Как я строил магическую империю 8

Глава 1

Даже получив такие судьбоносные новости, я решил не портить людям праздник и, кроме самых приближенных, никому ничего не сказал.

Застолье продолжалось, люди сменялись, но всё больше приходило тех, кто просто зашёл поужинать после работы. Разумеется, и они с радостью поздравляли Милу с днём рождения, но ввиду того, что конца веселью видно не было, в определённый момент мы незаметно свалили и уже через несколько минут вошли ко мне в комнату.

— Ты весь последний час какой-то сосредоточенный, — проговорила девушка, прижимаясь ко мне. — Я что-то сделала не так?

— Да брось ты, моя хорошая. Ты молодчина, и всё прошло просто великолепно. Там кое-что случилось за пределами Савино, но завтра, думаю, ты и сама об этом узнаешь.

— А, ну хорошо. — Мила поцеловала меня и принялась расстёгивать рубашку. — Мне, кстати, понравилось вчера смотреть в зеркало, когда мы… Ну, это…

— Я же говорил, что будет интересно, — усмехнулся я и взял её ладони в свои. — Милая, на самом деле у меня ещё кое-что для тебя есть.

— И что же? — Девушка с любопытством посмотрела на меня.

— Вот.

Я достал небольшую плоскую коробочку и протянул её Миле. Ее зелёные глаза загорелись, она буквально выхватила у меня подарок и тут же его раскрыла.

— Ух ты, какая прелесть! — закричала девушка и бросилась мне на шею. — А из чего это?

— Это серебро, оно лучше всего проводит магию. Но, если ты посмотришь, цепочка обсыпана измельчённой крошкой стихийных жемчужин. И сердечко это не простое, внутрь встроен очень мощный маячок. Надо нажать вот здесь, и он заработает. А когда он заработает, мой пип-бой сумеет тебя обнаружить практически с любого расстояния. Он настроен на этот маячок. Только учти, если окажешься в диких землях и вокруг будут кристаллы, эту штуку, после того как ты её включишь, надо с помощью магии закинуть как можно выше.

— Как здорово, спасибо. — Мила сунула мне в руки подарок и повернулась спиной. — Поможешь?

— Конечно. — Я повесил кулон подруге на шею, застегнул замочек и продолжил: — Это ещё не всё. Нанесённые на цепочку и на сам кулон руны будут впитывать окружающую тебя стихийную энергию и передавать её в твой резервуар. Не сказать, что прям супермощно, но это позволит тебе восстанавливаться быстрее.

— И это всё в одном маленьком кулончике? — Мила повернулась ко мне, держа в пальцах маленькое сердечко.

— Я вложил в него все мои чувства к тебе, — улыбнулся я.

— Спасибо. — Мила впилась в мои губы поцелуем. — Но я рассчитываю, кроме сердца, получить ещё кое-что.

Девушка толкнула меня на кровать и запрыгнула сверху.

* * *

Утром темно-серые облака продолжали пугать дождём, но люди не обращали на это внимания: все только и говорили о предательстве ещё одного князя и вторжении пермских войск в Ижевскую область. Правда, после первой волны эмоций все осознавали, что мы давным-давно готовы к происходящим событиям, и, в общем-то, в нашей жизни ничего не изменилось.

Все три расположенных на втором этаже усадьбы радиостанции не замолкали ни на минуту. Я тоже воспользовался одной из них, правда, связаться смог далеко не со всеми, с кем планировал.

Мне так и не удалось поговорить с главой «Достойных потомков», а, откровенно говоря, очень хотелось. Не смог связаться я и с Волковым, а Костя сказал, что сам заедет ближе к часу. Зато Феникс порадовал тем, что ночь в Лос-Сантосе прошла спокойно, а новости только лишний раз утвердили людей в мысли, что сила в единстве.

Кроме основных разговоров, я провёл ещё полтора десятка коротких бесед, после чего, оставив рации на специально обученных людей, пошёл закрывать хвосты по деревне.

Первым делом вырыл несколько складов. Потом зачаровал сегодняшнюю партию оружия, боеприпасов и брони. После чего с чистой совестью отправился дальше ломать кристаллы на дороге жизни. Как ни крути, в свете последних событий Лос-Сантос становился всё более важным пунктом в нашем развитии, и соединить его с Савино следовало как можно быстрее.

В напарники мне, разумеется, снова достался Максим, и мы с ним быстро уничтожили десяток кристаллов с тридцать пятого по сороковой уровень, после чего взяли Влада и сломали ещё три кристалла выше сорок первого уровня. Мы уже шли к четвёртому, когда меня окликнул прибежавший запыхавшийся радист.

— Дмитрий Николаевич, срочное послание из Лос-Сантоса.

— Что там? — спросил я.

— Пришёл большой отряд, а точнее, войско из диких земель, от князя Сергея Ярого. Требуют, чтобы их пустили в город.

Сергей Ярый — это же вроде тот самый, которому служил ныне покойный глава «Чёрных Василисков». Интересно, он пришёл по поводу того, что я сделал с его протеже? Или просто это первая ласточка из тех, что потянулись на горячее, понимая, что в Нижегородской империи наступают лихие времена? Скорее всего, второе.

Разумеется, приход людей из глубины диких земель мы обсуждали вместе с главами всех представленных в Лос-Сантосе кланов и единогласно решили их к себе не брать, установив регламент вежливого отказа. Сейчас все представители кланов соберутся и тайно проголосуют, после чего Феникс вынесет решение. В данном случае решение заведомо отрицательное.

В принципе, моё присутствие для всей этой процедуры необязательно, но этот князь ближайший к нам. Столица его владений расположена в двухстах с небольшим километрах. То есть в трёх днях пути армии. А армия эта, по слухам, чуть ли не десять тысяч человек, плюс союзники. Наверняка эта цифра серьёзно завышена, да и он вряд ли пошлёт их всех, но лучше первый контакт провести мне лично и посмотреть повнимательнее на опасных соседей.

— Влад!

— Слушаю, ваше сиятельство! — отозвался главный гвардеец.

— Собери небольшой отряд, выдвигаемся в Лос-Сантос. Вернее, я выдвигаюсь, а ты остаёшься здесь за главного. Хотя стой, давай сначала сломаем этот кристалл.

Я указал на торчащую перед нами четырёхметровую громадину и жестом подозвал Максима, который, расстроившись было из-за информации о том, что я скоро уйду, снова заулыбался.

* * *

В Лос-Сантос мы прибыли через два с половиной часа.

— Человек сто навскидку, — сообщил поднявшийся со мной на стену Рыбак.

Действительно, метрах в четырёхстах от стены в лесочке ждали ответа примерно сто бойцов. Одеты они были в военную форму, и у каждого над локтем чернела повязка с каким-то белым, неразличимым даже в бинокль рисунком.

— Дим, решение готово, — крикнул подбежавший Феникс.

— Залезай сюда. — Я указал на лестницу, ведущую на вершину стены. — Какие результаты?

— Очень смешно, — хмыкнул Феникс. — Разумеется, единогласно. Проголосовали против их входа в город даже те, кто не явился на голосование.

— Хорошо, тогда я сейчас пойду и сообщу им.

— Там Карина хочет с тобой сходить. Она вроде Ярого этого знает и очень плохо к нему относится.

— Да пусть идёт, если хочет, — усмехнулся я и спустился со стены.

Глава «Ядовитого плюща» тоже сегодня ждала дождя и была закутана в длинный чёрный плащ.

— Мы уже тут заскучали по вам, ваше сиятельство, — с улыбкой сообщила она.

— Так я же недалеко живу, — пожал плечами я. — Можете в любой момент в гости заходить.

— Ой, да как-то всё не с руки. — Женщина кокетливо улыбнулась и поправила густые чёрные волосы. — Тем более я слышала, у вас невеста в Савино есть, может, подумает чего-нибудь не того.

— С невестой я разберусь, — рассмеялся я. — Так что, говорят, вы знаете этих людей?

— Да, Сергей Ярый — редкий отморозок, но очень сильный маг ветра. Я лично встречалась с ним и видела, как на арене он победил одновременно трёх тоже совсем не слабых колдунов.

— Но нам в любом случае придётся с ними поссориться, — развёл руками я.

— Это по-любому, — кивнула женщина. — И, собственно, хотела вам посоветовать одну вещь. Он из тех, кто понимает только силу, и поэтому лучше говорить с его посланником жёстко.

— У меня своя отработанная методика, — хмыкнул я. — Если вы со мной, то пойдёмте.

В сопровождении десяти моих гвардейцев и нескольких бойцов «Ядовитого плюща» мы вышли за ворота и, перейдя поле, двинулись к лесу.

Навстречу нам тут же вышла десятка представителей князя диких земель. Только теперь я понял, что на черных повязках изображен белый череп какого-то рогатого монстра.

— Я Руслан Серый, — объявил высокий спортивного телосложения шатен лет тридцати пяти, — и говорю от имени князя Сергея Ярого.

— Приятно познакомиться, — с доброжелательной улыбкой кивнул я, — граф Дмитрий Николаевич Акулов, глава совета этого города.

— Значит, вы мне и нужны! — ткнул пальцем мне в грудь Серый. — На каком основании моих людей не пускают в город?

— Уверен, вам уже объяснили, — продолжая улыбаться, произнёс я. — Но, если вы не поняли, то повторю. Теперь Лос-Сантос закрытый город. Новые кланы могут получить право на нахождение в нём только при согласии остальных. Это решает совет. Кстати, по вашему вопросу он уже проголосовал, и вам единогласно отказано в посещении и праве на присоединение.

— Какого хрена⁈ — заорал парламентёр. — Город строили годами тысячи людей! А вы просто захватили его и объявили своим.

— Времена меняются, — пожал плечами я.

— Города диких земель всегда были свободными! Это незыблемый закон!

— Да что вы говорите? — Я убрал улыбку с лица и прищурился. — А я слышал, ваш князь не пускает никого, кто ему не нравится, в свой город, как там его…

— Озёрск — это не просто город, это столица княжества!

— Значит, считай, что и у нас княжество, — зло проговорила Карина.

Собеседник глянул на женщину, замешкался, а потом снова повернулся ко мне.

— Сколько кланов представлено у вас в совете?

— Много.

— Мне нужны результаты голосования!

— Голосование тайное, как и список членов совета.

— Позвольте, ваше сиятельство, — сделала шаг вперёд Карина.

— Конечно, — кивнул я.

— Я лично двумя руками голосовала, чтобы вас не пускать, — тут же ткнула женщина пальцем в грудь Серого. — И очень вам советую обходить эту территорию по большой дуге. Здесь не любят убийц и работорговцев.

Я ждал какого-то резкого ответа на её слова, но, к своему удивлению, обнаружил, что переговорщик смотрит на Карину чуть ли не со страхом. Очевидно, он был знаком с ней раньше.

— Вы не понимаете, — поубавил тон он. — Этот город теперь принадлежит князю Сергею Ярому.

— А это с какой стати? — рассмеялся я.

— У нас пятнадцать тысяч воинов.

Ну вот, наконец, пошли нормальные, всем понятные разговоры.

— Так приводите их сюда, — развёл руками я. — Пятнадцать тысяч комплектов брони и оружия мне очень пригодятся.

— Это вы такие смелые, — медленно с нескрываемой угрозой в голосе проговорил Серый, — потому что думаете, что мы не придём. Но на самом деле вы правы: мир изменился, и Лос-Сантос в любом случае будет наш. Единственное ваше правильное решение — это сейчас мирно пустить нас, и тогда мы позволим вам контролировать часть Воронежа. В противном случае вы все умрёте!

— А теперь слушай сюда, хмыреныш. — Я сделал шаг и оказался совсем рядом с переговорщиком. — Воронеж принадлежит мне, Дмитрию Николаевичу Акулову. И если я ещё раз увижу здесь ваши чёрные повязки, то перебью всех, кто их будет носить. После чего подохнешь ты, а следом и твой хозяин. Тебе всё понятно?

С полминуты мы играли в гляделки.

— Ты пожалеешь о том, что только что сказал, — прохрипел Серый и резко повернулся к своим. — Уходим!

Его войска тут же встали. Ну да, эмоции визитёра понятны. Пропёхать хрен знает сколько километров впустую — такое себе удовольствие. Но, как бы там мир ни изменился, и какие бы у его хозяина ни были планы на Воронеж, вряд ли он готов прямо сейчас сорвать все свои войска. Да и про пятнадцать тысяч урод преувеличил.

Я подождал, пока незваные гости скроются в лесу, и зашагал в сторону ворот. Раз уж пришёл, нужно посмотреть, что тут наши обустроили.

— А у вас неплохая методика переговоров.

Случайно или специально, но Карина прижалась ко мне плечом.

— Да тут никакой интриги даже не было, просто хотел посмотреть на их настрой и реакцию.

— Этого ублюдка, Серого, я тоже видела пару раз, смелый, только когда за ним куча войска.

— И что, какие, на ваш взгляд, перспективы? — уточнил я.

— Да даже если придут, то нескоро, — ответила Карина. — По прямой-то до Озёрска двести с небольшим километров, но по факту они точно с другой стороны Воронежа, так что из-за монстров крюк ещё на сотню. Да и вообще, скорее всего, они просто поставят лагерь с той стороны города и начнут грабить его оттуда. Вот тогда можно будет с ним ещё раз поговорить.

— Разумно, — кивнул я.

Тем временем мы вошли в ворота Лос-Сантоса, и Феникс, встретив, провёл нас сначала по радиусу, а потом по внешнему кольцу. «Синяя акула» сообщала надпись на входе в двухэтажную красиво выглядящую таверну. Может быть, конечно, слово «белая» в названии звучало бы лучше. С другой стороны, узнаваемость торговой марки.

Я ухмыльнулся и зашёл внутрь. А неплохо! Все новенькое, лакированное. Деревянные столы блестят. Люстры окутывают зал тёплым оранжевым светом. На стульях видно, что муха не сидела. И, разумеется, аромат жареного мяса.

Но самое интересное даже не в этом.

Как и обещал Феникс, повсюду на стенах были развешаны огромные плакаты.

«Цитадель Савино ведёт набор» — и фотография нашей стены с пушками и военными на ней.

«Вступай в ряды Акул» — и снимок четырёх стоящих плечом к плечу вооружённых бойцов.

«Наша еда мычала ещё два часа назад» — и изображение сочного дымящегося бифштекса.

«Фрукты и овощи только с грядки».

«Скупка металлолома! Если вы дотащите его до реки, то цена на пять процентов выше, дополнительная наценка оптовым поставщикам».

«Лучшая сталкерская броня. Если ты придёшь в комплекте лучше, мы дадим тебе скидку в десять процентов».

И другие не менее интересные рекламные сообщения. Красота!

— Добрый день, ваше сиятельство! — Передо мной появился уже знакомый по «Синей собаке» повар Саня. — Как насчёт того, чтобы попробовать очень вкусные блюда из ваших же собственных продуктов?

— А что, зайцев-мутантов в этот раз не будет? — усмехнулся я.

— Зайцы-мутанты будут, только если вы заведёте их в Савино!

— Я уже позвал всех представителей кланов, — сообщил Феникс, — они придут сюда.

— Отлично, тогда накрывай поляну за мой счёт, — кивнул я повару и сел за длинный, заранее подготовленный стол.

Народ собрался быстро, правда, из-за плотного графика представительство было немногочисленным. Пришли глава «Небесной обители» — Пастор, «Вепрей» — Леонид, «Ястребов» — Лис и Карина. Время едва перевалило за полдень, поэтому крепкие напитки мы не пили и предпочли пиво.

— За Лос-Сантос! — провозгласил Леонид, и мы, чокнувшись кружками, опорожнили их, после чего накинулись на еду. И она действительно оказалась вкусной. А, судя по меню, в которое я мельком взглянул, действительно очень доступной. По крайней мере, по меркам диких земель.

— Как у вас дела? — спросил я своих новых союзников.

— Вашими молитвами, Дмитрий Николаевич. — Пожилой Лис рассмеялся, чем меня очень удивил и обрадовал.

Во время прошлой встречи это был наиболее скептически настроенный из всех глав лояльных кланов, сейчас же он выглядел без преувеличения счастливым.

— Я такой вкусной еды, — продолжил он, — за пределами империи никогда не ел.

— Надеюсь, это не единственное хорошее, что происходит, — усмехнулся я.

— Нет. После того как вчера вы с вашим монстром поломали все здоровущие кристаллы за пару часов, люди окончательно поняли, что всё серьёзно. За сегодня мы уже сделали больше половины того, что вчера, а день только начался.

— Экипировка, которую вы продаёте, тоже очень классная, — добавил Леонид. — Мы сначала взяли несколько образцов на пробу, и теперь все наши её хотят. У вас очень хорошие мастера по зачарованию и портные тоже.

— А к ситуации с этими козлами вы как относитесь?

— Сергей Ярый далеко, — отмахнулся Лис. — Сейчас построим дорожку, укрепим стены, и пусть они хоть всей своей толпой приходят. Со мной уже двое хороших знакомых руководителей весьма серьёзных кланов связались и подтвердили, что идут к нам. Я за них ручаюсь, ребята надёжные. И у других такая же ситуация. Даже если эти гады придут, у нас здесь народу будет столько же, сколько и у них.

— И мы рядом, — кивнул я.

— И «Акулы», — довольно добавил Феникс.

— Да уж, с такой скоростью набора, — проговорил Леонид, — «Акулы» скоро смогут соревноваться с «Монолитом».

— Про них, кстати, ничего не слышно? — спросил я.

— Да ходят слухи, что Глыба со всеми пытается договориться, но с нами пока не связывался.

Остальные согласно закивали.

— А как насчёт свежей баранинки? — Саня зашёл в зал, неся огромное блюдо с парующим мясом.

— С удовольствием! — Мы быстро раздвинули посуду, и блюдо встало на стол.

— Эх, жаль, водки нет, впрочем, и так отлично. — Лис схватил здоровенный кусок и очень аппетитно от него откусил. — Обалдеть! За такое я готов воевать со всеми кланами империи.

В следующие тридцать минут мы очень вкусно ели и достаточно мило беседовали, обсуждая насущные дела. И из того, что я слышал, стало очевидно, что красный кристалл работает в полную силу. Он, кстати, уже достиг двадцатого уровня.

— Ладно, пожалуй, пойду к своим. — Лис сыто потянулся и встал из-за стола.

— Я тоже, — поднялся Леонид.

— А я бы ещё хотела перекинуться с вами парой слов, — подмигнула мне Карина, и в этот момент дверь в таверну резко распахнулась.

— ЧП!!! — заорал неизвестный мне тяжело дышащий боец.

— Что случилось? — подскочил к нему Леонид.

— Нападение! — ответил тот, и я только тут увидел, что на нём такая же форма, как и на главе «Вепрей», только разорванная и покрытая кровью. — Наш отряд возвращался с промысла. На нас напали. Это были люди Сергея Ярого.

— Остальные где? — прорычал Леонид.

— Все погибли, — опустил голову докладчик. — Шесть человек. Меня отпустили для того, чтобы я передал послание.

— Какое? — спросил я.

— Если в течение четырёх дней мы не пришлём в Озёрск посланцев о том, что уступаем город князю Ярому, они придут и уничтожат нас.

— Ты куда? — крикнул Лис Леониду, рванувшему в сторону выхода.

— Мы ещё можем их догнать! — через плечо крикнул глава «Вепрей».

— Стой! — используя внушение, громко произнёс я.

Леонид резко остановился и обернулся.

— Они уже далеко, — продолжил я. — Пока мы их догоним, выдохнемся. Плюс к тому они наверняка этого ждут и могут устраивать по дороге засады и ставить ловушки. Мы потеряем очень много людей.

— Мы не можем оставить это так! — сжав кулаки, шагнул ко мне мужчина.

— Никто не говорит, что мы это оставим, — кивнул я. — Я сам всё сделаю.

— Вашего отряда недостаточно, — крикнул глава «Вепрей». — Да и вы тоже угодите в те же самые ловушки.

— Никто не говорит про отряд, — зло усмехнулся я. — Я поеду один, мне нужен только хороший водитель байка.

— Он есть! — встал рядом со мной Феникс.

— Жди меня у западных ворот, — кивнул я, а когда торговец убежал, снова обернулся к Леониду: — Дай мне три часа, и я принесу тебе голову этого урода Серого.

— В одиночку? Это безрассудно!

— Никто не смеет нападать на моих союзников. — Я вложил в свои слова максимум магии контроля. — Просто доверься мне и дай три часа.

Убедившись, что меня услышали, я быстро вышел из таверны.

От автора:

Хочу напомнить, что лайками ( 💖) вы показывайте интерес к книге. Это меня очень радует, мотивирует и главы становятся длиннее.

Дальше проды ежедневно в 00:15.

Приятного чтения!

Глава 2

Едва я оказался на улице, как сразу же сунул руку в рюкзак и нащупал пирамидку. Я, конечно, заряжал её ночью на кристаллах, растущих в Савино, но и подсадил на зачистке диких уже порядочно. Против той толпы, с которой мне предстоит разобраться, может не хватить.

Я быстро изменил несколько рун, снова поставил своё секретное оружие на подзарядку от людей и быстро зашагал по улицам Лос-Сантоса. Да, много, конечно, за короткое время я здесь не нагребу, но мой запас несколько увеличится, и это может помочь.

Феникс на одном из наших квадроциклов уже ждал у ворот.

— Гони! — скомандовал я, садясь позади него.

Байк сорвался с места и помчался по следам убийц. По моим прикидкам, они вряд ли ушли дальше, чем километров на пятнадцать, ну, пусть двадцать, с учётом того, что нам ещё предстоит их догнать. Тут главное, чтобы они не заметили нас раньше, чем мы к ним подкрадёмся.

— Они наверняка выставили дозорных, — будто прочитал мои мысли Феникс.

— Да, я понимаю, давай километров через семь съезжай в лес. Вряд ли они, конечно, испугаются двух человек, но всё равно.

— Понял. — Феникс сконцентрировался на дороге, а я на жучках, которые уже летели вперёд.

* * *

— Перекусишь чего-нибудь? — спросила Катя, ставя на стол кувшин с яблочным соком.

— Спасибо, я недавно ел, да и времени совсем нет. — Костя сел на стул и наполнил стакан. — Официальная причина моего визита — это просьба.

— От кого? — хмуро глядя на ликвидатора, спросил Виктор Харитонович.

— Сейчас узнаете. — Под тяжёлым взглядом полковника Костя во второй раз расстроился, что не удалось застать самого графа Акулова. — Это касается мобилизации.

— Так к нам это не относится. — Катя села напротив гостя. — Или объявили всеобщую?

— Ещё нет. Пока только подняли с третьего до второго уровня. То есть аристократы должны прислать сорок процентов своего боевого состава. Также будет набор в свободных деревнях. Но я пришёл по поводу мобилизации в диких землях.

— Это ещё что за новости? — ещё больше нахмурился полковник.

— Нам, то есть ликвидаторам, поручили организовать вербовочные пункты в ближайших городах диких земель.

— Что за бред? — хмыкнул Виктор Харитонович. — Набрать народ среди бандитов, а потом считать, сколько оружия пропало со складов и сколько ножей воткнули в спины?

— Речь не про вербовку в регулярные войска, — пояснил ликвидатор. — Имеются в виду добровольческие дружины для зачистки монстров.

— А вас на фронт пошлют? — догадался полковник.

— Вроде того, — невесело усмехнулся Костя.

— Всё равно бред.

— Я согласен, но главный ликвидатор империи, Александр Михайлович Крылов, лично велел заехать к Дмитрию Николаевичу и попросить о содействии в организации такого пункта в Лос-Сантосе.

— Дмитрий Николаевич уже организовал в Лос-Сантосе клан, — сообщила Катя. — Можешь сообщить руководству, что он как раз этим и будет заниматься.

— Уже⁈ — вскинул брови Костя. — И что, вступает народ?

— Я точно не знаю, но думаю да, — пожала плечами девушка. — Там Феникс за главного.

— О! Ну, зная его и Дмитрия Николаевича, можно рассчитывать на то, что ваш клан скоро станет крупнее «Монолита».

— А что там с ними, кстати? — встрепенулся Виктор Харитонович. — Я слышал, что вроде как они теперь вне закона.

— Именно, полностью отлучены от кормушки. Но, судя по всему, у них есть новая.

— Они тоже с пермяками?

— Похоже на то. И, кстати, ходят слухи, что они ведут активные переговоры с другими кланами о создании антинижегородской коалиции. Так что действуйте осторожно, когда будете общаться с главами других кланов. Убедитесь, что они не ведут двойную игру.

— Мы передадим Дмитрию Николаевичу. — Катя сама взяла графин и наполнила опустевший стакан ликвидатора. — А что слышно по поводу предательства в Вологде и пермских войск под Ижевском?

— Про предательство только то, что говорят в новостях. Что же до Ижевска, то похоже, именно на него и будет основная атака. Пришла очень большая армия, не меньше ста тысяч человек, наши войска тут же отступили за стены города и готовятся к обороне.

— Это хорошо для нас, — со знанием дела проговорил Виктор Харитонович. — В Ижевске высокие прочные стены. Потери атакующей стороны будут в разы больше. Скорее всего, враг блокирует город и будет брать измором. А нас отрежут от поставок того, что производят в Ижевске, в том числе оружия и боеприпасов.

— Скорее всего, — снова кивнул Костя. — И это окажет большое влияние в том числе и на нас. Мост в Муром ещё вчера днём починили, плюс навели переправы. В общем, хорошие вооружённые люди, я имею в виду полицейских, военных и ликвидаторов, активно уходят защищать центр. И, соответственно, скоро доля плохих людей с оружием здесь у нас существенно возрастёт. Мы это обсуждали с Дмитрием Николаевичем, но события развиваются ещё стремительнее, чем планировалось.

Костя сделал паузу и смочил горло соком.

— В общем, ребята, на вас большая надежда, а ещё, между нами говоря, думаю, скоро к вам повалят уклонисты из свободных деревень, этим нужно воспользоваться.

— На хрена нам уклонисты⁈ — проворчал полковник. — Они…

— Не горячитесь, Виктор Харитонович. — Катя зыркнула на вояку, и он тут же замолчал. — То, что они не хотят идти и защищать, допустим, Ижевск, вовсе не значит, что они не встанут с оружием, если враги появятся прямо у наших стен. К тому же не захотят идти воевать как раз твёрдо стоящие на ногах ремесленники, которым и без оружия в руках хорошо живётся. И они нам очень пригодятся.

— Ну, так-то да, — включил заднюю полковник. — А мы никак не можем просто присоединить к себе все эти деревни?

— Там ограничение по количеству и есть другие требования, — ответила Катя. — Со дня на день мы получим документы на деревню Щавелевых и потом сможем подать заявку на присоединение следующей. Это и в обычное время небыстрый процесс, а сейчас он, думаю, ещё больше замедлится. Мы можем восстановить Бугры и Власово, но тут нужно говорить с Дмитрием Николаевичем, у него свой взгляд на это. В любом случае спасибо, Кость, мы всё это учтём. Я прямо сейчас свяжусь со Святом и дам ему новые вводные, он как раз по деревням ездит.

— А что с Михайловским железорудным месторождением? — спросил полковник, решив по полной воспользоваться визитом осведомлённого источника.

— Основную часть монстров перебили, — ответил Костя. — И даже вроде вчера уже начали оттуда возить руду. Но все ждут терактов, поэтому очень много ресурсов выделяется на защиту караванов. И, разумеется, весь добытый там металл будет идти на военные нужды. Так что если вы об этом спрашиваете, то цены на железо продолжат расти. Кстати, ещё хотел сказать, что у нас ввели запрет на выдачу боеприпасов за челюсти монстров. Так что складируйте их где-нибудь, потом, может быть, что-то изменится. Хотя, если честно, я сильно сомневаюсь, что в ближайшее время.

Костя замолчал, посмотрел в окно, а потом на часы.

— Короче, началось, — подвела итог разговора Катя и встала из-за стола. — А это значит, что пора возвращаться к делам.

* * *

До отряда противника оставалось около трёх километров. Как и ожидалось, они выставили нескольких дозорных, но мы их успешно объехали и уже нагоняли улепётывающий отряд. А он именно улепётывал. Сделав грязное дело, хмыри не хотели, чтобы кара из Лос-Сантоса настигла их, поэтому сейчас они достаточно быстро бежали.

— Медведь слева! — крикнул Феникс.

Я тут же поднял пистолет и, высунувшись из-за плеча напарника, сделал три выстрела.

Неплохо! Два месяца назад с байка я прямо на ходу, ещё и сквозь листву, тремя пулями две головы не снёс бы.

Туша монстра упала в кусты, а я, увидев сверху тень, перевёл туда взгляд. Зубастая летучая мышь спикировала на нас и тут же получила две пули. Падая, она зацепила меня крылом, но лишь по касательной.

— Всё чисто, — подтвердил Феникс.

Я снова занялся наблюдением и, наконец, нашёл то, что искал. Руслана Серого. Никаких сомнений в том, что именно этот урод отдал приказ о нападении на людей Леонида, у меня не было. Что ж, он передал своё послание нам, теперь я передам послание его хозяину.

— О, смотри, опять дождь начался, — весело крикнул через плечо Феникс, и действительно, сквозь листву на нас упали первые капли.

— Скорее всего, — отозвался я, — дождь знаменует большую битву, и они всегда заканчиваются нашими победами.

— Точно так! — засмеялся Феникс.

— Ты, кстати, притормаживай, уже недалеко осталось, и возьми чуть левее, надо их объехать и устроить засаду впереди.

— Понял тебя.

Феникс сбавил ход, но деревья мимо нас по-прежнему мелькали очень быстро.

Конечно, я мог и отсюда убить этого ублюдка Серого, но так я бы раскрыл свои силы, а самой главной цели не достиг.

Моя задача — не спровоцировать князя на агрессивный ответ. Очень желательно показать то, о чём говорила Карина, силу, и вселить страх в его людей. Дать понять, что, сколько бы народу сюда ни пришло, легко им не будет.

Дождь усилился, и на самом деле я радовался ему. Это дополнительная маскировка для нас и отвлекающий фактор для наших врагов. Ещё немного попетляв между деревьями, мы уже ехали впереди наших противников, только чуть в стороне, чтобы они не заметили наши следы.

— Всё, я здесь схожу, — сообщил я Фениксу. — Отъедь метров на двести влево и жди меня там.

— Понял.

Феникс притормозил и, когда я спрыгнул, умчался в гущу леса. Я же, прорываясь сквозь кусты, со всех ног помчался наперерез бегущему отряду.

Ага, вон тот разлапистый дуб отлично подойдёт. Я быстро забрался по скользким от воды толстым ветвям в самую крону, и жучки подсказали, что ближайший фланг отряда противника пробежит всего лишь в десяти метрах от меня. То что надо!

Для улучшения обзора я срезал магией несколько веток и достал пирамидку. Что бы такое изобразить, чтобы было и эффектно, и эффективно?

Быстро перебрав возможные варианты, я остановился на классике и заменил вершину пирамидки на огненную жемчужину. Именно в этот момент первые бойцы врага показались между деревьями.

Так, где там этот хмырь? Надо бы сделать так, чтобы его не сильно обожгло и чтобы удар огнём он пережил. А, вон он, точно по центру. Значит, основной удар будет по левому флангу, тому, что ближе ко мне.

— Цыпа-цыпа-цыпа. Идите к папочке.

Бандиты быстро приближались, и совсем скоро их фланг оказался в двенадцати метрах от меня. Пора.

Пирамидка уже давно работала, и сейчас вокруг навершия пульсировало просто чудовищное количество энергии. И я её выпустил!

Смертоносное оружие вздрогнуло в моих руках, и из него вырвался широчайший конус огня. Гудящее пламя окутало по меньшей мере треть отряда противника. Лес наполнили крики боли и ужаса, а окружающее пространство заволокло дымом и паром. Но это было ещё не все.

Продолжая выливать остатки энергии из пирамидки и держа её левой рукой, правой я зажал две средних жемчужины огня. В очередной раз в моей голове мелькнула мысль о том, что все эти битвы выходят очень дорогими. С другой стороны, не солить же нам эти жемчужины, а выбиваем мы их немало.

Я активировал заранее наложенные руны и метнул светящиеся оранжевые шарики в дальнюю часть отряда, туда, куда не доставал конус огня. Жучки показали, что мой удар достиг цели, в толпе паникующих бандитов раздался второй взрыв, и огненный шар охватил огромную площадь.

Паника достигла апогея, и оглушённые бандиты, ничего не видя из-за дыма и пара, побежали в разные стороны.

Я же активно старался найти среди них Серого, которого в суматохе потерял. Не этот, не этот, где же ты? А, вот! Думал уйти от меня? Хрен там!

Едва я нашёл главную цель и обрадовался, как моя пирамидка иссякла. Я быстро засунул устройство в рюкзак и дальше стал использовать уже собственный резерв. Первый жучок, заряженный магией тьмы, ударил по защитному полю посланца князя и высосал из него кучу энергии, но не всю. Пришлось повторить. Есть! Вот теперь можно брать его тёпленьким.

— Прикройте меня! — заорал бандит, почувствовав, что что-то не так, но было поздно.

Следующего жучка я зарядил магией воды и, создав прям в воздухе острейшее ледяное лезвие, швырнул его в гада.

Хлюп! — и тело, споткнувшись, упало, а отрезанная голова покатилась по мокрой земле. Я выхватил ещё две заранее связанные рунами жемчужины, на сей раз маленькие, и бросил их рядом с поверженным противником. Грохнул ещё один взрыв, который уже никого не убил, но испугал всех стоящих рядом с погибшим боссом бойцов и заставил их разбежаться.

Все снова заволокло дымом, и под его прикрытием я послал ещё одного жучка, и на сей раз, не пожалев энергии, сделал его плотным. Он принял форму руки, которая схватила укатившуюся голову за волосы и, стремительно взлетев, унесла её в небо. Готово!

Я оценил обстановку и увидел, что рядом с моим деревом прячутся сразу двое бандитов. Пистолет тут же оказался в моей руке, и, используя специальные зачарованные пули, в пять выстрелов я ликвидировал обоих, после чего спрыгнул с ветки и помчался в чащу, туда, где меня ждал Феникс.

* * *

Рома пошевелился, но это не помогло — от многочасового сидения на жёстком стуле его пятая точка будто онемела. А ещё у него затекла спина и ноги. Все это не доставляло радости, которой у двадцатишестилетнего военного и так было немного.

В то время как ребята сражались с ублюдками из Пермской империи, он был вынужден сидеть в крошечной каморке у блокпоста и тыкать кнопку, переключающую светофор на въезде на недавно восстановленный мост, пересекающий Оку в районе Мурома. Вот и всё развлечение.

Хотя нет — тут была ещё одна кнопка, и даже пару раз Рома её нажимал. При её активации из-под земли на въезде на мост выдвигалась дополнительная толстенная плита с шипами и не давала транспорту въехать на стратегический объект. Это нововведение установили совсем недавно, но наличие этой кнопки серые будни Ромы если и украшало, то совсем чуть-чуть.

— Восточный, приём! — зашипел рация.

— Слушаю, — отозвался сидящий справа от Ромы его напарник Гриша. Вот ему-то хорошо, он хоть по рации иногда разговаривает.

— Приготовьтесь, — донеслось из динамика. — Почти весь военный транспорт из Липецка проехал. Сейчас пропустим три последних грузовика князя Снегова, и как минимум на час можно будет открыть проезд в сторону Мурома для мирного населения. А если машин туда будет мало, откроем вторую сторону для желающих переехать в сторону Липецка.

— Вас понял! — ответил Гриша и ткнул пальцем в окно. — Вон те три грузовика проедут, и переключай светофор.

— Я вообще-то все слышал, — усмехнулся Рома.

— Просто выполняй приказ, — сердито зыркнул на него Гриша.

— Что с тобой сегодня? А где обычные шутки-прибаутки?

— Не до юмора, — хмуро буркнул его напарник и уставился в окно, где к остановившимся грузовикам с гербом князя Снегова, белым горным пиком, подошли военные.

Роме ничего не оставалось, как тоже смотреть в ту сторону.

— А почему они кузова не открывают? — через несколько секунд спросил он, но ответа от напарника не получил.

Тем временем за окном конуры, в которой они несли дежурство, очевидно, происходил какой-то конфликт. Военные стояли рядом с машинами и на повышенных тонах переговаривались с сидящими в кабинах людьми.

— Княжеский иммунитет… — донеслись до Ромы слова водителя первого грузовика.

— Военное положение, — услышал он часть ответа начальника заставы, после чего тот достал рацию и что-то в неё сказал.

Тут же три стоящих неподалёку внедорожника газанули и перегородили грузовикам дорогу, а из них вылезли бойцы с автоматами. С другой стороны уже тоже приближалось подкрепление.

— Какая-то хрень нездоровая, — пробормотал себе под нос Рома, и тут рация снова оживилась.

— Восточный, внимание! Приготовиться выдвигать заграждение.

— Ого! — оживился Рома. — Похоже, люди князя не хотят давать досматривать свой груз. Ну и ладно, хоть какое-то развлечение.

Он потянулся к кнопке. Сейчас он нажмёт её, плита с шипами очень красиво выйдет и покажет наглым княжеским прихвостням, кто тут главный.

— Сказали же приготовиться, а не нажимать, — тихо произнёс Гриша.

— Да я и не жму пока.

Рома посмотрел на напарника и чуть-чуть отодвинул руку. В этот момент рация разразилась криком!

— Поднимайте заграждение!

На лице Ромы появилась улыбка, и он резко потянулся вперёд. Но пальцы не достигли цели, они вдруг скрючились, а тело военного сползло на пол. Над ним стоял Гриша, и из глушителя, прикрученного к пистолету, который он сжимал в руке, шёл лёгкий дымок.

В эту же секунду снаружи раздался рёв двигателей, и три грузовика рванули вперёд. Первый из них протаранил перегораживающие путь машины военных и влетел на мост.

Со всех сторон послышалась стрельба и засверкала магия, но, как оказалось, грузовики имели очень мощную защиту, и им всё было нипочём. Более того, из их боков вылезли сопла, и из них повалил густой темно-зеленый дым.

Сразу несколько военных, приложив к плечам гранатомёты, вслепую стрельнули в плотное облако. Раздались взрывы, а следом в зелёную пелену влетели несколько огромных огненных шаров.

А уже в следующую секунду два из трёх грузовиков вылетели из тумана и продолжили нестись по мосту.

Снова заработали гранатомёты, и ещё один грузовик, лишившись защиты, подлетел и рухнул на бок. К этому моменту самый первый уже преодолел треть моста и…

Грянуло три мощнейших взрыва. Осколки выбитых стёкол поцарапали Грише лицо, но он не обратил на это внимания. Он с улыбкой смотрел на охваченный пламенем и дымом мост и сразу три рухнувших в воду пролёта.

* * *

— Ну что вы так разволновались? — Карина с усмешкой обвела взглядом руководителей кланов, сидящих за столом в таверне «Синяя акула». — Ну объявил Липецк тоже о своей независимости. Что для нас-то изменилось?

— Э-э-э, — поскрёб седой затылок Лис. — По большому счету-то, конечно, ничего. Но всё равно как-то неожиданно.

— Зато теперь понятен их план, — вступил в разговор Леонид. — А также почти наверняка понятно, кто победит.

— То, что губернатора Липецка поддержал князь Ветров, не значит, что войска готовы воевать на стороне Пермской империи, — заметил Лис.

— Кто знает, — поскрёб щетину Леонид. — Вологодские вон, похоже, готовы, к ним даже присоединился Тимирязев. То есть императора предали как минимум три князя из семи. Может, Шуйский правду тогда сказал по радио, а мы просто чего-то не знаем?

— Да какая разница? — снова заговорила Карина. — Вот вы как бабки старые в столице у подъезда сидите и перетираете всякую вас не касающуюся ерунду. Давайте ещё обсудим, что в наших старых колониях на других континентах сейчас происходит.

— Да ладно, что ты сама разворчалась-то? — Лис достал карту и разложил на столе. — Вот смотри, если принять мятежных князей за часть Пермской империи, то они сейчас охватывают эти территории. — Он обвёл пальцем Вологодскую и Липецкую области. — Плюс непонятно, какая ситуация в Ижевске. Получается, что император, ну, или занявший его место двойник, сейчас контролирует центр и запад, ну и Тамбов ещё. Но тут ещё неизвестно, он слишком близко к Липецку, всё может быстро измениться.

— А я вот другое здесь вижу. — Карина показала пальцем на юг бывшей Нижегородской империи. — Я вижу то, что ближайшая к нам область уже проиграна без единого выстрела. А это значит, что, по крайней мере, с юга пермяки точно не нападут. И этот расклад мне нравится. Пусть они там в Ижевске или ещё где-нибудь спокойно развлекаются, а мы здесь займёмся своими делами. Правильно я говорю, Паша?

Женщина посмотрела на замещающего Феникса представителя клана «Акулы».

— Абсолютно верно, — пробасил здоровяк и залпом допил половину кружки пива.

Посмотрев на него, Леонид вновь помрачнел и перевёл взгляд на часы.

— Всё-таки глупо было ему одному ехать, — проворчал он. — Да, граф, похоже, крутой парень. Но что он сделает против сотни бойцов?

— Перебьёт их всех к хренам собачьим, — прохрипел Паша и кивнул хозяину заведения, чтобы тот обновил ему пиво.

— Ну, блин, Паш, как он их перебьёт? Даже если у него большой резервуар и мощная магия, пусть там какое-то у вас хорошее оружие, какие-то инновационные разработки, тогда ещё убьёт несколько человек. На самом деле со стороны это похоже на… импульсивный поступок.

— Если он убьёт того хмыря, Серого, это уже будет кое-что, — проговорила Карина, и в этот момент рация на поясе здоровяка ожила.

— Акулов вызывает Пашу.

— На связи, — радостно схватил рацию тот.

— Собери всех в таверне, мы через пять минут будем.

— Все уже здесь, — отозвался Паша и выключил рацию.

— Ну, по крайней мере, они живые, — улыбнулся Лис. — Мне тоже пива.

— Давай сразу на всех, — внесла коррективы в заказ Карина. — Что бы там ни произошло, им нужно будет выпить.

— А как здесь закончим, — проговорил молчавший до этого Пастор, — надо будет идти на дорогу и чистить кристаллы. Чай, мана у всех уже накопилась.

После его слов в таверне повисла напряжённая тишина, прерываемая лишь стуком кружек о стол, а ровно через пять минут дверь распахнулась, и в проёме появилась уже знакомая всем фигура.

Дмитрий Николаевич Акулов подошёл к столу и сел на свободное место. Он сделал несколько глотков пива, а потом обвёл взглядом присутствующих.

— У меня короткое объявление, — медленно произнёс он, и ответом ему была тишина. — Как я вам уже говорил раньше, Савино берет на себя обязательства по защите Лос-Сантоса. Никакая гнида не смеет убивать никого из нашего альянса. Если вдруг что-то подобное произойдёт, и вы не можете решить это своими силами, то, не сомневаясь, сразу связывайтесь со мной. У меня на всех вас и на город очень большие планы, и никто не помешает мне их осуществить.

Произнеся последнюю фразу, граф открыл рюкзак и, вытащив оттуда круглый предмет, поставил его на стол.

— Твою же мать! — прохрипел Лис, глядя в мёртвые глаза Руслана Серого.

— Вот вообще в вас не сомневалась, ваше сиятельство, — широко улыбнулась Карина и стукнула своей кружкой по кружке графа.

Леонид же встал и протянул графу руку.

— Спасибо, Дмитрий Николаевич.

— А можно это дерьмо отсюда убрать? — спросил подошедший с подносами хозяин заведения. — Стол жалко, новый совсем.

Глава 3

— У вас правда невеста есть? — спросила вдруг Карина, и я едва не споткнулся.

Что началось-то опять, нормально же разговаривали! Неужели это был один из тех важных вопросов, которые и хотела задать глава «Ядовитого плюща», когда вызвалась пройтись со мной по Лос-Сантосу?

— Девушка есть, — ответил я, шагая по мокрой после дождя дороге и осматривая городские постройки, которые пообещал защищать.

— Молоденькая, небось? — продолжила допытываться женщина.

— Я считаю, что возраст не главное. Главное, чтоб человек был хороший.

— Золотые слова, — закивала Карина. — Вот, кстати, и последняя точка нашего маршрута. Здесь ваши ребята скупают металлолом.

Точкой оказалась огороженная забором территория, вся заваленная хламом. Посредине участка стоял аккуратненький двухэтажный домик, на фасаде которого, собственно, и сообщалось, что Савино скупает металл дороже всех в округе. Ну да, естественно, дороже, если больше никто не скупает.

Из домика вышел незнакомый мне парень в сопровождении одного из моих гвардейцев. Видно, таким образом Феникс знакомил своих друзей, которые собираются здесь, и наших людей. Я помахал им рукой, и мы направились к воротам.

Группа бойцов уже ждала меня.

— Все задачи выполнены, Дмитрий Николаевич, — доложил Рыбак.

— Тогда двинули, — скомандовал я, и мы вышли из Лос-Сантоса.

Карина взяла меня под ручку и отвела чуть в сторону.

— Я бы хотела, ваше сиятельство, всё-таки закончить наш разговор, — проговорила она томным голосом.

— А что мы ещё не обсудили? — поднял бровь я.

— Мы не обсудили моё место в вашей иерархии.

— Вы член совета Лос-Сантоса, выше вас никого нет. Есть только несколько равных.

— Я сейчас не про Лос-Сантос говорю, Дмитрий Николаевич, — поправляя чёрные волосы заявила собеседница.

— А про что же тогда? — уточнил я, делая вид, что не понимаю, о чём речь.

— Да о том, что вы пытаетесь построить.

— И что же это, по-вашему?

— В свете последних событий, когда княжества растут, как грибы после дождя, думаю, именно это ваша цель. Или я ошибаюсь? — Карие глаза собеседницы лукаво прищурились. — А да, вижу, что ошибаюсь. Неужели, получив в собственность захолустную деревню, вы сразу задумались об империи?

Вот ведь прозорливая дама. С другой стороны, если внимательно на все посмотреть и предположить, что наш рост продолжится с той же скоростью, достаточно обладать знаниями младшей школы и хорошей фантазией, чтобы допустить, что через несколько лет Савино раскинется очень широко.

— Я бы не хотел, чтобы подобного рода… мысли… обсуждались раньше времени, особенно с посторонними, — серьёзно посмотрев на женщину, сказал я.

— О, в этом даже не сомневайтесь, — подмигнула мне глава «Плюща». — Я умная и всё отлично понимаю. Наш разговор не пойдёт никуда дальше, но всё-таки я хотела, так сказать, на берегу обсудить или даже застолбить за собой хорошенькое местечко.

— Что ж. — Я махнул рукой отряду, и мы остановились на опушке леса. — Принцип у меня очень простой. Максимально высоко в иерархии становятся те люди, кто делает больше всего. Те, кто приносит пользу, предан и у кого такие же цели, как у меня. К радости или к сожалению, это место нельзя застолбить за собой заранее, его также нельзя купить каким-то одним или несколькими полезными действиями. Тут вопрос именно в ежедневной совместной работе. То есть, если короче и предположить, что ваша идея с княжеством попала в точку, мне нужны те люди, которые будут… скажем так, строить его вместе со мной. И чем раньше они ко мне присоединятся, тем лучше. А уже потом, когда результаты труда превратятся во что-то более значимое, я буду распределять людей на места.

— Но одно из мест уже занято? — улыбнулась Карина и снова поправила чёрные волосы. — Я имею в виду место мудрой женщины, дающей очень хорошие советы.

— Таких мест вокруг меня много. Я всегда рад опытным и красивым женщинам, дающим советы.

— Что ж. — Карина подошла ко мне вплотную, и я отчётливо почувствовал исходящий от её волос аромат полевых цветов. — Я вас услышала и уверена, что совсем скоро смогу показать вам, что равных мне в этом, как и во многих других вопросах, нет.

Ничуть не смущаясь, она поцеловала меня в губы и тут же, резко развернувшись, пошла в сторону ворот Лос-Сантоса.

— А теперь все забыли то, что только что видели, — приказал я делающим вид, что рассматривают листочки на деревьях, гвардейцам. — Человек просто привык так прощаться. Где там Влад и Макс?

— Уже ждут у кристаллов с этой стороны, — сообщил измаявшийся от безделья Рыбак. — Вернее, не ждут, а активно ломают кристаллы… В отличие от нас.

— Не ной, всем достанется, — усмехнулся я. — Пойдём!

Мы быстро зашагали сквозь мокрый и пахнущий влагой лес и через полчаса прибыли на место. Первым меня встретил Пастор.

— Смотрите, Дмитрий Николаевич!

Возбуждённый сталкер подвёл меня к огромному кристаллу сорок третьего уровня, рядом с которым лежали две четырёхметровые туши существ, похожих на прямоходящих трёхголовых ящериц.

— Они неожиданно выскочили, — продолжил Пастор указывая на монстров. — Только по счастливой случайности у нас всего двое раненых. Правда, одному придётся пришивать ногу. Но не это главное. Вы посмотрите, что на их чешуе.

Я нагнулся и, хоть было ещё светло, включил фонарь. Чешуя мёртвых ящериц будто была покрыта тонким слоем белого порошка. Я провёл по нему пальцем и поднёс к носу. Очень знакомый аромат, уловив который, я в очередной раз порадовался, что хорошо учился в университете.

Итак, база.

Для простоты назовём те куски, предположительно, погибших миров, куда мы попадаем через кристаллы, островами. И монстры, которых мы там встречаем, — это мутировавшие представители флоры и фауны.

Но вот твари, что являются к нам, проходят через «острова» лишь транзитом, задерживаясь там совсем ненадолго. А идут они из некоего «логова», про которое ничего не известно.

Так вот, переносясь к нам, монстры зачастую захватывают часть атмосферы «острова». Как правило, это всего лишь запах, который не уловить простому человеку и который быстро исчезает. Но бывает и такое, что произошло только что: монстры на своей чешуе принесли нечто большее. И, судя по всему, вся атмосфера на «острове» в этом кристалле полностью пропитана этим самым белым веществом.

А вещество это не что иное, как емелин (по фамилии первого, кто его нашёл). Если евгенит защищает от воздействия магии, то емелин просто магию игнорирует.

В моём мире и в моё время евгенит ценился намного выше, чем емелин, но в начале магической эпохи всё было совсем иначе, ведь последнее вещество идеально для создания оружия. Правда, тут есть нюанс — например, пуля бронебойной не сделается, так как антимагический эффект достигается именно из-за объёма вещества, и в пуле его не хватает. А вот создать меч с использованием этой штуки или копье, в том числе и для баллисты, очень даже можно.

К сожалению, емелин, в отличие евгенита, не выходит из кристалла наружу, и сливом, как показывали нам по дороге в Рязань, его не соберёшь. Зато на «острове» его может быть приличное количество, и упускать такую возможность разжиться чрезвычайно ценным ресурсом нельзя.

— Вы знаете, что это за вещество? — спросил Пастор.

— Возможно, — кивнул я и встал. — Мне нужно двадцать семь человек с очень большими рюкзаками, а желательно и с мешками. Но это должны быть надёжные люди, которые сдадут всю добычу.

— Тогда, — Пастор оглянулся, — наверное, вам стоит взять своих ребят. Всё равно, кроме вас, никто этот кристалл сломать не сможет. Кстати говоря, он уже такой большой, что из него в любой момент может вылезти очень здоровая хрень.

— Влад! — повернулся я к подошедшему главному гвардейцу. — Вызывай тридцатку наших. Самых сильных. Срочное дело.

Подкрепление прибыло через час. За это время мы с Максимом и Владом сломали все оставленные нам кристаллы и заодно набрали очередную партию средних жемчужин.

— Итак, бойцы. — Я медленно шёл вдоль ряда выстроившихся между деревьями гвардейцев. — На самом деле ваша задача просто не умереть. Мы с Максимом и Владом втроём можем перебить всех монстров, но нам нужны ваши руки, чтобы вытащить то вещество, что находится внутри. Мы не знаем, насколько оно ценно, но собрать и исследовать его обязательно нужно. Вооружайтесь и экипируйтесь.

Ребята принялись собираться, а ко мне снова подошёл Пастор.

— Зачем они берут с собой автоматы? — тихо спросил он меня на ухо. — Они же там не работают.

— Эти работают, — ответил я, установив звуконепроницаемое поле — И, если у нас с вами всё пойдёт хорошо, мы вас тоже такими снабдим. Но пока, к сожалению, из соображений секретности я не могу этого сделать.

— Я понял и не осуждаю, — кивнул Пастор, с любопытством разглядывая амуницию наших ребят.

Да, чем шире будет распространяться влияние Савино, тем больше будет всплывать вот таких вот маленьких фактов. Странное оружие, странная магия, странная осведомлённость, обилие денег и большая скорость развития. Но что делать?

Мы подошли к ключевой точке. Дальше события будут развиваться стремительно, и скрыть наши преимущества уже не получится. Более того, их придётся очень активно использовать.

По мере того, как ребята докладывали о готовности, я подходил к каждому из них и накладывал дополнительные защитные руны. Через двадцать минут всё было готово, и я ещё раз собрал всех.

— Просто отбивайтесь и отстреливайтесь. Лекари, следите за всеми. Если получится, мы постараемся отвести монстров от вас. От места появления никуда не отходить. Всем всё понятно?

— Так точно!!! — прогремел рёв.

— Тогда берёмся за руки.

Мы встали в цепочку, и я посмотрел на стоящего рядом со мной Макса.

— Ты всё запомнил?

— Так точно, ваше сиятельство! — Макс огляделся. — А зачем нам все эти люди?

— Увидишь. Твоя задача не изменилась, надо помогать Савино и убивать всех врагов.

— Понял, — широко улыбнулся Максим.

Я подошёл к кристаллу и положил на него ладонь. Мир мигнул, и мы оказались в огромной белой пещере.

Первой мыслью было то, что она покрыта снегом, но на самом деле она была полностью засыпана тем самым белым порошком, который я увидел на шкуре ящера, емелином. Также он пятисантиметровым слоем лежал на полу и витал в воздухе, создавая плотную завесу вроде тумана, отчего видимость не превышала десяти метров.

Макс тут же ломанулся вперёд, но не успел сделать и пяти шагов, как в белом мареве мелькнула огромная тень.

Здоровяк взмахнул топором, но не попал, а в следующую секунду его сбила с ног четырёхметровая коричневая дрянь вроде гигантской игуаны на длинных лапах.

Вдоль её выгнутого хребта торчали шипы, они же покрывали бока и венчали её хвост. На лбу игуаны торчал рог. По счастью, им она в Максима не попала. Но и удара мощных лап хватило для того, чтобы свалить гиганта на землю.

Тварь упёрлась ему в грудь и, оскалив зубы, заверещала… А в следующий миг её голова разлетелась от общего залпа.

— Сзади! — заорал кто-то.

По счастью, бойцы своё дело знали, и часть из них заранее расположились лицом в сторону новой атаки. Там появились ещё две игуаны, и их тут же изрешетили. А вот дальше началась жопа, и монстры полезли со всех сторон.

— Максим, назад! — крикнул я и указал пальцем. — Стоишь здесь.

— Есть, — тут же отозвался здоровяк и занял позицию.

— Этот сектор наш! — снова рявкнул я и полыхнул огнём из пирамидки в морду выскочившей из тумана игуаны. Тварь заверещала, но, к моему удивлению, продолжила движение. Я вскинул свободную руку и пронзил её сосулькой. Эта атака удалась, и, покатившись, туша замерла у моих ног.

— От огня у них иммунитет! — крикнул я и поменял навершие пирамидки на водную жемчужину.

Монстры атаковали, магия сверкала, автоматы не замолкали, но проблема заключалась в том, что их тоже нужно было перезаряжать. Радовало только то, что на этом острове обитали твари одного типа.

Я срезал ледяным лезвием ещё двоих монстров и, пользуясь секундной передышкой, огляделся. Двое легко раненых и не меньше двадцати тел у ног наших ребят.

Передышка затянулась. Монстры больше не появлялись, при этом за гранью видимости раздавался рёв, шипение, визги и звуки ударов.

— Что происходит? — повернулся ко мне Влад.

— Я их отвлёк, — сообщил появившийся на моём плече Гензо. — Создал там иллюзии, и твари их пытаются достать. Давай я буду указывать направление скоплений, а вы будете туда шмалять.

