Вера Иванова

Формула победы

Насте, Саше, Маше

Автор выражает благодарность за консультацию вице-президенту Федерации роллерспорта России (2000 г.), капитану команды Roller— blade — Россия (2000–2003 гг.) Валерию Мызалину.

Глава 1 Первый фанат

Лучи нежного майского солнца пронизывали грозди сирени, слепили глаза, светлыми зайчиками скользили по асфальту.

— Аня! Круче бери, круче! И руки, следи за руками! — Высокий черноволосый парень со свистком на шее командовал хрупкой светленькой девушкой, с немыслимой скоростью съезжающей по крутому асфальтовому склону на роликах. Недовольно покачивая головой, парень то и дело поглядывал на часы. — Сгруппируйся! Нужно набрать скорость. Ты проигрываешь три секунды!

— Во дает! — завистливо вздохнул вихрастый парнишка лет десяти, обращаясь к своему приятелю. Мальчишки сидели на траве и наблюдали за тренировкой. — Девчонка, а ничего не боится!

— Какая это тебе девчонка! — Друг вихрастого сплюнул. — Это же Анька, Королева роллеров! Такое умеет, никто и повторить не сможет.

— А она агрессивная или фитнес?

— И то, и другое, бумер! Она универсал, классный райдер.

— Вовк, а кому она три секунды проигрывает? Вон тот желто-красный кричит.

— Это не желто-красный, а Стас! Ее парень и тренер. А проигрывает она сама себе, балда! Они к соревнованиям готовятся. Ты что, не знаешь, через неделю роллерский чемпионат? Я тоже участвовать буду. В младшей группе, в гонках.

— А я? Мне можно?

— Да куда тебе, чайник! У тебя ролики-то какие? Погремушки.

— Это как?

— А так! Ты себя послушай, когда ездишь. Гремишь, как трактор по крыше…

— Ну и что? — насупился вихрастый. — Мама сказала — сначала на таких научись, а потом хорошие купим.

— Купим! — фыркнул его приятель. — Ты когда коньки-то в первый раз надел?

— Вчера…

— «Вчера»! А я уже два года катаюсь! Ты сколько раз упал?

— Я не считал. — Парнишка, скривившись, дотронулся до того места, на которое падал особенно часто. Как назло, туда нельзя было надеть защиту, разве что подушку привязать, как советовали сердобольные бабушки, «дежурящие» возле внуков. — Я не виноват, что они такие бегучие! Сами из-под меня выскакивают!

— Да что с тобой разговаривать! Вначале научись на ногах держаться, а уж потом на соревнования записывайся. Адью! — с этими словами юный роллер пронесся по одной из дорожек парка.

Вихрастый парнишка тяжело вздохнул. Он понимал, что приятель прав, но ему так хотелось поскорее научиться! А пока что ничего не получалось: он вчера так часто падал, что руки и ноги, несмотря на защиту, были сбиты в кровь. Да и защита пострадала — левый налокотник треснул и теперь все время сползал. Ясно, что эти штуки не приспособлены для таких неудачников, как он.

Мальчик нашел глазами Аню, недоступную Королеву роллеров. Хрупкая девичья фигурка в красно-желтой футболке мелькала далеко внизу. Было видно, что она движется с бешеной скоростью — вровень с мчащимся по параллельному шоссе автомобилем. Даже быстрее, потому что, когда девушка вышла из виража, расстояние между ней и машиной стало сокращаться. Увидев гонщицу, водитель поддал газа, но ему мешали другие машины, Аня же на своей трассе была одна. Подзадоренная, она все набирала и набирала скорость, хотя, казалось, ехать быстрее уже невозможно. И случилось невероятное — девушка поравнялась с машиной, помахала водителю рукой, начала обгонять автомобиль…

И тут вдруг откуда ни возьмись на трассе появился еще один роллер. Весь в черном, с плоским, коротко остриженным затылком, с развевающимися за спиной фалдами черной ветровки — как коршун. Он мчался так быстро, что вскоре догнал Аню. Некоторое время роллеры на головокружительной скорости ехали вместе и о чем-то говорили. Даже издалека было видно, что Аня недовольна: она резко размахивала руками и мотала головой, явно выражая несогласие. Девочка пыталась отделаться от спутника, но тот не отставал.

Это был роллер высочайшего класса. Он скользил по асфальту, как по льду, его движения были скупы, хорошо рассчитаны, он набирал скорость так легко, что казалось, будто в его ролики вмонтирован реактивный двигатель. Наконец «коршун», так и не добившись своего, свернул на боковую дорожку и вскоре скрылся из виду.

— Новый рекорд! — удовлетворенно крикнул Стас, когда через несколько минут Аня подъехала к нему. — На целых пять секунд быстрее вчерашнего!

Он обнял девушку за плечи, чмокнул в раскрасневшуюся щеку.

— А что это был за тип? Чего ему надо?

— Так, ерунда. Торговец на роликах. Предлагал дешевую защиту.

Тем временем вихрастый продолжал смотреть на Аню. Его восхищение было таким искренним, что не могло не тронуть «королевского» сердца.

— Эй, чумазый, как тебя зовут?! — крикнула Аня, лихо объезжая парнишку.

— Анд… Андрюшка! — заикаясь, произнес тот, чувствуя себя так, словно к нему и в самом деле обратилась настоящая королева.

— А я — Аня!

— З-з-знаю…

— Ты меня знаешь? Откуда? — удивилась девочка.

— Ты — Ко-ко-королева, — выдавил Андрюшка и предательски покраснел, когда Аня рассмеялась.

А потом случилось чудо. «Ее величество» сняла с руки налокотник и протянула мальчику.

— На, возьми на память. Твой левый уже никуда не годится.

— Спасибо! — Андрюшка никак не мог поверить своему счастью. Он не только говорил с Королевой, но еще и подарок получил!

— Да не мусоль ты его! Надевай. Вот так! — Аня помогла парнишке сменить налокотник. А потом, сдвинув ему на лоб кепку, крикнула: — Чего стоишь, Андрюшка? Катайся, пока народу мало! Чтобы научиться, надо много тренироваться!

Кряхтя и неуклюже переставляя ноги, Андрюшка заковылял по дорожке. Колени подгибались и дрожали, он то и дело терял равновесие, нелепо взмахивая руками и изо всех сил стараясь не упасть. Но все равно упал…

Аня, улыбаясь, смотрела ему вслед. Давно ли и она с таким же восхищением наблюдала за своим старшим братом, чемпионом…

Глава 2 С чего все начиналось

Брат Ани, Игорь, — прирожденный роллер. Ему было одиннадцать, когда папа привез из-за границы коньки. Роллерный бум еще не докатился из Европы до Москвы.

— Там этим заняты все! — рассказывал отец, когда они рассматривали фотографии. — Вот, посмотрите, молодая мамаша с коляской — и на роликах! Наверное, ее малыш научиться кататься раньше, чем ходить. А вот этому дедушке — восемьдесят восемь! Он рассказал, что ролики ему достались «в наследство» от внука, когда тот вырос. Вот и освоил новый вид спорта, чтобы добро не пропадало. Ему тогда было восемьдесят шесть. И это — не редкие случаи. Продавцы в супермаркетах, почтальоны, разносчики пиццы и рекламы — все на коньках!

Маленькая Анюта завороженно слушала папу. Девочке было всего четыре годика, и большой яркий ботинок с пластиковыми колесами казался забавной, удивительной игрушкой. Посадив в него куклу, она катала ее по полу, представляя, что это автомобиль. Но вскоре кукла лишилась средства передвижения — роликами безраздельно завладел Игорь.

Брат научился кататься в первый же день. Собственно, он даже и не учился — просто встал и поехал, будто это было для него таким же обычным делом, как ходьба и умение говорить.

Была ранняя весна, на земле лежал потемневший ноздреватый снег, по грязным дорожкам текли ручьи. Кататься на улице было еще нельзя, но Игорю не терпелось. Мальчик чуть ли не каждый день надевал ролики и гонял по квартире. Вскоре паркет в коридоре и линолеум в кухне покрылись черными полосами, и мама запретила домашние тренировки.

— Дождись уж весны! — сказала она, оттирая пол. — Все-таки у нас тут не стадион.

Но весна в том году, как назло, запаздывала…

— Ну, давай же, давай! — бормотал мальчик, и его маленькая сестра понимала, что он торопит снег, чтобы тот быстрее таял.

Вот сугробы скукожились, сосульки заплакали, и Игорь в первый раз вышел на роликах во двор.

Аня отчетливо помнила этот день. Мама поручила Игорю погулять с сестренкой, а сама ушла на работу.

— Сиди тут и никуда не ходи! — приказал брат, сунув ей в руки лопатку и ведерко, полное формочек. — А я пойду покатаюсь, ладно?

Аня кивнула. За два часа девчушка так и не вспомнила о своих игрушках. Во все глаза она смотрела на Игоря, который, разбрызгивая воду и грязь, под восхищенные крики ребятни носился по дорожкам.

— Давай, Стрелочник, давай!

Стрелочником Игоря звали во дворе и в школе. Кличка образовалась от фамилии Стрельников.

Было скользко, Игорь часто падал, но это не портило впечатления от его езды. Шлепая по лужам, за ним неслась толпа болельщиков. Мальчишки умоляли роллера дать покататься, и, когда тот наконец выдохся, за коньками выстроилась длинная очередь.

Конечно же, многим в тот день как следует досталось дома: ребята перемеряли все дворовые лужи, а количество мокрых курток и рваных джинсов побило все рекорды. Никто, ни один из мальчишек не мог сравниться с Игорем. Анечка видела это, и сердце ее переполнялось гордостью. Она хотела быть похожей на брата, научиться кататься, как он, и даже лучше, чтобы и Игорь тоже гордился ею. Наверное, именно тогда девочка решила стать чемпионкой.

Самому Игорю в тот триумфальный день тоже не удалось избежать родительского гнева: он возвращался с прогулки счастливым, но абсолютно грязным и мокрым.

— Ой, Гарька! Что будет! — Маленькая Анечка, представляя, как рассердится мама, в ужасе прижимала ладошки к щекам.

Вместе с братом они оттирали его джинсы и куртку, а потом мыли ролики — это было труднее всего: грязь набилась в подшипники и под планку. Но им так и не удалось сделать коньки такими же, какими они были утром. Глядя на поцарапанные, битые ботинки, Аня поняла, что у куклы больше не будет машины. Да ни одна уважающая себя дама и не согласится ездить в таком обшарпанном «автомобиле»! Но девочка не особенно огорчалась. Она потеряла игрушку, зато приобрела Мечту.

Время шло. Роликов в Москве становилось все больше, во дворе образовалась целая команда единомышленников. Вначале ребята катались по набережной и на проспекте, а потом, когда был обустроен парк Победы, стали ездить туда. На Поклонной горе собирались роллеры со всего города, устраивались соревнования, бессменным победителем которых был Игорь. Сестренка хвостиком следовала за ним, как верный оруженосец. Но брат не гонял ее: Аня таскала его рюкзак, бегала в киоск за водой и выполняла прочие мелкие поручения. Она отлично разбиралась в фирмах, производящих ролики, в преимуществах и недостатках той или иной модели, в характеристиках колес и подшипников.

Когда Игорь вырос из своих первых роликов, они наконец достались Ане. Коньки были велики, даже если надевать на два носка. Первый день катания запомнился на всю жизнь: скорость, ветер в лицо, мягкое шуршание дорожек под колесиками… С тех пор это были самые приятные ощущения.

Прошло одиннадцать лет. Игорь окончил институт и уже работал, катаясь только изредка, по выходным. А вот его младшая сестренка готовилась к… первым в жизни всероссийским соревнованиям.

Теперь у Ани было три пары коньков — беговые, фитнес и агрессивные (для каждого из видов катания, в котором она собиралась выступать).

Только наивные люди думают, что в одних и тех же коньках можно ездить по перилам и трубам и устраивать длинные прогулки. На самом же деле роллер-спорт объединяет в себе несколько самых разных дисциплин: фигурное катание и хоккей, фитнес и слалом и, конечно же, агрессивное катание. Разве можно представить фигуриста на хоккейных коньках? А горнолыжника на беговых лыжах? Вот так и в роллер-спорте: каждая разновидность подразумевает особое снаряжение.

У коньков роллера, увлеченного агрессивным катанием, самые маленькие колеса. Поэтому не удивляйтесь, увидев здоровенного детину в ботинках с крошечными, будто игрушечными, колесиками. Нет, он не позаимствовал коньки у младшей сестренки-первоклашки. Маленькие колесики помогают ему выделывать невероятные трюки — скользить по трубам, перилам, ребрам ступенек, крутиться на рампе… Именно поэтому у агрессивных роликов иногда нет одного-двух средних колесиков — так удобнее.

Роллеру-гонщику, наоборот, важно, чтобы колеса были большого диаметра и быстро крутились. Его цель — скорость и километраж. Ясно, что на маленьких колесиках много не набегаешь. Поэтому у тех, кто любит скорость, — особые коньки, беговые или полубеговые — с крупными колесами, с «юркими» подшипниками.

У роллера направления фитнес колеса среднего размера, такие, чтобы человек мог и слаломом заняться, и бегом.

У Ани были все три вида — она собиралась выступать в многоборье.

Спортсмены-универсалы — редкость. Среди девушек — особенно. Поэтому ее считали одной из основных претенденток на победу.

Глава 3 Отвергнутое предложение

Аня солгала Стасу. Тот тип, который нагнал ее во время тренировки, вовсе не был торговцем. Вначале она даже испугалась, заметив преследователя. От незнакомца так и веяло опасностью. Про себя Аня даже назвала его «Сумрачный». Она попробовала прибавить скорость, но тот с легкостью догнал ее. Представившись тренером, он предложил выступить на соревнованиях за его команду, пообещав большие деньги.

— Ты подумай, какие перед тобой откроются перспективы! — расписывал он. — Контракты с крупнейшими фирмами, любые коньки, профессиональная фототехника, форма, тряпки, косметика, путешествия — все, что душе угодно! Твоим родителям и за год столько не заработать.

Аня с негодованием отказалась. Как он посмел! Неужели вообще кому-то в голову могло прийти, что Королева предаст свою команду, своих ребят? Она так и сказала этому тренеру. В ответ он зло усмехнулся:

— Думаешь, тебе удастся выиграть? И не надейся! Ты не одна такая крутая! Есть гонщики и посильнее! Но даже если и победишь — ничего не получишь: я вхожу почти во все комиссии оргкомитета и лично позабочусь об этом! Ты еще пожалеешь, что не согласилась, ох, как пожалеешь!

Он круто повернул на боковую дорожку и исчез.

Если незнакомец думал, что ему удалось напугать Королеву, то глубоко ошибался. Аня вскоре забыла о неприятном происшествии. Правда, какой-то неприятный осадок, связанный с противным типом, нет-нет, да и выплывал из подсознания, но Аня гнала эти мысли прочь, даже не стараясь разобраться, в чем дело. Ее гораздо больше волновали результаты собственного кросса, и, когда Стас сообщил, что она установила новый рекорд, девочка почувствовала себя счастливой, как никогда.

Она смотрела вслед маленькому Андрюшке и вспоминала свои первые успехи.

Глава 4 Правило замены

Ей было семь лет, коньки болтались на худеньких ножках, натирая лодыжки, — а ведь она затолкала внутрь целую газету! И ее еще ждал неприятный разговор с папой — газета-то ведь свежая, нечитаная… Но разве могли такие мелочи испортить настроение! Ведь это ее собственные ролики, первые в жизни. Все эти годы она молила родителей о коньках, но те были непреклонны. «Игорь вырастет, получишь его ролики! Мы не рокфеллеры, чтобы на каждого по паре покупать!» — твердо сказала мама.

Наконец Аня дождалась коньков, правда, к тому времени они совсем потеряли вид: за три года брат превратил ее несостоявшуюся игрушку в сапоги-скороходы, прошедшие огонь и воду. Но катались они исправно — Игорь и Аня хорошо ухаживали за ними.

Наверное, первое время Аня смотрелась на своих гигантских роликах ничуть не лучше, чем забавный Андрюшка. Девочка вспомнила о синяках и ссадинах, от которых не спасала никакая защита, о насмешках окружающих, не принимавших ее всерьез. Именно тогда она поняла, что значит страдать от одиночества, — девочек среди роллеров было мало, а мальчишки, даже ровесники, не имели никакого желания знакомиться и дружить с жалким неуклюжим цыпленком в роликах не по ноге.

Постепенно все изменилось. Аня была упорна не по годам. Начиная с ранней весны и до первого снега, она тренировалась каждый день, невзирая на погоду. Ее одинокую худенькую фигурку можно было видеть в парке и под проливным дождем, когда вокруг не было никого, кроме бессменных собаководов, и в самое пекло летом, когда даже в купальнике кататься было невыносимо, и в разгар осени, когда ветер кружил и бросал под ноги листья и первые снежинки.

Через несколько лет Анна каталась быстрее и лучше ровесников. Ей дали прозвище Стрелка — отчасти из-за фамилии, а отчасти оттого, что она мчалась со скоростью пущенной стрелы. Теперь в провожающих ее взглядах не было жалости и насмешки, а только восхищение и зависть. У нее появились друзья и единомышленники, среди которых она со временем стала признанным лидером.

Но в главную, «взрослую» роллерскую тусовку девочку не приглашали, несмотря на то, что там первенствовал Игорь. А может быть, именно поэтому? Иногда Ане казалось, что брат ревниво относится к ее успехам, словно боясь, что слава сестры затмит его собственную.

Все-таки в один прекрасный день Аня попала в круг роллерской «элиты». Правда, то, как она добилась этого, повергло бы в ужас ее родителей, узнай они о происшедшем. Вполне вероятно, ей навсегда запретили бы кататься или даже отобрали бы ролики.

А случилось вот что. В то время одной из самых рискованных роллерских забав было проскочить перед носом едущего на полной скорости автомобиля. Это, конечно, глупо и опасно, и много раз такие «подвиги» кончались травмами. К тому же подобные выходки — свинство по отношению к ни в чем не повинному водителю. Да и предательство по отношению к своему же брату роллеру: каждый раз после такого инцидента милиция начинала без разбору гонять с трасс всех катающихся. Тем не менее все новые и новые поколения подрастающих роллеров стремились продемонстрировать свое мастерство.

В тусовке самых отчаянных пробежка перед автомобилем была своего рода вступительным экзаменом. Каждый когда-то прошел это испытание, поэтому к тем, кто никогда не рисковал, относились с высокомерной насмешкой. Любой кандидат в «братство избранных» должен был на глазах у остальных перебежать шоссе туда и обратно.

Обычно о том, что кто-то из ребят готовится к «экзамену», становилось известно заранее, и вдоль трассы выстраивалась толпа роллеров, жаждущих зрелища. Аня всегда была против подобных глупостей. Если ей удавалось узнать, кто из претендентов будет перебегать шоссе, она пыталась отговорить безумца.

В тот день сделать это собрался один из совсем зеленых пацанов — Ванюшка Золотарев, Анин ученик и давний приятель. О том, что это будет именно он, Аня догадалась по особенному блеску в его глазах и еще потому, что он старался не встречаться с ней взглядом.

— Что ты задумал? — строго обратилась она к Ванюшке, почувствовав неладное.

Тот, не поднимая глаз, пробормотал в ответ несуразицу.

— Не ври! Я все знаю! — Аня постаралась взять парня на понт.

— Кто тебе сказал? — вскинулся тот.

Увидев Анины глаза, он понял свой промах, но было уже поздно. Девочка крепко вцепилась ему в руку.

— Я тебя не пущу! — твердо заявила она.

— А я и спрашивать не буду! — огрызнулся Иван. Теперь он смотрел на Аню, как на злейшего врага. — Убегу, и все!

— Убежишь? От меня? Попробуй!

Ваня вздохнул и нахмурился. Анька права! Убежать от нее в этом парке не смог бы никто. Разве что ее собственный брат.

— Ну скажи, зачем тебе это? — принялась увещевать мальчика Аня. — Глупее ничего не придумаешь! Рисковать своей жизнью — и ради чего?

Ваня молчал. Ане казалось, что он не слушает, и все-таки она не оставляла попыток отговорить мальчишку от опасной затеи.

— Не хочешь думать о себе, подумай о других! Нас ведь всех разгонят из-за тебя. Мы не сможем кататься! Неужели ты не понимаешь?

— Мне все равно! — голос его звучал глухо. — Я сделаю это! — упрямо твердил он. — Не сейчас, так завтра или послезавтра! Дождусь, когда тебя не будет, и проедусь.

В голосе мальчика чувствовалась такая решимость, что Аня поняла — его не переубедить.

Тогда она решилась на другое: если ей не удалось отговорить мальчишку, может, это удастся другим, тем, ради которых он собирался сделать глупость. Аня заставила упирающегося Ваню снять ролики (на самом деле она чуть ли не силой стащила их с худеньких оцарапанных ног), а потом, преследуемая криками и руганью, побежала искать брата.

Она нашла Игоря на лестнице — парни тренировались в выполнении элементов повышенной сложности: на полном ходу съезжали по ступенькам, скользили по перилам и вытворяли еще бог знает что. Подозвав брата, Аня попросила его отговорить Ваню от дурацкой затеи.

— И не подумаю! — усмехаясь, отказал Игорь. — Как можно помешать человеку разбить голову, если ее у него нет?

Парни вокруг загоготали. Довольный брат посмотрел на сестру сверху вниз. Он всегда так смотрел на нее в присутствии своих друзей, и обычно Аня негодовала молча, но на этот раз взорвалась. Сколько можно так относиться к ней! Да и к другим тоже! Как он смеет быть равнодушным к чужой жизни! Ну, ничего! Она ему покажет! Навсегда отучит от дешевого высокомерия!

— Ах так? — воскликнула она. — Отлично. А что ты скажешь о «правиле замены»?

«Правило замены» было одним из тех неписаных странных установлений, которые возникали сами собой, ниоткуда, и тем не менее свято соблюдались. Это правило позволяло тому, кто хотел попасть во «взрослую» тусовку, найти себе замену, человека, который согласился бы вместо него перебежать шоссе. Почему-то найти дурачка, «замену», считалось не менее почетным, чем сделать дело самому. Если «замена» справлялся с заданием, его «хозяин» становился полноправным членом избранных.

— А что, он кого-то нашел? — заинтересовался Игорь.

Это было редкостью — не так-то часто попадались желающие ни за что ни про что рисковать жизнью.

— Нашел!

— И кто же это?

— Я!

Это был Анин триумф. Одно слово — и ситуация полностью изменилась! Ни разу в жизни девочка не видела брата в таком потрясении.

— Ты… Ты с ума сошла, Анька! — Игорь схватил сестру за рукав. Теперь никто из его друзей не смеялся, все старательно отводили глаза.

— Не больше, чем ты! И все вы, кто заставляет сосунков рисковать жизнью из-за ерунды!

— Ну, хорошо, хорошо! Если ты так настаиваешь, мы примем его!

— Да разве в Ваньке дело! Сегодня он, завтра кто-нибудь другой!

— И что ты предлагаешь? — в разговор вступил друг Игоря Борис.

— Отменить дурацкие экзамены! Запретить малышне бегать по шоссе!

— А как же мы им запретим? Если человек хочет рисковать, его не остановить!

— Борька, погоди! И ты, Ань, не суетись. Это можно обдумать! Но только потом, не наспех! — Игорь волновался.

— Пока ты будешь обдумывать, они себе шеи переломают! — взвилась Аня.

Она увидела, как Ванька уговаривает какого-то пацана дать ему ролики. Дурачок, ох дурачок! Разве можно так рисковать, да еще на чужих колесах! Без тренировки, не зная их хода…

— Так вы будете что-то предпринимать или нет? — снова накинулась она на парней.

Роллеры заспорили. Это было уже кое-что! Но тут Аня заметила, что Ване все-таки удалось уговорить приятеля: он сидел на лавке и натягивал коньки. Надо было спешить!

Бросив компании:

— Все! Пока! Пишите письма! — девочка рванулась наперехват. — Стой! Не надо! Не беги! — крикнула она Ванюшке.

— Как это?

— Я за тебя! Я — твоя «замена»!

С этими словами Аня бросилась наперерез автомобилям. Вой сирен, визг шин, свистки милиционеров, вскрики зевак обрушились на нее, оглушая. Она не помнила, как проскочила самые опасные метры шоссе. Потом ей рассказывали, что со стороны это смотрелось, как жуткий триллер: несколько раз ее едва не сбили, две машины чуть не столкнулись, один раз и она сама, сделав резкий поворот, чудом не упала, но все обошлось. Добравшись до противоположной стороны, Аня тут же повернула обратно — смертельный номер, к ужасу зрителей, повторился.

Первым, кто встретил ее по возвращении, был Ваня.

— Ань! Ты меня спасла. Я бы сам ни за что не смог! Ты только прости меня, ладно? Честное слово, я не знал, что это так страшно! — мальчишка всхлипывал, растирая слезы.

— Ну, все, Анька! — подскочивший брат выглядел не на шутку сердитым. — Первый и последний раз прощаю твои фокусы! Радуйся, что я тебе не врезал. Родители сегодня же узнают обо всем!

— Да-да! Пусть узнают! Только всю правду, всю, понимаешь? И о ваших дурацких экзаменах, и о том, сколько сопляков рисковали жизнью при твоем попустительстве. Кстати, имей в виду: я теперь буду «заменой» каждому из них. Ясно? Если все они решат, что им необходимо ваше общество, я готова проложить поперек шоссе свою трассу!

— Ну ладно, ладно! — сдался брат. — Хватит психовать! Я согласен, все это надо менять.

На следующий же день состоялось собрание, на котором было принято решение запретить перебегать шоссе. Для тех, кто хотел вступить в «братство избранных», было решено проводить соревнования, а потом — специальные приемные экзамены на владение техникой.

Анин авторитет среди роллеров укрепился. Она была единственной девчонкой, которая ни в чем не уступала парням, а в смелости и отчаянности — даже превосходила. Именно она выиграла слалом на велосипедной трассе, даже ни разу не затормозив на головокружительных спусках и виражах, в то время как ее соперники один за другим падали или сходили с дистанции. Именно она проехала по перилам моста через Яузу ранней весной, когда воду еще покрывал набухший пористый лед. Постепенно Игорь смирился с тем, что Аня сменила его, став «некоронованной Королевой», а он сам перерос юношеское увлечение.

Глава 5 Стас

Со своим парнем Стасом Аня познакомилась тут же, в парке. Неугомонная роллерша накручивала круг за кругом, когда ее внимание привлек новичок — высокий, симпатичный, но на удивление неуклюжий. Он умудрился свалиться прямо ей под ноги, да так, что Аня споткнулась об него и тоже чуть было не упала. Едва подавив смех, девочка помогла ему подняться: ролики Стаса разъезжались в разные стороны, выскользали из-под него вперед или уходили назад — обычная проблема начинающих. Но парень не обижался, а тоже смеялся, и его улыбка, открытая и искренняя, покорила сердце Ани. Ей было тринадцать, ему, как выяснилось, четырнадцать. Она была мастер, он — всего лишь новичок. Но на самом деле не существовало ничего, что разделяло бы их.

Стас очень быстро научился кататься. Ему помогли занятия с Аней. Через два года парень стал лучшим в команде, уступая лишь своей подружке.

— Перекур! — объявил Стас, когда Аня после очередного круга подъехала к нему.

— Но я не устала! — запротестовала спортсменка. Она действительно выглядела свежей и бодрой, как будто не было километров, преодоленных за последний час.

— Зато я устал без тебя! На, возьми! — Стас протянул Ане веточку едва распустившейся нежно-лиловой сирени.

— Ух ты! Спасибо! — Аня поднесла крупную кисть к лицу, вдохнула нежный аромат. «Как хорошо! Весна! И какой же молодец Стас. Умеет поднять настроение!» Улыбаясь, Королева воткнула ветку в карманчик рюкзака. — Ладно, давай передохнем, — согласилась она.

Они медленно поехали к единственной палатке, открытой в ранний час.

Весенним субботним утром майских праздников в парке было немноголюдно — самые удачные часы для тренировок. Дорожки свободны, лучи утреннего солнца нежны и мягки. То ли будет в полдень! Жара растечется по парку, дорожки заполнятся гуляющей публикой и разгоряченными, потными, гомонящими, бесцеремонными роллерами, которые, толкаясь и уворачиваясь, будут сновать вверх и вниз, как муравьи.

Они купили по банке минералки, уселись за столик.

— О! Надо же! Свисток потерял, — с досадой произнес Стас, оглядываясь. — Шнурок перетерся. Говорил же маме: для свистка цепь нужна, а она шнурок подсунула! И что теперь делать? Как я тобой командовать буду?

— А зачем ты его вообще на шнурок вешал? Сунул бы в карман!

— Да у меня карманов нет, а рюкзак весь дырявый.

— Эх ты! Маменькин сыночек! — засмеялась Аня. — Ждет, пока цепочку ему купят или рюкзак зашьют? Расслабься, тренер!

Аня откинулась в пластиковом кресле, закрыла глаза.

— О чем ты думаешь? — поинтересовался Стас, любуясь тем, как играют на нежном лице тени от молодой листвы.

— Так… Ни о чем, — уклончиво ответила Аня.

На самом деле она думала о Сумрачном. Аня вдруг поняла, какая мысль мучила ее с тех пор, как он уехал. Откуда этот человек столько знает о ней, о ее родителях, о сокровенных мыслях? Профессиональная фотокамера действительно была ее самой большой мечтой. Неужели просто догадался? Нет, не может быть! Или мечты у всех тинейджеров одинаковые?

Понемногу парк стал наполняться другими роллерами. Проезжая мимо Ани и Стаса, они радостно приветствовали пару. Вскоре подтянулись и члены их группы. На всех были желтые кепки с красными козырьками — отличительный признак команды. Эта компания, в отличие от «братства избранных», сформировалась как-то сама собой. Никто никого специально не принимал, не было никаких экзаменов, ребята просто приходили и оставались. Те, кто по какой-то причине не вписывался, потом сами собой исчезали, но таких было немного. Анина тусовка считалась самой клевой. Здесь помогали новичкам и не смеялись над неумехами. Сюда охотно принимали девчонок и малышей.

