Чернявская Юлия Вячеславовна

Оборотный Петербург 2. Счастье для вампира

Антон отстраненно следил за суматохой в квартире. Гошка уже с собранной сумкой нервно переминался с ноги на ногу у двери, вертя на пальце ключи от взятой в училище машины. Алина спешно запихивала в чемодан то, что еще вчера казалось не нужным, а сегодня стало жизненно необходимым. Хотя уезжала не далеко – всего-то в училище в области. И отец мог в любой момент привезти все, что оказалось или забыто, или не поместилось в сумку. Или попросить его друга, Вадима, который не так давно устроился туда работать.

– Ладно, пап, ты без нас не скучай, – дочь, наконец, к радости брата выкатила чемодан. – Обещаю звонить каждый вечер.

– Гош, присмотри за сестрой, – привычно повторил Антон.

Сын только козырнул, после чего подхватил чемодан и направился вниз. Антон обнял дочь.

– Слушайся брата, – наставительно произнес мужчина. – Если будут вопросы или возникнут проблемы – обращайся к Вадиму.

– Хорошо пап, – было видно, что девушке все эти наставления уже надоели, но она не спешила прерывать отца. – Ты тоже звони, если что. И Танюшу свою сильно не распускай, а то она уже прикидывает, будешь ты ее кусать, или так жить станете.

– Что? – удивился Антон.

– То самое, – в двери снова замаячил вернувшийся сын. – Алин, опаздываем. Вадим сказал, что мы в три должны быть, а мне еще тачку сдавать в гараж.

– Хорошо, – девушка вздохнула, потом попыталась улыбнуться. В свете лампы блеснули удлинившиеся клыки – признак того, что она не могла сдержать эмоции. – Пока пап. Вечером позвоню.

Антон еще раз обнял дочь, потом сына. Постоял на лестнице, слушая, как спускается лифт, потом закрыл дверь и прошел к окну, успел увидеть, как машина детей вырулила со двора.

Почти сразу зазвонил телефон.

– Да. Ага. Подсматриваешь? Хорошо, спускаюсь.

Усмехнувшись, вампир закрыл дверь и пошел к соседу снизу.

Юрка накануне отвез жену к сестре за город и на ближайшие пару недель был предоставлен сам себе. Оксанка, порадовав своего мужа уже вторым ребенком, на этот раз дочерью, на сентябрь перебралась на дачу, пользуясь погожими деньками и соседством с братом Вадима. И, судя по всему, как минимум до морозов не планировала возвращаться обратно. Сережка души не чаял в младших брате и сестре, и до последнего не хотел уезжать от них, но мореходное училище, где он обучался, манило куда больше.

– Как там наш волк, – поинтересовался Антон, входя в квартиру приятеля.

– Который? – уточнил опер. – Морской или сухопутный?

Вампир засмеялся. Вот уж точно было подмечено разделение внутри семьи. Вадима руководство умудрилось в рамках повышения квалификации затолкать на переподготовку по педагогической части, и теперь волку ничего не оставалось, как преподавать в специально созданном учебном заведении для видовых меньшинств, которых, по идее, не существует. Создавалось оно на самом высоком уровне, знали о ней президент, премьер и ряд лиц в министерстве обороны. Проект был пилотным, позднее планировалось создание еще нескольких подобных академий по регионам. Специалистов подбирали тоже основательно, зато теперь у оборотней, вампиров и других нелюдей было свое образовательное учреждение. Раньше о таком можно было только мечтать, но теперь у Антона уже дочь туда поступила. Причем, как и брат, пошла по военной части. Гражданские специальности ее не заинтересовали.

– А оба.

– Морской с трудом отправился на учебу. И то потому, что брат его больше как большую лошадку воспринимает. И это мелкая еще не подросла. Она им обоим жару задаст. Сухопутный и вовсе от своих девочек с трудом уехал, – за разговорами опер быстро расставил чашки, достал чай, сахар, банку варенья, рядом на тарелке пристроил хлеб и булку. Пусть жена ругается, что есть вазочки, она ничего не понимает, из банки вкуснее. – Вот не ожидал, что наш волк после рождения дочки станет лабрадором.

– Это он с домашними лабрадор, – вампир взял кусок хлеба, положил на него варенья. – Ммм… Анжелика кудесница. Так вот, это рядом с твоей сестрой и детьми Вадим таким пушистым и безобидным становится. А если кто-то в их сторону хотя бы посмотреть косо рискнет – порвет на британский флаг и сделает вид, что так и было изначально. А начальство его отмажет.

– Скажи лучше, зять, – хмыкнул Юрка, прикидывая, можно ли уместить на куске булки еще одну ягодку или оставить для другого бутерброда. После мучительного размышления просто отправил ее в рот. – Сам-то чем заняться думаешь, пока спиногрызов нет.

– Сам, – Антон дожевал свой бутерброд и задумался. – Сначала Татьяне разгон устрою, а потом, надо полагать, буду искать новую секретаршу.

– Ну, наконец-то решился. Я тебе сколько лет говорю, гони ты эту фанатку «Сумерек». Ты для нее второй Эдвард или как там его звали, только на наш, российский, манер. Типа укусишь, обратишь, и будет она бессмертной и прекрасной вампиршей. С учетом того, что никто никого не кусает, и вообще все сложно, ей большой облом будет.

– Синицын, ты что, ее на полиграфе проверял, что ей надо?

– И проверять не надо. Это она от тебя книги прячет, а я, как ни приду, – то «Сумерки», то еще какая-то ерунда в том же духе. Начиталась книжек и живет в каком-то своем мире. Вон, у меня знакомому хорошему нужна девушка на телефон, чтобы от вампиров не шарахалась, при виде домовых в обморок не падала, при этом и в дела сильно не вникала.

– Закатай губу, приятель, – Антон умял второй бутерброд, после чего отправил несколько ягод в чашку. – Пусть ждет. Мне секретарша тоже пока нужна, – как специально в этот момент у вампира зазвонил телефон. – Слушаю, Танечка. Что случилось? Да, знаю такого, соедини. Да, слушаю. Записываю.

Юрий только покачал головой. Блондинка словно подслушивала их разговор. Между тем Антон достал из кармана джинсов потрепанный блокнот и огрызок карандаша и начал записывать информацию. Закончив разговор, вампир отключил телефон, потом с минуту смотрел на запись.

– Юр, – не отводя глаз от листка, произнес он, – не в службу, а в дружбу, пробей мне все на одного предпринимателя. Тут клиент один, весьма серьезный человек, попросил на него найти все, что можно. Говорит, человек тухлый, вроде как фирма легальная, производство лекарств, но результат сомнительный.

– Ого, – милиционер посмотрел на имя клиента и название фирмы. – А что это к тебе обращаются, а не в компетентные органы.

– Обращался. Были проверки, но ничего не нашли. Оборудование современное, все лицензии в порядке, на предприятии стерильная чистота, налоги платит, лучшее сырье закупает. В общем, идеальный предприниматель. Но уже вторая партия от него идет как будто пустышки. Вот и просят разобраться.

– И что ты делать будешь?

– Пока не знаю, – Антон вздохнул, после чего поднялся. – Ладно, адрес есть, скатаюсь, посмотрю, а там буду думать.

– Будь осторожен, – мужчины поднялись, и Юрий пошел провожать соседа. – А то меня твои детки пустят в расход, а Лика еще и помогать им будет.

– Ничего, капитан, прорвемся, – Антон усмехнулся, после чего пожал руку оперу и пошел к лифту нарочито беззаботной походкой. Синицын только фыркнул вслед позеру, прежде чем закрыть дверь. Оба чувствовали, что дело будет нечисто.

Антон успел съездить на место, осмотреться снаружи, заглянуть в аптеку при фабрике и приобрести там упаковку анальгина, пару бинтов и лейкопластырь, построить глаза скучающей девушке, сетовавшей, что место у них не самое ходовое, редко кто заходит. Потом, якобы вспомнив, поинтересовался, если что от кашля, выложил энную сумму за упаковку таблеток, которые производились на самой фабрике. Распрощался с девушкой и покинул заведение. Отъехав на расстояние, изучил покупки. На первый взгляд, все в порядке. Но таблетки стоит отдать знакомым химикам. Правда, вампир не сомневался, что с ними все будет в порядке. Дело было в чем-то другом. Но в чем?

Запиликал на свободном сидении телефон – дочь выполняла обещание. Антон выслушал все ее новости, пообещал поливать кактус, обязался привезти все по списку, который Алина скинула ему на почту, привычно проигнорировал жалобы на брата. Все как всегда, с той лишь разницей, что дочь не на дачу к Вадиму и Оксане отправлял, а учиться.

После общения с дочерью мужчина понял, что проголодался. В последний раз он ел бутерброды у Юрки. И какое бы шикарное варенье не готовила его жена, это было давно. Значит, надо поискать приличную забегаловку. То, что вампирам на самом деле кровь нужна не каждый день, не означало, что они вообще обходятся без пищи. Еще как не обходятся. Энергия нужна. Другое дело, что обоняние позволяло на подходе определять, стоит заходить в тот или иной пункт общественного питания, или лучше купить батон в ближайшем магазине.

Приличное заведение нашлось достаточно близко, другое дело, что потом придется делать крюк – улочка оказалась с односторонним движением, другая сторона была закрыта на ремонт. Разумеется, всегда можно позвонить Юрке, тот отмажет, но злоупотреблять дружбой не хотелось. И так опер помогает с делами, когда это в его силах. Поэтому Антон запарковался рядом со входом и отправился ужинать.

За это время ему успел позвонить сын, нажаловаться на сестру, попросить подкинуть денег на телефон, потому что стипендия послезавтра, а он умудрился все потратить непостижимым образом, передать привет от Вадима и сообщить последние новости. Пообщавшись с сыном, мужчина поел. Потом снова ответил на звонок – Татьяна приглашала на ужин. Отвязаться от секретарши оказалось не просто. Узнав, что он уже поел, она стала зазывать начальника на чай, кофе, что-нибудь еще, все равно детей у него дома нет. А если Антон Евгеньевич по каким-то причинам не может подъехать к ней, то она сама вызовет такси и будет у него через час. Пришлось рыкнуть на секретаршу и пригрозить уволить, если она не угомониться. Подействовало, но детектив понял, что это ненадолго. Значит, придется искать новую девушку на ее место, а Татьяну как можно скорее передавать Юркиному знакомцу.

Пока Антон общался с сыном и секретаршей, незаметно стемнело. Бросив взгляд на часы, он заметил, что припозднился. Ведь собирался еще раз осмотреть местность вокруг фабрики, а заодно снять на камеру, благо в темноте не заметят, а ему хоть какая-то помощь будет. Мужчина быстро вырулил на дорогу, и, пользуясь тем, что в эти переулки редко заглядывают сотрудники ДПС, погнал по объездным улочкам в сторону фабрики. Но довольно скоро пришлось притормозить – дорога быстро испортилась, пришлось сбрасывать скорость, понимая, почему тут никогда не стоят товарищи с радарами. Помянув незлым емким словом дорожных работников, и тех, кто ими руководит, убедившись, что ни на дороге, ни на тротуаре никого нет, сыщик потянулся за камерой, а когда вновь бросил взгляд на дорогу – тут же ударил по тормозам. И все равно машина задела человека.

Бросив камеру, Антон поспешил на помощь пешеходу.

– Как вы? Все в порядке? – он помог пострадавшему подняться. – Вызвать скорую?

– Все хорошо, – прошелестел голос, а потом человек откинул капюшон, и мужчина смог разглядеть бледное усталое личико. – Это я виновата. Я не сильно вашу машину повредила?

– Нет, вообще ничего нет, – детектив только бросил взгляд на бампер, отмечая, что если там что и появилось, так пара царапин, которые он закрасит без всякого сервиса. Тем более, они с Владом все равно планировали на следующих выходных поваляться под его деткой, а то что-то тихо, но неприятно стучало.

– Это хорошо, – выдохнула девушка. – Не знаю, как бы я с вами расплачивалась.

Она пошатнулась, и Антон вновь поспешил поддержать ее.

– Может, все-таки показаться врачу?

– Нет, не могу. Я и так два дня пропустила на работе. Если не приду и сегодня, то меня уволят, – она закашлялась, и тонкое обоняние вампира уловило кровь.

– Да вам не работать, вам лечиться надо, – сорвалось у него.

– Лечиться? – грустно произнесла девушка. – На что? Я живу за городом, дом разваливается, мать… болеет. Вот и думай, на что деньги тратить: на еду, на жилье, на лекарства…

С этими словами незнакомка вырвала руку и побежала в сторону фабрики, которая так интересовала Антона. Но, не пройдя нескольких шагов, остановилась, согнулась в приступе кашля, потом и вовсе упала на асфальт.

Мужчина достал из машины воду, аптечку и подошел к ней. Девушка попыталась оттолкнуть его, но сил не хватало. Вампир заставил ее сделать несколько глотков, потом помог стереть кровь с лица.

– Сомневаюсь, что ты сможешь сегодня работать, – тихо произнес он.

Она промолчала, пытаясь отдышаться, рукавом стирая лившиеся из глаз слезы. Через какое-то время тихо прошептала:

– Теперь точно уволят.

– Ничего, что-нибудь придумаем, – попытался успокоить ее Антон.

– Как будто у тебя работа есть, – буркнула она.

– Есть, – спокойно ответил мужчина. – Мне секретарь нужен.

– Спать с тобой не буду.

– Знаешь, – он рывком поднял девушку на ноги, – я прежнюю секретаршу увольняю как раз потому, что она спит и видит себя в моей постели. Так что еще раз услышу нечто подобное, будешь искать работу сама. Если сможешь найти.

Чувствуй себя девушка лучше, она бы поклялась, что глаза мужчины полыхнули багровым огнем, но в тот момент она списала все на плохое самочувствие.

– Меня Антоном зовут, а тебя?

– Таня, – тихо произнесла девушка. Мужчина внутренне улыбнулся. Вот так совпадение, одну Татьяну на другую меняет, но вслух ничего говорить не стал.

– Давай отвезу тебя домой, – предложил он. Девушка кивнула, а в следующий момент потеряла сознание, и детектив только чудом успел подхватить ее.

Антон пытался привести девушку в сознание, но ничего не получалось. А нашатырного спирта, самого надежного средства, под рукой не было. Впрочем, мужчина понимал, что выбор у него не велик – везти девушку в больницу. В это время заиграл телефон.

– Слушаю, – ответил он, отмечая, что номер не знакомый.

– Антон, слушай и не задавай лишних вопросов, – узнал он голос Ажелики. – Я тут на тебя карты раскинула по Юркиной просьбе. Значит на сегодня у тебя дама червовая, да только дом казенный ее ждет, а в ближайшие месяцы потеря невосполнимая. Сама она путь свой выбрала, он ее в могилу ведет. Все от тебя зависеть будет. И запомни, и у тебя и у нее другого шанса уже не будет. Понял?

– Да, Ликусь, понял, ведьмочка ты наша, – а что тут не понять? Вот она, дама червовая на пассажирском сидении без сознания. Казенный дом тоже понятен – в больницу ее надо как можно скорее. А с потерей все серьезно? Можно как-то изменить?

– Увы, – ведьма вздохнула. – Только отсрочку небольшую дать можно. Там выбор тоже определен давно, развилка пройдена. Все, что ты можешь, помочь девушке с потерей ее смириться, и тут блага материальные еще идут какие-то, которые может упустить. С последним вопросом она без тебя не справится. Я так полагаю, все в бюрократию нашу упираться будет. Без шара я тебе ничего толком не скажу, а он в городе остался. Когда вернусь – загляну, буду точнее знать.

– Ладно, спасибо и на этом, – Мужчина пристегнул пассажирку, потом пристегнулся сам. – Поеду я, повезу эту даму в дом казенный.

– А, так ты ее уже нашел, – знакомые нотки любопытства зазвенели в голосе ведьмы. – И как она? Как зовут, сколько лет?

– Она у меня без сознания, – переключаясь на гарнитуру, начал давать отчет Антон, – симпатичная, но больная. Как зовут – не скажу.

– Смотри, я тебе еще припомню.

– Лик, от тебя лично у меня секретов нет. Но вот мужу твоему хочу сделать.

– А, тогда ладно, – Анжелика сменила гнев на милость. – Тут тебе от Ксюхи привет. И от мелких.

– И им привет, – в тон жене друга ответил вампир. – И спасибо за варенье. Очень вкусно.

– Пожалуйста, – рассмеялась Анжелика. – Девушку не обижай.

И отключилась. Антон покосился на пассажирку и принялся искать в записной книжке номер знакомого врача. Нажал на дозвон и медленно тронулся.

– Крестовоздвиженский слушает, – Антон улыбнулся приветствию. Фирменная фишка его старого знакомого называть фамилию. Знающие его люди и нелюди только смеялись, а вот новые знакомые от фамилии вампира впадали в ступор. Впрочем, на этот раз детективу было не до смеха. Он быстро обрисовывал врачу ситуацию, чтобы по приезде в клинику там уже знали, что делать.

Татьяна медленно приходила в сознание под тихий писк приборов. В воздухе витала странная смесь запахов, присущая только медицинским учреждениям. Больница? Не хотелось бы. Что ей там делать? Ничего нового не скажут, работать нельзя, на лекарства все равно денег нет. Она давно смирилась со своей участью.

– Тоха, вот что ты от меня хочешь? – услышала она голоса рядом с дверью. – Я врач, а не Господь. Да, я могу поставить эту девочку на ноги, но надолго ли? Через пару месяцев, благодаря городской сырости, она снова окажется в больнице. Да даже если ты обеспечишь ее всеми необходимыми лекарствами, этого мало. У тебя денег не хватит на такую благотворительность.

– Не надо мои деньги считать, док. Просто сделай, что можешь, – узнала она голос сбившего ее мужчины, Антона.

– Вот пьешь ты из меня кровь литрами просто, – буркнул врач.

– Не надо утрировать, – в голосе мужчины послышался смешок. – Если бы я ее у тебя пил, ты бы заметил.

– Да что я с тобой, кровососом спорю, – видимо врач, или кто он там был, признал свое поражение. – Что смогу – сделаю. Но новые легкие я девочке не поставлю.

– От кровососа слышу. И это уже моя проблема, – прозвучало в ответ. – Старейшины задолжали мне право. Если что, я им напомню.

Ответа то ли не последовало, то ли он был таким тихим, что Таня не услышала. После этого открылась дверь, и в палату вошел мужчина в белом халате. Бледный, словно никогда не был на воздухе, немного худощавого сложения, с длинными, собранными в хвост черными волосами. Девушке на миг показалось, что она попала в какой-то фильм, и на нее надвигается настоящий вампир. Но ведь их не существует. А, мало ли какие у этого человека пристрастия. Может, на досуге вампиров на ролевках отыгрывает.

– Доброе утро, Танюша. Я Игорь Григорьевич, твой лечащий врач. Как самочувствие? – поинтересовался этот «вампир». – Можете про свои диагнозы мне не рассказывать, нам аппаратура все показала во всех красках. А вот как вы себя прямо сейчас чувствуете?

– Прямо сейчас, – Татьяна задумалась. – Вроде как ничего. До непривычного неплохо, как ни странно.

– Это хорошо, – довольно улыбнулся врач. – Сейчас вам завтрак принесут, потом вашим лечением займемся. Если вам что-то нужно, то под дверью торчит мой старый знакомый, который вас сюда привез. Так что можете предоставить ему список необходимого, а пока он будет бегать по магазинам, вас ждет общение с врачами, в том числе и со мной. Договорились?

Девушка кивнула. Выбора все равно не было. Чтобы она ни услышала, понятно одно, сейчас ее подлечат, насколько это возможно, а дальше не проблемы врача.

– Привет, – в палату вошел мужчина, который сбил ее накануне. Тоже довольно бледный. Видимо перепугался, плюс ночью не смог толком отдохнуть. Короткие темно-русые, почти черные, волосы встрепаны. Смотрит внимательно, словно не уверен, что она цела и невредима, насколько это могло быть.

– Привет, – Таня тоже внимательно смотрела на мужчину. Кто знает, чего от него ожидать. Ночью работу предлагал, а сейчас передумает да еще заставит за ремонт машины платить. Ведь ясно же, что она или помяла или поцарапала что-нибудь. Не может иначе быть.

– Как себя чувствуешь?

– Лучше, – честно призналась девушка. – Неожиданно.

– Это хорошо, – он несмело улыбнулся. – Меня сейчас будут выгонять, так что быстро решай, что тебе надо.

– Ну, зубную щетку, пасту какую-нибудь не дорогую. Салфеток еще, – задумалась Татьяна. – Вроде все.

– Понял, – Антон услышал в коридоре шаги. – А также ряд женских мелочей, о которых ты не скажешь, что-нибудь почитать, или ты рукоделием занимаешься каким-то?

– Нет, с этим грустно. А почитать пару газеток можно.

– Понял, – кивнул мужчина и поднялся. – Я после тихого часа приду. Жди.

Дверь начала открываться, и детектив быстро поднялся.

– Уложился, – в палату вошел врач в сопровождении двух женщин. – Теперь иди, Антоха, гуляй, девушке купи все, что она просила, и кое-что в аптеке. Список на стойке у Ниночки возьмешь.

Мужчина только кивнул. Ниночка, как же. Нина Васильевна она, и никак иначе. Супруга врача. Обычный человек, связанный с ним ритуалом. Невысокая, чуть полненькая блондинка с кудряшками и кукольными синими глазами. Внешность обманчива. В клинике Ниночка второй человек. И то, смотря как смотреть. Нелюдей она строит так, что честь отдают и ходят как на параде.

Антон осторожно приблизился к стойке сестринской. Старшая сестра сидела и что-то отмечала на большом листе, расчерченном только ей понятными линиями.

– Доброго дня, – осторожно поздоровался детектив.

– А, это ты, – женщина покопалась в записях, после чего протянула ему листок. – Купишь своей красавице все это.

– Нина, а какие шансы? – осторожно поинтересовался мужчина.

– Шансы есть всегда, – бодро произнесла женщина, – но у девочки запущенный случай. Хотя, ты знаешь Игоря, он один из лучших, так что сделает все возможное. И все же нормальной жизни человеком у нее уже не будет. Нет, она сможет работать, учиться, все такое, но детей у нее не будет. Организм не справится. Так что думай, что в этом случае можно для нее сделать.

– Я тебя понял, – Антон убрал список в карман. – Буду к концу тихого часа с покупками.

Женщина только кивнула, возвращаясь к своему графику. Вампир понял, что все откровения закончены, дальше разговаривать придется только с врачом, и поспешил покинуть клинику, пока его не обвинили в медлительности.

Татьяна смотрела за окно. Вроде пока можно не переживать. Она успела позвонить домой, сообщить матери, что попала в больницу с приступом. О работе речи не шло. Понятное дело, с прежним местом можно было прощаться. Но, если этот странный парень не обманул, у нее будет новое место. Хорошо бы менее вредное для организма и лучше оплачиваемое. И если повезет, то она успеет сделать им с мамой новую квартиру вместо той развалюхи, в которой они живут. Больше девушка ни о чем не мечтала. Лишь надеялась, что тот барак, в котором они живут, не развалится раньше времени. Самого ценного там давно не было, семейные фотографии ей давно отсканировали, и она хранила их на флешке, а больше ничего и не осталось. Старую мебель было не жалко.

Девушка прикрыла глаза, пока есть возможность можно отдохнуть. Все равно больше пока заняться нечем. Кончено, можно было включить телевизор, вот только дома старый, еще с неведомых времен, чуть ли не от прабабушки, показывавший только два канала, по которым мать, будучи в адекватном состоянии, смотрела какие-то ток-шоу. Саму Таню телевизор не привлекал, что там смотреть, кроме новостей, она не представляла, а включать новости не хотелось.

Впрочем, поспать тоже не удалось. Едва девушка закрыла глаза, как в палату вошла медсестра. Надо было отправляться на обследования. Причем тот факт, что за нее взялись основательно, заставлял думать, будто привезший ее мужчина является важной шишкой. Хотя, что-то он говорил о своей работе, но что именно, Татьяна вспомнить не могла. Так что пришлось смириться и ждать.

Антон появился, как и обещал, после тихого часа. Девушка сидела у окна и смотрела на улицу. Ничего особенного там не было – обычный сквер при клинике, вот только девушке любоваться на потолок желания не было.

– Выглядишь неплохо, – улыбнулся мужчина и поставил на кровать большой пакет. – С этим потом разберешься. Я в ваших женских вещах не очень разбираюсь, поэтому взял, что обычно дочь заказывает. А вот это, – он опустил сумку на свободный стул и извлек из нее ноутбук, – твоя работа на ближайшие дни.

– Но я с компьютером не очень знакома, – забеспокоилась девушка.

– В школе-то учили чему-то?

– Учили, – Таня вздохнула. – Текст набрать, еще чему-то примитивному.

– Ну и отлично, – Антон воткнул в разъем мышь, колонки, потом подключил компьютер в розетку. – Включается вот этой кнопкой. Нажимай. – Девушка выполнила, что ей говорят. Когда компьютер включился, сыщик продолжил инструктаж. – Вот эта папка посреди экрана – то, что тебе надо делать. Заходишь в нее, запускаешь файл, читаешь название, потом создаешь папку с таким же названием, файл закрываешь, переименовываешь по дню, и убираешь в ту папку, потом следующий, – рассказывая, вампир показывал, что надо будет делать. – Все понятно? А то надоело копаться, что за Мила, Ника, Выезд, Гастролеры, да еще непонятно от какого числа.

– Да, – девушка мысленно выдохнула. Ничего заумного. С этим она еще справится. Остальное освоит постепенно, если время будет.

– Вот эти ярлычки, – показал на несколько картинок мужчина, – учебники и игрушки. Все равно ты тут на пару недель минимум задержишься. Быстро не выпишут, это тебе не городские больницы. Так что будет хоть какое-то разнообразие.

– А можно почитать, что за файлы? – поинтересовалась девушка.

– Конечно, – расплылся в довольной улыбке Антон. – Только не думай, что это бред сумасшедших. Просто прими за данность, что и такое бывает. Будешь работать в офисе – привыкнешь.

– Спасибо, – выдохнула девушка, после чего попробовала повторить действия мужчины с файлами. – Действительно, ничего сложного.

– Только ты сначала разбери, что к чему, а потом читай. А то с середины не интересно, – посоветовал мужчина. – Я побегу, а то придет старшая сестра, будет мне по мозгам, что тебя мучаю. Но я еще буду заходить.

– Спасибо, буду ждать тебя, – искренне произнесла девушка.

На этот раз Антон убежал окончательно. Таня встала, взяла свой пакет, разобрала принесенные мужчиной вещи. К тому моменту, как она закончила, щеки ее пылали. Антон не забыл ничего, хотя девушке было стыдно просить мужчину покупать ей все предметы личной гигиены. Помимо этого были вода, чай, баночка кофе, печенье, сахар, мыло, паста, одежда, причем пакет с ней Татьяна вскрывала заранее волнуясь. Но нет, мужчина умудрился угадать с ее размером, при этом подобрав вещи приличные.

– Вот как ему это удалось? – высказала мучивший ее вопрос вслух, девушка убрала одежду в тумбочку. Надо будет вечером ополоснуться в душе и сменить белье, в остальном пижама, выданная сестрой, оказалась очень удобной. Мягкой и приятной телу.

Размышления прервал приход сестры с лекарствами и капельницей. Пришлось оставить компьютер в покое и устраиваться на кровати. Девушка только и успела, что схватить кроссворды и карандаш. Хотелось бы книгу, но заставлять ждать девушку не хотелось. Поэтому оставалось расслабиться и коротать время с тем, что было. А заодно подумать, поскольку все было слишком неожиданно, но при этом оказывалось правдой.

В следующий раз Антон появился только на следующий день. Таня успела немного освоиться с принесенной им техникой, и даже начать что-то делать. Если сначала девушка думала, что справится с порученным заданием быстро, то почти сразу стало ясно, это не так просто, как кажется. И дело не в том, что все было запутано, сложно и невыполнимо. Она быстро разобралась, что материалы можно отсортировать по дате. Вот только было увлекательно читать содержимое. Правда, в какой-то момент Татьяна поймала себя на мысли, что это не отчет о делах, а наработки писателя по очередному детективу. Ну не может такого быть, чтобы то оборотни появлялись, то вампиры, то ведьмы или колдуны. Ерунда это все. И зачем ее работодатель детективом представлялся. Сказал бы, что мистические книги пишет, она бы все равно согласилась на работу. Просто потому, что на фабрику ей хода не было. Начальство намекало, что им совсем немощные не нужны. Теперь и вовсе уволят, а с тем, что она успела заработать, можно попрощаться. Никто ей этих денег не заплатит.

На этот раз Антон явился немного взъерошенным и явно уставшим. Но смотрел весело, перебросился парой шуточек с медсестрой, которая как раз выходила из палаты, после чего радостно улыбнулся девушке.

– Как самочувствие? – первым делом поинтересовался он.

– Как ни странно, лучше, – не стала скрывать девушка.

– И хорошо, – улыбка мужчины стала запредельная. Еще немного, и он будет напоминать клоуна. – Тогда собирайся?

– Куда? – не поняла девушка.

– Как куда, – удивился Антон. – Гулять. Тебе, между прочим, обязательно надо выходить на улицу.

– Тогда после обеда, а то Нина Васильевна ругаться будет, – покосилась на часы Татьяна. – Вот во время тихого часа разрешат, все равно я твои записи изучаю, вместо того, чтобы спать.

– И как успехи? – немного настороженно поинтересовался детектив.

– Интересно, – призналась девушка. – Ты писатель?

– Увы, – вампир пожал плечами. – Моя фантазия слишком бедна для этого.

– Я бы не сказала, – покосилась в сторону компьютера его подопечная. – У тебя такие отчеты, что любой фантаст-детективщик десять лет жизни отдаст, лишь бы заглянуть в эти файлы.

– Танюша, давай, я пока не буду тебе ничего рассказывать, просто разберись с ними, и ладно. Остальное, когда ты уже будешь нормально работать. И вспомни, что я говорил вчера по поводу этих файлов.

– Ничему не удивляться,– вздохнула, а после нахмурилась будущая секретарь. – Какие-то тайны?

– Не то, чтобы, просто пока разберись с этим всем, пожалуйста, – он посмотрел на нее умоляющим взглядом, чем очень напомнил небезызвестного Кота в сапогах.

– Ладно, – девушка вздохнула. – Но потом ты все расскажешь.

– Куда я денусь, тебе же потом со мной работать. Если некоторые не доведут до убийства.

Татьяна вопросительно посмотрела на мужчину, но тот только махнул рукой, мол, не бери в голову. Девушка решила так и поступить. Проблемы стоит решать по мере их поступления. Сейчас у нее одна задача – подлечиться насколько это возможно. Все остальное может подождать. Судя по тому, что говорят врачи, есть шансы, что после лечения она сможет нормально жить, учиться, найти работу. Ей не придется скрывать свое заболевание и соглашаться хоть на что-то, лишь бы им с матерью сводить концы с концами. Антон дал ей такую возможность, и она своего не упустит.

Дни пролетали незаметно. Антон то появлялся, притаскивал фрукты, сладости, то исчезал без предупреждения. Пару раз приезжала мать, проведать. Девушка выговаривала, что она себя не бережет, но было приятно видеть родного человека, и, что много важнее, видеть его в адекватном состоянии.

– Доченька, – каждый раз начинала разговор мать, – это ж сколько твое лечение стоить будет? Мы ж потом в жизни не расплатимся, даже если квартиру продадим.

– Разберемся, мам, – привычно отмахивалась Татьяна. Она уже попыталась заговорить об оплате и с Антоном, и с врачом, и даже со старшей сестрой, и каждый раз слышала в ответ, что это не ее дело. Ей надо думать о выздоровлении.

– Да когда же уже, – вздыхала каждый раз женщина.

– Ничего, отработаю, – отмахивалась ее дочь. – Не так, так этак.

Мать хмурилась, но молчала. Да и что можно было сказать, если внешний вид ребенка говорил сам за себя. Румяная, немного поправилась за те дни, что в больнице находится, кашля нет. Совесть тихо нашептывала, что женщина сама виновата в болезни дочери. И теперь не ей возмущаться, что ребенок нашел выход, пусть и не такой, на который она рассчитывала. От этого тихого шепотка хотелось спрятаться привычным методом, но она в очередной раз говорила себе, что должна держаться ради дочери. Ведь у нее получается. Самой, без всяких кодировок, гипнозов и прочих методов, которые тоже стоили немыслимых денег. Денег, которые зарабатывала дочь.

– Я тут на работу устроилась, – прервала женщина повисшую тишину. – Склад убираю. Трудно, конечно, но они платят. И обещали по трудовой оформить, если буду стараться.

Татьяна улыбнулась, но промолчала. Сколько уже таких работ было? И газеты мать разносила, и рекламу раздавала, и полы мыла, и улицы убирала. Хватало ее на месяц-два. Потом появлялись старые знакомые, предлагали отметить удачное трудоустройство, и отмечание затягивалось на неделю. В результате к тому моменту, как загулявшая сотрудница добиралась до места работы, на ее месте уже обнаруживался другой человек.

– Не веришь в меня, – вздохнула мать.

– Хочу, но ты же сама все прекрасно знаешь.

– Знаю, – не стала спорить та. – Но на этот раз все будет иначе. Ладно, поехала я. Как раз успею еще сериал посмотреть и на работу.

Таня проводила мать до проходной, а потом с тоской смотрела ей вслед. Было неприятно, что она не верит самому близкому человеку, вот только не получалось больше. Все закончилось так давно и глупо, дурацкой ссорой с отцом, который то ли не хотел, то ли не мог купить жене шубу. Таня была слишком мала тогда, чтобы что-то в этом понимать. Просто слышала, как мама кричит на папу, потом хлопнула дверью и ушла утешаться к подруге. Вернулась под утро, с трудом держась на ногах. Способ утешения так понравился, что она стала прибегать к нему при малейшей проблеме. Отец не выдержал и развелся. Суд почему-то оставил ребенка с матерью. Потом отца и вовсе не стало. Как сказали врачи – сердце не выдержало.

Татьяна с трудом закончила школу. Не потому, что не любила учиться, просто в той атмосфере, что творилась дома, это было практически невозможно. Тем не менее, аттестат ее был приличным. Вот только о дальнейшей учебе пришлось забыть. Уже тогда начинались проблемы со здоровьем, потому что от загулов родительницы приходилось спасаться, гуляя по улице. Несколько раз она попадалась милиции, ночевала в теплом отделении, поскольку ее уже хорошо знали. Утром участковый наведывался в квартиру, проводил очередную воспитательную беседу, но через какое-то время все начиналось заново. Сейчас девушка просто наслаждалась временем в клинике. Даже необходимые процедуры не воспринимались ею как что-то неприятное.

– О чем задумался, воробей, – окликнул ее довольный голос. – Если о мире во всем мире, то сразу тебя разочарую, гиблое это дело.

– Антон? – девушка с трудом узнала мужчину. Растрепанный, одежда в таком виде, словно он от стаи голодных собак убегал, только глаза светятся довольством.

– Ага! – он подхватил девушку и закружил ее в воздухе. – А я все-таки сделал их, воробей! Нереально было, но удалось!

– Что ты сделал? – не поняла Таня, когда ее поставили на землю. Голова немного кружилась, поэтому она крепко ухватилась за руку мужчины.

– Накрыл я ту лавочку, что мне приятель заказал, – Антон кратко ввел девушку в курс работы. – Ну и вчера поехал я к той фабрике, это рядом с местом нашей встречи, и тут вижу, грузовик въезжает. Какой может быть грузовик в два ночи? Решил я поближе подобраться. Смотрю – коробки грузят. В общем, сегодня фотографии отправил заказчику. Ну и своему другу. Думаю, этой ночью там уже ОМОН работать будет. Так что всех повяжут и отправят кого куда. Как я полагаю, мигрантов на родину, наших – за решетку, а дальше будет суд разбираться.

– А что за фабрика-то? – не поняла девушка.

– Да по производству лекарств.

– Что? – Татьяна почувствовала, что ей действительно плохо. Вот так поворот судьбы. Ведь еще недавно она и сама работала на этой фабрике.

– Таня, – встревожился Антон, заметив, как резко побледнела девушка. Он подвел ее к скамейке и заставил сесть. – Танюш, что случилось?

– Я на той фабрике работала, – выдохнула девушка. – В ночную смену как раз. Этикетки на бутылочки клеила или коробочки собирала. Больше ничего мне не доверяли, все-таки здоровье… – она махнула рукой. – Только у нас никто и не думал, что это незаконно. Подписывали контракты о трудоустройстве на бланках фирмы. Просто считалось, что у нас вторая смена.

– При этом никаких медкнижек у тебя не требовали? – уточнил Антон.

– У меня купленная была, – призналась Татьяна. – И справки я покупала об обследовании. Сам понимаешь, что бы мне написали, если бы я пошла врачей обходить. А работать надо было. Не помирать же с голоду.

– Понятно, – мужчина задумался. – А что за бланки фирмы? Можешь вспомнить, что на них было?

Девушка задумалась.

– Да самый простой, на листе бумаги. Распечатан на принтере. Мол, они такие-то и такие-то принимают на работу такого-то и такого-то. Ну, там данные сотрудника, реквизиты фирмы, всякие обязанности и штрафные санкции.

– А прав никаких?

– Да у кого они есть, – отмахнулась Таня. – А если и есть, на бумаге одно, на деле с точностью до наоборот. А с учетом того, как начало мир лихорадить, и вовсе радоваться надо, что работа есть хоть какая-то.

– У тебя она есть, – серьезно заметил детектив. – А то, что пока еще зарплату не платил, так и сам сижу, жду, когда заказчик рассчитается.

– Да я и не делаю почти ничего, – возразила девушка. – Так, в свободное от лечения время файлики распихиваю по папкам да почитываю, или пасьянсы раскладываю. Тоже мне работа. Баловство одно.

– Не важно. Я ту кралю, что вот-вот уволю, два года об этом прошу, а толку никакого. Одни обещания. А ты вон как быстро все делаешь.

– Ой, было бы что делать, – отмахнулась почти секретарь. – Открыла файлик, посмотрела шапку, закрыла, переименовала, кинула в нужную папку, открыла следующий. Если не отвлекаться, всей работы на три дня, а то и меньше.

– Не важно, Танюш, – Антон поднялся, прошелся вдоль скамейки.

– Важно, – покачала головой Таня. – Мне же тебе еще и за лечение потом деньги отдавать. А это сумма приличная.

– Вот об этом, Татьяна, чтобы я больше не слышал, – навис над ней мужчина. Девушке показалось, что в глазах его зажглись багровые огоньки. Но детектив быстро отстранился и продолжил ходить туда-сюда. – Здесь мне должны услугу, так что лечат тебя бесплатно.

– Не думаю, что могут быть должны так много, – вздохнула она.

– Не все можно измерить деньгами. Иногда пять минут опоздания стоят куда больше, чем все состояние человека.