Я осмотрел бойцов, здесь были только те, кто или посвящены во всё, или и так уже достаточно много видели.

«Давай», — подтвердил я про себя, а вслух крикнул:

— Монстры нашли другие цели и сейчас пытаются их достать. Я буду ставить метки, а вы должны стрелять и бить магией в ту сторону.

— Примерно в десяти метрах от метки, — подсказал Гензо.

— Цели будут примерно в десяти метрах дальше от меток. Начинаем!

Тут же в тумане с разных сторон появилось семь красных мишеней.

— Огонь!

Разделившись на группы, бойцы принялись стрелять в белое марево. Видно, не совсем точно, и хранитель внёс очередную коррективу: теперь над каждой мишенью появилась цифра от одного до семи.

— Вторая, надо бить левее, — подсказал Гензо. — Они хреначат мимо.

— Тем, что стреляют по второй мишени, целить левее.

— Лучше! Пятая — чуть правее.

— Пятая — чуть правее.

— Из шестой на вас бегут двое.

— Из шестой сейчас появятся двое, — передал я, и две здоровенные игуаны тут же выскочили из тумана.

Наши быстро переместили огонь, и две мёртвые туши упали, не достигнув кольца обороны.

— На четвёртой чуть правее и ниже, а с шестой и седьмой тоже атакуют.

Продолжая передавать наводки хранителя, я координировал стрельбу своих бойцов и уже начал радоваться, как вдруг…

— Всё, босс, — грустно сообщил Гензо. — Я уже испробовал все варианты, но они поняли, что это какая-то херня. Готовьтесь.

— Сейчас будет атака, — крикнул я, и через две секунды туман вокруг нас буквально взорвался.

Но и мы были готовы: перезаряженные автоматы застрекотали, сосульки и ледяные лезвия полетели навстречу оскаленным мордам, а из-под земли ударили ледяные же шипы. Я скастовал воздушный удар и откинул сразу трёх прущих на меня игуан. Тут же меня в плечо что-то ударило, и оказалось, что это голова, которую только что срубил Максим.

— Прорыв! — заорал вдруг кто-то, и в следующий миг одного из бойцов снесло.

Рог пробил плечо, а оскаленная пасть потянулась к шее гвардейца. Меч в руке Влада сверкнул синим, и голова твари покатилась по покрытой белым порошком земле. Лекарь склонился над раненым бойцом, а остальные ребята закрыли их спинами.

Я снова ударил ледяным лезвием и тут заметил, что волна монстров ослабела. Прошло ещё полминуты, и всё затихло, слышались только хрипы редких недобитых тварей.

— Нужно оставить раненых монстров, чтобы собрать добычу, — напомнил я.

— И не только для этого, — рассмеялся Гензо.

— Что такое? — настороженно переспросил я.

— Да что-то мне интуиция подсказывает, что это ещё не конец.

— Думаешь, будет босс?

— Сто процентов будет, но он не вылезет, пока вы не убьёте всех его миньонов.

Что ж, никто и не обещал, что будет легко.

— Оттащите вон ту и ту тварь в сторону, — скомандовал я. — Обрубите им лапы и не забудьте подлечить. А, и вон ту ещё до кучи. И соблюдайте осторожность!

— Пещера просто огромная, — доложил Гензо. — Мы находимся, считай, у одной стенки. Честно говоря, я начинаю сомневаться, что босс появится, когда мы добьём этих гадов. Возможно, это произойдёт, когда мы выйдем в центр пещеры или подойдём к её противоположной стене.

А вот это хреново.

Я задумчиво огляделся. Босса мы вряд ли сумеем оставить раненым. Скорее всего, придётся его добить, а после этого у нас будет только минута на то, чтобы сломать кристалл и покинуть территорию. Естественно, за эту минуту ни о каком сборе такого нужного материала речи идти не будет.

— Внимание! — Я махнул рукой. — Всё это — здоровущая пещера. Нельзя исключать того, что, если мы пойдём далеко в ту сторону, не выскочит босс. Самого его я возьму на себя, но до того, как мы его встретим, нам нужно по максимуму и не отходя далеко собрать добычу.

— Вот это, что ли? — Рыбак провёл ботинком по полу пещеры, и в воздух тут же взметнулось белое облако.

— Да, нам нужен этот порошок. — Я нагнулся и зачерпнул горсть емелина. — Его следует очень-очень плотно набить в мешки, в рюкзаки и во всё остальное. Напоминаю, что вы не можете вытащить из этого мира больше, чем то, что держите в руках. Никаких носилок! Они просто исчезнут, а вы, скорее всего, вернётесь с тем, с чем вошли, а может быть, даже и покалеченными. Мешки нужно класть на плечи и не забыть надеть рюкзак. Больше двухсот пятидесяти килограмм с учётом вашего веса брать нельзя. Бывали случаи, когда люди возвращались располовиненными. Всё, начинайте сбор.

Собирать добычу всегда приятно, и бойцы с энтузиазмом принялись сгребать белую пыль в мешки, а я обернулся и стал пристально всматриваться в туман.

«Может, как закончим, тебе побольше маны зачерпнуть и попробовать физическую форму принять, чтобы его спровоцировать?» — спросил я Гензо.

— Да я в маленький шарик уже превращался и скакал там, — ответил хранитель.

«А вот так вот больше делать не нужно. — Я посмотрел в единственный глаз стоящей в „снегу“ лохматой бутылки пива. — А вдруг босс бы сразу вылез?»

— Ну, я это делал, ещё когда пытался игуан отвлечь.

«Всё равно на будущее давай без этого».

— Да ладно тебе, даже эти ящерицы сообразили, что я им фигню подставляю. А босс тут, похоже, реагирует именно тогда, когда большая часть народа заходит в определённую зону. По крайней мере, такие выводы я делаю из той информации, что есть в твоей голове.

«Может, ты и прав».

Я снова огляделся. Ладно, чего просто так стоять, надо помочь ребятам. Я достал из рюкзака мешок и принялся сгребать в него емелин.

Мы закончили примерно через час. У наших ног лежала куча забитых белым порошком мешков и рюкзаков. Самая ценная добыча, которую я получал в этом мире. Теперь осталось самое сложное — доставить её наружу. Первым делом мы добили раненых игуан, но чуда не произошло — выход не открылся.

— Берём всё и очень медленно идём вон в ту сторону. Мы с Максом впереди, остальные в девяти метрах сзади. Наши мешки тоже возьмите, потом мы их у вас перехватим.

Ребята поднатужились, а я и здоровяк налегке зашагали вперёд.

Десять метров.

Двадцать.

Сто пятьдесят.

Тишина и всё та же белая взвесь.

— Двадцать метров до центра, — сообщил Гензо.

— Внимание! Всем занять оборону!

Бойцы рассредоточились, а я достал пирамидку и поднял ее над головой. Несколько секунд ничего не происходило, а потом пошел дождь, очень быстро превратившийся в ливень. Ну а чего? Во-первых, дождь перед битвой хорошая примета, а во-вторых, надо хоть немного почистить воздух, а то не видно же ни хрена.

Дождь шел еще несколько минут, и пещера за это время превратилась из белой в серую, а под ногами захлюпала грязь. Зато видимость возросла до тридцати метров. То что надо!

— Ваша задача не изменилась! Просто выжить! — крикнул я бойцам, после чего повернулся к Максу. — А ты очень внимательно слушай, что я буду говорить. Понял?

— Да!

— Тогда вперёд!

Гигант поднял топор и, хлюпая ботинками, затопал по вязкой грязи. Шаг, два, три, четыре… Удар! Пещера вздрогнула, и рядом с нами упало несколько, отколовшихся от потолка, здоровенных булыжников, а следом в трёх метрах рухнул огромный сталактит.

— Поставить щиты вверх! — крикнул я, и тут земля задрожала.

«Эпицентр в пяти метрах впереди Макса!» — заорал Гензо.

— Все отходим! — закричал я. — Макс, назад!

Здоровяк отпрыгнул. Совсем рядом с тем местом, где он только что стоял, стала быстро расти серая гора, а в следующий миг раздался оглушительный рёв.

Глава 4

Гора серой грязи становилась всё выше, а потом взорвалась будто вулкан. Увидев только верхнюю часть выбравшегося на поверхность монстра, я понял, кто это, и, признаться, большой радости не испытал. Хотя нет, немного испытал — от своей предусмотрительности. Не очисти я воздух от взвеси, нам пришлось бы очень тяжело.

— Рассредоточиться! — крикнул я. — Держать его на расстоянии не меньше десяти метров. Если кого-то заденет, тут же оттаскивайте его в сторону и лечите. Урон стихией воздуха и физический. К остальному у него иммунитет.

В нашем мире тварь называли «попрыгун». Шар до десяти метров в диаметре, внешне напоминающий мозг человека, который при этом очень неприятно пульсирует, будто из-под розовой кожи изнутри кто-то пытается вылезти.

Ввиду малого количества кристаллов в моём мире, в последнюю тысячу лет этого монстра не встречали, а по книгам я помнил про него четыре вещи.

Первая — для своих габаритов он подвижен и прыгуч.

Вторая — выпускает длинные до десяти метров щупальца, и удар этих щупалец очень опасен, так как гадина легко пробивает доспехи и впрыскивает прямо через кожу яд, способный мгновенно парализовать, а если оперативно не полечить жертву, то и убить.

Третье, что я помнил, — это то, что его нужно убивать, отрубая отростки, тогда попрыгун продолжит выпускать новые, но при этом будет становиться меньше. Правда, вроде как он ещё и умеет восстанавливаться…

— Камни для этого жрёт! — напомнил Гензо, прочитав мою память.

Точно! Ещё и камни жрёт, сволочь.

Все эти мысли пролетели у меня в голове, пока огромный монстр выкапывался из земли, а я менял навершие пирамидки на жемчужину воздуха.

— Что делать, босс? — заорал Макс, перекрикивая треск выпускаемых нашими магами электрических разрядов.

— Активируй воздух! — уточнил я специально для него.

Топор гиганта имел все четыре встроенные стихийные жемчужины, и, к моей радости, Максим сумел активировать нужную.

— А теперь бегай перед ним, старайся не попадаться под щупальца, а когда они попробуют тебя ударить, обрубай их.

Макс радостно ломанулся к огромной туше, и она тут же атаковала. Сразу четыре длинных отростка вырвались из тела существа и устремились к гиганту. Сверкнуло лезвие, и два из них упали в серую грязь, а вот два других наотмашь хлестанули по телу Макса.

Первый удар заблокировала броня, но гад хорошо высасывал магию, и поэтому второй пришёлся точно поперёк груди гиганта. Крик боли огласил своды пещеры, и, к моему удивлению, оказалось, что кричит именно Максим.

Доспехи на его груди задымились, и мой могучий союзник упал. Неужели на него так быстро подействовало? Пирамидка была готова, и я активировал её.

Ветвистая молния вырвалась с навершия и ударила точно в центр огромного шара. Тварь заверещала гораздо громче Максима и отпрыгнула в сторону. Те ребята, что стреляли из автоматов, тут же перенесли огонь, а шестеро присутствующих магов воздуха продолжили бить молниями.

Попрыгун снова огласил своды пещеры визгом, задёргался и резко прыгнул. И прыгнул на стоявших группой четырёх бойцов. Они бросились врассыпную, но один не успел. Будто кеглю, огромный шар сбил его с ног и прокатился по нему. Боец, скорчившись, замер на земле, а от его брони пошёл дым.

— Срочно лечить! — заорал я и снова зарядил в монстра молнией.

Попрыгун отскочил, а я склонился к Максу и быстро скастовал на него лечение. Красный ожог, проступивший сквозь разрыв в броне, тут же немного посветлел, а Максим перестал стонать, и его взгляд стал осмысленным.

— Больно! — проговорил он. — Очень…

— Не подходи так близко и не попадайся под щупальца, — скомандовал я и снова ударил пирамидкой.

Тварь прыгнула, на сей раз на другую пару наших бойцов, и опять один из них не успел уклониться и, потеряв сознание, остался лежать в вязкой грязи.

Нет, так дело не пойдёт! Молнии и пули лишь замедляют его и причиняют боль, но при этом вреда не наносят. Чтобы он слабел, нужно работать именно с щупальцами.

Перекинув пирамидку в левую руку, в правой я зажал меч и бросился к чудовищу. Оно заметило мою инициативу и быстро покатилось навстречу. Когда между нами осталось метров пять, четыре щупальца рванули ко мне.

Сверкнула выпущенная мной молния, а я прыгнул в сторону и наотмашь рубанул мечом. Минус щупальце, при этом по мне чудом ничего не попало. Я перекатился, тут же срубил второй летящий ко мне отросток и снова выпустил разряд.

Попрыгун вздрогнул, не переставая вопить, плюнул на меня и снова бросился на моих союзников.

Но не угадал — пара гвардейцев этого ждала. Они усилили ноги и сумели отскочить в стороны, при этом один из них срубил ещё одно щупальце. К слову, отростки, лишившись привязки, тут же скрючивались и начинали дымиться. По идее, каждое потерянное щупальце должно уменьшать массу существа, но визуально пока этого заметно не было.

— Усиливаем давление, — крикнул я. — Упор на щупальца!

— Я могу попробовать его отвлечь! — крикнул мне на ухо заметно нервничающий Гензо.

«Не надо! Вмешивайся, только если всё станет совсем плохо!»

Пули и молнии продолжали терзать тело попрыгуна, кроме этого, в него вонзилось несколько заряженных воздухом копий. Под мощным натиском монстр на несколько секунд растерялся, а потом выбрал новую цель. И, на свою беду, напоролся на Влада.

Меч опытного гвардейца уже был заряжен нужной магией, а на лице застыл хищный оскал. Он ждал до последнего и, только когда щупальца были уже совсем рядом, прыгнул, причём прыгнул не в сторону, а навстречу существу.

Его броня вспыхнула белым, и от идущей от неё волны воздуха в упругом теле гада образовалась вмятина. Это обескуражило его, и Влад, воспользовавшись моментом, отрубил сразу три щупальца, после чего быстро отскочил в сторону.

Снова раздался рёв, и шар быстро покатился в сторону от угрозы, но тут уже был я. Теперь сверкнул мой меч, и в серую грязь упали четвёртый отросток и только появившийся пятый.

Во, теперь объём гада действительно уменьшился, и он это тоже осознал. Он задрожал и стал выше.

— У него ноги! — заорал кто-то.

И действительно попрыгун вдруг выпустил две конечности, очень напоминающие мускулистые ноги, только с двумя коленными суставами. Видимо, гад решил прыгнуть подальше.

Хрен там!

Я уже был рядом и нырнул рыбкой. Ноги толкнулись, но я успел дотянуться, и мой меч отрубил одну из них практически у основания.

Толчок у шара получился хреновый, и, вместо того чтобы подняться вертикально вверх, его сильно занесло в сторону, где на него тут же налетел Максим, отрубив ещё два щупальца.

Больше монстр экспериментировать не стал и просто двумя большими прыжками отступил. После чего задрожал, сплющился чуть ли не вполовину и толкнулся.

— Вот сука! — крикнул Влад.

Думаю, подобные мысли посетили всех задравших головы гвардейцев. Попрыгун повис точно на самом длинном из торчащих с потолка сталактитов, а потом будто бы напоролся на него и затрясся мелкой дрожью.

— Он восстанавливается! — заорал я. — Сейчас не будет атаковать, нужно попробовать отрезать от него как можно больше кусков.

Показывая пример, я разбежался, зарядил ботинки магией воздуха и оттолкнулся, после чего ещё и взорвал под собой сгусток энергии. Меня подкинуло высоко вверх, и мой сверкающий меч со свистом рассёк воздух. Плоский кусок тела твари отделился от неё и полетел вниз, чернея и дымясь.

— Бей! — заорал охваченный азартом Влад и повторил мой приём, отрубив от гада ещё один солидный ломоть.

Но больше всего удивил Максим — он взмахнул здоровенным топором и швырнул его.

— Где он этому научился? — ошеломлённо проговорил Гензо, вместе со мной наблюдая, как отрубленный широченным заряженным магией лезвием огромного топора кусок отваливается от твари.

Остальные гвардейцы тоже не стояли без дела, они продолжали стрелять, только теперь не в центр туши, а по её краям. Пули хоть по чуть-чуть, но стали отщипывать маленькие кусочки тела, и визуально казалось, что вокруг монстра образовался дымовой ореол. Это отмирали те самые оторванные кусочки.

Попрыгун, похоже, понял, что отожраться ему не судьба, и соскользнул с изрядно обглоданного сталактита… И это стало его очередной ошибкой, ведь снизу уже ждала четвёрка во главе со мной.

Сверкнули лезвия, и наши барабанные перепонки едва не полопались — это уже был визг даже не боли, а, скорее, отчаянья. Монстр тут же отпрыгнул, но и мы не щёлкали клювами и успели от него отрезать ещё по кусочку.

По большому счёту теперь, когда все поняли тактику борьбы с попрыгуном, остальное стало делом техники. Правда, долгой техники. Рубили гадину мы ещё не меньше получаса, и даже когда она стала диаметром в два метра, утончившиеся щупальца по-прежнему обжигали. И пусть сознание уже не лишали, но причиняли весьма ощутимую боль.

Правда, и наша магия — в частности, молнии — теперь давала значительно более сильный эффект. После каждого попадания шар на долю секунды застывал, что позволяло рубить его более комфортно.

Наконец попрыгун стал совсем маленьким, и, подскочив, обиженный Макс точным уверенным движением разрубил его напополам. О том, что мы победили, сообщил заискрившийся по краям пещеры туман.

— У нас минута! — заорал я. — Хватайте мешки!

Бойцы бросились к добыче, а я сам к кристаллу в середине пещеры. Добежав, положил на него руку и принялся вытягивать энергию.

Мне понадобилось двадцать секунд, после чего сердце острова со звоном рассыпалось, а в его осколках я заметил очень приятную вещь, не семя, к сожалению, но большую жемчужину земли.

В хозяйстве пригодится! И, кстати, надо подумать, куда её пристроить. Две другие уже активно работают и приносят пользу.

Я поднял добычу и обернулся. Гвардейцы уже были собраны и принесли мне мою долю груза. Я быстро закинул за спину огромный рюкзак, поднял на плечи тяжеленные мешки и едва закончил, как мы снова оказались посреди знакомого леса.

— Ничего себе вы затарились. — Пробегающий мимо молодой сталкер удивлённо замер. — Это что такое вы принесли?

— Сами пока не знаем, — не моргнув глазом, соврал я. — Будем надеяться, что-то ценное.

— Может, вам помочь донести? — спросил парень.

— Да, было бы неплохо, — кивнул я, глядя, как мои ребята сгибаются под тяжестью мешков и рюкзаков. — До нашей части дороги, а дальше мы сами.

— Без проблем, ждите здесь.

Сталкер кивнул и побежал за подмогой, мы же, понимая, что все сейчас в кристаллах, сбросили тяжёлую поклажу. Чтобы собрать нужное количество народу, понадобилось тридцать минут. Мы как раз отдохнули и перекусили, после чего уже относительно налегке двинулись в сторону Савино.

Всю дорогу домой я думал о том, что же делать с зелёной жемчужиной. Оранжевую мы пристроили в мастерских в самом Савино, и она помогала нашим магам и зачаровальщикам, работающим с огненной стихией. Белую мы отправили в Огненную усадьбу. Энергии там хватало, но для переноски тяжестей на стройке часто использовали магию воздуха.

Скорее всего, и зелёная пойдёт туда же, ведь с землёй при стройке тоже много работы, а соответствующего кристалла там нет. Чёрт, когда же мы выбьем следующее семя? Уже не терпится посадить кристалл призыва.

Мы вышли на наш участок дороги через два с половиной часа изрядно вымотанными, но, к счастью, нас здесь уже ждали телеги. Мы загрузили добычу, и в одну из них уселся я сам.

— Все ещё болит, — со страданием глядя на меня, к телеге подошёл Макс.

— Болит? — удивился я. — Ну-ка подойди поближе.

Кожа в месте разорванного доспеха гиганта действительно снова стала красной. Странно, я же лечил его и во время самой битвы, и после того как мы вышли.

— Садись ко мне, — приказал я.

— Да вы подлечите просто немного, ваше сиятельство, и я пойду дальше кристаллы ломать, — смущённо проговорил Макс.

— Садись, говорю. С Милой встретишься.

Смущение тут же пропало, и гигант залез на телегу, отчего та, несмотря на руны, немного просела.

— Сними броню, — сказал я, когда мы тронулись.

Макс быстро разделся, а я стал внимательно разглядывать его рану. Действительно странно. За время долгого боя щупальца зацепили многих, в том числе и меня. Но после лечения все прошло, а здесь какая-то нездоровая хрень. И прямо на глазах покраснение вокруг раны увеличивается.

Я поднял ладонь и скастовал лечение. Стало лучше, но через полминуты краснота начала возвращаться.

— Да уже не болит совсем, — пробормотал Макс, но стало сразу понятно, что он врёт.

— Всё! Сегодня мы сделали много для защиты Савино, — с улыбкой произнёс я и хлопнул его по здоровенному плечу. — Надо будет принять лекарство, чтобы ты чувствовал себя сильным завтра и смог работать ещё усердней.

— Это хорошо, — расплылся в улыбке Максим.

Я же себя хорошо не чувствовал — и происходящее с парнем мне совсем не нравилось. С другой стороны, я не врач, будем надеяться, что Мила и компания справятся с этой непонятной фигнёй.

В Савино мы прибыли через двадцать минут и, не разгружая телегу, сразу же направились в больницу.

— Что с тобой? — воскликнула Мила, подбегая к Максиму, едва он вошёл в двери.

— Босс кристалла сорок третьего уровня зацепил, — пояснил я. — У остальных все прошло, а у него нет. Надо взять на усиленный контроль.

— Поняла, — кивнула Мила и посмотрела в глаза Максима. — Быстро за мной!

Она схватила его за здоровенную лапищу и утащила в дальнюю комнату.

— Как успехи? — подошла ко мне Аня.

— Успехи в чём? — уточнил я.

— В установлении нового савинского миропорядка, — рассмеялась сестра.

— А, ну тут всё по плану, — улыбнулся я. — Скоро враги будут штабелями лежать у наших ног.

— Вот знаешь же, что сказать девушке, чтобы ей было приятно. — Сестра поцеловала меня в щеку. — Кстати, как у тебя лекарство усваивается? Нормально, без побочек? Не забываешь принимать?

Лекарства… А ведь действительно сегодня сделали до хрена дел: с самого утра зачищали кристаллы, потом была битва с приспешниками князя диких земель, следом тяжёлая драка с боссом, сбор емелина. И венчал все это тяжёлый путь через лес, где хоть у меня и забрали часть груза, но здоровенный мешок я тащил. При этом всём чувствую себя вполне бодренько. Похоже, работают наши разработки!

— Отлично всё, побочек нет, — сообщил я сестре. — А у остальных как?

— Было несколько жалоб, но там вопрос индивидуальной непереносимости компонентов. Подобрали другое сочетание, и всё прошло. А так все довольны и добавки просят!

Аня снова широко улыбнулась, и тут у меня на поясе зашипела рация.

— Рубка вызывает графа.

— Слушаю, — отозвался я.

— Из Огненной усадьбы сообщили, что кортеж «Достойных потомков» проехал.

— Отлично. Спасибо.

Я отключился и сразу же вызвал дежурного на воротах.

— Там сейчас Сергей Сергеевич приедет, проводите его в мой кабинет. Тот, который в тюрьме.

— Вас понял, ваше сиятельство, — подтвердил получение приказа гвардеец.

Что ж, может быть, сейчас я получу ещё какую-то информацию. Помахав рукой сестре, я зашагал в сторону усадьбы. Ещё несколько минут есть, неплохо бы после такого тяжёлого дня принять душ. Сталкеру, конечно, всё равно, как от меня пахнет, но ведь я не только его буду встречать.

* * *

Я отлично понимал, что разговор с Сергеем Сергеевичем будет исключительно деловым, и что, скорее всего, мой собеседник будет торопиться. Поэтому ни о каких накрытых полянах речи не шло. Для вида и из вежливости мои девочки, конечно, поставили кувшин с яблочным соком, большую тарелку с бутербродами с бужениной и фрукты. Но этим мы и ограничились.

— Приветствую вас, Дмитрий Николаевич, — пожал мне руку глава «Достойных потомков» и сел в гостевое кресло у стола.

— Чем порадуете, Сергей Сергеевич? — спросил я, устраиваясь напротив.

— Да ничем, Дмитрий Николаевич, — развёл руками сталкер. — Хотя, как знать, у вас свой путь, и, может быть, то, что другим не нравится, вас, наоборот, порадует.

— Ну, давайте посмотрим, — улыбнулся я и глотнул яблочного сока.

— Тогда начну сразу с главного. — Гость посмотрел мне в глаза. — К сожалению, все наши договорённости придётся аннулировать.

— А что так? — спросил я.

— Мне досталась другая зона, — ответил глава «Потомков».

— Насколько я помню, — задумчиво проговорил я, — вы вместе с четырьмя другими сталкерскими кланами всегда делили территории вокруг каждого незачищенного города. То есть вы имеете в виду, что теперь планируете осваивать другую часть Воронежа?

— Нет. Мы заключили союз с «Монолитом» и Пермской империей, — прямо сказал Сергей Сергеевич. — И теперь делим дикие земли принципиально иначе.

— Даже так? — Я поднял бровь, но тут же улыбнулся. — Спасибо за откровенность.

— Так мы ж друзья, ваше сиятельство, — тоже улыбнулся сталкер. Правда, его серые глаза были очень серьёзны. — И я бы сразу хотел прояснить, что никакого отношения к тому, что сейчас происходит, мы не имеем. Предложение поступило буквально вчера. И, как вы понимаете, в текущих условиях я не мог от него отказаться.

— Понимаю, — кивнул я. — И ввиду того, что информацией не обладаю, никак прокомментировать ваше решение не могу.

— Намёк понял. — Сергей Сергеевич усмехнулся и налил себе сока. — Тогда вот вам информация. Надеюсь, не нужно говорить, что источник вам стоит держать в строжайшем секрете?

— Не нужно.

— Так вот. — Сталкер побарабанил пальцами по столу. — «Монолит» себе забирает Уфу. Самый жирный кусок, потому что город уже практически расчищен от кристаллов. «Везунчики» — это вторая по величине сталкерская группировка, забирают Саратов. Нам предлагали взять Воронеж, но по понятным причинам я отказался. — Сталкер с прищуром посмотрел на меня. — И тогда нам дали Самару.

— А «Соколы» и «Крылья Судьбы»? — спросил я, вспомнив названия двух других кланов из первой пятёрки.

— Они отклонили предложение Глыбы, это глава Монолита, и продолжают поддерживать нынешнее правительство.

— Даже такие есть? — удивился я.

— У всех свой путь, — философски заметил Сергей Сергеевич и взял бутерброд с бужениной.

— А Воронеж никому не достался, что ли? — с надеждой спросил я.

— Не с вашим счастьем. — Сталкер быстро прожевал бутерброд, запил соком и снова заговорил: — Глыба договорился с достаточно большим количеством крупных кланов, входящих в первую двадцатку, и Воронеж достался сразу четырём из них. Если сложить их суммарную мощь, то они где-то будут на уровне «Монолита».

— Это сколько в бойцах? — уточнил я.

— Если брать всех, плюс их более мелких союзников, около трёх тысяч.

— Ну, это не так страшно, — улыбнулся я.

— Так и думал, что вы так скажете. Но самое главное, что в течение нескольких дней, я думаю, они сюда приедут.

— «Сюда» — это куда?

— Да все они наверняка слышали про Савино, поэтому, думаю, прямо сюда.

— На танках?

— Да нет, я имею в виду поговорить. Про вашу инновационную схему в Лос-Сантосе тоже все наслышаны, и, скорее всего, они сначала попробуют мирно вписаться и, только если не сумеют договориться, будут действовать иначе. Кстати, имейте в виду, что, например, я бы на их месте, если бы захотел устроить войну с Лос-Сантосом, попробовал договориться с кем-нибудь, кто уже представлен в городе, или подослал бы туда свои более мелкие кланы. Причём сделал бы это заранее.

— Спасибо за предупреждение. — Я закинул в рот пару вишен. — Кстати, ваше посольство там останется?

— Ну, если вы не возражаете, то да, — пожал плечами сталкер. — Хотелось бы получать информацию, так сказать, из центра событий. А я убеждён, что событий у вас там в ближайшее время будет много.

— Ага, люди Сергея Ярого уже приходили.

— Уже? — Достойный потомок глубоко вздохнул. — Но, впрочем, чего удивляться. Об этом, кстати, я тоже хотел предупредить, но, похоже, опоздал. Сейчас князья потянут свои руки, и да, Сергей Ярый ближайший из них к Лос-Сантосу. Но, извините, с ним вам придётся разбираться самостоятельно.

— Да я вообще всё привык решать самостоятельно, — рассмеялся я.

— Хорошо, тогда у меня последнее. — Глава «Достойных потомков» посмотрел в окно. — Уверен, что после того, как Липецкая область объявила о своей независимости, сюда потянутся многие аристократы, которые в той или иной степени поддерживают Пермскую империю, ну, или просто хотят падения нынешней власти, а может, не горят желанием посылать свои войска в армию. Думаю, кто-то из них доберётся и до Усмани и окрестностей.

— И что они будут здесь делать? — уточнил я.

— Скорее всего, захватывать деревни.

— Прям захватывать?

— Ну, тут я уж точно не знаю, но сомневаюсь, что все они будут строить поселения с нуля, особенно если у них нет здесь заранее подготовленной базы. Я слышал, что вы активно коммуницируете с соседними деревнями, так вот, вам стоит предупредить их об этом и самим быть готовыми ко всяким неожиданностям. При этом, даже если кто-то из нижегородской аристократии про вас слышал, то уже забыл. Они считают, что здесь у нас, точнее, у вас дикий уголок с необразованной деревенщиной, которой достаточно показать автомат и прикладом этого автомата дать в зубы, чтобы она сделала всё, что хочет барин из Нижнего. Вряд ли они, конечно, обладают супербольшими армиями, но зато они точно славятся большим гонором и, может быть, заручатся поддержкой князя Снегова. К слову, если вы слушаете липецкое радио, то оно целыми днями призывает к тому, чтобы люди с той стороны Оки переезжали сюда и заселяли «девственный плодоносный регион». Конец цитаты.

— Хорошо, спасибо вам ещё раз, — от души произнёс я. — Никаких претензий по поводу разрыва договора я не имею, более того, если вам вдруг понадобится помощь, можете в любой момент обращаться.

— Это взаимно и приятно, Дмитрий Николаевич. — Достойный потомок встал, протянул было мне руку, но тут же её убрал. — О, забыл спросить самое главное. Вы-то на чьей стороне?

— А сами-то как думаете? — прищурился я.

— На своей? — поднял бровь Сергей Сергеевич.

— И только на ней, — кивнул я.

Мы обменялись крепкими рукопожатиями, и сталкер вышел из кабинета.

Что ж, общие расклады понятны. По большому счету, чтобы прояснить кое-какие нюансы, мне осталось поговорить с графом Волковым.

А то, что сюда кто-то едет, так это ж только здорово. Если это друзья, то они присоединятся к нам или с ними можно будет наладить торговлю, а впоследствии поглотить. А если враги, то они везут нам оружие, броню, деньги и другую добычу, которую мы у них отнимем.

Глава 5

После встречи с Сергеем Сергеевичем я быстренько перекусил, попутно выслушав рассказ Кати о визите Кости, а затем снова пошёл в больницу.

— Не могу ничего сделать! — Чуть ли не в панике Мила заламывала руки. — Только если постоянно вливать в него энергию, намечается улучшение, но доходит до определённой стадии и останавливается. Лекарства тоже не помогают, а стоит прекратить манипуляции, как ему снова становится хуже. Мы отправили образец яда в Липецк, но я думаю, что они ничего о нём не знают.

Мы стояли у специально сделанной для Макса огромной постели, а он лежал, улыбался и хлопал глазами.

— Всё будет хорошо, — детским голосом проговорил гигант. — На мне всё как на собаке заживает.

Похоже, не в этот раз, приятель.

— Я покопалась у тебя в голове, — переживая не меньше Милы, сообщила сидящая в ногах Макса Акаи. — Там ничего нет о подобных случаях.

«Да, тут явно дело в нём самом, а точнее, в тех мутациях, которым его подвергли».

Я снова перевёл взгляд на красную рану, наличие которой не соответствовало известным мне законам. На неё не получалось воздействовать даже магией изменения — травмированная область ей сопротивлялась. Собственно, лечение, от которого раненому становилось лучше, не заживляло саму рану, а просто подстёгивало регенерацию пациента или какие-то другие процессы в его организме, но этого не хватало. Оставалось только одно.

— Надо ждать, — сказал я Миле.

— Я пробовала ждать. Через полчаса у него вся грудь и живот стали такими же.

— Но видишь, ты же смогла потом локализировать все только до раны. Значит, сможешь ещё раз. Другого выхода нет. Раз всё это происходит из-за его внутреннего строения, нужно, чтобы он победил всё это самостоятельно.

— Я боюсь! А вдруг это примет необратимый характер?

— Милая. — Я взял девушку за руку и вывел её в коридор. — Не надо пугать его ещё больше. Он сильный, он справится.

Говорил я твёрдым, уверенным тоном, хотя внутри ничего подобного и близко не ощущал. Случай был науке не известен. По крайней мере, мне в прошлом мире, как подсказала хранительница, ничего подобного не попадалось.

— Тогда я, может быть, не приду сегодня ночевать, — тихо проговорила Мила.

— Смотри по обстоятельствам, — кивнул я. — В любом случае пока ещё есть время, и я пойду ломать кристаллы.

— Хорошо.

Девушка снова зашла в комнату к Максу, а я вышел из больницы.

Тянуло меня на ту сторону реки по двум причинам. Первую я объяснить не мог, просто хотелось. А вторая — это, разумеется, происходящие вокруг события.

Князь диких земель Сергей Ярый дал нам четыре дня, но после того, как я уничтожил минимум треть его отряда, а также убил его посланника, он может что-то предпринять и раньше.

Нападёт или нет, вопрос открытый, но готовиться к этому нужно. Плюс к тому беспокоила полученная от Сергей Сергеевича информация о четырёх претендующих на Воронеж крупных кланах, визита представителей которых стоит ждать совсем скоро.

Ну и, разумеется, нельзя было сбрасывать со счетов независимость Липецка. Как поведут себя нынешние власти и какие порядки устроят, тоже непонятно. В общем, прохлаждаться некогда, нужно как можно скорее соединить Савино и Лос-Сантос.

Я сел в ждущую меня у крыльца больницы телегу и помчался к пирсу.

* * *

Граф Никита Андреевич Морозов был вассалом князя Тимирязева семь лет. И всё это время он докладывал о всех действиях своего сюзерена лично императору. И если сначала графу это казалось чем-то постыдным, то чем дольше сын великого князя отца просаживал полученное в наследство состояние, позорил титул и скатывался в бездну алкоголизма и грязи, тем легче ему становилось.

Да, Никита Андреевич отдавал себе отчёт в том, что он, скорее всего, просто ищет оправдание своим не самым красивым поступкам. Но какая разница?

А ещё граф Морозов владел очень необычным типом магии. Его долго изучали в секретной лаборатории его императорского величества, но так и не поняли, с чем имеют дело. Как, впрочем, это зачастую и случалось с интуитами.

Ещё в детстве Никита, прячась от своего сурового отца в шкафу, долго плакал и разговаривал сам с собой. И в один прекрасный момент с ним заговорила сидящая напротив маленькая мышка.

Он попробовал показать мышку своей сестре, но та её не увидела, как и все остальные. А вот его начали считать ещё и сумасшедшим, и, может быть, дошло бы до лишения наследства, но, на счастье юноши, ему повстречался тогда ещё достаточно молодой Ярослав Евгеньевич Орлов. Будущий император почему-то сразу поверил в мышку, а после направил своего юного протеже в лабораторию для изучения творящихся с ним необычных вещей.

В общем, мышка та оказалась не плодом его больного воображения, а призраком или чем-то в этом роде. Правда, как выяснилось, Никита Андреевич всё же разговаривал всё это время сам с собой, просто посредством этого странного существа, но самое главное было не в этом. Помимо речи, молодой человек мог управлять призрачным созданием, смотреть его глазами, слышать его ушами, при этом отправляя на расстояние до трёхсот метров от себя.

Вернее, сначала это расстояние было значительно меньше, но путём тренировок граф добился большого прогресса. Вот тогда взошедший на трон Ярослав Евгеньевич и решил пристроить его к делу, а именно, к слежке за одним из своих могущественных вассалов.

К сожалению, Никита Андреевич был не самым приближенным к князю человеком и многого выведать не мог, но старался изо всех сил, и император был доволен. А совсем недавно с графом Морозовым снова связались люди Ярослава Евгеньевича и сделали предложение, от которого он не смог отказаться. Что и привело его в стан предавших Нижегородскую империю людей.

Сейчас, сидя в одной из таверн Вологды, граф отгородился шторкой от основного зала и, откинувшись в кресле, закрыл глаза.

Это была далеко не первая таверна, которую он посетил за последние сутки. Он менял точки и посылал свою призрачную мышку в каждую комнатку и каждый подвал, до которого мог дотянуться. И уже узнал много всего интересного, что через других преданных истинному императору людей передал в Нижний Новгород. Но самого главного он ещё не выведал.

Что же чёрт возьми здесь происходит?

Эта мысль немного беспокоила графа, но не сказать, что сильно, он был очень упёртым человеком. И вот сейчас наконец, похоже, приблизился к цели.

Мышка бежала по вентиляционному туннелю и подобралась к решётке. За ней находился длинный освещённый единственной лампой коридор, который заканчивался массивной железной дверью. Охраняющие её два очень серьёзно выглядящих стражника намекали на то, что внутри происходит что-то интересное.

Не боясь, что его заметят, граф Морозов провёл мышку по коридору, и она юркнула прямо сквозь толстую тяжёлую створку.

Сердце Никиты Андреевича учащённо забилось. Его призрачная разведчица оказалась в камере, где прикованными к стене сидели двое людей. Князья Шуйский и Тимирязев.

Впрочем, первого узнать оказалось не так просто, ещё совсем недавно Шуйский был толстым. Точнее, граф Морозов видел его таким сегодня. Сейчас же он скинул не меньше двадцати килограммов и выглядел, откровенно говоря, плохо. Плюс к тому его тело покрывали многочисленные кровоточащие раны и ссадины.

А вот сюзерен графа Морозова выглядел точно так же, как сегодня, а точнее, три часа назад, когда его встретил граф.

«Их подменили», — осенило императорского шпиона.

У него задрожали руки, он открыл глаза и схватил стоящий на столе графин с водкой. Плеснул себе рюмку и залпом выпил. Плеснул следующую, выпил ещё раз и только тут додумался закусить солёным огурцом.

«Подменили! А если речь идёт о гипнозе, то, возможно, подменили на гипнотизёров».

Граф сделал десять глубоких вздохов. Это вообще не помогло, и тогда он сделал ещё пятьдесят. Потом жахнул ещё одну рюмку и резко встал.

«Значит, прав был император! Нужно срочно сообщить в центр».

* * *

Староста Липитино, Вячеслав Иванович Грунькин, стоял на втором этаже своего дома и, немного отодвинув шторку, внимательно наблюдал за происходящим в деревне. А происходили там очень неприятные вещи.

По меньшей мере триста вооружённых бойцов выгрузились из броневиков, грузовиков и внедорожников и сейчас, светя перед собой фонарями, шастали повсюду. О чём они спрашивают тех деревенских, кто не додумался спрятаться дома, было совершенно понятно, потому что после вопросов, а иной раз и ударов, все они тыкали пальцами в дом старосты.

— Человек триста, — громко проговорил Вячеслав Иванович. — На бортах машин вензель заглавной буквы Д. Идут ко мне.

Гостей долго ждать не пришлось. Уже через несколько минут в сопровождении солидной охраны к калитке подошёл высокий мужчина лет пятидесяти. Он носил аккуратную чёрную бороду, а на его плечах лежал длинный белый плащ. Незваный гость окинул презрительным взглядом домик, после чего его дружинник открыл калитку. Процессия проследовала к крыльцу, и послышался скрип открываемой двери.

— Вячеслав Иванович отдыхает! — раздался снизу испуганный голос его жены, а потом глухой удар.

Сердце старосты сжалось, но он сдержался и не вышел из комнаты. По лестнице застучали шаги, и дверь распахнулась. Староста шагнул навстречу гостю.

— Вячеслав Иванович Грунькин, — представился он. — С кем имею честь?

— Граф Добрынин, — широко, но очень недобро улыбнулся мужчина в белом плаще. — Ваш новый хозяин.

— Хозяин? — вскинул брови староста. — Позвольте посмотреть на ваши бумаги.

— Бумаги будут чуть позже. Сначала ты должен подписать вот эти. Ты и сто человек из твоей деревни.

— А что это? — посмотрев на брошенную на стол папку будто на гадюку, спросил Вячеслав Иванович.

— Неважно, — рыкнул аристократ. — Просто подпиши и всё.

— Я бы хотел сначала взглянуть.

— Ты что, не понял, старик? — граф подошёл к старосте вплотную и, резко выбросив руку, схватил его за шею. — Я твой новый хозяин, и ты сделаешь всё, что я повелю!

— У нас свободная деревня, — прохрипел Вячеслав Иванович.

— Была свободная, а теперь другие законы. Просто возьми ручку и подпиши.

— Но что это? — собрав последние силы, выдавил староста.

— Ну ты тупой.

Граф брезгливо разжал пальцы и сделал шаг назад. В этот же момент к Вячеславу Ивановичу подскочил здоровенный дружинник и со всей силы ударил его в живот. Староста согнулся и упал.

— Хочешь пережить сегодняшний день, подпиши, старый дурак, — наклонился к нему граф. — И тогда твой новый хозяин, может, не будет тебя больше бить.

От боли на глаза Вячеслава Ивановича навернулись слезы, а взгляд его сам собой упал на рацию, которая уже давно работала на передачу голоса в Савино.

* * *

Почему меня тянуло в дикие земли, стало понятно буквально через час. Тогда, когда в осколках очередного разломанного кристалла я нашёл семя. Второе, что подобрал лично я, а не моя команда.

И это прекрасно! Тем более что никаких вопросов относительно того, что сажать, в этот раз нет. Это точно будет кристалл призыва. Оставался только вопрос: где его вырастить? В Савино или в Огненной усадьбе? Я склонялся к первому варианту.

Время уже было позднее, к тому же добыча жгла карман, поэтому я тут же прыгнул в телегу и помчался назад в деревню. Очень хотелось сразу рвануть к усадьбе, но меня тревожило состояние Макса, и сначала я заскочил в больницу. Меня встретила Аня.

— Ему совсем плохо, — растерянно пробормотала она. — Но я не даю Миле его лечить. Она приступит, только если он начнёт умирать.

— Правильно, малышка, — кивнул я сестре. — Если что, сразу связывайтесь со мной.

— Конечно, Дим.

Я вышел и едва не бегом направился к усадьбе. Очередная заставленная белыми кристаллами комната в подвале уже давно ждала своего часа, и через несколько минут я посадил семя в самом её центре.

— Все готовы? — спросил я у сидящих напротив меня туманной белой лесы и маленькой лохматой одноглазой бутылки.

— Уже давно! — нетерпеливо кивнула Акаи.

— Давай, начинай уже! — подпрыгнул Гензо.

Ну, начинай — значит, начинай. Я сконцентрировался, вспоминая, как именно использовать энергию призыва. После чего стал вливать её в кристалл.

Прошла минута.

— Опять, что ли, ни хрена не вышло? — раздражённо прошептал я.

— Вышло, мой родной, вышло, — раздался за спиной незнакомый низкий женский голос.

Я обернулся и обомлел.

Глава 6

Да, после белой туманной лисы и одноглазой фиолетовой лохматой пивной бутылки такого я увидеть никак не ожидал.

— Нравлюсь? — спросила новая хранительница.

Ну а как такое может не понравиться? Непонятно, истинный ли это облик или новый член нашей команды специально решила эффектно появиться. Но, так или иначе, выглядела она потрясающе, разве что цвет подкачал. Кожа хранительницы была голубоватой, цвет глаз фиолетовым, а волосы, обрамляющие милое личико, чёрными. А так передо мной стояла самая настоящая демонесса, как я их себе представлял. Высокая, стройная, с грудью третьего размера, длинными ногами и небольшими рогами на голове. Одета она была в длинное обтягивающее шёлковое бордовое (под цвет кристалла) платье. Правда, стояла хранительница на полу подвала босиком.

— Это чтобы у тебя комплексы не возникли по поводу твоего роста, — кокетливо хихикнула демонесса, прочитав мои мысли. — Моё имя слишком длинное и сложное, поэтому можешь называть меня Эби. И я здесь для того, чтобы стать правой рукой величайшего человека на Земле.

С этими словами хранительница встала на колено и, опустив голову, протянула мне двумя руками большую семихвостую плеть. Гензо не смог удержаться от участия в представлении и, приняв форму белой смирительной рубашки с мигалкой вместо головы, издавая звуки серены, стал летать над демонессой.

— Я все вижу!

Эби, резко вскочила и плетью ударила по Гензо. Разумеется, не попала, и хвосты плётки прошли насквозь.

— Эй, не ссорьтесь, — рассмеялся я.

— Вот, значит, как надо было появляться, — недовольно проворчала Акаи. — Я в твоих мыслях читаю, Дима, что понравилось тебе такое представление.

— Ой, да ладно вам. — Я повернулся к новой хранительнице и улыбнулся. — Расскажешь что-нибудь интересное?

— Могу показать, — гордо вскинула голову она.

— С удовольствием посмотрим.

Я сложил руки на груди, а Эби осмотрелась.

— Места тут, правда, мало, — пробормотала она.

— Плохому танцору… — прошептал мне на ухо Гензо.

Хранитель метнула на него злобный взгляд и вскинула руки. Послышался зловещий шёпот, и шёл он будто бы со всех сторон, а потом его резко сменил крик.

— Врата ада, откройтесь!

Эби хлопнула в ладоши, и между плотно посаженными кристаллами появился бордовый портал от пола до потолка. По нему прошли молнии, а по окружности заклубился дым.

— Приди же и служи своему господину! — пафосно закончила демонесса и… Ничего не произошло.

— Ну, почему не произошло? — хихикнула Акаи. — Вон смотри внизу.

Я посмотрел и ничего не увидел.

— Ниже смотри, а вообще ближе подойди.

Я подошёл ближе.

— На корточки теперь встань.

Я присел, но по-прежнему ничего не видел.

— Да блин, слепой, что ли⁈ — Передо мной появился Гензо и ткнул крошечным пальчиком в пол.

Я наклонился совсем низко и увидел неприметного красного муравья. И он меня, видимо, тоже, так как встал вертикально и поднял одну лапку вверх.

— Похоже, он готов служить тебе! — заржал Гензо.

Ещё несколько секунд я оторопело разглядывал малявку, а потом перевёл взгляд на демонессу.

— Это то, что ты хотела мне показать?

— Ну а чего ты хотел от портала первого уровня? — Эби смущённо развела руками и поджала накрашенные фиолетовой помадой губки. — Да и кубик неудачно лёг.

А, точно, кубик. Ну ладно, коль я посадил семя, вырастил кристалл и даже получил хранительницу, надо бы вспомнить все, что знаю о магии призыва.

Итак, открыть сам портал — небольшая проблема. Проблема призвать из него что-то действительно стоящее. В теории можно получить очень мощного монстра-воина вплоть до класса А, а то и выше, и он будет сражаться за тебя. Или призвать бригаду здоровенных рабочих муравьёв. Отдать им приказ, а они вместо тебя выроют под городом огромные катакомбы.

Но это в теории, а на практике всё зависит от двух факторов.

Первый — это опыт призывателя. Да, к сожалению, тут недостаточно просто иметь большой резервуар. Тут нужна именно практика. То есть открыл портал, получил не то, что хотел, попробовал открыть другой портал. Чуть-чуть иначе. Получилось лучше или хуже. И вот так, экспериментируя, можно добиться результата.

Разумеется, в нашем мире это было не очень востребовано, настоящих специалистов в этой технике очень мало. В основном они выступали в различных шоу и развлекали людей.

Второй фактор, от которого зависит появление монстра, — это так называемый кубик. Тот самый, который используется в играх. Точно не известно, сколько у него граней, но предполагается, что двадцать, и во время каждого призыва этот кубик бросается.

Если у тебя сегодня день не задался, и он упал единичкой, то, даже обладая опытом, ты всё равно можешь призвать таракана вместо здоровущего слона. А вот если выпадет двадцатка, то, даже если ты новичек, можешь призвать что-то толковое.

Это что касается магов призыва. А что у нас с кристаллом?

Я открыл меню.

Прокачка хранителя. Увеличивает его резервуар и вероятность призыва сильных монстров.

Прокачка магов на территории кристалла. Увеличивает их резервуар и вероятность призыва ими сильных монстров. Примечание: эффект постоянный и действует даже за пределами действия кристалла призыва.

Прокачка владельца криста лла. Аналогично предыдущему пункту, только идёт намного быстрее.

Ага, на этом уровне я могу выбрать только один из предложенных выше вариантов. И выбор, откровенно говоря, непростой, пожалуй, перед тем как его сделать, нужно прочитать все.

Внимание! Хранитель может появляться на определённом расстоянии от контрольной точки. Расстояние зависит от уровня кристалла. Текущий уровень два, расстояние 200 метров. На каждый 20-й уровень кристалла вы можете выбрать дополнительную контрольную точку, рядом с которой будет появляться хранитель.

Это очень хорошо, и с этим всё понятно. То есть уже совсем скоро я смогу покрыть как Савино, так и Огненную усадьбу, а месяца через два и Лос-Сантос. Судя по всему, дальность здесь такая же, как и у большинства остальных кристаллов. Сто метров за уровень. Ладно, дальше.

Специализация прокачки хранителя.

И тут два подпункта.

Количество (много, мало).

Тип (воин, рабочий).

— То есть я могу настроить пункты так, чтобы ты призывала, например, по одному большому боевому монстру? — уточнил я у Эби.

— Не совсем так, это не про призыв в данный момент, а про прокачку специализации. — Демонесса откинула упавшую на глаза чёрную чёлку. — Вот представь себе тело человека и его мышцы. Допустим, ты выбираешь пункт «рабочие монстры». Ну и, предположим, это бицепс. Ты включаешь эту галку, и, пока она работает, будет качаться исключительно мой бицепс. Соответственно, когда подойдёт время призыва, и я начну его осуществлять, если ты прокачал мне бицепс, но при этом не прокачал ноги, хорошо получатся только рабочие монстры, а ноги, то есть монстры-воины, хуже.

— Мне не нравится это ограничение, — поморщился я.

— Ну, на самом деле ты не забывай, что это только первый, а точнее, уже второй уровень кристалла, — заметила хранительница. — Дальше будут появляться дополнительные характеристики, как, например, ты сможешь прокачать меня на способность призывать летающих или плавающих существ, а может быть, мелких или ядовитых. И выбирать ты сможешь больше одного. В общем, со временем я стану очень универсальной, если ты, конечно, не станешь качаться сам или тратить время на своих никчёмных помощников.

— Кмх, мы одна команда вообще-то. — Я назидательно поднял палец. — Без этих никчёмных помощников, даже прокачавшись, ты от армии с танками не отобьёшься.

— Прошу прощения, вырвалось.

Эби снова опустила голову, но её фиолетовые глаза лукаво сверкнули.

Что ж, у нас есть ещё один пункт меню.

Выберите, кто будет управлять существами, призванными хранителем. Также выберите режим работы хранителя: автономный/по команде.

Ух ты, а вот это реально интересно. И Акаи, и Гензо, конечно, тоже могут работать автономно, но только в рамках уже поставленной задачи, и я точно знаю, чего от них ждать.

— А почему ты меня от них отделяешь? — удивлённо вскинула брови демонесса. — Я с ними здесь на равных правах. Правильно ты сказал, мы одна команда, и если с тобой что-то случится или кто-то обгонит наш кристалл, то я умру. Поэтому можешь мне доверять. Плюс к тому у меня нет идиотского чувства юмора, как у Гензо. Я абсолютно нормальная.

— Ага, конечно, — раздался ехидный шёпот хранителя кристалла иллюзий. — Особенно мне про врата Ада понравилось.

— Я всё слышу, — снова заорала демонесса и швырнула чем-то в Гензо. Это что-то пролетело рядом с моим ухом.

— Осторожнее!

— Не бойся, владыка, это был не настоящий камень, — потупила глазки Эби, — он бы тебя не зацепил.

— Всё равно давай без этого!

Я почесал ухо и снова обратился к меню. Итак, я могу дать автономность новому хранителю, то есть уйти из Савино и сказать: «Если вдруг будет большая атака, защищайся всеми силами», — и, согласно моим установкам, она будет защищаться. Что ж, в будущем это точно пригодится. А вот сейчас…

— Так, на всякий случай говорю. — Я повернулся к демонессе: — Ты не должна открывать никаких порталов без моего прямого приказа. Если меня не будет в Савино, мой прямой приказ может передать Гензо или Акаи. Другие тебя видят?

— К сожалению, кроме тебя, повелитель, только эти двое, — Эби грустно вздохнула.

Я не стал комментировать это её «к сожалению». Лично меня это вполне устраивало. Тем более что на тридцатом уровне Гензо получил то, чего мы так долго ждали. Возможность ставить ещё одну контрольную точку. То есть теперь никаких проблем не было с тем, чтобы посылать его на боевую операцию, и одновременно держать дома и со мной, что сильно повышало наши возможности коммуникации.

Ладно, тогда пришло время настройки. Что ж, поверю Эби и в первую очередь прокачаю её, всё равно наши пока ещё осваивают другие типы магии и новый вряд ли потянут. Да и призыв не мой конёк. Потренируюсь, конечно, на досуге, но не сейчас.

Что же касается режима работы, то пусть будет автономный.

— Я не подведу тебя, владыка! — Хранительница хищно улыбнулась. — Если в твоё отсутствие придут враги, то к твоему возращению я сделаю гору из их голов!

— Повторю, тебя и твою магию без самой крайней необходимости никто не должен видеть!

— Поняла!

— А вы проследите за ней! — Я повернулся к двум другим хранителям.

— Даже не сомневайся, — кивнула Акаи.

А Гензо молча поднёс указательный и средний пальцу к глазу, а потом ткнул ими в демонессу — мол, я слежу за тобой. Та в ответ показала ему кулак.

— Рубка графу, — закричала на моём поясе рация.

— Слушаю, — отозвался я.

— Срочный вызов из деревни Липитино!

— Бандиты? — уточнил я, уже направляясь в сторону выхода из подвала.

— Никак нет. Граф приехал из столицы и заставляет их подписать бумаги, якобы они хотят, чтобы он стал их главой. Он действует очень агрессивно, угрожает и избивает людей. Староста успел передать, что видел в окно как минимум триста бойцов, есть броневики, машины, судя по всему, это передовой отряд, без мирных жителей, они приедут позже.

— Понял, ждите распоряжений.

Я поднялся в свою комнату и остановился. Во-первых, триста человек — это не шутки. Во-вторых, по большому счету они захватили деревню заложников. Ну а в-третьих, мне нужен повод, для того чтобы на них напасть.

— Граф Владу! — закричал я в рацию.

— Слушаю, ваше сиятельство.

— Ты где? И где Виктор Харитонович?

— Я еду на телеге в сторону Савино и сейчас буду переплывать реку. Харитонович, наверное, спит — он прошлую ночь дежурил.

— Свяжись с ним. Жду вас обоих в усадьбе как можно быстрее.

— Вас понял.

Глава 7

Нам очень повезло. По дорогам до Липитино было сорок километров, но по прямой меньше, и самым краешком своей зоны кристалл иллюзий до него добивал.

Большая комната в усадьбе превратилась в кинозал, а показ устраивал Гензо, чью точку привязки я уже установил в деревне.

— Мы дружинники графа Добрынина, прибывшего по вызову хозяина Липецкой области князя Снегова, — с улыбкой, в которой не было ни грамма доброжелательности, заливал здоровенный лысый мордоворот. А слушали его невысокий мужчина лет сорока и стоящая за ним дородная жена, в чей дом дружинники, выбив замок, и ввалились.

