Игорь Негатин

Миротворец

1

Чумазый пастушонок в изорванном жилете из пожелтевшей бараньей шкуры гнал стадо домой. Надвигалась гроза. Мальчик постоянно оглядывался и смотрел на небо, надеясь, что богиня воздуха – Даггри – будет щедра и позволит ему вернуться живым и невредимым. Он покрикивал на худых коров и даже пытался щелкнуть бичом, как это делал умерший старик-пастух. Получалось плохо. Он был слишком мал и слаб. Иногда ему хотелось бросить этот тяжелый кнут на землю и заплакать от бессилия и чувства постоянного голода.

Весна была тяжелой. Несмотря на теплый климат, зима выдалась неожиданно холодной и затянулась. Часто шел мокрый снег. Даже седобородые старики такого не помнили. Они качали головами и уповали на милость богов. Запасы кормов закончились, вот жители и гнали коров на пастбище, чтобы оголодавшие за зиму животные собирали остатки прошлогодней травы.

Пастушка звали Эгра, но жители деревни называли его Муффи, что значит «Чумазый». Ему было около семи лет. После того как отец погиб на промысле – круглый сирота. Матери он не помнил. Редкие обрывки воспоминаний иногда всплывали в сновидениях, и тогда над ним склонялось лицо незнакомой женщины.

Парнишка шмыгнул, вытер рукавом сопливый нос и оглянулся. Туча приближалась. Она была такой же мрачной, как нрав хозяина – норра здешних земель. Где-то в глубине черных облаков уже поблескивали молнии. Подул ветер, поднимая гнилые листья и мелкие веточки. Упали первые капли дождя. Одна из коров подняла голову и жалобно замычала…

Спустя час, когда ливень разошелся не на шутку, на дороге опять показался Эгра. Без стада, но с разбитым лицом. Когда он пришел в деревню, обнаружил, что одна из коров пропала. Хозяин ударил его хлыстом и приказал тотчас найти животное. Вот и пришлось пастушку идти обратно, размазывая по щекам кровь, слезы и дождевые капли.

Пастушонок поднялся на пригорок и, вздрагивая от раскатов грома, пошел вдоль берега. Дождь лил все сильнее, взбираться было трудно. Глина на тропе раскисла, и Эгра несколько раз упал на землю. Он упрямо поднимался, вытирал ладошкой грязное лицо и брел дальше. Вскоре он заметил дом на склоне холма. Эта развалюха стояла здесь давно. Никто, даже самые древние старики, не знали, откуда она взялась. Отсюда был хорошо виден берег залива, и деревня лежала как на ладони.

Стены сложены из плоских камней, собранных на берегу, а на земляной крыше желтеет пожухшая трава. Такие дома редкость в Вархэсе. Поговаривали, что так строят на севере, где живут люди с волчьими головами и черными душами. Местные старались не заходить в эти развалины, но Эгра здесь часто прятался от непогоды и ветра. Шлепая по лужам, он подошел к дому и вдруг увидел мужчину, который сидел у дверей и точил топор. Это был один из жителей деревни. Новый невольник, которого пригнали месяц назад. Судя по всему, его отправили за хворостом, и вот, когда начался ливень, укрылся от непогоды. Невольника звали Лексио. На самом деле его имя звучало иначе, но кто из местных будет ломать себе язык, чтобы выговорить имя раба?

Он был куплен за сорок монет и – что изрядно радовало старосту – был сильным, спокойным и работящим. Такие рабы – редкость. Не будь зима такой суровой, никто бы не стал продавать невольника за такую низкую цену. Хорошие работники стоили дорого – не меньше двухсот серебряных монет. Платили и больше, если мужчина знал ремесла или был воином. Бойцы-невольники считались редкостью. Они не часто сдавались в плен и, как правило, погибали на поле боя.

– Куда ты идешь? – спросил мужчина.

– Я потерял корову, и вот…

– Лучше посиди здесь, – махнул рукой раб. – Пока ливень не закончится, все равно не найдешь. Только ноги собьешь или упадешь с обрыва и свернешь себе шею.

Мальчик вздохнул и даже не стал спорить. Ему и самому не хотелось бродить по берегу под холодным и мерзким дождем. Он вошел в лачугу и выглянул наружу. Буря разыгралась не на шутку. Мелькали быстрые молнии, а раскаты грома заставляли каждый раз вздрагивать от страха. Эгра вздохнул еще раз и осторожно посмотрел на мужчину, сидящего на пороге.

Он был непривычно высок, широкоплеч и угрюм. Глаза отливали холодным серым блеском. Длинные русые волосы, вислые усы и борода, перехваченная кожаным шнурком. Грязные лохмотья так и норовили расползтись по швам, открывая взгляду исхудавшее, но все еще сильное тело. Лексио достал из котомки лепешку. Перехватил голодный взгляд малыша и разделил ее пополам. Один кусок протянул Эгре.

– Поешь, а то свалишься, и тебя съедят волки.

– Слава богам… – начал благодарить Эгра, но невольник только отмахнулся.

Пастушонок быстро разделался с куском пресной лепешки. Так быстро, что она просто исчезла, будто ее и не было. Невольник посмотрел на него и, покачав головой, отломал еще один кусочек.

Мальчонка разделался с угощением и благодарно посмотрел на раба. Лексио ел медленно и неторопливо. Он все делал аккуратно и не торопясь. Вот и сейчас медленно жевал лепешку и, прищурившись, смотрел на море. В его глазах плескалась непонятная тоска.

– Лексио, – осторожно начал пастушонок, – ты был воином?

– Очень давно.

– На севере?

– Наверное.

– Но ты родом из северных земель?

– Не помню.

– Староста говорил, что у тебя есть второе имя? – спросил Эгра.

Мужчина покосился, но не ответил. Пастушок шмыгнул носом и ободренный тем, что ему не приказали заткнуться, продолжил:

– Я его слышал… Лексио Эльвейра… Красивое имя. Ты что, родился на берегу реки?

– Да.

– Это далеко отсюда?

– Да.

– Наверное, ты был норром?

– Отстань.

Мальчишка шмыгнул носом и внимательно посмотрел на мужчину. Тот был странным. Не таким, как остальные жители и рабы, живущие в поселке. Другие никогда не разговаривали с пастушком и уж конечно не отвечали на его вопросы. В лучшем случае – не замечали. В худшем – могли пнуть или ударить. Особенно любили делать это невольники, когда никто из жителей не видел. Лексио хоть и неохотно, но разговаривал. От этого становилось легче.

Вскоре небо прояснилось, и дождь кончился. Мальчик вздохнул – ему не хотелось отсюда уходить. Он поднялся, но вдруг раб насторожился и уставился на море. Эгра подошел к выходу из сарая и с ужасом увидел, как вдоль берега по направлению к поселку идут пять кораблей.

– Это северяне! – закричал пастушок. – Они пришли!

– Куда?! – Лексио поймал мальчонку за шиворот и отшвырнул прочь от двери. – Сиди здесь!

– Но…

– Что ты собираешься делать?

– Надо сказать людям!

– Сиди, я сказал! Поздно…

Предупреждать было и правда поздно. Корабли северян – драккары – подошли к берегу, и с них начали прыгать воины, размахивая мечами и секирами. Кучка жителей, появившихся на пристани, пыталась сопротивляться, но их буквально снесли с лица земли. По узким деревенским улочкам метались испуганные женщины, а воины правителя закрылись в маноре и приготовились драться. Поздно. Слишком поздно. С берега уже доносился рев северян, идущих на штурм:

– Хэльда-а-рр!!!

Эгра больше не пытался сбежать в деревню. Стоял в проеме дверей и смотрел. Схватки на улицах быстро закончились, и северяне пошли на штурм манора. Защитники осыпали их стрелами, но никого из нападавших не убили. Северяне построились в два ряда и выставили стену из круглых щитов. За их спинами появились лучники, которые начали неторопливо обмениваться стрелами с осажденными воинами. Это продолжалось недолго. Неожиданно с другой стороны поместья послышались крики. Кто-то завизжал от боли, а потом оттуда хлынули воины. Бежать было некуда – кто-то невидимый стрелял по ним из арбалетов. Метко и очень быстро. Потом начали убивать воинов на стенах. Еще один бешеный рев, и северяне полезли штурмовать манор.

– Хэльда-а-рр!!!

Не прошло и получаса, как манор был захвачен. Северяне оказались хорошими воинами, а их суда с прямоугольными парусами наводили ужас на обитателей прибрежных селений.

– Надо ложиться спать, – подвел итог Лексио и отошел от дверей. – Жителям сейчас не до нас. Завтра подумаем, что делать дальше и куда уходить…

Уйти не успели – на рассвете их взяли в плен. Сквозь сон пастушок услышал шум драки, который очень быстро закончился. Он проснулся, хотел вскочить и убежать, но кто-то схватил его за жилет и рывком поднял на ноги. В сарае мелькали тени и слышалась сдавленная ругань. Лексио повалили на землю и связали. Потом в сарай вошел кто-то из нападавших, держа в руках факел, и стало немного светлее.

– Кого вы здесь нашли, парни?

– Невольник и какой-то мальчонка.

– Ведите их в деревню. Потом разберемся.

Эгру и Лексио вытащили наружу, там мальчонка увидел трех вооруженных гномов. Он не раз слышал рассказы про этих подземных жителей и похолодел от ужаса. Гномы! Те самые гномы, которые похищают людей и заживо сдирают с них кожу! Лексио угрюмо покосился на северян и что-то пробурчал. К нему подошел один из гномов – русоволосый крепыш в дорогом доспехе – и прищурился.

– Ну и чем ты недоволен, парень? На севере нет рабства, так что очередное клеймо тебе не грозит.

– Сказал бы я тебе, коротышка, да руки связаны…

– Ну-ну… – усмехнулся гном. – Ладно, шагай, carskaja tvoja morda!

– Что?!! – Пастушонок даже вздрогнул, когда Лексио развернулся. Мужчина рванулся, да так, что чуть не отбросил воинов, держащих его под руки. – Что ты сказал?!

Невольника словно подменили. Он отбросил свою вечную угрюмость и быстро заговорил на каком-то совершенно непонятном языке. Гном внимательно его слушал, а потом покачал головой.

– Не понимаю… – Он повернулся к своим бойцам и ткнул пальцем в Лексио. – Этого парня надо отвести к Мастеру Кораблей в целости и сохранности. Двигайтесь живее, ban derr loggi!

2

Хороший здесь воздух – свежий. Соленый, с пряной горчинкой северных морей и легким привкусом южного ветра. С ним в Асперанорр приходит весна – буйная и непредсказуемая. Моя вторая весна в этом мире. Мире, который был создан четырьмя богами. Где живут драконы и оживают древние легенды. Мире, который стал мне родным и близким. Моей судьбой.

Я запахнулся в тяжелый шерстяной плащ и поморщился. Весенняя погода, черт бы ее взял, вещь переменчивая. Начинают ныть старые раны. Как бы ни смешно это прозвучало, но это так. Вытащил из кармана трубку, неторопливо закурил и обвел взглядом берег.

Широкий пляж, усыпанный крупной галькой, на котором чернели горбы перевернутых лодок. Чуть дальше виднелись каменный пирс, сложенный из тесаного камня, и сторожевая башня, рядом с которой построен «журавлиный» маяк. Когда я попал в эти места впервые, берег пах ворванью и смертью. Мы резались здесь с нежитью, да так, что все улицы были залиты кровью.

Мэш… Прибрежный городок, расположенный на юго-западе Асперанорра. Сейчас здесь пахло смолой и деревом, а от старого поселка ничего не уцелело. Большая часть зданий сгорела при втором штурме. Оставшееся убрали, чтобы расчистить место для новых построек. Из уцелевших строений виднелись лишь манор да несколько сараев на берегу, где разместились плотницкие мастерские и кузницы.

– Ка-арр-р! – хрипло каркнул ворон.

Эту вредную птицу, которая сидела на моем плече и переминалась с лапы на лапу, звали Нур. Ему надоела моя неподвижность, и он решил напомнить о своей персоне и о том, что пора бы слегка перекусить. Получив кусочек козьего сыра, Нур успокоился и затих. Его собрат Нор улетел два дня назад.

Позади меня замерли два гнома. Они хмуро осматривали окрестности, оберегая меня от разных неприятностей. Это мои телохранители – Трэй и Кларр. Один из них принадлежал клану Брунга, а второй – клану Легион. Парни они хмурые и неразговорчивые. За полгода я ни разу не видел их улыбки.

– Па-а-арус! – раздался крик караульного.

– Наконец-то… – пробурчал я и пошел к башне.

Да, это наши корабли. У меня нет подзорной трубы, но и без нее было видно, как на горизонте появились десять судов. Не успел повернуть головы, как с плеча взлетел Нур. Он у меня умница и прекрасно все понимает. У подножия караульной башни топтался Мэдд. Наш здоровяк завтракал и, услышав крик, выскочил прямо из-за стола, держа в руках олений мосол с изрядным куском мяса.

– Наши?

– Да, Мэдд, наши.

– Слава богам…

Следом за Стоуком на берег вышло несколько гномов. Среди них и Альвэр – командир первой сотни, которая находилась на постоянной службе у ордена. Вторая сотня под началом Сигура размещалась в Кларэнсе. Третья – под командой гнома Барри, как раз на тех самых кораблях, которые появились на горизонте. Вместе с головорезами Стига Наэрра и Олегом Сенчиным. Имелось еще пятьдесят гномов из клана Брунга под командой Эгиля, которые сейчас служили на границе с владениями норра Гуннэра. Его земли – вечная головная боль. Места там хмурые и неприветливые. И горы… Горы, которые мы никак не могли взять под свой контроль. Наша «горячая точка» на карте южных земель Асперанорра…

Хорошо, когда все знают, что надо делать, и нет необходимости драть глотку. Тем более что основное уже обсудили и решили. Рабочие вынесли длинный стол и выкатили бочку с вином. Пир? Да, конечно, будет. Вечером. Вскоре вернулся ворон Нур. Он сел на поднятую руку, потом перебрался на плечо, нахохлился и затих.

Наконец один из кораблей подошел к берегу. Не успел пришвартоваться, как на пирс прыгнул высокий русоволосый бородач. Рядом со мной стоял Мэдд, он радостно забурчал, увидев своего приятеля:

– Слава богам…

– Сергей! Мэдд! Дарре, парни!

– Дарре, черт бы тебя побрал! – усмехнулся я и обнял нашего морского бродягу. Сделал шаг назад, посмотрел на этого корсара. – Ну, ты, Олег, крут! Прямо викинг из книжки!

– Наш юноша стал мужчиной, – ворчливо заметил Мэдд, делая вид, что смахивает слезу радости. Сенчин показал ему кулак, и они довольно заржали, хлопая друг друга по плечам.

Выглядел он и правда браво. Дочерна загорелый, просоленный и закаленный холодными ветрами этого мира. Куртка длиной до середины бедра с карманом на груди, похожая на классический анорак. Да, это уже наш вклад в местную моду. Их шьют из нескольких видов кожи, обработанной особым составом, чтобы не намокали. Очень удобная вещь.

Под курткой виден воротник камзола, усиленного кольчужными вставками. На широком ремне – короткий меч, кинжал и топор. Я только головой покачал. Если бы мне год назад рассказали, что из худого парня, чудом спасшегося из рабства, получится такой бравый корсар – никогда бы не поверил! Ну хорошо, пусть не корсар, а участник южного похода «Принуждение к миру». Название не так важно. Главное, чтобы южане притихли, пока мы свои местные проблемы решаем.

– Навоевался?

– Как же! Дадут эти черти повоевать! Разве что под руки не держали… – хмыкнул Олег, хотя по блеснувшим глазам было видно, что его просто распирает от желания рассказать обо всех приключениях в Баргэсе.

– Да я вижу, вижу, как тебя под ручки «держали». Гляжу, у тебя абордажный браслет появился? Такие в виде трофеев не раздают, так что сказки мне не рассказывай.

– Это…

– Это браслет шкипера-южанина, – лениво отмахнулся я. – Северяне их носят как знак победы и выдают тем, кто при абордаже первым забрался на вражеское судно. Может, я и не ходил с Наэрром в Баргэс, но про пиратские нравы и традиции слышать доводилось. Так что не рассказывай небылицы, как ты «отсиживался», пока другие воевали.

Судя по смущенному виду Сенчина, я не ошибся. Золотые браслеты большая редкость. Тем более здесь, в Асперанорре. А этот еще и солнечным камнем украшен. Капитанский браслет. Такие носят южане. Очень почетный трофей среди северных корсаров.

– Ну… – вяло оправдывался Олег. – Была одна заварушка…

– Вот за эту заварушку и получите на орехи. И ты, и Барри, и Стиг Наэрр.

– Норр Мэша здесь ни при чем… – нехотя признался Олег. – Он был на другом корабле.

– Ладно, расслабься! – сказал я и подал ему рог с вином. – Давай выпьем за возвращение, морской бродяга! За ваш удачный поход, и да помогут нам боги…

– Чтобы он не был последним!

– Дарре!

– Дарре! – Олег поднял рог и жадно выпил. Положил на стол и огляделся. – Хм… а где положенный жареный поросенок и прочие удовольствия? Вино, женщины, музыка?

– Будет! Вам, парни, по слухам, не поросенок полагается, а целый свинарник! Потерпи немного. Там сейчас к празднику столы накрывают.

Вскоре начали подходить и остальные корабли. Пирс хоть и длинный, но для всех не хватило места, и четыре судна пристали к пляжу. Я увидел здоровяка Барри и капитана Наэрра.

– Мы вас ждем уже неделю, – пробурчал Мэдд, хлопая путешественника по плечам.

– С ветрами не повезло, – устало отмахнулся Сенчин и присел на бочку. – Уф… Что-то я притомился немного. Ну и как вы здесь жили? Не скучали?

– Времени не было скучать. – Я налил из кувшина вина и показал Олегу. – Повторишь?

– Он еще спрашивает! Конечно! А пива нет?

– Будет тебе и пиво, и поросенок, и женщина… Потерпи немного.

Потом начались шумные приветствия, и я просто потерялся среди толпы вернувшихся из похода воинов. Гномы, корсары Наэрра, мастера из Мэша… Пестрая круговерть из загорелых и шумных жителей южного Асперанорра.

Праздник начался ближе к вечеру, когда утихли первые восторги. Людей собралось столько, что в маноре не поместились. Так и гуляли – выставив столы прямо во дворе.

– Магистр! – ко мне подошел капитан Стиг Наэрр. Он же Стиг норр Мэш.

Не удивляйтесь! Обязательно расскажу, как корсар превратился в почтенного властителя этих земель, но немного позже. Когда наши гуляки поутихнут.

– Рад тебя видеть, Стиг! Как ты?

– Хороший поход! Тяжелый, но нужный. – Он вздохнул и поджал губы. – Некоторые мои парни погибли и ушли на встречу с богами, но такова судьба каждого воина.

– Поверь, боги их встретят с улыбкой.

– Да, я знаю. Они были храбры.

Среди вернувшихся бойцов я заметил высокого мужчину лет сорока. Слишком он высок для южанина. Да и русые волосы для тамошних жителей большая редкость. Рядом с ним, не отходя ни на шаг, переминался черноволосый парнишка – почти ребенок. Он настороженно смотрел на всю эту кутерьму и вздрагивал от гномьих криков.

– Мы нашли его к северо-востоку от Рохстьера, – перехватив мой взгляд, сказал Сенчин.

– Кто это?

– Ты будешь удивлен, Серега, но это наш – русский.

– Хм… Как он там оказался?

– Как и большинство рабов – в общей связке, с ошейником, – поморщился Олег. Он еще не забыл, как сам был невольником в Баргэсе.

– Как его зовут?

– Лексио Эльвейра.

– Странное имя для русского.

– Нормальное, – отмахнулся наш корсар, – Алексей Речкин.

– Смотри ты мне… – удивился я. – И кто же так изящно перевел его имя? Ты говорил, что он не особо разговорчив, да и знанием языка не блещет.

– В том-то и дело… – Сенчин презрительно скривился. – Знаешь, кто его в рабство пристроил? Наши.

– Наши? Это какие именно «наши»?

– Земляне. Люди, которые попали на восточные земли Вархэса. Кузнец из Варрагьюра о них рассказывал. Забыл?

– Которые на эльфийских землях обосновались и золотишком промышляют?

– Они самые. Твари…

– Ладно, потом расскажешь. Иди, отдохни и готовься к празднику.

– Да, пойду отмокну малость. Смою южную грязь. Чистая одежда…

– Найдется. Я привез из Кларэнса. Слуги принесут.

– Лучше пришли служанку посмазливей, – хмыкнул Сенчин и довольно оскалился.

– Иди уже… Вояка. И захвати с собой этого парня с ребенком. Пусть в бане попарится. Лексио… Лексио Эльвейра. Придумают же.

3

Вечерело. Бархатные, сиреневые сумерки неторопливо опускались на берег. Суматоха, вызванная возвращением наших парней, немного улеглась, и люди готовились к празднику. На дворе манора горели костры, на которых жарились аппетитные оленьи тушки. Сновали слуги и служанки, таская кудахтающих кур. Кто-то из них ощипывал гусей, потрошил рыбу. Вечная предпраздничная суета.

Уже смеркалось, когда на дворе зажгли факелы и началось чествование вернувшихся воинов. Люди поднимали чаши, поминая павших и отдавая должное их храбрости. Пенился в кружках коварный руна-ретт и отливало рубином вино из Камбара. И все же, несмотря на эту веселую и шумную многоголосицу, мне было немного тревожно. Ладно, не обращайте внимания! Это не имеет отношения к празднику. Дарре, друзья! Дарре!

– Присаживайся, Лексио Эльвейра, – усмехнулся я, приглашая гостя к столу. Мужчина бросил на меня быстрый взгляд, сел на лавку и осмотрелся. Рядом с ним пристроился черноволосый ребенок с большими и грустными глазами цвета спелой вишни.

– Благодарю…

– Угощайтесь, – показал я на стол. – Извините, чем богаты.

Насчет стола это я так – слегка лукавил. Он разве что не ломился от угощений, несмотря на прочность здешней мебели. Блюда хоть и не такие изысканные, как в кабачке «Улитка», но два десятка поросят на столе стояло. Соленья, грибы, свежий хлеб. Жареная рыба грудами и два оленя, которые жарились на костре. Там, кстати, гномы и обосновались. Выставили пять бочек ретта и ждали, пока мясо дойдет до кондиции. Любят гномы оленину. Совсем как наш Олег жареных поросят и пиво.

– Вы ешьте, не стесняйтесь!

Эльвейра молча кивнул, положил на тарелку несколько кусков жареного мяса и пододвинул ее мальчику. Пока они утоляли голод, была возможность повнимательнее рассмотреть этого человека.

Высок, строен, широк в плечах. Силен, но сила рабочая, а не накачанная в тренажерном зале. На руке видны клейма невольника. Не одно, а целых три. Лихо же его судьба бросала… Длинные русые волосы поблескивают легкой сединой. Бороду слегка подстригли, и сейчас его лицо напомнило портреты русских князей. Тех самых, которые Русь от врагов защищали. Колоритный мужик. Щеки впалые, но это дело поправимое – откормим. Руки сильные, а вот запястья неожиданно тонкие.

Лексио был сильно напряжен, хоть и старался казаться спокойным. Смотрел исподлобья, прищурившись. Будто в постоянном ожидании подвоха или нападения. Парни его переодели в нормальную одежду, но оружия не дали. Верное решение. Мало ли что… Кто знает, чего он в жизни натерпелся? Вдруг у него помутнения бывают? Незачем жизнями рисковать. У нас и своих буйных хватает.

Мальчик? Его зовут Эгра Муффи, что значит «Чумазый». Нет, он не из наших. Местный. Если быть точным – сирота из Баргэса. Черноволосый, худой. Он мне напомнил Маугли из старого мультфильма. Смотрит настороженно, как волчонок. Детской одежды среди трофеев не нашлось, и он разве что не тонул в новом наряде. Это ничего, портные у нас есть – оденем. Не знаю, почему, но Эгра боялся гномов. Как только рядом оказывался кто-то из наших, он сразу прижимался к Алексею. Правда, жевать при этом не переставал.

– Неплохо вы здесь устроились, парни, – сказал Алексей. Черты лица вдруг заострились и стали хищными. – Южан грабите, людей убиваете… Двор, слуги… По-барски устроились.

– А вы чем-то недовольны? – прищурился я.

– Не мое это дело, быть недовольным вашей жизнью. Каждый по себе выбирает.

– Вот именно, что не ваше, – отрезал я. – Да и оправдываться перед вами не собираюсь. Насчет Мэша проясню, чтобы глупых вопросов было меньше. Это не мой двор, а капитана Стига Наэрра. Он является норром этих земель. Стиг норр Мэш. Мы здесь гости. Так же, как и вы.

– Неплохо вас здесь принимают… Есть за что? В набеги вместе ходите?

– Ты, мил человек, нас в разбойники-то не записывай, – прищурился я, – а то разочарую тебя… безмерно. Потом самому стыдно будет.

– Что будет? В рабство продашь или в цепи закуешь? Так я пуганый…

Так… Я вздохнул и даже выругался. Не вслух, конечно, а про себя. Тяжело с ним будет. Задницей чувствую. И вроде ничего странного в этом нет. Понимаю, что жизнь мужика не жаловала и била частенько по самому больному, но и характер у него не подарок. Тяжелый, одним словом, характер.

– В королевстве Асперанорр нет рабства, – спокойно сказал я и положил на тарелку кусок жареной свинины. – И заковывать тебя в кандалы нет необходимости. Это во-первых… Во-вторых, тебя привезли из Баргэса не затем, чтобы продавать, а затем, чтобы спасти. С твоими клеймами на руке на югах верная смерть.

– И во сколько мне это спасение обойдется? – зыркнул Алексей. – Или по знакомству в слуги определишь?

– Хреновый из тебя слуга, Лексио Эльвейра. Потому что наглый, неблагодарный и людям хамишь. Без всяких, позволю себе заметить, к тому причин. Слугами нас упрекнуть вздумал? Смешной ты… Леша. Чисто дурачок из уличного балагана. Спроси, какое они жалованье за свою службу получают. Потом, когда малость охолонешь, – поговорим. Земеля ты, земеля… Хвостом тебя по голове…

Я поднялся, взял кружку с реттом и пошел к костру, на котором жарилась оленья туша. Рядом шумели хмельные гномы. Барри, уже изрядно окосевший, приобнял Альвэра и что-то рассказывал. Еще немного, и они затянут свои старые боевые песни. На дворе манора просто не протолкнуться! Не прошло и нескольких минут, как где-то рядом зазвучала волынка и раздались веселые крики.

Присел на лавку и с удовольствием отхлебнул пива. Кто-то из гномов отрезал мне кусок оленины. Не жизнь, а сказка…

– Не помешаю?

– Садитесь, Стиг норр Мэш, – улыбнулся я и подвинулся, освободив место для капитана.

– Никак не привыкну к этому титулу, – сказал Наэрр, опускаясь рядом со мной.

– Вашим парням, капитан, он пришелся по вкусу. Ни разу не слышал, чтобы они назвали вас капитаном Наэрром. Величают исключительно по титулу – Стиг норр Мэш. Звучит? – Я усмехнулся.

– Не буду спорить – звучит.

– Вот и славно…

– Как-то все неожиданно получилось.

– Чего здесь неожиданного, норр? Арруан сам предложил. Так что все по-честному. Ему – рыцарские шпоры нашего ордена и возможность спокойно жить, отомстив за смерть отца и сестры. Вам – порт Мэша, титул и рыцарское звание в обмен на очень тяжелую и опасную службу. Разве ваши парни недовольны?

– Не буду врать – не все береговое братство пришло в восторг. Некоторые считают, что я предал наши традиции. Даже те, кто продолжает охранять южные воды.

– Главное, чтобы вы сами не забывали о мечтах и желаниях, с которыми пришли в Мэш.

– Я помню…

– Вот и славно…

– Вы странный человек, магистр. Не обижайтесь на мои слова, но я таких не встречал.

– Странный?

– Иногда бываете излишне жестоки. Даже для меня, пирата. Иногда – готовы убить свою лошадь и накормить голодного.

– Лошадь? – усмехнулся я и отхлебнул ретта. – Нет, капитан, этого не дождетесь! Свою красавицу Найду я никому не отдам. Даже голодным. И забудьте о своем прошлом. Вы были пиратом, а стали норром Мэша. Не стоит оборачиваться назад! Там нет ничего нового.

Кстати, я обещал рассказать, как это капитан стал норром Мэша, не так ли?

Все началось прошлой осенью, когда я немного оклемался после ранения. Осколок, а точнее – наконечник стрелы, так и остался в теле. Иногда он здорово мешает. Особенно когда погода меняется. Итак…

После того как я получил титул виернорра, передо мной встало несколько задач. Самая главная – обезопасить южные земли Асперанорра от набегов южан, которые каждую осень приходили грабить наши города и селения, расположенные на побережье. Вторая – вернуть Арруану земли его отца. Такова воля короля Гэральда, и с ней не поспоришь.

Было два пути – собирать армию, «наступая на горло» подвластным мне норрам, или откладывать кампанию на весну. Арруан, несмотря на свою молодость, оказался умным парнем. Если не погибнет раньше времени, то из него получится мудрый правитель. Главное, чтобы выжил и окреп. Владения? Владения мы ему подберем. Со временем.

Арруан норр Мэш понимал, в какие жертвы обойдется операция по освобождению его земель. Притом Мэш надо было не только отбить, но и удержать! Это гораздо сложнее, чем выбить нечисть. Вот он и предложил передать эти владения верному человеку, который сам, без нашей помощи, справится с врагами. Неожиданное, но своевременное решение.

Если честно, то у меня тогда вообще мыслей не было, а голова забита кучей проблем, которые требовали срочных решений. Слава богам, что рядом со мной были такие люди, как мастер Гэрт, мастер Вэльд, Робьен Кларэнс и Дмитрий Воронов. Без их советов я бы просто утонул в делах и заботах.

Созвав совет из рыцарей ордена и Робьена с Гэртом, мы долго решали, что делать с землями Мэша. Наконец вусмерть уставший Дмитрий, который засыпал от количества работы, предложил отдать эти земли Стигу Наэрру в обмен на защиту пролива Йерроу-дарр.

– Что ему помешает нас предать? – спросил тогда Гэрт.

– Он честолюбив, – ответил Олег Сенчин, – и, как это ни странно, слегка сентиментален. Дайте возможность капитану стать норром, и он перевернет все побережье. Я поддерживаю это решение.

Олег Сенчин ходил с Наэрром в море и даже успел подружиться с этим пиратом. Было бы неверным не доверять его мнению. На том и порешили. Разговор с капитаном Наэрром был непрост. К моему удивлению, он задал мне один неожиданный вопрос: может ли он стать одним из нас? Да, капитан Стиг Наэрр рассчитывал на рыцарские шпоры. Зачем? Думаю, это не требует объяснений. Одно дело – одинокий норр, и совсем другое – норр, который является рыцарем ордена.

Пока я вам рассказывал, капитан Наэрр жевал оленину, пил вино и смотрел, как веселятся гномы. Иногда в его взгляде мелькало нечто такое знакомое, что мне хотелось взять его за плечи и хорошенько тряхнуть, чтобы выяснить причину этой грусти.

– Пожалуй, вы правы, виернорр Серж, – вздохнул Стиг. – В прошлом нет и не может быть ничего нового.

– Будьте благодарны богам, норр Стиг! И радуйтесь жизни, пока это возможно.

– Как ваша жена Мэриан? – сменил тему капитан.

– Скоро должна родить.

– А как семья Трэмп?

– Рэйнар уже стал счастливым отцом.

– Сын?

– Дочка. Ее назвали Ингрид, – сказал я.

Стиг улыбнулся и опять уставился на огонь.

4

О чем я рассказывал? Ах да, о землях Мэша! После того как Арруан принял это решение, состоялась церемония передачи владений. При свидетелях были подписаны необходимые бумаги, и Мэш получил нового правителя. Потом в Кларэнсе прошел еще один праздник. Если быть точным – ритуал. Среди нас появились два новых рыцаря: Стиг Наэрр и Арруан Мэш. Андрей Волков очень этому обрадовался. Они с Арруаном подружились и все свободное время проводили вместе. Охота, обучение, тренировки… Я, если честно, был рад этому. Мы, взрослые, при всем желании не могли уделять ему должного внимания. Времени не хватало.

После этого капитан Наэрр собрал своих буйных корсаров… Тех, которые уже отошли от традиций открытого пиратства и защищали наши прибрежные воды. Почему они на это согласились? Обезопасили свои шкуры. Одно дело – если ты пират, и совсем другое – если состоишь на службе норра. Пожалуй, вы не согласитесь и будете правы – это не изменило их привычек и образа жизни. Но это не важно. Главное, что не трогают наши земли. Нам просто позарез нужна передышка. Чтобы вычистить свои «авгиевы конюшни».

Между прочим, Барт норр Сьерра и тут не оплошал. Этот старый пройдоха предложил основать гильдию посредников, которая работала бы во всех портах Баргэса и Асперанорра. Она предлагала определенные услуги для моряков и торговцев. Нечто, похожее на страховую компанию. Купцы-южане, которые хотели торговать в наших землях, вносили сумму в кассу и без проблем добирались до портов назначения. Конечно, можно было и не платить… В этом случае капитаны рисковали грузами и жизнями своих команд. Эту идею не поддержал Корн норр Грэньярд. Не захотел. Проблемы с пиратством в своих водах виернорр северо-востока решал по старинке – с помощью виселиц. Надо заметить, что без особого успеха.

Как бы там ни было, но капитан Наэрр нас не подвел. Уже через два месяца освободил город Мэш. Орден тоже в этом участвовал. Немного. Я, Мэдд Стоук и Рэйнар Трэмп. Мы привели на побережье сотню всадников, чтобы перекрыть границу с землями Альдкамма, и таким образом помогли гномам Дарби.

Вместе с нами на эти земли пришли еще двести воинов, которых прислали норры наших южных земель. Их вклад в безопасность. Да, среди них были и недовольные, но меня это не волновало. Еще прошлой осенью на встрече с норрами, которая прошла в Кларэнсе, я издал указ – первый на посту виернорра. Он гласил, что норры по первому требованию обязаны выделять воинов. Срок службы – девяносто дней в год. Двадцать пять всадников или сорок пеших бойцов. Каждый. Или заплатить деньгами, чтобы я смог нанять наемников. Только плата наемнику считается за год… И весь этот год норр обязан оплатить. Невыгодно. Дешевле прислать своих головорезов.

Были попытки подать жалобу королю, что я посягаю на «свободу и независимость». Да, и здесь нашлись гнилые дерьмократы. Их даже слушать не стали. Суарнор Руфтэр переслал мне все их письма. Вместе с запиской, в которой было сказано, что «впредь король Гэральд не желает видеть ничего подобного». Хорошее предупреждение. И для меня, и для местных норров.

Местечковые правители сделали выводы и прислали людей. Вы уж поверьте – не самых лучших! Это сборище походило на банду разбойников. Ничего… С этим я разберусь немного позже. Тем более что два норра игнорировали указ. Их владения находились на западном берегу, к северу от Рустэра. Понимают, сволочи, что между нашими землями лежат владения старика Гуннэра и горный хребет Навэр-рагс. Нет возможности призвать их к порядку. Пока что нет…

Пока Наэрр брал штурмом город, мы очищали окрестности Мэша от захватчиков и вернули деревушку Эльвефар под власть норра Альдкамма. На этом осенняя кампания была закончена. Потом начались пограничные стычки с бандами Гуннэра, но, слава богам, небольшие. К моему удивлению, я ничего не слышал о ходячих мертвецах и эстелькхорках, с которыми резались на западной заставе. Видимо, там готовились к большой войне. Старик Ронг Гуннэр после своего побега из столицы хорошо спрятался и сдаваться не собирался. Ни мне, ни королю Гэральду.

Затем последовало несколько стычек с бандами южан, которые пришли на кораблях из Баргэса. Их удалось отбить с помощью бойцов из Сьерра и Альдкамма. Вот тогда Олег и предложил устроить операцию по принуждению к миру. Если быть точным – отправить наши суда на юг, чтобы уничтожать верфи и корабли…

Иногда мне казалось, что король специально подсунул мне этот титул, чтобы я забыл о легенде про черных рыцарей. Если это так, то он зря это сделал. Потому что я ничего не забыл, и люди, которые давали клятву нашему ордену, – тоже.

Вокруг меня продолжал шуметь праздник. Где-то уже дрались, вспоминая старые обиды или просто так – для разрядки. Где-то пели. Кстати – у гномов очень хорошие голоса. Особенно когда поют хором. Голоса мощные, как церковный орга́н.

– Сергей, ты что-то совсем заскучал, – рядом со мной присел Олег.

– Не обращай внимания, – отмахнулся я. – Плечо ноет.

– Когда отправишься в Кларэнс?

– Думаю, что послезавтра. Часть кораблей надо отправить в Сьерра и Альдкамм, а часть оставим здесь. Списки трофеев у тебя?

– Эх, магистр… – вздохнул Сенчин, – чернильная твоя душа!

– Хочешь на мое место?

– Не-е… – Олег глубоко вздохнул и посмотрел на огонь. Потом даже один глаз закрыл, чтобы навести резкость. Судя по всему – получалось плохо, и он махнул рукой на это занятие.

– Устал?

– Нет… – Он покачал головой и неожиданно признался: – Мне страшно.

– Все боятся…

– Когда первую деревню брали… я даже не помню ничего. – Олег помахал рукой перед лицом. – Как в тумане. Помню, что мужик на меня выскочил. С топором. Я его зарезал. Так… Походя. Полоснул по горлу мечом и добивать не стал. В тот момент даже не понял ничего. Потом как накрыло! Знаешь, о чем подумал? Это страшная легенда.

– Добрые легенды – редкость.

– Чем глубже мы погружаемся в этот мир, тем страшнее становится. Мы же…

– Мы выгрызаем себе право на жизнь! – отрезал я. – Нельзя совершать ошибки, которые допустили наши предшественники.

– Да, все верно. Извини, Серега, просто я немного устал.

– Зима была слишком долгой.

– Иногда мне казалось, что она никогда не кончится. Как и все эти войны. Самое главное, что сражения с нежитью превращаются в битву с простыми людьми. Во время освобождения земель Мэша погибло больше людей, чем нежити, – продолжил говорить Олег, не отрывая глаз от пламени. – Наемники, присланные норрами, предпочитали воевать с жителями, которые служили темным силам. Ты знал об этом?

– Если человек ведет себя как нежить, то он ничем от нее не отличается.

– Серж… мы хуже, чем…

– Олег, – я повернулся к нему и прищурился, – скажи мне одну вещь… Много ли нежити на землях Сьерра?

– Насколько мне известно – нет, немного. Ведьмы и врожденные оборотни. Ну и вампиры в портовых трущобах. Куда же без них?

– Хорошо… – кивнул я. – Много ли нежити на землях Кларэнса?

– Ты же знаешь – только на западных границах. Остальные земли зачистили парни Гэрта. В деревнях есть разномастная нечисть, но совсем немного. Они боятся и поэтому прячутся на самых отдаленных хуторах.

– На землях Альдкамма?

– Есть на северо-западе. Дарби говорил, что иногда набегают с земель Гуннэра.

– Вот именно, Олег! Как бы мы ни ругались, но владения четырех норров стали немного чище. Делай выводы…

– Нас все равно ненавидят. Здешних людей не изменить. – Он покачал головой… – Должны пройти века.

– Я и не собираюсь строить здесь демократическое общество.

– Пожалуй, ты прав, – вздохнул Сенчин и сменил тему: – Что будем делать с Лексио?

– Он свободен, – пожал плечами я. – Предложим работу в Кларэнсе. Там все-таки город, а не это пограничье. Не захочет – вольному воля. Дадим ему денег, и пусть живет как знает…

Через три дня мы отправились домой, в Кларэнс. Уходили двумя отрядами. Первый – я с Мэддом Стоуком и гномами из отряда Барри, которым нужен был отдых. Второй – обоз с нашими трофеями под защитой людей Альвэра. Капитан Наэрр и Олег Сенчин остались в Мэше. У них куча планов, которые требовали много людей и времени.

Лексио Эльвейра ушел с нами. Парни подобрали ему спокойную лошадку, дали теплый плащ, и он ехал где-то в середине колонны, вместе со своим мальчишкой, которого посадил перед собой. Молча. За всю дорогу он даже рта не открыл. Иногда тихо переговаривался с Эгрой, но не больше. Лишь Барри бурчал, что он постоянно чувствует на себе его взгляд. Да, это правда. Я тоже чувствовал. Лексио внимательно за нами наблюдал. За каждым нашим шагом и жестом. Прислушивался к разговорам, но сам никогда в них не участвовал. Мэдд пытался его разговорить, но потом махнул рукой и больше не докучал.

Дорога была спокойной. Вы не поверите, но мы дважды встречали бродячих торговцев! Еще год назад такого и представить себе было невозможно. Раньше они передвигались только большими группами. Пусть эти купцы и были вооружены до зубов, и охрана из двух-трех бойцов присутствовала, но все же они появились на дорогах южного Асперанорра! Это была победа. Пусть очень маленькая, почти незримая, но была.

Земля уже подсохла, но все равно к концу дня лошади оказались забрызганы грязью. По уши. Вместе с нами. На исходе пятого дня мы подошли к одной из небольших деревень, расположенной на берегу реки. Два десятка домов, загоны для скота и хмурые взгляды жителей. Когда мы встали лагерем на окраине, ко мне подошел Лексио. Я в этот момент чистил лошадь. Нет, я не доверяю эту работу оруженосцу. Мне нравится ухаживать за своей Найдой. Мужчина хмуро посмотрел на моих телохранителей и неожиданно спросил:

– Почему ты всю дорогу называешь меня Лексио? Меня зовут Алексей.

– Извини, но для меня ты самый настоящий Лексио. Не вижу я в тебе русского человека. Да и северянина из Асперанорра тоже не вижу.

– Это почему? – поджал он губы.

– Потому, – пожал я плечами и похлопал лошадь по холке. В ответ Найда фыркнула и тряхнула гривой. – Хлипкий ты мужик, Эльвейра. Хоть и здоровый, как бык, а все равно хлипкий.

– Да ты знае…

– Мне и знать незачем, – перебил его я. – Ты у четырех разных хозяев пожил, и тебя даже из деревни свободно отпускали то за дровами, то еще куда. Олег Сенчин, между прочим, тоже был невольником. Он ходил в кандалах, но тем не менее три раза пытался бежать. Он хотел быть свободным и стал им! Кира Трэмп – молодая девчонка! Попала в этот мир зимой, в тонкой курточке, но смогла выжить и продержаться до тех пор, пока ее не нашли… Двенадцатилетний Андрюшка Волков сидел, как собака, на цепи у колдуна, который его мучил и избивал, требуя невозможного…

– Ты мне…

– Молчать! – рявкнул я, да так, что Найда чуть не шарахнулась в сторону. – Заткнись и не смей меня перебивать – зубы целее будут! Дмитрий Воронов сидел в темнице, но работать на бандитов отказался. Он бы там и сдох, но не сдался. Я тебе еще десяток наших людей назову, которые выжили в таких условиях, что тебе и не снились. Ольга Сергеевна, Юрка Мальцов… Две девчонки – Ленка и Света, которым еще шестнадцати нет. Они дрались за жизнь и свободу. Зубами выгрызали. А тебя дружки предали, ты и сник. Тьфу, смотреть противно.

– Тогда зачем ты меня позвал в этот… Кларэнс? – зло оскалился он.

– Будешь работать в лечебнице Хаугри. Там здоровые мужики нужны.

– Эгр…

– Эгра – ребенок, ему вырасти надо. Чтобы не был таким вечно испуганным, как ты. Так что его тоже к монахам поселим. Торри приют для сирот собирается открыть. Дело хорошее, нужное. Не нравится – ворота открыты. Тебе решать…

5

Знаете, чем дольше я живу в этом мире, тем труднее приходится. Нет, дело не только в ежедневных трудах и заботах. Раньше мы были никем и ничем. Поверьте – жили легче. Чужаки, которые живут сами по себе, не так привлекают внимание, как рыцарский орден. Мол, имелись такие… Резались с нежитью и не докучали власть имущим. Сейчас мы живем в постоянном напряжении. Вечное ожидание выстрела в спину или яда в бокале с вином, который протягивает улыбающийся трактирщик. Такое чувство, что нежить отходит на второй план, а некоторые люди уже страшнее вампиров и оборотней. Да, после покушения мне не страшны здешние яды. Но они смертельно опасны для моих близких – жены и друзей.

В Кларэнс мы вернулись вчера поздно вечером. Уставшие, грязные, но жутко довольные и – слава богам – живые. Дорога прошла без приключений, и я был чертовски рад вернуться в город, где меня ждала Мэриан. Моя любимая жена, которая носит под сердцем нашего ребенка. Увольте меня от описания первого вечера. Это… Это слишком личное, чтобы делиться.

Через два дня рано утром я вышел из дома и услышал привычный звон стали. На арене – или как ее называют гномы «аррэн» – кто-то уже размахивал мечами. Подошел поближе и увидел нескольких гномов из отряда Сигура. Рядом с ними были Димка Воронов, мастер Вэльд Рэйн и две наши «валькирии» – Лена и Света.

– Дарре, – кивнул я.

– Дарре, – хмыкнул Воронов и указал на землянок. – Это не девушки, а сущие дьяволы!

Он сидел на краю тренировочной площадки, опираясь на колья ограды. Черный камзол был небрежно распахнут, а под ним виднелась мокрая от пота рубашка из шелка. Эту ткань привозят купцы из Баргэса. Дорогая, но нужная вещь. Он вытер взмокший лоб и подвел итог:

– Ведьмы в юбках…

– Неужто так хороши?

– Не то слово, Серега… Ох, не то…

– Загоняли?

– До полусмерти. Гибкие как змеи и опасные как вампиры. Вчера Сигур выставил против них гнома. И что ты думаешь?

– Они его убили.

– Зарэзали, как барана, – с кавказским прононсом сказал Дмитрий. – Сигур даже охрип от злости. Пообещал бойцу, что тот из дозоров не будет вылезать, пока не отработает.

– И сколько они тебе проиграли?

– Мы с мастером Вэльдом поставили на наших воительниц сорок даллиноров, – весело оскалился Воронов, – а собрали полторы сотни.

– Жируете, значит…

– Есть немного. Но мы честно разделили выигрыш с девушками.

– И даже прогулялись до ювелирной лавки, – заметил мастер Вэльд и усмехнулся.

– Где они все свои деньги и потратили, – сделал я вывод.

– Это женщины… – развел руками Дмитрий.

– Дай хлебнуть. – Я отобрал у Воронова кувшин с разбавленным вином и присел рядом. На площадке крутились Света и Лена. Они работали с таким изяществом, что можно было залюбоваться. Даже гномы одобрительно гудели, обсуждая их схватку.

Этих двух красавиц мы нашли полгода назад неподалеку от Вьяллемира. Вместе с ними было еще два человека – Юрий Мальцов и ребенок, почти младенец. Почему они попали сюда? Не знаю. С некоторых пор я перестал расспрашивать людей про их прошлое и обстоятельства провала в этот мир. Незачем. Если боги дали этим людям шанс – значит, они были достойны этого.

Светлана Григорьева… Черноволосая, яркая девушка. Глаза как две вишни. Готов голову заложить, что в нашем мире ей было не отбиться от поклонников. Черты лица… Увы, но я плохой художник и не умею описывать внешность. Напомнила знаменитую актрису Элину Быстрицкую. Такие же проникновенный, пронзительный взгляд и выразительное лицо. Да, пожалуй, похожа. Двигается неторопливо, с поистине королевским достоинством, но если нужно – может неожиданно взорваться диким и стремительным вихрем.

Елена Крутицкая другая. Светловолосая, кареглазая. Категоричная и резкая. Не только в движениях, но, увы, – в выражениях тоже. Иногда откровенно нарывается на грубость. Переходный возраст? Может, и так. Надеюсь, что со временем это пройдет.

Как бы там ни было, но девушки оказались сущими ведьмами. Разумеется – в хорошем смысле этого слова. Они спокойно отнеслись к случившемуся. Когда Олег Сенчин их нашел, землянки уже оправились от пережитых ужасов и понемногу вживались в этот мир. Слезы, конечно, были, но куда же без них? Сильные девушки. Кстати, они были подругами и там – в нашем мире.

После того как немного обжились в Кларэнсе, изучили язык, поймали меня во дворе замка и просто потребовали «выдать» им наставника. Пришлось поддаться их напору и поговорить с мастером Вэльдом. Не скажу, что Рэйн был в восторге от моей просьбы, но обещал подумать. После недели занятий он пришел ко мне с такими глазами! Они были размером с эльфийскую золотую монету! Не меньше! Девушки схватывали все на лету. Вот извольте видеть – прошло полгода, а они уже гномов по площадке гоняют. Да, вдвоем против одного, но тем не менее…

Оружие им подбирал сам мастер Вэльд. Даже не подбирал, а следил за его изготовлением в кузнице. Девчат вооружили шпагами, дагами и легкими топориками. Кстати – Светлана Григорьева уже научилась неплохо стрелять из лука. Сил еще не хватает, но это дело поправимое.

Одежда… Ох и намучились мы с ними… Слава богам, что у нас имелись Кира и Мэриан. Они занялись нарядами. Увы, но никаких женских платьев девушки не признавали и носить их отказались. Мэриан только улыбалась и говорила, что она была такой же. Вот и пошили… Теперь они как валькирии из древних легенд. Длинные камзолы с серебряной вышивкой, прочная кольчуга. Бордовый и темно-синий. Мужики шеи сворачивали, когда девчата шли по улицам Кларэнса.

Сейчас они закончат тренировку и отправятся на конюшню, где будут холить и лелеять своих любимиц – двух вороных лошадок, которых им подарил Олег Сенчин. Верховую езду им преподает сам Рэйнар Трэмп, который нашел себе двух помощников – Андрея и Арруана.

Юрий Мальцов… Вот он – видите? Стоит на пороге лечебницы и разговаривает с Ольгой Сергеевной. Эдакий увалень. Очень добрый и вежливый человек. Ему сорок три года. Он слегка полноват и абсолютно лысый. Голова – как бильярдный шар.

По образованию – программист. По образу жизни – затворник. Очень способный к языкам. За полгода изучил не только язык, но и несколько южных диалектов. Уникум, а не человек. Очень дружен с Робьеном Кларэнсом. Из библиотеки не вылезает. Заботливый отец. Для его ребенка мы нашли кормилицу, и он перестал подскакивать как ужаленный, услышав плач своего малыша.

Рядом с ними топчется Мэдд Стоук. Он половину дороги бурчал, что, может быть, боги будут милостивы и щедры… Если не ошибаюсь, он собрался сделать предложение Ольге. Это хорошо – значит, на свадьбе погуляем.

Да, в нашем замке уже появились дети! Кира Трэмп, как вы знаете, стала мамой. У них с Рэйнаром родилась дочь Ингрид, и более счастливого папаши я еще не видел. Мэриан… Надеюсь, у нас все будет хорошо, и скоро я стану папой. Совсем скоро.

– Поговорил я вчера с Лексио… – Мои радужные размышления перебил Димка. Он поморщился и покачал головой.

– И как он тебе? – отозвался я, спускаясь с небес на землю.

– Так… Ни рыба ни мясо. Ты правильно сделал, что отправил его к монахам. Там от него будет больше толку, чем среди воинов. Он здоровый, но какой-то… странный.

– Может, просто замкнутый человек.

– Не знаю.

Конечно, Лексио Эльвейра не ушел. Начал работать у Хаугри. Наши просветители как-то очень удачно разделили обязанности, и если Хаугри больше занимался медициной, то дюнк Торри совсем увяз в просветительской работе. Кроме школы создал приют для маленьких бродяг. Кстати – Димки Воронова идея. Видно, надоело нашему церберу решать проблемы мелких воришек в Кларэнсе. И так не знаем, что с преступниками делать. Некоторых мы повесили, а некоторых отрядили на каторжные работы – дороги строить да мусор убирать.

– Кстати, хочу вас «обрадовать», магистр… – продолжил наш разговор Димка.

– Что-то серьезное?

– Куда уж серьезнее! До сих пор не могу распутать дело о покушении на твою персону.

– Неужели что-нибудь удалось узнать? – спросил я и невольно потер левое плечо. Да, наконечник арбалетного болта так и не смогли достать. Сидит, зараза, над левой лопаткой.

– Я написал письмо магу Азуру в Сьерра. – Димка перехватил мой удивленный взгляд и пояснил: – Мы уже три месяца переписываемся. Он обещал прислать двух магов, которые смогут развязать языки этим стрелкам. Слишком уж хитро их зачаровали…

– Это единственный источник?

– Нет, но про другие пока рано говорить. Ищем…

– Ты у нас безопасностью ведаешь – тебе и карты в руки.

Пока мы разговаривали, девчата закончили обучение и ушли умываться. Мастер Вэльд проводил их взглядом, довольно хмыкнул и посмотрел на меня.

– Серж…

– Да, мастер Вэльд.

– То, что вам посчастливилось выжить в схватке и получить браслет «Мастера Меча» на королевском суде, ничего не значит…

– Что вы имеете в виду?

– Вам не кажется, что слегка обленились и забросили наши занятия?

– Вот оно что! Всегда к вашим услугам! – улыбнулся я и начал расстегивать камзол.

Позади зашумели гномы. Судя по репликам Димки, там уже начали делать ставки. Воронов поставил на меня, а парни Сигура на мастера Вэльда. Эх, дьявол… Боюсь, что в этот раз Димка останется без денег.

Мы не успели выйти на арену, как у старых ворот – Раннэл олле – раздался звонкий перестук лошадиных подков и появилось несколько всадников. Судя по разлапистым гербам на их плащах – королевские гонцы. Один спрыгнул с лошади, отдал поводья подскочившему слуге. Огляделся и направился к нам, придерживая рукой рейтшверт, чья гарда (отделанная кабошонами) могла бы украсить любой музей. Конечно, будь в Асперанорре музеи.

– Этерн дарр, виернорр Серж!

– Этерн дарр!

– Вам письмо от суарнора Руфтэра. – Гонец, черноволосый мужчина лет тридцати пяти, вежливо поклонился и подал запечатанный свиток.

– Благодарю. Вы будете ждать ответа?

– Да, конечно.

– Тогда отдохните с дороги, – сказал я. – Вас проводят.

– Благодарю, виернорр!

Я отошел в сторону и, присев на тюк соломы, прочитал письмо. Дважды. Потом поднял голову и увидел Воронова.

– Что-то серьезное? – спросил он. У нашего Димки просто нюх на неприятности.

– У нас несерьезного не бывает. Собирайся в дорогу. Мы с тобой едем в Асперэнд. И предупреди Рэйнара Трэмпа – он едет вместе с нами.

6

– Клянусь, если мне еще раз скажут про этот «неторопливый» мир, то я собственными руками… – Димка вздохнул и даже не закончил фразы.

Он похлопал своего жеребца по шее и вздохнул еще раз. Посмотрел на меня, потом на Рэйнара. Не дождавшись сочувствия, Воронов замолчал. Разве что Найда тряхнула гривой и фыркнула, словно соглашаясь с его словами. За нами ехали телохранители – Трэй и Кларр, три гнома из клана Брунга, которые работали с Димкой, и десять гномов из отряда Сигура. С некоторых пор мы не очень доверяли здешним наемникам, и наша охрана состояла только из гномов-легионеров.

Единственные, кто достоин доверия, это парни из отряда Рэйнара. Тридцать человек. Младшие сыновья землевладельцев, купцов и норров, которые дали клятву служить ордену. Кстати, о ней стоит рассказать особо, но немного позднее. Эти парни должны стать основой нашей орденской гвардии. Будущий «стальной кулак», как любил говорить Сенчин. Потом, как правило, он отпускал какую-нибудь пошлую шутку и довольно смеялся. Увы, но сейчас эти воины нужны в Кларэнсе, вот мы и отправились в путь небольшим отрядом из восемнадцати человек.

– Чем тебе не нравится этот мир? – хмыкнул я и пощекотал грудь ворону, который сидел на моем плече. Нур даже глаза закрыл от удовольствия. Потом раздулся как шар и несколько раз клюнул меня в плечо. Это у него игры такие. Клюнет и косится. Иногда мне кажется, что он еще и ухмыляется.

– Ка-арр-р!

– Нравится. Только жизнь вдруг начала ускоряться. Тут дел… – Димка даже сплюнул от возмущения, – невпроворот, а наше королевское величество, понимаешь, вдруг соскучилось и «видеть желает». Ладно бы тебя одного! Ты у нас «особа, приближенная к императору», но мы-то с Трэмпом ему зачем?

– Руфтэр просто так звать не станет. Если он написал, что «важно» и «срочно», то так оно и есть. Радоваться должен – не каждый день вашу милость в королевский дворец вызывают!

– Не знаю, не знаю… Мы люди простые, – хмыкнул Дмитрий, – во дворцах не пировали и королевские вина не пробовали. Тем более – кофию не пили с ихними министрами.

– Ты мне все кофе простить не можешь?

– Мог бы и попросить пару ложек для старых друзей, – с укором в голосе сказал Воронов. – Кстати, я узнавал в Кларэнсе насчет кофе. Наши купцы только руками разводят и говорят, что таким товаром в Асперанорре не торгуют. И даже в Баргэсе почти не знают. Интересно, откуда его привозят?

– Понятия не имею.

– Как, ты говорил, суарнор Руфтэр назвал кофе?

– Руна-фрайн.

– Хм… Черный огонь? Логично. Эх, ща бы чашечку руна-фрайна…

– А перед этим стройную эльфийку и тарелку борща.

– Борщ тоже не помешал бы, но кофе…

– Вот джезву ему подарим, может, и угостит.

– А название для нее ты уже придумал? – улыбнулся Воронов. – То-то и оно! Принесешь, а названия-то и нет. Нет названия – нет кофе. Между прочим, я уже и вкус забыл. Ужасный ты человек, Серж! Изверг, прости меня господи! Как есть изверг…

Ответить на это обвинение я не успел. Позади нас запели гномы. Кто-то из них затянул, второй подпел, и через минуту все дружно выводили слова этой песни. Мне уже доводилось ее слышать. Песня, которую знает каждый гном-изгой. Плохой из меня переводчик, но все-таки…

Вернется пепел невесомый

К родному горну в скорбный час.

И обретет покой навеки

Судьбою проклятый аргас…

Аргас – древнее название гномов-изгоев. Если быть точным, то произносится «аргас», «аргэс» или «аргхас», что значит «потерявший путь». Поют они здорово. Песня протяжная, грустная и длинная, как дороги Асперанорра.

Вечером мы остановились на ночлег неподалеку от границы с королевскими землями. Постоялый двор, как две капли воды похожий на сотни других – таких же, разбросанных вдоль дорог нашего королевства. Унылая вывеска на цепях, полутемный зал, узкие мрачные комнаты, похожие на гробы. Ну и, конечно, трактирщик с лицом пройдохи и пьяницы.

Ночь прошла спокойно, и мы отправились дальше. Если все будет хорошо, то завтра к полудню доберемся до столицы. Идем налегке, без обоза, так что дорога пролетит быстро и незаметно. По местным понятиям, разумеется.

Мы прошли по узкому ущелью и вскоре должны были увидеть берег реки, как вдруг Нур забеспокоился. Он начал переминаться с ноги на ногу и даже несколько раз хлопнул крыльями, привлекая мое внимание. Сорвался с плеча и улетел вперед. Что и говорить, мы слегка расслабились. Даже дозор не выслали. Прошли поворот, наши лошади захрипели и, прижав уши, затанцевали на месте.

– Ох ты, дьявол… – протяжно выдохнул Димка, уставившись на открывшуюся картину.

Внизу, на берегу реки, кипел бой. Пожалуй, это была самая странная схватка, из тех, которые мне довелось видеть на землях этого мира. Три или четыре десятка оборванцев пытались убить… дракона. Они зажали его в теснине между двумя прибрежными скалами и пытались добить.

И тишина…

Странная тишина, будто взяли и выключили звук. Слышал, как шумит на перекате речка, но шума драки слышно не было. Будто не люди сражались, а призраки.

– О боги… – прошептал Рэйнар и замер, открыв рот и уставившись на эту картину.

– Боги здесь ни при чем. К бою! – рявкнул я. Димка коротко выматерился, а гномы за нашими спинами лязгнули сталью. – Хэйс!!!

Найда опять попыталась затанцевать, но я резко послал ее вперед и свистнул, чтобы отвлечь бандитов от жертвы. За спиной послышался крик, и мне показалось, что земля дрогнула. Рука приняла привычную тяжесть бастарда, а в груди уже рождался клич. Он рвался наружу сквозь стиснутые до хруста зубы.

– Хэльдаа-а-аррр!!! – Я иду!!!

Нет, эти твари не были призраками. Они были из плоти и крови. Такие же, как мы! Удар! Один из разбойников не успел поднять оружие, а я даже не почувствовал, как рубанул по его голове. Лишь легкий толчок в руку, и меч взлетел вверх, чтобы выбрать следующую жертву. Удар! Лязг стали, разрубленный ржавый шлем и брызги крови. Найда хрипела и скалилась, унося меня вперед – туда, где старый обессилевший дракон едва огрызался, отбиваясь от наседающих на него врагов.

– Хэльдаа-а-аррр!

Эту короткую схватку нельзя назвать боем. Это резня. Смешно сравнивать восемнадцать подготовленных бойцов и сорок грязных оборванцев, которые каким-то чудом загнали дракона в угол. Кто-то из них пытался убежать, но одних зарубили, а других затоптали лошадьми. Берег был похож на мясную лавку. Я слез с Найды и подошел к дракону, который едва мог пошевелиться. Он медленно поднял голову и посмотрел на меня. Потом обвел взглядом моих парней. Судя по всему, он был смертельно ранен – даже не смог замедлить время. В глазах не осталось жизни. Вы не поверите, но у меня в горле встал ледяной ком. Дракон угасал, как угасает человек, лежащий на смертном одре.

– Ты Серж… Серж Вьюжин, – сказал он.

– Да, – хрипло сказал я. – Мы можем тебе помочь?

– Нет… Но я… Благодарен вам за помощь. Мне бы не хотелось…

– Понимаю.

– Ты неглуп, северянин… Теперь… отойди в сторону и отведи своих воинов… – Его голос, звучавший в моей голове, становился все слабее и слабее. – Я буду умирать.

– Да помогут тебе боги, – сказал ему и прижал руку к сердцу.

– Они встретят меня… с улыбками…

– Прощай.

Вокруг него завертелся вихрь из песка и пыли. Он ширился, захватывая землю, и наконец совершенно скрыл от нас умирающего. В чистом небе сверкнула молния, раздался грохот. Грохот, похожий на вздох облегчения. Будто сама земля вздохнула, освобождая уставшую душу этого старого и мудрого дракона.

И все…

Наступила тишина. Звонкая, как свирель. Журчала на перекатах река, и где-то высоко в небе пел жаворонок. Медленно оседала пыль. Берег был пуст. Дракон исчез бесследно. Он ушел далеко на север. Туда, где живут боги. Надеюсь, что они встретят его с улыбкой.

По берегу бродили гномы, осматривая трупы убитых. Среди них порхал Нур, будто искал что-то. Какого черта?! Ворон вдруг уселся на одно тело и несколько раз хлопнул крыльями, чтобы привлечь наше внимание.

Когда подошел, увидел, как ворон дергает убитого за браслет. Я присмотрелся, и меня даже пот прошиб. Воронов тоже что-то заметил и приблизился ко мне.

– Блин… – выдохнул он и присел рядом с трупом.

Убитый – мужчина лет тридцати. Темноволосый. Пожалуй, это единственное, что можно про него сказать. Лица не было. Кто-то разрубил ему голову, да так неудачно, что лицо лежало отдельно от тела.

На руке этого мужчины блестели часы… Обычные механические часы на браслете из желтого металла. Пока я их рассматривал, Димка уже обшарил труп и выложил находки на землю. Кожаный кошелек с десятью даллинорами и тремя мюнтами. Складной нож… из нашего мира. Пластиковая зажигалка, расческа. Кстати, кожаный ремень, которым он был опоясан, тоже из нашего мира.

– Земляк, – сказал Воронов и показал мне татуировку, выбитую на предплечье.

Он прав. Я очень сомневаюсь, что здешние люди могли сделать нечто подобное. Тем более – нарисовать три непонятных иероглифа. Некоторые недоумки любят рисовать такие картинки. Часто не понимая ни их значения, ни смысла.

– Дохлый земляк, – уточнил я.

– И что будем с ним делать?

– Предлагаешь устроить ему пышные похороны? – хмыкнул я и поморщился. – Находки забери, а мясо… Пусть валяется. Зверья здесь много – сожрут.

– Тоже верно, – кивнул Воронов. Поднялся, отряхнул песок и сплюнул. – Вот же погань!

– Каждый выбирает по себе… Поехали, нечего время терять.

Через полчаса мы двинулись дальше. Жаль, но никто из раненых разбойников не выжил. Эти твари подохли раньше, чем мы смогли их допросить и выяснить, что здесь произошло и за каким дьяволом понадобилось убивать старого дракона.

На следующий день добрались до Асперэнда. Стражники, стоящие у городских ворот, покосились на мой отряд, втянули животы и даже грозно нахмурились. На всякий случай. Мы проехали мимо них и свернули к набережной.

7

Руфтэр пригласил нас в свой кабинет. Да, тот самый, в котором мы с ним общались во время моего последнего визита в столицу. Полагаю, что вам не нужно рассказывать, как он выглядит? Ну и славно.

Как вы уже знаете, Руфтэр – северянин. Один из немногих, кто придерживается старых взглядов и правил. Гостеприимство – одна из таких северных традиций. Предложил нам кофе. Рэйнар Трэмп отказался от незнакомого напитка и выбрал красное вино из южного Камбара. Мы с Димкой, наоборот, – сидели и наслаждались почти забытым вкусом хорошего кофе.

Советник с улыбкой наблюдал за нашими довольными лицами, да и сам был доволен не меньше. Подаренную джезву из кованой меди, которую изготовили наши гномы-ювелиры, он долго и с некоторым удивлением вертел в руках. Медь удивила. Пришлось объяснить, что можно было изготовить из серебра, но тогда пришлось бы покрывать изнутри оловом, чтобы не отравиться. Мало ли… Подумает, что в Кларэнсе, который славен своими рудниками, ему серебра пожалели.

– Благодарю вас, Серж! Это сосуд для приготовления руна-фрайна?

– Вы совершенно правы, дьен грэ. Именно так готовят этот напиток… в нашем мире.

– Как он называется?

– Это… фрайхог, – сказал я.

– И для этого…

– Нужны раскаленный песок или угли.

Пожалуй, что не сильно погрешил против настоящего названия. Джезва произошла от арабского слова «жэзла», что значит «тлеющие угли». Учитывая, что дерево на местном наречии звучит как «хог», получаем огненное дерево – «фрайхог».