Это была команда единомышленников. Ребята дружили и встречались не только во время катания. Зимой вместе гуляли, ходили на каток, в кино, на выставки и в театры, праздновали Новый год, помогали друг другу в школьных делах и выручали из разных неприятностей.

И против этой-то команды предлагал Ане выступить какой-то странный, противный человек! Как он мог хотя бы на секунду предположить, что она согласится! Как он мог хоть на мгновение подумать, что ее можно купить!

Глава 6 Подслушанный разговор

— Купить можно все и всех! Меняется только сумма! Запомни это раз и навсегда!

— Вы сами это придумали?

— Нет! Это придумали умные люди задолго до твоего рождения!

— Ваши умные люди были круглыми дураками. Похоже, они всю жизнь имели дело только с такими же жуликами, как вы!

Двое спорили в глухом уголке парка. Это были высокий веснушчатый парень лет шестнадцати, в чьих буйных рыжих кудрях пристроилась синяя кепка с желтым козырьком, и тот самый тренер в черном, который так не понравился Ане. Тренер навис над парнем, как коршун: темные сросшиеся брови его были нахмурены, черные глаза мрачно сверкали. Рыжеволосый роллер стоял, слегка откинувшись от напиравшего на него человека, но в глазах его не было страха, только удивление и упрямство.

— Посмотрим, как ты запоешь, когда выиграешь соревнования! Не думаю, что ты пожертвуешь свой приз на благотворительность.

— Это совсем другое! Это будет честный выигрыш! Я никого не собираюсь обманывать!

— Это будет то же самое! Ты прекрасно знаешь, как организуются такие соревнования и как распределяются призы! Все давно куплено! И если ты что-нибудь выиграешь, то только потому, что за тебя заплатили! Да ты и сам понимаешь. Хочешь оставаться чистеньким, а на самом деле такой же, как все!

— Я вам не верю! — вспыхнув, бросил парень. — Вы врете!

— Говори, да не заговаривайся! А то я могу и обидеться. Или ты забыл, на кого наезжаешь? И про должок свой забыл? Кстати, поменяй-ка кепку! Цвета нашей команды — черные!

— А мне не нравится черный цвет! Я буду выступать в своей!

Мимо спорящих стремительно пролетела тоненькая девичья фигурка. Желтая кепка с красным козырьком удивительно шла к русым волосам. Парень проводил ее взглядом, почти таким же восхищенным, как Андрюшка, отдыхающий неподалеку на траве под кустом.

— Что, понравилась? — усмехнулся тренер. — Да, хороша! Не просто хороша, а супер! Номер один. Среди девушек самая перспективная.

— Скажете, и ее можно купить?

— Можно. Еще как! Только тут нужен особый подход… А знаешь что! Хочешь пари?

— Пари? Какое еще пари?

— А вот такое…

Сидящий в кустах Андрюшка недовольно нахмурился. Ему ох как не нравился этот разговор! Вообще-то он не собирался подслушивать, но эти двое так орали… Особенно взрослый, черный. Парнишка посидел еще немного, потом затянул покрепче бакли и быстро заковылял прочь.

Глава 7 Измена

Жизнь в парке шла полным ходом. На майские праздники должны были состояться соревнования, которые собрали роллеров со всей страны. Ребят притягивали и возможность показать себя, и учрежденные спонсорами призы: зарубежные поездки, контракты на интересную работу, «золотые ролики» — навороченные коньки самой известной фирмы. Кроме того, летом победителей обещали пригласить в известное роликовое шоу. Но, помимо призов, престижа и прочего официального антуража, в воздухе пахло большими деньгами. Поговаривали, что кто-то организовал подпольный тотализатор и заинтересованные лица начали делать ставки. Однако ребят, с радостью предающихся любимому занятию, не волновали сплетни.

Представление, развернувшееся в парке, было великолепным: разноцветные потоки роллеров заполняли дорожки и катились, как воды бурной реки. Быстро находя общий язык, знакомились парни и девчонки. Из-за многолюдства трудно было назвать это тренировкой: слишком уж тесно, и спокойно оттачивать технику не выходило. Получилась огромная тусовка, шоу, где каждый мог показать себя. Ребята присматривались друг к другу, оценивали силы и возможности будущих соперников. Пока что они, конечно, друзья, но вскоре им предстояла жесткая, бескомпромиссная борьба, которая должна выявить сильнейших.

Верная себе, Аня, потолкавшись немного в толпе, съехала на боковую дорожку и перебралась в глухой уголок парка. Толпы роллеров пока что не добрались сюда, и можно было спокойно покататься.

Вначале девушка думала, что вообще оказалась здесь одна. Но потом поняла, что это не так. Вскоре она заметила, что этим же маршрутом следует незнакомый рыжеволосый парень. Он то обгонял Стрелку, то отставал от нее. Исподтишка она разглядывала его: техника отличная — на уровне Стаса, а то и лучше (а ведь среди ровесников Стас был основным претендентом на победу!). Значит, вот он, его конкурент! Интересно, кто этот парень и откуда? На его рыжих кудрях синяя бейсболка желтым козырьком назад, на ранце болтается серебристый брелок — дракончик. Суеверный! Из какой же, интересно, команды? Из «Питерских райдеров» или из «Уральских громил»? Или из этих, как их там, «Колес Сыктывкара»? А, ладно, какая разница! Потом все выяснится. Сейчас надо работать, а не отвлекаться на посторонние мысли.

Аня попыталась оторваться от спутника, при первой же возможности свернув на мало кому известную, теряющуюся в кустах дорожку. Но не тут-то было! Парень следовал за ней как приклеенный.

Аня прибавила скорость. Преследователь не отставал. По промелькнувшей на его лице улыбке девочка догадалась, что тот воспринял ее ухищрения как вызов.

Ах, так! Ну хорошо же. На одном из поворотов, когда парень скрылся из виду, Стрелка сошла с дорожки и спряталась в кустах. Рыжий проехал мимо через секунду. Подождав немного, Аня выскользнула из укрытия и направилась в противоположную сторону.

Вскоре она выехала на аллею Влюбленных — на пути стали попадаться парочки. Некоторые устроились на скамейках среди кустов, другие расселись прямо на газоне, третьи расположились в лесочке под елочками. Немного завидуя беззаботным счастливым людям, Аня мчалась мимо, думая о Стасе, потом решила свернуть на боковую тропинку. Не снижая скорости, она резко повернула и, споткнувшись, чуть было не упала: прямо перед собой он увидела Стаса — своего Стаса! — стоящего под елкой в обнимку с какой-то незнакомой девицей. Ревнивым взглядом Аня отметила, что девица очень даже симпатичная: короткие, чуть вьющиеся светлые волосы, огромные, вполлица, карие глаза в обрамлении черных ресниц, легкий спортивный костюм обтягивает изящную фигурку…

Резко затормозив, Аня остановилась. Кровь прилила к лицу. От обиды она готова была расплакаться. Это ее-то парень, который каждый день изобретает новые слова любви, который еще вчера клялся, что никогда и ни за что не полюбит другую! Предатель! Девушка вырвала из кармашка рюкзака ветку сирени и, изломав, бросила себе под ноги.

А потом решительно направилась в сторону парочки. Сейчас она выскажет все, что думает!

Глава 8 «Страшная» месть

Но едва лишь она сделала несколько шагов, как увидела рыжеволосого парня — и тут же на ум пришла другая идея. Зачем ругаться и портить себе нервы? Почему бы не отплатить Стасу такой же монетой?

Стараясь, чтобы ее голос звучал как можно громче, девушка крикнула:

— Эй, ты! Да-да, рыжий, я к тебе обращаюсь! Поди-ка сюда! Как тебя зовут?

— Меня? — Подъехавший парень выглядел опешившим.

Еще бы! Недавно девчонка бегала от него, как от чумы, а теперь сама завязывает знакомство!

— Да-да! Тебя!

— Егор. Можно просто Гоша.

— А я — Аня! Не хочешь прокатиться?

Хочет ли он! В данный момент это было для Егора неслыханной удачей. Прокатиться с самой Королевой! О таком он и мечтать не мог!

А Аня, украдкой оглянувшись, была счастлива увидеть недоумение и растерянность в глазах Стаса. «Так тебе и надо!» — с торжеством подумала девочка, срываясь с места и не замечая, что Стас ринулся следом.

Роллеры покатили вниз, постепенно наращивая скорость. То и дело им приходилось обгонять других спортсменов, так что скоро спуск превратился в слалом, а потом и в необъявленное состязание.

Егор понял, что все рассказы о легендарной девчонке — не выдумки. Казалось, Аня не знала страха: через трещины и бугорки дороги она перескакивала на полном ходу, на крутом склоне не тормозила, на высокой скорости выполняла элементы фигурного катания — и это несмотря на толпы народу вокруг!

Аня тоже убедилась, что рыжеволосый спутник — отличный роллер, который мог бы соперничать со Стасом. Вон как легко и непринужденно он двигается — ни малейшего напряжения, хохочет и болтает, как будто они сидят за столиком в кафе.

Егор охотно отвечал на вопросы Ани, с удовольствием рассказывая о себе. Глядя на его раскрасневшееся улыбающееся лицо и счастливые глаза, девочка вдруг в какой-то момент совершенно забыла о Стасе и о мести.

— У тебя есть мечта? — спросил Егор, когда они, порядком устав, нашли свободную скамейку.

— А как же! — ответила Аня. — Цистерна пепси и вагон мороженого.

— Уно моменто! — парень понимающе кивнул. Он отъехал к киоску и через минуту вернулся с двумя бутылками воды и двумя рожками мороженого. — Это, конечно, не цистерна и не вагон, зато холодное, как с полюса…

— Спасибо! — Аня, закрыв глаза, с наслаждением откинулась в пластиковом кресле. Запотевшая бутылка приятно холодила ладони, уставшие от защиты. — Если серьезно, у меня целых три мечты, — сказала она после того, как бутылка наполовину опустела.

— Да? И какие же?

— Только не смейся, ладно? Мечта номер один — выступать в цирке, мечта номер два — пролежать целую ночь на траве, глядя на звезды, а мечта номер три — прокатиться в метро в кабине машиниста.

Егор присвистнул.

— Нестандартно! Но, по-моему, вполне осуществимо. Кстати, насчет «пролежать целую ночь на траве». Это ведь можно сделать в любой момент! Просто выходишь ночью на улицу…

— …заваливаешься на газон, — подхватила Аня. — И портишь все дело! Все не так просто. Мечта должна оставаться мечтой. А если ее осуществить — она пропадет!

— Но тогда появится новая! — не согласился Егор. — Мечты обязательно надо осуществлять, чтобы не чувствовать себя неудачником.

— Возможно, ты и прав… Что ж, в таком случае некоторые мои желания близки к осуществлению.

— Я тебе о том и говорю! Вот выиграешь соревнования и попадешь в какое-нибудь роллер-шоу. По-моему, они как раз в цирке и выступают!

— Осталась самая мелочь — выиграть! — усмехнулась Аня. — Но даже если это и не произойдет, я думаю, что не умру. И вообще, у меня есть глубокое подозрение, что неудачников не бывает.

— Как это?

— А вот так. Каждый человек в чем-то счастлив, а в чем-то — нет.

— Даже бомж?

— Даже бомж. А что тут такого? Знаешь, это, кажется, Стендаль говорил: «Человек живет на земле не для того, чтобы стать богатым, но для того, чтобы стать счастливым». Понимаешь? В жизни бродяги есть свой кайф. Вот уж кто целую ночь может смотреть на звезды! Самая полная свобода, от всего!

— Да уж! От жилья, тепла, еды, денег… Ты что, серьезно? Ну ты и ду… то есть, романтик! Я думал, таких не бывает, — покачал головой Егор. — Ты сама подумай, что говоришь-то! А болезни? А грязь, вши, запах?

— Эх ты, цивилизованный человек! Испорченный шампунями, дезодорантами, зубными пастами! Неужели тебе никогда не хотелось послать все к черту, не умываться, не причесываться, не чистить зубы?

— Ну в детстве вообще-то бывало… Нет, вру. Не только в детстве. И сейчас тоже бывает. Но это не значит, что я и в самом деле готов все бросить и уйти куда глаза глядят! Какое может быть счастье в голоде, холоде и нищете? Копаться в помойке, собирать бутылки…

— А я тебя к этому не призываю! — засмеялась Аня. — Просто хочу доказать, что жизнь — смесь и хорошего, и плохого.

— Не убедила! У известной певицы этот баланс несколько иной, чем у бомжа, разве не так?

— Ты думаешь, жизнь известно певицы — сахар? За успех всегда приходится платить. За большой успех и плата будет больше. Например, у известной певицы могут выпасть все волосы.

— Ну и что? Никакая это не неудача! Наоборот, даже круто…

— Или у нее в доме сразу после ремонта случится пожар.

— Это и не у певицы может случиться!

— Или же самолет, в котором она летит, разобьется! Или она попадет в аварию! Ты ведь знаешь, со знаменитостями неприятности случаются чаще, чем с простыми смертными!

— Ну ты и садистка! — Егор покрутил пальцем у виска. — Надо же такое придумать!

— Или ей не повезет в любви! — гнула свое Аня.

— Очень ей нужна любовь! — фыркнул Егор. — Знаменитым и без нее хорошо!

— Как это хорошо? — возмутилась Аня. — Любовь — это лучшее, что есть в жизни!

— Только для сентиментальных дурочек вроде тебя! — довольный ее возмущением, поддразнил Егор. — А нормальные люди могут прекрасно прожить и без любви!

— Это не нормальные люди, а испорченные! Только влюбленный имеет право на звание человека!

— Ну ты загнула!

— Это не я, а Александр Блок.

— Кто-кто?

— Поэт был такой… Да что тебе объяснять!

— Почему?

— Ты не поймешь. Это для умных!

— Ах так… — Егор скомкал обертку от мороженого, запустил в Аню.

Девушка увернулась, вскочила на ноги, помчалась по аллее. Егор рванулся следом. Некоторое время они гонялись друг за другом, потом снова поехали рядом, продолжая разговаривать. В первый раз за последние недели Аня не вспоминала не только о Стасе, но и о тренировке.

А вот Стас только и думал, что о Стрелке. С того самого момента, как он увидел, что она подзывает к себе рыжеволосого парня, мир перевернулся. Едва простившись с Марикой (так звали его новую знакомую), Стас ринулся за парочкой. Однако оба роллера катались так быстро, что вскоре оторвались от него, а потом и вовсе растворились в густой толпе. Стас в отчаянии метался по парку, но найти беглецов никак не мог.

Глава 9 Происшествие во время грозы

Время пролетело незаметно. Когда роллеры наконец отвлеклись от своего разговора, оказалось, что парк почти опустел. Стемнело, небо покрылось тяжелыми тучами, резкие порывы ветра вздымали волны пыли.

— Будет гроза! — Аня старалась перекричать ветер. — Надо возвращаться!

— Давай напоследок еще один круг!

Предложение было заманчивым. На пустых дорожках можно было разогнаться в полную силу, и девочка согласилась.

Уже накрапывал дождь, ветер разбрызгивал фонтаны, гнул к земле деревья, обламывая ветки. Только эти двое, да Стас, да еще несколько таких же, как он, сумасшедших колесили по парку в надежде урвать последние минуты более-менее сухой погоды.

Гроза разразилась как раз в тот момент, когда у Ани на ходу треснула шайба правого ботинка.

— Езжай, я догоню! — крикнула она Егору, надеясь быстро починить ролики — инструменты и запаска у нее всегда были с собой.

Девочка успела резко притормозить, запрыгнуть на газон и спрятаться под елкой, когда вокруг загрохотало и с неба обрушились потоки воды. Стрелка выглянула из-под веток — Егора нигде не было видно. «Наверное, спрятался где-нибудь впереди», — подумала она, быстро орудуя инструментами. Поломка была пустячной, но из-за сгустившейся темноты и дождя, который вмиг просочился сквозь ветки, ремонт затянулся.

А Егор, возбужденный скоростью и хлещущим дождем, даже не думал останавливаться. В восторге от нового знакомства, первой в этом году грозы, сверкания молний и грохота грома парень мчался, рассекая ручьи, подставив лицо дождю, широко раскинув руки. Он орал во все горло какую-то песню и чувствовал себя абсолютно счастливым.

Гоша не слышал окрика Ани, заглушенного шумом дождя, и все еще был уверен, что спутница следует за ним, просто немного отстала. Какая же отличная девчонка! Не гордячка и не зануда. И совсем не выпендривается. Не то что Марика, его напарница по команде. Катается ничуть не лучше Ани, а воображает из себя! Если что не по ней — капризничает, закатывает истерики, тоже мне звезда! Правда, Марику он раскусил не сразу, только после целого года прогулок и поцелуев…

«Как это они так катаются? — с завистью наблюдал за роллером Андрюшка. — Как будто нет никакой грозы!» Мальчик пережидал дождь в кустах — боялся ехать по мокрому. Можно было, конечно, переобуться и бежать домой, но Андрюшке было стыдно уходить раньше, чем Стрелка. Неужели он такой слабак, что уступит девчонке, пусть даже Королеве?

Не найдя Аню на боковых дорожках, Стас развернулся, выехал на аллею Влюбленных и тут же упал, споткнувшись о лежащую поперек дороги огромную ветку. Оглушенный, он несколько секунд лежал, не ощущая боли, и лишь потом почувствовал, как заныл ушибленный бок. А когда поднял голову, то увидел, как к коряге на огромной скорости приближается тот самый рыжий, с которым каталась Аня. Все еще не пришедший в себя Стас не успел даже крикнуть, чтобы предупредить об опасности, а соперник, подставляя лицо дождю, не смотрел под ноги. Да если бы и смотрел, вряд ли успел бы затормозить. Стас лишь услышал рядом с собой глухой удар, звук падающего тела и короткий вскрик.

Широко раскрытыми глазами Андрюшка глядел на упавших роллеров. Он хотел броситься на помощь, но коленки вдруг подогнулись, и парнишка без сил опустился на землю. И зачем только родители подарили ему эти ролики! Сидел бы себе у телевизора или за компьютером, колесил бы по виртуальным дорожкам… Тихо, спокойно, сухо, никаких ссадин и синяков…

Трагическую сцену наблюдал еще один зритель, вернее, зрительница — светловолосая девушка, та, с которой Стас стоял под елкой. Но если Андрюшка чуть не плакал, то она, наоборот, даже не старалась скрыть радость. А если бы кто-то в тот момент мог услышать, что она говорила, то поразился бы:

— Йес! Класс! Все идет, как надо! — шептала девчонка, глядя на парней.

Глава 10 Встреча с заклятым врагом

Наконец-то Аня справилась с поломкой и, выскочив прямо под дождь, помчалась за Егором. Надо было догнать парня и попрощаться, а заодно узнать, когда он в следующий раз появится в парке.

Несмотря на высокую скорость, вмиг промокшая девушка замерзла. Стуча зубами, спускалась она по Свадебной аллее, но вокруг было пусто. «Куда же он мог подеваться?» — недоумевала Стрелка. Она два раза чихнула и, почувствовав легкий озноб, занервничала: не хватало еще простудиться накануне соревнований!

Впереди была развилка. Интересно, куда же свернул ее новый знакомый? Аня слегка притормозила и увидела в самом начале аллеи Влюбленных какую-то вещицу. Наклонившись, она узнала серебряный брелок-дракончик — талисман Егора. Значит, он поехал сюда.

Аня подхватила брелок, прицепила на рюкзак и свернула на аллею Влюбленных. Мокрые ветки хлестнули по лицу, сверкнула молния. Ослепленная дождем, оглушенная громом девочка мчалась вниз на автопилоте и пришла в себя лишь тогда, когда заметила, что впереди, в конце спуска, происходит что-то неладное. На земле лежал человек, а чуть в стороне двое парней потрошили рюкзак. Их реплики достигли Аниных ушей:

— Что у него там? Кошелек? Давай сюда! Документы? Нету? А карманы проверил?

— Борька, а он правда живой? Он ласты не склеил?

— Да живой, живой, не трясись! Видишь, шевелится. Часы снял? А теперь раздевай его! Костюмчик-то фирменный. И ролики, ролики стаскивай! Да расстегни ты их сначала, придурок!

Мародеры не замечали приближавшейся девушки: гром и шум дождя заглушали мягкий ход роликов. А бесстрашная Королева оцепенела от ужаса: что здесь происходит, почему один из парней лежит и почему двое других роются у него в рюкзаке? Неужели напали, а теперь грабят?

Затормозив, Аня проехала еще немного, и сердце ее замерло: в одном из грабителей она узнала своего давнего врага, известного дворового хулигана Борьку Следковского по прозвищу Селедка. Их взаимная ненависть началась с той поры, когда Ане разрешили гулять одной. Огромный неуклюжий парень с маленькими поросячьими глазками (Стрелка всегда считала, что ему больше подошла бы кличка Боров или Свин), казалось, только и поджидал, когда девочка выйдет во двор. Он и его команда тут же окружали ее, отнимали игрушки, деньги, которые Ане давали на мороженое, налепляли на волосы жевательную резинку, весной толкали в лужи, а зимой закидывали снежками. Больше всего хулиганов бесило, что Аня никогда не плакала и не просила пощады. Сжав губы и насупившись, она смотрела на обидчиков полным ненависти, непокорным взглядом. Страха в этом взгляде не было никогда, хотя в душе маленькая девочка очень боялась. Не потому, что Борька однажды сказал ей: «Расскажешь взрослым — убью!» — а потому, что знала: после такого рассказа родители больше не будут выпускать ее во двор одну. Ходить за ручку с мамой было еще хуже, чем терпеть издевательства Борькиной компании.

Стрелку спас брат. О проблемах сестренки ему рассказали друзья. Игорь так накостылял Борьке, что с тех пор тот и близко не подходил к девочке. Но она знала: парень затаил обиду и при случае готов отомстить. Он только и поджидает, когда кто-нибудь из Стрельниковых попадется ему на узкой дорожке.

И вот сейчас она лицом к лицу встретится с Селедкой как раз на одной из тех самых дорожек. Аня испугалась. Она огляделась: дождь, вокруг — никого. Только она, лежащий парень и те двое. Да, силы явно неравны!

Аня заколебалась и притормозила. А почему, собственно, они должны встретиться? Почему бы, пока ее не заметили, не повернуть обратно и не обратиться в милицию? В парке всегда дежурили милиционеры, со многими Аня была знакома. Ясно, что профессионалы справятся с этим делом лучше! Так и надо поступить, и поскорее, чтобы этих гадов взяли с поличным.

Аня сорвалась было с места, но тут к ее ногам подкатилась отфутболенная кем-то из мародеров кепка. Синяя с желтым козырьком. Та самая, в которой катался сегодня Егор. Егор?! Неужели распростертое на мокром асфальте тело — это он? И это его сейчас грабят двое подонков?!

Забыв об осторожности и не раздумывая больше, Аня рванулась к грабителям с криком:

— Прекратите! Прекратите немедленно!

Те, испуганные воплями неизвестно откуда появившейся девчонки, отпрянули и бросились было бежать, но Борька, обернувшись, узнал Аню и увидел, что она совершенно одна. Парень остановился и, гадко улыбнувшись, двинулся навстречу…

— Какая удача! Кто бы мог подумать! Сама Стрелка! А где же твой братик-телохранитель? Неужели наша Королева совсем одна? Ай-яй-яй, какое несчастье!

На секунду у Ани снова появилось желание развернуться и бежать что есть мочи. Не будь здесь Егора — а это действительно было он, теперь она узнала, — девочка так бы и сделала.

Но Стрелка не могла бросить Гошу. Кроме всего прочего, ведь это по ее вине он сейчас лежал здесь! Если бы не глупая месть Стасу, ничего бы не случилось, и парень давно уехал бы из парка. Значит, бежать нельзя. Что же делать? Может, попробовать заморочить Борьке голову? Собрав все силы, Аня гордо вскинула голову и улыбнулась:

— С чего это ты взял, что я одна? — ах, как трудно было сделать так, чтобы голос не дрожал! — Игорь! Игорек! Ты едешь?

Парни замерли. Селедка нахмурился, недоверчиво глядя на Аню. Мысли в его маленькой головке шевелились медленно и туго. Врет девчонка или нет? А ну как сейчас действительно притащится ее брательник! Связываться со Стрельниковым-старшим Борьке совершенно не хотелось.

— Брат, кстати, тоже не один, — продолжала Аня. — У нас теперь собака. Знаешь какая? Ротвейлер. Огромная, как танк. Зовут Ирма.

Борька озадаченно молчал. А Стрелка тараторила, не переставая:

— Правда, пока не поддается дрессировке. Недавно на двух теток во дворе напала. Пришлось платить штраф! А знаешь почему Ирма на них накинулась? Учуяла, что от них селедкой воняет. Псина просто звереет от этого запаха! Вот теперь и гуляем с ней под дождем, чтобы никого не покусала.

«Господи, что я несу!» — с ужасом думала девочка.

У них никогда не было собаки. Тем более ротвейлера! Всю эту чушь про нападение на теток она выдумала прямо сейчас. Неужели Борька поверит?

Он поверил, потому что отступил на шаг и озабоченно спросил приятеля:

— Слышь, Серый, а от меня селедкой не несет?

Свое прозвище Борька получил не только из-за фамилии, а еще и из-за патологической любви к селедке, которую, по слухам, он мог есть каждый день на завтрак, обед и ужин. Селедочный запах стал для него такой же неотъемлемой частью, как стоптанные кроссовки и татуировка на правой руке.

Аня немного приободрилась. Она уже надеялась, что ей удастся обвести тупого Селедку вокруг пальца, но тут вмешался его напарник, Серый.

— Да что ты ее слушаешь, баклан! — презрительно усмехнулся он. — Ты что, не видишь? Она же гонит!

Этот парень оказался явно умнее. С забившимся, как мотылек в стакане, сердцем Аня поняла, что ее раскусили.

— И брата никакого здесь нет! Если бы кто тут был, то давно бы пришел! Она нас разводит, почти крутит!

— Разводит? — глаза оскорбленного Селедки наливались кровью. — Нас?

Аня увидела, как его толстые пальцы сжались в кулак. Что же делать? Что же ей теперь делать?!

Глава 11 Неожиданное спасение

Трель свистка прозвучала так резко и пронзительно, что перекрыла шум дождя.

— Что это? — Селедка испуганно пригнулся. — Откуда?

Свисток заливался, не переставая, потом к одинокой трели присоединились другие, послышался топот и крики.

— Менты! — с ужасом прошептал Селедка, выворачивая карманы. — Ноги, Серый!

Побросав награбленное, парни бросились в кусты. Вскоре оттуда донеслись звуки борьбы и отчаянные вопли.

Аня больше не следила за хулиганами. Едва лишь те скрылись, она бросилась к Егору. Слава богу, жив! Правда, до сих пор не пришел в себя. Стрелка несколько раз встряхнула его, похлопала по щекам — бесполезно, парень лежал неподвижно, с плотно сомкнутыми глазами. Тогда она попыталась оттащить его под дерево на сухой клочок асфальта, но ее остановил подошедший охранник. Это был бывший милиционер, толстый усатый дядька по имени Павел Кузьмич, один из тех, кто часто патрулировал в парке. Охранники и самые заядлые роллеры давно и хорошо знали друг друга. Присев на корточки, Павел Кузьмич осмотрел Егора и сказал:

— Не трогай его! При некоторых травмах пострадавшего нельзя перемещать. Милиция и «Скорая» вот-вот подъедут. Лучше сделаем так. — Он снял форменную куртку и укрыл Егора. — Что тут произошло?

После Аниного рассказа охранник вздохнул, задумчиво покрутил ус.

— Значит, что именно с ним случилось, ты не знаешь? — уточнил он.

Аня молча покачала головой. Она сидела на асфальте рядом с Егором и сжимала в ладонях его холодные пальцы, словно пытаясь отогреть их.

— А что за парень, откуда?

— Знаю, что зовут Егор. Больше ничего. Мы только сегодня познакомились.

— Да, негусто. Документов нет, мобильника тоже, личность установить будет трудно. Узнать хотя бы, из какой команды… Столько народу на соревнования понаехало! Постой-ка… Дай-ка сюда его кепку! Так. Синяя, с желтым козырьком. Не помнишь, чьи это цвета?

Аня пожала плечами. Команд было так много, что она пока ничьих цветов не запомнила.

— Побудешь с ним? Я пойду встречу машину. — Павел Кузьмич кряхтя поднялся. — Ох, и опасный у вас спорт, Аня! Я своих внучек за километр к вам, роллерам, не подпущу! — с этими словами он исчез за пеленой дождя.

Королева снова осталась одна. Дождь, как назло, не прекращался. В другое время Аня радовалась бы первой в этом году грозе, но теперь, когда она насквозь вымокла и дрожала, было не до любви к природе. Парень рядом с ней не подавал признаков жизни. Девочке казалось, что прошло уже не меньше часа. «Где же „Скорая“ и милиция? Почему так долго не едут?»

На самом деле обе машины приехали почти одновременно ровно через десять минут. Выскочившие под дождь медики и милиционеры застали печальную картину: мокрую продрогшую девушку с посиневшими от холода губами и распростертое на земле тело бесчувственного парня.

Пока врач осматривал Егора, Ане пришлось повторить свой рассказ. Она постаралась вспомнить все с того момента, как наткнулась на грабителей, и подробно описала Селедку и Серого, умолчав только о давней вражде.

Егор пришел в себя, едва машина тронулась. Он вдруг открыл глаза и уставился на Аню.

— Он очнулся! — вскрикнула Стрелка. — Он открыл глаза!

В больнице врач, осмотрев парня, удовлетворенно кивнул.