— Что от нас-то нужно? — насупившись, спросил мужик.

— Да просто формальность. — Мордоворот открыл папку, в которой лежало несколько листов бумаги. — Читать умеете?

— Конечно, умеем, — с вызовом бросила женщина.

— Тогда читайте.

Женщина взяла листок.

— Мы, нижеподписавшиеся жители деревни Липитино, наделяем старосту деревни Липитино, Вячеслава Ивановича Грунькина полномочиями на принятие любых решений от нашего имени. Харитонов Василий Васильевич, Семёнов Виктор Павлович…

— Да это уже не надо читать, — вырвал листочек мордоворот. — Это те, кто уже подписал. Видите, их больше пятидесяти человек, а нужно сто. Тут ничего страшного нет, вы просто подтвердите права Вячеслава Ивановича, не более того.

— Зачем, если он и так староста? — поднял брови мужик.

— Вы такую бумагу подписывали?

— Нет…

— Значит, он формально не староста. А это, в свою очередь, значит, что ваша деревня не в правовом поле, и вот тут возникает вопрос: почему ты, — дружинник графа ткнул пальцем в хозяина дома, — всё ещё не на фронте? Вы хорошо знаете закон о мобилизации?

Муж с женой переглянулись.

— Вот то-то и оно, а надо бы знать, война идёт!

Гнусный тип положил листок на стол и протянул мужику ручку.

— Фамилия, имя, отчество и подпись. Оба.

Всю эту насквозь лживую сцену Гензо показывал нам в миниатюре прямо на поверхности большого стола, но это была не единственная трансляция из Липитино.

Пока часть уродов собирала подписи, чтобы наделить старосту чрезвычайными полномочиями, сам избитый до полусмерти старик дрожащими руками подписывал основные бумаги, где от имени всех жителей просил графа Добрынина в срочном порядке стать их хозяином.

— Ублюдки, — прошипел Влад.

— Полностью согласен, — кивнул Виктор Харитонович, к слову, никак не прореагировавший на сам факт презентации, устроенной хранителем, хотя она наверняка удивила его очень сильно. — Но, к сожалению, я лично не знаю, что тут делать. Даже если староста завтра пойдёт в полицию и даст показания о том, что его заставили всё подписать, то сто процентов его к этому моменту вылечат, так что даже побоев снять не получится. Свидетелей нет. Эту запись, я так понимаю, мы показать тоже никому не можем.

— Гензо, приблизь, пожалуйста, документы, которые Вячеслав Иванович подписывает, — проговорила сидящая рядом Катя.

Тут же на столе появился крупный план дрожащих пальцев старосты с зажатой в них ручкой, и нижняя часть подписываемого в данный момент листка.

— Смотрите, дата недельной давности, — ткнула пальцем Катя.

— И что это значит? — спросил я.

— Это значит, что, вероятно, эти козлы сначала заехали в Усмань, с кем-то там договорились и уже запустили процедуру присоединения. Скорее всего, дали на лапу и наплели там что-то типа: «Ой, забыли дома документы, завтра подвезём». И в свете того, что Липецкая область теперь отдельно и ей не нужно подтверждения из Нижнего Новгорода, а также того, что Снегов пообещал всем быструю адаптацию на своих землях, думаю, этим же числом завтра им деревню и отдадут. И это всё будет официально.

— Тут интересно узнать, — заговорил, барабаня пальцами по столу, Влад. — Насколько правда то, что сказал тот урод, который с мужем и женой общался. Что они прибыли по приглашению князя? Они знакомы или просто прикрываются его именем?

— В любом случае юридически мы с ними уже ничего сделать не можем, — вступил в разговор я. — Доказательств действительно нет, а документы уже завтра будут оформлены. Слово графа Добрынина намного весомее слова старосты, даже если он не друг Снегова. Поэтому нам остаётся только одно — разобраться с ними сегодня.

— Это будет непросто, — проговорил мне на ухо Гензо. — Смотри.

Старые изображения исчезли, и дальше хранитель по очереди показал ещё несколько эпизодов переговоров между людьми графа, где они обсуждали то, что сегодня на всю ночь остаются в деревне, и их цель — никого из неё не выпускать.

— Можно карту Липитино? — проговорил Виктор Харитонович.

Едва он озвучил запрос, как прямо перед нами посередине стола появилось трёхмерное изображение деревни, на которой были не только дома, заборы и деревья, но и текущее расположение части людей.

— Охренеть! — пробормотал полковник. — И мы на любую территорию можем вот так в реальном времени посмотреть?

— Любую в пределах тридцати с небольшим километров, но не одновременно, — ответил я. — Обратите внимание, люди показаны только на площади диаметром триста метров, а вне этого круга только строения. В принципе, эту точку сканирования я могу двигать, но не по щелчку пальцев, а, скажем, не чаще чем раз в час.

— Всё равно это просто великолепно! — Полковник потёр руки, но тут же нахмурился. — Что же касается ситуации, то она, конечно, очень плохая. Чтобы заставить их капитулировать и выйти, мы должны привести как минимум вдвое-втрое больше бойцов. То есть всех наших. Но в этом случае мы оставим базу без присмотра, и все работы придётся остановить. А если эти козлы свяжутся с кем-то ещё и откажутся выходить, то…

— Ну, связь-то мы им обрубим, — задумчиво проговорил я, — но всё равно гнать туда всех, конечно, не хочется. Надо выманить их из деревни.

— И есть идеи как?

«На такой план энергии хватит?» — спросил я у Гензо, который уже должен был прочитать мои мысли.

— Легко, — радостно кивнул тот.

— Тогда идеи есть, — кивнул я своим. — Собирайте народ и выберите место для засады.

* * *

Время перевалило за полночь, и мы планировали выдвинуться через час, но действия графа Добрынина внесли коррективы. Мы как раз заканчивали грузить машины, как вдруг…

— Босс, смотри! — закричал Гензо, и прямо на капоте моего внедорожника спроектировал очередную сцену из Липитино.

Я быстро оглянулся и убедился, что, кроме меня, её никто не видит.

— Этот разговор состоялся минуту назад, — сообщил хранитель, и, до этого не подвижные, фигуры ожили.

— Подписи собрали, — доложил графу один из его помощников. — Также выявили двенадцать человек, которые могут создать проблемы. Они ни в какую не согласились сотрудничать, даже когда мы применяли физическую силу. Они обещали пойти в полицию, а также кричали, что они под защитой какого-то графа Акулова. Об этом, кстати, говорили многие.

— Кто это? — спросил Добрынин.

— Да какой-то местный аристократ. Пацан совсем, недавно был бароном, месяц назад стал графом. У него там пара вшивых деревенек.

— Тогда чёрт с ним, потом разберёмся, а вот полиция нам тут в ближайшие дни точно не нужна.

— План «исход»? — спросил помощник.

— Да, вместе с семьями. И старосту тоже прихватите. Только подальше их отвезите и не забудьте потом следы магией убрать, чтобы не дай бог собаки эту яму не нашли и тела оттуда не вырыли.

— Вас понял, ваше сиятельство.

Помощник резко развернулся и вышел.

— Сейчас тот урод, что говорил с графом, собирает людей, — прокомментировал Гензо, — судя по всему, самых преданных и самых отмороженных. Легенда будет такая, что всех несогласных во главе со старостой они отвезут в Липецк на аудиенцию с князем Снеговым. Тот им всё объяснит и даст большую компенсацию, причём их в любой момент ждут назад. На самом деле по дороге их всех убьют и закопают.

— Вот суки! — Я в сердцах стукнул кулаком по капоту, но буквально через секунду моё настроение скакнуло радикально в другую сторону, и на моём лице появилась улыбка.

Так это же потрясающе вписывается в наш план! Всех людей графа всё равно убивать было нельзя, а оставлять в живых тоже как-то не с руки. А сейчас они будто бы специально для нас делятся на совсем отмороженных и просто уродов. Вот просто уродов мы припугнём, а совсем отмороженные лягут в ту яму, куда собирались положить местных жителей.

Теперь главное всё успеть.

— Глушилку и кристалл загрузили? — спросил я у копающегося в багажнике Свята.

— Так точно, — кивнул рыжий, — даже три кристалла.

— Тогда все в машину.

Здоровый Топор устроился спереди, мы со Святом и Рыбаком потеснились сзади, а сидящий за рулём Даня вжал газ пол.

— Граф Владу, — сказал я в рацию.

— Слушаю, ваше сиятельство, — отозвался гвардеец.

— Действуйте по плану. Моя группа едет на перехват отряду, который собирается ликвидировать свидетелей.

— Вас понял.

Я отключился и приступил к инструктажу.

Вскоре мимо нас пролетела Огненная усадьба, и это значило, что до Липитино оставалось всего лишь двадцать километров.

— Они выехали, — сообщил Гензо. — Пропали из моей сферы, и я их теперь не вижу. Но я слышал, что они собираются поехать на запад. Там два грузовика и четыре внедорожника. Двадцать бойцов, порядка тридцати деревенских, включая женщин и детей.

«Понял тебя!»

Моя пирамидка работала вовсю, и, черпая из неё энергию иллюзий, я выслал жучков аж на пять километров вперёд нашей машины и вскоре увидел свет фар идущей колонны.

— Правильно едем. На развилке налево.

— Понял.

Мимо со страшной скоростью мелькали поля, деревья и дома, а вскоре впереди появился перекрёсток.

— Они будут здесь через пару минут, — сообщил я. — Весь мирняк в грузовиках, они по центру колонны. Останавливаемся на перекрёстке. Устанавливаем кристаллы чуть подальше, чтобы нашу машину не зацепило, и готовимся врубать глушилку.

Внедорожник резко затормозил, ребята вывалили наружу и приступили к выполнению поставленных перед ними задач.

— А чем бить-то их? — спросил Рыбак, уже спрятавший один из кристаллов прямо под асфальт посередине дороги.

Мда, кроме Свята, я что-то не удосужился больше никого научить бросать жемчужины. Надо будет заняться этим на досуге.

— Свят, ты бей жемчужинами, а остальные, остановите машины и стреляйте. Занять позиции!

Прятаться было негде, поэтому мы просто встали у внедорожника и принялись делать вид, что рассматриваем звёздное небо, а уже через несколько секунд темноту разорвал свет фар.

Заметив нас, колонна немного притормозила, а мы продолжали расслабленно сидеть до того момента, когда у первой машины на ходу погасли фары и заглох двигатель.

Я тут же размахнулся и швырнул малые скреплённые жемчужины прямо в лобовое стекло ведущего внедорожника. Взрыв раздался, когда уже вся колона успела проехать мимо кристаллов и катила по инерции.

Сразу за мной приём повторил и Свят, а я уже бежал вперёд, одновременно следя за тем, что происходит с последними машинами. И там всё было хорошо.

Третьим внедорожником занимался Топор, и у него с магией изменений давно возникла любовь, не исключено даже, что он уже владел ей не хуже меня. За долю секунды здоровяк вырастил поперёк дороги толстенную стену, и машина с ходу врезалась в неё.

Рыбак же просто проломил крышу, а потом принялся стрелять из автомата. Выжившие противники в последних машинах старались отстреливаться, но после облучения чёрным кристаллом у них получалось только впустую дёргать спусковые крючки.

В общем, это было побоище, то есть то, что гады собирались сделать с мирными жителями. Последними умерли водители грузовиков, по счастью, успевшие остановить большие машины.

— Займитесь мирными, — приказал я. — Рыбак, Топор, дождитесь наших, они скоро приедут, и отвезите пока всех в Савино. Даня, Свят, в машину, едем в Липитино.

* * *

Вообще, я все предпочитаю делать своими руками и своей головой, но это не мешает мне иногда замечать моменты, когда все складывается так, будто кто-то решил все без тебя.

Сегодня был такой вечер.

Приехав в деревню, уроды не оставили нам выбора. Потом они послали отряд, чтобы ликвидировать мирных жителей, что позволило нам легко его перехватить и устранить. А после этого сам граф Добрынин вместе с членами личной охраны решил поехать в Усмань.

Не знаю, некомфортно ли было аристократу ночевать в захваченной деревне без привычных мягких перин или он просто хотел самым первым с утра подать подложные документы в Усмань. Так или иначе, но этот их шаг был очень выгоден для нас.

Наши войска уже подъезжали к месту основной засады, а мы с Даней и Святом ждали самого графа.

К сожалению, воспользоваться рабочей и простой схемой в этот раз мы не могли — мне нужны были машины Добрынина в рабочем состоянии.

Пришлось импровизировать на всю ману.

— Раз, — начал отсчёт я, когда нас и быстро приближающиеся внедорожники разделяло двести метров. — Два… Три!

Мы выскочили из растущих на обочине кустов и встали посередине дороги.

Оба водилы ударили по тормозам, и машины остановились в пятнадцати метрах от нас.

— Красавчик! — похвалил я Гензо.

— А то ж! — довольно ответил хранитель. — Только ты давай быстрее, маны уходит жуть!

Понятное дело, ведь это в реальности мы тут стояли втроём, а граф и его люди видели пять вылетевших перед ними на дорогу полицейских внедорожников и ещё столько же сзади. И рядом с каждым по пять бойцов.

— Быстро выйти из машин! — рявкнул я, подбегая к противникам. — Считаю до пяти, и мы открываем огонь!

— Что здесь происходит⁈ — выскакивая из машины, разъярённо заорал уже знакомый мне мужик в белом плаще. — Я граф Добрынин!

— Всем выйти! — Я ткнул стволом автомата в стекло водителя. — У вас две секунды!

Гады все ещё сомневались, но тут жути подогнал Гензо, заставив иллюзии подойти и передёрнуть затворы.

— А теперь мордами в землю!

— Я Граф…

— Я слышал, — рявкнул я и нажал спусковой крючок.

Броню ублюдкам я ослабил заранее, и уже через несколько секунд перед нами лежало семь тел и Добрынин с простреленными ногами.

— Вы не знаете, с кем связались! — прохрипел он.

Блин, если бы каждый раз, когда слышу эту фразу, мне давали деньги, я бы ещё больше разбогател.

— Ты, граф Добрынин, убийца и предатель империи. Связать его.

Графа быстро упаковали, и, спрятав свою машину, на трофейных мы рванули в сторону Савино.

— Акулов Владу!

— На связи.

— Как у вас?

— Почти на месте!

— Отсчёт пошёл, у вас будет где-то час двадцать.

— Вас понял!

Я отключился и посмотрел на связанного и что-то мычавшего графа Добрынина.

— А теперь, ублюдок, слушай меня очень внимательно!

Следующие полчаса я изо всех сил давил на психику графа с помощью пирамидки, заменив ей навершие на жемчужину контроля. Разумеется, загипнотизировать мне его не удалось, но испугать очень даже.

До самого Савино мы не доехали и остановились сразу, как попали в зону действия красного кристалла. К этому моменту граф уже был готов к основному блюду.

Пользуясь уже отработаеной схемой, я изменил своё лицо и сделал его очень страшным. Мои глаза загорелись красным, а когтистую лапу я положил на голову связанного графа.

— Если не подчинишься мне, умрёшь!

Я оскалился и активировал контроль над разумным существом.

Волны магии ударили из красного кристалла, и через несколько секунд глаза графа потухли.

— Я сделаю все, что ты прикажешь.

— Совсем другое дело.

Я широко улыбнулся и повернулся к Дане.

— А теперь погнали назад.

* * *

Внедорожники, которые уехали из Липитино, больше часа назад неожиданно вновь появились рядом и остановились в десяти метрах от ворот.

— Все сюда! — заорал граф Добрынин, выскакивая из одного из них.

Восемь дежуривших на въезде бойцов тут же подбежали и встали перед ним по стойке смирно.

— Срочно сообщить всем! Уезжаем! На сборы пять минут! — скомандовал граф. — С собой брать ничего не нужно, все оставляйте здесь.

— Есть.

Бойцы разбежались, но граф в машину не сел, продолжая стоять рядом ней. Через несколько секунд выбежал Владимир Соловьёв, дружинник, оставленный в Липитино за главного.

— Что случилось, ваше сиятельство?

— Потом объясню, надо срочно уходить. Вернёмся сюда завтра. Выполнять!

Граф махнул рукой и сел во внедорожник.

Его люди собрались за десять минут, и, взревев двигателями, колонна тронулась в сторону устроенной им ловушки.

* * *

Машины, которые я подослал к воротам Липитино, были настоящими, так же, как и сам граф. Рулили ими замаскированные Даня и Свят, а остальных боевиков вновь создал Гензо.

Мы ехали во главе колонны, и сейчас она приближалась к месту засады.

— Через триста метров, — обратился я к Дане.

— Понял!

Мы замедлились и вскоре остановились.

— На выход, граф! — приказал я.

Добрынин тут же вышел и, встав перед колонной, замахал руками:

— Всем выйти из машин! — крикнул он.

Удивлённые люди подчинились и как раз выстраивались перед хозяином, когда вдалеке послышался звук сирен.

— Сложить оружие! — снова закричал граф, чем ещё больше ошарашил подданных. — Вы что, оглохли⁈ Оружие на землю!!!

Раздался лязг падающих на землю автоматов… Пора!

— Всем мордами в землю! — послышался усиленный мегафоном крик Влада.

Одновременно фары всей колонны погасли, а вот наши прожекторы, расположенные в лесу, включились, и из-за деревьев хлынули наши люди.

— Не сопротивляться! — заорал Добрынин. — Мы сдаёмся!

Откровенно говоря, его люди не смогли бы сопротивляться, даже если бы захотели. Так как по всей длине дороги мы закопали чёрные кристаллы, и, перед тем как выскочить из леса, Влад их активировал, а потом сразу же выключил.

Меньше минуты понадобилось нашим, чтобы разложить всех на асфальте.

— Ждём приезда полиции! — снова закричал главный гвардеец, а я с чувством выполненного долга вылез из машины.

Майор Мышкин в сопровождении двадцати бойцов прибыл через пять минут.

— И что здесь происходит? — спросил он, глядя на лежащих на земле людей.

— А граф сейчас сам расскажет.

Я ткнул пальцем в Добрынина.

— Да, я расскажу. — Тот повернулся к Мышкину и твердым уверенным голосом заговорил. — Меня зовут граф Виктор Денисович Добрынин. Совсем недавно я контактировал с представителем Пермской империи и принял их предложение не отправлять свои войска в армию Нижегородской империи и спрятаться. Мы захватили деревню Липитино и силой заставили местного старосту подписать документы. Но сегодня я понял, что все это время был под гипнозом, и сейчас он с меня спал.

Граф достал из сумки папку. Его ладонь тут же вспыхнула ярким огнём, мгновенно перекинувшимся на бумаги.

— Я осознал, что это все были не мои мысли, а внушённые мне идеи Пермской империи. И я очень сожалею о своём поступке. Люди! — громко крикнул Добрынин, обращаясь к своим бойцам. — Я призываю вас вернуться на территорию Нижегородской империи и дать бой пермским захватчикам. Истинный император на троне! Все свои приказы я отменяю. И, как у человека чести, у меня остался только один выход. Простите меня!

С этими словами граф выхватил пистолет, и никто не успел даже пикнуть, как он приставил его к виску и нажал на спусковой крючок. Грянул выстрел, и безжизненное тело упало на землю.

— Охренеть! — после небольшой паузы прошептал Мышкин и посмотрел на меня. — Можно вас на пару слов, ваше сиятельство?

Да, нам было о чем поговорить, ведь за последний час я узнал много нового и интересного.

Глава 8

К моему большому удивлению, всё, что сказал граф Добрынин перед смертью, было правдой.

Я допускал, что его могли немного обработать, когда он проезжал через Липецк, но такую силу внушения не мог даже представить. Тут двух мнений быть не могло: с ним поработал очень сильный маг, и однозначно в этот момент где-то рядом находился кристалл контроля. И понял я все это только тогда, когда с помощью красного кристалла переподчинил невезучего аристо.

Всю дорогу к месту западни я расспрашивал своего нового раба о деталях их встречи с князем и думал, что же мне со всем этим теперь делать. И, к сожалению, никаких очевидных и лёгких решений в голову не приходило.

Больших проблем было сразу две, вернее, одна большая, а вторая просто огромная. Последняя заключалась в том, что я недооценил владение магией контроля некоторыми представителями Пермской империи. Очевидно, что как минимум двое из них добились просто немыслимых для этого мира высот. Это князь Снегов, которому поручили заняться Липецкой областью, и князь Шуйский, контролирующий Вологду. Конечно, скорее всего, под личинами этих людей сейчас находились заранее подготовленные двойники, но для простоты буду называть их так.

В истории нашего мира тоже был период, когда сразу несколько держав в разных местах раньше других открыли секрет магии контроля. Дальше везде всё шло плюс-минус по одинаковому сценарию: они всегда подчиняли себе соседей. В том числе чтобы замедлить этот процесс, я и поддерживал Нижегородскую империю.

К слову, в моём мире эпоха подобных войн закончилась тем, что магию контроля изучили все и научились ставить ментальные блоки, что, к счастью, гораздо проще, чем пытаться кого-то подчинить.

Так вот, хоть общий сценарий противостояний везде был одинаков, но имелись и различия. В тех ситуациях, когда агрессоры владели магией контроля поверхностно, войны длились долго, и именно на такой расклад я и рассчитывал.

Но случился другой, и, если ничего не предпринять, у Нижегородской империи просто нет шансов, и очень скоро она вольётся в Пермскую. А вот чего я точно не хочу — это на моём текущем уровне развития противостоять этому объединённому государству.

Вывод отсюда только один — надо срочно, и теперь уже не экономя силы, вписываться за Нижегородскую империю.

Конечно, при этом есть риск выйти из тени, но тот план, что созрел в моей голове, оставлял надежды на то, что этого удастся избежать.

Здесь, собственно, и появлялась вторая проблема: что делать непосредственно с графом Добрыниным и его людьми?

Знал бы я все расклады заранее, конечно, действовал бы более аккуратно, но уже поздно.

Первый вариант: всех убить — отпадал сразу, так как в Липецке находилось не меньше тысячи мирных жителей, пришедших на эту сторону Оки вместе с графом. Вопрос дня, максимум двух, когда все они явятся к Снегову с вопросом, куда пропали их боевые части во главе с лидером.

К сожалению, визита к Снегову не избежать и во втором варианте, если убить только Добрынина. Только ещё добавятся и свидетели странных случившихся этой ночью событий.

Третий вариант, к которому я склонялся до того, как обо всём узнал, — контролировать графа. Но теперь он не сочетался с тем, что я планировал сделать дальше.

Именно поэтому граф по моему приказу убил себя.

Решение неоднозначное и не оставляющее мне путей для отступления. Но в общем-то я и не собирался их искать.

Так или иначе сегодня ночью князь Снегов должен умереть.

— Так что здесь произошло? — повторил свой вопрос майор Мышкин.

— Произошла полная жопа, — ответил я, устанавливая звуконепроницаемое поле и одновременно врубая пирамидку на магию контроля.

Я, конечно, собирался говорить полицейскому практически только правду, но сейчас для меня была чрезвычайно важна скорость, с которой мне удастся его убедить.

— Слушай!

Я достал из кармана диктофон и включил его:

— Я, граф Виктор Денисович Добрынин, заявляю следующее. После своего прибытия в Липецк по приглашению Павла Николаевича Снегова я встретился с ним. Наша беседа продлилась немногим больше трёх часов, и он полностью убедил меня в том, что на троне Нижегородской империи сидит самозванец и что задачей всех преданных истинному императору людей является помощь в возращении ему трона. Дальше князь Снегов объяснил мои задачи. В указанном районе мне следовало выбрать деревню и любыми способами быстро захватить над ней контроль. Люди князя в Усманьской управе должны были помочь быстро оформить необходимые документы. После захвата я должен был расширять своё влияние на другие близлежащие населённые пункты и проводить там вербовку мужчин для службы в вооружённых силах Липецкого княжества. Я стал делать все, как мне велел князь Снегов, но в определённый момент ночью в моей голове будто что-то щёлкнуло…

Голос Добрынина запнулся, и вообще на записи он говорил с несвойственными подконтрольному человеку эмоциями. О чём я его предварительно «попросил». В целом же все показания были правдой от начала и до конца.

— Моя голова закружилась, — продолжил вещать уже мёртвый граф. — И я словно посмотрел на всё со стороны. И понял, что заходил в кабинет князя одним человеком, а вышел совершенно другим. Я с ужасом осознал, что заставляю своих людей творить дикие вещи, и сам творю их тоже…

В этот момент я нажал на «стоп» и, глядя в глаза Мышкина, заговорил сам:

— В общем, дела такие. Он прибыл в Липитино, и они силой заставили старосту и жителей подписать бумаги. А всех, кто был не согласен, повезли на расстрел…

— Ты шутишь⁈

— Нет! Этому есть куча свидетелей, и это граф имел в виду под «дикими вещами». Короче, это неважно сейчас! Не знаю, прав я или нет, но мне кажется вполне логичным, что внушение, то есть гипноз, спадает или со временем, но это явно не наш случай, или когда погибает тот, кто его наложил. Или, как вариант, ломается артефакт, который его поддерживает. Сегодня мы убили и сломали много.

Я глубоко вздохнул и перевёл дыхание.

— Это всего лишь поток сознания… но что есть… Возможно, погиб сам Снегов… Ничего, кстати, про это не слышал?

— Нет, — ошарашенно посмотрел на меня Мышкин.

— Жаль. Потому что он сто процентов заинтересуется, куда подевался его новообращённый последователь. — Я провёл ладонью по волосам. — Если честно, я сейчас очень сильно жалею, что позвал тебя…

— Ты не представляешь, как я жалею, — покачал головой Фёдор Филимонович. — У меня в десять утра назначена с ним встреча.

— Со Снеговым⁈ — В этот раз мне даже не пришлось играть растерянность.

— Ага.

— Тебе нельзя ехать! — поднял голос я. — Если он живой, то он тебя загипнотизирует.

— И что ты мне прикажешь с ним делать? — нервно рассмеялся полицейский. — И вот с этими ребятами тоже.

Он ткнул пальцем за окно машины, где под дулами наших автоматов лицами в асфальт лежали двести пятьдесят боевиков Добрынина.

— Понятия не имею, — развёл руками я. — Но перво-наперво ты должен их расспросить. Я абсолютно убеждён, что они заметили то изменение, которое случилось с их графом, после того как он вышел с аудиенции со Снеговым. Плюс к тому самых отмороженных мы убили и закопали их там, где никто не найдёт. Эти, конечно, тоже выполняли плохие приказы, но, по крайней мере, они делали это без энтузиазма.

— Даже если так, — проговорил Мышкин, нервно теребя пуговицу своего кителя. — Мы просто получим доказательство того, что в принципе и так знаем: Снегов работает на Пермь. Только вот тут нюанс — мы находимся на его территории и не можем с ним воевать. Мы либо подчиняемся ему, либо уходим. А точнее, теперь уже убегаем.

— А перед тобой разве эта дилемма не вставала, когда ты узнал, что будешь с ним встречаться?

— Вставала, — выдохнул полицейский.

— И что ты решил?

— Я хотел пойти послушать, что он скажет.

— А теперь, когда ты знаешь, что он лишит тебя воли и сделает своей марионеткой? Не забывай про то, что, чтобы обработать графа, ему понадобилось три часа.

— Писец. — Мышкин провёл ладонью по вспотевшему лбу и кивнул в окно. — Ты почему их всех не замочил?

Теперь пришла моя очередь нервно рассмеяться.

— Вот не ожидал от тебя такое услышать.

— Да я не серьёзно, конечно, но блин, — полицейский поморщился. — Это сейчас видится единственным выходом.

— Да не выход это, их тысяча мирных жителей в Липецке ждёт.

— Да чтоб тебя. — Фёдор Филимонович откинулся на спинку сиденья и секунд десять смотрел в потолок. — Даже если я вдруг исчезну, расследование продолжится. И князь это так не оставит.

— Он прикажет гарнизону Усмани привести меня из Савино? — спросил я.

— Не знаю. Но даже если он обработал командиров, и они придут под твои стены, то вряд ли войска будут их штурмовать.

— Вот я тоже так думаю, — кивнул я, подводя к основной мысли. — К тому же сомневаюсь, что ради меня он поведёт войска из Липецка. Да и, откровенно говоря, чтобы нас взять, ему нужно минимум тысяч десять бойцов.

— Ты не переоцениваешь себя? — поднял брови полицейский.

— Нисколечко, а у него может быть всего десять тысяч войска. Поэтому в принципе я себя чувствую достаточно уверенно, и, если что, за моими стенами всегда найдётся место для хороших ребят.

— Может, он всё-таки умер?

В глазах Мышкина сверкнул странный огонёк, и мне вдруг почему-то показалось, что он знает мой план.

— Может быть. — Я посмотрел на ночное небо, а потом снова на полицейского. — Ладно, извини, у меня на самом деле очень срочные дела в Савино. Я готов подъехать и дать показания с утра, а сейчас расспроси всех этих ребят. Если что, здесь работает глушилка, и они не связывались с остальными. В ближайшее время тебя никто не побеспокоит, и мой тебе совет, не торопись возвращаться в Усмань. Хотя сам решай.

— Людей-то хоть оставишь? Как мне столько народу контролировать?

— Конечно, они в твоём распоряжении. Я передам Владу.

— Спасибо.

Попрощавшись с Мышкиным, я быстро всё пояснил Владу и сел в одну из наших машин. Мы поехали к шоссе, но вот на перекрёстке, убедившись, что за нами никто не наблюдает, повернули не направо к Савино, а налево, в сторону Усмани. А ещё через километр увидели стоящую на обочине ещё одну тачку. Моя группа уже ждала в ней.

— В Липецк! — скомандовал я, запрыгивая на заднее сиденье. — Максимальная скорость!

— Какая задача? — повернул ко мне голову Рыбак.

— Да ерунда, — широко улыбнулся я. — Нужно убить князя Снегова.

В салоне повисла тишина.

— А где «ура»? И другие патриотические возгласы? — спросил я.

— Сейчас, — ошарашено пробормотал, выглядывая из-за Рыбака, Свят. — Переварю только.

— Давай, пара минут на переваривание, а потом приступим к маскировке. — Я достал рацию. — Акулов Ане!

— Слушаю! — через несколько секунд шёпотом отозвалась сестра.

— Как там у вас?

— Макс жив… по крайней мере, был, когда его в тюрьму уносили.

— В смысле в тюрьму? — напрягся я.

— Да… в него будто демон вселился… разнёс полбольницы… пришлось усыпить, и ребята его на всякий случай решили приковать.

— Мила как? — с тревогой спросил я.

— Успела убежать… Чудом… Сейчас вместе с остальными с ним в тюрьме…

Твою мать!

— Ладно, понял тебя… Если что, мы со Святом несколько часов недоступны будем. Пробуйте связаться с Владом или кем-то из его людей.

— Поняла. До связи.

— До связи. — Я вырубил рацию. — Этого ещё не хватало.

— Погорюем об этом позже, Дим, — проговорил Свят. — Давай, что там с маскировкой? И зачем мы бухло и женские шмотки из Савино брали?

— Ты прав. — Я повернулся к Рыбаку. — Сергей, у меня для тебя неприятные новости.

— Какие? — прищурился он.

— Придётся тебя побрить.

— Что… Нет!!! — Савинец отшатнулся от меня и чуть ли не залез на колени к Святу. — Не дам!

— Надо, Серёг. — Я виновато развёл руками. — Иначе спалимся.

— Нет! — Рыбак выпучил глаза и обеими руками вцепился в бороду. — Я в пятнадцать лет пообещал себе, что, если Ленка из Бугров мне даст, не буду бриться никогда! И она дала!

— Не в тот день! — хохотнул с переднего сиденья Топор. — Да и через месяц с хахалем в город уехала!

— Это неважно! Дмитрий Николаевич! Ну, пожалуйста, давайте перекрасим! А⁈ На голове давайте сбреем! Там не жалко!

— Ладно, — кивнул я. — Дань. Останови, высади его.

— В смысле⁈ — На Рыбака реально было жалко смотреть.

— В прямом. На дороге до хрена постов, а у нас с собой сами знаете что. Нам нужен такой состав, который везде пропустят.

— И что, моя борода более подозрительна, чем он? — Серёга ткнул пальцем в здоровенного друга.

— Дань, тормози!

— Нет! А-а-а!!! — Рыбак заорал, затравленно огляделся, потом выставил подбородок и зажмурился. — Режьте! Только быстрее!

— Точно?

— Да, точно!

— Хорошо, тогда так и сиди, сразу и внешность изменю. Остальные, молчать!

Я приступил к манипуляциям, время от времени делая страшное лицо и кидая выразительные взгляды на спутников. Через две минуты Топор закрыл рот обеими руками и отвернулся. То же самое сделал Свят и, давясь от смеха, стал смотреть на пролетающий мимо пейзаж. А вот у Дани одна ладонь была занята рулём, а сквозь вторую он весьма громко хрюкнул.

— Всем заткнуться! — открыв глаза, рыкнул на него Рыбак и тут увидел ржущего Топора. — Что, всё так плохо⁈ Олег? Что, совсем⁈

Я делал всё, чтобы не расхохотаться, но сейчас сдержаться не смог и тоже закрыл лицо руками.

— Да что б вас! Ну-ка подвинься!

Рыбак отодвинул скрючившегося в припадке Свята и взглянул на своё отражение в окне…

— Да не так и плохо… — протянул он, хихикнул и тоже сложился пополам. — Предупреждать надо, ваше сиятельство!

— Бери помаду, тушь и наводи марафет! — вытирая слезы, выдавил я. — Даня, меняйся со Святом местами. Ты следующий.

Да, для того чтобы свести риски к минимуму, тех из нас, кто не поражал габаритами, то есть Рыбака, меня и Даню, я решил сделать девушками. Как ни крути, а пять серьёзных мужиков, мчащихся ночью по дороге, вызвали бы вопросы. Рыбака — брюнеткой, Даню — шатенкой, а себя блондинкой и, когда закончил с лицами, приступил к изменению тел.

— Ваше сиятельство, — недовольно ощупывая себя, проворковал женским голосом Рыбак. — А почему у вас сиськи больше⁈

— Тебе так кажется! Эй!

— Да вот ни фига не кажется! — возмутился бывший бородач, убирая руки с моей груди. — Ощутимо больше!

— Да не ной, у меня самые маленькие! — заржал Даня. — И вообще, я самый некрасивый!

— Самая! — поправил я. — Привыкаем говорить в женском роде. А ты, Серёг, то есть Света. Вообще можешь сам тело менять, я тебя учил.

— Точно! — Рыбак положил руки себе на грудь, и она на глазах стала расти.

— Это уже вымя, — снова хрюкнул Топор. — Дай потрогать!

— Руки убрал! — хлопнул его по ладони Серёга…

— Так стоп! — Веселье резко испарилось из моего голоса. — Через четыре километра пост! Свят, останови, переоденемся. Рыбак, уменьшай грудь, у нас нет такой одежды!

Мы встали на обочине и под дружный гогот Топора и Свята переоделись.

— Погнали, — с трудом не порвав красную юбку, я снова залез в машину. — Через три километра снижай скорость.

— Понял, — отозвался, вытирая слезы, рыжий.

У нас было несколько минут, за которые мы повторили легенду и взяли реквизит. А конкретно — достали бутылки и открыли их.

— Подъезжаем! — сообщил Свят, и буквально тут же мы увидели призывный взмах жезлом.

Мы встали за военным грузовиком и двумя полицейскими машинами и сразу же открыли все окна.

— Привет, красавчик! — глотнув вина из горла, помахал подходящему полицейскому Рыбак.

— Тихо, Свет! — отыгрывая роль, шикнул на него Топор.

— Молчу, молчу! — Балагур пьяно хихикнул и сделал жест, будто закрывает губы на молнию.

Тем временем Свят повернулся к полицейскому и протянул ему заранее подготовленные фальшивые документы. Благо подобные ситуации мы просчитывали и заранее к ним готовились. На самом деле на всякий случай документы были и у всего женского состава. И согласно именно тем, что мы взяли с собой, все мы имели Тамбовскую прописку.

— Капитан Блинов, куда путь держите? — взяв документы у Свята, спросил полицейский.

— Да в Усмани в клубах полный тухляк! — снова заговорила «Света» и выпятила еле втиснутую в блузку грудь. — Едем продолжать банкет в Липецк! Поедешь с нами, красавчик?

— Пили, Дмитрий Валерьевич? — принюхавшись, капитан наклонился к Святу.

— Да как можно⁈ — обиженно протянул рыжий и изо всех сил дыхнул в нос капитану. — Квас только пил. С чесночными сухариками.

— Заметно, — скривился и разочарованно проворчал полицейский. — Откройте, пожалуйста, багажник.

Свят вышел, а через полминуты вернулся назад.

— Счастливого пути, — козырнул капитан, и мы стартовали.

— Слушай. — Топор повернулся к Рыбаку. — А может, тебе навсегда таким остаться? Мне кажется, это твоё.

— Завидуй молча! — фыркнул Рыбак и снова приложился к бутылке.

— Гони! — хлопнул я по плечу Свята, когда пост скрылся за поворотом.

Машина снова разогналась, а я сконцентрировался на жучках.

* * *

Нас остановили ещё трижды. Последний раз уже на въезде в Липецк. К этому моменту с самоубийства графа Добрынина прошло всего полтора часа, и меня это устраивало.

Резиденции у князя Снегова в этом городе не было, но граф поведал мне, что обработка происходила в усадьбе некоего графа Воротынского. Видимо, где-то там и был кристалл контроля. Самое хреновое будет, если пермский гипнотизёр уехал по каким-то делам, но об этом я старался не думать.

По городу мы ехали значительно медленнее, а не доезжая до поместья пятисот метров, остановились. За следующим поворотом нас опять ждал пост, но на этот раз чисто военный. К сожалению, жучки заранее показали, что перекрыты абсолютно все дороги, ведущие к усадьбе Воротынского, и, прежде чем туда соваться, следовало убедиться, что именно там и находится наша цель.

Пять минут мне понадобилось, чтобы изучить территорию усадьбы и вычислить, что подвал с кристаллом действительно находится под ней. Проникнуть внутрь из-за сильной магической защиты я не мог, но тут с внутренним ликованием увидел, как одетый в длинный балахон бородатый маг заходит в комнату, откуда шла заблокированная лестница вниз.

Колдун скастовал заклинание, люк открылся, и мой жучок рванул вниз. Ступеньки, тоннель и большая комната, в которой… Вот он, мой родной!

Розовый кристалл контроля и двадцать качающих его магов. Правда, козла Снегова тут нет, но паниковать рано. В доме Воротынского есть ещё очень любопытный кабинет, тот самый, в котором и обрабатывали графа Добрынина. На него тоже наложены очень серьёзные защитные руны, через которые я не могу проникнуть, а на входе стоят аж четыре сильных мага. Всё это даёт надежду на то, что князь внутри.

— Нам по-любому нужно подобраться как можно ближе к усадьбе, — напомнил я своим. — Иначе дотуда я наши подарки под землёй не дотащу. План такой…

Следующие пять минут я проводил инструктаж, а потом севший за руль Топор завёл двигатель и направил машину к блокпосту.

Очередной взмах палочкой, и остановка.

— Закрытая зона.

Военный с нашивками капитана засунул голову в окошко, а луч его фонарика заскользил по нашим лицам.

— Привет, друг! — немного пьяным голосом заговорил теперь сидящий рядом с водителем Свят. — Да у графа Соловьёва же сегодня гулянка, вон, даже отсюда слышно. Вот мы и везём ему подарок.

Рыжий подмигнул капитану и, обернувшись, указал на нас.

— Привет!

Мы дружно замахали ладошками и, как могли, обворожительно заулыбались, стараясь показать вояке всё, что имели.

Откровенно говоря, до этого я просто скромно сидел с краю, а так как не знал, как себя вести, стал накручивать белокурый локон на указательный палец.

— Как дела, красавчик? — «Света» послала военному воздушный поцелуй. — Если хочешь, на обратной дороге к тебе ещё раз заедем.

— Да я сменяюсь с утра! — смутился боец.

— Пропусти, капитан! — снова заговорил Свят. — Земля круглая, сочтёмся ещё. Багажник, если что, открыт уже.

В придачу к магии контроля, которая активно лилась из заряженной в городе на полную пирамидки, рыжий незаметно сунул в ладонь служивому приличную пачку купюр.

Деньги исчезли как по волшебству, а военный подошёл к пустому багажнику и заглянул в него.

— Проезжайте, — бросил он и пошёл делиться добычей с коллегами по нелёгкому ремеслу.

— Спасибо, красавчик. — Даня послал воздушный поцелуй вслед небдительному стражу, и мы тронулись.

— Делов-то, — хмыкнул Свят, когда мы отъехали от поста.

— Да, только вокруг самой усадьбы тоже все дороги перекрыты, — напомнил я. — Топор, езжай медленно, я скажу, где остановиться.

— Понял.

Это был элитный район с частными трёхэтажными домами, но собственную землю имела только усадьба графа Воротынского, которая располагалась точно по центру. Мы не спеша проехали и, не доезжая пятидесяти метров до очередного поста, свернули и остановились у одного из домов. Жучки заранее показали, что он пустой.

— А теперь все за мной, — кивнул я и первым вышел из машины.

Ребята откинули заднее сиденье и достали из-под него пистолеты и два огромных саквояжа. Я же уже подошёл к двери, быстро сняв с неё защиту и сигнализацию, магией изменения вскрыл замок.

Мы вошли и оказались в темноте. Да, знай мы, что сегодня нам предстоит делать что-то подобное, съели бы по разработанной у нас таблетке, но, к сожалению, соломки подстелить не удалось.

Пришлось зажечь крохотный огонек, но все равно шли через дом мы практически наощупь, регулярно натыкаясь на мебель и другие предметы интерьера. Наконец, достигли противоположной стены и, убедившись, что за ней никого нет, я сделал дыру, и мы вышли на улицу. Быстро перебежали дорогу и оказались у следующего дома.

Вот он уже не был пустым — на втором этаже храпели хозяева, а в гостевой комнате на первом — слуги. Я снова убрал стену, и мы проникли внутрь.

— Идём очень тихо, — прошептал я, и в этот же момент Свят споткнулся о столик, столкнув с него фарфоровую статуэтку.

Лишь в последний момент я успел раздвинуть пол и тут же его снова закрыть, глуша звук разбившийся наверняка дорогой безделушки.

— Тихо, — шикнул я и ткнул Свята локтем в бок, тот развёл руками и виновато кивнул.

Убедившись, что все всё ещё спят, я скастовал микроскопический шарик света у самого пола, и мы осторожно двинулись вперёд. Миновали несколько больших заставленных массивной мебелью комнат и снова оказались у стены. За ней была дорога, на которой на каждом перекрёстке и стоял основной кордон.

— Гензо, — прошептал я.

— Секунду, — отозвался хранитель. — Готово!

Выдохнув, я снова раздвинул стену и выглянул.

В двадцати метрах справа три машины и десяток бойцов, слева то же самое.

— Иди давай! — нетерпеливо прошептал Гензо. — Я же им только картинку показываю! А вдруг они решат поговорить между собой!

Точно! Мы быстро выскочили из дыры в стене, пересекли улицу и юркнули в следующий дом. По счастью, здесь хозяева тоже спали.

Так под прикрытием Гензо мы прошли насквозь ещё два дома и оказались в последнем — его хозяева отсутствовали, а сразу за ним начиналась ограда владений графа Воротынского.

Из комнаты, где, предположительно, заперся князь Снегов, так никто и не выходил. Что ж, у меня есть идейка, как тебя оттуда достать, сволочь, но сначала надо доставить посылки.

От комнаты, где мы расположились, до подвала усадьбы было около семидесяти метров, и на то, чтобы прорыть достаточной ширины туннель, я слил весь свой резервуар и вытащил всю ману, что мог, из моих друзей. Но, обливаясь потом и тяжело дыша, я широко улыбался. Всё было готово.

— Пять минут на то, чтобы хоть чуть-чуть восстановиться, и я начинаю, — сообщил я спутникам.

Пять минут пролетели быстро, и всё это время я с удовольствием наблюдал за тем, как маги Пермской империи, используя различные заклинания, качают кристалл. С удовольствием — потому что, как я и предполагал, технологии прокачки восстановленными дикими кристаллами они не знают. И это значит, что рано или поздно, какой бы большой кристалл контроля они ни вырастили, мой его обгонит.

Но сейчас не это главное, сейчас во что бы то ни стало нужно нанести серьёзный удар по Пермской империи, чтобы у Нижегородской был хоть какой-то шанс на сопротивление.

— Ладно, пора.

Я сконцентрировался и направил первого накачанного магией тьмы жучка снаружи в стену подвала. Он ударил, и защитные руны заметно ослабели. Разумеется, это тут же заметили.

— Что происходит⁈

— Нападение!!!

Маги вскочили и засуетились, и в этот момент я взорвал находящегося внутри жучка. Пламя охватило подвал и хоть никого не могло ранить, сильно дезориентировало противников, а я в это время продолжил бить снаружи жучками тьмы, и после четвёртого защита спала. Одновременно я закончил рыть туннель, и в стене образовалась дыра.

Пламя по-прежнему бушевало, и эту дыру никто не видел, а между тем из неё выпал здоровенный чемодан.

Наши инженеры изготовили пять таких. Конечно, они предназначались для других целей, но и так неплохо вышло. Мощнейшая взрывчатка, сочетающая как физическое, так и магическое воздействие всех стихий.

— Погнали! — оскалился я и нажал кнопку на пульте.

Рвануло настолько мощно, что даже до нас донёсся грохот взрыва.

— Ну давай же! — прошептал я, наблюдая за комнатой, где, предположительно, находился князь.

Есть! Двери распахнулись, и из них выскочил знакомый по описанию Снегов и ещё какой-то пузатый аристократ.

— Что случилось? — закричал пермский гипнотизёр.

— Не можем знать, ваше сиятельство! — хором ответили стражники.

Снегов уже бежал к тому самому месту, где находился вход в подвал. Да, именно туда, где я его ждал и куда прорыл второй тоннель. Князь скастовал заклинание и открыл люк, откуда тут же вырвался столб дыма. Не обращая на него внимания, Снегов шагнул на ступеньки, и тут мой второй чемодан вывалился ему навстречу.

— Какого хрена? — прошептал гипнотизёр за секунду до того, как я нажал вторую кнопку.

Вокруг князя вспыхнуло защитное поле, но нет таких технологий в Пермской империи, чтобы спастись из эпицентра настолько мощного взрыва.

— Ого! — заржал Свят, указывая на усадьбу Воротынского.

Красиво! Следом за выбитыми стеклами, из окон рвануло пламя, а еще через несколько секунд начали складываться и стены.

Два с половиной часа с момента самоубийства графа Добрынина.

Сейчас со всех тех, кого подчинил себе князь Снегов, слетел гипноз. И это вызовет дикую, мягко говоря, неразбериху, ведь, помимо прочих, из подчинения выйдут высокопоставленные военные Липецкой области и многочисленные аристократы.

В конечном итоге эта ночь сольётся в один большой водоворот разного рода событий, и в конце концов, даже если Добрынина и вспомнят, никто о нём думать не будет. Он просто станет одним из десятков, а то и сотен. Да и нужно ли вообще кому-то будет вести это расследование? Сейчас начнётся битва за область, а точнее, за её армию.

Теперь главное, чтобы руководство Нижегородской империи смогло провести связь между гибелью Снегова и окончанием действия гипноза и понять, что это один из способов очищения. По идее, после этого они должны попробовать ликвидировать князя Шуйского.

Надеюсь, хотя бы это они смогут сделать.

Глава 9

Суматоха поднялась просто невообразимая, а уже через десять минут, кроме военных, вокруг собралось столько зевак, что незаметно выйти и исчезнуть в тумане никакой проблемы не составило. Так же как и выехать из города.

Я бы многое отдал, чтобы узнать, о чём сейчас переговариваются заинтересованные в Липецке силы, но, к сожалению, был лишён этой возможности.

Неподалёку от Усмани мы снова сменили машину, приняли нормальный облик, а ту тачку, на которой ездили на ночную миссию, на всякий случай уничтожили. В Савино мы вернулись уже утром, и первым делом я, разумеется, пошёл в тюрьму.

Да, вот сейчас полицейский участок действительно походил на то, каким должен быть. Гвардейцы стояли как у ворот, так и у каждой двери и даже у окон. Ну и, разумеется, у запертой камеры.

— Без сознания, — тут же сообщили мне и открыли дверь.

Макс лежал точно так же, как в самом начале нашего с ним знакомства, прикованным к полу, а точнее, к тяжёлой металлической плите. Подходя к гиганту, я подумал, что он умер, и только когда присел рядом и подключил магию, заметил, что сердце всё-таки бьётся. Но совсем не так, как должно, а очень-очень медленно. И так же медленно и совсем тихо он дышит.

— Кома или что-то вроде этого, — тихо проговорила появившаяся рядом Акаи.

Похоже на то. Я коснулся Макса магией, но сразу же понял, что моих скромных познаний в медицине здесь недостаточно, а вот навредить запросто могу. Единственное, что радовало — это отсутствие того шрама от атаки Попрыгуна на груди. Правда, цвет кожи неестественно белый, причём по всему телу.

— Держись, здоровяк! — прошептал я и, коснувшись пальцами его руки, встал.

О том, что Мила дежурит в моём кабинете, мне сообщили жучки, и сейчас я направился именно туда. Девушка спала в моём кресле, уткнувшись лбом в сложенные на столе руки, но едва я тихонько приоткрыл дверь, как она встрепенулась и подняла уставшее лицо.

— Привет! — нежно улыбнулся я. — Ты как?

— Нормально, — тихо ответила Мила. — Рада тебя видеть.

— Я только что был у Максима, — сказал я, садясь на стол рядом с девушкой и кладя ладонь на её руку.

— Он будто бы стал прежним, — со вздохом проговорила Мила, — никого не узнавал, всех боялся, рычал, ломал. Когда я попыталась подойти к нему, он отмахнулся, и, если бы Аня меня не отдёрнула… И самое страшное, что я всё ещё не понимаю, что с ним произошло и что будет дальше.

— Сейчас он вроде выглядит лучше, — попытался найти хоть что-то хорошее я, — по крайней мере, не дерется.

— Той дозы снотворного, что ему вкололи, хватило бы, чтобы усыпить табун лошадей.

— Ясно.

Я задумчиво посмотрел на летящие за окном белые облака.

— Здесь останешься?

— Да, Дим. — Мила виновато посмотрела на меня. — Если что, надо реагировать очень быстро.

— Понимаю. — Я нагнулся и поцеловал девушку. — Отдыхай.

— Ты тоже.

Оставив подругу, я спустился вниз и подошёл к стоящему у входа гвардейцу.

— Найдите где-нибудь кровать, а ещё принесите воды и чего-нибудь лёгкого перекусить в мой кабинет.

— Так точно, ваше сиятельство, — вытянулся тот и сразу же схватился за рацию. Я же медленно пошёл к усадьбе.

В Савино было непривычно тихо. Нет, за внутренней оградой, конечно, велись работы, но вот отсутствие людей на улицах бросалось в глаза. Что, впрочем, неудивительно, с учётом того, что львиная часть боевого состава всю ночь провела хрен знает где.

Кстати, надо бы узнать, чем там всё закончилось… Хотя, если бы было что-то важное, мне бы уже сообщили.

Я свернул на свою улицу и тут вдруг услышал какое-то странное гудение. Прошёл ещё несколько метров и понял, что оно идёт из расположенной неподалёку таверны. Странно, обычно, если открыто, оттуда звучат голоса и звон посуды, а тут именно какой-то гул. Я повернул и осторожно подошёл к двери.

В огромном зале таверны яблоку было негде упасть. Люди сидели как на скамейках, так и на принесённых с собой в стульях. Кто-то уже завтракал, но большинство просто сидели группами и о чём-то очень тихо переговаривались.

— А помнишь, как Маришка захотела большое красное яблоко, а оно высоко висело? — донёсся до меня мужской голос.

— Помню, конечно, — тут же ответил женский голос, и я узнал Клаву. — Когда я увидела, как Макс её подбросил, у меня чуть сердце в пятки не ушло.

— Но ведь хорошо подбросил-то, сорвала же Маришка яблоко.

— Вот только поэтому я его тогда и не прибила.

— О, его сиятельство пришёл, — заметил меня кто-то.

Все сразу же обернулись ко входу и принялись вставать.

— Сидите. И что, кстати, у вас здесь за собрание? — спросил я, заходя внутрь.

— Вот, ужинаем, — ответил кто-то.

— Завтракаем, — поправил кто-то другой.

— В общем, ждём, — резюмировал третий.

За столом рядом с Клавой я заметил заплаканную Таню, перед которой стояла нетронутая тарелка с гречневой кашей и котлетами. И вот тут я понял, что, все эти люди сидят здесь с тех пор, как у Макса случился припадок. Они ждут новостей, и, судя по настроению, плохих.

— Макс жив, и рана на его груди исчезла, — громко сообщил я. — Мила там дежурит, так что если вы здесь устраиваете панихиду, то преждевременно.

Таня вздрогнула, и её голубые глаза засветились надеждой.

— Он выживет? — воскликнула она.

— Шансы большие, — кивнул я. — Так что те, кто не спал, лучше идите отдыхайте.

— Я ж говорю, — громко заговорил один из строителей. — Тогда, когда он с крыши спиной прямо на кирпичи навернулся, я подумал, что ему кранты. А ни фига! Встал, отряхнулся, огляделся и этим своим детским голосочком как пискнет: «Извините, я, кажется, тут что-то сломал». Вот тогда я понял, что его точно ничего не возьмёт.

— Да это что? — тут же подхватил сидящий за другим столом гвардеец. — Помните, как он из кристалла с букетом цветов вышел? Так там ребята, что по ветру в двадцати метрах стояли, сразу все блевать начали. Это ж хризолиты были. А ему хоть бы хны, идёт, нюхает, улыбается, не слушает никого. Говорит, сейчас девочкам подарю. Благо Влад был недалеко, Макс послушал его и дал эти цветочки сжечь.

— Ага, и плакал потом навзрыд.

С моим приходом настроение в таверне явно улучшилось, и как минимум человек пятнадцать, потягиваясь и зевая, встали и вышли. Я тоже очень хотел последовать их примеру, но пересилил себя и посидел пятнадцать минут за столом с Клавой и Таней. И только когда упаднический настрой практически полностью исчез, сослался на усталость и пошёл в усадьбу.

* * *

Вчера был колоссально насыщенный день, и, по идее, я должен был помирать от боли как в мышцах, так и в магических каналах, но ничего подобного. Уже к полудню после пятичасового сна проснулся как огурчик. Работают препараты!

Сколько там я уже таблеток выпил? Вроде три дня прошло, то есть шесть приёмов.

Надо поговорить с Аней, и если кто-то избегает лекарств, то давать их насильно. Вернее, провести среди людей профилактические беседы. И нужно ещё раз уточнить наличие необходимых ингредиентов.

Ещё до того, как пойти в душ, я схватил рацию и связался с полицейским участком. В состоянии Макса изменений не произошло, но мне сообщили, что Мила провела ночь, а точнее, утро со всеми удобствами и тоже уже проснулась и работает прямо там.

После утренних процедур я прошёл на кухню, где меня уже ждала Катя. Ну и, разумеется, на столе стоял завтрак на пятерых человек, предназначенный лично мне, и Дарья Петрова притаилась у холодильника на случай, если мне не хватит.

— Всем привет, — сказал я, пододвигая к себе миску с овсянкой, посыпанной ассорти из свежих ягод. — Давайте сразу плохое, если есть.

— Плохого нет, Дмитрий Николаевич, — сразу же обрадовала меня Катя и поправила воротник белой блузки. — Есть неожиданное из Липецка.

— И что там?

— Говорят, было покушение на князя Снегова.

— Удачное? — спросил я.

— Сведения разнятся.

Разумеется.

— Нижегородские новости и сталкеры говорят, что удачное. Липецкое же радио утверждает, что князь отделался царапинами. Лично губернатор выступал, сказал, что с ним все хорошо и он полчаса назад пожал крепкую мужественную руку спасителя империи. Кое-кто из других начальников тоже выступили с аналогичными заявлениями, но не все.