Мужчина опустился на скамейку на некотором расстоянии от девушки и принялся изучать свои кроссовки.

– Извини, я не хотела…

– Не бери в голову, – он поднял голову и снова посмотрел на нее, на этот раз как-то весело и хитро. – Ты ни в чем не виновата. Глупо обвинять девчонку двадцати лет в том, что она старается выжить назло всему миру. А вот тех, кто устроил вам вторую смену, надо сажать, причем лет на двадцать как минимум. А лучше пожизненно. Неизвестно, сколько человек скончалось из-за их жажды обогащения.

– Погоди, они что, не настоящие лекарства делали?

– Мел, крахмал, аскорбинка, может мука. Эксперты уже работают, – Антон выдохнул. – Подлинного только бутылочки да коробочки. Остальное – пустышка. Ладно, если человек покупал витамины – ни вреда, ни пользы. А если старики на последние деньги препараты сердечные?

– Сволочи, – выдохнула Таня. – Я даже не думала…

– Забудь, – Мужчина придвинулся ближе и положил руку на плечо девушки. – Сейчас тебя подлатают достаточно, чтобы ты могла бумажки в офисе перекладывать да пасьянс раскладывать. Кофе я клиенту и сам налить смогу, не развалюсь. Потом будешь уже сама таблетки пить да на обследования являться. В общем, Игорь лучше меня тебе все расскажет и распишет. А Нина еще и регулярно звонить будет, напоминать да контролировать.

Девушка рассмеялась. Да уж, старшая сестра так просто забыть о лечении не даст. А уж как она вылавливала жаждущих выпить в укромном уголке больничного парка, и вовсе объяснению не поддается. Собственно, едва девушка об этом подумала, как увидела Нину Васильевну, ведущую под руку одного из пациентов. Следом шло еще два парня. Судя по виду всей троицы, застали их отнюдь не с пакетом сока в руках.

Заметив Татьяну, старшая сестра махнула ей, чтобы заканчивала прогулку.

– Пора, – вздохнула девушка. – Сейчас придут дальше дырявить.

– Не дырявить, а лечить, – поправил ее Антон.

– Угу, – покачала она головой, потом закатала рукава. – Мне потом с выпиской две недели ходить, мало ли доблестные стражи правопорядка прицепятся. Во мне дырок уже много, заживают они плохо, синяки и того хуже.

– Думаю, эту проблему решить легко, – сыщик достал телефон и выбрал какой-то номер. – Синицын, снова я беспокою. Можно у вас девочке одной справку сделать, что она не нарик, а дырки после больницы. Да понимаю я, что выписку дают, но ваша печать солиднее будет смотреться. Что? Без вопросов. Ага, как выпишут, подъедем. Договорились. Привет семье. Ага, лохматому тоже.

Девушка не без интереса прислушивалась к этому разговору, в очередной раз задавая себе вопрос, кто же такой этот Антон. Кроме того, что он частный детектив, разумеется. Мужчина помог ей подняться, после чего они медленно двинулись к больничному корпусу.

– Мать приходила? – поинтересовался сыщик, пока они шли по дорожке, вымощенной аккуратными плитками зеленого и синего цвета.

– Да, незадолго до твоего появления уехала.

– И как она?

– Говорит, что нашла работу. Но я уже не верю, что все это прекратится. Месяц – два, а потом все заново. Хорошо, отец, когда все только началось, все документы и ценности отнес в банк, в ячейку, а потом успел оформить ее на меня. Иначе бы все давно пропало.

– Тебе на оплату хватает? – Антон вгляделся в лицо девушки.

– Пока не надо. Папа тогда очень много заплатил, но со следующего года придется самой с ними рассчитываться.

– Можешь перенести все в офис, хранить в сейфе. В одном мои вещи, в другом должны быть вещдоки, но я предпочитаю все добро передавать сразу в органы, так что будет твоим. Или можно рядом в банке ячейку взять в счет агентства. Обслуживание там для своих круглосуточное. Я оружие там держу, чтобы и под рукой было, и от греха подальше. А то мало ли что случиться может.

– Я подумаю. Но в любом случае спасибо, – Татьяна заставила себя улыбнуться.

Проводив девушку до двери палаты и вручив ей большой пакет, Антон откланялся. Ушел он, однако, не далеко, свернув в кабинет главврача.

– Опять явился, – встретил его бурчанием Крестовоздвиженский, после чего поднялся и пожал руку. – Ну что ты все ходишь и ходишь. Еще пытать меня начни. Все идет по плану, лечение дает результаты. Да и девочка сама настроена пожить подольше. Но когда я ее выпишу – я тебе не скажу. Лучше бы о вещах девочке подумал. Сколько еще погода простоит? В любой момент похолодает, дожди пойдут. Ну да ты наш климат изучил за те годы, что тут обосновался.

– Привез уже кое-что, – отмахнулся от него детектив. – Думаешь, если я сразу Тане чемодан шмоток притащу, она будет радостно скакать? Скорее уж испугается, и решит, что я на бандитов работаю.

– А Синицын их крышует, – хмыкнул врач. – Да эти самые бандиты спят и видят, чтобы вас обоих закатать в бетон и утопить на дне Марианской впадины.

– Думаешь, местные русалки нас не спасут? – рассмеялся Антон.

– Тебя, возможно, а дружок твой долго не протянет.

– Ладно, – сыщик хлопнул ладонями по столу, – хватит мне тут крестного отца разыгрывать. Лучше говори, что нужно купить. Ну, кроме вещей и фруктов.

– А ты у нас разбогател, я смотрю, – скептически оглядел его Игорь.

– Не то, чтобы. Но помог приятелю с конкурентами разобраться. Да ты не думай, там все законно. Просто сии конкуренты смешивали мел с мукой, добавляли аскорбинку, потом расфасовывали по упаковкам и продавали под видом дорогих лекарств. И, что самое противное, в дневную смену действовала легальная фабрика, а ночью эта вот подпольная. Но, сам понимаешь, с какой доходы больше были.

– Понимаю, как не понимать, – хмыкнул врач, – днем-то надо все по технологии, а ночью намешал, что с чем, да на конвейер. Вот злости не таких нет. Как подумаю, что эти люди могут не дожить до приезда скорой, так и хочется таких вот производителей собрать да лечить их же собственными лекарствами.

– Ими сейчас органы займутся. А мне обещали премию выписать и благодарность, – расплылся в довольной улыбке вампир. – Так что давай список препаратов. Достану.

– Смотри, только не с той фабрики.

– Обижаешь, я лучше импортный аналог возьму, если такой выбор возникнет.

– И чем тебя девочка эта так зацепила, – мужчина на редкость красивым почерком написал несколько слов на листке.

– Сам не знаю – мужчина достал из кармана завибрировавший телефон, увидел номер и скинул. – Но Лика мне уже раз пять звонила, в последний раз торжественно пообещала, что лично голову открутит, если с ней что-то случится. Спасибо, Юрка не ревнует.

– Раз Анжелика в чем-то упорствует, значит, там все серьезно, – заметил врач.

– А то я не знаю, – буркнул Антон, изучая список.

– Ты бы жилье девочке подыскал, – заметил Крестовоздвиженский. – Ниночка тут справки наводила, где они живут. Я бы в таком сарае даже хлам держать не стал.

– Понял, – сыщик поднялся, убрал список во внутренний карман ветровки. – Ладно, я погнал. Завтра буду с лекарствами.

– Сильно не гони, а то будешь у меня много раньше. На столе.

Антон только усмехнулся, после чего вышел из кабинета.

Уже сев в машину, он набрал номер офиса и включил громкую связь, после чего.

– Чего ты хотела?

– Антон, ты не забыл, что к тебе сегодня клиент через двадцать минут должен подойти?

– А ты как думаешь? Могла и раньше напомнить.

– И что теперь, отменять?

– Поздно отменять, – рявкнул он. – Будешь развлекать до моего появления байками, что мне срочно пришлось отъехать по делу. Татьяна, я тебя для чего держу? Чтобы ты целый день пасьянс раскладывала, или делом занималась?

– Но я думала… – попыталась оправдаться секретарша, подпустив в голос жалостливые нотки.

– Ты не думай, тебе это вредно, ты работай, – и вампир нажал на сброс, прежде чем та успела хоть что-то сказать. – Курица. Ладно, немного осталось. Игорь мне Танюшку подлатает, и буду сам себе секретаря воспитывать. Девочка умная, справится.

О последних пророчествах Анжелики детектив предпочитал не думать. Все равно ведьма сказала, что изменить ничего не удастся. Он заставил ее рассмотреть несколько вариантов развития ситуации, и по всему выходило, что исход один. Но будет только хуже для самой Тани. А раз так, пусть все пока идет как есть. Он просто будет рядом.

Из больницы Таню выписали только к концу осени. Надо было отдать должное врачам, поскольку девушка выглядела много лучше, чем в тот день, когда чуть не попала под машину Антона. На руках у нее был целый ворох справок в различные учреждения, в том числе готовая санитарная книжка, в которой говорилось, что она может работать в офисе. Пара внушительного размера сумок немного испугала Татьяну – за это время она непостижимым образом успела обрасти барахлом. Но девушка усилием воли отогнала очередную мысль о том, что она еще не скоро расплатится с Антоном за его помощь.

Сам вампир стоял в дверях палаты, наблюдая, как девушка крутится перед зеркалом. Накануне он привез ей косметику, подобрать которую помогла вырвавшаяся с учебы дочь, а заодно и замучить отца кучей вопросов. Сейчас же мужчина с довольной улыбкой смотрела на девушку. Густые каштановые волосы собраны в высокий хвост толстой резинкой. Белая водолазка и черная длинная юбка придают ей женственности, несмотря на то, что фигурка еще не успела достаточно округлиться в стратегических местах. Яркий розовый шарфик оживлял картину, как и легкий макияж, заставлявший большие карие глаза казаться еще больше, а некогда бледные губы чуть розовели благодаря блеску.

– Готова? – окликнул ее Антон.

Девушка вздрогнула, потом повернулась.

– Почти, – улыбнулась она. Потом накинула короткую курточку на пару тонов темнее шарфа.

Мужчина улыбнулся в ответ, после чего легко подхватил две, с точки зрения Татьяны, неподъемных сумки. Девушка поспешила убрать документы в рюкзачок, и они покинули ставшую домом палату.

– Мать давно приходила? – поинтересовался детектив, когда они уже стояли возле машины.

– В начале недели, – девушка сдержала вздох. В последний раз от матери чувствовался запах какого-то коктейля. Пусть она еще работала, с блеском в глазах рассказывала, что все налаживается, ей платят неплохие деньги, но чем ближе был день выписки дочери, тем более нервной и озабоченной она становилась.

– Понятно, – задумчиво протянул сыщик. – Ну что, решила, домой поедешь или согласишься какое-то время пожить у меня. Обещаю не приставать.

– Антош, давай я сначала домой загляну, – после недолгого колебания решила девушка, – а потом уже решу: остаюсь или уеду. Все равно, если там жить не смогу, надо будет кое-что из вещей забрать. Не хочется оставлять их там. Пусть и не ценные, но память об отце.

– Понял, – мужчина открыл дверцу со стороны пассажирского сидения. – Прошу на борт, прекрасная леди.

Машина затормозила возле старого, откровенно разваливающегося дома, куда больше напоминающего барак. Антону сразу вспомнилась фраза, что нет ничего более постоянного в этом мире, чем временное. Видимо, построили это здание, для размещения рабочих, пока не будут воздвигнуты нормальные дома, да так оно и осталось. А после и вовсе власти сменились, нужды народные им стали неинтересны, люди так и остались жить в этом сарае, постепенно гниющем разваливающемся.

Дверь, ведущая в подъезд, стояла распахнутой настежь. Да и от закрытой толку было бы не много – на месте кодового замка зияло аккуратное отверстие.

– Вот здесь я и живу, – вздохнула Татьяна, покидая машину.

Антон последовал за ней. Пискнула сигнализация. Девушка вопросительно посмотрела на мужчину, но тот только кивнул в сторону подъезда.

– Сначала посмотри, что дома.

Она кивнула в ответ. Все верно. Какой смысл таскать ее сумки туда-сюда, если в квартире очередное сборище. Тогда имеет смысл забрать все ценное, что было припрятано в тайниках, благо вещи эти имели значение исключительно для девушки. В скупку они не годились, и лишь поэтому сохранились до того момента, как попали ей на глаза.

Стекла в подъезде давно были выбиты, и только потому запахи почти не чувствовались. И все равно Антон поморщился, благо его спутница не могла видеть. Стены были исписаны в основном нецензурными или похабными текстами. Оставалось только удивляться, как Таня смогла вырасти в такой обстановке и остаться светлым человечком. Наверное, влияние отца помогло.

Девушка остановилась на площадке между вторым и третьим этажом. Из-за двери доносились вскрики. Однако, немного прислушавшись, становилось ясно, это не крик, а пение.

Татьяна с трудом сдержала стон. Как же стыдно-то. И до безумия обидно. Ведь она почти позволила себе поверить, что на этот раз все наладится. Но нет, все вернулось на круги своя. Еще и Антон стал невольным свидетелем.

– Может, подождешь меня тут? – девушка кивнула на широкий, относительно чистый подоконник. – Я только заберу кое-что по мелочи и вернусь.

Из квартиры раздался грохот, а вслед за ним ругань. Причем остальные так и не прекращали издавать звуки, призванные считаться пением.

– Нет уж, – нахмурился вампир. – Лучше я пойду с тобой.

Татьяна знала, что спорить бессмысленно, поэтому поднялась на последний пролет и потянула ручку двери. Как она и ожидала, квартира была не заперта. Девушка тихонько скользнула в захламленный коридор, достала из кармана ключ, огляделась и прошмыгнула к ближайшей двери.

– О, Танька, – вывалился в коридор с кухни мужик того неопределенного возраста, когда ему может быть и двадцать пять и пятьдесят. От мужика разило перегаром. – Твоя мамаша, …, сказала, ты теперь не заразная. Теперь можно и развлечься как следует.

Он схватил ее за руку и потянул куда-то вглубь квартиры. Но не успел он сделать двух шагов, как на его запястье легла другая рука и сжала.

– Мужик, ты че, …? – попытался сопротивляться собутыльник Таниной матери. – Мы быстренько, а потом она твоя. Я что, я не против. Ты не думай, …, – дальше последовало несколько нецензурных слов, поскольку Антон еще сильнее сжал его руку.

– Таня, иди, собирай, что тебе надо, – спокойно произнес детектив.

Другого приглашения девушке не потребовалось. Она быстро открыла дверь, скользнула в свою комнату. Сыщик услышал, как щелкнул замок – его секретарь на всякий случай закрылась изнутри.

– Ну, че ты, …, – между тем продолжал скулить алкаш. – Ну, хочешь, ты будешь первым, а я подожду. Я че, …, я ниче, …, я что так, что этак, согласный. А то и втроем можем попробовать, всегда интересно было, как оно.

Антон молча снял солнечные очки, и улыбнулся. Мужик попытался попятиться, но, поскольку непонятный гость крепко держал его, причем, не особо напрягаясь, из попытки ничего не вышло.

– Только подойди к Тане ближе, чем на сотню метров, я тебя в асфальт закатаю, – тихо, но отчетливо произнес вампир.

То ли его слова, то ли красные глаза вкупе с удлинившимися клыками, но алкаш мелко затряс головой и тихо заскулил.

– Мужик, ты кто?

– Твоя смерть, если не оставишь девушку в покое.

– Оставлю, оставлю, все, что хочешь, для тебя сделаю, только не ешь меня.

В воздухе резко запахло, а штаны мужика намокли. Антон оттолкнул его, потом достал упаковку влажных салфеток, вытащил одну, вытер руки и брезгливо кинул ее в темный угол, где уже скапливался мусор.

Таня вышла из комнаты с небольшим пакетом. К тому моменту шум на кухне стих, но больше никто так и не появился.

– Это все? – уточнил ее спутник.

– Да, – девушка задумалась, потом кивнула. – Не думаю, что старые тряпки мне пригодятся, а больше ничего ценного тут нет. Разве что книги, но я куплю новые.

– Тогда идем, – Антон забрал у нее пакет и придержал дверь.

– Танюха, – донесся до них голос заметно протрезвевшего мужика. – Не ходи с ним, Танька, он тебя сожрет.

Девушка только дернула плечом и решительно сбежала вниз по лестнице. Сожрет, не сожрет, да какая разница. Она успела заглянуть за предел своего, казалось бы, замкнутого круга, похоронить надежду, что дома все будет как когда-то давно. Сейчас ей подарили иную надежду, что она будет, пусть не полностью, но здорова, сможет устроиться на нормальную работу. Ей больше не придется ночами, в мороз, дождь, ветер, бродить вокруг здания вокзала, потому что дома страшно, а на вокзале все те же алкаши и бомжи. Она больше не верит в самого дорогого человека, в мать, но она верит в себя, верит, что все, так или иначе, наладится.

К дому Антона приехали поздно. Вампир настоял, чтобы они заехали перекусить, а после завернули в магазин за продуктами.

– Только не пугайся, – пока они поднимались, предупредил ее сыщик. – Мои спиногрызы недавно заглядывали, искали какие-то книги, так половину квартиры перерыли, кучу какого-то барахла выгребли. До сих пор порядок навести толком не могу. Я тебе свою комнату приготовил, а сам поживу в их.

– Погоди, какие спиногрызы? – не поняла Таня.

– Я о детях. Но они тут почти не бывают. Примчатся, нашумят, и снова в свою академию. Или у друга на даче околачиваются, когда его сын приезжает в увольнение. Пусть мои и старше, да только у Вадима парнишка умный, так что им не скучно.

– Ты не говорил, что женат, – девушка замерла рядом с лифтом.

– А я и не женат, – немного грустно произнес Антон. – Вдовец. Дети выросли, сейчас учатся, живут в общежитии. У них там все условия. Гошка уже сказал, что в обозримом будущем хочет квартирку снять где-нибудь, если от работы ничего не будет.

– Понятно, извини, – девушка незаметно выдохнула. Почему-то ей казалось обидным обнаружить, что у этого мужчины кто-то есть.

– Прошу, – Антон распахнул дверь и посторонился, пропуская девушку в квартиру. – Сильно не пугайся. Обещаю, я скоро все разберу.

Таня только улыбнулась, после чего вошла в квартиру. Детектив последовал за ней. Вспыхнул свет, освещая царящий в коридоре обещанный бардак. Какие-то коробки, пакеты, непонятные свертки. Все сдвинуто в сторону, чтобы можно было пройти по квартире. Дверь в одну комнату распахнута, и там тоже видно, что кто-то что-то старательно искал. Если бы хозяин не предупредил, что это дети, могло возникнуть впечатление, что в квартире побывали воры и перевернули все вверх дном.

Мужчина помог своей квартирантке снять верхнюю одежду, потом достал тапки.

– Пойдем, покажу тебе твою комнату, – он приглашающее распахнул закрытую до этого дверь и включил свет.

Помещение, предоставленное Тане, было небольшим, но достаточно уютным. У окна стоял большой диван, сейчас разложенный. Напротив него – кресло, рядом с ним небольшой компьютерный стол, призванный заодно исполнять роль тумбочки. За ним – большой шкаф. На полу и над диваном – ковры. Все было выдержанно в спокойных тонах. Бежевые обои, светлая мебель, контраст составляли ковры и обивка дивана с креслом – ближе к цвету какао. Немного выбивался из обстановки кактус на подоконнике.

– Можешь располагаться, – улыбнулся мужчина. – Сейчас выдам тебе полотенца и постельное белье, а раскладываться будешь уже завтра. Если что-то будет нужно – я у дочки посмотрю или докупим. Если Колючка мешаться будет, скажи. Я его переселю. Просто иначе поливать забываю.

И он вышел из комнаты. Таня присела на диван. Только сейчас она задумалась, сколько же лет ее начальнику. Судя по его фразам, дети уже взрослые. Но сам он выглядит лет на тридцать, самое большее тридцать пять. Пластика? Не похоже. Разве что на работе досталось так, что пришлось прибегать к услугам хирургов. Дальнейшие размышления оборвало появление Антона со стопкой белья.

– Спасибо, – девушка приняла чистые вещи и уловила цветочный запах кондиционера. – Буду спать на лугу.

– В оранжерее, – поправил он и улыбнулся.

Мужчина помог своей гостье застелить постель, после чего она подхватила вещи и скрылась в ванной комнате. Сам же хозяин отправился на кухню. Он никогда не признается Тане, но перед тем, как забирать ее из больницы, наведался к ней домой. Сыщик он, все-таки, или так, играется. Так что знал заранее, что их ждет. После чего со спокойной совестью поехал в магазин за новыми постельными принадлежностями. Татьяне он предпочел ничего не говорить – лучше пусть сама увидит. И не потому, что так хотел заманить ее к себе. Просто чувствовал, как девушка может отреагировать на вторжение в ее личную жизнь. Понятно, что она догадывалась о возможности подобного развития событий, но лучше увидеть своими глазами.

Наверное, если бы не очередной звонок от Лики, он все-таки настоял бы на своем и забрал Таню сразу к себе. Но ведьма приказала ему везти девушку сначала домой, и только потом в свою квартиру. Она своими глазами должна была увидеть все, что происходит там, чтобы потом не казниться до конца жизни. Что должно произойти, Анжелика не открыла, но и так было ясно – ничего хорошего.

Свист чайника прервал размышления. Антон достал с полки коробку чайных пакетиков, сахар, поставил две кружки. Себе налил сразу и подошел с кружкой к окну. В воздухе медленно кружились мелкие снежинки.

– Вот и зима пришли, – тихо произнес мужчина, грея руки о кружку.

– Уже? – раздался голос Тани. Детектив вздрогнул и чуть не расплескал чай.

Девушка прошла на кухню и остановилась рядом с мужчиной. Хлопья медленно кружились в воздухе, падали на землю и таяли.

– Зима, – в голосе Тани чувствовалось напряжение. – Еще весной мне говорили, что я не доживу до нее.

– Не всему надо верить, – Антон повернулся и внимательно посмотрел на нее. – Иногда происходят чудеса.

– Я разучилась в них верить, – она покачала головой. – Ребенком еще надеялась, что все станет как раньше. Но становилось только хуже.

– Но ты же еще жива, и даже достаточно здорова. Во всяком случае, у меня нет поводов не доверять Крестовоздвиженскому.

– Здорова, – вздохнула Татьяна. – Вот только ни кола, ни двора.

– Эй, – детектив поставил на стол кружку, после чего подошел к девушке и заставил ее посмотреть на себя. Таня вздрогнула от неожиданности, слишком необычно было наблюдать красные огоньки в обычно карих глазах мужчины.

– Ты можешь думать что угодно, но наша встреча произошла не просто так. И то, что случилось дальше, тоже было предопределено. Понятно, я мог пройти мимо, вообще не поехать по этой улице или оказаться там чуть раньше или чуть позже. Все это развилки судьбы. Не встреться мы в тот день, все случилось бы чуть позже. То дело с фабрикой явно не было случайностью. Но все сложилось так, как сложилось, и теперь я не оставлю тебя, – а потом улыбнулся и добавил: – Давай пока просто пить чай. Выбирай, какой хочешь.

Девушка не выдержала и улыбнулась в ответ. Потом покопалась в чайных пакетиках, выбирая. Остановила свой выбор на зеленом чае.

– Почему-то сейчас хочется лета. Ну, или его запаха, – пока Антон наливал кипяток в кружку, она смотрела за окно, потом взяла в руки керамику и сделала вдох. – Деревней пахнет. Когда я была маленькой, мы несколько раз ездили туда к маминой родственнице. А потом она умерла и все.

– Деревню я тебе не обещаю, а вот на шашлыки за город хоть в ближайшие выходные. Только надо будет с ребятами договориться.

– Да нет, не стоит, – девушка смутилась. – Не хочу доставлять столько хлопот.

– Начинается, – вздохнул Антон. – Танюш, да какие хлопоты? Мы и не собирались с лета. Все только рады будут, а то раньше нового года повода не найти. Да и тебе не помешает с девочками познакомиться. А то подруг у тебя нет, как я заметил.

– Были, – многозначительно произнесла Таня, – а потом я сама…

– Так, все, забыли, – решительно оборвал ее детектив. – Завтра позвоню Вадиму и Юрке. Договоримся. Кстати, Лика и Оксана и сами хотели бы познакомиться с той девушкой, из-за которой я даже дорогу к их обожаемому Юрке забыл.

– Это как, – последняя фраза весьма удивила девушку. – У него две женщины, что ли? Или я чего-то не понимаю.

– А, Лика его жена, а Ксюнька – сестра. Так, – взгляд мужчины упал на часы, – уже поздно. А мне завтра надо утром с клиентом встречаться. Квартира в твоем полном распоряжении. Только не думай уборкой заниматься, это я уже сам, коли умудрился так захламиться. Все, что найдешь съедобного, бери без вопросов, ну кроме пластика в морозилке. Это уже моя собственность, ты таким не питаешься.

– А что за пластик, – решила уточнить девушка.

Антон открыл дверцу и показал обернутую бумагой бутылку.

– Сразу скажу, там кровь. Надеюсь, ты не будешь проверять, как жены Синей Бороды?

– Н-нет… – девушка удивленно посмотрела на него. – А зачем тебе-то она? Ты что, вампир или из Ночного Дозора?

– Вампир, – пожал плечами детектив, словно это было в порядке вещей, признаваться в подобном.

Таня рассмеялась. Да какой из него вампир? Во-первых, они не существуют. Во-вторых, если бы и существовали, то не шастали днем по солнышку. А этот мужчина спокойно гулял с ней в больничном парке, отбрасывал тень, в зеркале отражался. Да, бледноват немного, но просто загар к нему не липнет, так что все нормально.

Антон на эти доводы только пожал плечами. Как девушка думает, так пусть и будет. Шутить на эту тему ему никто не мешает, зато потом шока будет куда меньше. Он же не скрывает от нее правды. А то, что она отказывается ее принимать – дело времени. Все равно постепенно все встанет на свои места.

Чай допили, обмениваясь ничего не значащими шутками, после чего разошлись по комнатам. Таня какое-то время лежала с открытыми глазами, привыкая к новому месту. Было непривычно спокойно и уютно. И даже мысли о том, что может твориться дома, не прогоняли этого ощущения. Девушке казалось, что именно сейчас она дома. Постепенно усталость взяла свое, и она уснула.

Утром Татьяна проснулась поздно. Антона дома уже не было, а на кухонном столе лежала записка, что он надеется быть к ужину, но не обещает, сама же девушка может смело делать все, что захочет. Рядом ее ждала связка ключей.

Погода не радовала. За окном шел то ли снег с дождем, то ли дождь со снегом, чего больше, чего меньше – попробуй, разбери. Газоны уже покрывались белой пеленой. На асфальте же вода не отступала. Придя к выводу, что наружу не хочется вообще, девушка принялась приготовлением завтрака. За то время, что она провела в больнице, от готовки Таня отвыкла, поэтому ограничилась йогуртом и парой бутербродов. Антон потом будет ругаться, но что делать. К тому же с кухонной техникой она еще не освоилась. Чайник в ее палате был, а вот микроволновой печи уже нет, да и плиту такую гостья видела впервые. В их бараке стояла газовая, грозящая утечками, но худо-бедно работавшая. Правда, каждый раз приходилось перекрывать кран, но это мелочи.

Решив, что более подробное знакомство с местной техникой может подождать до обеда, Таня сделала себе зеленого чая, после чего приступила к завтраку. Снег за окном усилился, лишь укрепляя девушку в желании никуда не ходить. Если позвонит Антон, можно будет расспросить его, как пользоваться техникой на кухне, чтобы нормально приготовить обед. Потом стоит разложить вещи. Да и по мелочи он ей работу подкидывал на компьютер, тоже надо будет заняться. Если же совсем станет скучно – тут книги есть, можно будет почитать.

Весь день Татьяна, как и планировала, провела дома. Сначала разбирала вещи, кое-что пришлось подгладить, прежде чем убрать в шкаф. Потом немного поработала, нашла в интернете, как пользоваться техникой, приготовила обед, затем ужин. Давно стемнело, погода окончательно испортилась, а Антона все не было. Стрелки часов медленно отмеряли час за часом. Шесть вечера, семь, восемь, девять… Девушка убеждала себя, что с профессией мужчины приходить домой можно когда угодно, хоть ночью, хоть утром, в зависимости от задания. Если надо проследить за женой по заказу ревнивого мужа, или напротив, выяснить, действительно муж задерживается на работе, пьет пиво с друзьями или навещает какую-нибудь бабенку, то можно всю ночь таскаться следом с фотоаппаратом наготове.

Тишину квартиры прорезал телефонный звонок. Таня сначала схватилась за мобильный, и только потом сообразила, что это звонит обычный городской телефон. Поскольку запрета пользоваться им не было, девушка подошла и сняла трубку.

– Слушаю.

– Эээ… – замялись на том конце провода, – Алина, ты? Алин, скажи своему отцу, что я звонила. Я ждала его на ужин, а он так и не пришел. Так что передай, я такого не прощу. Если он и дальше будет мной пренебрегать, то получит большие проблемы.

Трубку положили.

Таня удивленно посмотрела на аппарат. Увы, кроме стандартных гудков тот не мог предложить ничего более связного и разумного.

– Ну и ладно, – подумала гостья и улыбнулась. – Почему меня должно так волновать, что Антон не пришел к кому-то там на ужин. Вот если бы пришел, тогда да. Ведь этот странный детектив мне нравится.

И девушка, все еще довольно улыбаясь, вернулась к себе в комнату.

Антон вернулся ближе к полуночи. Весь грязный, в какой-то пыли и побелке. С порога принюхался.

– Ммм… курочка, жареная.

– Иди, мойся, переодевайся, а я пока разогрею, – улыбнулась квартирантка.

Детектив только кивнул, и скрылся в ванной.

– Тебе звонили, – уже поставив перед мужчиной тарелку, сообщила Таня. – Какая-то женщина обиделась, что ты к ней на ужин не пришел.

– Она не представилась? – детектив нахмурился.

– Нет, просто высказала, что крайне недовольна, будет мстить, и мстя ее будет страшна. В общем, что-то в таком духе, – секретарь налила себе чаю и уселась напротив. – Кажется, она перепутала меня с твоей дочерью. А что, так много женщин, которые мечтают зазвать тебя на ужин, и надо уточнять, кто конкретно проявлял недовольство?

– Нет, – улыбнулся мужчина, и Тане на миг показалось, что верхние клыки у него немного длиннее, чем у обычных людей. Но только на миг, потому что в следующий момент все уже было как обычно. – Всего одна. Моя почти бывшая секретарша. Часть дел я уже успешно тебе передал, останется потихоньку подучить, чтобы и все остальное не вызывало вопросов. Ну и ряд формальностей уладить. Тогда можно будет ее увольнять.

– А что делать, если она и дальше будет звонить? – поинтересовалась Таня.

– Бли-ин, – мужчина с тоской посмотрел на аппарат. – Придется дать твой номер паре человек, а этот агрегат отключить и не мучится. Все равно не пользуюсь им, проще по сотовому позвонить, чем каждый раз в коридор тащиться. Мать не звонила? – постарался он перевести тему.

– Нет, – девушка покачала головой, после чего уставилась в кружку. – Она недели на три минимум теперь об окружающем мире вспоминать не будет. Разве что о ларьке, где бутылку продать могут, было бы чем заплатить.

– Надеюсь, ты денег не оставляла?

– Каких? – Таня посмотрела на начальника. – Со мной же натурой рассчитываются. Лекарства, одежда, прочее добро, еда, жилье… Налички я с тех пор, как в больницу попала, и не видела. Еще тогда матери все отдала.

– Блин, – Антон хлопнул себя рукой по лбу, потом дернулся к выходу с кухни. – Забыл тебе оставить наличность, а то захочешь чего, а купить не на что.

– Да поешь сначала, – остановила его подчиненная. – В такую погоду мне деньги точно не нужны. А то схожу в магазин, а потом обратно в больницу поеду.

Антон покосился за окно. Снег валил вовсю. Хлопья укрывали траву, ветки деревьев, забор института гидроэнергетики. Только машины еще сопротивлялись, хотя некоторые из тех, что успели остыть, постепенно превращались в сугробы. Лишь дорога не хотела сдаваться натиску зиме и блестела в свете фонарей мокрым асфальтом.

– Да, сейчас тебе лучше дома сидеть, – согласился детектив, возвращаясь к ужину. – Но как более менее устаканится, все равно будешь выходить на улицу. Да и магазины тут близко. Продуктовый на той стороне проспекта, строительный рядом, можешь туда прогуляться, купить себе кружку там, плед, ну мало ли, что понадобиться, чтобы комфортно было. А завтра поедем к Юрке, я договорился, тебе справку дадут, что ты нигде не числишься. Мало ли кто остановит.

– Хорошо, – Таня улыбнулась. Вот как могло так случиться, чужому человеку оказалось так важно, чтобы ей было уютно в его доме, а в родной квартире от посягательств со стороны материных собутыльников спасала только болезнь.

– Ты говорила, что какие-то книги у тебя там оставались, – между тем вспомнил Антон. – Можем после визита к ментам в книжный заглянуть.

Девушка потупилась.

– Может, не стоит пока. Мне действительно неудобно, что столько беспокойства доставляю.

– Неудобно на потолке спать, – рассмеялся Антон, – одеяло постоянно падает. А это мелочи. Спиногрызы мои полностью на гособеспечении. Старший еще и подрабатывать умудряется с этого года, чтобы мне на них меньше тратится. Деньги получаются такие, что Алинка потратить не может, хотя старается периодически. Продавщицы в ряде магазинов на нее молятся. Гошке много не надо, ему в форме красоваться перед девочками нравится. А их старый папка и вовсе малым довольствуется. На выход чего-то есть, для работы же старые джинсы и куртка куда лучше подходят. Если совсем порвутся – выкинуть не жалко.

– Просто для меня это так непривычно… – девушка надеялась, что улыбка не вышла слишком виноватой. – После того, как папы не стало, я привыкла на себя надеяться.

– Отвыкай, – подмигнул ей сыщик. – Плохая привычка.

Таня только кивнула. Сама девушка плохой эту привычку не считала. Жизнь приучила. Да, Антон помог ей, сильно помог, но всему рано или поздно наступает конец. Станет его новая секретарша на ноги, поможет ей найти квартиру, и живи дальше, Татьяна, как сумеешь.

Антон смотрел на свою гостью и вспоминал дневной звонок Лики. Ведьмочка сделала все, что смогла, лишь бы не омрачать новогодние праздники для Татьяны. «До конца января», – сказала она Антону. Остальное вампиру было понятно без слов. Два с небольшим месяца будет еще гулять компания в старом бараке. Что потом – одному Богу известно. Все будет зависеть исключительно от него.

– Что-то случилось? – мужчина вздрогнул, после чего поднял голову и посмотрел на девушку. – Антох, что произошло. Ты резко вдруг в себя ушел?

– Задумался просто, – он виновато развел руками. – Вот решишь ты отсюда съехать, и питаться мне опять макаронами быстрого приготовления и сосисками. А если на работе задержусь, то и вовсе в закусочной круглосуточной. Дома-то хоть мышку в холодильник вешай.

Таня улыбнулась. Все мужики одинаковые, всем нужна в доме женская рука, уют и порядок. Ладно, пока не начнут намекать, что пора честь знать, она будет совмещать работу секретаря и домохозяйки. Ей не сложно.

Утром Антон лично приготовил завтрак. Яичница, кофе, тосты, несколько вазочек варенья.

– А ты хозяйственный, – заметила Таня. – Варенье, вон, варишь.

– Угу, варю, – усмехнулся хозяин. – Анжелина, Юркина жена, поставляет. Ну и прочие его родственники.

– Вкусное, – девушка намазала тост.

– Вкусное, – согласился мужчина, отправляя в рот ложку. – Лика, Оксана и Ирина вообще кудесницы. Вот только ревновать к ним смысла нет, все давно замужем, а мужья или откусят или отстрелят чего лишнее, если на их женщин будет кто заглядываться.

– Все так серьезно?

Антон кивнул, порадовавшись, что давать объяснения с набитым ртом не получится. К счастью, Татьяна просто отдавала должное творению соседки, больше не расспрашивая. Она вообще почти не спрашивала ничего, словно собиралась рано или поздно исчезнуть из его жизни. Увы, не получится. Лика на этот счет высказалась конкретно. Развилка пройдена, и вариантов у них особо нет. Все-таки хорошо, когда есть знакомая ведьма. Не даст глупостей наворотить. А уж если эта ведьма спит и видит, как женить дорогого соседа…

После завтрака они быстро собрались. Юркиной машины рядом с парадной не обнаружилось, сосед или уже уехал на работу, или еще не приехал – понять сложно. В простых отделениях все более-менее понятно, и то бывают срочные вызовы, перехваты и просто работа на износ, чтобы взятый на месте преступления человек выложил все как есть, а не делал вид, что мимо проходил. В отделе соседа все было куда серьезнее. А людей и нелюдей не хватало. Кому охота работать, пусть и за куда большие деньги, в государственной структуре, когда можно заняться бизнесом. Некоторые собратья Антона еще во времена царской России смогли открыть фабрики. Только передавали дело детям, те внукам, а внуки обратно дедам, и никто ничего не замечал – людской век короток.

Сам Антон того времени не застал – родился уже после войны. Но и тогда в глуши можно было хорошо устроиться. Кто будет разбираться, что за сапожник завелся в колхозе. Чинит сапоги и ладно. А то, что он до этого лет десять отработал в Чите или Магадане, приехав туда по собственному желанию, и еще лет через десять снимется с места да и отправится в Омск, Томск, а то и вовсе неизвестно куда, а точнее, через границу к капиталистам, не важно. Был – хорошо, уехал – жаль, но жили и без него как-то.

А уж после перестройки и вовсе раздолье наступило. Кланы куда быстрее встроились в новую систему. В политику не пошли, все-таки там все у всех на виду, и за двадцать лет могут возникнуть определенные вопросы, одной пластической хирургией не отговоришься. Некоторые, правда, умудрились занять должности советников при президенте и местных властях. Правда о существовании таких советников знали только те, кому полагается. А вот бизнес оказался нишей удачной. Главное, в крупный не лезть, а кому интересно, что это за Иванов Дмитрий Николаевич в Костромской области появился, владелец маленькой фабрики по производству метел для дворников. Проработал он лет десять, прогорел, закрыл дело, распродал что мог, долги, как мог, погасил и затерялся в бескрайних просторах российских, а в это же время где-нибудь под Владивостоком открыл фабрику по производству пластиковых столов и стульев Николаев Дмитрий Иванович. Похож? Ну, бывает, народу в России много.

Антон покосился на Таню. Девушка устроилась на соседнем сидении и смотрела в окно. Вчерашний снегопад закончился, но ощутимо похолодало, и газон еще сохранял белизну. Сквозь тучи пыталось пробиваться солнышко. Мужчина отметил, что надо будет от Юрки проехать в торговый цент, а то у его секретарши только кроссовки, а нормальной обуви нет. Да и зимнюю одежду присмотреть не помешает. А то морозы начнутся, как всегда неожиданно, а девушке и надеть нечего.