— Ну ты, брат, в сорочке родился! Синяков и ссадин не пересчитать, а перелома — как будто ни одного! Похоже, ты умудрился отделаться только легким сотрясением. Глядишь, на выходные домой отпустят!

Аня с облегчением перевела дух и улыбнулась Егору. Однако тот никак не отреагировал. Сжав губы и нахмурившись, парень молча смотрел в одну точку и выглядел так, как будто бы перед ним вдруг встала неразрешимая задача.

Глава 12 Побег

Егор молчал, когда врач в приемном отделении расспрашивал его, молчал, когда медсестра пыталась выяснить его имя и адрес. Не заговорил он и тогда, когда его отправили в палату.

— Доктор, что с ним? — глядя вслед, спросила Аня — она все время была рядом, и сердце переполнялось жалостью.

— Последствия шока. Результат падения и сильного удара головой.

— А когда это пройдет?

— Трудно сказать, — уклончиво ответил врач. — В таких случаях значение имеет окружающая обстановка. В благоприятных условиях выздоровление наступает быстрее. Так как, ты говоришь, его фамилия? И адрес?

— Я не знаю, — честно ответила Аня. — Мы с ним только сегодня познакомились.

— Что ж, сегодня, так сегодня, — покачал головой врач. — Но в ближайшие дни это надо выяснить и сообщить его родителям — нужны его паспорт и полис. И не волнуйся, все будет в порядке. Иди домой. Звони в справочную, и тебе все расскажут про твоего приятеля. Если хочешь, можешь навестить его — у нас посещения ежедневно с пяти до семи.

…Егор стоял у окна и молчал. Соседи по палате уже поняли, что пытаться заговорить с ним бесполезно. За спиной «немого» новенького пациент в синей пижаме со вздохом покрутил пальцем у забинтованного виска. Трое других, разыгрывающих партию в дурачка, понимающе кивнули.

— Эй, партизан! Ты бы лучше лег! — крикнул Егору лежащий у стены мужичок с ног до головы в бинтах. — Ушибленному организму отдых нужен.

Но Егор продолжал молчать, никак не показывая, что слышал.

— Так он, может, того? Не только немой, но и глухой? — высказала предположение Синяя Пижама.

— Точно! Глухонемой! — кивнул один из игроков. — Не повезло бедолаге.

— А у нас в деревне и не такое было, — сказал мужичок у стены. — Одной бабе бревно по голове стукнуло. Так она целых пять лет молчала! А заговорила, когда на нее кирпич с крыши упал.

— Она у вас что, на стройке прорабом работала? — загоготали игроки.

— Не-а, дояркой на ферме! Здание старое, разваливалось, а на ремонт денег не хватало.

Все взглянули на Егора, ожидая его реакции на веселый рассказ. Но тот не слышал разговора. Боли от ушибов он тоже не чувствовал. Парень молча смотрел на прыгающие под дождем листья, а потом потянулся к щеколдам и открыл окно.

— Э-э-э! Ты чего это, парень! — Мужичок у стены натянул на себя одеяло. — Закрой! Холодно ведь!

Но остальные поддержали Егора:

— Молчи, Семеныч, дай хоть чуть-чуть воздуха глотнуть! Всю палату прокурил, дышать нечем.

— А где же мне курить-то! Я не виноват, что на цепи! — плаксиво оправдывался мужичок, демонстрируя закованную в гипс ногу на вытяжке.

От свежего, пахнущего сиренью и дождем воздуха Егору стало легче. Правда, не настолько, чтобы улеглось беспокойство. Он действительно на время стал глухим и немым. Не потому, что не мог слушать и говорить, а потому, что пребывал в смятении, которое постепенно сменялось отчаянием.

Он ничего, абсолютно ничего не помнил! Ни своего имени, ни возраста, ни адреса. Придя в себя, он обнаружил, что мир стал чужим. Он не узнавал людей, которые были вокруг, — а может, и не должен был их узнавать? Он не помнил, что с ним случилось. В приемном что-то расспрашивали о катании на роликах — так это он на них катался? Оказалось вдруг, что у него нет ответа ни на один вопрос, а вопросов — миллионы. Воспоминания исчезли, их как будто стерли ластиком. Он ощущал себя потерянным, брошенным, испуганным и страшно одиноким.

«Отвлекись, — уговаривал он себя. — Так нельзя. Если ты еще немного подумаешь об этом, то сойдешь с ума!»

Но он не мог не думать. Разум отчаянно искал выхода. Должен же быть хоть кто-то, кто помог бы ему! Но кто? Рассказать врачу? Тогда его запрут в психушку. Поделиться с соседями по палате? Да они его на смех поднимут. Неужели выхода нет? Парень совсем было пал духом, когда случилось чудо.

В сумерках за окном он увидел девушку. Она медленно шла по кленовой аллее, плечи устало поникли под тяжестью рюкзака.

— Аня! — сказал Егор.

Это было первое слово, что он произнес за последние часы. Первое, что вспомнил с тех пор, как очнулся!

— Братва, гляди-ка! У партизана голос прорезался! — изумленно присвистнул парень в синей пижаме. Он пытался настроить стоящий на столе маленький телевизор на программу новостей. — Триумф отечественной медицины! Больной выздоровел через два часа после госпитализации!

— Давай, парень, давай! Изобрази еще что-нибудь! — принялись подбадривать Егора остальные.

— Аня! — повторил Егор уже громче, удивляясь самому себе. Ее имя было единственной ниточкой, связывающей его с окружающим миром.

Девушка не обернулась: из-за дождя она не слышала окрика.

И тогда Егор вскочил на подоконник и закричал что было сил:

— Аня! Постой! Не уходи!

Девушка вздрогнула и остановилась. А потом обернулась и увидела, как из проема освещенного окна под восторженный рев больных навстречу ей шагнула фигура Егора. Аня метнулась обратно и успела подскочить к парню как раз в момент, когда тот приземлился на газон. Прыжок с подоконника второго этажа был не таким уж страшным, но все же достаточно опасным.

— Ты что! Сумасшедший! — набросилась она на смельчака. — Не нападался еще? Синяков тебе мало?

— Забери меня отсюда! — твердил Егор. — Пожалуйста! Забери, или я сам сбегу.

— Ну, хорошо, — неуверенно проговорила Аня. — Давай попробуем… Где твои вещи?

— Там, наверху, — Егор показал на окно. — Эй, народ! Скиньте мое барахло!

— Держи! — На газон рядом с ребятами упал тюк с одеждой и рюкзак.

Обитатели палаты столпились у окна. Телевизор был забыт.

— Что там? Чего там происходит? — волновался Семеныч.

Он отчаянно стучал кулаком по стене, пытаясь привлечь к себе внимание.

— Партизан и девчонка сбежали! — возбужденно комментировал парень в синей пижаме. — За ними гонится охрана. Да куда им, боровам, они и бегать-то не умеют!

— Поужинали только, вот и отяжелели, — усмехнулся Семеныч.

— А наши-то, наши! Гляди, что вытворяют! Ролики надели. И теперь смываются от охранников на роликах! Ух ты! Вот это класс! Особенно девчонка. Я бы в такую и сам влюбился!

— Да, любовь — страшная сила, — вздохнув, проговорил Семеныч. — Вот у нас в деревне…

Но его никто не слушал. Все продолжали обсуждать необычное происшествие.

— Как они перед троллейбусом прошмыгнули! Это же просто экстрим какой-то!

— А девчонка-то, ракета! Как она «мерс» подрезала! Пигалица, а такое на роликах вытворяет!

— Неудивительно, что парень заговорил. У меня бы от такой тоже голос прорезался!

— Вон, смотрите, охранники возвращаются. Сейчас придут к нам дознание проводить.

— Пусть идут. Уж мы им скажем! Уши завянут.

Глава 13 Я ничего не помню!

— Ты уверен, что мы все делаем правильно? — спросила Аня, когда они, избавившись от преследователей, отъехали от больницы на безопасное расстояние.

Егор кивнул. После побега он чувствовал себя гораздо лучше.

Ребята медленно катились по мокрому тротуару.

Прохожих в это вечерний час было немного, хотя дождь и прекратился.

— Слушай… А почему ты молчал тогда в больнице? Когда тебя врач расспрашивал? Нарочно или… или, может, нам все-таки стоит туда вернуться?

— Нарочно. Понимаешь, я… В общем, я ничего не помню.

— Как это? — от удивления Аня не успела затормозить и, врезавшись в бордюр, едва устояла на ногах.

— Только тебя… Твое имя. А все остальное — забыл.

— Все-все?

— Все-все. Потому и молчал. Подумал, сейчас начнут спрашивать про день недели, число, год, месяц… Выяснят, что я ни бум-бум, и отправят в психушку.

Пораженная, Аня чуть было не сказала: «А может, тебе и вправду туда надо?» — но вовремя спохватилась. «Какая же я бесчувственная!» — мысленно обругала она саму себя. Парень надеется на нее, ищет защиты, а она малодушно хочет отгородиться от его проблем.

Потом девочка чуть не спросила: «И что же нам теперь делать?» — но поняла, что глупо задавать такой вопрос. Это ей предстоит решать, что делать! Это ее имя хранила его память! И это она помогла ему удрать из больницы! Так что теперь вся ответственность на ней.

Но как же быть? Что делать с совершенно чужим человеком, о котором она не знает ничего, кроме имени? Кстати, надо бы и его поставить в известность, а то, может, он надеется, что они в один детский садик ходили и она знает его предков до пятого колена.

— К сожалению, помочь тебе прямо сейчас я не могу, — вздохнула Аня. — Мы знакомы от силы полдня.

— Сколько? — переспросил пораженный парень.

— Несколько часов! — повторила Аня. — Познакомились на тренировке. Ты — Егор. Вот и все, что я о тебе знаю. Еще могу сказать, ты здорово катаешься на роликах. Но это ты и сам теперь видишь.

— Да, негусто, — озадаченно почесал затылок Егор. — Интересно, почему же я тогда помню только твое имя?

«Мне тоже интересно», — чуть было не сказала Аня. А потом, покраснев, взглянула на Егора. Он тоже посмотрел на нее. Их взгляды встретились и мгновенно разошлись.

Несколько секунд девочка соображала, а потом глубоко вздохнула. А чего она, собственно, запаниковала? Выглядит Егор неплохо, кости целы, вон как на роликах шпарит, лучше любого здорового!

А значит… Значит, выход есть, и очень простой. Не она ли, спровадив предков на майские праздники на дачу, осталась в квартире совершенно одна? Игорь давно жил отдельно, так что полный холодильник продуктов и приличный запас денег предназначались исключительно для нее. И, кстати, ведь есть же еще соседка, Зоя Михайловна, врач-терапевт!

— Знаешь что! Сделаем так. Едем ко мне. Не волнуйся, шнурков в стакане нет! Предки на даче, брат живет отдельно. Пока не разберемся, что к чему, побудешь у нас. Я думаю, это ненадолго. В конце концов, личность ты заметная, тебя уже наверняка хватились и ищут.

Они катились по вечернему городу, прохожих становилось все меньше, а роллеров — все больше.

— Скоро соревнования, — рассказывала Аня. — Собрался народ со всей России. Теперь разъезжаются из парка. Наверное, и ты приехал погоняться?

— Наверное, — пробормотал Егор.

Красоты ночного города не волновали его.

Когда ребята оказались у дома Ани, совсем стемнело. Вокруг было пусто и тихо, только у подъезда каталась на роликах какая-то девчонка. Она взглянула на парочку с неожиданной злостью, и Аня узнала ту самую, светловолосую, с которой обнимался Стас.

Поджав губы, Стрелка скинула рюкзак и достала ключи.

— Кто это? Почему она так смотрит? Ты ее знаешь? — забеспокоился Гоша.

— Так, видела один раз, — уклончиво ответила его спутница.

— Чертова башка! — с досадой шлепнул себя по лбу Егор. — Когда же ты все вспомнишь!

— Не бей себя по голове! — прикрикнула на юношу Аня. — От этого память не вернется. Доктор сказал, со временем и в благоприятной обстановке ты выздоровеешь сам собой.

— Со временем! И когда же это будет? Через год, десять, сто?

Дома было темно и тихо. Через распахнутую балконную дверь в комнату залилась дождевая вода. Аня скинула ролики, босиком пробежала в ванную за тряпкой.

— Иди на кухню и поставь чайник! — крикнула она Егору. — Помнишь, как это делается?

Парень пожал плечами и усмехнулся:

— А ты уверена, что я раньше умел?

— Тогда учись!

Она услышала, как он, тоже босиком, прошлепал на кухню. Вскоре оттуда донесся плеск воды и громкие ругательства.

Аня принялась подтирать пол, заодно убирая раскиданные вещи.

— Ну, как? — поинтересовалась она. — Справился?

— Вроде да, раз мы пока целы, — откликнулся тот, заходя в комнату. — Можно? — спросил он, показывая на стойку с лазерными дисками.

— Конечно! — Аня закончила уборку и вышла на балкон повесить тряпку. До нее донеслись звуки музыки. Энергичная композиция любимой группы, как всегда, заставила ее пританцовывать. Она вошла в комнату и поразилась унылому выражению Гошиного лица.

— Не угадал! — развел руками парень. — Мне показалось, что раньше я это любил.

— Тебе не нравится? Странно… А вообще, забей. Вкусы у людей разные. Моим предкам тоже не нравится, — успокоила его Аня.

— А что ты слушаешь?

— Больше радио, — Аня назвала любимую волну. — А так — вот мои диски, это — предков. Выбирай! А я на кухню.

Не желая утруждать себя готовкой, Аня принялась вытаскивать из холодильника продукты. Она слышала, как Егор в комнате менял CD. Наконец он остановился на одном — это был фортепьянный концерт Грига, любимый диск родителей. Бравурные аккорды напомнили Ане детство, когда родители водили их с Игорем в консерваторию.

— Иди есть! — крикнула она Егору.

— Я погромче сделаю, ладно? — отозвался парень.

Под аккомпанемент грянувшего оркестра он, дирижируя, пришел на кухню.

— Вот это класс! — восхищенно прокомментировал он.

— Антиквариат, позапрошлый век, — пренебрежительно скривилась Аня.

— В каком смысле?

— В прямом. Эдвард Григ жил и творил в девятнадцатом веке. Больше ста лет назад!

— А что, тогда уже музыку сочиняли? — удивился Гоша. Заметив раздражение Ани, он вернулся и выключил проигрыватель. — Я думал, тебе нравится! Диск был среди твоих.

— Наверное, родители по ошибке ко мне на полку поставили, — пожала плечами Аня.

— И как же я теперь восстановлю свои музыкальные вкусы?

— Переслушай все заново! — посоветовала девочка. — Угощайся, меломан! — сказала она, подводя его к столу.

Гоша, преувеличенно нахмурившись, разглядывал разложенные на столе продукты.

— И это все едят? — с лукавой улыбкой уточнил он.

— Почти, — ответила Аня. — Кроме этого, этого и этого! — показала она на стаканы, ножи и тарелки.

— А это вкусно? — Гоша с нарочито глупым видом разглядывал баночку с икрой.

— Мне нравится.

— Отлично! — Парень вывалил в тарелку полбанки и начал есть икру вилкой. — Потрясная еда! Кстати, у меня такое чувство, что я этого раньше никогда не ел. Все-таки в потере памяти есть своя прелесть!

Глава 14 Неожиданный визит

Звонок в дверь раздался около полуночи. Егор и Аня сидели на диване в гостиной и смотрели по DVD-плееру очередной фильм. Двумя часами раньше, обнаружив Анину видеотеку, парень в который раз порадовался потере памяти. «Столько новых фильмов! — застонал он в предвкушении. — Я же ни одного не помню! „Пираты Карибского моря“ — это здорово?» — «Здорово, здорово, — успокоила его Аня, вручая пульт дистанционного управления: она изо всех сил пыталась создать гостю благоприятную обстановку. — Садись и смотри!»

Звонок застал их за третьим по счету фильмом.

— Ты кого-то ждешь? — Егор, нахмурившись, повернулся к Ане.

— Вообще-то нет, — озабоченно ответила она и пошла открывать.

Это был Стас. Оттолкнув девочку от двери, он ворвался в квартиру.

— Стой! Ты куда? — Аня схватила его за куртку.

— Где он? — рявкнул Стас.

— Кто?

— Рыжий! Он тут, у тебя!

— А тебе какое дело? — огрызнулась Аня. — Чего пришел? Иди к своей новой подружке!

Но Стас не слушал. Вырвавшись, он бросился в гостиную. Девочка метнулась следом, ожидая криков, скандала — Стас выглядел разъяренным. Она вбежала в комнату и, пораженная, застыла на пороге…

Диван был пуст. Егора не было. Даже плед, которым он недавно укрывался, был аккуратно сложен.

— Где он? — Стас носился по комнатам, открывая шкафы, потом побежал на кухню.

«Откуда он знает про Егора?» — недоумевала Аня. А потом вспомнила — девчонка у подъезда! Неужели донесла? Быстро… И близко же Стас с ней сошелся…

Затем ревнивец переместился в спальню, было слышно, как он кряхтел, ползая под кроватями. Потом настала очередь ванной и туалета — страх мешался в душе у Ани со смехом: ожидая, что Егор вот-вот будет обнаружен, она не могла не хихикать, представляя, как Отелло собирает пыль в труднодоступных углах квартиры.

Но куда же и в самом деле подевался Егор?

Убедившись, что соперника в квартире нет, приятель Ани поутих.

— Извини, я чего-то не того, — совсем другим тоном произнес он, быстро превратившись в прежнего Стаса.

— Да уж, — сухо ответила Аня: она не собиралась давать ему поблажку.

— Знаешь, я… — начал Стас, но Аня, толкая верзилу обеими руками, быстро выставила его.

— Завтра! — сказала она. — Все скажешь завтра. А сейчас уходи. Вдруг соседи тебя увидят. Что они подумают, если застанут у меня ночью парня!

Выпроводив Стаса, девочка вернулась в гостиную. Егор, как ни в чем не бывало, снова сидел на диване.

— Где ты был? — воскликнула ошеломленная Стрелка.

Парень молча показал на балкон.

— Повисел немного. В качестве вечерней зарядки.

— Но у нас же восьмой этаж! — ахнула Аня.

— А разве это высоко? Хорошо, что я не знал! Еще одно преимущество! Кстати, пока я там висел, кое-что вспомнил.

— Да что ты! — обрадовалась девочка.

— Да уж. Все-таки немного испугался, пережил стресс — это прочистило мозги!

— И что же ты вспомнил? Что-нибудь важное?

— Ага. Теперь я знаю, почему твое имя — единственное, что сохранилось у меня в памяти.

— И почему же?

— Ты мне нравишься!

Аня, вспыхнув, потупилась. Признание Егора было неожиданным, хотя она в общем-то и догадывалась. Он ждал ответа, но что она могла сказать? У нее был другой, а с Егором она познакомилась только назло Стасу. Будь Егор здоров, они бы давно объяснились — Аня не была кокеткой и не хотела никого обнадеживать. Но как теперь сказать? В его состоянии это может стать новым ударом. Так ничего и не ответив, Стрелка поспешно вышла из комнаты.

На кухне она открыла холодильник, вытащила банку газировки.

— Тот, который приходил, твой парень? — Егор возник у нее за спиной так неожиданно, что девочка вздрогнула.

— Да, — кивнула она, а потом села прямо на пол, открыла банку и глотнула холодной воды.

— Я так и понял, — вздохнул Егор. — Поэтому и вылез на балкон.

Он принялся босиком шагать вокруг Ани, громко шлепая по линолеуму.

— Я все думаю, а вдруг и у меня есть девчонка, а я про нее ничего не помню. Вот прикол! Тебя, почти постороннего человека, сразу вспомнил, а про нее — ничего!

— А может, у тебя не было девчонки?

— Разве похоже?

— Я не это имела в виду! — засмеялась Аня.

— А что?

— Ну, может, ты в простое или в пролете… Мало ли как бывает!

— Слушай, а что, если я — инопланетянин? — вдруг предположил Егор. — Упал с тарелки…

— Прямо ко мне на диван. Точно! А я-то думаю, откуда у тебя глаз на затылке и чешуя на спине!

— Да? — обрадованный Егор ощупал затылок и разочарованно вздохнул. — Гонишь! Нет никакого глаза. Значит, я самый обычный землянин.

— Ну вот, видишь! Кое-что все-таки вспомнил. Хотя бы свое основное место жительства в Солнечной системе.

— Дай глотнуть! — Егор плюхнулся рядом с Аней, взял протянутую банку, со стоном отхлебнул. — Ух, хорошо! А я от этого не окосею?

— Вроде не должен, — пожала плечами Аня, доставая очередную безалкогольную баночку, которую они тоже распили на двоих.

— Слушай! — вдруг нахмурился Гоша. — А если я так никогда и ничего не вспомню? Что тогда?

— Тогда я возьму тебя под свое покровительство и разрешу жить на этом диване столько, сколько захочется.

— А твои шнурки?

— Куда он денутся! Соврем им что-нибудь. Скажем, например, что ты мой муж.

— Правда? — восхитился Егор. — Тогда я не собираюсь ничего вспоминать до конца своих дней!

— Ладно, пошутили и хватит! — Аня закрыла холодильник и вскочила на ноги. — Марш на диван! Завтра рано вставать.

— Есть, командир! А что мы будем делать потом?

— Ночью? Спать, естественно!

— Да нет, утром.

— Тренироваться, что же еще!

— Все! Я отказываюсь от воспоминаний! Начинаю новую жизнь! — торжественно произнес Егор.

— Хорошо, хорошо, — приговаривала Аня, выталкивая его с кухни. — Начинай. Только завтра!

Уложив Егора, девушка отправилась к себе в комнату, забралась в кровать. Она уже почти уснула, когда из гостиной донесся голос:

— Ань! Ты спишь?

— Да! — огрызнулась она, думая, что никогда не встречала более неугомонного парня.

— А я нет! — сообщил он. — Никак не могу уснуть. Боюсь. Мне кажется, когда я проснусь, снова все позабуду. По-моему, сегодня мы смотрели такой фильм…

— Забей! — сонным голосом перебила Аня. — Если ты все забудешь, я тебе заново расскажу.

— Да? А если ты наврешь? Откуда я знаю, что тебе можно верить?

— Не хочешь, не верь! — отрезала девочка. — А сейчас дай поспать.

— Ань! Скажи хотя бы, где можно взять бумагу и ручку.

— На кухне, на холодильнике, — пробормотала Аня, засыпая.

Глава 15 Встреча в парке

Утро было солнечным и теплым. Аню разбудил шум за окном — несмотря на выходной день, во дворе работал отбойный молоток. «И кому это не спится!» — подумала девушка, переворачиваясь на другой бок, но тут же вскочила: всю последнюю неделю эти звуки были ее «будильником» — ремонтные работы начинались ровно в шесть.

В семье удивлялись твердости Аниного характера: она жила строго по расписанию, даже для развлечений было выделено определенное время. Наверное, поэтому у нее не было близких друзей и подруг в школе — никто не выносил «занудства» Королевы роллеров. Одноклассники даже шутили, что дружить со Стрелкой — это все равно, что жить в поезде. «Остановки строго по расписанию! 6. 00 — подъем, 12. 00–13. 00 — дружба, 17. 00–17.15 — любовь. В остальное время — ролики, ролики, ролики! Опоздание на три минуты карается штрафом!» Даже родители не всегда понимали девочку. «Ань, почему бы тебе не расслабиться? — не раз уговаривала ее мама. — Зачем в выходные и каникулы вставать в шесть утра?» На что Аня отвечала: «Ролики — это и есть расслабление! От школьной жизни. А уроки — расслабление от роликов».

Она действительно каждый день вставала в шесть утра. Это было удобно: в сезон можно было целый час кататься по совершенно пустым улицам. Зимой Аня тоже каталась, но на коньках во дворе.

Пока еще ей не удалось встретить человека с таким же ритмом жизни. Окружающие — и родственники, и друзья — любили поспать. «Я сова, — объяснял ей Стас, когда она пыталась привлечь его к утренним тренировкам. — Для меня встать в шесть утра — немыслимо! Нормальные люди в это время только ложатся».

Решив, что и Егор из «нормальных» людей, Аня тихо прошла на кухню.

На столе лежала записка.

«Тому, кто ничего не помнит.

Убогий, подойди к зеркалу (это такая стеклянная хреновина, висит на стене и все отражает) и посмотрись в него, — прочитала Стрелка. — Ты увидишь там баклана, которого зовут Егор. Это — ты. Если хочешь узнать подробности, обратись к Королеве по имени Аня. Это твоя сестра. Она может предсказать тебе судьбу и все такое».

Усмехнувшись, Аня открыла холодильник, и тут на кухне возник «убогий». Качаясь, он стоял в дверях, удивленно смотрел на Аню и держался за голову.

Аня протянула ему записку.

Егор прочел ее и кивнул.

— Почему же башка так трещит? — простонал он.

— Ты вчера напился, — сообщила ему Аня.

— Да? Ничего не помню! — жалобно ответил Егор. — И сколько же я выпил?

— Полбанки пепси и полбутылки спрайта.

— А! Да-да. Было. Но ты же говорила, от этого не косеют.

— Смотря кто, — ответила Аня. — И смотря сколько выпить.

— И что же теперь делать? — Гоша выглядел несчастным.

— Спать, что же еще! — пожала плечами Аня, собирая рюкзак. — Иди на диван и отсыпайся!

— А ты куда?

— Утренняя пробежка! — объяснила девушка.

После ночного дождя на улице было свежо, остро пахло молодой зеленью. Верхушки деревьев и крыши домов розовели в лучах восходящего солнца.

Любимое время Ани. На пустых тротуарах можно свободно разогнаться до максимальной скорости. За одну тренировку в спящем городе роллерша успевала доехать до парка, покататься по дорожкам и вернуться домой.

Отталкиваясь быстро и упруго, девочка разогналась и вскоре почти летела, едва касаясь ногами тротуара. Ветер свистел в ушах, бил в лицо, трепал волосы, а она набирала и набирала скорость. Дорога давно была выучена наизусть. Сейчас небольшой подъем, затем — поворот, не забыть, что там яма! Так, объехали, а теперь спуск до самого парка. Здесь можно разогнаться по максимуму, но это очень опасно, нужно сгруппироваться, быть предельно собранной: любое лишнее движение — и вылетишь с трассы.

Аня пулей ворвалась в парк. Не сбавляя темпа, она помчалась по дорожкам, радуясь скорости и ясному утру, но вскоре обнаружила преследователя, вернее, преследовательницу. Какая-то девушка, не отставая, ехала за ней по пятам. Аня слегка сбавила скорость и обернулась: ей было интересно разглядеть человека, тренирующегося в столь ранний час.

Оказалось, что это все та же противная светловолосая девица. Аня поднапряглась и с удивлением убедилась, что оторваться не так-то просто. Соперница была отличным роллером! Несмотря на все ухищрения, расстояние между девочками не увеличивалось. Противница демонстрировала катание, достойное Королевы! Пока что их неофициальное соревнование закончилось ничьей.

Оставалось одно — сбить девчонку со следа. В центральной аллее Аня на полном ходу нырнула в проем между кустами и начала петлять по одному из многочисленных разветвлений трассы.

Девица отстала. Аня немного сбавила темп, перевела дыхание и на повороте нос к носу столкнулась со Стасом.

— Ты?! — удивленно воскликнула девочка, увидев перед собой сонную унылую физиономию. — Ты что, ночевал здесь? — представить, что Стас встал в такую рань, было невозможно.

— Нет, тебя ждал, — голос парня звучал виновато. В руке он вертел камешек. — Хотел извиниться за вчерашнее. Я вел себя как полный кретин.

— А как тебе вообще могло прийти в голову, что я кого-то привела домой? — Аня решила воспользоваться моментом и выяснить все до конца.

Стас мялся и нес что-то невразумительное.

Поняв, что парень недоговаривает, Аня разозлилась:

— Знаешь что! Иди лучше досыпай. Ни к чему было так рано вставать!

Она сорвалась с места и, быстро разогнавшись, скрылась за поворотом.

Стас с досадой швырнул камешек в кусты. Ну вот! Ничего не вышло. А еще два будильника поставил, чтобы вовремя проснуться! Но он не мог рассказать про Марику, никак не мог. Он обещал.

Встреча со Стасом расстроила Аню. Вначале она подумала, что причина в том, что теперь уже нельзя доверять Стасу, как раньше. Но так ли это? А может, в ней говорит обычная ревность?

Стрелка снова выехала на главную аллею. Светловолосая была там. На этот раз Аня не стала убегать. Наоборот, резко затормозив, двинулась навстречу сопернице, решив поговорить начистоту.

Та не растерялась, а тоже остановилась и ждала, когда Аня подъедет.

— Да, это я рассказала Стасу о Егоре! — выпалила она так, как будто прекрасно знала, о чем пойдет речь. — Он ведь у тебя, так?

Аня промолчала. Она была ошарашена напором девчонки и тем, как много та знает.

— Значит, я никого не обманывала. А вот Стас врет тебе. И про нас с ним он не рассказал, так ведь?

Почувствовав укол в сердце, Аня вынуждена была согласиться.

— Стас боится, что ты начнешь мстить за то, что мы с ним встречаемся.

«Встречаемся!» — Аня подавленно молчала. То, что она говорила, было настолько невероятно, что не укладывалось в голове. Аня пожалела, что ввязалась в разговор, и в то же время не могла уехать, а со страхом ждала, что же соперница скажет дальше.

— Да-да! Уже целых три дня. Кстати, мы и тебя обсуждали. Знаешь, что я о тебе узнала? Что ты холодная и бесчувственная, как медуза. Сосулька, повернутая на роликах! Что, не правда? Между прочим, меня зовут Марика. Советую запомнить! — с этими словами она развернулась и покатила прочь.

Аня растерянно глядела ей вслед. Так вот, значит, как! Стас тайком встречается с этой… мегерой по имени Марика. И называет ее, Аню, «бесчувственной медузой» и… и «сосулькой!»!