Ага, видимо, выступили те, кто поддерживает Пермскую империю не только в силу гипноза, но и по другим причинам. Например, финансовым.

В том же, что князь Снегов умер, никаких сомнений нет. Более того, от него не осталось ни одного не поджаренного крупного кусочка. Ну да ладно, я свой раунд выиграл, теперь это не мои заботы.

— Ясно. Что интересного из более близкого к нам? — спросил я, с аппетитом уплетая вкуснейшую кашу вприкуску с бутербродом с толстенным куском ветчины.

— Влад вернулся через полтора часа после вас, сейчас спит. Просил передать, что всё прошло без новых эксцессов. С места допроса Мышкин уехал уже после того, как получил новости из Липецка, а также ему сообщили, что аудиенция с князем Снеговым переносится. Влад говорит, Фёдор Филимонович был очень доволен.

Ещё бы.

— Он просил заехать по возможности, но не обязательно сегодня, — продолжила докладывать по памяти Катя. — Ещё Влад просил передать, что почти все люди графа Добрынина подтвердили, что он стал очень странным после встречи со Снеговым.

— Понятно. Что там у Феникса?

— У них с Пашей всё хорошо. Продолжают активно подминать под нас Лос-Сантос. Мы им отправили туда ещё двадцать наших бойцов, а также туда постоянно ездят наши лодки с товаром. Ну и металл оттуда поступает стабильно. Так что всё хорошо.

— Прекрасно!

Я запил кашу горячим чаем и взял очищенное куриное яйцо.

— Ну и в деревне, кроме ситуации с Максом, тоже всё хорошо, — сообщила Катя и открыла лежащую перед ней синюю папку. — Но у меня, Дмитрий Николаевич, для вас есть дело. Надеюсь, вы сумеете выкроить несколько часиков.

— А что за дело? — с любопытством спросил я.

— По вашему профилю. — Катя лукаво прищурила голубые глаза. — Мы уже давным-давно подали документы на деревню Щавелевых, и они уже несколько дней как должны были быть готовы. Но нашим представителям в усманьской управе постоянно отказывают. Предлоги разные: то неразбериха в империи, то учёт, то компьютер завис. Я, в принципе, и так собиралась заняться этим лично и туда сегодня поехать, но после того, как узнала, что произошло ночью… А именно то, что кому-то, кто только сюда приехал, документы аж задним числом оформляют…

Катя усмехнулась и посмотрела мне в глаза.

— В общем, интуиция мне подсказывает, что моих навыков тут может не хватить.

Ага. Опять пресловутый «мой профиль».

— То есть ты хочешь, чтобы я поехал с тобой и выбил наши документы на Щавелево?

— Выбили на Щавелево и подали на Липитино.

— Ну-у, Кать, — протянул я. — Там ребята из Липитино такой стресс ночью пережили. Сомневаюсь, что уместно будет сегодня к ним ехать. Тем более с тем же самым вопросом, что и те гады.

— Да тут такое дело, Дмитрий Николаевич, что не надо никуда ехать. Их же Мышкин тоже допрашивал, а потом они через Влада кое-что передали. Вот. — Катя достала кипу листочков. — Причём это не та липа, какая была у Добрынина. Тут каждый житель лично написал на ваше имя прошение о том, чтобы стать вашими подданными. И не сто человек, а все. По таким документам вообще за несколько дней можно получить разрешение, причём, возможно, даже внеочередное. То есть это не повлияет на нашу возможность присоединения следующей деревни. Вот только я боюсь, те, простите, козлы, которые позволяют приносить подложные документы задним числом, а наши при этом бракуют, так просто не примут эти бумаги.

— Я тебя понял. — Я допил чай и хлопнул ладонью по столу. — Собирай все необходимое, и выезжаем. Зачистка кристаллов же продолжается?

— Полным ходом! Все, кто не был ночью на миссии и не стоит на посту на том берегу.

— Отлично, собирайся.

Тем более в Усмани у меня есть и другие дела. Например, заехать в наш новый офис, открытый вместо сожжённого, а также узнать, как там дела у Василисы.

* * *

Несколько раз вчера я проезжал мимо Огненной усадьбы, и хоть и понемногу, но стены строящейся вокруг неё крепости каждый раз становились всё выше и выше. А сейчас мне наконец представилась возможность заскочить и посмотреть, как идёт сам процесс.

Мой кортеж из трёх машин заехал в большую дыру в толстенной кирпичной стене, где в будущем будут установлены ворота, и мы оказались внутри.

Да, если раньше, стоя на крыльце Огненной усадьбы, можно было с одной стороны видеть раскинувшиеся поля, а с другой — лес, то сейчас здесь и солнце-то появлялось только тогда, когда уже приближалось к зениту.

Диаметр крепости составлял двести метров, и усадьба располагалась у самой стены, а ровно с противоположного края, тоже у стены, находились наши металлургические предприятия. По центру же возвышался пока ещё каркас будущего дома-крепости, под которым сейчас рос кристалл контроля, к слову, уже достигший двадцать второго уровня.

Эх, вот бы и дальше уровни так быстро набирались! Но нет, совсем скоро скорость сильно упадёт, и даже тридцатого уровня придётся ждать порядочное время. Ладно, в любом случае это лучше, чем то, как качают свои кристаллы пермяки.

— Как быстро! — восхитилась стоящая рядом со мной у машины Катя.

Общаться нам приходилось едва ли не криком, так как повсюду грохотала техника, громко общались люди, что-то стучало и шипела магия. В общем, стройка шла полным ходом.

Я быстро прикинул соответствие возводимой конструкции чертежам и удовлетворённо кивнул. Всё учтено, в том числе места под артиллерию и под восстановленные черные кристаллы. Даже если враг придёт прямо сейчас, то, быстренько завалив вход, мы уже сумеем дать им хороший бой. Ну, лучше, конечно, чтобы они подождали недельку-две.

— Ладно, поехали, — кивнул я Кате, и мы снова сели в машину.

— Вот сейчас вспоминаю, — повернулась ко мне девушка. — Когда мы эту усадьбу у Пантелеева забрали, там же какой-то скверик был у дома. Беседки… И фонтан даже вроде.

— И барак с рабынями.

— Это да, но я не об этом. — Катя поправила упавшую на лицо белую прядь. — Я про то, что мне гораздо больше нравится то, что там сейчас. Все эти строительные леса, ямы, дым из цехов…

— Тебе говорили, что ты необычная девушка? — рассмеялся я.

— Да. — Катя прищурилась. — Но, в отличие от сейчас, тогда это звучало как комплимент!

— Сейчас это тоже комплимент! — Я подмигнул помощнице. — И я рад, что встретил тебя.

— И я очень рада. — Катя посмотрела на промелькнувшую мимо кирпичную стену. — Но, если честно, иногда мне снятся кошмары.

— Какие?

— Мне снится, — тихо проговорила она, глядя на свои колени. — Будто я сижу в своей комнате в старом доме, и мне надо идти сдавать выпускной экзамен, а все это… Вы… Савино… Ребята… мне только приснились… И, Дмитрий Николаевич, я просыпаюсь в ужасе!

— Понимаю. — Я коснулся ладони девушки. — Не волнуйся, все по-настоящему. И то, что ты сделала, трудно переоценить.

— Спасибо! — Катя кивнула и отвернулась к окну.

* * *

В Усманьской управе мы попали сначала к некоему Борщову Виктору Сергеевичу. Чрезвычайно мутному и скользкому худощавому светловолосому типу лет тридцати с небольшим.

Сразу стало понятно, что он знает своё дело, а если конкретно, умеет переводить стрелки. Он припомнил всё, от индивидуальности подачи заявлений до большого наплыва людей в связи со сложной ситуацией в стране, но вот, как помочь нам, сообразить не смог.

Самое забавное, что магия контроля на него действовала очень слабо. Но об этом я читал. Очень часто бюрократами становятся люди с определёнными установками, и эти установки чрезвычайно трудно перебить. Вернее, это возможно, но нужно прикладывать силу совсем другого порядка и ломать их.

Пока в подобных методах нужды не было, ведь это просто исполнитель. Он, конечно, тоже брал взятки и мог решить какие-то мелкие вопросы, но сейчас нам требовался его начальник. Собственно, на встрече с которым мы почти сразу и стали настаивать.

— А его сейчас нет, — развёл руками Виктор Сергеевич и посмотрел на меня взглядом, выражающим одновременно и подобострастие, и надменность.

Ну, конечно, нет, балабол ты белобрысый! Мои жучки уже давно облетели всю управу и нашли нужный кабинет, где полноватый зализанный мужик лет сорока пяти гонял чаи и хихикал со своей длинноногой секретаршей. Правда, на его двери действительно висела табличка «На объезде».

— Ладно, тогда в другой раз.

Я сделал вид, что принял свою горькую участь, и мы с Катей покинули кабинет. Едва дверь за нами закрылась, как я приложил палец к губам и показал на лестницу. Девушка кивнула, и мы поднялись на следующий этаж.

— «На объезде», — грустно прочитала табличку на двери начальника управы Катя.

— Был на объезде, но мне кажется, что он только что вернулся.

Я снял табличку с двери и поставил её на подоконник за штору, а затем, подмигнув Кате, подошёл к двери и повернул ручку.

Конечно, изначально замок был заперт, но я уже аккуратненько и тихо взломал его. Дверь скрипнула и предательски для хозяина распахнулась.

— Здравствуйте, Пётр Ильич, — сказал я, с широкой улыбкой заходя в просторный кабинет.

— Вы кто? — опешил мужик, а секретарша соскочила с огромного стола и поправила юбку.

— Граф Дмитрий Николаевич Акулов, — представился я, — и у меня к вам чрезвычайно срочное и важное дело.

— Но я… — Хозяин кабинета посмотрел на дверь и не увидел на ней таблички. Правда, он уже и так догадался, что говорить, что он на объезде, когда я лично смотрю ему в глаза, наверное, немного неправильно. — Занят!

— Да я много времени не займу, — рассмеялся я. — Тем более дело действительно очень важное. Речь идёт о некомпетентности, граничащей с изменой, причём ни в одном вопросе, а сразу в нескольких. Вы можете себе такое представить? И где? В самом сердце Усмани!

— Некомпетентности?

— Граничащей с изменой! Или даже хуже, Катюш, садись. — Я указал спутнице на кресло напротив стола и, оглядевшись, с удивлением обнаружил, что оно единственное. — Секундочку.

Я взял оторопелую секретаршу под руку и вывел её из кабинета.

— Милочка, если кто-то придёт, скажите, что Пётр Ильич на важном совещании, а потом поедет в полицию.

Последнее я сказал громко, чтобы слышали и в кабинете, после чего взял кресло оторопевшей секретарши и внёс его в кабинет.

Дверь за моей спиной захлопнулась, а я устроился точно напротив чиновника.

Иллюзий по поводу лёгкой беседы я не питал, но уходить отсюда, не получив все, что хочу, и ещё в три раза больше в счёт компенсации морального ущерба, не собирался.

Глава 10

— Ну что, Пётр Ильич? — Я откинулся в кресле секретарши. — Как же так получается-то?

— А что получается, Дмитрий Николаевич? — Чиновник тоже удобно расположился на своём месте и хлебнул из стоявшей на столе чашки. — Я никак не возьму в толк, о чём вы говорите. У нас всё согласно закону и регламенту. Бывают, конечно, сбои из-за человеческого фактора, но не казнить же людей за это.

Да, буквально нескольких секунд мне хватило, чтобы понять, что дело гораздо хуже, чем казалось до этого. Тут не просто блоки, как у сотрудника, с которым мы беседовали до этого. Тот лишь в начале своего пути, а у этого такие установки, что без пирамидки мне их не то что не разрушить, даже с места не сдвинуть.

Другой вопрос, что использовать столь мощное оружие в данной ситуации не очень резонно. Да, в моменте я, скорее всего, смогу получить от него кое-что и сделать более лояльным. Но для того, чтобы добиться большего или хотя бы поддерживать его в этом состоянии, мне придётся встречаться с ним ежедневно. А это вообще не вариант.

— Кать, покажи Петру Ильичу документы и обозначь наш вопрос.

Белокурая помощница тут же положила на стол папку, вытащила из неё листочки и рассказала сначала о проблемах с деревней Щавелевых, а потом о нашем запросе о присоединении Липитино. Когда бюрократ услышал название деревни, его глаз дёрнулся, но совсем чуть-чуть. При этом ни выражение лица, ни тон не изменились.

— И это, ваше сиятельство, вы называете некомпетентностью, близкой к государственной измене? — Пётр Ильич удивлённо вскинул брови и звонко, но не очень естественно рассмеялся. — Ох, юность, юность, горячая кровь…

— А как-нибудь ближе к делу можно? — мило улыбнулся я.

— Ну, думаю, с Щавелево я вам могу помочь, — кивнул чиновник с таким выражением лица, будто он мне делает большое одолжение. — А что касается Липитино… тут мне надо посмотреть…

Он повернулся к стоящему на столе пузатому монитору и принялся медленно долбить указательным пальцем левой руки по клавиатуре, а правой щёлкать мышкой.

— Так, Липитино… Липитино… А, вот оно! Ой, Дмитрий Николаевич, боюсь, что вы опоздали.

— А это почему? — сделал вид, что удивился, я.

— Дело в том, что на эту деревню заявка уже неделю назад подана.

— Да? И кем же?

— Графом Виктором Денисовичем Добрыниным.

Через жучка вместе с хозяином кабинета я сам смотрел в монитор и действительно видел эту заявку. А также что в графе «документы принял» значилось имя самого чиновника.

— А кому он документы подавал, не подскажете? — уточнил я.

— Это внутренняя информация, ваше сиятельство, я не имею права её разглашать. Но, между нами, скажу, что этот сотрудник сейчас ушёл в отпуск, так что этим будет заниматься кто-то из тех, кто будет на месте. Ну, или я, если все будут заняты.

— Ясно. А можно посмотреть на те документы, что подал граф Добрынин?

— К сожалению, это тоже внутренняя информация, Дмитрий Николаевич.

— Да? Просто я убеждён, что там не хватает некоторых заявлений, — снова улыбнулся я.

— Ну, это вряд ли, у нас с этим строго.

Глаз Петра Ильича снова едва заметно дёрнулся, но в остальном он держался очень уверенно.

— То есть вы хотите сказать, что уже одобрили заявку Добрынина?

— Да, к сожалению, ещё вчера.

— И что, уже и документы соответствующие есть?

— Вы, конечно, извините, ваше сиятельство. — Хозяин кабинета сделал строгое лицо, пригладил ладонью зализанный чуб. — Но я и так уже сказал вам лишнего, а у меня, между прочим, куча дел….

— Да, прошу прощения, Пётр Ильич. — Я выставил ладони перед собой. — Но всё-таки попрошу вас написать мне отказ в письменном виде и указать причину. Видите ли, у меня тоже есть партнёры и спонсоры, и они заинтересованы в моём максимально быстром расширении. Мне нужно объяснить им, почему очень подходящая нам по расположению деревня не может стать нашей. Ну и на ваше содействие по ускорению присоединения ко мне деревни Щавелева я тоже очень сильно рассчитываю.

— Хорошо, я подготовлю вам к завтрашнему дню бумагу.

— Нет, Пётр Ильич. — Я кивнул Кате, и она достала из папки чистый листок бумаги. — Раз уж вы отказываете мне в основной просьбе, в этой пойдите навстречу, пожалуйста, тем более что задержка — это вина исключительно ваших сотрудников.

Я всё-таки подключил пирамидку, пододвинул к нему лист и положил сверху ручку.

— Нет, Дмитрий Николаевич, всё завтра.

Видно, мой вежливый тон ввёл чиновника в заблуждение и показал ему мою слабость. С выражением «я и так сделал больше, чем должен был» он отодвинул от себя листок.

— Катенька, выйди, пожалуйста, поболтай с Надюшей. — Я кивнул своей спутнице в сторону двери.

Девушка тут же встала и, цокая каблуками, вышла из кабинета. Дверь хлопнула, а я пододвинул своё кресло вплотную к столу хозяина кабинета, после чего установил вокруг нас звуконепроницаемое поле.

— А теперь, козлина, — прошипел я, убирая с лица улыбку. — Слушай сюда!

— Что? — воскликнул бюрократ, вскакивая с кресла. — Что вы себе позволяете⁈ Я…

— Сидеть и слушать, иначе я прямо сейчас вызову сюда полицию! Ты, ублюдок, задним числом взял документы у Добрынина. Сегодня ночью он приезжал и убил двадцать мирных жителей Липитино. До утра мы с Мышкиным сидели в деревне и допрашивали его и его людей, после чего граф написал чистосердечное и застрелился.

Я достал фото и бросил его на стол. При виде мёртвого лица Добрынина чиновник побледнел и медленно опустился в кресло.

— Также я знаю, что документы у графа принял лично ты, и что никакого списка согласных жителей с подписями он тебе не предоставлял. А у меня он есть.

Я снова открыл папку и, достав из неё ещё несколько листков, продемонстрировал их оторопевшему хозяину кабинета.

— И если ты, падла, прямо сейчас тем же числом, что принимал документы у Добрынина, не подпишешь всё и не передашь мне Липитино, то сам же себя закопаешь. — Я откинулся в кресле, продолжая буравить бюрократа тяжёлым взглядом. — И советую включить башку! Я твой ангел-хранитель и только что спас тебе жизнь! Теперь у тебя будет время удалить всю левую херню с компьютеров до того, как сюда придёт Фёдор Филимонович Мышкин. Так что ты мне после этого ещё по гроб жизни будешь должен. И сразу скажу. Не дай бог в будущем хоть раз по моим делам будет заминка. Хотя бы на один день! Тогда тебе звезда!

Губы Петра Ильича дрожали, и всё время, пока я вещал, он, не отрываясь, смотрел на фотографию покойного графа Добрынина. Я же сидел напротив него с каменным лицом.

Да, разумеется, Мышкин ни с какими проверками и обысками сюда не придёт. Он вообще не в курсе того, что задумали Добрынин и Пётр Ильич. Незачем ему это знать, тем более что раскрутить этот клубок он всё равно не сможет. Даже после смерти Снегова. А подкидывать дополнительные проблемы и так по моей воле погрязшему в них полицейскому я желанием не горел.

Конечно, по-хорошему этого хмыря, Петра Ильича, надо бы ликвидировать или сделать так, чтобы он отсюда уехал куда-нибудь далеко и надолго. Но, даже если это провернуть, его место сразу же займёт точно такой же урод, может быть, даже тот, у которого мы были сегодня. Судя по всему, они здесь все такие.

Проще уж оставить этого здесь и, постепенно наращивая давление, сделать так, чтобы он рано или поздно стал хорошим не потому, что его душа этого потребовала, а потому, что у него выбора другого не будет.

— Моё терпение не бесконечно, — медленно проговорил я, когда пауза затянулась. — Может, мне стоит позвонить Мышкину и ускорить его визит сюда? А я пока посижу, проконтролирую, чтобы вы из вашего сейфа вдруг ничего не вытащили и не сожгли. Можно с вашего телефончика позвонить?

— Он не работает, — рванул на себя аппарат чиновник. — А вот вы, Дмитрий Николаевич, очень плохой шантажист. И вы знаете, я, пожалуй, тоже могу кое-кому позвонить.

Теперь чуть не дёрнулся мой глаз.

Ничего себе! В какой-то мере я посмотрел на оппонента уважительно. Несмотря на то что я застал его врасплох, а также весьма солидную обработку магией контроля, он не то что не прогнулся, он уже пришёл в себя и огрызается! Вот что значит опыт. Или глупость? Неважно, в любом случае у меня есть ещё козыри в рукаве.

— Я был о вас лучшего мнения, — с угрозой произнёс я. — Что ж, давайте тогда ещё кое-что послушаем.

Я достал диктофон и нажал кнопку.

«Я, Виктор Денисович Добрынин, заявляю, что встречался с Сметаниным Петром Ильичом и подал заявление на владение деревней Липитино. Мы оформили эти бумаги задним числом, и я обязался принести ему согласие жителей, а также…»

Я нажал на «стоп».

— Там дальше всё очень подробно, но, если честно, вы меня утомили. — Я убрал диктофон в карман, к слову, теперь он лежал рядом с точно таким же, что вёл запись текущего разговора. — И, пожалуй, дальше слушать Виктора Денисовича мы будем в другом месте.

Я достал рацию:

— Граф Акулов вызывает Фёдора Филимоновича Мышкина.

Рация молчала секунд пять, и я уже начал немного нервничать, но тут она ожила, и в кабинете зазвучал усталый, но легкоузнаваемый голос главы полиции Усмани.

— Снова здравствуйте, Дмитрий Николаевич, — проговорил он. — Вы извините, я сейчас очень занят. У вас что-то срочное по нашему делу? Если нет, то, с вашего позволения, я свяжусь с вами немного позже.

— Извините, Фёдор Филимонович, не хотел вас отвлекать, — произнёс я, не сводя взгляда со вжавшегося в кресло бюрократа. — Да тут пришли кое-какие новости про Добрынина…

— Я всё сделаю! — дёрнувшись всем телом вперёд, одними губами закричал Пётр Ильич.

— Но давайте я всё-таки их ещё раз проверю и сам с вами свяжусь. Ещё раз прошу прощения за беспокойство.

— Хорошо, Дмитрий Николаевич, на связи.

Рация отрубилась, а чиновник дрожащими руками достал из кармана пачку сигарет и прикурил. Сделал несколько глубоких затяжек, бросил бычок прямо в кружку с чаем и повернулся к монитору.

Я был готов в любой момент перебить кабель питания, но впервые за время нашего разговора упёртый собеседник не стал глупить.

Он снова раскрыл заявку Добрынина и в графе «заявитель» изменил его имя на моё, после чего нажал кнопку «утвердить» и поднял глаза на меня.

— Давайте документы.

Совсем другое дело! Я улыбнулся, но при этом отчётливо понимал, что из этого кабинета мне минимум в течение часа не выйти.

Нужно ковать, пока горячо, и, помимо прочего, провести профилактическую беседу о том, как хорошо сотрудничать с хорошими людьми, плохо с плохими и какие последствия повлечёт каждый из этих вариантов.

* * *

— Отличное место, — подтвердил я.

— Согласен, — довольно кивнул мой представитель в Усмани, бывший поджигатель Вячеслав Матвеевич.

— А самое главное, нам удалось выкупить, а точнее, взять в аренду по два нижних этажа в двух соседних подъездах. Мне-то за глаза хватило бы одного, но, когда неделю назад освободился второй, я как почувствовал, что он нам может пригодиться, и заплатил за него на два года вперёд.

— Нижегородскими рублями? — с усмешкой спросил я.

— Ими самыми, — рассмеялся мой помощник. — Причём там в каждом подъезде на каждом этаже по четыре большие комнаты, плюс всякие маленькие подсобные помещения и кухня с туалетом. В первом мой офис и маленький магазинчик с образцами нашего основного товара. А во втором Василиса разместила и свою радиостанцию, и редакцию, и полиграфический цех. И самое главное, благодаря такому расположению охраны нужно гораздо меньше.

— Не, ребят, давайте без этого. — Я покачал головой. — Раз уж так получилось, что вы теперь все вместе, пусть и охраны будет достаточно. Даже несмотря на это.

Я кивнул через улицу, где прямо на нас выходил фасад главного полицейского участка Усмани. Именно его я имел в виду, когда говорил, что Вячеслав Матвеевич выбрал отличное место. Да, стопроцентной гарантией безопасности это, конечно, не является, но надо быть совсем отмороженным, чтобы теперь атаковать нас в лоб.

— Ладно, пойдём посмотрим, что вы там сделали.

Я повернулся и зашагал к первому подъезду, над которым висела большая табличка «Савино», а снизу более мелким шрифтом «официальное представительство».

Как и сказал бывший поджигатель, комнаты на первом этаже были переоборудованы в демонстрационные залы и на полках и прилавках лежал самый разнообразный производимый в Савино товар, начиная с инструмента и заканчивая броней. Отдельно в углу на постаменте стоял начищенный до блеска квадроцикл.

На второй этаж я даже не пошёл. Офис и офис.

— Есть спрос?

— Да, конечно, Дмитрий Николаевич. — Вячеслав Матвеевич кивнул. — Торгуем помаленьку и здесь, и на рынке. Мы постоянно на связи с Катей, Васильичем и с остальными. Скупаем, что ещё продают. Продаём то, что уже выросло в цене и больше цена расти не будет. Кое-какие спекулятивные сделки проворачиваем. В общем, всё под контролем. Можете идти к Василисе. Мне кажется, я её взгляд через стену чувствую. Как бы дыру не прожгла.

— Со мной не хотите сходить?

— Ой, вы знаете. — Мой усманьский помощник криво ухмыльнулся. — В последнее время я там чаще, чем здесь, бывал. Это прибей, это принеси, это купи, это закажи, этому позвони. И не я один, она даже из охраны гвардейцев припахала. Я вообще, грешным делом, хотел сделать вид, что из города уехал. Но потом, по счастью, подвернулись нормальные ребята, и я их уже к ней пристроил. Василиса, скажу я вам, такая дама, что… с живого не слезет. Настоящая находка!

— Согласен.

Я пожал бывшему поджигателю руку, вышел из подъезда и тут же зашёл в соседний, над которым висела табличка «Радиостанция. Газета». Да, кому всё это принадлежит, мы пока писать не стали. Вот запустимся, и в случае удачи можно будет начать запускать рекламу.

На двери звякнул колокольчик, и я вошёл в полумрак.

Что за фигня? Вроде меня должны были ждать.

— Эй, есть тут кто? — позвал я, и в этот момент со всех сторон загрохотало, а в глаза ударил свет.

— Ура! — заорало не меньше двух десятков глоток, и, вместо того чтобы хвататься за оружие, я огляделся.

Под потолком болтались множество разноцветных шариков, на противоположной стене висела большая растяжка, гласящая «Вестник Усмани», а на пол медленно оседали конфетти, выпущенные из хлопушек.

— Поздравляю с открытием! — подскочила ко мне Василиса.

— Ага, спасибо, — проворчал я, вглядываясь в лица.

Кроме моих гвардейцев и ещё нескольких человек из Савино, здесь присутствовало не меньше десяти незнакомцев разного пола. Очевидно, те самые наёмные работники.

— Завтра первый выпуск, — обрадовала меня журналистка.

— Уже? — вскинул брови я.

— Ну а чего тянуть? У меня и так материала было завались, а тут каждые сутки столько всего происходит, что можно по журналу толстому выпускать.

— Ну, это-то да, — кивнул я. — А юридические, бюрократические вопросы все утрясли?

— А чего там утрясать? — стряхивая конфетти с чёрного короткого платья, проговорила акула пера. — Где надо, зарегистрировались, а так у нас частное издание. Чё хотим, то и пишем, потом прочитают, если что-то не понравится, придут предъявят претензии.

— А может, как-нибудь без этого? — усмехнулся я. — Хотя бы в первое время.

— В первое время попробуем без этого, а дальше разберёмся, — подмигнула мне журналистка. — Здесь у нас редакция газеты, склад и типография. Пойдёте, второй этаж покажу. Там радио, и уже сегодня первое включение!

Не переставая удивляться энергии и целеустремлённости Василисы, я следом за ней прошёл через комнату и поднялся по лестнице.

Если внизу, помимо столов и стульев, в основном были компьютеры, принтеры и огромное количество коробок с бумагой, то здесь микрофоны, наушники, а также множество устройств для воспроизведения музыки. И здоровые стеллажи, на которых, кроме компакт-дисков, я с удивлением обнаружил здоровенную полку с виниловыми пластинками.

— Где ты это взяла? — спросил я.

— Места надо знать, — хихикнула Василиса и потащила меня в следующую большую комнату. — Это мой кабинет!

Да уж, всё по-спартански. По большому счету, кроме ещё каких-то устройств, стола и стульев, здесь стояли только холодильник и микроволновая печь. Ну и на стене висела табличка «Радиостанция „Голос Савино“».

— О чём будет первый репортаж? — полюбопытствовал я. — Про удои?

— Это то, про что мы с вами говорили, — кивнула журналистка. — «Голос Савино» — для взрослой аудитории. Здесь, да, про удои, про монстров, про урожай, про работников, про строительство. Секреты ведения домашнего хозяйства, рубрика «Сделай сам» и тому подобное. А вон во второй половине все совсем по-другому. Здесь, кстати, всё звукоизолировано.

Василиса открыла дверь, и мы оказались в следующем помещении, на ярко раскрашенных стенах которого висели весьма любопытные картинки, в том числе с изображением голых облитых краской женщин. «Сталкер в городе» гласила надпись на стене.

— Мы так называемся? — уточнил я.

— Поверьте, я знаю, что делаю, это немного переиначенное название самой популярной сейчас у молодёжи группы. — Василиса с лукавой улыбкой посмотрела мне в глаза. — Ну что, дадите интервью?

— Для «Сталкера»?

— Нет, для «Голоса Савино», конечно. Много времени не займу, не волнуйтесь.

Журналистка схватила меня за руку и потащила назад в свой кабинет.

— Слушай, они мой голос не знают, может, кого-нибудь другого попросить? — попробовал соскочить я.

— Нет! Не переживайте, в следующий раз я сама буду приезжать в Савино и брать у вас интервью. Вот, садитесь сюда и надевайте это.

Василиса пихнула меня в кресло, нахлобучила на голову огромные наушники, а перед моим носом появился микрофон.

— Итак, что заставило молодого обеспеченного барона бросить столицу?

Я глубоко вздохнул, ещё раз огляделся и смирился.

* * *

У Василисы я проторчал не меньше двух с половиной часов, ну а потом, раз уж всё равно был здесь, заскочил к Мышкину.

Он все ещё был занят, поэтому я быстренько подписал ещё вчера с моих слов записанные показания и со спокойной душой вернулся в Савино.

Плохой новостью было то, что Макс так и не очнулся. Хорошей, что он всё ещё жив, а люди худо-бедно пришли в себя и вернулись к работе.

Я тоже не стал засиживаться — задачу как можно скорее соединить Савино и Лос-Сантос никто не отменял. А с потерей нашего главного разрушителя, основное бремя уничтожения крупных кристаллов снова легло на мои плечи. Влад как раз закончил текущие дела и уже ждал меня у ворот.

— Вызови Рыбака, — сказал я ему.

— А чего его звать? Вон он стоит.

— Где?

Я обернулся, но среди стоящих неподалёку гвардейцев знакомого бородатого лица не увидел.

— Да вот же!

Влад ткнул пальцем и, не сдержавшись, рассмеялся, наверное, первый раз за месяц.

— А, точно, забыл.

В стоящем передо мной парне лет двадцати шести признать бывшего бородача было очень сложно. Блин, надо было спросить Василису, как ей новый облик её друга. Хотя она вроде вчера ночевала в Усмани, так что, скорее всего, его ещё не видела. Может, и к лучшему.

— Молодой человек, кристаллы поломать не хотите? — окликнул я Рыбака.

— Очень смешно, ваше сиятельство, — буркнул он, подходя ко мне. — Если вы думаете, что оригинально пошутили, то ошибаетесь. Я сегодня вот слово в слово то же самое слышал раз двести. — Он с сожалением провёл пальцами по гладкому подбородку. — Чёрт, ведь есть же люди, у которых растёт в день по сантиметру, а у меня ни хрена.

— А чего у тебя кожа блестит так?

— Да я просто умывался только что.

Рыбак смущённо отвернулся.

— Да хватит заливать, я вижу что-то жирное.

— Да, блин. — «Молодой человек» снова провёл пальцами по подбородку. — Я попросил у Светы что-нибудь, что ускоряет рост волос. Правда, не помогает ни хрена.

— Ладно, не горюй. — Я хлопнул его по плечу. — Мужика красит не внешность, а поступки.

— То есть всё-таки хреново, да?

— У Василисы завтра спросишь, или когда вы там увидитесь.

— Ой, не напоминайте, у меня аж колени трясутся, когда об этом думаю. Мне кажется, именно борода ей во мне изначально и понравилась. Это потом я уже раскрыл себя как умного, весёлого и…

— Я понял, — усмехнулся я. — Но думаю, изначально ей понравилось, что тогда в Муроме возле казино ты перестрелял всех богомолов.

— Ну, это да, — немного расслабился Рыбак.

— Ладно, садись в телегу, погнали.

Мы быстро перебрались через реку и вскоре достигли леса. К этому моменту ребята расчистили уже под четыре километра диких земель и примерно столько же со своей стороны сделали сталкеры из Лос-Сантоса. То есть уже больше половины. Отличный результат!

— За мной! — скомандовал я и подбежал к первому оставленному нам четырёхметровому чёрному кристаллу.

Да, к хорошему действительно быстро привыкаешь. На первом же «острове», отбиваясь от полчищ юрких и когтистых стрекоз, мы по полной ощутили, каково это, когда нет приманивающего к себе врагов огромного и сильного союзника.

Мы, конечно, справились, но изрядно утомились бегать-прыгать, а также залечивать свежие раны. Но что поделаешь.

В конце концов пусть и с просевшей скоростью за полтора часа мы сломали шесть кристаллов примерно сорокового уровня и уже хотели было идти на сторону сталкеров, как ко мне прибежал запыхавшийся радист.

— Дмитрий Николаевич, в Савино прибыл гость!

— Что за гость? — спросил я, одновременно создавая над собой сферу воды.

— Из Нижнего Новгорода посланец от графа Ипполита Захаровича Волкова. Больше ничего не сказал, но попросил передать, что это очень срочно и важно.

О, от Волкова! Проявился наконец-то!

С тех пор как я связался с ним, возвращаясь из Вологды, от него ни слуху ни духу. Не отвечал он в том числе и по тем запасным частотам, что специально дал мне для связи на экстренный случай.

— Телега ждёт, — сказал радист.

— Бегу.

Я хлопнул в ладоши, сфера надо мной лопнула, окатив меня водой с ног до головы. Конечно, хреновенькая замена душа, но, по крайней мере, я теперь не похож на мясника, только что вернувшегося с забоя инопланетных животных.

Кустарник в этой части леса мы давно вырубили, поэтому я бегом добрался до расчищенного участка, сел в телегу и на полной скорости погнал в Савино.

Посланец ждал в моём кабинете в тюрьме. Краем глаза заметив, что в соседней комнате промелькнула знакомая фигура в зелёном халате и рыжие кудри Милы, я открыл дверь к себе.

Худощавый, темноволосый, невысокого роста гладковыбритый мужчина поднялся из кресла мне навстречу. На вид ему было от тридцати до шестидесяти, и лишь цепкий взгляд серых глаз выдавал, что, скорее всего, второе.

— Бурунов Михаил Степанович, — представился он.

— Акулов Дмитрий Николаевич.

Я протянул ладонь, и мы обменялись рукопожатиями.

— Перекусить чего-нибудь не желаете?

— Нет, меня сегодня ещё в Липецке ждёт большой ужин, — помотал головой представитель Волкова.

— Ну, хорошо. — Я сел в кресло и посмотрел на него. — Рассказывайте! Как дела у Ипполита Захаровича?

— Да плохо у него дела, — развёл руками собеседник. — Граф Волков умер три дня назад.

Глава 11

— Как это умер? — ошарашенно спросил я, уже жалея о том, что на столе ничего, кроме сока, нет.

Я схватил графин и наполнил два стакана.

— Взрыв в загородной резиденции, — ровным голосом, не отрывая взгляда от моего лица, проговорил посланник. — От его спальни и соседних помещений вообще ничего не осталось.

— Тело опознали?

— От тела тоже мало что осталось, но по разнообразным косвенным признакам, а также благодаря показаниям свидетелей удалось точно установить, что граф в этот момент находился в комнате и погиб.

— Нашли тех, кто это сделал?

— Насколько я знаю, убийцы действовали очень чисто и следов не оставили.

— Ясно.

Я залпом осушил стакан и наполнил его снова. Новость, откровенно говоря, хреновая.

Даже если откинуть то, что Ипполит Захарович просто был хорошим мужиком, он ещё и стал для меня очень ценным партнёром. Знал всё и обо всех, общался со многими на самом верху. А ещё у нас с ним долевое участие в металлургическом предприятии в Огненной усадьбе.

— Вы как, Дмитрий Николаевич? — спросил Михаил Степанович. — Готовы воспринимать информацию?

— Да-да, вполне, — кивнул я и перевёл взгляд с потолка на собеседника.

— Так вот. — Он достал из сумки чёрную папку и положил её на стол. — Я приехал не только для того, чтобы сообщить вам эту новость. Я приехал по делам, так сказать, более практичным. А если конкретно, по поводу наследства Ипполита Захаровича.

— Наследства? — Мои брови непроизвольно взлетели. — А причем здесь я? У него же там родственников полно, да и клан свой.

— Не волнуйтесь, всем досталось, — одними губами улыбнулся Бурунов. — Но и вам Ипполит Захарович кое-что хотел предложить.

— Предложить? — Ещё больше удивился я. — Наследство разве предлагают? Если честно, я не очень хорошо разбираюсь в законах империи, касающихся этого вопроса.

— Тогда позвольте просветить вас. — Представитель графа так и не открыл папку и откинулся в кресле. — Есть основная часть наследства. Она составляет не меньше пятидесяти процентов активов и пассивов умершего и всегда идёт его родственникам по праву очерёдности…

— Извините, что перебиваю… Вы сказали «пассивов»?

— Конечно, долги тоже наследуются.

— А-а-а.

— Именно поэтому я и сказал слово «предложить». — В глазах Бурунова сверкнул странный огонёк. — Но об этом позже. Так вот, кроме основной доли, есть ещё и другая, она распределяется в соответствии с завещанием. В нашем, то есть в вашем случае, Ипполит Захарович специально приходил ко мне около недели назад и выразил свою волю очень и очень чётко. А также оставил вам послание, предлагаю с него и начать.

Бурунов открыл папку и достал из неё запечатанный конверт.

— Будьте уверены, это настоящая магическая печать и подпись Ипполита Захаровича. Никто не знает, что внутри.

Доверяй, но проверяй. С внутренним трепетом я принял конверт и просканировал его. Все чётко: и срок, и неприкосновенность. Что ж, посмотрим, может, там ключ от усадьбы, где деньги лежат.

Я вскрыл печать и достал несколько скреплённых и сложенных вчетверо листков бумаги. Аккуратный, убористый почерк, без сомнения, принадлежал Ипполиту Захаровичу.

'Дорогой Дмитрий Николаевич, если вы читаете это, то меня уже нет в живых и, скорее всего, это происходит в начале июня. Да-да, друг мой, не удивляйтесь, просто я достаточно регулярно обновляю своё завещание и, если бы это произошло позже, со следующим обновлением написал бы другую дату.

Ха! Приятно быть прозорливым, пусть и мёртвым.

Итак, наверное, вам уже сообщили о том, что я предлагаю. А если нет, в общих чертах скажу. Это мои самые рисковые активы и, соответственно, потенциально самые прибыльные. А рисковые, потому что не исключено, что именно из-за них меня и убили. Впрочем, тут вариантов много. Откровенно говоря, даже в мирное время масштабы моей активности создали мне много врагов, а последние месяцы трудно назвать мирными со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Причём зачастую, когда делаю что-то, вернее, делал — ха-ха, — я не знал, к чему это может привести и кому перейду дорогу. Думаю, в этом вы меня поймёте.

Так вот предлагаю вам вступить в права наследования и получить два проблемных актива. Подробнее о них расскажет Михаил Степанович Бурунов, ему, к слову, можете в разумных пределах доверять. Оба эти предприятия объединяет одно — я вступил в союз с не очень, так скажем, надёжными людьми и уже успел с ними поссориться.

Не буду вводить вас в заблуждение и говорить, что все проблемы спровоцировали мои партнёры, а я такой красивый в белом пальто. Нет. В случае с кирпичным заводом действительно подвела другая сторона. А вот с производством телефонов все хороши.

Прелесть вашего теперешнего положения в переговорах или разборках, связанных с этим активами в том, что вы ничего плохого не сделали.

Выслушайте моего поверенного и принимайте решение самостоятельно. Сразу скажу, ни мой брат, ни мой клан вам в этом не помощники. Я специально вывел эти активы из-под их контроля, чтобы не запятнать имя, репутацию и не подставить их в случае неудачи.

Да, Дмитрий Николаевич, наверное, не этого вы ждали, когда услышали слово «наследство», но я уверен, что вы сумеете обернуть всё это на пользу Савино.

Отдельно добавлю, что я очень рад, что познакомился с вами. Будь таких, как вы, побольше, человечество вернуло бы свои позиции намного быстрее. Может быть, мы ещё встретимся в другом мире.

Прощайте!

Ваш друг, граф Ипполит Захарович Волков'.

Я ещё раз перечитал первый листок, а потом бегло просмотрел остальные, там были подробности обоих дел, и внимательно их изучать пока что было преждевременным.

Ну, Волков, блин! Сразу мелькнувшая у меня в голове мысль по поводу того, что всё это может быть большой постановой, набрала дополнительные очки.

Слишком всё удобно получается. Хорошие активы в семью, плохие Акулову или ещё кому-то. А когда-нибудь потом можно и случайно воскреснуть.

Удастся наследникам разобраться — хорошо, можно принимать благодарности. Не удастся, так сам дурак, незачем было соглашаться.

Ладно, пора узнать, что там мне предлагают.

— Ипполит Захарович пишет, что вы что-то добавите от себя, — сказал я Бурунову.

— Именно так. — Представитель графа снова залез в папку и начал по очереди доставать оттуда скреплённые стопки бумаг. — Оба дела имеют общую базу, именно поэтому Ипполит Захарович и хочет отдать их вам. В обоих случаях через подставных лиц дела велись с дикими землями. Первое предприятие по микроэлектронике, и сорок девять процентов его принадлежит графу Волжскому. Он имел связи как среди сталкеров, так и среди ликвидаторов, и скупал у них элементы старой продвинутой техники, те самые, что по закону все обязаны сдавать или продавать государству.

— И их накрыли? — предположил я.

— Да, — кивнул Бурунов. — И Ипполит Захарович, так сказать, сделал всё, чтобы… абстрагироваться.

— И подставил партнёра?

— Да. Несмотря на свой вес, он сейчас в тюрьме, — представитель графа пододвинул мне один из листков. — Согласно показаниям Ипполита Захаровича, он являлся только спонсором и знать не знал о деталях.

— И кто, кроме Волжского, остался внакладе?

— Да много кто, — развёл руками представитель графа и пододвинул мне другой листок. — Некоторые поставщики тоже в тюрьме или под следствием. Также недовольны те, кто давал деньги самому Ипполиту Захаровичу, ведь результат, то есть работающие телефоны и планшеты, конфискованы.

— Простите меня, Михаил Степанович. — Я усмехнулся. — А что, кроме проблем, я получу, если вступлю в право владения данным… активом?

— Оборудование, технологию изготовления, наработки программного обеспечения. На самом деле это очень перспективный актив, если им правильно воспользоваться, — пояснил Бурунов. — Империя заинтересована в передовых технологиях… только она настаивает, чтобы детали покупали именно у неё, а также на прозрачности всего происходящего. Вы всё это можете обещать…

Но не сделать… Ясно.

— То есть, если я получу предприятие, все недовольные придут ко мне?

— Да.

— А где оно находится?

— Под Нижним Новгородом, но вы можете вывезти оборудование туда, куда захотите. Все детали дела, включая список собственности, есть в том письме.

— А что насчёт суда?

— Сами понимаете, у нас военное положение, гражданские дела рассматриваются через ускоренную процедуру. А тут ещё и погиб один из главных участников. Так что после небольшой финансовой мотивации судья признает Волжского виновным в самое ближайшее время. Думаю, если вы подтвердите вступление в наследство, уже через неделю после этого сможете все забрать.

Признаться, у меня чуть не отвисла челюсть, особенно на фразе о «финансовой мотивации судьи». Как же хорошо и спокойно жить на отшибе, и да — как разрастёмся, нужно сделать свою судебную систему. Как-то мне не улыбается пользоваться уже существующей.

— А не слишком сурово это? — с сомнением проговорил я. — Я имею в виду Волжского.

— Нет, — уверенно отрезал Бурунов. — В том письме про него должно быть написано отдельно.

— Ясно. Что со вторым делом?

— Со вторым всё, как высказался Ипполит Захарович, для вас намного проще. Это кирпичный завод на окраине Тамбовской области. Тут тоже через подставного человека замешаны люди из диких земель. Они поставляли глину, обеспечивали охрану и рабочих, ну и сильно выше Нижегородского рынка выкупали товар. То есть кирпичи. Ипполит Захарович поставил туда оборудование и занимался юридическими вопросами. Два года всё шло хорошо, но две недели назад партнёры вдруг решили, что теперь всё принадлежит им и платить за продукцию больше не нужно.

Бурунов перевёл дыхание, глотнул сока и продолжил:

— Ипполит Захарович говорил с братом о том, чтобы послать туда войска клана, но в текущей ситуации такой далёкий от столицы вояж нёс слишком много рисков.

Действительно, всё просто.

— Я понял. А что по поводу доли клана Волковых в предприятии в Огненной усадьбе?

— Она отошла брату Ипполита Захаровича. Думаю, он свяжется с вами в ближайшее время, но насколько я понимаю, все ваши договорённости в силе.

— Хорошо.

— Это всё вам. — Представитель Волкова сложил бумаги в папку и подвинул её ко мне. — Ознакомьтесь, пожалуйста, и мне нужен ваш ответ: будете ли вы всё это брать. И не забывайте, что взять вы можете только всё сразу. Соответственно, все суды, издержки, ответственность перед Нижегородской империей, а также взаимоотношения с партнёрами в момент подписи тоже принимаете на себя.

— Когда вам нужен ответ? Тут одного чтения не на один час.

— Понимаю. Я буду в этих краях до завтрашнего вечера и хоть по закону должен дать вам гораздо больше времени, но был бы очень признателен, если бы вы дали ответ к этому моменту. В этом случае по делу о сотовых телефонах я уже смогу предпринять все необходимые действия.

— А по кирпичному заводу? — уточнил я.

— По кирпичному заводу мне не с кем разговаривать, — пожал плечами представитель графа. — Тут всё целиком на ваше усмотрение.

— А вы не могли бы, Михаил Степанович, рассказать мне, что случится, если я откажусь от наследства?

— Эту же часть предложат первым наследникам покойного. Но мне кажется, они откажутся, и тогда всё это уйдёт государственным органам, и они будут решать, что делать дальше.

— Я вас понял. Хорошо, ответ будет завтра вечером.

А сегодня ночью у Кати будет много работы.

Хотя что касается кирпичного завода, тут и так всё ясно — графа кинули. Граф — мой партнёр и хотел, чтобы я стал его наследником. А лишними мощности по производству столь ценного ресурса не будут.

— Спасибо вам, Михаил Степанович.

— И вам, Дмитрий Николаевич!

Мы обменялись рукопожатиями, и Бурунов протянул мне визитку.

— Здесь координаты для связи, и я дописал адрес, где буду находиться завтра.

— Граф вызывает Катю, — проговорил я в рацию, когда гость вышел.

— Слушаю, Дмитрий Николаевич.

— Зайди, пожалуйста, ко мне в кабинет в тюрьме. Очень интересное для тебя есть дело.

— Бегу!

Я отключился и до того, как Катя пришла, пробежался глазами по данным с кирпичного завода. Да, действительно всё просто, понятно и с учётом обстановки в империи даже логично.

Ипполита Захаровича кинул некий клан под названием «Волки». В обычное время их бы в два счёта выбили с завода или войска Волковых, или вооружённые силы империи, но момент был подобран очень хороший. Сейчас они получают халявные кирпичи, а если всё-таки начнётся какая-то заварушка, скорее всего, вывезут оттуда и оборудование.

Согласно приложенной карте, завод находится совсем близко к диким землям. Примерно как мы, когда я сюда приехал. В том месте тоже лишь узкая речушка отделяет дикие земли от обжитых.

Такая корова нам нужна — надо брать! Тем более, согласно документам, мощностей тут даже больше, чем у нас. Пять линий вместо четырёх.

Разумеется, брать мы будем не завод — он далеко и защитить мы его не сможем, а вот оборудование нам точно пригодится. Настолько пригодится, что, в принципе, даже без консультации Кати я могу сказать, что в это дело мы впишемся.

Конечно, можно было бы отказаться от официального оформления и просто сделать налёт и забрать то, что нам нужно, но перевезти такие габаритные предметы, не оставляя следов, невозможно. А репутация вещь важная. Ладно, всё-таки послушаем мою помощницу, прежде чем делать окончательные выводы.

А вот, кстати, и она — за дверью раздался уже знакомый цокот каблуков, а потом стук.

— Заходи.

Катя зашла и устроилась напротив меня в кресле.

— Вот тебе домашнее задание. — Я подвинул к ней папку. — Наследство графа Волкова.

— Наследство? — подняла девушка брови.

— Ага. Он вроде как умер и решил отписать нам две проблемы. Вопрос: принимать или не принимать? Ещё и вот это прочитай.

Я отдал ей все бумаги, после чего встал и коснулся плеча помощницы.

— Развлекайся.

Катя не среагировала — она уже полностью погрузилась в изучение разложенных на столе бумаг.

— И чувствуй себя как дома, — снова сам себе сказал я и вышел из кабинета.

По пути на тот берег я сначала заскочил в больницу, где Аня подтвердила, что хоть и впритык, но ингредиентов на ежедневное производство наших препаратов хватает. После чего зашёл к нашему главному инженеру Петру Андреевичу.

— Образцы оружия из емелина будут готовы завтра с утра, Дмитрий Николаевич, — нехотя отрывая взгляд от лежащих на столе чертежей, сообщил он.

— Отлично, но у меня еще один маленький заказ, — обрадовал я его. — Вот.

Я положил на стол набросанную только что схему.

— Это ружье?

— Вроде того. Оно будет работать по принципу остального нашего оружия.

— А почему диаметр ствола такой большой. Бронебойное?

— Нет. Сделайте так, чтобы из него можно было стрелять жемчужинами.

— Жемчужинами? — удивленно переспросил инженер.

— Да. Мне нужен только один экземпляр.

— И подробностей, разумеется, не будет?

— Нет.

— Понял. Завтра к обеду будет готово.

— Спасибо! — я кивнул и вышел из кабинета главного инженера.

Остаток дня я провёл, ломая кристаллы и всё больше склоняясь к мысли о том, что, каких бы новых врагов ни сулило мне наследство Ипполита Захаровича Волкова, в права на него надо вступать. Если мы увеличим производство кирпича больше чем в два раза, будет прорыв.

А про сотовые телефоны и говорить нечего — в любом случае их время совсем скоро придёт, и стоять у истоков чрезвычайно выгодно как финансово, так и с точки зрения опережающего развития.

Домой я вернулся около полуночи. Макс по-прежнему лежал без сознания, а Мила снова ночевать не пришла, поэтому я позвал Свята и Влада.

— Земля пухом, Ипполит Захарович, — поднял рюмку главный гвардеец.

— Светлая память, — кивнул рыжий.

— Хороший был мужик, — пробормотал я, глядя в ночную тьму за окном. — Или всё ещё есть…

* * *

Вологда

— Идиоты! — прорычал князь Шуйский, уже второй раз читая расшифровку послания из Перми.

Он дошёл до конца, после чего листок в его руке вспыхнул и пеплом разлетелся по радиорубке.

— Я готов, — обратился князь к радисту.

— Лесник вызывает базу, — тут же произнёс в микрофон тот.

— База на связи, — донёсся голос из динамика.

— Это главный Лесник, — взял микрофон Шуйский. — Это что за хренотень вы мне прислали?

— Это решение общего собрания, — спокойно ответили ему. — В вашем лесу нынче небезопасно, лучше сторожить избушку.

— Это глупость! У меня хорошая охрана!

— Лесник с другого участка тоже так думал.

При упоминании о гибели близкого друга, скрывавшегося под маской князя Снегова, Шуйский глубоко вздохнул, но отступать не собирался. Его категорически не устраивала новая роль, которую выбрали для него в Перми. Сидеть и ждать, вместо того чтобы маневрировать между ближайшими областями и отвлекать на себя силы нижегородцев.

— Да, тот лесник ошибся, но я-то теперь знаю о возможностях зверей и не дам застать себя врасплох. Мне нужно больше свободы.

— Совет вынес решение.

— Это бред! Устройте новое голосование! — рыкнул в микрофон Шуйский. — Если я не буду оттягивать мутантов на себя, их больше придёт к другим лесникам!

— Не переживайте по этому поводу. Уже подключены резервные лесники, и скоро они придут на помощь. Ваша задача не допустить проблем в ваших угодьях. Это чрезвычайно важно.

— У меня тут всё устроено! Добровольцев больше, чем планировалось! Мне достаточно просто их двигать, но надо быть рядом. Созовите совет снова!

— Я передам вашу просьбу.

— Да, блин, Коля, завязывай, ты же знаешь, что это нужно сделать!

— Юр, это ты завязывай! — резко осадил Шуйского голос из динамика. — В том угодье произошла какая-то вообще непонятная хрень! Кроме лесника погибло куча его помощников! Они как-то проникли через подвал прямо в избушку! Сиди и не высовывайся! Сегодня чудом не проголосовали за то, чтобы кинуть всех добровольцев в бой, а тебя не отозвать назад! Ты этого хочешь?

Этого лжекнязь Шуйский не хотел.

— Ну, давай хоть немного буду вместе с добровольцами ходить, звери увидят нас и отвлекутся.

— Я поговорю об этом, а пока сиди. Конец связи!

Радиостанция замолчала, а Шуйский с трудом удержался, чтобы не вырвать микрофон с корнем.

— Я у себя, — бросил он радисту и быстрым шагом вышел из комнаты.

А вместе с ним покинула помещение и маленькая, сидящая на его плече призрачная мышь.

Глава 12

— … Объективно говоря, это сейчас самый безопасный сектор нашей границы.

— Вы хотели бы, чтобы такое Савино стояло каждые десять километров?

— О да, ха-ха. Правда, тогда все мы остались бы без работы.

— Думаю, Дмитрий Николаевич Акулов сумел бы вас ей обеспечить. Ха-ха. Итак, напоминаю, с нами был Константин Максимович Зиновьев, майор ликвидаторской службы Усмани. Константин, ещё раз спасибо вам за интервью!

— И вам спасибо.

— А мы продолжаем. С вами по-прежнему «Голос Савино» и я Василиса Селезнева, и у нас музыкальная пауза.

Заиграла ритмичная музыка, а Дарья Петровна сделала радио, которое поставили на кухне, потише.

— А неплохо она ведёт, — довольно кивнула Катя. — Я вчера вечером и сегодня утром фоном слушала, и всё было по делу. И весело, и острых тем не касается, по крайней мере, пока. О фронте лишь вскользь и с нейтральной позиции.

— Да, она молодец, — с набитым ртом кивнул я. — Ладно, давай, что там у нас по наследству Волкова?

— Надо брать, — давя зевок, ответила Катя. — Конечно, с телефонами не до конца всё понятно. Я имею в виду, кто к нам придёт предъявлять претензии и какие это будут претензии, но, думаю, вы разберётесь.

— Оборудование там стоящее?

— О да! И оборудование, и разработки тоже. Плюс к тому есть контакты всех работавших там людей, и с ними тоже стоит поговорить, а по возможности забрать сюда.

— Согласен!

— Что же до кирпичного завода, то тут вы всё понимаете не хуже меня — эти пять новых линий нужны нам позарез. Вы ведь сможете всё сюда перевезти?

— Думаю, да. Я вчера закинул нашим агентам в диких землях задание узнать побольше про «Волков», но Феникс и так уже успел кое-что сообщить. Этот клан входит в достаточно сильный альянс, и лоб в лоб в лесу с ними, конечно, не хотелось бы встретиться, но налёт совершить можно без проблем.

— Волков поссорился с волками, — рассмеялась Катя. — Извините, всю ночь эта мысль из головы не вылезала.

— Да, забавно получилось, — кивнул я, накладывая в опустевшую тарелку овощного салата и жареных карасиков. — Что там по нашим внутренним делам?

— Все по плану. — Девушка отпила чай. — Народ в последние два дня просто валом к нам валит. Поэтому все свободные ресурсы и самих новеньких мы отправили на строительство трёхэтажных общаг. Собственно, весь кирпич сейчас распределяется между ними и Огненной усадьбой. Дома ставим очень плотно у самой ограды, ну а для наёмников возводим времянки снаружи. Благо погода позволяет спать даже на голой земле.