Суарнор щелкнул пальцами и приказал слуге принести все необходимое. Тот поклонился и тотчас исчез. Воронов, стоявший с жутко серьезным видом, слегка расслабился и довольно хмыкнул. Я не ошибся – Димку пригласили не просто так. Советнику любопытно было взглянуть на человека, который гонял нежить как оленей в лесу. Воронов трудился на совесть! Наизнанку вывернул Кларэнс, изрядно проредил количество разбойников в округе и даже – что уж греха таить – отправил на тот свет проворовавшегося королевского чиновника.

Дмитрий тоже это почувствовал. Парень он умный. Мне было интересно наблюдать, как они присматриваются друг к другу. Молодой мужчина, которому еще не исполнилось двадцати шести, и важный седовласый чиновник, разменявший седьмой десяток.

– В королевском замке зреет заговор, – сообщил Руфтэр. Просто и без каких-либо эмоций в голосе. Будто о видах на урожай или погоде беседовали.

– Чем мы можем помочь королю? – спросил я.

– Будет лучше, если расскажу все по порядку…

Советник поднялся, подошел к столу и развернул карту. Несколько секунд молчал, потом показал на материковые земли, лежащие к востоку от Аспераноррских островов:

– Полагаю, что для вас не секрет, что происходит на эльфийских землях. Государство, некогда славившееся своими мастерами, разодрано на куски. Идут постоянные войны между кланами, племенами и отдельными владениями местных норров. Увы, но в последнее время их беды стали нашими…

– Каким образом? – спросил Воронов и удивленно дернул бровью.

– Один из эльфийских правителей, который контролирует срединные земли, последнее время стал часто общаться с южанами из Баргэса. На южных землях, как вы знаете, была очень холодная зима. Это значит, что нас ждет голодный год. Южане начнут искать выход. Множество мелких правителей Баргэса будут рады совершить новые набеги.

– На земли Асперанорра…

– Именно так… – кивнул Руфтэр. – Я уже знаю о вашем южном походе. Вы правильно поступили. Это немного обезопасило прибрежные земли, но, увы, не решило всех наших проблем. Если южане договорятся с эльфами, то…

– Вы хотите сказать, – продолжил Воронов, – что южане ищут союзников среди эльфов?

– Да, именно так.

– Но эльфы, насколько мне известно, не любят заключать такие союзы.

– Не любят, – кивнул советник. – Не любили… до некоторых пор. Но времена меняются, и мир меняется вместе с ними. Тем более что среди эльфов появились новые лица.

– Кто? – насторожился я.

– Увы, но пока нам это неизвестно, – развел руками Руфтэр.

– Будет война…

– Войны никогда не прекращаются, – вздохнул советник, – а замирают на время. Но и это не главное. Главное, что у них появились сторонники в Асперанорре.

– Здесь, во дворце?

– Увы… Не только здесь, но и на севере.

Разговор затянулся до самого вечера. У меня даже живот начал бурчать от голода. Дело, которое Руфтэр хотел поручить… Как бы выразиться поточнее… Мы не обязаны были соглашаться, но и отказаться не могли. Оно напрямую касалось не только короля Гэральда, но и нашего ордена. Наконец мы нашли некоторое решение, и встреча подошла к концу.

– Магистр! – сказал Руфтэр, когда мы собрались уходить. – Задержитесь на некоторое время, если вам не трудно.

– Я к вашим услугам, дьен грэ!

– Чтобы ваши друзья не скучали… – Он улыбнулся и повернулся к моим парням. – Вы ведь любите лошадей, не так ли?

– Конечно, – кивнул Дмитрий и подтолкнул Трэмпа к выходу. – Мы лошадок посмотрим.

Когда они ушли, Руфтэр приказал принести еще немного свежих углей. Видимо, решил попить кофе. Хорошее дело. От чашки кофе не откажусь. Советник, надо понимать, думал так же. Даже предложил не стесняться и закурить. Видимо, разговор будет не из легких…

– Скажите, магистр Серж… Я, конечно, понимаю, что борьба с нежитью – это тяжелый и благородный труд, ради которого вы и посланы богами, но…

– Что-то случилось?

– Не буду скрывать – да, случилось. Получил письмо от виернорра Уэрта Брэйонда. Он утверждает, что ваши люди бесчинствуют на его землях. Требует обуздать ваших воинов или как-то найти общее решение, которое устроит вас обоих.

– Мои люди?!

– Уэрт утверждает, что ваши.

С этими словами Руфтэр открыл шкатулку, стоявшую на столе, и достал какой-то сверток. Развернул и выложил передо мной браслет… Обычный мужской браслет из белого металла, который в нашем мире так любят носить водители-дальнобойщики. Полагаю, что вы такие видели, и не один раз. На нем была надпись: «Кулагин Сергей Леонидович». Ну и, конечно, группа крови. Третья. Резус-фактор положительный.

– Да, человек из нашего мира, – осмотрев находку, подтвердил я. – Но он не принадлежит рыцарскому ордену. Он жив?

– Увы… – развел руками Руфтэр. – Тело было найдено на месте схватки с вампирами.

– Даже так… Он был один?

– Судя по всему – нет, но люди, которые оказались рядом, исчезли.

– Сколько их?

– Четверо. Один, как вы понимаете, погиб. Три человека уцелели и где-то скрываются.

– Почему это волнует Уэрта?

– Схватка произошла в центре Брэйонда. Не каждому правителю такое понравится.

– Да, пожалуй, что я бы тоже не обрадовался. Хотя… у нас и не такое бывало.

– Поймите меня правильно, Серж… Я простой человек и не могу противиться воле богов. Наше королевство на грани большой войны. Мои люди перевернули все летописи, чтобы как можно больше узнать о ваших предшественниках. Ценю, что вы иначе смотрите на легенду.

– Простите?

– Вы видите здесь не только поле битвы, но и ваш новый дом. Принимаете Асперанорр как родной мир. Ваши предшественники поступали иначе…

– В этом и была их ошибка.

– Пожалуй, вы правы, Серж! Именно поэтому не хочу, чтобы между правителями земель возникали ненужные конфликты. Они ослабляют нас.

– Я понимаю вас, дьен грэ, и постараюсь сделать все, что в моих силах. Если наши люди еще живы, мы постараемся их найти и помочь обрести дом в Кларэнсе.

– Благодарю вас, Серж! Мы понимаем, что дело, которое я хотел вам поручить, отнимет у вас много времени. Гэральд выделит две сотни воинов, которые прикроют ваши границы с мятежным Гуннэром.

– Спасибо. Это будет очень кстати.

– Ка-арр-р! – Нур каркнул и стукнул меня клювом по плечу. Суарнор покосился на птицу и неожиданно поинтересовался:

– Скажите, Серж, а это правда, что вы и ваши люди можете превращаться в таких птиц?

– Как вам сказать, дьен грэ… Этого в двух словах не объяснить.

– Понимаю, – улыбнулся суарнор. – Понимаю и не смею больше задерживать.

Спустившись во двор, я увидел, как мои парни выходят из королевской конюшни. Вероятно, и правда пошли «лошадок посмотреть». Ну и порядки здесь… Я даже головой покачал. В Кларэнсе чужих в конюшню не пустят. Даже гостей.

– Чем обрадуешь? – спросил Димка, когда мы сели на лошадей и выехали из ворот замка.

– Увы, но ничем. Неподалеку от Брэйонда у нас «партизаны» завелись.

– Кто?!

– Борцы с нежитью, черт бы их побрал. Земляне. Завалили нескольких вампиров посреди Брэйонда. Тамошний правитель желчью исходит. Думает, что это наших рук дело.

– Уэрт всегда был сволочью, – подал голос Трэмп. – Не удивлюсь, если выяснится, что он поддерживает нежить. И вино там figovoje.

– Погоди, Серега! – сказал Дмитрий. – Это город, который вы втроем на уши поставили?

– Он самый.

– И Уэрт, который тебе обязан своим титулом, жалобы на орден пишет? Он в своем уме или мне к нему ребят отправить, чтобы объяснили?

– Да, твои Брунга могут…

– Они кого угодно «могут». Кстати, когда этих вампиров завалили?

– Полтора месяца назад.

– Странно…

– Ладно, вернемся в Кларэнс – выясним, – отмахнулся я.

– Надо подумать, как поручение Руфтэра выполнить.

– Тихо, мирно и без ненужных проблем.

– У нас самих этих проблем… – поморщился Трэмп.

– Король выделил две сотни бойцов, которые прикроют нашу западную границу, пока мы будем заняты.

– Это радует, – хмыкнул Воронов.

– Можно сказать и так. Но меня сейчас наши партизаны интересуют. Кто такие и откуда они взялись? Почему их вороны не нашли?

– Бездельники – твои вороны, поэтому и не нашли.

– Ка-арр-р! – хрипло каркнул Нур. Видимо, он не был согласен с этим утверждением.

8

– Что случилось, Трэмп? – спросил я, когда мы подъехали к речной набережной. – Ты крутишься в седле, как грешник на сковородке.

Про грешника, наверное, зря сказал. Тем более что в здешних поверьях нет понятий «ад» и «рай». Здесь есть боги, а что они творят с душами после смерти и куда их отправляют – никто не знает. Люди не думают о таких вещах. Почему? Не знаю. Наверное, чтобы ложными и глупыми фантазиями не гневить богов. Рэйнар, к удивлению, все правильно понял. Видимо, Кира занималась «образованием» и что-то рассказывала о нашем мире.

– Человека нужно найти, – нехотя ответил он.

– Старшего брата?

– Старшего не достану, но очень хочу со средним пообщаться. Вдумчиво и серьезно. Со всем усердием. – Трэмп сжал руку в кулак, да так, что костяшки хрустнули.

– Он живет здесь, в Асперэнде?

– Да… Жил.

– Ты говорил, что он врачеванием занимался?

– Вроде… – кивнул Рэйнар. – Я спрашивал, но никто из жителей ничего не знает о лекаре Трэмпе.

– Кормилицу простить не можешь?

– Не только ее… Есть и другие долги.

– Обратись к гномам Брунга, которые приехали с нами, – предложил я. – Полагаю, что у них имеются связи в любом городе. Мальчики они серьезные – не то что твоего брата, живого эстелькхорка достанут.

– Ты так думаешь?

– Уверен. Или прицепи на камзол медальон, который подарил Гонард Шэр, и прогуляйся по городу. Он говорил, что таким образом мы дадим его людям понять, что нам нужна помощь.

– Нет, лучше я с нашими Брунга поговорю, – покачал головой Рэйнар и проводил взглядом толстого дюнка. Жирдяй тащил корзину с бутылками вина, тяжело отдувался и постоянно вытирал лицо от пота. – Незачем местных по пустякам тревожить.

– Ну, смотри. Главное, мастер Трэмп, помни, что тебя ждут в Кларэнсе. Жена и дочка. Не наломай дров.

– Я помню.

– Вот и прекрасно, – сказал я, и разговор был закончен.

После этого Трэмп взял двух гномов, и они отправились прогуляться по городу и купить подарки. Мы с Дмитрием остались в гостинице. Надоело ходить по узким улочкам. Первое время было интересно, но сейчас хотелось посидеть и подумать над делом, которое нам поручил Руфтэр.

Вызвав удивление гостиничных слуг, я сам вычистил Найду и отвел ее в конюшню. Следом за мной пришел и Воронов, который наводил красоту своему жеребцу. Красивый у него вороной. С белой звездой на лбу. Зовут Филькой. Да, имя звучит не слишком героически для эдакого красавца, но это Димкины дела.

Кстати, в королевском дворце мы познакомились с одним торговцем, который пригонял лошадей из Трэмпа. Это толстогубый и плешивый толстяк с наглыми цыганскими глазами. Он предложил нам сорок вороных по хорошей цене, и мы, немного подумав, согласились. Сделку оформили и заверили прямо здесь – во дворце. Один из королевских стряпчих помог. Он же и принял аванс, который при нас передал торговцу. Очень хорошая практика. Если торговец меня обманет, то обманет и королевского чиновника. Не каждый рискнет…

Умылись во дворе и отправились ужинать. Заняли стол в углу зала и попросили нас накормить. Соседний стол заняли наши телохранители. Хозяин, который уже убедился в щедрости гостей, выставил ладони перед собой и предложил не беспокоиться и немного подождать, дабы в полной мере насладиться искусством его поваров и кулинаров, которыми издревле славилась гостиница. Мол, еще его королевское величество покойный Гэральд Второй неоднократно посещал и… В общем – вы поняли. От рекламы не убежишь. Даже здесь – в Асперанорре. Веселый хозяин. Напомнил актера из фильма про ментов и бандитов. Как его там звали? Дукалис? Не помню. Эдакий круглолицый крепыш с ямочками на щеках и доброй улыбкой сказочника.

Не прошло и десяти минут, как на столе появились исходящий паром глиняный горшок, плетеная корзинка с хлебом и тарелка со свежей зеленью. Похлебка? Вкусная. Наваристый мясной бульон, фасоль и крупа. Очень острое блюдо. Мы отдали должное супу и дождались перемены блюд. Две жареные курицы, овощи, соленья… Димка перевел дух, подвинул поближе тарелку с птицей и поднял пивную кружку.

– Дарре!

Поручение советника Руфтэра, что и говорить, – очень щекотливое. Нам надо обеспечить безопасность одной персоны, которая должна прибыть в порт Сьерра. Встретить и проводить ее в Асперэнд. По возможности – не привлекая внимания. Что за персона? Эльфийская принцесса. У нее намечаются важные переговоры с нашим королем. Сложность в том, что информация о поездке может попасть к нехорошим людям, и те в свою очередь не преминут этим воспользоваться. Как? Очень просто! Отрежут принцессе ее эльфийские уши. Вместе с головой.

– Земли делить будут, – хмыкнул Воронов и разодрал курицу на две части. Откусил кусок и пробурчал с набитым ртом: – …Рыбу, птицу и девицу!

– Берут руками… – кивнул я и последовал его примеру.

Несколько минут мы молча жевали, потом Воронов подлил нам ретта, и мы продолжили обсуждение.

– Руфтэр, конечно, мужик неглупый, но выглядит немного странно.

– Согласен.

– Слишком он тебя обхаживает, – не унимался Димка.

– И тут не поспоришь. Особенно если учесть предупреждения Гонарда Шэра о нравах короля Гэральда.

– Еще один любитель ядов? – спросил он.

– Поговаривают, что да, – любит этими делами заниматься.

– Странно все это, Серега… Ох и странно. Смотри – подставят они нас.

– Есть предложения?

– Думать надо!

– Думайте, Дмитрий Васильевич, – пробурчал я. – Думайте! Вам этими делами по долгу службы заниматься положено…

– Я так полагаю, – Воронов прожевал кусок мяса, вытер рукавом рот и налил из кувшина пива, – в ближайшее время нас станут холить и лелеять. Пока мы будем заниматься тем, что выгодно королевской власти. Было бы хорошо узнать об их планах на будущее и о том, как долго продлится «любовь» к нашему ордену.

– Пока не разберемся с южанами и эльфами.

– Не факт, – покачал головой Димка. – Ох, не факт! Поэтому, магистр, очень любопытно узнать, что делается к северу от столицы и на островах.

– Хочешь заслать «казачков»?

– Почему бы и нет? Все как и в нашем мире: не вижу – не стреляю. Так что разведчики нам нужны. Тем более на островах, где вообще неизвестно что творится.

– Там правят братья короля.

– Очень информативно! Увы, но этого недостаточно, – сказал Воронов.

– Нам бы этих партизан найти… – кивнул я.

– Да, было бы очень интересно увидеть людей, которые в Брэйонде напроказили.

– Мне интересно другое…

– Что? – дернул бровью Воронов.

– Ты помнишь рассказ Арруана Мэша о гибели его отца?

– Ну да, помню.

– Он рассказывал о воинах старика Ронга норр Гуннэра.

– Каких именно?

– Стрелках-эльфах и магах, которые разят длинными молниями…

– Погоди, Серега… – Воронов насторожился и прицелился в меня пальцем. – Ты что, хочешь сказать, что Ронг связан не только с черными силами, но и с эльфами?

– Эльфы в Асперанорре очень большая редкость. Они, как правило, нанимаются на юга, в Вархэс. Конечно, я имею в виду эльфов-мужчин.

– Тогда…

– Тогда, мой маленький друг, – усмехнулся я, – мы можем сделать предположение, что Ронг норр Гуннэр не просто умом тронулся, а затеял очень интересную игру…

– Что ты имеешь в виду, Серж?

– Подумай.

– Ронг хочет пробраться на королевский трон, – глухо произнес Дмитрий. Глухо, будто гвоздь вбил в стену. Он даже жевать перестал.

– Вот именно это я и хотел сказать…

Через два дня меня опять пригласили во дворец. На этот раз в королевские покои. Видимо, король Гэральд решил собственноручно провести инструктаж по теме: «Что и как можно делать с эльфийской принцессой». Ради бога! За свою жизнь я столько наставлений выслушал, что одним больше, одним меньше – это не имеет значения. Ошибся…

– Многие хотят вашей смерти, виернорр, – сказал Гэральд и посмотрел на меня. – Очень многие.

– Особенно здесь, во дворце.

– Да, – кивнул он. – Особенно здесь.

Даже не кивнул, а просто прикрыл веки, как смертельно уставший человек. Надо заметить, что после нашей последней встречи прошло не так уж и много времени, а изменился наш король очень сильно. Точнее? Хреново он выглядел! Очень хреново! Как бы не умер раньше положенного. Смерть монарха в преддверии войны – это самое плохое, что можно себе представить.

– Времени мало, – сказал Гэральд и поморщился.

Руфтэр, который присутствовал на этой встрече, хотел что-то сказать или возразить, но король раздраженно отмахнулся:

– Оставь эти бредни, Руф! Мы воины и знаем, когда подходит наше время.

Несколько минут король молчал. По его лицу пробежала гримаса боли.

– Ваше королевское величество… – осторожно начал советник, но король его перебил и обратился ко мне:

– Серж… Я буду с вами честен. Многие люди мне все уши прожужжали о вашем ордене. Одни требуют вас сжечь. Другие – замуровать заживо. Третьи…

Что предлагали третьи, я не узнал – Гэральд поморщился и досадливо махнул рукой. Расплескивая вино, опустошил кубок и поставил его на стол. Кстати, – кубок красивый. Нечто похожее я видел в Эрмитаже, когда проходила выставка британского серебра. Только в основании чаши были не три лошадиные головы, а два вставших на дыбы дракона.

– Сделаю все необходимое. Принцесса будет в Асперэнде, – сказал я, но король будто не услышал. Он сжал кулаки и застыл, глядя мимо меня и Руфтэра.

– Мои братья готовы продать мою корону любому. Любой твари, которая заплатит. Эти недоумки привыкли сидеть на своих островах и клянчить деньги…

– Ваше величество… – тихо сказал Руфтэр, но король будто не слышал.

– Нежить… Они хуже нежити… Готовы предать любого… Даже наш род. Всех и вся.

Через несколько минут приступ боли прошел, и король стал более осторожен в своих высказываниях. Он даже попытался провести тот самый инструктаж о принцессе. Советник осторожно вмешался в его монолог и направил разговор в нужное русло.

Мы долго разговаривали. Из дворца вышел уже в сумерках. Во дворе меня ждали голодные телохранители, застоявшиеся лошади и долгий взгляд дракона, который лежал у входа. Я ждал, что он меня позовет. Зачем? Не знаю, но мне так показалось. Увы, я и тут ошибся – не позвал. Посмотрел на дракона и спустился по лестнице во двор.

9

– Это так важно для нашего королевства? – спросил я у Руфтэра.

– Серж, вы даже представить себе не можете насколько! – покачал головой советник. Он сидел на бревне и устало смотрел на костер. Как-то по-стариковски сгорбившись и опираясь локтями о колени. Кисти рук, опутанные синюшными венами, были расслаблены и безвольны. Постарел Руфтэр за эти полгода, ох и постарел! Вчера во время нашей встречи с королем он выглядел намного бодрее. Да, суарнор немолод и давно разменял седьмой десяток. Годы и заботы никого не украшают.

На утреннюю «прогулку» нас пригласили вчера вечером. Нас – это меня и Воронова. Руфтэр не любил говорить о делах в замке и предпочитал общаться на свежем воздухе. Мы встретились у городских ворот и, немного разогрев лошадей, добрались до берега озера. Остановились в том же месте, что и в прошлый раз. Руфтэр приготовил нам кофе, и мы расположились на берегу, обсуждая королевское поручение.

Хорошее сегодня утро. Прохладное. Над озером и прилегающим к нему лугом лежал туман. Фигуры гномов, охраняющих наш покой, напоминали каменные изваяния. Фыркали лошади. Тишь и благодать… На северо-западе синела горная гряда Навэр-рагс, украшенная шапкой вечных снегов. Она уже окрасилась в розовый предрассветный цвет.

– Эльфийские земли не всегда являлись таким угрюмым местом, – продолжал рассказ Руфтэр. – Это была свободная и процветающая страна. Славилась мастерами и золотыми приисками. Потом, как это бывает, начались междоусобицы между мелкими правителями, что и привело к смуте.

– Эльфийская королева не смогла удержать власть?

– Королева Гэрра находилась в плену у Гэральда Второго, – напомнил суарнор. – Когда срок ее заточения истек, она получила свободу и смогла вернуться в свое королевство. Когда Гэрра добралась до Рийкераун – столицы эльфийских земель – была убита своими «верными» придворными. Заговорщики хотели посадить на трон одного из правителей, но так и не смогли договориться. Начались волнения, которые закончились войной. Нескольким приближенным, которые сохранили верность короне, удалось спасти королевскую дочь – Зегиру. Ее спрятали в одном из замков, а когда подошло время, она родила принцессу Акейру.

– С тех самых пор, – подал голос Воронов, – смутные времена так и не закончились?

– Увы… – развел руками Руфтэр и подбросил несколько сучьев в костер.

– Принцесса рассчитывает на помощь короля, чтобы вернуть себе престол? – спросил я.

– Каждый ищет выгоду, – наставительно заметил суарнор. – Всегда и везде.

– Акейра оттиер Зегира… – хмыкнул я. – Какое странное имя.

– Ничего странного, – пояснил суарнор. – Это одна из древних традиций.

– Эльфийских?

– Да. Когда в семье эльфов рождается дочь, девочке дают двойное имя. К первому из уважения прибавляется второе – имя матери и слово «оттиер» – «дочь». Вот и получается, что Акейра – дочь женщины по имени Зегира.

– А как же сыновья? – удивился Воронов.

– Сыновья на эльфийских землях могут быть лишь воинами. Править – удел женщин.

– Хм… Слышал, что на юге эльфийских земель есть мужчины-правители, – сказал задумчиво я.

– Незаконные. Последнее время слишком часто общаются с людьми из Баргэса. Если они заключат военный союз с королем Аргером Вторым, то нас ждет новая война, и битва при Крэйо покажется кабацкой дракой. Теперь вы понимаете, как важно доставить принцессу в целости и сохранности? Если переговоры пройдут успешно, мы опередим Баргэс и получим нового союзника.

– Постараемся сделать все возможное, – кивнул Дмитрий.

– Надо сделать больше. Почти невозможное. И тогда вы не только спасете королевство от войны, но и можете рассчитывать на достойную награду от короля.

– Даже так…

– Такие услуги не забывают.

– У меня есть о чем попросить короля, – сказал я.

– Что именно вы хотите, Серж?

– Хочу получить разрешение вскрыть подземелье в Асперэнде, где были замурованы тела наших предшественников…

Стало тихо… Советник, даже несмотря на весь свой придворный опыт, не ожидал от меня такого заявления. Мирно трещал костер. В озере прыгнула большая рыба… Фыркнула чья-то лошадь.

– Простите, Серж, я не расслышал? – Руфтэр повернулся и посмотрел на меня.

– Хочу вскрыть подземелье в Асперэнде и освободить души моих предшественников.

– Откуда вы…

– Знаю, – коротко и резко ответил я.

– Вы с ума сошли, Серж!

– Нет.

– Каждый ищет выгоду, – сказал Дмитрий. Он слово в слово повторил фразу Руфтэра и даже позволил себе усмехнуться. – Всегда и везде.

Суарнор на несколько секунд замолчал. Пауза слегка затянулась, и он это понял. Провел рукой по бороде и посмотрел на нас. Долго смотрел. Внимательно. Мы парни терпеливые, можем и подождать немного. Только вот кофе остынет и потеряет вкус.

– Вы отдаете себе отчет, Серж, о чем хотите попросить нашего короля?

– Да, – твердо сказал я. – Гэральд Третий хочет мира в своем королевстве, а я хочу, чтобы мои погибшие братья обрели вечный покой. Я уверен – боги улыбнутся, когда души получат свободу и упокоятся с миром.

– Сейчас не самое лучшее время, чтобы воскрешать в памяти дела минувших дней…

– Война ждать не будет.

– Хорошо, Серж… Я постараюсь подвести Гэральда к этой мысли.

– Буду вам очень признателен, суарнор…

В город мы вернулись порознь. К суарнору прискакал гонец и передал письмо. Руфтэр прочитал, выругался сквозь зубы и попрощался. Когда он ускакал в город, мы с Вороновым остались сидеть на берегу. Курили и допивали кофе.

– Ну, ты даешь, Серега… Не ожидал.

– Чего именно? Что я выскажу эту просьбу?

– Не только. Того, что ты так откровенно пригрозишь Руфтэру.

– Я никому не угрожал. Просто высказал свои мысли насчет награды. Он хочет, чтобы мы это сделали? Пусть поднимет свою задницу и подумает о достойной награде для ордена…

– Уверен, что ты сможешь это сделать?

– Что именно?

– Освободить души.

– Мы ведь поедем в Сьерра, не так ли? Вот и поговорим с магами… Думаю, что Азур не откажется помочь.

Спустя три дня мы вернулись домой в Кларэнс. Вернулись и сразу окунулись в проблемы с подрастающим поколением. Даже до замка не успели доехать… Неподалеку от городских ворот заметили две знакомые фигуры, черт бы их побрал…

– И как прикажете это понимать? – спросил я, когда мы подъехали поближе. – Вам что, больше заняться нечем?

– Дядя Сергей… Эти… Они…

– Не мямли, – оборвал я причитания Андрея. – Рассказывай четко и ясно.

Волков вздохнул и, собравшись с духом, начал рассказывать о причинах этого… уличного месива. Чем больше узнавали, тем одобрительнее хмыкали гномы. Если не растекаться мыслью по древу, то эти два недоросля – Арруан и Андрей – шли навестить Торри. Вышли из замка и увидели, как несколько разодетых юнцов издеваются над двумя мальчишками из сиротского приюта. В этом мало смешного? Пожалуй, вы правы. Андрей и Арруан рванули вперед, и началась драка… Собаки – Берта и Денди, тоже не остались в стороне и с радостью приняли участие в этом аттракционе.

– Магистр, они тоже были вооружены, – хмуро заметил Арруан.

– Вижу, – кивнул я и обвел взглядом переулок.

Узкая улочка. Высокие каменные заборы, брусчатка и лужи. Всю ночь шел дождь, потом немного распогодилось, и появилось солнце. Не жарко, но слегка душновато. И вот посреди всего этого «великолепия» – избитые подростки в дорогой одежде.

Итоги? Сами посмотрите! Четверо искалеченных, один легкораненый. Еще один валялся без сознания у забора – в луже собственной крови. К нему подошел кто-то из наших гномов и пощупал пульс. Перехватив мой взгляд, покачал головой. Умер, значит… Увы, но такое тоже случается. Нарвался в драке на железный предмет и отдал душу богам.

Сироты? Живые и здоровые. Разве что носы разбиты. Они стояли у стены и осторожно, с опасением, смотрели в нашу сторону. Арруан пытался спрятать за спину рассеченную руку, но кровь капала на землю и выдавала рану. Андрей сверкал рассеченной скулой, быстро заплывающим глазом и разбитыми костяшками пальцев на левой руке.

– Их было шесть человек… Они… И тут… – опять завел свою песню Андрюшка.

– Ты перестанешь мямлить или нет? Изволь объяснить внятно!

– Мы шли… – начал рассказывать Арруан, но наткнулся на мой взгляд и замолчал.

– Мы шли в гости к дюнкам, – наконец сообразил Волков, – и увидели, как эти парни бросают камни в воспитанников из приюта…

– Дальше…

– Сироты находятся под защитой нашего рыцарского ордена, и мы с Арруаном решили их защитить…

– Защитники, черт бы вас побрал, – хмыкнул Димка. Его жеребец – Филька, которому надоело стоять на одном месте, тряхнул гривой и фыркнул.

– Что, без оружия нельзя было решить эту проблему? – спросил я.

– Они первыми вытащили кинжалы… – пробурчал Арруан и уставился в землю.

Да, оружие у подростков имелось, и серьезное. С таким, умеючи, можно много бед натворить. Я покачал головой и посмотрел на Димку. Тот был спокоен. Сидел в седле и, прищурившись, разглядывал окрестности. Потом подозвал гномов Брунга, показал на окрестные дома и что-то приказал. Гномы кивнули и двинулись к ближайшим воротам.

– Этого парня я знаю, – сказал Трэмп и показал на убитого.

– Кто такой?

– Сын богатого торговца. У его отца здесь десяток лавок и несколько мастерских.

– Местный?

– Нет, – покачал головой Рэйнар, – из Асперэнда.

– Час от часу не легче… – пробурчал я и сплюнул. Повернулся к нашей охране. – Сирот отвезите к дюнку Торри, а эти молодцы, черт бы их побрал, поедут с нами…

– Что делать с этими, – спросил Димка и кивнул на избитых парней.

– Пожалуй, их тоже в замок. Будем родителей вызывать… для воспитания.

Гномы, не скрывая улыбок, подсадили ребят в седла и отправились к «богоугодному заведению». Мы, забрав наших «героев», повернули домой, в замок.

10

– Вас это удивляет, магистр? – спросил Торри.

– Нет, но… – Я не нашелся с ответом и поэтому просто развел руками.

– Ваш юный рыцарь стал мужчиной, – мягко заметил монах. – Гораздо раньше, чем его сверстники, которые родились и выросли на северных землях. Неужели вы недовольны?

– Не буду лгать, что безумно счастлив. В его возрасте часто решают проблемы кулаками, но сначала надо думать, а потом лезть в драку. Тем более с такими последствиями.

– Такова жизнь… – улыбнулся дюнк, но перехватил мой взгляд и спохватился: – Конечно, я не сторонник насилия, но эти юноши получили по заслугам.

Этот разговор с монахом состоялся через два дня после нашего возвращения в Кларэнс. Дюнк пришел в замок ордена, чтобы выразить благодарность Андрею и Арруану за спасение своих маленьких подопечных.

После трапезы мы вышли во двор и уселись на каменную лавку, чтобы обсудить дела приюта. Нет, дело не в деньгах – их хватало на все монашеские нужды. Мало обеспечить воспитанников пищей и жильем. Детям надо дать начальное образование, научить читать и писать. Необходимо предоставить им возможность изучить какое-нибудь ремесло и помочь найти свое место в жизни. В общем – обыденные, но очень важные заботы. Это не похоже на «героическую» легенду о нашем ордене? Пусть так, но времена меняются, и мир меняется вместе с нами.

– И как часто эти бездельники приходят в приют? – спросил я.

– Вы имеете в виду Андрэ и Арруана? Почти каждый день. Вы против?

– Нет, не против, – покачал я головой. – Если это приносит пользу.

– Вы знаете, что многие мои воспитанники хотят стать воинами?

– Этот путь всегда привлекателен для мальчиков. Тем более в таком возрасте.

– Скажите, Серж… – начал было Торри, но замолчал.

– Что именно вас интересует, дьен грэ?

– В этом и заключается ваш план?

– Какой именно?

– Воспитать из этих мальчиков воинов… для вашего ордена?

– Хм… Вы, наверное, не поверите, но у меня даже и в мыслях такого не было.

– Может, у Андрэ свои идеи на этот счет?

– Не знаю, но я обязательно поговорю с ним и постараюсь уберечь от ошибок.

– То есть вы рассматриваете такую возможность? – не унимался монах.

– Я не могу запретить Андрею общаться с людьми.

– Понимаю… Если вы позволите, то я хотел спросить о человеке, которого вы отправили работать в наш приют. Южанин, прибыл с вами из Мэша.

– Лексио Эльвейра? – уточнил я. – Что именно вас интересует?

– Он ведь из ваших людей?

– Да, он такой же, как и мои друзья. Чужак.

– Присланный богами.

– Наверное. Я уже не уверен.

– Не уверены? – удивленно дернул бровью монах.

– Не уверен, – усмехнулся я, – что это промысел богов.

– Вы меня пугаете, Серж…

– Не обращайте внимания, Торри. Все нормально. Чем вас заинтересовал этот человек?

– Он хочет стать дюнком.

– Кем?! – Я даже развернулся.

– Дюнком, – повторил монах.

Меня, по всей видимости, решили добить новостями. Мало столичной нервотрепки, так еще и дома новости одна другой краше. Если не растекаться мыслью по древу, то Лексио обратился к Торри с просьбой… Даже не знаю, как ее озвучить. Принять сан? Может, это и звучит по-другому, но смысл не изменится: наш Лексио Эльвейра решил стать одним из здешних монахов.

– Это возможно?

– Почему бы и нет? – Торри пожал плечами. – Дюнком может стать каждый, чье сердце не покрылось броней безразличия.

– И вы поможете Лексио стать одним из вас?

– Если он твердо решил, то обязательно помогу. Тем более что это никак не скажется на его работе. Он, как и раньше, станет трудиться в нашей лечебнице.

– Хм… Ну что я могу сказать, дьен грэ… Буду рад, если это ему поможет начать жизнь заново.

Когда Торри наконец ушел, я неторопливо докурил трубку, выбил пепел и отправился в конюшню. Мне всегда нравилось здесь бывать. Лошади – одни из самых умных и преданных существ. И одни из самых чистоплотных. Можете со мной не согласиться, но что мне до ваших возражений?

Найда, стоящая в стойле, узнала мои шаги и тихо заржала. Я взял из корзины несколько морковок и угостил свою вороную подружку. Она благодарно выдохнула и аккуратно взяла угощение с ладони. Несколько секунд похрумкала и опять ткнулась мордой в ладонь.

– Тебя Мэриан когда-нибудь прибьет, – позади меня послышался Димкин голос.

– За что?

– За вечное отсутствие.

– Это Асперанорр, – пожал я плечами. – Здешние женщины прекрасно знают, что любить и быть рядом – это разные вещи. Их дело хранить очаг, а не устраивать мужьям истерики. Тем более что Мэриан сейчас не до меня. У нее свой «орден» образовался.

– Ну да, конечно. Клуб рыцарских жен и молодых мамаш, – усмехнулся Воронов.

– Поехали, прокатимся, – предложил ему. – Поговорить надо.

– Что-нибудь серьезное? Монах принес на хвосте?

– Ничего страшного, – отмахнулся я, – но он подал одну очень интересную идею…

– Поехали, – кивнул Димка. – Только охрану надо взять.

– Скоро без них из замка не выедешь.

– Кто бы говорил… – буркнул он. – Тот, который прямо в замке арбалетный болт поймал?

– Бывает…

– Еще болит?

– Побаливает. – Я поморщился и повел плечом. – Никогда не думал, что буду чувствовать любую перемену погоды. Как столетний старик, ей-богу.

– Ты счастливчик, Серега. После таких ранений мало кто выживает. Тем более что там и яд присутствовал. Ладно, седлай свою красавицу и поехали.

Через полчаса мы собрались и небольшой кавалькадой выехали из замка. Позади нас ехали десяток гномов, два моих телохранителя и несколько парней из отряда Рэйнара. Мы спокойно прошли по улицам Кларэнса и добрались до городских ворот. Еще немного, и перед нами раскинулись просторы Асперанорра, освещенные полуденным солнцем. Перебрались вброд через мелкую речку и пустили лошадей галопом. Слава богам, которые создали этот мир! Безбрежный, чарующий, чей воздух пьянил не хуже камбарских вин. Проскакав несколько лейнов, мы придержали лошадей и пошли шагом.

– Охренеть… – подвел итог Димка, когда я закончил пересказывать новости, услышанные от монаха.

– Как вы изысканно выражаетесь, мой друг! – усмехнулся я. – Просто кладезь мудрости, а не цепной пес кровавого режима.

– Я бы попросил!

– Просите и дано будет. Ищите и обрящете.

– Тьфу…

– Что тебе не нравится? Лучше скажи, что думаешь по этому поводу?

– Нет, идея в общем хорошая, – задумчиво протянул Димка. – Очень хорошая.

– Главное, – я щелкнул пальцами, – создавая эту гвардию, не совершать тех же ошибок, которые были сделаны в нашем мире.

– Что ты имеешь в виду?

– Не превращать гвардию в свору бездельников и дармоедов.

– В общем, – улыбнулся Воронов, – не баловать молодежь.

– Вот именно. Тем более что из этих сирот можно вырастить не только воинов.

– Дельная мысль, – кивнул он. – Из янычаров в свое время растили не только бойцов, но и финансистов и дипломатов.

– Янычары это захваченные в плен дети, а в монашеском приюте живут сироты. Если бы не наши дюнки, то их судьбы закончились бы эшафотом. Не мне тебе рассказывать, что из таких малышей вырастает.

– Да, знакомо. Когда уничтожали бандитские притоны в Кларэнсе, насмотрелся.

– Вот именно.

– Серега, и ты хочешь отдать их под власть маленького Андрея? Не рановато?

– Никто никого не отдает. Как выяснилось, Андрей с Арруаном частые гости в приюте. Видимо, их тянет к этим детям. Их судьбы схожи, им не хватает общения со сверстниками, и они знают, что такое потерять близких. Пусть и дальше общаются с детьми. Со временем у них появятся близкие друзья. Разве это плохо?

– Это прекрасно.

– Да, мне тоже так кажется. Как ни крути, но мы с тобой не вечные, а молодым еще жить и жить. Не хотелось бы их оставить в одиночестве и без ближнего круга.

– Сколько детей в приюте?

– Точно не знаю, но не меньше пятидесяти. Самое главное – десять из них пришли сами.

– Сами?!

– Димыч, а чему ты так удивляешься? Люди не слепые и видят, как живут воспитанники в приюте. Нескольких детей привели матери, которые не могут прокормить семьи.

– Отдали своих детей?

– Если быть точным, то продали. За пять даллиноров.

– Никогда к этому не привыкну… – поморщился Воронов и сжал зубы.

– Не нужно привыкать. Нужно этим пользоваться.

– Ты жесток, Сергей.

– В чем? В том, что хочу дать этим сиротам шанс? Шанс вырасти здоровыми и крепкими людьми? Людьми, за которыми будет стоять рыцарский орден?

– Может, и так… Но не все из них станут воинами.

– Пусть становятся ремесленниками или торговцами. Разве это так важно? Главное, что эти люди будут преданы нашему Андрею.

– Главное, Сергей, успеть все это претворить в жизнь.

– Ты спешишь жить?

– Нет, но ты заметил, как этот «неспешный» мир ускоряется? И слабый ветерок событий грозится превратиться в бурю. Смотри, как бы нас не зацепило.

– Ты имеешь в виду королевское поручение?

– Я имею в виду будущую войну. Задницей чувствую, что мы хлебнем по полной.

– Поживем – увидим. Домой?

– Пожалуй, – задумчиво кивнул Воронов.

– Наперегонки?

– Ты проиграешь! Мой Филька сильнее Найды.

– Сильнее, это не значит быстрее, – усмехнулся я. – Ставлю десять даллиноров.

– Ну что же… Принимаю. – Он важно кивнул, а потом неожиданно пришпорил жеребца и вырвался вперед. – Хэйс!

– Хэйс!

11

Димка прав – жизнь становится все быстрее и быстрее. Времени не хватает. Я уже не говорю про гулянки и праздники. Пожрать нормально, без вечной спешки, и то не всегда получается. Мэриан вот-вот должна родить, а у меня дел по горло. Нет, она не обижается, не дуется, не устраивает сцен и истерик. Это Асперанорр, господа.

Мэриан умна и все прекрасно понимает. Нет, это не значит, что мы стали меньше любить друг друга. Настоящая любовь не требует слов. Иногда достаточно одного взгляда и легкого поцелуя. Одного, но такого, от которого сбивается дыхание и хочется кричать от счастья… Пафосно? Может, и так. Поэтому наши отношения я оставлю для нас двоих, а вам буду рассказывать о делах обыденных и, возможно, более интересных.

Едва разобравшись с делами, мы опять отправились в дорогу. На этот раз наш путь лежал в Сьерра. Как мне объяснили, принцесса прибудет инкогнито. Каким образом – не знаю. Не удивлюсь, если воспользуется услугами контрабандистов. Этих парней хватает в здешних водах.

Даже норр Барт не был поставлен в известность о визите. Принцессу встретят и укроют люди Азура. Да, когда я узнал – тоже удивился. Наш уважаемый маг не только волшбой занимался, но и политикой не брезговал. Причем, как подсказывал мне опыт, делал это довольно осторожно. Темная он лошадка, этот «колдун». Ох и темная…

Перед отъездом решали городские проблемы, и поспать опять не удалось. Скоро я начну засыпать прямо в седле, как это делает Воронов. Даже сейчас он сидит и клюет носом.

– Акейра оттиер Зегира! – Дмитрий наконец очнулся и сонно посмотрел по сторонам. Зевнул и провел рукой по лицу. – Акейра…

– Что именно тебе не нравится?

– Да это я так, – отмахнулся он. – Придумают же, прости господи…

– Тебе что, снились горячие эльфийские девушки? – усмехнулся Трэмп.

– Мне снилась широкая кровать, и женщин там не было. Хочу просто выспаться.

– Ты стареешь, мастер Воронофф, – сказал я. – Стареешь!

– Ну их к дьяволу, всех этих эльфийских красоток. Вместе с А-а-кейрами. – Он потянулся и опять зевнул.

Филька, будто соглашаясь со словами хозяина, фыркнул и тряхнул головой.

– Можно подумать, – отозвался я, – что твое имя звучит для местных жителей понятнее.

– Ты стал много бурчать, Серега! Переживаешь за Мэриан?

– Да, – честно признался я.

– Все будет нормально, Серж! – проворчал Мэдд Стоук. Он ехал по правую руку от меня и хмуро косился на небо. – Только бы дожди не зарядили.

– Эльфийки не любят сырость, – усмехнулся Рэйнар. – Разве что бадью с теплой водой. Серж, ты помнишь, как мы в Кларэнсе чудили? Боги… вот это были времена!

– Да, – кивнул я. – Старик-кабатчик до сих пор ухмыляется, когда мы с ним встречаемся на городских улицах.

Команда у нас – как на подбор. Просто три мушкетера и д’Артаньян в одном флаконе с гвардейцами кардинала Ришелье. Только вместо бриллиантовых подвесок для королевы Анны нам нужно доставить эльфийскую дамочку королю Гэральду. Живую и желательно невредимую.

Позади нас ехали два десятка парней из отряда Трэмпа. Гномов мы оставили в Кларэнсе. Уж слишком хорошо их знают на этих землях. Только в Кларэнсе и Альдкамме есть отряды из этих «малышей», а нам совсем не нужна реклама. Мы даже одежду сменили на простую и скромную – без украшений. Щиты, висящие за нашими спинами, без гербов. Вполне сойдем за отряд наемников, которые ищут нового и желательно щедрого господина.

Конечно, в Сьерра меня быстро узнают, и придется нанести визит норру Барту, но тут уже ничего не поделаешь.

– Если честно, то дождь нам не помешал бы, – опять буркнул Мэдд и почесал бороду.

– Особенно по дороге в Асперэнд.

Дорогу из Кларэнса в Сьерра скучной не назовешь. Мрачные лесные дороги сменяются холмистыми равнинами, а быстрые ручьи превращаются в широкие, но неглубокие реки, которые шумят на каменистых порогах и перекатах. Несмотря на все старания мастера Гэрта и норра Барта, дороги не так уж и безопасны. Как и прежде, встречаются разбитые и ограбленные повозки. Рядом с ними частенько валяются трупы и околевшие лошади. Не самое приятное зрелище. Парни, которые едут за нами, держат арбалеты наготове – положив их на луки седел.

Меня, если честно, беспокоит другое. Что именно? Нежить. Она исчезла с наших земель, будто ее никогда и не было. Даже трупы, которые встречались на дорогах, дело рук местных разбойников. Конечно, мастер Гэрт неплохо зачистил окрестности, но чтобы вот так – ни одной твари не осталось… Здесь что-то не то, и это мне совсем не нравится!

Первая ночевка прошла спокойно. Звездное небо над головой, несколько костров и густая похлебка из вяленого мяса и крупы. На десерт кусок соленого козьего сыра и несколько глотков вина из Камбара.

Где-то далеко выл голодный волк, по какой-то причине оставшийся без ужина. Ухала сова. Кто-то из наших парней подбросил дрова в костер, и он весело затрещал, освещая фигуры отдыхающих воинов.

– Парня убил Волков, – рассказывал Димка.

– Уверен?

– Да. Гномы нашли несколько свидетелей, которые довольно точно описали эту драку.

– Хороший был удар. Точный, – кивнул Трэмп и отхлебнул вина.

– Кто первым обнажил оружие, не знаешь?

– Убитый, – ответил Воронов и, сделав небольшую паузу, продолжил: – Парень уже почти выхватил свой тесак, но Андрюшка нанес удар на опережение. Он у нас шустрый.

– И крепкий, – добавил я. – Случись это в нашем мире, затаскали бы по врачам и психологам.

– Слава богам, что мы здесь, а не там, – искренне сказал Димка.

Парни обсуждали недавнюю стычку Андрея Волкова и Арруана Мэша с несколькими парнями из числа золотой молодежи Кларэнса. Из шестерых потерпевших – один был убит. Остальные? Изрядно покалечены, но ничего – выживут. Родители, которых пригласили во дворец, поначалу возмущенно вздыхали и сверкали глазами… Пока Вэльд не огласил им состав преступления: нападение на сирот, которые находятся под нашей защитой. После этого дорогие (в прямом и переносном смысле) родители побледнели и задумались. Уличная драка превратилась в нападение на подопечных рыцарского ордена. Это уже серьезнее. Это уже политика, из-за которой можно и без головы остаться. В лучшем случае…

Конечно, испортив отношения с богатыми жителями Кларэнса, мы нажили новых врагов. Не спорю. Но позвольте – когда орден жил по-другому? Нас всегда ненавидели! Воронов прав: если у нас есть враги, значит, есть и друзья. Тем более что богатые жители между собой тоже враждуют. Тут и споры, и раздоры, и стычки на больших дорогах, о которых в приличном обществе и вспоминать не принято.

Единственное, что мы смогли доказать нашим горожанам за время правления – мы не бросаем своих союзников и не боимся крови. Если кто-то начинает мутить воду, то такие, как правило, долго не живут. Их по ночам режут, а иногда, наоборот, – прилюдно вешают на потеху простому народу. Зачем? Затем! Порядок должен быть! Точка. Иначе не поймут. Здесь не принято рассуждать о толерантности и демократии. Этого дерьма нам хватило и в нашем мире.

Так или иначе, но сирот больше не тронут. Их будут ненавидеть, но обижать не посмеют. Побоятся. Это нам только на руку. Тем более что Воронов после разбирательств лично навестил торговцев и предложил лучше воспитывать детей, которые «еще живы». Заодно и приличный штраф назначил. Сумму не помню, но очень приличный. Деньги были переданы монахам для благоустройства их заведений. Хаугри и Торри собрали в своих стенах около пятидесяти детей в возрасте от пяти до десяти лет.

Ордену денег хватало. Для мирной жизни. Для войны? Нет, не хватит. Я мог бы долго вам рассказывать о тех суммах, которые мы получали из казны Кларэнса, и о трофеях, которые нам достались после южного похода капитана Наэрра. Сомневаюсь, что вам будет интересно слушать эти подсчеты и описание товаров, захваченных на югах. Не бедствуем, и ладно… Когда наступит первый месяц лета, подойдет время собирать налоги для короля. Задницей чувствую, что и здесь без крови не обойдется! Притом… Есть одна серьезная проблема с землями Ронга норр Гуннэра. С него налоги взять не получится, а короля это не интересует. Стребуй с норра или плати из своего кармана. Ты виернорр – тебе расхлебывать. Конечно, можно было увеличить налоги для остальных норров, чтобы закрыть эту прореху, но тогда они просто взбунтуются. Тот же Барт норр Сьерра не будет платить за старика Гуннэра.

– Из нашего «волчонка» получится хороший мужчина, – сказал Воронов, раскуривая свою трубку. Дохнул ароматным дымом и удовлетворенно кивнул: – Правильный мужик растет!

– Ты прав… – отозвался Мэдд. Он сидел рядом с нами и неторопливо прихлебывал вино из кожаной фляги. Отхлебнул и, как всегда, добавил: – Да помогут ему боги!

– Из таких сирот получаются очень верные воины, – заметил Рэйнар и перехватил мой взгляд. Мастер Трэмп очень неглуп. Последнее время он часто захаживает в библиотеку к Робьену Кларэнсу. Кира постаралась? Вполне может быть.

– Вдвоем против шестерых… – хмыкнул Димка и покачал головой.

– Собаки тоже без дела не сидели. Внесли, так сказать, свою посильную лепту.

– Мохнатую и, надо заметить, очень зубастую!

– Все равно молодцы! Старик Вэльд был очень доволен.

– Недаром их по арене каждый день гоняет.

– Андрэ Лагар вырастет бойцом, и если боги будут щедры – мудрым правителем.

Это опять реплика Трэмпа. Лагар – на местном языке – волк. Раньше Андрюшку звали попросту – по имени. После этой стычки кто-то из гномов Альвэра переиначил его фамилию на северный лад. Новое прозвище разошлось среди обитателей замка, и наш Андрей Волков превратился в Андрэ Лагара.

Я был искренне рад и не буду скрывать – несколько удивлен. Северяне уважают храбрых и верных людей, но «северные» прозвища дают крайне редко. Это хороший знак. Очень хороший. Значит, Волкова приняли не как чужака, «посланного богами», а как своего. Одного из тех, кто рожден на этих северных землях.

Кстати, в нашем замке тоже нашлись недовольные этой стычкой. Светлана Григорьева и Елена Крутицкая. Досталось и Андрею, и Арруану Мэшу, и еще кому-то, кто попался под горячую руку. Девушки были взбешены, что парни отправились в сиротский приют без них, и такая привлекательная забава прошла без их участия. Иногда диву даюсь, наблюдая за этими девицами…

– Фурии! – довольно усмехнулся Димка, попыхивая трубкой. – Амазонки, беррэнт дэ вьерн, а не девки!

– Давайте лучше спать, парни, – предложил я и завернулся в плащ. Положил голову на седло и посмотрел на небо. Красивое оно здесь – звездное…

Перед городом мы разделились на три группы и вошли в Сьерра с разницей в несколько часов. Даже на постой встали в разных гостиницах. Я, Димка и Рэйнар с Мэддом вошли в город последними, уже в сумерках. Едва успели перед закрытием городских ворот. К нашему счастью, начался дождь, и стражники не особо приглядывались к лицам проезжающих.

12

– Что-то случилось, Сергей? – спросил Димка и украдкой осмотрел залу.

– Нет, – покачал я головой. – Но мне слегка тревожно.

– А поточнее?

– Муторно…

– Мм-да… Коротко и почти ясно.

Место, куда мы с парнями забрели поужинать, оказалось простым портовым кабачком с красивым названием «Рюэвинт», что значит «Виноградная лоза». Здесь собиралась публика почище и побогаче простых матросов. Он был расположен неподалеку от центральной пристани и славился хорошим выбором камбарских вин. Могу поспорить, что пошлину за большую часть винной карты хозяин не платил. Слишком большим пройдохой он выглядел, этот жизнерадостный и розовощекий толстяк.

Губастый, с двойным подбородком, который как жабо подпирал плешивую голову. Волосы цвета прелой соломы были собраны на затылке и заплетены в короткую косичку. Маленькие поросячьи глазки слегка косили, и это добавляло изрядную долю шельмовства к его образу. Белая рубашка с широким отложным воротником, сапоги из рыжей кожи и пухлый кошель на поясе. Даже живот, нависающий над широким кожаным ремнем, выглядел хвастливо и немного нахально. Мол – вот такой я пухлый и успешный, господа посетители… Прошу завидовать!

Как и всякий порядочный кабатчик, он обладал проницательностью гнома. Это избавляло его от ненужных хлопот с клиентами и проблем с власть имущими. Он прекрасно разбирался в людях, а уж толщину кошелька мог определить с точностью до одного мюнта. Как бы там ни было, но здесь подавали приличное вино, а кухня славилась чертовски острыми блюдами.

Два просторных зала в полуподвальном помещении, кухня и широкая барная стойка, сделанная в нарочито грубом стиле. Несмотря на это, на краю столешницы виднелась инкрустация из кости. Хм… Если честно, то я даже удивился! Мастеру, который изготовил барную стойку, удалось почти невозможное. Изящная инкрустация не казалась инородным телом. Я бы сказал, что она смотрелась очень гармонично на этой грубо обработанной и потемневшей от времени древесине. Ладно, это мелочи, которые вам, пожалуй, не интересны.

Тяжелые столы и неподъемные лавки берегли не только кошелек хозяина, но и здоровье посетителей. На арочном потолке висела кованая люстра, похожая на колесо от телеги. Кстати – еще один признак достатка. В обычных кабаках не мучились над этим вопросом и вешали настоящие колеса, утыканные толстыми свечными обрубками.

В небольшой нише, расположенной у входной двери, дремал старый орк. Изредка он просыпался, обводил тяжелым взглядом зал и снова засыпал. Здесь не было привычных для кабаков шума и разноголосицы портовых баров и харчевен. Люди собирались тут хорошо поесть, выпить и обсудить важные, пусть и не всегда законные дела. Почему незаконные? Бьюсь об заклад, что половина посетителей этого кабака – прожженные контрабандисты.

Особенно вон тот седовласый и седобородый шкипер, сидящий за угловым столиком. Он неторопливо цедил вино, закусывая вяленым мясом. Ему лет пятьдесят, но он строен как юноша, подвижен и опасен, как южные змеи. Да, я почему-то подумал именно про южные земли. Он, как и большинство моряков, был дочерна загорелым. Единственный глаз сверкал настороженным любопытством и внимательно ощупывал каждого, кто заходил в помещение. Второй глаз был закрыт кожаной полоской и в наблюдении не участвовал.

Этот мужчина пришел в кабачок после нас и сразу привлек мое внимание. Чем? Не знаю. Одеждой? Нет, вряд ли. Обычная одежда для моряка. Камзол-безрукавка с большими карманами, невысокие сапоги и широкие штаны из тонкой шерсти. На поясе висит кацбальгер с бронзовой гардой. Надо заметить, что немного непривычной формы для севера. Хотя… таких даже на юге не видел. Было бы интересно взглянуть на сам клинок и клеймо мастера. Худо-бедно, но в оружейных клеймах я уже разбираюсь. Через мои руки столько оружия прошло, что не захочешь, а научишься.

– Люди от Азура не появлялись? – с набитым ртом продолжил расспрашивать Воронов. Он уже уничтожил целое блюдо жареных свиных ребрышек и теперь подвинул поближе тарелку, наполненную креветками. Тушки у них крупные, мясистые. Их любят жарить во фритюре, обваляв в сухарях и красном перце. Я попробовал и отложил «закуску» в сторону. Слишком острое блюдо. Димка съел несколько штук и схватился за кружку с вином.

– Вот дьявол! – Он осторожно выдохнул. На глазах выступили слезы.

– Обжора… – усмехнулся я. – Запей, а то желудок обуглится.

– Вкусно, но есть почти невозможно! Слишком остро. – Дмитрий вытер глаза и допил вино.

Я подождал немного и налил новую порцию.

– Спасибо… – Он уже пришел в себя и вернулся к теме разговора: – Что будем делать?

– Ждать, – ответил я и пожал плечами. – Дарре!

– Дарре… – отозвался Димка и поднял кружку.

Нет, мы пришли в этот кабак не одни. Рэйнар Трэмп и Мэдд Стоук сидели неподалеку от нас. Специально сели порознь, чтобы не смущать посетителей и возможных посланников от мага Азура.

– Риккэ! – один из посетителей, похожий на старого и матерого контрабандиста, поднял руку и подозвал хозяина. – Дан фи ер!

– Рюэ камбар ерре норре эст? – Кабатчик, несмотря на свою толщину, так изогнулся, что я испугался за его живот – того и гляди что лопнет.

– Таг найяр раннэл! Райдэ!

– Мием, дьен грэ! Мием!

Если честно, то мне уже надоело здесь сидеть. Ужин не похож на отдых – нервы давно на взводе. Тем более что одного из людей Азура встретил на улице. Тот самый маг-северянин, разговаривающий с южным акцентом. Мы познакомились с ним, когда возвращались после «отпуска» в Баргэсе. Он кивнул и прошел мимо.

– К норру Барту завтра отправишься?

– Да, – кивнул я. – Хоть и неохота, но придется.

– Лучше сходи, – кивнул Димка. – Иначе подумает, что ты его избегаешь. Начнет искать причины, и один бог знает, что придумает.

– Пожалуй, ты прав. Он мужчина с богатой фантазией.

Посыльного не дождались. Закончили ужинать, переглянулись с Рэйнаром и поднялись. Димка расплатился с хозяином, и мы вышли на свежий воздух. С берега потянуло прохладой и терпким соленым ароматом, разбавленным легким привкусом смолы и дыма.

Вслед за нами вышли и Рэйнар с Мэддом. Стоук вытер ладонью жирные губы и хлопнул себя по животу.

– Видят боги, но я наконец-то поел как следует!

– Пошли домой, парни.

Мы развернулись и неторопливо двинулись по улице. Как и все улицы в районе набережной, она была довольно широкой. Видимо, чтобы не создавать заторов при разгрузке кораблей. Не прошли и сотни метров, как Димка остановился и начал копаться за пазухой.

– Мне кажется, что я забыл огниво. Серж, у тебя не найдется?

– Ради бога. – Я подошел к нему.

– За нами хвост, – быстро сказал Воронов.

– Кто?

– Одноглазый мужик, который сидел в кабачке.

– Уверен?

– Абсолютно.

Воронов не ошибся. Знакомая фигура юркнула в ближайшую подворотню, но я успел ее заметить и разглядеть. Прохожих в это позднее время не так уж и много. Десяток горожан, несколько загулявших матросов, две хохочущие шлюхи и какой-то подозрительный тип с небольшим мешком.

– Завернем в переулок и возьмем за горло, – пожал я плечами. – Делов-то…

Одноглазого мы взяли тихо и почти без шума. Может, он и успел бы крикнуть, но Мэдд Стоук схватил его за горло и поднял над землей. Так и держал, пока Рэйнар освобождал шкипера от ненужных предметов в виде меча, двух ножей и кинжала. После обыска мы впихнули его в какую-то подворотню и прижали к стенке.

– Какого черта ты здесь делаешь, приятель?

Полузадушенный шкипер что-то пробурчал, но получил от Мэдда кулаком по загривку и заговорил. Уже после первых слов было понятно, что этот мужчина не местный. Нет, не южанин. Говор у него тягучий, но грубоватый. Хм… Что-то смутно знакомое, но не мог понять, где и когда слышал нечто похожее. Лишь Рэйнар довольно оскалился и понимающе хмыкнул.

– Вы… – закашлялся шкипер.

– Что?

– Вы Серж Вьюжин, не так ли? – прохрипел он.

– Виернорр Серж! – пробасил Стоук и показал ему кулак.

– Да, конечно… Виернорр Серж.

– Что вам угодно? – спросил я.

– Меня просили передать вам одну вещь…

– Так в чем же дело? Показывай.

– Вы должны показать некий перстень…

Хм… Вроде все верно. Я достал из кармана золотой перстень с зеленым камнем и надел его на мизинец. Показал нашему пленнику и спросил:

– Вы довольны?

– Да, виернорр. Вещь… Она зашита в левой поле камзола…

Раздался треск. Рэйнар ощупал ткань и надорвал край. Засунул два пальца в прореху и через несколько секунд достал небольшую тряпицу. Когда я взял ее в руки, камень на перстне плеснул тусклым светом, а на тряпке начали появляться буквы. Медленно, будто кто-то невидимый писал их прямо сейчас. Вот проявились первые строчки… Еще одна…

– Отпустите его, – приказал я, не отрываясь от чтения. Мэдд Стоук что-то пробурчал, но руку убрал. Шкипер привалился к стене и закашлялся.

Такие письма довольно распространены в Асперанорре. Прочитать текст послания может лишь тот, кто владеет магическим ключом. В нашем случае это зачарованное кольцо, которое мне передал суарнор Руфтэр. Кстати, написанное видел только я. Для моих парней, которые стояли рядом, ничего не изменилось. Они видели простую грязноватую тряпку.

– Хм… Почему эта персона не обратилась к нашему человеку, как было договорено?

– Дело в том, что за его людьми ведется скрытое наблюдение, – пояснил шкипер, – и нам пришлось отказаться от первоначального плана.

– Вы можете свободно передвигаться по городу? – спросил Воронов.

– Да, конечно. Мою связь с интересующей вас персоной просчитать невозможно.

– В этом мире нет ничего невозможного, – наставительно заметил Димка.

– Однако я не лгу, – улыбнулся посланник. – Это и правда невозможно.

– Хорошо, – кивнул я, – будь по-вашему. Вы пойдете с нами.

– Зачем?

– У меня есть несколько вопросов, которые касаются нашего общего дела.

– Да, конечно! Я к вашим услугам, виернорр!

13

После разговора со шкипером мы направились в нашу гостиницу. Кстати, наконец незнакомец отбросил сомнения и представился. Норр Скарг, как он себя назвал. Мне показалось, что наш новый знакомый слегка лукавит. Готов поспорить, что это не единственный его титул. Кто он на самом деле? Увольте – не знаю. Мыслей по этому поводу не было и не предвиделось. Он мог быть кем угодно. Безземельным норром, которых хватает при королевском дворе, или суарнором, который выполняет тайные поручения короля. Как бы там ни было, но в столицу он с нами ехать не собирался. Его часть «операции» заканчивалась здесь – в Сьерра. Кстати, судя по загару, норр Скарг больше времени проводил в южных морях, нежели в Асперанорре.

– Местный Штирлиц, – высказал предположение Воронов, когда мы расстались с нашим шкипером.

– Ты так думаешь?

– Уверен, – кивнул Димка и прищурился, провожая взглядом уходящего мужчину. – Ты же не будешь утверждать, что местная разведка состоит исключительно из купцов, дюнков и магов?

– Нет, не буду.

– Вот и молодец.

– Черт с ним, – вздохнул я. – Идем отдыхать. Завтра дел по горло.

Ночевали в небольшой, но уютной гостинице на окраине Сьерра. Как правило, здесь останавливались купцы, прибывающие из окрестных деревень. Эдакий домашний пансион. Люди не любопытные и далекие от политической жизни. Их гораздо больше интересовали цены на звериные шкуры, масло и сыр, которые они привозили на продажу. Прибывали с детьми и женами, так что в гостинице даже пьяных не видно. Тихо, уютно и кормят вкусно. Мы поселились во флигеле, чтобы не смущать постояльцев своим видом. Заняли одну комнату, где стояли четыре кровати, и были рады возможности выспаться на мягких подушках…

Несмотря на усталость, долго не мог заснуть. Лежал, уставившись в потолок, и думал о Мэриан и еще не родившемся ребенке. Больше всего мне хотелось оказаться там, в Кларэнсе. Увидеть глаза, таящие самую большую загадку – тайну мироздания. Увидеть и забыть обо всех этих королевских секретах, заговорах и легендах.

Не убивать, а любить. Жить… Растить детей и радоваться маленьким жизненным удачам. Забыть о нежити… Жаль, но не получится. Дело не только в легенде. Дело во мне самом. В дороге, которую выбрал…

Утреннее солнце проскользнуло в щель между льняными занавесками и осветило комнату. На соседней кровати спал Мэдд. Он лежал на спине, широко раскинув руки, и даже похрапывал. Стоук дежурил последним и сменился лишь на рассвете.

Рэйнар уже поднялся и неторопливо завтракал куском хлеба, сыром и стаканом красного вина. Воронов тоже проснулся. Он устроился у входа, где на стуле стояли большой кувшин с водой и тазик – местный умывальник.

– Еще немного, и будешь похож на Железного Феликса, – сказал я, наблюдая, как Воронов подстригает свою бородку.

– Он был брюнетом, – не отрываясь от своего занятия, пробурчал Димка.

– Шатеном, – уточнил и посмотрел на нашего недобритого «особиста». – А ты знаешь, Димыч, тебе идет! Есть в тебе нечто демоническое. Русоволос, кареглаз и бородат…

– Шел бы ты, магистр…

– Уже ушел, – хмыкнул я и поднялся. Надо было собираться во дворец к норру Барту.

Встреча с норром Бартом прошла скучно. Он был слегка раздосадован тем, что мы остановились в гостинице, а не во дворце. Пришлось объяснить, что прибыли на важную встречу с одним из магов Азура, который не хотел привлекать к себе внимания. Барт сделал вид, что поверил, и я не стал углубляться в детали.

Единственное, о чем удалось узнать, так это о подозрительной активности в городе. Барт делал все, что можно, но этого мало. Поговаривали, что неделю назад в Сьерра заметили несколько вампиров. Одного взяли, но так неаккуратно, что он сдох по дороге в тюрьму. Не скажу, что эти новости меня сильно обрадовали.

– Серж, – начал Барт и поморщился, – мне это очень не нравится.

– Можно подумать, что я счастлив. Много нежити в городе?

– Немного, но есть… Прячутся, твари! Ты из-за этого сюда прибыл?

– Нет…

– Понимаю… – Он поджал губы. – Не буду повторяться, но если нужна помощь…

– Спасибо, – улыбнулся я. – Знаю, куда обратиться.

Вернувшись в гостиницу, узнал, что приходил человек от Скарга. Он оставил короткую записку, в которой подтверждал нашу встречу. Смешно, но если ее перевести на русский язык, то получится: «Место встречи изменить нельзя».

Воронов, которому я показал это послание, не выдержал и засмеялся. Кстати, он и правда стал похож на Дзержинского после того как побрился. До вечера мы сидели в комнате и бездельничали. Точили клинки, курили и болтали о разных мелочах. Рэйнар в сотый раз рассказывал о своей дочке. Мэдд Стоук в своей обычной манере ворчать по любому поводу бухтел что-то похожее на «пора бы уже мне… Ольга… может, получится… семья…».

Мирная картина, не правда ли? Затишье… Надеюсь, что обойдется без бури.

Вечером, когда начало смеркаться, мы оделись и отправились на встречу с принцессой. Неподалеку от западных ворот нас поджидал Скарг. Небольшая прогулка, и мы оказались у двухэтажного дома, расположенного неподалеку от дворца. Странное место для принцессы, которая путешествует инкогнито…

– Ваше королевское высочество… – Мужчина склонил голову перед принцессой и на одном дыхании выпалил все мои титулы: – Позвольте вам представить Сержа норр Кларэнса, виернорра Южных земель и магистра рыцарского ордена Черных Псов.

– Ваше королевское высочество! – Я поприветствовал девушку, повторив жест шкипера.