К глазам подступили слезы. Она никак не ожидала от Стаса такого! Предатель! Жалкий трус!

С большим трудом Стрелке удалось взять себя в руки. Нельзя поддаваться слабости. Она обязана довести тренировку до конца! Но самовнушение не помогло. В первый раз в жизни Королеве роллеров не хотелось кататься…

Аня поднялась домой, открыла дверь и услышала голоса. Предки вернулись?! Час от часу не легче. Готовясь к худшему, девочка вошла в комнату.

Родители стояли возле дивана и озадаченно смотрели на спящего Егора. Парень во сне стонал и метался. Казалось, он с кем-то спорит или даже дерется.

— Аня, кто это? — спросила мама.

— Егор, — ответила Аня. Будь что будет, — решила она.

— И давно он тут?

— Со вчерашнего дня. Вернее, вечера.

— Что ж, бывает, — вздохнул папа. — И давно вы знакомы?

— Тоже со вчерашнего дня! Да вы не волнуйтесь, он нормальный парень, отличный роллер.

— Из твоей команды? — поинтересовалась мама.

— Нет. Из другого города. Мы вчера допоздна вместе тренировались, он не успел в метро, чтобы доехать до гостиницы, — все-таки врать получалось удивительно легко! А может, это и не ложь? Егор же и в самом деле не успел в метро! Хотя, честно говоря, не очень-то туда и рвался…

— Вы насовсем приехали? — поинтересовалась Аня.

— Нет. Новый парник забыли. Сейчас обратно!

— Жалко! А то бы я вас с Егором познакомила!

— Будем считать, что познакомила. Пусть спит.

Родители уехали, а Аня в очередной раз порадовалась, что у нее такие прогрессивные предки. Другие бы скандал устроили, а эти все понимают. Нормальные люди! Хоть и Грига слушают.

Она допивала сок и думала, рассказать ли Егору о встрече с Марикой или нет. После предательства Стаса ей казалось, что парень с амнезией — ее единственный друг.

Сон Егора был тяжелым и прерывистым: наваливались воспоминания, мелькали какие-то образы…

«Для тебя не должно быть ничего святого, кроме результата. Победа и только победа! Отбрось все лишние мысли», — внушал чей-то голос. Егор приглядывался, пытаясь узнать говорящего, но видел только черную тень, которая превращалась в ворона и улетала. «Не забудь про должок! — каркала птица. — Знаешь, что будет, если не расплатишься?»

Егор силился вспомнить, о каком долге идет речь, и не мог — даже во сне. Парень мучился — ведь от этого зависела его жизнь и судьба! — но тайники памяти не открывались.

Затем «картинка» сменилась: рядом появилась светловолосая девчонка. Лицо казалось знакомым, а вспомнить, кто она, не получалось.

«Я люблю тебя!» — жарко шептала она, обнимая его. Объятия становились все крепче, парень начал задыхаться, а девчонка превратилась в змею, которая опутала его, не давая шевельнуться. Змеиная головка качалась у самого его лица и шипела: «Не уходи! Не бросай меня!»

Егор проснулся в холодном поту и, ничего не понимая, уставился на Аню. Стрелка сидела за столом с пустым стаканом в руках, в глазах стояли слезы.

— Что случилось? — Увидев расстроенную Аню, Гоша мгновенно забыл о неприятном сне.

— Гош! Ты что-нибудь вспомнил?

— Во сне что-то вроде было, а теперь снова все забыл… А что?

— Понимаешь, сегодня я пообщалась в парке с одной девчонкой… Короче, мой парень встречается с ней тайком от меня.

— А ты поверила и расстроилась? Ну и ну! — присвистнул Егор. — Никогда бы не подумал, что тебя легко задеть. С виду — совсем наоборот. Короче, так. Забей и забудь! Тем более вы с ним квиты — мы с тобой тоже общаемся тайком от него. И вообще, мне бы твои заботы…

Аня посмотрела на парня, почувствовав и стыд, и облегчение.

— Как ты себя чувствуешь? — перевела она разговор.

— В смысле, не упаду ли я с роликов? И не надейся! Все в порядке. Голова не болит, ноги тоже. Ты за мной еще побегаешь…

— Это я-то? Да ты хоть представляешь, с кем разговариваешь?

— А как же! С моей самой преданной фанаткой. Ты мне давно уже проходу не даешь! А сейчас, воспользовавшись моей временной забывчивостью, затащила к себе и используешь на полную катушку! — в глазах Егора прыгали веселые чертики.

— Да ты… Да я тебя! — Схватив со стола журнал, Аня погналась за Егором, норовя хорошенько стукнуть.

Парень ловко увертывался, перепрыгивая через стулья и бегая вокруг стола. Пару раз ей все же удалось достать Егора, и каждый раз, когда журнал опускался его на голову, парень смешно, совсем по-девчоночьи взвизгивал. Потом он выскочил на балкон и, отбиваясь от Аниных ударов, закричал во весь голос:

— Помогите! Спасите! Режут! Убивают!

— Ты что, дурак! — Аня, хохоча, принялась закрывать ему ладонью рот. — Сейчас сюда весь двор сбежится!

— А мне плевать!

И тут раздался звонок в дверь.

— Вот видишь! — воскликнула Аня. — Это, наверное, соседи.

Она оказалась права.

— Аня! Ты одна дома? Что там у вас? — в квартиру заглянула соседка Зоя Михайловна, тот самый доктор, которой тут же решено было показать Егора.

Вердикт врача был обнадеживающим: «Практически здоров». Однако, учитывая обилие синяков и ссадин, пострадавшему рекомендовали не переутомляться и не перегреваться на солнце.

— Тренироваться-то можно? — жалобно спросил Егор, натягивая футболку.

— Можно. Только недолго.

О том, что Егор ничего не помнит, доктору не сказали…

Глава 16 Необъявленное расследование

Павел Кузьмич стоял на дорожке и вертел в руках синюю кепку с желтым козырьком. У него был выходной день, и он был в штатском. Вообще-то охранник просто пришел отдохнуть в парк с семьей, но вчерашнее происшествие выбило его из колеи. Вроде и не его это дело, он ведь после сорока лет работы в милиции ушел на пенсию, подрабатывает теперь в охране парка. И все же по давней привычке, старой памяти и тоске по «живому» делу решил помочь своим и провести частное расследование. Казалось бы, все ясно: хулиганы напали на роллера с целью грабежа, оглушили, но вовремя вмешалась боевая девчонка, потом подоспела милиция, и теперь нарушители порядка сидят за решеткой. С такими случаями приходилось сталкиваться чуть ли не каждый день: мелкого хулиганства в парке хватало. Правда, настоящие грабежи были редкостью, да еще с нанесением телесных повреждений… Но все равно дело казалось простым, и, проведя успешное расследование, неугомонный страж порядка надеялся доказать себе и молодежи, что есть еще порох в пороховницах, и он, «старый конь», еще на что-то годен.

Однако проблемы стали возникать с самого начала.

Во-первых, пострадавший. Утром Павел Кузьмич выяснил, что парня в больнице нет.

— Куда же он делся? — удивился охранник, прибывший, чтобы побеседовать с медиками.

— То ли сбежал, то ли его забрали, — пожал плечами врач. — Дежурный уже ушел и не оставил никакой информации.

Дружно пожимая плечами и отводя глаза, отказались отвечать и охранники, и соседи Егора по палате.

— Мы и знать ничего не знаем. Ни имени, ни фамилии, ни кто он, ни откуда! Да был ли мальчик-то?

— Ну и порядки у вас! Вернее, беспорядки, — возмутился Павел Кузьмич.

Это была его первая неудача. За ней последовала вторая: кепка. Странно, но охраннику так и не удалось выяснить, какая из команд выбрала эти цвета: в оргкомитете соревнований головной убор не признал никто.

— У нас на синем поле желтые сектора, — сказали представители Екатеринбурга. — А козырек двухцветный! Спросите у Владивостока, может, это их.

Но Владивосток тоже не прояснил ситуацию.

— У нас наоборот — кепка желтая, а козырек синий! — объяснили охраннику.

Однако больше всего Павла Кузьмича беспокоило то, что за целые сутки с момента исчезновения парня никто об этом не заявил. Сыщик уже навел справки в оргкомитете, переговорил с тренерами, однако выяснить ничего не удалось. Не было заявлений и о пропаже «своих» — он проверил это по милицейским каналам. Он даже, кляня свое неумение, провел поиск в Интернете, но нет, никакого шума и суматохи по поводу исчезновения спортсмена.

Неудач Павел Кузьмич не любил. Поэтому теперь, отправив семью на аттракционы, он бродил по дорожкам, поджидая Аню. Почему-то ему казалось, что девчонка может обо всем этом что-то знать.

Вместо Ани Павел Кузьмич увидел Стаса — парень вопреки обыкновению был один. Потом в парке наконец появилась и девочка — тоже одна.

Сыщик двинулся было наперерез, но Стрелка набирала скорость… Он остановился — не гоняться же за ней, как мальчишке! Да и как догнать, если она на роликах. Павел Кузьмич решил поступить иначе — устроить засаду. Отследив маршрут Королевы, он сел на скамейку и стал поджидать, когда «добыча» сама прикатит к нему в руки.

Так и получилось. Аня мчалась на большой скорости, но охранник успел ее окликнуть.

— Куда парня дела? — прямо спросил он, когда девочка подъехала.

— Не скажу, — Аня упрямо мотнула головой. — Это тайна.

— Дело твое. Смотри только, не навреди ему.

— С ним все будет в порядке. Его сегодня смотрел врач.

— Ты понимаешь, что Егор должен дать показания?

— Он… он не может, Павел Кузьмич, — пробормотала Стрелка.

— Почему? — Охранник испытующе посмотрел на девочку.

Аня секунду помедлила, потом решилась.

— Он ничего не помнит! — выпалила она. — Потерял память. Врач сказал, что нужен покой и благоприятная обстановка, тогда память вернется.

— Так-так… — Павел Кузьмич задумчиво покрутил ус.

— А его никто не искал? — спросила Аня.

— Никто, — ответил сыщик. — Вот это-то меня и удивляет.

— А может, вы сами попробуете что-нибудь узнать о нем? — Аня с надеждой посмотрела на Павла Кузьмича.

— Этим я как раз и занимаюсь. Только вот что: раз уж ты взяла на себя ответственность за человека, присматривай за ним, хорошо? Будь рядом, не оставляй одного. По крайней мере, пока мы не выясним, кто он и откуда.

— Само собой, — кивнула Аня.

— Если кто-то будет интересоваться им, дай мне знать!

— Хорошо. И вы мне тоже скажите, если что-нибудь узнаете!

— Конечно! И еще. Раз уж у тебя появилась тайна, пусть она пока тайной и останется. Договорились?

— Ладно, — кивнула Аня.

Теперь, когда к делу подключился Павел Кузьмич, она почувствовала себя увереннее. Но ее уверенность пошатнулась бы, если бы она увидела мелькнувшую среди деревьев фигурку стройной блондинки в черной кепке. Тайна, которую они с пожилым сыщиком договорились беречь, как зеницу ока, была только что раскрыта…

Глава 17 Загадочные перемены

Те, кто хорошо знал Королеву роллеров, были поражены. За два дня до начала соревнований она начала появляться на Поклонке с никому не известным парнем!

Их видели и в пестрой толпе, которая медленно и вальяжно спускалась по Свадебной аллее. Их встречали и среди одиночек, накручивающих километры на уединенных дорожках. Они тренировались на лестнице и перилах, сидели за столиком кафе и выглядели абсолютно довольными жизнью.

Но и Стас был не один. Его тоже как подменили. Как ни в чем ни бывало, он носился по парку в компании стройной блондинки в черной кепке. Роллеры поражали окружающих скоростью, классом катания и невероятным трудолюбием: в последние дни перед соревнованиями они доводили себя до изнеможения, покидая парк поздней ночью, при свете фонарей.

Но тот, кто подслушал бы разговоры Ани и ее нового приятеля, был бы удивлен: за маской беззаботности и безмятежности скрывалось недоумение и разочарование.

— Почему меня никто не ищет? — волновался Егор. Несмотря на поддержку Ани, он чувствовал себя одиноким и потерянным. — Почему меня все забыли? Неужели я никому в этом мире не нужен?

Что Аня могла ответить? Только успокоить теми немногими словами, которые она находила, ну и, конечно, отвлечь усиленными тренировками и нагрузками. Ролики вылечат любую хандру! Она знала это по собственному опыту, и пока еще любимый вид спорта не подводил.

Между тем подготовка к соревнованиям шла своим чередом. На трассы, которые были выбраны для гонок и слалома, нанесли разметку, перед монументом огородили площадку для роллердрома, рядом соорудили деревянные трибуны. Затем подвезли реквизит — горки, рампу, трубы и трамплины.

Вечером накануне соревнований была проведена жеребьевка, каждая команда получила свой номер. Но желтые кепки с красными козырьками из команды «Факел» тоже чувствовали себя брошенными: последние дни Королева сторонилась их, избегала встреч и разговоров. Хваленое нерушимое братство дало трещину…

Глава 18 Независимый участник

— Где Аня? Неужели она не придет? — волновались сидящие в третьем ряду ребята в желто-красных кепках. Это была команда Ани. Роллеры нервничали — церемония открытия соревнований должна была начаться с минуты на минуту, а Королевы все не было.

— Если Стрелка не появится, я на старт не выйду! — объявил крепкий, коренастый паренек Гришка, прозванный за любовь к разным металлическим фенькам Терминатором.

— И я не выйду! — поддакнула девочка Лена. За бесстрашие в драке и увесистые кулаки она получила прозвище Гиря.

— Конечно, без Ани нам ничего не светит, — согласился тощий высокий Витя Макарона. — Но, честно говоря, мне бы приз не помешал.

— Да уж! Кому помешает тысяча баксов! — усмехнулся Терминатор.

Стас в беседе не участвовал. Хмуро уставившись в одну точку, он никак не реагировал на реплики приятелей.

— А что бы ты с этими деньгами сделал? — поинтересовалась Гиря.

— Лодку бы себе купил, катамаран, — вздохнул Терминатор.

— Зачем? — удивленно воззрился на друга Макарона.

— По реке хочу сплавиться, с друзьями. Тебя вот приглашу, Гирю, Аню… Выберем на карте речку где-нибудь в самой глуши, и айда! Чтобы вокруг одна тайга, медведи, лоси, кабаны — и больше никого!

— Круто, — одобрительно кивнул Макарона. — Думаешь, одного куска хватит?

— Вообще-то должно. А может, и вы свои бабки захотите присоединить…

— Я бы рада, — покачала головой Гиря. — Но мне через год в институт поступать, а у предков на подготовительные денег нету. Так что я на этот выигрыш очень рассчитываю.

— А я компьютер новый собираюсь покупать, — мечтательно вздохнул Макарона. — Ноутбук. Мне этой тысячи только-только должно хватить!

— Ладно, все, — оборвал приятелей Гришка. — Ша! Забудьте о выигрыше. Если Аня сегодня не появится…

Но Королева пришла. Ворвалась на трибуны в тот самый момент, когда на деревянный помост вышел председатель оргкомитета. Вслед за девочкой между рядами пробрался и Егор.

Ребята с облегчением перевели дух. Один только Стас стал еще угрюмее. Бросив на парочку гневный взгляд, он отвернулся и с преувеличенным вниманием уставился на председателя.

— Дорогие участники соревнований! — начал тот, дождавшись, когда роллеры угомонятся.

— Ты где была? — прошипела Гиря, когда Аня и Егор втиснулись на скамейку между ней и Гришкой.

— Дела, — коротко бросила Аня.

— Оргкомитет рад приветствовать вас на празднике спорта, молодости и здоровья! — усиленный динамиками голос председателя разносился по самым дальним уголкам парка.

— Какие у тебя могут быть дела? — сердито прошептал Гришка.

— Личные, — отмахнулась Аня.

— Катание на роликах — сравнительно молодой вид спорта. Он не вошел пока в программу Олимпийских игр и в сетку официальных международных соревнований. Но, как вы все знаете, вскоре это случится! — продолжал председатель.

— Ребята, знакомьтесь, — проговорила Аня. — Это Егор. Мой друг.

— Из какой команды? — ревниво оглядев будущего соперника, спросил Стас и проигнорировал протянутую Егором руку.

— Независимый, — пояснила Аня с упавшим сердцем и подумала: «Плохой знак». Не перегнула ли она палку, наказывая его за встречи с Марикой и не делая шагов к примирению? После того приступа ревности, когда Стас ворвался к ней в квартиру, они так и не поговорили.

Ох, как все сложно! Как просто запутаться… То ли дело спорт, ролики. Здесь все прямо, честно, ясно. Выиграл — значит, заслужил. Проиграл — тоже поделом. Никаких интриг и обманов. Вот этим и надо заниматься! А не хождением по лабиринту в зыбком мире чувств…

Идея выставить Егора в качестве независимого спортсмена пришла Ане в голову накануне. Глядя, как старательно парень тренируется и как здорово у него получается, Стрелка вдруг подумала: а почему нет? Разве человек не имеет права выступать не за команду, а сам за себя, независимо? Бывают же независимые кандидаты в президенты, почему бы не в чемпионы?

Роллеры заявились в приемную оргкомитета сразу после тренировки. Потные подростки на роликах произвели на секретаршу явно не самое благоприятное впечатление. Поджав губы, представительная дама грудью встала на защиту кабинета начальства.

— Николай Андреич не принимает! — заявила она.

— Катание на роликах — сравнительно молодой вид спорта, — донеслось из кабинета.

Ребята не уходили, не зная, как поступить.

— Николай Андреич занят, неужели непонятно! — раздраженно повторила секретарша. — Завтра открытие соревнований, он репетирует речь.

— Мы готовимся к этому моменту, — снова донеслось из-за двери, — и когда это произойдет, наши спортсмены не должны упасть лицом в грязь.

— Ударить, Николай Андреевич, ударить! — выкрикнула секретарша, оттесняя Аню с Егором к выходу.

— Спасибо, Ангелина Ильинична! — поблагодарили из кабинета. — Не должны упасть… тьфу ты! Ударить, ударить, ударить лицом в грязь.

— Но нам очень нужно! — попыталась объяснить Аня. — Это важно!

Секретарша презрительно фыркнула:

— Ох уж эти роллеры! Нигде от вас нет покоя. Как вы не понимаете, что есть заботы и поважнее! Идите, идите отсюда. Не отрывайте людей от дела!

— От дела? — вспыхнула Аня. — Это вы-то делом занимаетесь? Да если бы не мы, у вас и дела-то никакого не было бы! Бюрократы несчастные!

— Ах ты… — начала было секретарша, но тут дверь открылась, и оттуда выглянул мужчина лет сорока, высокий, плотный, в очках, с умными, но беспомощными глазами, какие бывают у очень близоруких людей.

— Что за шум? — поинтересовался он и, увидев роллеров, приветливо улыбнулся: — А, ребята! Вы ко мне? Прошу!

Аня и Егор с гордым видом проехали мимо секретарши.

— Для начала давайте познакомимся. — Председатель представился и выжидательно посмотрел на ребят.

— Стрельникова Анна, — назвалась девочка.

— Егор… Стрельников, — пробормотал парень, опуская глаза.

— Так вы родственники?

— Это мой брат, — пояснила Аня, запнувшись лишь на какое-то мгновение.

— Скажите, а не вас ли называют Королевой роллеров? — с интересом посмотрел на девочку председатель.

Стрелка вспыхнула, опустила глаза. Ей хотелось провалиться сквозь землю. Но потом, решительно тряхнув головой, девочка с вызовом ответила:

— Меня, а что?

— Рад познакомиться! — Председатель широко улыбнулся. — И что же привело вас ко мне?

— Понимаете, тут такое дело… Егор тоже хочет участвовать в соревнованиях, но не успел записаться ни в какую команду. Нельзя ли допустить его как независимого участника?

Почесывая карандашом бровь, Председатель покачал головой:

— Почему вы не пришли раньше? Хотя бы утром. Боюсь, сегодня ничего сделать невозможно. Списки участников уже составлены и окончательно утверждены комиссией. О чем вы раньше-то думали?

— Мы тренировались, — вздохнув, объяснила Аня.

— Тренировались! Это очень похвально, но теперь я ничем не смогу вам помочь.

— Ну, пожалуйста! — взмолилась Аня. — В виде исключения! Он такой талантливый! И в отличной форме! Ему обязательно нужно участвовать!

Председатель забарабанил пальцами по столу, потом сказал:

— Ну ладно. Попробуем что-нибудь придумать. Ангелина Ильинична! — крикнул он, и секретарша вплыла в кабинет. — Списки участников у вас? Дайте их сюда, пожалуйста!

— Николай Андреич, сейчас за ними придет Борзунов…

— Борзунов подождет! Принесите списки.

Через минуту бумаги положили на стол, и имя Егора Стрельникова под дополнительным номером было внесено в раздел «независимых».

— Не могу отказать Королеве роллеров! — улыбнулся председатель. — Давай паспорт, — обратился он к Егору.

— А паспорт у него дома… — быстро нашлась Аня. — Мы не знали, что будет нужно…

— И медицинской справки нет?

— Нет…

— Ох уж эти мне спортсмены! Ладно. Под мою ответственность. И под твою! — строго сказал он Ане и, быстро написав что-то на бланке, отдал Егору: — С этой запиской отправляйся в медпункт, пройдешь медосмотр и — на старт! Но документы чтобы были у меня!

— Хороший человек, — вздохнула Аня, когда ребята вышли из кабинета.

— Ага. Стыдно обманывать… — согласился Егор.

Но оба были довольны, что план сработал.

Отменное здоровье не подвело Егора на очередном медосмотре, и теперь заговорщики сидели на трибуне и слушали приветственную речь председателя: — … вскоре случится. Мы готовимся к этому моменту! — несся над парком раскатистый голос. — И когда это произойдет, наши спортсмены не должны упасть, то есть, ударить лицом в грязь! Помните об этом! Вы — первые! Вам предстоит устанавливать рекорды и вписывать свои имена на чистые страницы истории нового вида спорта. Вам предстоит покорять вершины мастерства и славы! Вам предстоит восходить на пьедесталы и пролагать дороги для будущих поколений! Удачи, покорители скорости! Страна надеется на вас!

Глава 19 На старт!

Спонсорами и организаторами мероприятия выступили фирмы — производители роликов, прохладительных напитков, а также спорткомитет и мэрия. Освещать состязания съехались журналисты крупных телекомпаний, радиостанций, газет и журналов.

Призы разыгрывались как в командном, так и в личном первенстве. Программа соревнований включала гонки, фитнес-катание, агрессивное катание и многоборье. Количество спортсменов в команде не ограничивалось, очки для командного зачета засчитывались по трем лучшим участникам.

Целых три дня самым быстрым, ловким и бесстрашным роллерам страны предстояло оспаривать награды. Целых три дня должен был продолжаться великолепный, невиданный форум любителей быстрого катания.

В группе Ани собрались все ее друзья. Стрелке и Стасу предстояло участие в многоборье, остальные выбрали отдельные виды: Макарона — гонки, Гиря — фитнес, Гришка — трюки на рампе и трубе.

Соревнования начинались с бега на дистанцию тысяча метров. Предварительные забеги проводились одновременно в разных секторах парка, финал должен был состояться на главной аллее.

— Не волнуйся, — успокаивали болельщики Королеву. — Тебе выиграть — просто тьфу!

Аня и сама надеялась на это, но все равно испытывала предстартовый мандраж — сердце колотилось, коленки слегка дрожали. Сказывалось и нервное напряжение из-за истории с Егором и ссоры со Стасом.

Она поискала глазами обоих «виновников» — вон они, на параллельной дорожке: Стас с Егором на старте, Макарона готовится к следующему забегу. А вот и тот мелкий паренек, которому она несколько дней назад подарила защиту. Как его имя? Кажется, Андрюшка. Смотрит таким восторженным взглядом. Да и другие не спускают с нее глаз, то и дело выкрикивая:

— Давай, Стрелка! Покажи им!

Кроме Ани, старта ожидали еще три девочки, последняя участница опаздывала. А у парней все пятеро уже на месте. Именно с их забега и начались соревнования.

— На старт! Внимание! Марш! — скомандовал судья, дав свисток и отмашку флажком.

Гонка началась. Еще полсекунды назад парни были тут, рядом, а теперь уже их разноцветные бейсболки мелькают далеко впереди. Лидирует желто-красная кепка — это Стас, он вырвался вперед. Но вплотную за ним, словно прилипнув, летит другая, синяя, с желтым козырьком — Егор! Он идет вровень! Другие отстают, не в силах соперничать с асами.

Под рев болельщиков и скандирование: «Фак-кил!», «Фак-кил!» (Ах, прав был Гришка, придумавший это название: звучит — круче некуда!) — две кепки почти одновременно пересекают линию финиша.

Но кто же, кто победил? Затаив дыхание, Аня ждет объявления результата. Однако вместо этого слышит приглашение на старт: опоздавшая соперница заняла свою позицию.

Собрав волю в кулак, Аня наклоняется вперед, слегка приседает…

Казалось, еще только раздалась трель свистка и мелькнул красный флажок; еще болельщики не успели выкрикнуть ее имя; еще не назвали победителя первого заезда, а Аня уже пролетела почти половину дистанции.

Разве может кто-то соперничать с желто-красной кепкой? Она маячит далеко впереди, и болельщики ревут, свистят, топают ногами так, что от газонов того и гляди ничего не останется. Стрелой, молнией летит Аня, и все, как один, — свои, чужие, взрослые, дети — приветствуют ее.

Но кто это мчится следом? Она идет второй, хотя и сильно отстает. Черная кепка на светлых волосах, черные очки скрывают глаза… Соперница Ани — опытная гонщица, ноги мелькают, как лопасти пущенного на полную мощность пропеллера… Удастся ли ей догнать и обойти Стрелку? Нет, да она и не собирается. Наоборот, перед самым финишем вдруг сбавляет темп, словно решив не тратить силы. Все равно первой ей не быть! Но на предварительном заезде этого и не нужно — в следующий тур выходят две лучшие. Лучше поберечь силы для финала.

Так думает Марика (а это была именно она), но публика далека от расчетов. Поведение спортсменки не понравилось, ее финиш встретили разочарованными криками и свистом. Многие выставили вперед сжатые в кулак руки с перевернутым вниз большим пальцем — извечный жест недовольства.

Зато Аню приветствовали, как настоящую королеву. Ее закидали сиренью и тюльпанами, а Андрюшка, с трудом протолкавшись к окруженной поклонниками девушке, преподнес охапку одуванчиков.

— Я же говорил, что ты лучше всех! — с сияющими от восторга глазами выпалил он.

Результаты обоих забегов были объявлены минуту спустя.

Победителями стали Аня и Егор. Стас, как показал просмотр видеозаписи, проиграл сопернику лишь доли секунды. Комментаторы сразу же обратили внимание на одинаковые фамилии первых победителей, да и ребята были удивлены, но забеги следовали один за другим, и странное совпадение вскоре было забыто.

Когда Аня услышала про Стаса, сердце тронула жалость. Конечно, в следующий тур он прошел. Но она знала, что для ее честолюбивого друга любой проигрыш — унижение. Надо было найти его и подбодрить. А еще лучше — помириться, забыв обоюдные обиды.

Решившись сделать первый шаг, Аня почувствовала облегчение. И почему она так долго тянула с этим?

Глава 20 Примирение

Мобильник Стаса молчал. Поиски привели Аню в безлюдный уголок парка, где парень лежал на газоне и курил, глядя в голубое небо.

— Ты же не куришь! — воскликнула Стрелка, выхватив и затушив сигарету.

— Теперь курю, — равнодушно бросил Стас, доставая из пачки новую.

Аня расправилась и с этой. Тогда он достал следующую, потом еще, еще… Пачка опустела, вокруг на газоне валялись изломанные окурки.

— Тебя посадят за загрязнение окружающей среды, — вяло пошутил Стас.

— Может, среду я и загрязнила, зато воздух — очистила! — отрезала девочка. Она собрала окурки, отнесла в урну. Потом вернулась, присела на траву рядом с парнем. — Ну что? Наигрался?

— Зря стараешься! Мне все параллельно. Жизнь кончена. Любимая девушка изменила, соперник обыграл…

— Да! Остается только утопиться.

— Или повеситься! Заманчивая идея. Это все, что ты мне можешь посоветовать?

— Будь ты мужиком, я бы посоветовала тебе забить на все и идти кататься. А с тряпкой мне трудно…

— Ань, прекрати! — Стас, резко поднявшись, сел. — Зачем ты сюда пришла? Только душу травишь. Сигареты вон выкинула. Не надо меня лечить! Я уж сам как-нибудь…

— Я думала, мы друзья, — пожав плечами, проговорила девочка. — А друзья помогают друг другу. Когда плохо, друзей не гонят, а зовут. Мне вообще иногда кажется, что дружба в тысячу раз лучше, чем любовь.

— Да? И давно тебе так кажется?

— Давно. Всю жизнь. Дружба бескорыстнее, честнее. Друзьям ничего друг от друга не надо. Они просто рядом и всегда готовы помочь. А любовь… Она связывает людей, появляются какие-то обязательства, чувство собственничества… Один начинает ревновать, другой на него злится из-за этого… Любовь ограничивает свободу, а дружба — увеличивает.

— Ну, конечно. Когда сообщаешь человеку, что он третий лишний, надо придумать что-нибудь утешительное. Интересно, что бы сказал по поводу твоих рассуждений Отелло.

— Знать его не хочу! Законченный эгоист. Не любил никого, кроме себя. А ты что, себя с ним сравниваешь? Жаль. Тогда твой случай безнадежный. Помешанные на ревности не поддаются убеждению и не слушают объяснений.

Она поднялась, отряхнулась.

— Если ты мне друг, пойдем! А если Отелло — тем хуже для тебя. Потому что я никакая не Дездемона.