— Хорошо. Про тех шпионов, которых сегодня ночью поймали, что-нибудь знаешь? — поинтересовался я.

— Да думаю, столько же, сколько и вы. Пять человек поймали. За двоими давно следили, а оставшихся троих тоже до кучи взяли, чтоб потом лишний раз народ не пугать. Сейчас все в тюрьме на допросах. Череп ими занимается.

Произнося кличку, девушка поморщилась. Видно, не очень ей нравилась сфера деятельности одного из наших гвардейцев. Ну а что делать? Грязную работу тоже кто-то должен выполнять.

— Как семья? — перевёл тему я.

— Все по-прежнему. Раз в неделю встречаемся, чаи гоняем пару часов, а потом все по делам разбегаемся. Папа в мастерскую, девчонки кто куда.

— Ну и отлично. — Я отодвинул пустую тарелку и встал. — Ладно, пойду к Петру Андреевичу зайду. Он обещался там для меня кое-что сделать.

— Хорошо, на связи, ваше сиятельство.

— На связи. — Я улыбнулся девушке и вышел из усадьбы.

Погода баловала. Несмотря на ранний час, было не меньше двадцати пяти градусов, но лёгкий ветерок не давал почувствовать приближающуюся жару. Я сорвал с растущей рядом с крыльцом яблони смотрящее на меня порозовевшее яблоко и, смачно им хрустнув, поспешил к мастерской.

— Ждём, ждём, — улыбнулся мне главный инженер, вставая из стола. — Пойдёмте, ваше сиятельство!

Мы прошли в располагающийся на первом подземном этаже огромный испытательный зал, где, казалось, что-то празднуют. Но нет — шёл обычный рабочий процесс.

Несмотря на мощную вентиляцию в воздухе пахло всем, начиная от дыма и заканчивая чем-то незнакомым, со всех сторон доносился грохот и стук, а у одной из стен из автомата расстреливали мишень. Вся эта бурная деятельность сопровождалось или криками радости, или разочарованными возгласами.

— Вон в тот угол, — указал Пётр Андреевич, и мы прошли к длинному столу. — Смотрите!

Главный инженер взял с него и передал мне полутораметровое копьё.

Только несколько из наших гвардейцев дрались этим типом оружия, но вот как метательным снарядом Влад учил им пользоваться всех. Данный образец напоминал стандартные, только был чуть светлее и немного легче.

— Из тех образцов, что у нас получились, этот зарекомендовал себя лучше всего, — начал презентацию Пётр Андреевич. — Семьдесят процентов стали и тридцать процентов этого нового вещества, как там его…

— Временное название «емелин», — напомнил я.

Да, я поскромничал, а также побоялся путаницы и не стал называть вещество, например, «акулин». Хотя мог, ведь, как оказалось, никто из тех, с кем я говорил, ничего о нём не слышал. Я даже специально связался с Костей, на что он ответил, что с белыми пещерами не сталкивался, а разной грязи и пыли в кристаллах полно.

Немного поразмыслив над этим, я пришёл к выводу, что дело в концентрации вещества. Тот же изолирующий магию евгенит проявляет свои свойства даже в малом количестве, а вот емелин только в большой концентрации, и надо ещё догадаться её получить. Чаще же всего емелин на островах просто присутствует в земле, и нужно носить её мешками, чтобы после дальнейшей обработки получить чистый продукт.

— … И скажу я вам, Дмитрий Николаевич, — тем временем продолжил инженер. — Это очень необычное вещество. У меня сложилось впечатление, что его можно добавлять куда угодно, и оно каким-то образом подстраивается под свойства смеси, не нарушая её. То есть прочность этого копья примерно такая же, какая была бы, если бы мы полностью изготовили его из стали.

— А свойства? — крутя оружие в руке, спросил я.

— Я же говорю, что именно в этой пропорции те самые свойства, о которых вы говорили, проявляются максимально. Выжить после броска такого копья можно, только если на тебе тяжёлая броня. То есть оно полностью игнорирует магию, и защитить цель способно только что-то толстое и крепкое. Вот, подойдите, пожалуйста.

Пётр Андреевич подвёл меня к манекену, на который были надеты очень качественные доспехи. Он забрал у меня копьё, выбрал место, на котором ещё не было дыр, размахнулся и ударил. Несмотря на наложенные руны, копьё легко пробило броню и вошло в манекен.

— Вот эти рубцы, — продолжил Пётр Андреевич, — от меча. То же самое, пропорция примерно такая же. И мы поэкспериментировали с пулями. Как вы и говорили, массы не хватает, не пробивают, к сожалению. Но зато у нас получилось вот это.

Мы вернулись к столу, и Пётр Андреевич аккуратно открыл стоящий на нём ящичек. В нём лежал вытянутый и заострённый снаряд.

— Тут восемьдесят процентов емелина в составе корпуса, но всё равно он принял свойства металла. Этот боеприпас подходит к одной из наших самых мощных пушек. Прямой наводкой бьёт на расстояние трёх километров — почти без потери скорости полёта снаряда. Мы провели с утра ряд испытаний, и благодаря емелину в составе снаряд пробивает магическую защиту и тут же взрывается. Конечно, неплохо бы опробовать на вражеских танках, но, сдаётся мне, эта штука сумеет поразить любую технику.

— А сколько у нас таких пушек?

— Пока пять, Дмитрий Николаевич, но мы уже успели прилично автоматизировать производство, и один из цехов занимается ими. Думаю, в течение недели будет ещё пять.

— Отлично.

— Если что, ещё около десяти других пушек способны стрелять тяжёлыми снарядами из емелина. Правда, не на такое расстояние.

— Их тоже делайте, — распорядился я. — Что по моему вчерашнему заказу?

— Готово, но он в моём кабинете.

Мы снова поднялись на второй этаж, где, забравшись под стол, главный инженер извлёк длинный ящик. Замки щёлкнули, и крышка откинулась.

— Красота! — не удержался я.

— Да, мы старались. — На лице Петра Андреевича заиграла довольная улыбка. — В магазин можно заряжать до десяти жемчужин. После выстрела следующая сразу же будет становиться в нужную позицию. Длина ствола и оптический прицел позволяют стрелять на большую дистанцию, но тут уже всё будет зависеть от наложенных рун. Если это будет что-то вроде наших автоматов, то до километра. То есть я имею в виду, что даже если вы просто захотите кого-то убить жемчужиной, то с километра голову разнесёте на раз.

— Замечательно!

Я взял в руки ружьё. Оно было чуть больше метра длиной, ствол немного толще обычного, а в остальном не привлекало особого внимания. То что нужно!

— Спасибо. — Я улыбнулся инженеру и снова вернулся к знакомству с новым оружием. — Как у нас в целом дела?

— Всё хорошо, Дмитрий Николаевич. Полностью закончили переоборудование нашего автопарка на малые жемчужины, теперь будет большая экономия по топливу.

Да, это важно с учётом того, что после начала войны цены на бензин взлетели до небес, а многие заправки его просто не продают.

— Штат растёт, — продолжил Пётр Андреевич. — Кстати, вы, случайно, не знаете, что там с Жилиным?

— С кем? — Я удивлённо наклонил голову, так как эту фамилию слышал впервые.

— Да парень, работал у нас четыре дня. Способный очень, а ночью его вроде как арестовали.

— А-а… — Я с сожалением положил ружьё в коробку. — Это шпион, чей, пока не знаем. Сейчас он на допросе.

— Дела. — Пётр Андреевич удивлённо погладил, как всегда, аккуратную чёрную бороду.

— Не волнуйтесь об этом, — успокаивающе проговорил я. — У нас очень сильная служба безопасности, и она раскроет любого, кто явился с недобрыми намерениями. Действуйте так, как мы уже не раз обсуждали, а допуск первого уровня давайте только тем, кого я согласую лично.

— Да мы так и делаем, ваше сиятельство, — закивал инженер. — Мои помощники ежедневно беседует с теми, кто приходит, и отбирают полезных и тех, кого можно чему-то научить. И, разумеется, поначалу новички занимаются самыми обычными бытовыми вещами, зато это освобождает наших основных мастеров, и они могут не отвлекаться от разработки передовых технологий.

— Вот и славно, — кивнул я. — Кстати, у нас есть специалисты по микроэлектронике?

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, если мы, например, привезём оборудование для изготовления мобильных телефонов, ну, тех, которые использовали в домагическую эпоху… Вы сумеете наладить их производство?

— Смотря, какое оборудование привезут. В те времена это всё делали роботы… — Пётр Андреевич задумался. — С другой стороны, нам не нужны масштабы, как было в те времена. Да и…

— Я имею в виду это в принципе возможно с нашими ресурсами?

— Если запчасти будут, то конечно. У нас, благодаря вам, есть куча литературы, а самое главное, большое желание. Между нами говоря, тут исполняется сокровенная мечта многих! Даже в нерабочее время ребята сидят, паяют что-то мелкое, что используется повсеместно в тех же ноутбуках и компьютерах. Думаю, никаких проблем с тем, чтобы собрать телефон, у нас не будет. Но там нужна сеть.

— А её сможете сделать?

— Так чего не смочь, сможем. Были бы телефоны.

Мы переглянулись и одновременно рассмеялись.

— Тогда это я забираю и пойду по другим делам. — Я взял коробку с ружьём и сунул под мышку.

— Дмитрий Николаевич, а можно вопрос?

— Смотря какой.

— По поводу этого вещества… емелина. Как вы догадались, что оно работает именно так?

— В детстве слышал от отца, что есть такая секретная разработка, а как попал в кристалл, вспомнил.

— О! Я так и думал! — Пётр Андреевич расплылся в довольной улыбке.

И я тоже. Врать, конечно, нехорошо, зато теперь наши инженеры выкинут из головы всякие ненужные вопросы и сконцентрируются на деле.

* * *

— Но я не хочу этого делать!

— Ты должен убить их! Они наши враги.

— Но они выглядят как обычные люди.

— Все враги выглядят как обычные люди, а эти мешают получать те таблетки, которые ты так любишь. Убей их всех! Ты же любишь таблетки?

— Да.

Макса затрясло, и он сделал шаг вперёд. Перед ним стояла красная легковая машина, и, прижавшись к ней, дрожали враги. Темноволосый парень и светловолосая девушка. Что находилось вокруг, Макс не видел — всё закрывал серый клубящийся туман.

— Убей! — приказал голос.

Макс зажмурился и ударил одновременно двумя руками. Он не видел, что произошло, но послышался хруст, а его кулаки намокли от чего-то тёплого.

— Хороший мальчик! — проговорил голос. — Сегодня тебя ждёт очень вкусная таблетка!

Макс открыл глаза. Людей перед ним больше не было, и он видел лишь своё отражение в окнах машины. Ему было лет семнадцать, и на него смотрело юное лицо с точно таким же испуганным выражением, как только что было у лежащих у его ног людей.

— Хороший мальчик, — повторил голос, и в этот же миг лицо в отражении вдруг изменилось.

Теперь на Макса смотрела искажённая гневом морда с белыми глазами без зрачков и торчащими изо рта клыками.

— Если и дальше будешь хорошим мальчиком и продолжишь делать то, что я скажу, начнёшь получать таблетки каждый день.

— Но я не хочу убивать, — прошептал Макс. — Я просто хочу иметь друзей, семью, дом и защищать его.

— Я твой дом! Я твоя семья и твой единственный друг! Все остальные враги!

— Но Мила не заставляет меня убивать людей.

— Какая Мила, недоносок⁈ — заверещал голос, а лицо в отражении вдруг превратилось в лицо хозяина с крашеными волосами. — Я твой кормилец! Если бы не я, ты бы давным-давно сдох. Я вырастил тебя и дал всё, что у тебя есть! Неблагодарная тварь! Без меня ты никогда не получишь таблетки!

Машина вдруг исчезла, а Макс оказался посреди горящего дома. Перед ним лежала женщина.

— Мама, — прошептал парень, падая на колени. — Мамочка!

Он протянул руки, и это были самые обычные руки, а не те обвитые венами толстые бревна, к которым он привык. Макс коснулся лица женщины пальцами и тут же их отдёрнул — оно было холодным и твёрдым.

— Мамочка, — прошептал парень и тут увидел ботинок подошедшего человека. Он поднял голову.

— Этот пацан нам подходит, — вглядываясь в его глаза, произнёс крашеный кормилец. — В машину его!

Огонь и дом исчезли, а в голове Макса замелькали образы: капсула, лаборатория, люди со шприцами, таблетки и много-много крови.

— Нет, — парень схватился за голову и сжал виски. — Я просто хочу домой!

— Ты дома, мой хороший, — донёсся до него тихий ласковый голос. — Ты дома.

Макс поднял голову, и перед ним снова замелькали картинки, но теперь совсем другие.

Смеющаяся, тянущая к яблоку ладонь маленькая девочка. Строгое, но улыбающееся лицо светловолосого парня. Стоящая перед ним на стремянке с метром в руках красивая русоволосая девушка.

Изображения замелькали быстрее и вскоре слились в единый водоворот, который вдруг вспыхнул, превращаясь в яркое оранжевое солнце.

Солнце потускнело и начало приобретать черты, и скоро Макс понял, что рыжий струящийся свет — это волосы, а перед ним расплывающееся лицо его кормилицы Милы.

— Максим, ты дома, — с улыбкой проговорила она. — Время просыпаться.

* * *

— Макс очнулся! — заорала рация.

— Разворачивайся! — приказал я сидящему за рулём гвардейцу.

Телега резко развернулась, и уже появившиеся перед нами воды реки оказались позади. Мы снова ворвались в ворота Савино и прямиком погнали к тюрьме.

Я быстро слетел по ступеням в подвал и распахнул дверь камеры. Макс лежал на полу и испуганно пялился на меня. За ним стояло несколько гвардейцев, держа наготове здоровенные шприцы со снотворным, а рядом с гигантом сидела Мила. По щекам девушки текли слезы.

— Как ты? — спросил я, подходя к Максиму.

— Я вспомнил, — прошептал парень. — Я все вспомнил.

— Состояние стабильное, — тут же доложила появившаяся рядом Акаи. — Ничего общего с тем, что было, когда он начал всё крушить.

— Самое главное, чтоб ты помнил, что мы твои друзья.

Улыбнувшись, я сел на корточки рядом с гигантом.

— Это самые лучшие воспоминания, — тонким голосом проговорил Максим. — А ещё я вспомнил своё детство, юность и то, как моих родителей убил кормилец с цветной головой. И как потом он взял меня к себе в трейлер, стал пичкать таблетками и заставлять выполнять его приказы.

— Это всё позади.

Мила положила ладонь на грудь Максима.

— Позади… но тех людей не вернуть.

— Это не твоя вина, — проговорил я, осторожно подключая магию контроля.

— А чья? — резко вскинул голову Максим. Его глаза были полны страдания. — Я убивал их вот этими руками… — Он попробовал поднять ладони, но цепи ему помешали. — Убивал просто потому, что хотел таблетки.

— Кормильца с цветной головой звали Харитоша, — медленно произнёс я. — Он специально всё это устроил. Ты знаешь, что такое наркотики?

— Нет.

— Это те самые таблетки, которые тебе давали. Под их воздействием ты становился другим человеком. Ты ничего не мог сделать, это они управляли тобой. Харитоша был очень плохим человеком, но его больше нет. Как и твоей вины во всём этом. Любой под воздействием таблеток сделал бы то же самое. Но всё это позади, и главное то, что ты из себя представляешь теперь…

— И что же? — с вызовом воскликнул гигант.

— Ты защитник Савино, наш друг, член нашей семьи.

— Семьи? — Блеск в глазах Максима погас, и он перевёл взгляд с меня на Милу. — Мы семья?

— Конечно. — По щеке моей подруги снова потекли слёзы. — Ты член большой семьи Савино. Тебя здесь все любят! Ты не представляешь, как все испугались, когда с тобой случилась беда. Ночами не спали. Смотри!

Мила вскочила, отбежала в угол камеры и притащила оттуда большую сумку.

— Вот это письмо написала для тебя Маришка.

Девушка вытащила сложенный листок и развернула его. Кроме написанного детским почерком текста там были нарисованы цветочки, солнышко, дерево и стоящие рядом здоровенный человек и маленькая девочка.

— Маришка пишет, что скучает по тебе и ждёт, когда ты очнёшься. А вот это выстругал для тебя Сеня.

Мила достала маленькую деревянную фигурку, очень похоже изображающую Максима, держащего в руках топор.

— А вот это сделала Таня.

Из сумки появился немного помявшийся венок из васильков и ромашек.

— Таня? — Глаза здоровяка распахнулись.

— Да, она. — Мила положила венок на голову парня, но тот тут же съехал на пол камеры. — Ладно, потом наденешь, когда тебя отцепят. А вот это сшили девчонки в мастерской.

Девушка достала темно-зелёную майку. На груди большими белыми буквами было написано «Максим», а на спине «защитник Савино» и огромная цифра «1».

— А что значит «1»? — мотнув головой, чтобы стряхнуть слёзы, спросил Максим.

— Первый номер очень важен в команде, — пояснил я. — А мы одна команда. Одна семья.

Руки Максима снова дёрнулись — он хотел взять майку, но, разумеется, не смог. Я уже открыл рот, чтобы отдать команду гвардейцам расковать его, но тут вдруг заметил, что в камере стало темнее. Огляделся и обомлел.

Нас окутывал туман, причём под потолком он был почти чёрным и очень плотным.

— Что это? — подняв глаза, пробормотал один из гвардейцев.

— Это Макс делает, — возбуждённо сообщила Акаи, а в следующую секунду мне на лицо упала капля.

— Он сотворил дождь! — крикнул, появляясь на моём плече, Гензо.

— Я чувствую прорыв… — прокомментировала, выходя из-за моей спины, Эби. Хранительница села рядом с Милой и коснулась наманикюренными пальцами лба гиганта. — Мощная вспышка стихийной энергии, сила из него прямо прёт…

— Что происходит? — удивлённо посмотрела на меня Мила, а через секунду из-под потолка хлынул настоящий ливень.

— Это он плачет, — проговорила Эби. — И, пожалуй, перед тем как снять оковы, тебе, владыка, нужно привести с ним профилактическую беседу.

— Сдаётся мне, емелин проник в его организм и снял какие-то блоки. У него и до этого были способности к магии, а сейчас они раскрылись. Дим, — туманная лиса посмотрела на меня, — у него резервуар почти такой же, как у тебя. Вот только контролировать его он не умеет и не ровен час кому-нибудь навредит.

— Так, — обратился я к присутствующим, — а теперь все выйдите отсюда, а лучше отойдите от участка метров на тридцать. Нам с Максимом нужно серьёзно поговорить.

— О чём⁈ — Глаза гиганта испуганно расширились.

— О хорошем, друг мой! — Я постарался вложить в улыбку столько тепла, сколько смог. — Только о хорошем!

* * *

Фёдор поднялся по ступеням и оказался в длинном коридоре. Он унял охватившую его дрожь и уверенным шагом пошёл вперёд, а через десять шагов оказался у двери.

— Что, опять какие-то новости? — с ухмылкой спросил стоящий на страже его друг Кирилл.

— Да задолбали уже, — отмахнулся Фёдор. — Нет чтобы просто музыку играть.

— Точняк! — Кирилл заржал и кивнул: — Заходи.

Фёдор открыл дверь и оказался внутри небольшой заставленной оборудованием комнаты. Сидящий за столом ведущий поднял голову и снял большие наушники.

— Ещё что-то? — спросил он, нажимая кнопку на большом пульте.

— Да, только что получили. — Фёдор показал флэшку. — Ещё один граф высказал нам поддержку и призвал всех переходить на сторону Липецка.

— Чем больше, тем лучше, — усмехнулся ведущий. — Давай сюда.

Фёдор обошёл большой стол и протянул ему флэшку. Ведущий потянулся за ней, но тут сверкнуло лезвие и с хлюпаньем вошло ему в шею.

Фёдор опустил ещё дёргающееся тело на пол, быстро вставил флэшку в разъём и щёлкнул тумблером.

— Нижегородские войска пересекли Оку и идут на Липецк, — быстро заговорил голос из динамика. — Братья! Прямо сейчас оставляйте свои посты и военные части и присоединяйтесь к нам! Все остальные будут считаться предателями, подлежащими уничтожению. Повторяю…

Дверь распахнулась, и в проёме появился Кирилл.

— Какого хера⁈ — заорал он, а Фёдор уже нажимал спусковой крючок пистолета. Ещё, ещё, ещё… Кирилл начал поднимать автомат, но четвёртая пуля пробила ему грудь и отбросила на стену.

— Прости, друг, — прошептал Фёдор и бросился к двери.

Он затащил бездыханное тело в комнату и, захлопнув дверь, опрокинул сначала шкаф, а потом подтащил туда и диван.

В коридоре послышались шаги, а потом дверь затряслась от мощных ударов.

— Откройте!

— Сегодня Липецкая область будет освобождена, — продолжал вещать динамик. — Присоединяйтесь к нам! Всех примкнувших ждёт амнистия! Вместе мы выкинем проклятых захватчиков. Гипноз на вас больше не действует! Те, кто прямо сейчас не сложит оружие и не присоединится к армии Нижегородской империи, будут считаться примкнувшими к Перми предателями. Наказание за это только одно — смерть! Повторяю. Войска Нижегородской империи пересекли реку и идут на Липецк!

Раздались выстрелы. Фёдор вскинул руку и начал стрелять в ответ.

Да, он тоже был среди предателей, но теперь точно знал, какая сторона правая, и намеревался искупить свою вину.

Фёдор откинул опустевший пистолет и, забрав автомат с тела друга, дал очередь через дверь.

Глава 13

Толстенные скрученные стволы деревьев вырастали прямо из мутной болотной жижи и терялись в чёрной нависшей над нами туче.

Грянул гром, и на огромную шевелящуюся кучу жабоподобных двухметровых монстров обрушился ливень. Опять. Это был уже наш восьмой кристалл, но у Макса по-прежнему получался только этот безобидный тип заклинания.

— Надо холоднее! — заорал я, пытаясь докричаться до погребённого под тварями спутника. — Представь, что это сосульки падают. Не капли, а сосульки! Пусть они будут острыми и падают очень быстро.

Я взмахнул мечом и рассёк прыгнувшую на меня с жабу. От падающей сверху воды дохнуло холодом, но это все ещё был дождь.

— Ещё холоднее! — крикнул я, отскакивая в сторону и разрубая очередного атаковавшего меня монстра.

Дождь холоднее не стал.

— Тогда представь молнии! Пусть из туч ударят молнии!

Ни хрена не изменилось. Впрочем, может быть, Макс меня и не слышал. Ладно. Я направил на шевелящуюся коричневую кучу пирамидку, и из неё полыхнуло огнём.

Твари заверещали, а всё вокруг окутало дымом и паром.

— За Савино! — донёсся до меня рык Макса, и, раскидывая тела, он выбрался из-под завала.

После профилактической беседы о том, что такое магия и как важно уметь её контролировать, я всё-таки решил подстраховаться. Пусть лучше в Савино Макс находится с пустым резервуаром, а то мало ли что. Да и работа не ждёт, дорога жизни сама себя не построит.

По щиколотку в мутной жиже Макс носился между толстыми деревьями, с веток которых свисали лианы, и добивал остатки жаб. Я по мере сил помогал ему, выпуская молнии в те затянутые тиной прудики, откуда могли выскочить враги.

Мы побегали по болотному лесу ещё десять минут, после чего туман вокруг «острова» наконец замигал, показывая, что монстры кончились. Я бросился к растущему по центру кристаллу и коснулся его. Двадцать секунд, и к моим ногам со звоном посыпались осколки, а среди них…

— Есть! — широко улыбнулся я.

— Ура!!! — заорал Макс.

Семя! Я поднял ценную находку, и вскоре мы вернулись в обычный лес.

— Ваше сиятельство, — тут же подскочил ожидающий моего возвращения радист. — Срочные новости!

— И какие? — Я с интересом наклонил голову.

— Войска императора пересекли Оку в районе Рязани и двигаются к Липецку! С текущей скоростью не позже чем через семь часов они выйдут к окраине города. У них численное преимущество минимум в два раза, к тому же им удалось запустить в радиоэфир обращение, где они призывали Липецкие войска присоединиться к ним и сложить оружие.

Любопытное совпадение, я задумчиво посмотрел на лежащее на ладони семя. Уж не поэтому ли ты выпало? Не знак ли это?

— Макс, отдыхай.

— Я не устал, ваше сиятельство!

— Тогда иди ломай кристаллы в одиночку. Понял?

— Так точно!

Гигант оскалил в улыбке зубы и убежал. Я же сел на толстый корень большого дуба и сделал несколько глотков из фляги.

Итак. Нижегородцы поступили абсолютно правильно и атакуют, пока враг деморализован, не собран и не сумел найти замену князю Снегову, загипнотизировав всех по второму кругу. И что будет дальше?

Они придут, и их и без того имеющая преимущество армия ещё больше усилится. Стен в Липецке нет, и предатели во главе с пермскими защищаться там точно не будут. Значит, они отступят для дальнейшей перегруппировки, и у них есть три направления.

Первое — на восток, но туда они точно не пойдут, там преданный императору Тамбов. Остаются два пути: на запад в сторону диких земель и на юг в сторону диких земель. То есть мы имеем пятидесятипроцентную вероятность, что они пойдут в нашем направлении.

Слишком много, чтобы это игнорировать. И что они будут делать, уходя с территории нижегородской империи? Сжигать поля и посевы? Вряд ли — с едой в империи проблем нет. К тому же так они очень здорово подпортят свою репутацию среди мирных жителей, о которой до этого так сильно беспокоились, не атакуя напрямую нигде, кроме Ижевска.

Но и просто так они тоже не уйдут. Что бы я сделал на их месте? По-любому разрушал бы все значимые предприятия, а также уносил оттуда все ценное. Габаритное оборудование они брать не будут, а вот жемчужины выковырять отовсюду, откуда можно, сам бог велел. Причём их могут выколупывать в том числе из машин и техники. Да, точно, я бы так и сделал.

Что же касается направления, если они всё-таки пойдут в сторону Усмани, то дальше в дикие земли по большому счету только одна хорошая дорога. Через нас.

Я ещё раз посмотрел на семя — это точно знак!

— Продолжайте зачистку, — крикнул я стоящим на страже гвардейцам. — Я в Савино!

Отдав распоряжения, я запрыгнул на квадроцикл, на котором приехал радист, и рванул через лес.

* * *

Экстренно собранная колонна влетела в отсутствующие ворота Огненной усадьбы уже через час. Сомнений, какой кристалл сажать, у меня не было. Крепость нужно укреплять, и без магии изменений этого быстро не сделать.

Второму кристаллу изменений быть!

— Выгоняйте всех лишних и начинайте работы, — приказал я одному из приехавших со мной гвардейцев. А сам поспешил к возвышающемуся точно по центру крепости и почти достроенному укреплённому дому.

Там быстро выгнал всех строителей и, когда остался один, принялся рыть вторую подземную комнату рядом с той, в которой уже прилично вымахал кристалла контроля.

Из-за спешки, конечно, приходилось все делать тяп-ляп. Ни о каких ровных стенах в потолке речи пока не шло, но всё равно на то, чтобы получить шестиэтажный куб с гранью в двадцать метров, у меня ушёл ещё час.

Убедившись, что комната не обрушится, я посадил в самом её центре семя, и через минуту оно превратилось в кристалл изменения первого уровня. Моя прелесть!

Очень быстро кристалл достигнет десятого уровня, что увеличит площадь его воздействия до километра. Это позволит мне укрепить сами стены крепости, а ещё в случае нужды даст возможность устроить врагам множество сюрпризов.

— Приступайте! — кивнул я ответственному за размещение восстановленных белых кристаллов гвардейцу и пошёл к стене.

Здесь уже тоже шла работа. Отправив не посвященных в секреты строителей в Савино, в заранее подготовленных местах гвардейцы размещали восстановленные чёрные кристаллы. Это поможет нам защититься от обстрела тяжёлой артиллерии, если она у врага всё-таки будет, и они решат напасть.

Хотя, откровенно говоря, я сомневался в том, что у них такие цели, но подстраховаться в любом случае следовало. Отдавать Огненную усадьбу ни в коем случае нельзя, тут куча ценного оборудования, а самое главное — кристалл контроля, окружённый восстановленными.

Технология ускоренной прокачки как можно дольше должна оставаться в секрете, и к ней допущены только проверенные люди.

Убедившись, что все при деле, я снова прыгнул в машину и помчался назад в Савино. Мне предстояла очень важная, но очень скучная работа.

О сети подземных катакомб я думал давно. В идеале она должна будет соединить все ключевые точки моих разрастающихся владений для скрытного и быстрого перемещения между ними. А в дальнейшем опутать вообще все окрестности. Мои проекты, конечно, шли ещё дальше, и я уже видел мчащиеся по тёмным подземным тоннелям высокоскоростные поезда. Но их мы пустим точно не в ближайшие месяцы. Ха!

Сейчас я должен заложить первую линию, и она, разумеется, будет соединять Савино и Огненную усадьбу. Ведь мне в любом случае нужно будет встречать врага именно там, а в случае, если он пройдёт мимо, очень быстро и, самое главное, незаметно сменить позицию.

Всю дорогу в Савино, я думал, где тоннель будет брать своё начало. Первой мыслью было — прямо из подвала моей усадьбы. Но нет, и дело даже не в лишних трёхстах метрах. Просто это глупо, ведь враги в теории могут найти этот туннель, и чего точно не стоит делать, так это приводить их прямо в сердце моих владений.

В итоге выбор пал на один из складов с внутренней стороны кирпичной стены. На ней постоянно дежурят наши бойцы, да и само здание охраняют. Достаточно будет лишь наложить дополнительные защитные руны.

Машина подъехала прямо к дверям, и, зайдя на склад, я спустился на второй подземный этаж. Да, хорошее место!

— Граф Владу!

— Слушаю, ваше сиятельство!

— У меня могут быть проблемы со связью. Если что, вызывай через Иван Иваныча.

— Вас понял!

Иван Иванычем в открытых каналах мы называли Гензо. Если кто-то из моих срочно хотел со мной связаться, ему достаточно было уединиться, шёпотом сказать «Иваныч» и передать суть вопроса.

Что ж, пора приступать… Кстати! Эби!

— Да, владыка! — Одетая в обтягивающее чёрное платье синекожая демонесса тут же появилась рядом. — Изволите услышать интересную историю или, может быть, станцевать вам?

Хранительница призывно изогнулась и скинула с плеча лямку платья.

— Что за фокусы? — поморщился я. — Ты же знаешь, чего я хочу.

— Ну да. — Озорной блеск пропал из глаз Эби, и она смущённо посмотрела под ноги. — В общем, сейчас помочь с рытьём тоннелей я не могу. У меня уже, конечно, получаются рабочие муравьи, но они пока не очень крупные.

— Примерно с муравья, — хихикнул, появляясь на полу между нами, Гензо.

— Заткнись! — шикнула на него Эби и посмотрела на меня. — Скорее, с крупную мышь. Да и живут они недолго… Но я тренируюсь, владыка! Каждую свободную секунду! Вон, спроси у одноглазого чучела!

— Чего это я одноглазый⁈ — посмотрел на неё Гензо и… открыл второй глаз прямо под первым. А потом третий… и еще.

— Хорош! — Я поморщился. — И вообще, если не будете помогать, то идите займитесь чем-нибудь другим.

— Общение с тобой не мешает нам заниматься другими…

— Свободны! — гаркнул я и, обратившись к кристаллу изменений, поднял руку.

В первый час всё шло весело и задорно, а я чувствовал себя продвинутым экскаватором. Магии изменений пофигу, с чем работать, будь это земля, грунтовые воды или корни деревьев. Я будто плыл сквозь толщу земли, быстро трансформируя и уплотняя стены получающегося туннеля.

Скорость продвижения мало чем отличалась от обычной ходьбы. Вспышка магии, и передо мной пустое пространство и очень прочные стены.

К сожалению, долго наслаждаться не вышло — кристалл едва перевалил за тридцатый уровень, и ровно через три километра зона, из которой я мог до него дотянуться, закончилась. А за ней началась жопа.

Я перенастроил пирамидку на магию земли и весьма быстро понял, что теперь больше похож не на высокотехнологичный экскаватор, а на простую мышь-землеройку, которой освещает путь горящий за спиной огонёк. Скорость резко упала.

Тоннель я решил проложить на глубине пяти метров под лесом, и мне приходилось раздвигать, утрамбовывать и сушить землю, а также обрубать вездесущие корни.

За следующие три часа я прокопал не больше километра, при этом с меня буквально лил пот, а пирамидка уже на треть опустела.

— Всего шестнадцать километров осталось, — «подбодрил» меня Гензо и нарисовал на расположенной передо мной стене мишень. — Бей сюда.

Собрав все силы в кулак, я прокопал ещё один километр и окончательно понял, что здорово себя переоценил. Первую линию моих катакомб придётся закончить в другой день, и желательно не самому.

Я обернулся и, увидев уходящий вдаль тёмный туннель, понял, что не хочу по нему идти. Я раздвинул землю на уровне потолка, сделал самые простенькие уступы, и через несколько минут моя голова появилась посреди густого леса в пяти километрах от нашей ограды.

Да, тут гораздо лучше! Свежий воздух, да и птички поют. Я выбрался из норы, несколько раз глубоко вдохнул и побежал к дороге.

— Кар! — заорала пролетевшая надо мной ворона. — Там тебя Влад ищет.

Я снял рацию с пояса.

— Граф вызывает Влада. Что случилось?

— Новости из Липецка, ваше сиятельство. Около четырёх тысяч бойцов вышли из города. Говорят, все более-менее крупные предприятия Липецка полыхают… и…

— Двигаются в нашу сторону? — перебил я.

— Да, Дмитрий Николаевич.

— Понял. Созывай собрание. Через десять минут буду.

Влад отключился, а я связался с постом на воротах и приказал пригнать машину. Бегать по лесу, конечно, приятно, да и для здоровья полезно, но теперь на счету каждая секунда.

* * *

Новости сообщил нам Костя, и, как оказалось, я всё предположил абсолютно верно.

Переметнувшиеся на сторону Перми четыре тысячи бойцов двинулись в сторону Усмани. Кроме того, что перебежчики устроили множество терактов в самом Липецке, по дороге они делились, заезжали на все более-менее крупные предприятия и ничего от них не оставляли.

— По предварительным прогнозам, уже через два часа армия должна подойти у стенам Усмани, — заканчивал доклад Влад. — Также Костя сообщил, что гарнизон получил приказ закрыть ворота, а в случае, если противник пройдёт достаточно близко, атаковать его.

— Но они же не дураки, — развёл руками Виктор Харитонович. — Усмань им не по зубам, они обойдут её по широкой дуге.

— И поедут к нам. — Свят ткнул пальцем в лежащую на столе большую карту.

— Ну, не обязательно к нам, — возразил Влад. — Но да, если они владеют текущей информацией, то у нас, безусловно, самая лучшая дорога, ведущая к диким землям. Плюс к тому, если они владеют вообще всей информацией, то, может быть, даже получили приказ целенаправленно заехать к нам. Как ни крути, а мы проводили операции против «Центра», да и в принципе слухи о том, что у нас здесь активное строительство и есть чем поживиться, разнеслись достаточно широко.

— Это очень не вовремя, — поморщилась Катя.

— Не вовремя, — согласился я. — Но делать нечего.

И перевёл взгляд на часы.

— При самых хреновых раскладах они будут здесь уже через четыре часа. Что мы можем за это время сделать?

— Первым делом, — Катя посмотрела на меня, — нужно разобрать и перевезти оборудование с кирпичного и цементного завода. А также желательно разобрать ретранслятор.

— Это лучше с Костей связаться, у них там защита как ни как, — заметил Влад. — Разобрать не разберёт, но самые важные узлы снимет.

— И мы останемся без связи, — пробормотал Виктор Харитонович.

— Это да, — развёл руками я. — Но Катя права, ретранслятор нужно разбирать, а то новый нам здесь потом хрен поставят в ближайшее время. Также свяжитесь со всеми окрестными деревнями. Пусть всю технику, которую им жалко, гонят к нам. Мы её спрячем. Также, если боятся за детей и женщин, пусть всех приводят. Хотя уверен, что простые деревни они не тронут. Но самый главный вопрос не в этом.

— Надо заранее решать, что мы сами будем делать, если эти козлы пойдут этой дорогой, — угадал мою мысль полковник.

— Именно. Какая у них техника? — уточнил я.

— В основном грузовики, машины, броневики, — ответил Влад. — Из серьёзного четыре танка и, скорее всего, какие-то пушки. По составу и силе примкнувших к ним людей ничего сказать не могу. Так же, как и не уверен в их настрое по поводу сражения. Да и нам, откровенно говоря, сражение ни к чему. Даже если оно завершится нашей уверенной победой, мы поставим на себе большую-большую метку.

— Метка на нас появится, когда они увидят стены Огненной усадьбы, а потом Савино, — заметил я и налил из графина стакан воды. — Но думаю, всё равно первыми атаковать не нужно. Дадим им возможность просто пройти мимо и заранее попросим ничего у нас здесь не трогать.

— А если они не послушают? — наклонил голову Виктор Харитонович.

— А если они не послушают, надо будет нанести им такой удар, чтобы они навсегда забыли сюда дорогу.

— Надо бы ещё сказать, чтобы они не заходили в Лос-Сантос, — напомнил Влад. — Одно дело воевать с бандитами и совсем другое — с Пермской империей. Боюсь, наши союзники к этому ещё не готовы.

— Может, тогда просто не париться по поводу Лос-Сантоса? — почесал рыжий затылок Свят. — Предупредим всех ребят, чтобы выходили, если хотят. А как эти козлы уйдут, так все и вернутся.

— А если они там осядут? — спросил я.

— Ну, если надолго осядут, попросим выйти. А если не выйдут, то в Лос-Сантосе-то мы их точно нахлобучим. У нас же есть методы. Иван Иваныча помочь попросим.

— Согласен, — кивнул я. — Тогда про Лос-Сантос думать пока не будем, а мужиков просто предупредим. Если они выскажут желание обороняться, то поможем им, а если нет, временно уйдём. Ладно. — Я хлопнул в ладоши. — Давайте переходить к конкретике. И рассматриваем сразу самый худший вариант, если эти уроды решат с нами повоевать.

Совещание длилось ещё полчаса, а потом началась суета.

Новый кристалл изменений в Огненной усадьбе рос очень быстро, и я попросил Топора и Рыбака рыть тоннель навстречу моему.

Костя согласился пригнать из Усмани бригаду инженеров, чтобы помочь частично демонтировать ретранслятор. Кроме этого, ликвидатор предупредил, что идёт разбор и других ретрансляторов и в ближайшее время могут быть перебои со связью.

Влад с Виктором Харитоновичем собрали всех гвардейцев и отрабатывали оборонительные действия, а артиллеристы, уже никого не стесняясь, вовсю пристреливали пушки.

С особым сожалением мы остановили работы на кирпичном и цементном заводах, и оборудование уже перевозилось в Савино.

Через два часа после собрания к нам заявился граф Синицын. Он попросил спрятать у нас свою семью, всех его людей и ценное оборудование. Разумеется, мы согласились.

Как и предполагалось, народ со всех окрестных деревень повалил валом. Что ж, мы хотели, чтобы о нас узнали все, теперь точно узнают.

Конечно, народу за кирпичные стены набьётся как сельдей в бочку, но Акаи всё равно, за каким количеством людей следить. Если вдруг появятся шпионы, то она их обнаружит, а секретные места мы сумеем защитить.

Сидя в своём кабинете, я раздавал распоряжения, и, несмотря на напряжение, с моих губ не сходила улыбка.

Пожалуй, это наша первая серьёзная проверка на прочность, и мне не терпелось узнать, на что мы способны.

— Не волнуйся, босс, всех порвём, — хихикнул, появляясь на моём плече, Гензо.

— По-любому, — кивнул я и, улучив редкую свободную минутку, подошёл к окну.

Офигеть!

Савино вообще не походило на деревню. Впрочем, как и на посёлок городского типа. Оно гораздо больше напоминало разворошённый муравейник.

— Влад графу!

— Слушаю, — отозвался я.

— Они объехали Усмань! Двадцать километров до Огненной усадьбы!

— Костя успел вернуться?

— Нет, он со своими ребятами остался в Савино. Машины ждут!

— Бегу!

— Ваше сиятельство. — В голосе главного гвардейца послышалось сомнение. — Вы точно уверены, что стоит затевать эти переговоры?

— Конечно. — Я ещё раз окинул взглядом кипящую деревню. — Надо обозначить им границы.

Чтобы точно знать, в какой момент можно на них напасть.

Глава 14

— Что вы думаете обо всём этом? — Из динамика радио раздался знакомый голос Василисы.

— Я думаю, надо выходить за ворота и гнать этих предателей до самых диких земель, — ответил старческий голос.

— А лучше до самой Перми! — заявил кто-то на заднем фоне.

— Это загипнотизированные! — крикнул ещё кто-то.

— Какие на хер загипнотизированные? — проворчал старик, явно находящийся ближе всех к микрофону. — Что, радио не слушаешь? Как Снегов помер, так все загипнотизированные стали нормальными. А это просто предатели.

— Всё-таки к Савино повернули! — раздался молодой женский голос.

— Дай-дай мне бинокль.

— Да, дорогие друзья, — снова заговорила Василиса. — Напоминаю, что мы сейчас находимся на крыше одного из самых высоких жилых домов Усмани. И только что мимо крепости проехала большая колона войск, кроме легковых автомобилей, состоящая из четырёх танков, двадцати двух БМП, десяти пушек, а также множества броневиков и грузовиков. Никто не идёт пешком, и все они двигаются по дороге в сторону Савино со скоростью, примерно…

— Какая молодец! — рассмеялся Свят, делая радио тише. — Уже третий раз подряд эту запись гоняет.

— Где там эти козлы? — нетерпеливо пробормотал, выглядывая в окно, Рыбак.

— Да приедут сейчас, — обернулся через плечо сидящий за рулём Даня.

Феникса мы тоже экстренно вызвали из Лос-Сантоса, но он вёл тот внедорожник, в котором находился Влад. И именно эта пара являлась нашими переговорщиками, а мы на ещё трёх машинах стояли в ста метрах позади.

Вовсе незачем врагам знать, что сам Акулов приехал на встречу, но прикрыть своих бойцов я должен. Конечно, все мы надеялись на то, что старое как мир правило «переговорщиков не трогать» сработает и сейчас, но бережёного бог бережёт.

— Едут, — ткнул пальцем в окно Свят.

Пыль, которая поднималась за приближающейся к нам колонной, была видна издалека. И все потому, что тяжёлая техника, ехала не только по асфальту, но и по полям вдоль дороги.

— Всё, всем тихо, — скомандовал я и закрыл глаза. Ничто не должно отвлекать меня от жучков.

Влад с Фениксом подняли здоровущий белый флаг и встали рядом с машиной, на борту которой красовалась выныривающая из воды зубастая акула. Через пять минут колонна приблизилась и, к моему облегчению, остановилась. А ещё через несколько минут к ребятам подошла пятёрка вооружённых до зубов людей в военной форме.

— Полковник вооружённых сил Нижегородской империи Сычёв Денис Ярославович, —представился высокий, короткостриженый мужчина лет сорока. — А вы кто?

— Мы представители графа Дмитрия Николаевича Акулова, — ответил Влад. — Здесь начинаются его владения.

— И что? — с усмешкой спросил полковник и ткнул через плечо пальцем на стоящую за его спиной колонну. — Нам надо прямо, и мы поедем прямо.

— В этом случае мы хотели бы попросить вас дальше ехать максимально осторожно, ничего не ломать и не уничтожать посевы.

— Попросить? — поднял бровь полковник. — Вы, наверное, ребята, не понимаете, что происходит. Мы представляем истинного императора, изгнанного из империи двойником-предателем, и будем ехать туда, куда захотим, и трогать то, что захотим. Более того, у меня приказ собрать со всех аристократов империи, так сказать, военную помощь в виде жемчужин. Сколько у вас людей?

— Две тысячи, — уверенно соврал Влад.

— Значит, с вас двадцать малых жемчужин и две средних.

— Такие решения я не могу принимать, — пожал плечами гвардеец.

— Ну, тогда сообщите о нём своему графу. Если заплатите, мы проедем мимо и ничего не тронем, а если нет… — в голосе полковника зазвучала неприкрытая угроза, — мы заберём то, что нам нужно, силой, а ещё вы будете признаны предателями со всеми вытекающими отсюда последствиями.

— Я вас понял, — сохраняя каменное выражения лица, кивнул Влад. — Сейчас же доложу его сиятельству.

Он дал знак Фениксу, и они прыгнули в заранее развёрнутую машину. Мотор взревел, и переговорщики помчались в нашу сторону.

— Погнали, — хлопнул я Даню по плечу, и мы тоже стартовали.

Первый этап переговоров проведён, и настрой потенциального противника понятен. Что ж, мы готовы. А насколько готовы они?

Через несколько минут мы ворвались в ворота Огненной усадьбы, а к ним тут же подбежали не меньше пятидесяти строителей и принялись закладывать проём кирпичами.

— Приготовиться к бою! — заорал я, а сам по кирпичной лестнице быстро поднялся на стену.

— Эти козлы едут по нашим посевам! — недовольно буркнул Свят, указывая пальцем на приближающееся облако пыли.

— Мы это внесём им в счёт! — рассмеялся я, а потом поднёс ко рту микрофон. — Всем сохранять тишину! Без моей команды не стрелять! Артиллеристы и техники, приготовиться!

Я обвёл взглядом позиции, сосредоточенные лица бойцов и убедился, что все кристаллы работают как нужно.

— Смотри, какие ублюдки! — снова заговорил Свят, отрываясь от окуляров бинокля. — Человек двести поехали к усадьбе Синицына. Не зря он всё ценное к нам привёз. Главное, чтобы от злости не подожгли, а то ведь он навсегда к нам переселится.

— Да уж, — хмыкнул я.

Тем временем вражеская колонна приблизилась и, немилосердно давя ещё зелёную пшеницу стала рассредоточиваться, вставая полукольцом в пятистах метрах от нас.

Когда они заняли максимально, на их взгляд, угрожающую позицию, а танки и пушки нацелили свои стволы на стены крепости, к заваленным воротам подошла та же самая группа, что встречала Влада.

— Мы представляем истинного императора! — поднеся рупор ко рту, повторил полковник Сычёв. — Мы едем в сторону диких земель, чтобы объединиться с ним и с его армией, а впоследствии скинуть узурпатора с трона. Все преданные истинному императору аристократы должны сдать средства в военный фонд. По одной малой жемчужине с каждой сотни людей и по одной средней — с каждой тысячи. Итого с вас двадцать малых и две средних жемчужины. Мы даём вам пятнадцать минут.

Вот люблю таких. Все кратко и по существу, без лишней воды. И ответ крутился на кончике языка: идите в жопу. Но воспитание сказать так прямо не позволяло. Пришлось говорить то же самое, только более культурно. Я приложил микрофон губам, и мой усиленный мегафоном голос разнёсся по всей округе.

— Говорит Дмитрий Николаевич Акулов. Я не получал соответствующего приказа и не видел соответствующего распоряжения. Более того, о нём не говорилось нигде по радио, так что взносов никаких я делать не буду. Но разрешаю вам проехать по моей территории и, если будете вести себя прилично и ничего не сломаете, обещаю, что мои войска не будут вас атаковать…

Я сделал небольшую паузу, и в повисшей тишине что-то прочирикала испуганная моим громким голосом пичужка.

— Но, если вы что-то сломаете, — мой тон стал угрожающим, — и особенно я имею в виду расположенный у вас по дороге ретранслятор, это будет автоматически означать, что ваша группа объявила лично мне, графу Акулову, войну. Надеюсь, вы меня услышали.

— Граф, вы совершаете большую ошибку, — заорал полковник, найдя меня взглядом на стене.

— Да, и ещё одно, — игнорируя его, добавил я. — Вот эту дорогу делали мы сами. И вот эти посевы сажали мои люди. Так что будьте добры, езжайте как-нибудь так, чтобы нанести поменьше ущерба…. У вас есть час на то, чтобы покинуть мои владения.

Полковник что-то буркнул себе под нос и быстро зашагал назад к машинам. Дойдя до них, он залез в здоровущий грузовик, в котором незваные гости оборудовали штаб.

— Вот наглая сука, — проговорил богато одетый худощавый мужик с длинными чёрными волосами, судя по описанию, Никита Захарович Юдин, губернатор Липецка. — Мы сумеем взять эту крепость?

— Если отъедем подальше, то при должной артподготовке, конечно, — пожал плечами полковник. — Только я не вижу в этом смысла. Мы можем потерять бойцов, а доход от этого предприятия вряд ли перекроет расходы на те же боеприпасы. Опять же, это время, а нас ждут.

— Согласен, — недовольно кивнул губернатор. — Тем более основная деревня в двадцати километрах дальше, если что, можем атаковать её.

— Да ладно вам, Никита Захарович, зачем тратить боеприпасы и ссориться с мирными жителями?

— Мирными? — злобно зыркнул на него губернатор. — Этот урод Акулов — нижегородская шестёрка, и нужно показать ему, что он занял не ту сторону!

— Они уезжают, — констатировал я, поворачиваясь к Владу. — Убедитесь, что они отъехали на два километра, и начинайте демонтировать артиллерию и грузить её. Потом будьте на связи с центром и по команде выдвигайтесь в Савино.

— Вас понял.

— Остальные за мной.

Свят, Рыбак, Топор и другие члены ударной группы, которых на всякий случай я взял с собой в Огненную усадьбу, побежали следом за мной. Мы пересекли внутренний двор крепости и вскоре нырнули в большую теплицу, стоящую вплотную к стене.

Прямо посредине грядок чернела дыра и из неё торчала лестница. Я быстро спустился по ступенькам и оказался в начале туннеля, который ребята с помощью магии изменения начали рыть навстречу моему.

— За мной! — освещая путь маленьким огоньком, я первым побежал вперёд.

Туннель удалось прорыть на восемьсот метров, и уже через две минуты я оказался в кругу льющегося сверху света прямо перед ещё одной лестницей. Быстро взбежал по ней и оказался в лесу, где нас уже ждали квадроциклы.

— Мы с Фениксом первые, остальные за нами! — крикнул я.

Антон уже запрыгнул на ближайший байк и завёл двигатель, я сел за ним, и мы помчались в Савино.

Наши байки вылетели из леса в пятистах метрах от кирпичной стены, и до нас тут же донёсся радостный рёв стоящих на ней бойцов. Чем ближе мы подъезжали, тем он становился громче, наверное, так встречают впервые приехавшую в город любимую группу.

Лишний раз убеждаясь, что снаружи наша ограда выглядит очень солидно, я не забывал широко улыбаться и махать рукой. Хорошее настроение лидера должно заряжать остальных.

Мы влетели в открытые ворота, я спрыгнул с байка и сунул в руки Фениксу сумку с тремя большими жемчужинами.

— Распредели!

— Понял! — Антон схватил ценный груз и скрылся в толпе.

Я развернулся и по ближайшей кирпичной лестнице взбежал на стену. Виктор Харитонович уже ждал меня на смотровой площадке.

— Мне обо всем доложили, — кивнул он. — Предполагаемый противник в двенадцати километрах.

— Как у нас здесь дела?

— Всё готово.

— Не слишком много народу на стенах? — Я указал на бойцов, стоящих плечом к плечу по всему периметру.

— Это для устрашения, — пояснил полковник. — Если всё будет идти к столкновению, то большая часть спустится и скроется за стенами.

— Понял. Пушки готовы?

— Да. Большинство из них мы расположили по северной стороне. Здесь только самые дальнобойные орудия.

— Ага, вижу.

Наша стена была предназначена для размещения огромного количества пушек, и каждые двадцать метров изнутри находилась площадка, расположенная вровень со стеной. Сейчас на некоторых из них, к сожалению, далеко не на всех, стояли накрытые брезентом орудия.

Если будет нужно, площадка поднимется ещё на два метра, что дополнительно увеличит дальность стрельбы.

— Что ж. — Я довольно кивнул. — Тогда ждём.

* * *

— Ну что там? — взволнованно спросила Света.

— Да ничего интересного, — рассмеялась стоящая у окна Аня. — Народу много, бойцы на стенах стоят. В общем, всё то же самое, что было две минуты назад, когда ты в прошлый раз спрашивала. Как там, кстати, у тебя дела?

— Магические печати на кроватях ещё раз проверила. Все инструменты на месте.

— Отлично! — Сестра графа показала подчинённой большой палец и крикнула: — Мил, как там у тебя?

— Всё готово, — отозвалась со второго этажа Мила. — Расставила дополнительные кровати так, чтобы между ними можно было ходить. Накладываю руны.

— Помощь нужна?

— Нет, я почти закончила.

— Хорошо, — пробормотала Аня и снова посмотрела в окно.

Да, народу в Савино было не продохнуть, но сама больница и территория вокруг неё были огорожены лентой. Дополнительные койки поставили не только в самом здании, но и снаружи. Конечно, все рассчитывали, что они не пригодятся, но всякое смогло случиться.

— Ладно. — Аня оторвались от окна и повернулись к сидящим на койках испуганным лекарям. — Пойдём на улицу, те кроватки тоже немного зачаруем на всякий случай. Только ману всю не тратьте. Идут только те, у кого полный резерв.

Едва девушка договорила, как на крыльце послышались шаги, и в больницу влетел Феникс.

— Всем привет! — махнул рукой он.

— Принёс⁈ — тут же подскочила к нему сестра графа.

— Да, вот. — Антон мимоходом чмокнул Свету в щёку и протянул Ане здоровенную мерцающую зелёным жемчужину. — Под твою ответственность.

— Да разберусь как-нибудь. — Аня сунула сокровище в сумку и повернулась к парню. — Если это всё, то иди давай! Не отвлекай мне коллектив.

Она схватила удивлённого Феникса под руку и потянула его к выходу.

* * *

— Хорошие танки, да и БМП тоже, — пробормотал Виктор Харитонович, разглядывая приближающиеся войска. — Надо бы попробовать их захватить.

— К сожалению, целыми вряд ли получится. — Я развёл руками. — Они покрыты евгенитом, и наш первый сюрприз на них не подействует, придётся использовать второй.

Я поправил непривычный капюшон специально надетого плаща. Незачем противнику знать, что у нас есть возможность быстрого перемещения между точками.

Тем временем колонна доехала до развилки, откуда вторая дорога уходила к Верхним Буграм. И мои жучки, разумеется, внимательно за ней следили.

— Это он за два месяца здесь такое отгрохал? — ошарашенно проговорил, разглядывая нашу стену в бинокль, губернатор Юдин.

— Ходят слухи, что у него крупные покровители и спонсоры в Нижнем Новгороде, — ответил полковник Сычёв. — Да и доподлинно неизвестно, что здесь два месяца назад было. Думаю, что ему подготовили место, да и кристалл здесь появился, скорее всего, гораздо раньше. Просто подделали документы и оформили всё другим числом.

— А неплохое место, — задумчиво произнёс губернатор. — Такое идеально подошло бы как плацдарм для атаки, если бы мы решили бить отсюда. Да и для обороны потом можно использовать…

— Да, место хорошее, — кивнул полковник Сычёв. — Но с ходу нам его не взять. Смотрите, какие стены высокие и народу на них сколько. Да и вон те закрытые брезентом штуки очень на пушки похожи. Также не исключено, что у них есть гранатомёты.

— Наши танки и пушки в любом случае бьют дальше, — заметил губернатор и с сожалением вздохнул. — Ладно, у нас сейчас другие цели, но надо запомнить это место. Поворачиваем к реке.

На этом разговор, к моему величайшему разочарованию, закончился. А мне очень хотелось узнать, что у них там за другие цели.

— Мимо едут, — резюмировал Виктор Харитонович.

— Ага, — чуть не подпрыгивая от нетерпения, кивнул я. — Уже скоро!

— Занять позиции по северной стене, — скомандовал Виктор Харитонович в рацию. — Всем остальным спрятаться за стенами.

На минуту стена будто ожила, а потом всё снова стихло и бойцы залегли на позициях.

Тем временем потенциальный противник приближался к реке. Благо мы уже давным-давно вырубили весь лес, росший между нами и Буграми, и место действия было у нас как на ладони. Вдобавок и само Савино находилось на небольшом холме, что давало дополнительно тактическое преимущество.