Фиговый из меня придворный. Несмотря на старания Робьена Кларэнса и Вэльда Рэйна, которые вбивали в мою бедную голову мельчайшие подробности здешнего этикета.

– Очень приятно, виернорр! – Принцесса ответила на мой поклон легким, но небрежным кивком.

Не буду кривить душой и утверждать, что, «взглянув на эту прекрасную девушку, я был очарован ее милой красотой, которая, подобно нежному цветку фиалки…» В общем – вы меня поняли. Черта с два! Я даже не скажу, что мне было приятно здесь находиться.

Во-первых, не нравилось королевское поручение. Чувство опасности не просто витало в воздухе, а висело плотной пеленой, как табачный дым в маленькой прокуренной комнате.

Во-вторых, принцесса Акейра вызывала отрицательные эмоции. Эта молодая женщина обладала редким даром! Всего несколько фраз, жестов, и у меня возникла резкая неприязнь к этой особе. Как бы вам объяснить… Грациозность, присущую всем эльфам, она превратила в извращенную манерность и жеманность. Да, иногда так бывает. Я видел таких красавиц в нашем мире. Как правило, среди новорусских дамочек.

Немного странно для принцессы? Еще бы! Ее род насчитывал не одну тысячу лет. Тем более странно для принцессы, претендующей на королевскую корону и эльфийский престол. По праву рождения и по праву крови…

Выглядела Акейра, надо отдать должное, неплохо. Полагаю, что вы не один раз встречали на улицах эльфийских девушек. Как правило, симпатичны и обладают хорошими фигурами. К простым людям относятся с высокомерием, величина которого зависит от общественного положения собеседника.

К моему удивлению, Акейра оттиер Зегира была яркой брюнеткой. Длинные, доходящие до пояса распущенные волосы. На голове золотая диадема с большим изумрудом. Темно-зеленые глаза и зрачки как у кошки. В комнате было темновато, и они расширились, как у жутко удивленного кота. Тонкие черты лица, скуластая. Немного напоминала актрису Хелену Картер в молодости. Уши… Ну да, конечно! Знаменитые эльфийские уши. Слегка вытянутые, с заостренными кончиками.

Принцесса была одета в мужской костюм. Черный бархатный дублет, изукрашенный золотой вышивкой и двумя десятками пуговиц. Пуговицы, разумеется, тоже золотые. Надо понимать, что их королевское высочество не бедствовала. Высокие сапоги со шпорами и длинный кинжал с тяжелой кованой гардой. Экая она… Разукрашенная. Просто подарок для разбойников, а не девушка.

– И как же вы, виернорр Серж, собираетесь меня сопровождать в Асперэнд? – Принцесса прищурилась и посмотрела на меня.

– Со всем усердием. Но для этого, ваше королевское высочество, мне понадобится ваша помощь.

– Что вы имеете в виду?

– Необходимо сменить вашу одежду… Она слишком привлекает внимание.

– Что?! – Она так презрительно скривилась, что меня чуть не передернуло. Нет, я все-таки не ошибся в ее характере. Изрядная стерва. Интересно, она с королем Гэральдом тоже будет так вести переговоры? В этом случае он ее сильно разочарует. Как мне кажется.

– Ваше королевское высочество… – В наш разговор вмешался норр Скарг. Он подошел к принцессе и начал что-то объяснять, виновато разводя руками и едва не приседая от усердия.

Принцесса молча его выслушала и упрямо поджала губы.

– Хорошо… Будь по-вашему.

– Еще одна просьба, принцесса, – сказал я.

– Что еще? – Она посмотрела на меня, и ее зрачки сузились, превратившись в почти незаметные щелочки.

– Чтобы обеспечить тайну вашего путешествия, мои люди не должны следовать правилам этикета. Увы, но ваш титул должен остаться здесь, в Сьерра. Это необходимо исключительно для вашей безопасности…

– Довольно! – Принцесса Акейра поднялась со стула и направилась к выходу из комнаты. Сделав несколько шагов, остановилась и, едва повернув голову, добавила: – Все остальное вы можете обсудить с норром Скаргом.

На этом наш разговор и закончился. Вместе с этикетом. Потому что до самого Асперэнда наша дорогая принцесса должна будет ехать под видом обычной эльфийки с именем Кейра. Скарг, с которым мы беседовали несколько часов, на прощанье пожал мне руку и пожелал удачи.

– Вам будет нелегко, виернорр Серж, но я искренне желаю удачи!

– Благодарю вас, норр Скарг! – вздохнул я.

– Не хмурьтесь! – Он улыбнулся и даже подмигнул. – У вас все получится!

– Да помогут нам боги…

Итак – тридцать всадников. Вместе с нами, принцессой и пятью ее телохранительницами. По уверению норра Скарга за нашей гостиницей уже следили. Кто? Черт знает. Норр Скарг только руками разводил, а маг Азур и сам сидел в такой осаде, что лучше с ним было не встречаться. Нет, баррикад у его дома никто не строил, но наблюдали плотно. Так плотно, что даже подземные ходы не помогли бы. Решили не рисковать. Можно нарваться на такую заваруху, что, образно говоря, от города камня на камне не останется.

14

Незнакомый гном, показавшийся в воротах, оказался мелким ювелиром из предместья. Он заявился на гостиничный двор в компании двух подмастерьев и огромной лохматой собаки, запряженной в маленькую тележку. На ней стоял сундучок, заполненный разными серебряными побрякушками. Вы уж поверьте, женщины, жившие в нашей гостинице, не преминули обновить свой «арсенал»! Тем более что цены на украшения были небольшими, а выбор богатым.

Пока подмастерья нахваливали товар, старик как-то незаметно оказался рядом со мной. Я сидел у флигеля и неторопливо курил трубку, размышляя о том, как бы нам покинуть город, не привлекая к себе внимания. Разумеется, вместе с принцессой и желательно без драк. В Сьерра никто нападать не будет, а вот за городскими стенами да еще по темноте! Обращаться за помощью к норру Барту нельзя. Таков приказ короля. Видимо, не все так просто в здешней политике… Эх, дела наши тяжкие!

Будь моя воля – сидел бы я в замке, вороных лошадок выращивал и не совался во все эти политические разборки между кланами, семьями, родами и племенами. Мне до сих пор было непонятно, кто именно следил за эльфийкой. Имелись подозрения, но уж слишком фантастично они выглядели. Даже Воронов, который по части заговоров уже собаку съел, и то руками разводил. Ну да, нежить в городе появилась, и что?

Ронг Гуннэр? Сдалась ему эта стервозная эльфийка! Выкуп? Бросьте! Это, право слово, не смешно. Он и так богат, а политической подоплеки не видно. Принцесса Акейра, как бы ни крутилась, Ронга на королевский престол Асперанорра не посадит.

Эльфы? Эти да, могут. Особенно если с южанами из Баргэса договорятся. Заговорщики из Асперэнда? Этих парней тоже нельзя со счетов сбрасывать. По словам Руфтэра – ребята серьезные. Как говорил один киноперсонаж: «Народ там с душком – очков не носит!» Вот именно. Эх, дьявол! Что толку от версий, когда нам уже в спину дышат и через плечо в миску заглядывают?

– Не желаете выбрать украшение для жены? – Рядом со мной появился старый седой гном. Он был похож на сказочного персонажа. Морщинистое лицо просто светилось добротой и радушием. Старый гном. Очень старый. Кожа в коричневых старческих пятнах, а это значит, что ему лет триста пятьдесят, не меньше.

– Благодарю вас, мастер, но, пожалуй, в следующий раз.

– Зря… Очень зря. Таких украшений, как у меня, вы не найдете ни в одной лавке!

– Охотно вам верю, дьен грэ.

– Вы только посмотрите! Вам обязательно понравится! – Гном расстегнул рукав куртки и обнажил жилистое запястье, демонстрируя один из браслетов.

– Нет, – улыбнулся я. – Пожалуй, откаж…

Стоп! У старика на руке мелькнул знакомый герб. Не знаю, как называется этот метод нанесения рисунка. Шрамирование? Очень может быть, и так. Как бы там ни было, но я узнал герб Брунга. Наконец-то! Помощи у клана я попросил вчера, после встречи с принцессой и норром Скаргом. Каким образом? С помощью медальона, который получил от Шэра.

– Вы звали нас… – сказал ювелир.

– Да, вы совершенно правы. Нам нужна помощь.

– Я вас слушаю, магистр. – Старик подал мне несколько женских браслетов, чтобы наша беседа не показалась подозрительной.

– Мне нужно вывести людей из города…

– Сколько вас?

– Тридцать всадников.

– Вы хотите выйти все сразу?

– Нет, – покачал я головой.

– Завтра пойдет дождь, – сказал старик. Потом посмотрел на небо и уточнил: – Завтра вечером.

– Это нам на руку…

Пожар в порту начался сразу после обеда. Погоды стояли жаркие, и никто из горожан не удивился тому, что один из кораблей, стоящих у старой пристани, вдруг загорелся. Старая была посудина. По словам одного из матросов, держалась на воде ислючительно по милости бога Хаббе. Шкипер привел ее в Сьерра в надежде продать на дрова. Увы, не успел… Пирс был пуст, и больше никто не пострадал. Корабль даже не тушили. Завели концы и с помощью шестивесельных лодок вытащили из гавани в открытое море. Пострадавших не было, а толпа зевак, которыми полнился порт Сьерра, была только рада этому бесплатному зрелищу.

Пока народ бегал по соседним улицам и обсуждал детали происшествия, из западных ворот выехала кавалькада. Одиннадцать всадников, среди которых была женщина в темно-зеленом плаще. Лица не разглядеть – всадница набросила капюшон на голову и в разговоры с городскими стражниками не вступала. Отряд направился в сторону Кларэнса.

В это же самое время из северных ворот вышла другая группа. Десять наемников-северян, которые тоже сопровождали женщину в накидке. Они на рысях прошли по большой дороге, но через пять лейнов повернули к северу и двинули по тропе, которая вела в горы.

День был нестерпимо душным, и парило как в бане. Даже прохладный ветер не спасал от этой жары. Старый гном не ошибся, и к вечеру пошел дождь. Сначала неторопливо, а потом разошелся и превратился в ливень. Теплый летний ливень. Уже в сумерках перед самым закрытием города из западных ворот выехали семь человек. Миновав городскую заставу, они повернули на старую, идущую вдоль берега дорогу.

– Поганое чувство, – признался Рэйнар, когда Сьерра остался позади.

– Учись командовать, мастер Трэмп! – хмуро посоветовал я.

– Серж прав, – вздохнул Мэдд Стоук, – иногда приходится посылать людей на смерть. Ты это знаешь не хуже нас.

– Порвут их там… – с горечью сказал Трэмп и тихо добавил: – И ради кого? Ради этой…

– Ничего, – буркнул Димка, – наши парни тоже не промах. Хэйс!

В нашей группе остались Рэйнар Трэмп, Мэдд Стоук, Димка Воронов и я. Ну и, конечно, принцесса Акейра с двумя эльфийками-телохранительницами. Нет, я не рассчитывал, что наши враги будут настолько тупы, что купятся на такой дешевый трюк.

С другой стороны, даже если не поверят, то все равно будут обязаны обезвредить все наши отряды, которые разбрелись в разные стороны. В какой именно группе находится принцесса – предсказать невозможно. Эльфийские девушки не так просты, как иногда кажутся. Могут и морок напустить, и глаза отвести. Пусть и ненадолго, всего на несколько минут, но могут.

Пожар в порту устроили гномы. Зеваки заполонили прилегающие к порту улицы, и мне с парнями было легче оторваться от слежки. Тем более что гномы плотно подстраховывали наш отход, а в толпе легче прирезать слишком ретивого шпиона, чем на полупустой улице. Шкипер сгоревшего корабля пострадал? Ничего, завтра его разыщут и возместят убытки. Заплатят по цене дров в Сьерра.

Тропа извивалась между высокими белыми скалами. Иногда они подступали к самому берегу, и нам приходилось идти вдоль полосы прилива, чавкая прибрежной грязью. Ночевать устроились в бухте, укрытой от посторонних взглядов. Спали под открытым небом и даже костра не разжигали. Не совсем по-королевски, но выбирать не приходилось. Если честно, то за этот отрезок пути я не опасался. Предчувствие не обмануло, и ночь прошла спокойно. Вот когда выйдем к границе срединных земель, – начну нервничать по полной программе. Места там глухие, а ландшафт такой, что засаду можно ждать каждую минуту.

Спустя два дня мы обогнули залив Сьерра-камм и вышли к полуострову. Теперь предстояло углубиться в эти земли, чтобы выйти к намеченной точке. Побережье осталось позади.

– Вы женаты, виернорр? – не поворачивая головы в мою сторону, спросила принцесса. Надо заметить, что у Акейры неприятная манера разговаривать с человеком. Смотрит прямо перед собой, будто у меня только и дел, что ежеминутно ждать ее вопросов.

– Да, Кейра, – вежливо ответил я. Про титул, как и было уговорено, временно забыли, но поддерживать дорожные разговоры приходилось.

– И, конечно, будете утверждать, что любите свою жену?

– Нет, утверждать не буду. Незачем доказывать очевидное.

– Значит, любите?

– Вы совершенно правы.

– Любовь, Серж, это путь к одиночеству…

Последнее слово она произнесла так, будто выплюнула. «Одиночество» в переводе на местный язык, звучит как «арга». Да, вы не ошиблись, это слово созвучно прозвищу гномов-изгоев – «аргас», которое означает «потерявший путь». Одинокий и потерявший путь… Понятия, в общем, по смыслу похожие.

Эльфийка поморщилась и скорчила презрительную гримасу. Я молча пожал плечами. Да, это не совсем вежливо по отношению к особе королевской крови, но отвечать банальностью на глупость не стоило. Появилось ощущение, что Кейра меня банально провоцирует такими фразами.

– Мне доводилось слышать о вашем рыцарском ордене, – продолжила принцесса. – Вы и правда пожираете человеческие души?

– Не всегда…

– Серж, а как вы поступили с душой супруги?

– Простите? – не понял я.

– Как поступили с душой супруги? Съели за свадебным столом или отложили на потом?

– В этом не было необходимости.

– Неужто сама отдала?

– Да, вы правы. – Я улыбнулся. – Отдала, чтобы в ответ забрать мою.

– И вы отдали?

– Был счастлив, когда ее приняли.

– Вот как…

Принцесса дернула бровью и замолчала. Но головы за весь наш разговор так и не повернула. Ехала и смотрела вперед. Как мраморное изваяние. Слава богам – молча.

Дорога змеилась между холмами, заросшими кустарником, рощами и дубравами. На пути встретилось озеро, которое долго обходили по каменистым берегам. На другом берегу виднелись скалы и шумный водопад десятиметровой высоты. Знакомое место… Неподалеку отсюда я впервые увидел Робьена Кларэнса. Вот дьявол! С той памятной встречи прошло почти два года! Время летит быстро!

– Мне это не нравится, – сказал Воронов.

Он поравнялся со мной и придержал жеребца, который упрямо рвался вперед. Фильку не устраивал такой темп езды. Ему скучно было идти шагом. Привык, понимаешь, носиться вскачь по окрестностям Кларэнса. Жеребец недовольно тряхнул головой, фыркнул и покосился на мою Найду. Когда моя красавица не обратила на него внимания, Филька фыркнул еще раз и выгнул шею. Он яростно грыз мундштук и даже оскалился. Того и гляди танцевать начнет от нерастраченной энергии.

– Что именно? – уточнил я.

– Слишком тихо…

– Ты бы радовался, а не жаловался.

– Ну-ну… – покачал головой Димка и похлопал жеребца по шее.

15

Окажись принцесса простым литературным персонажем, все было бы гораздо проще. Она бы обязательно обладала какой-нибудь милой или более того – загадочной привычкой. Такие дамочки из романов просто обязаны иметь наклонности, которые позволят читателю усомниться в их несносном характере. Мол, не все так просто, господа, не все так просто!

Ну да, конечно! Чего вы от нее ждете? Что принцесса любит цветочки собирать? Между казнями. Грустить под баллады местных трубадуров? Или еще чего-нибудь подобного, что «подчеркнет ее неординарность и придаст полноту образу». К черту! Даже окажись это правдой – что мне с того? Не было ни малейшего желания выяснять ее привычки и разбираться в скрытых талантах, вкусах и предпочтениях.

Даже в прошлом, которое могло бы дать ответ на некоторые вещи, не имелось желания копаться. Хватало того, что ее бабушка – королева Гэрра – была известной покровительницей искусств и ремесел, но пролила столько крови, что любой тиран удавился бы от зависти. Да, та самая королева, которая находилась в плену у Гэральда Второго.

Мне рассказывали, что она вытворяла на землях Асперанорра во время войны. Волосы дыбом вставали. Знаете – мне кажется, что внучка очень на нее похожа. Может, и предвзятое мнение, но это так. Буду честен – мне не нравилась принцесса, какой бы она ни была – тонкой и ранимой натурой или ядовитой стервой. Кстати, второй вариант как-то больше похож на правду. Чем дольше наблюдал за Акейрой, тем больше соглашался с нашим «особистом».

Все-таки прав Димка Воронов! Очень кратко принцессу охарактеризовал. Одним словом – недолюбили. Он, правда, выразился немного иначе. Порезче и, скажем так, более точно. Хоть и слегка неприлично для орденского рыцаря. С другой стороны – что с нас взять, грубых мужланов? Чай, не южане какие, чтобы хорошими манерами щеголять. Рэйнар Трэмп высказался еще проще. Назвал ее вздорной бабой и скривился, будто лимон сожрал.

Димка прав – такие «недолюбленные», как принцесса, мстят всю жизнь. С завидным упорством и постоянством. Только лица врагов будут меняться и мелькать, как разноцветные узоры в калейдоскопе. Она будет уничтожать всех, без жалости и сожаления. Даже степень вины этих людей не важна. Каждый из них обречен. Обречен и заранее виновен в ее безрадостном прошлом. Она вспомнит обиды, которые нанесли соплеменники, и с радостью перенесет ненависть на очередную жертву, представляя, что мстит настоящим обидчикам. Скажу вам честно – упаси вас боги от такого врага!

Грубо? Передергиваю? Может, и так. Но я на месте короля Гэральда не торопился бы заключать какие-либо договоры с этой венценосной персоной. Не дай бог, что-нибудь пойдет не так – до конца жизни будем локти кусать. Мало того – от нее исходила… Я даже не знаю, как описать эти чувства. Смотришь, и тебя захлестывает тяжелая и мутная волна страха, опасности и ненависти, замешенных на доброй порции жалости. Несопоставимо? Это меня и удивляло и злило одновременно.

Вот с такими мыслями мы и ехали по холмистым землям южного Асперанорра. Сейчас мы находились на пересечении границ Сьерра, Альдкамма и Кларэнса. Можно за пару дней дойти до пограничной деревушки Вибэйк, но я решил не рисковать. Чем меньше людей нас видело, тем больше шансов пробраться в Асперэнд незамеченными и остаться в живых. Ну и принцессу довести в целости и сохранности.

Мы остановились на заброшенной ферме, расположенной у подножия невысокого холма. Полагаю, что вы бывали в этих краях и видели нечто подобное. Ветхий бревенчатый домишко – кривобокий и почерневший от времени. Крыша хоть и зияет провалами, но если пойдет дождь, то сухой уголок в доме найдется. Сарай с обнаженными ребрами стропил и останки конюшни. Ограды не сохранилось. Лишь в нескольких местах торчали куцые огрызки сгнивших столбов, опутанных высокими травами. Колодца не было. Но неподалеку шумел ручей, так что проблем с водопоем не возникло.

– Тьфу… – сплюнул наш здоровяк и огляделся.

– Что случилось, Стоук? – спросил я.

– Такие места любит обживать нежить, – проворчал Мэдд, когда мы подошли к усадьбе.

– Не замечал в тебе страха перед нежитью.

– Я не боюсь, а предупреждаю.

– Однажды мы с Сержем набрели на развалины… – усмехнулся Рэйнар. – Тебе рассказать, чем это закончилось? Там жил одичавший мужик, похожий на тролля… Пришлось дать ему дубиной по голове, чтобы руками не размахивал.

– Сказал бы я тебе… – улыбнулся Стоук, – да эльфиек пугать не хочется.

– Ну-ну… Сказитель… – хмыкнул Трэмп и огладил бороду, чтобы спрятать улыбку.

Пока парни осматривались, эльфийки-телохранительницы следили за окрестностями. Ощупывали взглядами заросли низкорослого кустарника и держали луки наготове. Стрелки они отличные – уже убедился. Стычек, слава богам, не было, но дичь эльфийки добывали исправно. Быстро и, можно сказать, походя. Не отвлекаясь от охраны своей принцессы.

– Чисто, – ко мне подошел Воронов.

– Все проверили?

– Да, – кивнул он. – Ни людей, ни нежити.

– Нам опять повезло! – сказал Рэйнар. Он подмигнул одной из телохранительниц, но та даже ухом не повела.

– Ну и славно. Ночевать будем здесь.

Вечер был по-летнему теплым, лишь сумерки принесли легкую прохладу, напоенную ароматами луговых трав и цветов. Трещал небольшой костер, разложенный во дворе. В доме никто ночевать не захотел – там пахло пылью и тленом. Привычный запах всех забытых и заброшенных мест. В сарае нашлось несколько побелевших от времени коровьих черепов. Интересно, почему жители покинули это место? Перебрались поближе к людям? Да, места здесь пустые и необжитые. До Вибэйка около ста километров, а до замка Альдкамм не меньше ста пятидесяти. И на всем протяжении – ни одного поселка.

Когда закончили устраиваться, на небосводе уже появлялись звезды. На костре булькали два небольших котелка с похлебкой. Еще один, похожий на греческую амфору, лежал прямо на углях, опираясь узким горлышком на камни. В нем грели камбарское вино, щедро заправленное ароматными травами. Эльфийский рецепт. На севере я ничего подобного не пробовал. Надо заметить, что вкус необычный. Эта смесь неплохо бодрит и прогоняет сон. Конечно, не так, как кофе, но за неимением последнего и эльфийские травы подойдут. Тем более что кофе нам удается попробовать только в столице.

Принцесса, закутавшись в теплый шерстяной плащ, сидела рядом с костром и, почти не отрываясь, смотрела на огонь. Только зрачки по-кошачьи сужались, когда она поднимала голову и обводила взглядом окрестности. Хорошо эльфам – в темноте видят лучше гномов.

Мэдд с Рэйнаром и одна из телохранительниц устроились поодаль от костра. Они заняли место на склоне холма и будут нести охрану до полуночи, пока мы с Димкой их не сменим. Остается надеяться, что и эта ночь пройдет без приключений. После ужина я улегся у костра и закурил трубку. Слава богам, что Акейра не была расположена к беседе и едких вопросов не задавала. Тихо сидела у костра и пила вино из серебряного кубка. Лишь иногда я чувствовал на себе ее внимательный взгляд.

Воронов был спокойнее – он вообще не обращал внимания на принцессу. Сидел, дымил и рассматривал карту, изучая предстоящий маршрут. Я и без карты мог его описать. Намертво заучил. Завтра мы подойдем к озеру и повернем на север. Отсюда в Асперэнд есть два пути. Первый – через Кларэнс. Это, если можно так выразиться, «главный торговый путь». Второй – горная тропа, о которой знает не каждый местный житель. О ней нам рассказывал Руфтэр. Он до мельчайших подробностей описал приметы, которые помогут нам выйти на горную дорогу. Этот путь годится только летом. Зимой дорога исчезает под толстым слоем снега, и пройти по ней невозможно.

Неожиданно я насторожился. Будто кто-то под руку толкнул. Я приподнялся на локтях и осмотрелся. Вроде тихо. Эльфийка на склоне головой крутит как филин, так что подобраться к нам трудно. Нет, что-то не так. Да и Димка что-то почувствовал. Отложил карту в сторону и откинул плащ.

– Что случилось?

– Не знаю, – тихо ответил я. – Чувство нехорошее.

– После твоих предчувствий… – Он не закончил фразы.

– Что?

– Как правило, проблемы начинаются…

– Бывает.

Говорили мы с Димкой на русском, и принцесса с интересом посмотрела в нашу сторону. Не успел Воронов мне ответить, как по земле словно сквозняком протянуло. Внезапно стало холодно и зябко. Нехороший ветерок. Неживой.

Это продолжалось всего несколько секунд, но сон как рукой сняло. Мы насторожились и замерли. Спустя несколько мгновений послышался шелест. Тихий и очень неприятный. Жутковатый.

– Серега… – прошептал Димка, но я поднял руку, и он замолчал.

Вот и опять – зашелестело в сумерках, зашуршало. Словно сухие листья ветром подняло. И опять тишина… Только лошади отозвались испуганным храпом. Эх, как нехорошо. Нехорошо, потому что непонятно! Эльфийки озирались, держа наготове свои, может быть, бесполезные луки. К нам подтянулись Рэйнар и Мэдд. Рядом со мной стоял Воронов. Он перебирал пальцами по рукояти меча, словно никак не мог ухватиться.

– Принцессу в круг!

Дальше все на рефлексах. Щит на руку, принцессу под прикрытие стены дома, окружив плотным кольцом. Только в мозгах бились обрывки каких-то непонятных фраз, идей и предположений. Здесь что-то не так… Так не бывает. Это нечто чужое, еще не изведанное ни мной, ни моими парнями. Нежить? Нет, эти твари ведут себя попроще…

Где-то совсем рядом послышался какой-то непонятный звук. Нет, не шелест. Будто вздохнул кто-то. Тяжело так вздохнул – хрипло. Такое чувство, что даже земля вздрогнула и отозвалась легкой дрожью.

Я не знаю, сколько времени прошло с начала этой чертовщины. Полчаса? Час? Может быть, наоборот, – минут десять. Время текло медленно. Будто мгновения цеплялись одно за другое и превращались в вязкую трясину безвременья. Нас будто удерживали в этом невидимом кольце.

Ветер кружил мертвым вихрем вокруг заброшенной фермы, но не больше. Не приближался, не исчезал. Держал. Едва мы попытались сделать несколько шагов вперед, как по двору хлестнуло холодом. Высокая трава прильнула к земле, да так и застыла, покрывшись белой полосой инея. В ответ на любое наше движение невидимые силы били по земле сильным порывом морозного ветра. Будто хлыстом.

Противное чувство. Дело не в страхе, а в бессильной злости. Как можно сражаться, если ты не видишь врага? Даже живые мертвецы, с которыми резались на границе, и то вызывали меньше злости. Там было страшно – не скрою. Страшно, но обычно. Есть ты и есть враг. Или ты, или тебя. А тут – ни звука. Только этот проклятый шелест… Даже воя волков, которых в этих местах немало, и то не слышно. Шелест… Невнятные шорохи… Холодный и мертвый ветер, окруживший хутор.

16

Утро было жарким, более того, что уж совсем непривычно для наших южных земель, – душным и знойным. Духота, словно перед грозой, наваливалась тяжелым и плотным облаком. Чистое небо с кисейными облаками, которые на роль дожденосных спасителей не претендовали. Такая погода после нервной и бессонной ночи совершенно некстати.

Слава богам, что ночное приключение закончилось благополучно. Ледяная круговерть, которая изрядно подпортила нервы, стихла перед рассветом. Причем так же неожиданно, как и началась. Будто кто-то невидимый взял и захлопнул врата в царство дрэноров. Исчезли посторонние звуки, и мир вернулся к обычной жизни. Запели проснувшиеся птицы, а свежая зелень лугов одарила тонким ароматом трав.

Все бы хорошо, вот только отдохнуть не получилось. У меня скулы сводило от желания зевнуть. Пока парни готовили завтрак, я решил поговорить с принцессой. Не скажу, что она этому обрадовалась, но выбирать не приходилось.

– Вы позволите, ваше королевское высочество…

– Я вас слушаю, виернорр. – Акейра смотрела куда-то в сторону, стараясь не встречаться со мной взглядом. Ее руки, затянутые в перчатки из тончайшей кожи, нервно теребили пояс.

– Полагаю, что у вас есть что сказать по поводу наших ночных… приключений?

– Вы что, испугались? – Она гордо дернула подбородком и прищурилась. Не дождавшись ответа, принцесса улыбнулась, но с такой язвительной гримасой, что хотелось взять ее за кружевной воротник и хорошенько тряхнуть.

– Простите?

– Это не важно. – Она дергано взмахнула рукой. – Впрочем, ничего удивительного!

– Перестаньте… – перебил я. Эльфийка скривилась, но замолчала. – Не собираюсь грубить, но мне кажется, что вы знаете причину этого шабаша. Довольно играть в пустословие и дворцовый этикет.

– Да как вы смеете?! – Ее кошачьи зрачки сузились и плеснули такой злобой, что, будь на моем месте один из ее подданных, он сдох бы от страха.

– Смею, – спокойно ответил я. – Гораздо больше, чем вы можете себе представить. Мы находимся в моих владениях, принцесса. Не забывайте этого.

– Вы мне что, угрожаете?

– Нет, я пекусь о вашей безопасности. Полагаю, что этой причины достаточно, чтобы потребовать объяснений.

– Требовать?! Я Акейра оттиер Зегира…

– …будущая королева эльфийских земель. Вы это хотели сообщить? Если вы исчезнете на этих землях, то никогда ею не станете.

– Не смейте со мной так разговаривать, виернорр!

– Ну что же… – усмехнулся я. – Как вам будет угодно… ваше высочество. Вы взрослый человек и вольны распоряжаться своей жизнью.

После завтрака мы отправились дальше. Димка не переставая зевал, а иногда откровенно косился в сторону принцессы и тихо ругался. Трэмп и Стоук спорили о каких-то тонкостях фехтования, не забывая наблюдать за окрестностями. Ну и зевали, конечно, не без этого…

Нет, что бы ни было, но добром это не закончится. Задницей чувствую. Почему? Потому что ночь выдалась тяжелой, и дело не только в непонятной чертовщине, но и в общем состоянии. Нам не привыкать пару суток бодрствовать, но эта ночь буквально вытянула из нас силы. Будто призрачный холод питался нашими жизнями. Кстати, телохранительницы нашей принцессы выглядели не лучше нашего. Девушки они сильные и выносливые, но за последние сутки сильно сдали и теперь болтались в седлах как плохо привязанные мешки с картошкой.

– О чем задумался, Серега? – спросил меня Воронов, когда мы прошли озеро и повернули на север.

– О нашей подопечной.

– Дело пахнет дракой… – кивнул он. – Правда, неизвестно, с кем именно.

– С кем или, точнее сказать, – с чем?

– Какая разница? – Дмитрий поморщился и даже сплюнул.

Мы подошли к небольшому ручью и перебрались на другой берег. Каурый жеребец, на котором сидела одна эльфийка, потянулся губами к воде, но всадница с такой злобой огрела его плетью, что он рванул вперед и скачками выбрался на берег.

– Вот стерва, – поморщился Воронов.

– Ты заметил, какие девки нервные?

– Не то слово…

В полдень мы остановились на привал. Редкая молодая поросль на песчаных берегах реки почти не давала тени, а солнце жарило немилосердно. Оно словно взбесилось и решило выжать из нас все оставшиеся силы. Жарко… Даже Филька, который славился своим буйным нравом, и тот плелся еле-еле – нога за ногу.

Костра на привале не разжигали. Перекусили вяленым мясом и сухарями. Принцесса хоть и морщилась, но жевала эту неприхотливую еду из рациона морских бродяг. Рэйнар и Димка заняли место на холме, откуда прекрасно просматривались окрестности. Мэдд сидел неподалеку и откровенно клевал носом. Да уж… Если этого «медведя» в сон клонит, то что говорить о нас, грешных?

Эльфийки-телохранительницы вообще сникли. Они сидели у валуна, запрокинув головы, и тяжело дышали. Одна из них быстро заснула. Если честно – то я тоже сидел и дремал. Неожиданно взгляд упал на одну из девушек. Ох, дьявол!

Она была готова броситься на принцессу! На одно мгновение я замер. Просто не поверил своим глазам. Эльфийка смотрела на свою госпожу, и, поверьте, – взгляд был ужасен. Лицо искривилось в злобной гримасе, а руки шарили по перевязи, нащупывая клинок. Нет, этого не может быть! Сонная одурь исчезла, и я уже собирался крикнуть, но не успел.

Меня опередил Мэдд. Слава богам, что он не заснул! Стоук рявкнул как дикий зверь и бросился вперед. Вторая телохранительница, не разобравшись, бросилась ему наперерез, но Мэдд отшвырнул ее в сторону. Девушка отлетела, ударилась головой о землю и потеряла сознание. Принцесса вскрикнула и попыталась подняться, но ее телохранительница была уже рядом. Эльфийка подняла клинок, но в ее спину вонзилась стрела – это Воронов, видя, что не успевает добежать, выстрелил из арбалета. Еще мгновение, и к ней подбежал Стоук. Раненая девушка со стрелой, торчащей в спине, даже не обратила на него внимания. По ее подбородку текла слюна, а взгляд был просто бешеный!

Мэдд хотел схватить эльфийку, но она извернулась и ударила его в грудь. Кулаком. Поверьте, если бы я этого не видел – никогда бы не поверил! Наш здоровяк, который убивал одним ударом быка, отшатнулся и рухнул. Выбирать не приходилось, и я поразил девушку мечом в грудь. Она замерла… но всего лишь на одно мгновение.

Я чувствовал, как дрожит ее плоть! Она схватилась руками за мой клинок и попыталась вырвать его из тела. Нет, так не бывает! С такими ранами не живут! Попытался провернуть меч, но почувствовал, что ее хватка сильнее. Она просто «выбирала» меч из своей груди, не обращая внимания на мои усилия, и выла! Выла как оборотень. Удар! В лицо брызнула ее кровь, и хватка ослабла. Когда проморгался, то увидел Рэйнара, который успел добежать до нас и отрубить девушке голову…

– Слава богам… – Он шалыми глазами смотрел на обезглавленное тело. – Что это было?

– Не знаю… Но кажется, что оно уже сдохло.

Я перевел дух и осмотрелся. На земле ворочался Мэдд Стоук. Рядом стоял Воронов и помогал ему подняться. Принцесса Акейра сидела на земле, а ее глаза были полны ужаса. Понимаю – неприятно, когда твой собственный телохранитель пытается тебя зарезать. Она перехватила мой взгляд, вскочила и зашипела:

– Чего вы от меня хотите?

– Мой долг довезти вас живой и невредимой. Что это было?

– Ты, грязный и неоте…

– Беррэнт дэ вьерн! Ты заткнешься наконец, глупая девчонка! Перестань играть в игры и расскажи, в чем тут дело!

– Злые духи… – тихо сказала она. Потом подняла взгляд и со злостью повторила: – Злые духи эльфийских земель. Проклятие королевского рода! Этого тебе достаточно, северянин?!

– Нет.

– Что еще?!

– Что это за проклятие и чем оно грозит?

Она несколько секунд смотрела на меня, потом не выдержала и отвела глаза. И сразу как-то поникла, сгорбилась, превратилась в маленькую беззащитную девочку, вырядившуюся в мужской костюм. Даже стоять ей было тяжело. Она покачнулась и опустилась на землю.

– Я не знаю, когда это произошло… – сказала она и посмотрела на меня. – Правда не знаю. Может быть, лет десять или двадцать тому назад. Все мои родственники, которые побывали на землях Асперанорра, погибли. Мудрецы обращались за помощью к самым искусным магам, но так и не смогли снять это проклятие. Кто-то разбудил ночных духов, которые живут на землях вашего королевства…

– Что было дальше?

– Что? – Принцесса усмехнулась, но ее улыбка походила на звериный оскал. – Что… Они начали убивать.

– Я никогда не видел ничего похожего, – честно признался я.

– Вы?! А что вы вообще видели… северяне.

– Как я понимаю, простой деревенской ведьме такое заклятие не под силу.

– Еще бы…

– Тогда кто?

– Не знаю… Кто-то очень сильный и могущественный.

– Чем это нам угрожает?

– Смертью.

– Кто бы сомневался? – хмыкнул я. – А если поточнее?

– Они вселяются в спящих. Овладевают их душами и подчиняют себе волю.

– Это значит, что духи могут вселиться в любого из нас?

– Да. – Она обхватила колени руками и кивнула. Потом подняла голову и посмотрела на меня с какой-то обреченностью. – Мне жаль…

– Даже в вас?

– Нет.

– Почему?

– В этом и есть смысл этого проклятия – превратить наш род в изгоев. Мы обречены на этот ужас… Жить и постоянно ждать удара в спину. От любого, даже самого близкого.

– Этот… маг, он живет на эльфийских землях?

– Не знаю. – Она качала головой и уставилась в одну точку. – Не знаю…

Я кивнул и отошел в сторону. Заныло плечо. Парни приводили в чувство эльфийку, которую отшвырнул Мэдд. Видимо, она неплохо ударилась головой, если до сих пор не пришла в сознание. Воронов заметил выражение моего лица и подошел. Услышав новости, оскалился и выругался:

– Час от часу не легче… Еще одна ночь, и мы будем засыпать прямо в седлах. Что тогда?

– Духи овладеют душой одного из нас…

– И этот человек зарежет принцессу?

– Да, – сказал я и усмехнулся. – Какое милое колдовство, не правда ли?

17

Парни на эту новость отреагировали спокойно. Мэдд огладил бороду и пробурчал что-то неразборчивое про «взбалмошных девок, которым не сидится в лесах», и они вместо того, чтобы «дуть в клановые дудки», бродят по миру и «устраивают соседям неприятности». Ну и добавил еще парочку витиеватых фраз, которые, пожалуй, не стану пересказывать. Рэйнар усмехнулся и даже головой покачал. Воронов тоже не скромничал и от души выругался, не стесняясь присутствующих женщин. Тем более что (по его словам) «одна и так уже безголовая и высказать свои претензии не может».

– Ладно, парни, – я оборвал их сомнительное ликование, – пора в дорогу.

– Вот уж правильно говорят, – буркнул Воронов, – если не можешь чего-то избежать, сумей получить от этого удовольствие!

– Что будем делать?

– Я бы убил принцессу, и дело с концом, – предложил Димка, но перехватил мой взгляд и выставил ладони вперед. – Серега, это была шутка.

– Девчушка долго не протянет, – пробурчал Мэдд и кивнул на телохранительницу. – Она и сейчас почти засыпает.

– Можно ее связать, – предложил Рэйнар, – или перерезать горло.

– Ну да, конечно, – хмыкнул Воронов. – Хорошо связанная девушка в предварительных ласках не нуждается. Пожалуй что Трэмп прав – связать. Единственный, если не считать кровопускания, способ. Наблюдать за окрестностями, рискуя получить по голове, – не самый лучший выход.

– Хорошо, так и сделаем.

Эльфийка даже не сопротивлялась. То ли головой сильно ударилась, то ли еще что, но она безропотно позволила себя связать и подсадить в седло. Принцесса молча наблюдала за этой картиной и недовольно кривилась. Когда я подошел к ней и спросил, как поступить с телом погибшей девушки, она лишь дернула бровью.

– Что? Не понимаю…

– Я не знаю, как хоронят погибших эльфов.

– Оставьте тело диким зверям. – Акейра презрительно скривилась и села на лошадь.

– Как вам будет угодно… ваше высочество.

– Стерва… – подвел итог Димка.

– Поехали, – отмахнулся я. – Тоже мне… знаток женских душ нашелся.

Не прошли мы и нескольких лейнов, как связанная эльфийка дернулась и застонала. Будь мы в другом месте, это послужило бы хорошим поводом для зубоскальства. Но не в этот раз. Мы остановились и молча наблюдали за ее превращением в зверя. Господи… Поверьте, это было страшно. По телу прошла судорога. Руки, привязанные к луке седла, скребли кожу. Казалось, еще немного, и она разорвет веревки. Рэйнар Трэмп подъехал поближе и обнажил меч. Эльфийка дергалась и рычала. На губах выступила розовая слюна.

– Убейте ее! – крикнула Акейра, но Рэйнар даже не пошевелился. – Ну же!

– Здесь, ваше высочество, приказы отдаю я!

– Что?!

– Извольте заткнуться и молчать, – с хмурым видом отрезал я, – ваше… высочество.

Через несколько минут телохранительница успокоилась. Она мерно, как заведенный китайский болванчик, качалась из стороны в сторону и рычала. Голос стал утробным, будто в нее вселилось нечто ужасное. Даже Димка Воронов, любитель язвительных замечаний, и тот заткнулся. Мне показалось, что еще немного, и он перекрестится.

– Вперед! – Я сделал небольшую паузу и рявкнул: – Вы что, меня не слышали, желудки!

– Да, мастер Серж!

Через два часа подошли к ущелью. Здесь начиналась горная тропа, по которой советовал идти Руфтэр. Между скалами виднелся узкий, заросший кустарником проход. Рэйнар Трэмп придержал свою лошадь и оглянулся на меня.

– Вперед?

– Да.

– Да помогут нам боги, – проворчал Мэдд и посмотрел на обезумевшую эльфийку. Она дергалась в седле и старалась разорвать веревки. Глаза бешеные, лицо искажено в злобном оскале. Подбородок в крови – от бессилия эльфийка кусала губы и шипела как змея.

– Не спать! – рявкнул я.

Рэйнар дернулся в седле и захлопал глазами.

– Даже не думал.

– Даже глазами не хлопай! Сердце выр-р-рву!

– Да, магистр!

– Вот и молодец…

– Сколько человек может продержаться без сна, не знаешь? – спросил Димка, когда мы вошли в ущелье. Стало немного прохладнее, но усталость не отпускала.

– Понятия не имею. – Я расстегнул на груди камзол и подставил лицо легкому ветерку, но это мало помогло. – Думаю, что не больше четырех суток. Я где-то читал, что на пятый день начинаются проблемы с мозгами.

– Тогда не страшно. Нам эти проблемы не грозят.

– За отсутствием таковых?

– Именно, – весело кивнул Димка, но быстро помрачнел. – Нам не хватит времени, чтобы добраться до Асперэнда.

– Предлагаешь завернуть в Кларэнс? И привезти туда этих голодных духов? В первую же ночь горожане рванут на штурм замка, чтобы добраться до принцессы! Знаешь… – начал я и замолчал, пораженный своей догадкой.

– Не тяни кота за все подробности, – сквозь плотно сжатые зубы пробурчал Воронов.

– Руфтэр…

– Что с ним не так?

– Почему он запретил нам входить в города и деревни?

– Ты полагаешь… – Дмитрий выпрямился в седле и даже глазами захлопал.

– Я не уверен, но все это выглядит довольно странно. Это проклятие… запрет.

– Это приказ короля или Руфтэра?

– Короля, – кивнул я, – но советник несколько раз заострял внимание на обязательности его исполнения.

– Полагаешь, что они знали о проклятии?

– Знали или подозревали. Какая, на фиг, разница?

– Ты прав – никакой.

Идущий впереди нас Рэйнар вдруг остановился и предупреждающе поднял руку. Он как-то растерянно затоптался на одном месте и оглянулся на меня. Я подъехал поближе и понял причину замешательства. Впереди виднелся распадок. Несколько кустов, цепляющихся корнями за камни, зеленая лужайка, ручей и… лежащий дракон. Ну да, конечно… Как же без него! Старый знакомый… Он смотрел на меня, положив голову на лапы, и ждал, пока подойду поближе. Позади раздался удивленный крик принцессы. Раздался и сразу замер, будто кто-то зажал ей рот. Я спешился, вздохнул и пошел навстречу.

В голове послышался тихий голос, похожий на голос удава Каа из мультфильма моего детства. Дракон говорил медленно, и его голос убаюкивал не хуже колыбельной.

– Этерн дарр, северянин…

– Этерн дарр.

– Далеко собрался? – спросил он и, не дожидаясь моего ответа, продолжил: – Защищаешь принцессу… Какие вы, люди, наивные! Сейчас с вами даже ребенок справится. – Дракон обвел взглядом горы, будто искал того самого дитятку, который и будет с нами «справляться». Он с наслаждением втягивал чистый горный воздух, хищно раздувал ноздри, и, казалось, даже жмурился от удовольствия.

– Спасибо, ты настоящий друг. – Я стряхнул сонное оцепенение и усмехнулся: – Лучше бы помог, если такой умный и дальновидный…

– Вы еще держитесь, – шипел дракон, – но завтра, ближе к полудню, начнете засыпать…

– Хорошее начало.

– Не пройдете и половины пути, – продолжал умничать ящер.

– И это понятно. Что делать прикажешь?

– Ты можешь убить принцессу, – рассудительно заметил он, – и духи оставят вас в покое. Ни ты, ни твои люди им не нужны.

– Нет, не подходит.

– Ты что, северянин, боишься разочаровать короля Гэральда? – Дракон повернул голову и посмотрел на меня. В приоткрытой пасти мелькнул раздвоенный змеиный язык.

– Король здесь ни при чем. – Я устало провел рукой по лицу, словно надеялся смахнуть эту свинцовую тяжесть. – И ты прекрасно это знаешь. Если эльфы договорятся с южанами из Баргэса, то на эти земли придет война.

– Война? Война будет в любом случае. С южанами или северянами… Разве есть разница, кого убивать?

– При чем здесь северяне?

– Иногда, Вьюжин, ты совершаешь умные и мудрые поступки, – начал дракон. – Жаль, что эти просветления редко случаются. Никогда не задумывался, куда ушла нежить с земель Кларэнса? Альдкамма? Сьерра? Мэша, наконец?

– К старику Ронгу Гуннэру?

– И что нежить будет делать на его землях? – удивился ящер. – Там горы, редкие селения и слишком мало жителей. Чем они будут питаться? Изумрудами?

– Нежить ушла на север?

– Наконец-то… Наконец-то ты начал думать…

– Ушла, и ладно.

– Ты считаешь, нечисть смирится с тем, что ее выгнали? Нет, нежить постарается вернуться, но не одна, а со своими приспешниками.

– Людьми…

– Это, скорее, нелюди, но будь по-твоему – людьми.

– Так или иначе, но мне надо добраться до Асперэнда. Помоги… Очень тебя прошу.

– И чего ты от меня ждешь, северянин? Какого-нибудь заклинания, которое придаст вам силы? Даже если такое и возможно, вы станете похожи на бродячих мертвецов. Сможете идти, но сражаться… – дракон покачал головой, – будет не по силам.

– Должен быть выход.

– Я уже предложил тебе один из них, но убивать принцессу ты не хочешь.

– Один из них? Значит, есть и другие?

– Вы помогли одному из моих собратьев, – задумчиво протянул дракон, будто взвешивал все плюсы и минусы. – Помогли умереть с достоинством и уйти на встречу с богами…

– На него напали разбойники.

– Им была нужна драконья кровь. Кстати, – он повернул голову и посмотрел на Рэйнара Трэмпа, стоящего неподалеку от нас. – Твой рыцарь искал своего среднего брата?

– Да.

– Его брат был среди тех разбойников, которые напали на моего соплеменника. Рэйнар не узнал его и разрубил ему голову. Он был плохим человеком…

– Ты думаешь, что Рэйнар должен это узнать?

– Полагаю, что да – должен. Пусть не сейчас, но сказать ты обязан.

– Брат убивает брата…

– Такова жизнь. Хорошо. – Дракон мотнул головой и провел лапой по камню. Его когти с легкостью крошили гранит. Будто сухую глину, в пыль.

– Ты нам поможешь?

– Только советом. Слушай и запоминай, северянин…

18

– Ты с ума сошел… – покачал я головой, когда дракон закончил свой рассказ.

– Выбор за тобой, но это единственный выход.

– Я должен подумать.

– Хорошо, думай, – он сделал паузу и демонстративно зевнул, показав бесчисленные и очень острые зубы, – но не забудь, что время летит быстро. Еще немного, и…

– Хватит зевать! – огрызнулся я. – У меня уже скулы сводит!

– Вот именно. – Дракон склонил голову и уставился на меня.

– Ты уверен, что нет иного выхода?

– По крайней мере мне он неведом. Решай…

– Почему этим человеком не могу быть я?

– После того, как пил мою кровь? – удивленно спросил дракон. – Северянин, ты уже один из нас! Ты породнился с этим миром, и твоя душа ничем не отличается от души Рэйнара или этого вечно бурчащего здоровяка Мэдда.

– Эти духи вселяются в любую душу.

– Они не так умны, как кажется на первый взгляд! – заметил он. – Воронов послужит хорошей приманкой. Как бы тебе объяснить, северянин…

– Свежая кровь.

– Можно сказать и так, – удовлетворенно кивнул дракон и шевельнул хвостом. – Именно так! Только не кровь, а душа! Она гораздо привлекательнее, чем твоя или твоих рыцарей.

– Но я не могу приказать Воронову.

– Ты отправил двадцать человек на верную смерть! Чем Воронов лучше? Кровь не такая красная?

– Они погибли?

– Твои воины, которые прикрывали отход из Сьерра? – уточнил дракон. – Конечно.

– Я должен поговорить со своими друзьями.

– Ступай, я подожду…

Я кивнул и побрел к парням и принцессе. Предстоял тяжелый разговор. Имелся способ избежать этого проклятия, о котором рассказал дракон, но он был слишком опасен.

– Ты с ума сошел? – вытаращился Дмитрий Воронов, когда я закончил рассказывать. Он немного помолчал, осмысливая услышанное, и добавил еще пару фраз, которые перевести на местный язык никак не получится.

– Иного выхода нет. Решать тебе. Ни я, ни Рэйнар с Мэддом на эту роль не подходим.

– Серж… Это слишком опасно, – покачал головой Мэдд. – Такими вещами, как душа, не шутят.

– Беррэнт дэ вьерн! – выругался Рэйнар Трэмп и покосился в сторону дракона.

– Позвольте узнать, Серж, – послышался голос принцессы, – что здесь происходит?

– Мы пытаемся спастись, ваше высочество.

– С помощью дракона?

Она осторожно посмотрела на ящера, но тот не смотрел на нее – был занят более приятными вещами. Сидел и глядел на небо. Да, черт побери! Иногда мне кажется, что он издевается над нами!

– Увы, но он здесь не поможет. Мы должны… – я замялся, не зная, как начать, – отдать душу одного из нас, а именно – Дмитрия Воронова. Тогда у нас появится шанс, что духи довольствуются этой жертвой и позволят нам немного отдохнуть.

– Но почему именно он? – Акейра с интересом посмотрела на Дмитрия.

– Потому что он чужой в этом мире, ваше высочество.

– А вы?

– Увы, но я не гожусь на эту роль.

Принцесса удивленно приподняла брови и подошла к Дмитрию. Долго смотрела на него и наконец спросила:

– И вы готовы пожертвовать своей душой ради меня?

– Почему бы и нет? – ответил Дмитрий. Он хоть и побледнел, но на принцессу смотрел нагло и дерзко. Даже усмехнулся. – Не самый плохой способ избавиться от проблем. Не так ли, ваше высочество?

– Вы смелый человек…

– Что ты решил? – спросил я. – Подумай, прежде чем отвечать. Это опасно.

– Ну вы же меня не бросите? – отмахнулся Димка и протянул руки. – Связывайте, черт бы вас побрал! Двум смертям не бывать. Мы все равно когда-нибудь сдохнем.

Так начался наш путь на север. Спустя сутки после встречи с драконом эльфийка-телохранительница начала превращаться в нечто ужасное. Она худела на глазах, словно кто-то пожирал ее тело изнутри. Поначалу мы хотели ее убить, но передумали. Это создание нас охраняло лучше, чем десяток бойцов! Дважды встречали вооруженных оборванцев, но они, завидев эльфийку, с ужасом отшатывались прочь. Как от прокаженных.

Может быть, среди них и были разбойники, но наша кавалькада их отпугивала сильнее, чем занесенный над головой топор. Поверьте мне на слово – зрелище не для слабонервных. Я ехал первым, держа в руках обнаженный меч. Следом за мной – принцесса, набросив на голову капюшон плаща. Она была похожа на олицетворение смерти с гравюр Дюрера. Дальше – Рэйнар, Мэдд, эльфийка и привязанный к седлу Димка. Жуткое зрелище…

Иногда он приходил в сознание и обводил окрестности невидящим взглядом. Несколько минут свободы, и невидимые твари наваливались на него с новой силой. Я даже представить себе не мог, какую боль он терпел. Сначала тело сводило судорогой, потом он забывался в кошмарном забытьи и орал от боли. Рвался изо всех сил и рычал как дикий зверь. Веревки рвал как нитки. Дважды мы едва успели его перехватить, свалить с лошади и связать заново.

В моей голове билась лишь одна мысль – добраться до предместий Асперэнда, вызвать советника Руфтэра и кого-нибудь из королевских магов. Дракон сказал, что только они могут исцелить Воронова.

Телохранительнице помощь не понадобилась. Через пять дней она умерла. Завалилась на лошадиную шею и затихла. От нее осталось лишь высохшее тело. Кожа да кости. До смерти уставший Рэйнар Трэмп подъехал к ней, перерезал веревки и столкнул тело в придорожную яму. Потом взял лошадь за повод и отправился вслед за нами.

Спали по очереди, по несколько часов, и на всякий случай накрепко связывали спящего. Рядом выл Воронов. Он метался в горячечном бреду. Принцесса меня удивила. Она ни на шаг от него не отходила. Удивительно. Не ожидал от нее такого поступка. Мы несколько раз предлагали ей держаться подальше, но она отвечала таким презрительным взглядом, что возражать и спорить не хотелось.

Через двенадцать дней мы увидели стены Асперэнда. Конечно, с таким «багажом», как у нас, в столицу никто не сунулся. По плану мы должны были добраться до хутора, который находился на берегу озера, в десяти лейнах от города, и уже оттуда связаться с королевским советником. Когда поднялись на холм, усеянный валунами, я увидел несколько строений, обнесенных крепкой изгородью из толстых жердей. Потемневший от старости дом, сарай и открытый навес, под которым виднелась повозка. На лугу, слева от построек – несколько стогов сена и загон для овец.

Во дворе копался седой как лунь старик. Длинная борода, доходящая почти до живота, бронзовое от загара лицо. Морщинистая кожа была похожа на кору дерева. Он неторопливо рубил дрова, не забывая поглядывать по сторонам и покрикивать на помощника – подростка лет десяти – двенадцати. Заметив всадников, старик выпрямился и приставил руку козырьком ко лбу. Воткнул топор в колоду и пошел к нам навстречу.

Судя по движениям, некогда ему сильно не повезло. Старик шел медленно, припадая на левую ногу. Доковылял до ворот и распахнул створки. Повернулся и что-то приказал парню, который застыл на середине двора и с откровенным испугом смотрел в нашу сторону.

– Этерн дарр, – прохрипел я, проезжая через ворота.

– Этерн дарр, – поприветствовал нас старик и даже руку прижал к груди.

– Гонца к Руфтэру…

– Все будет сделано, дьен грэ.

– Вы бы ушли отсюда на время. Мало ли что… – Голова разламывалась от боли, и мысли путались. Я плохо соображал, что должен сказать и объяснить этому искалеченному старику. Слава богам, что он все понял без подсказок.

– Не беспокойтесь, все сделаем.

Я не ответил – сил уже не осталось. Усталость? Нет, это было нечто иное. Такое чувство, что по моим векам стекал расплавленный свинец.

– Трэмп… – одними губами сказал я.

– Серж, все нормально, – кивнул он и покачнулся в седле. – Мы дошли!

– Слава богам…

Да, мы дошли, но еще неизвестно, какой ценой… В ушах шумело, а любой звук отдавался в голове такой сильной болью, что желудок выворачивало наизнанку. Я не знаю, как назвать это состояние. Даже дракон, и тот сомневался, что мы выдержим. Нет, он этого не сказал, но я и без слов понял. Почувствовал.

Дракон предупреждал, что усталость будет накапливаться в наших телах. Воронов взял на себя боль и проклятие, но силы мы теряли, как и раньше. Вот и добрались до Асперэнда, словно в старой песне, «на честном слове».

Не прошло и часа, как со стороны Асперэнда показалась большая группа всадников. Они неслись с такой скоростью, будто за ними гналась вся нежить этого королевства. Надо было их предупредить, и я, с трудом поднявшись на ноги, пошел навстречу. Вскоре заметил среди них Руфтэра и седых стариков-магов, которых видел на королевском суде. Несмотря на свой почтенный возраст, эти старцы сидели в седлах как влитые.

– Этерн дарр, дьен грэ.

– Этерн дарр, виернорр Серж! Вы живы!

– Да, это было нелегко, учитывая… некоторые обстоятельства.

– Об этом мы поговорим немного позже.

– Нам нужна помощь…

– За этим мы и прибыли.

– Вы привезли людей, о которых я просил? Магов?

– Конечно! Без них я бы не рискнул приблизиться к принцессе и вашему рыцарю.

– Ему нужна помощь, и чем скорее, тем лучше.

– Не переживайте! Мои люди знают в этом толк.

– Жаль. – Я поморщился. – Жаль, что мы не узнали об этом раньше.

– Это долгий разговор, Серж. Я все объясню.

– Очень на это надеюсь…

– Король Гэральд просил передать вам благодарность, Серж.

– Рад, что мы сумели ему помочь…

– Понимаю, путь был тяжелым. Если бы не проблемы в Сьерра, то уверен, что маг Азур решил бы эту проблему на месте, и вам не пришлось бы столько страдать.

– Ничего, бывает…

– Вам нужно отдохнуть, виернорр Серж.

Я повернулся и пошел обратно. Когда дошел, увидел, как во дворе усадьбы хлопотали маги. Они подняли Воронова на руки и унесли в дом. Старик-хозяин расседлывал лошадей и что-то объяснял Руфтэру, который стоял рядом и внимательно слушал. Рэйнар привалился спиной к забору и тупо пялился на небо.

– Дошли, – вздохнул Рэйнар, когда я подошел к ним и встал рядом.

– Слава богам, – подтвердил Мэдд и повторил: – Слава богам…

– Главное, чтобы Воронов выжил.

– Кажется, у магов нет выхода, – улыбнулся Трэмп. – Иначе она их уничтожит.

Я повернулся и увидел принцессу, которая что-то выговаривала советнику Руфтэру. Судя по выражению лица, Акейра была в бешенстве. Советник вяло оправдывался.

– Принцесса? – устало уточнил я. – Да, она может.

19

Король выглядел еще хуже, чем прежде. Видимо, болезнь обострилась, а местные лекари и маги оказались бессильны. Он принял меня в том самом кабинете, где некогда проклинал всех своих родственников, «готовых продать Асперанорр любой нежити, которая предложит хорошую цену». Как и в прошлый раз, рядом находились Руфтэр, который принес бумаги на подпись, и молчаливые, вечно настороженные гномы-телохранители.

– Вы славно потрудились, Серж! – сказал Гэральд, не отрываясь от работы.

– Благодарю вас, ваше величество! Без моих людей я бы не справился.

– Я говорил, что вы умеете находить нужных людей. Это меня радует. Маги сделали все, что было в их силах, и ваш рыцарь вскоре поправится.

– Но не встанут те двадцать, которые погибли, – сухо заметил я.

– Это война. Пусть и необъявленная.

– Увы…

Он отложил перо и сделал знак Руфтэру, что на сегодня достаточно. Советник склонил голову, собрал бумаги и удалился. На прощанье он посмотрел на меня и ободряюще кивнул.

Когда за ним захлопнулась дверь, король Гэральд несколько минут молчал и внимательно меня разглядывал. Надо заметить, что взгляд у него цепкий. Можно сказать, колючий, а иногда откровенно холодный. Смотрит – будто наизнанку выворачивает. Изредка в глазах мелькало отражение боли, и он поспешно отводил взгляд, чтобы я этого не заметил.

– Мои предки совершили много глупых ошибок, – сказал король.

Было видно, что ему тяжело разговаривать. Он делал паузы и надолго замолкал, чтобы перевести дух. Вытирал пот, который обильно выступал на лице, а иногда кривился от боли. Я не ответил. От меня не требовали ответа. Мое дело слушать.

Гэральд поморщился и продолжил:

– Власть – это тяжелое бремя. Мои венценосные предки были несправедливы к своим союзникам и вашим предшественникам. Не спорьте! – Он скривился и отмахнулся, хотя я и не думал возражать. – Надо признать, что у них не было иного выхода. Как его нет и сейчас… Что, испугались?

– Мне нечего бояться, ваше величество, – спокойно ответил я.

– Даже смерти?

– Я уже умирал. Там, в своем мире.

– Серж… Я хотел спросить, – Гэральд немного замялся и наклонился над столом. – Это… Смерть… это очень страшно?

– Не знаю, – растерялся я. – Это произошло так быстро, что ничего не почувствовал.

– Да, конечно. – Он поморщился и опять замолчал, стараясь перевести дух. Бросил взгляд из-под мохнатых бровей и продолжил: – Успокойтесь, я не собираюсь повторять ошибку моих предков и уничтожать ваш рыцарский орден. Мне это не нужно. Так уж получилось, и я не отрицаю этого, что мое королевство подобно вулкану. Особенно сейчас. Многие не согласны со мной и собираются бунтовать.

– На южных землях Асперанорра бунта не будет.

– Конечно, не будет! – усмехнулся король. – Вы же изгнали нежить с южных земель. Они ушли на север и теперь мутят воду, подбивая тамошних норров к мятежу!

При этих словах Гэральд ткнул пальцем в карту, лежащую на столе, и случайно, а может, и нет попал в Грэньярд. Неужели Корн решил поднять мятеж? Зачем? Он ведь получил пост виернорра? Если не он, то кто? Уэрт Брэйонд? Нет, этот толстяк не так глуп, как кажется! Правда, и не менее жаден. Кто знает, кто знает…

– Нежить нужно уничтожать, – осторожно сказал я.

– Конечно, – хмыкнул король, – но мы не можем воевать сразу со всеми. Если начнется бунт, то этим воспользуется король Баргэса – Аргер Второй. Война разорвет в клочья наши земли, и наступит хаос. Вечный хаос!

– Что я могу сделать?

– Один вы ничего не сделаете. Главное, что вы доставили принцессу в Асперэнд! Это дает нам шанс. Что бы ни говорили эти придворные бездельники, но вы достойны доверия! Мы с Акейрой договорились о союзе между нашими королевствами. Хоть она и упряма, как старый гном, но не дура. – Король, видимо, что-то вспомнил и усмехнулся. – Вредная девка…

– С твердым характером.

– Куда уж тверже, – добродушно улыбнулся король Гэральд, но быстро опомнился: обсуждать королевскую персону со своим виернорром не самая хорошая идея. Откашлялся и продолжил: – Увы, но она еще не взошла на престол. Поэтому надо помочь ей добиться короны, и тогда… Тогда сможем решать наши внутренние дела, не опасаясь нашествия южан.

– Вы хотите, чтобы…

– Ничего я не хочу! Мне как королю Асперанорра нельзя вмешиваться в эти дела. Если эти эльфийские мужланы узнают, что за принцессой Акейрой стоит Гэральд Третий, то немедленно создадут военный союз с королем Аргером. Это война. Сразу.

– Не понимаю вас, ваше величество, – прикинулся я дурачком.

Король покосился на меня и, видимо, не поверил. Правильно сделал, что не поверил.

– Ваш рыцарский орден не подчиняется никому, кроме вас, Серж! Так уж повелось, что вы поступаете так, как считаете нужным. Не оглядываясь, – он усмехнулся, – на королей. Вас ведь ведут боги, не так ли? Теперь вы понимаете?

– Да, – улыбнулся я.

– Ступайте…

Я поднялся и, провожаемый его взглядом, направился к двери. Уже почти дошел, но меня остановил голос Гэральда:

– Серж!

– Да, ваше величество!

– Руфтэр передал мне вашу просьбу. Освободить души ваших предшественников сложно. Это очень редкое заклинание. Маги утверждают, что оно было утеряно еще при моем отце Гэральде Втором. Единственный, кто может его знать, это норр Гуннэр. Если достанете этот свиток, я отдам приказ вскрыть замурованные подземелья Асперэнда.

– Благодарю вас! Я обязательно доберусь до Ронга.

– Эр мием фьер!

Выйдя из королевского кабинета, направился в левое крыло дворца, где нас поселили. Несколько больших комнат вместе с определенным количеством слуг и служанок. Если честно, то я бы с большим удовольствием остановился в какой-нибудь городской гостинице. Уж слишком много здесь праздных бездельников, слоняющихся по коридорам. Приживалы, приживалки… Это скопище лишнего народа меня напрягало. Каждый из этих людей считал должным окинуть вас оценивающим взглядом.

Расфуфыренные франты презрительно кривили губы и усмехались, оценивая наши походные наряды. Усмехались, но в спину. Нарываться на проблемы с виернорром южных земель желающих не было. Тем более что по дворцу разнеслись слухи о том, что виернорр Серж часто общается с королем. Еще не фаворит, но кто знает, как дело обернется? Вот и кивали вежливо, и улыбались приветливо… Плевать – мне с ними детей не крестить!

После скромного обеда меня пригласили к советнику Руфтэру. Слава богам, что с ним можно было разговаривать без экивоков и околичностей. Коротко, ясно, оставляя словесную шелуху придворным поэтам и летописцам. Через час мы закончили обсуждать наши дела, и Руфтэр сделал несколько распоряжений.

– Нас очень поджимают сроки, Серж…

– Понимаю, дьен грэ.

Я сбежал по лестнице на второй этаж и повернул на галерею, которая вела к нашим комнатам. Не прошел и нескольких метров, как услышал шум перебранки. Рядом с комнатой стоял Рэйнар Трэмп и держал за горло мелкого и щуплого человечка. Мужчинка даже синеть начал.

– Что случилось, Рэйнар?

– Беррэнт дэ вьерн! Эта баранья голова меня достала! Я уже несколько раз ему повторил, что не собираюсь заказывать наряды, но он глух, как северный индюк!

– Что ему нужно?

– Он пришел, чтобы снять мерку. Сказал, что будет шить нам платье!

– Ну и пусть бы снял. Тебе что, жалко?

– Серж, я прекрасно помню приготовления к королевскому празднику! Еще раз такого мучения не вынесу! – пожаловался мне Трэмп и предложил: – Давай просто перережу этому барану горло, и все. Делов-то…

– Успокойся. – Я освободил помятого портняжку из рук взбешенного рыцаря, подождал, пока он придет в себя, и спросил: – Вы долго собираетесь мучить моего друга?

– Всего лишь три примерки, виернорр! Клянусь, что…

– Две! – сказал я и для пущей убедительности показал ему два пальца. – Две примерки. Договорились?

– Д-да, диенрэ…

– Ступай.

Обрадованный портняжка исчез, словно сквозь землю провалился.

– Серж, у нас что, намечается какой-то праздник?

– Рэйнар… Так нужно.

– Серж…

– Это приказ.

Пока Рэйнар приходил в себя, я отправился навестить Дмитрия Воронова. Он лежал в соседних покоях – большой и неожиданно светлой комнате. В замках, как правило, царит хмурая атмосфера, но эти покои были приятным исключением. Светлые стены, большие окна. Даже мебель пусть и громоздкая, но не лишенная некоторой доли изящества. Мне почему-то подумалось, что здесь жила женщина. Дмитрий неподвижно лежал на кровати и, не отрываясь, смотрел в стену. Рядом суетился кто-то из слуг и придворных медиков. Заметив меня, все поклонились и замерли.

– Оставьте нас, – попросил я.