— Это я уже заметил, — пробурчал Стас, поднимаясь. — Ты скорее шило в…

— В мешке, — усмехнувшись, закончила Аня. — Или ты имел в виду что-нибудь другое?

— Скажи, а этот Егор… — помолчав, спросил Стас. — Что у вас с ним?

— Ничего! — Аня широко улыбнулась. — Просто дружба.

— Честно? — Стас испытующе взглянул ей в глаза.

— Честно. А эта Марика… У вас что-то есть?

— Ничего. Просто деловые отношения. Попросила ее тренировать.

— Честно?

— На все сто.

Аня протянула Стасу руку:

— Ну, что? Мир?

— Скорее, перемирие, — ответил тот, осторожно пожимая тонкие девичьи пальцы.

Глава 21 Разговор перед стартом

До финального заезда оставалось несколько минут. Спортсменки разминались перед стартом, болельщики нетерпеливо гудели в предвкушении зрелища, а невдалеке, у фонтана, уже устанавливали постамент: вечером должно было состояться награждение победителей.

Тихий, вкрадчивый голос окликнул Аню, когда та проверяла крепление:

— Примеряешь лавры чемпионки?

Аня оглянулась и увидела Марику. Не спуская со Стрелки дерзкого взгляда, соперница бросила:

— Стас теперь мой! И не надейся получить его обратно!

— Отвали, а? — Аня нетерпеливо передернула плечами и весело помахала Стасу рукой. После недавнего разговора на душе было спокойно и радостно.

— Я вижу, вы успели помириться? Ну-ну… — не отставала девица.

— А тебе какое дело? — Аня сердито посмотрела на нее. — Ну помирилась, ну и что?

— А то. Думаешь, ты хорошо знаешь Стаса? А вот и нет. Он совсем не такой белый и пушистый, как тебе кажется. Тогда, во время грозы, Егор споткнулся и упал не случайно. Я сама видела, рядом была. Стас выследил Севастьянова, притащил на трассу корягу и преспокойно ждал, пока тот споткнется. И как хулиганы напали, видел, но вмешиваться не стал, убежал. Ну что? Как тебе такой Стас? А мне он все равно нравится, хоть я о нем и все знаю!

Марика сорвалась с места и направилась к старту.

Двое болельщиков стали невольными свидетелями разговора. Павел Кузьмич, пристроившись у раскидистого тополя, не замечал, что огонь догоревшей сигареты жжет пальцы. А за соседним кустом нетерпеливо ерзал вихрастый парнишка. С горящими глазами он прислушивался к разговору девочек и как будто порывался вмешаться и что-то сказать…

Судья подошел к стартовой черте, спортсменки направились на свои места. Только Аня еще стояла там, где застал ее разговор с Марикой. Нахмурившись, Стрелка смотрела в одну точку, чувствуя себя опустошенной и беспомощной. А потом нашла глазами Стаса и решительно двинулась к нему.

— Это ты подсунул ему корягу? — громко, как будто не замечая окружающих, спросила она.

— Что? — Парень ответил изумленным взглядом.

— Это ты подстроил, чтобы он упал? — Аня повысила голос, и теперь почти кричала.

— Кто — он? Куда упал? — Стас недоуменно развел руками.

Каким искренним непониманием и удивлением светились его глаза! Аня чуть было не поверила. Но нет. Нельзя быть такой наивной и доверчивой. Обманул же он ее про Марику! Сказал, что просто тренирует ее. А на самом деле все не так. Вот и сейчас придуривается, будто не понимает, о чем речь. Да знает ли она Стаса? Всегда считала его лучшим другом, и даже больше. А кто он на самом деле? Стрелка чувствовала, что теряет опору…

— Не валяй дурака! Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю! Отвечай — это ты подбросил корягу, о которую споткнулся Егор? — Аня подступила к Стасу вплотную, ее кулачки сжались так, что побелели костяшки пальцев.

— Ань, ты что? С ума сошла! — Стас покрутил пальцем у виска, надеясь превратить все в шутку.

— Были свидетели! Не отпирайся!

— Какие свидетели? Ерунда какая… Я и сам споткнулся об эту ветку. А Егора просто не успел предупредить.

— Значит, ты видел, как он упал, и не помог ему?

— Но это было не нужно! С ним все было в порядке! — запротестовал Стас.

— В порядке? — голос Ани сорвался. Она вдруг почувствовала, что ей холодно, и обняла себя руками. — Парень ударился головой, остался лежать под дождем, его чуть не ограбили Селедка с приятелем, а ты говоришь — в порядке?

— Какая голова? Какой Селедка? Когда я уходил, твой любимчик уже встал и выглядел совершенно здоровым! Неужели ты думаешь, я бросил бы его, если бы что-то было не так?

— Я не знаю, что думать! Ты все время врешь! — «Откуда они взялись, эти слезы? Я не должна плакать, я не размазня какая-нибудь, не плакса!»

Отвернувшись, девочка смахнула непрошеные слезинки.

— Послушай! Этот тип просто пудрит тебе мозги! Не верь ему, все было не так! — с жаром начал оправдываться Стас.

Аня хотела ответить, но сдержалась. Она не могла выдать тайну Егора! Не могла сказать, что тот потерял память!

— Я узнала не от него, — с трудом проговорила девочка. — А совсем от другого человека.

Глава 22 Первое поражение

Резкий свисток судьи прервал мучительный разговор.

Как во сне, Аня подъехала к стартовой линии и в расстроенных чувствах замерла у черты. Она была настолько поглощена мрачными мыслями, что не услышала своего маленького поклонника.

— Аня! Стрелка! Я должен тебе сказать что-то важное! — кричал Андрюшка, но голос его тонул в реве болельщиков. Тогда мальчишка рванулся за оцепление. — Пустите! Пустите меня!

— Погоди, мальчик, не сейчас, — остановили его.

Андрюшка замер у ограждения. Умоляющими глазами он смотрел на Аню, надеясь встретиться взглядом. Потом попытался еще раз окликнуть ее, но все без толку — она не слышала.

Аня вообще ничего не слышала, даже стартовый свисток. Другие уже умчались, а она еще только очнулась и медленно, как сонная муха, двинулась вперед.

Крик болельщиков перешел в недоуменный ропот. Девочка встряхнулась и бросилась догонять, но — поздно! Вон она, черная кепка, ее не достать, мчится, как камень из рогатки… Марика! Марика стала чемпионкой в первый день соревнований! Это ее, а не Аню подхватывают на руки фанаты! Это ее несут к пьедесталу и водружают на высшую ступеньку! Это ей вручают медаль на алой ленте! Это к ней летят букеты, рассыпаясь радугой у ног…

Ах, как непостоянна любовь болельщиков, как изменчивы их сердца! Еще недавно кумиром была Стрелка, теперь же они готовы отдать титул Королевы роллеров Марике. Лишь верные друзья всегда рядом. Вот они, Гиря, Макарона, Егор…

— Что случилось, Ань? — Команда озабоченно обступила девочку, укрывая от любопытных глаз. Всем ясно — что-то не так, иначе не упустила бы Аня верную победу, использовала бы свой шанс.

— Пропустите! Мне нужно ей сказать! Это очень важно! А то у меня сейчас гонки начнутся! — Андрюшка локтями пытается проложить себе дорогу, но болельщики плотной стеной отгораживают от него Аню, не дают пройти.

Через минуту раздается свисток судьи, и Андрюшка выходит на старт своей первой в жизни гонки. А еще через несколько секунд юный гонщик, «не справившись с управлением», спотыкается о камешек и на полной скорости летит на мокрый после ночного дождя темный асфальт.

Вот так и началась в этот день работа «Скорой». Пострадавшего под оханье и причитание окружающих положили на носилки и погрузили в автомобиль. Белая машина с красным крестом сорвалась с места и помчалась к ближайшей клинике.

За все время, пока его осматривали, мазали зеленкой и бинтовали, Андрюшка не издал ни единого стона. Он вцепился руками в носилки и, когда боль становилась совсем нестерпимой, только свистел сквозь крепко сжатые зубы.

— Молодец! — похвалила молоденькая медсестра. — У нас взрослые орут, а ты — ни звука!

— Отпустите меня! — выдохнул Андрюшка, умоляюще посмотрев на девушку. — Мне с одним человеком поговорить нужно!

— Лежи уж, герой! Подождет твой человек. Тебе лечиться надо! Радуйся еще, что переломов вроде нет. Но трещины могут быть! Вот сейчас приедем в травматологию, сделают рентген… Пусть твой человек в больницу приезжает для разговоров.

«Как же, приедет она!» — закусив губу, Андрюшка отвернулся к окну. Он ругал себя последними словами за то, что не сумел прорваться к Ане. Это же так важно, то, что он хотел ей сказать!

Парнишка потрогал лежащие под носилками ролики и тяжело вздохнул.

Глава 23 Неприятности продолжаются

Теперь уже в дальнем уголке парка прятались Аня и Егор. Парень сидел как на иголках, то и дело поглядывая на часы, — финал должен был начаться с минуты на минуту.

— Да ты иди! — вяло торопила его Аня. — Опоздаешь ведь! И медаль не получишь!

— Да ну ее, эту медаль! — отмахнулся Егор и демонстративно перевернул часы циферблатом внутрь. — Ты объясни — что случилось?

Аня колебалась. А потом, решившись, выдохнула:

— Эта девица, Марика, сказала, что твое падение подстроил мой парень, Стас. А он говорит, это вранье. Я не знаю, кому верить. Вот если бы ты вспомнил…

— Если бы я вспомнил… Если бы я вспомнил, я бы был счастливейшим человеком на свете! — Егор с досадой стукнул кулаком по земле.

Пока что прогресс был небольшим: то, что виделось во сне, теперь всплыло в памяти и наяву, только образы участников были смазаны, стерты. Девчонка… Тренер… Они должны быть где-то здесь! Егор вглядывался в лица окружающих, но пока никого не узнавал. И его тоже никто не узнал. Никто не заявил об исчезновении, так странно. А ведь теперь, после того как он прошел в финал, его нельзя было не заметить! Несмотря на успех, Гоша чувствовал себя потерянным, забытым. Как-то все это было неправильно, нехорошо… Как будто он пешка в чьей-то игре…

Громкий голос главного судьи пригласил на старт участников финального забега. Егор дернулся и снова замер.

— Иди-иди, — махнула рукой Аня. — Я сейчас тоже подтянусь. Надо же посмотреть, чем все закончится!

Егор кивнул и сорвался с места.

Аня, сосредоточенно нахмурившись, жевала травинку. А когда уже готова была подняться, услышала невдалеке знакомые голоса.

— А здорово мы выкрутились, Селедка! Похоже, у тебя везде свои люди! — заржал один.

— Заткнись! — отрезал другой. — Радуйся, что отмазался. И помалкивай.

Аня замерла. Она не поверила своим ушам. Селедка и его приятель!

Девочка осторожно выглянула из кустов. Так и есть — невдалеке стояли те самые парни, которые грабили Егора. Но как очутились здесь? Неужели их выпустили? Это же преступники! Надо срочно найти Павла Кузьмича и выяснить, в чем дело!

Стрелка не знала, что Павел Кузьмич тоже рядом: он стоял за углом палатки, откуда мог слышать каждое слово Селедки и Серого.

— Вы сделали то, о чем я вас просил? — спросил вдруг третий голос, тоже показавшийся Ане знакомым. Снова выглянув из укрытия, она узнала Сумрачного.

— Вот, возьмите. — Селедка протянул подошедшему какие-то бумаги. — Тут все, как вы надиктовали.

— Отлично! — сказал тот, внимательно прочитав написанное. — Вот задаток. Завтра пойдете в оргкомитет и передадите бумагу человеку по фамилии…

Последние слова утонули в криках, донесшихся с места соревнований. А когда Аня выглянула еще раз, Сумрачный уже исчез.

Шум и крики становились все громче.

— Что там? — лениво поинтересовался Селедка.

— Роллеры дерутся. Прямо на старте. Да ты посмотри! Сцепились, как два таракана, — доложил Серый. — Вон тот, в желто-красной кепке, набросился на рыжего! Ох, и уделает он его сейчас! Кстати, а не наш ли это рыжий?

— Может, наш, а может, и нет. Мало ли рыжих на свете! Ты, главное, помалкивай, — сплюнул Селедка. — Да нет, по-моему, рыжий пошустрее. Смотри, как руками-то размахался!

— Так его, так! А теперь левой и под дых! — возбужденно комментировал его приятель.

— И куда только милиция смотрит! — хихикнул Селедка.

Этого Аня уже не слышала. Забыв об осторожности, она мчалась в сторону шума. Рыжий и желто-красная кепка! Кто это, если не Егор и Стас? Неужели парни затеяли драку?

Так оно и было. Когда Аня подбежала, драчунов уже успели разнять. У Егора шла носом кровь, глаз Стаса заплыл фиолетовым синяком.

— Еще одно замечание, и я вас дисквалифицирую! — резко выговаривал судья. — Это вам не бокс, и вы не на ринге!

Разгоряченные соперники стояли по разные стороны тротуара. Они тяжело дышали, бросая друг на друга злобные взгляды.

— Все равно тебя достану! — Стас рванулся к Егору, но резкий окрик судьи остановил его.

— Вы что, не поняли? Не думаете о себе, подумайте о команде! Нельзя же так подводить остальных!

Но, видя, что и эти слова не доходят, арбитр решительно объявил:

— Ввиду чрезвычайных обстоятельств старт финального забега откладывается. Пригласите врачей, пусть окажут помощь и решат, могут ли драчуны участвовать в дальнейших соревнованиях.

Аня, демонстративно игнорируя Стаса, подбежала к Егору.

— Ты что, с ума сошел! Чего ты с ним сцепился? — ругала она парня, салфеткой вытирая с его лица кровь.

— Да это он на меня набросился! Орал что-то непонятное… Обвинял, что это я тебе наплел про дурацкую корягу.

— Ну и пусть бы обвинял! Ты-то зачем в драку полез?

— А что было делать? Я защищался. Он же кулаками и без предупреждения! А я что, рыжий? То есть, конечно, рыжий… Короче, я ему тоже отвесил по маленькой! Художественно получилось, правда?

Аня взглянула на Стаса. Врачи «колдовали» над его подбитым глазом. Шевельнулась острая жалость, но она отогнала ее. Нет, это не тот человек, с которым она знакома столько времени! Это какой-то чужак, незнакомец. Существо с двойным дном, непредсказуемое, опасное…

В финальном забеге победил Егор. При подсчете баллов оргкомитет объявил о карательных санкциях. За нарушение общественного порядка и срыв графика соревнований с обоих финалистов были сняты очки. Стас подвел команду, Егор — себя лично.

И тем не менее Гоша стал звездой. Он стоял на верхней ступеньке пьедестала, ветер трепал его рыжие волосы. Парень смотрел на радостные лица вокруг и никого не узнавал — все слилось в одну массу, ликующую, восторженную, приветствующую его.

А Стас исчез. Ребята пытались разыскать друга, расспрашивали Аню, но та упорно отмалчивалась. И лишь когда ее окончательно достали, коротко бросила:

— Я не знаю, где он! И знать не желаю. Понятно? Хотите искать его, ищите. А я ему не нянька. И нет мне до него никакого дела!

Глава 24 В больнице

Андрюшка попал в ту самую больницу, откуда несколькими днями раньше сбежал Егор.

Нога еще болела, особенно коленка, и очень сильно ныл бок. И как это его угораздило? Споткнулся на ровном месте. Правда, доктора сказали, что он везунчик, не то что другие пациенты, тоже роллеры, которых доставляли сюда со всех концов Москвы — побитых, с переломами, сотрясением мозга и вывихами. Андрюшка же отделался несколькими ушибами да трещиной в ребре.

— Счастливый! — завистливо вздыхал его сосед по палате Санька. Рука этого тринадцатилетнего пацана, целиком обернутая в гипс, была подвешена к сложной металлической конструкции. — Денька через три тебя выпустят, а я вот надолго застрял!

Денька через три! Андрюшка в отчаянии сжал кулаки. Денька через три будет поздно! Но что он мог объяснить окружающим? Что ему срочно нужно увидеть Аньку и сказать ей одну важную вещь? Нет, они не поймут его, никто не поймет!

Родители мальчишки, казалось, были даже рады тому, что сын очутился здесь.

— Теперь ты понимаешь, что ролики не для тебя? — как-то слишком довольно спросила мама. — Отдадим коньки кому-нибудь из ребят, хорошо?

— Нет! — запротестовал Андрюшка. — Ни за что!

С трудом нагнувшись, он затолкал коньки подальше под кровать. Отдать ролики! Любимые, с которыми почти сроднился! Коньки лежали под кроватью, как два больших щенка, и мальчишка чувствовал, будто у него собираются отнять лучших друзей.

— Ладно, не волнуйся, — вздохнул отец. — Обсудим все потом, позже!

Родители принесли сладости и фрукты, но маленькому роллеру ничего не хотелось, и он раздал все ребятам.

— А сам-то чего? — удивился Санька, набрасываясь на бананы. — Аппетита нет? Смотри, врачам не говори, а то не выпустят!

Не выпустят? Ну, это мы еще посмотрим. Морщась и постанывая, Андрюшка сполз с кровати, подошел к окну и выглянул на улицу. Третий этаж! Высоковато.

— Тут один пытался сбежать, — сказал Санька. — И рухнул. Прямо на асфальт. С третьего этажа.

— И что?

— И ничего! Отбыл с переломом руки, а вернулся — с переломами ног. Чувствуешь разницу?

Андрюшка не ответил. Разницу он чувствовал. Ему отсюда не спрыгнуть. Слишком высоко и… страшно.

Глава 25 Ночной разговор

— Так почему их все-таки выпустили? — спросил Егор. Уже стемнело, а роллеры все еще катались по парку, обсуждая бурные события дня.

— Павел Кузьмич сказал — нет оснований для длительного задержания.

— Как это?

— А так! Кто может подтвердить, что они напали на тебя и пытались ограбить? Только я. Но моих показаний мало, если нет заявления от потерпевшего, то есть от тебя. А ты ведь не подавал заявления!

— А я и не могу. Я же ничего не помню! Ладно-ладно, не смотри на меня так. Хочешь, прямо сейчас пойду в милицию и напишу это самое заявление? Ну скажи, хочешь?

Аня сердито мотнула головой:

— Я хочу, чтобы ты вспомнил. А врать, даже ради меня, не надо!

Некоторое время ребята ехали молча, погрузившись каждый в свои мысли.

Потом Стрелка подняла голову, посмотрела на небо.

— Темно, — с сожалением вздохнула она. — Облака. Даже луна не пробивается.

— Хотела увидеть звезды, — догадался Егор.

Аня кивнула.

— Не везет, — пожаловалась она. — Я так ждала этих соревнований, так готовилась… И на тебе. Финал слила, ребят подвела… Мне в последнее время вообще не везет.

— Но не так, как некоторым, — покачал головой Егор. — Посмотри на меня и успокойся. Неудачник, который потерял все свое прошлое. Весело, правда?

— Прошлое потерял, зато финал выиграл, — не согласилась Аня. — Самый настоящий лузер — это я. Ни в роликах ничего не понимаю, ни в людях. Еще один такой денек, и я растеряю всех друзей. Хочешь честно? Сегодня был момент, когда я тебе даже позавидовала. Так хорошо — ничего ни о ком не знать! Каждый человек — чистый лист. Никаких обид и разочарований.

— И ты сам для себя тоже — чистый лист! — невесело усмехнулся Егор. — Какая-то страусиная позиция. Прячешь голову в песок.

— Умно говоришь! Ты, случайно, не вундеркинд? Может, уже и Нобелевскую премию получил, только не помнишь?

— А как же! Наверняка. Интересно только, что же я открыл… Или, может, написал чего умное… Кстати, а ты знаешь, что мне пришло в голову… Та девчонка, Марика, которая рассказала тебе о Стасе и коряге, знает что-то и обо мне.

— Почему ты так решил? — удивилась Аня.

— Она ведь называла меня Егором Севастьяновым, так?

— Да… сказала что-то вроде: «Стас выследил Севастьянова, притащил на трассу корягу…»

— Вот-вот! А откуда, скажи на милость, она могла знать мою настоящую фамилию? Награждали-то меня как Стрельникова!

Аня резко остановилась и уставилась на Егора.

— Точно! И как это мне раньше в голову не пришло!

— Вот именно. В таком случае вопрос второй. Если она знает меня, то почему не подходит, не общается?

— Ну для этого есть простое объяснение, — подумав, сказала Аня. — Мы с тобой отлично маскируемся под двух влюбленных! Она не знает, что ты ее не помнишь. И думает, что просто игнорируешь. Наверное, ревнует и обижается на тебя за это.

— Да? — Парень озадаченно почесал бровь. — И правда… Я об этом как-то не подумал…

— А может, вы с ней поссорились до того, как ты память потерял? И она не хочет мириться… Такое может быть? — продолжала строить догадки Аня.

— Вполне, — пожал плечами Егор. — Я ведь не знаю, каким был в прошлой жизни. Может, за мной шлейф разбитых сердец…

— И сломанных судеб…

— И брошенных детей… Ань! Почему мне с тобой так легко?

— Потому что мы просто дружим! И нам друг от друга ничего не надо.

— Ты так думаешь? — с сомнением покачал головой Егор. — А вот мне от тебя кое-что нужно. Я все время это чувствую… Но сказать боюсь.

— Да? И что же это?

— Как бы тебе объяснить… Мне нужен маленький дружеский поцелуй.

— Ах ты! — Аня шутя замахнулась и хлестнула Егора по лицу веткой сирени.

— Ну, вот! Этого я и опасался! Значит, рассуждать о дружбе можно, а вместо реальной помощи — шиш?

«А почему бы и нет?» — подумала Аня. В конце концов, ей так нужна была чья-то поддержка! Не раздумывая больше, она повернулась к Егору и подставила щеку. Поцелуй был нежным, свежим и оставил аромат сирени.

— Спасибо, — прошептал Егор, отстраняясь. — Не так уж все и плохо в этом мире. Есть и приятные моменты.

Посвистывая, он принялся выписывать около Ани круги. Потом потащил ее к фонтану, куда они, скинув ролики, полезли прямо в одежде и долго плескались, брызгаясь и смеясь.

— Нет! — сказал вдруг Егор, когда мокрые и довольные купальщики вылезли из воды.

— Что — нет? — удивилась Аня.

— У него нет никакого шанса!

— У кого? — все еще не понимала Аня.

— У Стаса. Я только сейчас понял, что ты его не любишь.

Аня нахмурилась — тема была ей не по душе.

— Почему? — спросила она.

— Если бы ты его любила, то не стала бы слушать россказни какой-то девчонки, — пояснил Егор. — А поверила бы ему!

— Но ведь она же говорит, что сама видела! — запротестовала Аня.

— Ну и что? Мало ли кто что говорит. Если любишь человека, то доверяешь ему, а не посторонним. Или нет?

Аня молча натягивала ролики прямо на мокрые ноги.

— Ну а раз нет шанса у него, может быть, есть у меня? — вкрадчиво поинтересовался Егор.

Но Аня уже не слушала. Она вдруг поняла — Егор прав! Почему она поверила Марике, а не Стасу? Значит, и вправду не любит его? Но почему же в таком случае ей сейчас не по себе?

Роллеры еще долго колесили по дорожкам, потом сняли коньки и бродили босиком по газонам; мягкая трава щекотала ступни, было хорошо и спокойно, но вопрос «почему?» засел занозой в сердце. Ответа не было.

Глава 26 Чашка чая

Павлу Кузьмичу было нелегко. Он устал, хотелось спать, предстоял очередной тяжелый разговор с женой. «Опять скажешь, что задержался на работе!» — произнесет она таким тоном, что тут же почувствуешь себя виноватым, хотя на самом деле никакой вины за тобой нет. Правда, когда сыщик ставил себя на место жены, то понимал, что жизнь с ним — совсем не подарок. Работа без расписания. Много лет подряд — работа, работа, работа… Сначала — в милиции, потом — в охране парка. И была бы еще зарплата приличная, так нет же! Едва хватает на запросы подрастающих внучек. Так что, по большому счету, жена у него — золото. Столько лет терпит его ненормированный график. Не всякая смогла бы! Наверное, поэтому сыщик и чувствовал себя виноватым, когда сильно задерживался, как сейчас, например. Так что он не станет отвечать на упреки, просто виновато вздохнет, пройдет на кухню и поставит чайник — ох, и напьется же он чаю, крепкого, настоящего! Павел Кузьмич любил почаевничать, а сегодня за весь день у него ни разу не было такой возможности. Пришлось довольствоваться газировкой из палатки. А разве это питье! Сплошная отрава.

Сыщик рассчитывал быть дома часов в восемь, так и предупредил жену. Соревнования закончились в семь, и кто мог подумать, что двое неугомонных станут гулять еще и ночью!

Откуда только силы берутся? Одно слово — молодость! Пришлось остаться в парке — надо же присмотреть за ними! Мало ли что… Опять же хулиганы теперь на свободе, да и вообще в парке неспокойно, хоть ребята несут службу, как положено.

Вскоре Павел Кузьмич обнаружил, что не он один опекает роллеров. В освещенной фонарем крадущейся фигурке сыщик узнал Марику Кабакову, победительницу финала. Сильная спортсменка! И чего бы ей не угомониться, не отпраздновать с друзьями победу — так поступил бы каждый нормальный человек. Вместо этого странная девчонка ночью прячется в кустах. Чего ей надо, чего она выискивает, кого выслеживает? И разговор перед стартом с Аней… Марика что-то знает о рыжем, определенно! Но открываться не хочет. Почему? И тот вихрастый парнишка, который безуспешно пытался сообщить что-то Королеве. Кажется, это тот самый паренек, что разбился во время гонок. Завтра надо бы узнать, в какую больницу его отвезли, навестить, расспросить…

Какая незадача — так увязнуть в этом деле! Вначале хотел всего лишь помочь подростку найти его команду, а потом ни минуты свободной не осталось. Мало того что в выходные, так и в рабочие дни. И все на свой страх и риск, «из любви к искусству».

Едва заметная тень Марики проскользнула вдоль кустов и скрылась в чаще. Павел Кузьмич осторожно выбрался из укрытия. Увидев, что роллеры двинулись к выходу, с облегчением перевел дух. «Наконец-то! Кажется, добровольное дежурство закончилось».

Но не тут-то было! На этот раз Марика не следует за ребятами по пятам: девушка осталась в парке. И лишь когда Аня и Егор скрылись в темноте, она выходит из своего укрытия и направляется к автостоянке, где в этот поздний час припаркован всего лишь один автомобиль, серебристая «Ауди». Вот в эту-то машину и садится чемпионка, а во вспыхнувшем в салоне свете Павел Кузьмич видит лицо человека, знакомое по частым встречам в последние дни.

— Они целовались! — сообщает Марика человеку перед тем, как захлопнуть дверь. — Я сама видела!

В салоне опять становится темно, машина срывается с места, водитель быстро выруливает на шоссе. Но Павел Кузьмич увидел и узнал вполне достаточно. Он подходит к фонарю, достает из кармана блокнот и записывает номер отъехавшего авто.

Что ж, вот теперь, кажется, действительно все. Кружка ароматного крепкого чая уже не кажется несбыточной мечтой.

Глава 27 Фристайл

Соревнования по фитнесу должны были начаться в десять, но уже к девяти, как и накануне, в парке собрались почти все участники и болельщики. Весна подарила фанатам солнечный яркий денек — из тех майских, когда зной не набрал полную силу и ненавязчивое тепло только помогает спортсменам.

Фитнес, как объясняли ребята собравшимся около репортерам, — это все, что роллеры могут показать на ровной поверхности: гонки и слалом, когда нужно за определенное время виртуозно прокатиться между выставленными на асфальте пластмассовыми стаканами; умение выполнять на коньках всяческие фигуры и «примочки»: ездить назад змейкой, катиться всего на двух колесиках — на переднем одного конька и заднем — другого, и еще многое другое, входящее в обязательную программу. Это один из самых зрелищных видов катания, во время которого опытные роллеры выделывают нечто совершенно невероятное, невозможное, завораживая болельщиков своим мастерством.

В эту ночь с Егором случилось кое-что действительно важное. Ему снова снились сны про девчонку и мужчину из прошлой жизни. Они кричали, угрожали, и опять их лица исчезли из памяти, едва он проснулся. Но кое-что осталось. Сидя на диване, парень вдруг осознал, что отлично помнит, как упал, споткнувшись о корягу, — это была та самая сцена, из-за которой Аня снова поссорилась со Стасом. Оказывается, соперница Ани врала! Стас не подкидывал на дорогу никаких веток. Только что воскресшая в памяти сцена отчетливо стояла перед глазами: ослепленный молнией и дождем, он натыкается на корягу, летит в лужу рядом со Стасом — да-да, тот тоже лежит, видимо, так же споткнулся. Потом — резкая, невыносимая боль, такая, что не удается сдержать стон… Когда он приходит в себя, Стас все еще рядом, протягивает руку, помогая подняться. Егор помнит это совершенно отчетливо — руку Стаса, его помощь… Он встает, а Стас, ни слова не говоря, разворачивается и уезжает. Тогда Егор удивился такому странному поведению — теперь-то он понимает, что Стас ревновал уже тогда! Наверное, видел его рядом со Стрелкой. А потом… А что же было потом? Удаляющаяся фигура Стаса — последнее, что он помнил. Дальше — туман и темнота.

Значит, Стас действительно не виноват! И обманывал не он, а та девчонка, как ее там… Нет, Егор забыл ее имя, объявленное при награждении.