Все-таки хорошо, что когда-то его далеки предки решились воззвать ко Всевышнему. Люди, обращенные в вампиров против воли, многие истово верующие, не смогли смириться с таким положением вещей. Молитва доставляла им страдания. Они не могли войти на территорию церкви, но, как гласит легенда, они пришли к Софии Новгородской и подле стен храма, на границе освященной земли, молили Господа избавить их от страшной участи, лишь бы не проливать невинную кровь. И Господь смилостивился. Все пришедшие, коих было чуть не тысяча, получили прощение. Историю эту Антону рассказала нынешняя глава клана Агата. Так оно было, или не так, правды никто не знает, а те, кто помнят давние времена, не скажут. Кровь вампирам все равно была нужна, но уже не так часто, сорокадневный пост выдержать хватало. После, правда, слабость была неимоверная, и утолялась жажда кровью животных. С открытием донорских пунктов стало проще. Вампиры получали необходимую жидкость раз в два месяца, правда в небольших количествах, но и требовалось ее не так много.

– Ты какой-то задумчивый, – заметила девушка, выбираясь из машины.

– Да так, – отмахнулся Антон и тут же поспешил уточнить. – С тобой это ни коим образом не связано, то есть, связано, но частично. Просто думал, что в каких магазинах Алинка обычно покупает.

– Ну, зачем, – девушка натянула капюшон. От стоянки до отделения надо было пройти, а на улице было не жарко.

– Затем, что кому-то нужны не только осенние, но и зимние вещи. Сама знаешь, зима у нас тоже бывает.

Спорить Таня не стала. Сил не было. Все равно Антон настоит на своем. Да и какой смысл спорить, если он прав. Все равно в осенней куртке всю зиму не проходишь. Шуба, в которой некогда ходила еще мать, осталась дома. Девушка просто посмотрела на затертую местами до блеска кожи, где-то порванную вещь и оставила. Как оставила перештопанные джинсы и текущие при малейшем потеплении ботинки.

Юрий уже ждал их. Обменявшись с Антоном рукопожатием и кивнув Тане, он вытащил из ящика бланк. Что-то там уже было заполнено, а что-то еще оставалось пустым.

– Так, барышня, мне ваш паспорт и выписку, – протянул он руку.

Таня передала все необходимые документы, и через пять минут получила их обратно вместе со справкой.

– А ты быстро, – заметил Антон.

– Так чего тянуть? Печать поставил вчера у начальства, подпись моя, все, что можно заполнить так, заполнил. Оставалось по мелочи, – пожал плечами капитан милиции. А теперь мне от вас нужно честное признание, что в выходные делаете?

Таня чуть не рассмеялась. Строгость вопроса не вязалась с его сутью.

– Да пока ничего не делаем, – пожал плечами Антон. – Разве что по магазинам пройдемся, если сегодня что-то не купим.

– Отставить магазины. Девочки всех собирают. Так что в субботу грузитесь в машину и чтоб были у Вересовых. Иначе сам знаешь, что будет.

– Знаю, – вздохнул сыщик. – Обидятся, лишат варений, солений и прочих копчений. Ну и зудеть будут, какой я плохой, до самого нового года.

– Ага, по еврейскому календарю, – согласился капитан. – Так что смотри мне.

– Понял, будем. Что купить ближе к делу скажешь.

– Да ничего не надо. Влад в Финку ездил, привез оттуда если не магазин, то половину точно, овощи у них свои, Вадим с охоты дичь притащил.

– Опять с генералом ездил? – нахмурился Антон.

– С ним самым. А что тебе не нравится. Нормальный он мужик.

– Нормальный, – детектив покачал головой, – только ревнивый. Я уже не знаю, сколько раз за его женой следил. А дамочка верная, но увлекающаяся. То у нее школа верховой езды, то приют для животных, то курсы какие-то.

– По слухам, дамочка вот-вот мужу подарит наследника, так что будет дома сидеть, памперсы менять. Слухи из самого надежного источника, – подмигнул приятелю Юрий. – А вот ты лишишься стабильного дохода.

– Зато печень возрадуется, – парировал мужчина. – Меня ж на радости, что жена верна, каждый раз так и норовят споить. Был бы человеком, давно бы помер.

Последнюю фразу Юрий оставил без комментариев, только покосился на Таню. А вот сама девушка поняла, что повод задуматься все-таки есть. Пока только задуматься, беспокоиться она будет позднее. Во всяком случае, сложить в единое целое все, что она уже успела услышать и увидеть, сложности не составит. Ну и добавить к этому отношение нежданного спасителя.

Обговорив детали касающиеся выходных, мужчины стали прощаться.

– Присматривай за Антохой, – на прощание сказал ей милиционер. – Мужик он мировой, только некоторые акулы сожрать пытаются.

– Обязательно, – улыбнулась девушка.

Дальнейший поход по магазинам доставил обоим удовольствие. Антон позвонил дочери и узнал, куда та обычно наведывается. Татьяна решила не спорить по поводу цен, все равно ее начальник настоит на своем, и наслаждалась примерками. К слову, мужчина не заставлял ее мерить все подряд. В итоге девушка получила новую теплую куртку, пальто на сильные морозы, две пары сапог и ботинки. Потом зашли перекусить, после чего сыщик потащил ее докупать прочие, как он сказал, мелочи: джинсы, брюки, свитера, шапки, шарфы и перчатки. Вот тут Таня попыталась спорить, что у нее достаточно вещей, но ее работодатель оказался непреклонен.

– Танюш, ты даже не представляешь, какие люди ко мне периодически обращаются. И я хочу, чтобы моя новая секретарша выглядела прилично. Не как особа со Староневского или воспитательница из колонии строгого режима, а просто как молодая симпатичная девушка, которой нравится хорошо выглядеть.

Возразить на это было нечего. И Таня сдалась на милость победителя. Магазины, которые указала им Алина, отличались не только ассортиментом, но и сервисом. Продавцы сразу определяли, что пойдет их клиентке, заставляя сразу снимать вещи, которые смотрелись или сидели плохо. В итоге выходили они еще с несколькими пакетами. Антон довольно смотрел на девушку.

– Что? – не выдержала она, уже сидя в машине.

– Я уже забыл, как приятно одевать красивую девушку, – признался мужчина.

– Так, а дочь?

– Это не то, Танюш, – мужчина немного грустно улыбнулся. – Дочь – это дочь, а женщина, которая тебе нравится – это иное. Последний раз я тратил деньги очень давно, когда была жива Лида.

Девушка поняла, что говорил он о своей жене.

– А что с ней случилось? – не сдержала она любопытства.

– Ее убили охотники. Охотники на вампиров.

Спокойный голос мужчины не смог обмануть Таню. Она заметила, как его пальцы, до того спокойно лежавшие на руле, сжались. Девушка потянулась и положила руку на его кулак.

– Прости, я не хотела.

– Все нормально, – чуть через силу произнес он. – Те люди, они все равно понесли заслуженное наказание.

– Их посадили?

– Нет. Тань, они – фанатики. Им не важно, что ты из раскаявшихся, прощенных, им важно одно – у тебя периодически удлиняются клыки, а в холодильнике лежит бутылка крови. Так что нет, их не посадили. Приговор в таком случае один – смерть.

– Но у нас же мораторий на смертную казнь, – девушка уже не совсем понимала, о чем ей говорят. Все это было немного слишком.

– Да, но есть случаи, когда он не действует, – Антон улыбнулся ей, после чего завел мотор. – Начну с самого начала. Все существа, которых принято считать сказочными, не всегда сказка. Вампиры, оборотни, ведьмы, некроманты, люди и нелюди существуют. Понятно, эльфов или гномов ты так просто не найдешь, они предпочитают максимально безлюдную местность, и знают об их поселениях только на уровне губернаторов. Вся эта информация хорошо засекречена. Даже в милиции у тебя не в каждом участке примут заявление, если вдруг нападет вампир или оборотень.

– И как тогда быть? – девушка задумчиво смотрела на мужчину. Он повернул голову и улыбнулся ей весело. Вот только клыки… Да, такие точно не привиделись.

– А никак. Пишешь заявление о нападении, а в процессе разработки его передадут кому следует. Следят за этим очень хорошо. Я-то в своей работе чуть что – к Юрке обращаюсь. Он как раз из такого отдела. Да что там отдел, у него сестра за оборотнем замужем, а жена – настоящая ведьма, в хорошем смысле.

– Как-то оно так странно, – пробормотала девушка, скидывая кроссовки и устраиваясь на сидении с ногами. – Так непривычно. А ты не боишься мне рассказывать все это? Вдруг я расскажу кому-нибудь?

– А что потом? Думаешь, тебе поверят?

– Нет, – немного подумав, пришла к выводу Таня. – Решат, что у меня или поехала крыша, или белочка, или глюки под кайфом. А, наведя справки о моей семье, просто закроют и будут лечить ради моего же блага.

– Вот именно.

За разговором они успели доехать до дома. Антон подождал, пока девушка обуется, после чего помог ей выйти из машины. Вручив девушке пакеты объемные, но легкие, он взял все остальное. В этот момент зазвонил его телефон.

– Вот черт, – мужчина поморщился. – Ладно, пусть его. Потом отвечу.

Аппарат замолк, но ненадолго. Не прошло и десяти секунд, как вызов повторился. К третьему вызову они успели подняться до квартире и войти. Антон опустил покупки и достал аппарат.

– Слушаю. Да? Нет, я же сказал, что сегодня меня нет. Ни для кого нет. Совсем. Да, вообще нет. Татьяна, ты не думай, тебе нельзя, ты просто работай, делай, как я сказал. Нет, я никуда не поеду. К тебе на ужин ни сегодня никогда вообще. Давно пора это запомнить. Меня и дома кормят хорошо, чтобы не шляться по другим.

Мужчина поморщился, после чего нажал отбой и выключил телефон.

– Опять твоя секретарь из офиса? – участливо поинтересовалась девушка.

– Она самая. И чего неймется? Вот пожалел знакомую одного приятеля, взял к себе в середине девяностых. Давно уже должна была понять, что меня привлекают другие женщины. Пока Лида была жива, Татьяна еще держала себя в руках, потом начались намеки, а последние годы так и вовсе измором берет.

– Понятное дело, – рассмеялась девушка, – годы уходят, красота за ними. Вот она и старается как можно быстрее захомутать вампира и стать вампиршей. Или вы не бессмертные?

– Все мы, так или иначе, смертны, – пожал плечами Антон. – Но ты, похоже, права. Татьяне уже под сорок, а она все пытается меня соблазнить.

– Ну и дура, – фыркнула девушка, – давно могла бы найти себе мужика, устроить жизнь, родить ребенка. Ну да ее дело.

Антон согласно кивнул, после чего быстро разделся и, пока его подопечная занималась обедом, перетащил пакеты в ее комнату.

А вечером вампир начал обучать немного свыкшуюся с его нечеловеческим происхождением секретаршу остальным премудростям: показывал основные документы, объяснял, как их заполнять, демонстрировал шаблоны. Еще одной премудростью были ответы на звонки. В итоге решили, что Таня будет просто отвечать, попутно фиксируя на черновике основные моменты, а потом все расписывать в книге. Почти бывшая секретарша еще пару раз пробовала позвонить, в результате Антон просто вышел из квартиры и что-то ей сказал. Больше звонков не было. Таня сделала вид, что не догадывается, как прошел разговор, хотя была уверена, что цензурными в речи мужчины были только союзы и предлоги.

Таня собиралась предложить остановится на этом, но, вернувшись, Антон продолжил спокойно объяснять девушке дальше специфику работы. Пришлось снова браться за конспект. Сложного ничего не было, просто отдельные нюансы, касающиеся общением с различными органами. Было в работе вампира и такое. Иногда его дела переходили в плоскость, когда должны вмешиваться милиция или прокуратура. Детектив сразу дал своему секретарю нужные номера.

–Главное, сразу говори, что ты – моя секретарь. Алла – тетка адекватная. Сама – человек, но замужем за некромантом. Так что может с непривычки шокировать их жаргоном. С Юрой ты знакома. Есть еще Артем, он следователь нормальный. Временами немного дотошный, но это мелочи. Пригрозишь Юрке нажаловаться, и он сразу угомонится. Димка заигрывать пытается, но это у него манера общения такая, для чего-то большего жена есть. Из прокурорских еще Олег. Там можно не переживать ни о чем. Мужик с головой, работает на совесть, притягивать за уши дела к статьям не будет. Да у нас и не будут других держать. Все-таки одно дело, посадить человека, а потом выпустить. Что касается дел с такими, как я, то приговор может быть куда жестче.

– Но неужели нельзя просто посадить таких людей пожизненно.

– А сколько они проживут, Танюш? – Антон поднял голову и посмотрел в глаза девушке. – Может ли вампир сидеть пятьсот лет, а оборотень, ведьма? Дело не только в приговоре или сроках. Меняются режимы, пусть и не часто, но все же, происходят войны, стихийные бедствия. И вот опасный преступник снова оказывается на свободе. Еще есть фанатики, которым в какой-то момент становится не важно, кто перед ними: вампир, оборотень или обычный человек, взрослый или ребенок. Они уничтожают всех, просто потому, что не должно быть не только нелюдей, но и тех, кто им сочувствует.

– Так у нас каждая вторая девчонка, посмотревшая «Сумерки», мечтает замуж за вампира выйти, – заметила Таня.

– Мечтает, насмотревшись фильмов, это одно, – покачал головой детектив, – а встречается с вампиром – совсем другое. А если у такой девчонки еще семья есть. Мать там, отец, бабушка с дедушкой старенькие, младшие братишки и сестренки. И вот придут в ее дом такие фанатики и всех положат, не разбираясь.

Татьяна поежилась. Наверное, прав Антон.

– А в чем тогда разница между фанатиками, преследующими вас, и террористами? – задала возникший внезапно вопрос девушка. – Ведь тем тоже все равно, кого убивать. Главное – как можно больше жертв.

– Хороший вопрос, Танюш, – мужчина запустил в волосы пятерню, почесал затылок. – Когда-то и я его задавал. Наверное, разница в том, что о нашем существовании никто не знает и не должен узнать. Вот и устраняют сразу, вынося приговор до задержания. А по бумагам проходит сопротивление при аресте. Ничего не напоминает?

– Да, есть такое, – вздохнула девушка. – Но все равно обидно.

Антон только притянул девушку к себе и обнял. Да, обидно. Обидно, что он не видел, кто убил Лиду, не смог сам пристрелить, как бешеных собак. Но больше никто не разрушит его семью. Жизнь научила, на что обращать внимание. Да и Лика предупредит, если что-то должно будет случиться. У ведьмы словно чутье срабатывает, когда у близких неприятности должны начаться. Даже гадать не надо.

Выходные, вопреки опасениям Татьяны прошли спокойно. Антон заранее предупредил детей, что уедет за город, и предложил встретиться там, если они захотят, после чего просто отключил телефон. Работы, которая требовала немедленно куда-то бежать, не было. И, как поняла девушка, ее начальник мог себе позволить устроить такие вот выходные.

Когда машина выехала из города, в первые минуты у девушки было опасение, что ее просто вернут домой. Но нет, они двигались совсем в другом направлении, и все страхи сами собой развеялись.

К большой радости Тани, когда они приехали, ее почти не расспрашивали о том, кто она, откуда и как познакомилась с Антоном. Что-то мужчина успел рассказать раньше, а остальное его друзей просто не волновало. Разве что поначалу они старались вести себя спокойно. Но стоило появиться мужчине с мальчиком двенадцати лет, как о спокойствии пришлось забыть. С соседнего участка тут же примчался другой шкет лет десяти, а самый младший и вовсе повис на брате.

– Танюш, подержи пока мелкую, – девушке вручили девчушку, которой было в районе года. – Я мальчишкам еды положу.

– А мужа кормить никто не собирается? – поинтересовался вновь прибывший мужчина, до того что-то обсуждавший во дворе с Юрием и Антоном.

– Мужа накормят позже, когда мясо готово будет, – отрезала хозяйка, Оксана, Уже успевшая повисеть на муже и крепко обнять пасынка, после чего дала мальчишкам указания, и те только что не строевым шагом отправились исполнять.

– Не боитесь мне ребенка давать? – поинтересовалась Татьяна у второй девушки, Анжелики.

– А чего бояться? – та пристально посмотрела на девушку. – Дай руку.

Таня протянула левую руку, правой придерживая девчушку, рассматривающую декоративные пуговицы.

– О болезни забудь, – уверенно произнесла Лика. – Впереди тебя другое испытание ждет. Я, как могла, оттянула, но больше силы тянуть не могу, – гадалка загадочно улыбнулась. – Беда будет большая, но ты сильная, справишься. И Антон поддержит. Он мужик хороший, хоть и кровосос. Да скорее тебе свою кровь пить позволит, чем твою попробует. Так что его не бойся. Другого человека бояться надо. Помни, если хватит сил на все испытания, уже к лету счастье за тобой придет. Коли сдашься, путь один будет, по следу материнскому. Только короче окажется.

– Лика, опять ты человека пугаешь? – вернулась к девушкам Оксана. – А ты не бойся, Тань, наша ведьмочка всю правду как есть говорит не для того, чтобы напугать, а что бы большей беды избежать можно было.

– Я не боюсь, – секретарь удобнее перехватила девочку, понимая, что забирать у нее ребенка никто не собирается, хозяйки заняты приготовлением еды. – Просто странно оно, когда тебе вот так наперед все рассказывают.

– Не все, – поправила Лика. – Только то, что можно. Две развилки вижу. Их и обозначила. Дальше тебе решать, как быть, кого слушать, да что делать. Иногда людей послушаешь, пойдешь на поводу у них, да свою судьбу упустишь, будешь придуманной другими жить. А другие не о тебе, о себе думать будут. И винят они не себя, а того, кого удобнее. Скажут, что для себя правдой видят, а другой за чистую монету примет. Так что ты сейчас слушай, да на ус мотай. Я тебе плохого не желаю. Всей судьбы не скажу, нельзя, но предупреждаю, насколько мне дозволено. Антону тоже, сколько могла, открыла.

– И давно он знает? – удивленно спросила Таня. Потом развернула малышку так, чтобы пуговицы оказались подальше от ее головы. – Не надо в рот тянуть. Можно глазками смотреть и ручками трогать, а в ротик не надо.

– Да в тот день, когда вы встретились, что могла, то и рассказала, – немного виновато улыбнулась ведьма. – Только там еще одна развилка была. Но с ней я помочь не в силах оказалась. Коли человек слаб, никакие силы не помогут. Уж прости, что хочу вокруг да около, прямо не говорю, но нельзя.

– Лик, да почему нельзя? – возмутилась Оксана. – Сказала бы как видишь.

– Не могу, Ксюш. Вот когда с самим человеком что-то произойти должно, тогда могу сказать. А тут такая ситуевина складывается, что Тане беда не грозит. А вот трудностей предостаточно сделается.

– Ты же говорила, что мне какого-то человека надо бояться? – заметила девушка.

– Хм… – Лика задумалась, только руки девушки продолжали нарезать овощи для салата. Наконец, она заговорила. – Остерегайся прежней антоновой секретутки. Отомстить она захочет, только не знаю, тебе или Тохе. Бабенка себе на уме. Ну да тут и гадалкой быть не надо.

– Это да, – согласилась Оксана. – Татьяна уже сколько лет спит и видит, чтобы нашего вампирюгу на себе женить. Но там дети сразу просекли. Гошка умница, сразу отца перед фактом поставил, что такой мачехи им не надо. Сейчас-то дети выросли, вот она вновь активизировалась.

– Ну да, – Таня быстро перехватила ручки девочки, тянущиеся к краю скатерти. – Ну не надо тебе эту тряпку. Вот, смотри, какой зайка, давай с зайкой играть, – потом посмотрела на двух женщин. – Я ее даже понимаю в какой-то степени. Вроде бы столько лет рядом, все для одного мужчины, а тут появляется кто-то неведомый и рушит все планы. Если честно, прям сюжет для сериала бразильского.

– Наши тоже снимать научились, – заметила Лика. – Если не жалко, можешь потом сценарий написать да предложить. Вдруг кто да решит такую мистику снять.

– Или книгу, – поддержала подругу Оксана. – Сценарий могут и не пропустить, а книгу так или иначе люди прочитают. Если и не издадут, то создашь блог да и выставишь.

– Знаменитой станешь, – рассмеялась ведьмочка.

– Да ладно вам, – Таня тоже улыбнулась. – Мне этого не надо. Было бы здоровье.

– Будет, – уверенно заявила Анжелика, после чего отобрала у Оксаны последнюю зелень, бодро нарезала и отправила в миску.

Оксана посмотрела на подругу, покачала головой, потом забрала у Тани дочь.

– Ладно, девочки, накрывайте на стол, а мы кушать и укладываться, а то Дашуня нам посидеть не даст спокойной.

Пока девушки накрывали стол под навесом, Оксана уложила дочь. Мальчишки, успевшие покушать, потянулись, было к мужчинам, но те дали команду помогать старшим. Только средний сын Оксаны, Игорь, повис на отце, и оторвать его не представлялось возможности.

– Мальчики, как там мясо? – окликнула мужчин Лика. – Юр, ты присмотреть обещал, а то эти кадры быстро схомячат сырое.

– Ликусь, лапонька, – обернулся Вадим, – волком я еще могу корм для собак погрызть, но сырое по нынешним временам не рискну. Неизвестно, где валялось, кто топтался и грыз. Только основательно проваренное или прожаренное.

– Вот-вот, – поддержал его второй мужчина, Влад. – Мясо, рыбу, птицу только в готовом виде. А то потом не знаешь к кому идти и что лечить.

– Чего непонятного, – развела руками ведьма. – К ветеринару, глистов выводить.

– Добрая ты, Лика, – покачал головой Вадим.

– А ты сомневался? – после чего сменила тему. – Влад, Ира-то когда приедет?

– Обещала к вечеру быть, – ответил второй мужчина, – у нее там какой-то обалдуй. Ира отказаться хотела, да родители его платят больно хорошо. Вот она и решила подработать. Тем более занятия раз в неделю четыре часа, дети у бабушки. Это Сашка, как узнал, что брат приедет, решил остаться. Девчонки к бабушке с радостью ездят.

– Так они маленькие еще, – выдал Санька. – И нам с ними не интересно. Вот подрастут, тогда будем с ними играть.

– Вадим, а чего мои спиногрызы с тобой не приехали? – окликнул мужчину Антон. – Вроде собирались же.

– Просили передать, что не хотят смущать кандидатку в мачехи, и знакомиться в следующие выходные домой приедут, – мужчина хмыкнул, глядя, как вампир подходит к засмущавшейся девушке. – Тань, не бойся, хорошие ребята. Только тезка твоя довела их всех. Так что не переживай, все будет хорошо.

– Да я не то что бы… Я просто…

– Просто я еще Татьяну не уволил. Танюшу натаскиваю. Так что хвостатый, ты мне сам не смущай девушку.

– Да я что, я ничего, я просто так… – попытался отшутиться Вадим, не заметивший появления жены, и в итоге словил подзатыльник. – Ну, как всегда.

Под тихий смех все устроились за столом. Антон слегка обнял Таню и тихонько спросил:

– Ты как? Все нормально?

– Да, – девушка повернулась к нему и улыбнулась. – Все хорошо. Спасибо.

Остаток дня прошел спокойно. Вечером приехала Ирина с дочками-близняшками Лерой и Ларой – Валерией и Ларисой. Девочки тут же утащили к себе играть Игорька, а позднее Оксана подкинула им и проснувшуюся Дашу. Сережка и Санька что-то обсуждали на веранде, вычерчивая на листе большую схему.

– Лик, а ты когда Юрку наследником порадуешь, – посмотрела на ведьму Ира. – А то мелкие вырастут, твоему играть не с кем будет.

– Ну, – девушка задумалась, что-то подсчитывая, потом сообщила. – В конце июня. Так что Тоха, имей в виду, первые недели три я совершенно свободна, а потом уже все, никаких развлекательных мероприятий, – и она хитро подмигнула Антону.

– Так, что значит в конце июня? – Юрка что-то подсчитывал, загибая пальцы, потом подскочил на месте, – Лика, и ты не сказала! Вот точно, ведьма. Муж я или кто?

– Так сказала же, – беззаботно произнесла девушка. – Я сама только вчера вечером подтверждение получила. Я хоть и ведьма, но у врачей все проверила, чтобы наверняка. Так что вчера позвонили сразу после нашего разговора. Я тебя набрала, а ты уже отключился.

– Да вызвали вчера, – вздохнул опер, потирая руками лицо. – Какая-то собака на мужика напала. Тот кричал, что оборотень. Оказалось, соседка гуляла со своим кавказцем, а эта рожа пьяная к ней полезла. Начальник как услышал, что про оборотней речь идет – нас дернул. А хватило бы участкового. Псина у женщины выставочная, привитая, учили хорошо. Кусаться она бы не стала, придержала до прихода помощи или команды соответственной. А придурок этот уже давно ко всем бабам цепляется. Сам крепкий, как хлебнет лишку, ждет темноты и идет на промысел. Один раз девчонка от него только чудом вырвалась.

– И что в итоге? – поинтересовался Антон.

– Дали в морду и сдали местным ребятам. Те добавили, потому что довел этот тип их до белого каления. Родня у него какая-то в верхних эшелонах.

– Значит, отпустят? – покачала головой Оксана.

– Ничего. Я с ребятами договорился. Если отпустят, я его по своим каналам прихвачу на пятнадцать суток. У нас там как раз есть пара дел. Повесить на него не получится, но промурыжим пятнадцать суток, чтобы впредь думал. На это хватит ерунды, которую на него можно повесить. И родня ему уже не поможет. Допуска не хватит.

– Уже и справки навел, – хмыкнул Вадим.

– А то, – выпятил грудь Юрий. – Мы это дело быстро провернули. Зря что ли нас гоняли на того кавказца. Если еще хоть на одну женщину с недобрыми мыслями посмотрит, быстро у нас окажется. Ребята из их отделения уже не к себе, сразу к нам повезут. Антох, а у тебя сейчас что хорошего, а то давно ты к нам не заглядывал?

– Да, – вампир махнул рукой. – Сезон ревнивых мужей. Платят хорошо, я и не отказываюсь. У пары заказчиков бабенки действительно гуляют, еще у троих на какие-то курсы ходят. И один семинар мне не сильно нравится.

– Будешь копать?

– Буду.

В голосе мужчины было столько уверенности, что Тане стало немного не по себе.

– Танюш, – посмотрел на девушку Юрка, – ты присмотри там за нашим сыщиком. А то влезет опять во что-нибудь, потом получим на выходе вампира одурманенного по неведомой методике.

– Вообще-то мы не поддаемся никаким воздействиям, – заметил Антон. – На нас даже наркотики не действуют.

– Ой, – хмыкнул Влад, – я тебя умоляю. Мозги задурить кому угодно можно. И не важно, кто ты: домохозяйка, профессор в области высшей математики или вампир с многолетним опытом.

Какое-то время мужчины спорили, насколько возможно современным мастерам запудривать мозги провернуть это дело не с простыми людьми, а с вампиром или оборотнем. Женщины какое-то время слушали их, после чего махнули рукой и переместились в дом.

– Ира, вы сегодня тоже у нас ночуете? – поинтересовалась Оксана, расставляя чашки. Чайник уже стоял на плите. Анжелика вытащила свое фирменное варенье, Ирина нарезала булку и хлеб.

– Нет, сегодня уже дома, – улыбнулась женщина. – Нам комнату вчера закончили, сегодня в ней порядок навели, так что мы домой переселяемся. А девочки и Сашка пока у вас пусть будут.

– Да не вопрос, – улыбнулась Оксана, потом повернулась к гостье. – Таня, я вам с Антоном вместе постелила, а то с местами для ночевки не очень. Ты не против? Или я ему матрас освободившийся выдам.

– Не знаю, – потупилась Татьяна.

– Ладно, у Тохи спрошу потом, – решила хозяйка дома. – Он из вас двоих мужик, пусть и решает.

– Сводня ты, – заметила Ирина.

– Да ничего подобного? – возмутилась Оксана. – Пока я только отбиваю мужа от всяких там дамочек.

– А чего отбивать, – расплылась в широкой улыбке Ира. – Значит так, девоньки, делюсь опытом. Летом какая-то вобла попыталась на Влада вешаться. Ему это, понятное дело, не нравится, но отшить не может, потому что родственница какого-то там важного партнера в фирме. Он и так, и этак, полное дорогая выручай. Ну, я договорилась с его секретарем, тот сообщил, когда эта мамзель явится. Тут и я приезжаю с девочками. Посмотрела, как она сидит только что не впритык, мило ей улыбнулась и обрадовала, раз она так хочет у меня мужа увести, пусть заранее находит общий язык с детьми. Мама у меня работает, я тоже работаю. Так что вперед. Пока младшие, а потом и старшего привезу. Оставила девочек и ушла.

– И что? – оставшиеся трио подалось вперед.

– Да ничего, – рассмеялась Ирина. – Эта фифа ретировалась еще до того, как я из здания вышла. Больше ее и близко от Влада не наблюдалось.

Через какое-то время Ирина и Оксана ушли укладывать детей. Лика и Таня потягивали чай. С улицы раздались громкие выкрики.

– Все, – вздохнула ведьма, – пошло отмечание счастливым папашей.

– Повезло вам, – Таня вздохнула. – У меня если и будет ребенок, то только приемный.

– Это почему? – нахмурилась Анжелика.

– Нельзя, – потом посмотрела на непонимающую ведьму и пояснила, – здоровья не хватит. Меня почти с того света вытащили. Ну, доктор и сказал, что своих детей в таком состоянии мне не родить.

– В таком, возможно, – задумчиво произнесла Лика. – Эх, убьет меня Тоха, но расскажу. Есть ритуал оборота человека в вампира. Дело это не простое, да и разрешение нужно получить. Но если решишься на это, то организм сам восстановится под воздействием обряда.

– То есть, – подалась вперед Таня, – если мы с Антоном… у нас могут быть дети?

– Дети, внуки, правнуки, – рассмеялась девушка. – Главное, пойми, что тебе надо. И не спеши. Обдумай все. До конца января времени должно хватить, а там, как пойдет. Это тебе не перчатки поменять. Вся жизнь иначе сложится.

– Да, я подумаю, – немного успокоившись, пообещала ей Татьяна.

Когда вернулись мамочки, пошли загонять мужчин. К удивлению, выпили они мало. Всего бутылку на четверых. Ира и Влад попрощались со всеми и направились к своему дому. Вадим проверил мальчишек, убедился, что они действительно спят, а не притворяются, замышляя очередную проделку. Оксана показала Тане и Антону, где их комната.

– Смотрите, или вдвоем на кровати, места там много, одеяло запасное я дала. Или матрас принесу, чтобы Таня не смущалась.

– На кровати, – решил мужчина. – Ночи не жаркие сейчас. А Танюше болеть нельзя. Так что я лучше рядом. Грелкой поработаю.

Девушка смутилась, но промолчала.

Антон помог своей спасенной застелить постель, после чего вышел из комнаты, чтобы Таня спокойно переоделась. Заодно и сам сменил джинсы и свитер на тренировочные штаны и футболку.

– Что, не хочешь смущать девицу своими кубиками, – заметил его на веранде Юрий. – Или выставили?

– Просто смущать не хочу, – уточнил вампир.

– А дома как же?

– Дома я ей свою комнату предоставил, а сам к спиногрызам переехал.

– Ааа, – Юрка многозначительно хмыкнул, потом затушил окурок о металл столба и щелчком отправил его в огород. – Все, последняя.

– Давно пора, – одобрительно хмыкнул сыщик.

– Стимула не было. А дела такие, что или кури, или в зале грушу молоти. При условии, что на грушу времени нет, сам понимаешь, какой выбор.

– Лике давно надо было ребенка родить. Еще как ты начал.

Опер пробубнил что-то невразумительное, после чего пожелал товарищу приятных снов и отправился под бочок к жене. Антон последовал его примеру.

Таня уже забралась под одеяло и ждала, когда придет ее спутник. Антон улыбнулся, после чего опустился рядом. Девушка подвинулась ближе к стене, но мужчина быстро вернул ее обратно.

– Мы не в городе, – тихо произнес он, – стены холодные. Простудишься, сама понимаешь, что может быть.

Спорить Таня не стала. Вот только ощущение от близости мужчины, пусть и лежащего под другим одеялом, было волнительно. Девушка закрыла глаза, надеясь, что ее сосед по кровати ничего не заметит. Какое-то время она просто лежала, потом немного повозилась, устраиваясь удобнее, в итоге повернулась на другой бок, уткнулась носом в грудь мужчины и заснула.

Антон с легкой улыбкой смотрел на девушку, доверчиво посапывающую рядом с ним. Редко кто мог так просто спать, находясь рядом с вампиром. Точнее те, кто не догадывался о природе сыщика, благополучно смотрели сны, но те знакомые, которые были в курсе его секрета, предпочитали оказываться подальше. Вдруг ночью подкрадется и будет пить кровь. Сам мужчина не мог представить, как это можно сделать так, чтобы другой человек не заметил, но остальные то ли фильмов пересмотрели, то ли просто верили в весь этот бред. Разве что Юрка оказался нормальным парнем, без всяких предрассудков. Да сестра его, при первом же знакомстве буквально заставившая испить своей кровушки в прямом смысле, дабы не загнулась одна клыкастая особь. А теперь вот и Танюша никакого страха не испытывает.

На следующий день надо было возвращаться в город. Первым, пока младшие спали, на электричку ушел Сережка. Парнишке надо было вернуться в училище к определенному времени, и он справедливо считал, что опоздание в случае поломки электрички не так страшно, чем на машине застрять в пробке. Так хоть есть билет со временем покупки, расписание, и начальство всегда сможет проверить, ломалось что-то или нет. А тут доказывай, что стояли. Решат, что дома засиделся.

Чуть позже выезжали Вадим и Юрий. Одному нужно было возвращаться на работу, а другого вызвонили коллеги по какому-то запутанному делу, которое без его непосредственного участия не шло никак. Сам капитан Синицын высказался по этому поводу хоть и цензурно, но в умственных способностях дежурного никто не сомневался. Последними собирались Антон и Таня.

– Антош, – позвала его Оксана, – мы тут тебе собрали по мелочи. Загружайся.

– Девочки, – Таня в это время возилась с малышней, но интонации начальника-квартиродателя заставили насторожиться. А когда тот появился на крыльце с парой мешков, которые обычно используются на рынках, чтобы товар складывать, с трудом сдержала удивление.

Между тем вампир разместил их в багажнике и снова поспешил в дом. Новая партия была меньше объемом, но уже в старых-добрых матерчатых мешках и позвякивала банками. С ними Антон возился дольше, не хотелось расколотить по дороге.

– Ну, все, теперь до Нового года можно в овощной отдел не заглядывать, – он, наконец, вылез из багажника. – Останется придумать, куда все дома деть.

– Придумаете, – успокоила его Лика. – Сам не справишься, Таня поможет. Нам-то много нельзя. А эта троица умудрилась распахать огород. Да еще мелких привлекли. Благо, им пока нравится в земле ковыряться, а мальчишки запасы делают. Ну да Сережке Вадим периодически банки привозит на всю роту, но все равно не спасает.

Девушка смущенно улыбнулась. Было непривычно, что ее так легко приняли в свой круг чужие люди. И никто не расспрашивал ни про болезнь, ни про семью. Понятно, Антон рассказывал что-то, но не все, поскольку всего знать не мог. Но, казалось, подробности никого и не волновали. Заболела. Но с теми условиями, в каких Таня жила, просто повезло, что все так удачно сложилось в итоге. Мать пьет. Этим давно никого не удивить. То, что отца в живых нет, тоже вполне себе рядовое явление. Сколько мужчин до пенсии не доживает. Зачем расспрашивать, если человеку неприятно будет. Что захочет – сама расскажет. А что не захочет, того и не надо. Если не сбежит от Антона, со временем потихоньку все станет известно. Но без неудобных вопросов.

Куда больше беспокоило Таню предстоящее знакомство с детьми Антона. Не то, чтобы она на что-то надеялась. Нет, в этом плане девушка не позволяла себе мечтать о чем-то недостижимом. Все-таки практически бессметный, умный мужчина, которому она годиться в дочери, если не во внучки. Дети, наверное, тоже ощутимо старше. И не факт, что она им понравится. Если уж ее тезку сочли неподходящей кандидатурой, то что говорить о ней самой. Жилья нет – мать там притон устроила, и ничего с этим не поделать. Разве что продать, но не купит никто, а если и купят, то за такие копейки, что даже на гараж не хватит. Образования – с трудом одиннадцать классов. Дальше не получилось. И то спасибо, повезло, доучивалась в санатории, и к экзаменам допустили. Благо отец в голову вложил мысль, что высшее образование – дело, конечно, хорошее, но и без него человек не пропадет. Главное самообразованием заниматься. Таня и старалась. Много читала, благо в библиотеке справок из поликлиники не требовалось, пыталась самостоятельно освоить физику, химию, астрономию. Да и чем заниматься, когда ночью сидишь на заправке, или просто под фонарем рядом с ларьком, потому что в квартире гудят все окрестные забулдыги.

Долго предаваться таким невеселым мыслям девушке никто не дал. Лика словно почувствовала, что их гостья задумалась о чем-то не веселом, а может просто увидела, кто этих ведьм поймет.

– Таня, поверь, все хорошо будет, – она уселась на скамейку рядом с девушкой. – Горе впереди, но оно к лучшему. А то испытание, что после него и вовсе ерундой покажется. Нервы потреплет, да не столько тебе, сколько другим. Ты сильная, справишься, мы с тобой будем. А потом все на лад пойдет. Поверь опытной ведьме.

И она хитро улыбнулась.

– Постараюсь, – девушка не смогла сдержать ответной улыбки. – Просто боюсь, что сорвусь, и как мама… Я же алкоголя боюсь, как огня. Все кажется, стоит выпить, и тоже начнется. Только я долго не проживу, мне от силы пары лет хватит с моим букетом.

– Не бойся, – после пристального изучения чего-то видимого только ей сообщила Лика. – Ты сильная, топить горе в вине не станешь. Меру свою поймешь быстро, если и будешь превышать, то редко и немного.

– Лика, я тебя боюсь, – на полном серьезе сообщила ей Татьяна. – От одного твоего взгляда сердце в пятки убегает.

– Не бойся, – рассмеялась ведьма. – Это профессиональное. А так я даже не кусаюсь. Разве что мужа, и то не часто и не сильно.

– Постараюсь, – пообещала девушка.

– Да, чуть не забыла, – Анжелика поднялась со скамейки и скрылась в доме. Вскоре она вернулась с небольшим пакетом. – Вот, накануне приготовила, и чуть не забыла отдать. Это тебе травки. Пей, чтобы не простыть. Никаких иммуномодуляторов не нужно. Все сама или растила или собирала.