– Да, виернорр. – Они поклонились и вышли.

– Ты как?

– Жить буду, – равнодушно ответил Димка. – Только ничего не спрашивай, хорошо?

– Не буду.

– Не хочу вспоминать.

– Ты скоро встанешь. Некогда разлеживаться.

– Что, опять труба зовет? Когда же это закончится-то?

– Никогда.

– Охотно верю, – вздохнул он. – С тех пор как ты появился, скучать не приходится.

– В одном юго-восточном королевстве, – сказал я, – надо сменить власть. Тихо и, можно сказать, вежливо. Без лишних жертв.

– Я так и знал, что этим дело кончится. Когда?

– Тебе надо поправиться.

– Неделя, и я встану на ноги.

– Вот и прекрасно… – начал я, но договорить не успел.

Открылась дверь, и в комнату вошла принцесса Акейра. Она уже сменила дорожный наряд на женское платье и, надо заметить, выглядела очень аппетитно.

20

Письмо появилось в моей комнате неожиданно. Будто материализовалось из воздуха и заняло место на круглом столике, между кисетом и бутылкой камбарского вина. Странно. Особенно странно, если учесть, что я никуда не выходил. Разве что на балкон – выкурить трубку и поглазеть на внутренний двор. Там гоняли лошадей, купленных для королевской конюшни. Вороные красавцы гордо выгибали шеи и недовольно хрипели, когда их подгоняли хлыстом. Красавцы. Их здесь называли «черными жемчужинами с берегов Трэмпа».

Когда я закончил курить и вернулся в комнату, сразу его заметил. Обычный бумажный свиток, перевязанный коричневой лентой и запечатанный красной сургучной печатью.

Признаюсь – стало немного не по себе. Не люблю сюрпризы… Тем более такие. Я даже по сторонам осмотрелся, но никого в комнате не было. Дверь заперта. В камине потрескивал огонь, разгоняя привычную дворцовую сырость. Пришлось вернуться к столу и распечатать.

«Этерн дарр, Серж!

В данный момент нахожусь в Асперэнде, в гостинице «Эльвефрайн». Буду рад, если вы сможете уделить мне часть вашего драгоценного времени и разделить со мной скромный холостяцкий ужин.

С искренним уважением, Гонард Шэр».

Хм… Гонард Шэр в Асперэнде? Вот это новость! Насколько мне было известно, гном не особо жаловал столичную толчею и редко появлялся в этих краях. Как бы там ни было, но встречусь с удовольствием. Тем более что у меня есть несколько вопросов, на которые он может дать ответы. Это касается заклинания, с помощью которого я надеялся освободить души.

Не откладывая дела в долгий ящик, я надел городской наряд, которым меня снабдил Руфтэр, дополнил его легкой кольчугой, взял шпагу, кинжал и, набросив плащ, отправился в комнату Трэмпа.

Рэйнар проводил время в компании Мэдда и одного из королевских слуг. Парни гоняли костяшки по столу, разыгрывая очередную партию «дорси-грасс». Если честно – я несколько раз пытался разобраться в правилах этой популярной игры, но потом плюнул и решил не связываться. Напоминает нечто среднее между шахматами и триктраком. Вместо шашек резные фигурки, изображающие зверей и воинов. У каждого игрока по девятнадцать фигур. Дракон, сидящий на скале, три медведя и три барса. Четыре рыцаря, бородатый кузнец, пять лучников и даже торговец. Самая сильная фигура – гном, который держит в руках мешок серебра. Все как в жизни! Кто владеет серебром, тот владеет всем. Или почти всем… Кстати, на доске рядом с гномом есть специальное место, где игрок выкладывает ставку.

Мэдд, который успел проиграть два даллинора, с радостью согласился подышать свежим воздухом. Мы вышли из дворца и направились в конюшню, чтобы не бродить по городским улицам пешком. Через полчаса добрались до знакомой гостиницы, где останавливались во время королевского праздника. Хозяин, видимо, предупрежденный о нашем визите, проводил нас в одну из комнат и подал красное вино. Спустя несколько минут открылась дверь, и вошел Гонард Шэр. Я молча захлопал глазами, а Мэдд пробурчал нечто неразборчивое, но очень матерное.

– Гонард, это вы?! – вытаращился я. – Что случилось?!

Щеку гнома украшал широкий шрам. Он уже заживал, но, судя по всему, рану нанесли не так уж давно. Не больше месяца назад. Мало того! Гонард Шэр, известный щепетильностью и строгостью нарядов, был одет в потрепанный костюм.

Серый суконный камзол с деревянными пуговицами неплохо смотрелся бы на плечах ремесленника или небогатого торговца, но не судебного гнома Грэньярда!

– В мире нет ничего постоянного, – усмехнулся гном и поблагодарил Мэдда, который наполнил его бокал.

– Чем я могу вам помочь?!

– Пока что ничем, – кивнул Гонард. – Но может так статься, что мне придется укрыться в замке Кларэнса. Надеюсь, что это не обременит вас, норр Серж?

– Буду рад, если вы примете приглашение и поселитесь в нашем замке.

– Благодарю вас, но не сейчас. У меня есть несколько дел… в Асперэнде. Они касаются не только меня, но и вашего рыцарского ордена.

– Что с вами случилось, Гонард?

– Пожалуй что ничего удивительного… – Он сделал небольшую паузу и несколько секунд думал, постукивая пальцами по деревянной столешнице. – Так уж получилось, что пришлось срочно покинуть Грэньярд. Там начали твориться очень нехорошие дела.

– Бунт?

– Еще нет, но кто знает, что нас ожидает в будущем?

– Я весь внимание…

– При дворе Корна Грэньярда появилось несколько неизвестных магов.

– Неизвестных?

– Да, Серж! – повторил Гонард. – Не знаю, откуда они прибыли и что затевают, но Корн много времени проводит в их компании. Поначалу это меня даже забавляло.

– Тадд-мэрры?

– Нет, это не отлученные жрецы, – задумчиво покачал головой Шэр. – Не уверен, но они очень похожи на южан из Баргэса. Есть что-то общее с жителями Эсхарта.

– Эсхарта? – уточнил я. – Это где-то на востоке?

– Вы совершенно правы, Серж! Неподалеку от эльфийских земель.

– Да-да… – пробормотал я и потянулся за трубкой.

Гном, заметив мое движение, кивнул и достал свою. Мы неторопливо закурили.

– Эти гости оказались очень сильными магами! – продолжил он. – Пожалуй что один из них будет сильнее Азура, который, как вы знаете, принадлежит к четвертой магической гильдии!

– Неплохо…

– Еще бы! Вскоре после их появления в Грэньярде начались нехорошие дела. Несколько судебных процессов, куда меня не пригласили, потом две показательные казни… Все это наводило на скверные мысли! После этого на меня было совершено покушение. Несколько человек вломились в мой дом и… – он поморщился, – вот вы видите результат! В схватке погибли телохранители. Мне удалось вырваться и бежать. Знакомый орк помог спрятаться в портовом кабачке.

– Что было дальше?

– Наутро на площадях Грэньярда было объявлено, что «судебный гном, называющий себя Гонардом Шэром, обвиняется в черной магии». Была даже названа награда – пятьдесят даллиноров… Вот, пожалуй, и вся история.

– Бредовое обвинение…

– Зато даллиноры настоящие.

– Охоту устроили только на вас?

– Не только. Начались непонятные притеснения торговцев.

– Они-то чем помешали?

– Понятия не имею, – пожал плечами гном. – Кстати, вместе со мной из Грэньярда уехал Хадди Шахр, который долгое время вел дела в городе. У него есть некоторые мысли на этот счет, но он отказался ими делиться.

– Боится?

– Опасается. Он решил перебраться в Сьерра.

– Знаете что, мастер Гонард? – сказал я. – Chert s nim, с Грэньярдом! Едем в Кларэнс!

– Сколько вы пробудете в Асперэнде?

– Неделю, не больше.

– Пожалуй… – гном поджал губы, – пожалуй что я успею закончить свои дела.

– Вы согласны?

– Конечно, – хмыкнул он и наконец улыбнулся. – Вы становитесь покровителем гномов!

– Не самое скучное занятие, доложу я вам!

– Зато хлопотное и опасное! – Гонард поднял бокал. – Дарре!

– Дарре!

Через несколько минут в дверь постучали. Хозяин осведомился о наших пожеланиях и планах на ужин. У меня уже бурчало в животе, и мы решили продолжить беседу за столом. На сытый желудок думается хоть и тяжелее, но гораздо приятнее.

Ужин… Впрочем – ничего удивительного! Поросенок, зажаренный на вертеле, и густой овощной суп. Свежая буженина, соленья и оленьи ребрышки, которые были поданы с каким-то острым соусом. Сладкий пирог с лесными ягодами, его принесли на десерт, и целая шеренга бутылок с камбарскими винами. Ну и неизменный кувшин ретта, разумеется. Если все это великолепие называется «скромный холостяцкий ужин», то я боюсь представить ужин в семейной кругу!

– Не хмурьтесь, Серж! – улыбнулся Гонард. – Ваш рыцарь поправится!

– Уже не удивлен вашей осведомленностью, – покачал головой я.

– Да, я знаю о болезни Дмитрия.

– Асперэнд – большая деревня…

– Вы ошибаетесь, Серж! Этого даже придворные не знают.

– Хотелось бы верить.

– Не переживайте, Серж! Королевские маги владеют своим ремеслом.

– Одна персона утверждала, что самые искусные маги не смогли справиться с этим…

– проклятием? – закончил Гонард и покачал головой. – Видите ли, Серж… На эльфийских землях царит хаос. Если междоусобные войны не закончатся, то эльфийская магия исчезнет! Жалкие и дикие времена! Безвременье! Так уж повелось, что первыми убивают жрецов и магов. Вот поэтому ваша очаровательная подопечная и не нашла способа снять проклятие.

– Вы и про это знаете?

– Да, – просто сказал гном, – и если вас интересует мое мнение…

– Буду рад выслушать…

Наша беседа закончилась уже в сумерках. Мы вышли из гостиницы и вернулись в замок. Мэдд молча ехал рядом и обдумывал услышанное. Видимо, вспоминал рассказ Гонарда про эльфийские земли и нашу будущую поездку «на юга».

Спустя неделю мы покинули Асперэнд. Как любил говорить Мэдд Стоук: «Слава богам!» Признаюсь – устал. Нигде в Асперанорре не видел такого количества лицемерия, как при дворе Гэральда Третьего. Мы вышли из городских ворот и с облегчением вздохнули. Этот город при всей внешней привлекательности высасывал силы как вампир или как эльфийские проклятия!

– Ну что, парни, домой? – усмехнулся я.

– Слава богам…

– Домой! – кивнул Рэйнар.

– Пожалуй что вы правы! – улыбнулся Гонард Шэр и пришпорил лошадь, купленную накануне.

Дмитрий Воронов, который был еще очень слаб, промолчал. Он посмотрел на городские стены и прищурился. Покачал головой, усмехнулся своим мыслям и, наконец, кивнул:

– Домой!

21

Дорога всегда кажется длинней, если торопишься. Мысли путаются. Я уже в который раз пытался обдумать предстоящее путешествие на юго-восток, но постоянно сбивался на думы о Мэриан. Так и добрались до границы между королевскими землями и владениями Кларэнс. Через пару дней, если никто не помешает, будем дома.

– О чем задумался, командир? – спросил Дмитрий. Он ехал рядом со мной и помахивал длинной зеленой веткой, отгоняя мух и слепней.

– О жене.

– Жена – дело хорошее.

– Надо бы отправить письмо норру Барту, – кивнул я и сменил тему. Обсуждать свои личные дела не хотелось.

– Зачем?

– Для предстоящей «работы» нужны три корабля и опытные команды.

– Лучше предложи работу нашему флибустьеру, – сказал он.

– Стигу Наэрру?

– Именно. У него опытные мальчики. Помнится, Стиг что-то рассказывал о походах на эльфийские земли.

– Какого черта они там делали?

– Ты замотался, Серега! – покачал головой Воронов. – Золото! Земли эльфов, особенно их южная часть, богаты этим металлом. Или забыл?

– Да, конечно… – кивнул я.

– Золото, золото… – задумчиво протянул Дмитрий. – Ради этого металла и не такие вещи совершали, не правда ли?

– Ты что, о своей награде?

– Не только о ней… – уклончиво ответил он.

Да, золота нам Руфтэр отсыпал щедро, ничего не скажешь. За доставленную принцессу Акейру королевский советник выдал пять тысяч даллиноров. По тысяче монет на каждого. Димка получил две. Причем советник подчеркнул, что эти деньги переданы самой принцессой. Мол, Гэральду Третьему мы служим бесплатно – по велению сердца, черт бы их побрал с этой политикой! Заплатили эльфийскими золотыми монетами. Конечно, учитывая соотношение серебра к золоту.

Выглядели эти монеты непривычно. Треугольной формы, на одной стороне королевская корона, украшенная какими-то значками, а на другой – восходящее солнце с извилистыми лучами. Приятные монеты. И звенели в кошельке приятно. Это вам не орочьи болванки весом в сто грамм серебра каждая!

– Парни Наэрра хороши, не спорю, но порт Сьерра находится ближе, – продолжил я.

– Стиг Наэрр храбр, опытен и умеет держать язык за зубами. Нам не потребуется тащить весь наш отряд в Сьерра, привлекая к себе ненужное внимание. Он подгонит корабли к замку Альдкамм, и все. Когда в Кларэнс доставят принцессу?

– Через месяц. Сам Руфтэр будет сопровождать.

– Ничего себе…

– Да, пожалуй, насчет Наэрра ты прав.

– Я всегда прав, – усмехнулся Дмитрий и прищурился. – Но что в этом толку? Это иногда злит не меньше, чем ошибки.

– Ты сейчас про что?

– Да это я так… – отмахнулся он. – Не обращай внимания.

Димка изменился после последней переделки. Не знаю, как это объяснить, но изменился, и очень сильно. Побывай мы в какой-нибудь драке, я бы сказал, что он «переступил порог». Есть такое понятие в этих краях. Называется «эйскол». Точного перевода не существует. Нечто, похожее на «крайний» или «последний порог». Созвучно слову «эсколл» из словаря северных диалектов, что можно перевести как «рубеж».

Старые воины утверждают, что у каждого человека есть предел, который измеряется убитыми врагами. У каждого он свой, и нет никакой разницы, скольких людей вы отправили на тот свет – пять или десять. Наступает момент, когда нужно остановиться и сделать паузу. Иначе… Иначе боги разгневаются и заберут ваш разум.

Воронов будто прочитал мои мысли. Он покосился и хмыкнул:

– Не переживай, со мной все нормально.

– Ты уверен?

– Да. Просто устал немного. Эти твари вытянули все жилы.

– Ты говоришь о духах? – осторожно спросил я.

– Нет, – покачал он головой, – о королевских магах.

– Может, останешься в Кларэнсе? Чего ты там не видел, на эльфийских землях?

– Дома будет еще хуже.

– Ну, смотри…

Дмитрий пришпорил лошадь и поехал вперед. Мы прошли вдоль берега ручья, поднялись на плато и вскоре оказались в прохладной тишине леса. Дорога здесь хорошая. Путники хоть и редко, но попадались. Путешествующие дюнки, несколько бродячих торговцев и даже небольшой караван из пяти повозок, который шел из Сьерра в Асперэнд. Какой-то важный купец вез груз шелковых тканей на продажу. Охрана состояла из десяти наемников, которые откровенно бездельничали. Передового дозора не было, тыл не охранялся. Окажись здесь банда разбойников – этих ребят превратили бы в покойников за несколько секунд.

– Ваши дозорные, Серж, недаром получают такое хорошее жалованье, – удовлетворенно кивнул Шэр, когда мы остановились, чтобы перекусить и дать лошадям отдых. – На дорогах стало спокойнее. В прошлое мое путешествие мы едва отбились от местных оборванцев.

– Эта дорога важна для нас.

– И для торговцев тоже, – подчеркнул гном.

– Стараемся…

– Как я понимаю, вы скоро отправитесь на юго-восток?

– Хм… – хмыкнул я. – Можно сказать и так.

– Будьте осторожны. Эльфийские замки… – Гонард даже поморщился, – очень коварны.

– Благодарю вас, Гонард! Я постараюсь.

– Пока вы будете развлекаться, я, пожалуй, отправлюсь на западную границу. Повидаюсь с Эгилем. Если вы, разумеется, не против.

– Как вам будет угодно, мастер Шэр. Вы не гость, а один из нас. Вольны делать все, что вам заблагорассудится.

– Земли Ронга хорошо защищены, но у парней Эгиля есть опыт войны в горах. Всегда можно найти какую-нибудь лазейку, чтобы подобраться поближе.

– Это бы нам не помешало… – вздохнул я.

– Заодно и узнаем, что там за эльфы появились при дворе Ронга.

– Там не только мужчины-эльфы, но и эстелькхорки и армия мертвых. Хватает нечисти.

– Да, – согласился Гонард. – Ронг норр Гуннэр сильный противник. Недооценивать силу и возможности этого человека очень опасно. Он хоть и не маг, но какими-то способностями обладает. Темная личность… Очень темная.

– Может, все дело в его предках? – предположил я.

– Увы, но с этим сложно. Мы почти ничего не знаем о его семье. У него был сын, но он погиб. Это, пожалуй, все, что нам известно. Его придворные маги – тадд-мэрры – создали для него сильный талисман, да и Гуннэр очень закрытый городок. Чужаков там не любят.

– Хорошие у нас соседи, ничего не скажешь.

– Да, эту проблему надо решать, и чем быстрее, тем лучше. Если на севере начнется бунт, то нам не поздоровится.

– Чтобы добраться до Асперэнда, мятежникам нужно пройти земли Вертэнда.

– Вы там бывали, Серж?

– Нет, не доводилось.

– Единственное место, которое нужно и можно защитить, это недостроенный замок у Тополиной долины.

– Слышал про этот замок, – сказал я, припоминая рассказы Руфтэра.

– Марг норр Вертэнд начал строить его лет десять назад, чтобы защитить торговый путь в Асперэнд. Увы, но денег у него не хватило, и стройка была приостановлена. Король поначалу поддержал эту затею, но потом начались проблемы с островом Крэйо. Война с южанами потребовала много сил и денег.

– Жаль…

Последний раз перед Кларэнсом мы заночевали на руинах небольшой крепости времен войны с эльфами. Крепость почти сровнялась с землей. Рэйнар перед самой ночевкой подстрелил оленя, который выскочил из леса, так что хорошим ужином мы были обеспечены.

Уже начало смеркаться, когда мы изжарили добычу и растянулись у костра. Разрушенная крепость стояла на высоком холме, и перед нами открывался прекрасный вид на окрестности. Внизу блестело озеро. На его берегах росли высокие и величественные сосны. На закате они казались выкованными из меди. Леса, леса… И узкая прогалина – дорога, ведущая в Кларэнс. Но это уже будет завтра. Все – спать!

Ночь прошла спокойно. Чего не скажешь о рассвете… Сквозь сон я почувствовал, как по моей ноге кто-то ползает. Ну да, конечно!

– Ну и какого черта ты разорался ни свет ни заря? – хмуро спросил я и оторвал голову от седла, которое использовал вместо подушки. Ворон не ответил. Он, судя по всему, не был расположен разговаривать. Вышагивал по краю плаща и хрипло ругался на весь белый свет. Вот уж неугомонное племя!

– Он уже давно здесь топчется, – пояснил Мэдд Стоук. – Прилетел еще затемно. Видимо, устал ждать, пока ты проснешься. Я предлагал ему кусок мяса, но он не взял. Еще и укусить пытался.

– Да, это он может… – кивнул я и зевнул.

– Ка-арр-р!

Наш здоровяк развалился у костра, шумно хлебал горячий чай и с улыбкой наблюдал, как ворон пытался меня разбудить. Мэдду досталось самое противное время – перед рассветом. Темнота отступает, сменяясь тяжелыми и усыпляющими сумерками, а силуэты расплываются, сливаясь в одно бесформенное пятно. Внизу, в долине, клубился туман, а на востоке появилась широкая светлая полоса. Фыркали лошади. В зарослях просыпались птицы.

– Ка-арр-р!

– Нур! – Я провел рукой по лицу и понял, что поспать уже не получится.

Ворон вцепился в подол плаща и попытался утащить его в сторону. Утащить не утащил, но сон перебил. Тем более что вид этой взъерошенной птицы развеселит кого угодно. Даже Мэдд не выдержал и расхохотался. Его хохот, похожий на пушечные выстрелы, и мертвого разбудит! Послышалось ворчание и тихая ругань Рэйнара. Следом за ним проснулись Гонард Шэр и Димка Воронов.

– Вместо того чтобы мучить бедную птицу, лучше бы письмо у него забрали. Может, что-нибудь полезное узнаем, – зевнул Трэмп и потянулся.

– Точно, – хмыкнул я, закуривая трубку. – Даже не заметил.

Нур не успокоился. Он с важным видом топтался передо мной и ждал, пока подставлю ему руку. Забравшись на плечо, он угомонился и затих. Из небольшого кожаного мешочка, который был привязан к его лапе, я достал плотно свернутую ленту. Бумага в Асперанорре была скверного качества, поэтому такие весточки мы писали на шелке. Я развернул письмо и несколько секунд тупо пялился на этот короткий текст.

– Что случилось, Серж? – напрягся Рэйнар. Видимо, заметил выражение моего лица.

– Как вам сказать, парни… – Слов не было. Они как-то сразу закончились, и я растерялся.

– Беррэнт дэ вьерн, Серж! – громыхнул Мэдд. – Ты можешь объяснить, что случилось?!

– Сын… – с тупым видом сказал я. – У меня родился сын!

22

Дорогу до Кларэнса почти не помню. Парни поздравляли, весело галдели и горланили песни. Желали сыну вырасти здоровым, сильным и успешным норром. Если быть честным, то я никаких отцовских чувств не испытывал. Единственное, что меня волновало – здоровье Мэриан и ребенка. Все – больше никаких эмоций.

В Кларэнс въехали вечером, едва успев до закрытия городских ворот. Улицы, утопающие в сиреневых летних сумерках, и вот он – замок ордена. Во дворе замка было пусто. Здесь рано ложатся и поднимаются еще до рассвета. Лишь у нашего дома маячило несколько теней с факелами в руках.

– Этерн дарр, мастер!

– Серж! – это Вэльд Рэйн. Он обнял меня, потом отстранился и взял за плечи. – Слава богам, ты жив!

– Где Мэриан?

– С ней и твоим сыном все хорошо, но они уже спят. Ты увидишь их завтра утром.

Рэйн обвел взглядом наш сильно поредевший отряд и посмотрел на меня. Он все понял, и мне оставалось лишь кивнуть:

– Да, мастер… Больше никто не выжил…

– Понимаю, Серж… Да будут боги милостивы к их душам!

– Эр мием фьер!

Да, к жене и сыну меня не пустили. Все верно – грязный, пропахший лошадиным потом и дорожной пылью. Мы смыли грязь и собрались в нашей небольшой столовой, примыкающей к помещению кухни. Даже хозяйку не стали беспокоить. Парни выложили на стол большой копченый окорок, выставили шеренгу бутылок и бочонок ретта. Вы правы – в других мирах традиции остаются традициями, и поднять бокал за Сержа норр Кларэнса, у которого родился сын, – святое дело.

– Ты уже придумал имя своему сыну? – спросил меня Дмитрий.

– Данила.

– Данн ил? – переспросил Рэйнар.

– Можно сказать и так, – хмыкнул я.

– Данн ил Кларэнс, – сказал Трэмп и ткнул пальцем в потолок. – Хорошее имя!

– Да будут боги щедры к его судьбе! – поднял бокал Вэльд.

– Пусть боги будут щедры и милостивы, – вторил ему Мэдд Стоук. – Дарре, Серж!

– Пусть они укажут ему верный путь! – кивнул Гонард Шэр. – Дарре!

– Дарре, парни!

Уже начало светать, когда мы решили разойтись и немного поспать. Гонард, добравшись до Кларэнса, наконец расслабился. Если честно – я впервые видел его таким… простым, что ли? Он сидел между Рэйнаром и Димкой, распахнув свой потертый камзол, и весело смеялся над нашими шутками. Прикусив чубук прокуренной трубки, он вместе со всеми поднимал глиняные кружки, наполненные пенистым реттом. Совершенно другой гном. Совсем не похожий на того важного судебного чиновника, каким я его увидел в Грэньярде.

Пришли мастер Гэрт и Робьен. Не известно, как они узнали о нашем возвращении. Изрядно захмелевший Рэйнар что-то объяснял мастеру Вэльду, который по-отечески кивал, слушая очередные идеи. Я старался не пить и больше подливал своим друзьям, слушая поздравления и пожелания.

Светало…

Наконец я выбрался из душной столовой и осторожно поднялся по лестнице вверх. Рядом мелькнула тень гнома-охранника. Он меня узнал и, улыбнувшись, ушел в тень. Я, стараясь не шуметь, приоткрыл дверь в спальню и увидел Мэриан. Рядом с кроватью стояла колыбель с моим сыном.

И неожиданно мне стало очень тепло на душе.

Это мой мир. Мой дом. Моя семья. Моя судьба…

Жизнь в Кларэнсе шла своим чередом. Разве что в нашем замке увеличилось количество детей. Нет, дело не только в рождении моего сына. Пользуясь нашим разрешением, Андрей Волков стал приводить детей из приюта и проводить с ними занятия. Мало того – он умудрился уговорить гнома Барри, чтобы тот выделил несколько бойцов из своего отряда, которые стали инструкторами для малолетнего воинства. Собралась небольшая компания из десяти человек, которые мечтали стать воинами. Меня хоть и удивило отношение Волкова и Арруана к этим детям, но и порадовало. Из этих парней выйдет толк.

Через несколько дней, незадолго до полудня, я стоял рядом с площадкой для тренировок и наблюдал, как гномы гоняют мальчишек по арене. Они их обучали фехтованию на палках. Не такое простое дело, каким оно может показаться на первый взгляд. Димка, если не ошибаюсь, рассказывал, что и в нашем мире есть нечто похожее. Сам не слышал, но спорить не буду – может быть, и было.

Подростки в возрасте от семи до двенадцати проводили здесь все свое время, свободное от учебы и хозяйственных работ в приюте. Поначалу это отразилось на их обучении, но дюнк Торри пригрозил, что нерадивые ученики не будут приняты в замке ордена. Весомый аргумент. Кстати, среди детей я заметил и нашего пастушка из Баргэса – Эгру. Заметил не сразу, а когда за ним пришел наш будущий дюнк – Лексио Эльвейра. Он подошел и оперся руками на бревенчатую ограду арены.

– Здравствуй… магистр.

– И тебе не хворать, – отозвался я и протянул бурдюк с разбавленным вином. – Выпьешь?

– Не откажусь. – Лексио поблагодарил, взял флягу и сделал несколько глотков. – Жарко сегодня.

– Жарко. Ты по делу или просто так заглянул?

– Сынишку забрать. – Он кивнул на кучу мальчишек, которые носились по арене.

Они пытались загнать гнома в угол, поднимали кучу пыли и радовались, когда удавалось достать палкой до взмокшего от беготни гнома. Все верно – для них это всего лишь игра. Забавная и веселая. Но если присмотреться повнимательнее, то очень быстро замечаешь, кто из этих мальчишек уже не только палкой размахивает, но и думает. Тем более что у гнома в руках тоже палка. Пусть и обмотанная толстым слоем мешковины, но синяки от нее вполне реальные.

– Усыновил, значит, Эгру?

– Да, все честь по чести. Согласно местным, – он усмехнулся, – правилам и ритуалам.

– Хорошее дело, – кивнул я. – Только зря усмехаешься. Ритуалы здесь не просто танцы с бубнами. Это нечто большее. Чем раньше это поймешь, тем лучше.

– Уже понял. – Он вдруг стал серьезным и прищурился. – Рассказывали, что ты усыновил одного из наших. Андрея Волкова, да?

– Ты прав. У меня теперь два сына.

– Да, я уже слышал. Поздравляю.

– Спасибо. Пообедаешь с нами? – предложил я, но он замялся.

– Эгру думал забрать…

– Они ведь тоже сразу не уйдут из замка. После тренировки помоются, немного отдохнут и пообедают. Потом и заберешь.

– Разве что…

– Ну и молодец. Пошли. – Я перепрыгнул через ограду.

– Сергей… – он замялся на одном месте. – Скажи мне одну вещь.

– Какую именно?

– Кого ты хочешь из них вырастить? – спросил Эльвейра и показал на мальчишек.

– Мужчин.

– Наемников?

– Необязательно, – покачал головой я. – Кто-то из них станет рыцарем, а кто-то хорошим купцом или ремесленником. Время покажет.

– И все они будут верны твоему ордену?

– Они будут верны друг другу, а это гораздо важнее. Тем более здесь – в Асперанорре.

Время стремительно убегало. Будто песок сквозь пальцы. Долгие летние дни мелькали один за другим, превращаясь в бесконечную череду встреч и совещаний. Уже прошло две недели, как мы вернулись из Асперэнда. Воины, отобранные Рэйнаром и Барри, готовились к походу, а я копался в пыли библиотечных полок, разыскивая книги об эльфийских землях. Если бы не помощь Робьена – так бы и закопался среди фолиантов, пытаясь разобраться, где вымысел, а где правда.

Эльфийские правила поведения отличаются от наших. Иногда их сложно понять, но еще труднее привыкнуть к скверной привычке начинать разговор издали. Пока они подойдут к интересующей вас теме, можно заснуть от скуки. Еще? Нельзя вставать при приближении гостя – это может быть расценено как вызов на поединок. Нельзя отводить взгляд, если тебя рассматривает хозяйка дома, – могут подумать, что она тебе не нравится. Кстати, отводить взгляд нельзя, но смотреть нужно только в глаза. Ощупаешь фигуру глазами – могут быть очень большие проблемы.

Нельзя, нельзя, нельзя… голова идет кругом.

В редкие свободные минуты я прятался в своих покоях и просто сидел, наблюдая, как Мэриан нянчится с нашим сыном. Можно сказать, что приучал себя к мысли, что стал отцом. Это… нечто, еще непонятное для меня. Теплота, нежность, забота… Это необъяснимо. Чувство, что огромный мир сузился до хрупкой женской фигурки в кресле, освещаемой солнечным светом. Мадонна Асперанорра. Пожалуй, так и есть. Для меня.

Минуты покоя сменялись бессонными ночами и ворохом проблем, которые требовали срочных решений. Скоро прибудет суарнор Руфтэр с принцессой Акейрой. За это время нам нужно многое успеть. Надо было проследить за отправкой налоговой казны в Асперэнд, проверить, как идет дело с подготовкой новых наемников, и обсудить с Робьеном и Гэртом дела в Кларэнсе.

Надо было осмотреть лошадей, которых пригнал тот самый плешивец из Асперэнда. Он неплохо заработал на этом табуне, но лошадок доставил – просто загляденье! Хоть на парад, хоть в королевскую гвардию.

Налог, который платят местные норры, должен быть собран до конца первого летнего месяца. Гонцы под усиленной охраной уже начали прибывать в Кларэнс. Первым заплатили норр Дарби и Стиг Наэрр. Затем были присланы деньги от Барта норр Сьерра и его северного соседа. К моему большому удивлению, заплатили почти все. Разумеется, за исключением старика Ронга Гуннэра и двух норров, чьи земли расположены на западном побережье. Если с этим обезумевшим стариком все и без слов понятно, то эти два придурка искренне удивили. Неужели они полагают, что, прикрывшись землями Гуннэра, будут в безопасности? Ну как дети, право слово…

Увы, но играть с ними в дипломатию не имелось времени. Я послал к норрам своих гонцов с известием, что если королевский налог не будет доставлен в Кларэнс в течение месяца, то… его сумма увеличится в два раза. Не считая той суммы, которая будет необходима для его взыскания. Надеюсь, что ребята поймут. Нет – решим проблему в стиле лихих девяностых. Тем более что решение уже принято, и все необходимые распоряжения сделаны.

Через неделю получил письмо от Олега Сенчина. Наш будущий корабел сообщил, что капитан Наэрр с удовольствием принял мои предложения «поучаствовать в экзотическом путешествии» и «решить проблему с должниками». Они уже начали снаряжать корабли и готовиться к походу. Да, здешние флибустьеры легки на подъем. Не пройдет и полутора месяцев, как они на трех кораблях прибудут в замок Альдкамм. Еще два корабля будут готовы чуть позже. Они-то и послужат тем самым аргументом, который напомнит западу, что налоги надо платить вовремя, а еще лучше – загодя.

23

– Кто пойдет с тобой, Серж? – спросил мастер Вэльд, когда мы закончили очередную тренировку. Я передал оруженосцу свой меч, подошел к бревенчатой ограде и чуть не повис на ней, пытаясь немного отдышаться. Парни меня чуть не загоняли! Мало того что их было трое, так еще и Вэльд вмешивался со своими «вредными» советами. Нет, советы он давал не мне, а моим противникам – здоровенным парням из числа первой орденской сотни.

– Рэйнар Трэмп… – тяжело дыша, сказал я.

– Еще?

– Дмитрий Воронов и Олег Сенчин… Не считая… Не считая капитана Стига Наэрра и его головорезов… Уф…

– Ты слишком много куришь, Серж! – поджал губы старик. – Немного помахал мечом, а твою рубашку можно выжимать от пота.

– Брошу, – отмахнулся я. – Обязательно брошу.

– Я очень на это надеюсь!

– Вот разберемся с эльфами, и брошу.

– Кто еще отправится в поход? Гномов возьмешь?

– Обязательно! Пятьдесят гномов под командованием Барри и десять парней, которых ты подготовил. Тем более что они принесли клятву служить ордену. Если все подготовлены так же, как эти трое, то я спокоен за наши спины.

– Они хорошие бойцы, – согласился Рэйн. – Еще бы немного, и прижали тебя к ограде.

– Но ведь не прижали? – довольно хмыкнул я и провел рукой по лицу.

– Им просто не хватило времени. Надо было погонять по площадке – ты бы задохнулся и сам сдался.

Да, парни меня так и не достали. Один из них держался позади своих товарищей и вечно пытался зайти за спину. Не дело так поступать… Его я «убил» первого. Он получил хороший удар по голове и до сих пор сидел на краю арены, пытаясь прийти в себя. На него уже два ведра воды вылили, а он сидел и, выпучив глаза как филин, облака на небе разглядывал.

Оставшиеся два бойца резво начали, но уж слишком боялись за свои шкуры. Нельзя так… Или дерешься, или отдыхаешь. Один получил удар локтем в подвздох и поник, как срезанный стебель. Третий? Из этого парня будет толк. Оставшись один на один со мной, озверел, зарычал как дикий зверь и бросился вперед. Пришлось изрядно с ним повозиться, прежде чем нашел слабое место и добил. Он сидел и отплевывался кровью. Со временем выйдет хороший боец. Конечно, если не убьют раньше срока.

– Как же Мэдд? – послышался голос Рэйна.

– Что, с ним что-то не так?

– Ты его не берешь с собой?

– Мы это уже обсудили по дороге в Кларэнс. Мэдд Стоук нужен здесь, в Асперанорре.

– Намечается что-то серьезное?

– Вы совершенно правы! – Я снял с ограды флягу, наполненную разбавленным вином, и сделал несколько больших глотков. Вытер ладонью рот и пояснил: – Намечается большой поход на земли Гуннэра. Больше нельзя сидеть и ждать. Слишком опасно держать эту гадину рядом с нашими границами.

– Мэдд будет работать с Гонардом Шэром?

– Да. Они будут готовить эту кампанию.

– Ты прав, Серж. Давно пора.

Я разделся до пояса и подошел к большой бочке, стоявшей на краю площадки. Окунулся и с большим удовольствием смыл пот. Стало немного легче.

На арене уже начали тренироваться наши девушки – Лена и Света. Это не девушки, а настоящие фурии. За время, проведенное в нашем замке, они сделались сущим наказанием! Почему? Рвутся в бой с нежитью. Глупенькие… Не женское это дело – мечами махать. Разве что на арене – для здоровья и общего развития. Надеюсь, что им никогда не придется увидеть настоящее сражение. Я отогнал от себя воспоминания и покачал головой.

– Переживаешь? – проследив за моим взглядом, спросил Вэльд.

– Есть немного.

– Они умные девушки. Кстати, они все свое время проводят с Кирой и Мэриан. Можно сказать, что это личная охрана ваших детей. Нянчатся с детьми и болтают о разных девичьих пустяках. Когда-нибудь они влюбятся и нарожают детей.

– Это радует. Кстати, как там поживают «бараньи головы»? Они выполнили заказ?

– Да, – кивнул Рэйн. – Сюрко с гербом ордена уже приготовлены и доставлены в замок. Все парни появятся на эльфийских землях в новых нарядах. Эх…

– Что случилось?

– Я хотел бы пойти с тобой, Серж!

– Мастер, а на кого мы оставим семьи? Наших жен и детей?

– Тоже мне, – насупился старик, – нашли няньку.

– Вот и славно, – сказал я и обнял Вэльда за плечи. – Мастер, довольно бурчать! Идемте кого-нибудь съедим?! Жутко голоден!

– Ты настоящий северянин! – Рэйн перестал хмуриться и усмехнулся. – Всегда готов что-нибудь сожрать или кого-нибудь убить. Обжора…

Мы засмеялись и отправились что-нибудь перехватить до наступления обеда. Обедали в нашем замке поздно – ближе к вечеру, когда все собирались в большой зале. Наша пышнотелая хозяйка выдала нам по миске густой похлебки и куску хлеба с ветчиной. Пока мы жевали, в комнату завалилась целая ватага малышни во главе с Андреем и Арруаном. Следом за ними в дверь заглянули и собаки – Денди и Берта. Увидев эту толпу народа, они вздохнули и заняли пост у входа – в надежде, что им перепадет сахарная косточка с куском мяса.

Дети, увидев нас, притихли и чинно расселись на другом конце стола. Некоторые уже сверкали свежими синяками и кровоподтеками. Я смотрел на них и ухмылялся. Окажись они в нашем мире, нас бы уже по судам затаскали за издевательство над детьми.

Пришли Гонард Шэр и Мэдд. Парни собирались отправиться к западной границе и сейчас усиленно готовились к этой поездке. Что-то обсуждали, о чем-то спорили и почти не вылезали из кузницы. Для защиты от эстелькхорков нужны какие-то особые болты для арбалетов. О них рассказал Шэр и очень удивился, что наши кузнецы про такие не знали.

– Эстелькхорков сложно убить в их магическом образе, – объяснял Гонард Шэр. – Очень сложно! Эти твари сильны как настоящие дрэноры, но внутри них страдает простой человек, который зачарован сильной магией. Надо освободить душу, и он превратится в обычного зверя, который боится огня и не станет нападать на людей. Мало того – он, скорее всего, сам сдохнет от боли. Для этого нужны стрелы для арбалетов, усиленные особым заклинанием. Я займусь этим…

– Было бы очень здорово, – проворчал Мэдд Стоук и нахмурился. – До сих пор не могу забыть этих тварей. Когда мы резались с ними на границе, я уже думал о скорой встрече с богами. Они сильны и очень крепки на рану. Помню, как покойный Свэн Вархэлд, а он был изрядным бойцом, отрубил эстелькхорку переднюю лапу, а тот даже не заметил и продолжал потрошить наших парней.

– Такого больше не случится, – пообещал Гонард.

– Очень бы этого хотелось, – буркнул наш здоровяк и принялся за похлебку.

– Я бы посоветовал подготовить отряд копейщиков, – сказал Вэльд Рэйн.

– Копейщиков?

– Вооруженных длинными копьями. Конечно, в горах они не пригодятся, но на равнине будут очень полезны.

– У норра Ронга нет кавалерии, – заметил я.

– Но есть эстелькхорки, которых лучше держать на приличном расстоянии, пока лучники будут их расстреливать.

– Если сделать для копий особые наконечники и зачаровать их… – задумчиво протянул Гонард Шэр, – то это станет грозным оружием! Это хорошая мысль, мастер Вэльд!

– Вот и прекрасно, – сказал я. – Ум хорошо, а два сапога пара.

– При чем здесь сапоги? – вытаращились на меня парни.

Когда мы перекусили и вышли на улицу, ко мне обратился Гонард:

– Серж… Вы не хотите прогуляться?

– Далеко?

– Зачем же? В сад.

– С удовольствием.

Мы прошли мимо арены, на которой шумели гномы Альвэра, подбадривая очередных бойцов, и повернули налево. Миновали донжон и наконец подошли к нашему излюбленному месту отдыха – небольшому скверу, расположенному между домами. Уселись на каменную скамью и, не сговариваясь, достали кисеты. Набили трубки и закурили. Я в очередной раз позавидовал «зажигалке» Шэра. Ему не приходилось каждый раз стучать по огниву, чтобы разжечь огонь. Жаль, что эта магическая вещица действовала только в руках гномов Брунга. Не знаю причины, но это так. Я такую видел только у двух гномов: Гонарда Шэра и Трэя, моего телохранителя.

Как она выглядит? Это обычный шарик, который закреплен на верхушке капюшона. Если описать точнее, то гномий капюшон – это обычный башлык, который носят Брунга. Вот на этом кончике и закреплен шарик серебристого цвета. Поначалу я был совершенно уверен, что это какой-то талисман или просто бубенчик. Честное слово! Выяснилось, что настоящий артефакт – обычная зажигалка. Хорошо – пусть и не обычная, а магическая, но зажигалка.

Гном провел пальцем по продолговатой прорези на шарике, и появился небольшой язычок пламени ярко-оранжевого оттенка. Гонард несколько секунд молчал, будто собирался с мыслями, и наконец спросил:

– Серж, вы ведь знаете о схватке с вампирами в Брэйонде?

– Да, уже слышал. Руфтэр рассказал.

– Это ведь на самом деле люди из вашего мира?

– Судя по вещам, которые были найдены на трупе, – да.

– Мне кажется, что они напуганы, – сказал гном и развел руками. – В их положении это неудивительно. Окажись я в чужом мире, я бы тоже испугался.

– Они не просто здесь появились, но уже начали воевать с нежитью.

– Пусть это и так. Но мне вот что интересно… – Гонард Шэр прищурился и посмотрел на старый донжон. – Жить в Асперанорре и не слышать о вашем ордене, о замке Кларэнс…

– Вас это удивляет?

– Наоборот – настораживает! Согласитесь, Серж, что это выглядит немного странно. Три ваших соплеменника, которые даже не пытаются вас найти или как-то связаться с вами.

– Пожалуй, вы, как всегда, правы! Но что прикажете делать? Вороны не приносили вестей о новых людях. Я понятия не имею, где их искать!

– Ка-арр-р! – Ворон Нор, который сидел на моем плече, каркнул и хлопнул крыльями. Нур, видимо, гонял куриц на птичьем дворе или дрался с петухами. Жил, так сказать, полной жизнью и ни в чем себе не отказывал.

– Видите, – улыбнулся я. – Он утверждает, что ничего не знает.

– Да, у вас умные птицы, Серж. Искать… Пожалуй, попробую отправить одного человека в Брэйонд. Пусть попробует разузнать подробности этой схватки, о которой вам рассказывал советник Руфтэр.

24

Не буду рассказывать о прибытии в Кларэнс принцессы в сопровождении королевского советника. Несмотря на причины путешествия, ничего интересного не произошло. Обычный, ничем не примечательный визит. Принцесса держалась с королевским достоинством, но старалась быть милой и приветливой. Если вы полагаете, что наша совместная прогулка в Асперэнд изменила ее взгляды на жизнь, то глубоко ошибаетесь. Принцесса осталась такой же стервозной особой, которая не забывает о своей истинной цели, а мы лишь инструменты для исполнения ее плана. Зная характер эльфов, могу заявить, что принцесса Акейра готова на что угодно, лишь бы занять королевский трон. Будет нужно – даже к Руфтэру в койку прыгнет и станет его ублажать со всей присущей эльфийкам страстью.

В Кларэнсе все было готово, и вскоре мы ушли в поход. Нет, я не собираюсь описывать сцену прощания и слезы наших жен. Увольте меня от этих откровений! Я и так довольно подробно описываю нашу жизнь, но мы люди. Такие же, как и вы. Оставьте нам немного личного, не требующего обсуждений. Того, что остается в сердцах близких и любимых.

Погода не подвела. Она была теплой, солнечной, но без этой удушающей духоты, какой славятся земли Баргэса. Бархатное тепло Асперанорра мне ближе и гораздо приятнее.

Наконец мы добрались до нашего старого и родного замка Альдкамм. Как ни крути, но именно здесь началась история нашего рыцарского ордена. Здесь мы поняли, что есть нечто большее, чем простая попытка выжить в этом чужом и неприветливом мире. Все так и было. Здесь, в этом старом замке, который высится на берегу пролива Йерроу-дарр.

Он изменился, наш замок. Будто съежился и – как показалось – стал чуточку ниже. Некогда просторный двор стал маленьким, но тем не менее очень уютным. Везде царит образцовый порядок. Эти стены верно служат своим хозяевам – гномам из клана Легион. Изменился не только замок. Изменились его окрестности, да еще как! Неподалеку появилась целая гномья деревня!

– Ну и дела… – протянул Димка и даже присвистнул от удивления, когда мы подъехали к окраине поселка.

– Кто бы мне рассказал, – кивнул я, – никогда бы не поверил.

– Серега, да они серьезно здесь осели! Ты только посмотри – и кузницы и мельница!

Он прав. Это уже не те десять домов, в которых жили первые мастеровые! Полноценная деревня из пятидесяти дворов, не считая торговых заведений и мастерских. Мы ехали и не переставали удивляться. Вдоль дороги, которая вела к воротам замка, выстроилась первая линия домов. Ровно, как по линейке! Здесь расположились несколько магазинчиков, пять пивных и даже постоялый двор «для проезжающих».

Скоро на эти земли рванут не только гномы, но и простые люди. Земля здесь хорошая, леса густые, а горный хребет Навэр-рагс, который виднеется на северо-западе, еще ждет своих рудознатцев. В общем – есть где развернуться.

Наш отряд двигался к замку, и гномы, которые встречались на этой дороге, приветливо подносили руку к груди. Мы вежливо кивали в ответ, не переставая удивляться гномьему трудолюбию и упорству. Оружейники, сапожники, ювелиры. Даже лавка портных, чей фасад был украшен привычной всем вывеской с изображением бараньей головы.

– Гильдейские портные?! – вытаращился Димка.

– Как видишь! – усмехнулся я.

– Неужели наш Дарби продавил членство в гильдии? Как он умудрился?

– Понятия не имею…

Наш хмурый Воронов, который последнее время редко чему-то удивлялся, даже глазами захлопал. Когда мы с Олегом Сенчиным возвращались из южного плена, Дарби обещал, что не пройдет и года, как здесь поселится не меньше тысячи гномов. Он сдержал слово. Уже сейчас клан насчитывал около тысячи двухсот! Это не считая тех полутора сотен, которые служили в Кларэнсе.

Дома гномов… Это нечто особенное! На первый взгляд они вызывали улыбку своими аккуратностью и резными украшениями, но я начинал приглядываться и понимал, что каждый дом – крепость. Как мне рассказали чуть позже – они соединены подземными туннелями и переходами. Отсюда можно пробраться в крепость и скрытно покинуть деревню, чтобы оказаться где-то на берегу залива. Никогда бы не поверил, что такое можно выстроить за год, но факт остается фактом – гномы очень трудолюбивый народ.

Мы еще не подъехали к воротам замка, а на его башнях распустились большие флаги с изображением гербов Асперэнда, Кларэнса и нашего рыцарского ордена. На главной башне развевался флаг Альдкамма. Приятно, черт побери, когда тебя встречают с уважением.

– Несколько лет назад нас так не встречали, – хмыкнул Рэйнар.

– Ты еще вспомни, как мы от пиратов Крэйя отбивались.

Норр Дарби, хоть и был предупрежден о нашем визите, ошалел от радости! Уровень его положительных эмоций совершенно зашкалил, когда он увидел королевского советника и принцессу эльфов. Еще немного, и совсем потерял бы голову. Гнома можно понять – не каждый норр Асперанорра был удостоен такой чести.

Увы, пришлось охладить его буйную головушку и объяснить, что трезвонить на каждом шагу про высокопоставленную гостью необязательно. Мало того – нежелательно. Чтобы избежать «дипломатических» недоразумений на таком скользком поприще, как принуждение к миру в независимом эльфийском королевстве. Воронов с присущим ему чувством юмора назвал операцию «Киса». Про Ильфа и Петрова местным слышать не приходилось, но название понравилось.

Гном Барри так застращал своих парней, что те при одном упоминании о слове «Кьисса» начинали хлопать глазами и вытягивались по стойке «смирно». Глазами хлопали, но молчали как рыбы. Наш Барри умел находить простые и доходчивые выражения. Каждому бойцу досталось. С лихвой. От его по-командирски мощного рыка, украшенного привычным «ban derr logg figoff», даже листья с деревьев осыпались.

Дарби не дурак и все понял правильно. Тем более что Руфтэр ему разрешил рассказывать о своем визите в Альдкамм. Мол, королевский советник для укрепления обороны изволил провести инспекцию южного побережья Асперанорра. После того как мы уйдем в море, советник отправится в Сьерра, так что легенда подходящая.

Этот факт окончательно покорил Дарби. Судя по маслянистому взгляду, гном уже письма сочинял для своих собратьев из других кланов. Эдак наш Дарби обрастет мясом и станет одним из самых сильных кланов Асперанорра! Тем более что он умен и свободен от разных родовых предрассудков, которыми часто болеют его собратья.

Пожалуй что я не буду описывать пирушку, которую закатили гномы в честь нашего прибытия. Это очередной праздник чревоугодия, очень опасный для здоровья. Не будь наши парни предупреждены о разрешенном количестве спиртного, все бы тут и полегли…

Слава богам, что Руфтэром и принцессой Акейрой – как и положено хозяину – занимался норр Дарби. Я мог спокойно обсудить дела с капитаном Стигом и встретиться со своими старыми друзьями. Кузнец Эйгар даже слезу пустил от радости. Да, тот самый гном Эйгар из северного клана. Гном, который любил похабные песни и был жутким любителем женщин. Тот самый, с которым я первый раз напился в этом мире.

Мы сидели во дворе, пили коварный руна-ретт и вспоминали старые добрые времена. Залив Зуннагэр, старика-хозяина и его дочь, которая не верила в чужие миры. Даже малышку Рейлин вспомнили. Уже далеко за полночь, когда хмель сделал свое черное дело, двор замка Альдкамм услышал старую северную песню:

Рейлум Иллис зег ойнар,

Хан вир дени вьялле!

Иммэр Даггри тер хэйнар,

Та вир ерна вьялле…

Через несколько дней мы начали готовиться к отплытию. На берегу залива стоял драккар капитана Наэрра. Еще два корабля бросили якорь в ста метрах от берега. Увы, но причал здесь маленький, и погрузка шла медленно. Драккары качались на волнах, кивая резными драконьими головами, и ждали своей очереди. По берегу сновали люди и гномы, таская на своих плечах припасы и сундуки с подарками для эльфийских правителей.

Да, мы ехали разговаривать, а не воевать, но кто застрахован от стычек? Тем более в южных водах. Кстати, о драках! Рыцарские доспехи пришлось оставить дома. Эльфийские земли славятся своими озерами и бурными реками. Лошадей мы с собой не берем, а таскать на себе тридцать килограмм железа в виде брони желания не возникало. Ограничились кожаными камзолами и кольчугами плотного плетения. Это же касалось и оружия. Любимый бастард я оставил дома и вооружился тяжелой и острой шпагой. Кроме этого взял боевой топор и несколько кинжалов.

Вещей набралось много. Чего мы только не погрузили! Оружие, маскировочные костюмы для гномов, продукты, палатки и несколько набитых сумок, подготовленных монахами. Бинты, мази, настойки и прочую медицинскую мелочь вроде пил для ампутации конечностей. Кстати, один из лекарей отправился с нами. Кто именно? Вы будете удивлены, но этим монахом был Лексио Эльвейра.

Признаюсь – я не настолько ему доверял, чтобы брать в поход. Нам пришлось сесть и серьезно поговорить, прежде чем согласился с его кандидатурой. Не знаю, какой он монах, но в резаных и колотых ранах разбирался очень неплохо. Это не мои догадки, а признание Хаугри и Торри.

Пока готовили наши корабли, мы с Руфтэром прохаживались по берегу и старались еще раз уточнить мельчайшие детали нашего плана. Да, он был слишком авантюрен, но разве это плохо? Вся история мира – это одна большая авантюра.

Неподалеку от нас прогуливались Дмитрий Воронов и Рэйнар Трэмп. Они присматривали за принцессой Акейрой, которая общалась с Дарби и его женой. Бояться здесь нечего, но лучше не рисковать. Слишком высоки ставки в этой игре.

– Главное, Серж, – Руфтэр сделал небольшую паузу и усмехнулся, – не устраивайте там бойню. Вашим головорезам только дай такую возможность.

– Не переживайте, дьен грэ! Все сделаем в лучшем виде.

– Очень надеюсь, – вздохнул советник и запахнулся в плащ. Утро было прохладным. Он немного поежился и продолжил: – Вы ведь понимаете, что нам нужна такая союзница, как принцесса.

– Нам нужна не принцесса, а королева Акейра.

– Вы совершенно правы, мой друг.

– Скажите, дьен грэ, а вы уверены, что принцесса справится с королевской властью?

– Серж, – вздохнул Руфтэр и развел руками, – у нее нет иного выхода. Либо она станет королевой, либо ее убьют.

– Какая блестящая перспектива…

– Увы…

– Ничего, – усмехнулся я. – Думаю, что мы сладим с этой задачей.

– Очень на это надеюсь, – повторил Руфтэр и, глядя на морской прибой, произнес: – Ведь у нас тоже нет другого выхода, не правда ли?

Я не ответил, но он и не требовал ответа. Мы уже все обсудили. Руфтэр молча посмотрел на меня и вздохнул:

– Удачи, магистр! И пусть боги будут милостивы к вам и вашим спутникам…

25

Наш Мастер Кораблей – Олег Сенчин – нашел свое призвание в этом мире и заложил в Мэше верфь. Планов у него много, глядишь, что-нибудь и получится. Тем более что он до сих пор бредил идеей о путешествии на юго-запад. Хотел увидеть, что находится там, за землями орков. Хорошая мечта. С привкусом морской соли и южного ветра – ароматного, как приправы из Баргэса.

Судя по всему, Олег нашел общий язык с капитаном Стигом. Несмотря на беспрестанные споры. Ругались парни самозабвенно, не жалея ни сил, ни времени. Несмотря на это, любой сторонний наблюдатель сразу понимал, что это скорее дружеская перепалка, нежели настоящая ссора, чреватая тяжелыми последствиями.

Когда Сенчин показывал свой очередной рисунок, капитан Наэрр сначала тихо охал, а потом начинал объяснять, почему у Олега ничего не получится. Сенчин заводился, и вот извольте видеть – они опять спорили о мореходстве, кораблях и парусах.

Попутный ветер, хорошая погода – о большем и мечтать не приходилось. Все-таки плавать на драккаре – это не шутки. Да, я помню, что по морю ходят, а не плавают, но я существо сухопутное – мне такие ошибки простительны. Пару раз штормило, и нас изрядно потрепало, но, как потом выразился Димка Воронов, «без потерь в живой силе и технике».

Мне иногда жаль, что я не поэт и не маринист, чтобы передать это очарование моря. Сенчин даже усмехался, глядя, как осторожно я любуюсь этим великолепием. Он утверждал, что именно так люди и заболевают болезнью странствий. Может, и прав – есть очарование в этой морской бесконечности, которое нельзя передать словами.

Корабли шли птичьим косяком, метрах в ста друг от друга. Иногда мы сближались, чтобы обсудить какие-то проблемы или помочь устранить поломки. Во время последнего шторма нас здорово раскидало, и если бы не мой ворон Нур, было бы трудно собраться всем вместе. Ворон полюбил сидеть на клотике мачты. Иногда он встряхивался и слетал вниз, чтобы получить заслуженный кусок мяса или подразнить кого-нибудь из гномов, сидящих рядом со мной. Не удивлюсь, если эта наглая птица когда-нибудь заговорит. Уж слишком она внимательно прислушивалась к нашим разговорам.

– Ка-арр-р!

– Поговори мне еще. – Я щелкнул ворона по клюву и выдал ему кусок мяса.

– Ка-арр-р!

Ворон надулся как шар, встряхнулся и, немного подумав, принял угощение. Пока он с ним разделывался, я мог посидеть и подумать о том, что нас ждет на краю света. Задача не самая приятная и далеко не самая легкая. Нам предстояло уговорить нынешних эльфийских правителей задуматься о будущем и признать право принцессы Акейры на королевский престол. Не каждый мелкопоместный правитель на подобное пойдет. Там сейчас такое творилось, что мама не горюй! Что именно? Бардак! Куча эльфийских кланов, небольших владений и даже кучка полудиких племен, обитающих где-то на востоке.

Местные «полевые командиры» грызлись между собой и между делом уничтожали остатки былой роскоши. Страшное место, а не государство. Нет, я правда не понимаю – за каким дьяволом принцессе нужен королевский трон? За державу обидно? Может, и так. На мой взгляд – ей было бы легче устроиться где-нибудь в Асперанорре, чем собирать воедино это давно разрушенное королевство.

Чтобы не рисковать «командным составом», мы разделились. Дмитрий оказался на одном корабле с принцессой, Рэйнар Трэмп и Барри – на другом, а я с Олегом Сенчиным и Стигом Наэрром на флагмане. В самом начале нашего путешествия мы, прижимаясь к берегам королевских островов, двинули на северо-восток. Обогнули остров, на котором расположен городок Вьяллемир, и пошли на восток – в сторону эльфийских земель. По карте капитана Наэрра нам предстояло пройти около четырех тысяч лейнов, прежде чем увидим землю.

Для начала нам необходимо добраться до острова Эгер, который расположен на западном побережье эльфийского королевства. Этот кусок земли похож на семечко от подсолнуха. Где-то пятьсот лейнов в длину и двести пятьдесят в ширину. Большая часть покрыта горами, среди которых лежат долины, заселенные подданными местной правительницы – Айрис оттиер Сайя.

На острове живут рыбаки, ловцы жемчуга и пастухи, которые пасут коз. Правительница Айрис проживает в порту Эгердор, на материковой части владений. Между прибрежным городом и островом лежит пролив, ширина которого около ста тридцати лейнов. Разумеется, если карта Стига Наэрра не врет.

По рассказам принцессы, правительница Эгердора приходится ей близкой подругой. Это дочь того самого придворного, который служил королеве Гэрре. После ее убийства слуга, верный своей присяге, спас королевскую дочь – Зегиру. Увез малышку из столицы и спрятал на острове Эгер. Когда мятежники поутихли, девушку перевезли в замок, где она и жила до самой своей смерти. Кстати, там же родилась и принцесса Акейра.

О своей «лучшей подруге» Акейра рассказывала неохотно. Упомянула о древности этого рода, и все. Советник Руфтэр рассказывал немного больше, но тоже ничего определенного. Подруги… Зная, что такое «женская дружба», не удивлюсь, если первой жертвой принцессы окажется эта самая Айрис. Повесит ее на воротах замка и даже не вспомнит, как в детстве цветочки на лугах собирали.

Кроме этих, пусть и не самых интересных фактов, мне сообщили кучу информации о местных правителях. Кто с кем воюет, кто с кем дружит. Там такая неразбериха, что сам черт ногу сломит. Если честно, то у меня от этих хитросплетений голова кругом! Как выразился Дмитрий Воронов: «Чего ты хочешь от королевства, где царил махровый матриархат? Там же ни грамма логики, сплошной гламур! Не женское дело – политикой заниматься!» Как бы там ни было, но именно с этой «женской логикой» нам и придется иметь дело. Это теперь наша проблема. Хочешь не хочешь, а будем разбираться, чтобы посадить принцессу на королевский трон.

Единственным приятным известием оказалось то, что бывшей столицей управлял мужчина. С ними, знаете ли, как-то привычнее вести дела, нежели с женщинами. По рассказам Руфтэра этим правителем являлся старик Такрид. Он занял столицу в период безвластья и довольно быстро навел порядок. Кого казнил, а кого просто выпорол и отпустил восвояси. Такрид уже дряхлый старик, но власть в городе держал и уходить на покой, судя по всему, не собирался.

Кстати, именно его владения граничат с владениями Эгер. Город Рийкераун – столица королевства – находится в четырехстах лейнах к югу от города Эгердор. Это наша первая задача в этом… женском мире.

Пока мы плыли, я испортил не один лист бумаги, составляя небольшое письмо, которое собирался отправить Такриду. Иногда, видя, что я устал, ко мне присоединялся Олег Сенчин. Спрашивал разрешения, читал черновики и шалел от моих совершенно не дипломатических выражений и оборотов.

– Ты что, так и напишешь: «прибудет магистр ордена»? – спросил Олег.

– Да, конечно, – кивнул я. – Что именно тебя удивляет?

– Но мы собираемся нанести визит…

– И что?

– Здесь не принято спрашивать дозволения? Все-таки в гости едем.

– Наш орден не спрашивает. Мы просто сообщаем о решении.

– Табе пасодют, – голосом актера Папанова сказал Олег и добавил: – Такрид может…

– Такрид может принять нас как дорогих гостей… или… – тут же заметил я, – или пойти наперекор воле богов и попытаться воспротивиться нашему визиту. Как ты думаешь, что он выберет?

– Серега, ты блефуешь!

– А что, скажи на милость, нам остается делать?

– Сухари сушить, – засмеялся Олег.

– Очень смешно.

Он потоптался и убрался на нос, где затеял очередную свару с капитаном. Отчасти Олег прав, но нам приходится блефовать. Иначе мы завязнем в этой местной политике как муха в варенье. Нам этого делать нельзя – у нас мало времени. Своих проблем по уши. Такрид… Такрид это еще цветочки… Там такие ягодки на югах обитают, что, как говорил один киношный персонаж, «трамвай за счастье встанет».

– Ка-арр-р! – Ворон наконец разделался с куском мяса и начал приводить свои перья в порядок. Иногда он отвлекался от этого занятия и пытался оторвать от моего камзола какую-нибудь блестящую деталь. Получив по клюву, он возмутился и перебрался на мачту.

Так вот о Такриде. Все дело в том, что он никогда не служил королеве Гэрре, и взывать к патриотическим чувствам не получится. С другой стороны – его нельзя обвинить в предательстве. В молодости жил на севере эльфийских земель и, по слухам, занимался разными нехорошими делами, о которых в приличных домах и упоминать не принято. Тут вам и контрабанда, и золотишко с приисков, и божий промысел на больших дорогах. С королевским двором не общался, а если там и слышали рассказы о его лихости, то исключительно от заезжих купцов, и, скорее всего, в нецензурных выражениях.

Когда началась смута, молодой Такрид собрал команду головорезов и двинулся вместе с ними на юг – поближе в золоту. Добраться не успел, – там и без него желающих было предостаточно. Он смекнул, что лучше не рисковать и прибрать к рукам полуразграбленную столицу. Что и сделал с присущим ему нахальством.

Судя по описаниям смутных времен, Такрид просто заявился во дворец, где шельмовали жители столицы, и, не отходя от ворот, зарубил несколько человек. Потом его парни обыскали замок, попутно выкидывая из окон мародеров. Когда жители опомнились, было уже поздно – на сторону Такрида встали остатки королевской стражи, которая пряталась от народного гнева по углам и подвалам.

Вроде бы ничего нового в эльфийском характере, не правда ли? Все, да не все. Судя по рассказам Руфтэра, старик Такрид мечтал о славе. Именно ради славы он частенько воевал с соседями. Особенно с теми, которые на югах золотишком промышляли и с королем Аргером Вторым из Баргэса шашни водили. Любил старик это дело – воевать и золотые монеты в своей казне пересчитывать.

Кроме всего прочего имелась у него еще одна черта характера, выгодная для нашей ситуации. Такрид очень верил в северных богов (что неудивительно, учитывая место его рождения). Надо заметить, что боги в эльфийском королевстве те же самые, что и у нас. Есть разница в обрядах. Если в Асперанорре никто и никогда не изображает небожителей, то здесь это дело привычное, если не сказать больше – вполне богоугодное. В книгах, которые мне удалось найти и прочитать, не было изображений местных идолов, но полагаю, что выглядят они неплохо. Особенно если учитывать любовь эльфов к золоту и уровень здешних мастеров.

Если честно, то мне даже интересно будет увидеть эти изображения. Если вы помните прием у короля Гэральда во время праздника и украшения, созданные руками эльфов, то, думаю, вы поймете. Мастера здесь и правда удивительные. Я надеюсь, что не все погибли во время смуты.

Кроме этих двух персонажей поблизости обитала старуха Эйрида оттиер Гезза. Ее земли – к юго-западу от столицы. Очень интересная личность. Ее бы в наш мир отправить. Она бы там такой шорох навела, что живые позавидовали бы мертвым. Не все, конечно, но некоторые представители творческой тусовки – точно бы завидовали. Плакали бы и завидовали…

– Парус!!! – раздался крик одного из матросов, и я поднялся на ноги. Прямо по курсу виднелся какой-то корабль.

26

Ну вот, задницей чувствовал, что по дороге случится какая-нибудь неприятная хрень. И судя по всему – далеко не последняя. Этот корабль шел из Грэньярда, и на его борту кроме трех купцов из Асперанорра был один торговец из Баргэса. Ну и два десятка головорезов, которые старательно изображали команду.

На носу виднелось название: «Наввэл». Надо заметить, на «молодого тюленя» судно никак не тянуло. Корыто, причем изрядно уставшее от жизни. Видимо, их здорово потрепало во время последнего шторма, а тут и мы подоспели. Драккар подошел поближе и предложил помощь. Мореходы от помощи отказались, но довольно приветливо поболтали. Купцы даже поинтересовались ценами на зерно в Сьерра.

И тут – мы глазом не успели моргнуть – как наш Эльвейра зарычал и бросился вперед! Он подскочил, схватил одного из купцов за грудки и перевалил через фальшборт! Бросил его на драккар, навалился сверху и начал лупцевать кулаками. Даже хрипел что-то, но слов было не разобрать. Разумеется, такое «здрасьте» нашим собеседникам не понравилось. Кто-то из купцов крикнул, кто-то из команды рванул меч из ножен, ну и понеслась душа в рай – в безудержной абордажной свалке! Едва я успел запрыгнуть на борт, как на меня бросился капитан корабля. Здоровый, как буйвол! Звонко запела сталь. Рядом кто-то крикнул от боли. Треск. Шум ударов. Хрип.

Удар!

Черноволосый здоровяк попытался сделать выпад, но нарвался на мою контратаку и отступил. На рукаве его серой рубашки начало расплываться бурое пятно. Он заревел как раненный в задницу медведь и, подняв тяжелый, но короткий клинок, бросился на меня. Удар! Парировал и ушел ему за спину, успев полоснуть по ребрам. Он крикнул, наверное, что-то очень матерное и хотел развернуться, но нарвался на Олега, который уже разобрался со своим врагом и выскочил прямо перед ним. Сенчин недолго думая сделал длинный выпад и пырнул мужика мечом. Р-р-аз! Шкипер на секунду замер, а потом рухнул на колени и медленно завалился на бок.