Нужно скорее сообщить Ане! Парень хотел сразу разбудить ее, но догадался взглянуть на часы — пять утра! Рановато. Сегодня ответственный день — если Стрелка проиграет, то уже точно не сможет набрать очков для победы в многоборье. И тогда вряд ли удастся ей выступить в цирке, а она так мечтает об этом! Что ж, пусть еще поспит, а у него самого есть одно интересное занятие, о котором он подумал, едва узнав свою настоящую фамилию: поиск в Интернете. Егор подсел к компьютеру, включил… Вот досада! Сети, как назло, нет. Значит, техника не поможет ему найти самого себя…

Егор снова улегся на диван, натянул на себя покрывало, но спать совсем не хотелось. Он улыбался, радуясь, что начала возвращаться память. Положение не безнадежно! Может, даже без Интернета удастся справиться. Сегодня вспомнит одно, завтра — другое… Скоро, скоро он снова станет нормальным человеком!

Потом Егор начал представлять, как обрадуется Аня, когда узнает правду о Стасе. Глаза девушки, немного потускневшие от невзгод, снова заблестят, появится улыбка… Интересно, что она сделает, когда узнает, что Стас не виноват? Наверное, бросится Егору на шею, расцелует… А потом? Потом побежит искать Стаса, чтобы помириться с ним… Стоп-стоп-стоп! Егор быстро откинул покрывало, снова сел. Мириться со Стасом? Такой поворот событий его не устраивает! Только-только у него самого начало налаживаться с Аней… Вчера вот первый раз разрешила чмокнуть в щечку… У него наконец-то появился долгожданный шанс, он почувствовал, что может завоевать девичье сердце — и на тебе: между ними снова Стас. Какая злая ирония! Проявись картинка с корягой в памяти чуть позже, можно было бы не бояться соперничества и смело брать Аню приступом!

Егор отшвырнул покрывало и вскочил. Позабыв о сне, он мерил комнату шагами. Почему, ну почему все вспомнилось именно сегодня? Вот досада! Потом парень вдруг остановился, удивляясь простоте мысли. А кто сказал, что обязательно нужно рассказывать обо всем Ане? Почему хотя бы чуть-чуть не придержать всплывшие воспоминания? Денек-два можно и подождать, а там посмотрим! В конце концов, он и вправду мог вспомнить об этом позже. Завтра… Или послезавтра… Или вообще никогда! Мелькнули сомнения, что так нечестно, нехорошо. Утаивая от Ани правду, он поступает эгоистично… Но Егор постарался побыстрее отогнать неприятные мысли. На него и так столько навалилось в последние дни! Имеет он право хоть на небольшую моральную компенсацию?

— Ты чего там маршируешь? — сонным голосом окликнула его из спальни Аня.

— Тренируюсь! — бодро ответил Егор. — Спи, спи! Еще рано!

Вот так и вышло, что он ничего ей не рассказал.

Но даже и без этих рассказов Стрелка с утра почувствовала себя другим человеком. Глядя на Аню, никто бы не подумал, что днем раньше она настолько пала духом, что уступила победу в финале гонок. Утром второго дня соревнований команда «Факел» наконец-то увидела перед собой прежнюю Королеву — собранную, спокойную, уверенную в себе, готовую дать отпор любому сопернику.

— Ну, наконец-то! — сжала ее в объятьях Гиря. — А то я «Скорую» собиралась вызывать! И совсем уже распрощалась с курсами!

— Да и мой катамаран, похоже, не окончательно накрылся, — расплылся в улыбке Гришка.

— И на компьютер наскребем! — мечтательно вздохнул Макарона.

Егор смотрел на Аню с восхищением и даже с некоторой завистью. Вот это характер! Как она держится, эта девчонка! Он помнил, какой растерянной и слабой казалась Стрелка во время ночной прогулки, но теперь перед ним снова была Королева.

Испытывая чувство вины, Егор поинтересовался, не видел ли кто Стаса.

— Сами не знаем, куда запропастился! — пожала плечами Гиря. — Как в воду канул.

— Совсем с катушек съехал, — в голосе Макароны слышалось осуждение. — Разве можно ставить личные проблемы выше интересов команды! — Он выразительно посмотрел на Аню.

— Что ж, тем хуже для него! — недовольно нахмурилась Стрелка. — Фитнес — его самая сильная позиция. Мог бы запросто выиграть!

«И тем лучше для меня!» — довольно подумал Егор, тут же, правда, устыдившись мелочной радости.

Соревнования по фитнесу включали слалом и исполнение обязательных элементов фристайла. Судейская коллегия выставляла спортсменам оценки, которые суммировались как для командного, так и для личного зачета.

Толпа роллеров, собравшихся в местах соревнований, постепенно редела — откатав программу, они разъезжались, заливая и радость, и горе газировкой и соком. Украшенные разноцветными кепками дорожки парка казались пестрыми лентами.

К концу соревнований Стас все-таки появился на площадке. Рядом ехала Марика. Проезжая мимо Ани, соперница кинула на нее торжествующий взгляд. А бывший тренер даже не взглянул на Королеву, и сердце ее снова заныло.

В живой очереди оставшихся участников Стас оказался последним. Но он был на высоте. На фоне слабого катания других роллеров его выступление стало безупречным. Обязательные элементы он выполнил так стильно и красиво, что зааплодировали даже видавшие виды журналисты. Зрители одарили своего любимца приветственным свистом и криками, а судьи, утомленные потоками роликовой «серости», единогласно выставили парню высшие оценки.

Это были вторые за день высшие баллы. Первые получила Аня.

Егор, услышав оценки Стаса, с досадой выругался. Соперник выиграл у него четыре очка! В итоге по сумме они сравнялись.

А вот Аня пока что отставала от своей соперницы, Марики. Правда, всего на два балла.

Стало ясно, что судьба медали в многоборье как у девушек, так и у юношей во многом будет зависеть от слалома.

Глава 28 Слалом

Весь день Егор практически не отходил от Ани. Он сопровождал ее от одной площадки к другой, приносил из палатки воду и еду, всем своим видом показывая, что девушка — его добыча. Потом, решив не останавливаться на достигнутом, стал позволять себе все больше и больше маленьких дружеских вольностей. Могло даже показаться, что его целью было не общение с девушкой, а публичная демонстрация их отношений. Тот, кто знал о любовном треугольнике, мог бы подумать даже и о большем — о том, что Егор старается вывести Стаса из себя.

Преследовал ли он такую цель в действительности или же все выходило у него ненароком, но результат был налицо — ребята из команды никогда еще не видели Стаса таким расстроенным, несчастным. Как потерянный, он описывал вокруг парочки круги, сбивая пешеходов, спотыкаясь на ровном месте. И это при том, что парень выиграл обязательную программу и по очкам догнал лидера! А рядом юрким хвостом вилась Марика.

Но нет, ревнивые глаза Стаса не упускали ни единой детали в отношениях, которые бурно развивались на глазах у всех.

Егор уже не просто стоял рядом с Аней, как раньше, он все время норовил коснуться ее — то плечом, то рукой. Потом и вовсе осмелел — начал снимать с футболки Стрелки несуществующие пылинки. А потом… потом схватил ее на руки и закружил! Это просто невыносимо! Рыжий обращается с ней, как с близкой подружкой!

Но она! Что же она? Почему так спокойно принимает явные знаки привязанности и даже чуть ли не поощряет их?

Стас чувствовал себя избитым. Это хуже вчерашнего удара в глаз! Он не мог больше выносить подобного зрелища, но и уйти тоже не мог. Время шло, а внутреннее, незаметное посторонним напряжение нарастало. Все участники странной игры ощущали: что-то должно произойти.

Одна Аня никак не реагировала на происходящее. Казалось, она лишь безмятежно наслаждается солнечным днем, захватывающими соревнованиями, быстрой ездой. Так оно на самом деле и было: поглощенная развернувшейся в парке спортивной борьбой, девочка и вправду не замечала распущенности Егора и напряжения Стаса. Она была в самом эпицентре готового вот-вот разразиться стихийного бедствия и не чувствовала этого.

Гром грянул перед самым Аниным стартом.

— Поцелуемся на счастье? — предложил Егор и, не ожидая ответа, на глазах у всех обнял и поцеловал Аню.

Это сработало, как катализатор. Свист, улюлюканье, аплодисменты, разочарованные и гневные возгласы Аниной команды — все слилось в гомон, на который стекались толпы новых зевак. К всеобщему удивлению, Стрелка, обычно решительная и скорая на расправу, на этот раз ограничилась лишь тем, что строго погрозила «нарушителю» пальцем, однако Егор скривил такую уморительную физиономию, что девочка не могла не улыбнуться.

— Что? Что здесь происходит? — с жадным любопытством расспрашивали новые зрители и тут же получали объяснение:

— Да Рыжий со Стрелкой целуются!

— Не может быть! А как же Стас? — увлечение Ани ни для кого не было секретом.

— Наверное, в пролете.

Все искали глазами Стаса и находили его тут же, рядом. Он стоял, прислонившись к дереву, бледнее цветущей рядом белой сирени. А рядом торжествующе улыбалась Марика.

А Егор, воодушевленный всеобщим вниманием и снисходительностью Ани, поцеловал ее еще, на этот раз смелее.

— Во дают! Прямо как на свадьбе! Может, им «горько» покричать? — веселились вокруг.

На этот раз Аня рассердилась всерьез. Она оттолкнула парня, готовясь высказать все, что думает, но тут раздался знакомый голос.

— Привет! Давно не виделись!

Аня обернулась — это был Сумрачный. Но обращался он не к ней, а к Егору! Значит, они знакомы?

Это было странно. Но еще более странным оказалось то, что произошло потом. Тренер снял с руки дорогие часы и протянул Егору:

— Возьми, заслужил!

Тот в удивлении отшатнулся.

— Зачем?

— Как — зачем? Ты же выиграл! Или уже забыл о нашем споре? — Сумрачный чуть ли не насильно вложил часы в ладонь Егора. — А ты молодец! — Он одобрительно похлопал парня по плечу. — Окрутить саму Королеву на день раньше срока! Меньше чем за неделю! Мне казалось, ты заливаешь. Недооценил я тебя, братец! За это и расплачиваюсь, как условились. Что ж, носи теперь, пользуйся.

Ни сказав ни слова Ане, даже не посмотрев на нее, Сумрачный исчез в толпе.

Егор замер, как пораженный громом. Он боялся взглянуть на девочку, боялся поднять глаза и увидеть окружающих. Вот это попал! Полный крах… Как просто было бы сейчас крикнуть: «Не верь, это неправда! Это жалкое, гадкое вранье!» Но парень не мог так сказать. Потому что ничего не помнил и не знал правды. Кто этот человек? Какое отношение имеет к Егору? Был ли на самом деле такой спор? Он мучительно напрягал память… Все напрасно. Ничего не выходило. Заблокированные уголки мозга молчали.

Можно было бы подойти с другого конца, сказать себе и Ане: «Нет! Я не мог этого сделать, потому что не способен на такое! Не способен на ложь и предательство». Но так ли это? А не ты ли, «честный», еще сегодня утром утаил от Ани правду о Стасе? Знал, что можешь помирить их, и не стал этого делать. Наоборот, решил использовать ситуацию в своих целях. Да и сейчас, когда целовался с ней, не хотел ли ты еще и расстроить соперника, причинить боль, чтобы понизить его шансы на победу? Да хорошо ли ты, парень, знаешь самого себя? А может, такой спор и на самом деле был?

Аня чувствовала себя не лучше. Вначале она не поняла, о чем речь, а поняв, похолодела. Такой позор! На глазах у всех… Ей как будто плюнули в душу. И кто! Егор, которому она доверяла безоглядно, как родному, как брату! На которого, как она думала, можно целиком и полностью положиться! Которого она считала нормальным, порядочным парнем! А он, оказывается, мог спорить на то, что окрутит девушку! Ей хотелось убежать, скрыться от всех и никогда больше не показываться людям на глаза.

Павел Кузьмич тоже был среди зрителей некрасивой сцены. Но он по-своему расценил увиденное. Это напомнило ему о том, что случилось накануне, перед финалом гонок у девочек. Только там возмутителем спокойствия стала Марика, а здесь — ее ночной собеседник из серебристой «Ауди»… Такое запоминающееся лицо!

Но каких бы планов ни строил тот, кто пытался смутить Аню и вывести ее из равновесия, на этот раз он явно просчитался.

Выход на трассу оказался для Королевы как нельзя кстати. Накопившиеся обиды, разочарование, горечь только подстегнули девочку. Аня каталась так агрессивно и жестко, как будто срывала зло на Егора и Стаса. И это помогло. Сосредоточившись на выполнении змеек и поворотов, Стрелка смогла взять себя в руки. В конце концов, хоть это будет у нее всегда — полет на роликах! Этого никто не сможет отнять. Простор и свобода, скорость и ветер — разве можно их сравнить с зыбким миром любви? Там — предают, а здесь — выручают, там — никому нельзя верить, а здесь — друзья на всю жизнь. Вот он, настоящий мир, а остальное — как там он говорил, этот обманщик Егор? Для «сентиментальных дурочек»?

В слаломе Аня опередила Марику. Разрыв между соперницами сократился до одного балла.

Соревнования у юношей проходили не менее драматично. Только один человек мог составить конкуренцию главным претендентам на победу — Стасу и Егору. Это был пока неизвестный публике парнишка в черной кепке. Он выложился на полную, и в результате занял второе место, оказавшись при награждении между Стасом, который поднялся наверх, и Егором, который, понурив голову, стоял внизу. Стас, выиграв фитнес, обошел своего главного соперника на три балла.

Все победители выглядели на удивление печальными и унылыми. На этот счет высказывались самые разные предположения, в итоге и зрители, и участники сошлись на одном: настроение чемпионам подпортил непорядок в делах сердечных.

— Анька бросила Стаса и теперь гуляет с Рыжим, — утверждали одни.

— Нет, это Стас бросил Аньку и теперь гуляет с Марикой! — возражали другие.

Второй день состязаний подходил к концу. Никаких глобальных неожиданностей уже не предвиделось. Однако не прошло и получаса после награждения победителей, как произошло событие, перевернувшее весь ход соревнований.

Уставшие от напряжения роллеры переобувались, судьи прятали в планшеты блокноты с записями, телеоператоры паковали аппаратуру, когда резкий голос заместителя председателя оргкомитета объявил по радио, что Анна Стрельникова снимается с соревнований и лишается всех выигранных призов.

Глава 29 Разговор с председателем

Аня мчалась, как никогда в жизни: быстрее, чем по шоссе, заменяя Ванюшку Золотарева, быстрее, чем накануне, во время гонок. Тот, кто засек бы время, увидел, что устанавливается новый мировой рекорд.

Но Стрелке было наплевать на все рекорды. Последний удар оказался самым чувствительным, самым болезненным. У нее выбили почву из-под ног, лишили самого дорогого. Девочка бежала так, что ветер срывал со щек слезы прежде, чем они успевали скатиться. «За что? — билась горькая, обидная мысль. — Что я такого сделала?»

Аня могла бы спросить об этом председателя, могла бы пойти в оргкомитет и разобраться, но у нее не осталось сил — ни моральных, ни физических. Девочка чувствовала себя опустошенной и преданной.

— Аня, постой! — наперебой кричали Егор и Стас, пустившись вдогонку. Но разве можно было успеть за беглянкой! Она превратилась в птицу, в пулю, в стрелу, в порыв ветра… Девочка выехала на шоссе и теперь мчалась по обочине, обгоняя поток машин. Автомобили раздраженно сигналили — Аню то и дело сносило к центру полосы. Парни устремились вслед, стараясь не потерять из виду удаляющуюся фигурку…

А на роллердроме разгорелись настоящие страсти. Первыми подверглись атаке охранники. Толпа фанатов осадила их, требуя объяснений и отмены несправедливого решения.

— Что она сделала? За что ее сняли? Стрелка хорошая! Она катается лучше всех! — перебивая друг друга, кричали ребята.

— Тихо, тихо! Спокойнее, не шумите. Я все понимаю, — напрягая связки, пытался угомонить заступников Ани осипший начальник охраны. — Я и сам болею за Стрельникову — слышите, голос сорвал. Решения принимаем не мы, а оргкомитет. Почему — нам не докладывают. Хотите разобраться — поступайте, как положено! Отрядите делегацию, выберите старшего, четко сформулируйте вопросы. А если будете орать и напирать, мне придется принять меры.

Делегацию в составе пяти человек возглавил Игорь, брат Ани. Два дня он активно болел за сестру, радовался ее успеху, с ностальгической грустью вспоминая собственную юность. Разгоревшийся скандал собрал вокруг него ребят. Галдящая толпа подошла к музейному комплексу, в одном из залов которого заседало жюри. После того как Игорь переговорил с охранником, тот провел всех в холл, усадил в кресла.

— Тише тут, поняли? — шикнул он в ответ на требование вызвать председателя. — А то никакого начальства вам не будет!

Второй охранник вел с кем-то переговоры по рации.

Через несколько минут в фойе спустился председатель. Он выглядел уставшим и осунувшимся, совсем непохожим на жизнерадостного, бодрого человека, который накануне приветственной речью открывал соревнования.

Оглядев собравшихся, председатель заметил недовольные взгляды, нахмуренные брови, сжатые челюсти.

— Осторожнее, Николай Андреевич! — шепнул первый охранник. — Не подходите близко! Держите дистанцию. Мало ли чего! Вон они какие взбудораженные.

— Не волнуйтесь, я справлюсь. — Руководитель представился и пожал Игорю руку, озадаченно нахмурившись, когда тот представился в ответ. — У вас ко мне какие-то вопросы? — обратился он к ребятам.

Те начали было наперебой выкрикивать что-то, но Игорь быстро прекратил шум.

— Мы хотели узнать, почему Аню Стрельникову сняли с соревнований, — отчеканил он.

— За чемпионку хлопочете, — понимающе кивнул председатель. Сняв очки, он принялся протирать стекла носовым платком. — Как это сейчас называется? Группа поддержки, значит.

— И не только! — выкрикнул Гришка. — Мы из одной команды! А вот это, — он показал на Игоря, — ее родной брат! Тоже, кстати, классный роллер.

— Брат? — Председатель надел очки и снова хмуро посмотрел на Игоря. — А вы у нее единственный?

— Да, — ответил Игорь, немного растерявшись. — А почему вы спрашиваете?

— Сейчас отвечу. — Председатель поправил очки. Общее напряжение немного спало — увидев, что «начальство» вышло к ним и готово общаться, ребята немного расслабились. — Детали я вам излагать не буду, да и не имею права — пока что эта информация закрыта. Но в общем и целом дело обстоит так: поступило обращение от группы граждан о том, чтобы Стрельникову Анну сняли с соревнований, так как она причастна к нападению на человека и его ограблению. Тише, тише! — погасил он жестом вспыхнувший возмущенный шум. — Вначале послушайте, обсуждение — потом. И вообще, учитесь общаться цивилизованно. Если мы сейчас перейдем на повышенные тона, выйдет не конструктивный разговор, а базарная склока. Стрельникова от этого в любом случае не выиграет! Согласны?

— Согласны, — буркнул Гришка. — Ша, пацаны! Дайте челу сказать. Валяйте дальше, — бросил он председателю.

— Ну, раз ты разрешаешь, — усмехнулся Николай Андреевич. — Информационное письмо по поводу Стрельниковой мотивированное, составленное по всем правилам. Люди требуют принять меры и наказать Стрельникову.

— Кто, кто требует? — снова загалдели ребята. — От кого это письмо?

— Этого я вам сказать не могу.

Такие слова вызвали новый взрыв возмущения.

— Бред какой-то! — крутил пальцем у виска Макарона. — Анька — и кого-то ограбила!

— Да ее подставляют, ясно же! — вторили ему Терминатор с Гирей. — И нас вместе с ней!

Охранник глазами показал на ребят, словно спрашивая, не пора ли разогнать всю эту «шушеру», но председатель покачал головой. Он дождался, когда ребята угомонятся, и лишь потом заговорил, все так же негромко:

— Ситуация запутанная, не спорю. Но и вы нас поймите: на одной чаше весов — реальные доказательства, а на другой — ваши эмоции!

— А пострадавший? Тот, которого ограбили? Кто это? Это он написал письмо? — посыпались на председателя новые вопросы.

— Я же сказал — информация пока закрыта! — покачал головой Николай Андреевич, но потом, поглядев на несчастные лица, сжалился: — Ладно уж, так и быть, расскажу кое-что. Сведения поступили не от пострадавшего, а от свидетелей происшествия. Да, нормами права такие обращения не предусмотрены, но мы же не милиция! И в данном случае речь идет не об уголовном праве, а о нравственном: о спортивной этике, моральном облике спортсмена. И это не пустые слова! Мы не можем награждать и чествовать девушку, которую за два дня до соревнований засекли во время грабежа. Сам пострадавший мог бы внести ясность, но его нет, и расспросить его мы не имеем возможности. И вот что я вам скажу: если до конца рабочего дня не появятся новые данные, Стрельникова с соревнований действительно будет снята.

Снова галдеж взволнованных ребят:

— А конец рабочего дня — это когда?

— Вообще-то мы работаем до шести… Ну хорошо, хорошо, сегодня можно и задержаться… Скажем, до семи.

— Нет, до восьми! До девяти! Десяти! Одиннадцати! — кричат Анины болельщики, и в глазах их столько мольбы, что председатель сдается:

— Ладно! Уговорили! Пусть сегодняшний рабочий день для ровного счета продлится до полуночи. Попробую уломать комиссию. Все равно с бумажками возиться…

Восторженное «ура!» прерывает новый вопрос Игоря:

— Скажите, разве это правильно — принимать такие решения, не поговорив с самой Аней, не разобравшись, что к чему?

Видно было, что разговор неприятен председателю, но ответил он категорично:

— Решение принято коллегиально, обсуждению не подлежит.

Однако, поколебавшись, добавил:

— Вот вы мне тут твердите — Стрельникова, Стрельникова! А сами-то хорошо знаете свою Королеву? Говорите, она честная, порядочная. А эта «честная» не далее как вчера обманула меня! Да-да, вот в этом самом здании. Привела с собой рыжего парня, представила как своего брата… Ведь это же были не вы? — усмехнулся он, глядя на Игоря. — Вот-вот. Поэтому я и спрашивал, единственный ли вы у нее брат. А вот и еще факт: это чей рюкзак, не ее? Ну-ка, покажи-ка! — обратился он к Гришке, который действительно держал в руках Анин рюкзак — девочка была так расстроена, что убежала без него.

— А знаете, как я угадал, что это ее рюкзак? По брелоку. Вот по этому серебряному дракончику. Давно он у нее? — обратился председатель к ребятам. Те, ошарашенные неожиданным вопросом, отреагировали не сразу.

— А дракончик точно ее? Что-то я такого раньше не видела, — с сомнением покачала головой Гиря.

— И я не припомню, — тряхнул челкой Макарона. — А какая разница? Ну подарил ей кто-нибудь или сама купила, ну и что?

— Разница большая, — вздохнув, объяснил председатель. — Этот самый брелок фигурирует в списке пропавших вещей пострадавшего. Часть украденного! Дорогая, между прочим, вещица! Натуральное серебро высокой пробы.

Ребята потрясенно молчали. Потом Гришка рубанул рукой воздух:

— И все равно, мы считаем, вы не имели права принимать такое решение, не поговорив предварительно с Аней и с этим пострадавшим парнем!

— А где они, ваши подзащитные? Тут, среди вас? С кем мы будем разговаривать? — голос председателя звучал теперь громко и твердо. — Они пришли сюда к нам, объяснились? Нет. Они попытались отстоять свои права? Нет! Знаете, есть такая поговорка: «Молчание — знак согласия»! Так вот что я вам скажу: исчезновение Стрельниковой только подтверждает ее вину!

— А если мы ее найдем и приведем сюда? Если она сама расскажет, как все было? — с надеждой поинтересовалась Гиря.

— Мы будем ждать сегодня до полуночи, — твердым голосом закончил председатель. — Мне пора. Надеюсь, вы получили ответы на все ваши вопросы.

— Вот тебе и выступили, — насупился Гришка-Терминатор, провожая взглядом высокую плотную фигуру. — Кранты теперь походу!

— Да что походу! Моим курсам подготовительным кранты, — вздохнула Лена-Гиря.

— Да о чем вы, придурки! Курсы, поход… Вы об Аньке подумайте — ей-то каково! — одернул друзей Макарона.

— Ладно, зачмырил нас совсем! — огрызнулась Гиря. — Ясно, что мы об Аньке волнуемся. Куда она подевалась? Мобильник в рюкзаке оставила… И Стас исчез…

— И Рыжий…

— Ох, и много же тайн у твоей сестрички! — Гиря стукнула Игоря по плечу с такой силой, что тот едва не опрокинулся. — Ограбление, пострадавший, брелок… Никогда бы не подумала, что Анька такая скрытная!

Разговор с председателем лишь частично погасил страсти. Узнав о его исходе, роллеры и болельщики дружно ринулись на поиски Ани, а в стенах покинутого делегацией здания разгорелся настоящий скандал. Дело в том, что кляуза на Стрельникову поступила в оргкомитет днем, когда Николай Андреевич был на совещании. В отсутствие начальника бумагу принял и подшил к делам его заместитель, Деревяшкин. Он же фактически единолично принял решение о снятии Ани с соревнований и объявил об этом по радио.

— Деревяшкин! Кто вам позволил делать подобные объявления! — кипятился председатель после встречи с роллерами. — Мы должны были прежде разобраться в этом деле, поговорить с заявителями, с самой Стрельниковой, — выговаривал Николай Андреевич своему заместителю почти теми же словами, которые только что слышал от ребят. — В таких вещах нельзя торопиться!

— Но я… Но вас же не было! — упрямился зам. — Пришлось взять решение на себя. И я считаю, что в сложившейся ситуации поступил абсолютно правильно! Вы посмотрите, какие тут факты представлены! Вопиющие! Это же такое пятно на нас, на вас! За такое не с гонок снимать, в тюрьму сажать надо! Вот и наш уважаемый консультант может подтвердить. — Он указал на стоящего у окна Павла Кузьмича.

Тот молча покачал головой, изучая протянутую заместителем бумагу. Потом передал ее председателю, тот тоже внимательно прочитал написанное и тяжело вздохнул.

— Обвинения тяжкие, — прокомментировал Николай Андреевич. — Ничего не скажешь. И изложено все с умом, доказательно. Вот только у меня никак в голове не укладывается — Стрельникова, хорошая девочка, и вдруг все это…

— Это оттого, Николай Андреевич, что вы на роллеров через розовые очки смотрите, — подала вдруг голос секретарша. — Сюсюкаете, цацкаетесь с ними! А они же невменяемые, дикари! Вы послушайте, как они говорят. Мат-перемат, слова русского не услышишь! А посмотрите, что после них вчера в парке творилось! Кустика не было, чтобы под ним банка не валялась или бутылка, фантики, бумажки… Газоны вытоптали, сирень обломали, цветники оборвали! А вы — «хорошая девочка»! Все они хорошие, когда дома и поодиночке, у родителей на привязи. А здесь — как с цепи срываются. И для меня вот в этом, — она показала на бумагу в руках председателя, — ничего удивительного нет!

— Это все так, и мириться с подобным положением дел нельзя, нужно наводить порядок. Однако к обсуждаемому вопросу поведение роллеров в целом отношения не имеет… — не согласился председатель.

— Если позволите, я кое-что разъясню, — вступил в беседу Павел Кузьмич. — Я немного знаком с этим делом… Тут все не так просто. Видите ли, те, кто подписал эту бумагу — Следковский и Маратов, — сами были задержаны по подозрению в ограблении и нападении, но через сутки выпущены за отсутствием состава преступления. Теперь же они выдвигают обвинение в отношении Стрельниковой. Да, я действительно обнаружил ее около пострадавшего. Но она пыталась оказать ему помощь, а не ограбить его.

— Это ничего не значит! — запротестовал Деревяшкин. — Она могла притвориться! И, кстати, о пострадавшем. Что это за история с его исчезновением? Я звонил в больницу, мне сказали, он сбежал!

— Да, это так. Но здесь тоже нет никакого состава преступления, не так ли? Вообще, должен вам сказать, в этом деле много сложностей и неясностей. Например, кто во время ограбления вызвал милицию… На вашем месте я бы не спешил с радикальными решениями, а подождал бы, пока ситуация не разъяснится.

— И сколько же вы предлагаете подождать? — Председатель устало потер лоб.

— Насколько хватит милосердия и терпения. Тут надо ох как осторожно действовать! Вы же не булыжники ворочаете, а человеческие судьбы. Мы все знаем эту девочку! Для нее ролики — судьба. Отлучить ее от них сейчас — все равно что обрезать крылья. У Ани же вся жизнь может пойти наперекосяк!

— Ладно, Павел Кузьмич! — устало махнул рукой председатель. — Давайте без проповедей, и так все ясно. Но только вы нас тоже поймите — мы не могли оставить без внимания поступившую информацию! Тут же пресса, начальство, общественность, сами понимаете. А вы, Деревяшкин, напортачили хуже некуда. Посмотрите, что в парке творится! И все из-за скоропалительных решений. Так что и вам разбирательства не миновать. Ну а что до остального, то, учитывая сложность ситуации, назначаем контрольный срок — сегодня до полуночи. Если Стрельникова не появится и не объяснится — я действительно сниму ее с соревнований! Хотя бы за то, что она обманула меня с этим рыжим парнем.

Всей душой сочувствуя Ане, Павел Кузьмич не торопился открывать карты и рассказал далеко не все. Так, например, он почти стопроцентно знал, кто вызвал милицию во время нападения на Егора. Этому человеку, по-видимому, вообще многое известно… Пришло время навестить его и поговорить. Но надо бы заехать домой и переодеться…

Глава 30 Весеннее купание

Не сбавляя скорости, Аня нырнула в подземный переход и вскоре оказалась на другой стороне проспекта.

— Куда это она? — крикнул Егор, поворачивая вслед за девушкой в темное жерло перехода.

— Наверное, на набережную! — предположил Стас. — Наше любимое место. Мы там часто гуляли!

Распри и ссоры были на время забыты. Поглощенные общей заботой парни мчались рядом.

Девичья фигурка свернула в арку и исчезла. Когда ребята влетели во двор, Ани нигде не было видно.

— Куда теперь? — запыхавшись, спросил Егор.