– Спасибо, – Таня заглянула в пакет. Там лежали небольшие тряпочные мешочки, к каждому из которых была прикреплена бирка с названием содержимого. – А как их правильно заваривать?

– Ничего сложного. Как обычный чай. Веточку того, веточку другого. Тот же зеленый чай получится, только вкуснее. Я расписала, что с чем лучше. Можно еще мяту добавить, и просто заварку. Жаль, у меня мята в этом году не уродилась. Оставила детям. Ну да ты в аптеке или магазине купи. Она везде сейчас есть.

– Хорошо, обязательно. Спасибо большое.

– Да не за что. Для хороших людей не жалко. Ты там за Антохой присматривай. Раньше у него Алина хозяйкой в доме была, а теперь учиться пошла, переехала в общежитие, брату всю малину обломала. А отец без женской руки остался.

– Я все слышу, – раздался от машины голос Антона. – И если у вас еще что-то есть, то выдавайте, говорите или что оно там. Иначе из-за вас в пробку встрянем.

– Да какие пробки, осень на дворе, – вышла на крыльцо Оксана.

– Ага, осень, – буркнул вампир, в десятый раз проверяя, хорошо ли запакованы банки с консервами и вареньем. – А то я не знаю ваше направление. Тут можно даже утром первого января в пробку попасть. Народ то в Финку едет, то из Финки, то за грибами, то на рыбалку, то еще куда-то.

– Ладно. Не бурчи, а то девушку напугаешь, – появилась Ирина, а за ней и Влад с очередным грузом. – Чуть не забыла отдать. Влад с ребятами на охоту ездил. Медведя не нашли, зато кабанов прилично было, а потом еще им пара лосей просто под колеса выскочила. Благо у них разрешение и на тех и на других было.

– А ничего, что они тех лосей столько оригинально подбили, – нахмурилась Оксана. – За них же вроде штрафуют.

– Нет. Обошлось, – Влад помог приятелю устроить мясо, чтобы не пострадало остальное. – Мы же на машинах лесничества были. Так что никаких ДТП не оформляли. И без того с трудом договорились, что на этот раз нам хватит. Шутка ли нас десять, а этого зверья… И когда успели расплодиться.

– Наверное, когда некоторые хвостатые тем же самым занимались, – заметила Лика. – Только им на это времени надо меньше. Вот только некоторые опосля еще в игрушках всяко разных сидят, то эльфами, то орками, то еще кем, так что не удивительно.

– Бедный Юрка, – вздохнул мужчина, после чего вернулся на свой участок общаться с подъехавшими рабочими. Ирина попрощалась с отбывающими гостями и отправилась к детям.

– Ладно, девчата, поехали мы, – Антон обнял сначала Оксану, потом Лику. Последней тихо шепнул на ухо: – мужа не запиливай под благовидными причинами.

– Не бойся, – улыбнулась она, – я не так страшна, как может показаться. И за всяким хочу чего-то не знаю чего, посылать не буду. Тем более что хочу мужа, а у него все работа, кавказцы всякие, что четвероногие, что двуногие, прочая нечисть…

– Потерпи немного. Между Самайном и Йолем время самое тяжелое. А там солнцеворот, и сразу все успокоится.

– Знаю, – печально улыбнулась ведьма, – по себе чувствую, что на всякие непотребства тянет. Только творить их не с кем, а много шоколада теперь вредно. Так что ты не думай, я просто немного завидую, что у тебя есть куда дурную энергию приложить, Ира и Оксана просто не чувствуют этого, Владу, вон, стройка в качестве развлечения, Вадим работает. Одна я сижу за городом и дурью маюсь, потому что с этой самой дури тоже ремонт устроить решила.

– Ага, с дури. Вон как пригодилось. Квартиру удачно купили соседнюю, теперь все соедините, будете жить с комфортом.

– Угу, – кивнула девушка. – Ладно, сильно не гони. Таня, присмотри за нашим клыкастиком.

– Присмотрю, – Таня в свою очередь обнялась с хозяйками и забралась в машину. После чего еще махала Лике и Оксане, пока Антон выруливал со двора.

В пробке, вопреки подозрениям детектива, они не застряли, хотя немного постоять пришлось. Зато дома их ждала более сложная задача – разместить выданный запас продуктов. Овощи сразу отправили на лоджию, а вот банки и мясо уже никуда не помещались.

– Ладно, оставляй, что в морозилку не лезет, – скомандовала в итоге Таня. – Оставим в холодильнике, я котлеты утром буду делать.

– А что, – улыбнулся мужчина, – хорошая идея. А то почему-то вся эта дичь оказывается не мягче подметки, хоть и вкусная.

И оставив Таню разбираться с мясом, он принялся перетаскивать на лоджию банки, расставляя хоть как-то хоть куда-то между покрышками и ящиками с каким-то железом.

– Не упадут, – окликнула его девушка.

– Вроде не должны, – он осмотрел результат трудов. – В выходные дети приедут, им отдам. А то я один столько не съедаю, да и ты помогаешь плоховато.

– Стараюсь, как могу, но превращаться в шарик тоже не планирую.

– Да какой там шарик, – критически осмотрел ее вампир. – Ты хоть мясца нарасти для начала. А то смотришь на тебя, и грустно становится. Кожа да кости.

– Ну-ну, – повернулась к нему от стола Таня. – Я вообще-то за последние месяцы пять килограмм прибавила.

– А поскольку они прибавлялись к весу дистрофии ходячей, особо не заметно. Шучу, шучу, – Антон попятился, поскольку девушка перехватила нож и сделала шаг в его сторону. – И вообще, это я, вроде, страшный вампир, а ты – юная невинная девица в его логове. По закону жанра тебе надо трепетать и бояться.

– А я не люблю ужастики в американском стиле, когда поперлись все дружно ночью туда, куда ходить нельзя, – она пригрозила своему начальству ножом, после чего вернулась к разделке продукта класса дичь. – Так что у нас все на современный лад.

– Типа притащил людоед в пещеру рыцаря, а он оказался спецназовцем. Больше людоеда никто не видел?

– Именно!

Так перебрасываясь шутками, они быстро разобрались с делами. После Антон сверился со своими записями по работе, подбросил своему секретарю несколько новых бумажек с данными, которые нужно было занести в компьютер.

– Значит, завтра у меня общение с мужем одной из верных жен. Потом с другим общаюсь, у которого жена – сектантка. Ну и попробую пробраться к тем ушлым товарищам, может, удастся выяснить хоть мелочи.

– Будь осторожен, – только попросила девушка.

Вампир ограничился кивком. Одно радовало – друзья не будут долго с ним разбираться. Увезут подальше от города и будут вправлять мозги силовым методом, благо вампира прибить сложно, а регенерация у него отличная.

Следующая неделя прошла почти без происшествий. Пару раз Антона пыталась найти его секретарь, по-прежнему принимая Таню за Алину. Поскольку девушку это не напрягало, просвещать почти уволенного сотрудника никто не собирался. Сокращение объемов работы Татьяна офисная восприняла как должное и даже не задумывалась, кто теперь заполняет все бланки, формы, отчеты, ведет учет средств и занимается платежами. Сам Антон молчал, посвящая вечера или работе или обучению нового сотрудника. Девушка уже почти не думала, что в выходные к ним должны приехать важные гости. Она просто работала, занималась домом, что-то читала.

Звонок в дверь раздался неожиданно для Тани. Хозяин должен был вернуться через пару часов, о чем предупредил буквально несколько минут назад. Девушка убавила огонь на плите, быстро прикинула, все ли в квартире в порядке и поспешила открыть.

– Вы нас не ждали, а мы приперлись, – обнаружившийся за дверью юноша немного постарше квартирантки тщательно вытер ноги, после чего прошел в квартиру. За его спиной обнаружилась девушка примерно одного возраста с секретарем. – Я Гоша, а это Алина. А вы, наверное, Таня? Простите, что без предупреждения, просто знакомые подбросить вызвались. Я папе звонил, а у него телефон не отвечает.

– Да, он говорил, что у него какое-то дело важное нарисовалось, – Татьяна посторонилась. – Вы голодные, или будете его ждать?

– Мы зверски голодные, – улыбнулась Алина. – Но если ничего нет, готовы потерпеть. Нам не привыкать.

– Руки мойте, голодающие, – улыбнулась Таня, после чего исчезла на кухне, справедливо решив, что гости и сами все найдут.

– Вкусно пахнет, – заметил Гоша, входя на кухню.

– Давай за стол. Суп будешь?

– Буду.

– Я тоже буду, – донеслось из коридора. – Блин, как ты эту коробку запихнул?

– Помочь? – парень дернулся вставать.

– Достала. Чуть ноготь не сломался, – на кухню вошла Алина с большой коробкой. – Мы по дороге в магазин заехали, тортик небольшой купили. Папа придет, можно будет чаю выпить.

– Я так понимаю, меньше не было, – Таня поставила перед юношей тарелку, после чего налила супу и его сестре.

– Скорее больше не было, – берясь за ложку, хмыкнул брат.

– Да что б ты понимал, – девушка попыталась отвесить брату подзатыльник, но тот вовремя уклонился. – Я молодой и растущий организм, и мне надо много и вкусно питаться. А моя любовь к тортикам – особое состояние. Пока могу, ем. Все равно фигуре ничего не угрожает. А вот ты можешь хоть поселиться в качалке, не поможет. Потому что мы вампиры, а не оборотни.

– Сама бы что понимала, – не остался в долгу Гоша. – Между прочим, прогресс есть, только пока не очень заметен. А к лету у меня будет накачанная фигура.

Он отправил в рот первую ложку, после чего замер, зажмурился, а после того, как проглотил, открыл глаза и посмотрел на Татьяну.

– Вкуснотища. А это вообще что?

– Вообще это щи на лосятине, – рассмеялась повариха. – Ну и капуст разных добавила, помидоры, перец, травки.

– А лосятину откуда взяли?

– Влад, приятель вашего отца, подбросил. Пробовали жарить – вкусно, но жестковато. Все-таки животные дикие. Так мы решили помельче в суп порезать, ну и на котлеты, – Таня присела за стол. – Хоть сама нормально попробую, что вышло.

Первое ели в молчании, просто наслаждаясь вкусом еды. Брат с сестрой то и дело косились на девушку, но догадаться, что творилось в их головах, было невозможно. Полное спокойствие, словно ничего нового не происходит, Татьяна давно жила тут, а они изредка наведывались в отчий дом с учебы.

– Вкуснотища, – Алина вылила из тарелки на ложку последние капли. – Уж простите мое пренебрежение этикетом, но я такого сто лет не ела.

– Да, Таня, спасибо, очень вкусно. Папе повезло, – поддержал сестру Гоша.

– Второе будете сразу или позже? – поинтересовалась она.

– А что на второе? – вампирша собрала тарелки и метнулась к раковине.

– Картошка с котлетами и всякие соленья от Лики и Оксаны.

– Сейчас, – решил парень. – Думаю, папа не сильно обидится, что два вечноголодных студента его не дождались. Все-таки ели мы только утром нормально. Потом сборы, а потом нас предложили подвести, так что даже перекусить не удалось.

– Еще и постоять пришлось. Сначала какой-то товарняк пропускали, потом пробка – фура перевернулась, почти всю дорогу перекрыла. В итоге обползали по обочине. Так что да, папе придется нас понять и простить, – разобралась с посудой Алина.

– А с учетом того, что у него какие-то важные дела возникли, еще неизвестно, когда он в итоге приедет, – улыбнулась Таня.

Антон возвращался еще позднее, чем планировал. Оставалось надеяться, что дети и Таня смогли найти общий язык без него. Понятно, что надо было пересмотреть свои планы, перенести последнюю встречу. Но человек явно боялся, что больше не сможет выбраться. А у него были важные доказательства, что таинственная секта – ни что иное, как прикрытие какой-то подпольной фабрики. Что там производят, его осведомитель был не в курсе – мимо него проносили уже готовые коробки. Не алкоголь, но тоже ничего хорошего. Проверив доказательства, вампир понял, что все бумаги собраны, осталось передать их одному знакомому из соответствующего отдела. А дальше пойдет по привычной схеме – оцепят точку, вломятся внутрь, всех повяжут и отвезут куда следует. А там уже будут разбираться, кто, что и зачем. Как с той фармакологической конторой.

Его привычное место парковки оказалось занято. Пришлось потратить немного времени, в итоге оставил машину под окнами в кармане на проспекте. Никому мешать не должен, переход в стороне. Не успел он выбраться из машины, как раздался звонок. Мужчина посмотрел на дисплей – Татьяна, которая пока еще секретарь в офисе.

– Да, – отвечать не хотелось, но пришлось.

– Антоша, а что ты сейчас делаешь? Не хочешь поужинать вместе? – проворковала трубка.

– У меня дети приехали, так что ужинать я буду с семьей.

– В смысле приехали, – воркование резко пропало.

– Так, с учебы приехали. Или ты забыла.

– Тогда, что за женщина мне отвечала? Я тебе на домашний несколько раз звонила, и там кто-то был.

– А тебе какая разница? – ехидно осведомился вампир. – Я тебе не муж, не жених, если ты не забыла. Я твой начальник и не обязан перед тобой отчитываться. Если же тебя что-то не устраивает, то можешь быть свободна. Зарплату переведу на карту, а ключи от офиса сдашь вахтеру.

– В смысле? Ты что, ты меня увольняешь? После стольких лет ты решил выставить меня на улицу? Меня, единственную, кто хоть что-то понимает в твоих делах.

– Уже не единственная. Есть человек, который последнее время занимается всей бумажной работой, которой ты пренебрегала. А научить ее нажимать кнопочки на кофеварке дело не хитрое.

– Значит так, да, – прозвучало истерично в трубке. – Думаешь, со мной так можно? Ничего, пройдет время, и ты меня вспомнишь.

Татьяна отключилась. Антон несколько минут сидел в машине, переваривая разговор. Потом улыбнулся. Надо будет на следующий день позвонить вахтеру, узнать, отдала Татьяна ключи от офиса, или нет. Ну и сменить замок на всякий случай. Кто знает, что этой блондинке придет в ее выжженные перекисью мозги. Лучше не рисковать. Приняв такое решение, мужчина покинул салон машины и отправился домой, к девушке, которая ему нравится и приехавшим на выходные детям. А все проблемы с бывшей секретаршей он будет решать потом, со следующей недели.

Когда он открыл дверь, с кухни доносились голоса. Дети уже приехали. Не хорошо получилось, оставил Танюшу одну, но выбора не было. Работа у него специфическая. Главное, чтобы они не устроили допрос с пристрастием. Алина в этом плане еще тактичная, а вот Гоша может. Тем более он старше. Привык проверять нервы предыдущих отцовских пассий. А если дочери что-то не нравилось, она включалась в игру. Обычно отношения с женщиной заканчивались в считанные дни. Впрочем, раньше Антону не приходилось особо жалеть. И детей он привлекал, когда от пассии надо было избавиться. Разве что с секретаршей не проходил этот номер. Но теперь, кажется, и от нее удалось отделаться. А угрозы – не страшно. Если что, скажет Юрке, тот припугнет ее.

– Ну, я и съездил ему разок, – донесся с кухни голос Гоши. – Пусть не думает, что вампиры хлюпики. После этого дразниться перестал. О, папа пришел.

– Папка! – из кухни вылетела дочь и повисла на шее отца. – А мы тебя все ждем-ждем, а ты все работаешь.

– Что делать… – он обнял дочь. Даром, что взрослая, студентка. Любит она включать папину любимую девочку, когда все свои.

Сын висеть на отце не стал. Просто обнялись. Таня, как всегда улыбнулась.

– Ну что вы как не родные, – не сдержалась Алина. – Можете не стесняться и поцеловаться. Мы даже на кухню уйти можем.

– Кажется, они не стесняются, – посмотрел на девушку, а потом на отца Гоша. – А зря. Столько знакомы, а все как пионеры.

– Сын, – Антон попытался отвесить ему воспитательный подзатыльник, но дражайшее дитятко ловко увернулось. Оставалось только покачать головой, внутренне радуясь, что на этот раз девушка не вызвала у детей негативных эмоций.

– Так, хватит тут торчать, – скомандовала Таня. – Раздевайся, мой руки и топай на кухню. Мы-то давно поели, не стали тебя ждать.

Остаток дня и выходные прошли спокойно. Гоша по привычке рисовался перед девушкой, Алина периодически одергивала его. То и дело брат с сестрой начинали пикироваться по незначительному поводу. Антон не обращал на это внимания, и Таня пришла к выводу, что такое поведение для них норма.

– Тань, а как вы с папой познакомились, – поинтересовалась как-то Алина. Гошка тут же свернул какой-то безумно важный телефонный разговор.

– Весьма оригинально, – улыбнулась девушка. – Я на прежнюю работу опаздывала, перебегала дорогу. А он в этот момент отъезжал. Вот и прибежала я ему под колеса. Немного поговорили, после чего я в больнице очнулась.

– Это как? – парень покосился в сторону кухни, где отец семейства в это время что-то выяснял по телефону со знакомыми оперативниками.

– Да от истощения сознание потеряла. Очнулась уже в больнице, куда он меня привез. Ну и все, взяли надо мной шефство, потом учить начали на секретаршу.

Дети только переглянулись. Таня даже не пыталась понять, что они просигнализировали друг другу.

Выходные пролетели незаметно. Перед отъездом Гоша отозвал отца на кухню.

– Пап, – устроившись на табуретке, он посмотрел на отца, – а ты в курсе, что Таня тоже высшее образование хотела бы получить.

– Знаю. Но кто студентов с середины года набирает? Да и отдохнуть ей надо, – вздохнул Антон. – Лика сказала, еще не все закончилось. Так что пусть пока спокойно поживет хоть немного.

– То есть, не удалось вылечить? – нахмурился юноша.

– Нет, тут все хорошо, насколько возможно в ее случае, – несколько невесело улыбнулся Антон. – Но проблемы у нее еще будут. С матерью.

– Понял, – взгляд отца был достаточно выразителен, чтобы не озвучивать суть. – Но все равно подумай. Если к нам, то экзамены не понадобятся. Хватит стажа работы у тебя, помимо аттестата.

– А у меня кто работать будет? – буркнул Антон. – Ты что ли?

– Да нет, у меня у девочки одной мать работу подыскивает. С деньгами у них проблем нет, так что не срочно. У нее и опыт большой – она в одной конторе работала, пока та не прикрылась, так что учить не придется. Дома с деньгами проблем нет, но и она бездельничать не привыкла. Сама она из семьи леших, если что.

– Летом видно будет, – подумав, решил Антон. – Пока рано что-то загадывать.

– Но ты подумай. В крайнем случае, даму в помощники возьмешь. Если Тане тяжело будет.

– Хорошо, – немного подумав, решил вампир. – Но не сейчас. Ты предупреди, что после нового года понадобится человек.

– Понял, – верно заметил чуть заметный акцент на определенных словах Гоша.

После разговора дети начали собираться. Антон едва успел сунуть им по паре банок варенья и солений, после чего парочка убежала. Мужчина выглянул в окно, ну да, машина Вадима стояла у подъезда. Скорее всего, с дачи заскочил забрать детей. Самому зайти уже некогда, иначе всем троим влетит за опоздание от начальства.

– Прилетели, нашумели, улетели, – наливая себе чай, улыбнулся Антон, стараясь скрыть за улыбкой легкое разочарование. Все это время он ночевал вместе с Таней, и возвращаться обратно в комнату детей не хотелось. – Все как всегда.

– У них хороший учитель, – рассмеялась девушка. – Ты тоже в обед примчишься, нашумишь и убегаешь, только что глаза не таращишь.

– Работа у меня такая, все бегом, бегом. Не будешь шевелиться – объект уйдет, ищи его потом. Чем быстрее соберу пакет документов, тем быстрее денежки получу и новое дело возьму.

Таня только рассмеялась. Вампир очень тонко обошел пословицу, что волка ноги кормят, которая больше подходила оборотням. Вот только два знакомых волка работали один в офисе, второй в академии, и не бегали по городу. Так что выглядело это со стороны весьма забавно: вампир, которому приходится зарабатывать на пропитание на своих двоих, и два хвостатых, ведущих спокойную, размеренную жизнь. Но кто к чему привык.

– Ну вот, любишь ты над старым вампиром посмеяться, – покачал он головой, сдерживая рвущуюся на лицо улыбку.

– Это ты старый? – удивилась Таня. – Мне казалось, в самом расцвете сил.

– Только мотора не хватает, – поддержал он шутку. – Ну, на самом деле, я не такой старик, как может показаться.

– Ага, всего-то пара-тройка столетий.

– Ну, обласкала, – Антон попытался сделать вид, что обиделся, но это вызвало очередной смешок у девушки. – На самом деле я в пятидесятые родился. А вот дети – примерно твоего возраста. Гоша старше на пару лет, Алина чуть младше.

– И что ты во мне такого нашел? – неожиданно серьезно спросила Таня.

– Нашел ту, что мне судьбой предназначена, – он подошел и остановился рядом с ней. – Ту, кого я ждал последние лет десять.

– Ждал нормальную женщину, которая родит тебе детей, а получил мотылька, который пролетит мимо, не оставив ничего, кроме воспоминаний. Антон, я реалистка, – девушка посмотрела ему в глаза. – Сколько я проживу? Ну, лет тридцать-сорок. Не больше. И то в лучшем случае. Любая серьезная простуда может меня на тот свет отправить. А о детях останется только мечтать. Или, если так уж захочется, взять в приюте. Не думаю, что ты мечтал об этом.

– Моя маленькая глупая девочка, – вампир осторожно удержал ее голову, не давая отвернуться. – Всегда есть варианты. Иначе не было бы смешанных семей. Ты же общалась с Ириной и Оксаной. Обе они – простые люди. Но смогут прожить столько же, сколько их мужья. А для вампиров и вовсе есть два пути. Разделить жизнь, чтобы не расставаться до самой смерти – первый. Второй – обращение.

– А в чем разница? – поинтересовалась Таня.

– В первом случае ты остаешься человеком, только живешь долго. Во втором – становишься вампиром. Помимо срока жизни получаешь такие плюшки как необходимость изредка пить кровь, улучшенное зрение в темноте, регенерацию. Клыки, красные глаза и аристократическая бледность программой не предусмотрены, что бы там ни утверждали особо умные книги.

Мужчина говорил так, словно рассказывает о персонаже в компьютерной игре. Только серьезный взгляд его глаз, карих за счет линз, был предельно серьезен. А потом он наклонился и осторожно коснулся ее губ своими. Замер на миг, давая возможность убежать. Таня вздрогнула, но не отстранилась. После чего мужчина обнял ее, прижимая к себе, и поцеловал уже по-настоящему.

Девушка неуверенно ответила. Ее руки словно зажили собственной жизнью, обвившись вокруг шеи мужчины, зарываясь в его волосы, поглаживая плечи.

– Таня, – хрипло прошептал мужчина, – девочка моя.

Он заставил себя прервать этот поцелуй, опасаясь, что не выдержит и потащит девушку в постель, и крепко обнял ее, прижимая к себе. Она подняла голову и попыталась поймать взгляд мужчины.

– Я что-то не так делаю? – прошептала Таня, боясь, что не справится с голосом.

– Нет, – он улыбнулся, после поцеловал ее в висок. – Не хочу торопить события. Боюсь, сейчас я плохо смогу себя контролировать.

Девушка не стала уточнять, что ее начальник, а в обозримом будущем и нечто большее, имел в виду. Недосказанность хорошо чувствовалась, что немного смущало, но, вместе с тем, доставляло удовольствие. Есть мужчина, который хочет ее. И это не один из материнских собутыльников, для которых не бывает некрасивых женщин, когда в наличии много водки. Да и без нее им уже давно не важно, что с ними за баба. Этот мужчина был более чем трезв, он знал о ее проблемах, состоянии здоровья, и ничто его не останавливало. Даже немного обидно, что он решил остановиться. Наверное, она была бы не против, чтобы все зашло много дальше. Но Антону виднее. Все-таки он мужчина опытный, в отличие от знающей все лишь в теории, и то в общих чертах, девушки.

– Ладно, малыш, мне еще поработать надо, пробить кое-какие данные, – спустя какое-то время заговорил Антон.

– Хорошо, – выбираться из его объятий не хотелось.

– Можешь пока мои вещи обратно перетащить. Думаю, эти поросята до нового года не появятся, а отмечать все равно поедем за город.

– Так не хочешь со мной в одной комнате оставаться, – не удержалась Таня.

– А ты не против совместных ночевок?

– Ну, – она сделал вид, что замялась, и, не поднимая головы, произнесла, – ночи холодные, я заболеть боюсь. А так теплее.

– Вот хитрюга, – детектив все-таки разглядел ее улыбку. – Но носки бы тебе не помешало на ночь одевать. Ноги холодные.

– Я одевала, когда одна спала.

– Даже не одна. Меня девушки в носках не смущают, если кроме носок на них есть еще что-то. А вот их холодные ноги наводят на мысли о грелке и градуснике. Ладно, иди, отдыхай от нашествия. Я постараюсь за пару часов с работой разобраться. Если мне все данные пришлют.

Таня только кивнула, после чего пошла в комнату. Антон предпочитал работать на кухне, рядом с чайником и банкой кофе, коим его регулярно снабжал наведывавшийся в Финку Влад. У самой девушки все, связанное с работой, было сделано. Новых распоряжений начальник не отдавал. Немного подумав, она включила компьютер, решив поиграть, пока вампир занят делом.

С кухни периодически доносился голос мужчины. Иногда недовольный, иногда уверенный. Судя по всему, приходилось дозваниваться до нужных людей, чтобы получить требуемую информацию. Девушка не прислушивалась. В дела она предпочитала не вникать, во всяком случае, на стадии расследования. Уже потом, когда будет готов очередной отчет, она посмотрит, что это было. Сейчас же срабатывал принцип «меньше знаешь – крепче спишь». Она и без того влезла в тайны государственного масштаба. А как иначе объяснить тот факт, что существование тех же вампиров государство скрывает. При этом не все они такие, как Антон или его дети. Есть вампиры истинные, боящиеся солнца, серебра, чеснока и святой воды. Спастись от них можно только на освященной земле – территории вокруг церкви да некоторых старинных кладбищах. Они не могут войти в дом без приглашения, а, очутившись на солнце, рассыпаются пеплом.

С одной стороны, оно понятно. Много веков считалось, что есть только люди, а все остальные существа – миф. Теперь же мифы ожили, причем в довольно оригинальной интерпретации. И как отреагируют те же соседи Антона, кроме Юрия, узнав, что живут рядом с вампиром. Более того, этот вампир регулярно интересуется их самочувствием, подвозит до поликлиники или магазина и помогает донести сумки. И дети его выросли у них на глазах. Скорее всего, не поверят. А если поверят? То-то и оно. Кто-то отнесется спокойно, не наркоман, не алкоголик, вежливый мужчина, который не мешает соседям. А кто-то устроит травлю, и не только ему, достанется, но и детям, жене, и придется опять переезжать. И так до бесконечности, потому что всегда найдутся недовольные таким соседством. И в результате добропорядочный гражданин озвереет настолько, что пойдет разбираться с соседями с оружием в руках. Так что все правильно. Чем меньше люди знают, тем крепче спят. Вампиров, живущих по законам куда больше. Опять же, есть охотники, регулярно прореживающие ряды тех, истинных кровопийц. Остальное – дело техники. Если находят выпитое тело, работают профессионалы в органах и моргах, чтобы родственники ни о чем не догадались. Инфаркт, инсульт или смерть от травмы – вот что сообщают родственникам. Правду им знать ни к чему.

Так и застал ее Антон, что-то напряженно обдумывающей, машинально выстраивая новые здания средневекового города.

На следующий день детектив отправился в офис один. Во-первых, следовало убедиться, что Татьяна наконец-то избавила его от своего присутствия в приемной. Во-вторых, вызвать слесаря и поставить новый замок. В-третьих, проверить все помещение на наличие неприятных сюрпризов.

По первому пункту все было благополучно. Бывшая подчиненная на работе не появилась. Однако соизволила позвонить и потребовать полностью оплатить ее услуги, включая две недели отпуска, которые ей причитались. Вампир даже не ста спорить по этому поводу, просто потратил лишние минуты на перерасчет и перевел необходимую сумму. Бог с ними, с деньгами, главное, избавился.

После Антон связался с руководством офисного комплекса и согласовал с ним смену замка на двери. Поскольку оплачивал он все сам, проблем не возникло. Только попросили оставить запасные ключи на вахте. Сам слесарь приехал достаточно быстро, но даже этого времени хватило, чтобы вампир успел обследовать приемную. А заодно поразиться, насколько халатно относились к вопросам чистоты сотрудница комплекса и Татьяна. Так что добавился пункт уборки.

Мужчина сверился с расписанием. На этот день никаких встреч запланировано не было. Разве что кто-то будет проходить мимо. Но это не так страшно. Ну не придет человек сегодня, зайдет завтра, если что-то срочное. Или проблема сама решится за ночь. А санитарный день устроить не помешает. Придя к такому решению, он отправился в ближайший магазин за новыми шваброй, тряпками и ведром.

Уже по возвращении в дверях столкнулся со слесарем. Замена замка не заняла много времени. Вампир подумал, что стоило поменять сразу всю дверь, но это уже дело дорогое. Будет руководство комплекса ремонт проводить, тогда пусть сразу все переделают. Опять же, оружие он держит в банковской ячейке от греха подальше. До банка всего пути перейти через дорогу. Что самое удобное, нелюдям туда можно было обращаться круглосуточно, главное показать специальную корочку. Антона там уже давно знали и пускали без вопросов.

Крупных денежных сумм он в офисе тоже не держал, предпочитая все полученные деньги сразу класть на счет агентства. И налоги платить удобно, и прочие отчеты делать. Конечно, что-то удерживал по необходимости, но старался не злоупотреблять. Документы хранились в компьютере, улики сдавались коллегам из милиции. Так что да, ничего ценного на случай, если товарищи, за которыми он следит, решат навестить, не найдется. Был неприятный опыт еще в начале девяностых, когда от смерти спасла повышенная регенерация и мастерство врача. После этого наученный вампир усвоил урок и принял меры. Да и техника жизнь упростила. Это тогда приходилось возиться с пленками, прятать негативы. Сейчас же компьютер с важной информацией в случае угрозы отдавался на сохранение Юрке. И выцарапайте его, попробуйте. А на рабочем пасьянсы да шахматы, вот и вся добыча. Ну, может мелочь какая, типа пустых бланков, анкет и прочего.

К тому моменту, как мужчина заканчивал уборку, появилась та особа, которая отвечала за чистоту помещений. Вампир смерил взглядом тетку неопределенного возраста, от чего та несколько утратила тот особый вид, который обычно заставлял иных людей пасовать перед работницей швабр и тряпок.

– Знаете, – усмехнулся мужчина, – я, наверное, откажусь от ваших услуг. Судя по той грязи, что я вымел за утро, последний раз здесь нормально убирали два года назад, когда ремонт делали.

– Так как мне ваша дамочка говорила, так я и убирала, – пробормотала уборщица, созерцая большой прозрачный пакет с мусором. – Она мне говорит, протри, Никитична, быстренько, а то люди скоро придут, я и протирала.

– Даже так, – вампир покачал головой. – Хорошо, тогда договоримся иначе. Определим с вами время, когда вы приходите и делаете нормальную уборку. Именно нормальную, – подчеркнул он интонацией, – чтобы потом не было пыли за стеллажами и на подоконнике. У меня новая секретарь, и она аллергик.

– Да я с утра могу к вам приходить, пока никого нет. И мне удобно, и вы потом, если что не так, позовете, – пожала плечами женщина.

– Хорошо, – не стал спорить Антон. Все-таки уборщице платить ему казалось удобнее, чем драить все самому раз в две недели. – Тогда до десяти часов постарайтесь тут все привести в порядок. Я лично буду проверять.

– Да чего проверять-то. А то я не знаю, как убираться надо. В садике работала, пока не сменили на молодую из понаехавших. А чего она там наубирает? – пожаловалась женщина. – Что б они понимали. Все экономят, экономят, а там дети. Хорошо, тут руководство понимает.

С этими словами Никитична забрала мешок с мусором и отправилась дальше, попутно протирая влажной тряпкой достаточно чистый коридор. Вампир посмотрел ей вслед, после чего вернулся к прерванному процессу наведения чистоты. Оставалось всего-ничего, протереть полки. Потом можно перебрать бумаги, ненужное уничтожить, а остальные данные перенести в архив – помещение в подвале здания, где ему было выделено несколько стеллажей.

Остаток дня прошел тихо и спокойно. Антон отдал охране второй комплект ключей, предупредил, что прежняя секретарь больше не работает, и проследил, чтобы ее вычеркнули из списка сотрудников. Новую девочку обещали внести в списки, когда они придут вместе. После этого вампир отдал им коробку со старым замком и ключами к ним, получив взамен расписку.

На обед он наведался в ближайшее кафе. Потом подумал, что Танюше такой способ питания не понравится, и направился в магазин бытовой техники. Там, после недолгого раздумья обзавелся микроволновкой и новым чайником. Подумав еще немного, купил новую посуду. И самим приятно пить чай из нормальных кружек, и посетителям будут наливать не в советский граненый стакан.

Вернувшись, он немного переставил офисную мебель, в результате чего в приемной получился небольшой закуток с печкой, чайником и посудой. Вместо стола придется использовать подоконник, но тот достаточно широкий, а с улицы не видно, деревья закрывают. С одной стороны, им самим удобно, с другой – не будут смущать клиентов. А то Татьяна не смущалась заказывать суши и поглощать их на виду у всех людей. Сколько раз он ей замечания делал, никакого толку. Ей, видите ли, за столом удобнее было.

Убедившись, что помещение готово как к приему посетителей, так и к появлению нового сотрудника, Антон снял с двери объявление о санитарном дне, после чего занялся перекладыванием бумажек. В шесть часов вечера сыщик со спокойной совестью отправился домой.

– А к тебе Юра заходил, – сообщила с порога Таня. – Занес какие-то бумаги, просил посмотреть. Они в работу взять не могут, чего-то там им не хватает. Так решили тебе передать. Вроде как клиент согласен, завтра должен подойти днем бумаги подписать.

– А когда именно не сказал? – мужчина быстро разделся, после чего притянул к себе девушку и поцеловал. – Весь день об этом мечтал.

– Антош, я тебе о деле, а ты…

– А я о прекрасной девушке, – улыбнулся он. – Ладно, что там по делу. Когда сей кадр, то бишь клиент должен объявиться?

– Вроде как с часу до трех, – припомнила секретарь.

– Хорошо. Как раз успеем тебя внести в списки сотрудников, ну и познакомишься с рабочим местом.

– Уже? – удивилась девушка.

– А почему нет? – Антон отпустил ее и направился в ванную. Уже оттуда продолжил. – Замок я поменял, охрана в курсе, что у меня кадровые перестановки. И ребята там склерозом не страдают. Сказано, пускать на общих основаниях, значит, так и будет. О клиенте я предупрежу сам. Кстати, заодно и этот рабочий момент решишь.

– То есть, к вам так просто пройти нельзя? – Тане сразу стало легче.

– Конечно, нет. Там разные организации сидят. Мало ли кто пришел. Охрана связывается с офисом, потом еще у себя записывает, кто пришел. Так что списки посетителей на следующий день надо передавать им вечером. Если кто-то по телефону записался срочно, обязательно предупреждать. Да не бойся ты, – заметил Антон, как девушка начала задумываться и впадать в панику, – я тебе уже памятку положил на стол. И ребята понимают, что ты новенькая, первое время придираться не будут. Ты же умница, быстро привыкнешь.

Девушка смутилась. К похвале она была непривычна. Мать всегда находила, к чему придраться. Чтобы скрыть неловкость, она пошла на кухню.

– Сначала обедать, потом бумагами займешься, – скомандовала она, ставя полную тарелку на то место, где обычно сидел мужчина.

– А сама?

– Я уже ела, пока тебя не было. Так что у меня чай с печеньками.

Спорить, проверять и настаивать вампир не стал. Успел убедиться, что девушка без напоминаний ест нормально, не перехватывая бутерброд по мере надобности. Поэтому он прихватил папку, чтобы успеть сориентироваться в деле, и устроился за столом. Таня покачала головой, но ругаться не стала. И то хорошо. Алина постоянно отбирала бумаги, а он потом вынужден был вызванивать людей ночами, чтобы задать несколько важных вопросов. А все потому, что два часа дочь сначала смотрела, как папа кушает, а потом развлекала его разговорами. Нет, чтобы дать быстро все сделать, и, когда уже поздно звонить людям, спокойно делиться новостями. Договориться с дочерью не получалось.

Пробежав взглядом по трем листочкам, что принес ему опер, Антон сделала пару пометок – уточнить кое-что по интернету. Остальное вполне терпело до завтра, когда клиент сам все расскажет. Тогда уже можно будет что-то думать, планировать. Пока же есть время, хотелось отдохнуть. Если кто-то думает, что он весь день плевал в потолок, то ошибается. Иной раз лучше помотаться по городу за неверной супружницей, чем перебирать бумаги и двигать шкафы.

– Как день прошел? – отложив дело на подоконник, поинтересовался вампир.

– Отлично, – улыбнулась Таня. – Прошлась по магазинам, потом обед приготовила, потом с одной девочкой, с которой в школе дружили, пообщалась. У нее, оказывается, уже ребенок, – немного грустно добавила девушка. – Она почти сразу замуж вышла, сейчас с малышом сидит.

– Не грусти, – улыбнулся ей мужчина. – И у тебя все будет. Только надо, чтобы время прошло. Подумай сама, вот родила твоя подружка в восемнадцать лет. Сама толком не нагулялась. А уже ребенок. Хорошо, если родители их будут отпускать в кино, клуб или ресторан. Если же за границу съездить, то уже надо малыша с собой брать, и какой это отдых? А у нее, как я понимаю, ни образования, ни специальности. В жизни же всякое бывает. Сейчас им родители помогают, муж работает. А случится что, и как быть? Я вот думаю, что тебе надо учиться пойти будет. С грядущего учебного года может не получиться, надо будет экзамены ваши пересдать. А через год – можно попробовать. Годик походишь на курсы, знания освежишь. Как тебе такая идея?

– А работе мешать не будет? – задумалась Таня. – Ты же секретаря искал, а я раз и учиться ушла.

– Не беспокойся, возьму второго сотрудника. Алина уже почву прощупывала.

– И кем я тогда буду? – печально спросила девушка.

– Ты будешь моим солнышком, – улыбнулся Антон. – Моей девочкой, которую я так неожиданно нашел.

Таня не нашла, что ответить. Сказать какую-то глупость и обидеть мужчину, было страшно, но и промолчать в такой ситуации сложно. Разве что попытаться сделать вид, что смутилась. Хотя, кажется, и делать ничего не придется. Уж больно жарко и щекам, и ушам, и даже шее.