Уф… Как-то все слишком быстро. На земле мне как-то привычнее драться.

Я осмотрелся – этот вроде последний. На носу еще дрались, но, судя по крикам, там помощь была не нужна – без нас справятся. Через фальшборт уже лезли парни с нашего второго драккара. Рэйнар, Барри. Они подошли с правого борта, и на палубу захваченного корабля сыпанули гномы. Поздно – мы уже закончили! Почти. Гномы, если поспешат немного, еще успеют мечами помахать.

– Хорошо повеселились… – посмотрел на меня Олег и облизнул губы.

– И что это было?

– Сейчас узнаем.

Я подошел в борту и увидел, как на нашем драккаре беснуется Эльвейра. Он до сих пор избивал свою жертву. Уже было видно, что умаялся, но удары наносил с частотой отбойного молотка.

– Леша, хвостом тебя по голове! Какого черта ты на людей бросаешься? Голову напекло? Так мы тебе говорили, чтобы шапочку надевал.

– Серый, я знаю эту суку! – рявкнул Лексио. У него даже лицо перекосило от ярости.

– Беррэнт дэ вьерн… – присвистнул Рэйнар, увидев эту картину. Потом перевел взгляд и с интересом посмотрел на Эльвейру. – Однако наш дюнк не так прост, как кажется.

– Сударь, остановитесь на минутку! Перестаньте бить этого дяденьку, а то вспотеете и простудитесь! Господи, ну что за человек такой… Леша, скажите толком – кто это?

– Работорговец из Эсхарта! – прорычал Лексио, держа свою добычу за волосы.

Судя по всему, этому купцу недолго осталось жить. Эльвейра превратил его в такую отбивную, что дрожь брала. Там даже лица не видно. Нет, я ничего не имею против! Это, как говорил один мой знакомый, дело житейское. Убил и убил. Каждый может попробовать, если нужда возникнет.

– Вот как! Работорговец, значит…

– Вечер перестает быть томным, – заметил Сенчин.

– Возьми пару ребят, – сказал я, – и осмотрите эту посудину. Мало ли что.

– Сделаем, – кивнул Олег и, взяв несколько парней из команды Стига, ушел вниз.

Жаль, но никто из команды не выжил. Был один тяжело раненный, но он умер, не приходя в сознание. Корабль? А что корабль? Такая же посудина, как приснопамятная «Русалка», на которой меня везли в Баргэс. Обычный «торговец». Парни Наэрра, стуча тяжелыми сапогами, шныряли по палубе и осматривали трупы. Трофеи собирали. Все верно – это дело святое. Я осмотрелся, и мы с капитаном Наэрром отправились в каюту шкипера.

– Ну и духота, – пожаловался Стиг и вытер лицо. В каюте и правда было душновато.

Стены, потемневшие от трубочного дыма, стол с разложенной картой. Массивное кресло с дочерна засаленным сиденьем из красного бархата. Подвесная койка и несколько рундуков, прикрепленных к полу. Что удивило – ковер на полу! Выцветший и местами протертый до дыр, но ковер. Не доводилось таких видеть – рисунок слишком непривычный для этих мест. Что еще? Бочонок с вином и бочонок с водой. Рядом, на деревянном крюке – кожаная кружка. Медный кувшин, тазик для умывания и грубый табурет в углу. На стене – рядом с иллюминатором – расшитая перевязь и тяжелая рапира в богато украшенных ножнах. Пока Стиг осматривал бумаги, я вытащил клинок.

Кто-нибудь, увидев режущие кромки, мог бы назвать это шпагой. Можете называть как вам угодно, но это все же рапира. Та самая, которую называли espada ropa или espada ropera. Сиречь, «меч для одежды». Именно «для одежды», а не для доспехов. Клинок хоть и имел лезвия, но был слишком легким для нанесения рубящих ударов.

– Ух ты! – Я даже присвистнул от удивления.

Рапира длиной около семидесяти пяти сантиметров с волнистой формой лезвия. В нашем мире такие клинки называли «фламбергами», или «пламенеющими». Как ни назови, но оружие серьезное и раны наносит тоже серьезные. Да и длина для схваток на кораблях подходящая. Глубокая чашка эфеса с выступающим перекрестьем и удобная рукоять, оплетенная витой серебряной проволокой. Восьмигранное навершие было сделано в форме груши и украшено большим черным камнем. Вокруг него еще восемь камней поменьше размерами. Красные, треугольной формы. Дочерна вороненный клинок был украшен тонкой серебряной насечкой. Какой-то сложный растительный орнамент. Если не ошибаюсь, то в Асперанорре так оружие не украшают. На рикассо есть клеймо мастера.

– Это эльфийский клинок, – пояснил Наэрр, не отвлекаясь от изучения бумаг.

– Эльфийский?

– Да, – кивнул он. – Посмотрите, на клинке может быть надпись «эррвимевт».

– Хм… – хмыкнул я. – Да, есть такая. И что она значит?

– Ничего особенного. – Капитан пожал плечами и усмехнулся. – Это обычная считалочка, которую используют дети в играх. Укороченное написание фразы: «эсхи рея роя вире, ирре мисс ет вьярре тьор»

– Считалочка?!

– Ну да, – кивнул Стиг. – Разве ваши дети не играют в игры?

Дословно перевести эту фразу не получилось. По смыслу – вышло нечто похожее на знакомое с детства: «Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана». Мрачноватый юмор, если подумать. Посчитаем, кто вылетит из жизни первым? Интересные нас ждут земли, ничего не скажешь.

– Лексио не ошибся, – сказал Стиг и показал мне какие-то бумаги. – Этот купец и правда из Баргэса. Здесь есть договор о доставке его товаров из Грэньярда в Эсхарт.

– Что за товар?

– Странно… – хмыкнул капитан. – Здесь написано, что груз шерсти. Какой болван повезет шерсть в Баргэс? Там что, баранов перестали выращивать?

– Там половина населения состоит из баранов.

– Ты прав! – засмеялся Стиг.

– Пойдем, посмотрим, что там за шерсть такая.

Мы осмотрелись, кликнули капитанского помощника, чтобы закончил обыскивать каюту, и поднялись наверх. Капитан забрал бумаги, а я прихватил найденную рапиру. Морской бриз принес некоторое облегчение после удушливой жары каюты. Я с удовольствием подставил лицо свежему ветру и вздохнул. Парни закончили обыскивать трупы и теперь ждали наших приказаний.

Рэйнар сидел на фальшборте и с улыбкой наблюдал за Лексио. Наш медик, которому по статусу полагалось быть миролюбивым и благостным, до сих пор пинал «трофейного» южанина. Экий он, право слово, неугомонный. Если я не ошибаюсь, то купец уже сдох. Ну да ладно, пусть пинает. Сам же потом и будет доски от крови очищать. У входа в трюм стоял Олег Сенчин и что-то обсуждал с парнем из нашей команды. Мы подошли, и я подал рапиру Олегу.

– Держи.

– Что это?

– Заслуженный трофей. Ты же убил шкипера.

– Добил, – уточнил Сенчин.

– Это уже не важно. Что там в трюме?

– Тюки с шерстью.

– Хм…

– Бред какой-то, – буркнул Наэрр. – Много?

– Изрядно. Почти половина трюма. Остальные тюки с мехами из Брэйонда.

– С пушниной все ясно, – кивнул Наэрр, – но при чем здесь шерсть?

– Открывай грузовой люк, – пожал я плечами. – Надо выгружать и смотреть.

Пока парни потрошили трюм, я подошел к Рэйнару и, присев рядом, вытащил трубку. Метрах в пятидесяти от нас покачивался третий драккар, на котором плыли принцесса и Димка Воронов. Все правильно – незачем им приближаться. Врагов хоть и не осталось, но лучше не рисковать. Не нравится мне эта шерсть.

– С-с-сука, – устало выдохнул Лексио и наконец оставил свою жертву в покое.

Забил все-таки купца! Экий он охальник, наш дюнк. Там такой фарш, что даже смотреть неприятно. Эльвейра оттолкнул ногой тело, а потом привалился к скамье и обхватил голову руками.

– Давай, герой абордажа, рассказывай, – вздохнул я, но он даже не пошевелился. Сидел и раскачивался, как китайский болванчик.

– Серж… – тихо сказал Рэйнар и поморщился, – пусть отойдет немного.

– Нечего ему раскисать, – отмахнулся я. – Эй, на драккаре! Дома есть кто?

– Что тебе рассказать? – Лексио поднял голову и посмотрел на меня.

– Откуда ты знаешь этого дохлого купца?

– Он торгует рабами.

– Торговал, если быть точным, – заметил Барри. Он пощупал жилку на шее купца и дал знак своим парням, чтобы те выбросили труп.

Гномы легко подхватили тело и перебросили его через планшир. Конечно, не забыли обыскать на предмет трофеев. Все найденное они передали своему командиру, а тот подошел к Лексио и молча положил перед ним.

Эльвейру даже перекосило. Думал, еще чуть-чуть, и побежит желудок облегчать. Нет, не побежал. Уже хорошо.

– Серега! – позади меня послышался крик. Обернулся и увидел Олега, выглядывающего из грузового люка.

– Что там?

– Не хочешь взглянуть? Думаю, что тебе будет интересно.

27

За тюками с шерстью был обнаружен закуток, где мы нашли пятерых закованных в цепи невольников и два запертых сундучка, набитых грасснорами. Судя по весу – не меньше тридцати тысяч даллиноров. Приличная сумма. За эти деньги можно купить три поместья с манором, землей и внушительным количеством работников. Вряд ли капитан этой посудины рисковал бы жизнью, будь это его деньги. Хотя кто знает? Чужая душа – потемки. Иные до самой смерти сидят на мешках с золотом, но продолжают питаться заплесневелыми сухарями. Жаль, но хозяина этих денег мы уже не узнаем – из команды никто не выжил.

Невольников вывели из трюма и выстроили на палубе. Сильно отощавшими этих мужчин не назовешь. В меру похудевшие – так будет точнее. Морды в синяках и кровоподтеках, но мы их и нашли не у жены под боком. Кандалы сняли. Воняло от них… даже глаза слезились. Пришлось поставить к подветренному борту, чтобы не задохнуться. Интересно, а как их кормили, если вход был заложен тюками? Ответ нашли гномы. Они уже успели перевернуть кубрик кверху дном и обнаружить хорошо замаскированный люк, через который пленникам передавали хлеб и воду. Пока я разглядывал невольников, ко мне подошел капитан Наэрр.

– Тьфу ты… – Наш бравый корсар был не на шутку расстроен.

– Что случилось, Стиг?

– Браслет. – Он махнул в сторону убитого шкипера. – Парни хотели снять золотой браслет с его руки, а он возьми и рассыпься пылью.

– Аргнорр?

– Он самый. Увы, магистр, но вы остались без абордажного приза.

– Я-то здесь при чем?

– Вы же первый забрались на борт этого корабля.

– Как-нибудь переживу, – отмахнулся я. – Тем более что неизвестно, какую магию могли подвесить на этот браслет. Лучше не связываться.

– Что будем делать с кораблем?

– Понятия не имею. Сам как думаешь?

– Чтобы дотащить это корыто до Эгердора, нужен серьезный ремонт, который займет не меньше двух дней. – Капитан прищурился и осмотрелся. – Проще забрать груз пушнины и затопить этого «тюленя».

– Хорошо, так и сделаем.

– Надо навести порядок на борту.

– Что? – переспросил я. – Прости, не понял?

– Нельзя топить корабль с телами на борту. Хаббе может обидеться и послать бурю…

Как оказалось, есть такое старое поверье: нельзя топить захваченный корабль с трупами убитых моряков. Так не поступают даже с самыми злейшими врагами. Победитель обязан похоронить павших с приличествующими церемониями, чтобы их души не превратились в морских чудовищ, которые обязательно отомстят своим обидчикам. Оказалось, что и это еще не все! После того как корабль будет освобожден от «смерти», капитан-победитель может его затопить, но опять же – согласно древнему обряду. Сам обряд несложен, но пару часов мы потеряем. Не смертельно.

– Да, конечно, – сказал я, когда Наэрр закончил объяснения. – Поступайте, как считаете нужным. Мы поможем.

Спустя несколько часов все было закончено. Позади нас тонул захваченный корабль, а я сидел и смотрел, как Эльвейра возится с освобожденными невольниками. Он перевязывал им раны, что-то выспрашивал и выглядел совершенно спокойным. Даже удивительно…

Через неделю мы увидели на горизонте землю. Это был остров Эгер.

Когда мы добрались до города Эгердор, даже невозмутимый Эльвейра открыл рот от удивления. Поверьте мне на слово – открывшийся нам вид был достоин не только удивления, но и восхищения!

Город Эгердор расположился на горном склоне. Белоснежные дома с плоскими крышами как ласточкины гнезда цеплялись за каменистую землю. Рядом с домами на рукотворных террасах зеленели сады, а узкие, извилистые улочки сбегали по склонам вниз, прямо к мраморной набережной. Да, вы не ослышались! Вся набережная была построена из белого мрамора. В гавани находилось три корабля. Как объяснил Стиг Наэрр – здешние. По внешнему виду они похожи на корабли южан, но меньших размеров. Ну и десятка два рыбачих лодок, конечно.

– Как-то не складывается у меня картинка, – сказал Сенчин.

– Какая? – спросил я, не отрывая взгляда от приближающегося города.

– Про опустошенные войной земли эльфов.

– Поживем – увидим.

Когда мы подошли поближе к берегу, там уже собралось около ста человек. Не сказал бы, что эти ребята с луками наперевес выглядели приветливо. Слава богам, что они узнали принцессу и позволили нам пристать к берегу. Пока корабли швартовались, мы с парнями глазели на город.

Сейчас, когда увидели городские здания во всех деталях, стало заметно, что некогда белоснежный мрамор потемнел, а местами потрескался и разрушился. Улицы украсили глубокие ямы и заросли бурьяна. Пышные сады, так меня удивившие, на самом деле были просто одичавшими зарослями. Единственное, что продолжало исправно «работать», так это десяток горных ручьев, закованных в тесные берега каналов. Роскошный город обветшал и начал разрушаться. Самое главное, что никто даже не старался сохранить то, что осталось. Такое чувство, что всем было совершенно безразлично, что пройдет сто лет, и от города останутся одни развалины.

– Вот тебе и вся роскошь… – сказал я.

– Ты представляешь, как все здесь выглядело в период расцвета?

– Красиво.

– С каждым годом здесь становится все хуже и хуже, – сказал Наэрр. – Когда я приплывал сюда в последний раз, жителей было гораздо больше.

Вскоре нас пригласили в замок правительницы. Парни капитана Стига разместились в домах рядом с набережной. Как выяснилось, в городе много пустых помещений, и с жильем проблем нет. Отряду Барри и десяти воинам ордена нашлось место во дворце. Капитан Стиг Наэрр как один из рыцарей ордена также был приглашен в дом правительницы. Прошли по пустым улицам и уже через полчаса были представлены норрессе.

Вот ты, значит, какая, правительница Айрис… Я несколько секунд рассматривал эту девушку, стараясь вспомнить похожую женщину из нашего мира. Меня опередил Воронов. Он хмыкнул и тихо произнес:

– Черт меня побери, ну вылитая Мэрил Стрип!

А ведь он прав! Айрис и правда очень похожа на эту знаменитую актрису. Я еще не успел перебрать фильмы с ее участием, как Димка опять отличился:

– Помнишь фильм «Женщина французского лейтенанта»?

– В точку, – так же тихо ответил я.

И все встало на свои места. Темная шатенка с рыжеватым отливом длинных кудрявых волос. Немного островатый нос, синевато-серые глаза, которые смотрели на собеседника с вниманием и вечным вопросом. Такое ощущение, что она смотрела и постоянно спрашивала: «Что же вы за звери такие, гости из Кларэнса?»

Рядом с ней, ухоженной и наряженной, наша принцесса в мужском костюме выглядела захудалым северным норром. Видимо, Акейра и сама это понимала, поэтому быстро нас представила и удалилась.

Айрис тоже не стала задерживаться и приказала показать нам комнаты и позаботиться о возможности хорошо отдохнуть перед ужином. Слава богам. Отдых – это прекрасно! Мне бы еще ванну и сменить одежду – цены бы этому городу не было!

Нам отвели целое крыло. Не знаю, как они узнали о нашем прибытии, но горячая ванна уже исходила паром. Я не люблю всех этих церемоний, поэтому выгнал служанок, которые пришли мне помочь, разделся и залез в воду. Господи, какой же это кайф – смыть грязь! Такое чувство, что родился заново. Пока отмокал – рассматривал комнату. Дворец Айрис не стал исключением. Даже здесь на стенах виднелись трещины, а местами плесень. Многие плиты на полу потрескались и сдвинулись с места. Разваливается дворец… Разваливается. Очень надеюсь, что доисторических животных в тюфяках не водится.

Отмокнув, я долго оттирал грязь. Наконец ополоснулся холодной водой, выругался и, шлепая по каменным плитам, отправился за своими вещами. Баул уже принесли в комнату. Переоделся в придворный камзол, надел под колет легкую кольчугу-безрукавку и оглянулся. У дверей застыл один из моих телохранителей – Трэй. Он придирчиво оглядел мою фигуру, дернул бровью и подал шпагу. Потом посмотрел еще раз и удовлетворенно кивнул.

Так уж получилось, что в залу спустился одним из первых. Делать было нечего. Я вышел на балкон, чтобы покурить и осмотреться. Широкий балкон опоясывал всю залу. Подошел к ограде и посмотрел вниз. Прилично…

Замок местной правительницы был поразительно похож на Ласточкино гнездо в Крыму. Высокие зубчатые стены, трехэтажный донжон со шпилями и стрельчатыми окнами. Только побольше площадью и находился повыше. Не завидую я тем, кто попытается штурмовать эту крепость. Разве что драконов подрядить вместо штурмовой авиации, да и то с небольшими шансами на успех. Дорога, ведущая к замку Эгердор, узкая и очень извилистая, и на любом ее отрезке на твою голову можно сбросить несколько увесистых камешков. Ну или кипятком плеснуть, чтобы не заскучал во время атаки.

– Этерн дарр, магистр Серж! – послышался женский голос, и я обернулся.

Айрис уже успела переодеться. Красивое платье. Я совершенно не разбираюсь в этих вещах, но женщина выглядела изумительно.

– Этерн дарр, норресса!

– Магистр, вы интересный… человек. – Эльфийка если и поморщилась, то я не заметил. Почти не заметил – так будет точнее. Да, эльфийская заносчивость славится на весь мир! Это выглядит довольно странным, если вспомнить тот факт, что большинство шлюх, которые трудятся в аспераноррских борделях, родились здесь, на этих благословенных землях.

– Неужели?

– Да…

– Я к вашим услугам, Айрис оттиер Сайя…

– Айрис. Можете называть меня просто – Айрис.

– Благодарю вас… Айрис.

– Вы помогаете невольникам, но между тем о вашем ордене говорят такие вещи…

– Какие?

– Разные… – Айрис не стала уточнять, а я не стал настаивать. Это и так ясно, что разговор коснется старых преданий и бредней о похищенных душах. Она замолчала и посмотрела на море. Да, что и говорить, посмотреть здесь было на что…

– У вас прекрасный замок, Айрис.

– Да, это один из самых прекрасных замков нашего королевства. Он никогда не был взят. Скажите, магистр, а в Асперанорре есть хоть одна крепость, которая может похвастаться тем же?

– Да, – вежливо кивнул я и улыбнулся. – Мой замок Кларэнс.

– Вот как? – удивленно и слегка растерянно произнесла она. – Я этого не знала…

О чем еще не знала норресса Айрис, я узнать не успел. Где-то неподалеку раздался вой. Тяжелый и протяжный вой оборотня.

28

– Этих тварей в городе слишком много. – Дмитрий Воронов поморщился и выругался. Длинно и очень матерно.

Рэйнар Трэмп, сидящий рядом с нами, с большим интересом прислушался к гневной тираде и удовлетворенно кивнул. Понял, значит. Интересно, кто это у нас учителем матерной терминологии заделался? Кира? Нет, вряд ли. Она, конечно, может и выругаться, и послать по всем известному адресу, но без эдаких оборотов. Узнаю – голову откручу. Просветители фиговы… Учителя изящной словесности.

Уже прошло двое суток с тех пор, как мы прибыли в Эгердор. Успели, так сказать, познакомиться с городскими реалиями. Да, с нежитью в городе сложно. Ее здесь столько, что с наступлением сумерек жители не выходят на улицы. Запирают двери на засовы и закрывают окна ставнями. На некоторых даже решетки видели. Караульные держатся поближе к замку, а про уличные патрули давно забыли.

Мы с парнями сидели на нижней террасе дворца, пили разбавленное вино и ждали купца, который должен был достать лошадей. Эльфийские лошадки простые, но очень выносливые. Напоминают монгольскую породу из нашего мира. Сильные, коренастые и коротконогие. С аспераноррскими лошадьми не сравнить, но здесь и природа другая.

Конечно, всех воинов в седла не посадишь, но ведь и припасы тащить надо. Это вам не Асперанорр, здесь постоялые дворы – редкость несусветная, а крестьяне еду продавать не любят – сами живут впроголодь.

Терраса была немаленькая – размером с две волейбольные площадки, если не больше. Она нависала над нижним двором и открывала прекрасный вид на центральные ворота. Судя по зубчатому ограждению и своеобразному навесу из толстых досок, строили как площадку для лучников.

– Хочешь устроить охоту на местную нежить? – отозвался я. – Оно нам надо?

– Нет, не хочу.

– Слава богам.

– Но дела у нас, – покачал головой Дмитрий, – не позавидуешь…

Он прав. Я тоже не думал, что все так запущено. Обычные междоусобные войны, но они хорошо разбавлены нежитью! В городе есть два оборотня, которых никто не трогает. Это сыновья местных купцов, и горожане просто не хотят с ними связываться. Есть семейство вампиров, которым сама Айрис обещала покровительство. Есть молодая ведьма, на которую разве что не молятся, и несколько колдунов – тадд-мэрров! Дурдом… С другой стороны – я и в нашем Асперанорре не все понимаю, а здесь совершенно другое общество, с другими традициями и порядками. И вот среди всего этого бардака нужно найти тех, кто будет помогать принцессе.

– Если честно, то я до сих пор в легком шоке.

– Да, городок еще тот… – согласился я.

Рэйнар удивленно покосился и, судя по всему, совершенно не понял нашей – как бы это выразиться поточнее – беспричинной тоски. «Откуда у парня испанская грусть?» – это не про него. Для Трэмпа это еще один портовый город, в который забросила служба. Никакого душевного дискомфорта он не испытывал, и, наверное, это правильно. Рэйнар смотрел на жизнь проще. Это мы с Димкой и Олегом наблюдали за Эгердором с искренней жалостью. Да, есть такая русская привычка – жалеть всех подряд. Даже тех, кого надо убить и закопать поглубже, чтобы не воскресли.

Первое впечатление от видов Эгердора потускнело. Мы смотрели на его грязные улицы и пытались представить, как же был прекрасен этот небольшой портовый город во время расцвета эльфийского королевства! Здесь были театр, художественные галереи и даже музей! Не шутовские балаганы, каких полным-полно в Асперэнде, а самый настоящий театр. Увы, но от него остались лишь стены. Крыша провалилась, а в зале сквозь разбитый каменный пол пробились зеленые побеги колючего кустарника. Мраморные колонны обвивал плющ, а стрельчатые окна стали похожими на разинутые в безмолвном крике рты.

– Черт с ним, с этим Эгердором, – встряхнулся Воронов. – Ты мне лучше скажи, Серега, откуда на корабле такая куча денег? Тридцать четыре тысячи даллиноров, это не кот чихнул. Это, на минуточку, сумма, и причем немалая!

– Понятия не имею, – пожал я плечами.

– Очень плохо.

– Плохо, – согласился я. – Единственное, что известно, это пункт назначения – Эсхарт. И вообще, Дмитрий Васильевич, такие тайны по твоему департаменту. Разведчики, шпионы и прочая… нелегальщина.

– Я в курсе, – кивнул Воронов, – но мне от этого не легче. Невольников допросил, но они ничего не видели и не знают. Как погрузили в Грэньярде, так они и сидели в темноте, пока нашего Олега не увидели.

– Что, прямо в порту Грэньярда и грузили? – недоверчиво покосился я.

– Да, прямо в порту. Правда, ночью.

– Откуда их доставили в Грэньярд?

– Понимаешь, какое дело интересное… – задумчиво протянул Димка. – Они откуда-то с западной границы владений Грэньярда, но…

– Рассказывай, не тяни!

– Они рассказали, что целый месяц просидели в городской тюрьме.

– Даже так?

– Именно так. На корабль рабов доставил тюремный надзиратель – орк. Передал купцу, которого наш Лексио приголубил, и все. Потом им дали несколько раз по морде, закрыли в трюм и приказали сидеть тихо.

– Орк?!

– Да. Знаешь, есть такие существа. С жутко тяжелым характером. Совсем как ты, когда не высыпаешься… – начал придуриваться Дмитрий, но я уже не слушал. В Грэньярде не так уж много орков, а в охране тюрьмы и вовсе один экземпляр – тот самый, который меня «встретил» во время короткой отсидки.

– Интересно…

– Не тот ли это вертухай, про которого ты рассказывал? – спросил Воронов и поднялся из кресла. Подошел к небольшому столу, на котором стоял кувшин с вином, и наполнил бокал.

– Может, и он.

– Ты же у нас, Сережа, человек темна-ай, – усмехнулся он и хрипло, с блатными нотками в голосе продолжил: – Люди говорят, что ты человек с прошлым. Известное дело – на грэньярдской зоне чалился, с драконами стрелки забивал… Не твой куманек?

– Идите в задницу, сэр… – отмахнулся я, и Воронов довольно засмеялся.

Жаль, что с нами не было Гонарда Шэра, но если мне память не изменяла, то орк подчинялся только судье. Получалось, что невольниками торгуют приближенные Корна норр Грэньярда? Очень интересно… Вряд ли сам Корн в этом замешан. Для норра это слишком мелкий бизнес, чтобы руки пачкать. Но этот сундук с деньгами? К кому именно он плыл? С купцами, которые были на корабле, эти деньги не связаны. Их деньги мы нашли среди личных вещей. На круг вышло около пяти тысяч даллиноров. Ну и корабельная касса – еще пятьсот монет.

– Принцесса Акейра утверждает, что нам не удастся договориться с Такридом, – сменил тему Димка. Любит он такие резкие переходы.

– Это наши проблемы, с Такридом разговоры разговаривать. Ее забота – пользоваться его поддержкой. В чем, если честно, очень и очень сомневаюсь.

– Почему?

– Она слишком недипломатична. Даже если ее и подсадят на трон, то исключительно как куклу. Прав у нее будет не больше, чем у придворного шута. Я искренне не понимаю нашего Гэральда. Мне кажется, что он сделал ставку на слабую лошадку.

– Пессимист ты, Серега!

– Я хорошо информированный оптимист.

– Кроме Такрида есть Эйрида оттиер Гезза, но эта старуха будет покрепче.

– По рассказам – та еще тварь, – заметил Рэйнар.

– Судя по информации Руфтэра, у этой старушки талант плести интриги. Говорят, что она даже родного сына не пожалела.

– Что она с ним сделала? – спросил Воронов.

– Отравила.

– Как это мило… Просто так?

– Нет, зачем просто так. Появился шанс обвинить в этом соседнего норра и захватить его земли.

Через несколько минут пришли Олег Сенчин и Стиг Наэрр. Хмурые и озабоченные. Олег налил в стакан разбавленного вина из кувшина, попробовал и поморщился. Выплеснул его на каменные плиты и налил чистого. Залпом засадил стакан и налил второй.

– Что случилось, Олег? – спросил Димка.

– У нас, беррэнт дэ вьерн, пропало три человека из корабельной команды.

– Может, по бабам рванули?

– Нет, – покачал головой Стиг. – Вчера я отдал приказ никуда не отлучаться. Мои парни не рискнули бы ослушаться.

Да, дисциплина у капитана на высшем уровне. Видел, как поступают на кораблях с провинившимися. Наказывают быстро и жестко. Никому мало не покажется.

– Когда это произошло? – спросил Воронов.

– Последний раз их видели перед ужином.

– Оружие, вещи?

– Вещи на месте.

Через несколько минут прибыл купец. Он подъехал к воротам и долго общался с охранниками, прежде чем его пропустили в замок. Рэйнар Трэмп перехватил мой взгляд, кивнул и отправился вниз – разузнать насчет лошадей. За ним потянулся и Димка Воронов. Ушли Олег и Стиг. Я закурил и задумался… Внизу уже раздавался голос Трэмпа. Он выговаривал торговцу, а тот что-то лепетал, пытаясь объяснить или оправдаться. Судя по недовольному голосу Рэйнара, лошадей не было. Плохо. Очень плохо.

Позади меня раздались шаги. Я обернулся и увидел норрессу Айрис. Она шла по террасе, держа в руках рог с вином. Красивый, надо заметить, рог. Оправленный в золото и украшенный багровыми камнями.

– Этерн дарр, Серж…

– Этерн дарр, норресса Айрис.

Правительница подошла еще ближе и, подняв голову, пристально посмотрела на меня. Через несколько секунд она отвела взгляд в сторону и твердо сказала:

– Уезжайте отсюда.

– Простите, норресса, но я вас не понял?

– Будет лучше, если вы со своими людьми уедете обратно, в Асперанорр.

– Кому именно будет лучше? Вам?

– Всем.

– Я вас не понимаю.

– Давайте пройдемся, магистр, – предложила она. – Я покажу вам свои цветники.

– С удовольствием…

29

– Они будут нас ждать здесь, – сказал Наэрр и показал место на карте, – вот в этой бухте.

Судя по кривой ухмылке его помощника, одноглазого северянина по имени Йорс, – это место хорошо известно нашим корсарам. Видимо, уже бывали в этих краях, и не один раз.

Вчерашний разговор с Айрис пересказывать не буду – в этом нет необходимости. Скажу коротко: она боялась возобновления войны. Если начнется драка за королевский трон, то все междоусобные склоки покажутся детской шалостью. Мало того – в случае поражения Айрис может потерять все и даже свой обветшалый Эгердор не удержит.

Если быть откровенным, то она и сейчас не контролирует владений. На землях развелось огромное количество разбойников. Прошлые войны уничтожали города и разоряли мелких торговцев, крестьян и ремесленников. Чтобы не умереть с голоду, жители уходили прочь. Большая часть погибла, а те, кто пошустрей, брали в руки оружие, и, поверьте, не только для охоты на четвероногих. Хватало и двуногой дичи. Монахи, купцы, скардэры…

Сборщики налогов, которые ездят по деревням, часто возвращались ни с чем и горестно разводили руками, что «разбойники оказались проворнее». В лучшем случае. Бывало, что и вообще не возвращались. Леса здесь густые, а болота коварные. Просто партизанский край, а не королевство. Некогда прибыльная и уважаемая должность стала очень опасным ремеслом. Налоги если и удавалось собрать, то лишь под хорошей охраной, но и это больше походило на открытый грабеж. Подобное не улучшало взаимоотношений Айрис с ее подданными.

Долго разговаривали. Чем больше ее слушал, тем больше убеждался, что норресса Айрис и сама не прочь отрезать голову принцессе. Что ей мешает это сделать? Понятия не имею. То ли воспитание, то ли память предков, которые рисковали своими жизнями, спасая маленькую Зегиру из бунтующего Рийкерауна. Вот и пойми этих красавиц! Вроде и подруги, и росли вместе, но одной хочется королевской власти, а другой – тихой и мирной жизни.

С другой стороны, принцесса тоже не сидела сложа руки. Еще до встречи с Гэральдом она нашла верных престолу людей, которые мечтали о сильном государстве. Их было мало, но они были. Увы, но этого недостаточно! Поднимись они без поддержки норров – удавили бы в первый же день. По рассказам Руфтэра, принцесса Акейра могла собрать около пятисот воинов. Немного, скажете вы? Согласен. Бывало, что и меньшими силами брали города.

Дело не только в количестве. Узнай окрестные правители, что в Эгердор стягиваются бойцы, тот же Такрид появится у стен этого города и потребует объяснений. Принцессу терпели. Терпели до тех пор, пока она сидела тихо и не подавала голоса. Вот поэтому мы здесь и очутились – чтобы убедить нескольких норров оказать принцессе содействие.

Мы уходили в столицу…

Во дворе фыркали лошади, и раздавались хриплые голоса гномов. Барри обещал кому-то спустить шкуру, чтобы сделать «барабан, два бубна и мешок для волынки». Ничего нового. Обычная суета перед отправкой. Лошадей мы все же купили. Пусть и не столько, сколько хотелось, но десять лошадок нашли. Ужас какие своенравные. Так и норовили прихватить зубами, если окажешься поблизости. Рэйнар сначала пригляделся к своему каурому, а когда тот попытался укусить, двинул ему кулаком в челюсть. Помогло. Жеребец присмирел и превратился в покладистое средство передвижения. Надо будет своему выписать, если бузить начнет.

На широкой мраморной лестнице стояли принцесса Акейра и правительница Айрис. Обе девушки старались выглядеть спокойными, но были напряжены до предела. Когда отряд построился и начал движение, я подошел к ним и поблагодарил хозяйку за гостеприимство. Она молча кивнула, развернулась и ушла. Не очень-то вежливо по отношению ко мне, но это ее проблемы. Тем более что произошедшее не ускользнуло от глаз принцессы. Акейра проводила правительницу тяжелым взглядом и прикусила губу. Клянусь, это было похоже на звериный оскал!

– Ваше высочество… – начал я, чтобы отвлечь ее внимание. Нам только женской свары не хватало для полного счастья. – Вы помните наш разговор?

– Да, магистр, конечно же помню. Вы считаете, что мне пора это сделать?

– Да, ваше высочество. Полагаю, что вы можете отправлять гонцов и собирать воинов.

– Вы так уверены в успехе своей миссии?

– Нас ведут боги! – усмехнулся я. – Кто же осмелится противиться их воле?

– Хорошо, – кивнула она. – Я займусь этим сразу после вашего отъезда.

– Вот и славно.

– Пусть вам помогут боги… Серж.

– К вашим услугам… Акейра. – Я повернулся и пошел к Рэйнару Трэмпу, который держал за повод моего жеребца. Мы сели в седла и неторопливо выехали в ворота.

– Дрянной городишко, – сказал Трэмп и прищурился. – И вино здесь тоже дрянь.

Знаете… Я был с ним совершенно согласен.

Пожелания норрессы, увы, так и остались без ответа. Несмотря на это, ссориться с ней тоже не входило в наши планы, и драккары ушли из порта Эгердора. Принцессе ничего не объясняли. Нет, про разговор с правительницей она не узнала. Незачем. Там и так все очень и очень сложно.

Драккары отправились на юг, где должны были нас ждать в одной, показанной Стигом, бухте. Капитан и двадцать пять человек из его команды отправятся вместе с нами, а кораблями и оставшимися людьми будет командовать его помощник Йорс.

– Если все пойдет гладко, то к вечеру мы доберемся до деревушки, где сможем спокойно выспаться, – сказал Кьерт.

Это высокий русоволосый эльф лет двадцати пяти. Носит длинные волосы, заплетенные в бесчисленное множество косичек. Странная прическа для этого мира, не правда ли? Эдакий растаман. Короткая, аккуратно подстриженная борода и вечно прищуренные глаза с узкими кошачьими зрачками. Доспехов, кроме кольчужной жилетки, не заметил. На нем была кожаная куртка коричневого цвета, чем-то похожая на анорак. Потрепанные штаны из серой шерсти и мягкие, порыжевшие от времени сапоги. Широкий пояс с топором и кинжалом, колчан стрел и, разумеется, длинный лук. Все свои вещи, необходимые для путешествия, носит в небольшой сумке, похожей на охотничий ягдташ. На шее болтаются амулет из трех медвежьих зубов и маленький золотой медальон с гербом Эгердора. Кстати, про герб! Эльфы не любят змей, но их изображения встречаются повсеместно. Символ Эгердора – змея, свернувшаяся кольцами и укусившая себя за хвост. По форме – нечто, похожее на две перекрещенные восьмерки.

Судя по рассказам Кьерта, он живет при дворе Айрис с самого рождения. После смерти своего отца, которого убили разбойники, занимает пост главного ловчего. На эльфийском наречии это звучит как «хоррастир», что означает «старший добытчик». В последнее время охота сделалась небезопасным занятием для норрессы, и он, как правило, сидит без работы. Бандитов в окрестностях стало так много, что правительница предпочитает проводить время в замке, а не гонять оленей.

Кьерт один из лучших стрелков королевства. Таких здесь называют «зачатый луком». Не знаю, чем его там делали – луком или другим более подходящим для этого инструментом, но стреляет он здорово. Даже наш Барри, который не очень-то жалует эльфов, и тот признает его мастерство.

– Большая деревня? – спросил я.

– Нет, – покачал головой эльф. – Домов десять, не больше.

– Нежити много?

– Хм… – хмыкнул Кьерт, – как вам сказать, магистр… Разумеется, она там присутствует. В этой деревне живет ведьма, а вместе с ней – работник, который умеет обращаться в медведя. Жители довольны.

– Чем же?

– Они могут не бояться разбойников, – пожал плечами эльф и похлопал свою пегую по шее. Лошадь у него смирная. Такое ощущение, что она спит на ходу и просыпается лишь тогда, когда надо изменить направление движения.

Наш отряд растянулся на приличное расстояние. Пятьдесят гномов, десять бойцов ордена и двадцать пять корсаров Наэрра. Приличная компания для прогулки по эльфийским землям. Город с такими силами не захватишь, но разбойников можно не опасаться. Позади меня ехали Рэйнар Трэмп, Олег Сенчин, Димка Воронов, Стиг Наэрр и Лексио Эльвейра. Барри находился в арьергарде – прикрывал наши тылы и подгонял отставших бойцов.

Да, природа здесь совершенно не похожа на родной Асперанорр. Леса, леса и леса. Угрюмые дубравы сменяются сосновыми лесами или густыми зарослями кустарника. Сотни ручьев, мелких речушек и бесчисленное множество озер, окруженных плотными стенами елей. Много зверья. Даже для меня, который уже перестал удивляться всей этой живности. Это в нашем мире можно восторгаться косулей в лесу или кабаном на опушке леса. Здесь этого добра с избытком. Даже в Асперанорре живности меньше.

Дороги… Их здесь нет. Это скорее широкие тропы, которые зарастают мелкой порослью. Междоусобные войны здорово ударили по торговле. Здесь не увидишь купеческих обозов и бродячих торговцев. Дюнки? Большая редкость. По рассказам Кьерта, этих монахов убивают первыми. За что? Не знаю. Видимо, за их призывы образумиться и вспомнить о милосердии.

Кьерт поднял руку и привстал на стременах. Потянул носом воздух и замер. Несколько секунд он напряженно присматривался к зарослям, а потом причмокнул губами и направил лошадь в сторону от тропы.

– Подождите меня здесь, магистр. Я скоро вернусь.

Эльф вернулся минут через десять. Он подъехал к нам и кивнул:

– Нашел двух задранных оленей. Скорее всего, это был оборотень.

– Почему ты так решил?

– Зачем дикому зверю убивать просто так, для забавы? – искренне удивился Кьерт. – Он задрал бы одного и лежал бы неподалеку, пока не доел бы. Это оборотень. Разорвал оленей на части, вырвал кусок мяса и убежал. Молодой и глупый.

К деревне, о которой упомянул эльф, мы подошли незадолго до заката. Это маленькое и довольно грязное поселение на берегу реки. Десяток скособочившихся домов, несколько амбаров и общинный двор, где живет староста. Прямо на дороге, в большой луже, лежала свинья. Судя по ее довольному виду, она была счастлива своим положением и не собиралась уходить в сторону. Барри, который перед самой деревней выдвинулся вперед, поднял хлыст. Звонкий щелчок – и раздался оглушительный визг, который известил жителей, что к ним прибыли гости. Меж домов мелькнуло несколько теней. Мы медленно проехали по единственной улице, и Кьерт ушел договариваться насчет ночлега.

– Не самое приятное место, – хмыкнул Димка. – Здесь только фильмы ужасов снимать.

Да, он прав. Красивой эту деревушку не назовешь. Никакой эльфийской пасторальности не наблюдалось. Что-то историки с летописцами напутали. Судя по их книгам, которые мне довелось читать, здесь должен был быть рай земной, а не королевство. В реальности все оказалось гораздо страшнее. Бревенчатые, потемневшие от старости дома, крыши из гнилой соломы и заборы из тонких переплетенных жердей. На некоторых домах даже печных труб не видно. Они что, по-черному топят?

Из дома старосты вышел наш проводник. Он подошел ко мне и замялся.

– Что случилось, Кьерт? – спросил я.

– Магистр… Жители просят нас уйти из деревни. Они готовы пожертвовать пяток свиней, если мы будем ночевать за границей поселения. Они боятся, что вы убьете их ведьму, – пожал плечами Кьерт.

– А того, что мы можем пустить всю деревню дымом, они не боятся? – спросил Трэмп.

– Погоди, Рэйнар, – поморщился я. – Они что, знают, кто мы такие?

– Да, магистр. Легенду о вашем ордене знают все, даже дети.

– Скажи, старосте, что мы не тронем их нежить. Переночуем и уйдем.

– Ну их к дьяволу, Серега, – подал голос Сенчин. – Переночуем на берегу реки. Мне здесь не нравится – слишком грязно. Не дай бог, вшей нахватаем.

– Пожалуй, ты прав… – немного подумав, сказал я и шевельнул поводьями. – Хэйс!

30

Река изгибалась как синяя, брошенная на землю лента. Тихо здесь. Только лягушки по берегам квакают. Если верить Кьерту, даже раки есть. Как оказалось – эльф не соврал! Пока обустраивались и разводили костры, он поймал несколько рыбин и два десятка раков. Эдакие звери! Желто-зеленые, полосатой тигриной расцветки и величиной с омара. В общем, была бы хорошая закуска к пиву, окажись оно под рукой.

Свиней нам все-таки пригнали. Староста деревни, собственноручно. Противный старик. Он долго и приторно кланялся, благодаря за наше милосердие, пока Рэйнар не взял эльфа за шиворот и не выставил вон из лагеря. Видимо, тоже старик не понравился – уж слишком демонстративно Трэмп руки вытирал после общения с «властями». В особой брезгливости Рэйнар замечен не был, но тут, видимо, что-то другое. Понятное, в общем, чувство.

Еще один ночлег на природе. Привычный и почти домашний. Седло вместо подушки, пропахший дымом плащ и звездное небо над головой. Где-то рядом фыркают стреноженные лошади и перекликаются караульные. Идиллия!

Утром меня разбудил чей-то удивленный возглас. Я откинул край плаща и увидел ворона, сидящего на брошенной чересседельной сумке. Нур наводил утренний марафет и копался в своих перьях. Значит, ничего страшного. Будь причины для волнения, он бы уже охрип от крика. Я сел, провел рукой по лицу и осмотрелся.

Лагерь просыпался. Костры давно догорели, а угли подернулись пеплом и едва дымили. Рядом спал кто-то из парней, завернувшись с головой в плащ, запорошенный соломенной трухой. От берега шел Димка. Судя по всему, он уже успел искупаться, даже побриться и подровнять свою щегольскую бороду.

– Серега, у нас гости, – очень удивленным тоном сказал он.

– Если это староста, – зевнул я и потянулся, – то гони его в шею! Надоел.

– Нет.

– Кто?

– Ведьма…

– Ведьма?! Хм… Скажи ей, мол, «оставь меня, старушка, я в печали».

– Уже сказал, – усмехнулся Дмитрий, – но она хочет видеть магистра.

– Даже так?

– Именно так.

– Значит, надо пообщаться. Мало ли что…

Эльфийская ведьма стояла на краю нашего лагеря. Рядом топталось несколько гномов из числа караульных. Подошел поближе и удивленно покачал головой. Нет, деревенской ведьмой меня не удивишь, но тут и удивиться не грех – уж слишком она была хороша! Вот уж никогда бы не подумал, что ведьмы бывают такими… очаровательными.

Изящная, как клинок моей шпаги. Даже простое, похожее на балахон платье не скрывало ее точеной фигуры. Кареглазая, черноволосая. Взгляд… Опасный, в общем, взгляд для мужской части населения. Эдак можно и душу продать. Не торгуясь. Нет, я не про себя. Моя душа уже давно отдана. Это я так… Рассуждал и, что уж греха таить, любовался!

Позади нее, метрах в десяти, стоял мужчина. Широкоплечий, с узким, нависающим над глазами лбом. Мощные и длинные руки, как у гориллы. Одет в изодранную дерюгу. Он переминался на одном месте, будто не знал, чем себя занять. Надо понимать, что это тот самый местный оборотень? Интересные у нас гости…

– Этерн дарр.

– Этерн дарр, магистр, – сказала ведьма. Голос под стать внешности. Проникновенный, глубокий. Бархатный. Когда такие женщины разговаривают, даже пушки замолкают.

– Вы хотели меня видеть?

– Да. – Она медленно, словно раздумывая, кивнула и пристально посмотрела на меня. Вот это взгляд! Сильна! Ох и сильна ведьма!

– Я вас слушаю.

– Хотела поблагодарить вас, магистр… Поблагодарить и предостеречь. Вам не нужно идти в Рийкераун.

– Почему? – прищурился я.

– Так будет лучше…

– Для кого?

– Для всех. Это не ваша война.

– Посмотрим.

– Когда вы начнете рассматривать, будет уже поздно. Поверьте, магистр, вам не стоит ввязываться в дела эльфов. Это слишком опасно.

– Это больше похоже на угрозу, нежели на совет.

– Нет, – она белозубо улыбнулась, – вы не правы. Это добрый совет. Удачи!

Ведьма повернулась и пошла в деревню. Следом за ней, как привязанный, поплелся эльф. Уже на краю околицы она остановилась. Обернулась, заметила, что провожаю взглядом, и улыбнулась еще раз.

– Вот же… ведьма!

– Меня умиляют местные, – сказал Воронов. – Сложные, как характер брюнетки, которая перекрасились в блондинку. Вместо того, чтобы сказать прямо, они будут ныть, объясняя, что этого делать не нужно, потому что не нужно… Что предпримем, командир?

– Ничего, – пожал я плечами. – Вещи собирать. Надоели мне эти загадки.

Дороги здесь – как бы помягче выразиться – не самые лучшие. Прежде чем выйти к долине, мы потеряли трех лошадей и одного парня из команды Наэрра, которого укусила змея.

Никто не знает, когда и почему на исконных эльфийских землях появилось странное и чужое название – Рийкер. Сначала у долины, а потом и у эльфийского города. Как бы там ни было, но Рийкераун – самый древний город на этих землях. Если бы меня спросили, что ожидал увидеть, то пробурчал бы что-нибудь про Эгердор. Как оказалось – зря. На самом деле все гораздо хуже и на владения норрессы Айрис совсем не похоже.

Ну что я могу сказать…

Город расположен у самой реки и занимает приличный кусок земли на западном берегу. По площади, если не ошибаюсь, раза в три больше Асперэнда. Метрах в ста от берега есть два продолговатых острова. На одном высятся бастионы, а на соседнем выстроен замок. Сами острова небольшие, едва возвышаются над водой. Размером… С футбольное поле, не больше. Судя по зеленым следам тины на крепостных стенах, по весне их регулярно подтапливает.

В замок можно попасть по двум каменным мостам, которые напоминают знаменитый Новый мост в Париже. Правда, чтобы пробраться в замок, сначала надо пройти остров с бастионами. Кстати, весьма разрушенными. Один почти сровнялся с землей, а от второго остались лишь голые стены. Сам дворец ничем особенным не выделялся. Шесть сторожевых башен из светло-серого гранита и квадратный пятиэтажный донжон. Внутри виднелось множество трехэтажных построек и край площади.

Пока я осматривал открывшийся мне вид, отряд уже начал спускаться в долину. Разбитая и пыльная дорога привела нас к давно сгоревшему предместью. Целый квартал из дочерна обгоревших стен.

– Ни черта себе… – удивленно присвистнул Воронов. – Весело эльфы живут.

– Ну да. Видишь, как весело!

– С огоньком…

Дальше начались «живые» районы. Несмотря на это, жителей-эльфов на улицах было немного, а их лица не светились любовью к ближнему. Они хмуро провожали взглядами наш отряд или вообще делали вид, что не замечают. Одеты плохо. Людей почти не видно. Пока мы добирались до набережной, увидели только нескольких монахов и торговца-южанина с угрюмым выражением на лице.

Ближе к реке стало немного оживленнее. Четырехэтажные дома, построенные из красных кирпичей и крытые черепицей. Широкие улицы, вымощенные булыжниками, и просторные площади, на которых выстроены целые каскады фонтанов, украшенных мраморными статуями. Стелы, возведенные в память каких-то важных событий, и даже триумфальная арка. Стиль? Извините, но тут не силен. Бывали в Италии? Нечто похожее. Эдакая мешанина из всевозможных времен и архитектурных стилей.

Грубое здание из гранита могло быть украшено резными колоннами из розового мрамора, а простой деревянный забор – соседствовать с изящными коваными решетками. Даже Олег, и тот удивленно хмыкал, рассматривая бывшую столицу эльфов.

Все было бы прекрасно, если бы это великолепие содержалось в должном порядке! Здесь царила разруха. На улицах непролазная грязь, много заброшенных и разрушенных домов. Зияющие провалами окна, безголовые статуи и позеленевшие чаши фонтанов, заполненные грязной водой. Прямо перед нами валялась дверь, украшенная тончайшей резьбой. Она была измазана глиной и лежала поперек сточной канавы, заменяя сожженный мостик.

На берегу воняло прогорклым жиром и подсыхающей тиной. Несколько речных барок, десяток рыбачьих лодок и здоровенный плот, на котором перевозили лошадей. Прямо у пристани продавали рыбу, ругались торговцы. Чуть дальше избивали нищего, судя по всему, пойманного на воровстве. Этот бедняга валялся в грязи и жалобно вскрикивал. Здоровенный эльф бил его плетью и, замахиваясь, тянул неожиданно тонким голосом: «Иэ-э-эх!»

– Бред какой-то… – буркнул Олег.

– Кьерт! – не оборачиваясь, позвал я.

– Да, магистр! – весело отозвался эльф. Он чувствовал конец путешествия и, наверное, уже подсчитывал свой заработок.

– Это на самом деле Рийкераун? – спросил я.

– Он самый!

– Свежо предание…

– Что поделать, магистр, – проводник развел руками, – войны никогда не идут на пользу. Ни эльфам, ни городам.

– И уж тем более их правителям, – хмыкнул Димка и указал на статую из белого мрамора, сброшенную с постамента.

Судя по чудом сохранившейся короне – королева Гэрра. Спросил у проводника Кьерта, и оказалось, что не ошибся. Она самая. Хм… Не знаю, насколько польстил скульптор королеве, но выглядела эта дамочка очень аппетитно! Даже сейчас – утратив некоторые части тела.

К мраморной руке была привязана худая коза, а рядом, прямо на грязном песке, сидел мальчик-эльф. Он лепил куличи и не обращал внимания ни на козу, ни тем более на мраморную королеву. Куличи были важнее, и это правильно.

– Экая она… – скривился Рэйнар.

– Она не Венера, но что-то венерическое в ней присутствует, – усмехнулся Димка.

– Смотри, Димка, нарвешься на неприятности за оскорбление королевской особы!

– Видал я этих особ… в белых тапочках, – отмахнулся он и поморщился, наблюдая за очередной сценкой из «столичной жизни».

Вскоре мы добрались до района, где, по уверению эльфа, должно было найтись несколько гостиниц для проезжающих. Скажу честно – лучше бы я спал на улице. Даже гномы, привыкшие к походам и лишениям, начали ругаться, разглядывая этот двор. Я слез с лошади, осмотрелся и покачал головой:

– Если меня когда-нибудь спросят, что я запомнил на землях эльфийского королевства, то не буду рассказывать о мастерах и художниках…

– Что ты вспомнишь, Серж? Набережную Рийкерауна?

– Нет, вот эту гостиницу…

31

– Убью собаку! – Снаружи послышался чей-то крик, а следом за ним жалобный писк хозяина, который лепетал о «тяжелых временах». Началось в колхозе утро, блин!

– Нет! Дьен грэ!

– Стоять смирно, падаль!

– Не надо!

Сочный звук удара, треск и шум падающего тела. Судя по всему – хозяина спустили с лестницы. Хорошее дело. Надо будет повторить перед завтраком. Я зевнул и сел на кровати. Напротив дрых Рэйнар. На двух оставшихся койках нашего четырехместного «номера» спали Димка и один из моих телохранителей.

– Стиг, будь добр, подай веревку! Повешу эту тварь!

– Погоди! – Хлопнула дверь, и раздались чьи-то тяжелые шаги. – Я буду участвовать!

Ну да, конечно! Если дело дошло до петли, то это Олег разбушевался. Придется подниматься, а то ведь и правда повесит. Он может. Хозяина не жалко, но надо уважать местные законы! Кстати, не плохо бы прояснить, какая награда положена за убийство такого пройдохи?

– Дьен грэ…

– Замри!

– Черт побери, Олежка! – Димка оторвал от подушки всклокоченную голову и, обращаясь к закрытой двери, крикнул: – Убей его тихо! Дай нам наконец выспаться! Ну что за люди…

Послышались сдавленный крик, барабанная дробь быстрых шагов и дружный хохот. Судя по затихающему визгу, хозяину удалось сбежать. Временно. До завтрака.

На улице послышлись голоса гномов, которые начали улюлюкать, провожая мечущегося по двору хозяина. Еще несколько секунд, и громыхнул командный рык Барри. Гном, призывая всех богов сразу, быстро навел порядок и пообещал содрать шкуру с чрезмерно веселящихся подчиненных. Если бы он и правда делал как обещает, то мы бы давно стали крупнейшими производителями этого товара. С другой стороны – зачем нам столько барабанов?

Ближе к полудню прибыл гонец от норра Такрида. Видимо, ему уже доложили о нашем прибытии. Вежливый, но слегка чопорный эльф передал мне свиток, украшенный большой сургучной печатью. Да, конечно! Приглашение посетить дворец. Мило…

Перекусили чем бог послал и поехали. В полном, как говорится, составе. Нет, воины остались в гостинице. За ними присмотрит Барри. В гости отправились только рыцари в количестве шести персон и мои телохранители.

Переправились на остров с развалинами бастионов и подошли к следующему, ведущему ко дворцу, мосту. Там нас встретил один из придворных эльфов. Дворец… Это он раньше был дворцом. Сейчас это даже приличным замком не назовешь. Разруха, царившая в городе, коснулась и резиденции правителя. Единственное, что находилось в полном порядке, так это оборонительные сооружения. Норра Такрида сложно назвать ценителем прекрасного. Здесь все подчинено одному закону. Закону войны. Даже статуи, некогда украшавшие двор, и те исчезли, оставив после себя пустые постаменты.

Широкая лестница, анфилада комнат, и вот мы вошли в зал, где увидели королевский трон. Он стоял на небольшом возвышении, сделанном из нарочито грубо обработанных камней. Такое чувство, что мастер специально создал его таким, чтобы подчеркнуть суровый нрав королевской власти. Грубо вырубленный гранит среди полированного мрамора. Трон, кстати, тоже вырезан из мрамора. Правда, не белого, а черного. Впечатляет. Стены увешаны оружием, но оно здесь совершенно не к месту. Видимо, нынешний правитель постарался.

Такрид. Если быть точным, то Такрид норр Рийкераун. Может, это и не совсем важно, но замечу, что эльфы немного по-другому произносят этот титул. Звучит как «ноэр». Буква «о» длинная. Такое чувство, что в слове целых два «о». Но-оэр. Ладно, это все лингвистические мелочи, которые вам наверняка не интересны.

Как выглядит? Внушительно. Это пожилой, но достаточно крепкий эльф. Кстати, надо заметить, что здешние жители не лысеют и даже в старости сохраняют пышную юношескую шевелюру. Пусть волосы и седые как пепел, но густые и крепкие. Прямо как у нашего нового знакомого – правителя Рийкерауна. Такой роскошной шевелюре даже женщина позавидует! Расчесаны на прямой пробор и схвачены золотой брошью в хвост. Кто-то мне говорил, что свободно распущенные волосы это символ неограниченной власти.

Лицо… Увы, годы берут свое, и под глазами Такрида приличные мешки. Брови густые, но короткие. Такое чувство, что их тщательно подравнивали, стремясь придать нужную форму. Толстый мясистый нос и глубокие носогубные складки. Губы плотно сжаты, а их кончики опущены, что придает Такриду недовольный вид. Уши с большими висящими мочками. Еще одно подтверждение происхождения. Такие встречаются только у эльфов, рожденных на северных землях.

Одежда хоть и проста на вид, но дорогая. Дублет из тонкой светло-коричневой замши. Широкий пояс, украшенный рунами, и тяжелая шпага с массивной чашкой эфеса. Если честно, то я удивился: на Такриде почти нет украшений! Если быть точным – их вообще нет. Разве что несколько амулетов, но это не считается.

– Этерн дарр, норр Такрид!

– Этерн дарр, магистр! – громыхнул басом норр. – Получил ваше письмо. Не скрою – был удивлен. Мало кто осмеливается путешествовать по нашим землям в эти тяжелые времена.

– У меня есть серьезная причина, чтобы рисковать.

– Ради короля Гэральда?

– Ради моего рыцарского ордена.

– Северяне никогда не любили эльфов.

– Оставьте, – поморщился я. – Вы же не бутылка камбарского вина, чтобы вас любить. Да и эльфы, надо заметить, немало сделали, чтобы заслужить такое отношение.

– И тем не менее, магистр, вы здесь – на земле эльфов.

– Иногда приходится идти наперекор здравому смыслу и появляться там, где тебя очень не любят.

– Надеюсь, что причина и правда серьезная. Довольно слов, магистр Серж! Вы проделали долгий путь, и с моей стороны будет очень невежливым задавать столько вопросов сразу! Чаша доброго вина никогда не помешает. – Он поднял руку и пригласил нас к столу…

Застолье слегка затянулось – гуляли целых два дня. Начавшийся вчера пир превратился в пьянку. Да, эльфы умеют пить! Помоги вам боги выдержать их темп. Чем дальше, тем страшнее. Здравицы становились все короче, а кубки наполнялись все полнее и полнее. Пища вкусная, но пресная и очень жирная. Видимо, Такрид перенес свои северные привычки на эти земли.

Разговоры велись неторопливо и очень осторожно. Обсуждали торговлю и цены, оружие и лошадей. Подарок, который мы приготовили для норра, отдали сегодня утром, когда все немного очухались после вчерашнего. Подаренный меч, изготовленный нашими кузнецами, пришелся по вкусу. Еще бы он не понравился! Гномы знают толк в этих делах. Тем более если не ограничивать фантазии. Щит из арсенала Кларэнса тоже был оценен по достоинству, но вот третий подарок его удивил. Это было заметно. Последним подарком была кольчуга, а это вещь со смыслом. Оружие часто дарят, и в этом нет ничего удивительного, но броня это… броня! Можно сказать, что вещь интимная, и такие подарки преподносят лишь очень хорошим друзьям. Если ты принимаешь такой подарок, то, значит, доверяешь дарителю свою жизнь. Пусть и в переносном смысле.

Видимо, поэтому Такрид был так задумчив. Даже разговор перевел на более интересную тему – проблему доверия и выбора. В общем, к чему я и стремился.

– Мне кажется, норр Такрид, что выбор есть всегда, – осторожно заметил я.

– Магистр, – укоризненно сказал норр, – наш путь определен богами!

– Боги указывают направление, а не дорогу. По жизни можно идти разными путями. Кто-то пройдет прямо, а кто-то проскользнет по краю и даже следов не оставит.

– Что вы хотите сказать?

– Боги дали вам твердую руку и храброе сердце…

– Да, это так, – буркнул Такрид. Судя по маслянистому взгляду и важно надутым щекам, слушал с удовольствием. Всегда приятно, когда тебя хвалят. Пусть и не всегда заслуженно.

– Вы совершили невозможное, норр!

– Не скрою, магистр Серж, многие вещи было очень сложно претворить в жизнь!

– Вы совершенно правы, дьен грэ! Но… этого недостаточно. Для вас…

– Я вас не понимаю, магистр, – нахмурился Такрид.

– Вы знаете, норр, я всегда думал, что стать норром – это не главное. Тем более одним из многих. Захватить, удержать… Это поступок, достойный воина, но не политика. Хочу сказать, что вы для потомков будете одним из множества сильных и удачных правителей. Эльф, который добился всего… о чем мечтал.

Ба-бах! Хороший удар. Видимо, я наступил на больную мозоль! Голову даю на отсечение, что мечты Такрида не ограничивались владениями Рийкерауна. Норр провел рукой по гладко выбритому подбородку и задумался. Он несколько секунд молчал, потом бросил на меня осторожный взгляд из-под бровей.

– Вы говорите, но мне кажется, что недоговариваете…

– Не буду скрывать – я хотел бы сказать больше.

– Что мешает? – быстро спросил он.

– Жара…

– Что?

– Здесь жарко. Давайте выйдем на балкон.

– Пожалуй, вы правы, – притворно вздохнул Такрид и поднялся.

Следом за нами потянулись несколько его придворных, но он поморщился и приказал им исчезнуть. Правильно сделал. Наш разговор не предназначен для чужих ушей. Мы вышли на широкий балкон, который опоясывал большую часть дворца. Галерея? Может, и так – я не силен в этих названиях. Сделали несколько шагов и подошли к парапету.

– Что вы хотите предложить, магистр? – Такрид неожиданно остановился и посмотрел на меня. Судя по его взгляду – он был трезв как стеклышко. Хм… Сидя за столом, выглядел изрядно выпившим. Умный мужик.

– Сделайте выбор, норр Такрид! Кем вы останетесь для подданных: одним из множества норров или тем самым эльфом, который собрал воедино эти некогда славные земли.

– Вы мне что, – буркнул он, – королевскую корону предлагаете?

– Нет, – улыбнулся я. – Вы никогда не станете королем и прекрасно знаете, по какой причине. Но вы можете стать опорой для принцессы Акейры. Человеком, о котором будут говорить с гордостью и уважением. Безвестный норр, который подставил плечо принцессе и стал первым суарнором эльфийского королевства.

– Это звучит как предложение…

– Скорее как мое видение ситуации.

– Вы не слишком самоуверенны, магистр?

– Знаете, Такрид, в чем разница между нами? В том, что вы будете размышлять над этим предложением, а мне это не нужно. Вы ведь знаете, какой орден я представляю.

– Да, знаю. Вы вершите волю богов.

– Если быть точным – кару. Поэтому я просто знаю…

– Вы можете предвидеть будущее?

– Нет. Но я знаю, каким оно должно быть.

32

Мы провели в городе целую неделю, и за это время была возможность присмотреться к Такриду. Ну что могу сказать… Он воин. Пусть и в преклонных годах, но хватки не растерял. Держит своих подданных в узде и мечтает о… славе. Да, он жутко тщеславен! Странно, что принцессе не пришло в голову сыграть на этой черте характера. С другой стороны, ничего удивительного: Акейра слишком озлоблена, чтобы видеть что-то, кроме себя и своих обид. Она будет упрямо вынашивать планы мести вместо того, чтобы трезво взглянуть на окружающий ее мир. Ставлю сотню на то, что пятьсот воинов, которыми располагает принцесса, объявились совершенно случайно. Какие-нибудь персонажи вроде «юноши бледного со взором горящим». Ничего не имею против – такие тоже нужны для «революции».

После того как начались переговоры, норр предложил мне с парнями жить в замке. Мало того – выделил казармы для отряда. Да, я тоже был удивлен. Как выразился по этому поводу Димка Воронов: «Он тебе «отомстил» за подаренную кольчугу!» Может, и так. Доверие за доверие. Как бы там ни было, но предложение мы приняли. Даже не раздумывая. Ночевать в грязной, провонявшей кислыми шкурами гостинице не хотелось.

Да, нам удалось заручиться предварительным согласием норра Такрида, и, поверьте, это было не так легко, как вам может показаться. Разговор на галерее послужил лишь маленьким камешком, который привел к лавине долгих переговоров в «расширенном» составе. Со стороны Такрида участвовало несколько доверенных лиц, а с нашей подключились Дмитрий и Барри. Да, гном был необходим. Как предупреждение, что мы доверяем, но… проверяем. Не тот случай, чтобы играть. Слишком высоки ставки.

Кстати, среди приближенных Такрида тоже имелся гном, что меня немного удивило. Тем более что это оказался потомок рэтскапов – военнопленных, захваченных Гэррой во время последней войны с нашим королевством. Поговорить без свидетелей не получилось, но, судя по внешности, он из восточного клана. Клана банкиров и ростовщиков.

– Хорошо, – подвел итог нашим спорам и рассуждениям Такрид. Он хлопнул ладонью по столу и твердо, будто гвоздь вбил в стенку, произнес: – Эр мием фьер!

– Я рад вашему решению, норр! – улыбнулся я и вздохнул. С большим, надо заметить, облегчением.

– Еще бы уговорить эту старую дуру, – хмыкнул норр. – Конечно, она порядочная стерва, но знает толк в придворных играх и ненавидит южан.

– Вы имеете в виду вашу соседку – Эйриду оттиер Гезза?

– Так других и не осталось! – развел руками Такрид и расхохотался. – Все передохли от старости! Некоторые жили так долго, что стали забывать, с кем дружат, а с кем враждуют. Начали воевать со всеми подряд и быстро отправились на встречу с богами!

– Это нам на руку, – заметил Воронов.

– Еще бы! Теперь ни одна старуха не посмеет гавкнуть про свободные времена.

– Простите? – не понял я. – Такие были?

– Сколько угодно!

– Не знал…

– Они и королеву потому грохнули, что та любила порядок и держала придворных на коротком поводке! Пока королева сидела в плену у Гэральда Второго, они начали бузить. Орали про древние традиции и вольный выбор. Драли глотки, выпучив глаза от бешенства, и целовали в задницу южан из Баргэса, которые обещали свою поддержку.

– И как южане? Помогли?

– Конечно. – Такрид даже скривился. – В обмен на долю в золотых приисках.

– Которые расположены на южных землях вашего королевства?

– Да, – кивнул он. – Там правят норры, которые южанам разве что в рот не заглядывают! Если их не остановить, то подомнут под себя соседние владения и начнут посматривать на мои земли. Это ухудшит мое положение. Да и ваше, – он махнул рукой, – тоже…

После этих слов Такрида опять понесло в дебри высокой политики, которую он весьма точно и емко описал в простых и доходчивых выражениях, известных любому, кто бывал в портовых кабаках и притонах. Резковато, но очень красноречиво. Я бы так не смог. Слишком много незнакомых слов и выражений. Хоть бери и записывай на память. Вдруг пригодится?