— Через калитку в сквер, потом мимо школы к реке, — пояснил Стас.

Они неслись на полном ходу, стремительно объезжая старушек с собачками и малышей на велосипедах. Вдогонку неслись возмущенные крики, но ребятам было не привыкать — пешеходы относились к роллерам настороженно и с недоверием.

Парни выехали на набережную, огляделись.

Если бы они попали сюда в другой, более благоприятный момент, то не смогли бы не восхититься открывшейся перед ними панорамой великолепного заката. Солнце, отражаясь, ослепительно сверкало в широкой, спокойной реке, в окнах гигантских новостроек будущего делового центра. С высокого берега можно было увидеть утопающие в зелени московские высотки и Белый дом; два моста крепко вцепились в противоположный берег: старый, костлявый, безымянный — железнодорожный, и новый, блестящий, похожий на яркую игрушку, — пешеходный, с гордым именем грузинского князя, героя войны 1812 года. Юркие кораблики и солидные теплоходы бороздили речную гладь, оставляя после себя расходящийся треугольником пенный след.

Но парням было не до красивых пейзажей. Озабоченные, они озирались в поисках Ани.

— Ну? Куда теперь? — нетерпеливо окликнул Стаса Егор.

— Обычно мы гуляли по мосту, — пояснил Стас. — Вон по тому, пешеходному. Там внутри магазины, кафешки всякие… Но я понятия не имею, куда она рванула сейчас…

— Я думаю, нам лучше разделиться. Ты дуй к пешеходному, а я обследую вот этот, железнодорожный. Найдешь ее, свистни!

— И ты! — ответил Стас.

Егор развернулся и прямо по мягкому травяному склону покатился вниз, к реке.

— Куда ты, чудило! — заорал ему вслед Стас. — Тут же лестница есть!

Но тот, не останавливаясь, лишь отмахнулся. Стас хмыкнул и направился к пешеходному мосту.

Аня и сама не знала, куда несут ее ролики. Ей было все равно — лишь бы подальше от места позора. Она не слышала криков пустившихся вдогонку парней, не замечала удивленных и сочувственных взглядов прохожих — не так-то часто увидишь плачущего роллера!

Ноги сами привели ее в любимое место — на набережную. Сколько раз они гуляли тут со Стасом, и как же была тогда хороша жизнь! Мост, многолюдный зимой и летом, оживленные лица, яркие витрины магазинов…

Но сейчас ей не хотелось туда. Там другая жизнь, другой мир. Ее теперешнему угнетенному состоянию больше подходил другой мост, железнодорожный, — костлявый угрюмый старик, мрачный и одинокий. Она свернула с шоссе на тропинку, потом быстро спустилась вниз по широкой бетонной лестнице.

Быстрее, быстрее, вдоль берега, мимо чугунной решетки, старой городошной площадки и каких-то контейнеров туда, на песчаный склон, где запнулись, а потом намертво увязли похожие на толстые слоновьи ноги опоры старого моста.

Теперь здесь тоже была стройка. Рядом с металлическим скелетом должна была протянуться широкая лента нового шоссе; работы велись круглосуточно.

Добравшись до моста, Аня шлепнулась на песок и дала наконец-то волю слезам. Она плакала, размазывая по лицу грязь, потом скинула защиту, сбросила ролики, оттолкнула их — как будто коньки были виноваты в том, что с ней произошло.

Королева пребывала словно в трансе. Сказывались усталость, нервное напряжение последних дней, разочарование в любви и дружбе… Наверное, поэтому ей вдруг захотелось совершить что-то абсурдное, дикое, дурацкое… Ну, например, прыгнуть в темную, с качающимся мусором воду… Или хотя бы похоронить в ней ролики.

Да-да, вот это она сейчас и сделает! Утопит ролики в Москве-реке. И успокоит свою душу. И больше никогда, ни за что, даже под дулом пистолета, не встанет на коньки и не появится в скейт-парке!

Апатия сменилась лихорадочной деятельностью.

Аня вскочила, подбежала к воде. Может, швырнуть их прямо отсюда? Нет, у берега совсем мелко. Если уж топить, так на самой глубине, чтобы никогда не возникло желания вернуть их назад.

Аня сцепила коньки баклями, перекинула через плечо и пошла к мосту — туда, где переплетения металлического каркаса подходили почти вплотную к песчаному берегу. Она решила пройти по железяке до середины реки и там сбросить ролики в воду.

Сказано — сделано. Это оказалось нетрудно — все местные ребята увлекались лазанием по мосту, это было любимое развлечение. Металлическая ферма была достаточно широкой, и Аня отлично помнила, как надо двигаться, — руки перебирают перекладину, ноги двигаются параллельно. Трудно оказалось только скинуть ролики: пришлось отпустить одну руку, а другой обнять вертикальную металлическую стойку. Коньки пошли на дно с бульканьем, круги разбежались по воде и исчезли, будто ничего и не было. Где-то вдалеке загудел поезд — надо торопиться, скоро состав въедет на мост, и тогда тут станет опасно. Последний раз посмотрев на то место, где утонули коньки, Аня пустилась в обратный путь.

Девочка все еще стояла на мосту, когда на берегу появился Егор.

— Стрелка! — крикнул он. — Не смей! Не делай этого!

Аня вздрогнула, одна нога шагнула мимо фермы, и в этот момент электровоз въехал на мост. Вибрация передалась металлическому каркасу, конструкция слегка изогнулась — совсем чуть-чуть, незаметно, но легкого толчка оказалось достаточно, чтобы руки девочки отпустили перекладину.

— Помогите! — только и успела крикнуть Аня перед тем, как с высоты десяти метров рухнуть в воду.

— Анька! Держись! Я сейчас! — Егор в мгновение скинул ролики, бросился к парапету, перепрыгнул через ограду и полетел вниз. Вспомнив об уговоре со Стасом, он свистнул, но свист получился коротким — парень пронзил метровый слой воды: около берега было совсем мелко.

Удар о дно был настолько сильным, что Егор на несколько секунд потерял ориентацию, а когда пришел в себя, то вдруг понял, что мир вокруг изменился… Как будто в нем что-то сдвинулось, поменялись краски, появилось нечто новое… Раздумывать над необычными ощущениями было некогда — Аня бултыхалась на середине реки. Энергично загребая руками, Егор поспешил на помощь.

На роликах Стрелка каталась хорошо, а вот плавать почти не умела. Она смогла бы, пожалуй, поплескаться на мелководье и проплыть по-собачьи метра четыре, но добраться от середины широкой судоходной реки до берега — об этом и подумать страшно! Вот эти-то мысли и мешали. Девочка запаниковала и начала бессмысленно бить по воде руками — худшее, что может сделать утопающий. Голова ее, как поплавок, то поднималась над водой, то исчезала. Вдруг мелькнула нелепая мысль — она хотела утопить ролики, а теперь они утопят ее… Аня засмеялась и тут же, захлебнувшись, снова ушла под воду.

Рука Егора ухватила ее уже на глубине.

— Дыши! — услышала она. — И не брыкайся!

Но разве это возможно? Оказавшись на поверхности, Аня замолотила руками еще сильнее, а потом намертво вцепилась в Егора, так, что теперь он под ее тяжестью тоже начал тонуть.

— Какая же ты тяжеленная… Никогда бы не подумал… — Спасатель пытался выплыть, но Аня тянула его вниз, сковывая своими объятьями. — Отпусти! — из последних сил крикнул парень. — Ляг на воду! А то вместе утонем!

— Искупаться решили? — неожиданно вынырнула рядом голова Стаса. — Ну и местечко выбрали! Вы бы еще в отстойник забрались…

Вовремя подоспевшему парню удалось оторвать Аню от Егора, и вдвоем парни быстро доставили утопленницу на берег.

— Ну, все! — пригрозил девушке Стас, едва они выбрались на землю. — Больше — никаких роликов! Будешь у меня в бассейн ходить!

Глава 31 Еще один побег

Вечерело. Андрюшка стоял у окна и вглядывался в темноту. Вначале он перестал видеть верхушки березовой рощи на горизонте, потом по очереди исчезли липы уходящей к шоссе аллеи. Вскоре сумрак подступил к подножию больницы и начал подниматься вверх.

— Эй, Андрюха! — уже в который раз окликал парнишку Санька. — Ты чего застыл, как монумент?

Маленький роллер молчал. Ужин на столе давно остыл. Несколько раз нянечка заглядывала в палату, чтобы забрать посуду, но, увидев, что каша не тронута, уходила, недовольно поджав губы.

— Сам на кухню понесешь! — проворчала наконец она. — У меня дежурство кончается!

Андрюшка, не оборачиваясь, кивнул. Все его мысли были только об одном: как сбежать отсюда, добраться до Ани и рассказать ей все, что ему известно. Мальчишка перебирал варианты побега и отвергал их один за другим. Спуститься вниз по водосточной трубе? Опасно — труба слишком далеко от окна. Попробовать обмануть охранника у входа? А как? Что такого он мог бы сказать, чтобы тот выпустил его одного, да еще ночью? Позвонить родителям и попросить забрать его отсюда? А как он им объяснит такое странное желание? Среди придуманных Андрюшкой способов были и такие: уйти по крыше или, переодевшись в обычную одежду, притвориться задержавшимся посетителем.

Но, изобретая, он понимал — не то. Ни один метод по-настоящему не годился.

Мальчика осенило, когда он услышал от нянечки про кухню. Вот! Вот он, тот единственный вариант, который мог сработать! В школе на истории он сидел возле окна, выходившего на заднюю дверь столовой. Андрюшке всегда было интереснее наблюдать за активностью возле этой двери, чем слушать учительницу. К столовой подъезжали машины с продуктами, оттуда, чтобы миновать охранника, сбегали с уроков старшеклассники. Это была особая жизнь, и Андрюшка заработал в дневник не одно замечание и даже пару двоек за то, что предпочитал наблюдение изучению школьных предметов.

И вот теперь, стоя у окна, он вдруг подумал: а нет ли и в больничном пищеблоке такой же двери? Ведь куда-то же должны подъезжать машины с продуктами? И откуда-то должны выходить повара… Он уже знал, где располагался сам пищеблок, — на первом этаже, в отдельном крыле. Именно туда по прозрачному переходу семенили нянечки всех отделений.

Едва лишь парнишка подумал об этом, как понял — да, такая тайная дверь непременно есть! Через нее-то он и покинет больницу! Так же, как старшеклассники покидали школу через дверь столовой…

Однако побег требовал тщательной подготовки. Прежде всего нужно было заручиться помощью соседа.

— Санька, — сказал он, и это было его первое слово за последние два часа. — Поможешь мне?

— Чего спрашиваешь? Конечно! — Санька уставился на Андрюшку горящими глазами. Он предчувствовал приключение и не ошибался.

— Я хочу убраться отсюда, — заговорщически прошептал Андрюшка.

— Ух ты! — воскликнул Санька. — Как?

— Через кухню. — Андрюшка показал на тарелки, стоящие на столе.

— А-а! — понимающе кивнул Санька, хотя на самом деле он пока ничего не понимал, так как никогда в жизни не видел заднюю дверь школьной столовой.

— Переоденусь и уйду.

— Что, прямо сейчас? — поразился сосед по палате. — Темно уже!

— Так надо, — упрямо мотнул головой Андрюшка. — Короче, если кто будет меня спрашивать, гони всякую муть — ушел в туалет, скоро буду и все такое. Я на всякий случай положу под одеяло подушки, так что можешь сказать, что я сплю.

— Круто! — восхитился Санька. — А ты потом вернешься?

— Конечно! — ответил Андрюшка. — В ближайшие дни навещу тебя и все расскажу, ладно?

Санька закивал. Он с восторгом наблюдал, как сосед, слегка постанывая, переодевается, как аккуратно складывает пижаму в шкафчик, на место вынутых джинсов и футболки. Он с завистью смотрел, как Андрюшка выкатывает из-под кровати ролики и засовывает в рюкзак. Он одобрительно цокнул, когда Андрюшка, перед тем, как выйти, выглянул в коридор и огляделся. Предусмотрительный! Понимает, что дежурные сестры могут засечь. Правда, ему пройти-то всего ничего — выход на лестницу почти напротив двери в палату.

Очевидно, путь был свободен, потому что беглец быстро выключил свет, подхватил тарелки, стакан и со словами: «Ну, я пошел! Пока!» — выскользнул за дверь.

А его сообщник включил висящее над кроватью бра. Ему оставалось только ждать. Если затея не выгорит, приятеля быстро водворят в палату. Но все равно это здорово — самое настоящее приключение! Может, и ему тоже сбежать, когда снимут гипс?

Застекленный переход, ведущий к пищеблоку, начинался на втором этаже. В поздний час на лестнице было пусто — сестры и дежурные врачи оставались в отделениях, охранники дежурили в приемном, центральный вход был заперт. Никто не заметил и не остановил Андрюшку, когда тот крадучись спустился по лестнице и прошел по полуосвещенному переходу. Мальчишке даже стало страшно — так пусто и тихо было вокруг. Он невольно ускорил шаг, потом перешел на бег. Запыхавшийся, хромающий, с болью в боку, он через открытую металлическую дверь ворвался на кухню. Здесь тоже было темно и пусто, но из освещенного дверного проема в противоположном углу раздавались музыка и чьи-то голоса.

Андрюшка подкрался ближе и заглянул внутрь. Перед ним была небольшая комната, заставленная ящиками, очевидно подсобка. Пожилая женщина сидела за столом и пила чай, уставившись на экран большого допотопного телевизора.

— Извините, куда это можно поставить? — невинным голоском спросил мальчик.

Не глядя на него, женщина махнула в сторону кухни — так, как будто в пищеблоке каждый вечер появлялись дети с тарелками. А может, так оно и было? Парнишка не стал выяснять: он поставил посуду в мойку и огляделся в поисках выхода.

И нашел его! Дверь, которую он искал, действительно существовала — тяжелая, обшарпанная, обитая металлическим листом с пятнами масляной краски, почти такая же, как в школьной столовой. Со всех ног, наискосок через столовую, огибая огромные плиты, уставленные гигантскими котлами, Андрюшка рванулся к спасительному выходу. Быстрее, быстрее, пока сериал не прервала рекламная пауза и женщина не начала выяснять, что к чему!

Он успел. Ему даже удалось придержать скрипучую створку так, чтобы она не хлопнула.

Очутившись на темной улице, мальчик перевел дух и вытер выступивший на лбу пот. А потом скачками, как вспугнутый заяц, помчался прочь от больницы. Скорее, скорее, пока его не хватились! На боль в боку и коленке он старался не обращать внимания.

Андрюшка как раз преодолевал последние метры больничного парка, когда на липовую аллею ступил Павел Кузьмич.

Сыщик вошел в палату в тот момент, когда мальчишка добрался до троллейбусной остановки.

Санька наконец-то дождался своего приключения. К нему в палату заявился настоящий милиционер в форме, фуражке и даже с кобурой на боку! Парень почти испугался: одно дело — ввести в заблуждение врачей и сестер, и совсем другое — врать милиции. Однако и нарушать слово, данное Андрюшке, тоже было нельзя. Поэтому Санька отвернулся и зажмурил глаза, притворившись, что спит.

Немного постояв, Павел Кузьмич тихонько присел на краешек стула. Он понимал, что рано или поздно парнишку, к которому он пришел, придется разбудить. Но все-таки тут была больница, а мальчишка — пациент. Отставного милиционера и впустили-то сюда только потому, что он был в форме. Хорошо, что никто не догадался, что кобура пустая, а китель он в последний раз надевал пять лет назад! Сыщик взглянул на часы — девять тридцать. Два с половиной часа до «контрольного» срока — можно немного подождать, авось ребенок проснется сам. В туалет захочет или еще чего…

Павел Кузьмич устроился поудобнее и открыл лежащую на столе книжку. Это были «Детские анекдоты».

Андрюшка мерз на остановке, пропуская один троллейбус за другим: у него не было ни денег, ни билетиков, ни проездного. Конечно, можно было бы забраться в троллейбус и через заднюю дверь, но тут прямо на его глазах контролерша буквально в шею вытолкала малолетнего «зайца».

— Эх, были бы у меня ролики, я бы классно прокатился! — процедил бедолага сквозь зубы, провожая взглядом отъезжающий троллейбус. — На Поклонку. Там такая буча заварилась! Аньку Стрельникову с соревнований сняли.

— Да ты что! — поразился Андрюшка. — А за что?

— Да вроде она кого-то грабанула в парке. Туда сейчас народ подтягивается. А я вот никак доехать не могу. Третий раз высаживают! На роликах быстро бы доехал!

— Это как же? — заинтересованно спросил Андрюшка.

— Ты что, телик не смотришь? Можно зацепиться вон за ту лесенку, сзади, и ехать куда угодно!

Точно! И как это он сам не догадался! Андрюшка, перебежав шоссе, бросился обратно в больничный парк. Палка, палка… какая-нибудь коряга, которой можно было бы зацепиться!

Ему повезло. Подходящую палку с сучком наподобие крюка он нашел довольно быстро. И троллейбус подошел как раз в тот момент, когда он затянул бакли своих погремушек.

Парень-«заяц», посвистывая, забрался в салон, а Андрюшка, следуя его совету, зацепился палкой и покатил в нужном направлении.

Это оказалось совсем несложно! Даже легче, чем ездить самому с забинтованной ногой. Андрюшка быстро приноровился держать равновесие и даже сумел весело помахать «зайцу», когда того высадили на следующей остановке.

Павел Кузьмич с увлечением читал до одиннадцати, иногда ему даже с трудом удавалось сдержать смех. Потом взглянул на часы, отложил книгу, подошел к кровати Андрюшки и слегка потряс бугор под одеялом.

— Эй, парень! Проснись! Поговорить надо!

Под одеялом молчали. А бугор оказался подозрительно мягким. Поколебавшись, Павел Кузьмич отбросил одеяло и, увидев две лежащие рядом подушки, тяжело вздохнул. «С какой легкостью, однако, пациенты сбегают из этой больницы!» — подумал он, решив при случае обязательно поделиться с местным начальством опытом по усилению охраны.

Глава 32 Тайны раскрываются

Вылезшая из воды компания смотрелась трагикомично — трое мокрых, дрожащих ребят, облепленных противными водорослями.

— Ну, что? Полегчало? — деловито осведомился Егор, выплевывая пахнущую мазутом воду. Потом он вдруг замер, потому что… потому что…

Двое других между тем не замечали напавшего на приятеля столбняка.

Обхватив себя руками, они пытались согреться.

— На, возьми. — Стас протянул трясущейся девушке джинсовую куртку, которую успел снять перед тем, как броситься в воду.

— С-с-спасибо, — закутавшись, благодарно простучала зубами Аня.

— Слушай, Стрелка… Я хотел тебе сказать… Это все неправда, про ту корягу. Это вранье! Скажи, ты мне веришь? — Стас с надеждой посмотрел на девочку.

Аня подняла глаза и улыбнулась:

— Верю! Прости, ладно? Не знаю, что на меня нашло! Вела себя, как полная дура.

— Правда? Это правда?

Глаза Стаса сияли, как две самых ярких звезды, которые только довелось видеть Ане. Вот она, сбывшаяся мечта! Лучше, чем на ночном небе! Она прижалась к парню, обхватив за плечи, тот обнял девочку за талию.

— Не бросал ты никакой коряги! И меня тоже не бросал, — прервал идиллию Егор. Он говорил каким-то странным, глухим и сдавленным голосом.

— Откуда ты знаешь? — повернулась к нему Аня.

— Есть еще один свидетель. Самый главный.

— Кто? — Аня все еще не понимала.

— Я.

Запинаясь, Егор поведал ребятам о том, что вспомнил утром.

— Делайте со мной, что хотите. Я должен был сразу все рассказать, и вы бы давно помирились. Но мне казалось, у меня есть шанс…

— Ладно, чего уж там, — махнула рукой Аня. — Забудь!

— Лучше скажи «вспомни!», — усмехнулся Егор. — Хотя теперь это неактуально.

До Ани не сразу дошел смысл его слов. Лишь через несколько секунд она охнула и, пораженная, посмотрела на Егора.

— Ты вспомнил! Ты все вспомнил!

Парень кивнул. Он уже убрал ролики в рюкзак и теперь завязывал шнурки кроссовок.

— Только не все, а почти все, — буркнул он.

— Народ, вы о чем? — заинтересовался Стас.

Аня с Егором переглянулись.

— Расскажи сама, — предложил парень.

— Хорошо! Только на ходу, ладно? А то холодно очень… И мокро… Особенно босиком.

Троица поднялась и почти бегом направилась к лестнице. К тому моменту, как они поднялись наверх, Стас знал все.

У Королевы роллеров больше не было тайн.

— Так не бывает! — потрясенно бормотал ее тренер, почесывая затылок. — Так просто не может быть! Значит, ты из команды этих, в черном?

— Ага, — кивнул Егор.

— И Сумрачный — твой тренер? — догадалась Аня.

— Угу. И Марика еще недавно была моей девушкой, — удрученно вздохнул Рыжий. По какой-то причине его настроение стало портиться. — Мы с ней встречались целый год…

— И ты только сейчас об этом вспомнил! — ахнула Аня. — Ну и любовь у вас!

— Да, не самая романтическая, — согласился Егор. — Но мы как раз недавно поссорились.

Он мрачнел на глазах. Казалось, и сам был не рад своим воспоминаниям.

— Кстати, о Марике, — поджала губы Аня. — Я-то тебе, Стасик, все рассказала, а ты мне — ничего! Она сказала, что ты теперь ее парень. И я видела, как вы обнимались на аллее Влюбленных!

— Обнимались? Ничего подобного! Я ее и знать не знал, она сама меня остановила! У нее колесико отвалилось, просила помочь. Дело пустяковое, я в момент все починил. А потом это сумасшедшая бросилась мне на шею и начала целовать! Благодарила. Сказала, что ее зовут Марика. Предложила вместе тренироваться. Вот и все.

— Все? — недоверчиво покачала головой Аня. — А откуда же ты тогда ночью узнал, что Егор у меня?

— От нее. В тот день вечером мы встретились у твоего подъезда, случайно. Ну, извини, Ань! Виноват, не рассказал раньше. Она просила не выдавать ее! Но это же все такие пустяки!

— А медуза и сосулька? Это тоже пустяки?

— Какая медуза? Какая сосулька? Ты, случайно, не того после купания? — Стас покрутил пальцем у виска.

Аня покраснела. Господи, какая же она дура! Марика провела ее, как ребенка! Заставила ревновать хуже Отелло!

— А спор? — вдруг вспомнила девочка, обращаясь к Егору. — Пари, которое вы заключили с тренером… Насчет меня. Про это ты вспомнил или нет?

— Вот про это — нет, — Егор удрученно развел руками. — Хоть убей, ничего не помню. У меня не все восстановилось… Остались пробелы…

— Значит, спор мог быть? — нахмурилась Аня.

— Да, — покаянно свесил голову Рыжий. — Мог. И мне нечего на это сказать.

— Ладно, проехали, — вздохнула Аня, снова ускорив шаг.

— Куда мы? — поинтересовался Егор.

— Домой, переодеться. Ох… Но ты же теперь вспомнил, где твой дом?

— Вспомнил. Не в Москве! Вот только возвращаться в гостиницу к тренеру совсем не хочется.

— Понятно, — кивнул Стас. — Скользкий тип. И все-таки странно. Если он знал, что ты — его роллер, почему же не подошел к тебе? Особенно когда ты стал независимым.

— Я и сам не понимаю, но одно знаю точно: соревнования мне нужно выиграть во что бы то ни стало.

— Почему? — в один голос спросили Стас и Аня.

— Потому что Сумрачному, как вы его называете, я должен четыре тысячи баксов. В свое время одалживал у него — на ролики, экипировку, поездки и все такое. И пока не расплачусь, я его «раб». Вот такие дела.

Аня тихонько охнула — не успели порадоваться возвращению памяти, а тут — новая неприятность! Хотелось найти слова ободрения, заверить, что все будет хорошо, — не получалось. Потому что ничего хорошего не было. Если выиграет Егор, поражение потерпит команда Ани. А если проиграет… нет, это тоже неправильно! Егор не мог, не должен был оставаться «рабом» опасного типа! Надо что-то придумать, как-то решить проблему! Но как? В голову ничего не приходило…

— Ты вернешься в свою команду? — только и спросила Стрелка.

Егор покачал головой:

— Перебьются без моих очков. Если я им раньше не был нужен, обойдутся и теперь. Только это ничего не меняет. Долг-то все равно не уменьшится.

— Выходит, мы с тобой все еще соперники, — усмехнулся Стас. — Ну, дела! Надо было тебя утопить.

— Во-во! Или мне тебя.

— Надеюсь, вы хоть сейчас обойдетесь без мордобоя! — строго прикрикнула на них Аня.

Парни вздохнули и потрогали недавние боевые «трофеи» — синяки и ссадины. Какой уж тут мордобой! Даже если б и захотели, не было сил.

Дома у Ани «пловцы» быстро переоделись — и Егору, и Стасу подошли старые вещи Игоря.

— Не знаю, что делать… — потерянно бродил по комнатам Егор. — Идти к своим? Не идти? Рассказать, что я терял память, или не рассказывать?

— Для начала сядь и успокойся, — Аня чуть ли не насильно загнала парня на «его» диван. — Надо все хорошенько обдумать.

Втроем они обсудили странное поведение Марики и тренера и сошлись на том, что пока нужно оставить все, как есть.

— Посмотрим, что будет дальше, — подвела итог Аня. — Завтра все решится.

В который раз за это время, разбираясь с проблемами Егора, она совсем забыла о своих собственных. Ну, подумаешь, сняли с соревнований… Подумаешь, не выступит она завтра… Не получит приз… Зато у нее нет никаких долгов и никакой кабалы! И друзья — самые настоящие. Так же, как и любовь.

Сзади подошел Стас. Он обнял Аню, поцеловал в затылок.

— А без роликов ты у меня вполне нормальная девчонка, — прошептал он.

Аня шутливо ткнула его локтем в живот.

— Ух! — скривился Стас. — Я сказал что-то не то? Ну, хорошо. Ты и без роликов — ненормальная. Так лучше?

Аня слегка откинула голову и задела подбородок Стаса затылком.

— Сама же сказала — без мордобоя! — обидевшись, произнес Стас.

— Мне можно. Я же Королева. Хочу — казню, хочу — милую!

Глава 33 Маленькая революция

Уже совсем стемнело, но парк не опустел. Наоборот, все больше и больше роллеров собиралось около музея, где заседал оргкомитет.

— Долой бюрократов! — вопили питерцы.

— Мы будем стоять здесь и никуда не уйдем! — доносилось от тусовки сибиряков.

— Пришлите подкрепление! — кричал в рацию начальник охраны. — Не хватает сотрудников для оцепления!

Толпа разрасталась. Все новые люди подходили, чтобы выяснить, в чем дело, и оставались, воодушевленные идеей добиться справедливости. Еще недавно многие косо смотрели друг на друга, их разделяло соперничество, но теперь спортсмены побратались, объединились в стремлении спасти человека, отстоять его права. Роллерское сборище бурлило и рокотало, как море перед бурей.

— Вы только посмотрите, что творится! — Референт председателя выглянул в окно. — Ну и дела! Никогда еще такого не видел. Сколько же их тут?

— Тысяч десять, не меньше! — восхищенно проговорила молодая журналистка. Щеки девушки раскраснелись, глаза блестели. — Ой! А вот и наши! Я знаю этого парнишку из «Я — молодой»!

— Ну все, понеслось, — возбужденно потирал руки референт. — А чего они хотят, эти роллеры?

— Требуют вернуть Стрельникову на соревнования.

— Так это они из-за девушки? — ахнула журналистка, доставая диктофон. — Ой, как здорово!

— А кто она такой, эта Стрельникофф? — поинтересовался немец — представитель фирмы — спонсора соревнований.

— Девчонка как девчонка, — пожал плечами заместитель председателя Деревяшкин. Он то и дело вытирал платком потеющую лысину. — Такая же, как и они все.

— Такая, да не такая, — покачал головой Павел Кузьмич. Он только что приехал из больницы и теперь стоял у окна, вглядываясь в возбужденные лица подростков.

— Она у них самая крутая, — авторитетно заявил референт. — Я однажды видел, как Стрельникова катается. Это что-то невозможное. Будто летает на роликах.

— Мне уже звонили из мэрии, — вздохнул председатель. — Интересовались, что тут происходит. До них дошли слухи о массовых беспорядках.

— Ага… А вот и телевидение подтянулось! Не прошло и года… — фыркнула журналистка. — ТВЦ, РТР, НТВ, ОРТ…

— А вон тот — это СNN! Ну теперь на нас весь мир будет любоваться! — возбужденно комментировал референт.

— Куда смотрит милиция? — Секретарша нервно комкала платочек. — Это же полное безобразие!

— Вот и я говорю, надо принимать меры! — Заместитель то краснел, то бледнел, его визгливый голос уже срывался на крик. — Николай Андреич, я не понимаю, почему мы медлим! Есть же проверенные методы, в конце концов. Вызвать спецназ, парочку водовозов и разогнать всю эту шайку-лейку к чертовой матери, пока еще не поздно! Уверяю вас, холодный душ и слезоточивый газ будут им только на пользу!

— Деревяшкин, сколько вам лет? — прервал заместителя председатель.

— Сорок пять, вы же знаете! — раздраженно бросил тот.

— А дети у вас есть? — задал следующий вопрос председатель.

Тот под взглядом начальства заерзал на стуле и отвел глаза.

— Нет, но…

— Вот в том-то и дело. Посмотрел бы я на вас, если бы в этой — как это вы говорите? — шайке-лейке оказались ваши дети. Не очень-то у вас рука поднялась бы травить их слезоточивым газом!

— И язык бы не повернулся! — подал голос Павел Кузьмич. — Кстати, Николай Андреич, это не ваши шалопаи в фонтане купаются?