Нет, мы, конечно, дали ублюдкам последний шанс. И вокруг ретранслятора, находящегося у реки рядом с Верхними Буграми, повсюду натыкали табличек «Собственность графа Акулова», а также огородили его тремя рядами красно-белой изоленты.

— Полковник Владу! — проговорил в рацию Виктор Харитонович.

— Мы уже выехали, — тут же отозвался главный гвардеец. — В трёх километрах от усадьбы.

— Ускоряйтесь.

— Вас понял.

Полковник отключил рацию, а я улыбнулся: та артиллерия, что мы привезли в Огненную усадьбу, скоро тоже будет здесь. К началу представления она, конечно, не успеет. Да и незачем демонстрировать наш боевой настрой, но, если начнётся бой, поучаствовать в нём группа Влада точно сможет.

Та-а-ак, как там наши недруги — я снова сконцентрировался на жучках.

— Хорошее место для переправы, — резюмировал полковник Сычёв. — И ретранслятор. Думаю, надо уничтожить его, когда мы будем на противоположном берегу.

Услышав это предложение, я сжал кулаки и скрежетнул зубами. Ненавижу осторожных противников.

— Почему? — вскинул брови губернатор.

— На всякий случай, — ответил Сычёв. — Полтора километра — это достаточная дистанция для того, чтобы со стен долетели пули из Калашникова. И снаряды из некоторых пушек, если они у них всё-такие есть, и под брезентом не муляжи.

— И что, наши маги не смогут отразить пули и снаряды, выпущенные с такого расстояния?

— Да смогут, конечно, но всё равно я считаю, что так правильнее сделать.

— Да, только вы мыслите тактически, — надменно произнёс губернатор. — А стратегически ошибаетесь. Если мы сломаем ретранслятор сейчас, то можем спровоцировать атаку из Савино, а это именно то, что нам нужно! Те люди, что с нами, лишний раз убедятся, что нижегородцы готовы на всё. Плюс к тому это даст нам повод обстрелять их стены и, может быть, — глаза губернатора сверкнули, — нам всё-таки удастся захватить этот плацдарм.

— Это маловероятно, — скептически покачал головой полковник.

— Но шанс есть! — отрезал губернатор. — Задача ваших людей — отбить возможную атаку и контратаковать. Вам понятно?

— Так точно!

— Тогда занимайте позицию на этом берегу реки и начинайте.

— Они будут ломать ретранслятор, — с облегчением сообщил я Виктору Харитоновичу.

— Артиллерия, внимание! — тут же заговорил в рацию полковник. — Основные цели снарядов из емелина — танки и скопления ставящих барьеры магов. Остальным бить по пушкам и БМП сразу как спадут щиты!

Войска противника принялись окапываться вокруг Верхних Бугров, а мы с полковником быстро сменили позицию и встали с северной стороны прямо напротив наших врагов.

— Мы в пяти километрах от Савино, — доложил Влад, связавшись с Виктором Харитоновичем.

— Продолжайте движение, — подтвердил тот, но до того, как начнётся стрельба, в зону прямой видимости не выезжайте.

— Вас понял.

Глядя, как стволы танков и пушек поворачиваются в нашу сторону, я испытывал двойственные чувства, но постепенно все перекрыл азарт. Мне не терпелось начать, и руки чесались отправить жучков на бойню прямо сейчас.

— Ну, давайте уже, — нетерпеливо прошептал я и продолжил отсчитывать медленно тянущиеся секунды.

— Начинайте, — наконец скомандовал губернатор.

— Они начинают, — передал я полковнику.

— Артиллерия, приготовиться! Огонь по моей команде.

— Цель зафиксирована, — доложил наводчик вражеской пушки.

— Огонь, — скомандовал полковник Сычёв.

Тяжелое орудие громыхнуло, и подхваченные взрывной волной обломки ретранслятора разлетелись в разные стороны.

— Огонь! — тут же рявкнул Виктор Харитонович.

И в следующий миг наши пушки дружно и очень громко жахнули.

— О да! — прошептал я, чувствуя, как мою кожу покрывают мурашки, и наблюдая за окутавшим ряды противника пламенем взрывов.

Глава 15

Мы знали область, где займёт позицию противник, и, разумеется, заранее закопали там столько восстановленных чёрных кристаллов, сколько успели. И сразу после нашего залпа дёрнули рубильник, включающий поле.

Конечно, броня вражеских танков и тяжёлой техники была защищена от излучения покрытием из евгенита, но против них у нас были снаряды из емелина, а самое главное, ими же мы сразу поразили и скопления ставящих барьеры магов.

Пламя взрывов охватило ряды противника, а в ответ дали залп только немногочисленные уцелевшие и не попавшие под облучение пушки и порядка десяти БМП.

Как меня учили бывавшие в подобных боях маги, я пустил навстречу летящим снарядам широкую воздушную волну, прикрыв не меньше тридцати метров стены. Грянули взрывы, и меня окатило волной горячего воздуха, но на этом все и закончилось, снаряды не долетели до стены, а ударную волну и осколки полностью нейтрализовала магия.

Я быстро огляделся и удовлетворённо кивнул — другие наши боевые маги тоже сработали как надо! Некоторые снаряды взорвались совсем близко к стене, но для того, чтобы пробить личную броню, этого было недостаточно, а если даже кого и ранило, то ими займутся лекари.

— Вырубай кристаллы, — заорал Виктор Харитонович. — Огонь по готовности.

Чёрные кристаллы поработали всего лишь несколько секунд, и, после того как большая часть оружия противника вышла из строя, надобность в них отпала. Если оставить их во включённом состоянии, это помешает нашим снарядам взрываться.

Грянул второй наш залп. Количество полыхающих БМП резко возросло, и ещё несколько групп ставящих барьеры магов разнесло на кусочки.

Мда, всё прекрасно, кроме одного: у нас, скорее всего, закончились снаряды из емелина. Вернее, они ещё остались в группе Влада, но она только занимала позицию.

Ну да ладно, магическое сопротивление практически полностью подавлено, и дальше можно воевать и обычными снарядами, ну и старыми добрыми усиленными рунами калашами, естественно. Сотни наших бойцов, положив автоматы на зубцы стены, вели прицельный, насколько позволяло расстояние, шквальный огонь.

Враги дали ещё один залп, но это уже был крик отчаяния, несколько долетевших до нас снарядов мы легко заблокировали, а потом наши пушки жахнули снова.

— Вся тяжёлая артиллерия врага подавлена! — довольно доложил не отрывающий глаз от бинокля Виктор Харитонович. — Они ведут огонь из автоматов, но, даже если что-то случайно попадёт, броню личного состава не пробьёт.

Что ж, моя магия для защиты больше не нужна, так что пришло время проверить, что из себя представляет моё новое ружье. Наложенные руны позволяли бить как раз максимум на полтора километра, правда, в том, что с такого расстояния, как выразился Пётр Андреевич, удастся пробить голову, я сомневался. Ну да это и не нужно.

Я положил ружье на высотой мне по грудь зубец стены. Так-так-так. Повсюду огонь и дым, а в нём все бегают и кричат. Жучки подсказывают, что и Гензо не дремлет и отовсюду звучат его интересные предложения вроде «бросайте оружие и сдавайтесь».

Но это всё не мои цели, мне бы какую-нибудь группу… Ага, вот эта подойдёт! За одним из грузовиков спряталось сразу пяток бойцов, и, расположившись между колёсами, они пытались стрелять по нам. Я прикинул примерно, куда дует ветер, сделал небольшую поправку и, послав на жемчужину активирующий импульс, спустил крючок.

Покрытый рунами оранжевый огненный шарик вылетел из ствола, и через несколько секунд грянул взрыв. В трёх метрах справа от грузовика.

Мда. Первый блин комом. Пламя, конечно, разошлось далеко, но серьёзного вреда никому не причинило. Так, значит, поправочку надо брать значительно больше. Я сдвинул ствол и снова выстрелил. Есть! Жемчужина попала в самый край кузова, и грянувший взрыв опрокинул грузовик прямо на лежащих за ним бойцов. О! Вон ещё одна группа магов. Я снова сместил прицел и выстрелил.

Наши пушки тоже не молчали, а вскоре раздался залп и со стороны дороги — это вступил в бой отряд Влада.

Это стало последней каплей, и те немногие бойцы, что ещё пытались оказать сопротивление или починить технику, побросали все и побежали вслед за более прозорливыми соратниками. Вдоль реки прочь от Савино.

Прошло ещё несколько наполненных грохотом выстрелов минут, а потом ко мне подскочил Виктор Харитонович.

— Всё! — крикнул он мне на ухо. — Автоматы не добивают! И даже с поднятых платформ основная часть пушек тоже.

Я оглянулся и увидел, что площадки, на которых стоит наша артиллерия, с помощью встроенных механизмов уже подняты и возвышаются на два метра над головами сражающихся защитников. Красиво!

— Продолжайте стрелять из того, что добивает! — крикнул я и схватил рацию. — Граф группе перехвата!

— На месте! — донёсся для меня крик Свята.

— Бегу!

Я слетел со стены и, расталкивая стоящих в резерве солдат, помчался в сторону ворот, где меня уже ждало десять забитых под завязку телег.

— Погнали, — приказал я, запрыгивая в одну из них.

— Есть! — крикнул Феникс, и мы сорвались с места.

Савино мы объехали с противоположной от идущего боя стороны, промчались мимо полей, а потом, как оказалось, напрасно разобранных заводов и нырнули в воду.

Не замедляя скорости, мы пересекли её и вскоре въехали на опушку леса, где нас ждали заранее подготовленные квадроциклы. Мы быстро пересели и по лесу рванули вслед за улепётывающими войсками противника.

Разумеется, я продолжил следить за бегущими в панике воинами через жучков, а вот они, даже если бы смотрели на наш берег очень внимательно, ничего бы не увидели — Гензо прикрывал нас иллюзиями.

Наконец мы с ними поравнялись и замедлились.

— Тысячи две осталось, — крикнул с соседнего квадроцикла Свят.

Ага, неплохо мы порезвились, причём среди них много легкораненых, а большинство слили всю ману.

— Наши там! — Я махнул рукой, указывая направление, и мы, немного изменив траекторию, вскоре соединились со вторым отрядом, изначально дежурившим на этом берегу.

Спокойно дать уйти гадам мы не собирались и припасли для них десять не самых дальнобойных пушек и пятнадцать гранатомётов.

Ещё два километра мы двигались параллельно постепенно собирающимся вместе врагам. Наконец, они посчитали, что отбежали от Савино достаточно далеко, и принялись спешно готовиться к переправе.

— Ещё сто метров, — сообщил я.

Достигнув нужной точки, мы слезли с байков и сначала пошли, а потом поползли к берегу. Место я выбрал не случайно — здесь возвышался небольшой заросший деревьями холм, вот на его склоне, скрытые от глаз врагов, мы и расположились.

— Двести против двух тысяч, — тихо рассмеялся Свят. — Отличное соотношение, красивое.

— Да, неплохое, — кивнул я, но на самом деле был немного расстроен.

Я ждал, что хмыри наведут какую-нибудь ледяную переправу, как они, собственно, и собирались сделать, когда ехали сюда. Но сейчас то ли магов воды осталось не так много, то ли отпала необходимость переправлять технику, однако они своё решение поменяли.

Беглецы разделились, и, в то время как одни заняли оборону на случай, если мы их преследуем, другие надували лодки и загружали их спасённой амуницией.

— Орудия установлены, нужно будет только затолкать их на холм, — доложил подползший ко мне гвардеец. — Гранатомётчики тоже готовы.

— Тогда ждём, — кивнул я и, пользуясь моментом, перезарядил ружьё.

Минут через десять первые лодки отчалили. К сожалению, плыли они очень широким фронтом, и шансов полностью остановить переправу у нас не было. Ну да ладно, сделаем, что сможем.

— Приготовиться, — скомандовал я. — Я атакую первым, вы выскакиваете на холм сразу за мной. Магией и из автоматов бейте по лодкам. Гранатомёты и пушки по скоплению тех, кто ещё не успел отчалить.

Бойцы передали команду по цепочке, а я медленно пополз к вершине холма… Ещё чуть-чуть… и ещё… Пора!

Я вскочил и вскинул пирамидку. Мощнейший воздушный удар обрушился на воду и поднял настоящее цунами. Широкая волна не меньше семи метров в высоту поднялась над рекой и покатилась к противоположному берегу, опрокидывая лодки и наводя панику среди бойцов противника.

Тут же на холм вбежали наши.

Загрохотали автоматы и засверкала магия, а через реку, оставляя росчерки, полетели полтора десятка ракет. Взрывы слились в рокот, а противоположный берег расцвёл взрывами, и его окутало дымом.

С запозданием противники открыли ответный огонь, но о прицельной стрельбе речи не шло, а шальные пули наша броня блокировала легко.

Я переместил пирамидку и снова ударил по воде на левом фланге, где лодки противника почти достигли берега. В этот раз волна получилась даже больше, и на время проблемы с этой стороны нас беспокоить перестали.

Тем временем на холм затолкали пушки, и они дали первый залп.

Очередная серия взрывов накрыла врагов, но и они уже поняли, что к чему, и сумели рассредоточиться.

Плотность свистящих вокруг нас пуль опасно возросла, а вскоре мне пришлось перехватывать в полёте первые две ракеты.

— Отходим, — скомандовал я после третьего залпа наших пушек, и, не прекращая вести пальбу из автоматов, мы скрылись за холмом.

Ладно, пожалуй, с них хватит. На этой переправе они потеряли очень много имущества и не меньше трёхсот человек убитыми. Жаль, конечно, что мы не можем убить всех. Ну да ничего, может, это и к лучшему. Будет кому рассказать, что они здесь встретили. Учитывая то, что у них наверняка есть более важные задачи, вряд ли пермяки захотят и в будущем терять бойцов под стенами крепости живущего на задворках империи графа.

А если они всё-таки урок не усвоили и снова придут, то и это неплохо. Мы показали далеко не всю свою силу, да и к следующему визиту тех же пушек и снарядов из емелина у нас будет гораздо больше.

— Свят, Рыбак, берите байк и, не подходя близко, следите за ними. Надо узнать направление, куда они пойдут.

— Есть!

Оставив разведчиков, мы расселись по квадроциклам и погнали в сторону оставленных лодок.

* * *

Встречали нас, мягко говоря, овациями. Шум стоял практически такой же, как и во время нашей стрельбы, и, чтобы услышать друг друга, приходилось орать прямо на ухо. Мы медленно ехали через живой коридор ликующих людей, и я без устали улыбался и махал всем руками.

Наконец мы прибыли в усадьбу, где меня уже ждали члены малого совета.

— … Захвачена куча техники, оружие, включая пушки и даже оборудование, которое они вывезли с заводов. Причём это именно высокоточное и дорогое оборудование. Сейчас Влад занимается пленными и ранеными, у нас тоже есть раненые, но немного. Потерь нет!

Виктор Харитонович закончил доклад и довольно посмотрел на меня.

— А что с танками? — спросил я.

— К сожалению, наши снаряды оказались очень мощными, а стрелки точными, да и нельзя было рисковать. В общем, хорошо, если мы из того, что осталось, с заменой кучи деталей сумеем собрать два рабочих танка.

— Даже два будет отлично, — обрадовался я.

— После того как закончим собирать трофеи здесь, — заговорил Феникс, — нужно отправить аквалангистов на то место, где они переправлялись. Там наверняка в рюкзачках на дне ещё много чего хорошего лежит. Те же жемчужины, которые они собирали всю дорогу, должны быть где-то там. Да и гранатомёты я у них видел.

— Понял, — кивнул полковник и что-то записал.

— Заводы восстанавливаем? — повернулась ко мне Катя.

— Я оставил в лесу Свята и Рыбака. Давай подождём и убедимся, что гады пошли своей дорогой. И отбой в Лос-Сантосе пока не давайте.

— Хорошо, — кивнул Феникс.

— Та-а-ак, что там ещё. — Я задумчиво побарабанил пальцами по столу. — А! Заберите из Огненной усадьбы все чёрные кристаллы и запускайте туда рабочих. Пусть продолжают возводить стены… Вроде все…

Я повернулся к Виктору Харитоновичу.

— Какие мысли после сегодняшнего боя?

— Нами однозначно заинтересуются, — пожал плечами полковник. — С другой стороны, они явно куда-то целенаправленно шли, скорее всего, на объединение с другими войсками. И, вероятно, потом они куда-то ударят, но вряд ли с нашей стороны, так как отсюда всех союзников они уже вывели. Скорее всего, пойдут на запад, в сторону Михайловского железорудного месторождения и Орла, чтобы окончательно обрубить Нижегородской империи доступ к железу. Также они могут пойти ещё дальше, обойти Москву с запада и ударить в районе Твери или Вышнего Волочка. Но это опасный и долгий путь.

— Со всем этим я согласен, — кивнул я. — Но больше имел в виду, какие мысли непосредственно по сражению?

— По сражению всё очень неплохо, — довольно улыбнулся Виктор Харитонович. — Мы сегодня не уничтожили их всех только потому, что две трети площадок под пушки пустовали, а также потому, что быстро кончились новые пробивные снаряды, и они смогли закрыться щитами. Если мы сумеем поставить пушки по всему периметру, доработать механизм, чтобы он мог поднять их ещё выше, например, метров на десять относительно земли, то сможем отбить гораздо более масштабную атаку.

— Не всегда мы будем знать, где заранее закопать кристаллы, — напомнил я, — и они смогут стрелять в ответ.

— Это да, но самые вероятные места мы перекрыть можем, — развёл руками полковник. — Плюс к тому предлагаю наши катапульты для метания чёрных кристаллов тоже пустить в серию. Нужно иметь хотя бы двадцать-тридцать таких, а лучше сто.

— Так свободного места в деревне не останется, если мы всё это здесь расставим, — рассмеялся я. — Но согласен. Я дам команду нашим инженерам. Стрелять в одну сторону гораздо приятнее, чем когда стреляют и в ответ.

— Также хорошо зарекомендовали себя наши улучшенные Калашниковы, — продолжил Виктор Харитонович. — Конечно, про прицельную дальность мы не говорим, но убойная сила пуль оставалась до двух километров. А ещё очень неплохо бы сделать большую бронированную машину, о которой вы говорили. Когда сегодня после второго залпа они запаниковали, я представил, что, если, допустим, неподалёку от них раскрывается подземный ход, и из него выныривает здоровенная штуковина метров десяти в высоту… Это будет очень эффективно! Пусть даже в ней не окажется пушек, а просто будет большая жемчужина, работающая на защиту и на движение. Она просто пронесётся по рядам противника, сомнёт остатки артиллерии и раздавит всех, кто попадётся по пути!

Обычно спокойный полковник сейчас говорил очень громко, активно жестикулировал, а его глаза сияли. Мне кажется, за сегодняшний день он скинул лет десять.

— Это классная затея, — кивнул я, — но есть один минус. Всё это, включая пушки, требует просто дикого количества железа. У нас большие запасы, но и расходы немаленькие.

— Мы сегодня захватили кучу металлолома, — заржал Феникс.

— Это во-первых, — поднял палец Виктор Харитонович. — А во-вторых, вы, ваше сиятельство, говорили про то предприятие Медведя, которое мы недавно уничтожили. Там же были какие-то цеха сделанные из металла.

— Там в основном бетонные сооружения, — вспомнил я. — Но да, металлические тоже были.

— Таких мест немало, — принялся развивать мысль Виктор Харитонович. — Причём вот эта армия шла от Липецка и по пути много чего сожгла. Я думаю, скоро станут появляться сгоревшие заброшки, где будут металлические гаражи и цеха. Может быть, мы как-то сможем их оттуда вывезти? Разрезать там или ещё что-нибудь сделать.

Полковник замолчал, явно намекая на какую-то мою тайную магию.

— Хм, — задумался я. — Можем.

— Таких и в диких землях полно, — заметил Феникс. — Можно со сталкерами поговорить, они подскажут где. Главное — суметь их измельчить и доставить.

— Сумеем, — усмехнулся я. — Спасибо за идею, Виктор Харитонович. Что ещё?

— У меня всё, — после секундной паузы сказал полковник.

— Там вас Костя в кабинете ждёт, — подсказала Катя.

— А точно! Всё, тогда организация на вас. Старайтесь быстрее выгнать всех лишних из Савино, а то у меня начинается боязнь большого скопления людей.

Я улыбнулся и вышел из усадьбы, но до тюрьмы дойти не успел.

— Влад графу!

— Слушаю!

— Ваше сиятельство! Срочно выйдите за ворота внешней ограды, там большая чёрная фура неподалёку. Жду вас возле неё.

Ого!

Я ускорился и, лавируя во всё ещё достаточно плотной толпе, побежал к кирпичной стене.

Влад стоял у нужной машины и, едва я подбежал, нырнул внутрь. Я последовал за ним, и улыбка сама собой заползла на лицо.

— Ну, привет.

У лежащего передо мной человека не было ног и левой руки по плечо, зато его обрамлённое слипшимися от крови длинными чёрными волосами лицо я узнал. Это был бывший губернатор Липецка Никита Захарович Юдин.

— Ничего не говорит, — шепнул мне на ухо Влад. — И он при смерти.

— Молодец, что позвал, — кивнул я. — Всем выйти из машины!

Гвардейцы быстро выполнили приказ, а я установил звукоизолирующее поле и сел перед пленным на корточки.

— Знаешь, кто я?

— Надо полагать, граф Акулов. — Бывший губернатор сплюнул кровь на пол. — Ты даже не понимаешь, щенок, что натворил.

— Так просвети меня, — проговорил я и вдруг почувствовал магическое касание.

Вот сука! Он пытается влиять на меня магией контроля!

— У тебя есть только один шанс спасти свою жизнь и защитить своих близких, — с угрозой прошипел Юдин. — Вылечить меня и доставить в то место, куда я скажу.

— И что? — Я поднял бровь. — Тогда твои пермские друзья простят мне то, что я устроил?

— Если ты присоединишься к нам и искупишь свою вину, то да! Мы всё равно победим! А если ты не сделаешь этого, то скоро к тебе придут!

— Придут и подохнут так же, как ты и Снегов. Кстати, это я его убил, как и тех магов в подвале, которые качали кристалл контроля.

— Ты… — Глаза бывшего губернатора распахнулись.

— Ага, и почти все операции против «Центра» тоже я сорвал, и кристалл контроля у меня тоже есть, и ещё вот. — Я достал пирамидку. — Видел когда-нибудь такое? А ещё смотри, как я умею. Гензо, проявись.

Прямо на коленях пленного появилась лохматая бутылка.

— В этом же облике нужно? — уточнил хранитель, не сводя огромного глаза с лица побледневшего Юдина.

— Можно и что-то другое…

— Слушаю и повинуюсь!

Гензо начал расти, из его тела в разные стороны метнулись десятки щупалец, а в распахнутом рту блеснули острые клыки.

— Ваши знания ничто в сравнении с моими, — глядя пленнику в глаза и давя его магией, прошептал я. — И, если твои друзья придут сюда, они все умрут! Я уничтожу Пермскую империю, если она встанет на моём пути… и знаешь почему?

— Почему? — прохрипел пленник.

— Смотри!

Я снял часть своих защитных блоков и открыл оппоненту свой разум. Он обрадованно рванул в него, и в тот же миг я одновременно ударил пирамидкой и активизировал красный кристалл.

Удар предназначался не мне, но даже его эхо вызвало жесточайшую головную боль, но это был единственный способ проломить мощнейшую защиту Юдина.

Он заорал и, рухнув на пол, забился в конвульсиях, я же, прорываясь сквозь блоки, пытался влезть в его голову.

— Пермь! Дом! — заорал я, стараясь вызвать нужные ассоциации.

— Нет!!! — заорал он. — Не может быть! Уйди от меня, чудовище! Возвращайся назад в ад!

— Захват Нижегородской империи! Планы!

Наши разумы будто слились, он видел моё прошлое, а я старался разглядеть его, но, к сожалению, магию такого высокого порядка контролировать не мог и видел лишь мелькающие образы.

Большой город, обнесённый высокой каменной стеной. Ездящие по его улицам машины. Мчащиеся сквозь леса тысячи людей на квадроциклах. Стоящий на реке огромный флот. Летящие по небу вертолёты.

— Где ваши войска⁈

— Уйди… из… моей… головы! — прохрипел Юдин, изо всей силы ударился затылком об пол и… умер.

— Падла, — проскрежетал я зубами и, тяжело дыша, прислонился к стене фургона.

Как назло, спасительный восстанавливающий эликсир завалился на самое дно рюкзака, и дрожащими руками выковырять его долго не получалось. Наконец я справился.

Зелье согрело желудок, и уже через пару минут мне стало заметно лучше.

Ладно, может, всё не так плохо — если верить книгам, то добытая таким образом информация может проявиться не сразу, а всплыть как-нибудь потом или даже присниться.

Что же касается ментальной защиты покойного, то она была самого высокого уровня, и ставил её явно не он сам. Может, Снегов, а может, и ещё кто покруче. И вот с этим парнем я бы не хотел столкнуться в ближайшее время, особенно за пределами Савино.

Минут пять мне потребовалось, чтобы прийти в себя, и, практически не шатаясь, я вылез из фургона.

* * *

— Если честно, я в шоке, — поднялся мне навстречу Костя, когда я зашёл в свой кабинет.

— От чего? — невинно спросил я, садясь в кресло.

— От всего. — Костя махнул ладонью в сторону окна.

— Будем считать, что нам повезло, — рассмеялся я. — Ладно, давай это обсуждение отложим на потом, а сейчас у меня к тебе два важных вопроса. Первый, нужно связаться с Усманью и организовать вывоз пленных.

— А твоим людям не нужно время? — Майор замялся. — На допросы, например.

Ух ты. Какие интересные мысли.

— Уже нет, — ухмыльнулся я. — Но спасибо за заботу.

— Да не за что…

— Кроме связи нужно починить ретранслятор. От этого мало что осталось.

— Я думаю, после того, что здесь произошло, даже если их нет на складах, ради вас разберут где-нибудь в другом месте и перенесут сюда. Я займусь этим вопросом. Постараемся сделать уже завтра.

— Отлично, спасибо!

— Да не за что, — повторил ликвидатор, ещё больше смущаясь. — Дим, а как вы сделали так, чтобы они не стреляли в ответ?

А вот и первый неудобный вопрос.

— Да они запаниковали просто, — ответил я. — Прошу именно так всем и рассказывать, а ещё лучше скажи, что твоя группа вообще стояла на другой стене и не видела сам бой.

— А пленные…

— А пленные запаниковали, и им показалось.

В кабинете повисла пауза, и, воспользовавшись этим, я наполнил водой из графина два стакана.

— Слушай, Дим, — медленно начал Костя, почёсывая заросший щетиной подбородок. — А может, возьмёшь меня свою команду?

— Ты и так в команде, — твёрдо произнёс я.

— Я имею в виду в команду посвящённых. Здесь явно какая-то херня очень непростая творится. Я уже давным-давно понял и говорил тебе неоднократно, что я на твоей стороне. Настолько на твоей, что, если ты мне сейчас скажешь уволиться из ликвидаторов и прийти жить сюда, я это сделаю не задумываясь, как и все мои друзья.

— Ты серьёзно сейчас? — поднял бровь я.

— Абсолютно. Я никогда не встречал такого человека, как ты, и не видел ничего похожего на то, что происходит здесь. Я очень рад, что могу тебе помочь, но хотел бы делать больше. И почему-то мне кажется, что, если ты посвятишь меня в свои тайны, мой КПД возрастёт.

— А ещё возрастёт вероятность утечки, — медленно проговорил я. — Кость, ты пойми меня правильно, я тебе и твоим ребятам полностью доверяю и считаю вас членами команды. Но, если ты обратил внимание, почти все наши люди не покидают пределов Савино, а если покидают, то большими группами, с минимальными рисками быть захваченными в плен. У тебя таких рисков будет полно.

— Понимаю, — поник майор.

— Даже если ты не будешь отвечать на вопросы, есть гипноз, похищение и пытки, есть много чего ещё. Я не могу сейчас так рисковать. Ты и так сильный маг, и пока лучше пусть останется всё как есть. Но поверь мне, — я дружески улыбнулся, — при первой же возможности, или если ты всё-таки покинешь ликвидаторскую службу и придёшь к нам, я и тебе, и твоим ребятам всё сразу же расскажу.

— Но секреты есть? — уточнил Костя.

— Конечно есть, — рассмеялся я. — И то, что ты видишь сейчас вокруг, — это только начало. Скорость развития Савино останется прежней, и скоро тут будет настоящий город. И если ты хочешь помочь, то нам очень нужно железо. Брошенные цеха, склады, гаражи, машины. Как в диких землях, так и здесь. Мы готовы всё это забрать, а если у плохих людей, то и силой.

— Я понял тебя, — кивнул ликвидатор. — Думаю, я смогу донести до руководства мысль о том, что после того, как вы устроили здесь кровавую мясорубку, эти козлы придут мстить, так что вам надо помочь. Попробую выбить всё, что смогу…

— Спасибо! Это нам очень…

— Дом графу! — прервала меня рация.

— Слушаю.

— Свят вышел на связь, говорит, что выжившие идут на запад и, скорее всего, потом свернут на север и двинут к Орлу.

— Отлично, пусть ещё немного их проводят и возвращаются. Также пусть Феникс даёт отбой в Лос-Сантос и едет туда.

— Есть!

Рация отключилась, и я снова посмотрел на Костю.

— Мне пора. Надеюсь, ты меня понял и не обиделся.

— Я не обиделся, ты прав, риски большие. — Костя вздохнул и встал. — Ладно, пойду вызывать подмогу. А ты запомни всё, что я сказал, и, если что, сразу звони.

— Ты тоже! — Я поднялся с кресла и пожал крепкую ладонь ликвидатора.

* * *

— Срочная шифровка по третьему каналу, — доложил ворвавшийся в дверь Дуб, первый помощник князя диких земель Сергея Ярого.

Сидящий за большим деревянным столом крупный русоволосый мужчина лет сорока, взял послание и достал ключ шифра. Минут десять он скрупулёзно выписывал буквы на другой лист, а когда закончил, дважды перечитал получившийся текст. После чего сжёг.

— Любопытно, — медленно вытирая пепел с пальцев, проговорил он.

— Что случилось? — спросил Дуб.

— Да тут наши хорошие знакомые просят об одолжении. Похоже, их дела в Нижегородской империи идут не совсем гладко.

— Одолжении? — понял брови помощник.

— Ага. И они готовы за него очень хорошо заплатить.

— И что надо делать?

— Самое смешное, что делать надо то, что мы и так собирались.

На лице князя появился хищный оскал.

— Надо разобраться с этим ублюдком-выскочкой Акуловым и со всеми его шестёрками в регионе.

— Объявить общий сбор? — спросил помощник.

— Да. Завтра в течение дня нам должны доставить вооружение и технику. А вечером выходим.

Глава 16

— … И пусть дадут каждому понюхать образец. Понятно, что при низких концентрациях запах будет отличаться, но всё равно он достаточно узнаваем.

— Мне кажется, он чем-то похож на чеснок, — проговорил Влад.

— Да, пожалуй, — согласился я. — Итак резюмируя: если вдруг кто-нибудь почувствует в кристалле какой-то похожий на чесночный запах, то нужно ударить огненным шаром или чем-то подобным в землю. Если пошел синеватый дым, то перед тем, как ломать кристалл, пусть набивают полные мешки грунта. Донеси до всех мысль, что, даже если они принесут просто землю, ничего страшного нет. Лучше девять раз принести пустую породу, но на десятый не пропустить емелин. За раз, конечно, много не принесут, но если постоянно будут таскать, то запасы постепенно будут пополняться.

— Вас понял, Дмитрий Николаевич, сделаем. Что-нибудь ещё?

— Нет… Хотя стой. Всё забываю спросить. Там же недавно пятерых шпионов взяли, а ты про них не докладываешь.

— Так нечего докладывать, ваше сиятельство, — разочарованно проговорил гвардеец. — Просто наёмники, заказчиков не знают, должны по результатам на определённой частоте передать информацию. Причём, похоже, их сюда прислали два разных заказчика, а может, и три. И цель в этот раз просто шпионаж.

— Пермские есть?

— Все люди местные, а среди заказчиков, может быть, и есть.

— Ладно, свободен.

Гвардеец резко развернулся и вышел из кабинета.

— Что бы ты без меня делал, — довольно заявила все это время сидящая на столе Акаи.

— Это ты про шпионов?

— И про шпионов, и про то, что нашла информацию про емелин.

— Да, спасибо.

— Обращайся. Если порыться поглубже в твоей памяти, можно ещё много нового и интересного найти. Точнее, старого и интересного.

Да, именно хранитель напомнила мне про то, о чём я уже забыл, а конкретно про синий дым. Таким способом и искали емелин в моём мире, когда его активно использовали в войнах древности.

— Разрешите, ваше сиятельство? — В дверях появился граф Синицын.

— Конечно, Борис Евгеньевич, проходите. Присаживайтесь. Как у вас дела в усадьбе?

— Да хорошего мало, Дмитрий Николаевич.

Расположившись в кресле, граф задумчиво посмотрел во тьму за окном.

— Сжечь, конечно, не сожгли, но всё, что было не приколочено, забрали.

— Сочувствую, — кивнул я, — но гады уже получили по заслугам.

— Да, и, откровенно говоря, меня это очень радует, — недобро улыбнулся граф. — Однако произошедшее окончательно утвердило меня в одной мысли. Сначала думал отложить этот разговор на завтра, но супруга сказала «езжай», и я думаю, действительно, чего тянуть. Мир-то не изменится, я имею в виду ту его часть, которая касается вас.

— Не совсем вас понял, Борис Евгеньевич, — наклонил голову я.

— Я имею в виду то, Дмитрий Николаевич, что вы будете продолжать расширяться и, соответственно, находить новых врагов, не так ли?

— Скорее, они меня будут находить, — развёл руками я. — Но в целом да.

— Вот я и говорю, — продолжил граф. — Вы будете разрастаться, враги тоже будут становиться всё серьёзнее, и каждый раз они будут ехать через меня.

— Некоторые из них будут приезжать из диких земель, — с усмешкой поправил я.

— А, ну да. Но всё равно половина врагов будет ехать через мои деревни или усадьбу. И рано или поздно кто-нибудь из них всё сожжёт.

— Этого нельзя исключать, — кивнул я, — но поделать с этим я ничего не могу.

— Я понимаю, — граф посмотрел мне в глаза, — поэтому хотел кое-что предложить.

— Внимательно слушаю.

— Я хочу стать вашим вассалом.

— Даже так? — Я откинулся в кресле, делая вид, что меня предложение удивило, хотя на самом деле оно было очевидным и единственным выходом из сложившейся ситуации. Оставался лишь вопрос условий. — И как вы себе это представляете?

— Наверное, вы имеете в виду, что я вам могу дать? — прозорливо спросил граф.

— И что вы хотите себе тоже.

— Да хочу я в основном защиты. И, глядя на то, что сейчас происходит с бывшей усадьбой Пантелеева, легко могу себе представить, как это будет выглядеть. Я хочу такую же стену. Позволите?

Граф указал на графин.

— Конечно.

Синицын налил себе воды, выпил и продолжил:

— Взамен вы можете размещать на моей территории любые производства и вообще использовать её как захотите. При этом жители моих деревень сами будут строить эту крепость. У меня без малого тысяча двести человек и больше половины мужиков, с вас только материалы и половина оплаты их труда. А когда они закончат со стеной, вы можете использовать их абсолютно в любых своих работах. Но, правда, платить, конечно, будете уже сами.

— Интересно. — Я задумчиво посмотрел в потолок. — В целом, приемлемо, только с одним добавлением.

— Каким? — поднял бровь граф.

— Со строителями и низкоквалифицированными рабочими всё понятно, а вот тех, кто имеет специализацию, любую, я хочу забрать у вас в Савино прямо сейчас. Разумеется, я им буду платить, а также снабжать едой. Хотя едой я готов снабжать вообще всех, у меня себестоимость ниже и выход готовой продукции гораздо больше. Чем люди будут тратить время на выращивание еды, пусть лучше займутся чем-то полезным. Это относится ко всем: и мужчинам, и женщинам, а также детям и старикам. У нас найдётся работа и занятия для всех. То есть интеграция должна быть максимальной: я вас защищаю и кормлю, ваши люди работают у нас. Либо так, либо пусть все остаётся как сейчас, со всеми вытекающими отсюда рисками. А! Либо я готов купить у вас усадьбу.

— Последнее точно нет, Дмитрий Николаевич, — сразу же отрезал граф. — Раз уж мы говорим прямо, то хоть сегодняшние события мне очень не понравились, но в целом в текущей ситуации то, что я нахожусь рядом с вами, мне кажется более надёжным и стабильным, чем если бы я обжился в том же Новгороде. Поэтому давайте-ка всё-таки остановимся на вассалитете. Готовы ли принять мою клятву?

— Это вы про вставание на колени? — усмехнулся я.

— Ну, это пережитки прошлого, — нахмурился граф. — И, надеюсь, мы как-то обойдёмся без этого. Но нужные бумаги я подпишу и лично с вашим представителем приду в муниципалитет и подтвержу свои намерения.

— Что ж, договорились, — кивнул я. — Я понимаю, что это излишнее упоминание, но всё-таки должен его сделать. Бумаги мы подпишем завтра, а сегодня у вас последняя ночь на размышления, потому что вассалитет — это навсегда. И гораздо больше своих врагов я не люблю предателей. Причём под предательством я понимаю не только откровенный удар ножом в спину, но даже умалчивание или недостаточно серьёзную помощь и перетягивание одеяла на себя. То есть если вы не передумаете до завтра, мы становимся как бы единым целым и работаем вместе. Если я увижу, что что-то пошло не так, вы пожалеете о том, что сейчас приняли такое решение.

— Да, пожалуй, это действительно было излишним, — медленно и совсем без радости в голосе проговорил Синицын.

— Я предпочитаю прямоту, — пожал плечами я.

— Да, я помню. Что ж, если я завтра в десять приеду, вам будет удобно?

— Приезжайте в любое время. Если не застанете меня, то подпишете бумаги при Екатерине или Святославе.

— Вас понял, Дмитрий Николаевич. — Граф встал с кресла и протянул мне руку. — Не знаю, поверите вы мне или нет, но я действительно рад, что вы появились здесь, и искренне желаю вам помочь.

— Первый раз я всегда верю людям, Борис Евгеньевич.

Я пожал протянутую руку, и граф вышел из кабинета.

* * *

— Больше пятисот пленных сейчас находятся в Усмани. Скоро они будут доставлены в Липецк, а потом переправлены через Оку. — Михаил Ильич Рысев перевернул листок. — Почти полторы тысячи убитых рядом с Савино, и ещё четыреста во втором столкновении.

— Каком втором столкновении? — закидывая в рот сочную вишенку, уточнил император.

— После того как Акулов разбил их у своей деревни, он вторично напал во время переправы.

— Интересно. — Ярослав Евгеньевич с любопытством посмотрел на разложенную на столе карту Липецкой области. — И много у нас по окраинам империи таких девятнадцатилетних графов живёт, которые в одиночку делают больше, чем основная армия?

— Боюсь, что только один. — Советник императора развёл руками. — Но, если вы помните, ваше императорское величество, этот парень совсем недавно получил титул графа именно за то, что помог в организации первых успешных операции против «Центра», а также он помог Дубровскому выяснить, что «Монолит» работает на Пермскую империю.

— Тот же самый? — Император понял голову. — Его ещё вроде Дубровский сначала самого считал шпионом Пермской империи.

— Так точно. Но в последних записях перед смертью он полностью снял с него все обвинения.

— И сколько бойцов у этого молодого человека?

— Трудно сказать, ваше императорское величество, насколько я понимаю, его владения и количество людей стремительно растут. Но, по тем данным, что у нас есть, у него триста человек и несколько деревень.

— Мне кажется, ваши сведения немного устарели.

— Обновим, Ярослав Евгеньевич!

— Да уж, сделай милость, — проворчал монарх, выбирая из большого блюда самою большую вишенку. — А что там с нашей техникой, которую из Липецка угнали?

— Все танки, БМП и пушки уничтожены.

— Что, так уничтожены, что мы не можем их отремонтировать?

— Ну, вообще, Акулов их забрал как трофеи, — немного растерялся помощник. — Прикажете потребовать, чтобы он всё отдал?

— Да нет, пусть оставит себе, заслужил. — Император махнул рукой. — Да и наверняка к нему вернутся, чтобы отомстить. Кстати, надо бы его как-то наградить.

— Нам уже поступил соответствующий вопрос из Усмани. К сожалению, все, что нужно Акулову, требуется и нам. Железо, оружие, люди.

— Не, это мы ему дать не можем. — Император побарабанил пальцами по столу.

— Мы можем дать ему приоритетное право, — подсказал помощник.

— Точно. Сейчас же направьте сообщение в Усмань и Липецк. Пусть он будет первым во всех очередях до обратного распоряжения.

— Будет сделано, ваше императорское величество.

— Что там по другим новостям?

— В Ижевске без больших изменений. — Помощник достал из папки следующий лист. — Князь Нарышкин успешно противодействует артобстрелу и попыткам гипноза. Боеприпасов достаточно, и они атакуют всё, что приближается к стенам. С едой проблем тоже нет, но враг продолжает вербовать людей в окрестных деревнях, продвигаясь всё глубже внутрь империи. Кто-то убегает к нам, а кто-то присоединяется к ним. Мы ведём опережающую эвакуацию, но не все соглашаются уходить.

— Понятно. Что ещё?

— Практически из всех ближайших к нам городов диких земель идут донесения о передвижении пермских войск. Я думаю, что многие из них ложные, или пермяки специально показываются рядом с населёнными пунктами, чтобы мы точно не знали, где будет нанесён следующий удар. Анализ всей информации даёт основания предполагать, что, скорее всего, атака всё-таки будет с запада, либо на Михайловское месторождение железной руды и Орёл, либо на Тверь. Это самые дальние точки от Ижевска, а задача противника — оттянуть оттуда наши силы, чтобы мы не могли снять блокаду.

— Плохо. — Император помрачнел. — Что с Шуйским?

— Граф Морозов продолжает следить за ним, но Шуйский очень осторожен, и из центра ему дают очень мало информации. Доподлинно известно только то, что он получил приказ не выдвигаться из Вологодской области из соображений безопасности, но он на грани того, чтобы этот приказ нарушить.

— Пора с этим завязывать, — проскрежетал зубами император. — Он отвлекает слишком много наших сил и многих контролирует. Спецгруппа готова?

— Так точно, ваше императорское величество, но, как я уже сказал, Шуйский очень осторожен, и, чтобы его выманить, нужно провести масштабную отвлекающую операцию.

— Даю добро, — кинул император. — Что с Липецком?

— Область полностью под нашим контролем. Павел Егорович уже стал владельцем найденного кристалла и пытается с ним разобраться. Но сами понимаете, на это нужно время.

— Создайте ему и его группе все условия. Это сейчас приоритетное направление, мы должны как можно быстрее понять, как работает эта магия, и перевести всех наших гипнотизёров интуитов в область осознанно колдующих. Нужно научиться бороться с этой заразой как можно раньше. Это наш единственный шанс победить.

— Будет сделано, ваше императорское величество. Срочных новостей больше нет.

— Свободен.

* * *

За дверью послышались неуверенные шаги, а потом тихий стук.

— Кто там? — раздражённо спросил Васёк, отрываясь от разглядывания куртки в двух местах пробитой пулями.

— Это я, Иваныч! — раздался из-за двери голос брата.

— О, заходи! — отозвался Васек, быстро убирая повреждённую куртку под стол.

Дверь открылась, но неожиданный гость остался стоять на пороге.

— Привет, — почему-то шёпотом проговорил он.

— Привет, — так же тихо ответил брат. — Какими судьбами? Что хотел?

— Да вот мимо проходил. — Иваныч обернулся и понял, как нелепо звучат его слова с учётом того, что их производства стоят напротив друг друга. — Зайти решил.

— Ну, заходи, что в дверях-то стоять.

— Ага.

Иваныч ещё потоптался на пороге, но всё-таки перешагнул его и уселся на стул, стоящий у стены.

— Как дела?

— Да нормально, у тебя как?

— И у меня нормально.

Братья помолчали с минуту.

— Я что хотел… — Иваныч достал из большой сумки точно такую же куртку, которую совсем недавно изучал Васёк, и в ней тоже была дыра. Правда, всего одна. — Вот эту штуку с одного из раненых сняли. Парень чудом выжил, на два сантиметра правее — и каюк. Я хотел тебя спросить, как ты вот в этом месте руны накладываешь и как их связываешь с самим материалом. Не хотелось бы, что в следующий раз кто-нибудь погиб.

Васёк открыл было рот, чтобы подколоть брата, но промолчал. Вместо этого он достал из-под стола и свою куртку.

— Я хрен знает, у меня такая же фигня, и в этом же месте, — произнёс он и просунул палец в дырку. — Может, это просто парням не повезло, и сначала что-то ослабило защиту, а только потом попали пули. Всё-таки огонь там был шквальный.

— Да вряд ли, — Иванович пододвинул стул поближе к столу и внимательно посмотрел на зачарованную его братом куртку. — А вот эту линию ты зачем здесь ведёшь?

— Как зачем? Если пуля попадает в эту зону, руна её отклоняет. Если сюда, то останавливает. Вот здесь линия перехода.

— Но смотри, правильно же сделать её вот здесь. — Иванович взял свою куртку и показал магическое плетение на ней.

— Ты дурак, что ли, совсем? Поэтому у тебя и дырка, что линия так идёт. Надо же предусмотреть скользящий урон, а также возможность зачарования пули каждой из стихий.

— Это понятно. — Иваныч задумался. — Но всё равно не в этом месте нужно эту руну ставить, а хотя бы на сантиметр ее перенести.

— Ну, может быть. — Васёк тоже призадумался. — Но тогда не помещается руна защиты от огня.

— А что, если вот так провести? — Иваныч провёл пальцем вдоль шва.

— А ты не такой и дурак, — посмотрел на него Васек, после чего залез в стол и достал бутылку вина и два стакана. — Будешь?

— Да почему бы и нет? — усмехнулся Иваныч и достал из сумки точно такую же бутылку.

Через десять минут братья забыли о том, что больше месяца не разговаривали, и, весело смеясь и выхватывая друг у друга лист бумаги, принялись проектировать лучшее изделие в своей жизни.

* * *

Савино гуляло. Все таверны были переполнены, и чаще других из них доносились тосты «За победу!», «За Савино!», «За его сиятельство!»

Мы с Милой тоже решили посидеть перед сном с бутылочкой вина.

— … Если ты хочешь, мы в любой момент можем прекратить наши отношения.

— Чего? — едва не подавился вином я и поставил бокал на маленький столик. Вот чего-чего, а такого окончания длинного монолога Милы про то, как они сегодня спасали раненых, я не ожидал. — Ты чего это об этом заговорила?

— Да я не знаю, как-то вырвалось.

Мила осушила бокал и, не дожидаясь меня, снова его наполнила. А, ну точно. Это уже будет третий, а с алкоголем у моей подруги не всё однозначно. Что-то я успел об этом позабыть.

— Мне очень нравятся наши отношения, — тепло улыбнулся я.

— А секс нравится?

— И секс нравится, — кивнул я. — Только я по-прежнему не понимаю, с чего ты вообще начала об этом говорить.

— Я же несколько раз не ночевала дома, а ты ко мне не приходил, вот я и подумала, что тебе не очень нужно.

— Так дела же были, — снова улыбнулся я, при этом чувствуя себя виноватым.

— Ну да, кто-то мне рассказывал, что любит заниматься этим не только в комнате.

Я снова покосился на бокал вина, который опять опустел. После чего пересел с кресла на кровать и обнял свою подругу.

— Я могу тебе прямо сейчас всё доказать.

— Нет, я хочу поговорить. — Глаза Милы сверкнули. — Тебе точно меня хватает? Ты наверняка имел дело с более опытными женщинами. Я слышала, ты встречался недавно с одной из них, когда возвращался из Нижнего Новгорода.

Да чтоб тебя.

— Это наш агент в диких землях, — проговорил я. — И ты меня полностью…

— Но ведь ты такой активный, — перебила меня Мила. — Всё время бегаешь, суетишься, со всеми общаешься. Тебе точно не нужна такая же подруга? Вот как твоя сестра?

— Моя сестра точно нет, — рассмеялась я.

— Я имею в виду такого же характера. Бойкая, весёлая, задорная. — Мила говорила громко, а её щеки раскраснелись. — Я слышала, мужчины любят таких.

— По счастью, все люди разные, — улыбнулся я. — А ещё есть мнение, что в своих партнёрах мы ищем то, чего недостаёт нам. — Я взял ладони Милы в свои. — И в тебе мне нравится именно твоё спокойствие, твоя… — Я задумался, подбирая слово.

— Невинность? — Глаза Милы снова сверкнули.

— Надёжность, — поправил я. — Что же касается невинности, то я же уже знаю, на что ты способна и что скрывается под этим наивным личиком.

Я подмигнул Миле и коснулся пальцем кончика её носа.

— То есть ты хочешь сказать, что я развратная?

Я не нашёлся, что ответить, а просто поцеловал подругу в губы.

— Так развратная? — через минуту оторвавшись от меня, повторила она, полностью забыв о том, с чего начался разговор.

— Вообще, я видал более развратных, — усмехнулся я. — Тебе ещё есть чему учиться.

— То есть я скучная. Может, ещё зануда?

Я снова не нашёлся, что ответить, опять поцеловал девушку и оторвался только на секунду, когда снимал через её голову сарафан.

* * *

— Эй, Свят, привет! — окликнул помощника графа дежуривший на воротах гвардеец.

— Здорова, Серёга, чего хотел?

— Да просто хотел спросить, как съездили.

— Нормально. Больше эти падлы к нам не вернутся.

— Молодцы! — Гвардеец показал большой палец, а Рыбак прибавил газу и скоро высадил Свята у трёхэтажного дома, на первом этаже которого тот жил.

— До завтра.

— До завтра, побриться с утра не забудь.

— Ой, да иди ты!

Рыбак умчался, а помощник графа медленно зашёл на крыльцо и, стараясь не шуметь, открыл дверь. Он немного помялся на пороге, но все же переборол усталость и первым делом зашёл в душ. Скинул грязные шмотки, быстро помылся и так же тихо, зачем-то прикрываясь рукой, на цыпочках прошёл к своей комнате. Надавил ручку двери и открыл её.

В нос ударил сладковатый аромат, и, к своему удивлению, Свят заметил, что в комнате горит свет.

— Какого хрена? — пробормотал он, на всякий случай приготовившись атаковать.

— Не шуми, — раздался женский голос с постели, а в следующую секунду одеяло скользнуло в сторону.

— Ух ты. — Усталость мигом слетела со Свята, и он тихо прикрыл за собой дверь. — Я не узнал тебя без юбки и топика.

— Мне одеться? — спросила Катя, поправляя белые волосы.

— Давай я тебя с утра лучше сам одену. — Свят широко улыбнулся и нырнул в постель.

* * *

Утро выдалось ясным и солнечным. Милы уже не было, и впервые за долгое время я завтракал в полном одиночестве, не считая, конечно, Дарьи Петровны.

Пока я ел блинчики с мясом и рыбой, запивая их горячим чаем, бывшая гувернантка поведала о том, что заводы восстановлены, разбитые машины переплавляются в железо, что минимум половина из пришедших вчера людей высказали желание остаться у нас и другие новости.

Одна была лучше другой, и моя улыбка становилась всё шире. Вот что значит по-настоящему доброе утро.

Сразу после завтрака я напялил на себя боевой костюм и приготовился присоединяться к ломающим кристаллы магам. Но выйти из усадьбы не успел.

— Ворота графу, — проговорила рация.

— Слушаю.

— Тут сталкеры приехали. Говорят, разговор к вам срочный.

Ага, это, похоже, те ребята, о которых рассказывал Сергей Сергеевич. Те самые, что получили от Пермской империи право на разработку Воронежа. Откровенно говоря, после того как погиб Снегов и мы разгромили идущие из Липецка войска, я думал, что они постесняются явиться сюда. Но нет. Что ж, сами виноваты.

— Проводите их в мой кабинет, — приказал я и отключился.

— Накрыть стол? — спросила Дарья Петровна.

— Нет. Этих козлов за наш счёт кормить мы не будем, — усмехнулся я и вышел из усадьбы.

Глава 17

К моему большому удивлению, хоть сталкеров и приехало три машины, на разговор пришёл только один.

Там же, если верить словам Сергея Сергеевича, четыре клана из первой двадцатки на мой Воронеж позарились. Может, это не те?

Гость уже ждал в моём кабинете, благо брать там было нечего, да и я следил за ним через жучка.

Примечательный, надо заметить, персонаж. Достаточно молод, лет двадцать восемь. Светлые, заплетённые во множество косичек волосы и такая же косичка свисает с подбородка. На правой щеке четыре приличных параллельных шрама, которые гость не убрал, очевидно, «для красоты».

— Дмитрий Николаевич Акулов, — представился я, садясь в кресло.

— Алексей Борисович Холодов, — гордо проговорил гость. — Но чаще меня называют Холод, и я являюсь главой одного из сильнейших сталкерских кланов «Лёд».

Ага, сам себя не похвалишь — никто не похвалит. И да, это точно один из тех четырёх кланов, которые называл глава «Достойных потомков». А чего один-то припёрся?

— Слушаю, — кивнул я. — Что привело вас в наши края?

— Очень серьёзный и важный разговор. И важный в первую очередь для вас.

— Люблю серьёзные разговоры, — сдерживая улыбку, прокомментировал я. — Слушаю.

— Я хотел бы, чтобы вы взяли наш клан в ваш альянс в Лос-Сантосе.

Первым порывом было сразу сказать про то, что знаю, что он уже состоит в альянсе, но, подумав, я решил пока свою осведомлённость не демонстрировать.

— Если вы соответствуете требованиям, почему бы нет? Совет проголосует и примет решение. Но вы, Алексей Борисович, сказали, что разговор этот важен в первую очередь для меня, а пока я этого не заметил. Может, перейдём к сути?

— Дело в том, что у меня для вас есть чрезвычайная важная информация. — Холодов накрутил на палец косичку на бороде. — И именно ей я хотел бы купить ваш голос в этом самом голосовании.

— Это любопытно, я открыт для всех предложений. Что за информация?

Сталкер на несколько секунд задумался, подбирая слова, а может быть, принимая окончательное решение, стоит или нет связываться со мной.

— Вы знаете, кто такой Сергей Ярый? — спросил он.

— Да.

— Так вот, сегодня ночью при технической поддержке Пермской империи его войска выдвигаются сюда.

— И откуда, если не секрет, вы эту информацию получили? — уточнил я.

— Мой альянс, с вашего позволения, не буду говорить, какие кланы в него входят, тоже попросили присоединиться к этой… этому походу.

— Я правильно понял, — не выказывая никаких эмоций, медленно проговорил я, — что цель этого похода — уничтожить, вернее, захватить Савино и Лос-Сантос, а впоследствии все участвующие в этом предприятии кланы будут делить между собой Воронеж.

— Именно так.

— И почему же вы решили сменить сторону? — спросил я, откидываясь в кресле.

— Потому что я умею видеть и слышать, — пожал плечами гость. — Также я хорошо знаю Карину, Пастора и некоторых других людей, с которыми вы общаетесь. А ещё мои люди сегодня с утра проехались по нескольким деревням и собрали кое-какую неафишированную информацию о вчерашнем сражении с отступающими из Липецка войсками, и, признаться, она произвела на меня впечатление.

— Очень интересно, — пробормотал я, переводя взгляд в окно. — И сколько народу к нам придёт?

— Не меньше десяти тысяч от Ярого, но, думаю, в пути к ним присоединятся ещё около двух. И наш альянс — это ещё около трёх тысяч, из которых шестьсот пятьдесят человек моих. Но их, если мы договоримся, я в последний момент отведу.

— А до этого будете показывать, что вы на той стороне? — поднял бровь я. — А если все пойдёт плохо для Савино, то там же и останетесь. Правильно я понял?

— Да, — после паузы ответил Холодов. — Более того, скорее всего, нашему альянсу предстоит отвлекать вас и совершать диверсии, и в этом случае мои люди в этих диверсиях будут участвовать.