Вроде все выяснили. Даже наш «особый отдел» в лице Димки Воронова не нашел повода прицепиться к разработанному плану. Такрид посылает гонца в Эгердор и начинает собирать людей для осенней кампании. Мы в это время отправимся навестить старушку Эйриду. Ту самую, которая «оттиер Гезза». Будущую советницу нашей принцессы Акейры по части разных нехороших дел. Станет давать советы новой королеве и читать лекции «Яды в приличном обществе» или «Как выгодно поссорить соседей».

Под вечер все устали и разбрелись по комнатам. Молоденькая служанка принесла ужин и призывно стрельнула глазами. Нет, красавица, извини! Меня жена дома ждет. Лучше к Олегу загляни. Он у нас холостой, он не откажется. Девочка обиженно поджала губки и удалились, сообщив, что горячая ванна скоро будет готова. Вот и славно. Ванна – это прекрасно!

Мои телохранители уже поужинали и заняли свой пост в коридоре. Заверили, что все спокойно. Я кивнул, запер дверь и расстегнул пояс. Бросил шпагу на кровать, снял дублет и, налив вина, лениво поковырял ужин. После всех этих пиров даже есть неохота.

Жареные ребрышки, нежная ветчина и белый сыр. Ну и бутылка красного камбарского вина, разумеется. Не прошло и десяти минут, как в смежной комнате послышался какой-то шум. Поначалу даже внимания не обратил. Мало ли… Может, эльфийке наконец повезло, и наш Олежка уже руки распускает? Дело-то молодое…

Потом, когда раздался удивленный возглас, я насторожился. Кто-то крикнул, лязгнула сталь. Что там происходит, черт побери?! В этом момент ударили в мою дверь. Мощно, надо заметить, ударили – даже пыль с потолка посыпалась. И где эти телохранители, черт бы их побрал?! Еще удар! Хрен вам в глотку, господа хорошие! У меня, знаете ли, привычка двери на ночь запирать! Еще с той самой гостиницы, где Влада и Макса убили!

Удар!

Дверь затрещала. Нет, пора сваливать отсюда, да и скучно мне в одиночку железом размахивать. Тут народ простой, академиев не кончали и дуэльных кодексов не читывали. Навалятся толпой и размажут по стене тонким слоем. Эх, зря я раздевался! Из одежды на мне только штаны, сапоги да белая шелковая рубашка.

Схватил кинжал, шпагу и, перекатившись через кровать, бросился к двери, ведущей в соседнюю комнату. Ударил ногой и едва не сшиб какого-то эльфа, стоящего на пороге. Эльф как эльф, только малость удивленный моим появлением. Голова, два уха и какой-то острый предмет в руках, что мне сразу не понравилось. Нет, я не против таких игрушек, но сейчас уже поздно для забав! Ночь на дворе!

– Хэк… – Эльф, видимо, хотел крикнуть, быть может, что-то обидное или злое, но не успел. Трудно кричать, когда в твоей груди сидит приличный кусок стали. Я провернул клинок и ушел в сторону, выдергивая шпагу из убитого.

Ворвался в комнату и увидел, как у окна дрался Олег Сенчин. Один против двоих. Судя по распахнутым дверям на балкон, нападавшие оттуда и заявились. Пока я раздумывал, Олег топором блокировал удар, отвел вражеский клинок в сторону и пошел на сближение. Ударил эльфа в живот. Кацбальгером. Тот даже крикнуть не успел – поник как срезанный стебель.

За моей спиной послышался треск. Удар! Еще несколько секунд, и вынесут двери. Вот мизерабли! Это же казенная вещь! Памятник народного творчества, мать вашу так! Я еще вчера заприметил, какая изящная резьба на дверях. Сломают, ироды, как пить дать, сломают!

– Дарре! – крикнул я, отвлекая нападающих от Олега.

– Беррэнт дэ вьерн!

Один из них зарычал что-то жутко матерное и бросился на меня. Дурак ты! Хоть и эльф, и цепь на тебе золотая с внушительным медальоном! Приличный такой медальон – размером с кофейное блюдечко. Рунами изукрашенный, и даже камешек красный блестит, вроде как красоту завитушек подчеркивает! Извини, приятель! Кто же так оружием размахивает? Ведь порежешься или вазу какую-нибудь разобьешь.

Вот дьявол! Как в воду глядел! Эльф так размахнулся, что снес с подставки две очень изящные посудины. Одна из них… Черт! Ладно, потом про искусство потрещим! Некогда!

Удар!

Перед глазами мелькнул клинок, но я успел отшатнуться и даже рубануть шпагой эльфа по руке. Он выругался и отступил назад. Бросил взгляд на быстро краснеющий рукав своего дублета и злобно зашипел.

– Саррэ? – усмехнулся я. – Ерре рэйк?

– Рэйк! – лязгнул зубами эльф.

Твое право, мальчик, – сам сделал свой выбор! Только ответь мне на один вопрос. Кто же тебя учил так шпагой размахивать?! Ты бы еще разбежался… От противоположной стенки.

Удар!

Отбил и заставил его еще раз отшатнуться, взмахнув кинжалом. Эльф сделал шаг назад и даже руки поднял. Этого я ждал! Выпад! Эльф вздрогнул. На лице мелькнуло выражение… В общем, очень удивленное выражение. Даже зрачки стали большими, как у кота, который увидел бесхозный кусок колбасы. Жаль, поздно он удивился: мой клинок вонзился прямо в горло. Чуть ниже кадыка. Чтобы одежду не портить.

– Ты убит! – сказал я.

Эльф не стал спорить и упал на колени. Может, и зря я так выразился, он все равно не услышал. Как почему? Потому что подох. Смертью храбрых. Как любил повторять мой друг из Твери, «слабоумие и отвага!» Точно так. Жаль, что нас миры разделяют. Я бы спросил: откуда ты, Юрич, так хорошо в эльфийских характерах разбираешься? Или это не про них было сказано?!

Пока я махался, Сенчин тоже дурака не валял. Прижал визави в уголок и, судя по всему, выпускать живым не собирался. Эльф весь в крови, поперек рожи рана, а Сенчин только во вкус вошел! Русским медведем рычит, топором машет да эльфийскую матушку поминает разными выразительными словами. Если до утра доживем – обязательно Олежке пистон вставлю за оскорбление родительницы этого ушастика недобитого… Так его, тварь неразумную!

В дверях показалось еще несколько солистов из этого ансамбля! Вооруженные и, судя по злым мордам, выпить нам не предложат. Один из них меня увидел, плотоядно оскалился и вытянул вперед руку. Ткнул концом шпаги и заревел как укушенный в задницу медведь.

– Он мой!

– Твой, твой… – тихо сказал я. Вытер рукавом лицо и даже сплюнул от досады.

В комнату-то они ворвались, но грудью на шпагу прыгать не торопились. Рассыпались полукругом, зашипели как аспиды и постарались прижать меня к стенке. Позади послышался предсмертный хрип. Нет, все-таки очень некультурная личность этот Мастер Кораблей. Ругается, прости господи, как портовый грузчик. Распустил я личный состав, ох и распустил! Во дворе замка раздались крики и бешеный рев Барри:

– Хэльда-а-рр!!!

– Идите сюда, ушастики! Потанцуем! – процедил я и поднял шпагу. – Эх, дьявол, а как все хорошо начиналось!

33

Судя по доносившимся снаружи звукам, во дворе тоже было весело. Никто не скучал! Гарнизон в замке небольшой, но три сотни бойцов наберется. Это не считая тех, кто живет в городе по причине «мирного времени». Если все сразу нагрянут, то мы здесь и ляжем! Жаль! Жаль, некого спросить: по какому поводу вечеринка? Неужто за нашими тушками охотятся?!

Эх, затрепался с вами, задумался. Левая рука тяжестью налилась, того и гляди откажет! Повезло этому эльфу, паршивцу эдакому, пырнул меня своим вертелом! Кстати, приличный клинок! Надо будет забрать на память!

Удар! Противно лязгнули сцепившиеся клинки. Выпад! Вот я тебя и подловил, тварь! Не нравится?! Все верно! Кому понравится, когда в бедре дырка, не предусмотренная природой, нарисовалась?!

Так или иначе, но эти мальчики нас здорово потеснили. К стене еще не прижимают, но долго здесь не продержимся! Надо к балкону пробиваться, но там тоже не лучше! Во-первых, высоко, а во-вторых – подстрелить могут. Одно счастье, что эльфов в комнате много, и они друг дружке мешают. Мешают, но дело свое знают – только успевай отмахиваться. Правда, не все наседают. Эльф, который моей персоной интересовался, – на полу остывает. Не повезло ему – видно, скушал за ужином что-то вредное, отчего и помер.

В коридоре сразу за нашей дверью тоже веселятся. Не знаю, кто именно развлекается, но шумят изрядно. Металлом лязгают, ругаются и даже богов поминают некрасивыми словами, богохульники хреновы!

– Туше! – рявкнул Сенчин.

Это что еще за новости? Что-то я не припомню в местном языке таких терминов. Эльфы тоже не знали, но оценили по достоинству. Один даже умер от удивления. Олежка ему прямо в глотку кацбальгер вбил и еще соседнего топором пуганул, чтобы не лез без очереди. Эх, дела наши тяжкие!

Напротив меня крутились два эльфа, размахивая длинными и опасными для здоровья железками. Такое чувство, что у них был один учитель фехтования – уж слишком слаженно работали, черти эдакие! Ничего, мы тоже парни не промах. Дыхание в норме, так что потанцуем! И вдруг мне так весело стало, словно не в бою, а на арене с мастером Вэльдом работал. Парни замешкались, а я только сплюнул, выругался матерно и оскалился, вспомнив ту самую считалочку детскую, про которую Стиг Наэрр рассказывал. Поиграем, ушастики?! На вылет?!!

– Эсхи рея роя вире…

Удар, парирую, выпад! Лязгнула сталь. Да, рука болела, рукав набряк от крови и прилип к телу, но кураж – это наше все и даже немного больше!

– Ирре мисс ет вьярре тьор!

Громыхнула дверь, да так, что с петель слетела! Слетела и рухнула на мраморный пол вместе с незнакомым, но дохлым эльфом. В дверном проеме возник Рэйнар Трэмп. Оскалился и заревел. Хорошо заревел! Мощно! У меня даже на душе полегчало.

– Хэльда-а-рр!!!

Нападавшие замешкались, глазенками стрельнули и даже побледнели малость. Ничего, я когда Рэйнара первый раз увидел, тоже был впечатлен не меньше!

Удар! Эльф вздрогнул и захрипел, но я уже на него не смотрел – есть тут кому кровушку пустить, пока сам живой и частично здоровый.

– Хэльда-а-рр!!!

Пошла работа! Трэмп как олицетворение ужасного бога войны, которого в этом мире не знали, шел вперед. Он не убивал, а карал. Быстро, точно и безжалостно. Один эльф, попав ему под руку, даже в сторону отлетел, ударился головой в стену и сполз, пачкая мозгами пол.

Через несколько секунд в проеме появился Стиг Наэрр. Морда в крови и злой как черт! Увидел, что его дружка-морехода обижают, выругался и тоже в драку полез. Ну да, конечно! Не дай бог с Олегом что случится, с кем он спорить о кораблях будет?

Уже на рассвете, когда нам удалось отбиться от нападавших и закрепиться, начали проясняться детали ночной заварушки. Это оказалось нелегко. Придворные эльфы были в ярости и разве что не кусались. Заговор. Обычный дворцовый заговор. Кому-то очень не хотелось, чтобы Такрид поддержал принцессу Акейру, поэтому и подсуетились. Ну и с нами заодно разобрались бы в случае успешно проведенной операции. Новости принес старина Барри, который с десятком бойцов сумел к нам пробиться. Внизу еще раздавался шум драки, но заговор был подавлен. Последних по углам вылавливали. Всех деталей гном не рассказал, видимо, и сам не знал.

– Норр Такрид жив?

– Да, Серж! Когда мы пробивались к вам, то слышали его голос на центральной лестнице.

– Слава богам.

– Что-то нам не везет в этой придворной жизни, – сказал Димка. – Вместо средневековой куртуазности, оформленной на здешний лад, мы постоянно влипаем в неприятности. Такая, понимаете, напасть. Право слово, даже немного обидно!

– «Одних убытков сколько несем, туды его в качель!»[1]

– Точно! Когда увидел, как вы тут «номер» разнесли, то сразу понял, что добром это не кончится. Мы же не расплатимся! – Он криво усмехнулся и обвел взглядом разгромленную комнату. Не найдя ничего, похожего на стул, Димка равнодушно взмахнул рукой и сел прямо на пол, щедро испачканный кровью. Привалился спиной к стене и что-то тихо пробормотал.

– У меня страховой полис есть, – выдохнул Сенчин. Потом вытер лицо ладонью и устало улыбнулся. – Хорошо помахались…

– Даже в Баргэсе было не так весело, – вторил ему Наэрр.

– «Господа! Вы звери, господа!»[2] – подал голос Дмитрий и закрыл глаза.

– Потери? – спросил я у Барри.

– У меня погибло семеро и еще двенадцать человек из команды капитана Наэрра. Парни хорошо дрались. Боги будут рады увидеть их лица.

– Трэй и Кларр погибли, – поморщился я.

– Да, магистр, я знаю. Их подло убили.

– Стреляли в спины из маленьких арбалетов. – Рэйнар Трэмп показал руками примерные габариты. – Я таких никогда не видел.

– Эльфы… – презрительно процедил Наэрр и сплюнул.

– Такие арбалеты делают южане из Баргэса, – вмешался Сенчин. – Видел у охранников в Варрагьюре.

– Час от часу не легче… Южане, северяне… Тьфу.

– Раненых много? – спросил я.

– Около двадцати. Сейчас с ними Лексио Эльвейра.

– Он был с вами?

– Да, магистр, – важно кивнул Барри. – Он храбрый воин.

– Эр мием фьер, – ответил я.

Рэйнар Трэмп закончил меня бинтовать, подвесил руку на перевязь и занялся Сенчиным, который тоже без дырок не остался. Раны, слава богам, не опасные. Так, слегка неприятные, не больше. Только слабость накатывала, и голова немного кружилась. Сейчас бы выпить горячего вина да завалиться на кровать часиков на десять. Жаль, но не получится. Надо идти с Такридом разбираться и разговоры разговаривать. Выяснить, что тут за дела творятся, в этом «датском королевстве».

Кто-то из гномов помогал Стигу. Наш бравый капитан получил удар шпагой по лицу. Задело вскользь, но щека здорово пострадала. Зашьем, залатаем, и будет как новенький! Шрамы, черт меня побери, украшают мужчину!

Я вздохнул, поднялся и пошел к норру. Тем более что в коридоре уже топтался один из приближенных Такрида. Слава богам, он был без белой повязки на рукаве. Что-то я устал сегодня… убивать. Следом за мной пошел и Рэйнар Трэмп. Он морщился, переступая через тела «белоповязочников» и уважительно обходил верных слову служак.

Норр Такрид сидел на самом верху лестницы, которая вела в его покои. На ступенях вперемешку лежали убитые. Ничего, боги разберутся и воздадут по делам вашим… Судя по всему, здесь не только мечами размахивали, но и лучники без работы не сидели. Некоторые трупы просто были утыканы стрелами, как ежики. Да, в узких коридорах не развернуться, а здесь, на этой широкой лестнице, сам бог велел.

– Вы живы? – встретил меня Такрид. Он смотрел внимательно, словно хотел увериться, что я не призрак магистра Сержа. Убедился и наконец кивнул: – Я рад.

– А уж я-то как рад! – улыбнулся и присел рядом с ними. – Что это было, норр?

– Заговор. – Он пожал плечами, сгорбился и как-то сразу постарел и осунулся. Понимаю, неприятно, когда тебя предают. Такрид пожевал губами и продолжил: – Давно подозревал, что рядом со мной есть сторонники южан. И кто? Самые близкие мне люди? Твари…

Такрид презрительно плюнул и оттолкнул ногой убитого гнома. Того самого – из числа своих советников. Мертвец покатился вниз, оставляя на ступенях следы крови.

– Случается… – устало ответил я.

– Он был рядом со мной больше двадцати лет, – продолжил Такрид, показав на труп.

– Бывший рэтскап?

– Да. Родом из Грэньярда.

– Странно… Гномы, как правило, выкупают своих сородичей.

– Он не хотел уезжать отсюда. Говорил, что здесь чувствует себя великаном.

– Разве что великаном. Кстати, Такрид, а вы уверены, что это дело южан?

– А кого же еще?!

– Мало ли… – Я пожал плечами. – Разве у вас нет врагов?

– Как грязи!

– Вот видите.

– Вам надо отправляться в путь, Серж.

– Куда?

– К старухе Эйриде. Надо обязательно привлечь ее на свою сторону.

– Желательно.

– Ничего! – Такрид усмехнулся и вытер разорванным рукавом лицо. – Это у вас хорошо получается.

Норр Такрид был прав. Эйрида оттиер Гезза станет хорошим союзником. Догадайтесь почему? Она умна, знает толк в политике. Будет вертеть принцессой как захочет. Где намекнет, а где откровенно пригрозит физической расправой. Акейра вынуждена будет терпеть и слушаться, потому что займется другим, более интересным делом – местью.

Эта троица очень кстати. Если соединить владения Эгер, Рийкераун и Гезза, то получится приличная сила. Это около двух тысяч воинов. С такой силой уже можно брать города на шпагу. Пока южане будут судить да рядить, союз с Аргером Вторым не подпишут. Мы тем временем начнем разбираться со своими делами и проблемами.

Если… Если нам удастся уговорить Эйриду оттиер Геззу.

34

Утром начались проводы павших. Я первый раз видел, как хоронят эльфов. Ни могил, ни памятных камней, но на месте погребения обязательно сажают дерево, которое отныне считается священным. Видимо, так и возникли легенды об эльфийских заповедных лесах. Ни напутственных слов, ни молитв. Только грустная мелодия, которую исполняют на флейте. Протяжная, как сама Вечность.

Своих погибших мы хоронили по обрядам Асперанорра. Такрид указал нам место, где мы могли разложить костер, чтобы предать огню тела павших. И понеслись над эльфийскими землями знакомые всем слова:

– Уходящих проводят братья…

– Чтобы их встретили боги и простили предки…

– Дождем, ветром, снегом и солнечным светом…

– Они вернутся из похода…

– Домой, где их ждут…

Через три дня мы покинули Рийкераун.

Пятьдесят гномов, десять бойцов ордена и двадцать пять корсаров Наэрра. В таком составе мы вышли из Эгердора. Заговор, направленный против норра Такрида, нам дорого обошелся. Очень дорого. Мы потеряли семерых гномов и шестнадцать человек из команды капитана. Двенадцать из них погибли во время боя, и еще четверо умерли от ран.

Среди воинов ордена потерь не было. Эти парни показали себя прекрасными бойцами. Рубились знатно, сил не жалели и по углам не прятались. Особенно отличился молодой двадцатилетний парень по имени Райг Контэр.

Если перевести это прозвище, то получится Райг Мельник. Он родом из небольшой деревушки, которая находится неподалеку от Сьерра. Его отец – мельник, который что-то не поделил с соседом и был убит. Судя по рассказам, в смерти оказался виноват бродячий колдун. Семья после потери кормильца пошла по миру, а Райг прибился к наемникам.

Высокий черноволосый парень. Худощав, но это ничего – были бы кости целы, а мясо нарастет! Подбородок чисто выбрит, но зато присутствуют пышные бакенбарды, которыми он втайне очень гордится. По словам Вэльда, из этого парня получится хороший боец. Со временем. Обожает разные железные игрушки. Даже сейчас, сидя в седле, вертит трофейный меч, добытый во время ночной стычки.

Кстати, про трофеи! Я тоже не стал мелочиться и все-таки забрал клинок, которым меня старались пырнуть. Изящное оружие. Уже не меч, но еще и не шпага. Тяжелый, с рубящим лезвием. Сталь с голубоватым отливом. Чашка эфеса украшена золотыми насечками, что его не портит. Несмотря на украшения – это боевое оружие.

Из города ушел сильно поредевший отряд. Норр Такрид даже повозки выделил, чтобы мы смогли забрать раненых. Наши парни не хотели оставаться в этом городе. Эльфийские повозки, которые колесят по здешним дорогам, напоминают двухколесную арбу. Высокие, в человеческий рост колеса и полотняный навес из плотной ткани, натянутый на деревянные арки. Незаменимая вещь для извилистых и пыльных дорог!

Перед отъездом, пока мы с Такридом обсуждали некоторые детали нашего плана, Сенчин и Наэрр тоже без дела не сидели. Нашли одного крупного купца, который, по словам эльфа Кьерта, был достоин доверия. Этот толстый торговец не только торговал. Он, как говорится в одном старом анекдоте, «еще и шил на дому». Собирал информацию, которую можно было продать. Шпионил, в общем. Парни его по-быстрому завербовали и пообещали налоговые льготы в наших владениях, если эльф будет торговать не только на южном побережье Асперанорра. Купец все понял правильно и пообещал наведаться в Грэньярд. Ну а потом и в Сьерра заглянуть. С товаром. Товарооборот – это наше все и даже немного больше! Тем более если товар такой специфический, как информация.

– Деревенская ведьма была права, – хмыкнул Воронов.

Димка ехал рядом и морщился, когда его лошадка начинала дурить, показывая свой скверный характер. Мы двигались по обочине дороги, чтобы не поднимать пыль перед отрядом. Все и так вымотались. Надо будет сделать привал. Если верить карте, нарисованной одним из придворных Такрида, скоро подойдем к реке. Проводника не брали. Дорога одна, и даже если захочешь, не заблудишься.

– Хм… Ведьмы иногда бывают полезны… – заметил Олег Сенчин.

Трудно не согласиться. Несмотря на все эти предания и легенды, я тоже чаще и чаще стал размышлять о таких вещах.

– Здесь или вообще? – спросил его. Вопрос, в общем, риторический.

– Вообще, – сказал Сенчин. – Кстати, меня после первого побега ведьма выхаживала. Если бы не она, так и сдох бы в яме. Как сейчас помню: очнулся, а эта старуха сидит рядом и что-то шепчет, руками надо мной водит. Травы собирала, отвары варила. Ее потом обвинили в наведении порчи и сожгли на площади. Зря. Она зверей любила и даже собак никогда не обижала.

– Сильно били? – покосился Дмитрий.

– Ты уж поверь мне на слово! Народ в Баргэсе любит над рабами измываться.

– Это у них национальная забава такая?

– Да. Но бьют со знанием дела, чтобы товар не испортить.

– Суки…

Пока мы разговаривали, дорога пошла под уклон. Перед глазами появилась зеленая, заросшая лесом долина. Блеснула река. Я приподнялся на стременах и осмотрел наш отряд. Парни уже почувствовали скорый отдых и прибавили шагу. Послышались шутки. Даже вечно суровый Барри и тот миролюбиво улыбнулся.

– Серега, – вернулся к нашему разговору Воронов, – ты ведь не думаешь, что на юге Асперанорра мы уничтожили всю нечисть?

Растянутый разговор – это нормальное явление. Я к этому уже привык. Паузы между фразами могут быть по несколько часов, и это не напрягает. Таков уж северный менталитет. Неторопливый.

– Разумеется, нет. Это просто невозможно.

– Ты прав, – продолжал рассуждать Димка. – Количество здорово сократилось. Особенно это касается владений Кларэнса и Сьерра.

– А как же «гномьи» земли Альдкамма?

– Северо-западные земли нашего Дарби – это горы. Там легко спрятаться от «охотников за нежитью». Гномы подчистили только побережье, и это, если честно, меня радует.

– Я тебя не понимаю…

– Хм… Давай я выскажу свои мысли на этот счет?

– Конечно!

– Большинство тварей ушло на север. Ушли самые злые, сильные и недовольные новой властью и порядками. Оставшиеся – это так, мелочь. Ведьмы, несколько семей вампиров и оборотни. Врожденные оборотни, – уточнил Димка. – Есть даже несколько тадд-мэрров, но они совершенно безвредны.

– Ты что-то предлагаешь или информируешь?

– Предлагаю, – сказал Воронов.

– Что именно?

– Не надо трогать оставшихся, – твердо сказал Дмитрий.

– Это… Это шутка? – не понял я.

– Нет, я абсолютно серьезен. Так будет лучше.

– Надеюсь, объяснишь?

– Разумеется, – кивнул Воронов и вытащил трубку. Лошади шли медленно, так что я тоже подумал немного и решил составить ему компанию.

– Давай уж, рассказывай…

– Серега, я не стану пересказывать историю Асперанорра. Тем более что ты ее знаешь. Понимаешь, магистр, вся эта нежить, которую рыцари так старательно истребляют, всегда жила бок о бок с людьми. Да, иногда она забывалась и начинала творить бесчинства, которым нет и не будет оправданий. Когда мир переступал грань – боги посылали на землю черных рыцарей…

– Чтобы уничтожить нежить и тех, чьи души почернели от зла.

– Именно! Но если уничтожим всех, то количество зла не уменьшится, а даже наоборот!

– Хм…

– На место знающих, – он выделил последнее слово и даже повторил, – знающих ведьм придут самозванцы. Простые люди, которые не осознают, во что они впутываются, но горят желанием попробовать… Оборотни, которые не по своей воле заразились этой болезнью, перестанут охранять деревни от разбойников. Иногда в это трудно поверить, но так есть. Деревенские ведьмы перестанут лечить людей… Пойми меня правильно, Серега…

– Ты хочешь сохранить тех, которые остались?

– Да. То, что делает рыцарский орден – тяжелый труд золотарей. Мы вершим суд богов, уничтожая зарвавшихся тварей, которые возомнили себя всемогущими. Это касается всех – и нежити и людей, которые встали на сторону Зла. Но так будет не всегда… Мне кажется, что я понял, какую ошибку совершили наши предшественники. Они просто всех вырезали. Всех. Забывая о традициях и прошлом Асперанорра.

– Иначе не получается…

– Я согласен, что сейчас не получится, – кивнул Димка, – север надо зачищать и Гуннэра принуждать к миру. Но мы обязаны думать не только о грядущих битвах, но и о будущем.

– Димка прав, – кивнул Сенчин.

– И что вы, парни, предлагаете?

– Потом, когда все это закончится, нам нужен будет новый орден.

– Еще один?!

– Не еще один, а новый! – подчеркнул Воронов. – Нас уже не переделаешь – нам войны на всю оставшуюся жизнь хватит. Говорю о будущем этого мира.

– Новый…

– Да. Не обязательно это будет рыцарский орден. Общество…

– …с ограниченной ответственностью, – хохотнул Олег.

– Который будет помнить о традициях предков, – закончил Дмитрий.

– И держать в узде нежить? Это будет похоже на инквизицию.

– Отчасти. Там была политика, а здесь нужны знания.

– Нам надо многое обдумать, парни. Очень многое… Давайте отложим наш разговор до возвращения в Асперанорр.

– Как скажете, великий магистр! – Димка шутливо приложил руку к сердцу и склонил голову.

– Задали вы, парни, задачку…

– Служба у нас такая, – усмехнулся Олег, – правителей напрягать.

– Да, это вы умеете.

– Кстати! – встрепенулся Сенчин.

– Что еще?

– Мы жрать сегодня будем или как?

Учитывая, что Олег и сейчас жевал кусок вяленого мяса, это прозвучало забавно. Любит он пожрать.

35

Я мог бы долго перечислять подробности нашего путешествия в Геззу, но оно вам надо? Эльфийские земли, вопреки всем ожиданиям, не впечатлили. Ни мифических единорогов, ни сладкоголосых красавиц не видели. Капитан Наэрр утверждал, что в здешних озерах полно русалок, но, увы, не довелось увидеть. Димка скалил зубы и рассказывал про вяленую рыбу, а мы с Олегом Сенчиным предпочитали отмалчиваться. Тем более что русалок я видел, когда выбирался из Баргэса.

Природа – пожалуй, это единственное, что понравилось. Деревушки, через которые мы проходили, по большей части были разграблены, а местные жители грязны, оборванны и злы на весь белый свет. Они готовы льстить и улыбаться, но не преминут всадить вам нож в спину, если подвернется возможность. За что? За пару монет, завалявшихся в подкладке вашего дублета.

Городок Гезза расположен в районе предгорья. Земля сухая и каменистая. Низкорослые деревья и чахлые заросли кустарника – вот и вся местная флора. Добавьте к этому пустоши, на которых видны жалкие клочки обработанной земли. Да, на рай земной никак не похоже.

Если честно – так себе городок. Меньше Кларэнса и гораздо запущеннее, чем Рийкераун. От городских стен остались одни развалины. Дома горожан тоже восторгов не вызывают. Такое ощущение, что они покрыты столетней пылью. Серо, грязно и очень уныло. Можно подумать, что им воды не хватает. Тем более что через город протекает несколько речушек, которые спускаются с гор. Некогда они были закованы в гранитные берега, но, увы, все пришло в упадок.

Сюда мы прибыли вчера вечером. Остановились на постоялом дворе, расположенном неподалеку от холма, на котором высился замок правительницы. Внешне он напоминал наш Альдкамм. Прибыли, отправили очень вежливое письмо норрессе, дождались приглашения и вот теперь сидели, изображая дипломатов. Полдня сидели, объясняя «политику партии», а толку?

– Даже не подумаю… – процедила норресса Эйрида и поджала узкие бесцветные губы.

«Чтоб ты сдохла, старая перечница!» – подумал, но, разумеется, не озвучил. Нам лишние неприятности не нужны! Мы люди вежливые и терпеливые. До поры до времени. Поэтому я улыбнулся и покачал головой:

– Мне очень жаль, норресса Эйрида. Очень жаль…

– Норресса Эйрида оттиер Гезза, – сухо подчеркнула старуха и подняла бокал с вином.

Чтоб ты сдохла, ведьма! Взять бы стул, на котором задницу греешь, да врезать по голове! Так врезать, чтобы мозги по стенам расплескало. Это я так – помечтал. Как говорится, ничего личного. Стоило тащиться в эдакую даль, чтобы увидеть недовольную морду этой старухи? Дорога, как ни крути, неблизкая. Восемьсот лейнов от Рийкерауна. По эдакой-то жаре… Больше двух недель добирались.

– Неужели вам не важна судьба эльфийского королевства? – спросил я.

– Мое королевство ограничивается перевалом и моими владениями, – процедила Эйрида и, сделав небольшую паузу, добавила: – И горе тому, кто попытается оспаривать мои права!

– Как вам будет угодно. – Я поднялся и кивнул парням, чтобы заканчивали жевать.

– Прощайте.

Мы уже подошли к выходу из залы, и стражники распахнули двери, когда я остановился и поднес руку ко лбу, словно вспомнил что-то очень важное. Обернулся и спросил:

– Скажите, норреса Эйрида, а как быть с пророчеством?

– Пророчеством?

– Да, – улыбнулся я, – с древним пророчеством.

– Меня не интересуют пророчества северян!

– Что касается лично меня, – усмехнулся я, – то они тоже не забавляют. Но в старинных книгах и свитках, которые были завещаны нам нашими предками, сказано совсем другое.

– Что же?

– Там говорится о людях, чьи души почернели от грязи. Людях, которые убивали своих родных и достойны смерти.

– Это все? – Она презрительно скривилась. Эка ее перекосило. Думал, что зубами лязгнет и на прощанье закатит истерику.

– Нет, не все. Там сказано, что любая тварь, которая помешает престолонаследнице занять королевский трон, будет уничтожена, – твердо сказал я. – Уничтожена и скормлена свиньям, невзирая на все прежние заслуги. Чтобы впредь, до скончания веков, никому было неповадно идти наперекор тем, кто послан богами. Надеюсь, Эйрида, я достаточно понятно выразился?

Старуха промолчала, и я продолжил:

– Если передумаете, то вы знаете, где мы остановились. До встречи!

– Прощайте…

– Увы, норресса! – улыбнулся я. – В любом случае – до встречи!

– Вах, хорошо сказал! – по-русски похвалил Воронов, когда мы вышли. – Что будем делать?

– Ждать.

– Надеешься, что старуха одумается?

– Сомневаюсь, но уйти с пустыми руками не можем. Этот перевал слишком много значит для принцессы.

– Эх… – скривился Воронов и выдал несколько недипломатических выражений. Звучало красиво, но повторять не буду. Уж слишком матерно.

– Перестань, – сказал я и хлопнул Димку по плечу. – Идем лучше ужинать!

– Стервозная бабушка, – заметил Олег, когда мы сели на лошадей и выехали из замка.

– Куда уж стервознее! Она выглядит как ведьма!

– У меня даже аппетит пропал.

– Вот это уже серьезно! – усмехнулся я. – Совсем пропал?

– Ну как… Я бы попробовал что-нибудь скушать. Но без особого аппетита.

Да, выглядела эта старуха очень непривычно для эльфийки. Стрижка «в скобку» и волосы цвета… Хм… Того самого цвета, который кинологи в нашем мире называли «соль с перцем». Сухонькая такая, невысокого роста. Остроносая, с водянисто-бесцветным взглядом. Плотно сжатые губы, испещренные морщинами. Даже когда улыбалась, возникало чувство, что она скалится.

Может я и не прав, и норресса Эйрида добра к своим подданным. В чем, если честно, сильно сомневался. По крайней мере Такрид ее недолюбливал. Что бы он мне ни говорил, это заметно. Терпел это вынужденное соседство, но не больше.

Если вы видели карту эльфийских земель, то знаете, что из Рийкерауна на юг не пройти. Горы. Нет, пройти можно, но слишком долго и слишком опасно. Поэтому (так уж повелось в этом проклятом королевстве) путь лежал через перевал Гезза.

Видите зубчатую стену и две сторожевые башни на седловине? Они перекрывали дорогу. Если норресса захочет, то ни одна мышь не проскочит! Я уже не говорю про армию. Без этих «ворот» принцесса, даже если и получит корону, долго на престоле не просидит. Пока она будет разбираться на срединных землях, южане соберут армию и задавят ее к черту.

Что мы можем предпринять?

Ничего.

Десять воинов ордена, девять человек из команды Наэрра и сорок три гнома. Ну и мы с парнями в количестве пяти персон, не считая Барри и лекаря «душегуба». Приличная сила? Да, чтобы разнести вдребезги небольшую банду или занять деревушку. Город, где окопались две сотни пехотинцев, три сотни лучников и сотня легкой кавалерии, нам не взять. Даже если очень захотим – не взять. Хорошо, пусть случится чудо, и мы возьмем Геззу – что с этого? Не за этим шли! Наше дело разговоры разговаривать, а не мечами махать. Ну… пока не прижмут к стенке, как в Рийкерауне.

– Взять замок будет гораздо проще, чем забраться на эти стены, – сказал Рэйнар, когда мы вернулись в гостиницу и сели ужинать.

– Такие высокие башни я видел лишь на землях орков, – добавил Наэрр.

– Не залезем… – подвел итог Димка и прищурился.

Я ничего не ответил. Молчал и рассматривал сторожевые башни и зубчатую стену, которая закрывала перевал. Проход узкий – около ста пятидесяти метров, не больше. Стены… Метров пятнадцать высотой. Эти «ворота» тараном не вышибешь. На стене постоянно дежурили сотня пехотинцев и две сотни лучников. Эльфийских лучников! Эти ребята с малых лет с луками не расставались и стреляли как боги! Даже приблизиться не успеем – нашпигуют стрелами.

Хозяин, старый и седой эльф, поставил на стол большое блюдо с жареной рыбой, добавил несколько мисок с острым соусом и удалился. Ужинали мы на веранде второго этажа. Это большая площадка, накрытая навесом из серого полотна. Внизу, во дворе, шумели гномы. Там были выставлены большие столы, и парни отдыхали после дороги, оттягиваясь крепким руна-реттом. Нет, много не выпьют – за этим Барри присмотрит. В пределах разумного. Как любит повторять Димка Воронов, для отдохновения.

– Город грязный, дома того и гляди развалятся. От городских стен остались руины, да и замок… – он поморщился, – так себе! Единственное, что в идеальном порядке, так это башни на перевале.

– Кабатчик сказал, что ремонт никогда не заканчивается, – пояснил Трэмп.

– Горожане платят особый налог на содержание крепости, – добавил Наэрр. – Норресса Эйрида даже в голодные годы не прекращала укреплять стены.

– Большой налог?

– Приличный.

– И что эльфы? – покосился я. – Платят?

– Видел пятерых распятых эльфов на въезде в город?

– Неужели…

– Да, – хмуро кивнул капитан. – Не заплатили налога. Имущество ушло в казну, мужчин на столбы, а дети и жены стали невольниками – рунгами.

– Весело…

Распятых эльфов мы заметили при въезде в город. На небольшой площади рядом с тем, что осталось от городских ворот, был поставлен десяток деревянных столбов. Пять из них оказались заняты. Эльфами. Едва живыми. Наказанные были уже в том состоянии, когда больше общаешься с богами, нежели с людьми. Рядом с ними топтался стражник, лениво отгоняя чересчур любопытных детишек.

– Странно все это… – с набитым ртом пробормотал Олег. – Зачем?

– Что именно тебя так удивляет?

– Зачем постоянно укреплять эту стену? Ради того, чтобы защитить себя от нашествия южных эльфов?

– Получается, что так.

– Хм… А зачем эльфам, которые владеют золотыми приисками, идти на северные земли? Хотят эту голытьбу накормить?

– Да, как все странно получается, – согласился я.

– Слушай, а Руфтэр про старушку ничего не рассказывал? – поинтересовался Дмитрий. Судя по его виду, его тоже заинтересовало это несоответствие.

– Так, по мелочам, – хмыкнул я. – Ничего особенного. Знаю, что сына отравила, и все.

– Чем дальше в лес, – сказал Олег и разлил по кружкам вино, – тем эльфы толще.

– Ждем, парни… – сказал я и поднял кружку. – Ждем.

– Дарре!

– Дарре!

36

– Это звучит довольно странно, – хмыкнул я.

– Меня, если честно, уже ничего и нигде не удивляет, – ответил Воронов и устало покачал головой. Он развалился за столом и, отдуваясь, начал расстегивать дублет. – Проклятая жара!

– Насколько можно верить этим слухам?

– Понятия не имею! – Дмитрий пожал плечами и оглядел веранду. – Хозяин, chert bi tebia pobral!

– Что вам угодно, дьен грэ? – Из дверей выскочил пузатый эльф.

– Вина и что-нибудь закусить. Только не рыбу.

– Есть курица…

– Свежая?

– Помилуйте! – Эльф даже руки прижал к груди. – Она еще по двору бегает!

– Тащи свою курицу, ornitolog figov.

Кабатчик кивнул и отправился на кухню. Через несколько секунд из дверей выскочил поваренок и убежал во двор ловить бедную птицу.

– Хм… Если такие разговоры ходят, то это уже интересно, – заметил я.

– Еще бы…

– Пожалуй, что одному из нас придется здесь задержаться.

– Я займусь этим, если ты не против, – сказал Дмитрий.

– Ты уверен, что хочешь остаться?

– Да, уверен. – Он поморщился и обвел взглядом улицу, которая хорошо просматривалась с веранды. – Разберусь и вернусь в Эгердор. Не доверяю местным. Подлый народец. Подлый и лживый. Родную мать готовы продать, лишь бы хорошую цену предложили.

– Смотри, как знаешь… Сколько тебе оставить людей?

– Оставь десять бойцов ордена и двадцать гномов. Полагаю, что этого должно хватить. Нам же не воевать, а присмотреться. Поживу здесь месячишко, подумаю… Заведу дружбу с какой-нибудь эльфийской красоткой. Есть здесь одна девчушка на соседней улице. Держит ювелирную лавку. Когда вернетесь в Эгердор, пришли ворона. Может, к этому времени уже узнаю что-нибудь полезное.

– Ка-арр-р! – выругался ворон и попытался стащить кусок мяса из блюда. Нур объявился вчера вечером. Не знаю, где он шлялся, но, если судить по довольному виду, даром времени не терял.

– Хорошо, будь по-твоему.

– Не переживай, магистр! – усмехнулся Димка, перехватив мой взгляд. – Где наша не пропадала?

– Даже не сомневаюсь! Ты, главное, возвращайся домой. Живым. У нас еще дел по горло.

– Ладно. – Воронов наконец расправился с бесчисленными пуговицами и поднялся. – Ты думай, а я пойду умоюсь. Устал как собака. Этот город просто соткан из жары и пыли.

– Куда прикажете подавать обед? – спросил хозяин, выглядывая из кухни.

– Пожалуй что в комнату, – отмахнулся Воронов. Он встал в дверях, словно раздумывая, куда идти, а потом махнул рукой и отправился наверх. Следом за ним семенил кабатчик, что-то объясняя или спрашивая.

Интересная ситуация в Гезза. Единственный сын Эйриды, которого она отравила своими собственными руками, служил командиром крепости. Двадцать лет назад, когда он был еще жив, норресса уделяла обороне гораздо меньше внимания, чем сейчас. Строительный бум начался через два года после его гибели. Хотя… какая там гибель? Парня просто отравили, чтобы его мамаша могла обвинить в этом соседа – мелкого норра, который владел землями на морском побережье. Норра под шумок убили, а земли достались Эйриде. Была и дочка, но она погибла во время нападения южных эльфов. После этого норресса Эйрида окончательно спятила и превратилась в сущую ведьму.

Странно… Что именно? Извольте! Это уже не секрет.

Щедро скармливая монеты горожанам, Димка сумел узнать, что убитый сын считался у Эйриды любимцем. Она ему прощала все – даже грубые проступки и шалости. Как-то не вяжется материнская любовь с убийством, не правда ли? Так вы еще не все знаете! Как выяснилось, башни крепости носили имена ее детей: Кирста и Мьертен. Эйрида часто туда приходила и подолгу сидела на верхних площадках. Эта старуха определенно сошла с ума!

Примерно через полчаса из города вернулись Олег Сенчин, Стиг Наэрр и Барри. Парни нашли оружейную мастерскую. Олег Сенчин купил знаменитый эльфийский лук и, судя по его довольной физиономии, уже успел испытать.

– Новости есть? – спросил Олег.

– Нет, – покачал головой я.

– Молчит, значит, старушка…

– Молчит.

– Уже прошла неделя, – нахмурился Барри.

– Завтра надо купить припасы.

– Мы уходим?

– Да.

– Ка-арр-р!

Через два дня мы ушли из Геззы. Димка тоже собрал вещи и перебрался с парнями на соседнюю улицу, где они сняли большой дом, принадлежавший эльфийской красавице. Да, той самой, которая держала ювелирную лавку.

Мы вроде все обсудили и даже прикинули несколько запасных вариантов – на тот случай, если нужно будет скрыться из города. Денег у них с избытком, так что с голоду не умрут.

– Ты, главное, воевать не начни, а то знаю тебя! – сказал я на прощанье.

– Не переживай, без вас не начну.

– До встречи!

– До встречи! – Он усмехнулся. – Миротворец…

Настроение, что и говорить, было не самым радужным. Нет, я не рассчитывал, что все пройдет легко и гладко, но такого категорического отказа от норрессы не ожидал. Думал, что она начнет торговаться, а мы будем кивать и соглашаться с любыми пожеланиями, которые не выходят за рамки наших полномочий. Увы… Эйрида оказалась крепким орешком, и так просто ее не взять. Не получилось. Теперь вся надежда на Димку Воронова.

Мы шли в сторону той самой бухты, в которой нас ждали корабли. Неделя пути, если не больше. Повозки оставили в городе, и это здорово облегчило наш путь. По крайней мере, не нужно было вырубать заросли кустарника, прокладывая дорогу для транспорта. Предгорья остались позади, и мы окунулись в зеленое море эльфийских лесов. К вечеру вышли к озеру, где и встали лагерем на холме…

Знакомое чувство. Я смотрел на костер и видел, как замирает пламя. Еще секунду назад оно пожирало хворост, стреляло угольками и злобно шипело, если попадалась сырая ветка. Мгновение – и огонь застыл. Языки пламени еще тянулись к небу, но медленно, словно во сне. Искры зависли. Как на цветной картинке. Дракон… Ему-то что нужно на этих землях?

Я оглянулся по сторонам для того, чтобы убедиться, что это не сон. Нет, не сон. Барри, сидящий напротив меня, уставился на костер. Кричи не кричи – он не услышит. Остальные и так спали. Даже караульные, которые стояли на охране лагеря, оцепенели и замерли.

Поднялся и сразу увидел нашего гостя. Он сидел на краю обрыва и смотрел на озеро. Уже в который раз убеждался, что этот дракон неисправимый романтик! Набросил плащ и пошел на встречу с ночным гостем.

– Этерн дарр, – сказал я.

– Ты не похож на проигравшего, северянин… – прошипел дракон и склонил голову, словно хотел рассмотреть меня повнимательнее.

– Кто тебе сказал, что я проиграл?

– Но ты же не смог уговорить старую Эйриду. Неужели это тебя не расстроило?

– Ничего, – усмехнулся я. – Всему свое время.

– Надеешься, что твой друг сможет что-то разузнать о ее прошлом?

– Почему бы и нет? Он умеет развязывать языки.

– Да… Может быть, ты и прав. Но вы не там ищете. Что толку в ее прошлом? Твой друг, каким бы умным он ни был, не сможет понять главного.

– Почему?

– Он слишком молод.

– Это временно, – сказал я.

Дракон тряхнул головой и улыбнулся. Черт бы меня побрал, но это правда! Пусть это больше походило на оскал, но тем не менее это была самая настоящая улыбка! С ума можно сойти! Сказать кому – не поверят.

– Если вы не добьетесь согласия Эйриды, то принцесса обречена.

– Знаю. Поможешь?

– Принцессе или тебе?

– Мне.

– Завтра… – медленно протянул дракон. – Завтра вы доберетесь до одной деревушки. Там живет старый ведьмак со своей дочерью и внучкой.

– И что я должен с ними сделать?

– Поговори с ними… Просто поговори.

Эльфийская деревня, о которой рассказал дракон, оказалась совсем маленькой. Тридцать домов, построенных на берегу озера. Несмотря на свои скромные размеры и отдаленность от торговых дорог деревушка оказалась довольно чистой. Удивительно для этих мест, не правда ли? Мало того – на центральной улице бегало много детей. Чистые, ухоженные и, судя по упитанным щекам, сытые. Даже наш капитан Наэрр, который уже бывал на эльфийских землях, и тот удивленно таращился на здешних жителей. Такое ощущение, что они жили в своем мире и с остальным не пересекались.

Староста деревни – седой эльф, чем-то похожий на норра Такрида, спокойно выслушал нашу просьбу и указал место на берегу, где можно разбить лагерь. С удовольствием продал нескольких свиней и даже не торговался. На мой вопрос о ведьмаке ответил без тени страха или смущения. Да, мол, есть такой. Живет на краю деревни. Пойдете по этой улице и найдете, если нужда возникнет. Я чуть глазами не захлопал от удивления.

Когда купленные свинки уже жарились на костре, а парни обустроили лагерь, я поднялся и кивнул Рэйнару.

– Прогуляюсь немного.

– Серж, я с тобой!

– Нет, не нужно. Что-то мне подсказывает, что в этой деревне бояться некого. Отдыхай.

– Ну, смотри. – Трэмп покачал головой.

– Не переживай! Если начнется какая-нибудь заварушка, то вы услышите.

Вечерело, и от озера потянуло прохладой. Черт меня побери, не будь рядом этой деревушки, я бы сказал, что мы где-нибудь в Карелии отдыхаем, ей-богу! Тихо, мирно. Озеро красивое, берега уютные и приветливые. Словно и не воюют здесь. Ничего не понимаю!

Я прошелся мимо аккуратных эльфийских домов, стоящих на сваях, и добрался до окраины. Здесь, на небольшом расстоянии от деревни, стоял дом. Такой же аккуратный, поднятый над землей. Озеро, видать, по весне разливалось, и жителей немного подтапливало. Во дворе работал старый эльф. Седой, но очень крепкий старик. Дрова колол. Я подошел и оперся на забор. Видел, что старик меня чувствует.

– Этерн дарр, дьен грэ…

– Этерн дарр. – Эльф прищурился и посмотрел на меня. – Что вам нужно?

– Поговорить.

– Ну что же… – Он несколько секунд подумал и воткнул топор в колоду. – Заходи в дом, магистр. Поговорим.

37

– Тебя уже ищут, – сказал ведьмак и кивнул в сторону окна. Он огладил свою длинную седую бороду, заплетенную во множество тонких косичек, и усмехнулся. – Надеюсь, они не станут брать штурмом мой дом? Мне бы не хотелось, чтобы твои рыцари разнесли изгородь, которую я недавно привел в порядок.

– Нет, – я покачал головой. – Не станут.

– Это радует.

– Может, мы продолжим наш разговор? Завтра?

– Приходи, – равнодушно отозвался он. – Вечером. Днем я буду занят.

– Будешь варить свои зелья?

– Конечно, – усмехнулся он. – Зелья из крови девушек-северянок. Ты пробовал настойку из русалок?

– Н-нет… – Меня даже передернуло.

– Ладно, не трясись. Пошутил я – нет такого зелья. Ступай, магистр, завтра договорим.

– Приду. – Я поднялся и пошел к дверям. – Кстати, а кто тебе изгородь-то сломал?

– Медведь. Тоже ввалился в гости, как ты – без приглашения.

Я вышел из дома и увидел Рэйнара Трэмпа, Олега и Стига. Позади них маячил Барри, поглаживая ложе арбалета. Ну как дети, право слово! Им только дай что-нибудь сломать или развалить. Ведь и часа не прошло после моего ухода! Неугомонные.

– Серж? – осторожно спросил Трэмп.

– Все нормально, парни, – улыбнулся я. – Живой и здоровый.

– Слава богам…

Уже стемнело, когда мы с парнями вернулись в наш лагерь. Поужинали и легли спать, но сон куда-то исчез. Лежал, смотрел на догорающий костер и поражался, какие сюрпризы нам преподносит жизнь. Что там телевизионные сериалы, оставшиеся в прошлой жизни!

Мы задержались в эльфийской деревне еще на день. Староста, видимо предупрежденный ведьмаком, молча кивнул и не возражал. Тем более что я щедро заплатил за провизию для моего изрядно поредевшего отряда.

Крутобокие эльфийки в белых аккуратных чепцах словно сошли с картин Брейгеля. Они принесли нам корзины с хлебом и копченую рыбу. Даже успели позубоскалить с гномами и переброситься шутками с корсарами Наэрра. Надо заметить, что рыба была очень вкусной. В деревню никто из наших не совался. Незачем.

До вечера я не дотерпел и отправился к ведьмаку, едва дождавшись полудня. Шел и, надо признаться, искренне удивлялся чистоте и порядку, царившим в этом селении. Если верить книгам и свиткам, которые мне довелось читать про эльфийские земли, раньше здесь так и было. До начала этой ужасной смуты.

Бревенчатые дома на сваях и чистые, посыпанные песком дворы. Упитанная малышня, играющая на берегу озера. Старые седые эльфы, которые дремали на завалинках, опираясь на толстые суковатые палки. Они подслеповато щурились, провожая меня взглядом, и опять опускали головы на загорелые и морщинистые руки.

Старика я нашел на заднем дворе. Он столярничал. Под навесом пахло смолой и деревом. Хороший запах. Добрый и мирный. Я даже детство вспомнил и своего деда, который любил работать с деревом. Давно это было. Обвел взглядом двор и еще раз удивился. Ухоженный, чистый. Бегают несколько куриц и ярко-рыжий петух, который сразу насторожился, надулся как шар и начал подбираться ко мне, смешно наклоняя голову.

– Этерн дарр, – пробурчал старик, даже не обернувшись.

– Этерн дарр, дьен грэ. Вы не передумали?

– Почему я должен передумать? – Старик примерил дощечку к пчелиному улью, поставил угольком метку и отложил доску в сторону. – Из-за принцессы, которая будет проливать кровь?

– Нет, не ради нее. Ради эльфов, которые живут в вашем королевстве.

– Что с ними не так? – Он удивленно поднял брови.

– Порядка нет.

– А где он есть? В Асперанорре?

– Будет. Со временем.

– Присаживайся. – Ведьмак кивнул на стол. – Медовой настойки хочешь попробовать? Не бойся, не из русалок.

– Выпью. Отчего же не выпить…

Он кивнул и снял фартук. Выставил деревянную баклажку, а затем покопался на полке и достал две глиняные кружки. Черт побери! Такое чувство, что мы не в мастерской ведьмака-затворника, а где-нибудь в подмосковном гараже – мужском «клубе» всех времен и народов.

– Ты так уверен в своем предназначении? – спросил ведьмак.

– Я верю в людей, которые населяют мои земли.

– Это отговорки. Ты веришь, что послан богами, чтобы уничтожать таких, как я?

– Хочешь разозлить? – усмехнулся и покачал головой. – Не получится. Еще год назад я бы уже в драку ринулся, что-то доказывая, а сейчас не выйдет. Слишком многое изменилось.

– Ты устал убивать?

– Не в этом дело, – ответил я и попробовал настойку. Крепкая. Медом пахнет.

– Чего же ты хочешь, магистр?

– Не хочу, чтобы эльфы и южане пришли на мою землю, – честно признался я.

– Хм… Ты не врешь, – рассудительно заметил ведьмак.

– Незачем врать.

– Значит, если я помогу тебе, ты вернешься домой и продолжишь убивать моих родичей?

– Я не убивал ведьм! Вампиров, оборотней и нелюдей, да, было такое дело. Если будет нужно – буду убивать и дальше! Но ведьмы… – я покачал перед собой пальцем, – в этом ты ошибаешься. На моих руках нет вашей крови.

– Да? А кто устроил резню в Кларэнсе? Не ты?

– Я просто защищал мой город. И сделаю это еще раз, если понадобится.

Старик смотрел мне в глаза. Пристально так смотрел. Будто историю моей жизни читал. Во всех мирах. Наконец усмехнулся и кивнул:

– Тьфу, кровь драконья! Да, знаю, что ты не тронул моих ведьму и оборотня. И что? Мы должны в ноги тебе упасть?

– Уже донесли?

– Поведали, – поправил он. – Поведали, а не донесли. Благодари богов, магистр, что мне вовремя эту весточку принесли. Иначе бы закружило вас по лесам, завертело, а болота здесь то-о-опкие…

– Хорошо, давай спокойно обсудим. Суди сам, старик, – начал я. – Дочка у тебя травница и силы еще не имеет. Да и молода. Сорок лет для ведьмы это не возраст, а так – начало пути. Внучка… Сколько ей? Двадцать или чуть больше?

– Двадцать два.

– Вот видишь…

– Ты мне что, северянин, угрожаешь?!

– Нет, – пожал плечами я. – размышляю. Ты все-таки не вечный. Умрешь – кто защитит эту деревню? Знания ты, конечно, передашь перед смертью, но кроме них еще и сила нужна, и опыт. Они – ты лучше меня знаешь – просто так не появятся! Их накапливать надо! Не один десяток лет пройдет! Кто встанет на вашу сторону? Тот самый «медведь», который ограду разломал?

– Медведя не трожь! Не твой.

– Тьфу, раздери тебя дрэнор! Он тоже оборотень?

– Приблудный, – хмуро пояснил старик. – Прибился пять лет назад, и вот – ни выгнать, ни вылечить.

– Врожденный?

– Нет, зачарованный.

Ведьмак задумался. Видно, и сам про это размышлял. И про смерть неизбежную, и про то, что с этой райской деревушкой станет, когда он к богам преставится. Не самая радужная картинка вырисовывалась. Сейчас-то он сильный, ему любые разбойники не страшны. А потом? Вот и получается, что я хоть и враг, но выход предлагаю. Не самый плохой.

– Как это все случилось?

– Ты про старуху Эйриду спрашиваешь? – заломил бровь ведьмак.

– И про нее тоже.

– Это сложно объяснить и еще сложнее понять, – сказал ведьмак и прищурился. Задумчиво провел пальцем по краю кружки и поджал губы. – Власть ломает людей.

– И поэтому Эйрида убила своего сына? Он что, мешал ей управлять землями?

– Это произошло случайно. Эйрида собиралась отравить своего соседа, но что-то пошло не так, и это вино выпил ее родной сын. Не знаю подробностей.

– Ничего себе… – только и смог сказать я.

– Да, не самая веселая история.

– Зачем надо было травить этого соседа-норра?

– Его владения находились на западе от земель Эйриды. На морском побережье, которое является самым неприветливым во всем нашем королевстве! Там есть всего одна бухта, которая подходит для стоянки кораблей.

– Если бы этот норр принял сторону южан, то ослабил бы оборону Эйриды?

– И открыл путь в Рийкераун.

– Зачем южанам эти нищие земли?

– В Рийкерауне спрятаны сокровища королевы Герры и королевская корона. Норресса Эйрида до сих пор надеется, что эльфийское королевство воспрянет.

– Что-то не верится, – буркнул я. – Предлагал ей поддержать принцессу.

– Эйрида не доверяет чужакам. Может быть, она уже разочаровалась и перестала ждать новой королевы.

– Она постоянно укрепляет стену…

– Ты говоришь про крепость на перевале? – уточнил ведьмак.

– Да.

– Тут все просто! Даже удивительно, как ты сразу этого не понял!

– Что я должен был понять?

– Это памятник ее детям. Старики часто совершают странные и не всегда понятные вещи.

– Ей нужен смысл, – сказал я.

– Да. Смысл жизни.

– Тогда почему ты отказываешься мне помочь? – спросил я. – Ведь именно в твоих руках находится то, что наполнит ее жизнь чем-то новым и заставит поддержать Акейру!

– Ты уверен?

– Как же иначе! Ведь тогда она сможет заглянуть в будущее. С надеждой.

Ведьмак покачал головой и задумался. Чтобы не мешать ему думать, я вытащил трубку и закурил. Несколько минут мы молча пили медовуху. Наконец я не выдержал и спросил:

– Скажи, а как же все-таки получилось, что вам удалось скрыть эту тайну от норрессы?

– Поверь, это было очень нелегко, но я справился.

– Кто бы мог подумать, что твоя дочь…

– Была возлюбленной ее сына? – грустно усмехнулся ведьмак. – Такое бывает.

– И твоя внучка…

– Родная внучка норрессы Эйриды.

– Ее шанс продолжить свой род, – подвел итог я.

– Да, – просто ответил ведьмак.

38

Все началось больше двадцати лет тому назад, когда сын норрессы Эйриды Мьертен влюбился в молоденькую ведьму. Да, так иногда бывает, и, поверьте, не только в сказках и легендах. Роман, если судить по рассказам ведьмака, протекал очень бурно. Мьертен подумывал о женитьбе. Увы, его мечтам не суждено было сбыться. Тем более что Эйрида никогда бы не дала разрешения на такой неравный брак.

Несмотря на эти досадные мелочи, Мьертен был очень упрямым эльфом и бросать свою ненаглядную ведьмочку не собирался. Не знаю, на что он надеялся. Может быть, на то, что рождение внучки изменит отношение Эйриды? Тем более что старуха к тому времени уже потеряла дочь Кирсту и практически осталась без наследницы. Для норрессы-эльфийки, которая придерживалась старых традиций, это самое страшное. Здесь, как вы помните, царил матриархат, и норры-мужчины не пользовались уважением.

Потом, когда Мьертен погиб, старик понял, что грядут очень непростые времена. Враги Эйриды обязательно должны были воспользоваться таким шансом. Вечные придворные игры, борьба за власть! Ведьмак взял свою дочь, новорожденную внучку и ушел из города. Набрел на рыбацкую деревушку, где и поселился. Он был очень сильным ведьмаком и смог защитить жителей от опасностей смутных времен. Рыбаков, живущих на берегу озера, не грабили разбойники, на них не нападали вампиры и даже сборщики налогов, скардэры, обходили стороной. Так бы и жили, если бы один дракон не посоветовал мне заглянуть к ним в гости…

Мы долго сидели с этим старым и мудрым ведьмаком. Он рассказывал мне о смуте и о том, что происходило на эльфийских землях. О великих мастерах, которым рубили пальцы на руках. Зачем? От зависти. О том, как переплавляли золотые статуэтки, потому что в виде слитков их было легче перевозить… Как убивали воинов, которые остались верны слову и королевскому трону. Смута… Она неизменна. Во всех мирах и пространствах.

Уже под вечер из леса вернулись дочь и внучка с корзинами, заполненными какими-то травами. За околицей тихо рычал медведь-оборотень, недовольный моим присутствием. Он шумно ворочался и вздыхал, намекая, что гость слегка засиделся. Не стоило злить зверя. Тем более медведя. Может, ему ужинать пора, а я сижу, только аппетит возбуждаю? Поднялся, допил медовуху и аккуратно поставил стакан на верстак. Пора уходить.

– Так как? – спросил я. – Поможешь?

– Может быть, ты и прав, северянин… – задумчиво пробучал старик…

– Суди сам, – так будет лучше для всех и в первую очередь для твоих близких.

– Магистр, неужели ты полагаешь, что при дворе Эйриды им будет безопаснее? Разве ты не сталкивался с нелюдью в королевских покоях?

– Ты всегда можешь передумать и уйти из Геззы.

– Куда?

– В Асперанорр, – неожиданно ответил я.

– Зачем? Чтобы там меня сожгли на костре?

– Тебя никто не тронет. Я даю слово. Твои знания… Они ведь бесценны!

– Серж… – старик нахмурился и посмотрел на меня, – ты понимаешь цену своих слов?

– Да, – твердо ответил я, – понимаю и могу повторить. Если надумаешь уйти из вашего королевства, то я обещаю тебе защиту. Тебе и твоим близким. Моих людей ты можешь найти в Кларэнсе, Альдкамме, Мэше или Сьерра.

– Альдкамм… – протяжно произнес старик и усмехнулся. – Знавал я одну ведьму, которая обитала в этом замке. Ее убили твои собратья.

– Меня здесь еще не было.

– Она была изрядной стервой, эта ведьма, – отмахнулся он. – Поделом ей.

– Так как?

– Я должен подумать. Приходи завтра.

– Вечером? – улыбнулся я.

– Когда захочешь.

Что было дальше? Мне удалось уговорить ведьмака вернуться в Геззу. Вместе с дочерью и внучкой. Надеюсь, простите, что я опустил некоторые подробности наших приключений. Если честно, то там не было ничего героического. Обычная походная жизнь. После того как нам удалось найти внучку Эйриды, она слегка изменила тон разговоров. Нет, шантажа не было. Мы вернулись в Геззу и наведались в замок Эйриды, где и сообщили, что сочувствуем горю, но… не все так плохо, как ей кажется.

Визит к норрессе… Да, такого не забудешь. Были испуг, недоверие и даже угрозы, что меня сейчас вздернут на воротах. Увы, но вместе со мной прибыли и две женщины. Дочь старого ведьмака и его внучка. Доказательства? Извольте! У эльфов есть древний обычай наносить знак рода на голову младенца. Отец сразу после рождения ребенка наносит священные руны на голову малыша. Подделать невозможно. Вместо краски используют кровь родителей, смешанную с какими-то травами и пеплом, а кровное родство эльфы чувствуют.

Потом… Потом были слезы, но это ведь вам не интересно, не правда ли?

На радостях норресса Эйрида подарила дом в городе. Нет, не мне – нашему рыцарскому ордену. Вместе с приличной суммой в размере тридцати тысяч даллиноров. Так что у нас появился свой собственный дом в Геззе.

Приличный трехэтажный каменный дом с подворьем. Конюшня на два десятка лошадок, несколько хозяйственных построек и даже нечто, похожее на подземелье, присутствовало. Про призраков не уточнял, не знаю, но для хранения вина – самое то. Димка начал строить какие-то планы о приюте для странствующих, но это дела будущего. Тем более что Гезза скоро станет очень оживленным местом. Мне так кажется. Пока нас не будет, в этом доме станет жить… старик-ведьмак. Да, это странно выглядит, если вспомнить о легенде нашего ордена, но это так.

Спустя месяц мы вернулись в Эгердор, заглянув по пути в Рийкераун. Старик Такрид уже оправился от удара, нанесенного заговорщиками, и начал строить планы на будущее. Вместе с нами прибыла и старуха Эйрида. Вот уж никогда бы не подумал, что норресса решится на такую поездку. Решилась, и еще как! Они с норром Такридом успели обсудить какие-то собственные дела. Довольно мило пообщались, надо заметить.

Такрид, видимо узнав о подарке, решил тоже не оставаться перед нами в долгу. Когда мы собирались уходить в Эгердор, он предложил забрать в Асперанорр пятьдесят лучников, которые обязались отслужить ордену в течение пяти лет. Жалованье этим парням заплатил норр Такрид. Грех было отказываться от такого царского подарка. Тем более что нас ждала война с норром Гуннэром, и лишние силы помешать не могли. Пришлось зафрахтовать еще один корабль, который должен был доставить эльфов в бухту Альдкамм. Будь моя воля, я бы еще сотню нанял, но, увы, эльфы готовились к войне и уходить в чужие края не хотели.

С принцессой мы уже все обсудили. Акейра была вежлива, но не более того. Я с большим интересом наблюдал за ее поведением. Далеко пойдет девочка! Мила, улыбчива, но готов поставить бочонок камбарского вина против старой подковы, что для нее орден перестал существовать в тот самый момент, когда мы выполнили свою часть уговора…

Норресса Айрис… Она выглядела раздосадованной. Увы, но здесь ничем помочь не мог. Понимал, что все ее мечты о мирной и спокойной жизни летели в пропасть, но такова судьба всех норров. Никогда не знаешь, когда придется взять в руки меч и седлать коня.

– Неплохо потрудились, – сказал Воронов и обвел взглядом залитую солнцем пристань.

– Это только начало… – усмехнулся я.

– Да уж… – Димка прищурился и вытер мокрое от пота лицо. – Ну и жара сегодня!

Сегодня и правда жарковато. Утреннее солнце отражалось от глади залива и рассыпалось бесчисленными бликами. Легкие, едва заметные волны плескались у мраморных ступеней, но такое чувство, что они только жару нагоняли. На корабли капитана Наэрра грузили тюки с товарами. Дипломатия дипломатией, но не гонять же корабли пустыми?

Портовые эльфы… Господи, придет же в голову такое – портовые эльфы! Звучит очень непривычно, но, увы, из песни слов не выбросишь. Вот и брели эти широкоплечие мужики с тяжелыми баулами на плечах. Мерно, неторопливо. Будто не шли, а плыли, раздвигая сильными телами плотный и раскаленный воздух.

Завтра утром наши корабли поднимут паруса и направятся к родным берегам. Наша дипломатическая миссия подошла к концу. Принцесса Акейра заручилась поддержкой двух сильных норров, и теперь только от нее самой зависело, как она сможет распорядиться этой возможностью. Да, дипломатия не ее конек, но в этом ей поможет Дмитрий Воронов. Он вместе с десятью воинами и двадцатью гномами останется здесь. Лексио Эльвейра, наш военно-полевой врач, тоже остается. По его собственным словам – он здесь принесет больше пользы, нежели дома в Кларэнсе. С ними останется один корабль с командой. В общем, наш Воронов стал полноценным военным советником.

– Корабль Наэрра, главное, не утопи вместе с командой, – сказал Олег Сенчин. – Он и так их от сердца отрывает. Особенно своего помощника.

– Не переживайте, в драки обещаю не лезть, – сказал Димка, перехватив наши хмурые взгляды. Он выставил перед собой ладони и усмехнулся. – Парни, даю честное слово! Наше дело принцессу охранять.