– Антон, я, – промямлила она, старательно изучая трещинки на столешнице, – мы… это все так неожиданно… Я просто не знаю даже…

– Тут и знать нечего, – улыбнулся мужчина. – Бывает, люди рядом долго, присматриваются. А бывает – раз и все. Хотя, у нас тоже время было присмотреться. Лично я им воспользовался и сделал выводы.

– Боюсь, как бы ты потом не пожалел.

– Не бойся, – он протянул руку и поймал ее ладошку. – Ну вот, пальчики холодные. Замерзла?

– Скорее нервное, – девушка заставила себя оторваться от особо извилистой трещины и посмотреть на вампира. – Все это настолько неожиданно.

– Неожиданно было, когда ты мне под колеса выскочила, – хмыкнул Антон. – Чуть не помер на месте от ужаса. Сорок лет за рулем, ни одной аварии, регулярно курсы экстремального вождения посещаю, а тут раз и насмерть человека.

– Извини, – девушка чуть сжала его пальцы.

– Извиню, но с одним условием, – мужчина постарался принять как можно более серьезный вид.

– С каким? – напряглась Таня.

– Ты больше ни с кем не будешь знакомиться таким оригинальным способом.

– Приложу к этому все усилия, – пообещала девушка, – но за других не обещаю. Сам знаешь, идиотов хватает.

– Знаю, – согласился Антон. – Потому и не берусь за расследование аварий. Только если кого-то в машину запихали и увезли. Иначе будешь до морковкина заговенья выяснять, кто где ехал, кто что видел, и видел ли вообще. У нас же народная болезнь просто – избирательная слепота. Что не надо – вижу, что надо – нет, и даже близко не был.

Татьяна улыбнулась. Об этой черте она знала на собственной практике. Что бы ни вытворяли мать и ее собутыльники, соседи молча прятались за своими хлипкими дверями и стенами, скорее всего затыкая уши. И копили деньги, чтобы скорее перебраться в новый дом. А на их место приезжали новые жильцы, которые быстро вливались в коллектив. Если кто-то и жаловался, что его обманули, обещали хороший дом или новую квартиру, а вселили в какой-то барак, то или быстро успокаивался, или куда-то пропадал. Квартира же через какое-то время пополнялась новым, более смирным жильцом. Куда пропал прежний – никто не знал, не ведал и не догадывался.

– Да, люди предпочитают не замечать того, что может нарушить привычный распорядок, – вздохнула она. – Я с этим косвенно сталкивалась. Так-то меня не трогали, – тут же пояснила она, – но часто замечала, как к нам выселяют таких же гавриков, как мать и ее приятели. Некоторые очень незаметно исчезали. Вроде был человек, и пропал без вести. Что интересно, исчезали только те, кто не доволен был, жаловаться начинал, писать куда-то пробовал.

– Да ничего странного, – заметил Антон. – Черные риелторы. Было у меня как-то дело. Давно достаточно, в архиве ты его не могла видеть. Жил один дедуля, можно сказать, в центре города. Жена умерла, детей не было. Один остался. Дедуля сей тихо попивал, ибо компаниями брезговал, а друзей не осталось. И как-то вышли на него люди. Мол, ты один, квартира большая, трехкомнатная, пенсия маленькая. Давай переселим тебя в однокомнатную квартиру, платить меньше будешь. В общем, обрабатывали дедулю этого месяца три точно. Ну, он надумал. Переселили его, даже не в барак, просто квартирка в области. И через пару недель родня объявилась. Оказалось, квартира не на него была оформлена, а на жену. Та ее завещала какой-то своей то ли сестре, то ли племяннице, не суть. А они просто оставили дедушку доживать. Тут позвонили – чужой голос ответил раз, другой. Поняли, что дело не чисто. Сразу приехали и заявление в прокуратуру, в милицию, и ко мне на всякий случай пришли. Благо дедуля нашелся. Людей, которые квартиру купили, оправили обратно, поскольку все бумаги у той родни были в полном порядке. А товарищей прикрыли. Оказалось, у тех людей связи были. Они их не афишировали, но как припекло, позвонили по одному номеру. Но это скорее исключение. Кто будет пропойц искать?

– Никто, – печально подтвердила Таня.

– Все, не будем о грустном, – улыбнулся мужчина. – Где там наш чай с печеньками? Кое-кто будет отогревать руки.

Девушка улыбнулась, потом, пока подогревался чайник, убрала тарелки и достала десерт. Антон пристроился мыть посуду.

– Да не надо, – попыталась протестовать его квартирантка, но мужчина отстранил ее от раковины.

– Танюш, ну что ты, ей Богу. Я что, не справлюсь с таким простым делом?

– Да мне просто неудобно, – снова засмущалась девушка.

– Неудобно на потолке спать, – привычно отшутился вампир, – одеяло падает, прибивать надо. И вообще, привыкай. Тебе со мной еще жить и жить.

Таня только кивнула, после чего присоединила к стоящей на столе вазочке свежий батон и банку варенья.

– Малыш, ну что ты, – Антон в секунды расправился с посудой, после чего поймал девушку и обнял. – Успеешь еще надрызгаться. Нашла из-за чего трагедии устраивать – мужчина посуду вымыть решил. Да все твои знакомые тебе завидовать будут, реши ты им пожаловаться.

– Наверное, я просто привыкла, что все сама, – призналась Таня. – И рассчитывать привыкла только на себя. И внутри боюсь, что сказка рано или поздно кончится, и придется привыкать заново. А я уже не смогу.

– Не придется, – вампир заставил ее поднять голову и посмотреть себе в глаза. – Я обещаю, что теперь у тебя новая история. Даже если я не смогу быть рядом, есть люди, которые всегда помогут, поддержат и приютят. А я очень буду стараться, чтобы со мной ничего не случилось, потому что мне есть к кому возвращаться домой.

И чтобы закрепить свои слова, он поцеловал ее. Только длился поцелуй не долго, будучи нагло прерванным свитком чайника. Антон что-то пробубнил и показал предателю кулак. Разумеется, чайник никак не отреагировал. Зато Таня рассмеялась.

– Ты его не перепутал с пратчетовским сундуком? – весело поинтересовалась девушка, разливая чай.

– Хм, – Антон забрал у нее чайник, поднял. – Ног нет, но он явно смотрит на нас и вредничает.

– Почему сразу вредничает, – вступилась за посуду хозяюшка. – Может, он просто заботится о моем здоровье. Ты же переживал, что у меня руки замерзли. Вот он и решил, что мне необходимо согреться.

Вампир не стал спорить, но еще раз демонстративно показал кулак вредному предмету кухонной утвари.

Остаток вечера они провели на диване перед телевизором. Хотя, телевизор был скорее предлогом, поскольку больше чем на экран, парочка смотрела друг на друга или целовалась. Спроси их, что показывали, они бы не ответили. Разве что припомнили пару рекламных роликов.

Уже ночью, прижимая к себе спящую девушку, Антон решил, что надо наведаться к старейшинам. В одном Таня была права, любая болезнь для нее представляет большую опасность. Есть только один способ устранить эту проблему. Тем более, это откроет им возможность впоследствии обзавестись своими детьми. И если старейшины попробуют отказать ему, он напомнит им о долге, и все равно проведет обряд. Другое дело, что найти вампира, согласного предоставить свою кровь, будет сложнее, поскольку он не должен быть родственником. Ну, да и этот вопрос решаем. Если что, простит долг одному приятелю за услугу. Все равно денег от него не дождешься, даже если сумма превратится в ничто.

Приняв такое решение, мужчина почувствовал, как с плеч скатился огромный камень, который давил все те годы, что прошли со дня гибели жены. Сейчас уже не докопаться, кто это был. Хотя он честно пытался. Тогда еще сам работал в милиции. Использовал все связи, просил. Умолял рассказать. Не для протокола, просто для самого себя. Потом ему деликатно намекнули прекратить расспросы, а лучше вообще забыть, что жил когда-то такой человек. Антон забыть не смог. Написал заявление и ушел из органов. Открыл свое детективное агентство, одно из первых в городе.

С частным детективом откровенничали охотнее. Тогда и удалось выяснить, что его жену просто подставили для одного из охотников, ребенка высокопоставленных родителей. Удалось даже выяснить, кто это такой. Вампир несколько дней следил за ним. Это оказался типичный представитель золотой молодежи, оборотень, чей папаша владел то ли скважиной, то ли шахтой, то ли каким-то заводом. Уже старейшины вторично намекнули, чтобы он забыл о парне. Родитель заметил повышенный интерес к своему ребенку, что грозило его детям остаться сиротами. Что могло ждать двух малышей, обладающих странными способностями, в приюте, можно было не уточнять. Парня Антон оставил в покое, но взял со старейшин клятву, если в его жизни появится еще одна женщина, с которой он захочет разделить вечность, они помогут в проведении обряда.

Уже через год, когда вампир и думать забыл об убийце, выяснилось, что он погиб где-то на Кавказе, сорвавшись с горы в пропасть. Папаша поднял на уши всех своих людей, отказываясь верить в то, что его сын то ли нанюхался чего-то, то ли накололся, и гонял по горным дорогам на бешеной скорости. Вспомнили и о детективе Якимове. Но у того нашлось алиби – все это время он провел с детьми в Финляндии, и никак не мог повредить машину ненормального парня. На этом история и закончилась. Разве что старейшины изредка интересовались его личной жизнью и намекали, что детям нужна мать. Постепенно намеки прекратились. Теперь Антон общался с ними только в рамках разрешения необходимых вопросов и заранее представлял их удивление.

Очередной день начался для Тани с поцелуя и запаха кофе. Девушка потянулась, потом открыла глаза. Рядом сидел довольный мужчина, а на краю дивана стоял поднос с чашкой и горячими бутербродами.

– Доброе утро, – Антон снова улыбнулся, и поцеловал свою проснувшуюся красавицу. – Завтрак готов.

– Спасибо, – улыбнулась девушка.

– Давай, кушай и собирайся, я пока кое-что посмотрю по делу, – и он переместился к компьютеру, оставив Татьяну разбираться с едой.

Много времени на сборы не потребовалось. Прежде всего, потому, что опаздывать не хотелось. Это у начальства день может быть ненормированным и благополучно заканчиваться в то время, когда у всех нормальных людей он только начался. Она – секретарь, и в ее задачи входит находиться в определенные часы в офисе. Уж чем она там будет заниматься – другое дело.

Стоит ли удивляться, когда в начале рабочего дня они стояли перед проходной.

– Тоха, я с тебя поражаюсь, – осмотрев новую секретаршу, выдал один из охранников. – Опять Татьяна. Только краше и моложе. Девушка, что вы после работы делаете?

– Охолонись, Макс, девушка занята, – внимательно посмотрел на него детектив.

– Понял, понял, – махнул рукой тот, после чего вытащил из ящика большую тетрадь и пластиковую карту. Переписал в тетрадь номер, потом паспортные данные девушки. – Прошу, вашу подпись.

Таня расписалась, после чего ей вручили пропуск и ключи от кабинета.

– Евгеньич, – окликнул второй, – поделись секретом, где таких красоток находишь. А то у тебя все крали словно с обложек журналов.

– Где была, там больше нет, – нашелся с ответом вампир. – Если кому хочется, можете прежнюю забирать. Только предупреждаю, как секретарь она не очень, а в остальном не проверял. Так что на свой страх и риск.

Мужики рассмеялись, но больше не приставали. Сыщик взял новую сотрудницу под руку и повел ее в сторону лестницы.

– А если твоя прежняя секретарша передумает уходить, – уже на лестнице поинтересовалась девушка. – Я утром приду, а она там.

– Максимум, что она сможет – стоять под дверью, – успокоил ее Антон. – Замок я сменил. Да и не пустит ее никто. Ребята в курсе, что она больше тут не работает. И я очень сомневаюсь, что ей могут потребоваться услуги детектива. Скорее уж психиатра. Будут с бывшей женой Вадима в одной палате сидеть.

Таня хотела что-то спросить, но посмотрела на вампира и предпочла промолчать. Хотя в голове так и крутилось, как до такого могло дойти. Она видела, как Вадим относился к Оксане, и это было тем более странно.

– Поверь, она заслужила. Когда-нибудь я тебе расскажу эту историю, – верно понял ее мысли детектив. – Можешь мне поверить, если бы она не оказалась в клинике, то получила бы длительный срок уже в тюрьме. И там бы никто не стал слушать, что ее бывший муж оборотень, а любовник был сильным колдуном.

– Да уж, – выдохнула девушка.

Сам офис находился на третьем этаже. Они свернули в коридор, где почти сразу нашлась нужная дверь. Антон показал, как вставляется ключ, после чего Таня открыла замок, и они вошли.

– Вот, это мое логово, – включил он свет. – Утром приходит уборщица Никитична. Так что не пугайся, если кого-то тут обнаружишь. Тетка она хорошая, только все переживает, как теперь в садике убирать будут.

– Хорошо, – улыбнулась Таня.

– Все хозяйственное добро от запасов канцелярщины до тряпок и ведра у нас вот в этой кладовке, рядом санузел, – показал он на две двери маленького коридорчика. – Первая комната – твои владения.

Девушка осмотрелась. Большой стол с компьютером, диванчик и небольшой столик возле него, пара стульев возле другой стены. Два шкафа отделили небольшой закуток, где можно было пообедать и приготовить клиенту чай или кофе. Маленький холодильник, микроволновая печь и чайник – все, что нужно для нормальной работы. Отдельного стола не было, но широкий подоконник полностью заменял его. Стул был только один, второй при необходимости можно было принести из приемной.

– Уютно, – заметила девушка. – А полки всегда пустые, или на них что-то бывает? А то как-то смотрится не очень.

– Бывало барахло прежней обитательницы. Даже не думал, что его так много, – Антон подошел к шкафу и посмотрел на пустые полки. – Ладно, ты найдешь, чем их занять. Пока идем дальше. Здесь мой кабинет.

Мужчина открыл еще одну дверь. Внутри обстановка была более скромной: стол, стул хозяина кабинета, два сейфа в углу. Вдоль стен еще несколько стульев.

– Как-то у тебя совсем пусто, – заметила секретарь.

– Да я в кабинете почти не бываю, – пожал плечами сыщик. – Сейчас буду с тобой новых клиентов принимать. Потом часть работы сама сможешь выполнять. Предварительный опрос не так сложно провести. Можно даже по телефону. Ты к тому времени уже втянешься, сможешь разобраться, что человеку принести для более основательного разговора. Уточнение какой-то информации на тебе будет. Там тоже ничего сложного. Или в Интернете искать, или несколько звонков сделать. Сама увидишь.

Таня только кивала. Что-то она уже смотрела дома по просьбам детектива. С чем-то еще не сталкивалась, но уже понимала, что работа ее ждет интересная.

Пока они разбирали вещи Татьяны, обустраивали стол, и осваивали новый компьютер, время пролетело незаметно. С проходной позвонили, что подошел их клиент. Антон кивнул девушке, и та подтвердила, что они действительно ждут этого человека, предварительно сверившись с записями в школьной тетради в клеточку.

– Это у вас что, книга регистрации такая? – девушка двумя пальцами подняла тетрадь в зеленой обложке, на которой были видны следы от чашки, какое-то жирное пятно, след от помады, а внутри чернила кое-где расплывались. – Однако.

Антон только пожал плечами. Что поделать, он десять лет бился с той Татьяной, но так ничего не смог сделать. Зато сейчас можно было не сомневаться, его Танюша успеет навести порядок. А после праздников придет профессионал, пусть даже с таким направлением никогда не работавший. Самому ему надо успеть закончить все дела. Потому что потом будет не до работы. Если бы была возможность, даже за нынешнее не стал бы браться, но Юрка попросил. А приятель не так часто к нему обращается.

Когда клиент вошел в офис, Антон уже был в своем закутке, именовавшемся кабинетом. Таня спрятала позорище под крышку стола и просто смотрела в компьютер. Осведомившись, что бы хотел посетитель, она проводила его к начальнику.

– А ведь я разговаривал не с вами, когда о времени договаривался, – перед тем, как войти в комнату к детективу, заметил посетитель.

– Да, с моей предшественницей, – подтвердила девушка. – Можете не беспокоиться, я постепенно принимала обязанности, поэтому в курсе положения дел.

Мужчина кивнул и скрылся за дверью.

Таня посмотрела на стол, потом пошла в кладовку. Если память ей не изменяет, она видела там большую тетрадь, которую можно превратить в книгу записи посетителей. Вернувшись с находкой за стол, девушка вооружилась линейкой, карандашом и ручкой и принялась за работу. К тому моменту, как мужчины вышли из кабинета, зеленая тетрадка благополучно покоилась в мусорной корзине, а на краю стола, в лотке для бумаг, лежала книга учета посетителей.

Антон успел заметить это нововведение и улыбнулся. Девушка чуть заметно кивнула, потом переключила все внимание на клиента.

– Таня, я должен съездить на место, – предупредил он девушку. – Если будут звонить, я вернусь часа через два-три.

– Да, Антон Евгеньевич, – девушка улыбнулась уголками губ. – Что делать, если вдруг кто-то придет?

– С проходной тебе позвонят, так что выясни суть проблемы, а дальше смотри по ситуации. А пока можешь просто закрыться и обживаться на новом рабочем месте.

Вампир и его клиент вышли из офиса. Татьяна, по совету мужчины, закрыла дверь на ключ, после чего стала думать, как придать помещению более приличный вид. Понятно, что секретную информацию держать у всех на виду никто не станет, но надо же сделать так, чтобы люди, впервые оказавшиеся в офисе, понимали, что попали к профессионалу, а не в шарашкину контору.

Если бы кто-то еще в начале года сказал Татьяне, что она будет с удовольствием приходить на работу, заниматься интересным делом, у нее закрутится роман с начальником, а о болезни останутся воспоминания, она бы не поверила. Более того, поинтересовалась у предсказателя, что такого он пил, курил или нюхал. Сейчас же все складывалось так, словно она попала в сказку. На работе она быстро познакомилась с парой девушек из соседних офисов, и периодически обедала с ними в ближайшем кафе. Дома почти нечего было делать, потому что многое брал на себя вампир, способный в считанные минуты навести в квартире порядок. Так что за ней осталась готовка. Вечера были наполнены новым, доселе неведомым: Таня постепенно постигала искусство любви.

Антон не спешил, понимая, что девушке надо привыкнуть к произошедшим в ее жизни изменениям, к нему, потому довольствовался немногим. Еще слишком сильна была в девушке неуверенность в себе самой, слишком сильно она сомневалась в будущем. Поскольку вампир знал много больше, чем говорил, он не стремился форсировать события. Основное испытание еще ждало их обоих. Пусть мужчина осторожно собирал информацию, которая будет необходима уже скоро, он еще не знал, как отреагирует девушка на события, которые должны произойти. И на то, что он все знал, но ничего не сказал ей, держа в тайне.

– Что-то случилось? – Таня рассматривала новогодний каталог одного из магазинов, изредка поглядывая на мужчину, что-то искавшего в компьютере.

– Нет, ничего, – он вздрогнул от неожиданности и вместе с креслом развернулся лицом к ней. – Пока ничего.

– Но ты чего-то ждешь, – уверенно произнесла девушка.

– Малыш, давай не будем об этом, – вампир устало откинулся на спинку стула.

– Что-то неприятное, – сделала она вывод.

– Да, я жду неприятности, Танюш, – он смотрел ей в глаза. – Большие неприятности. Я знаю, когда они произойдут, и знаю, что ничего не смогу сделать. Все попытки вмешаться могут привести к тому, что потом будет только хуже всем.

– Ты говоришь загадками, – нахмурилась его собеседница. – И почему-то мне кажется, что твое ожидание неприятностей касается меня. Ты с врачом говорил?

– Нет, не с врачом, – он улыбнулся. – С Ликой. Давно.

Тане вспомнился разговор с ведьмой за городом. Ее обещание горя, которое должно обернуться благом. Возможно, ведьма и могла что-то сделать, но… она намекала, что не может больше рисковать. Собой еще могла, но не малышом. А требовать что-то от человека, то есть вампира, который не наделен даром предвидения, попросту глупо. Если только сам он…

– Антош, тебе ничего не угрожает?

– Нет, – улыбнулся он. – С чего ты решила.

– Просто все вы говорите загадками, я и пытаюсь понять. Еще дело это. Ты за него браться не хотел. Вот я и подумала.

– Нет, – он поднялся, пересек комнату и устроился на диване рядом с девушкой, – за меня можешь не беспокоиться. Мне действительно ничего не угрожает. А дело просто нудное и долгое. Хорошо, если до середины января разберусь. Одно утешает, платит этот мужик хорошо. Ну да если я ему всю доказательную базу соберу, он и сам озолотится.

– А что у него за дело такое? – Таня пристроилась рядом с сыщиком.

– Извини, малыш, он просил оставить все между нами. Не беспокойся, все законно, меня никто не отстрелит. Там ни криминала, ни захвата имущества нет. Скорее вопросы наследства.

– Понятно, – девушка совсем перебралась к нему на колени. – Значит беспокоит тебя что-то другое, но говорить об этом ты не настроен.

– Просто не вижу смысла, – он обнял подлизу. – Поверь, мы все равно не в силах что-либо сделать. Даже если и попытаемся сейчас что-то исправить, просто оттянем неизбежное. Лика сказала, что она даже не будет пытаться что-то посмотреть в том направлении. Слишком неприятные последствия. А она не хочет рисковать.

– Понятно, – Таня не сдержала вздоха. Методом исключения можно прийти к выводу, что речь шла о ее матери. А о ком еще, если у нее осталось два близких человека. Раз Антону ничего не угрожает, выбор не велик. Отца давно нет на этом свете, с его второй женой девушка отношения не поддерживала, а сама она сблизиться особо не пыталась, мирясь с существованием прежней семьи. Да, наверное, Лика права. Пусть произойдет то, что должно. Она сама устала умолять, уговаривать и выпрашивать. Всех ее слез хватало на месяц-полтора, а потом все начиналось заново. Возможно, это было эгоистично, но Татьяна чувствовала, что перед ней открываются новые возможности, упускать которые не хотелось бы. – И когда ждать неприятностей?

– После праздников, – вздохнул мужчина. – Не бойся, я буду с тобой.

Девушка кивнула и прижалась к вампиру. Антон чуть заметно улыбнулся. Вот ведь ирония жизни. Юная дева ищет защиты и поддержки у кровососа. Рассказать кому из классиков мистических романов, так они такое понапишут, что кошмар. А ведь банально до невозможности. Сколько таких историй уже случалось в мире? Понятно, не точь в точь как у них, но похожих. Он коснулся губами пушистой макушки. Таня мгновенно подняла голову, и следующий поцелуй был уже не столь кратким. А потом оказалось, что девушка лежит на диване, он прижимает ее к себе, причем одна рука изучает ее тело под футболкой.

– Если ты сейчас остановишься, – прошептала девушка, – ты не вампир, а поросенок.

После чего сама поцеловала его.

– Ты уверена, – едва поцелуй вновь прервался, выдохнул мужчина.

– Как никогда.

– Таня, – он успел увернуться от очередного поцелуя. – Полнолуние.

– И что, – не отставала девушка. – Неужели фазы луны могут повлиять на что-то?

– Пройдет обряд разделения жизни, – Антону удалось сесть. – Если у оборотней значение играет наличие лунного света, то вампирам достаточно самого факта полной луны, даже если небо будет затянуто облаками. Потом ничего нельзя будет изменить. Если здоровье будет позволять, ты проживешь столько же, сколько и я. Сейчас в тебе говорят эмоции. А я хочу, чтобы ты приняла решение обдумано. Надо ли тебе все это, нужен ли я, – последние слова он произнес тихо, но Таня все равно услышала.

– Думаешь, я бы позволяла все, что было, если бы не хотела? – серьезно спросила она. – Я не та твоя, охотница на вампира.

– Танюшка, только не обижайся, – он снова обнял ее. – Я даже не думал тебя сравнивать с кем-то. Просто вечность, это сложно. В какой-то момент ты снимаешься с насиженного места, бросаешь все, и уезжаешь на другой конец страны, к чужим людям. Начинаешь все заново. Новые документы, новая работа, новое жилье. Даже странички в социальных сетях новые. А на старых обрабатываешь фотографии в специальных программах, пририсовывая морщинки и седину, чтобы прежние знакомые ничего не заподозрили. Думаешь, так просто хоронить друзей? Ты даже не можешь приехать на похороны, чтобы не попасться на глаза тем, кто тебя знал.

– У меня не так много друзей, как ты думаешь. Пока не заболела, они были. А потом я сама прекратила все отношения. Так что терять мне нечего, во всяком случае, сейчас. А Лика, Ирина, Оксана – хорошие женщины. Думаю, с ними я смогу найти общий язык. И мне не будет угрожать все то, что ты описал. Кроме того, со мной будет самый лучший в мире мужчина, пусть и вампир, – улыбаясь, закончила она.

– Хочешь сказать, у всех есть свои недостатки, – немного недоверчиво поинтересовался Антон.

– Куда уж без них, – заметила девушка. – Хотя, клыки не мешают, а красные глаза – не самое страшное, что может быть.

– Ах ты, – вампир сделал вид, что собирается закусать вредную человечку.

– Я, – хитро улыбнулась девушка, подставляя шею.

Понятно, что никто никого не кусал. А были новые поцелуи, ласки и… никто больше не останавливался. Где-то над домом светила луна, изредка прячась в облаках. И не было светилу никакого дела до того, что где-то там, далеко внизу, в одном из домов слились в одно целое два тела, позволяя свершиться древнейшему обряду. Светилам не важно, что и где происходит. Собственно, и двоим влюбленным не было до луны никакого дела. Подумаешь, где-то там, бесконечно далеко, висит в небе пустынное космическое тело. Разве что луноход все еще ползает. Да какая разница. Даже если бы оно решило в этот момент обрушиться на землю, эти двое замечали бы только друг друга.

Слов не было, их заменили поцелуи, прикосновения, редкие стоны. Таня не понимала, где небо, а где земля. Ей казалось, что небо везде, и только сильные мужские руки не дают улететь в бесконечность, только его тело, его движения. И не важно, что будет потом. Она будет с ним столько, сколько позволит здоровье. Все остальное в этом мире не имеет значения.

Новогодние праздник пролетели шумом, суетой и хороводом веселья. Антон успел разобраться с последним делом за считанные дни до начала праздников, после чего закрыл агентство на две недели. Оставшиеся дни они ездили по магазинам, покупая подарки знакомым и друзьям, выбирая елку и украшения к ней.

Предпраздничный визит в клинику не оставил сомнений, что со здоровьем девушки все хорошо. Крестовоздвиженский дал напутствия не переохлаждаться, много не валяться в снегу и не кричать, чтобы горло не болело. Потом они с женой выслушали поздравления, расцеловали свою пациентку и отпустили в дальнейшие забеги по магазинам.

– Отмечать будем у Вересовых, – сразу предупредил вампир. – Так что глобальные готовки отменяются.

– И хорошо. Значит, берем много мандаринов, а я только пирог испеку на стол, – согласилась девушка, радуясь, что не надо в первый нормальный для нее праздник несколько вечеров проводить у плиты. – Ну и купим все-таки домой что-то, а то приедем к пустому холодильнику.

– Думаешь, нас с пустыми руками отпустят?

– А ты будешь мазать варенье на соленые огурцы?

Переспорить Таню не удалось. Другое дело, она не усердствовала с закупками. Потому ограничились парой пакетов заморозки, консервами и теми мелочами, что смогут несколько дней пролежать, не портясь. Зато всяких петард, хлопушек и прочих необходимых атрибутов праздника купили много.

Анжелика умудрилась дозвониться начальнику мужа и устроить так, что Юрка получили законные десять дней выходных. То ли девушка использовала способности, то ли просто смогла уговорить того, неизвестно. Но в итоге оперу был выдан список покупок, часть которого он перекинул приятелю. А Таня контролировала выполнение боевого задания.

В результате выезжать пришлось двумя загруженными машинами.

– Как будто все праздники магазины будут закрыты, – бурчал опер, проверяя, не забыл ли что дома.

– У вас там будут, – подтвердил Антон, и в Выборге не факт, что все будут открыты. А в город лишний раз ехать не хочется.

– Тань, ну ты умная девушка, ну скажи ему, что уже давно нет практики закрывать магазины на неделю, – пытался апеллировать Юрий ко второй инстанции.

– Подтверждаю, там, где я жила, магазины до восьми вечера работали, и в выходные не везде открывались, – улыбалась девушка.

В итоге споры прекратились только перед отъездом. Антон созвонился с Вадимом, и тот подтвердил, что Гоша и Алина приедут с ним. Вампир довольно улыбнулся, словно готовил или пакость, или сюрприз. Даже Юра, и так, и этак пытавшийся выяснить, что задумал приятель, потерпел поражение. Таня и вовсе не представляла, что задумал ее начальник, превратившийся в любовника.

Если в городе царила обычная предпраздничная кутерьма, то за городом это превратилось в сумасшедший дом. Пакеты с пиротехникой мужчины оставили в багажнике машины, а ключи спрятали, чтобы у главных подрывников Сережки и Сашки не было искушения поднять на воздух все садоводство. Им же перепоручили следить за младшими, что не доставляло мальчишкам большой радости.

Однако, недовольство продлилось ровно до того момента, как мужчины занялись украшением елки во дворе дома. Дети присоединились к разбору украшений, выбору, что куда вешать, и принялись активно руководить. Таню тоже отправили поучаствовать в процессе, вручив малышку. Все равно в доме жарко от плиты и печки, окна открыты, сквозняки гуляют. Лучше пусть она на улице будет, чем простынет на праздники. Девушка не стала спорить, поскольку елку в последний раз украшала очень давно, еще когда был жив отец. Позднее все новогодние приготовления в доме сводились к покупке большого количества алкоголя и небольшого – закуски. Сама же она заранее сбегала и проводила праздник, болтаясь по улицам, поскольку дома пить начинали часов с девяти вечера, и до тех пор, пока оставались запасы.

Теперь девушка, по мере возможностей, подсказывала, какое украшение куда вешать, куда тянуть гирлянду, и как оно все смотрится снизу. Мальчишки время от времени хмурились, поскольку это была их привилегия, но Вадим отозвал их в сторону и что-то тихонько сказал. После этого процесс пошел без споров ради спора, находящиеся на земле дружно принимали решение, после чего указание передавалось стоящим на стремянках мужчинам.

К тому моменту, как добрались до нижних веток, а на улице начало смеркаться, появилась Оксана. Она принесла декораторам перекусить и забрала у Тани дочку – ребенка пора было покормить и укладывать спать. Остальные перебрались под навес, где быстро разделались с пирогом и горячим чаем, а потом вернулись к прерванному занятию. Теперь уже, когда ветки были доступны не только взрослым, споры разгорелись еще ожесточеннее. Но и процесс украшения ели пошел быстрее. В результате дерево было наряжено за считанные минуты, Вадим проверил провода гирлянды, чтобы не замкнуло, после чего подключил электричество. Огоньки забегали по дереву, становясь ярче по мере того, как темнело. Стеклянные шары отражали их и сами блестели в свете фонарей. В воздухе посверкивали снежинки, и было ясно, что к утру у них будет настоящая новогодняя елка.

– Здесь закончили, – Вадим критически осмотрел дерево, но не нашел, к чему придраться. – На очереди елка в зале.

– Ну, там не интересно, – скривились мальчишки.

– Вот и не украшайте, – показала им язык Алина, получившая свободу от кухонной повинности. – А мы с Таней с удовольствием займемся.

– И мы, – запрыгали вокруг них Лера и Лара.

Игорек же задумался, чью сторону принять. С одной стороны, ему хотелось украсить еще одну елку, с другой дома брат, которого можно попросить превратиться и покатать его.

– Гоша, пойдем крепость строить, – увидев на крыльце вампира, потянули его с собой мальчишки. Тот немного подумал, после чего согласился. Младший тоже поплелся за ними. Крепость – это весело, особенно когда всем руководит Гоша. Он не будет обижать, а потом еще посадит на плечи, а Сережа и Саша будут передавать снежки, которыми он, Игорь, будет выкладывать самый верх стены, куда больше никому не дотянуться.

Убедившись, что дети сами нашли себе занятие, а женщинам они не нужны, мужчины отправились в дом Влада, планировать грядущее пиротехническое шоу, а заодно согреться чем-то кроме чая. Последнее в умеренных дозах, мало ли что потом придется делать. Может, обнаружится, что опять что-то забыли купить, и придется ехать, хорошо, если в Выборг.

Таня долго отряхивала от снега джинсы, потом они с Алиной отряхивали девочек. У тех снег забился не только в ботинки и карманы, но даже в рукава и за шиворот. Потом они совершили налет на кухню, где прихватили еще чая, после чего закрылись в комнате, где предстояло застолье.

В помещении уже почти все было готово. Стол, диван, стулья расставлены. Елка устроилась возле стены, не хватало только подарков под ней. На самом столе пока лежали те украшения, которые не использовались в саду. Алина достала катушку и принялась мастерить веревочки для конфет, чтобы развесить их вместе с игрушками и мишурой. Таня и девочки рассматривали шарики, потом решали, где они будут лучше смотреться.

– Вы мне место оставьте, – клыкасто улыбнулась вампирша, а то покусаю.

– Не покусаешь, – авторитетно заявила одна из близняшек.

– Ты добрая, – поддержала ее вторая.

С маленькой елкой закончили быстро. Девушки развесили украшения и конфеты, потом добавили дождик и немного мишуры. На эту елку гирлянды не вешали, их, обмотанные мишурой, размещали на стенах, чтобы потом именно они освещали комнату в новогоднюю ночь. Да еще телевизор, без которого не обходилось застолье.

Остаток дня и часть следующего прошла в готовке, подборе посуды, смахивании последних пылинок и развешивании последних украшений. Дети резвились во дворе под присмотром Гоши и Алины. Ближе к вечеру все разошлись по комнатам, чтобы привести себя в порядок. Если мужской части для этого потребовалось не больше получаса, то у женщин это заняло куда больше времени. Но, как ни странно, уже в начале одиннадцатого почти все собрались у стола. Не было только детей Оксаны и близняшек, которые рано легли спать.

– И опять я на праздники непьющая, – деланно возмутилась девушка, устраивая рядом со своей тарелкой мониторчик, чтобы следить за дочкой.

– Не ты одна, – Лика устроилась рядом с мужем и потерлась щекой о его плечо. – И я ничуть не переживаю.

– Да можно вам по глотку за новый год, – махнула на них рукой Ирина. – Всем можно, если осторожно.

– Главное потом за руль не садится никому, а то я квитанции штрафов забыл, – заметил Юрка.

– Это когда это тебя штрафы выписывать поставили, – деланно удивился Влад.

– А вот, между делом подрабатываю. У меня в семье пополнение грядет, так могу штрафы выписывать, могу вообще знак поставить и всех штрафовать. Начальство меня любит, во внерабочее время халтурку нашло, – весело произнес опер, заставляя вспомнить разом несколько анекдотов о братии зарабатывающей палочками.

И праздник начался. Телевизор что-то тихо бормотал в стороне, но на него почти не обращали внимание. Все делились веселыми историями, шутили, рассказывали анекдоты. Лишь около полуночи выслушали поздравление президента и исполнение гимна, после чего отправились на улицу, смотреть обещанное пиротехническое шоу. Мужчины не подвели, и садоводство озарили вспышки, могущие поспорить красотой с московским салютом. Разве что длился он меньше, и то потому, что пожалели маленьких детей и животных. Потом все вернулись в дом, к столу. Быстро накрыли чай, Оксана поднялась в комнату к детям, где выяснилось, что спит только самая младшая. В результате чай пили расширенным составом. После чего детей снова уложили. Саша и Сережа тоже вскоре потянулись в кровати, и взрослые остались одни.

– Пап, – задумчиво произнес Гоша, когда можно было общаться спокойно, не оглядываясь на младших, – мы тут с Алиной посовещались и пришли к выводу, что своих детей нам пока заводить рановато, но понянчится с братиком или сестренкой мы не против. Так что у нас к вам один вопрос, когда вы решитесь?

– Когда Тане здоровье позволит, – не стал уходить от ответа на вопрос Антон. – А это будет возможно после инициации.

– Ясно, общение со старейшинами, напоминание о клятве и прочая волокита, – вздохнула Алина.

– А еще поиск вампира, согласного поделиться кровью. Причем это должен быть или дальний родственник, или просто знакомый. Так что вы не подойдете.

– Зайцеву позвони, – посоветовал сын. – Он тебе должен, как земля колхозу, если не больше. Пусть подгонит бутылочку.

– Или доктора своего попроси. Думаю, он согласится, – словно между прочим заметила Алина. – Думаю, он будет только рад.

– Я подумаю, – вампир обнял смутившуюся девушку. – Как я понимаю, Таня в роли мачехи вас устраивает.

– Разумеется, – хором подтвердили оба, после чего Гошка заметил, – готовы благословить, коли потребуется.

– Лика, – попросил ведьму Антон, – стукни этого обормота, а то мне вставать и тянуться лень.

Гоша мотнул головой, пытаясь на всякий случай увернуться, но стукнулся о стену. Ведьма довольно кивнула.

– Ну, так нечестно, – заметил обиженный.

– Честно, – парировал Антон. – Нечего мне девушку смущать.

– Да ладно, – улыбнулась Таня, – я уже привыкла.

– А малиновая потому, что жарко, – хмыкнул вампир.

– Вот насчет жарко, верно замечено, – Ирина поднялась и открыла форточку. – Дышать нечем. Хорошо, курящих нет.

Несколько представителей некурящих осторожно переглянулись. Не то, чтобы они не могли обойтись без сигареты, но иногда не помешает. Переглядывания никто не заметил, в противном случае неизвестно, к чему бы все привело, поскольку с ведьмами лучше не шутить. Особенно, когда у ведьмы токсикоз, и не переносит она, прежде всего, табачный дым. Этак можно хвоста лишиться, а тем, у кого оного нет, какую другую неприятность себе обеспечить.

Вскоре Оксана ушла к дочке, остальные еще посидели немного, допили чай. Женщины принялись убирать со стола.

– Тань, ты извини, если мы с Гошей тебя обидели, – поймала ее Алина.

– Да нет, ничуть, – девушка не смогла сдержать улыбки. – Я понимаю, вы хотите как лучше. Просто торопитесь немного.

– Да, есть маленько, – согласилась вампирша. – Просто папа рядом с тобой такой счастливый, каким мы его и не помним. Наверное, он таким еще с мамой был. Вот нам и хочется, чтобы у вас все хорошо было.

– А не боитесь, что я на правах мачехи вами командовать начну? – нахмурилась Татьяна. – Это только кажется, что я хрупкая и беззащитная. Поживите с мое в одном доме с алкашами…

– Да нет, не боимся, – настал черед Алины улыбаться. – Нас же дома почти не бывает. Приедем, нашумим, потом начальство скомандует погрузку, и все.