Действительно любопытный персонаж. Языком чешет как помелом, при этом заранее стелет солому, но… Если я сейчас начну угрожать, что солью его другим кланам, просто скажет, что пытался заручиться моим доверием, чтобы потом ударить в спину.

Впрочем, нельзя исключать, что именно это он и задумал, ведь ничего сверхсекретного он мне не рассказал, и так или иначе кто-нибудь в ближайшее время сообщил бы мне о том, что Ярый решил напасть.

— Мне нужны данные по вооружению всех участвующих в походе формирований.

— У нас стандартное, — тут же ответил сталкер. — У Ярого, скорее всего, будет много квадроциклов и хорошая пермская артиллерия. Сколько, не знаю. И вообще больше ничего про него сказать не могу. Знаю только, что планируют дойти досюда они за четверо суток и обходить Воронеж будут с запада.

— А нападут куда сначала? На Лос-Сантос или на Савино?

Разумеется, спрашивая это, я не рассчитывал на ответ, так как он мог оказаться ложью, и самым правильным, безусловно, являлся «не знаю».

— Не знаю, — ответил гость. — Мы с Ярым пока не контактировали и встретимся только дня через три, когда они уже будут подходить. Тогда окончательно станут понятны цели атаки.

— Надо полагать, в ближайшее время по округе будут сновать шпионы? — предположил я.

— Только со стороны реки, — усмехнулся гость. — То, что у вас внутри, и так вчера видело много народу, и эту информацию я уже передал остальным членам моего альянса.

— Просто из любопытства хочу спросить, — вкрадчиво проговорил я, обрабатывая собеседника магией контроля и внимательно смотря в его серые глаза. — Вы решили сменить сторону, после того как услышали рассказы про то, что мы здесь вчера устроили, или всё-таки изначально склонялись к этому?

— Мой альянс уже давно присматривается к Воронежу, и я с самого начала настаивал на том, чтобы с вами договориться, — уверенно заявил Холодов. — Но другие изначально думали надавить на вас. Правда, сейчас они, скорее всего, подостынут. Вернее, подостыли бы, если бы не узнали о походе Ярого. Теперь, конечно, нет, и они с радостью к нему присоединятся. Для себя же я решил, что соберу с утра информацию, потом заеду к вам и окончательно решение приму уже по дороге. И я его принял.

С каждой минутой разговора глава «Льда» удивлял меня все больше. Я-то думал, что задену его словами о том, что он собирается примкнуть к победителю, а он сам на этом акцентирует внимание и будто бы этим гордится.

Нужны ли мне такие союзники? Откровенно говоря, не очень, но минимум тринадцать тысяч идущих сюда головорезов— это тоже не очень хорошо. И ладно бы они шли целенаправленно на Савино, в этом случае за четыре дня мы подготовили бы им достойную встречу. Но у нас два объекта, и сдавать Лос-Сантос, чтобы бандиты обосновались в нём и использовали как базу против нас, недопустимо.

— Что ж, хорошо, — кивнул я. — У вас ещё есть что-нибудь для меня?

— Нет, это всё.

— Тогда, победив, мы возьмём вас к себе. При одном условии.

— И каком же? — Собеседник наклонил голову, и белые косички упали на его глаза.

— Мы принимаем кланы в Лос-Сантос только при условии, что город становится их основной базой и они активно вкладываются в строительство. Оставить представительство из десяти человек, чтобы потом прийти на всё готовенькое не выйдет, даже после того, что вы рассказали.

— Без проблем, — кивнул гость.

— Что-то он темнит, — заявила появившаяся на столе Акаи, и моё чутье подсказывало, что туманная лиса права.

— Тогда вот вам мои контакты. — Я продвинул сталкеру визитную карточку. — Если у вас будет новая важная информация, сразу же связывайтесь с моими людьми, они оперативно передадут всё мне.

— Вас понял, — Холодов положил карточку в карман и протянул мне руку. — Надеюсь на долгое и плодотворное сотрудничество.

— Взаимно. — Я пожал его ладонь и крикнул стоящим за дверями гвардейцам: — Проводите Алексея Борисовича к воротам.

Когда дверь за гостем закрылась я подошёл к окну и окинул взглядом бурлящую деревню. Вот ведь козлы, даже дня полноценной передышки не дали. Правда, с другой стороны, каждый такой визит делает нас сильнее. Первую проверку мы прошли успешно, но, как оказалось, она была лишь подготовкой.

Что ж, приступим.

Я вернулся за стол и быстро накидал список людей, с которыми надо было встретиться, после чего снял с пояса рацию и вызвал первого из них.

* * *

— … Если мы бросим на дорогу жизни все ресурсы, то закончим её за сутки, — задумчиво глядя на карту, прикинул Влад. — Ещё полдня, чтобы вырубить все деревья на ней. К этому моменту мы можем накопить большое количество кирпичей и сразу же послать их в Лос-Сантос на укрепление стен.

— И сразу, как вырубим лес, — вступил разговор Виктор Харитонович, — нужно с личным составом начать отрабатывать быструю смену позиций, то есть передвижение между Савино и Лос-Сантосом. И вообще, надо показать нашим ребятам город, чтобы они знали, как обороняться на его стенах.

— Как насчёт того, чтобы провести вербовку в тех деревнях, чьи жители вчера приходили к нам? — предложил я.

— Обязательно проведём, — кивнул Влад. — После того, что увидели вчера, думаю, они не откажутся подзаработать. Многие из них умеют стрелять из ружей, и, как показал вчерашний бой, этого в принципе достаточно, так как на большой дистанции стрельба одиночными выстрелами гораздо эффективнее. Дать им немного потренироваться с калашами, и можно поставить на стены Савино, а наших бойцов послать в Лос-Сантос.

— Организуйте это, — согласился я. — Также я попрошу наших друзей из Лос-Сантоса позвать всех надёжных ребят к этому времени. А ещё попрошу помощи из центра, я имею в виду у властей Нижегородской империи. Не знаю, окажут они её или нет, но, по идее, они гораздо больше заинтересованы, чтобы здесь хозяйничали мы, а не поселились десять тысяч головорезов из диких земель, которыми руководит Пермская империя. Для них это будет вторая Вологда.

— Сомневаюсь, что они много чем помогут, — покачал головой Влад. — Не потому, что не захотят, а потому, что не смогут.

— А много и не нужно, чем-то помогут, и уже хорошо. Пошлю запрос через Костю, а он в свою очередь свяжется с Крыловым, главным ликвидатором империи, тем самым, кто для меня титул графа выбил. Может, и людей дадут…

Я глотнул воды и продолжил:

— Но самая главная ваша задача в другом — нужно спланировать на пути Сергея Ярого засады. Вряд ли есть смысл мелких нападений, это лишь немного их задержит, но ни на что серьёзно не повлияет. Нужны масштабные операции вроде той, что мы организовали, когда брали Лос-Сантос.

— Ресурсы те же? — уточнил Виктор Харитонович.

— Пока да, — кивнул я, — но сразу, как вы уйдёте, я встречусь с Петром Андреевичем и поговорю с ним о том, что наши инженеры сумеют сделать за четыре дня. Может быть, появятся дополнительные средства, которые мы сможем использовать. В этом случае я сразу же сообщу вам.

— Как бы там ни было, нужно понять их маршрут. — Влад ткнул в карту, а потом посмотрел мне в глаза. — А вообще, Дмитрий Николаевич, не проще ли убить этого Ярого, тогда они, скорее всего, просто развернутся.

— Не проще, — помотал головой я. — Убить-то можно, но задача не в этом. Во-первых, всё-таки нет никакой гарантии, что их тут же не возглавит кто-то другой. Во-вторых, эти же самые десять с лишним тысяч останутся нависшим над нами дамокловым мечом. Ну а в-третьих, в этом случае они не доставят нам оружие и припасы прямо к самому дому.

— То есть цели развернуть их нет?

— Нет. Цель убить. Всех. И забрать все, что у них есть.

— Вас понял.

Влад одним глотком осушил стакан с водой.

— Я тоже, — кивнул Виктор Харитонович и встал. — Тогда не будем отвлекать. Если после разговора с Петром Андреевичем появятся новости, ждём их.

— Обязательно.

Военные ушли, а я снова взялся за рацию, и моим следующим гостем стал наш главный инженер.

* * *

— Проводов мы приготовили достаточно, — сообщил, отвечая на мой вопрос, Пётр Андреевич. — Хватит, чтобы протянуть их в основные зоны рядом с Савино и Лос-Сантосом. Восстановленных чёрных кристаллов, правда, недостаточно, мы их в последнее время не собирали, просто мешками складировали.

— Этот вопрос я решу.

— Понял. По пушкам тоже, бросим все ресурсы на изготовление их и снарядов из емелина. Остальных у нас в достатке. Что касается взрывчатки, то на ваш запрос её хватит, но после этого наши закрома полностью опустеют, а производство у нас пока не очень большое.

— Увеличить можем?

— Конечно, но на это потребуется два-три дня, и в оставшееся время много произвести всё равно не успеем. К тому же нужно другое здание, на всякий случай где-нибудь поближе к стене, всякое бывает, всё-таки взрывоопасные смеси.

— Увеличивайте производство на сколько возможно. Поставок из Ижевска и других мест в ближайшее время не будет, а взрывчатка всегда нужна. Также составьте список необходимых материалов.

— Да пока хватает.

— Пока хватает, но лучше закупаться или производить всё заранее.

— Хорошо, сделаю.

— А что по большой машине? — задал я следующий вопрос.

— Да в теории сделать такую не проблема, — разглядывая чертёж, пробормотал главный инженер. — Если время не ограничено. А так мы даже гусеницы такие сейчас заказать не сможем, и придётся делать все своими силами и в основном вручную. Даже если мы всё бросим и кинем на это много людей, на подобную фиговину уйдёт пара недель. А всё бросить мы не можем. Более того, мы никого не можем выделить, если хотим выполнить остальные ваши заказы.

— Жаль, — выдохнул я. — Ладно, тогда просто запомните, что эта штука нам нужна. Большая тяжёлая машина, способная проехать по любому лесу, любому болоту и не разваливаться от фокусированного артиллеристского огня. При этом внутри у неё может ничего не быть.

— Не, ну так не серьёзно, — поморщился инженер. — Раз уж делать такую фиговину, то пушечки-то мы обязательно в ней предусмотрим. Да и пулемётные гнезда надо бы, а то получится, что мы выкинем кучу трудочасов и железа просто на… — задумался, подбирая слова, — каток. С вашего позволения, я всё-таки внесу коррективы, и мы сделаем супертанк.

— Хорошо, — кивнул я, — вносите. Но катком он всё равно должен быть.

— Будет.

— Ну и платформу вот эту тоже надо сделать в течение двух дней.

— Да тут несложно совсем, — кивнул, глядя на очередной чертёж, Пётр Андреевич. — Сделаем. Я надеюсь, ваше сиятельство, вы не забудете меня позвать на её испытания.

— Обязательно позову, — улыбнулся я. — Если вопросов нет, вы можете идти.

— Хорошо. — Главный инженер вскочил и скрылся за дверью.

Я тоже не стал задерживаться и отправился в усадьбу, откуда сразу же связался с Костей. Ликвидатор подтвердил, что через Петра Алексеевича передаст информацию Крылову. А тот в свою очередь донесёт новость ещё выше. Интересно, император при упоминании моей фамилии уже перестал каждый раз переспрашивать, кто это?

— Очень вкусный суп из белых грибов, будете? — спросила Дарья Петровна, когда я спустился вниз.

— Конечно, — кивнул я и, пока ждал первое, быстро рассказал вызванному Святу о случившемся.

— Вот чего нельзя сказать о нас, — с усмешки проговорил рыжий, — так это, что мы скучно живём.

— Это точно, — кивнул я и отправил в рот первую ложку ароматного супа. — В общем, задача для тебя и твоих помощников — заниматься магами. Как они, кстати, вчера проявили себя на стене?

— Все, кто участвовал, сделали всё хорошо, а второй эшелон стояли под стеной и смотрели.

— В следующем бою могут понадобиться все. В общем, занимайтесь ими, а ты морально готовься к тому, что завтра во второй половине дня выдвинешься навстречу Ярому.

— Ура! — потёр руки Свят. — Замочу гада и…

— Пока задача не мочить, — прервал я помощника. — Надо узнать, сколько они везут оружия и какого, но самое главное, по какой траектории движутся. Нам это нужно для того, чтобы мы могли на их пути устроить западню.

— Ну, так неинтересно, — разочарованно протянул рыжий.

— Не волнуйся, замочишь ещё, — усмехнулся я. — И повторю: все остальные дела откладывай, перед отъездом только маги.

— Понял.

— Дорога жизни графу, — проговорила рация.

— Слушаю.

— Тут Карина с Пастором приехали. Говорят, срочная информация, хотят встретиться.

Услышав сообщение, я посмотрел на недоеденный суп и только что поставленную на стол тарелку с горячими и очень аппетитно выглядящими голубцами.

— Я бы не стал их звать сюда, — одними губами проговорил угадавший мои мысли Свят.

— Да, — кивнул я и снова понёс рацию губам. — Уже еду, минут через пятнадцать буду.

Отключившись, я взглядом показал Святу, чтобы он меня не отвлекал, и, схватив ложку, принялся уплетать еду с утроенной скоростью.

* * *

— Всем привет. — Спрыгнув с квадроцикла, я пожал руку Пастору и Карине, хотя женщина шагнула ко мне с явным намереньем поцеловать. — Вы по поводу Сергея Ярого?

— А вы уже в курсе? — удивился глава «Небесной обители».

— Да, недавно поступили разведданные.

Я уселся на один из трёх маленьких складных стульев, а мои собеседники разместились напротив.

— И что вы собираетесь сделать? — поправляя чёрные волосы, немного расстроенно спросила Карина.

— А какие у нас варианты? — усмехнулся я. — Устроим гаду хорошую встречу, последнюю в его жизни. Если он, конечно, сам ведёт войска.

— Сам, — кивнула Карина. — Говорят, у них там много техники из Пермской империи. Включая пушки.

— Это не проблема, — кивнул я. — Вы-то как, готовы воевать?

— Если вы скажете, что шансы есть, то конечно, — кивнул Пастор.

— Я не вступаю в битвы, где шансы есть, — пожал плечами я. — Я вступаю в битвы, где однозначно выиграю, но это не значит, что обойдётся без потерь. Всё-таки придётся защищать сразу две крепости.

— Это понятно, но вам бы очень желательно съездить в Лос-Сантос и самому обо всём этом объявить, Дмитрий Николаевич, — проговорила Карина, — я имею в виду собрать не только руководителей, но и ближайших офицеров, а может быть, и вообще всех и выступить. Рассказать план, но самое главное, убедить, что мы всех порвём.

— А там уже знают о том, что гости идут?

— Пока нет, но думаю, что информация очень быстро распространится.

— Понял. Ещё что-нибудь интересное о нападающих есть?

— По моим данным, — снова взяла слово глава «Ядовитого плюща», — Ярый планирует тут осесть надолго, поэтому возьмёт почти всех. Это будет от одиннадцати до тринадцати тысяч.

— Маршрут известен?

— Нет. Но они, разумеется, пойдут не через Воронеж, а по достаточно широкой дуге обогнут город с запада. Так что с учётом количества и экономии сил они будут здесь не раньше чем через четверо суток после выхода.

Пока все данные примерно совпадали с тем, что рассказал Холодов, и это радовало.

— Хорошо, — кивнул я, — возвращайтесь в Лос-Сантос, можете не скрывать того, что гости идут, и скажите, что я приеду через четыре часа и выступлю с речью. А пока пусть все делают дорогу жизни. Через сутки надо сломать все кристаллы, а потом вырубить лес. Ну, обо всём этом я расскажу на встрече. И соберите всех где-то рядом со стеной с нашей стороны, чтобы после моего выступления люди тут же могли продолжить строительство дороги.

— Хорошая идея. — Карина кивнула в сторону Савино. — Я думала, вы нас к себе пригласите.

— Да я уже был возле реки, — соврал я. — Как раз планировал ломать кристаллы. Собственно, этим сейчас и займусь. Немного опустошу резерв и пойду на встречу с вашими ребятами.

— Договорились. — Карина подмигнула мне и уселась на байк.

* * *

— Срочное донесение из Савино, ваше императорское величество.

— Что там опять, Михаил Ильич? — Недовольный взгляд монарха остановился на главе службы дознания, который окончательно занял пост его главного советника.

— К ним выдвинулись отряды Сергея Ярого, это один из крупнейших…

— Я знаю кто это. Ближе к делу.

— Ярый ведет ориентировочно пятнадцать тысяч человек. Плюс, возможно, они вступили в союз с некоторыми нашими кланами. И, однозначно, этот приказ они получили из Перми.

— И их цель именно Савино?

— Конкретно у сталкеров, скорее всего, цель — Воронеж. А вот у пославших их пермяков, думаю, Савино. Получив плацдарм на самой дальней от Нижнего границе, они будут отвлекать наши войска, и мы не сумеем использовать резервы. При этом они даже не будут задействовать свой личный состав и смогут перемещать его и совершать атаки в других направлениях.

— Эти дикие князья совсем страх потеряли, уроды! — проскрипел зубами император.

— Ярый сделал ставку на наше поражение, а если что, всегда может отойти назад, но тут важно другое. — Советник посмотрел императору в глаза. — Остальные князья тоже думают, что мы проиграем, но пока бездействуют. А вот пример Ярого… Если у него всё получится и он, устроившись на границе империи, начнёт грабить наши деревни, может, это и их заставит действовать более… нагло.

— Согласен. — Император задумчиво посмотрел на карту. — И чем мы можем помочь Савино?

— Они запрашивают артиллерию и несколько сотен бойцов.

— И что, Акулов собирается выстоять против пятнадцати тысяч человек с такой незначительной помощью? — поднял бровь Ярослав Евгеньевич.

— В сообщении говорится, что войска и артиллерия нужны Акулову для охраны тыла. Основной бой он даст своими силами.

— Вот я сейчас гляжу на карту, Михаил Ильич, и что-то начинаю опять думать, что Акулов предатель и просто хочет выманить у нас войска и оружие. А просит так мало, чтобы мы не отказали.

— Да, выглядит странно, но прямо сейчас у нас пятьсот пленных и две тысячи мёртвых в моргах Усмани и Липецка. Я думаю, что стоит рискнуть.

Император молчал не меньше минуты.

— Пошлите в Савино тридцать тяжёлых орудий, пулемёты, боеприпасы и две тысячи человек, — наконец произнес он.

— Есть, ваше императорское величество.

— И обязательно кого-нибудь из наших, кто присмотрится к этому чудо-мальчику.

— Севастьянов Руслан Олегович подойдёт. Он уже немного знаком с Акуловым по операциям против «Центра».

— Он надежен?

— Абсолютно.

— Хорошо, пусть смотрит внимательно и если что отводит войска. И в любом случае потом даст подробный отчёт. Что там у нас по Вологде?

— Войска выдвигаются через два часа.

— Хорошо. Держите меня в курсе.

Глава 18

— Пока я могу пообещать вам только одно: сколько бы войск ни привёл неприятель, все они будут разгромлены.

Я стоял на стене возле ворот Лос-Сантоса и, используя как пирамидку, настроенную на контроль, так и магию красного кристалла, обрабатывал сталкеров. Их, к слову, передо мной собралось не меньше трёх тысяч, но и те, кто по каким-то причинам не смог прийти, слышали меня через расставленные по всему городу динамики.

— К сожалению, план обороны из соображений секретности я пока рассказать не могу, — продолжил я, — но ближе к делу каждый узнает свою задачу, а пока же цель у нас всех одна: максимально укрепить город. Первое, что для этого мы должны сделать, — это в течение суток закончить дорогу, соединяющую Лос-Сантос с Савино. Как только мы сломаем кристаллы, два моих лесоруба быстро спилят все деревья. Кирпичи и цемент уже везут, но пока окольными путями, поэтому медленно, а с дорогой поставки резко ускорятся. Также мы привезём много еды, а самое главное, тяжёлого вооружения. Помните, что вы строите свой собственный дом, свою крепость, но это не значит, что мы не предусмотрим дополнительную финансовую стимуляцию. Она будет рассчитываться индивидуально. Кроме прочего на ближайшее время мы вводим строгий учёт пришедших в Лос-Сантос. Для этого все ворота, кроме этих, будут закрыты. И если вы увидите, что кто-то лезет к нам через забор, сразу же сообщайте. Собственно, на этом всё… За дело!

Я не стал говорить, что так же будет вестись учёт ушедших и не вернувшихся. К сожалению, «зона веселья» Гензо покрывала только площадь диаметром триста пятьдесят метров, именно поэтому мы и решили оставить только одни ворота, и хранитель сможет следить за основным потоком.

Что же до эффекта от моей речи, то он был весьма заметным. И без того за последнюю неделю красный кристалл здорово изменил отношение ко мне, а сейчас оно стало ещё лучше. Правда, несмотря на это, я пока воздержался от всяких пафосных криков типа «За Лос-Сантос!». Ещё рано. А вот после того, как разобьём Ярого, будет самое время.

— За главного, — шепнул я Фениксу. — Перекрывай ворота, и всех на строительство стен.

— Понял! — кивнул глава недавно созданного сталкерского клана «Акулы».

Я спрыгнул со стены и, усевшись на один из байков, в окружении своих бойцов рванул в сторону леса. Способные ломать кристаллы сталкеры: кто тоже на квадроциклах, кто на наших телегах, а кто просто бегом — последовали за нами.

Никогда ещё на строящемся участке дороги жизни не было так многолюдно, но самые большие кристаллы по-прежнему оставляли нам с Максом.

— Ты готов? — взглянул я на здоровяка.

— Так точно, ваше сиятельство, — радостно улыбнулся он.

— Тогда пошли.

Я коснулся его руки и положил ладонь на гладкую чёрную поверхность кристалла тридцать восьмого уровня.

Большие кристаллы закончились через три часа, но работу на этом мы не бросили, а разделившись, уже по одному стали бить более маленькие. Домой я вернулся около часа ночи с чувством выполненного долга, но при этом полностью опустошённым.

Мила ждала меня в комнате, но, к моему удивлению, вовсе не скучала.

— Король, — азартно сказала она и бросила карту на кровать.

— И у меня король есть.

Сидящий напротив девушки Гензо, отрастивший себе непропорционально большие руки, тут же подкинул ей карту.

— Тогда восемь червей.

— О, козырёчки пошли! — Хранитель хитро прищурил глаз. — Но и такие у нас тоже имеются!

Гензо подкинул восьмёрку.

— Валет.

— И валет найдётся!

— Тогда беру, — выдохнула Мила.

— А как ты карты держишь? — спросил я у хранителя, закрыв за собой дверь. — Опять энергию из кристалла тратишь непонятно на что.

— Во-первых, босс, я уже раскачался достаточно сильно, чтобы держать карты и не тратить много маны, — довольно скосился на меня хранитель. — А во-вторых, в данный момент карты иллюзорные. Я просто создал колоду.

Я хотел было спросить, как в таком случае Мила их держит, но тут понял, что Гензо полностью контролирует все тридцать шесть карт. То есть, когда девушка протягивает руку к одной из них, она физически её не берет, это Гензо управляет иллюзией так, будто карта оказывается в её руке. То есть он совершает огромную работу… Вот только с одним нюансом.

— Мила. — Я присел на край кровати и поцеловал девушку в щеку. — А ты понимаешь, что он жульничает?

— В смысле жульничает? — хором воскликнули оба оппонента.

— В прямом, — рассмеялся я. — Ты же не знаешь, какие карты лежат в колоде, а какие у Гензо в руке. И допустим, когда побилась восьмёркой, вовсе не обязательно, что у него изначально была эта самая восьмёрка, он мог запросто взять её из колоды и положить туда любую карту из своих.

— Э, что за поклёп, начальник? — обиженно воскликнул лохматый жулик.

— Да нет, он не такой, — с сомнением посмотрела на меня Мила.

— А какой у вас счёт по партиям?

— Пять — ноль в его пользу.

Девушка перевела взгляд на Гензо.

— Да просто карта прёт, — невинно захлопал глазом хранитель.

— В следующий раз играйте обычной колодой, — усмехнулся я. — Всё, давай, Гензо, нам нужно поговорить.

— Ага, конечно, поговорить.

Лохмач хихикнул и вместе с картами исчез.

— Думаешь, он жульничал? — спросила Мила.

— Да почти наверняка, — ответил я, расстёгивая рубашку. — Мне надо в душ.

— Как у вас там дела? — спросила девушка.

— Сделали даже больше, чем планировали. Завтра к утру, думаю, загоним на ту сторону лесорубы, а после обеда уже будет всё готово.

— Устал? — Мила помогла мне стащить рубашку.

— Да, но минут на пятнадцать сил ещё есть, — подмигнул я подруге. — А ты как?

— Дел было много, но физически я в порядке, — улыбнулась девушка. — Так что сегодня могу быть сверху.

— Тогда, может, и на двадцать минут хватит, — рассмеялся я и, включив воду, залез под горячие струи.

* * *

— Ваше сиятельство, они обходят город с запада! — сообщил по рации находящийся на стене Вологды помощник лжекнязя.

— Твою мать, — проскрипел зубами Шуйский. — Все разведчики докладывали, что они пойдут с востока.

— Видимо, деза, а об основном плане знали только руководители. Донской и Лазарев.

— Динамики включили?

— Да, работают, но я не уверен, что они слышат то, что мы говорим. Они идут отдельными отрядами по несколько сотен человек, и, скорее всего, все накрыты звукоизолирующими щитами. При этом ближе, чем на два километра, к стенам не подходят. По всему, ваше сиятельство, похоже, что в этот раз разговаривать они не планируют.

— Передайте оповещение всему городу, — приказал Шуйский. — Все мирные жители, не участвующие в обороне, должны сидеть по домам. Перекиньте основные войска и артиллерию на западный фланг и перемещайте их параллельно войскам противника.

— Вашу платформу для выступления тоже перекидывать? — уточнил голос.

— А как же! — взорвался Шуйский и хлопнул ладонью по столу.

Прибывший вместе с ним из Перми помощник не хуже его знал, что обработка вологодских войск ещё не закончена и без напутственной гипнотизирующей речи половина из них может отказаться стрелять. Да и сто процентов эти уроды, перед тем как напасть, тоже выступят с заявлением, ещё больше подрывая настрой предавших их соотечественников.

— Вас понял.

Рация отключилась, а Шуйский выбрал другую частоту.

— Первый шестому, приём.

— Шестой на связи.

— Как у вас?

— Без происшествий, уже вышли на границу диких земель. Через два часа запланирована встреча с принимающей стороной.

— Если что-то пойдёт не так, главное — уничтожьте посылку. Она ни в коем случае не должна попасть в чужие руки.

— Так точно.

Шуйский отключился и откинулся в кресле.

Посылкой были настоящие князь Шуйский и Тимирязев. Да, из них обоих уже выжали всю оперативную информацию, но далеко не все сведения, содержащиеся в их головах. А, как ни крути, знают они очень много. Да, стенографисты записывали за ними почти круглосуточно, но, чтобы задокументировать всю пятидесятилетнюю жизнь пленных, нужно гораздо больше времени.

Шуйский перевёл взгляд, надеясь выглянуть в окно, но вспомнил, что находится глубоко в подвале. Чёрт, как же надоело сидеть взаперти!

Лжекнязь схватил бокал с виски и опустошил его.

Ну, хоть нижегородцы пришли, и скоро задача будет выполнена: одни войска Нижегородской империи схлестнутся в кровавой битве с другими. Надо сделать всё, чтобы в живых после этой мясорубки остался минимум, а желательно никого. И тогда можно будет здесь заканчивать и приступать к выполнению следующего задания.

Минуты тянулись как часы, а рация не замолкала, беспрерывно передавая сообщения о передвижении нижегородских войск. Они продолжали обходить крепость, а защищающиеся двигаться параллельно. Город замер в ожидании исхода.

— Есть радиоперехват, — снова включился главный помощник. — Через пятьсот метров они выйдут на холм и с него будут атаковать.

— Отлично. — Шуйский хищно оскалился. — Устанавливайте мою платформу напротив этого места!

— Через пятнадцать минут будет готово, ваше сиятельство. Улица Михаила Петрова восемь.

— Выдвигаюсь!

Шуйский вскочил с кресла, рывком распахнул тяжёлую дверь и побежал по тёмному коридору.

Разумеется, не один, едва он покинул защищённую комнату, его окружило десять сильнейших магов. Все они были родом из Пермской империи, и каждому из них лжекнязь верил как себе.

Они достигли лестницы и, преодолев пятнадцать метров ступенек, оказались в большой усадьбе, тоже сплошь забитой преданными людьми.

— Выходим, — скомандовал Шуйский, и его тут же взяли в кольцо.

Дверь распахнулась, и процессия вышла на улицу.

«Твою мать, надо же было козлам ночью напасть, — подумал лжекнязь. — Даже сейчас света дневного не увидел».

Он усмехнулся и сразу же за своим главным телохранителем Василием залез на заднее сиденье внедорожника. Слева от него тут же сел другой боец, и ещё один спереди.

— Петрова восемь, — сообщил нужный адрес Шуйский, и, ревя двигателями, колонна стартовала.

Мимо замелькали дома, а так как улицы Вологды были предварительно очищены от посторонних, ехали пермяки быстро и по всей ширине дороги.

Последнее выступление, и начнётся битва. Интересно, куда дальше его пошлют? С теми эксклюзивными способностями, которыми он владел, скорее всего, куда-нибудь в ключевую точку на запад. В Орёл или Тверь.

Да всё равно куда, лишь бы подальше от этих осточертевших стен и чужих вассалов, от каждого из которых можно ждать удара в спину. Там он хоть сможет выходить и дышать свежим воздухом.

— Что, Вась, как дела? — довольный Шуйский повернулся к телохранителю.

— Хорошо, по жене только соскучился.

— Ну, тут ничем помочь не могу.

Лжекнязь развёл руками и посмотрел на дорогу, и именно в этот момент впереди будто открылись врата ада. Из-под земли вырвался поток пламени, и едущую впереди машину подбросило в воздух.

— Какого хрена⁈ — заорал водитель, резко выкручивая руль. А в следующий миг внедорожник сотряс мощнейший удар и небо исчезло.

«Мы летим!» — за секунду до того, как ударился головой о крышу салона, подумал Шуйский.

Вокруг всё замелькало, и, кроме грохота взрывов, швыряющих машину из стороны в сторону, и криков, ничего слышно не было, а потом раздался очередной сильный удар.

Внедорожник упал на крышу, но лежал на ней недолго. Снова рвануло прямо под ними, салон окутало обжигающее пламя, а машина опять взлетела в воздух.

…Но князь Шуйский, а точнее, третья рука, направленная советом Перми, Юрий Тимофеевич Щёлков, этого уже не увидел. Многочисленные взрывы сняли щиты, а острейший осколок вошёл ему точно в шею.

Маленькие прозрачные мышки не умеют хихикать и радостно потирать ладони. Зато это делал граф Морозов, наблюдая через своего призрачного питомца за смертью главного гипнотизёра Вологды.

— Срочное донесение! — схватив рацию, заорал он. — Цель уничтожена! Повторяю, цель уничтожена.

* * *

— Цель уничтожена! — повернув голову, радостно крикнул князь Олег Сергеевич Лазарев.

— Точно? — повернулся к нему Тимофей Никитич Донской.

— Точно!

— Слава богу, — выдохнул генерал. — Теперь осталось только надеяться, что это поможет. Занять позиции!

Не меньше десяти минут понадобилось частям, чтобы расположиться на небольшом пологом холме, и за это время пришла ещё одна хорошая новость.

— Динамики, транслирующие Шуйского, массово отрубаются! — доложил разведчик.

— Шуйского отрубают! — крикнул Лазарев. — Давайте ещё подождём!

— Согласен, — отозвался генерал. — Похоже, атаковать всё-таки не придётся. Так что пока окопаемся тут!

Они выждали ещё двадцати минут, и, по сообщениям находящихся за барьером разведчиков, теперь только единичные динамики вещали голосом князя-предателя.

— Снимайте звуковую защиту! — скомандовал Донской и кивнул своему главному союзнику. Тот сразу же взял в руки микрофон:

— Обращаюсь к гарнизону Вологды, — крикнул князь Лазарев, и его многократно усиленный голос перекрыл голос Шуйского и унёсся в сторону стен города. — Пермский шпион, находившийся под личиной князя Шуйского, уничтожен полчаса назад. Уверен, что многие из вас уже почувствовали изменение ваших мыслей. Все, что он вам говорил, было ложью. Я, князь Лазарев, пришёл сюда, чтобы вернуть вас под крыло истинного императора. Все, кто был загипнотизирован, будут амнистированы и получат возможность искупить свою вину в сражениях с подходящими к нашим границам вражескими войсками. Враги не только подделали нашего императора на видеозаписях, они также подменили на своих гипнотизёров князей Шуйского и Снегова. Оба они мертвы! Имейте в виду, что среди вас могут находиться настоящие пермские лазутчики. Если кто-то сейчас продолжает призывать вас к бою, арестуйте его и передайте нам.

Князь Лазарев сделал паузу, так как хоть и не слышал звука, но отчётливо увидел на стене вспышки выстрелов.

— Не по нам, — подсказал смотрящий в бинокль и широко улыбающийся Донской. — Они воюют между собой на стене, и многие машут нам руками.

— Братья! — чувствуя, как его кожу покрывают мурашки, снова заговорил Лазарев. — Этот кошмар закончился! Мы не будем нападать! Мы ждём вас здесь. Арестуйте лазутчиков, а потом выходите! Добро пожаловать домой!

* * *

Колонна из ста человек маршировала по диким землям. Впрочем, именно здесь от них осталось одно название. Все кристаллы были давным-давно уничтожены, а монстры встречались крайне редко.

— Три километра до точки, — сверившись с картой, проговорил высокий, одетый в покрытый рунами костюм брюнет. Это был Виктор Викторович Семёнов, майор Пермской империи, и именно он руководил доставкой груза.

— Интересно, как там наши? — взволнованно проговорил идущий рядом невысокий блондин, капитан Евгений Васильев.

— Да чего с ними будет-то, Женек? — рассмеялся майор. — Всё по плану. Сейчас там разберутся, и встретимся с ними где-нибудь неподалёку.

— Как ты думаешь, куда нас потом пошлют?

— Да кто знает. Может, присоединимся к одной из основных армий. Может, какую-нибудь диверсионную задачку подкинут. Совету виднее.

— Совету виднее, — кивнул Васильев и, вдруг остановившись, заозирался.

— Что такое, Женек? — сразу же насторожился и Виктор.

Его спутник хоть и был младше по званию, но опыта нахождения в диких землях имел гораздо больше.

— Не понимаю, — нахмурился тот. — Вроде все, как и должно быть, но что-то тут не…

Договорить он не успел — лес будто взорвался вспышками ослабляющей защитные руны магии, и от грохота автоматов заложило уши. Не прошло и секунды, как первые костюмы разрядились и их владельцы упали на землю.

— Засада! — запоздало заорал майор, поднимая автомат, и тут же рухнул на землю с простреленной головой.

— Ликвидировать груз! — крикнул капитан, но и его настигли сразу две попавшие в грудь пули.

Пермяк опрокинулся на спину и сквозь пелену перед глазами увидел, как сразу несколько бойцов развернулись к носилкам. Но тут что-то сверкнуло, и их разрезанные пополам тела упали на землю.

— Ликвидировать груз! — прохрипел Васильев, но грянувший совсем рядом взрыв, избавил его от тревог бренного мира.

* * *

— Войдите, — сказал император, и дверь чуть не слетела с петель.

Михаил Ильич Рысев ворвался в комнату и в два прыжка оказался на том месте, где следовало стоять докладчику. Всё это сильно нарушало протокол, но Ярослав Евгеньевич Орлов отлично понимал, что происходит это не просто так.

— Ну? — нетерпеливо произнёс он.

— Войска Вологды массово сдаются! Взяты в плен несколько десятков пермяков. Наши вот-вот войдут в город.

— С настоящими Шуйским и Тимирязевым что?

— Одновременно перехвачены и отряд, что доставлял их, и тот, что встречал. Уничтожены все враги! Шуйский выжил. Тимирязев, к сожалению, погиб.

— И хрен с ним, — махнул рукой император. — Шуйского срочно ко мне! Молодцы! Что с Морозовым?

— Он в Вологде, — пожал плечами удивлённый помощник.

— Где основные пермские войска?

— Согласно разведданным, разделились. Похоже, атака будет и на Тверь, и на Орёл.

— Да. Скорее всего, после произошедшего они перестанут играть и перейдут к горячей фазе, — император задумчиво посмотрел на карту, а потом встрепенулся.

— Перекройте все дороги. Если надо, наденьте Морозову мешок на голову, чтобы никто не понял, кто едет. Выделите любое количество охраны. Он наш главный козырь, и его надо срочно доставить в один из этих городов!

— Вас понял, ваше императорское величество, — кивнул глава службы дознания и выбежал из кабинета.

* * *

Утро следующего дня выдалось по-настоящему добрым.

Началось оно с вкуснейшей картофельной запеканки с мясом под новость о том, что нижегородские войска освободили Вологду. При этом удалось избежать большого кровопролития, а это значит, что князь Шуйский мёртв. И это косвенно моя заслуга.

Власти Нижегородской империи поняли один из способов противодействия гипнотизёрам. Надо бы научить их ещё и блоки ставить, но для этого нужен с их стороны кто-то, кто хоть немного понимает в магии контроля. По идее, если такой человек и есть, то сейчас он должен быть где-то недалеко от кристалла контроля в Липецке. Или в Вологде. Или ещё где-то. Ладно, это не основная задача.

Ещё среди хороших новостей была та, что народ в Савино идёт таким мощным потоком, что наши с трудом успевают сортировать их на бойцов и рабочих.

Закончив завтрак, я снова помчался на дорогу жизни и выяснил, что она почти закончена. Лесорубы валили деревья, а маги добивали оставшиеся кристаллы и уже почти встретились со сталкерами из Лос-Сантоса. Время у меня ещё было, и я присоединился к ним, а ещё через два часа вернулся в усадьбу, где собрался диверсионный отряд в лице Свята, Дани, Топора и Рыбака.

— У вас две обязательные к исполнению задачи! — начал инструктаж я. — Первая — выжить. Вы мой ударный отряд и ни при каких раскладах не должны погибнуть. Это понятно?

— Так точно, Дмитрий Николаевич, — хором ответила четвёрка.

— Ну и вторая ваша задача — собрать информацию по численности и вооружению противника, а также их маршруту. Нужно узнать какую-то ключевую точку, которую они точно пройдут. И эта точка не должна быть дальше двенадцатичасового перехода от Лос-Сантоса, а лучше ещё ближе. И чем скорее вы эту информацию добудете, тем качественнее ловушку мы сумеем им устроить.

— Да легче лёгкого, Дмитрий Николаевич, — широко улыбнулся Рыбак и радостно почесал уже начавшую отрастать щетину.

— Вот и хорошо, — кивнул я. — А теперь проверка домашнего задания. У кого что вышло!

— Ну… — Трое из присутствующих сразу же сникли и с надеждой посмотрели на Топора.

— Вот, — довольно кивнул тот и провёл ладонью по своему лицу.

Секунда, и на меня смотрел совсем другой человек, при этом изменения коснулись не только лица, но и роста. Благо Топор додумался уменьшить его, а не увеличить.

— Молодец! — Я одобрительно кивнул. — У остальных, надо полагать, ни хрена не вышло?

Даня вообще промолчал, но от него я многого и не ждал, он едет в основном в качестве водителя.

— Я как-то больше по другому профилю, Дим, — виновато пожал плечами Свят.

— А у меня какой-то уродец получился, — сконфузился и Рыбак.

— Что, даже хуже, чем сейчас? — толкнул его в плечо Топор.

— Да иди ты…

— Короче, тренируйтесь! — строго произнёс я и назидательно поднял палец. — Изменения — очень важная магия! Берите консультации у Топора! Олег, раз уж они такие бездари, надо убедиться, что ты и их сможешь замаскировать.

— Тогда начнём с Рыбака! — Топор хищно оскалился и поднёс ладонь к лицу друга.

— Эй, только давай бабой меня не будем делать! — отшатнулся тот.

— Бабой не будем, — подмигнул Топор и принялся колдовать.

— Эй, а что с моим носом? — через минуту недовольно скривился Рыбак.

— А ты много сталкеров с несломанными носами видел?

— Вообще-то много, — заметил Рыбак. — Они все, после того как их ломают, назад восстанавливают.

— Ну вот, а ты, согласно легенде, не успел восстановить, — рассмеялся Топор и продолжил изменять внешность друга.

Да, у здоровяка определённо получалось хорошо, даже отлично. Полчаса ему понадобилось на то, чтобы обработать всех троих друзей так, что они стали неузнаваемыми.

— Хорошо! Теперь все верни, как было, и смотрите сюда. — Я хлопнул в ладоши и ткнул пальцем в карту. — Сейчас эти уроды вот здесь. И пока идут вот по этой траектории. Берите квадроциклы, амуницию, которая с ходу не выдаст в вас савинцев, и вперёд. От вас многое зависит.

Глава 19

— Может, сначала без утяжеления попробуем? — спросил главный инженер.

— У нас не так много времени, Пётр Андреевич, — пожал плечами я. — Так что всё в ускоренном режиме.

— Как скажете, ваше сиятельство.

Мы собрались на поляне в лесу вдали от лишних глаз. Кроме нас на испытании присутствовали Влад и ещё несколько посвящённых в тайну магии иллюзий гвардейцев. А испытывали мы сконструированный нашими инженерами и доведённый мной до ума первый савинский бомбардировщик.

Формой он напоминал доску для сёрфинга, только был из стали и намного больше: шесть метров в длину и метр в ширину. Кроме самой базы, у конструкции имелось восемь автомобильных колёс для более мягкой посадки, и столько же направленных вниз сопел. А ещё пульт управления с рычажком, а также с кнопкой пуска и регулятором мощности подачи воздуха.

Пульт, к слову, был дистанционным, но на всякий случай, чтобы не потерять, его с помощью цепочки прикрепили к основе. А работал наш бомбардировщик на большой жемчужине ветра.

— Готово, ваше сиятельство, — доложил один из гвардейцев, опустив последний мешок с песком на платформу. Всего их было двадцать, каждый весом по пятьдесят килограммов. Итого тонна, плюс сама конструкция и я.

— Слушайте звук, — напомнил я, после чего встал посредине платформы и взял в руки пульт.

Зрители отбежали в сторону, а я ткнул кнопку включения двигателей. Платформа вздрогнула и резко, примерно на метр, взлетела. Я был готов к этому и хоть и пошатнулся, но на ногах устоял. Да, колёсики можно прикрепить и побольше, чтобы не было такого стартового рывка. Ну и шум, конечно. Накладывая руны, я сделал всё, что мог, чтобы двигатели работали тише, но совсем беззвучными сделать их невозможно.

Я подвинул на пульте рычажок, усиливая мощь подаваемых воздушных потоков, и платформа полетела вверх. Когда она поднялась метров на шесть, я переставил тумблер на удержание высоты. Платформа зависла, а Влад поднял обе руки, показывая, что шум критически мощный.

Я зачерпнул магии из пирамидки и создал под платформой поле, гасящее звук. Влад опустил одну руку, показывая, что стало тише, но всё ещё громко. Я поиграл с настройками «барьера», и через минуту гвардеец вытянул руку вперёд, то есть стало почти хорошо. Следующие пять минут, внимательно наблюдая за подсказками помощника, я ковырялся с полем, и, наконец, Влад показал рукой что-то непонятное, что я интерпретировал как «приемлемо».

Ну и достаточно тогда, так низко мы всё равно летать не планируем. Да и будет ещё время сделать что-то с громкостью. Пришла пора оценить манёвренность и управляемость.

Я дал малый ход, потом сразу же задний, после чего сделал полный круг над головами зрителей сначала в одну сторону, потом в другую. Затем повторил манёвры только с одновременным изменением высоты. И только после этого приземлился в том месте, откуда взлетал.

— Уму непостижимо, — сразу подскочил ко мне Пётр Андреевич. — Это же прорыв! А ещё можно сделать аналогичные платформы только поменьше на средних жемчужинах и использовать для разведки! Кстати, с какой скоростью она может перемещаться?

— Ещё не знаю, — покачал головой я. — Думаю, что километров до трехсот в час. Тут вопрос, чтоб меня не сдуло с неё.

— А, ну да. — Инженер нахмурился было, но тут же снова улыбнулся. — Можно сделать кресло, тогда не сдует, и одежду нормальную подобрать, чтоб не холодно было. И борт спереди поставить, чтобы птица случайно в голову не залетела. Да и вообще сделать более аэродинамическую конструкцию, вроде ракеты, и тогда до четырехсот километров в час можно будет разгоняться. А то и больше!

— Жду ваших предложений по оптимизации в письменном виде, — рассмеялся я. — Но только не сейчас. Помните основной приоритет? Взрывчатка и пушки.

— А эти мешки с песком, — озарило инженера, — случайно не…

— Сейчас мы это обсуждать не будем. — Я положил руку ему на плечо. — Просто помните, пушки и взрывчатка. И да, когда закончу тестовый облёт, я приду и помогу вам.

— Да-да-да, я помню. Тогда я побежал.

Инженер запрыгнул за спину ждущего его на квадроцикле гвардейца, и через несколько секунд они скрылись между деревьями.

— Ну что ж, — проговорил я, оглядывая немногочисленных присутствующих, — а теперь самая главная проверка. Кстати, какой был финальный уровень шума?

— Будто машина не очень далеко едет, — сообщил Влад.

— Я понял, отрегулирую. Ладно, погнали. — Я снова взлетел и завис на уровне макушек деревьев. — Гензо, давай!

— Даю, — ответил хранитель, и в следующую секунду люди внизу исчезли. То есть между нами появилась иллюзия. Причём двусторонняя.

Стоящие внизу помощники теперь вместо зависшей над ними огромной доски должны были видеть подкрашенное лучами заходящего солнца голубое небо. Я же видел пустую поляну с изредка растущими на ней кустарниками. Понятно, что изображение мне Гензо мог показать любое и сейчас продемонстрировал это, чтобы я видел, что барьер работает.

— Если не знать, что вы там находитесь, и специально не искать, то всё отлично, — сообщил по рации Влад. — Но я знаю и, если присмотреться, вижу края перехода от иллюзии к настоящему небу. Прям еле-еле, но вижу.

— Это ему кажется, — раздражённо заявил Гензо. — Он просто ищет края и поэтому находит, но на самом деле их там нет. А если есть, то гораздо меньше, чем «еле-еле».

— Даже если есть, мы просто очень низко, — успокоил я хранителя и снова обратился к Владу: — Продолжай докладывать, мы взлетаем.

Я закрепил рацию в специальном пазе на самой доске, после чего взял двумя руками пульт и прибавил «газу».

Платформа резко взмыла вверх.

— Теперь даже краёв не вижу, — сообщил Влад.

— И до этого не видел, — буркнул Гензо.

— Ты не забывай от других прятать, — напомнил я хранителю.

— Да помню я, помню.

Теперь, по идее, платформа была окружена иллюзиями со всех сторон. Я же продолжал видеть сгенерированную Гензо картинку того, что видел бы, даже не будь между нами барьеров.

— Что по расходу маны? — уточнил я.

— Могу сколько угодно поддерживать, кристалла хватает.

— Тогда приблизь мне что-нибудь.

— Поднимись повыше, здесь я только лес могу приблизить.

Я поднялся ещё на сорок метров и вдалеке увидел нашу известняковую разработку.

— Вон карьер приблизь, — попросил я.

— Сделано.

И действительно, будто бы в бинокле с зумом картинка карьера резко приблизилась и теперь находилась не в двух километрах от меня, а будто бы в двадцати метрах. Я видел мельчайшие движения наших следящих за погрузкой баржи ребят.

Отлично! Именно так дальше и будет происходить. Гензо закроет меня иллюзией, а мне будет транслировать то, что происходит внизу, и, если надо, увеличивать то, что я захочу разглядеть более подробно.

Теперь пришла пора настоящей проверки.

— Влад, как там?

— Понятия не имею, где вы, ничего не видно. Идеально-голубое небо. Звук, кстати, тоже пропал.

— Хорошо, оставь ребят, а сам свободен.

— Вас понял.

Гензо изменил картинку подо мной на ту, что изначально должна была быть, и я увидел, как одна из маленьких фигурок садится на квадроцикл и уезжает в лес. Что ж, а мне пора полетать.

Главное, не покинуть тридцатипятикилометровую зону вокруг кристалла иллюзий, а то Гензо лишится источника и станет черпать ману из меня.

Прикинув маршрут, я направил платформу вперёд, одновременно всё больше набирая высоту.

— Ну, как тебе вид? — прищурил глаз хранитель, появившись на лежащем передо мной мешке с песком.

— Обалденно!

Конечно, через жучков я часто видел землю с высоты, но сейчас всё смотрелось совсем иначе.

Вдалеке на другом берегу реки раскинулось Савино. Первыми бросались в глаза идеально ровные перпендикулярные улицы и жилой район, где одна к одной, как многочисленные близнецы, стояли общаги. Но и другие строения им не уступали. Усадьба, школа, больница, ТЦ, таверны, кухни, склады, амбары, гаражи, цеха, загоны, теплицы и увенчанные дымящими трубами разнообразные мастерские, а на самом деле небольшие заводики.

Вокруг кирпичной стены радовали глаз нарезанные прямоугольниками поля и огромный, снова цветущий сад. У самой реки два завода, а уже на этом берегу дорога жизни до известнякового карьера и ответвление от него — линия, идущая к Лос-Сантосу.

Собственно, над ней я и подлетел, поднявшись на сто метров вверх.

— Никто тебя не замечает, — довольно сообщил Гензо. — На звук также не реагируют.

Да, люди внизу вели себя как ни в чём не бывало. Лесорубы валили деревья, а маленькие точки их растаскивали, распиливали и грузили на машины. Конечно, на случай, если мне придётся лететь ночью и на фоне неоднородного покрова облаков, над маскировкой ещё нужно будет поработать.

— Так, ладно, — улыбнувшись, пробормотал я. — С этим понятно, что у нас по скорости?

Я спустил на глаза защитные очки и медленно передвинул рычажок, с каждой секундой давя на него всё сильнее.

В ушах засвистел ветер, и появившийся впереди Лос-Сантос стал быстро приближаться.

А неплохое для него всё-таки выбрали место — самый высокий в окрестностях холм. Правда, деревья вырублены вокруг стен всего на пятьсот метров, что, конечно, маловато. Для более прицельной стрельбы артиллерии нужно будет отодвинуть лесополосу хотя бы до километра. Может, и побольше, сколько успеем, тем более что кристаллов здесь уже почти нет, да и развалины все растащили на камни. Полученные же бревна используем для баррикад, а излишки увезём в Савино.

Что ж, тестовый полёт можно считать успешным. Платформа легко держит груз и летает при этом быстро. Да, есть кое-какие небольшие технические помарки в рунах, но их несложно исправить и сделать бомбардировщик ещё более чувствительным к управлению и маневрированию.

Замечательно! Пришло время второго этапа, а именно, удовлетворения моего любопытства. Я ещё прибавил скорости и направился в сторону Воронежа.

— Не забудь повыше подняться, — напомнил Гензо. — Монстры всё-таки получше слышат, чем люди рядом с лесорубом.

— Точно.

Я поднял платформу до двухсот метров, и теперь мне открылся поистине величественный вид. Развалины некогда крупного города, сейчас заросшего бурной зеленью, раскинулись на два десятка километров и в свете заходящего солнца выглядели так, будто попали сюда из другого мира. Впрочем, в каком-то смысле так оно и было.

Руки сами потянулись к висящему на шее фотоаппарату, и за следующие несколько минут я сделал не меньше двадцати прекрасных снимков.

— Осторожно! — снова привлёк моё внимание хранитель. — Подлетаем к границе зоны действия кристалла. Если пересечём её, мана будет улетать с катастрофической быстротой, причём из твоего резерва.

— Понял, — кивнул я и, чуть-чуть замедлившись, изменил траекторию и полетел над пригородом Воронежа. — Приблизить можешь?

— Конечно.

Картинка подо мной мгновенно изменилась, и теперь я будто смотрел на экраны шести разных мониторов. Все они показывали разные места, но в целом картина была схожа. Развалины высоких домов, разрушенные проросшими деревьями дороги, проржавевшие остовы машин и, конечно же, многочисленные чёрные кристаллы и бродящие между ними монстры.

— Шухер! Тебя заметила стая птеров! — крикнул Гензо, возвращая исходное изображение, а сбоку в небе отмечая кружком приближающиеся чёрные точки. — На звук летят!

— Понял!

Я развернул платформу и полетел назад, но птеры и не думали отставать. Впрочем, я и не планировал от них отрываться.

— Идите к папочке, — прошептал я, а когда похожие на птеродактилей твари приблизились на двадцать метров, направил в их сторону пирамидку.

Воздушный удар!

Монстры будто натолкнулись на летящую им навстречу невидимую стену, их расплющило, а переломные тела полетели вниз.

— Красиво! — Гензо превратился в кулак с оттопыренным вверх большим пальцем. — Думаю, перед тем как приступим к зачистке Воронежа, тебе имеет смысл пролететь над городом, выманить всех крылатых монстров и массово с ними разобраться.

— Хорошая идея. Спасибо.

Я тоже поднял большой палец, а хранитель, вновь принявший облик лохматой бутылки пива, довольно кивнул.

Действительно, когда отовсюду лезут монстры, очень неудобно ещё и задирать голову, опасаясь атаки сверху. Если заранее разобраться с летунами, это облегчит дело наземным войскам.

Что ж, на Воронеж мы тоже полюбовались. Значит, остался третий, состоящий из двух частей, пункт плана на сегодняшний вылет. Фотографирование тех мест, о которых меня попросили Влад и Виктор Харитонович, а также патрулирование.

Возможно, лазутчиков противника здесь пока нет, а вот в Савино с самого утра Акаи отметила резко возросшее количество пришедших подозрительных личностей.

Сергей Ярый уже выдвинулся, а это значило, что встречающие его представители четырёх кланов тоже должны были активизироваться.

Первым делом я сфоткал окрестности Лос-Сантоса. Потом всю территорию между ним и дорогой жизни.

— Остался карьер, и назад, — проговорил я и направил платформу в сторону нашей разработки известняка.

Глубочайшая двухкилометровая яма поражала видом и радовала тем, что она моя. Я отфоткал место, где грузили породу на баржу. После чего сделал ещё кружок и снял карьер с другой стороны. Именно в этот момент Гензо снова появился.

— Вижу цель, — зло оскалив острые зубы, сообщил он и приблизил кусок зарослей на краю карьера.

— Попались, суки, — прошептал я, увидев вооружённых людей в камуфляже, рассматривающих в бинокль наших ребят.

— Подсвети их, — попросила я Гензо, и хранитель тут же исполнил мою просьбу, отметив красным все цели.

— Двенадцать человек, — подсказал он.

Я просканировал область в разных диапазонах излучения и понял, что в отряде есть маги, но не сказать, что очень сильные.

— Позовём помощь? — спросил Гензо. — Или сами?

И будто в ответ на его вопрос жучок донёс до меня голос лидера вражеской группы:

— Всё! Уходим.

Нет, своих ждать нельзя, хмырей надо перехватить.

— Атакуем, — сообщил я хранителю.

— Мешками закидаем? — с усмешкой уточнил он.

— Нет, так они сразу поймут, откуда идёт угроза.

Я снизился, резко скинул скорость и полетел в пятидесяти метрах позади крадущегося цепочкой между деревьев отряда.

Под бомбардировщиком мелькали кроны деревьев. В моей левой руке был зажат пульт, а правая направлена вниз, управляя роем жучков.

Погнали!

В качестве снарядов я выбрал сосульку в оболочке тёмной магии. При контакте высасывает защиту, а дальше в дело идёт твёрдый лёд.

Раз, два, три. Удар!

Сосульки сорвались с места, и два бегущих последними бойца с пробитыми сердцами рухнули навзничь. Следующие две цели… огонь!

Ещё два жучка умчались вперёд, и ещё два трупа плашмя рухнули в траву, это услышал следующий впереди боец. Он обернулся и получил своего жучка, то есть сосульку в шею.

