой гений тебе просто не позволит… Ведь через несколько минут нас ждет урок танцев, а через несколько дней Ареццо… И потом вновь Санто-Доминго… — добавил он.

— Значит, так и будем курсировать между двумя городами? — устремив на него веселый взгляд, спросила Флавия.

— А почему бы и нет? — бодро откликнулся Диего. — Ведь наша любовь началась с мамбо… А мамбо — это танец… А танец — это, прежде всего, движение…

— Вообще-то, наша любовь началась с флирта, — лукавым тоном напомнила Флавия.

— Флирта в ритме мамбо, — улыбнувшись, поправил ее Диего. — И она должна сохранить этот ритм навсегда…

Content

Терри Грант
Флирт в ритме мамбо

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6