– Вот и берегите, пока ей на уши корону не нахлобучат, – буркнул я. – И медика береги.

– Побережем.

– Умные речи и слушать приятно, – поддержал меня Сенчин и оглянулся. Хмыкнул и покачал головой. – Парни, а ведь Эгердор становится очень популярным городом!

– Ну да, конечно!

– Просто морской курорт, а не город.

Эгердор и правда заполнился эльфами. Прибыли пятьсот бойцов, которые стали гвардией принцессы. Норресса Айрис выделила три сотни пехотинцев. Войска Такрида собирались в Рийкерауне и были готовы выступить в любой момент.

Сидел на пристани и смотрел на проходящих жителей. Чувствовал возбуждение, которое царило в городе. Знакомое чувство. Как перед боем. Ты еще не знаешь, когда он начнется, но в любой момент ожидаешь его начала…

– Все готово! – К нам подошел Наэрр. Сел рядом и с удовольствием приложился к фляге.

– Завтра? – покосился на меня Рэйнар.

– Да, парни, – кивнул я. – Хватит уже с нас всей этой… заморской экзотики. Домой пора.

Здесь не принято провожать уходящих. Старая эльфийская традиция, которая своими корнями уходит в глубину веков. Считается, что крадешь часть души у тех, кто отправляется в поход. Если это сделаешь – они станут слабее и не вернутся.

Поэтому на пристань вышли лишь наши парни. Димка Воронов скалил зубы, но я видел, что он специально храбрится и улыбается через силу. Да, он сам принял решение остаться, но я понимаю, как ему нелегко. Это чужая земля для… северян.

Бог Хаббе был щедр к нам. Дул попутный ветер, а море отливало ласковой бирюзой. Мы довольно быстро добрались до Сьерра. Уже проходя мимо Девичьего мыса, наши парни улыбались и горланили песни. Они дружно наваливались на весла, мечтая промочить горло в портовом кабаке и забраться под юбку какой-нибудь сговорчивой красотке. Выпить и помянуть всех тех, кто не вернулся из похода домой.

Было чертовски приятно ощутить под ногами твердую землю. Олег Сенчин весело ухмылялся и подкалывал нас с Трэмпом и Барри, когда мы шли по пристани и по привычке ловили ускользающую из-под ног землю, словно до сих пор находились на корабле. Набережная была забита толпами народа. Эльфы, гномы и даже несколько хмурых орков. На высокой башне красовался знакомый герб – дракон, вставший на дыбы и опирающийся на якорь. Порт Сьерра… Мы почти дома.

39

Пока Стиг Наэрр и Олег решали проблему с налогами на товар, купленный в Эгердоре, я с Рэйнаром и Барри наведался к Азуру. Хотел повидаться с Бартом норр Сьерра, чтобы узнать свежие новости, но, увы, он отбыл по делам в Асперэнд. Кстати, в Асперанорре нет такого понятия, как «извращенные слухи». Здесь это называется немного иначе: «ди эберт орр», и означает «слово без лица». Не знаю, почему, но слово «сплетни» меня всегда бесило. Еще в прошлой жизни одна столичная дамочка любила заявиться в гости с фразой: «Ну-с, какие сплетни у вас тут ходили, пока меня не было?» Я, помню, отмалчивался, хотя всегда хотелось послать эту гламурную клушу на три хорошо известные буквы.

Знакомый дом с магическим, пугающим одним своим видом замком и орк-привратник. Он что-то неразборчиво буркнул и посторонился, пропуская нас внутрь. Неприветливо плеснул взглядом и удалился, аккуратно прикрыв дверь.

– Он не слишком добр, – заметил Рэйнар.

– Орки! – усмехнулся Барри и огладил свою пышную бороду. – Они иначе и не умеют.

– Этерн дарр! – Послышались шаги, и в комнату вошел Азур. – Добро пожаловать домой, мастер Серж! Рэйнар, Барри, – он кивнул моим спутникам, – рад вас видеть!

– Спасибо, мастер!

– Вы становитесь слишком известными личностями в Асперанорре! – улыбнулся маг и предложил перейти в другую комнату, где уже накрывали на стол.

Это помещение чем-то походило на монашескую келью. Арочный потолок, глубокие ниши и выбеленные стены. Длинный стол с массивной столешницей, тяжелые лавки и несколько светильников, закрепленных на ажурных кованых подставках. На столе стояли несколько бутылок вина, свежая зелень, мясо и фрукты.

– Мы никогда не стремились к славе.

– Не знаю, не знаю… – сказал маг, разливая по бокалам вино. – Ваши враги просто бредят встречей с вами…

– Или с нашими трупами? – предположил я и улыбнулся. – И кто же все эти люди?

– Люди? – переспросил Азур. – Спорное утверждение! Скорее, нелюди.

– Я не силен в определениях, мастер! Будь они людьми или тварями – мне все равно.

– Вам следует поберечься, виернорр! Они сделают все возможное, чтобы убить вас.

– И почему я не удивлен?

– Рад, что вы вернулись в добром здравии и хорошем настроении, но постарайтесь понять меня правильно… – Маг сделал небольшую паузу, будто раздумывал, как мне объяснить, чтобы побыстрее дошло. – Серж, эти люди используют любую возможность, чтобы убрать вас со своего пути. Любую! Наемный убийца, вампир, стая оборотней или неприметный старик, который обладает знаниями тадд-мэрра.

Рэйнар и Барри, сидящие рядом со мной, обиженно засопели.

– Не гневайтесь, друзья мои. – Азур посмотрел на них и улыбнулся. – Я прекрасно знаю, что вы готовы пойти на смерть ради магистра, но враги коварны. Не забывайте об этом…

– Постараюсь выжить, – подвел итог я.

– Вот и прекрасно. Это именно то, что я и хотел услышать.

– Что нового на этих землях?

– Нового… – Он опять замолчал. – Нам грозит смута…

Новости, которые рассказал маг, не удивили, но искренне огорчили. Север волнуется, а ежегодный праздник, который должен был начаться две недели назад, отложен из-за болезни короля. Видимо, недуг Гэральда Третьего прогрессировал. Как выразился Азур, наступали тревожные времена. Хм… На мой взгляд, все гораздо хуже. Если король, который славился бойцовским нравом, откладывал праздник… Значит, все очень плохо. Очень…

Выяснилось и насчет купца-работорговца. Азур рассказал о пропавших кораблях, среди которых назвал и наш трофей – судно, «случайно» взятое на абордаж. Даже узнали, откуда деньги, которые мы обнаружили на борту.

– Деньги, которые вы перехватили, принадлежат Корну норр Грэньярду.

– Корну? – Я не поверил своим ушам.

– Он рвет и мечет, обещает живьем содрать шкуру с виновных, если таковые отыщутся.

– Неужели Корн занялся торговлей рабами? Это что-то новенькое…

– Не только рабами, – многозначительно заметил Азур. – Он по всему Баргэсу собирает отребье, а эти деньги шли на оплату наемников.

– Тогда зачем он продает людей в Баргэс, а не набирает из них армию?

– Ему нужны наемники-южане. Те, кто готов убивать наших жителей почти задаром!

– С кем он собирается воевать? Уж не с нами ли?

– И с вами тоже, – вздохнул маг. – Как только подомнет под себя север.

– Бунт?

– Пожалуй что да. Иначе и не назовешь.

– Не понимаю. – Я покачал головой. – Зачем Корну бунтовать? Он виернорр и пользуется почти неограниченной властью на северо-востоке. Ему подчиняются норры. Зачем?

– Грэньярд всегда был особенным городом…

– Ну да, конечно! Просто oplot mirovoj demokratiji.

– Что? – не понял Азур.

– Не обращайте внимания, мастер! Это такое слово… бранное. Власть извращенцев, если быть точным. Улыбающиеся трупоеды.

Как и было договорено с суарнором Руфтэром, я оставил ему письмо, и мы откланялись. Азур пообещал, что донесение будет доставлено в Асперэнд в самые короткие сроки. Не обманул. Мы только выходили из дверей дома, а во дворе уже садились в седла три дюжих молодца. Одного из них я знал. Встречались.

– Что-то мне подсказывает, что отдохнуть не получится, – весело хмыкнул Барри, когда мы вышли на улицу и повернули в сторону порта. – При эдаких делах одной заварушкой с Гуннэром не обойдется!

– Тебя, как погляжу, это не сильно расстраивает? – покосился на гнома Трэмп.

– Почему я должен грустить? – спросил Барри и пожал плечами. – Еще успею насидеться у камина. Конечно, если боги будут щедры и я доживу до старости.

– Камин? И что ты будешь делать у этого камина? Рассказывать сказки своим внукам?

– Обязательно! И не забуду упомянуть о вас, мастер Трэмп! – усмехнулся гном. – Как о первом рыцаре ордена, который спас свою будущую жену из рук оборотней.

– Хорошая драка была. – Рэйнар потер грудь и весело хмыкнул.

– Видите, парни, – сказал я, – вы становитесь легендой еще при жизни!

– Боже упаси! – ужаснулся Рэйнар.

– Тебе не хочется быть легендой?

– Легенды, как правило, долго не живут, а я хочу успеть понянчить своих правнуков!

– Да будут боги к тебе добры, Трэмп!

– Слава богам. – Он кивнул, осмотрелся и показал на вывеску. – Может, зайдем, выпьем?

Лишь через несколько секунд, когда мы уже входили в прохладный сумрак кабачка, до меня дошло, что последнюю фразу Рэйнар произнес на русском. Нет, с этим миром определенно что-то происходит. Он становится слишком русским!

В Сьерра мы пробыли три дня. Ровно столько времени понадобилось Рэйнару Трэмпу, чтобы опустошить свой кошелек, набирая подарки для Киры и дочки Ингрид. Меня хватило лишь на один день. Увольте от сомнительного удовольствия слоняться по ювелирным лавкам! Это не для меня. Тем более что подарки для Мэриан я купил еще в Эгердоре.

Мне помог придворный ювелир, который служил роду Айрис больше сорока лет. Нашел несколько золотых украшений работы старых эльфийских мастеров. Описать? Извините, но я не умею описывать украшения. Ожерелье, диадема и два парных браслета. Золото, черные и красные самоцветы, рубины. Кстати, надо заметить, что эльфы прекрасные мастера огранки. Даже гномы-ювелиры, недовольно ворча, признают их превосходство в этом искусстве.

Олег Сенчин остался в Сьерра. Он вместе с капитаном Наэрром отправится в Мэш, где продолжит свою работу на верфи. Неугомонный мечтатель! Он просто бредит этим путешествием на юго-запад.

Дорога в Кларэнс оказалась нервной. Нет, никаких стычек или приключений не было. Просто мы слегка устали и хотели домой. Даже спокойный Барри, и тот крутился в седле, как грешник на сковородке, и материл своих парней за мельчайшие оплошности. Эльфы, которых нам «подарил» Такрид, с интересом оглядывались. Большинство из них, как удалось узнать, покинули свое королевство впервые.

Командовал их отрядом эльф по имени Стиан Грас. Светловолосый кареглазый мужчина лет сорока. Неожиданно веселый и, что уж совсем удивительно, не заносчивый. Небольшая, аккуратно подстриженная бородка, вислые усы и шрам над левым глазом, рассекающий бровь и придающий ему вид «вечно удивленного». Стреляет как бог! Я не буду рассказывать, что он вытворяет с луком, – вы все равно не поверите.

Неожиданно в двух днях пути от Кларэнса зарядил дождь. После жары, измучившей нас в эльфийском королевстве, он был в радость. По крайней мере Рэйнар Трэмп ехал и счастливо улыбался, не обращая внимания на ливень. Мысленно он уже был дома. К вечеру мы догнали большой обоз с зерном. Как оказалось, груз предназначался для замка Кларэнс. Толстый русоволосый купец, оглаживая бороду, заявил, что зерно закупил мастер Гэрт, и это уже третий обоз, который он доставлял в наш замок. Кроме продуктов Гэрт закупал железо, уголь, соль и кожу.

– Мастер Гэрт неглуп, – заметил Рэйнар. – Если он так усердно закупает товары, то дело пахнет большими неприятностями.

– Ты хочешь сказать, войной?

– Это очень не вовремя. Нам нужно время, чтобы успеть разделаться с Гуннэром. Мы не сможем уйти воевать на север, оставляя рядом с нашим домом такого врага.

– Если нам придется уйти, то как мы оставим женщин? Не отправлять же их в Альдкамм?

– Если мы так сделаем, то потеряем Кларэнс. Сразу и навсегда. Ты не забыл, что я норр этого города и давал клятву защищать эти земли? Как и все побережье – по праву виернорра южных земель?

– Да, Серж, я все понимаю.

– Вот и прекрасно, что понимаешь.

– Труднее всего придется виернорру срединных земель, – буркнул Барри. – Если северяне начнут бунтовать, он примет первый удар.

– Марг норр Вертэнд опытный воин – справится.

– Бедный север… – поморщился Рэйнар.

К вечеру мы добрались до небольшой гостиницы, которая расположилась неподалеку от границы с нашими землями. Удивительно худой кабатчик с лицом язвенника показал нам комнаты и молча выслушал пожелания насчет ужина. Кивнул и удалился, бессильно шаркая башмаками. Эльфам-наемникам достались сеновал и несколько подсобных помещений, где они и устроились со всем удовольствием и комфортом.

Я лежал в комнате, слушал, как за стеной копошатся мыши, и думал… Хотя… Какая вам разница, о чем я думал? Разве это важно? Главное, что уже завтра вечером мы увидим родные стены Кларэнса и наших близких. Уже засыпая, вспомнил смеющиеся глаза Мэриан. Как жаль, что я не умею ускорять время!

40

Никогда не думал, что такое возможно – смотреть на любимую женщину, видеть ее глаза и не найти сил, чтобы слезть с лошади. Смотреть, видеть и слышать ее голос, который звучит где-то внутри тебя. Наверное, именно так и разговаривают наши души – в сакральной тайне взгляда. Мэриан стояла на лестнице, держа на руках сына, а я смотрел на нее и молчал. Она улыбалась и тут же хмурилась, словно рассказывала о времени, проведенном в разлуке.

– Ты не представляешь, как я тебя ждала…

– Знаю…

– Тебя не было так долго…

– Куда бы ни шел, я всегда иду только к тебе…

Да, меня слишком долго не было, но я вернулся и всегда буду возвращаться, пока она меня ждет. Чтобы вот так пройти под тяжелыми сводами Раннэл олле, подъехать к дому и увидеть жену. Смотреть и улыбаться, чувствуя, как душу переполняет нежность к этой Женщине. Матери моего сына и самому родному человеку. Во всех мирах и пространствах.

Так будет всегда. Вечно. И взгляд заменит тысячи слов, как безмолвная музыка. Ведь именно ради таких мгновений люди совершают самые безумные поступки. Они сродни богам, когда любимы и любят.

Вокруг нас шумели люди. Кто-то держал лошадь за повод, удивляясь, почему медлю, но я ничего не видел и не слышал, растворившись в глазах любимой…

Я проснулся незадолго до рассвета. Замок ордена еще спал. Аккуратно высвободил руку и посмотрел на спящую Мэриан. Она что-то пробормотала и даже улыбнулась, проваливаясь в сладкий предрассветный сон. Стараясь не разбудить, поднялся и спустился вниз. Вышел из дома и с наслаждением вдохнул свежий запах зарождающегося утра. На площади перед донжоном лежал туман. Он расползался рваными клочьями, обнажая темные от влаги камни. Сделал несколько шагов и увидел Трэмпа, сидящего на лестнице.

– Дарре! Это что еще за новости? Отвык от кровати или тебя выгнали?

– Кира… – начал он, но растерянно пожал плечами и замолк.

– Хм… Не понял?

– Даже не знаю, как тебе это объяснить, Серж…

– Погоди… – догадался я. – Ну да, конечно! Она просит не лезть в самое пекло и поэтому устроила небольшую слезливую сцену? Ты, как понимаю, не знаешь, как на это реагировать, и потому сидишь здесь?

– Ну…

– И Кира заснула только под утро?

– Откуда ты знаешь?

– Это русские женщины, Трэмп! – вздохнул я. – Если любят, то любят до самозабвения, а если ненавидят, то… В общем, лучше этого не знать, и не дай бог увидеть.

– Она сильная женщина, но…

– Вот именно! Будет нужно, она возьмет меч и любую нежить порвет в клочья, а после этого спокойно поправит волосы и займется домашними делами. Ты уж поверь мне на слово! Что касается этой проблемы… Кира просто волнуется за тебя, вот и все. Запомните, мастер Трэмп: кто спорит с женщиной, тот уменьшает свое долголетие!

– Серж, я воин!

– Знаю.

– И что мне теперь делать?

– Что делать, что делать… – хмыкнул я и посмотрел на розовеющий восток. – Седлать жеребца! Он наверняка застоялся без своего хозяина, да и моя Найда тоже скучала.

– Мы куда-то едем? – удивился он. – Прямо сейчас?

– Разумеется! Конечно, если ты хочешь вернуться к тому моменту, когда Кира проснется и обнаружит, что тебя опять нет рядом. Или ты желаешь получить еще одну сцену? Вместо завтрака?

– Нет, только не это!

У Трэмпа был такой вид, что я чуть не расхохотался. Хотя, если разобраться, смешного здесь мало. Разница между мирами делает свое черное дело. Надо выручать парня.

– Пошли, мыслитель!

– Куда? – встрепенулся он.

– Увидишь.

– Охрану… – начал Рэйнар, но я только отмахнулся:

– Десяти гномов будет достаточно! Далеко мы не станем забираться.

Мы не успели отойти от дома, как позади послышался грохочущий бас Мэдда:

– Ну и куда вы без меня собрались?! Вам что, беррэнт дэ вьерн, вчерашних женских слез не хватило?

– Да сохранят нас боги от повторения!

– Во-от! – назидательным тоном заметил Мэдд и ткнул пальцем в небо. Потом обвел нас взглядом, широко зевнул и хмыкнул: – И куда мы едем?

– За цветами, – сказал я.

– Куда?! – хором спросили они.

– Парни, я понимаю, что это выглядит очень странно, но поверьте – так будет лучше.

– Хм… – задумчиво буркнул Мэдд и сгреб свою бороду в кулак. – Это что, какой-то знак?

– Скорее, традиция.

– И в чем ее смысл?

– Как бы вам объяснить… – начал я и задумчиво поскреб бороду. – Если заявитесь к вашим женщинам с букетом свежих полевых цветов, то шума будет меньше. Особенно это касается меня и Трэмпа. Мы как-никак только вернулись и просто обязаны это сделать. Хотя… Это надо делать как можно чаще.

– Что, Мэриан тоже… – начал Рэйнар, но вовремя опомнился и заткнулся.

– Мэриан, – вздохнул я и покачал головой, – она слишком много общается с женщинами из моего мира и начинает перенимать их привычки. Так что слез тоже хватило.

– Это… Эта традиция касается только жен? – спросил Стоук и подозрительно покосился в мою сторону.

– Нет. Ты можешь не волноваться и с чистой совестью подарить цветы Ольге Сергеевне.

– Звучит странно, но Сержу лучше знать, – заметил Трэмп. – Хотя, надо признаться, эта традиция выглядит очень непривычно.

– Тем более, – пробурчал Стоук, – что мне тоже здорово досталось, когда мы с Гонардом Шэром вернулись с западной границы.

– Сильно досталось?

– Прилично… – тяжело вздохнул Мэдд. – Серж, я, наверное, никогда не пойму женщин из вашего мира. Воинская доблесть их нервирует, а пучок сена умиротворяет и радует?

– Увы, но этого не объяснить. Просто смирись с этим, и все.

– Тогда kakogo cherta мы ждем? – возмутился Рэйнар и обвел нас взглядом. – Чтобы они проснулись?

Мы выехали из замка и повернули налево. Найда, обрадованная моим возвращением, довольно фыркала и порывалась пойти галопом. Да, лошади, как и люди, тоже скучают! Они также испытывают боль, страх и страдают без общения. Тем более если вы относитесь к своему коню как к верному другу, а не как к бездушному созданию.

Десять гномов ехали следом. Судя по некоторым репликам, наш Барри, который прибыл в Кларэнс вместе с нами, до утра просидел в кавалергардии, рассказывая про «эльфийский» поход.

Кстати, мы предлагали ему отправиться в Альдкамм и отдохнуть в компании Дарби, но он только головой покачал и напомнил о предостережениях Азура. Черти… Без охраны даже в город не выпустят! Кончилась моя свобода…

Мэдд ехал рядом и рассказывал о результатах разведки и новостях Кларэнса. Гонард Шэр два дня тому назад отбыл в Альдкамм, чтобы обсудить с Эйгаром какие-то кузнечные заговоры. Дело хорошее и нужное. Тем более сейчас.

– Далеко удалось пробраться?

– На земли Гуннэра? – уточнил Мэдд и кивнул. – Прошли половину пути от границ до его замка.

– Неужели без стычек?

– Вот именно это и удивило! – кивнул он. – Заставы брошены, а деревни обезлюдели.

– И куда ушли люди?

– Может быть, в Гуннэр, а может, на западное побережье. Даже гном Эйгар не знает. Он разведал все горные тропы, но только руками разводит. Бойцы Гуннэра как сквозь землю провалились!

– Странно, – сказал я и задумался. – Очень странно.

– Еще бы!

– Ронг не так прост, как может показаться! Знать бы, что он задумал!

– Гонард Шэр, например, утверждает, что Ронг выжидает.

– Выжидает? – переспросил я. – Чего именно? Начала бунта на севере?

– Поверь, Серж, я тоже хотел бы это узнать! – усмехнулся Мэдд. – Ронг ведет себя как осьминог, который поджал щупальца, чтобы их не отрубили. Кстати! Пока вас не было, корсары из Мэша наведались к нашим двум должникам, чтобы собрать налоги.

– Надеюсь, удачно?

– Очень. Забрали все, что можно! Кроме того – принесли известия, что именно эти норры отправляли в Гуннэр продовольствие и фураж.

– Откуда пришли эти товары?

– Их купили на родине Трэмпа.

– Убил бы тварь, – прошипел Рэйнар и зло сплюнул. – Мой брат готов торговать с любой нечистью, если это будет выгодно!

– Старик Гуннэр готовится к осаде.

– Может быть, он ждет нас в гости, – предположил Мэдд, – и поэтому набивает кладовые, чтобы не голодать?

– Эх, женщины… – не в тему кивнул Трэмп, осматривая окрестности. Судя по выражению его лица, наш молодец думал не о политике, а о своей женушке.

– Встряхнись, Рэйнар! Все будет нормально!

– Хотелось бы верить, Серж. Цветы… Уж слишком просто.

– Цветы – это всего лишь… Как тебе объяснить… Это мелочь. Вместо глупого лепета, хотя и он тоже важен.

– Будем надеяться, – кивнул воин и посмотрел на нас с Мэддом. – Так что там с Гуннэром? Ну и чего вы ржете, как лошади?

– Рэйнар, не обращай внимания! Лучше ищи цветы, – отмахнулся я и продолжил разговор с Мэддом: – Что с королем?

– Серж, дела в королевстве становятся все хуже и хуже, – покачал головой Мэдд. – Я не припомню, чтобы короли отказывались от священного праздника. Старики рассказывали, что даже во времена эльфийских войн объявлялось перемирие и люди воздавали должное богам!

– Мне говорили, что он болен?

– Гэральд? Да, и очень тяжело. Поговоришь с мастером Вэльдом – он ведет переписку с суарнором Руфтэром.

– Придворные маги?

– Не смогли помочь.

– Плохо… Ну что, парни… – вздохнул я. – Нам остается лишь одно: делать, что должно, и будь что будет!

– С чего начнем?

– Со старика Гуннэра. Он слишком зажился на этом свете.

– Стойте! – послышался голос Трэмпа.

– Что случилось? – Мы осадили лошадей и обернулись.

– Я цветы нашел!

41

Беседа с Вэльдом была тяжелой. Ну да, конечно! Он же не Мэриан и не Кира! От нашего ветерана цветочками и обещаниями «никогда и никуда» не откупишься. С другой стороны, я понимаю, что на плечи мастера легла тяжелая ноша. Не представляю, как бы справился без таких людей, как он, мастер Гэрт или Робьен. Эти люди пашут как проклятые, заботясь о наших владениях, пока мы с парнями решаем проблемы короля, изображая «миротворцев». Тем более сейчас, когда готовимся выступить против Ронга Гуннэра, и у нас вообще нет времени на дела Кларэнса.

Вэльд Рэйн надеялся выступить в поход вместе с нами, но я обломал ему крылья и сказал, что он останется в городе. Конечно, он не был доволен моим решением и возмущался, как мог! В общем, старик был злой как эстелькхорк и разве что ядом не плевался!

– Нет, извините, мастер Вэльд, – я покачал головой, – но вы остаетесь в Кларэнсе. Мы не можем рисковать вашей жизнью.

– Да я… – Он даже задохнулся от возмущения, вцепившись руками в столешницу.

– Нет и еще раз нет! – твердо ответил я и прицелился в него пальцем. – Даже не думайте! Вы человек, которому я абсолютно доверяю. Рэйнар Трэмп и Мэдд Стоук вам скажут то же самое. Будь здесь Дмитрий Воронов, он объяснил бы гораздо лучше, но я никогда не был красноречивым. Поэтому, мастер, давайте все останется так, как есть: вы, как и прежде, будете оберегать близких и заниматься делами ордена. Мастер, вы мудрый человек и прекрасно понимаете, что иначе быть и не может.

– Серж…

Он замолчал, долго смотрел куда-то в сторону, а потом вздохнул и пробурчал что-то неразборчивое про молодежь, которая вечно лезет сломя голову черт-те куда и не слушается советов. Это он зря сказал. Советами в отношении военных кампаний и штурма крепостей я никогда не пренебрегал! Это вам не мечом в поле размахивать – тут думать надо.

– Нет, мастер, – я покачал головой. – Нет.

– Серж, я уже стар, и мне хотелось бы умереть как мужчине – на поле боя, а не в кровати, пуская слюну от бессилия!

– Мастер, – я взял его под руку и показал на арену, где шел поединок между Арруаном и Андреем Волковым. – Что вы видите?

– Наших молодых рыцарей. – Он покосился на меня.

– Вот… Вы все сами понимаете!

– Что ты хочешь этим сказать, Серж?

– Этим парням нужен мудрый и опытный наставник.

– Они же не маленькие дети, – буркнул Вэльд.

– Кроме них есть мой сын и дочь Рэйнара.

– Тоже мне, нашли кормилицу…

– Не кормилицу, а человека, которому доверяем самое дорогое. Что касается наставника, мастер Вэльд, то парням нужен человек, который не только умеет сражаться, но и знает, когда нужно сделать все возможное, чтобы избежать ненужного кровопролития!

– Да, это иногда необходимо…

– Вы совершенно правы, мастер! Безрассудная храбрость не всегда приводит в победе.

– Еще бы…

– Вот и прекрасно! И этот знающий наставник нужен парням живым, а не в виде требухи, разбросанной по горным тропам.

– Ронг норр Гуннэр…

– Что касается Гуннэра, – мягко перебил я, – оставьте его нам.

– Тьфу! – Мастер поднялся и ушел.

Я проводил его взглядом и усмехнулся: Вэльд отправился прямиком в кавалергардию. Да сохранят боги тех, кто сейчас попадется ему под руку! Все залеты припомнит. Кто и как, когда и с кем… Ну и кару назначит, в зависимости от тяжести проступков. Настоящих и мнимых – вынужденно придуманных, потому что Вэльд злой.

Ну вот – я же говорил! Не прошло и пяти минут, как во дворе казармы уже зашевелились бойцы-залетчики. Сейчас нашему мастеру подведут оседланную лошадку, и вперед – вокруг города. Разумеется, бегом. Кто же по таким маршрутам шагом ходит?

– Рр-р-райдэ! – послышался командный рык Рэйна, и к воротам потянулась вереница бойцов из числа тех, кто не успел вовремя спрятаться или улизнуть.

Все как полагается – нагруженные оружием и мешками с песком. Ничего, спорт полезен! Пробегутся, освежатся, глядишь, и Вэльд Рэйн расслабится, станет добрее и мягче. Хотя… Вряд ли.

Пока бравый ветеран улучшал свое настроение и физическую подготовку наших бойцов, я наблюдал за происходящим на арене и размышлял о предстоящей кампании.

Очередная сложность – через пару недель начнется осень. На это, как я понимаю, Ронг и надеялся. Здесь не любят сражаться по горло в грязи, и уж тем более – в горах. Пока будем прорубаться к замку – наступит зима. Она здесь холодная, и войскам, сидящим под стенами какого-нибудь замка, придется очень туго. Тем более что норр Ронг неглуп и сделает все возможное, чтобы осложнить нашу задачу. Будет нужно – сожжет предместья Гуннэра. Это значит, что нам понадобится налаженная связь с Кларэнсом. Продовольствие, фураж, теплая одежда и «северные» шатры, изготовленные из войлока. Обозы, которые будут двигаться за нами, начнут атаковать и грабить. Партизанские действия очень популярны, и старик Гуннэр не преминет этим воспользоваться.

На данный момент я могу рассчитывать на триста бойцов, которые прибудут из замка Альдкамм, сотню воинов ордена, пятьдесят эльфийских лучников и две сотни пехотинцев, которых нам «одолжил» король Гэральд. Еще три сотни пехотинцев предоставит Барт норр Сьерра. Сотню – его сосед с труднопроизносимым именем, которое я вечно забываю. Есть еще сотня орденских пехотинцев и полторы сотни гномов под командой Альвэра, но их нельзя трогать – они нужны для защиты Кларэнса.

Кроме этого есть парни Стига Наэрра. Они займутся побережьем чуть севернее Рустэра. Конечно, полностью его не перекроют, но нам и такая помощь пригодится. Есть пятьдесят гномов Эгиля из клана Брунга, которые уже несколько месяцев крутятся где-то в горах, занимаясь разведкой.

Подсчитали? Да, получается чуть больше тысячи бойцов. Теперь представьте количество фуража и продовольствия, которое будет необходимо. Да, расстояние между Кларэнсом и Гуннэром небольшое – около пятисот лейнов, но большая часть пути приходится на горную местность. Дороги, даже если они и есть, больше напоминают тропы. Не самая приятная местность для ведения боевых действий.

Ждать до весны – увы, но этого мы не можем себе позволить. Суарнор Руфтэр пишет, что дела на северных землях обстоят не лучшим образом. В головы мелких северных норров вбивают мысль, что король Гэральд предал свой народ. Народу, если честно, плевать на все эти мысли. Ему всегда жилось нелегко, а уж тем более на севере. При любой власти.

– Знаете, что меня больше всего удивляет? – сказал как-то Рэйнар Трэмп, когда мы однажды вечером сидели у камина и потягивали вино.

– Что?

– Молчание братьев короля. Они ведут себя так, словно в королевстве все хорошо и нет никаких причин для беспокойства. Вам, парни, не кажется это странным?

– Пожалуй, ты прав, – кивнул я.

– Да, эти придурки всегда любили погорланить! – поморщился Мэдд Стоук. – Ошивались при дворе в ожидании очередной подачки от Гэральда и тискали служанок по углам.

– Что изменилось? Почему они покинули столицу и тихо сидят на своих островах?

– Как и Ронг норр Гуннэр… – добавил я.

– Да продлят боги дни короля Гэральда, – проворчал Мэдд Стоук, – но мне кажется, что его братья сидят и ждут, когда же король умрет?

– Начнется драка за престол…

– Если Гэральд Третий сам не назначит наследника, – подал голос Рэйнар. – Он имеет на это право. Суарноры не позволят обойти закон.

– Суарноры хороши, когда за ними видна тень короля, – усмехнулся Мэдд. – Живая и способная надрать задницу всем недовольным.

– После короля займутся нашим орденом… – задумчиво сказал Вэльд. – Мы мешаем очень многим.

– Еще бы!

– Завтра из Альдкамма вернется Гонард Шэр, – напомнил здоровяк. – Подождем. Вдруг у него есть мысли на этот счет?

Гонард Шэр вернулся через два дня, и я был чертовски рад видеть этого гнома. Он прибыл не один, а во главе целого обоза из пяти повозок, нагруженных разными металлическими предметами, которые обожают все мальчики старше пяти лет. Оружие, оружие и еще раз оружие. Надо отдать должное, пока мы болтались по эльфийским землям, наши собратья готовились к войне с Гуннэром. Они многое сделали.

Арбалет, который изготовили кузнецы Дарби, превзошел все мои ожидания. Недаром Димка Воронов, когда мы жили в Альдкамме, столько времени проводил в кузнице и ругался с гномами. Я вертел в руках это оружие и только головой качал.

Для меня оно неудобно, но для гномов… Наши парни так сноровисто с ним работали, что я только диву давался. Даже диоптрический прицел сделали. Да, такой прицел не очень-то удобен в сумерках, но гномам на это наплевать – у них кошачье зрение.

Кроме этого Гонард привез изрядное количество наконечников для копий. Тех самых, зачарованных, о которых мы говорили перед отъездом в эльфийское королевство. Выглядели они… раздери меня дьявол! Наконечник напоминал знаменитую в нашем мире геральдическую лилию «Флер-де-ли». Короткое центральное лезвие и два крюка по бокам.

Лезвие специально сделано таким широким. Боковые крюки не позволят острию глубоко входить в мясо и гарантированно удержат эстелькхорков на расстоянии. В магии я не силен и никогда этим заниматься не стану, но зачарованный наконечник выглядел очень красиво. Украшенный двумя рунами, он светился зеленоватыми сполохами, похожими на северное сияние. Опасная красота.

Такой же магией были зачарованы и наконечники для арбалетных болтов. Узнав, что у нас пополнение из пятидесяти эльфов, Гонард Шэр отправил гонца в Альдкамм, чтобы кузнецы сделали такие же наконечники для стрел.

В общем, наш судебный гном не сидел без дела и занимался не только вооружением. Пока Димка Воронов «отдыхал» на эльфийских землях, в городе начали появляться разные темные личности. Как вы сами понимаете, они не горели желанием соблюдать наши законы, и гному было чем заняться.

Гонард рассказал о людях, прибывших с северных земель. Мелкие купцы, ремесленники и даже дюнки. Некоторые из них ничего не делали, а только болтались по трактирам, обвиняя наш орден во всех грехах сразу – от болезни короля Гэральда до волнений на севере. Болтали осторожно, с оглядкой, но дело свое делали, твари!

Выгонять этих «гостей» из Кларэнса было нельзя – это пошло бы только на пользу их разговорам о притеснении свободных людей. Правда, на этот счет у нас была небольшая команда «горожан», которая в случае необходимости изображала возмущенную общественность и рихтовала физиономии чересчур активным «туристам».

Были и ошибки. Гномы Брунга вскрыли целую шпионскую сеть, но вместо того чтобы посидеть и подумать, взяли и убили нескольких деятелей. Гонард Шэр в это время бродил по горам в компании Мэдда Стоука и, увы, помешать этому не успел.

42

Война, а если быть точным – осада – началась через два месяца. К этому времени уже пожелтела листва на деревьях. Скоро зарядят осенние дожди, и мир станет серым. Серым, как эти скалы, окружающие долину, где на берегу большого озера высится замок Гуннэра.

Красиво здесь. Даже сейчас, несмотря на все невзгоды и войны. Золотая северная осень во всей красе. Чистый и до одури пьянящий воздух. Небольшие рощи, перелески и высокие корабельные сосны, шумящие на берегах озера. Такая мирная картина, что зубы сводит от нежелания разрушать.

Замок большой. Раза в два больше, чем Кларэнс. Шесть сторожевых башен, увенчанных островерхими крышами, и квадратный пятиэтажный донжон. Предположения, что Гуннэр применит тактику выжженной земли, оказались верными. Ронг сжег все деревни и хутора на нашем пути. Когда вышли к долине, увидели, что даже небольшой город, раскинувшийся неподалеку от замка, был уничтожен. Остались лишь почерневшие стены домов, которые зияли слепыми глазницами окон. Они таращились на незваных гостей, словно обвиняя нас в своей гибели. Жители? Понятия не имею. Какая-то часть пополнила армию Ронга, а часть ушла на запад.

Все это вызывало тревожные мысли – уж слишком легко дошли до замка Гуннэра. Почти без стычек. Информация, которую собрал гном Эгиль, позволила обойти небольшие поселки, где были расположены заставы с небольшими отрядами численностью до пятидесяти бойцов каждый. Разбираться с ними не было необходимости, и мы просто заблокировали дороги, отрезав их от замка. Кстати, это единственные поселки, которые пощадил норр Ронг. Рэйнар Трэмп назвал их «заживо погребенными».

Взять замок с ходу не получилось.

Мы, если честно, на такую удачу и не рассчитывали. Ронг в надежде хорошо потрепать моих парней выпустил из ворот около двадцати мантикор – эстелькхорков. Зря… Очень зря. Уж слишком явным было наше преимущество! Они даже не добрались до наших бойцов. Бойцы выстроили стену из щитов и ощетинились копьями, не давая этим тварям подобраться поближе, а стрелки расстреляли их из арбалетов. Воины Гуннэра, стоявшие на стенах, видели этот разгром.

После этого замок замер, а мы начали вгрызаться в землю. Обустраивали лагерь и строили укрепления, налаживая походный быт. Первый месяц прошел довольно спокойно. Ощущение, что Ронг тянет время, не исчезало. Его воины сделали несколько вылазок, которые не принесли нам никакого ущерба. Гномы облазили каждую пядь земли вокруг замка, пытаясь найти хорошую позицию для штурма, и собирали таран, защищенный толстой крышей, которым собирались вынести ворота замка.

Потом на стенах появились тадд-мэрры…

– Эту крепость нелегко будет взять, – прищурился Мэдд, рассматривая замок.

– Со стороны озера не подойти, – добавил Рэйнар, – там обрыв. Единственный шанс – это северная стена. Если лучники зачистят стены, то у нас есть шанс забраться наверх.

Замок Гуннэра тонул в вечерних сумерках, а сторожевые башни вонзались в темнеющее небо. Замерли в злобном оскале зубчатые стены. Мелькали редкие огни факелов, как глаза невиданных чудовищ, притаившихся в этой цитадели. Вспыхивали и гасли у самой земли росчерки молний. Они превращались в огромные пылающие шары и разлетались длинными языками пламени. Выжженная земля уже почернела от нестерпимого жара. Слава богам, что молнии не имели должной силы и не долетали до нашего лагеря – боевая магия тоже имеет свои границы.

– Не самое приятное зрелище, – сказал Рэйнар, наблюдая за этой картиной.

– Такого при штурме Крэйо не было… – заметил Мэдд.

– Там не было столько тадд-мэрров.

– Там их вообще не было, – скривился Трэмп.

– Век бы их не видеть! – проворчал кто-то из гномов и даже сплюнул на землю.

Молнии сжигали на своем пути все – даже камни. Огромные валуны плавились от жара, как свечи. Да, магия – это страшное оружие. Жрецы Гуннэра знали свое дело и действовали наверняка. Днем раньше они сожгли двадцать наших пехотинцев, которые пытались срезать путь и подойти к лагерю со стороны озера. Парни превратились в большой костер, который долго чадил черным и жирным дымом.

– Мы возьмем их на себя и прикроем ваших людей, магистр!

Этот парень, который стоял рядом с нами, прибыл в лагерь две недели тому назад. Один из двадцати магов, присланных Азуром из Сьерра. Молодой маг смотрел на стены Гуннэра с такой ненавистью, что казалось, еще немного, и они рухнут, не выдержав его взгляда.

За день до штурма пошел снег. Он падал медленно, большими белыми хлопьями, словно укрывал саваном эту израненную землю. Потом снег растаял, превратившись в жидкую грязь, чавкающую под нашими сапогами. В походных шатрах становилось сыро и мерзко. Чадили светильники, покрывая копотью нашу одежду и лица.

Потом наступил тот день…

День, ради которого мы и пришли на эту землю.

Я впервые участвовал в штурме замка, не считая Мэша, но его можно в расчет не брать! Там не было высоких стен, на которые мы взбирались по приставным лестницам. Если честно, то все это сливалось в памяти в бесконечный кошмар. Рывок под стены, соленый пот, заливающий глаза, и длинные шаткие лестницы. Поверьте – было страшно. Очень страшно! Когда я забрался наверх, увидел трупы защитников, утыканные арбалетными болтами и стрелами. Бой уже шел в башнях. Мы еще пробивались вниз, а там уже раздавались торжествующие крики. Кто-то пробился первым и открывал северные ворота.

– Хэльдаа-а-аррр!!!

Наши воины хлынули внутрь, и началась резня… Несколько часов прорывались к центру, но каждый раз нас отбрасывали к воротам. Я никогда не видел ничего подобного, а все прежние бои по сравнению с этим казались простой кабацкой заварушкой.

К вечеру мы все же прорвались! Бои шли в галереях, примыкающих к входу в донжон. Надо отдать должное нашим врагам – они сражались храбро и сдаваться не собирались. Каменные плиты, покрывающие внутренний двор, были залиты кровью, и ноги бойцов скользили в жутком месиве из кишок и грязи. Кто-то уже лежал на земле под ногами сражающихся и умирал, а кто-то цеплялся за жизнь с такими дерзостью и напором, будто познал тайну Бытия и стал вечным.

– Хэльдаа-а-аррр!!!

Как же он был хорош, этот парень, выскочивший на меня! Не в плане внешности, мне наплевать, как он выглядит, но как же он был быстр и прекрасен в атаке! Окажись я чуть менее удачлив, он бы уже пришпилил меня к земле! Ах, тварь! Удар! Его клинок разорвал мою оборону, и я едва успел отступить назад. Удар! Еще один. Он даже не тратил времени на парирование, он бил сквозь удар, опережая меня на доли секунды, и мне приходилось крутиться как бешеному, чтобы не нахватать лишних дырок и не лишиться какой-нибудь части тела! Раздери тебя дьявол!

Пытался поймать момент, чтобы собрать мысли в кулак и вспомнить чувство, когда время замедляется. Черта с два! Он даже вздохнуть лишний раз не позволил! Стремителен, да так, что расплывался в неясный силуэт, когда наносил очередной удар! Еще немного, и он добился бы своего! Ему не повезло – поскользнулся на кровавой требухе и нарвался на мой клинок. Мне искренне жаль этого парня – он был прекрасным мастером и достойно умер. Боги встретят его с улыбками!

Дрались молча – без криков и ругани. Тяжелые хрипы, звон стали. Скрежетали доспехи, принимая тяжелые удары, рвалась броня, оказавшаяся мягче человеческой плоти.

Мы с Рэйнаром Трэмпом пытались прорваться по левой галерее. Шли сквозь последние ряды противников. Тяжело шли – вязко. Кроваво. Воздух был наполнен запахом смерти. Прорвались и вышли к проходу. Здесь столкнулись с еще одним отрядом. Перед нами стояло полтора десятка воинов Гуннэра, которые ощетинились алебардами и прикрывали своими телами арку. Рядом со мной появились мои парни, готовые снести эту последнюю преграду.

– Стойте! – раздался громкий и властный голос. – Остановитесь… Я приказываю!

В конце галереи стоял человек, которого я узнал бы в любом обличье. Ронг норр Гуннэр. Собственной персоной. Высокий, статный. Он совсем не изменился с тех пор, как мы встречались. Разве что сменил изящный камзол на рыцарские доспехи. Худощавое лицо, длинные черные волосы с проседью, заплетенные в тугую косу. Черные, презрительно прищуренные глаза и плотно сжатые губы. Ронг возник так неожиданно, что я даже не заметил его появления.

Он был так близко… Двадцать шагов по этим скользким от крови плитам. Так мало и так много. Когтистый блеск алебард. Хмурые, насмерть уставшие лица воинов в маслянистой грязи от копоти пожаров. Эти люди в плен сдаваться не собирались. Они уже сделали свой первый шаг в Вечность. Невероятная картина. Казалось, что время остановилось и замерло. Во дворе замка были слышны крики и лязг стали, а мы замерли как камни.

– Серж норр Кларэнс!

– Я к вашим услугам, норр.

– Поговорим?

– Что?! – Мне показалось, я ослышался.

– Поговорим? – спокойно повторил Ронг.

– Почему бы и нет?

– Прошу. – Он кивнул и сделал приглашающий жест.

– Прикажите своим людям сложить оружие, – предложил я.

– Зачем?

– Это сохранит им жизнь.

Он дернул щекой:

– Разве это так важно?

– Важно. Для меня. Потому что ваши воины хорошие бойцы. Я не хочу, чтобы мои люди гибли, пока мы будем обмениваться любезностями.

– Хорошо, будь по-вашему. Прикажите своим людям оставить в покое донжон. Штурм не имеет смысла. Мои люди не станут предпринимать попыток атаковать вас.

– Рэйнар! – не оборачиваясь крикнул я.

– Я здесь, Серж.

– Прикажи нашим людям остановиться, но будьте наготове.

– Слушаюсь!

Люди норра Гуннэра, повинуясь его жесту, подались назад и исчезли в проходе. Он стоял передо мной один, без охраны. Открыл боковую дверь и предложил:

– Здесь мы можем поговорить. Спокойно, и нам никто не помешает.

– Извольте…

Я сделал несколько шагов и вошел в залу. На стенах были развешаны доспехи и оружие. Большой камин в углу, несколько деревянных лавок, обитых зеленым бархатом, и высокие готические окна. Стекла в изящных свинцовых переплетах бросали разноцветные отблески на каменный пол. Стол с массивной столешницей из мрамора был уставлен бутылками и стеклянными бокалами работы эльфийских мастеров.

– Вижу, что вы удивлены? – спросил Ронг.

– Не скрою – да, удивлен. Думал, что вы уже спрятались в донжоне.

– Незачем. – Он отмахнулся и предложил: – Бокал вина?

– Если вы задумали меня отравить, то зря стараетесь – яды мне не страшны.

– Да, я уже знаю. – Он подошел в столу и разлил вино. – Присаживайтесь, норр!

– Благодарю. – Я подвинул стул и сел.

Ронг устроился напротив меня и поднял бокал:

– Дарре, норр Серж!

– Дарре, норр Гуннэр…

43

Мы молчали. Я пил вино и смотрел на своего врага. Странное чувство. Ненависть к этому страшному человеку исчезла, будто ее и не было. Нет, никакого волшебства не почувствовал. Не тот случай.

– Вы оказались сильным противником, Серж. Не думал…

– Я же обещал, что уничтожу вас.

– Почему же вы медлите?

– Есть вопрос, на который может дать ответ лишь человек, искушенный в черной магии.

– Вы говорите насчет болезни Гэральда? – Он посмотрел на меня и усмехнулся. – Да, это с моей помощью его отравили.

– Противоядие существует?

– Увы, но ему никто не поможет. – Ронг развел руками. – Наш венценосный старик гниет заживо и скоро сдохнет. Мне жаль!

– Вы так хотите стать королем?

– Я? – удивился Ронг. – Нет, норр Серж, увольте меня от этой дряни. Корона не для меня. Никогда не стремился занять место при дворе.

– Тогда кто же?

– Вы же умный человек, Серж! Подумайте.

– Кто-то из королевских братьев?

– Не кто-то, а все сразу. Мальчикам надоело чувствовать себя бедными родственниками на пирах его королевского величества. Они решили взять пирог и честно разделить на всех.

– Разделить? Как это мило. Какой была бы ваша награда?

– Выгори это дело, я бы получил остров Крэйо и должность суарнора. Мне бы хватило.

– Вот как… Никогда бы не подумал, что вы такой любитель островов.

– Разве вы ничего не знали про заговор против короля? – удивился Ронг.

– Слухи доносились, но не более того.

– Тогда зачем вам, Серж, черная магия?

– Души…

– Ах да, конечно! – кивнул он. – Хотите освободить души своих предшественников?

– Да.

– Ну что же… Вы обратились по адресу. Такое заклинание существует.

– Что вы хотите взамен? – спросил я.

– А какую цену вы готовы заплатить? – усмехнулся он.

– Разумную. Готов исполнить какую-нибудь вашу просьбу.

– Жизнь?

– Нет… – покачал головой я. – Вы умрете в любом случае.

– Тогда какой смысл помогать вам?

– Это прекрасный шанс для вас, Ронг! Скоро ваша душа отправится на встречу с богами. Вы принесли столько горя, что ваша смерть будет ужасна. Помогите, и кто знает, может быть, боги вас встретят улыбками?

– Эх, Серж… – Он усмехнулся и покачал головой. – Ja dumal, ti nemnogo umneje.

– Что?!!

– То, что слышал! – отрезал Ронг и перешел на русский: – Думал, что ты немного умнее и сам догадаешься, что я такой же чужак, как и ты!

– Но это… – Я замер. – Это невозможно!

– Как видишь, возможно. Только за моими плечами не жалких два года, а сорок пять лет! Сорок пять лет, проведенных в этом проклятом богами мире, – сквозь зубы процедил Ронг. Он посмотрел на меня и оскалился: – Что, молодо выгляжу?

– Нормально для покровителя нежити…

– Нежити? – удивился Ронг. – Какой же ты наивный, Серж.

– Может, и так, но я не привечаю кровожадных тварей.

– Оставь эти бредни, Сергей! Покровитель… Нежить… Неужели злишься? Как это мило с твоей стороны – на лице такой всплеск эмоций, что я сейчас зарыдаю от умиления. Здесь и не такое возможно, но зачем? Ради короля Гэральда? Ради этих людишек? Мир, о котором так печешься, недостоин покоя. Ты слишком молод, и поэтому тебе кажется, что все можно изменить к лучшему. Сергей, ты ошибаешься. Поверь – я знаю.

– Кто ты?

– Разве ты не знаешь? Я Ронг норр Гуннэр.

– Я спрашиваю настоящее имя.

– Зачем оно тебе? Будет легче меня убить?

Ронг пригубил вино и несколько минут молчал, уставившись в стену. Не знаю, что он там видел. Свою молодость? Прошлую жизнь? Я был не просто удивлен. Ошеломлен – так будет точнее. Воевать с человеком, которого считал исчадием ада, и узнать, что он такой же, как и ты, – чужак, заброшенный в этот мир неизвестными силами.

– Я попал в этот мир сорок пять лет тому назад, – начал он. – Можешь не спрашивать о причинах – не знаю. Дела и поступки богов скрыты от простых смертных. Был молод, горяч и готов бросить вызов целому миру. О первых годах жизни рассказывать не буду. Все мы проходим через одинаковые испытания. Сначала ты выживаешь, а потом мечтаешь стать независимым и богатым, чтобы не думать о куске хлеба и глотке вина.

– Легенда…

– Оставь! – отмахнулся Ронг. – Эта легенда и гроша ломаного не стоит! Я исколесил весь Асперанорр в поисках таких бедолаг, как мы! Мне доводилось встречать безумцев, которые в нашем мире были сильными и успешными людьми. Видел ожесточившихся юнцов, рядом с которыми нежить выглядела ангелами. Видел накачанных мужиков, которые были готовы продать себя в рабство за миску похлебки! Ты думаешь, что один такой? Провалился в этот мир, выбился в люди и превратишь Асперанорр в сады Эдема?

– По крайней мере, я не привечаю нежить.

– И что? Нежить – лишь часть этого мира. Такая же, как эльфы, гномы или орки. Эти существа веками существовали рядом! Подчас убивали, но ничего не поделаешь – такова жизнь! Пусть ты уничтожишь нежить, и что? Помнишь пословицу? – Он поморщился, словно вспоминал что-то важное. Даже пальцами щелкнул. – Свято место пусто не бывает! Так, кажется, она звучала? Место ведьм займут люди, и поверь – это будет гораздо ужаснее.

– Мне говорили, что ты потерял сына на войне.

– Войне… – Он отвел взгляд в сторону. – Не надо верить всему, что говорят люди.

– Тогда…

– Что меня привело к этому образу жизни? Ты это хотел спросить?

– Пожалуй.

Ронг опять замолчал. Неторопливо налил вина и задумался. Потом тряхнул головой:

– Черт с тобой, Сергей! Как-то неохота перед смертью кривить душой и оправдываться. Я встретил женщину. Это было почти сорок лет тому назад. Моя лошадь сломала ногу, а мне позарез нужно было попасть в Мэш. Зима выдалась холодной, и даже оборотни голодали. Вот они и напали на меня. Это случилось неподалеку от Рустэра. Одного я убил, а другие почти добрались до моей тушки, но тут вмешалась она… – Ронг говорил медленно, словно смотрел в прошлое. Смотрел и улыбался. – Молодая и прекрасная девушка, которая собирала в лесу хворост. Она оказалась ведьмой. Очень сильной ведьмой. Я к тому времени уже умел различать нежить. Девушка прогнала тварей и предложила свою помощь. Мало того – она даже не потребовала платы. В ее жалкой хижине я провел больше месяца – раны оказались опасными. Ведьма вытащила меня с того света! Ухаживала, кормила с ложечки… Я был слабее щенка.

– Ты полюбил ее?

– Да. Это была настоящая любовь. Без грамма волшбы и фальши! Вскоре мы перебрались в Гуннэр. Я быстро выбился в люди и занял место помощника при норре. Земли здесь богаты изумрудами, а я знал толк в огранке драгоценных камней. Потом занял его место. Не спрашивай, как это произошло, ладно? Так получилось. Родился сын. Казалось, что большего и желать нельзя – живи и радуйся! Без всех этих замшелых легенд и преданий.

– Кто убил твоего сына?

– Люди.

– Люди?

– Да, обычные люди, ради которых ты сражаешься. Он унаследовал от своей матери силу и знания. Ведьмак! Я гордился им. За всю свою недолгую жизнь мой сын не причинил вреда ни одному человеку, но они, подстрекаемые городским недоумком, сожгли его на костре в Крэйо. Моя жена не вынесла потери и умерла.

– И ты стал мстить за их смерть?

– Месть? – Он скривился и плюнул на пол. – Нет. Просто указал людям их место! В грязи, которую они заслуживают. Нежить честнее – ненавидит по-настоящему и служит честно, без обмана. Потом… Шли годы, и появились эти людишки в Альдкамме.

– Ты имеешь в виду рыцарей ордена?

– Что?! Рыцари?! – Ронг не выдержал и оглушительно расхохотался. – О боги! Как же ты наивен! Ты бы видел это сборище неучей и бездельников! Они, судя по всему, услышали легенду в каком-нибудь портовом трактире. Я много раз пытался представить себе нечто более жалкое, чем эти люди, но поверь – так и не смог! Будто дети, которые играют с огнем.

– Не все.

– Не буду отрицать очевидное! Да, среди них были мужчины, достойные уважения. Влад, Максим, Дмитрий и медик, – он щелкнул пальцами, – как его там? Штейн. Четверо мужиков на всю ораву, которая только и знала, что собирать дань с крестьян, пить и жрать. Спасители мира, блин! Потом появился ты…

– Почему ты раньше не встретился со мной?

– Наблюдал… Мне было интересно, что предпримешь. Поначалу принял тебя за простого искателя приключений. Потом, когда ты отбил Мэш и занялся делами Кларэнса, решил, что пора тебя убирать. Ты становился слишком сильным противником.

– Даже не думал лезть на твои земли, – сказал я.

– Этого было лишь вопросом времени! – отмахнулся Ронг. – Двум хищникам не ужиться на одной территории. Ты стал вводить новые порядки – они мне не нравились. Завел дружбу с гномами, подарил им владения Альдкамм. Ты, черт бы тебя побрал, даже пиратов сумел превратить в союзников! Самое главное – ты хотел мира. Извини, но это никак не входило в мои планы! Я желал увидеть иное – как мир сгинет в междоусобных войнах! Чтобы люди мучились, как мучился мой сын, когда его сжигали на костре!

Он опять замолчал и перевел дух. На лице выступили капли пота. Расплескивая по столу вино, наполнил свой бокал и осушил одним духом. Провел ладонью по лицу и продолжил свою исповедь:

– Тогда я преподал тебе урок и надеялся, что это тебя сломает.

– Урок? Какой именно?

– Тот самый! – довольно оскалился он. – Помнишь сражение на границе наших земель?!

– Конечно. Такое не забывают.

– Я ведь был там! – засмеялся он. – Наблюдал и наслаждался твоей болью. Поверь – это сладкое чувство. Когда увидел, что пытаешься убить дракона, стоял и смеялся! Это было победой над тобой! Думал, что после этого поражения ты уберешься в свой городишко и затихнешь, как мышь под веником! Жаль, что ошибся.

44

Я слушал рассказ Гуннэра, и, если честно, мне становилось жалко этого человека. Да, он враг и достоин смерти, но чисто по-человечески – жаль. Поэтому и слушал, не перебивая, эту исповедь… Любой человек достоин быть выслушанным. Даже тот, которого ты собираешься убить.

– Потом этот королевский праздник… Суд… Там – не буду скрывать – ты меня удивил! Видимо, старик Вэльд и правда оказался хорошим учителем, если за такое короткое время превратил тебя в воина.

– Что было дальше?

– Потом, как ты знаешь, меня задержали в Асперэнде. Эти маги решили вытрясти из меня душу, но мир прекрасен, когда в нем живут продажные твари! Меня выпустили, и я бежал в Гуннэр.

– Кто помог тебе убежать?

– Ты будешь удивлен – один из королевских советников.

– Имя?

– Зачем? Ах да, конечно! Хочешь его наказать?

– Я его убью.

– Твое право. С какой стати мне покрывать этого ублюдка? Зло должно быть наказано, не так ли? Суарнор Гэдфри. Жирный и плешивый старик, который обожает мальчиков и мои изумруды. Слышал о таком?

– Доводилось.

– Станешь убивать, будь так добр – передай ему привет. Скажи, что это я назвал его имя.

– Обязательно передам.

– Как ты думал меня убить? – неожиданно спросил Ронг. Он прищурился и посмотрел на меня.

– Я думал, что это будет схватка. Честная схватка.

– Как это банально. – Он поморщился. – Тебе не надоело железом размахивать?

– Есть идеи получше?

– Пропусти меня в донжон, – попросил Ронг.

– Зачем?

– Хочу попрощаться с моими людьми. Они верно служили и требуют уважения.

– Ронг, неужели ты так сентиментален?

– Боишься, что убегу? Нет, я не собираюсь ползать в темноте подземелий. Я норр, а не избитая крыса.

– Дашь слово?

– Да. – Он кивнул и поднялся. – Я, Ронг норр Гуннэр, даю тебе честное слово, что не буду пытаться убежать. Клянусь памятью своих близких.

– Хорошо, но с одним условием.

– Каким?

– Уговори их сложить оружие. Зачем лишние жертвы?

– Неужели ты отпустишь моих людей на свободу? – дернул он бровью.

– В том случае, если до заката они уйдут из города и дадут слово покинуть мои земли. Я не собираюсь плодить разбойничьи шайки на своей территории.

– Куда же им идти?

– Не знаю. Земля большая.

– Хорошо. – Он допил вино и отбросил бокал в сторону. – Я согласен на твои условия.

– Где находятся свитки с заклятием, которое освобождает души?

– Если быть точным – свиток. Он запечатан моей печатью. Найдешь в моем кабинете.

– Какой-нибудь тайник?

– Да, тайник в стене. Твои гномы знают толк в этих делах и откроют без проблем.

– Что-нибудь еще хочешь сказать?

– На прощанье?

– Хотя бы и так.

– Нет, пожалуй, и без того сказал слишком много. – Ронг покачал головой и улыбнулся.

– Тогда последний вопрос, если позволишь.

– Спрашивай.

– Ты ведь мог уйти из Гуннэра. Вместо этого ты сидел в замке и ждал нашей атаки, даже не подготовившись толком к обороне.

– Знаешь, Сергей… – усмехнулся Ронг. – Наверное, я просто устал жить…

– Прощай…

Ронг Гуннэр сдержал свое слово. Он приказал своим людям сложить оружие и сдаться. Потом, когда все воины покинули донжон, Ронг поднялся на верхнюю площадку и принял какой-то сильный яд.

– Он был хорошим воином, – сказал Мэдд Стоук, рассматривая тело Ронга. – Он сделал все, чтобы его приближенные избежали смерти.

– Достойный враг, – сказал я. – Пусть боги встретят его улыбкой.

– Да будет так!

– Тяжелое чувство. – Я обвел взглядом замок. – Эта победа с привкусом горечи.

– Город уцелел, – сказал Рэйнар.

– Рудники залиты водой. Восстановление потребует много времени. Не представляю, где мы возьмем столько рабочих и средств.

– Людей… – хмыкнул он и поморщился, вытирая чужую кровь с латной перчатки.

– У тебя что, есть мысли на этот счет?

– Есть. Только не отвергай их сразу.

– Изволь.

– Отдай эти земли гномам, – предложил Рэйнар Трэмп.

– Гномам? – переспросил я. – Не слишком ли жирный кусок для Дарби?

– Кто говорил о Дарби? – удивился Рэйнар. – Я имею в виду людей Эгиля и Гонарда.

– Хм… Про это как-то не подумал. Ты что, хочешь возродить клан Брунга?

– Не возродить, а помочь им вернуться на землю предков. Ты рассказывал, что в Баргэсе им живется несладко. Привыкли прятаться в пещерах. Местность здесь подходящая для таких привычек. Людей мало, а горы надежно защищают от непрошеных гостей. Они тебе и рудники запустят, и город восстановят. Главное – мир придет в их дома.

– Надо обсудить это с Гонардом Шэром.

– Время терпит, но не затягивай с этим делом.

– Король будет в бешенстве, – усмехнулся Мэдд, – а безземельные норры станут плести интриги, чтобы очернить Сержа в глазах Гэральда Третьего. Эти владения – слишком лакомый кусок! За местными изумрудами прибывали даже послы от короля Баргэса!

– Эти земли подчинены мне как виернорру южных земель.

– Поверь, Стоук, – усмехнулся Рэйнар, – после эльфов король простит Сержу и не такое.

– Даже возрождение клана Брунга? – спросил Стоук и недоверчиво покачал головой.

– Поживем – увидим.

Грабить город мы запретили. Это было нелегко. Особенно – для двухсот королевских пехотинцев, которыми нас обеспечил Руфтэр. Они просто не понимали этого приказа. Как это – нельзя грабить? Пришлось объяснить их командиру, что каждый, кто попытается это сделать, будет казнен. Не помогло. Пришлось повесить пять человек. Вместе с их сотником. Тем более что воинам было объявлено о награде каждому участнику этого штурма. Так или иначе, но бардак в городке прекратился.

Жители убирали трупы и готовили их к погребению. Гномы Эгиля вместе с Мэддом и Гонардом Шэром искали тайники и вели учет трофеям. Рэйнар Трэмп организовывал охрану замка и пресекал любые попытки мародерства.

Я бродил по залам, рассматривал вещи и старался понять Ронга. Судя по собранию книг в библиотеке, он был образованным и разносторонним человеком. Среди фолиантов, занимающих книжные полки, я нашел бесценные книги по врачебной магии и лечебной силе трав. Было найдено немало карт Асперанорра, Баргэса и эльфийских земель. Даже древние карты орков нашлись. Надо будет передать их Олегу Сенчину.

Если честно, хотел найти не только свиток, но и личные вещи Ронга, которые могли пролить свет на его прошлое. Прошлое, которое осталось в нашем мире. Увы, но поиски не увенчались успехом. Я так и не узнал, кем был этот человек. Даже имени не узнал. Тело мы предали огню и похоронили со всеми почестями, приличествующими норру. Может быть, я и неправильно поступил, но наш разговор с Ронгом остался тайной. Я никогда и никому не рассказывал о том, что этот человек был одним из нас.

Тайник, о котором сказал норр Ронг, обнаружили в одной из стен кабинета. Странно, но никаких магических запоров и заклятий, которые бы его охраняли, не было. Обычный хорошо замаскированный тайник. Гномы Эгиля его быстро обнаружили и вскрыли. Разумеется, со всеми предосторожностями. Внутри оказалась большая шкатулка. В ней были долговые расписки на сумму около трехсот тысяч даллиноров, выписанные королем Аргером Вторым. Хороший подарок. Эти бумаги надолго отобьют желание южан воевать. Или наоборот? Посмотрим. Кроме бумаг внутри нашлось два неизвестных амулета и небольшой свиток, запечатанный личной печатью Ронга.

– Это бесценные бумаги, Серж, – сказал Гонард, когда я показал ему долговые расписки, подписанные королем Баргэса. – Вы хотите их отдать нашему королю?

– Нет, – покачал головой я. – Это слишком ценные бумаги для его величества. Пожалуй что попридержу их на какое-то время. Мало ли что… Вдруг они пригодятся нашему ордену?

– Помните, я рассказывал о торговце, который вместе со мной покинул Грэньярд?

– Конечно, – кивнул я.

– У него хорошие связи при дворе короля Баргэса. Если потребуется, то может выступить посредником.

– Вы уверены в этом?

– Да, – кивнул Гонард. – Он мне обязан.

– Поживем – увидим. Кстати…

– Вас тревожит это заклятие, не так ли? – спросил гном и показал глазами на свиток.

– Да. Мне нужен маг, который поможет провести обряд.

– Я помогу вам. Пусть я и не маг, но есть один старый гном в Баргэсе, который понимает в этих делах.

– Благодарю вас, Гонард.

– К вашим услугам, магистр!

Через десять дней мы покинули замок Гуннэра. Временным комендантом этих владений был назначен Гонард Шэр. В помощь ему оставили пехотинцев из Кларэнса и гномов Эгиля.

Мы вернулись в Кларэнс. Вскоре прибыл королевский гонец, и мне, даже не выспавшись, пришлось ехать в Асперэнд. Король ждал известий. Видимо, он хотел увериться в безопасности южных земель, прежде чем начинать борьбу с северными мятежниками. Понимаю – никто не хочет получить удар в спину.

Вместе со мной увязался и Андрей Волков. Он давно просил взять его в столицу. Дорога в Асперэнд была вполне безопасной, и я не мог отказать этому пареньку. Судя по отзывам старика Вэльда, Волков старательно изучал местные науки, преуспел в искусстве фехтования и верховой езде. Один из эльфийских лучников обучал его стрельбе, и Андрей даже в этом обнаружил недюжинный талант. Почему бы и нет?

Путешествие прошло спокойно. Вместе с нами ехал отряд из пятидесяти бойцов, так что волноваться за безопасность не приходилось. На дороге, ведущей в Асперэнд, появилось несколько постоялых дворов, где можно было передохнуть. Андрея это даже расстроило. Понимаю – ему хотелось ночевок под звездным куполом, а не скучных вечеров в полутемных залах местных харчевен…

45

После того как мы добрались до Асперэнда, нас принял советник Руфтэр. Нас, как и прошлый раз, поселили во дворце, что окончательно испортило настроение молодому путешественнику. Будь его воля, он спал бы прямо на снегу, положив под голову седло и завернувшись в плащ.

Приветствия, ужин в честь гостя… Опустим эти мелочи. Привычный антураж, который не требует ни описания, ни пересказа. Вы видели эти пиры, и не один раз. Тем более что главный разговор начался лишь на следующий день, в кабинете Руфтэра.

– У меня есть один вопрос, дьен грэ… Братья короля, – сказал я и замолчал. Шар брошен, а советник Руфтэр не такой человек, которому надо все разжевывать.