– Так, Алина, хватит человека на непотребства подбивать, – заметила их Ира. – А ты, Танюш, не слушай их. Это только врачи всех торопят. Тебе пока надо сил набраться, жирком обрасти немного, ритуал пройти, чтобы здоровье поправить. Хорошо бы еще специальность получить, и только потом о малыше думать. Успеешь еще. Жизнь у тебя длинная, – женщина выделила последнее слово.

– Ну да, как-то так, – легко согласилась Таня. – Пока насущное, потом орущее.

– Вот и правильно. А теперь хватит разговоров, тащите посуду со стола. Мы сейчас мойку загрузим и пойдем ложиться. А то дети поднимут рано подарки открывать.

Оставшиеся дни праздников пролетели незаметно. Снежные игры, прогулки по лесу на лыжах, поездка в Выборг на какой-то праздник, потом праздник в садоводстве. Первым на работу вызвали Юрия. У опера оставалось еще два дня на отдых, но, судя по тому, что позвонили не коллеги, а начальник, который долго извинялся, произошло что-то действительно серьезное. Еще через пару дней в академию возвращались Вадим и вампиры. Антон с Таней тоже решили, что им пора.

– Дома побывай, – прощаясь, посоветовала ей Лика. – Не сегодня, сегодня смысла нет. Завтра с утра съездите. Да забери все то, о чем потом жалеть будешь.

– Вроде, я все забрала, – подумав, решила девушка.

– Все – не все, а приедешь, пройди по дому, да посмотри. Все, что важным покажется, забери. Хоть книги, хоть миски, хоть старые тетрадки.

– Хорошо, – Таня подумала, что забирать у нее почти нечего. Но, судя по тому, как серьезно слушал ее Антон, он планировал оставить в ее комнате старую мебель, а все остальное забрать. И если дома будет некуда положить, отвезет к ребятам до лучших времен. – Только не все подряд. Клопов я прихватить бы не хотела.

Лика серьезно кивнула, и у девушки закралась мысль, что ей дают возможность в последний раз увидится с матерью.

Как и советовала им ведьма, на следующий день с утра пораньше они поехали к матери Татьяны. По дороге девушка думала, что ее ждет. Что сказать матери, что та скажет ей. Ничего путного в голову не шло. Оставалось действовать по ситуации.

Дом, где она когда-то жила, стал как будто еще меньше, стены еще больше просели и подгнили. Входная дверь стояла рядом с подъездом, то ли выбитая кем-то в пьяном угаре, то ли просто старые петли не выдержали. На лестнице было свежо, хотя все объяснялось морозом и выбитыми стеклами.

Дверь квартиры была прикрыта. Таня потянула ее на себя и вошла. Внутри было тихо, лишь на кухне лилась вода.

– Есть кто живой, – окликнула девушка, входя в дом. Антон молча следовал за ней, готовый в любой момент вмешаться и дать отпор завсегдатаям квартиры.

– Таня? – из кузни вышла ее мать. За прошедшие месяцы она еще больше постарела. Давно немытые волосы спутались. – А я тебя сегодня ждала почему-то, – несколько растерянно произнесла женщина. – Вот словно толкнуло что, ты приедешь. Это твой мужчина?

– Да мам, это Антон. Он мне помог тогда с больницей, и теперь с жильем и работой, – немного смущенно произнесла девушка.

– Береги ее, – вздохнула та. – Она хорошая.

– Обязательно, – кивнул вампир.

– Я сейчас чаю поставлю, а вы пока посмотрите, может, что из вещей надо. Я в комнату никого не пускала, – и женщина скрылась на кухне.

Таня поняла, тут не обошлось без влияния Лики. Мать ждала ее, но как-то не очень сильно, иначе выглядела бы лучше. А сейчас ей самой было неуютно рядом с дочерью, которой повезло вырваться их всего этого.

Девушка достала из кармана ключ и вошла в свою комнату. Ободранные, местами в потеках и плесени обои, стенка с покосившимися дверцами, продавленный, местами с заплатами диван. И как она могла тут жить?

– Ну что? – Антон вытащил из сумки два больших мешка, с которыми челноки ездят за товаром. – Давай будем смотреть, что у тебя осталось особо ценного, пусть даже как память. Ведь не могло у тебя совсем пусто быть.

Девушка молча кивнула, после чего подошла к столу и принялась выдвигать ящики. Там было почти пусто. Какие-то бумажки с записями, суть которых успела позабыться, засохшая ручка и огрызки карандашей. Таня вышла в коридор, взяла пару пакетов, брошенных там, после чего вернулась и принялась скидывать в них то, что было простым мусором. То, что еще могло пригодиться матери: чистая бумага и карандаши – она складывала в верхний ящик.

После стола принялись за шкаф. Старые вещи девушка складывала в другой мешок, чтобы потом поставить на помойке. Возможно, кому-то оно еще пригодится. Сама она больше никогда в жизни не наденет дешевый секонд хенд. Все это покупалось только потому, что надо было что-то носить, но денег не было.

Книги девушка перебирала тщательнее. Сборники готовы домашних заданий, пособий для экзаменов и каких-то шпаргалок, устаревших уже на следующий год после сдачи экзамена, она отправила к старой одежде. Может, кто в макулатуру сдаст. Оставшиеся несколько книг отправились в мешок, чтобы забрать с собой.

Таня перебирала вещи и понимала, что у нее, по сути, ничего не было. Если Антон думал, что она будет пачками скидывать свое добро, он ошибся. Что можно было сохранить такого ценного, о чем потом пришлось бы жалеть, если это ценное не на что было купить. Вот и сейчас пакеты с мусором пополнялись больше, чем мешки для вещей.

Закончив с легко доступной частью, девушка посмотрела на антресоль. Она была единственной из оставшихся. Еще две сняли, когда на кухне стали менять мебель, да так ничего и не сделали, заменив старую кухню тем, что нашлось в комнатах.

Антон сам сходил за старой разваливающейся стремянкой. Таня собралась забраться на нее, но вампир остановил.

– Лучше я. Даже если и упаду, через пару часов буду цел и невредим.

Спорить его подчиненная не стала. Антон просто передавал ей коробки, а девушка составляла их на столе, попутно пытаясь вспомнить, что такого ценного могла когда-то спрятать наверху. А ведь могла, но было это очень давно. Или не она, а отец. Просто потом не успел ей рассказать.

Девушка попыталась открыть одну из коробок, но не получилось. Они были заклеены, а идти за ножом не хотелось – мать тут же спросила бы, для чего он.

– Ладно, заберем так, потом можно будет разобрать и ненужное выкинуть, – решила Таня.

Антон только кивнул, еще раз проверил, что больше ничего наверху нет и слез. После вампир тщательно проверил все углы, заглянул под диван и стол, за шкаф. Только начавшее покрываться плесенью постельное белье, вытертое до дыр покрывало, пыль и паутина. Таня посмотрела на подоконник. Цветок, некогда живший там, давно скончался. Наверное, еще когда она была в больнице. Мать постоянно забывала о цветах.

– Все, – решила девушка. – Больше тут ничего не найти.

– А в других комнатах? – поинтересовался мужчина.

– Смысла нет. Все, что было ценного, давно продали и пропили. Они уже не раз и мебель двигали, и стены простукивали, и наименее крепкие половицы поднимали, – махнула рукой хозяйка комнаты. – Если бы могли, краны бы поснимал и пластиком заменили.

На этом и остановились. Антон отнес мешок в машину, пока Таня собирала последний мусор.

– А вы уже собираетесь, – раздался из коридора голос матери. – А как же чай? Только у меня заварки нет. Но можно не чаю, можно беленькой.

Девушка опустилась на старенький диван. Хотелось заткнуть руками уши и не слышать, что эта женщина говорит Антону. Это уже кто угодно, только не ее мать. Ее матери уже давно нет. Осталась только оболочка, которая ходит, говорит и много пьет. А той, которая родила и любила, больше нет. Наверное, Лика специально сказала ей приехать, чтобы лишний раз убедиться в этом. Теперь, чтобы ни произошло, Таня примет любой поворот судьбы.

Они собрались и молча вышли из дома. Девушка обошла здание и подошла к местной помойке. Пара новых контейнеров на фоне барака смотрелась так, словно вот-вот приедет техника и снесет эту развалюху, после чего весь мусор вывезут.

– Таня, – окликнул ее кто-то. Девушка повернулась и увидела бывшую соседку, переехавшую в новый дом.

– Анна Васильевна, – улыбнулась она в ответ. – Вот уж не думала вас тут встретить.

– Да и тебя давно не видела, – заметила та.

– А я в город перебралась.

– И правильно, – кивнула женщина. – Нечего тебе с этими делать. У самой-то все хорошо? Ничем помочь не надо?

– Нет, что вы, – запротестовала Таня. – Все просто замечательно. И со здоровьем все благополучно, и с личной жизнью, и работа нормальная. Думаю, может, учиться пойду. Только надо будет экзамены заново сдать.

– Молодец, – искренне обрадовалась соседка. – Телефон у тебя тот же остался? Ты не думай, я тебе звонить не буду. Так, мало ли что случится. Все-таки мы за твоей присматриваем.

– Да, тот же. Спасибо вам.

Из-за дома раздался сигнал клаксона. Антон деликатно намекал, что потерял свою подругу, но искать пока не идет.

– Тебя?

– Да, пора.

– Ну, беги.

– До свидания, – Таня повернулась и скрылась за углом.

Соседка перекрестила девушку на прощание, а после плюнула в сторону фундамента. Из-за дома выехала машина, самая обычная, каких множество рассекает по дорогам, не какой-то там дорогущий образчик автопрома – в этом Анна Васильевна разбиралась. Рядом с водителем она разглядела Таню. Да, все у нее хорошо, улыбнулась женщина, после чего пошла дальше по своим делам.

Дома они оказались не сразу. Сначала заехали в магазин за продуктами, потом пообедать, потому что кроме чая с бутербродами сразу ничего не было, а готовить не хотелось. После Антон решил, что надо бы немного развеяться, и потащил Таню в кино. Понятное дело, после фильма снова понадобилось перекусить, потому что готовить лень, и вообще им еще выяснять, что такого хранилось в тех коробках. Так что вернулись домой они, когда уже окончательно стемнело.

– Ну, – вампир протянул девушке нож для бумаг.

– Давай ты, – покачала она головой.

Мужчина только кивнул, после чего осторожно вскрыл первую коробку. Внутри обнаружилась старая упаковочная бумага. Таня осторожно подняла ее и обнаружила альбом.

– Папина коллекция марок, – выдохнула девушка. – Мама думала, он все с собой забрал. Даже к его жене ходила, требовала вернуть. А он, оказывается, у меня спрятал.

В оставшихся коробках обнаружились еще марки, календари и коллекция монет, не очень большая, но в хорошем состоянии и награды с войны бабушки и дедушки, которых Таня помнила только по рассказам.

– Да, ради такого не жаль было съездить, – заметил вампир.

Хозяйка новообретенных богатств только кивнула, перелистывая странички с марками, рассматривая их, читая краткие заметки, сделанные разборчивым почерком на пожелтевших листах.

– Да, я рада, что нам удалось забрать их. Странно только, что Лика посла за ними. Что ж такого может случиться, что их можно было потерять.

– Много чего. Хотя бы материнские собутыльники добраться могли случайно во время очередных поисков средств опохмел.

– Да, наверное, – согласилась девушка. – Только куда нам все это девать.

Действительно, коробок было не много, но в квартире, где и без того хватает разных вещей, найти угол для таких экспонатов было сложно.

– Давай пока обратно по коробкам и в шкаф поставим, а потом будем думать, – решил хозяин. – По-хорошему, надо бы квартиру побольше, но возможности пока нет. Я думал агентство расширять. Хочу нанять пару ребят, а то один уже все не успеваю.

– В шкаф, так в шкаф, – согласилась Татьяна.

Они сложили все обратно, но без вороха бумаги. В результате пара коробок осталась свободными. Антон помог убрать их.

– Надо бы узнать, сколько они могут стоить, – задумалась девушка.

– Зачем? – нахмурился вампир. – На квартиру все равно не хватит. Пусть будут как память об отце.

– Хорошо, – улыбнулась Таня. – Спасибо тебе.

Вампир обнял потянувшуюся к нему фигурку и поцеловал. На этот раз поцелуй продлился недолго.

– Нет, Танюш, все это хорошо, замечательно и заманчиво, но давай сначала приготовим хоть что-то на завтра. А то вызвонит меня Синицын, или еще что произойдет, и будет у тебя голодный вампир.

– А запасов крови у вампира больше нет? – чуть наклонила голову набок его собеседница.

– Запасы есть, но они для другого голода, – уточнил он.

– Ладно, – девушка нехотя отошла от него, потом потянулась, от чего кофточка соблазнительно задралась на спине.

– А это уже провокация, – хрипло произнес мужчина, подходя сзади и обнимая. Губы его начали прокладывать дорогу от уха вниз по шее, а руки забрались под кофту и принялись в очередной раз изучать соблазнительное тело.

Таня довольно улыбнулась. Да, она использовала нечестный прием, другое дело, после утренней поездки ей было нужно расслабиться. Фильм – это одно. А то, каким методом они воспользуются сейчас – совсем другое. Слишком часто в той квартире к ней приставали с непристойными намеками. Слишком хорошо она это помнила, потому и хотела отдаться любимому мужчине.

На мгновение девушка замерла, осознав, какая мысль мелькнула в голове. А после развернулась и сама поцеловала его, вкладывая все чувства, все желание. Стоит ли говорить, что до кухни они добрались много позже и совсем с другой целью.

За окном валил снег, крупные темные снежинки возникали в воздухе и либо пролетали мимо окна, либо оседали снаружи на подоконнике. Казалось, что к утру завалит и окна, и двери, и вообще все на свете. На кухне горел свет, и пахло мятой и другими травами. Таня с ногами забралась на стул и потягивала из большой кружки чай с травами, которые напоминали о тепле и лете.

Антон стоял, облокотившись о стену, и пил кофе. Его несколько беспокоило, что его девушка так спокойна. Пусть никто не говорил прямым текстом, что должно произойти, но она понимает. И ведет себя так, словно речь идет о походе к стоматологу. Будет неприятно, больно, но после того, как удалят больной зуб, станет легче. Возможно, он не прав, и на самом деле все не так. Таня просто старается не думать о грядущем. Или напротив, она давно простилась с матерью, и для нее та женщина, что предлагала водку вместо чая – посторонний человек, с которым приходилось жить под одной крышей только потому, что не было выбора. Мужчина не мог ответить на этот вопрос, хотя бы потому, что так и не успел пообщаться с ней. Даже во время визитов в больницу ей или нужно было уходить на работу, или самому Антону некогда было рассиживаться и вести разговоры. Общие фразы приветствия и прощания, и больше ничего. После, во время обоих визитов, поговорить снова не вышло. В первый раз мать даже не вышла посмотреть, кто пришел, а в последний… В последний раз можно было не сомневаться, куда свернет разговор.

– Что-то не так? – подняла глаза девушка.

– Не знаю, – честно признался он. – Кажется. Что мы сегодня сбежали.

– Если честно, я именно что сбежала, – Таня перестала изучать содержимое кружки, сделала глоток, потом продолжила. – Я вспомнила маму, какой она была давно, до того, как начала пить, и поняла, что тот человек, что вышел сегодня с кухни – это не она. Я ее не понимаю и боюсь. Я не знаю, чего от нее ждать. Она может пожалеть, а может оскорбить, может заступиться перед собутыльниками, а может предложить меня вместо денег за бутылку. Это не мама, я не знаю, кто этот человек. Маму я люблю, а вот это… Я не знаю. Такая мешанина чувств. Страх, презрение, отвращение, при этом боязнь за нее, желание помочь, подсказать выход…

Антон кивнул. Все это он уже слышал когда-то от одного знакомого. Дело было годах в семидесятых. Отца приятеля арестовали, потом отправили в психушку. Оттуда вышел совсем другой человек – сломленный, слабый. Сначала он восстановился на работе, но потом его уволили, потому что он начал пить и мог несколько дней не выходить на службу. И тот парень говорил то же самое, в очередной раз спасаясь от отцовской компании в участке, где тогда работал вампир. Дело кончилось пьяной дракой. Разбираться, кто же на самом деле виноват, суд не стал. Все участники, включая того мужика, получили сроки. Парнишка потом признался, что вздохнул с облегчением. Дома сразу стало спокойно, мать перестала заикаться, у нее наладилось здоровье. Сам мужик так и не вышел, скончавшись в местах лишения свободы. Здоровье было уже не то. А теперь почти то же самое он слышит и от любимой женщины. И ей точно также стыдно говорить все это, но она не может не признаться.

– Все будет так, как должно быть, – он подошел к ней и прижал к себе. – Ты пыталась, и не один раз. Там, на небе, знают, чего тебе стоили эти попытки. Думаю, они видят, что тебе не просто. И поймут.

Таня только кивнула.

Несколько следующих дней прошли в суете. Клиенты, неизвестно где бывшие раньше, внезапно потоком повалили в агентство, словно насмехаясь над всеми планами вампира. И отказаться от ряда дел не было возможности. Женщина, которую обещали в помощь Тане, приболела, и просила передать, что придет несколько позже. Поэтому приходилось крутиться обоим. Антон практически жил на работе, только отвозил девушку домой вечером и утром забирал обратно. И то получалось это не всегда, и Татьяне приходилось добираться до офиса на общественном транспорте. Иногда выручал Юрий, но и у того после праздников дел было больше, чем достаточно, как оно всегда и бывает. Благо, разбирались с последствиями визита птички перепил быстро.

– И что за месяц такой, – ругался Антон, прекрасно зная, что главных неприятностей еще не было. – То все сидели спокойно, то вдруг решили, что одному жена изменяет, у другого коллега информацию сливает, третий вообще чокнутый, утверждает, что жена – ведьма и пытается отравить его.

– Тому, третьему, надо было пить на праздниках меньше, – заметила Таня, убирая документы, – и закусывать не салатом, который только что плесенью не покрылся, а чем-то свежим. Желательно мясным.

Антон только кивнул. Спорить с тем мужиком было невозможно. Дело кончилось тем, что секретарь позвонила Юрию и попросила или подъехать лично, или прислать кого-нибудь. В итоге мужика забрали давать показание в отделение. Доволен тот не был, но приехавший Артем так уверенно сыпал статьями и терминологией, что отказаться не получалось. Кажется, он уже был не рад, что явился жаловаться на жену. Но спорить не получалось. Пришлось ехать и писать объяснительную.

На счастье, все похмельные галлюцинации оказались легко проверяемы. Жена не изменяла, а навещала тетку, попавшую в больницу. Коллега, напротив, завел любовницу, и тайком встречался с нею в офисе за неимением более удобного гнездышка. Еще несколько человек, решившие, что детектив может найти пропавшую собаку или вещь, тоже, в итоге, получили требуемое, благо собака вернулась сама, а имущество обнаружилось в городском бюро находок. Разве что ситуация с пропавшим ребенком выходила запутанной. Но детектив подозревал, что его увезла не так давно объявившаяся мать. Приемные родители старались помочь всем, чем только возможно, но, в итоге, информацию о розыске передали в милицию.

Но не успели сотрудники агентства в количестве уже трех человек подсчитать прибыль и прикинуть, что делать в первую очередь: нанимать нового сотрудника, или приобрести новую камеру, как случилось то, чего Антон ждал с середины праздников.

Утром вампира поднял телефонный звонок. Дражайший сосед, ничего не объясняя, потребовал его срочно приехать в Колпино. Разумеется, с Таней. После чего отключился. При попытке перезвонить номер или оказывался занят, или вызов сбрасывали, что означало крайнюю занятость оперативника. Пришлось быстро готовить завтрак, поднимать девушку, собираться и мчаться на другой конец города, только догадываясь, что местом назначения будет дом Тани, а не какая-то другая точка на карте.

Догадки не подвели. Уже на подъезде к нужному месту их остановили. Антон показал свое удостоверение и сказал, что он тут по распоряжению Синицына. Мальчишка из оцепления что-то проверил по рации, после чего пропустил, наказав ехать прямо, а потом налево. Вампир немного удивился, но спорить не стал. Собственно, потом стало понятно, почему сказали действовать именно так: во дворах стояли пожарные машины, а чуть дальше – автобусы, куда эвакуировали людей. Старое строение частично исчезло, лишь несколько обугленных балок и перекрытий свидетельствовали, что когда-то там было жилье. Исчез и небольшой ларек на углу, в котором можно было в любое время купить бутылку, сигареты, чипсы или сомнительного качества салаты. Часть людей уже сворачивали технику, остальные продолжали тушить пару вспыхнувших автомобилей. Отогнав машину как можно дальше во дворы, Антон и Таня пошли искать хоть кого-то, кто может объяснить произошедшее.

Милиция устроилась сравнительно недалеко от места пожара. Ближе были только сами пожарные, которым предстояло досконально разобраться в ситуации. Там же стояла одна машина с лестницей, чтобы можно было заглянуть в те помещения, которые оказались недоступны обычным путем.

– Долго вы, – вместо приветствия заметил Юрий.

– Как только, так сразу, – буркнул Антон. – Что у тебя.

– Хреново у меня, – пожал плечами опер. – Работы вагон и маленькая тележка, а я тут торчу, хотя ясно, что ничего сверхъестественного не произошло.

– Тогда чего тебя сюда пригнали?

– Да померещилось что-то кому-то. То ли птички огненные летали, то ли еще какая-то ерунда, – опер сплюнул на покрытый копотью снег. – Пока очевидцы говорят одно – компания одна из местных хорошо гуляла. Потом что-то не поделили с торговцами в ларьке. То ли им в долг не дали бутылку, то ли еще что, но попытались из машины бензин слить. Вроде даже удачно. Потом облили точку и подожгли. Ну и машину заодно, чтобы следы замести. А они тут стоят кучно, одна рванула, и дальше пошло.

– А барак? – заметил Антон.

– А вот с бараком и связана та самая тайна. То ли феникс перо обронил, то ли жар-птица завелась, то ли банальная неосторожность. Дом старый, полыхнуло практически мгновенно.

– Кто-нибудь… – Таня почувствовала, как дрожит голос. – Кто-нибудь выжил?

– Пока не знаем, – вздохнул мужчина. – Выясняем.

– Понятно.

– Пока посиди в машине, нечего мерзнуть, – предложил ей мужчина, после чего окликнул напарника, – Темыч, девушку пусти в тепло.

Таня забралась в милицейскую машину. Почти в этот самый момент у нее зазвонил телефон – та самая соседка, с которой они недавно общались.

– Да, Анна Васильевна, – выдохнула она.

– Ой, Танечка, – донеслось до нее. – Тут такое случилось. Даже не знаю, как и сказать. Просто кошмар…

– Я уже все знаю, – спокойно произнесла девушка. – Мы здесь, ждем, когда что-то известно станет.

– А, ну хорошо. Держись, милая.

Соседка отключилась, а Таня несколько минут смотрела на погасший экран телефона. Пока никто еще не смотрел, что же осталось в бараке, где она прожила почти всю свою недолгую жизнь. Но, судя по тому, что от него осталось, поиски могут занять изрядно времени. Часть пролетов обвалилась, но что-то уцелело. И попасть в некоторые квартиры без помощи специального снаряжения невозможно. Вот только девушка понимала, то самое, о чем говорила Лика, сбылось. Ее мать погибла окончательно. Погибла или в огне, или надышавшись угарным газом. Может, они успели дойти до того состояния, когда уже ничего не чувствуешь и не понимаешь. А если нет?

Горло сжал комок, а на глазах выступили слезы. Ведь это же страшно, умирать в огне, понимая, что происходит, и не имея возможности ничего сделать. Пусть в последние годы мать и вела себя так, что было страшно, но, все-таки, она мать. И не важно, какой она была долгое время, такой смерти она не заслужила.

– Таня, – забрался в машину Юрка, в то время как Антон с другими сотрудниками обходили вокруг дома. – Понимаю, что не лучшее время для разговоров. Но лучше сейчас, пока тебя не пытаются доставать все возможные и невозможные службы.

– Да, хорошо, – девушка сделала глубокий вдох, потом медленно выдохнула. – Что от меня надо.

– Для начала – мелочи. Вы с Тохой съездите в одну лабораторию. Они уже в курсе. Сдашь материал для опознания по ДНК. Все равно если кто и был в том доме, опознавать визуально там нечего. Думаю, ты понимаешь.

– Да, – кивнула она. – Тут все ясно.

– Хорошо, – он сделал пометку в блокноте. – Второй вопрос – документы на квартиру. На кого она была оформлена, ну и прочие дела. Надо будет заняться восстановлением.

– Не надо, – девушка улыбнулась, только улыбка была печальной. – Квартира на меня была оформлена. Точнее, сначала на папу, но, когда он заболел, сделал дарственную. Понимал, что так оформить я ничего не смогу. Сейчас все бумаги в банковской ячейке хранятся.

– Это хорошо. Значит, не тяни, подавай на компенсацию утерянного жилья. Надо будет съездить в клинику, где тебя лечили. Григорьич бумаги выдаст, приложишь их к собственности. С этим делом придется побегать, если хочешь квартиру в городе, а не там, куда добираться на пяти транспортах, а потом еще пешком по темному лесу. Ну да Тоха проследит. И мы с Вадимом посодействуем через наши конторы. Получишь все, что тебе причитается. А то народ ушлый, увидят, что девчонка молодая, бюрократию не знает, и обеспечат себе домик на берегу залива, а тебе очередной барак.

– Спасибо, – об этом Таня сама бы даже и не подумала.

– Ну и последнее, самое неприятное, – Юрий задумчиво посмотрел на девушку. – Надо будет заняться похоронами. Много не надо. Гроб простой, все равно в закрытом хоронить. И место на кладбище. С последним тоже пусть кровосос помогает. У него среди клиентов должен найтись кто-то со связями в похоронной сфере. Или пусть клан подключает. А то тоже обиралово приличное. Уж извини, что я так все это говорю, но иначе не могу. Профессиональная деформация, да и знаю лично несколько товарищей. Прибил бы, будь такая возможность.

– Поняла, – девушка в очередной раз кивнула. – Я Антону уже и без того должна. Если бы не он…

– Вот о деньгах не думай даже. У нас у всех есть и связи и деньги. У меня, к примеру, отец в Штатах преподает, – усмехнулся опер. – Миллионами не ворочает, но хороший технарь может там хорошо устроиться. Я уже сто раз говорил, а он все нам деньги переводит. Типа на внуков. При том, что на каждого внука уже счет в банке открыт. Так что помочь тебе деньгами проблемы не составит. Мы и не заметим. И самое главное, Таня, о чем ты должна помнить. Ты ни в чем не виновата. Даже если бы ты оказалась дома, еще неизвестно, смогла бы ты что-то изменить, или тебя потом тоже опознавали бы вместе со всеми. Лика утверждает, что вариантов быть не могло. С учетом показаний свидетелей, я склонен верить жене. Может, дом и не поджигал никто, но вокруг все хорошо горело, и хватило бы нескольких искр, чтобы ваш сарай полыхнул. Погода морозная стояла, но сухая. Ни туманов, ни оттепелей. В окна влетело несколько искр и занялось все, скорее всего. А там гори – не хочу, все условия.

Девушка не ответила. Да, понятно, что она не смогла бы остановить всю эту кодлу, если бы им приспичило самим себя поджечь. Вполне вероятно, находись она в доме, могло случиться так, что она сама решила бы устроить пожар, лишь бы эти получили свое. Чувство вины было не из-за того, что она не попыталась предотвратить. Скорее потому, что могла активнее пытаться влиять на мать. Но теперь уже поздно.

Снаружи постучали по машине. Юрий опустил стекло.

– Шеф, тушить мы все закончили. Ребята пошли смотреть, что там твориться. Говорят, все почти насквозь, внутри завал балок и досок. Перекрытия почти все провалились. Так что тела, если есть, скорее всего, на первом этаже лежат, – доложил пожарный. – Сказали, если есть желание, можешь зайти. Только осторожно. И топчи не сильно, нам еще разбираться, откуда полыхнуло. Все, что не упало, потом другие ребята уронят и осмотрят, что упадет.

– Спасибо, сейчас подойду, – милиционер снова поднял стекло.

– Можно, я с тобой? – попросилась Таня.

– Зачем? – удивился мужчина. – Все, что надо, я тебе потом расскажу. Или в официальных бумагах почитаешь. А смотреть на трупы не стоит. Мне и самому это не приятно, только выбора нет. А если просто одна оставаться не хочешь, так я сейчас Тоху вызвоню. Вы вообще можете ехать в лабораторию. Я тебе уже все сказал, что хотел.

Оставив девушку, он выбрался из машины и показал парню, что готов изучить дом. Таня задумчиво смотрела в сторону того, что осталось от ее жилья. Кое-где ее поднимался пар. Людей, эвакуированных из соседнего дома, пустили обратно. Тех же, кто успел спастись из горящего здания, куда-то увезли. Вокруг машин забегали водители, причитая и проклиная поджигателей. Около ларька задумчиво стоял мужчина, явно неславянского происхождения. Возле куталась в куртку продавщица, что-то объясняя. То ли не успела вытащить выручку, то ли вытащила, но не собиралась в этом признаваться.

В следующий раз в стекло постучал уже Антон. Он помог Тане выбраться из машины и повел ее туда, где они оставили свою. Девушка заметила, что оцепление переместилось ближе к сгоревшему дому. За его линией стояло несколько человек, пытавшихся понять, что там произошло.

– Васька, кореш мой, там он? – допытывался у одного из парней какой-то неопрятный мужчина в сбившейся на одно ухо шапке. – Ну, Васька, вы его знать должны. Он еще как лишку выпьет, кота искать начинает.

– Идите отсюда, – как-то вяло отгоняли народ парни в форме. – Не мешайте. Там люди работают.

Кто-то, выяснив, что произошло, уходил, кто-то ругался, некоторые высказывались, что виновата администрация, которая давно должна была снести этот барак, а его обитателей расселить по разным частям города, а лучше выселить в область подальше. Если там решат себя сжечь, то окружающим вреда не причинят.

Антон быстро провел девушку мимо, пока кто-то из прежних знакомых не узнал Татьяну и не решил поинтересоваться, что же там произошло.

– Все, сгорела твоя точка, – последнее, что они услышали, была торжественная фраза какой-то женщины в адрес дедка в шапке-ушанке, лихо заломленной на один бок. – Больше не будешь чекушки искать.

Дедок молча перекрестился на березу и пожал плечами.

– Там нет, в другом месте найдется, – и бодро похромал по своим делам.

– Кому-то горе, что дом сгорел, родня погибла. А кому-то радость, – заметила Таня, забираясь в машину. Там она сняла ботинки и устроилась с ногами в кресле. Антон лишь убедился, что она пристегнулась, после чего полез за картой, чтобы понять, где находится лаборатория, куда им надо попасть. Уточнив адрес, поехали.

Всю дорогу девушка молчала, только раз попросила поставить один из дисков просто с музыкой, без слов. Вампир изредка поглядывал в ее сторону, но никаких признаков надвигающейся истерики не наблюдал. Или Синицын поговорил, или сама пока держится. С новым секретарем он успел переговорить, обрисовал ситуацию в общих чертах и предупредил, что ближайшие дни они будут появляться на работе по мере надобности. Женщина отнеслась с пониманием, лишь уточнила, что ей отвечать клиентам.

А потом началась бюрократия. Сначала лаборатория, где взяли образцы для исследования, потом бесконечные поездки по инстанциям, чтобы решить жилищный вопрос. Сбор тысячи и одной справки, заполнение десятков анкет, заявлений, обращений. У Тани голова шла кругом, но она понимала, что надо как можно больше успеть сделать сейчас. Понятное дело, везде, указывая данные о матери, она писала, что та пропала без вести. Спасибо Юрию, который смог быстро сделать все необходимые справки. За те дни, что шел разбор завалов, поиски тел погибших и установление личности, девушка успела несколько раз объездить все инстанции как районные, так и городские. Внешне казалось, что она ничуть не опечалена случившимся. И только Антон мог сказать, что было с ней в первый вечер после пожара. И как каждую ночь Таня просыпалась от кошмаров.

– Не могу, больше, – заваривая как-то вечером крепкий кофе, призналась она. – Стоит уснуть, и мама стоит. Такая, как когда-то давно была. И руки ко мне протягивает. Я к ней подойти хочу, а она вдруг начинает меняться, становиться такой, как стала. А потом вдруг скелет на ее месте.

На следующее утро Антон позвонил Лике.

– Свечку в церкви поставьте за упокой души, – посоветовала ведьма. – И лучше не в одной. Да записочки подайте. Пусть молятся за усопшую.

– А если она все-таки жива, – зачем-то уточнил вампир.

– Нет, Антош, нет ее среди живых. Это я точно знаю. Юрка еще в то утро звонил, просил уточнить, – ответила Анжелика. – Могла осенью судьбу изменить, но сил не хватило. Судьба ее и нашла.

– И долго нам по церквям бегать? – вздохнул сыщик.

– Пока тело земле предано не будет.

Понятное дело, что, прежде чем ехать по очередным бумажным делам, они зашли в ближайшую церковь, заказали поминание сразу на сорок дней. Потом Антон свозил Таню еще в три церкви. Больше кошмары девушке не синились, но было видно, что она устала и от бумажной волокиты, и от ожидания результатов экспертизы.

– Я так устала, – призналась она Антону в очередное воскресенье. – Хочется лечь и лежать, а не бегать с кучей документов, кому-то что-то доказывая.

– Осталось еще немного, – он обнял девушку и прижал к себе. – Ты молодец, основное сделала. Потом просто оформишь доверенность, и бегать буду я, а тебя к девочкам отправим на пару недель. Поживешь за городом, отдохнешь немного.

Таня устало кивнула. В самом деле, она смогла сделать невозможное – собрать пакет бумаг в кратчайшие сроки. Понятно, что тут помогали и связи Антона, и шоколадки, которые он ловко подсовывал работницам учреждений. Еще одна соседка, которой в тот день не было дома, за одной справкой ходила несколько дней. Девушка только морщилась, когда она начинала возмущаться работой учреждений.

– Она бы меньше там права качала, – как-то заметил вампир. – Глядишь, дело быстрее бы пошло.

Татьяна только кивнула. Тетка Степанида славилась склочным характером. Критиковать все и вся она начинала, едва переступала порог. Делала это громко, долго и со вкусом. Понятное дело, к тому моменту, как подходила ее очередь, сотрудники уже ненавидели визитершу. Стоило ли удивляться опечаткам, когда над ухом визгливый голос ругал всех, от начальника отделения до президента.

Но вот бумаги были переданы, куда следует, на счет в банке пришли деньги, положенные в качестве компенсации утерянного имущества. А результатов экспертизы все не было. Синицын, державший их в курсе дел, сообщил, что не всех смогли найти сразу. Теперь надо было ждать, когда подпишут разрешение на снос остатков дома. Другим способом попасть в некоторые помещения было невозможно. Оставалось только ждать. Благо на администрацию наседали все, от немногих жильцов, чьи родственники остались внутри, до предпринимателей, которые планировали стройку на месте барака.

Антон выполнил свое обещание и отвез Таню за город. Там, возясь с детьми или общаясь с Ликой и Оксаной, девушка успокаивалась. Единственное, что ее беспокоило, как там работа. Но Майя Викторовна бодро справлялась, вампир взял помощника, и девушке временами начинало казаться, что она там больше не нужна.

– Слушай, Тань, – одним днем, уложив детей спать, подсела к ней Оксана, – может тебе стоит заняться подготовкой к экзаменам? Подумай, куда бы ты поступить хотела, посмотрим, что требуется и вперед за учебники. Ближе к делу на курсы походишь, хотя, сама сможешь больше освоить. А то год терять, чтобы с осени на подготовительные курсы записаться, глупо же. Если не поступишь, тогда да. Может, ты сразу сдашь все.

Уже через несколько дней Антон привез ей необходимые книги и учебники, и девушка принялась готовиться к поступлению. Это помогало не думать ни о том, когда же она сможет похоронить мать, ни о той куче бумаг, что отправились по инстанциям, и должны были превратиться в новую квартиру, ни о том, что происходит в агентстве. Взвесив свои возможности и желания, девушка выбрала для себя факультет иностранных языков одного из городских вузов, и теперь читала, учила, вспоминала пройденное в школе, благо по тем предметам, что ей нужны, учили их основательно.

Лика и Оксана по очереди помогали ей с предметами, которые надо сдавать устно, Ирина гоняла по английскому языку так, что любой репетитор бы позавидовал умениям женщины, а тесты по русскому языку исправно поставлял Вадим. Где он их доставал, оставалось секретом. Оборотень только уточнял, что варианты прошлогодние, и учить надо все, что было и чего не было. На все попытки Тани сопротивляться столь активному обучению, женщины дружно отвечали, что программа большая, а времени мало. Русский язык ей сдавать несколько раньше, чем выпускникам, а потом и вовсе не будет времени, чтобы учить, разве что повторять.

Через месяц раздался звонок, которого все ждали, но старались не думать. Юрий сообщил, что при сносе остатков дома удалось обнаружить еще несколько тел. Большинство находились в одной квартире. Той, где когда-то жила Таня. Экспертиза установила, какое из них принадлежало матери девушки. Пользуясь доверенностью, удалось оформить почти все, что требовалось, и оставалась мелочь – надо было решить, где похоронить мать. К отцу возможности не было – все документы были оформлены его второй женой. Но мужчины обещали, что на том же самом кладбище выбить место проблемы не составит. Так и получилось. Все формальности были улажены быстро, отчасти потому, что делать почти ничего не нужно было, отчасти потому, что занимались этим люди знающие. Все, что было нужно от остальных – приехать в нужное время.

– Почему закрыт гроб, – тихо спросила у Антона Таня, когда они собрались на кладбище. – Я хочу увидеть ее.

– Не стоит, – так же тихо ответил он. – После пожара и оттепели, которая была, тело не в том виде, когда имеет смысл его показывать. Поверь мне. Я это видел.

Девушка не стала спорить. Понятное, что она могла настоять на своем, но разум подтверждал – это не тот случай, когда надо что-то требовать. Лучше приберечь силы для подготовки к экзаменам и на получение квартиры. И там и там потребуется проявить настойчивость.

Все закончилось быстро. Много быстрее, чем думала Таня. Священник отслужил краткую панихиду, после чего гроб опустили в яму и забросали землей. Поминок как таковых тоже не было. Хотя бы потому, что уцелевшим знакомым матери было еще утром отдано несколько бутылок на помин души, а больше никто ее не знал. Лика приехала в город, чтобы поддержать подругу, пришли Юрий и Вадим, прихвативший с собой Гошу и Алину. Просто посидели на кухне у Антона. Девушка поделилась немногими светлыми воспоминаниями о матери. К вечеру разошлись.

– Как ты? – вампир сел напротив Тани.

– Думала, будет хуже, – призналась она. – То ли выплакала все уже, то ли не знаю. Даже немного стыдно. Вроде как горе, а в глазах ни слезинки.