Отряд не заметил потери этого бойца, и очередного лазутчика я также ликвидировал тихо. Но на этом пришлось завязывать — всё-таки живые мне тоже были нужны.

Врагов осталось шестеро, и следующий залп я дал одновременно по всем, целясь при этом в не столь жизненно важные органы. Что-то попало, что-то нет. Я ускорил платформу, и в моей руке уже лежал пистолет.

— Вон справа убегает! — подсказал Гензо.

Жучок тьмы в беглеца — и следом два выстрела. Готов!

— Ещё один справа.

Ещё три выстрела — и стонущее тело в кустах.

Меня, видимо, услышали: раненые противники вертели головами и пытались найти цель, но у них не получалось. Я же продолжал стрелять. А когда оказался прямо над ними, убрал пистолет и достал пирамидку.

Раз уж её навершие было настроено на магию воздуха, этой стихией и будем пользоваться. Я активировал заклинание, а на раненых бандитов опустился невидимый воздушный пресс.

— Не переборщи! — заорал Гензо. — Раздавишь.

— Точно.

Я чуть ослабил давление, и теперь мои жертвы могли дышать.

— Граф пункту добычи известняка.

— На связи, — отозвался удивлённый гвардеец.

— Вышлите отряд. Северо-запад от вас, два километра, рядом с краем карьера. Я задержал отряд диверсантов.

— Выдвигаемся!

Я же нашёл неподалёку небольшую полянку, приземлился в густую траву и немного подлечил захваченных противников.

— Граф Владу.

— Слушаю.

— Я захватил пленных к юго-западу от карьера. Высылай Черепа и группу допроса. Нужно провести дознание прямо здесь, не привозя их в Савино.

— Вас понял!

Первый наш отряд прибыл через десять минут. К этому времени я уже сбросил мешки с платформы, а когда пленные были связаны, попросил ребят помочь мне доставить её до грузовика, который уже вызвал к карьеру.

Отлично, все поставленные задачи выполнены с запасом! Теперь у меня есть несколько часов, чтобы помочь инженерам с изготовлением деталей для пушек. Они, конечно, могут и сами их сделать, но я с магией изменения способен ускорить процесс, и тогда мы получим не меньше десяти единиц артиллерии сверх плана. В свете грядущих событий — очень большой бонус.

* * *

Закончил я около одиннадцати вечера. И не потому, что всё сделал, а потому, что пришла информация от допрошенных лазутчиков. Влад, Виктор Харитонович и Катя уже ждали меня в усадьбе.

— Только за сегодня восемнадцать шпионов на территории Савино? — удивлённо переспросил полковник.

— Да, и местоположение всех уже вычислено, — успокоил его я. — Теперь нужно спланировать операцию по захвату.

— Сделаем, — кивнул Влад. — Но думаю, будет надёжнее провести её ближе к утру. Тем более что они только пришли, и вряд ли сегодня планируются теракты. Скорее всего, пока идёт сбор информации.

— Как скажешь, — согласился я. — Но это всё мелочи. Главное, что надо ликвидировать их лидеров и желательно до того, как они поняли, что отряд захвачен.

— Я думаю, они уже поняли, — пожал плечами главный гвардеец, — отряд должен был выйти на связь два часа назад. Но в любом случае главы кланов сейчас в Усмани. Точнее, двое из них.

— Ничего страшного, третий или сотрудничает, или делает вид, что сотрудничает с нами, а четвёртый в одиночку не так опасен. В общем, я выезжаю через час. Катюш, что там с моим наследством от Волкова?

— Бурунов сказал, что сегодня подал все документы, и, по его опыту, люди, имеющие императорское приоритетное право, действительно получают всё быстро. Бурунов обещал, что с утра все документы будут готовы и можно будет в Тамбове распечатать копию нашего права владения кирпичным заводом. С судом по второму делу не всё так быстро, но тоже в течение нескольких дней, по идее, мы его выиграем.

— С судом пока неважно, второй половиной наследства займёмся потом, сейчас главное, чтобы наши люди могли завтра приехать на кирпичный завод и показать «волкам» все документы.

— Чтобы, когда они откажутся, у нас было полное право взять всё силой? — уточнил Виктор Харитонович.

— Именно, — кивнул я. — В общем, план такой. Сейчас с малой группой еду в Усмань. Там же ночую, а с утра встречаю основную группу недалеко от города, и мы выдвигаемся в Тамбовскую область.

— То есть можно рассчитывать, что уже завтра вы привезёте оборудование ещё для пяти линий по производству кирпича? — уточнила Катя.

— Да, поэтому организуйте для них площадку, чтобы сразу запустить!

— Это было бы великолепно, — довольно потёрла руки девушка. — Нам пришлось полностью остановить возведение стен в Огненной усадьбе, и всё равно кирпичей на Лос-Сантос может не хватить. Даже если хотя бы пару дней до прихода Ярого поработают девять линий вместо четырёх, мы сумеем там построить по-настоящему хорошую стену.

— Сделаем всё возможное. — Я повернулся к двум военным. — Резюмируя: спланируйте операцию по захвату шпионов и организуйте мне группу для захвата завода. Да, и не забудьте всем выдать таблетки для улучшения ночного зрения, думаю, в ближайшее время оно нам пригодится.

— Свят с группой не забыли их принять? — уточнил Влад.

— Не забыли. Как только я решил, кого отправить, они выпили первую дозу. Сейчас уже, по идее, должны видеть в темноте.

— Отлично.

— Что ж. — Я поднялся из-за стола. — Тогда я быстро в душ, потом к Миле и к воротам. Сейчас мне много народу не нужно, одиннадцати человек хватит.

— Вас понял.

— И закажите номера в гостинице в Усмани поближе к месту, где расположились эти козлы.

— Хорошо, Дмитрий Николаевич, — кивнула Катя и направилась к лестнице, ведущей в рубку.

* * *

— Уезжаешь? — посмотрела на меня Мила.

— Да, и боюсь, что в ближайшие четыре дня, если и буду ночевать дома, то по ненормированному графику, по мере уставания, а может быть, и вовсе не буду появляться.

Сообщив девушке новости, я подошёл к двери в процедурную и закрыл её изнутри.

— Что ты делаешь? — подняла бровь Мила.

— Сама как думаешь? — уточнил я, прижимая её к себе.

— Наконец решил сдержать обещание?

Её зелёные глаза засияли.

— Я же человек слова, — улыбнулся я и, схватив девушку за ягодицы, посадил её на стол.

— Я думала, этого никогда не случится, — страстно прошептала Мила и обхватила ногами меня за бедра.

* * *

К воротам я немножко опоздал. Но не критично, и вскоре колонна из трёх машин выехала из Савино. А ещё через час мы остановились у весьма неплохого отеля.

Войска вражеских кланов уже собирались в Усмани. Они заранее сняли несколько гостиниц, но их лидеры и охрана расположились в самой лучшей из них примерно в километре от меня. Очень удобно.

Конечно, Влад прав, лучше было бы подождать и третьего главу, но, согласно показаниям пленных, он должен прибыть только завтра к вечеру, и у меня попросту нет времени подстраиваться подо всех решивших поживиться за мой счёт козлов. Разберусь с этими двумя, а завтра посмотрим. Если у третьего есть мозги, то, может быть, он, узнав о происшедшем, резко изменит свои планы.

Выставив охрану, я улёгся на мягкую широкую кровать и закрыл глаза. Наверное, находящиеся со мной в комнате ребята подумали, что весь следующий час я спал. Но нет. Я внимательно следил за гостиницей и старался понять, как у противника там всё устроено.

Поначалу мне казалось, что я чего-то не улавливаю. А потом понял, что мне противостоят хоть и не дилетанты, но явно не понимающие, против кого пошли, люди.

Да, на дверях стояли часовые, да, кое-какие защитные руны они наложили и десяток человек дежурило на крыше. Но что это против моих способностей? Единственной сложностью было протащить подарки внутрь, но и тут большой проблемы не предвиделось. Ведь, несмотря на поздний час, люди приходили и уходили постоянно. К слову, ходили они в основном в расположенные поблизости бары или в бордель.

Что же до пропавшего отряда, то его хватились, но большой паники не поднимали и планировали идти на его поиски, только если потеряшки не выйдут на связь до утра. Извините, ребятки, но вряд ли вы с утра о них вспомните.

— Вон те двое подойдут, — заметил Гензо двух недавно вышедших из гостиницы, а сейчас входящих в один из клубов бойцов.

Действительно подойдут — желающих развлечься мужиков тут же взяли в оборот практически раздетые дамы, и того, что они в ближайшее время вернутся, можно было не опасаться.

— Создавай иллюзии, — скомандовал я хранителю.

— Сделано.

В ста метрах от входа в гостиницу, где расположились главари, в подворотне появились две точные копии ушедших в отрыв бандитов. И то, что это не простые копии, я почувствовал сразу — энергия из моего резервуара полилась рекой. Я тут же положил руку на пирамидку, перекладывая часть расходов на неё.

Расход получился таким большим, потому что иллюзии были осязаемыми, ведь иначе они никак не могли взять те два рюкзака, которые мои ребята заранее прикопали в этом самом месте.

— Груз получен, — доложил Гензо.

— Начинай!

Два фантома вышли из подворотни и, радостно переговариваясь, направились назад в гостиницу.

— Что, навеселились уже? — спросил главный из стоящих на входе бандитов.

— Да забыли кое-что, — с улыбкой проговорил один из фантомов.

Мой жучок внимательно следил за разворачивающейся сценой и был готов вмешаться в любой момент, если бы охранник заметил, что недавно ушедшие без ничего соратники вернулись с рюкзаками. Но нет, своим тут явно доверяли: фантомы без проблем прошли внутрь и повернули к лестнице.

Один из них остался на втором этаже, а другой поднялся на третий и прошёл к нужной двери.

— Чё хотел, Вась? — обратился к нему стоящий тут охранник.

— Очень срочная информация для босса. Получены данные от разведгруппы. У них ЧП.

— Сука. — Охранник тут же развернулся и постучал в дверь. — Группа Жоры вышла на связь! У них ЧП!

Я уже давно следил за толстым темноволосым мужиком, главой клана «Големы». Сейчас он вскочил из-за стола, за которым вместе с тремя соратниками играл в карты.

— Что случилось? — крикнул он, распахивая дверь.

— Вот, смотри.

Подосланный Гензо фантом скинул рюкзак с плеч и распахнул его. Внутри лежала бомба.

— Что за?.. — начал было босс, но не закончил. Иллюзия ткнула пальцем в кнопку, и гостиницу сотряс взрыв.

— Первая цель уничтожена, — радостно заорал Гензо.

Вторая цель располагалась на втором этаже. И, разумеется, когда свет замигал, стены затряслись, а люди заорали, худощавый блондин тут же выскочил в коридор и нос к носу столкнулся со второй нашей иллюзией.

— Привет, — улыбнулся ему Гензо и снова нажал кнопку в рюкзаке.

Гостиницу сотряс второй взрыв, а часть перекрытий не выдержала и обрушилась.

— Восемь мёртвых, около двадцати раненых, — доложил Гензо. — Добивать будем?

— Лучше не стоит. Бомба — это понятное и логичное явление, а внезапная смерть без причины может привлечь внимание полиции.

— Ну и хрен с ними, — рассмеялся хранитель. — Я молодец?

— Да, ты молодец. Считай, что я тебя мысленно погладил по голове.

Я открыл глаза и посмотрел на бойцов.

— Всё, ребята, свободны. Нужно отдыхать. С утра выдвигаемся в Тамбовскую область.

— Есть, ваше благородие!

Гвардейцы вышли и расположились в соседних комнатах. Я же обновил защитные руны, но больше для порядка, так как Гензо меня всё равно прикроет. Убедившись в том, что меры безопасности предприняты, я быстро принял душ и лёг в постель.

Завтра большой день. А утром, может, уже будут новости от группы Свята. Если у них всё нормально, к этому времени ребята уже встретятся с силами Сергея Ярого.

Глава 20

Гензо заметил гостей раньше, чем ребята, и стук в дверь застал меня почти одетым. А с ранним визитом заявился не кто иной, как майор Фёдор Филимонович Мышкин, глава полиции Усмани. И причина его приезда особых вопросов не вызывала.

К слову, я уже успел узнать, что территория прилично потрёпанной мной ночью гостиницы оцеплена, а сами сталкеры её покинули. Мои ребята, конечно, следили за перемещением противника, но, похоже, где они находятся сейчас, я узнаю из первых уст.

Застегнув молнию костюма, я рывком открыл дверь и широко улыбнулся:

— Доброе утро, Фёдор Филимонович!

— Здравствуйте, Дмитрий Николаевич.

Окинув меня пронзительным взглядом серых глаз, Мышкин зашёл в комнату и сразу закрыл за собой дверь.

— Извините, мне совсем нечем вас угостить, — развёл руками я и сел за маленький стол, на котором стоял только графин с водой.

— Я уже позавтракал, спасибо. — Полицейский устроился напротив. — У меня, ваше сиятельство, вопрос.

— Задавайте, — кивнул я и установил вокруг нас звукоизолирующее поле.

Одобрительно кивнув, Мышкин не стал тянуть.

— Это вы устроили взрывы в гостинице «Витязь» этой ночью?

— Прежде чем ответить, хотелось бы кое-что уточнить, — медленно проговорил я, откидываясь на спинку стула. — А конкретно: как далеко эта информация пойдёт? Она останется между нами или вы на её базе заведёте официальное дело?

— Странный вопрос, Дмитрий Николаевич, — удивлённо поднял бровь майор. — Мне кажется очевидным, что если это сделали вы, при этом имея вескую причину, то объяснение меня устроит, и мы совместно решим, как лучше поступить дальше. А если уважительной причины нет, вы просто не признаетесь.

— А вы меня неплохо знаете, — кивнул я и усмехнулся. — Да, это сделал я, а теперь слушайте почему.

Следующие пять минут я вводил майора в курс дела. Разумеется, в общих чертах, но не забыл упомянуть о том, что предстоящая битва с князем диких земель Сергеем Ярым будет вестись при прямой поддержке войск Нижегородской империи.

— Очень любопытно. — Мышкин задумчиво посмотрел в окно. — И надо заметить, до меня пока даже слухов никаких обо всём этом не дошло. Это значит, что о том, что вам выделили часть гарнизона Усмани, знает очень ограниченный круг лиц.

— И это меня устраивает, — кивнул я.

— Что ж… — Майор перевёл взгляд на меня. — Значит, наша официальная версия правильная: ночные взрывы в «Витязе» — это разборки сталкерских кланов.

— Не забудьте учесть, что, по данным анонимного осведомителя, потерпевшие работали на Пермскую империю.

— Да-да, обязательно. И при следующих допросах обязательно этот вопрос тоже подниму.

— Кстати, Фёдор Филимонович, а почему, если не секрет, вы приехали ко мне? — спросил я. — И вообще, как меня нашли?

— Ну, Дмитрий Николаевич, не надо меня обижать, — с невесёлой усмешкой проговорил Мышкин. — О вас я подумал сразу же, так как в последнее время вы имеете отношение ко всему громкому, что происходит вокруг. Я связался с воротами, и мне подтвердили, что ваши машины ночью прибыли в город. А уж найти целого графа в Усмани для меня больших проблем не составляет. Но не переживайте, все мои наблюдения и домыслы останутся при мне. Разборки и разборки. Сейчас меня, откровенно говоря, гораздо больше стало интересовать нападение на вас. Я могу чем-то помочь?

Не буду скрывать, что сказанные майором слова согрели мне душу. Хоть я и знал, что он на моей стороне, но лишнее подтверждение всегда приятно.

— Спасибо за предложение, Фёдор Филимонович, но думаю, что ваша помощь не понадобится. Вернее, она понадобится здесь. Все наши силы будут сфокусированы на диких землях, и для меня очень важно не получить в это время удар в спину.

— Понял. На всякий случай мы усилим патрули на всех дорогах, ведущих в Савино. И если что-то необычное увидим, то вмешаемся или как минимум предупредим вас.

— Огромное спасибо, Фёдор Филимонович, и удачи в расследовании!

— Ага.

Мы обменялись крепкими рукопожатиями, и как только глава полиции покинул мой номер, в дверном проёме появился гвардеец Коля.

— Новости из Савино есть? — спросил я.

— Последняя связь была час назад, ваше сиятельство! Все шпионы захвачены и сейчас на допросах. Все теракты удалось предотвратить.

— Отлично! Есть что от Свята?

— Нет. Зато наши люди из Тамбова сообщили, что стоят первыми в очереди на получение документов. Муниципалитет откроется через час.

— Понял. Тогда быстро завтракаем и выдвигаемся в сторону кирпичного завода.

* * *

— Байки пермского образца, навскидку около двухсот штук, но, может, ещё по лесам кругом ездят, та-а-ак, — Свят сделал паузу, удобнее устраиваясь на толстом корне и сверяясь с показаниями шестёрки призрачных шпионов. — Не меньше трёхсот грузовых версий квадроциклов, то есть этакая гибкая сцепка из двух, и каждый из них нагружен по самое не хочу.

— Чем нагружены? — уточнил записывающий данные Даня.

— Непонятно. Всё замотано брезентом, а если через него пролететь, то просто видно, что что-то металлическое с рунами. Скорее всего, это артиллерия в разборе, но мне нужно, чтобы они остановились, тогда смогу более детально изучить.

— Хорошо, тогда ставлю здесь вопрос. Дальше.

— Тяжёлой техники и транспорта нет, то есть они сделали акцент на относительно быстром передвижении, хотя всё равно вряд ли идут быстрее четырёх километров в час, так что с учётом ночёвок и остановок ориентировочное время прибытия к нам не раньше чем через двое с половиной суток. Та-а-ак… Войска поделены на двое. Кольцо идёт налегке и прикрывает всех от монстров. Те, что идут внутри, тащат габаритные рюкзаки, покрытые облегчающими вес рунами. Предположительно, вес каждого минимум пятьдесят килограмм. Из многих торчат обёрнутые брезентом длинные штуки. Тоже, скорее всего, детали какого-то тяжёлого вооружения… Оп-па! А это что?

Свят сместил одного жучка и поднял его чуть выше.

— Ага… на них напали монстры, и они их расстреляли из автоматов. Хм… Прямо рядом с бойцами чёрный кристалл, а они стреляли очередями. Ну-ка… — Помощник графа быстро приблизил жучка, и его лицо омрачилось. — Твою мать!

— Что там? — тревожно спросил оглядывающий окрестности Рыбак.

— Да, похоже, у них автоматы типа наших… Вот сволочи!.. Правда, не у всех такие, только у части бойцов внешнего кольца. Внутри все идут с обычными калашами и пневматическими ружьями.

— И это говорит о том, — продолжая записывать, пробормотал Даня, — что пермяки в эту операцию вложились очень серьёзно.

— Меня другое смущает, — задумчиво проговорил Свят. — Если они выдали такое вооружение дикому князю, значит, больше не собираются держать его в секрете, то есть в самое ближайшее время намереваются использовать повсеместно.

— Да, может, они уже используют, просто до нас информация не дошла.

— Да, такое тоже может быть, — почесал рыжий затылок Свят. — Ладно, смотрим дальше. О! Похоже, привал у них, все остановились… Может, совещание какое проведут, и удастся что-то услышать… Сейчас пониже спущусь… Ага пару повозок распаковывают… Точно! Собирать, похоже, что-то будут… Миномёты, что ли… Интересно зачем… Черт! Четыре группы по десять квадроциклов в лес рванули.

— К нам? — резко повернул голову Рыбак.

— В разные стороны. Прямо к нам никто не едет, но если продолжат так двигаться, то скоро мы окажемся между двумя группами.

— Сколько до них?

— До их фронта километр, а до байков уже меньше… Давайте-ка на всякий случай медленно отъезжать.

Даня быстро убрал карандаш и листочек и запрыгнул на квадроцикл. Свят сел за ним, а Рыбак за Топором.

— Вон давай туда. — Помощник графа махнул рукой, и разведчики медленно поехали между стволами деревьев.

Специальные разведбайки были сконструированы так, чтобы оставлять минимум следов. Но Даня всё равно старался выбирать места без высокой травы и объезжать кустарники.

— Странно всё это, — через две минуты произнёс Свят. — Они перестали разъезжаться и теперь следуют почти параллельным с нами курсом, только в шестистах метрах справа и слева. Ускоряемся, и бери градусов на тридцать влево.

Даня, а следом за ним и Топор выполнили распоряжение, а через минуту Свят почувствовал в груди медленно сворачивающий тяжёлый ком. Обе едущие параллельно их курсу группы квадроциклов тоже совершили манёвр и продолжили приближаться к ним с обеих сторон.

— Прямо, — скомандовал Свят. — Ускоряйся в два раз.

Даня тут же прибавил газу, и деревья замелькали гораздо быстрее.

— Что там? — перекрывая шум, крикнул Рыбак.

— Плохо всё! — обернувшись, заорал помощник графа. — Они тоже ускорились!

— Как они могут нас видеть? — Рыбак завращал головой. — Они тоже пользуются…

— Тихо! — рявкнул на него Свят. — Если они нас видят, то могут и слышать.

И понимание этого факта заставило его покрыться холодным потом. Если враги следили за ними и слышали разговоры, то они не только сами владеют магией и иллюзией, но и знают, что те же техники используются в Савино.

«Но это ещё не точно, — мысленно успокаивал себя помощник графа. — Раз у нас появился хранитель, значит у нас первый кристалл иллюзий. Да и мало ли всяких неизвестных магий в мире, может, мы просто не заметили, а они на всех деревьях посадили разведчиков…»

Свят выпустил ещё несколько жучков и, как учил Дмитрий Николаевич, принялся менять диапазоны восприятия, пытаясь найти спрятавшихся магов. Никого.

— Где они? — крикнул Даня.

— Сужают клещи. Ближайшие байки в четырёхстах метрах от нас.

— Ускоряться?

— Пока езжай так.

Не переставая следить за преследователями, Свят лихорадочно пытался придумать, что делать дальше. Их байки превосходили аналогичный транспорт пермяков, и они в любой момент могли прибавить ход и оторваться, но только это не дало бы никаких ответов и поставило бы миссию под угрозу. Во что бы то ни стало необходимо узнать, как эти гады их обнаружили, иначе потом они могут точно так же обнаружить засаду.

Дмитрий Николаевич может пользоваться своими жучками на расстоянии до четырёх километров. Свят не больше полутора. Если противник использует что-то подобное и наблюдает из лагеря, то сейчас, меняя траекторию, савинские разведчики могут хотя бы выяснить радиус действия… Хотя, конечно, оператор может сидеть и на байке.

— Твою мать. — Помощник графа сжал кулаки. — Тридцать градусов вправо — и ускоряйся.

Байк резко повернул.

— От одной группы открываемся! — констатировал Свят. — Но ко второй приближаемся. Триста метров…

По ушам резанул оглушительный свист, а через мгновение метрах в тридцати в лесу грянул мощнейший взрыв. И тут же два ещё ближе. Срывая листву и срезая ветки, вокруг замелькали осколки.

— Щит просел на тридцать процентов! — заорал Даня и рванул руль влево.

Гвардеец отлично понимал, что главная задача — выяснить способности врага, но гораздо проще сделать это живыми. Стволы и кустарники слились в сплошную коричнево-зелёную стену, ветки хлестали по шлемам и костюмам, а лес один за другим оглашали новые взрывы.

Даня снова сменил направление и бросил байк влево, с трудом объезжая неожиданно выскочивший из травы пенёк. Свят вцепился в сиденье, выругался под нос и, выкинув из головы всё лишнее, сконцентрировался на анализе стремительно ухудшающейся ситуации.

Понятно, что по ним работают миномёты из лагеря, но кто их наводит? Жучки? Тогда…

Снова раздалась серия взрывов, и они кучно легли там, куда бы они поехали, не измени Даня совсем недавно направление движения.

— Меняй курс почаще! — крикнул ему на ухо Свят.

— Да я понял уже!

Даня снова изменил направление, и байк выскочил на большую поляну. Свят огляделся и увидел, что Топор каким-то образом умудрился их обогнать, а сидящий позади него Рыбак что-то кричит и тычет пальцем в небо.

Что там ещё? Монстры? Четыре летящих точно за ними чёрных пятнышка. Свят быстро вскинул бинокль.

— Твою мать! — вырвалось у него.

Не меньше чем в двухстах метрах летели четыре круглые платформы, а поверх них торчали головы в шлемах.

— Мочи козлов! — заорал Свят, срывая с плеча автомат. Впрочем, Рыбак и без его команды уже дал первую очередь. — Дань, старайся ехать так, чтобы деревья не мешали!

— Как⁈ Здесь лес повсюду!

— Попробуй!

Свят извернулся, прицелился и выстрелил. Байк подпрыгнул, и автомат едва не вылетел из рук. Ещё очередь, и вокруг резко стемнело — они снова заехали в чащу.

— Твою мать! — прорычал помощник графа, когда толстая ветка ударила его по шлему.

Он, конечно, мог сбить преследователей жучками, но так бы раскрыл свои возможности, а сейчас делать это было категорически нельзя. По счастью, миномётная стрельба прекратилась.

— Хрен с ними, отрываемся! — снова повесив автомат за спину, скомандовал Свят. — Так что теперь, наоборот, старайся держаться как можно более густого леса.

— А вот с этим вообще проблем нет, — через плечо отозвался Даня.

Свят убедился, что преследующие их байки не приближаются, и откинулся на спинку сиденья.

Они спалились, но если сейчас какой-нибудь случайно выскочивший из-под земли пенёк не устроит им аварию, и они сумеют благополучно оторваться, то миссия, считай, наполовину выполнена. Очевидно, что как только основная погоня отстанет, наблюдатели на платформах также развернутся и улетят в сторону лагеря. Тогда Святу с друзьями останется найти высокое дерево и передать информацию в Савино.

Но что делать дальше? Понятно, то, что прикажет Дмитрий Николаевич, но он будет ориентироваться на их показания. И рекомендация тут может быть только одна — летающие платформы нужно срочно уничтожить. Иначе вся эта вооружённая по последнему слову техники армада сумеет избежать любой западни и невредимой подойдёт к стенам Лос-Сантоса.

— Что делаем? — крикнул Даня.

— Пока едем. Как оторвёмся, ищем высокое дерево.

— А если они до Савино за нами поедут?

— На этот случай мы и взяли с собой подарки, — оскалился Свят и похлопал по прикреплённым к байку увесистым мешкам.

* * *

С группой наших посланцев мы встретились около часа дня, недалеко от границы диких земель, в десяти километрах от теперь уже официально принадлежащего мне кирпичного завода.

Общий результат переговоров с «Волками» я уже знал из короткого сообщения по рации, а сейчас Васильич рассказывал подробности.

— Сначала они даже не открыли ворота. — Бывший староста Савино усмехнулся и сплюнул в дорожную пыль. — Ржали, кричали, что завод принадлежит им и что никакого Волкова они не знают. Но, потом, когда я сообщил, что теперь завод принадлежит графу Акулову, смеяться перестали. Вышел переговорщик и сказал, что им нужна неделя на то, чтобы их представители сходили в суд, проверили документы и другую подобную чушь. После этого я им сообщил, что они должны покинуть территорию в течение двух часов, и что потом прибудут наши рабочие. Они сказали, что их не пустят, так как завод принадлежит им. Ну и так далее.

— Что там с обороной? — уточнил я.

— Да двойная сетка-рабица с колючей проволокой поверху и колья, заточенные по периметру, натыканы против монстров. Сколько всего народу, непонятно, но с автоматами мы видели человек двадцать. Думаю, ещё столько же где-то на территории. Плюс рабочие. Может, ещё кто-то подтянется. Короче, у нас явно больше.

— Понял, спасибо.

Я отпустил бывшего старосту и повернулся к Владу.

— Предлагаю план «А».

— Солидарен, — кивнул главный гвардеец и убежал отдавать распоряжения.

План «А» был прост. Мы предполагали, что наше численное превосходство будет значительным и никаких проблем с захватом кирпичного завода не предвидится. Вот только вся эта ситуация являлась прекрасной возможностью потренировать штурм с ходу. То есть без предварительной артподготовки и устрашения. Иногда это просто необходимо, а практики в подобном у нас пока не было. Да, негуманно, но к чему — к чему, а к гуманности текущая обстановка вообще не располагала. Когда, если не сейчас? И против кого, если не против бандитов из диких земель?

— Ваше сиятельство! — высунулся из моего внедорожника Коля. — Савино вызывает!

— Иду.

Я запрыгнул в машину и захлопнул дверь.

— Слушаю.

— Срочное сообщение от Свята, — проговорил динамик голосом Виктора Харитоновича.

Уже по тону полковника стало понятно, что новость далеко не лучшая, а по мере того, как он докладывал, моё настроение становилось всё хуже и хуже.

— Твою мать, — процедил я сквозь зубы, когда Виктор Харитонович закончил доклад.

— Свят запрашивает подкрепление для проведения диверсионной операции по уничтожению этих летающих штук.

— Это надо сделать так, чтобы не засветить наши возможности, — напомнил я.

— Мы понимаем, Дмитрий Николаевич. Я уже накидал примерный план, но нужно начинать прямо сейчас. Пока подкрепление доедет, пока мы всё сделаем, они приблизятся ещё больше, и мы можем не успеть устроить им основную ловушку.

— Хорошо, начинайте! Как закончу здесь, рвану назад.

— Ваше сиятельство, — снова заговорил полковник. — Ещё я считаю, что нужно сообщить нижегородским властям о том, что мы узнали. Кстати, около часа назад стала поступать противоречивая информация о повсеместных атаках пермяков.

— Этого ещё не хватало… — выдохнул я. — Ладно, я сейчас как раз рядом с ретранслятором, сам свяжусь с ними.

Едва связь прервалась, я набрал полковника Севастьянова, и, к моему огромному облегчению, он ответил сразу же.

— Как раз собирался с вами связываться, Дмитрий Николаевич, — пробасил военный. — Я уже прибыл в Усмань. Но, боюсь, сегодня войска привести не смогу.

— Да они и не нужны сегодня, Руслан Олегович, — проговорил я. — Тут пока всё спокойно, а враги далеко. Давайте завтра, после обеда, но вызвал я вас по другому и куда более важному поводу.

— Слушаю вас, Дмитрий Николаевич.

— У нас произошло первое столкновение с идущими к нам войсками князя Сергея Ярого. Как мы и подозревали, они снабжены передовыми пермскими технологиями. В том числе некими летающими разведплатформами. Диаметр полтора метра, предположительно, работают на средних жемчужинах. Они точно способны выдерживать вес минимум одного бойца с экипировкой и поднимаются на большую высоту. Если смотреть на них снизу, похожи на птиц.

— Это очень ценная информация, — медленно произнёс полковник. — Но, к сожалению, она запоздала. Мы уже узнаем об этих штуках.

— Да? — На меня накатила волна раздражения, и я не сдержался: — Могли бы и сообщить об этом.

— Сообщили бы, ваше сиятельство, вот только узнали мы об этом… — Полковник сделал паузу, очевидно, решая, стоит мне говорить или нет, а потом глубоко вздохнул. — Ладно, всё равно вы скоро узнаете. Два часа назад Ижевск подвергся массированной бомбардировке с этих самых штук. Их прилетело не меньше пятисот. Сильно пострадала стена и наша защитная артиллерия. А потом начался штурм. На данный момент бои идут уже в городе. Одновременно с этим были атаки на Орёл и Тверь, но по всему выходит, что там, скорее, был отвлекающий манёвр, и в основном использовались силы диких князей. Свои же основные войска пермяки бросили именно на ижевское направление, и одновременно большой флот прибыл по Каме, и в Набережных Челнах высадилось ещё не меньше пятидесяти тысяч человек.

— То есть мы потеряли два города? — уточнил я.

— Дмитрий Николаевич, я и так сказал больше, чем должен был, — мрачно заметил полковник. — Собственно, поэтому жду приказа из центра, и, возможно, мне придётся вести людей не к вам, а в другую сторону.

— Вас понял, Руслан Олегович, — медленно проговорил я. — Тогда хотел бы отметить, что люди мне и не нужны особо. Для меня более важна артиллерия.

— Хорошо, Дмитрий Николаевич, мы учтём это. До связи.

Раздался щелчок, связь оборвалась. Я открыл окно, и ко мне тут же подошёл Влад.

— Мы готовы выезжать, ваше сиятельство.

— Тогда вперёд! — кивнул я и откинулся на сиденье.

Итак, горячая фаза войны между Нижегородской и Пермской империями началась.

Если я правильно понял Севастьянова, все эти предательства князей и блуждания вокруг Нижегородской империи были отвлекающим манёвром, чтобы растянуть силы, а атака пошла оттуда, откуда изначально и должна была, со стороны Ижевска — чрезвычайно ценного города, при этом ближе всего расположенного к самой Перми.

Похоже, именно эта крепость на пару с Набережными Челнами скоро станет плацдармом для дальнейшего продвижения пермских войск. А с остальных сторон будут давить дикие князья, оттягивая туда ресурсы обороняющихся и ослабляя их…

Мотор взревел, и, отвлекая меня от мыслей, мимо всё быстрее замелькали деревья.

Ладно, подумаю о стратегическом положении позже. Сейчас же, после новостей от Свята, исход сражения с Сергеем Ярым не выглядел столь очевидным, и в свете этого срочное наращивание производства кирпичей становилось жизненно необходимым.

Глава 21

Откровенно говоря, полноценной тренировки не получилось: едва колонна нашей техники появилась в зоне видимости, «Волки» тут же ломанулись в противоположную сторону.

Нет, мы, конечно, отработали и правильный выход на позиции, и стрельбу из катапульт чёрными кристаллами в мешках, но даже не стали их активировать. Ведь когда первый тяжёлый грузовик протаранил ворота и влетел на территорию кирпичного завода, бандиты уже снесли дальнюю от нас часть забора и бежали в сторону леса. Ну и ладно, зато сэкономили на боеприпасах.

— Влад! — вызвал я гвардейца.

— Слушаю!

— Отдай приказ тем нашим, что сидят в лесу, пусть не трогают убегающих. Раз уж обошлось без единого трупа, пусть так и останется.

— Принял, ваше сиятельство.

Вероятно, если бы мы перебили всех этих гадов, мир бы стал чуточку лучше, но, с другой стороны, никогда не знаешь, чего ждать в будущем. Раз между нами не пролилась кровь, может, ещё подвернётся возможность использовать этих хмырей против других.

Машины быстро рассредоточились по территории завода, и выскочившие из них бойцы заняли позиции в оцеплении. А приехавшие с нами многочисленные техники влетели в цеха и, как муравьи, облепив уже остановленное оборудование, принялись его демонтировать.

— Какая вероятность, что «Волки» вернутся? — обратился я к подбежавшему ко мне Владу.

— Минимальная, ваше сиятельство, — пожал плечами главный гвардеец. — Даже если они вызвали подкрепление после визита Васильича, то сейчас, скорее всего, дали отбой.

— Тоже так думаю, — кивнул я. — Тогда смотри: сейчас берём три машины и едем назад к ретранслятору, где недавно стояли. Когда мы с тобой обсудим все вопросы, ты вернёшься сюда и будешь контролировать процесс.

По лицу Влада было понятно, что он не понял, к чему всё это, но спорить, разумеется, не стал. Он быстро отдал распоряжения и вскоре расположился на заднем сиденье внедорожника.

— Едем назад, — скомандовал я сидящему за рулём Коле.

— Скорость? — уточнил он.

— Средняя, гнать будем потом.

— Понял.

Внедорожник тронулся, а я установил звуконепроницаемое поле, которое отделило нас в том числе и от водителя, и дополнительно задёрнул плотную шторку.

Влад терпеливо и спокойно следил за моими манипуляциями и молча ждал.

— Гензо, давай, — скомандовал я.

В следующую секунду между мной и гвардейцем на заднем сиденье появилось уменьшенное изображение подвала усадьбы в Савино, где между кристаллами сидели белая туманная лиса, лохматая бутылка, а рядом с ними прямо на полу с цветочком в зубах лежала Эби. Кроме изображения, Гензо также транслировал и звук, то есть хранители слышали нас, а мы их.

— В общем, слушай, — повернулся я к Владу и для начала рассказал ему о том, что недавно узнал от Виктора Харитоновича и Руслана Олеговича.

— У врага есть летающий флот, — вычленил основную мысль гвардеец.

— Да, именно он меня и беспокоит, — кивнул я. — Пока мы ехали к кирпичному заводу, я только об этом и думал. Во что бы то ни стало всех сопровождающих армию Сергея Ярого летунов нужно уничтожить. И чем скорее, тем лучше.

— Я не уловил, сколько их у него и на какой высоте они летают, — заметил Влад.

— Да, я тоже не уловил, — развёл руками я. — Сейчас доедем до ретранслятора, свяжемся с Виктором Харитоновичем и…

— Зачем? — удивлённо спросила Акаи. — Я вам могу рассказать всё, что он знает.

— А я даже показать их разговор со Святом, — подпрыгнула лохматая бутылка.

— Точно! — Я чуть не хлопнул себя по лбу. — Давайте без визуала, просто краткую суть того, что видела группа Свята.

— Сначала их преследовали четыре круглые платформы. — Гензо и Акаи заговорили хором, но под тяжёлым взглядом призрачной лисы лохмач поник и замолчал. — В общем, платформы сопровождали отряд квадроциклов, но когда поняли, что не догоняют, и когда наши по ним начали стрелять, взлетели выше и отступили. Кроме этого Свят обнаружил ещё одну платформу, она взлетела и зависла над основными силами противника уже после начала атаки. Свят предполагает, что это пункт связи, позволяющий передавать информацию и приказы даже там, где действует искажающее поле диких кристаллов. То есть платформы-разведчики передают данные по рации той платформе, что висит над войсками, а оттуда с помощью мегафона орут вниз, предположим, координаты для миномётов. И дальше следует залп.

— То есть доподлинно известно о пяти летунах, — резюмировал я.

— Да. — Акаи кивнула и продолжила: — Четыре поднялись не меньше чем на три с половиной километра, и один из них продолжил преследование группы Свята, а остальные разлетелись, видимо, патрулировать и прикрывать основные силы с других сторон.

— То, что ребята видели только пять, вовсе не значит, что других нет, — заметил Влад.

— И именно это меня беспокоит. — Я задумчиво ковырнул ногтем кожаное сиденье. — Акаи, никто из них не появлялся рядом с Савино?

— Внутри трёх с половиной километров от усадьбы точно нет.

— Ты за небом тоже следишь?

— Хорошо, перефразирую для непонятливых, — фыркнула белая лиса и стукнула хвостом по полу пещеры. — В пределе сферы радиусом в три с половиной километра вокруг усадьбы точно нет. Всё, что появляется там, в том числе и под землёй, я сразу же замечаю.

— А вне пределов сферы смотришь?

— Ну, как тебе сказать… — Теперь в голосе Акаи зазвучала неуверенность. — За её переделами я вижу примерно на таком же расстоянии, как и вы. То есть если какая-нибудь хрень будет летать в километре, для меня она будет точно такой же чёрной точкой в небе, как и для вас. И таких чёрных точек я видела очень много. Но, что это: птицы, монстры или вражеские шпионы — я точно сказать не могу.

— Гензо, а ты рядом с Лос-Сантосом что-то видел?

— Да, я как Акаи, только слабее, — моргнул единственным глазом хранитель. — У неё три с половиной километра, а у меня зона веселья всего триста пятьдесят метров. А дальше всё то же самое, я смотрю и вижу чёрные точки. Это только рядом с тобой и кристаллом я могу перемещаться дальше и приближать картинку. Сейчас, если что, небо вокруг Лос-Сантоса чистое.

— Вокруг Савино тоже, — сообщила Акаи.

— Но это всё равно не значит, что они не прилетали раньше, — снова проговорил предусмотрительный Влад.

— Да, — кивнул я, переводя взгляд на мелькающие за окнами деревья, — но это точно значит, что они не подлетали к Савино близко. И если и видели что-то, то только через оптику. Но, если честно, я думаю, что они не успели.

— Почему? — удивился гвардеец.

— Потому что всю продвинутую технику Сергей Ярый точно получил прямо перед выходом к нам, и очень сомневаюсь, что пермяки выделили ему своих обученных пилотов. А это значит, что бандиты учатся всему на ходу. В прямом смысле на ходу: армия идёт через лес, а они летают над ней. А что ещё вероятнее, Ярый вообще получил установку не использовать платформы до атаки на Ижевск. Да! Уверен, что именно бомбардировка Ижевска и стала отправной точкой, когда все, кто получил летающие аппараты, смогли ими воспользоваться.

— Звучит логично, это как раз случилось примерно тогда, когда они атаковали Свята. — Влад провёл ладонью по гладковыбритому подбородку. — Но они могли не послушать пермяков и до этого ночью по-тихому запустить свои тарелки и поднять их очень высоко.

— Могли, — согласился я. — Но думаю, пока они ограничивались прикрытием своей армии и к нам не летали, а это значит, что совсем скоро прилетят.

— Виктор Харитонович именно так и подумал, — заговорила Акаи. — Собственно, он собирается спрятать где-то на возвышении группу наших самых лучших снайперов с улучшенными винтовками. И подловить врагов на подлёте.

— Да, это тоже была моя первая мысль, но это не сработает, — вздохнул я. — Пермяки не дураки и однозначно дали рекомендацию летать очень высоко. Надо учитывать, что нам предстоит стрелять вверх, что здорово снизит эффективность даже улучшенных снайперских винтовок. Плюс к тому на платформах однозначно как минимум такие же защитные барьеры, как на квадроциклах, то есть бить надо кучно, точно и быстро. И даже при условии, что мы устроим засаду ночью и они спустятся ниже, в лучшем случае мы успеем сбить одну или две.

— Даже одна будет за счастье, — покачал головой Влад. — Единственная выгода такой засады — они станут более аккуратны и не будут спускать свои летающие тарелки вниз, что не позволит им в деталях рассмотреть то, что мы готовим.

— В деталях не позволит, а вот место нашей засады они точно вычислят. Поэтому надо действовать иначе. Собственно, для этого я вас и собрал. Первая задача хранителями, — я посмотрел на три миниатюрных фигурки, — с этой секунды вам стоит уделять больше внимания воздушному пространству и через какого-нибудь посвящённого в Савино и в Лос-Сантосе передавать информацию обо всех чёрных точках специальному человеку с телескопом, и он будет проверять, птицы это или враги.

— Повелитель, я могу создать летунов, — вытащив цветок изо рта и приподнимаясь на локте, произнесла Эби, — ласточек, например. Они будут патрулировать.

— Или комаров, — хихикнул Гензо.

— Вообще-то, я именно создание летунов и тренирую в последнее время, — смерив лохмача презрительным взглядом, проговорила черноволосая хранительница.

— Ты сможешь видеть глазами этих ласточек? — уточнил я.

— Нет, повелитель, пока нет. Но я смогу дать им задание, предположим, патрулировать на расстоянии нескольких километров от Лос-Сантоса. А они, если увидят то, что мне нужно, сообщат об этом.

— Хорошо, делай и через Гензо тоже завяжи это на того человека, который будет передавать указания смотрящему. А теперь тебе. — Я повернулся к Владу. — Наш красивый изначальный план, похоже, накрывается медным тазом. Я перебрал все варианты, но не могу придумать, как перебить платформы, не раскрывая часть наших возможностей. А если мы их раскроем, Ярый подготовится, и наша основная западня не будет столь эффективной. Поэтому слушай новый план и ищи в нём слабые места.

— Слушаю, ваше сиятельство, — кивнул главный гвардеец.

Следующие пять минут я вещал, а Влад, к моему удивлению, энергично кивал.

— Звучит хорошо, Дмитрий Николаевич, — кивнул он, когда я закончил. — Только у нас нет столько взрывчатки.

— Этот вопрос я решу. — Я посмотрел вперёд и увидел появившуюся вдали вышку ретранслятора. — Гензо, убирай иллюзии, следующая связь, после того как я закончу переговоры.

— Понял.

Хранители исчезли, а я снова повернулся к гвардейцу:

— Какие ещё навскидку слабые места плана?

— Нет подготовленной к спонтанной операции группы.

— Есть группа Свята, — усмехнулся я.

— Рыбак высоты боится.

— Зато он любит приключения.

— Тогда больше серьёзных проблем не вижу.

— Отлично. Возвращайся на завод и будь на связи. Я переговорю с Виктором Харитоновичем и Фениксом и, может быть, снова свяжусь с тобой.

— Есть!

Внедорожник остановился. Влад пересел и умчался назад к кирпичному заводу, а я устроился на переднем сиденье и врубил рацию.

— Граф Акулов Севастьянову.

По счастью, полковник и в этот раз отозвался быстро.

— Слушаю, Дмитрий Николаевич.

— Руслан Олегович, а вы уже в Усмани? — спросил я.

— Скоро будем заезжать в ворота.

— У меня к вам очень серьёзный короткий разговор, но только не по рации. И он настолько срочный, что я очень бы просил вас, Руслан Олегович, если у вас нет неотложных дел, выдвинуться мне навстречу.

— Приехать в Савино?

— Нет, я буду ехать вдоль границы диких земель из Тамбовской области в сторону Савино. Одну секундочку. — Я открыл бардачок и раскрыл карту. — Если вы через два часа будете в районе деревни Вишнёвки то, уверяю вас, не пожалеете.

— Выдвигаюсь туда, — ответил полковник, и связь оборвалась.

* * *

— Признаться, Дмитрий Николаевич, эти два часа точно входят в десятку самых нервных в моей жизни, — пожимая мне руку, заявил полковник Севастьянов. — Очень уж вы меня заинтриговали.

— Немного осталось, Руслан Олегович, — улыбнулся я. — Давайте отойдём в сторонку.

Два наших и три внедорожника военных остановились на обочине просёлочной дороги рядом с небольшим лесом.

Мы с полковником отошли и установили защитный барьер.

— А вы не боитесь ездить с такой маленькой охраной? — спросил Севастьянов.

— Боюсь, но вариантов нет, Руслан Олегович. — Я развёл руками. — Позвольте, сначала задать вопрос: много ли этих летающих штук, с которых сегодня бомбили Ижевск, удалось захватить?

— Понятия не имею, ваше сиятельство, но допускаю, что ни одной. Они тоже оснащены механизмом ликвидации.

— Хорошо, тогда второй вопрос. Хочет ли империя получить такую штуку в целости и в рабочем состоянии?

— Безусловно, — резко кивнул полковник. — Только боюсь, тут не так просто, как с квадроциклами. Техника очевидно более сложная, и, скорее всего, все объекты, не вернувшиеся на базу в срок, дистанционно или по таймеру уничтожаются.

— Перефразирую, — усмехнулся я. — Насколько сильно империя хочет получить образец этого устройства в рабочем состоянии с обезвреженным механизмом самоуничтожения? В том числе дистанционного.

— Очень хочет, Дмитрий Николаевич! — И без того серьёзное лицо Севастьянова стало каменным, а его пронзительные серые глаза будто сверлили меня насквозь. — У вас такой есть?

— Пока нет. — Я ковырнул носком ботинка сухую землю. — Но, как я вам и говорил, у идущей к нам армии они есть. Как минимум пять, и сегодня я планирую их захватить. Но! Для успешной обороны Савино и Лос-Сантоса мне нужно очень много взрывчатки, и суть моего предложения в том, что вы мне её даёте в обмен на работающую и обезвреженную летающую платформу. Много взрывчатки. Можно снаряды, можно гранаты, все что угодно, мои техники сами всё сделают.

— Хм… — Севастьянов наконец прекратил попытки прожечь во мне дыру и поднял глаза к голубому небу. — А если наши потребуют всю захваченную технику?

— Если пропорционально увеличится количество взрывчатки, я готов отдать всё. Но ещё раз говорю, мы точно не знаем, сколько её, и, сами понимаете, противник мне просто так её не отдаст. Поэтому доподлинно, сколько захвачу целых, я не знаю.

— Это понятно. — Полковник снова замолчал. — Хорошо, давайте так. Мы оба понимаем, что наш разговор должен оставаться в секрете. А также знаем, что у пермяков есть шпионы. Боюсь, что в нынешнем хаосе я не могу гарантировать полную секретность. Поэтому предлагаю пока ограничиться двусторонней договорённостью. Все те боеприпасы для артиллерии, которые выделили вам в помощь, и ещё кое-что сверху я обещаю вам отдать в обмен на одну летающую платформу. И только когда вы мне подтвердите, что операция прошла успешно, пошлю запрос на дополнительное финансирование и выкуп остальной захваченной техники.

— Меня это полностью устраивает, — кивнул я.

— Могу я, как дополнительный аргумент, — продолжил Севастьянов, — сообщить нашим, что после этого вам больше не потребуется наша помощь? То, что я смогу увести войска на ту сторону Оки, станет дополнительным аргументом для моего начальства.

«А вот это ещё лучше», — подумал я, но вслух говорить, естественно, не стал.

— Да, можете.

— Что ж… — Полковник глубоко вздохнул. — Многое бы отдал за то, чтобы поучаствовать в вашей операции по захвату платформы. Надеюсь, что вы мне когда-нибудь о ней в подробностях расскажете.

— Когда-нибудь обязательно, — улыбнулся я. — Спасибо, Руслан Олегович.

— Пока не за что. — Полковник снова неодобрительно посмотрел на мои два внедорожника. — Давайте хотя бы ту часть пути, что нам по дороге, мы вас сопроводим.

— Не буду отказываться.

Мы обменялись рукопожатиями, расселись по машинам и рванули в сторону Савино.

* * *

В саму деревню не стали даже заезжать. Все нужные переговоры были проведены по дороге, также прямо на ходу я перекусил, а точнее, плотно пообедал. Из машины вылез на берегу Воронежа, рядом с Верхними Буграми, пересел на лодку, а как только переправился, запрыгнул на ожидающий меня квадроцикл.

Первый савинский бомбардировщик стоял на той же самой лесной поляне, что и вчера, а гвардейцы заканчивали раскладывать на нём увесистые мешки.

Едва я слез с байка, ко мне твёрдым шагом подошёл явно недовольный Виктор Харитонович.

— Ваше сиятельство, можно вас на пару слов? — проговорил он.

— Можно, — кивнул я, отлично понимая, о чём он будет говорить. — Только отпустите всех, кроме членов моей личной дружины.

Полковник распорядился, и вскоре мы остались наедине, а от случайных гостей из леса нас прикрывали только те ребята, что были в курсе происходящего.

Похоже, пришла пора увеличить количество этих людей ещё на одного.

— Дмитрий Николаевич, — возбуждённо начал полковник. — Я отлично знаю, что значит секретность. Более того, я доверяю вам так, как не доверял до этого никому. Но и вы меня поймите, я отвечаю за тысячи жизней и не вижу других путей, кроме как ловить летающие платформы врага с помощью снайперов. Даже на этой доске вы ничего не сможете с ними сделать, так как они меньше и более манёвренны. А самое главное, вы раскроете наш потенциал — бомбометание не принесёт никакой пользы, если его будут ждать.

— Виктор Харитонович, — проговорил я максимально мягко и положил ладонь на плечо полковника. — Я понимаю ваши сомнения и, если вы дадите мне пару минут, развею их.

Я зашёл на специально оставленное для меня место в центре шестиметровой доски и взял пульт дистанционного управления.

— Смотрите!

Я тронул рычажок, взлетел метров на восемь и исчез с глаз полковника.

Мужчина вздрогнул, его челюсть отвисла, а рука легла на кобуру. Я сделал полукруг и оказался за его спиной. Правда, шум он всё равно услышал и обернулся. Гензо снова сделал меня видимым, и я посадил доску на землю.

— В общем, Виктор Харитонович, дело такое, — заговорил я, подходя к продолжающему ошеломлённо таращиться на меня полковнику и устанавливая вокруг нас звуконепроницаемое поле. — Я обещаю, как только у нас появится лишних полчаса, рассказать вам всё. Сейчас просто нет времени, и поэтому даю только базовую информацию. Готовы?

— Да! — едва не крикнул вояка.

— Кроме стихийной магии, есть ещё несколько типов, и один из них позволяет творить иллюзии. Именно благодаря ему мы можем следить за врагами на расстоянии, а ещё делать вот такое…

«Гензо, покажи».

Я выставил ладонь, и на ней тут же появилась моя маленькая копия.

— Минуту назад с помощью иллюзии неба от вашего взгляда я скрыл бомбардировщик, а сегодня ночью планирую уничтожить, а точнее, захватить все вражеские летательные аппараты… ну а потом использовать это.

Я показал на многочисленные погруженные на летающую доску мешки.

— Как такое возможно? — выдохнул все ещё бледный вояка.

— Магия, говорю же, — пожал плечами я. — Что мы ещё умеем, я расскажу в самое ближайшее время. Скорее всего, утром.

— Я понял, ваше сиятельство. — Виктор Харитонович тряхнул головой и, к моему большому удивлению, уже через десять секунд задал правильный вопрос: — Но, если вы используете всю эту взрывчатку, у нас не хватит на основную засаду.

— При хороших раскладах завтра нам дадут новую, — пояснил я. — Так что продолжайте подготовку к главной операции с учётом, что взрывчатка у нас есть, а летунов у врагов нет. Скорее всего, до завтра на связь я не выйду. Влад тоже занят. Так что всё на вас. Вы, кстати, организовали наблюдательный пункт, чтобы следить за небом?

— Так точно!

«Гензо, появись!»

На моём плече появилась лохматая бутылка.

«Нет, давай какой-нибудь другой облик, поменьше».

Хранитель превратился в муху.

«Да блин! Так, чтобы стало понятно, что это ты!»

Гензо снова сменил облик и стал пятисантиметровой маленькой феей с четырьмя крылышками, в коротенькой зелёной юбочке. В руке фея держала крошечную волшебную палочку.

«Пусть так», — выдохнул я и снова заговорил с ошалевшим полковником:

— Если вот это существо прилетит к вам и скажет: «Дмитрий Николаевич передал то-то» или «смотрите в небо там-то», или ещё что-то подобного рода, — верьте ей.

— Мне кажется, двадцати минут объяснений нам не хватит, — пробормотал полковник. — А ещё мне кажется, что тут без пол-литра вообще не разобраться.

— Будет вам литр после победы, — рассмеялся я. — В общем, вот это ретранслятор моих мыслей и команд. Если хотите, он будет появляться в виде маленького меня.

— Нет, пусть лучше так, — махнул рукой Виктор Харитонович. — Я всё понял… почти…

— Ещё вопросы есть?

— Никак нет! — Полковник вытянулся в струнку, после чего протянул мне карту. — Вот эту точку мы согласовали при последней связи со Святом. Они будут ждать вас там. Вам точно не нужна поддержка?

— Нет, киньте все ресурсы на укрепление Лос-Сантоса и Савино. И помните, что сегодня шпионы ещё могут подлететь. Вряд ли близко, но всё равно с помощью оптики могут увидеть многое. Поэтому не делайте ничего, что подсказало бы им план нашей обороны. Этим займёмся, когда лишим их разведчиков.

— Вас понял, Дмитрий Николаевич.

— Тогда я полетел.

Я снова встал на платформу и, убедившись, что мешки надёжно закреплены, направил её в небо.

Полетел тем же маршрутом, что и вчера, но даже за это время всё здорово изменилось — лос-сантоское ответвление дороги жизни было полностью закончено. По стометровой в ширину просеке один за другим ездили грузовики и телеги, гружёные кирпичом, цементом и прочими нужными на укрепление города материалами.

Сами же стены Лос-Сантоса облепили как сталкеры, так и прибывшие из Савино мастера.

Да, к тому моменту, как придут враги, крепость станет по-настоящему мощной. Но всё равно, если их не ослабить, штурм обойдётся нам очень дорого. Это непозволительно.

— Гензо, как там?

— Полная маскировка.

— Тогда погнали.

Я поднял бомбардировщик высоко в небо и, щурясь от клонящегося к горизонту солнца, направил его в сторону ждущего меня отряда. Сегодня ночью нам предстояло веселье!

Конец восьмой книги.

Продолжение тут: https://author.today/work/409907

Благодарю вас за то, что вы со мной и читаете мои книги! И хочу выразить отдельную благодарность за ваши лайки, награды и комментарии — они очень мотивируют.

Приятного чтения!)

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Как я строил магическую империю 8

Content

Как я строил магическую империю 8

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Nota bene