– Что вас смущает? – уточнил он, но, судя по едва заметной улыбке, все прекрасно понял.

– Их поведение. Я считаю, что они в такой тяжелый час обязаны быть рядом с королем, а не отсиживаться на островах. Они выглядят как падальщики, которые ждут смерти сильного зверя.

– Вы говорите опасные вещи, – заметил Руфтэр и сложил ладони домиком, продолжая смотреть на огонь камина.

– Пожалуй, вы правы, но меня это беспокоит.

– Понимаю, – кивнул он. – Скажите, Серж, а почему это вас так волнует? Ведь для вас мало что изменится. Вы магистр ордена…

– Я чужак, который многим перешел дорогу. Тем более что уже сделал свой выбор, когда принял регалии виернорра. Да, не стану скрывать – рыцарский орден всегда будет на первом месте, но пока что наши дороги идут в одном направлении, и самое главное, что заботит всех нас, – мир в Асперанорре. Он возможен лишь при сильной королевской власти.

– Да, да… – задумчиво кивнул Руфтэр, – конечно. Вы ведь хотите спросить о наследнике, не правда ли?

– Именно так.

– Скажу честно, виернорр. – Он поднял голову и посмотрел на меня. – Я не знаю ответа на этот вопрос. Король стал очень замкнутым человеком. Этот непонятный заговор…

– В котором вы подозреваете братьев короля и некоторых придворных?

– Да… Увы, но это так. Поверьте, Серж, это нелегко признать.

– Я хотел бы пообщаться с одним из них.

– С кем же? – удивленно спросил Руфтэр.

– Суарнором Гэдфри.

– Увы, мой друг, – вздохнул советник, – но это невозможно. Гэдфри бежал.

– На север?

– Да. Вы что-то знаете о нем?

– Не только о нем… О братьях короля тоже.

– Ронг норр Гуннэр?

– Мы с ним немного побеседовали перед его смертью. И поэтому я очень переживаю о судьбе нашего королевства. Тем более сейчас, когда северяне волнуются.

– Север еще не бунтует, но все к этому идет… – хмуро кивнул советник. – Поговорите об этом с королем. Полагаю, что он ответит на многие ваши вопросы.

– Мои? – удивился я.

– Именно ваши.

Короля я увидел на следующий день. Во дворе замка. На той самой площади, где обитал старый королевский дракон. Судя по всему – они беседовали. Позади короля на очень почтительном расстоянии стояла гномья охрана. Те самые гномы, которых называли Тенями.

Ситуация была так необычна, что я на секунду замер, а потом оглянулся на спутника. Суарнор Руфтэр молча кивнул и сделал приглашающий жест. Мне ничего не оставалось, как буркнуть что-то невразумительное и пойти навстречу. Гэральд заметил мое приближение и поднялся. Он что-то сказал дракону, и тот тряхнул головой. Было видно, что движения доставляют ему боль. Я подошел ближе и склонил голову.

– Этерн дарр, ваше величество.

– Этерн дарр, Серж… – медленно сказал король и сделал несколько шагов. Приблизился ко мне и начал говорить так, словно мы недавно расстались, но не успели закончить важный для нас разговор:

– Мой дракон уже стар… Пришло его время уходить…

– На встречу с богами?

– Да, – кивнул Гэральд и дернул щекой. – Все эти годы он был мне верным помощником. Самым верным и самым мудрым.

– Все мы смертны, – осторожно сказал я, но король даже не услышал.

– Скоро и мой черед… – продолжил говорить он. – Обидно… Жизнь пролетела слишком быстро, а у меня даже нет человека, которому хотелось бы передать королевский трон.

– Но ваши братья…

– Мои братья хуже нежити… Они превратят королевство в балаган. Раздерут его на части и продадут, как продают ненужный хлам уличным старьевщикам. Не удивлюсь, если узнаю, что моя болезнь это дело их рук! Твари… Клянусь, я был бы счастлив умереть, если бы боги дали хотя бы маленький намек, кому передать бремя и честь править моим королевством! Новый и сильный король! Прекрасный подарок этой своре! Алчные бараны, которые мечтают о моем престоле!

Гэральд замолчал и несколько минут стоял и смотрел куда-то в сторону дворцовых ворот. Появилось такое ощущение, что он ждал гостя или гостей. Никого не увидев, король вздохнул и предложил:

– Пойдемте, Серж, нам надо поговорить о вашей просьбе. Я уже отдал приказ разобрать заваленные проходы в подземельях Асперэнда.

– Благодарю вас, ваше высочество.

– Не за что, – отмахнулся он. – Вы и так сделали слишком много.

Король шел медленно, опираясь на толстую трость, украшенную серебром. Он прошел несколько метров и остановился, чтобы перевести дух. Дышал тяжело, с хрипами. Мы почти дошли до лестницы, ведущей в королевские покои, как за нашими спинами послышались шум и крики дворцовой стражи. Мы обернулись и увидели, как на площадь опустился дракон… Он поднял клубы пыли, и стража замерла. Ящер хлопнул крыльями и громко крикнул, вытягивая свою длинную шею. Его тело дышало молодой и безудержной мощью. Силой молодого и красивого зверя.

– Кто это?!

– Это молодой дракон, – не отрывая глаз, ответил я.

Этот крылатый посланник богов тряхнул головой и двинулся навстречу старому. Королевский дракон поднял голову, и будь я проклят, но в его взгляде мелькнула радость. Так улыбаются долгожданному гостю.

Еще несколько секунд, и между этими огромными тушами мелькнула человеческая фигурка. Пыль уже улеглась, и я узнал человека. Рядом с ними появился Андрей!

Откуда? Я же приказал дожидаться во дворе! Эх, как же все не вовремя… Паренек без страха подошел к молодому дракону, и, судя по всему, они начали общаться. Не уверен, но эта летающая бестия показалась мне знакомой. Нет, этого не может быть! Неужели это тот самый маленький драконыш, которого носил на спине наш крылатый советник? Он же тогда звал Андрея, и они вполне мирно пообщались. Зачем он прилетел?!

– Кто стоит рядом?! – послышался изумленный голос Гэральда.

– Это… Это мой приемный сын.

– Как его зовут? – прохрипел он.

– Андрэ Лагар.

– Я хочу с ним говорить…

46

…В камине, украшенном гранитными плитами, жарко пылал огонь. Чуть выше – прямо над каминной полкой – висел мраморный барельеф, изображающий сцену из королевской охоты: раненый олень в окружении всадников и своры собак.

Смеркалось. Несмотря на огонь в камине, в комнате было прохладно и сыро. За окном лил дождь. Он шел второй день подряд и успел надоесть своим мерным и скучным шелестом. Дожди и туманы – они способны вытянуть из вас не только силу, но и разум.

Комната тонула в сумраке. На большом письменном столе стоял бронзовый подсвечник с пятью свечами, но их света было недостаточно, чтобы осветить все помещение. Если не ошибаюсь, то мне нет нужды описывать, как оно выглядит. Вы ведь здесь бывали, и не один раз. Некогда в этих стенах обитал суарнор Руфтэр. Увы, но этот мудрый человек умер три года назад. Сердце подвело. Он всего на два года пережил короля Гэральда Третьего. Время немилосердно.

После смерти суарнора я воспользовался своим положением и занял его покои. Да, вы совершенно правы – мы сейчас в Асперэнде – столице королевства, которое до сих пор разделено на две части. Незадолго до смерти короля Гэральда на северных землях начались волнения. Многим норрам не нравилась королевская политика, и они, узнав о его тяжелой болезни, стали выражать недовольство. После того как на троне появился новый король, вспыхнул бунт. Срединные и южные земли остались под властью Асперэнда, а мятежный север пылал, раздираемый на части мятежными норрами. Вы конечно же помните, как это началось? Да, именно тогда, когда умирал Гэральд Третий. Перед смертью он передал корону молодому королю.

С тех пор прошло пять лет. Они были настолько тяжелыми, что мне трудно день за днем пересказывать эту кровавую сагу. Пять долгих лет, заполненных войнами и походами. Менялись люди, менялся мир вокруг нас. Ушли навсегда многие мои друзья и враги. Смерть примирила нас. Дважды пытались договориться с мятежниками, но они срывали переговоры, и война начиналась заново. Нежить, которая ушла на север, нашла прекрасных союзников! Казалось, что вся нечисть мира служит этим глупцам, подбивая их к войнам и смутам.

Граница противостояния пролегла в районе Вертэнда, и от этого города не осталось камня на камне. Четыре раза он был свидетелем таких боев, что даже старые, убеленные сединами воины уважительно кивали, вспоминая эти сражения.

Виернорр Марг Вертэнд погиб во время второй кампании, получившей красноречивое название «Рагсфрайн» – «Драконье пламя». Даже сейчас, спустя годы, перед моими глазами встают пылающие городские улицы и груды человеческих тел, лежащие среди развалин.

Я встал и налил в бокал красного вина. Раненое плечо тотчас отозвалось противной и ноющей болью. Это проклятый осколок не дает покоя. Погода, черт бы ее побрал! Сделал несколько глотков и неторопливо набил трубку. Подвинул кресло поближе к огню камина и поднял бокал. Вино отливало благородным рубиновым цветом и напоминало о жарких землях Камбара.

Вино прислал Мэдд Стоук, который год назад стал норром Кларэнса. Да, наш здоровяк преобразился в Мэдда норр Кларэнса. Он железной рукой правит своими землями, но, как и прежде, робеет при звуках голоса своей супруги – Ольги Сергеевны. Они поженились четыре года назад, и у них двое прелестных малышей. Даже сейчас, три года спустя, я улыбаюсь, когда вспоминаю счастливое лицо Мэдда, увидевшего своего горластого первенца.

Робьен Кларэнс живет рядом с ними. Он, как и прежде, большую часть времени проводит в библиотеке, но всегда готов прийти на помощь и дать Мэдду дружеский совет. Я столько раз уговаривал Робьена перебраться в Асперэнд, но каждый раз он находил причины, чтобы отказаться. Я понимаю и не настаиваю. В Кларэнсе прошли его лучшие годы, и он не хочет менять привычный ход времени.

Его друг – мастер Гэрт – переселился в Асперэнд и занял пост королевского казначея. Мы сохранили его тайну. Даже моя Мэриан не знает, кто ее настоящий отец. Вы полагаете, это неправильно? Ваше право. Мастер Гэрт думал иначе, а я лишь исполнил его просьбу.

Рэйнар и Кира Трэмп обосновались в Сьерра. Наш старый друг – норр Барт – погиб год тому назад. Вместе со всей семьей. Темная история… Я до сих пор подозреваю, что к этому приложил руку один из мятежников – Корн норр Грэньярд. Как бы там ни было, но земли остались без правителя, и Рэйнар Трэмп занял его место. Он стал мудрее и спокойнее. Кира изрядно прибавила в весе и продолжает радовать своего мужа, рожая ему детей. У них трое сыновей и дочка.

Наш бравый корсар – Стиг Наэрр, – как и прежде, правит землями Мэша. Он остепенился и занялся судостроением. Его верфи лучшие в Асперанорре! Недавно они спустили на воду новый корабль, построенный по чертежам Олега Сенчина. Полтора года назад Стиг Наэрр вспомнил флибустьерскую юность и взял на абордаж неприступную Светлану Григорьеву. Она сейчас такая важная дама, что десять раз подумаешь, прежде чем позволить какую-нибудь шутку в ее присутствии.

Олег Сенчин… Два года назад на трех кораблях, построенных в Мэше, он отправился исследовать новые земли и до сих пор не вернулся. Хотелось бы верить, что Олег жив и здоров, но этот мир никогда не был добр к чужакам! Как бы там ни было, но надежда умирает последней. Я очень надеюсь, что наступит тот день, когда этот непоседа вернется в Асперанорр. Целым и невредимым.

Дарби норр Альдкамм… Мой старый и верный друг продолжает обустраивать владения и укрепляет клан. Четверо детей. Вдовец. Его жена умерла полгода тому назад при родах. Ее смерть подкосила нашего друга, но он сильный и справится с этим горем. Пройдет немного времени, и Дарби обязательно найдет новую жену. Главе клана Легион нельзя быть одиноким.

Эгиль – гном из клана Брунга – стал норром Гуннэра. После нашей победы над стариком Ронгом из Баргэса вернулись гномы этого славного и древнего клана. Земля в этих владениях тяжелая, но им не привыкать к трудностям. Эгиль женился, а его женушка родила ему сына, которого в честь знаменитого предка назвали Инваром.

Гонард Шэр… Один из тех, кому наш орден обязан могуществом. Королевский советник и близкий друг. Никогда не забуду, как он помог освободить души наших предшественников.

Барри и Альвэр. Два неразлучных приятеля, которые командуют дворцовой стражей и личной охраной короля. Они, как и прежде, постоянно ругаются, но мирятся и продолжают нести свою нелегкую службу.

Сигур – командир второй сотни. Под его началом находятся самые отважные и бравые гномы, набранные из кланов Легион и Брунга. Эти головорезы порвут в клочья любого, на кого покажет пальцем их командир. Носят на груди королевский герб – бегущего волка на белом щите. Они заслужили это право, участвуя в самых кровопролитных битвах последних лет.

Мастер Вэльд Рэйн. Он жив и здоров. Конечно, годы берут свое, но, несмотря на возраст, он остался таким же мудрым, как и прежде. Королевский наставник и первый суарнор. Он, как и прежде, любит поворчать, поругивая молодежь за поспешные решения и необдуманные поступки.

Король? Вы знаете, кто занял трон Асперанорра. Наш самый молодой рыцарь – Андрей Волков. Правда, здесь его называют иначе – Андрэ Лагар. Ему восемнадцать лет, но он не по годам умен. Конечно, рядом с ним постоянно находимся мы – его советники. После того как он занял престол, звания суарнора удостоились четыре человека: Дмитрий Воронов, Вэльд Рэйн, Гонард Шэр и я.

Арруан Мэш… Этот непоседа воюет на северных границах. Со временем он будет водить в бой королевскую гвардию. Кстати, Арруан недавно женился! На Елене Крутицкой. Они так много времени проводили вместе, что это стало заметно невооруженным взглядом. Вскоре после свадьбы у них родилась дочь, которую назвали Машей. Они живут здесь – в королевском замке. Елена стала спокойнее, и сейчас, глядя на счастливую женщину, уже очень трудно увидеть ту взбалмошную девчонку, которая не давала покоя всему Кларэнсу.

Вроде никого не забыл? Ах да…

Эгра… Маленький пастушок, которого некогда звали Муффи. Ему уже двенадцать лет, и сейчас он гордо носит свое новое имя – Эгра Эльвейра. Паренек живет при дворе. Учится и мечтает стать воином. Его приемный отец, Лексио Эльвейра, стал дюнком. Живет здесь, в Асперэнде. Открыл еще один сиротский приют. Занимается магией и медициной. Вместе с ним трудится и Хаугри – наш старый знакомый. Старина Торри перебрался в Сьерра и вскоре займет место мага Азура.

– Ты все витаешь в облаках? – За моей спиной послышались шаги.

– Черт бы тебя побрал! – пробурчал я. – Ты ходишь как привидение.

– В моем возрасте не меняют привычек.

– Ну-ну… Вино будешь?

– И вино тоже.

– Кувшин на столе. Можешь и мне плеснуть.

– Обленился ты, ваше благородие. – Димка усмехнулся и медленно, будто любуясь этим благородным напитком, разлил по бокалам вино. – Эдак скоро и толстеть начнешь!

– Не дождешься.

Дмитрий Воронов почти не изменился. Такой же балагур, как и прежде. Единственный из нашей компании, который остался холостяком. По его словам – незачем вдов и сирот плодить! Да, работа у него опасная. Впрочем… как и у всех нас.

Воронов занимается тайными операциями ордена. Его побаиваются все, даже маги. Вы заметили, что он хромает и плохо владеет левой рукой? На лице широкий шрам, который рассекает лоб и правую щеку. Старые раны. Дмитрий получил их во время эльфийской кампании, когда возводил на престол принцессу Акейру.

Иногда мне кажется, что Димкино сердце осталось где-то там – на эльфийских землях. Этот золотой браслет с рубином, красующийся на его запястье, говорит о многом. Может, поэтому до сих пор и не женился? Кто знает? Как там говорят: чужая душа – потемки? Иногда я смотрю на его браслет, украшенный знакомыми рунами, и вспоминаю молоденькую ведьму, которая стала норрессой владений Гезза. Старик-ведьмак? Он жив и здоров. Служит придворным магом при дворе королевы Акейры.

Воронов налил вина и сел рядом. Некоторое время он молча смаковал напиток и смотрел на огонь. Среди языков пламени прыгали огненные саламандры, исполняя вечный сакральный танец. Они извивались, перебегали по раскаленным углям и вновь прыгали в самое пекло, нежась в тепле домашнего очага.

– Когда вернется Мэриан?

– Ты же знаешь ее отца, – улыбнулся я. – Он всеми силами будет удерживать свою дочку в Кларэнсе. Говорит, что рядом с внуками он молодеет.

– Робьен прав, – кивнул Димка и опять замолчал.

Мэриан… Моя любимая жена, подарившая двух очаровательных сыновей – Никиту и Данилу. Сейчас она гостит в Кларэнсе, но каждую неделю пишет длинные письма, в которых описывает проделки этих малолетних бандитов. Самый драгоценный подарок, который могли мне дать боги этого мира, – моя семья.

– У меня плохие новости, – сказал Воронов.

– Скажи, сколько мы живем в этом мире? Больше семи лет, не так ли? И все эти годы я слышу одну и ту же фразу: «У меня плохие новости, приятель!» Что опять случилось?

– Изволь… – Он достал из-за пазухи письмо и подал мне.

Несколько минут я разбирал корявые буквы, которыми славился почерк Арруана Мэша. Чем дальше читал, тем больше мрачнел. Новости, что и говорить, были не самыми приятными.

47

– Думаешь, они опять готовят вторжение? – спросил, когда дочитал письмо до конца.

– Не знаю… – пожал плечами Воронов. – Они не должны были так быстро оправиться от последнего поражения при Вертэнде.

– Тогда кто? Нежить?

– Возможно. Как видишь, Арруан и сам не уверен. Продолжают прибывать беженцы из северных земель, но ты же знаешь – люди склонны преувеличивать.

– Насколько все не вовремя… – поморщился я.

– Войны всегда начинаются не вовремя.

– Как ты думаешь, сколько у нас времени?

– Месяца два, не больше.

– Надо собирать совет.

Большой Королевский совет проходил в кабинете Вэльда Рэйна. Я уже и не вспомню, как родилась эта традиция. Это помещение можно назвать настоящим музеем. Высокие – до самого потолка – книжные шкафы, заполненные старинными фолиантами. Оружие, доспехи и драгоценные свитки с описанием историй из жизни правителей Асперанорра: от Гэральда Первого до наших дней. Круглый стол, за которым был подписан знаменитый документ о передаче королевского трона. Теперь это вотчина суарноров. Здесь мы обсуждаем наши дела и проводим совещания. Это большая и светлая комната со множеством высоких и узких окон. Есть даже балкон, который выходит на главный двор.

– Еще немного, и Арруану придется закрыться в замке ордена, – сказал Димка, – но это только ухудшит его положение. Похоже, лазутчики не лгут, и северяне готовят очередное вторжение. Если это так, он окажется в западне – ему перекроют дорогу на юг.

– Ты полагаешь, что они сумели договориться? – недоверчиво покачал головой мастер Вэльд. – Чтобы Корн Грэньярд и Уэрт Брэйонд действовали заодно?!

– Да, такого никогда не было, – согласился Воронов, – но времена меняются. Кто знает…

– Да, верится с трудом… – кивнул Гонард Шэр, раскуривая свою трубку.

– Почему бы и нет? Особенно если нежить подсуетилась, – сказал я. – Вы же знаете, как это бывает. Немного лести, немного магии и бочки звонкого серебра… Рудники Вертэнда не работают, шахту Грэньярда закрыли два года тому назад. Торговля не спасает, а набеги на соседей не всегда приносят прибыль. Южане перестали возить товары в эти города.

– Твои предложения, Серж?

– Надо посылать подкрепление Арруану и созывать наших норров на бэскернорре.

– Мы еще не оправились после последней кампании. Да и мятежники не готовы воевать.

– Видите, как хорошо быть нежитью, – криво усмехнулся Воронов. – У них нет проблем с воинами. Они поднимают мертвых и посылают их в бой.

– Не всегда, – наставительным тоном сказал Гонард Шэр. – Даже у тадд-мэрров и черных магов есть предел возможностей. Армия мертвецов требует сильной магии и многих сил.

– В последней кампании нежить почти не участвовала. Вполне могли подготовиться.

– Серж? – Старик Рэйн подслеповато прищурился и посмотрел на меня.

– Усилить Арруана Мэша необходимо, – задумчиво кивнул я. – Даже если наши опасения беспочвенны, поход лишним не будет. Усилим пограничный отряд, а заодно посмотрим, как идет строительство замка.

– Так быстро армию не собрать.

– Зачем армию? Отправить гонцов в Сьерра, Альдкамм и Кларэнс. Три или четыре сотни поднять сможем, не тревожа королевскую армию.

– Хочешь задействовать рыцарей нашего ордена?

– Почему бы и нет? – пожал плечами я. – В Асперэнде две сотни орденских рыцарей и сотня гномов Сигура. Рэйнар и Мэдд пришлют еще две сотни, да и Дарби не усидит на месте. Для войны недостаточно, но для небольшой заварушки бойцов хватит.

– Хорошо. – Старик Вэльд обвел нас взглядом и хлопнул рукой по столу. – Эр мием фьер! Отправляйте своих воронов…

На следующий день мы с Димкой стояли на площадке главной сторожевой башни. Мы часто сюда забирались, если хотели поговорить без свидетелей.

– Ка-арр-р!

Вороны, хрипло каркая, поднялись в небо и сделали круг над замком Асперэнда. С утра немного распогодилось, и надоевший дождь превратился в мелкую пыль. Поднявшийся ветер разорвал тучи, и сквозь прорехи брызнули лучи солнца.

– Добрый знак, – кивнул Воронов и проводил взглядом своего ворона.

– Не для тебя.

– В смысле?

– Ты останешься здесь, в Асперэнде, и будешь все контролировать.

– С ума сошел?

Я не ответил. Молча посмотрел на Димку и покачал головой. Спорить с этим упрямцем не хотелось, но другого выбора не было.

– Суди сам… Вэльд мудр, но уже стар. Гонард Шэр обладает всеми достоинствами, но на его плечах вся местная дипломатия. Кто остается?

– Есть Гэрт!

– Его дело считать деньги.

– Дьявольщина…

– Не навоевался? – вздохнул я. – Не переживай! На наш век этого дерьма хватит!

– Мэриан тебя убьет…

– Мэриан будет меня ждать. Я это точно знаю.

– Никто и не сомневался. Идем обедать…

Мы спустились вниз и вышли на задний двор. Замок жил своей обычной жизнью. Бегала кухонная братия с кудахтающими курицами в руках. Пожилая служанка ощипывала гуся. Рядом с ней сидел маленький чумазый ребенок, играя с подобранным на земле пером. Слышался визг поросенка, которого тащили на убой, и смех служанок, идущих по своим делам в город. У ворот стояли несколько гномов из охраны замка. Они проводили взглядами девчат и весело оскалились, обсуждая их пышные формы.

– Твоя сотня тоже будет здесь, – продолжил я. – Не дело оставлять столицу без защиты.

– Хорошо, – кивнул Димка.

– Что с армией? Соберешь?

– Куда я денусь? – Он пожал плечами. – Разошлю письма норрам, чтобы начали готовить людей к походу. Часть отправят сразу после получения писем, а часть будет готовиться и ждать приказа выступать.

– Ну вот видишь. Кто, если не ты, может быстро поставить на уши этих бездельников?

– Мобилизация – дело тонкое… Тем более что информацию Арруана надо проверить.

– За этим мы и отправляемся.

– Кто из медиков пойдет с вами?

– Хаугри. Вчера с ним разговаривал. Он берет десять дюнков и несколько целительниц из Ведьминого гнезда.

– Хорошо, что мы их тогда не поджарили, – усмехнулся Воронов.

Целительницы, о которых вспомнил Дмитрий, некогда были обычными деревенскими ведьмами. Хорошо, пусть не совсем обычными, но зато настоящими. Потомственными. Один из жителей деревни, где обитала эта семейка, влюбился в молодую ведьму. Ему не ответили взаимностью, и он написал донос, обвинив женщин в колдовстве и черной магии. Да, здесь и не такое бывает. И без инквизиции дураков хватает. Слава богам, что в этот момент Воронов находился в гостях у местного норра. Вот и завертелась эта история… Не окажись там одного из нас – ведьм сожгли бы на костре.

Разобравшись, Димка приказал найти этого доносчика. Нашли, допросили и в назидание остальным сожгли. Ведьмы оказались хорошими лекарками. Им предложили перебраться в столицу, и вот так они оказались в Асперэнде – в лечебнице дюнка Хаугри…

Спустя неделю после Королевского совета я сидел в кабинете, разложив на столе карту наших владений. Смотрел и вспоминал времена, когда увидел эти земли впервые. Это был чужой и пугающий мир. Мир, полный тайн и загадок.

Увы, но прогрессорами мы так и не стали. Даже порох не изобрели. Единственное, чего добились, так это спокойствия на королевских землях. Конечно, если не брать в расчет мятежный север. Наши подданные стали жить намного лучше. Нет, ни о какой демократии и речи быть не могло. Здоровый феодализм – так будет точнее. Крестьяне не являлись рабами, привязанными к земле. Каждый из них был собственником земельного надела и платил налоги норру. Земли хватало на всех.

Да, не все шло гладко. Случались и стычки, и голодные годы. Приходилось закупать хлеб в Баргэсе и помогать крестьянам дожить до весны. Нет, мы не были святыми. Иногда действовали очень жестоко. Усмиряли бунты и развешивали бунтарей на деревьях. Сжигали нежить вместе с пособниками. Всякое бывало. Да, наши руки по локоть в крови. Но никто из королевских подданных не умирал с голоду и не продавал детей за несколько серебряных мюнтов. Законы были суровыми, и виселицы в городах не пустовали.

Разочарованы? Как вам угодно! Мы никогда не ставили задачу сделать всех людей богатыми и счастливыми. Лишь немного изменили правила, не забывая о нравах и традициях этого мира. Нельзя ломать то, что создавалось веками, – не поймут.

– Ка-арр-р! – послышались хлопанье крыльев, хриплое карканье и чуть погодя – резкий стук в окно. Это прилетел Нур. Он был отправлен в Кларэнс и, конечно, вернулся первым. В небольшом кожаном мешочке, привязанном к его левой лапе, лежало письмо от Мэдда. Ворон спокойно подождал, пока я сниму послание, и потом отправился изучать мой письменный стол. Разворошил несколько писем, нашел кусок вяленого мяса на тарелке и успокоился.

Как я и ожидал – Мэдд прибудет в столицу через семь дней. Наш здоровяк никогда не любил опаздывать. Тем более если дело касалось какой-нибудь веселой заварушки – будь то драка или королевский пир. Он уже ведет сотню в Асперэнд. Скоро вернутся вороны с письмами от Дарби и Рэйнара…

Вы не ослышались – вороны. Кроме Нура и Нора есть еще два – Кай и Рэй. Эти два наглеца появились в нашем замке недавно – где-то полтора года назад. Они выбрали своим хозяином Димку Воронова и частенько воевали с моими за кусок пожирнее.

Если все пойдет по плану, то через полтора месяца доберемся до наших северных границ. Там сейчас Арруан Мэш со своим отрядом пограничников. Сто пятьдесят пехотинцев и пятьдесят орденских рыцарей. Кроме них есть гарнизон в замке – еще сотня бойцов. Ну и, конечно, гномы – каменщики и каменотесы, плотники и кузнецы, которых нам предоставил Дарби. Его парни знают толк в такого рода сооружениях.

Неподалеку от границы строится замок. Он был заложен еще десять лет назад Маргом Вертэндом для защиты торгового пути в Асперэнд от разбойников. Срединные земли всегда славились разномастным отребьем, которое промышляло на больших дорогах. После начала мятежа замок несколько раз переходил из рук в руки, но потом его заняли мы. Король передал его под власть нашего ордена. Как и долину, которая является самым уязвимым местом на границе. Многое в этом замке пришлось перестраивать, а стройка шла медленно по причине вечных пограничных стычек между югом и севером. Кто-то из придворных уже прозвал эту войну «Эр стиер фарг» – «Война, которой нет».

Пока мы будем бродить вдоль границы, Димка Воронов останется здесь и начнет собирать войско. У короля Асперанорра нет и никогда не было регулярной армии. Есть королевская стража, состоящая из двухсот воинов, и личная охрана в количестве ста человек, не считая двадцати телохранителей. Единственные регулярные части – рыцари нашего ордена.

48

Как бы там ни было, но замок нам нужен. Это будет хороший форпост для защиты наших рубежей и основа для покорения севера. Мы их все равно добьем. Рано или поздно, но выбьем нежить из Асперанорра. Гномы уже закончили перестраивать первую часть укреплений. Уже закончены стены, опоясывающие небольшой двор, и перестроен донжон. По размерам его можно сравнить с замком Альдкамм.

Новый замок ордена был назван «Арден Грасс» – «Порубежная твердыня», но гномы как обычно переиначили на свой лад – замок Адель или Адель дарр Грасс. Что общего между крепостью и красавицей из гномьих сказок, никто объяснить не смог. Разумеется, кроме самих гномов. Если спрашивали, то они загадочно улыбались и отсылали любознательных к старикам, которые обязательно расскажут историю про красавицу Адель.

Они-то расскажут, но в строгом соответствии с каноном! Предварительно осчастливив искателя истины как минимум сотней предыдущих историй, где про Адель не сказано ни слова. Истории у гномов – длинные. Иногда даже слишком! Причем ни один уважающий себя сказитель не унизит память древних героев кратким пересказом и ненужной в столь важном деле суетливостью.

Если в роду было тридцать четыре колена, то все тридцать четыре будут перечислены с должными почтением и обстоятельностью. При такой манере рассказывать легенды слушателей среди нас не находилось. Даже Лексио Эльвейра, собиратель здешнего фольклора, и тот испуганно отмахивался от таких предложений. Тем более что не стоит забывать и обязательные для гномьего сказителя длинные паузы – нужно же затянуться ароматным табачком, сделать глоток пива или задумчиво поглазеть на горящие поленья в очаге…

Спустя две недели наша рыцарская братия была собрана в Асперэнде, и мы покинули столицу. Две сотни рыцарей в вороненых доспехах и полторы сотни гномов под командой Дарби. Вместе со мной уходили Рэйнар норр Сьерра и Мэдд норр Кларэнс.

Хотя… Какие бы они титулы ни носили, а для меня всегда останутся моими старыми друзьями. Людьми, с которыми мы прошли весь Асперанорр. Замерзали на северных землях, плечом к плечу сражались на улицах Вертэнда, Мэша и Брэйонда.

Где-то в арьергарде двигался Хаугри с монахами и тремя женщинами, которые некогда были ведьмами. Впереди нас ждала долгая дорога к замку Арден Грасс. Когда-то умение совершать марши считалось одним из основных умений войск. Привести армию к месту сражения не так просто, как может показаться на первый взгляд. За пять лет мне пришлось многому научиться. Может, для вас это прозвучит и удивительно, но маршевая скорость кавалерии почти не превышает скорости марша пехоты. Лошадь, какой бы она сильной ни была, все-таки не машина. Это в фильмах герои могут скакать галопом весь день.

Две сотни рыцарей, идущие в колонне по двое, растянулись на целых четыреста метров. Добавьте к этому отряд гномов, дозоры, небольшой обоз, и в результате получится колонна километровой длины.

Просматривая собственные дневники и записи, я часто натыкался на ошибку – называл «рыцарями» простых воинов ордена. Да, это неверно и, может быть, даже неуважительно по отношению к тем, кто заслужил это почетное звание. Дело в том, что долгая пятилетняя война многому научила. Пасторальных картинок в обозримом будущем не предвиделось, а война, так уж она устроена, стирает и нивелирует звания и прочие условности.

Я видел и ложь, и трусость, и предательство. Как видел и настоящую, а не показную храбрость. Мне доводилось встречать людей, которые были настоящими героями. Их храбрость творила чудеса, изменяла ход сражений и спасала жизни людей. Поэтому для меня дорог каждый, кто встал под знамена нашего братства…

Через несколько часов, когда колонна уже перестала растягиваться и вошла в привычный походный ритм, позади нас запели гномы. Старая песня. Времен короля Гэральда Первого и эльфийских войн. Голоса у гномов сильные и глубокие. Они пели, и звуки их голосов были похожи на звучание церковного органа. Пожалуй, никто в Асперанорре не поет с таким чувством, как воины в военных походах. Трубадуры, уличные артисты – это не то. В гномьих песнях нет работы на публику. Они поют как дышат. Раскрываясь полностью, без остатка. А слова полны боли о погибших друзьях и близких, которые ждут дома. Это нельзя описать, это надо слышать и слушать!

В самом хвосте дымили полевые кухни. Они появились у нас года три назад, когда нам надоело терять время на привалах в ожидании обедов и ужинов. Идея принадлежит Лексио Эльвейре, который многое сделал, чтобы наладить наш полевой быт.

Он долго не доверял нам. Присматривался к ордену, нашим делам и поступкам. Прошло не меньше года, прежде чем лед его недоверия растаял. В конце концов мы подружились, и я многое узнал о его нелегкой судьбе. Нет, не буду рассказывать о его прошлом. Полагаю, что летописцы найдутся и без меня. Проливать чернила легче, чем кровь.

– Как это все не вовремя, – буркнул Рэйнар.

– Почему? – покосился на него Мэдд. – Я, наоборот, рад, что выбрался из замка.

– Засиделся?

– Эдак скоро отращу брюхо и начну обрастать мхом. – Стоук усмехнулся и хлопнул себя по пузу.

– В счастье люди толстеют, – усмехнулся я.

– Кира должна скоро родить, – пояснил Трэмп. – Торри утверждает, что будет дочка.

– Я рад видеть тебя счастливым!

– Что поделать, – развел руками Рэйнар. – В жизни каждого человека наступает момент, когда он задумывается – кто заплачет о его смерти? Рад, что, когда подойдет мое время, про меня будет кому вспомнить и поднять поминальную чашу.

– О боги! – пробасил Мэдд. – Он стал мыслителем! Какой ужас…

Дарби ехал рядом. Несколько раз пытались его разговорить, но он или отмалчивался, или отвечал невпопад. Смерть жены сделала свое черное дело – наш весельчак здорово сдал. Его некогда черные как смоль волосы пронизаны седыми прядями. Появились морщины, а в глазах засела тоска.

Через двадцать два дня мы вышли к замку, где нас встретил Арруан Мэш. Глядя на этого молодого мужчину, трудно представить худенького паренька, каким он появился в замке Альдкамм. Сейчас это здоровый и сильный муж. Пусть и молодой, но уже достаточно опытный воин.

Мы гулко прошагали по настилу подъемного моста, прошли сквозь сумрак надвратных башен и оказались во дворе замка. Кто-то из воинов принял от меня повод, и мы отправились в донжон. Во дворе уже пылали костры, на которых жарились тушки кабанов и оленей.

– Не похоже, чтобы эти бездельники голодали, – сказал Рэйнар, с удовольствием вдыхая ароматные запахи.

– Тебе бы только пожрать, – проворчал Мэдд.

Квадратный двор замка был заполнен строительными материалами. Некоторые из них преодолели долгий путь, прежде чем оказаться здесь. Ближайшая каменоломня находилась в пятидесяти километрах отсюда.

На первом этаже донжона накрывали стол. Нам бы умыться с дороги, но баня будет позднее. Кстати, гномы ее построили первым делом. Баню и предбанник с душевой. Еще одна вещь, которую мы принесли в этот мир. Пока местный народ суетился и размещал наших воинов, мы устроились в палатке Арруана. Гномы еще работали над обустройством внутренних помещений, так что некоторым приходилось ночевать во дворе, в шатрах из толстой шерстяной ткани.

Несмотря на летнее время, вечером немного похолодало. Да, здесь такое часто бывает. Здешние погоды любят преподносить неожиданные и не всегда приятные сюрпризы. Так было и в этот раз. Погода испортилась, и пошел дождь. Во дворе раскисла земля. Она чавкала и прилипала к сапогам, делая нашу обувь почти неподъемной.

Слуги принесли жаровню с угольями, чтобы мы могли просушить одежду и немного согреться. Следом доставили несколько кувшинов с горячим вином, щедро заправленным травами. После нескольких бокалов этого напитка вас начинает бросать в жар. Прекрасное средство от простуды!

– Это не армия северян… – рассказывал Арруан, описывая положение на границе.

– Тогда кто? Неужели нежить? – спросил Рэйнар Трэмп и зло прищурился. Он завернулся в плащ и устроился неподалеку от входа (ждал рапортов от своих сержантов).

– Каждой твари по паре. Разве что вампиров нет. По крайней мере, так утверждали беженцы, которые проходили мимо замка.

– Вампиры никогда не любили толпу, – заметил гном Дарби. – Тем более если это толпа нежити.

– Да, беженцев мы встречали, – кивнул я.

– Люди бегут от хаоса, который царит на севере, – развел руками Мэш.

– Хорошо, – подвел я итог и посмотрел на рыцаря. – Как бы там ни было, но тебе надо уходить.

– Что? Как это – уходить? Куда?

– В Асперэнд. Твои воины устали, им нужна передышка.

– Но…

– Не спорь, – отмахнулся я и поморщился. – Тем более что это не просьба, а приказ.

– Магистр!

– Во-первых, ты мне нужен живым. Во-вторых, твоя полусотня ничего не изменит. В-третьих, ты должен передать известия королю и суарнорам. Они ожидают вторжения, но видят боги – тут нечто другое!

– Если честно, – подал голос Рэйнар, – еще непонятное. Пятьсот тварей… Какого черта они задумали? На севере им что, жрать нечего?

– Вот именно, – кивнул я и опять обратился к Арруану: – Ступай, готовься к отъезду.

– Когда мне отправляться? – хмуро спросил парень.

– Завтра утром. Нечего терять время. Перед отъездом зайди, передам письма в Асперэнд.

– Может, зря ты его домой отправил? – осторожно спросил Мэдд, когда Арруан вышел из палатки. – Лишняя полусотня нам не помешает.

– Ты видел его парней? Их ветром от усталости качает. Они же из дозоров не вылезают.

– Да, но они воины ордена.

– Именно поэтому! Не хочу лишних жертв. Каждый воин нашего ордена на вес золота, а им нужен отдых. Тем более что Арруан слишком молод. Надо думать не только о сегодняшнем дне. Дарби…

– Да, Серж!

– Когда твои парни немного передохнут, отправь их на разведку. Пусть прогуляются на север и посмотрят, как там обстоят дела с нежитью.

– Сделаем, – кивнул гном и поднялся.

– Трэмп – на тебе дозоры.

– Хорошо, Серж.

– Все. – Я поднял голову и обвел взглядом своих парней. – А теперь давайте расходиться. Всем спать. Завтра будет новый день, и он принесет новые хлопоты. Спать!

Несколько дней были заполнены обычными заботами. Дозоры, разведка, осмотр замка. Разведчики из отряда Дарби ушли на север. Они должны были вернуться через неделю, не раньше. Посмотрим, какие вести принесут. В один из дней я сидел у палатки, изучая схемы и чертежи, которые были сделаны строителями. Ко мне подошел гном.

– Магистр, к вам прибыли… – Он даже замялся, но быстро нашелся и закончил: – Нелюди.

– Кто?! – Я даже развернулся.

– Нежить. Норр Дарби послал предупредить вас. Они хотят говорить с вами…

49

Совет был собран в моей палатке. На этом собрании присутствовали Рэйнар Трэмп, Мэдд Стоук, Дарби и несколько сержантов. Пока я размышлял, парни спорили над планом долины, на который были нанесены данные, полученные от разведчиков. Гномы Дарби прекрасно справились со своей задачей. Они вернулись, принесли сведения, отоспались и опять ушли. Железные люди, а не гномы!

– Интересно, – прищурился Дарби, – неужели они рассчитывали, что мы согласимся?

– Мечтать не вредно – вредно не мечтать, – ввернул Трэмп. Он уже достаточно хорошо говорил на русском. Кира не теряла времени даром.

– Нам дали подумать, – напомнил Мэдд. – Или мы принимаем бой или закрываемся в крепости и позволяем нежити пройти на юг. Давайте не будем тратить драгоценные минуты на пустые и ненужные разговоры!

– До завтрашнего утра.

– Да, но скоро полночь.

– Если утром мы не ответим, то они пойдут на прорыв?

– Да, – сказал я. – Не удивлюсь, если на рассвете увидим их армию, выстроенную на поле.

– Если укроемся в замке, то вполне протянем до подхода основных сил, – сказал один из сержантов.

– И пропустим нежить на юг? – хмыкнул Мэдд. – Это не самая лучшая идея, сынок.

– Я же не предлагаю сдаваться, – смутился сержант и затих.

– Нам нельзя пропускать нежить, – ответил я, – и это даже не обсуждается.

– Дадим сражение этим тварям? – хмыкнул Дарби и степенно огладил бороду.

– У нас хорошая позиция, – задумчиво протянул Мэдд Стоук, – и выход из долины…

– Мы перекроем лишь в том случае, если не будем отсиживаться, – перебил его я. – Чем быстрее разделаемся с бунтовщиками, тем быстрее закончится война.

– Если разбить нечисть, – рассудительно заметил Трэмп, – то появится реальный шанс продвинуться на север и потеснить мятежных норров. Пожалуй что магистр прав, и я буду голосовать за то, чтобы дать сражение этим тварям.

– Это твое решение, Рэйнар Трэмп?

– Да, Серж!

– Мэдд Стоук?

– Конечно, драться, мастер!

– Дарби?

– Почему бы и нет? – ухмыльнулся гном. – Сражаться всегда интереснее, чем отступать. Тем более что отступать нам некуда.

Я подошел к столу и посмотрел на карту. Парни продолжали переругиваться, обсуждая различные варианты и способы остановить нежить.

– Мы находимся на возвышенности, а по краям пологие склоны… – напомнил Мэдд.

– Где можно разместить лучников из отряда Дарби.

– Хорошо, – кивнул я. – Будем делать так…

Когда я проснулся, а точнее – когда меня разбудили, было еще темно. Открыл глаза и увидел Рэйнара Трэмпа, стоящего рядом с моей койкой.

– Серж…

– Что случилось, Рэйнар? – Я сел и провел руками по лицу. Спать хотелось неимоверно. Вчера мы долго совещались и разошлись уже за полночь.

– Нежить… Они вышли к долине. Увидели костры нашего лагеря и остановились.

– Готовятся к сражению?

– Судя по всему – да. Нас ждет хороший день! – Его глаза весело блеснули.

– Очень хороший!

– Боги будут улыбаться, глядя на нас!

– Эр мием фьер!

– Да, мастер!

– Если не трудно, – позови Кальви. Пусть поможет облачиться в доспехи.

Трэмп кивнул и вышел из палатки. Через несколько секунд пришел мой оруженосец. Зная мои привычки, он принес ведро холодной воды и чистое полотенце. Пока я умывался, оруженосец метнулся на улицу, чтобы приготовить кружку кофе. Боец из этого парня никакой, но кофе он готовит отменно.

Когда я закончил одеваться, на улице послышался рокочущий бас Мэдда. Наш здоровяк, судя по его хриплому голосу, тоже не выспался и был готов рвать нежить голыми руками. По крайней мере ругался он громко и с удовольствием. Я откинул полог и вышел наружу. Горел костер, и его пламя отражалось в серебряных гербах, которыми были украшены доспехи рыцарей. В предрассветной мгле раздавались простуженные крики сержантов, которые строили свои десятки. Гремели оружием гномы, всхрапывали лошади, чувствуя настроение седоков… Мы заперли выход из долины. Намертво.

– Магистр! – подскакал Рэйнар. Он так резко осадил жеребца, что тот захрипел и присел на задние ноги.

– Что случилось?

– Вернулись разведчики Дарби… Они принесли плохие новости.

– Не тяни!

– Они утверждают, что нежити гораздо больше! Не меньше трех тысяч.

– Три тысячи? – Я даже присвистнул от удивления. – Это немного больше, чем насчитали люди Арруана Мэша. Откуда они взялись?!

– Понятия не имею. Видимо, подошли вчера вечером или ночью.

– Да уж… немного больше. В шесть раз. Что нежить?

– Они уже строятся для битвы…

Кто-нибудь с высоты прожитых лет снисходительно заявит, что наша атака была самоубийством. Да, она может показаться необдуманной и неоправданной. Увы, но другого выбора у нас не было. Мы не имели права укрыться за крепостными стенами орденского замка и пропустить нечисть на юг Асперанорра. Туда, где остались наши семьи и правил молодой король Андрэ Лагар.

Нам нельзя было отступать. Тем более что нежить так удачно собралась. Грешно не воспользоваться этим шансом и не разделаться с ними. Мы встретили их здесь, в долине, которая даже в преддверии битвы поражала красотой. Суровой и благородной красотой северного края.

Эти земли вырастили таких людей, как Рэйнар Трэмп и Мэдд Стоук. Робьен Кларэнс и Вэльд Рэйн. Стиг Наэрр и Гэрт Майг. Дарби Альдкамм и Гонард Шэр. Альвэр, Барри, Сигур… Люди и гномы, которые были рядом во времена самых тяжелых испытаний. Нельзя предать землю, которая подарила таких друзей.

Светало…

На востоке уже появилась тонкая светлая полоска, но большая часть долины еще лежала в тяжелых предрассветных сумерках. Я поднялся на стременах и обернулся, чтобы увидеть картину, которая заставит взволнованно биться сердце любого воина. Две сотни закованных в черную броню рыцарей. Рыцарей, несущих на своих щитах оскаленную морду, отливающую холодным серебряным блеском. Они замерли в ожидании сигнала. Лишь лошади звенели упряжью и встряхивали гривами, оживляя эту картину.

На склонах холмов, которые закрывали выход из долины, строились гномы. Я не видел их лиц, но знал, что они улыбаются. Это их день. День, когда каждый, даже самый маленький гном станет великаном. Каждый из полутора сотен, независимо от того, какой герб украшает наши щиты: Черных Псов, Легиона или Брунга. Сегодня мы звери. Посланники богов, готовые рвать нежить зубами.

Мы сделаем это. Любой ценой. Даже если долина, лежащая в самом центре королевства, станет местом нашей последней битвы. На небе исчезли звезды, и даже созвездие Черных Псов поблекло за нашими спинами. Еще несколько минут, и оно тоже растворится в зареве рассвета.

Возможно, и мы тоже исчезнем. Так было сказано в древней легенде, превращенной нами в реальность. Уйдем по скорбной тропе на север. Туда, куда уходят погибшие воины этого мира. Мы уйдем, а люди будут жить, и кто знает – может, будут слагать песни об этих сотнях, вставших на пути нежити.

Зачем?

Чтобы на земле воцарился мир, и боги, живущие на севере – там, где никогда не заходит солнце, – могли взяться за руки. Чтобы рождались дети. Чтобы женщины не проливали слез над могилами сыновей, мужей и отцов.

Я хотел бы превратиться в ворона, чтобы еще раз увидеть Асперанорр с высоты птичьего полета. Этот безграничный простор и строгую северную красоту. И боль сдавливала мое сердце, будто… Нет, это неправильные мысли. Нам рано умирать. Мы еще не все сделали в этом мире. У нас хватит дел до глубокой старости. С моего плеча сорвался ворон Нур и, мелькнув черной молнией, унесся вверх.

– Ка-арр-р!

Ко мне подъехал Рэйнар. Он непривычно серьезен, собран и тверд. Да, я совершенно уверен в своих братьях. Мы не отступим. Не умеем.

– Магистр, мы готовы.

– Командуйте, Рэйнар норр Сьерра!

– Да, магистр.

– Раздери меня дьявол! – Я услышал рокочущий бас, и рядом появился Мэдд верхом на своем огромном жеребце. – Вы что, парни, собираетесь драться без меня? Это нечестно!

Его вороной скалился, грыз удила и гулко бил копытом в землю, словно чувствовал близкую схватку и с нетерпением ждал этого кровавого месива.

– Я рад вас видеть, Мэдд норр Кларэнс! – с улыбкой кивнул я.

Мэдд усмехнулся, огладил свою роскошную черную бороду, занял место справа от меня и с важным видом пробурчал:

– Всегда к вашим услугам, магистр.

– Все готово, – доложил Рэйнар и встал рядом с нами.

– Дарби?

– Ждет нашего сигнала. Гномы рвутся в бой.

– Спасибо вам, парни…

– И да помогут нам боги, – пробурчал Мэдд.

– Слава богам, – ответил ему Рэйнар и поднял руку, давая команду остальным.

И тут же раздалась дробь барабанов, и следом за ними зазвучал пронзительный плач волынок. Они звали в бой, сожалели о будущих жертвах и придавали нам силу богов. Пусть на короткое мгновение, но нам и этого хватит.

– Хэйс!

И мерной поступью вперед. Медленно и неторопливо. Широким и ровным строем. Еще немного, и мы развернемся в смертоносный стальной клин. Шаг сменился неторопливой рысью. Я спиной чувствовал, как мы с парнями превращаемся в острие этого черного клинка, несущегося навстречу смерти.

Нет, я ни о чем не жалел. Шел к этому долгих семь лет. И теперь, когда цель так близка, уже не важно, сумею ли я выжить. Мерный топот лошадей слился с биением сердца. Оно чувствовало, а значит, еще жило.

Мгновение, и лошади сорвались в стремительный галоп. И словно подтверждая наше право на победу, над горизонтом блеснуло солнце. Одновременно с его первыми лучами над полем разнесся бешеный крик наших рыцарей.

Рыцарей, идущих в свою, может быть, последнюю атаку:

– Хэльдаа-а-аррр!!! – Я иду!!!

50

В голове еще слышались крики и звуки битвы. Звон и лязг стали, ржание лошадей и плач волынок. Трубы звали рыцарей в эту последнюю схватку, а предсмертные стоны заглушали гром барабанов.

Но образы тускнели, отступали куда-то вдаль и тонули в темноте моей памяти, словно в бездонных глубинах моря. И проступали другие. Едва заметными штрихами, набросками, мазками. Словно их рисовал неизвестный художник, создавая новый мир. Не надо! Оставьте все так, как есть! Мне надо туда! Там я живу!!!

Губы были сухими, словно их осыпали горячим песком, а в горле застыл кусок острого льда. Дьявольщина! Словно услышав, надо мной склонилось женское лицо. Эйра? Нет, этого не может быть. Она же погибла. Новая жрица? Дайте же мне воды, дьявол!

– Im leddaj kamm… – тихо попросил я.

– Владимир Михайлович, он очнулся и бредит, – сказал женский голос.

– Berrent die vjern! Нет, только не это! Нет!!!

Откуда-то сбоку появилось мужское лицо. Чеховская бородка, очки в квадратной оправе. Боги, что вы со мной делаете?!!

– Вы меня слышите?

– Да, слышу… Где я нахожусь?

– В институте «Скорой помощи» Склифосовского.

Легкий укол в предплечье, и его лицо исчезло в тумане забытья. Хотел встать, но тело уже не слушалось. Даже боль исчезла, и я провалился в бездонную черную пропасть. Куда? Не знаю. Может быть, на встречу с богами? Я уверен, что они встретят меня улыбками.

– Давление падает…

– Черт, мы его потеряем! – раздался чей-то голос, и наступила темнота…

Я уже не слышал. В этом тяжелом и вязком беспамятстве вернулась память, и я опять шел в атаку. Видел, как мы прорвали строй нежити. Видел, как рвали на части тварей, которые несли зло на земли Асперанорра. Как наяву чувствовал вкус крови на губах, и в груди закипала злоба. Помню победные крики гномов и стоны раненых. Что было потом? Не помню… Сильный удар, и я упал с лошади. Поднялся, но получил еще один удар – в грудь. Боль. Как сквозь туман, проступало лицо Мэдда Стоука, который, отбиваясь от врагов, тащил меня в сторону. Небо над головой, затихающие звуки битвы и лицо Рэйнара Трэмпа, забрызганное грязью и чужой кровью. Он что-то кричал, но слов было не разобрать. Даже в этом бреду я опять чувствовал, как уходила из меня жизнь. Там – в Асперанорре. Как холод подбирался к сердцу. Помню, как Хаугри, упав на колени, приподнял мою голову и попытался напоить эликсиром из золотой фляги. Тщетно. Я умирал и прекрасно понимал, что умираю. Там, в этой прекрасной зеленой долине. Это было не важно – мы выполнили свой долг. Если… Если все это не бред и не сумасшествие…

…Спустя две недели меня перевели в палату.

Появились посетители. Одним из первых заявился Денис. Да, тот самый веселый коллега, похожий на Шурика из комедий Гайдая. Он притащил большой мешок фруктов и несколько пачек сигарет, которые тайком сунул под мою подушку. Он долго рассказывал о каких-то новостях, которые я не слушал. Не слышал. Не хотел слышать. Лежал и молча смотрел в потолок. Слишком многое на меня навалилось. Казалось, еще немного, и сойду с ума. Сквозь обрывки образов и мыслей пробивался веселый лепет Дениса:

– Так что твой мотоцикл отремонтирован. Мужик, в которого ты врезался, признал свою вину. Вдобавок он еще и пьян был. Бухой вдребезги! Ребята из нашей СБ с ним пообщались и пришли к какому-то соглашению. Подробностей не знаю, они тебе сами все расскажут, когда из больницы выберешься. Байк стоит в нашем гараже и выглядит лучше, чем новый. Директор пробовал бухтеть, что он, видите ли, занимает парковочное место, но его жена обложила такой руганью! Представляешь – прямо при всех сотрудниках нашего отдела! Наш дирик и поник, как лист. Она что, к тебе неровно дышит? Ну же, Серега! Признайся! Расскажи старому боевому товарищу! Был грешок?

– Денис, остынь…

– Ну да, конечно. Понимаю. – Он кивнул и наконец замолчал.

– Что-нибудь еще?

– Нет, больше ничего нового. Пойду я… Послезавтра зайду.

– Спасибо.

Через несколько дней меня навестила жена директора. Она долго расспрашивала о здоровье и каких-то бытовых мелочах. Рассказывала о разборках с этим пьяным водителем и какой-то денежной компенсации, которую вытрясли ребята из службы безопасности.

– Сергей, я понимаю, что вам для полного выздоровления необходим отпуск. Поверьте, мы готовы предоставить все необходимое…

Незадолго до выписки в палату пришел хирург, который меня оперировал. Он долго пытался меня разговорить, наблюдая за моей реакцией. Я старался его не разочаровать и как мог поддерживал беседу. Он был похож на нашего лекаря Хаугри. Эдакий чеховский типаж.

– Скажите, Сергей Михайлович, – начал доктор. – Это ведь не первая ваша авария?

– Первая. До этого как-то Бог миловал.

– Хм… Вот как… Вы воевали? Горячие точки? Для Афганистана слишком молоды. Чечня?

– Нет, не воевал.

– Ну да, конечно… Понимаю. – Он осторожно похлопал меня по руке. – Иногда есть вещи, которые лучше забыть.

– Доктор, что вы хотите сказать?

– Дело в том, что на вашем теле столько шрамов, что… – Он замялся и несколько минут молчал. Потом вздохнул и продолжил: – Поймите меня правильно, Сергей… Я не собираюсь копаться в вашем прошлом. Мне, вы уж простите мою бестактность, просто любопытно.

– Что вас интересует?

– Ваши шрамы. Дело не только в их… изрядном количестве. Большинство ран заживало без должной врачебной помощи. Швы накладывались слишком грубо.

– Наверное, мне просто не везло с врачами.

– Да-да… конечно. – Он опять покивал. – Как ваше плечо? Не болит?

– Уже лучше.

– Когда вас привезли, оно выглядело ужасно.

– Верю.

– Когда вы поступили к нам, мы сделали рентгеновский снимок, – доктор прищурился и пристально посмотрел на меня, – и обнаружили в теле металлический осколок. Поначалу я подумал, что это пуля. Форма, знаете ли…

Он замолчал и снял очки. Неторопливо достал из кармана носовой платок и задумчиво протер линзы. Эти несколько секунд показались мне вечностью.

– Пуля? – переспросил я. – Этого не может быть…

– Вы совершенно правы, это не было пулей. Кусок металла, но очень интересной формы! Можно подумать, что вы стали жертвой Амура! – Доктор улыбнулся, но улыбка быстро исчезла, и он опять стал серьезным. – Очень, знаете ли, похоже…

– При чем здесь Амур?

– Осколок, который вынули из тела, оказался наконечником стрелы. Судя по всему, он там находился очень давно. Будь ваша рана свежей, был бы обязан поставить в известность полицию, но… за давностью лет это делать не обязательно.

– Вы его выбросили?

– Нет. – Он опять полез в карман своего халата и, немного покопавшись, достал небольшой пластиковый мешочек. – Извольте!

Я взял пакет в руки, и меня точно током ударило. Знакомая вещица. Осколок… Нет, это не осколок! Такие наконечники для арбалетных болтов делали в кузнице нашего замка. Перед глазами возник замок Кларэнса. Наше возвращение из Асперэнда и покушение на виернорра южных земель – Сержа норр Кларэнса, магистра рыцарского ордена. Значит, это не бред. Слава богам! Я думал, что сошел с ума!

– Увы… – Я попытался улыбнуться, но получилось плохо, и доктор это понял.

– Вы уверены?

– Да. Понятия не имею, откуда это взялось в моем теле.

– Ну и ладно. – Он улыбнулся и похлопал меня по руке. – Выздоравливайте!

– Спасибо вам, доктор.

– Не за что.

– Осколок…

– Что? – Он, уже стоя в дверях, повернулся ко мне и прищурился. – Что? Ах да! Оставьте его себе. На память…

Когда он ушел, я встал и выбрался во двор больницы. Мимо меня пробегали красивые сестрички в белых халатах и вечно уставшие интерны с красными от недосыпания глазами. Бродили озабоченные посетители с большими сумками, набитыми соками и мандаринами.

Смотрел на этот мир, и мне становилось страшно… Достал из кармана пачку сигарет, закурил. Пальцы дрожали… Шок? Нет, он уже в прошлом. Вместо него навалилась пустота, похожая на смерть.

Мэриан… Дети… Друзья… Пережить эту разлуку и остаться живым – самое страшное, что можно было представить. Я был потерян и раздавлен. Уничтожен. В голове бился только один вопрос – зачем? Даже друзей, которые могли дать ответ на этот вопрос, рядом не было. Курил одну сигарету за другой, смотрел на окружающих, и мир становился блеклым и пустым. Зачем выжил? Зачем меня бросили обратно, в промозглую и чужую серость этого мира? Этот вопрос мучил меня постоянно. Каждый день, проведенный в этом мире. Увы, но ответа не находилось.

Через несколько недель я приехал в наш офис. Была пятница. Пост охранника, где скучал наш старый донжуан в серой форме с ярко-желтыми нашивками. Он приветливо улыбнулся и махнул рукой.

– Привет, Сергей! Вернулся?

– Как видишь.

– Как здоровье?

– В норме.

Еще один коридор. Щелчок замка. Кабинет… Слава богу, что сотрудники ушли на обед, избавив меня от радостных криков и сочувственных взглядов. Увы, но ушли не все. Рядом с кофейным аппаратом стоял Денис. Он ухмыльнулся и подмигнул.

– Привет, страдалец! Директор просил тебя зайти, если появишься.

– Директор? – поморщился я.

– Если быть точным, то жена директора. Она сегодня весь день сидит в офисе. Жутко злая. Застукала благоверного с девочкой из бухгалтерии. Представляешь, какой был скандал? Она вошла к нему в кабинет, а они даже дверь не заперли и…

– Черт с ними.

– С кем именно?

– Не обращай внимания. – Я отмахнулся и сел за стол.

Провел ладонью по столешнице – чужой и хрупкой. Нет, это не мой мир. Мой остался где-то там… По ту сторону бытия.

– Сергей, может, кофе попьем? – спросил Денис, держа в руках кофейную кружку. – Тебе как, можно?

– Нет, спасибо.

– Врачи запретили? Знаешь анекдот про трезвого медика? Приходит врач к…

– Знаю, – перебил я. – Но кофе все равно не хочу.

Взял чистый лист, ручку и аккуратно, словно писал чернилами, начал:

«Директору… от Сергея Михайловича Вьюжина, сотрудника отдела информационной безопасности. Заявление. Прошу уволить по собственному желанию. 8 августа 2014 года. Подпись».

По привычке поискал на столе песочницу, чтобы присыпать чернила.

– Дьявол…

– Что-то нужно? – К столу подошел Денис с кружкой. Судя по запаху, он в кофе коньяку плеснул. Посмотрел на мое заявление и вытаращился:

– Ты что, уходишь?! С ума сошел?

– Да, Денис. Ты совершенно прав – ухожу.

– Но почему?

– Лучше не спрашивай.

Через несколько часов я вышел из офисного здания. Смотрел и понимал, что я здесь чужой. Изгой этого мира. Глядел на вавилонское столпотворение и на людей, бредущих под палящим солнцем. На машины, замершие в бесконечных пробках. Мелькали человеческие лица. Как часто в их глазах сквозила пустота. Пустота, порожденная бесцельностью жизни и скукой. Шум, пыль…

– Berrent die v’ern…

– Что? – переспросил охранник, стоящий у дверей.

– Ничего, – отмахнулся я и, опираясь на трость, спустился по ступенькам вниз.

Спустя месяц, закончив свои дела, я уехал из города. Меня здесь ничего не держало, но есть вещи, которые обязан сделать. Я обещал и, значит, должен. В памяти остались имена тех, кто некогда был рядом. Нет, не здесь. Там, в Асперанорре.

Хочу разыскать следы этих людей. Даже если найду лишь фамилии на холодном граните надгробий… Меня ждут. Кто? Не знаю. Наверное, дороги и долгие часы одиночества. Рев мотоцикла. Закаты и восходы чужого для меня мира. Мой путь. Ну что ж… Эр мием фьер!

Послесловие

Байкер остановился и посмотрел на приморский город, лежащий внизу у подножия горы. Он расстегнул карман кожаной куртки и вытащил сигареты. На жилете рукой искусного мастера был изображен профиль оскаленного волка. Мужчина неторопливо курил и смотрел на город. Один из множества курортных городов на южном побережье России. Узкий, извилистый серпантин дороги был пуст, и лишь иногда проезжали битком набитые машины с ошалевшими от путешествия отпускниками. От нагретого за день асфальта пахло смолой и бензином. Вечерело. Улочки расцветали огнями, а набережная искрилась и переливалась разноцветными гирляндами.

Он неторопливо докурил сигарету и отбросил окурок. Посмотрел на город и покачал головой. Потом завел мотоцикл и уехал вниз по серпантину. Его ждал еще один город. Еще одно имя в памяти…

Когда габаритные огни исчезли, а рев мотора почти затих, в надвигающейся темноте раздалось хлопанье крыльев. В небе мелькнула черная тень, и на каменное ограждение сел большой черный ворон. Он покосился черным глазом на опустевшую дорогу и даже замер. На левой лапе блеснуло серебряное кольцо, украшенное неизвестными рунами…

– Ка-арр-р!

Глоссарий

Отдельные слова и выражения на языке эбертнорре, употребленные в романах цикла «Под созвездием Черных Псов»

арга – одинокий

аргас, аргэс или аргхас (букв. «потерявший путь») – древнее название гномов-изгоев

аргнорр (букв. «твой путь») – магический подарок (амулет), определяющий судьбу.

беррэнт дэ вьерн – грубое ругательство

брейо – хлеб

бэскер – защита

виернорр – правитель округа или провинции

грасснор – серебряная монета квадратной формы. Равна десяти даллинорам (30 г).

гуррефэйр – один из священных гномьих ритуалов

Даггри – богиня воздуха

даллинор – серебряная монета, равная пяти мюнтам (3 г)

ди эберт орр (букв. «слово без лица») – слухи, сплетни

дрэнор (букв. «живущий под землей» или «обитающий в недрах») – нечистая сила

ду фриэт! (букв. «свободен!») – освобождение от клятвы

дьен грэ, диэн грэ, диенрэ (в зависимости от наречия) – вежливое обращение

дюнк – бродячий монах и врачеватель

ерре – или

илл эрфил тьерр (букв. «победу оценивают по рассказам») – пословица северян о южанах

иллиер – победитель

Иллис – богиня солнца

камм – вода

контэр – мельник

лагар – волк

лейн, лейан, леян (в зависимости от наречия) – мера длины (ок. 500 м)

Лейрн – бог земли

муффи – чумазый

мюнт – самая мелкая серебряная монета (0,6 г)

наввэл – молодой тюлень

навэр – хвост

найяр – кувшин

норр – мелкий земельный правитель

норре – земля

оррэт! (букв. «слово!») – клятва, произносимая наемниками

оттиер (эльфийск.) – дочь

рагс, раэгс, рэйгс (в зависимости от наречия) – дракон

райдэ – бегом

Раннэл олле – старые ворота

реске-хэнт – отложенная или растянутая во времени казнь

ретт – светлое местное пиво

ривваэль, риввэл (в зависимости от наречия) – старый тюлень

рийяль – нож

руна-ретт – темное крепкое пиво

руна-фрайн – темный огонь (местное название кофе)

рунг – должник, попавший во временное рабство

рунгнор (букв. «привязанный к земле» кредитора до погашения долга) – должник

рэйк – продолжать

рэтскап – пленник, захваченный на войне

рэттуэр – предатель

рюэвинт – виноградная лоза

рюэллеш – кормилица

саргье, саргье, саргэ (в зависимости от наречия) – массаж

сарр – достаточно

саррэ? (вопросительная форма) – достаточно?

свейн – копье

скардэр – сборщик налогов

скьергихарт – справедливость

суарнор – советник короля

тадд-мэрр – отлученный жрец, обладающий тайными знаниями чернокнижник

тордаг – война

тэсмер – королевский чиновник, надзирающий за монетным двором

ульд – честный

франне, фрайн, фрайя (в зависимости от наречия) – огонь, пламя

Хаббе – бог моря

хаугри – молчаливый

хог – дерево

хоррастир (эльфийск., букв. «старший добытчик») – главный ловчий

хэйс – вперед

хэльдар! (букв. «Я иду!») – боевой клич воинов-северян

шлейор – сундук с магическим замком

эбертнорре – язык Мира четырех богов

эйскол – порог

эльве – река

Эльвефрайн – огненная река

Эльхар сарэ та мэрр (мэррэ) (букв. «уходящий забирает большую часть скорби») – пословица

Эр мием фьер! – да будет так!

Эр стиер фарг – война, которой нет

эсколл (северные наречия) – рубеж

эстелькхорк – местное название мифической мантикоры

Эсхи рея роя вире ирре мисс ет вьярре тьор – детская считалочка

этерн дарр, дарре – универсальное приветствие

Сноски

1

И. Ильф, Е. Петров. «Двенадцать стульев».

2

Фраза из кинофильма «Раба любви».

Content

Игорь Негатин
Миротворец

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

Послесловие

Глоссарий

Сноски