– Не стоит себя винить, – попытался успокоить ее мужчина. – Слишком много времени прошло. Ты успела и выплакать все, и смириться и отпустить. Хотя, главное, чтобы ты простила ее, несмотря ни на что.

– Думаю, да, – решила девушка. – Наверное, ее смерть искупила в моих глазах все. Ведь я жива. Пусть потому, что встретила тебя, но все же. Мама тоже переживала. Но у нее не было сил иначе справляться с бедами. Кто-то собирается, а кто-то ищет утешения. Я оказалась сильнее, она слабее. Не мне винить ее. Возможно, сложись все чуточку иначе, я бы тоже пустилась во все тяжкие. Мне повезло, потому что отец все объяснил мне в свое время. Я смогла понять и причину его ухода, и почему не смогла остаться с ним – мне просто не было места в том доме, куда он ушел, а своего он так и не построил. Просто не успел. А когда узнал, что я заболела, сердце не выдержало.

Таня всхлипнула. А потом просто расплакалась, в очередной раз выпуская свою боль. Теперь у нее совсем не осталось родных. Разве что троюродная сестра отца где-то в Армении. Но они почти не поддерживали отношения, так что не стоит и пытаться найти ее. У матери родственники если и были, то еще более дальние. Бабушка и дедушка остались единственными выжившими в большой семье. Кого-то арестовали, остальные погибли на войне. Был ли кто жив из дядьев и тетушек, ни один, ни вторая не знали. А если и были живы на тот момент, то сейчас тем более не найти следов. Да и смысла искать нет. Кто они ей? Такие же чужие люди, как и она им.

– Ну, все хорошо, – Антон отошел налить воды. – Я с тобой. Все будет хорошо.

– Да, – немного успокоившись, ответила Таня. – Просто иначе уже быть не может. Кроме тебя, у меня никого нет…

– Тссс, – он приложил палец к ее губам. – Давай ты сейчас успокоишься, пойдешь умыться, и ляжем спать. А завтра будет новый день.

Девушка молча кивнула. Да, у нее есть замечательный мужчина. И есть надежда на будущее. Главное, чтобы это будущее у нее было. А для этого надо взять себя в руки и не раскисать. Слезами горю не поможешь, только здоровью навредить можно.

Уже на следующий день девушка вместе с Антоном отправилась в офис. Антон предложил ей отдохнуть еще немного, но оставаться дома одной она не хотела, а поехать к подругам своим ходом не рискнула. Пусть не так далеко, но в электричках не жарко. К тому же заниматься можно и на рабочем месте, поскольку их там двое, а дел не так много. Спорить начальник не стал. Так что утром он тащил за девушкой сумку с книгами и конспектами.

– Танечка, – обрадовалась ей Майя Викторовна, – ну как ты дорогая? Все потихоньку? Давай сейчас чайку выпьем. Антон Евгеньевич, мальчики как вчера по заданиям разошлись, так сегодня еще и не приходили. Оба позвонили, передали, что появятся обязательно. Сеня в Выборг поехал, туда след пошел. Если это то, что он думает, то уже сегодня наша пропажа найдется. Паша продолжает опрашивать свидетелей. Может, хоть кто-то видел, что там произошло.

– Хорошо, – кивнул Антон. – Я сейчас в банк. Пообщаюсь с директором. Думаю, получиться выяснить ряд вопросов, не вмешивая ребят из отдела. Если же общение не состоится, или господин Рушников откажется помогать, тогда передадим материалы в органы. Они только рады будут, что им почти все улики собрали. Уж больно скользкий тип, да еще связи у него приличные.

Забрав из сейфа несколько документов, Антон ушел. Майя Викторовна поставила чайник, достала откуда-то печенье и конфеты.

– Ну, Танюш, устраивайся, будем чай пить, пока никого нет. А то потом появятся мальчишки, толком не пообщаемся.

Девушка устроилась за столом, учебники отправились на подоконник. Позже она обязательно займется делом. А пока можно выпить ароматного чайку и узнать новости. Пропустила она много, Антон рассказывал, но в общих чертах. Будто она вот-вот уволится и будет сидеть дома. Вот если получится поступить, тогда да, придется пожертвовать работой. Если же судьба распорядится иначе, кто мешает ей в свободное время заносить материалы в компьютер, готовить анкеты и прочие бумажки. Видно, что агентство развивается, услуги востребованы. Начали обращаться не только ревнивые мужья, но и адвокаты, которым нужно ускорить расследование, предприниматели, стремящиеся вывести конкурентов на чистую воду, иногда даже следователи, если понимают, что открыть дело не получится, а реагировать надо. Правда, это касалось пока только тех отделов, которые работают с якобы не существующими вампирами, оборотнями, домовыми, лешими и прочими существами.

Последние обращались чаще. Найти что-то или кого-то пропавшего, установить контакты, проследить, выяснить, разобраться… Не со всеми проблемами можно пойти в милицию. Точнее, пойти можно, там выслушают, посочувствуют, но помочь не смогут. Кто будет искать гребень русалки, если у них убийство, два угона и несколько краж.

– И что у нас интересного, – Таня скинула офисные туфли и с ногами устроилась на стуле. – Я со своими проблемами совсем от жизни отстала.

– Да что ты, милая, какие дела, когда у тебя такое творилось. Тут ни о каких делах и думать не получится, – выпалила женщина. – Вроде все наладилось, а тут такое горе. Мне Антон все рассказал.

– Сложно сказать, – девушка поднесла к лицу чашку и вдохнула ароматный запах. – Мне заранее намекали, что так случится, чтобы хоть немного себя подготовить успела. Но все равно тяжело. И вроде как вины никакой нет, а неуютно было, что время идет, а я не могу мать похоронить. Не по-человечески оно как-то выходило. Благо разрешилось все. А сюда приехала, потому что дома сидеть одна все равно не смогла бы. Одно дело, когда рядом кто-то есть, и совсем другое – одна в квартире.

– Тоже верно, – немного подумав, решила Майя. – Ты смотри сама. Если не будет настроения работать, не переживай. Все равно нам с тобой делать пока и нечего. Антон Евгеньевич сейчас пытается с какой-то финансовой аферой разобраться. Меня в дела не посвящали, он лично все переговоры с клиентом вел. Семен разыскивает одного лешего. Уехал из деревни на заработки и пропал. А Паше проучили разобраться, куда пропала невеста, и была ли она вообще.

– А что за невеста? – заинтересовалась Таня.

– О, история просто шикарная, – улыбнулась секретарь. – Познакомился мужик по сети с какой-то женщиной. Сначала переписывались, потом по скайпу стали общаться, фотографии пересылали, видео, все дела. У нее с деньгами дома не очень хорошо оказалось. Он ей пересылать начал. Сначала мелочь, рублей по двести, триста. Потом пошли тысячи. Вроде все прекрасно, разговоры о свадьбе пошли. Стали думать, что да как. Мужик ее к себе звать стал. Мол, продавай свое жилье и приезжай, у меня места на всех хватит. Тут она и сообщила, что у нее кредиты на большую сумму, а в его городе нет их банка. В общем, наплела чего-то, мужик и выслал ей сумму. И почти сразу же дамочка пропала. Товарищ подумал крепко, пошел в милицию. А там сказали, что помочь не могут, потому как он сам деньги отдал. Дурак, в общем. Но посоветовали обратиться к детективу. Пока удалось установить, что женщина такая существует, но ей уже лет восемьдесят. Живет она в доме престарелых, и все, кто ее знает, подтверждают, что она не могла ничего подобного провернуть. Видит плохо, слышит еще хуже, плюс склероз в наличие. Зато есть у нее родня в области. Сейчас с ними будем работать.

– Не удивлюсь, если это будет или семейная пара, или мужик голос меняет.

– Вполне возможно…

Звонок телефона прервал их общение. Майя Викторовна поспешила ответить, а Таня закопалась в компьютер, познакомиться с новыми делами не только по рассказам, но и более основательно. Почитать показания, отчеты, свидетельства.

Дел в работе было всего три. Одно под личным контролем Антона. Значит, там что-то связанное с политикой. В такие дела вампир предпочитал подчиненных не вмешивать. За годы у него уже появились связи среди лиц посвященных, к которым можно обратиться в случае необходимости. Записная книжка с прямыми номерами лежала на всякий случай дома, если вдруг он влипнет основательно. Тогда Таня должна связаться или с Юрой, или с Вадимом, или с детьми. Уже они будут действовать дальше. Самой ей прибегать к таким звонкам не рекомендовалось. Разве что больше не будет вариантов. Почитать, что же такое он расследовал, можно будет уже по завершении работы.

Второе – как раз то самое дело о пропавшей невесте. Точнее о мошенничестве. Вроде суммы переводов небольшие, но количество их вкупе с последним платежом, переваливало за сотню тысяч, благо в рублях, а не в валюте. Ну и третье, о пропавшем лешем, подавшимся в город на заработки, сводилось к показаниям свидетелей его перемещений. Собственно, блуждания третьего героя расследований наводили на мысль, что он не столько уехал на заработки, сколько пытался сбежать от родни. И, судя по тому, что родственники обратились к детективам, ему это удалось.

Таня уже успела узнать, лешие лучше всего знают, живы их близкие или нет – в случае смерти, умирает не только человек, то есть нечеловек, но и его дерево-тотем. Если бы разыскиваемый погиб, им бы сообщили. Пока же было известно, что он приехал в город в начале лета, нашел комнату, устроился на работу, о чем было сообщено сестре. Потом отделение фирмы закрылось. Кого-то уволили, кого-то перевели на другое место. Искомый леший Михаил был одним из тех, кому повезло. Новое место находилось на другом конце города, так что пришлось искать и жилье. Но доходы позволяли снимать комнату у одной пенсионерки. Жили они там вместе с парнем, работавшим на том же предприятии, но по другой специальности. Вместе уходили, вместе приходили.

Стоит ли говорить, что сестре Михаил как-то забыл сообщить, что сменил жилье. Все равно общались по телефону, приезжать она не собиралась, деньги он высылал исправно. Вроде как все под контролем, и хорошо. А потом леший исчез. Случилось все внезапно. Ни денег, ни звонков в течение месяца. Сестра приехала в город по прежнему адресу, но там родственника уже не было. Куда он переехал, хозяева ответить не могли. Знали только, что ближе к новому месту работы. Она отправилась на предприятие, но сотрудника, который мог бы прояснить ситуацию, не было на месте – отпуск. После отпуска он попал в больницу, поиски застопорились. Идти в милицию женщина не рисковала, потому как нелюди они, начнешь особые приметы в виде сучка на ноге сообщать, так в лучшем случае засмеют.

Пока суд да дело, вышел нужный человек. Но все, что он смог сообщить – Михаил внезапно уволился, загадочно сообщив, что нашел работу, о которой мечтал всю жизнь. Что это за работа, сестра не могла и предположить, просто потому, что мечтал он и космонавтом стать, и танкистом, и летчиком, и учителем, и кем только не. Агентство Антона ей посоветовали в общине. Поскольку другого варианта не было, она и обратилась к ним. Сам бы Антон благополучно передал дело Юрке, который долго бы ругался, что еще один висяк, и его выпрут с работы, но для начала решил испытать Семена, нового парня из оборотней. Тот учился на заочном, на юриста и понимал, что первые годы о самостоятельной работе можно не мечтать, а опыт в детективном агентстве пойдет на пользу. Антон тоже рассудил, что ему не повредит свой адвокат, мало ли как судьба извернется. Так что взял волка на испытательный срок.

Павел, как уже знала Таня, был человеком, но из смешанной семьи. Мать – русалка, отец – человек. Хвост отращивать он так и не научился, но особо не переживал. Хватало того, что, несмотря на отсутствие жабр, под водой он мог находиться много дольше простых смертных. Какое-то время он работал водолазом, но ничего серьезного ему не поручали – подай, принеси, подержи. С весны до осени отсидел спасателем на пляже, пока случайно не узнал от знакомых, что в одном детективном агентстве требуются сотрудники. Долго думать он не стал, сразу явился по указанном адресу. И теперь мотался по городу, выполняя поручения начальства.

Само начальство на новых сотрудников то поругивалось, то хвалило, но увольнять не собиралось. Все-таки попробуй, найди простого человека, знающего о существовании нелюдей. Таких стараются удержать в соответствующих органах и учреждениях, и готовы и на повышение зарплаты, правда в пределах разумного, и на отгулы по необходимости глаза прикрыть, и больничные с декретами выдерживают.

Таня только вздохнула. Может, и ей стоит попытать счастья на юридическом. Экзамены практически одинаковые. Можно туда и туда попытаться поступить. Хотя юристов сейчас, как собак. А переводчик может и пригодится. Если не Антону, то в одной из тех контор, которые работают с нелюдьми.

– Наверное, скоро помещение надо будет новое искать, – задумчиво окинула взглядом небольшую приемную Таня. – Нас тут двое уже, у Антона в кабинете все они не поместятся. Там хорошо, если он да пара посетителей. А если еще стол поставить, не разойтись будет.

– Да я тоже так подумываю, – согласно кивнула Майя Викторовна. – Намекала начальству, но пока возможности не те. Опять же, ты учиться пойдешь, так нам троим тут хватит пространства. Купим еще один ноутбук, сеть сделаем. А там будет видно. Если дела пойдут, расширяться придется в любом случае. Опять же, долго на одном месте все равно не просидеть. Сколько Антон Евгеньевич тут еще пробудет. Ну, лет десять, пятнадцать. Больше – никак, пойдут разговоры. Если бы контора новая была, а то уже десять лет работает.

– Хорошо, можно на другой конец города перебраться, если что. Это вам не поселок где все всех знают, – нашла свои плюсы Таня. – Жили на севере, уехали на юг, квартиру детям оставили. Потом жилье по родственникам ходить будет, чтобы соседи не заподозрили чего.

– Это да. У меня так муж устроился. Жил в квартире еще при Хрущеве, сейчас назад вернулись. Одна бабка его увидела, из тех, что помнила еще юношей, креститься начала. Потом с допросом пристала. Отбрехался, что он – не он, а племянник. Спасибо, поверила, хотя все равно смотрит косо.

Таня собралась что-то ответить, но их беседу прервал стук, а после в офис завалились две девушки из соседней комнаты.

– Ой, Танечка, – дружно воскликнули они. – А мы тебя уже и не ждали обратно.

– Вы не ждали, а я вот приперлась, – радостно ответила девушка, и пошла обниматься.

– Так, все собирайтесь. Пойдем в кафе посидим, – взяла на себя руководство процессом одна из пришедших.

– Вы идите, а я тут останусь, – решила старшая секретарь.

– Нет, Майя Викторовна, – девушка даже немного обиделась. – Никаких уклонений. У меня день рождения сегодня, так что вы обе приглашены.

Поскольку причина была уважительной, спорить больше никто не стал. Кабинет запрели, охрану предупредили, и женский коллектив отправился в небольшое заведение через дорогу. Таня лишь понадеялась, что хоть в конце дня у нее получится открыть учебник. Иначе придется заниматься вечером, вместо того, чтобы посмотреть фильм или просто поваляться с Антоном на диване.

Таня постепенно привыкала к новой жизни. Новое жилье обещали предоставить к концу весны. Уже были подписаны предварительные документы, остальные – после сдачи дома. Девушка успела побывать на месте и отметить близость метро и магазинов. Квартира ее должна была находиться на шестнадцатом этаже. Высоко, но видно почти весь город. Изначально площадь выходила чуть больше, чем было до этого. Надо было что-то доплачивать, но пригодились справки, выданные в клинике. От ремонта она отказалась, решив, что сделает все сама. Опять же, Оксана поделилась, что это доставляет огромное удовольствие – сделать в квартире все так, как хочешь именно ты.

В агентстве работы прибавлялось. Удачная история с лешим, который, оказывается, попал под призыв, и с радостью отправился отдавать долг родине, причем не просто так, а умудрившись заключить контракт на три года сверху. И войска выбрал не абы какие, а танковые. Благо трактор водить умел, а тут обещали научить необходимому. А не позвонил домой только потому, что времени не было, а потом пропал телефон. Зато выхлопотал себе два дня, чтобы съездить к родне и рассказать, как дела обстоят.

С таинственной невестой оказалось немного сложнее. Но и ее вычислили. Это оказалась семнадцатилетняя санитарка в доме престарелых, дочь обманутого, взятая по просьбе знакомого на неполный день. В свое время он ушел, бросив мать и ее, годовалую девочку, и с тех пор о нем ничего не слышали, не говоря уже об алиментах или чем-то подобном. Но не так давно мать случайно увидела его в какой-то передаче на телевидении. Дочь быстро продумала план мести и стала претворять его в жизнь. Все это Антон и изложил горе-жениху, после чего предложил выбор: или он забывает об этой истории и деньгах, или идет в суд, но в ответ он поможет девушке и ее матери стрясти всю причитающуюся им сумму. В том, что девушка если и получит срок, то условный, можно было не сомневаться. Во всяком случае, вампир намекнул, что будет именно так.

Сам Антон все еще разбирался со своим делом. Насколько он продвинулся, никто не знал, поскольку вся информация была засекречена. Таня как-то вечером, пока вампир был в ванной, попыталась залезть в папку. Увы, пароля девушка не знала, а подбирать времени не было. Благо, ребята справлялись почти без его помощи. Какими-то мелочами занимались и женщины. Периодически девушка бегала по каким-то инстанциям, забирала или отдавала бумаги. Хотя, ей поручали меньше всех, чтобы она могла готовиться к экзаменам.

Новая проблема подкралась, когда ее никто не ждал. В офисе раздался звонок. Ответила Майя Викторовна. Внимательно выслушав звонившего, она повернулась к сидевшей с учебником девушке.

– Танюш, там бумаги для Антона Евгеньевича. Человек попросил встретиться с ним в кафе, забрать у него документы.

– А что он сам не зайдет? – удивилась вторая секретарша.

– Не хочет, чтобы его видели входящим в здание. Мало ли, – пояснила женщина.

– Хорошо, – Таня закрыла конспект и учебник. – В каком он кафе.

Майя передала ей записку. Девушка оделась и вышла из офиса. Выбор кафе показался ей не самым удачным. Неподалеку от офиса было три разных заведения. И только одно – рядом с офисным комплексом. Но их осведомитель почему-то выбрал заведение, находящееся на отшибе. Вздохнув, Таня побрела в указанную сторону.

Неподалеку от нужного заведения было пусто. Только вороны прыгали рядом с мусорным баком, раздирая какой-то пакет. Девушка обошла строительный забор, работы за которым велись с переменным успехом, и свернула к домику, где располагалось кафе. Но не успела она сделать и шага, как кто-то возник за спиной. Удар по голове и темнота.

– Что значит, пропала? – Антон уже не обращал внимания на появившиеся клыки. – Не может человек пропасть среди бела дня. Ну не бывает так. Прошли те годы, когда могли засунуть в машину и увезти.

– Прости, шеф, но это так, – вздохнул Семен. – Я сам туда ходил. Сначала так, потом обернувшись. В кафе Татьяна не заходила. Кто-то ждал ее за мусоркой. Я туда заглянул, нашел окурки. Ну и натоптано прилично. Видимо, один ждал, а второй на машине подъехал. Место безлюдное, камерами не просматривается. Зато на машине можно подъехать ближе и развернуться.

Антон посмотрел на парня, но промолчал. Да и что скажешь. Никто не виноват. Позвонили, попросили документы забрать. Парни на задании, у Майи поясница разболелась. Понятно, что пойдет Таня. А если бы она не смогла? Да, наверное, просто не пришел бы никто, или появился и сунул что-то уже не актуальное. Гадать можно до невозможности. Пока же нужно искать девушку. Или не искать, а ждать, когда похититель позвонит? Но прошло уже часа три, они давно должны были появиться. И, раз никто не появился, это не связано с работой.

Руки словно сами по себе нашли телефон.

– Синицын слушает, – глухо ответили на той стороне.

– Сильно занят? – зачем-то поинтересовался Антон.

– Относительно. Только с выезда вернулись, отпаиваюсь чаем.

– Заглатывай быстрее и лети ко мне. Таню украли.

В ответ раздались гудки. Кто-то другой мог бы решить, что товарищ просто отключил телефон. Антон прекрасно знал, что происходит на самом деле. Одной рукой Юрка держит кружку с чаем и, обжигаясь, допивает его. Другой сдавливает до треска трубку телефона и собирает группу. Криминалиста, подчиненных, кинолога – всех, кто может пригодиться. А потом, уже в машине, будет звонить жене, чтобы та попыталась своими способами увидеть все, что возможно в ее положении. Чтобы не терять времени, Антон оделся и, прихватив Семена, тоже отправился на место.

На этот раз к кафе они шли не коротким путем, которым и воспользовалась девушка, а отправились в обход. Чем меньше следов. Тем лучше для следствия. Возле баков уже была растянута лента, а рядом дежурил Павел, отгоняя излишне любопытных. Вампир мысленно отметил, что сработали ребята относительно профессионально. Не важно, насмотрелись фильмов, или еще откуда пришла в головы такая идея, но следы они смогли сохранить. И не только Татьяны, но и похитителя. И следы от протектора на снегу. Действительно, кто-то подошел сзади из-за ограждения помойки, что-то сделал, поскольку следов борьбы нет, потом подхватил девушку, сел в машину и скрылся.

Детектив осторожно, стараясь не приближаться, изучил местность. Прав Сеня, ой как прав. Тут можно днем не то, что человека украсть, слона спрятать, и никто не заметит. Кафе притаилось за невысоким забором и рядом аккуратных елочек, высаженных на его территории. Густой зеленый лапник закрывал и дорогу, и улицу, и, что самое главное, неприглядные забор и бетонные блоки с мусорными контейнерами за ними. В сторону баков от кафе вела дорожка, которой последний раз пользовались накануне вечером.

Вдоль забора к бакам шла утоптанная тропинка, которой пользовались жильцы соседнего дома. Вполне возможно, именно по ней прошел и тот, кто потом схватил Таню.

– Ты где? – раздалось в телефоне, едва Антон ответил на звонок.

Он сообщил местонахождение, после чего пошел ближе к дороге, чтобы милицейская машина не уничтожила следы.

Надо было отдать Синицыну должное, прибыли они на место быстро. Выслушав парней, опер только кивнул, после чего к делу приступили профессионалы. Один снимал следы обуви и протектора. Кинолог вернулся к офису и прошел с собакой по маршруту, которым воспользовалась девушка.

Потом собрали в пакет окурки с того места, где ее поджидал похититель. Закончив работать на местности, вернулись в офис. Майя Викторовна еще раз рассказала в подробностях, как позвонили, что сказали, когда Таня ушла за бумагами. Как она забеспокоилась через час, послала вернувшегося Семена. Оборотень еще раз пересказал, как прошел по следам девушки, нашел странное место, где все обрывалось возле следов автомобиля, потом еще раз проверил все в звериной ипостаси.

– Если вдруг кто-то позвонит и начнет шантажировать, держи меня в курсе, – на прощание попросил Антона следователь.

– Непременно, – кивнул тот. – Хотя, я сомневаюсь, что это будет связано с работой. У меня сейчас есть дело, но я сильно сомневаюсь, что это связано с ним. Больше похоже на месть.

– Не исключаю. Думай, кому ты дорогу перешел, кто мог знать о Тане.

– Да никто, – пожал плечами вампир. – Дети к ней хорошо отнеслись, ты сам видел. А больше никого это волновать не должно.

– Ладно, мы поехали. Будь на связи.

Антон кивнул. Группа собралась и покинула приемную.

Вампир прошел в свой кабинет, убрал брошенные на стол документы. Потом вернулся обратно.

– Майя, сделайте мне кофе, пожалуйста, – он устроился на диванчике, телефон положил на столик рядом.

Ребята разместились по свободным углам, стараясь не сильно бросаться на глаза начальству, при этом сохраняя готовность в любой момент бежать, куда скажут. Женщина передала детективу кружку, после чего вернулась за компьютер.

На подоконнике лежали тетрадь и учебник. Ни у кого из присутствующих не хватило духу убрать их оттуда.

Таня очнулась в темноте. Голова раскалывалась от боли. Сама она лежала, но очень неудобно. Девушка попыталась сесть, и обнаружила, что связана. Руки и ноги успели затечь, и она почти не чувствовала их. После нескольких попыток, она смогла перевернуться.

Постепенно глаза привыкали к скудному освещению, пробивавшемуся откуда-то сверху вместе с холодным воздухом. Девушка обнаружила, что находится в пустом помещении. Только в одном месте была лестница, ведущая наверх, а в другом что-то напоминавшее полки. И больше ничего. Холодный земляной пол, стены, если и не земляные, то все равно в земле. Погреб. Судя по всему, это был он.

Девушка вновь напряглась, пытаясь хоть как-то ослабить веревки, но ничего не получилось. Связанные за спиной руки мешали. Таня задумалась. Раз веревки не поддаются, можно попробовать извернуться, чтобы руки были впереди. Потом у нее будет достаточно времени, чтобы сделать с ними хоть что-то. Для данного трюка пришлось приложить большое количество усилий. Веревки впивались в запястья так, что было больно. Но в какой-то момент, когда чувствительность притупилась, у нее все получилось. Руки взорвались новым всплеском боли, но она смогла зацепиться пяткой ботинка, а потом второй. Еще немного, и руки оказались впереди.

Несколько минут девушка лежала на полу, осознавая, что она только что сделала. Постепенно перед глазами перестали мелькать круги. И только тогда Таня поняла, что внизу стало совсем темно. Свет, до того пробивавшийся через узкие щели в потолке, померк. И можно было только гадать, где после ее упражнений находится лестница.

Встав на колени, она гусеницей поползла вперед, пока не уткнулась в стену. Действительно, та была такой же, как и пол, земляной и холодной. Пусть девушке удалось немного согреться, можно было не сомневаться, через час, максимум два, она снова замерзнет. А там недалеко и до простуды. О последствиях же лучше не думать. Лучше решить, как выбраться отсюда.

Девушка медленно ползла вдоль стены, пока не наткнулась на лестницу. Ступени были деревянными и заметно теплее, чем пол. Подниматься было не так удобно, но выбора не было. Она удерживалась на руках, старалась согнуть ноги, чтобы опереться ими на очередную ступеньку, после чего на руках подползала выше. И так, пока не уперлась в крышку. Таня напряглась, пытаясь приподнять ее, но ничего не получилось. То ли там был засов, то ли стояло что-то тяжелое. Видимо, тот, кто ее похитил, очень не хотел, чтобы девушку нашли.

Вздохнув, она сползла немного ниже и устроилась на ступенях. Раз не получилось выбраться с ходу, надо постараться освободить руки и ноги. Возможно, ей это пригодиться. Ведь могут же похитители заглянуть и проверить, что с ней.

Просто так ждать девушке показалось глупо. Даже если они увидят, что она очнулась, никто не помешает столкнуть ее вниз и снова захлопнуть крышку погреба. Значит, надо попытаться снять веревки, в первую очередь с рук. Ноги ей связали, не проверив, какую обувь она надела. Так что та задача проще – попытаться снять сапоги. В крайнем случае, она будет пытаться развязать их потом. Вот только есть одна проблема – это были не толстые веревки из фильмов, старые из бумаги – моток таких когда-то валялся у матери на полке, а самые обыкновенные, бытовые веревки, которыми в магазинах перевязывают покупки или тортики. И, что самое противное, на ней было много узлов, видимо на тот случай, если их захотят перепилить или перегрызть. Но выбора не было. Ничего металлического она не успела заметить, значит, придется жертвовать зубами. Вроде как после ритуала они должны будут восстановиться.

Сколько времени заняла возня с веревками, Таня не поняла. Сначала она пыталась что-то считать, потом поняла, что это бессмысленно. Слишком часто она сбивалась, мысленно произносила числа или очень быстро, или тягуче медленно. К тому моменту, как веревки все-таки упали, она успела замерзнуть. Но сдаваться просто так девушка не собиралась. Ее ведь будут искать, значит, должны найти живой.

– Хоть бы Лика смогла меня увидеть, – прошептала Таня, отогревая замерзшие пальцы дыханием. – Или того, кто решил меня похитить.

Когда пальцы более или менее согрелись, она принялась за освобождение ног. На счастье Тани, похитители сочли, что куда важнее крепко связать руки. Путы держались плотно, но не так, чтобы не было возможности хоть немного их расшевелить. К сожалению, стянуть обувь не получилось, тогда девушка попыталась наоборот, вытянуть джинсы. Задача оказалась не намного проще предыдущей. Пальцы слушались плохо, ткань поддавалась с трудом. В какой-то момент пленница подумала, что провозится до рассвета. Но штанина медленно поднималась все выше, и вот веревка соскользнула на сапожок. Дальше все оказалось много проще. Когда вся брючина оказалась на свободе, оставшиеся петли легко сползли по сапожку вниз. Заморачиваться с другой ногой девушка не стала. Достаточно того, что она может двигаться.

Немного подвигавшись, она попыталась согреться. Получалось плохо – воздух в подполе был не намного теплее, чем на улице. К тому же добавилось чувство голода и усталость. Но спать было нельзя. Необходимо было двигаться. Таня спустилась с лестницы и медленно обошла помещение, изучая стену. К сожалению, больше никаких дверей или случайных проходов не обнаружилось. Хотя, было бы странно, если бы нечто подобное устраивали в обычном дачном доме. Найти на полках хоть какую-то еду тоже не получилось. Оставалось одно – пытаться открыть люк. Не может быть такого, что он не поддастся. Если там замок, она расшатает его – крышка и потолок деревянные. Если что-то стоит, рано или поздно оно сдвинется с места. О третьем варианте, что выбраться не выйдет, Таня не думала.

– Все прошло идеально, – мужчина отодвинул пустую тарелку. – Отвез девчонку на дачу, запер в погребе. Бабулька оттуда давно все увезла, раньше лета не появится. И так пришлось дорожку прокапывать, чтобы в дом попасть.

– Тебя точно никто не видел? – женщина отломила кусочек пирожного и отправила в рот.

– Некому. Даже бродячих собак нет, все попрятались на зиму. Через недельку заеду, заберу то, что останется и отволоку на болота. Так что можешь о ней забыть. Ты мне только одно скажи, неужели ты думаешь, что он снова позовет тебя к себе, после того, как девчонки не станет?

– Не позовет, – ответила его спутница. – Но меня будет греть мысль, что я отомстила. Собственно, больше он мне не нужен.

– Не думаешь, что у него могут возникнуть к тебе определенные вопросы?

– Даже если и возникнут, у меня ночью самолет. Решила перебраться к родственникам в Канаду. Пока получила визу на три месяца, там начну оформлять документы. Так что можешь за меня не беспокоиться. Никто меня не найдет. А если и возникнут подозрения, так я была занята куда более важным делом. Лучше позаботься о себе. Вдруг кто все-таки заметит?

– Не боись, у меня вообще командировка. Я чисто на выходные пригнал тебе помочь. Машина не моя, взял друг на прокат. Страховка открытая. Какие мои проблемы. Ты о главном-то не забыла?

– Все, как договаривались.

Женщина достала из сумки, размерами далекой от маленьких дамских, пакет. Мужчина тут же заглянул в него. Да, все верно. Новенький айфон и планшет, тоже не из дешевых. Ну да он знал, чем брать за дело. Деньги – ерунда. Могут куклу подсунуть. Всякие цацки тоже требуют специальной проверки. А в технике он разбирается.

Он залпом допил кофе и поднялся.

– Ну и стерва же ты, Татьяна, – произнес на прощание мужчина, подхватил пакет и вышел из ресторана.

Женщина только покачала головой. Да, есть такое. Но Антон сам виноват. Не променял бы ее на другую, ничего бы не произошло. Взмахом руки она подозвала официанта.

– Еще кофе с десертом и счет.

Молодой человек слегка кивнул, собрал посуду и удалился. Неизвестно, что отмечали эти клиенты, но, даже если чаевые будут неважными, они оставили и без того приличную сумму. Точнее, женщина оставила. Хотя большая часть заказа пришлась на мужчину. Ну да его дело маленькое: тарелки принести, пустые унести, и ничего не слышать и не видеть из того, что не положено. Слишком хорошее место, чтобы его потерять.

Анжелика откинулась на спинку стула и виновато посмотрела на мужа и соседа. Как только она узнала о случившемся, сразу вернулась в город. Лучше находиться ближе к месту событий, особенно при временном состоянии ее способностей в нынешнем положении. Точнее их постепенном спаде. Благо через несколько месяцев все восстановится.

– Не получается, – печально произнесла она. – Вижу что жива, находится в темноте, что пытается выбраться, а больше не вижу.

– И никак совсем? – зачем-то уточнил Юрий.

– Извини. Была бы дочка, я бы тебе рассказала все, и планировку в доме, и где какой муравей затаился. А сын глушит.

– Ладно, – вздохнул Антон. – А кто это все устроил, сказать сможешь?

– Это смогу. Предыдущая Татьяна все организовала. Только ты ее не поймаешь. Просто так человека задержать не получится, а завтра поздно будет. Но судьба ее настигнет. Она страшной смерти невинному человеку хотела, так я на Таню давно защиту поставила. Если ей вред причинить попытаются, то все обратно вернется. Татьяна на чужой земле с жизнью расстанется, тоже страшно. А исполнитель… – ведьма задумчиво посмотрела на сложный расклад. – И ему по заслугам. Хотел чистым из воды выйти да с прибытком остаться. А не выйдет.

– Лика, все это хорошо, – вздохнул вампир, после чего запустил пятерню в волосы. – Только куда важнее, чтобы Таня нашлась живой и невредимой. Ночи холодные, а ее здоровье все равно оставляет желать лучшего. Случись все парой недель позже, и можно было бы не беспокоиться. Старейшины дали согласие на ритуал. А сейчас…

Он нервно заходил по комнате.

– Не мельтеши, – рявкнула на него ведьма. – Я и так стараюсь. Но рисковать ребенком не хочу. Да и ты себе не простишь, если до такого дойдет. Могу попробовать сделать так, чтобы хозяин того места, где Таня находится, появился там. Разумеется, в том случае, если он зла ей не желает. Большего, увы, не смогу.

– Делай, – хором произнесли оба мужчины и уставились на Анжелику, словно она была последней надеждой в деле спасения мира.

– Сделаю. А вы пока идите, погуляйте, в магазине сходите, машину на мойку выгуляйте, пива по паре бутылок выпейте. Да все, что угодно, только не мешайтесь пару часиков.

Детектив и милиционер посмотрели друг на друга и поплелись из квартиры. Если Лика в таких интонациях требует оставить ее одну, значит, так надо.

Ведьма выставила мужчин из квартиры, закрыла дверь на задвижку, потом отключила домофон, звонок и телефоны, чтобы никто не отвлекал. После чего выключила по всей квартире, кроме кухни, свет. На кухне установила на столе миску с водой, приготовила свечи и прочие компоненты для ритуала. Убедившись, что все готово, она выключила свет и принялась зажигать свечи.

На следующий день Антон появился на работе задолго до прихода сотрудников, словно какая-то сила выдернула его из дома и отправила туда. Уборщица, что-то бурча под нос, намывала кабинет.

– Доброе утро, Никитична, – окликнул ее вампир.

– А, доброе, – вздохнула она так, словно именно этим утром должен произойти конец света.

– Случилось что?

– А, – она только махнула рукой. – Свекровь, дай ей, Боже, здоровья, вдруг собралась на дачу ехать. Что она там забыла – не понятно, все еще по осени вывезли. Оставили только то добро, которое украдут – не жалко. Нет, вот надо ей, и все тут, словно намазано чем. Утром подскочила ни свет, ни заря, бутербродов наготовила, словно роту солдат кормить, большой термос чая налила, да еще кипятильник с собой взяла зачем-то, такси вызвала и укатила.

– Никитична, – напрягся Антон, – можешь ей сейчас позвонить?

– А тебе почто? – мигом напряглась уборщица.

– Нюхом чую, что-то там да произошло. Поверь, не зря свекровь твоя собралась внезапно. Все-таки сколько лет всем этим занимаюсь.

Женщина нахмурилась, но потом все-таки достала телефон и набрала номер. Сначала произошел обмен ничего не значащими фразами.

– Ну что дача, цела, не убежала? – ехидно осведомилась Никитична, а после пошатнулась и схватилась за стол. – Да быть такого не может!

Антон осторожно выдохнул.

Таня не знала, сколько времени она пыталась сдвинуть крышку подпола. С каждым разом сил становилось все меньше. В какой-то момент пришло осознание, что выбраться не выйдет. Она останется в чьем-то погребе, пока не приедут хозяева, или не явится тот, кто ее сюда привез. Все, что смогут найти – это ее тело. И хорошо, если это произойдет, пока стоят морозы. В противном случае хозяев дачи ожидает проблема проветривания помещения в дополнение к неприятному сюрпризу.

Слабый свет постепенно начал пробиваться через половицы. Девушка устроилась на лестнице, подтянула ноги к груди и замерла. Было холодно, очень хотелось спать, есть и пить. Да и в туалет не помешало бы, но это пока терпело. А еще болели руки и спина, и, кажется, начинало болеть горло. Но последнее уже не было столь важно. Даже если начнется воспаление легких, ей суждено умереть без еды и воды. Так что надо только подождать. Можно попробовать уснуть. Так будет легче. Может, во сне она замерзнет и не почувствует, как все закончилось.

А еще было обидно до слез. Антон приложил столько усилий, чтобы помочь ей, сначала победить болезнь, потом поддерживал после смерти матери, взял на себя большую часть ее беготни с бумагами, добился проведения ритуала по обращению. Уже была назначена дата. И все напрасно. Он даже не узнает, где искать ее тело.

Таня всхлипнула, потом заставила себя собраться. Не время раскисать. Она немного передохнет, и снова попытается выбить эту чертову крышку. Пока она может двигаться, она не сдастся. Даже если потом придется возвращаться в город пешком, она сделает это. Если она выберется, ей не будет грозить смерть от жажды. Она должна выбраться, просто назло всем тем, кто похитил ее и запихал в этот подвал. Разозлившись, девушка еще несколько раз толкнулась спиной в люк. Тот начал подаваться, но все еще держался. Таня улыбнулась. Да, она выберется. Вот отдохнет и сделает это. Главное – не уснуть. Иначе она рискует не проснуться.

Вдалеке раздался звук мотора. Постепенно приближаясь, машина остановилась неподалеку. Таня замерла, потом снова толкнулась в крышку люка и закричала. Почему-то она даже не подумала, что это может быть похититель.

Что-то зашумело снаружи – кто-то открывал дверь. Потом шаги прошаркали по полу и остановились рядом с люком в полу. Таня замерла. Она уже успела понять, что приехавший человек не молод. И все равно подсознательно опасалась, что цель прибывшего – проверить, в каком она состоянии. Но нет, что-то тихо прошуршало, и крышка открылась

– Свят, свят, свят, – женщина изрядных лет сделала шаг назад и перекрестилась.

– Не бойтесь, – попыталась успокоить ее девушка, выбираясь из подвала. – Я живая. Пока еще.

– Да я вижу, что живая, – старушка воздохнула. – Вон как наружу рвалась. Чуть всю крышку не своротила.

– Простите, – немного язвительно заметила Таня, – но откуда я могла знать, когда тут кто-то появится. Все, что я помню – пошла на встречу забрать документы, а очнулась уже здесь. Только голова раскалывается.

– Пить надо меньше, – нравоучительно произнесла хозяйка дачи.

– Вы по себе о других не судите. Я не пила ничего. Меня кто-то, кажется, по голове стукнул. Даже шапка не помогла.

– Ладно, девка, – примирительно посмотрела на нее женщина. – Я сама не понимаю, что несу. Вроде вчера думала на рынок съездить, а ночью словно толкнуло что. Езжай, Анна, на дачу, пока беда не случилась. Я и поехала.

– Удачно вас подтолкнуло, – согласилась Таня. – А можно вопрос немного нескромный, где у вас тут место для размышлений о смысле жизни?

– Туалет-то? Да вон там, – Анна Ивановна показала на маленькое строение рядом с сараем. – Замерзло все, наверное. На обратном пути руки снегом помой. А то в грязи все, в кровищи. Тебя что, резал кто?

– Веревки снимала, – быстро ответила Таня и убежала.

Старушка заглянула в погреб. Там действительно лежали две веревки. Одна целая, а вторая перегрызенная. И кто такое учудить мог? Женщина покачала головой, потом прошла по домику, выглянула в другое окно. Машина стояла у забора, как она и просила. Водитель готов был ждать столько, сколько понадобится, пока ему за это платят. А платили прилично.

После горячего чая с бутербродами Таня почувствовала, как засыпает. Однако хозяйка быстро просекла этот момент и дала команду выдвигаться.

– Умыть бы тебя, но не стоит, раз ты и так всю ночь просидела в холоде, – справедливо заметила она.

Водитель покосился на новую попутчицу, но промолчал.

– Куда тебя везти, – поинтересовалась Анна Ивановна.

Татьяна задумалась. Антон может быть где угодно. Или дома, или в офисе, или искать ее по всем возможным местам, включая морги и больницы. Что самое обидное, позвонить ему она не могла, потому что не помнила номер.

– Наверное, на работу, – решила она. – Успокою своих, немного умоюсь, а оттуда домой всего-ничего добираться.

Водитель только уточнил адрес, после чего машина вырулила из садоводства и понеслась по дороге меж заснеженных елей. Таня пригрелась и периодически проваливалась в полудрему. Да, сейчас она приедет в офис, потом пойдет домой, отмоется, отдохнет, и надо будет поехать в клинику, а то горло все-таки заболело. Пусть доктор посмотрит и выпишет лекарства.

По дороге в город девушка успела вздремнуть. Старушка не мешала ей, только изредка бросала задумчивые взгляды. Кто мог похитить девушку, с какой целью. Почему именно на их даче ее спрятали. Что думали делать дальше похитители: требовать выкуп или убить? Наверное, ее сейчас милиция ищет. Или наоборот, родители собирают деньги, даже не подозревая, что их дочь уже на свободе.

Между тем, машина свернула в город, и уже через пятнадцать минут, поскольку улицы были свободны, остановилась у офисного центра.

– Ой, а тут моя невестка работает, – заметила старушка. – Как из садика уволили, так она тут работу нашла. Убирает.

– Никитична? – удивилась Таня. – Я ее знаю.

– Мир тесен, – заметила Анна Ивановна. – Ладно, дай потом знать, как ты там.

– Непременно, – пообещала девушка, потом обняла свою спасительницу. – Спасибо вам большое.

– Не за что, – немного смущенно произнесла та.

Убедившись, что девушка благополучно скрылась в комплексе. Она попросила водителя отвезти ее по адресу, откуда забирал.

– Вот вам и сон, – пробормотала она задумчиво. – Вроде ни о чем, так, кошмар, а что только не окажется на самом деле.

Водитель покосился на нее в зеркало, но промолчал, справедливо решив, что лучше забыть о том, чему стал свидетелем. Мало ли как родители современных молодых девиц воспитывают. Раньше ремнем по заднице помогало, а сейчас надо что-то новенькое.

На проходной ребята так обрадовались, увидев Таню, что даже не стали спрашивать пропуск. Зато рассказали, что ее в прямом смысле этого слова с собаками разыскивали. Татьяна с трудом сдержала смех. Одну собаку назвать было не трудно – их собственный оборотень сам должен был все несколько раз проверить, чтобы Антон не пустил его на воротник. А кто еще? Ладно, потом узнает.

– Только вы не передавайте, что я вернулась. Хочу сюрприз сделать, – попросила девушка. – Ничего не случится, пока я наверх поднимусь.

Ребята переглянулись, потом дружно кивнули. Сообщат, решила девушка, и побежала к лестнице в надежде успеть все-таки раньше, чем они найдут номер, дождутся, пока там снимут трубку, и они успеют сообщить новость.

На удивление, охрана решила выполнить ее просьбу. Когда дверь офиса открылась, все находившиеся там дружно повернули головы.

Таня успела заметить, что Майя Викторовна бледна, а глаза у нее красные. Рядом с монитором стоял пузырек то ли валерьянки, то ли корвалола.

Павел и Семен устроились в углу на стульях. Оба что-то изучали на планшете, и только на звук шагов подняли головы.

Антон показался из своего кабинета, да так и замер в дверях. Растрепанный. Глаза покраснели от недосыпа, так что вампир больше был похож на кролика.

– Таня, – только и смог выдавить мужчина. Потом быстро подошел к ней и крепко обнял. – Танюшка.

– Я это, я, – девушка испугалась, что ее сейчас раздавят. – Пусти, медведище.

– Ты как, голодная? Что-то болит? – засуетилась вокруг Майя.

– Может, надо чего, мы сейчас, – подорвались ребята.

– Нет, не голодная. Болит горло. Хочу в душ, – сразу ответила на все вопросы девушка. Потом строго посмотрела на Антона. – Именно так, сначала в душ, потом к доктору. И никак иначе.

Подействовало. Еще раз обнявшись со всеми, девушка забрала оставленные накануне вещи и вместе с вампиром отправилась домой. Там она около часа провела в душе, сначала отмокая, потом отмывая волосы, промывая царапины. В это время Антон звонил Юрке и остальным, что пропажа нашлась. Потом они пили чай с малиновым вареньем, и мужчина помогал расчесать и высушить волосы.

– Ну как ты? – он отложил в сторону расческу и фен.

– Я лучше, – заметила Таня, – горло не очень. Так что к врачу поедем. Заодно куртку в чистку сдадим. Жалко выкидывать, удобная. И расцветка мне нравится. Яркая.

Антон посмотрел на ее запястья, которые тоже не помешало бы чем-то намазать и перевязать, но от комментариев воздержался. Равно как и от предложения выкинуть все, в чем девушка была накануне, чтобы ни одна вещь не напоминала ей о произошедшем. Тряхнув головой в знак согласия, он пошел убирать ненужные вещи. Таня только вздохнула. Жаль, сил не так много. Ей бы они пригодились этой ночью, доказывать, что самое страшное позади.

– Знала бы ты, как я испугался, – когда девушка вновь вышла из комнаты в джинсах и свитере, – вампир снова обнял ее и прижал к себе. – Юрке позвонил, он там всех, кого можно пригнал, включая кинологов. Анжелика с дачи прилетела, сначала тебя пыталась найти, потом нас выставила и ритуал проводила, чтобы хозяин появился и вытащил тебя из этого погреба.

– Так надо им позвонить, – всполошилась девушка, – а то со мной все хорошо, а они еще не знают.

– Знают уже, – успокоил ее мужчина. – Я позвонил, все передал. Да и Лика много раньше узнала. Карты ей подсказали, что ты дома скоро будешь.

– Хорошо. Тогда поехали пугать моими приключениями доктора.

Антон только улыбнулся. Крестовоздвиженского такими приключениями напугать было сложно. Другое дело – именно они с женой согласились заменить Тане родителей. И, надо полагать, это будет не формальность для ритуала. Что ж, наверное, лучших родителей для нее и не придумать.

Как и подозревал вампир, едва они появились в клинике, и Таня попала в руки врача, ему пришлось пройти допрос с пристрастием.

– Нина, – вздохнул он после второй чашки чая и очередного предположения, что же могло произойти на самом деле. – Я детектив, а не милиционер. Этим делом органы занимаются. Смогут выяснить, что произошло – отлично. Не смогут, найдут способ списать, благо человек нашелся. Если я буду за Юркой хвостом ходить и указывать, что ему делать и как, толку не будет. И меня пошлют куда подальше, и работа встанет у обоих. Пусть каждый своими делами занимается.

– Да понимаю я все, – отмахнулась женщина, наливая вампиру очередную кружку чая. – Но и ты меня пойми. Волнуюсь я. И так девочка натерпелась, а тут еще и похитить пытались да уморить. Опять же просьба твоя по поводу ритуала…

– Вот с этого и надо было начинать, – усмехнулся детектив. – Вы Таню уже в дочки записали. Только дочка эта не маленькая, в жизни разбирается. И снова ее в ребенка превращать не лучший вариант. Это не с младенцами сюсюкать.

– Да кому ты рассказываешь, – медсестра только сердито посмотрела на него. – Чай не глупая, четверых кровососов воспитала, все в люди вышли.

Антон только рассмеялся от звучания последней фразы. Женщина несколько секунд хмурилась, потом присоединилась к нему.

– Можешь не переживать, мы уже предусмотрели возможность повторения ситуации, – успокоил ее Антон. – Я вчера обо всем договорился. Теперь если кто-то захочет нам что-то передать, то может сделать это в отделении банка напротив. Заходит, спокойно оставляет пакет на наше имя, и уходит. Мало ли зачем человек зайти мог. Может, денег снять, может на телефон положить, может квитанцию оплатить.

Дальнейшую беседу прервало появление Тани и врача.

– Ну вот, возвращаю, – Игорь Григорьевич положил перед Антоном список лекарств. – Купите по дороге что-то из этого. И, егоза, дома посиди несколько дней.

– Хорошо, – кивнула девушка. – Пока не поправлюсь, дальше лифта ни шагу. А поиск приключений перенесу на более теплое время года.

– Именно. Если с руками будет что-то не то, сразу мне звоните. Мало ли какую грязь занесла. Прививки делать пока не будем, тебе еще их не хватало, чтобы на тот свет отправиться. Пока повязки не мочить, через пару дней снимешь, и будет ясно. Если болеть станет, не терпи.

– Поняли мы, поняли, – ответил за девушку Антон. – Что вы раскудахтались, словно над цыпленком неразумным. Таня умнее нас с вами будет.

Девушка благоразумно промолчала, словно это не о ней говорят, или ее там просто нет. Да и что сказать. В похищении она точно не виновата. Разве что больше не будет ходить закоулками, а по нормальной дороге, если возникнет схожая ситуация. А мобильный телефон станет надежнее прятать в одежде, а то и в обуви. Лучше потерпеть неудобство, зато потом связаться с людьми. Или ее аппарат смогут засечь, если в той местности не будет сигнала. Не ее оператор, так другая вышка покажет.

– А можно меня домой, – когда обсуждение, что и как делать в каком случае, затянулось, попросила девушка. – Я в машине подремала, когда в город ехали, но это не означает, что спать не хочу вообще. Если вам нужно еще что-то обсудить, можете вызвать такси. Я благополучно доеду. Не думаю, что в подъезде мне будет что-то угрожать, особенно среди бела дня, когда люди по улицам ходят, соседки на лавочках сплетничают.

Антон не стал говорить, что среди бела дня ее благополучно украли. Просто потому, что знал, какой ответ даст девушка – по той улице кроме нее никто не шел. Так что обсуждения пришлось прервать.

– Я вам еще позвоню ближе к делу, – пообещал он, после чего помог девушке одеться, и они покинули клинику.

Дома Таня сразу выпила лекарства и отправилась спать. А вампир устроился на кухне с ноутбуком. Надо было работать, но возвращаться в офис он не видел смысла. Все, что надо, он может сделать из дома, а потом придется ехать на встречу с очередным высокопоставленным лицом. Благо, нудное дело почти закончено. Удалось убедить товарища, что против него есть неоспоримые доказательства, и, если он не хочет, чтобы почти готовые для суда материалы оказались в прокуратуре, стоит покинуть свои посты и уехать на время из города. Желательно в провинцию, заняться там или овощеводством или кроликов разводить. В общем, выбрать занятие спокойное, далекое от политики.

Когда он вечером вернулся домой, на кухне его ждал ужин, который можно было или разогреть или убрать в холодильник. Посуда вымыта, в ванной развешана на веревках одежда, в которой Таня провела ночь. Видимо, проснулась после того, как он ушел, переделала все, что сочла нужным, и снова легла. Немного подумав, он убрал тарелку в холодильник и поставил чайник. Потом набрал номер заказчика. Кратко сообщив итоги работы. Через пару минут пришло сообщение. На карту перевели деньги. Получилось больше, чем оговаривали изначально, но и дело оказалось сложнее. Они в полном расчете. Все материалы уже на следующий день заказчик заберет в указанном месте. Антон же благополучно забудет все, что удалось узнать, после того, как отнесет в хранилище папку с материалами. Дело закончено. Можно снова искать пропавших котят, выслеживать неверных жен или мужей или собирать компромат на одних представителей мелкого бизнеса по заказу других.

– Вернулся, – Таня вошла неожиданно неслышно. Возможно, шаги заглушил чайник. Или он просто задумался.

– Да. Извини, есть я не стал. Накормили и намеками и обещаниями и так.

– Заварить тебе с травами?

– Да. Было бы неплохо.

Девушка занялась чаем.

– Что-то не так с работой? Проблемы? – чтобы разорвать гнетущую тишину, поинтересовалась она.

– Нет. Просто разделался с ней. Ты не думай, часто так после сложного дела, особенно, когда твоих советов не хотят слушать. Скорее всего, уже завтра будет сообщено, что известный и уважаемый человек оказался не сильно честным, и против него возбуждено уголовное дело. Думаю, первые сообщения пойдут рано утром, до того, как откроются банки.

– Дабы этот пока еще честный и уважаемый человек не успел перевести все счета или на жену, или за границу?

– Что-то вроде, – согласился вампир. Девушка поставила перед ним кружку. – Лучше не бери в голову. Это одно из тех дел, о которых лучше не знать.

– А у тебя проблем не будет?

– Могут пытаться угрожать, – он сделал глоток, – но община прикроет. Собственно, если бы не затронуло их, я бы в какой-то момент расторг договор. Но мне обещали помочь при необходимости. Ну и одно из условий проведения ритуала.

– И ты рисковал только ради того, чтобы превратить меня в вампира? Если бы я знала, запретила бы тебе, – рассердилась девушка.

– Это дало бы нам отсрочку, но не больше чем на десять лет. Ты бы выучилась, нашла работу, мы бы поездили по миру, а потом ты начала бы задумываться о детях, – справедливо заметил он. – И все равно встал бы вопрос о ритуале. А тут все так удачно сошлось. Во главе общины еще стоят некоторые из старейшин, что давали мне обещание. Плюс это дело, дополнительная услуга, которая должна быть оплачена.

– Понятно, – Таня взяла чашку и устроилась рядом. – Я беспокоилась.

– Юрка к себе в отдел зовет, – после продолжительного молчания неожиданно произнес вампир. – Все то же самое, чем я занимаюсь, но со стабильным заработком, оплачиваемыми выходными и отпуском. Ну и с полным соцпакетом. Вот я и думаю, соглашаться или нет. Агентство жалко. В свое время много сил в него вложено было.

– Тогда подожди немного. Ребята опыта наберутся, может и еще кто заинтересуется. Майя Викторовна уже со спецификой разобралась. Многое по сети находит быстрее, чем они.

Вампир задумался. Почему бы и нет. Синицын его не торопит. Понимает, что надо будет расставаться с делом, в которое вложил всего себя. А сколько крови пролил, сколько раз от объектов слежки кулаком или каблуком получал? Не был бы вампиром, давно бы инвалидом стал. И теперь оставить все это?

– Я подумаю. Если найдется тот, кто сможет потом стать достойным преемником, передам все права, – решил он. – Заодно можно будет новые документы выправить, омолодиться.

– Что, такой старый? – не удержалась от подколки девушка.

– Смотря по каким меркам. По вампирским – мальчишка. По людским пора на покой, дорогу молодым давать. Так что поменяем дату рождения в очередной раз.

– А так можно? – удивилась Таня.

– Разумеется. Только так и держимся. Иначе, как думаешь, что бы люди говорили, если бы в паспорте стоял позапрошлый век датой рождения, а перед ними не дряхлый дед, которого правнуки привели, а молодой мужчина? Раз в двадцать-тридцать лет приходится обновлять документы.

Таня задумалась, потом мысленно махнула рукой. Подумаешь, в очередной раз для паспорта сфотографироваться. Не велика проблема. Зато потом будет коллекция снимков. Если не придумают еще чего нового. А техническая сторона вопросов вызывать не должна. Раз нелюди в городах живут давно, у них этот процесс должен быть налажен.

– Так, все, – Антон прервал ее размышления. – Я вижу, что ты что-то активно думаешь, но время для размышлений не лучшее. Так что пей лекарства и в кровать.

– Угу, – девушка допила чай, запив им вместо воды какую-то таблетку. Потом пошла в ванную, где какое-то время слышалось бульканье – врач выписал полоскание вместо кучи всяких леденцов и аэрозолей.

Вампир успел выпить чай и вымыть посуду, когда Таня соизволила вернуться. Оставив все разговоры до утра, они отправились спать.

Однако сон не шел обоим. Таня успела выспаться, а Антон еще не отошел от последнего разговора. Таня завозилась, устраиваясь удобнее, потом перевернулась на живот, фыркнула.

– Что-то не так? Мужчина приподнялся и проследил, как она открывает створку.

– Да опять бензином пахнет.

Антон принюхался. Потом поднялся и вышел в коридор. Ну, точно, несло с лестницы. Выглянув, вампир увидел соседа, сидящего рядом со своей дверью, и что-то старательно начищавшего. Антон залепил скотчем скважину и плотно прикрыл дверь в комнату, подсунув под щель небольшой коврик.

– Опять Михалыч выполз, – вздохнул хозяин, снова устраиваясь в кровати.

– Что ж, – философски заметила девушка. – В отличие от чеснока, от бензина вампиры не дохнут.

– Еще как дохнут, – вампир приподнялся на локте, – если облить и поджечь.

– Ну, так и люди дохнут, и тараканы. А от запаха чеснока – нет. Хотя, если попробовать увеличить дозу….

– Если увеличить пропорции, то от перегара окружающие задохнуться, – рассмеялся вампир, после чего пояснил непонимающей девушке. – Мы с Синицыным повадились не огурцами закусывать, а чесноком маринованным. А вообще, вранье все это что про кол, что про святую воду. На светлых вампиров ничего не действует.

– Кол подействует, – многозначительно заметила Таня, – особенно, если по нему молотком со всей дури стукнуть.

– И в кого ты такая? – мужчина попытался изобразить вселенскую скорбь, но в темноте видно было плохо. – Я к тебе со всей душой. А ты? Кол, молоток…

– Ну, я же в теории, – улыбнулась девушка. – А то с твоей нынешней работой оказаться в лапах супостата очень просто, как показала практика.

– Не беспокойся, меры я принял, – успокоил ее вампир. – А теперь хватит болтать, спи. Завтра Ирина приедет.

Таня что-то пробормотала про всяких деспотов, которые не дадут оправиться от похищения и поболеть вволю. Потом закопалась глубже в одеяло. Вскоре Антон услышал размеренное дыхание. Какое-то время он просто лежал, слушая, как рядом тихонько посапывает его девушка. Потом поднялся, закрыл окно. Комната достаточно проветрилась, а кое-кому слишком холодный воздух был противопоказан. Но и после этого Антон уснула не сразу.

Оставшиеся до ритуала недели пролетели мгновенно. От самой девушки требовалось немного – просто явиться в удобной чистой одежде. Самой Татьяне хотелось, чтобы вещи были еще и нарядными. Перерыв заметно увеличившийся гардероб, она нашла подходящие брюки и туфли. Недоставало только блузки. Едва врач разрешил ей выходить на улицу, она сразу же отправилась по магазинам. Благо притязания у нее были скромными, и милая блузка нежно-голубого цвета вскоре была найдена.

Оставшееся время она посвятила учебе. Хорошо, с памятью проблем не возникало. Поскольку уложить тот объем информации, который был необходим, иному абитуриенту было бы проблематично. Пару раз в неделю приезжала Ирина, занималась с ней английским, задавала вопросы про прочитанным книгам или устраивала проверки.

Сам Антон носился по городу, оформляя кучу документов. В город вернулся его давний знакомый, много лет отработавший адвокатом в Казани. Когда настала пора ему исчезнуть, он обставил все как несчастный случай, а сам перебрался в Петербург. После беседы с Юркой, а после с будущим начальством, вампир решил передать агентство в управление другу, оставив за собой только права собственности и решающего голоса. А сам устраивался обратно в милицию, в тот самый отдел по работе с особыми гражданами, который не афишировался как таковой, но о котором знали все те, кому знать было необходимо. Работы предстояло много, но она была куда интереснее, чем слежка за неверными женами или ушлыми компаньонами.

День, точнее ночь ритуала, наступил неожиданно. Просто через пару часов после начала занятия с Ирой появились Оксана и Анжелика. Девушки искренне удивились, что те заняты чем угодно, кроме приведения будущей вампирши в соответственный вид. И началось. Сунувшийся в квартиру Антон быстро забрал все, что нужно и отправился этажом ниже к Юрке, просить убежища и пристанища разом.

Наряд был осмотрен, одобрен и отложен в сторону. Таню отправили в ванную, вручив гель для душа с ароматом розы. Потом в шесть рук колдовали над прической, подбирали макияж. Благо белье перерывать не стали. Все-таки раздеваться там не требовалось. А жаль, заметила Лика. На что тут же получила легкий подзатыльник от Ирины и щипок от Оксаны. Надувшись, ведьма переместилась на диван.

К тому моменту, как мужчины начали решать, кто тот несчастный, кому суждено нажать на дверной звонок, прекрасная половина их состава открыла дверь. Поскольку девушки уже были готовы к выходу на улицу, оценить их вид было проблематично. Разве что макияж и кудряшки Тани, выбивавшиеся из капюшона, показывали всю серьезность подхода к делу.

– Хорошо, что вы обошлись без черных ногтей и помады, – прошептал ей Антон.

– Лика предлагала, но я отказалась, – заметила девушка.

– Наши старики долго бы скрипели зубами, – уже в машине, пояснил мужчина. – Считается, что так выглядят темные вампиры. Они предпочитают вид бледный, губы красят кровавыми тонами, а ногти черным.

– Угу, чтобы крови не было видно, – хмыкнула Таня.

– Наверное, – пожал плечами Антон.

До места проведения ритуала, особняка за городом, доехали за час. И то благодаря Юрке, нагло использовавшему мигалку на машине. Потом, конечно, будет выговор от начальства часа на два. Но сейчас надо было успеть, а на дороге, как назло, плотное движение. Если бы не зависимость ритуала от положения луны на небе, можно было спокойно доехать. Или жестко ограничить девушек во времени сборов. Но последнее было чревато много большими неприятностями. Если твоя жена – ведьма, пусть временно утратившая почти всю силу, это не значит, что можно спокойно делать все, что хочется. Месть может быть менее изощренной, но весьма неприятной. Кому охота промаяться весь день головной болью или бегать между кабинетом и туалетом. Причем, пока действие травок не пройдет, никакие таблетки не помогут.

Особняк, куда они приехали, чем-то напоминал старинный замок, выстроенный в готическом стиле. Ворота распахнулись, пропуская машины. Понятно, что все это приводилось в движение оператором, наблюдавшим за подъездной дорогой через камеру, но именно в этом месте хотелось верить в волшебство. На стоянке возле дома уже находилось несколько автомобилей.

Прибывшие последними гости поспешили в дом. Не успели они толком представиться, как Таню уже повели за собой две девушки. До проведения ритуала оставались последние минуты, требовались последние приготовления.

– Игорь предупредил меня, что у нее проблемы со здоровьем, так что дымы, благовония и прочую ерунду, предназначенную создавать антураж, мы убрали, – сообщил Антону старейшина, являвшийся хозяином особняка. – Только то, что необходимо или невозможно исключить. Свечи, алтарь ну и донор.

– А как же рисование пентаграмм, возжигание тринадцати трав, ритуальные окуривания? – ехидно заметила Анжелика. – Ведь обряд формировался веками.

– Ведьма, ты не лучше меня знаешь, как не стать вдовой, когда сама молода и красива, а мужу прогулы на кладбище ставят, – фыркнул вампир.

– Лика? – тут же раздался голос Юрия, – этот джентльмен, – назвать старейшину иначе не поворачивался язык, – намекает, что устроенное тобой воскурение во славу богов, рисование пентаграмм, свечи вокруг кровати и прочие кровопускания можно было отменить?

– Ну, хотелось мне тогда романтики, – вздохнула Анжелика, попутно намечая пути отступления. – Кто виноват, что у нас о ней немного разные понятия.

– При этом от лепестков роз на ложе ты не отказывалась, – буркнул милиционер.

Ссора затухла, не разгоревшись, хотя бы потому, что раздался удар гонга. Звук прокатился по особняку, заставляя вибрировать воздух. Свет померк. Распахнулись центральные двери, выполненные в форме золотых ворот Новгородского Софийского собора, храма, у которого некогда молились вампиры несогласные со своей участью. Старейшина первым проследовал внутрь. А за ним и остальные прибывшие. Лика, забыв о претензиях мужа, крепко прижималась к нему. Без своей силы она чувствовала себя беззащитной перед неведомым.

Антон вошел последним, но отправился не к местам для зрителей, кои удостоены были стать свидетелями события, а остался стоять возле прохода к центральной площадке, где и должно было все происходить. Только помахал рукой детям, которые уже сидели рядом с остальными гостями.

Свет в зале погас. Остался только круг из свечей, в котором уже стоял один мужчина. Когда девушка и старейшина вошли в него, помощники зажгли оставшиеся свечи при помощи лучины. Антону уже доводилось бывать на таких обрядах. Тогда участников ритуала окуривали благовониями, давали выпить какой-то странной жидкости. Несколько человек вокруг произносили то ли молитву, то ли просто читали выдержки из каких-то древних текстов на незнакомом вампиру языке. Ко всему добавлялась органная музыка. Торжественно, таинственно, странно.

Сейчас было как-то по-домашнему. Никаких дымов, в которых то исчезали, то появлялись участники ритуала. Никакой какофонии звуков. Все это можно было сравнить со спектаклем в маленьком театре, когда неожиданно отключили свет.

По одну сторону от алтаря стояла Таня, по другую – Игорь, вампир, который должен провести ее через ритуал, потом объяснить суть происходящих перемен, поделиться своей кровью, если понадобится. И, как заметил Антон, просто стать девушке новым отцом.

Старейшина что-то тихо сказал сначала одному участнику ритуала, потом другому. После этого поднял с алтаря нож и кубок. Первым ладонь протянул Игорь. Девушка должна была держать сосуд, пока туда стекает кровь. После их роли поменялись. Капли крови Татьяны падали в золотой кубок, который держал Крестовоздвиженский.

Еще несколько слов. Заклинание? Молитва? А после кубок протянут Тане. Она должна выпить содержимое. Девушка приняла его, покосилась в сторону, нашла взглядом Антона. Он смотрел на нее, чуть улыбаясь, как и всегда. И никаких знаков, как ей поступать дальше. Она должна решить сама. И она решила. Глоток. Не самый приятный напиток. Еще один. И еще. Последний – поручителю.

После кровоточащую ладонь надо положить на алтарь и повторить слова клятвы. Все тот же незнакомый язык. Слова произносятся с усилием. Словно сущность противится им. А после несколько молитв. Воззвание, в котором говориться, что обращаемый принимает новую сущность не для того, чтобы сеять смерть и разрушение, но чтобы трудиться во славу Божию.

– А теперь просто скажи, почему ты решилась на этот шаг, – приказал старейшина. – Не обязательно громко. Можешь шепотом, если стесняешься.

Таня кивнула.

Она смотрела на алтарь, на котором между местом, куда следовало поместить ладонь, находились две иконы – Спас и Богородица. Судя по изображениям, они восходили к тем временам, когда не было еще разделения церквей.

– Я решилась на этот шаг, – чуть шевеля губами, произнесла она, – потому что хочу прожить свою жизнь рядом с мужчиной, которого люблю, хочу вместе с ним создать семью, родить ему детей. Только после ритуала я смог подарить ему малыша. Ну и, если совсем честно, я хочу быть здоровой, жить полной жизнь, не переживая, что то или иное действие может привести к болезни. Хочу стать матерью и дать своим детям все то, чего в свое время оказалась лишена.

Свечи погасли, а потом вспыхнули сами по себе. Таня почувствовала, как кружится голова, а земля уходит из-под ног. Уже не боясь сделать что-то не так, она оперлась обеими руками об алтарь. А потом провалилась в мягкую уютную темноту.

Глаза открывались с трудом, словно к каждой ресничке были привязаны гири. В помещении царил полумрак, лишь где-то за пределами видимости горел ночник.

– Привет, – услышала она голос Антона.

Чуть повернув голову, девушка увидела вампира. Он сидел рядом на стуле и напряженно вглядывался в ее лицо.

– Привет, – тихо ответила она.

– Все прошло удачно, – улыбнулся мужчина. – Даже слишком удачно. Как мне сказал старейшина, обычно обращаемым приходится долго объяснять, зачем им долгая жизнь нелюдя. И не всегда они получают желаемое.

– Может, у меня были более веские причины. Ну и я была честнее, – ответила девушка. – А может, как ты говорил, им там виднее.

– Наверное. Ну что, пойдем, представим народу новую вампиршу?

Антон помог девушке встать. Голова, на удивление, не кружилась. Да и в целом состояние было немного странным, в хорошую сторону. Так замечательно Таня давно себя не чувствовала.

Все собрались в уютном зале. Небольшая церемония поздравлений, на которой Таню внесли в книгу учета вампиров города. Когда заполняли графу адрес, девушка замялась, но Антон быстро продиктовал свой.

– Что ж, Татьяна, теперь и вы пополнили наши ряды, – обратился к ней старейшина. – На вас, как и прежде, распространяются все законы. Кроме них есть еще один – не наносить вреда другим людям. Потому что только это отличает светлых вампиров от темных, если такое разделение вообще уместно. Мы живем по законам божьим и человеческим, в меру сил и согласно выбранной профессии. Понятно, что солдат, который сражается за свою страну, не может не убить врага. Но убивает он не потому, что это доставляет ему удовольствие, а потому, что у него нет другого выхода. Так и мы стараемся жить в мире и согласии с остальным миром.

– Уж простите, но тут вы перегибаете с пушистостью, – усмехнулся Юрий.

– Вы с чем-то не согласны? – повернулся к нему мужчина и посмотрел так, что Лика невольно спряталась за спину мужа. Сам же милиционер невозмутимо продолжал смотреть на старейшину. – Я с удовольствием вас выслушаю. Разумеется, если вы располагаете фактами, а не слухами.

– Да уж какие слухи, – расплылся в довольной улыбке опер. – У меня сейчас дела на троих вампиров в разработке. Один – обычный воришка, еще двое по финансовым махинациям идут. А в главке еще одного, между прочим, должностное лицо, разрабатывают в связи с получением взятки. Если не верите, я вам визитку оставлю, приедете, материалы почитаете.

Мужчина рассмеялся.

– Да, с этим не поспоришь. Некоторые наши сородичи не всегда чисты на руку. Но я могу поспорить, что за ними не числится ни одного убийства.

– Но по поводу соблюдения законов вы уже не будете столь категоричны?

– Я бы хотел. Но вы не дадите мне такой возможности.

Старейшина развел руками, показывая, что готов принять поражение. На этом регистрация и официальная часть закончились. Все перешли в столовую, где прошел скромный, по меркам хозяина дома, ужин. Там к Тане и Антону подошли Гоша и Алина.

– Пап, – строго посмотрел на него сын, – ты нам будущую мачеху не обижай.

– И вообще, не тяните со свадьбой, – улыбнулась дочь. – Братишек и сестренок мы еще подождем, а вот покричать «горько» хотим как можно скорее.

Детектив только качал головой. И в кого дети такими выросли? Хотя, видна волчья школа. Он нашел взглядом Вадима. Тот следил за ними, но поспешно отвернулся.

Ребята поздравили будущую мачеху, что-то прошептали ей, после чего уступили очередь другим друзьям.

– Хвост бы кому-то оборвать не мешало, – задумчиво произнес Антон, когда к ним подошли Вадим и Оксана.

Женщина только смерила вампира взглядом. Оборотень же изобразил удивление.

Постепенно все начали расходиться. Первыми исчезли Вадим и младшие вампиры. Потом засобирались за город Влад и женская часть семейства Вересовых-Синицыных. Юрий оставался в городе, как и Крестовоздвиженские.

– Нина, – посмотрел на женщину старейшина, – а может и тебя сейчас обратим?

– Я тебе, – нахмурилась та. – Нам с Игорем и так хорошо. А то с моим характером покусаю еще кого ненароком. И ладно бы сотрудников, они меня знают, сердиться не станут. А если пациенты под горячую руку попадут?

Было видно, что шутка старая. И так же было понятно, что паре не мешает то, что только один из них вампир, а второй – человек.

– Танюша, – улыбнулся девушке Игорь Георгиевич, – через недельку загляни в клинику. Посмотрим, есть ли изменения.

– Так скоро? – удивилась девушка.

– А чего их ждать? – рассмеялся вампир. – Регенерация – одно из немногих свойств, что начинают работать почти сразу. Только скорость у всех разная. Вот и попытаемся понять, как оно у тебя работает.

– Понять, диссертацию написать очередную, – пробурчала Нина Васильевна.

– Ниночка, – повернулся к ней муж, – я потому и считаюсь одним из лучших врачей, что вот уже без малого сто пятьдесят лет профессионально занимаюсь исключительно медициной. А до того еще сколько по деревням ведуном или лекарем жил.

– Он уже и хирург, и терапевт, – вздохнула женщина, – и невролог, и окулист. Ну какую область тебе сейчас подавать?

– Уж не знаю, какую там область, а вот пятого ребенка вам пора, – заметил старейшина, вызвав очередную порцию смеха.

На этом все разговоры завершились. Оставшиеся визитеры покинули особняк.

– Уверена, что не будешь жалеть? – по дороге домой поинтересовался Антон.

– Нет, – покачала головой Таня. – Как сказал старейшина, раз на мою просьбу откликнулись, я смогла предоставить убедительные аргументы. Сомневаюсь, что той твоей секретарше что-то светило. И, после обращения я получу куда больше, чем если бы ничего не было. Вот как-то так.

– Загадками говоришь ты, – усмехнулся вампир. – Ладно, для меня самое главное, что потом ты не будешь ни о чем жалеть.

Девушка только улыбнулась.

Через неделю, как и было оговорено, она побывала в клинике. Игорь Григорьевич тщательно изучил снимки, после чего довольно улыбнулся.

– Ну что, дочка, могу тебя поздравить. Регенерация работает. Не так быстро, как у истинных вампиров, но много лучше ряда случаев. Думаю, уже к лету ты можешь забыть о болезни, бегать зимой без шапки и шарфа, и есть столько мороженого, сколько захочется.

– Вот, научишь сейчас ребенка, – добродушно пробурчала его жена, тоже присутствующая в кабинете.

– Главное, можно больше не бояться похищений, – улыбнулась Таня.

Антон, находившийся в том же кабинете, внезапно нахмурился, а после попросил:

– Игорь, включи звук на телевизоре.

Все обернулись в сторону экрана. Диктор сообщал, что несколько часов назад группа туристов, поехавшая на экскурсию в Колумбии, сорвалась в пропасть. Место было труднодоступным для спасателей, поэтому выживших не оказалось. Большинство было местными жителями, однако среди них оказалась и гражданка России. После чего показали фотографию женщины.

– Вот и сработала защита Лики, – задумчиво произнес Антон.

– Твоя бывшая секретарша? – осведомился врач.

– Да, – кивнул тот. – Жаль ее, конечно. Из-за собственной глупости пострадала. Если бы не ее желание отомстить, была бы жива.

Крестовоздвиженский только задумчиво покивал, его жена поджала губы, рассматривая фото, которое вновь показали на экране. Только Таня спокойно смотрела на достаточно красивую женщину, глаза которой напоминали две льдинки. Да, даже если бы Антон и согласился на ритуал обращения, ее просьбу отвергли бы те силы, которые решают, кому становиться вампиром, а кому нет. Татьяне ритуал был нужен только для того, чтобы сохранить красоту и жить безбедно, не с Антоном, так с кем-нибудь другим.

И нигде не прошло информации, что знакомый погибшей женщины несколькими днями ранее разбился на автомобиле, по дороге из одного города в другой. Поскольку оформлена машина была на его приятеля, а документы повредил огонь, подумали сначала на человека, оформившего документы. И только через какое-то время удалось установить личность виновного. Антон знал, что у их уборщицы Никитичны погиб то ли племянник, то ли еще какой-то родственник, но так и не смог связать его с Таней.

Эпилог.

Таня медленно читала фамилии в списке. Было волнительно. Необходимые экзамены она сдала на приличные оценки, но почему-то боялась, что суммы баллов не хватит для поступления на выбранное направление.

– Микешина Татьяна Игоревна, – увидела она в списке и себя. Потом отошла от стенда к группе ожидавших результаты.

– Поступила, – радостно сообщила она.

– Вот и отлично! – Антон подхватил девушку и закружил ее в воздухе.

Его дети дождались своей очереди обнять новоиспеченную студентку.

– Все, по коням и едем, – распорядился Юрий, обнимавшийся с плюшевой игрушкой чуть ли не в свой рост. – Меня, между прочим, жена и сын ждут. И буду рад, если кто-нибудь поможет мне устроить медведя.

Игрушку пристегнули ремнем на переднем сидении и поехали отмечать очередной праздник за город, где Вадим и Влад уже готовили шашлыки, Оксана и Ирина резали салаты, а ведьмочка Анжелика развлекала сказками малышей, качая на руках сына.

– Таня, а ты когда сподобишься? – с заднего сидения поинтересовалась Алина.

– Вот на вас натренируюсь, а там будет видно, – многозначительно ответила Таня. Для себя она решила, что посмотрит, как пойдет учеба. Возможно, через пару лет можно будет порадовать Антона. И не только Антона, но и ее новых родителей. Что было для девушки особенно значимо, ее родного и названного отцов звали одинаково. А имя названной матери лишь немногим отличалось от имени родной.

Да, все теперь будет хорошо, сама себе улыбнулась Таня. Учеба, новые друзья и знакомые, новые открытия. И много-много дней рядом с любимым мужчиной.

КОНЕЦ

Content

Чернявская Юлия Вячеславовна Оборотный Петербург 2. Счастье для вампира