Председатель подбежал к окну. Посмотрев, он побледнел и вынул из кармана мобильник:

— Вера! Каким образом дети оказались в парке? Я же запретил пускать их сюда! Ах, сами? Не слушаются? Да ты хоть знаешь, что тут творится? Да нет-нет, ничего… Ничего особенного! Ситуация под контролем! Не надо приезжать! Я сказал — не надо!

Он нажал на кнопку и несколько секунд считал про себя, пытаясь успокоиться.

— Да не переживайте вы так, — усмехнулся Павел Кузьмич. — У вас хорошие, нормальные дети! Там и мои внучки, Катя с Машей. Ничего с ними не случится, уверяю вас.

— Что же это вы такое говорите! Как это не случится! — пошла в атаку секретарша. — Это же бунт, неповиновение! И нечего миндальничать с ними. Нормальных детей тут нет. Нормальные дети сидят дома и слушаются родителей!

— Да, бывают такие, послушные, — кивнул Павел Кузьмич. — И в двадцать лет сидят и слушаются, и в тридцать, и в сорок… А потом просыпаются и начинают на всех вокруг срывать свою злость за то, что сидели и слушались, пока другие жили нормальной жизнью. К вашему сведению, из таких получаются самые опасные преступники!

— Так вы что же, оправдываете эту вакханалию? — вскинулась секретарша. — Предлагаете пустить безобразие на самотек? Не ожидала, что представитель силовых структур проявит слабость!

— Вы считаете, мы все вопросы решаем дубинками? — усмехнулся Павел Кузьмич. — Если есть необходимость, можно и нужно применять жесткие методы. Но как вы не понимаете, в данном случае это только ухудшит дело!

— И что же вы предлагаете? — устало спросил председатель. — Ситуация требует немедленного разрешения!

— По-моему, надо принять требование ребят, — сказал сыщик. — Восстановить справедливость. Вернуть Стрельниковой звание чемпионки и разрешить участвовать в дальнейших соревнованиях.

— А я предлагаю немедленно разогнать эту демонстрацию! — Деревяшкин воинственно взмахнул рукой. — Зачинщиков арестовать, Стрельникову и ее команду дисквалифицировать!

— Но она же не виновата в том, в чем ее обвиняют! — воскликнула журналистка.

— Это уже неважно! Она виновата в том, что творится сейчас за окнами!

Раздался телефонный звонок. Секретарша ответила, потом, побледнев, передала трубку председателю.

— Это… Это… — Женщина никак не могла справиться с волнением.

Председатель недовольно мотнул головой и вырвал трубку из рук Ангелины Ильиничны.

— Что с вами? — укоризненно произнес он. — Соберитесь! Да! Я слушаю!

— Это он! — выпалила наконец секретарша и показала пальцем наверх. — Наш префект!

— О господи, — после короткого разговора председатель положил трубку и без сил опустился в кресло. — Этого еще не хватало. Его дочки тоже, оказывается, тут. Лично просил побыстрее разобраться — вы слушаете, Деревяшкин? — максимально корректными методами. А сейчас у нас… как раз половина двенадцатого. Через полчаса мы должны объявить о своем решении.

В комнате наступила тишина — обе стороны исчерпали свои аргументы. И те и другие понимали, что ситуация зашла в тупик.

Глава 34 Главный свидетель

В дверь постучали. Сначала робко, потом посильнее, настойчивее.

— Да! Кто там, войдите! — раздраженно крикнул председатель, наливая себе минеральной воды.

Дверь приоткрылась, за ней послышался какой-то шум, шушуканье, и наконец в комнату втолкнули взъерошенного, чумазого Андрюшку.

— Марика соврала! — выпалил он, испуганно озираясь. — Я все видел! И могу рассказать!

Он шмыгнул носом и тут же вытер его рукавом.

На миг в комнате повисло молчание — взрослые удивленно разглядывали странного посетителя.

Первым отреагировал Павел Кузьмич.

— Ну наконец-то! — Сыщик расплылся в улыбке. Он подошел к мальчишке и положил ему руку на плечо. — А я-то думаю, куда это ты запропастился! Волноваться даже начал. Ты в больнице через окно спустился?

— Не, через кухню прошел! — важно заявил Андрюшка и тут же, поняв, что проговорился, закрыл рот рукой. — Ой! Извините! Я не то хотел сказать!

— То, то, — покачал головой Павел Кузьмич. — Чего уж там. Меня не проведешь! Я про тебя все знаю. Сбежал из больницы, и все тут.

— Дяденька! — Андрюшка не спускал с Павла Кузьмича испуганных, умоляющих глаз. — Это я из-за Аньки сбежал. Я позвонить же ей не могу. Я вам все-все расскажу, только вы меня в тюрьму не сажайте, ладно? А то мама больше никогда на роликах кататься не отпустит. — Глаза Андрюшки наполнились слезами, но парнишка крепился изо всех сил.

— Ладно, не посажу, — Павел Кузьмич усмехнулся в усы, вытащил мобильник. — Так какой, говоришь, у тебя домашний? Давай-ка мы для начала успокоим родителей.

Путаясь в цифрах, Андрюшка назвал номер. С того момента, как узнал, что Аню сняли с соревнований, он понял — все, приехали. Это наверняка из-за него, из-за того, что он знал и не успел рассказать. Так подвести человека! И какого — саму Королеву! Когда ребята посоветовали идти в оргкомитет и рассказать все, что ему известно, парнишка сразу же согласился.

— Надо выручать Стрелку! Скажи им, что мы никуда не уйдем, пока они ее не восстановят!

И вот теперь Андрюшка стоял перед взрослыми. Легко приятелям бунтовать там, за дверью! А попробовали бы они что-нибудь сказать тут, перед этими мрачными лицами, под пристальными взглядами!

— Ну ладно, ладно, герой! Нечего сырость разводить! Давай-ка садись, вот сюда, за стол… Воды хочешь? — голос звучал миролюбиво, доброжелательно, и мальчик немного успокоился. Он оглядел ряд бутылок и покачал головой.

— А спрайт есть?

— Ангелина Ильинична! В холодильнике должна быть какая-то фруктовая вода и бутерброды. Принесите молодому человеку! — распорядился председатель, и секретарша, недовольно ворча, направилась в небольшую смежную комнату, откуда вернулась с тарелкой бутербродов и маленькой запотевшей бутылкой.

— Приятного аппетита! — сухо проговорила она, поставив снедь перед Андрюшкой.

— Спасибо! — Грязной рукой парнишка схватил бутерброд и принялся жадно есть. Все-таки сегодня остался без ужина!

Павел Кузьмич взглянул на часы: без двадцати двенадцать. Потом перевел взгляд на жующего и прихлебывающего мальчика и вздохнул. Жаль отрывать пацана от еды, но дело есть дело! И времени в обрез.

— Скажи-ка мне вот что… Это, случайно, не ты свистел в тот день, когда с рыжим роллером случилось несчастье?

Андрюшка кивнул.

— А почему ты это сделал?

— Ну как же! Они же чуть не напали на Аньку! Она была одна, а их — двое!

— Кого — двое? — заинтересованно переспросил председатель.

— Бандитов! Там был Селедка и приятель его… не знаю, как зовут… Серый, кажется. Они Рыжего грабили, а Анька вступилась. Могла бы в кустах отсидеться, ну, как я, а она выскочила и бросилась к ним…

Взрослые затаив дыхание слушали мальчика. Корреспондент положила на стол включенный диктофон.

— И что случилось дальше?

— А дальше я начал свистеть. Вы не подумайте, я не крал свисток, я его на дорожке нашел! — тут же начал оправдываться Андрюшка. — Это Стаса свисток. Он в него Аньке на тренировках свистит. Я давно хотел отдать! Просто не успел пока…

— Хорошо, хорошо. Отдашь свисток, успеешь. Значит, ты говоришь, Следковский и Маратов грабили лежащего на земле человека, — уточнил Павел Кузьмич.

— Ну, да! Они у него из карманов все вынули, рюкзак вытрясли…

— А как случилось, что он лежал без сознания?

— Так об этом-то я и хотел рассказать Аньке! Марика, знаете, которая гонки выиграла, сказала, что это Стас подсунул Рыжему корягу, чтобы тот упал. Анька из-за этого даже со Стасом поссорилась! А Марика врала! Ничего Стас не подсовывал. Они оба, и Стас, и Рыжий, споткнулись о корягу и полетели. Не увидели из-за дождя. А потом оба встали, и Рыжий был в порядке, Стас ему даже руку протянул! И зря Анька на него сердилась, он действительно ни в чем не виноват.

— А потом?

— А потом… потом… — Андрюшка сглотнул, словно ему тяжело было вспоминать. Да так оно и есть. Мальчик бы предпочел забыть о том страшном дне, но понимал, что сейчас надо рассказать все. — Потом Стас уехал, а Рыжий остался… наверное, он Аньку ждал. И тут к нему сзади подкрался Селедка и ударил бутылкой по голове. Рыжий упал и… и…

Андрюшка снова начал всхлипывать. Корреспондент протянула ему носовой платок и полный стакан газировки.

— Спасибо, — шмыгнул носом парнишка.

— Это все, сынок? — осторожно спросил Павел Кузьмич.

Андрюшка кивнул. Он взял стакан и залпом выпил воду.

— Тогда вот что я тебе скажу. Молодец, что все нам рассказал. Ты смелый и отважный. Я тебя уважаю и горжусь нашим знакомством. Давай пять! — Павел Кузьмич протянул мальчику руку. Тот осторожно вложил в нее грязную ладошку и смущенно улыбнулся, отвечая на крепкое рукопожатие.

— Но все равно в больницу нужно вернуться, — продолжал между тем сыщик. — Иначе подведешь медиков. Они тебя лечат, стараются… А ты убегаешь, и все их усилия — насмарку. Нехорошо получается! Неуважительно. Поэтому давай-ка отправимся туда прямо сейчас. Согласен?

Андрюшка вмиг поскучнел.

— Я хотел посмотреть соревнования… Завтрашние, по агрессиву… Там ведь Анька будет участвовать… И другие ребята…

Председатель задумчиво посмотрел на мальчика и улыбнулся. А потом сказал:

— Хорошо. Сделаем так. Я с утра заеду в больницу, и, если врач и родители разрешат — и только в этом случае! — привезу тебя сюда поболеть на свежем воздухе. Годится?

— Годится!

Павел Кузьмич и Андрюшка вышли под бой часов. Полночь. Гул за окном нарастал. По стенам запрыгали зайчики от карманных фонариков и зажигалок.

— Что ж, по-моему, картина ясна. — Председатель хлопнул руками по столу и встал. — Думаю, мы можем объявить о восстановлении Стрельниковой на соревнованиях и в звании чемпионки по фитнесу. Надеюсь, возражений нет?

Присутствующие облегченно вздохнули и заулыбались.

— Конечно, конечно, — поспешно забормотал Деревяшкин. — Я сам сейчас объявлю.

Он вышел, и через минуту по всему парку разнесся голос, возвещающий о решении комиссии. Сообщение было встречено восторженным гулом многотысячной толпы.

— Вот только куда же подевалась сама Стрельникова, — задумчиво бормотал председатель. — И кто такой этот Рыжий? Не тот ли Егор, которого она выдавала за своего брата?.. Да, загадочная история! Слишком много неясного…

Глава 35 Агрессив-скейтинг

— Подготовленных девчонок вообще мало, — авторитетно заявлял приятелям друг Андрюшки Славка, победитель детских гонок. — А в агрессивном катании — тем более! Здесь их по пальцам можно пересчитать.

— А почему? — интересовалась девочка лет семи, в белом платьице с пышными рюшами. Она облизывала леденец на палочке и смотрела на Славку широко открытыми голубыми глазами.

— Для девчонок это слишком круто! И опасно. Знаешь, как роллеры бьются?

— Значит, соревноваться будут только мальчики?

— Не-а. Девчонки тоже. Но, я думаю, против Аньки они все слабачки.

— Анька — это Королева? — уважительно спросила девочка.

— Ага. Ее основная соперница — Марика, которая выиграла гонки. Она сейчас Аньку на один балл опережает. Если Королева сегодня выиграет, то получит приз не только за агрессив-скейтинг, но и в многоборье. А если к тому же и Стас выиграет, то наши получат еще и командный приз! Но если выиграет рыжий Егор, тот, что победил в гонках, то тогда плакал наш командный приз! Усекла?

— Не-а, — покачала головой девочка. — Не усекла.

Славка тяжело вздохнул. Навязали же ему эту родственницу из Люберец! И откуда только берутся такие бестолковые?

— Ладно, пойдем! — буркнул Славка. — Сейчас сама все увидишь!

Публика собралась у роллердрома задолго до начала соревнований. В предвкушении захватывающего зрелища болельщики с восхищением рассматривали огромную металлическую рампу, высокую горку, трамплины и трубы-перила.

Агрессив-скейтинг (агрессивное катание) не зря получил такое название. То, что вытворяли спортсмены на снарядах, было невероятным, запредельным, опасным. Стрит-вращения, сальто-флипы, прыжки, слайды по рейлу… Только отчаянные смельчаки могли выделывать такое! Но на соревнованиях мало правильно выполнить отдельные элементы, нужно сделать это стильно, эффектно, красиво, и только тогда можно рассчитывать на высокие баллы.

Началась разминка. По двое роллеры забирались на рампу и крутились внутри, другие заняли трубы, гору и трамплины. Народу собиралось все больше…

Появилась команда «Факел» в полном составе, и роллердром словно взорвался. Еще не выиграв, Аня и ее друзья получили «приз зрительских симпатий» — признание и уважение болельщиков.

Пока Стрелка готовилась к разминке на трамплине, Марика забралась на рампу. На этот раз светловолосая «интриганка», как прозвали ее в Аниной команде, была на удивление молчалива. Но каталась просто великолепно. То и дело какой-нибудь из исполненных трюков срывал аплодисменты — незлопамятные зрительские сердца искренне приветствовали мастерство и профессионализм, смелость и талант. У Марики, несомненно, был такой талант, и настоящий, но он словно бы имел знак минус, в противоположность положительному дарованию Ани.

— Ух, ты! Мисти-флип! — восхищался Славка. — Вот уж не думал, что девчонка на такое способна!

— Мисти-флип? Это что? — деловито осведомилась девочка в белом платье.

— «Флип» — это сальто. Мисти-флип — это сальто вперед с поворотом тела на 180 градусов… А вот и инверт! Ну, Анька, держись…

— Инверт — это что? — «Белое платьице», похоже, решило не пропускать ни одного нового слова.

— Видишь, она делает стойку на руках на краю рампы? Это и есть инверт!

— А что такое рампа?

Славка сжал кулаки и постарался успокоиться. Ладно, он потерпит. Но уж вечером выскажет маме все, что думает об этой девчонке в частности и о женщинах вообще!

Появление на трамплине Ани немного отвлекло его от этих мыслей. Девушка начала разминаться, и восхищенный Славка не мог удержаться от комментариев. За что и поплатился: Оля (так звали девочку) обрушила на него новый поток вопросов.

— Файв-фоти — это что? А севен твенти? А что такое грэб?

Славка показал себя настоящим мужчиной. Он выслушал Олю и спокойно объяснил, какие бывают вращения. Хотя на самом деле ему хотелось просто придушить собеседницу. Или, по крайней мере, заклеить ей рот скотчем.

Соперницы перешли на рейлы, теперь они выполняли разные виды скольжения.

— Можешь не спрашивать, я тебе сам все объясню! — скороговоркой выпалил Славка и начал: — Это шифти-гринд, а сейчас — юнити-гринд…

Толпа болельщиков разрасталась, Славку и Олю оттеснили от края площадки. Оглядевшись, парнишка увидел высокое дерево и понял — вот оно, спасение! Вскарабкавшись наверх, он вздохнул с облегчением — теперь девчонке не достать его! И видно отсюда гораздо лучше. Оля попыталась залезть следом, но мальчишка принялся отговоривать:

— Что ты, что ты! Разве можно в таком платье? Порвешь, испачкаешь…

— Да ладно тебе, Славка! Пусть тоже посмотрит! Она же по-другому ничего не увидит! — раздался снизу голос Андрюшки.

— Андрюха! Друг! Ты откуда тут взялся? Снова из больницы сбежал? — Славка свесился с ветки, чтобы поприветствовать своего героического дружка.

— Не-а! — Андрюшка самодовольно ухмыльнулся. — Я на «Вольве» приехал! На председателевой!

— Ну да! — не поверил Славка. — Давай дуй сюда, ко мне! Отсюда знаешь как классно видно!

— Не могу, — поскучнел Андрюшка. — Нельзя мне пока. Бок еще болит.

— Эй, герой! Ты чего под деревом пристроился? Тебе на трибуне местечко выделено! — Референт председателя, расталкивая зрителей, пробирался к Андрюшке.

— На трибуне? — Главный свидетель недоверчиво посмотрел на трехъярусное деревянное сооружение рядом с роллердромом. Оно было огорожено толстым канатом, по обе стороны выстроились охранники. Недоступная трибуна предназначалась для судей, оргкомитета и почетных гостей. Так, значит, он тоже почетный гость?

— Пойдем скорее, соревнования вот-вот начнутся! — торопил Андрюшку референт.

— А… а можно мне ребят с собой взять?

— Ребят? — референт занервничал.

Насчет этого мальчика у него были четкие инструкции, а вот о других распоряжений не было. Решение принять сложновато… Он представил себе толпы орущих, шустрых, как муравьи, мальчишек, шныряющих по ложе оргкомитета, и занервничал еще больше. Но все-таки спросил:

— А много ребят?

— Да только двое! Славка, тот, что на дереве, и вот эта девочка, Оля.

— И все? — Референт повеселел. Толпы орущих мальчишек растаяли в воздухе. — Ладно, договорились. Славку и Олю берем с собой. Эй, Тарзан, слезай! Перебирайся на трибуну! — крикнул он Славке.

— Спасибо! Я не хочу! — донеслось из дерева. — Мне и отсюда шикарно видно! Вы лучше вот ее с собой возьмите! — Он указал на Олю.

— Ладно, пошли! — скомандовал референт и, схватив Андрюшку и девочку за руки, потащил к трибуне.

Детей усадили на втором ряду, как раз напротив рампы. Андрюшка, довольный тем, что его вызволили из больницы и привезли на соревнования, да еще к тому же усадили на почетное место, радостно подпрыгивал на жестком деревянном сиденье.

— А что это у тебя на руке? — тихо спросила его Оля и постучала пальцем по налокотнику.

— Защита, — пояснил Андрюшка.

— А зачем она нужна?

— Чтобы не больно было, если упадешь, когда на роликах катаешься.

— Но ты же сейчас не катаешься! — засмеялась Оля.

— Это мой талисман, — объяснил Андрюшка. Вот не ожидал, что его спутница окажется такой любопытной и болтливой! По малолетству парнишка совсем плохо знал девчонок.

— Талисман? Как это?

— Этот налокотник — подарок. От Аньки… Ани Стрельниковой.

— От Королевы? — поразилась Оля.

— Ага!

Андрюшка нетерпеливо ерзал на сиденье. Соревнования уже начались, двое роллеров крутились на рампе, еще трое атаковали перила, горку и трамплин.

— Ух ты! Здорово! Вот это класс! — восхищенно бормотал Андрюшка. Интересно, научится ли он сам когда-нибудь так? Рядом с ним, так же восхищенно, охали, ойкали, вздыхали и хватались за сердце взрослые — солидные дяди и тети во главе с председателем.

— Дай померить! — вдруг раздался девчоночий голос.

— Чего? — не сразу понял Андрюшка.

— Защиту!

— Зачем тебе? — Честно говоря, Андрюшке совершенно не хотелось сейчас возиться. Он не мог оторваться от зрелища на роллердроме.

— А тебе что, жалко? Ты жадина, да? — голос девочки звучал так пронзительно и плаксиво, что окружающие стали оборачиваться.

— Ну ладно, ладно! На, возьми! Только не ори!

Чтобы отвязаться, Андрюшка стянул в руки налокотник и протянул Оле. Он никак не ожидал, что она окажется такой назойливой занудой!

Получив желаемое, Оля замолчала как раз вовремя — на площадку выехали Егор и Стас.

Началось что-то невообразимое. От крика многотысячной толпы у Андрюшки заложило уши. Но и он вопил, и хлопал, и топал ногами вместе с остальными так, что трибуна ходила ходуном. Казалось, болельщики превратились в гигантское тысячерукое, тысяченогое существо с огромной глоткой, издающей оглушительный рев. Существо это любило резвящихся на площадке роллеров, оно радостным рыком приветствовало их удачи и готово было растерзать за промахи.

Однако у тех, кто выступал сейчас, промахов не было. Если можно говорить об абсолютном мастерстве, то вот оно — настолько безукоризненное, что нельзя выбрать лучшего, потому что лучше просто некуда. Все самые сложные элементы, какие только можно представить, предлагались на суд зрителей и судей. Вращения в два и даже два с половиной оборота, вращения с наклоном тела, сальто вперед и назад, флипы с гребами и самые разнообразные виды скольжения.

Так кто же победит? Кому отдадут первенство судьи?

«Существо» замерло, затаило дыхание в ожидании оценок.

Судьи были единодушны. Они выставили основным претендентам высшие оценки. И оценки эти были… равными.

Роллердром снова взорвался криками и аплодисментами.

Роллеры оказались равны на заключительном этапе соревнований, но в многоборье победил только один из них. Это был Стас. Победителя вынесли с места состязаний на руках.

— Если я когда-нибудь закончу свой институт, — бубнила Гиря, с легкостью неся на своем могучем плече ногу Стаса, — я лично сооружу тебе памятник! Или спроектирую коттедж (она собиралась в архитектурный).

— А я забронирую тебе лучшее место в нашем катамаране, — пообещал Терминатор.

— А я согласен администрировать сайт в Интернете! — добавил Макарона.

В разгар всеобщего ликования Андрюшку снова окликнул тонкий девчачий голосок:

— А ты мне подаришь эту защиту?

— Что?! Ты что, обалдела? — от возмущения Андрюшка даже поперхнулся газировкой. Попросить у него сокровище! То, что ценней всего на свете! И откуда она взялась на его голову, эта приставучая попрошайка?

Но девочка, обиженная его словами, начала так отчаянно хныкать, что Андрюшка пожалел о своей резкости.

— Ладно, бери, — махнул он рукой.

— Спасибо! — Оля подвинулась ближе и звонко чмокнула Андрюшку в щеку.

— Ты что, с ума сошла?! — буркнул покрасневший мальчишка, потирая место поцелуя и оглядываясь: не видел ли кто? — Вон она, Королева! Вон та, в желтой кепке с красным козырьком. А вон та, в черной, — Марика. Можешь сама туда подойти попросить что-нибудь на память.

К его большой радости, Оля тут же воспользовалась предложением. Она спустилась вниз, подошла к самому краю площадки и оказалась первой в очереди за автографами и сувенирами.

Затем несколько напряженных минут соперничества, а потом единодушный возглас болельщиков — победительницей стала Аня! Когда счастливая Стрелка объезжала площадку, совершая круг почета, взгляд ее упал на маленькую девочку с черным налокотником на левой руке. Та смотрела на чемпионку такими восторженными глазами, что Аня, рассмеявшись, подъехала к ней.

— Нужно, чтобы была пара! — объяснила Королева, снимая и протягивая юной болельщице еще один налокотник.

Довольная Оля вернулась к Андрюшке и протянула ему оба налокотника:

— На, возьми! Теперь у тебя будет два талисмана!

— Зачем? Не надо! — Парнишка терялся все больше и больше. Разве можно их понять, этих девчонок? Сначала отняла его сокровище, потом вернула в приумноженном виде. Но не взять подарок он не мог — искушение было слишком велико! Мальчик принял налокотники и, гордо поглядывая вокруг, тут же надел на руки.

— Я себе потом еще куплю, — объяснила девочка, — когда стану на роликах кататься. Ты ведь будешь меня учить, правда?

Вот тут Андрюшка и понял, что попался. Приняв щедрый дар, он уже не мог отказаться! «И как это малявке удалось так ловко меня окрутить?» — дивился парнишка. Он еще не знал, что женщина, даже маленькая, всегда умеет добиться своего.

Аня стояла на первой ступеньке пьедестала почета и улыбалась: друзьям, болельщикам, солнечному дню, весне, собственному успеху…

— За первое место в стрит-стайл, верт-скейт, хай-джамп золотой медалью награждается Стрельникова Анна! — объявил судья. Под гром аплодисментов он надел медаль девушке на шею.

А потом состоялось и вручение остальных наград — «золотых» роликов, денежных призов…

Аня нашла глазами Стаса. Вот он стоит рядом с другими ребятами. Глаза его лучатся счастьем и гордостью — он не только сам выиграл соревнования, но и помог победить Анне.

А что же с их рыжеволосым приятелем? Куда он подевался? Почему не присоединяется к новым друзьям, чтобы разделить их радость?

Аня огляделась и увидела Егора — тот стоял в отдалении, но даже отсюда было видно, что ему не до веселья. Он был не один. Рядом стоял Сумрачный. Девушка заметила, как Егор протянул тренеру какую-то карточку…

«Это же его кредитка, приз за агрессивное катание! Значит, Егор выплатил часть своего долга… Сколько, он говорил, должен Сумрачному? Четыре тысячи? Значит, осталось три… Целых три тысячи… Всего три тысячи!»

И в этот момент Аня поняла, что нужно делать. Она спрыгнула с пьедестала и, с трудом проталкиваясь сквозь толпу поклонников, подъехала к Егору.

— На, возьми! — Стрелка протянула парню свою кредитку. — Тут как раз три тысячи. Хватит, чтобы расплатиться?

— Ты что?! Зачем? Не надо, я сам, — в голосе Егора чувствовалось смущение.

— Ты мне друг? — нахмурилась Аня. — Говори, друг или нет?

— Да, но я не могу взять эти деньги!

— Почему это? У него — мог, — Аня сердито кивнула на Сумрачного. — А у меня — не можешь?

Егор растерянно пожал плечами.

— Соглашайся, не капризничай! Бери, пока дают! — усмехнулся Сумрачный, взяв карточку у Ани и засунув к себе в карман. — А я все-таки прав! — он жестом остановил бросившегося к нему Егора. — Ты действительно выиграл наш спор!

Егор покраснел и выкрикнул:

— Ань, не верь ему! Не было никакого спора!

— Ты вспомнил? — с надеждой взглянула на парня Аня. — Теперь ты все вспомнил?

— А ему и не надо ничего вспоминать! — раздался рядом детский голос — это был вездесущий Андрюшка. — Он и вправду не спорил. Этот, вот этот предлагал ему на спор поцеловать тебя, а Рыжий его послал…

Аня засмеялась, а потом наклонилась и поцеловала Андрюшку в чумазую щеку. Мальчишка стал бордовым и насупился. Одно он понял сегодня точно — девчонки любят целоваться!

Две фигуры в милицейской форме выросли рядом совершенно неожиданно.

— Гражданин Ремизов? — обратился один из офицеров к Сумрачному.

— Да, я, — нахмурился тренер. — А в чем дело?

— Прошу пройти со мной!

— На каком основании? — Тренер отступил назад, но путь ему преградил другой страж порядка.

— Вы задержаны по обвинению в мошенничестве. Верните кредитные карточки владельцам и пройдите с нами.

Глава 36 Рассказ Павла Кузьмича

Последнее заседание оргкомитета было посвящено неожиданному и очень неприятному ЧП — обнаружению незаконного тотализатора и аресту причастных к мошенничеству лиц. Главным и единственным обвинителем был на этот раз Павел Кузьмич: именно его расследование привело к разоблачению группы преступников. Организаторам соревнований не терпелось услышать отчет.

В зале заседаний собрались взрослые, а за неплотно закрытыми дверями — подростки. Ане, Стасу и Егору тоже хотелось узнать правду. Чуть позже к компании подслушивающих присоединился и Андрюшка. Оценив важную роль парнишки в этом деле, старшие не стали выпроваживать его.

— Меня опять могут упрекнуть, что я действовал не так, как ожидают от представителя силовых структур. Да, я с самого начала знал, что Егор потерял память, и не сообщил об этом куда следует. Но повода для возбуждения официального расследования не было, вот мне и пришлось оказаться в роли частного сыщика. В этой ситуации меня сразу же насторожил один факт. Было странно, что парня никто не ищет. Потеряв память, Егор не мог разыскать свою команду. Но почему никто не сообщил об исчезновении спортсмена в оргкомитет, не заявил в милицию? Егор вдруг оказался никому не нужным. А он ведь не какой-нибудь новичок, запасной, он сильный роллер! Без одной минуты чемпион. Находка для любой команды!

Меня заинтересовало, почему так произошло. Я решил оставить все как есть, не вмешиваться, а просто немного понаблюдать. И не ошибся.

Прежде всего выяснилось, что Егор не чужак, а самый нормальный «наш» человек, хорошо знакомый некоторым из участников соревнований. Более того, эти люди были в курсе того, что с ним случилось, знали о его беде и тем не менее не поддержали, не подбодрили его! Наоборот, затаясь, наблюдали за происходящим, не показывая, что знакомы с ним.

Почему так? Я долго не мог найти ответ. Если бы не подвиги одного молодого человека, я бы и до сих пор оставался в неведении. Правда, не сбеги главный свидетель из больницы, все прояснилось бы быстрее. Ну, да ладно, все хорошо, что хорошо кончается.

— Это он про меня! Это я — главный свидетель! — радостно проговорил Андрюшка, но старшие зашикали, а Стас закрыл ему рот ладонью.

— Итак, рассказ юного роллера помог мне уяснить смысл разговора двух финалисток перед гонкой, — продолжал Павел Кузьмич. — Марика рассказала Ане о неблаговидном поведении Стаса, пытаясь очернить парня в глазах девушки. Ей это удалось — Аня расстроилась настолько сильно, что проиграла финал. Потрясающий эффект всего лишь от нескольких слов, не правда ли? Тогда меня заинтересовало то, что Марика, оказывается, знакома с парнем, потерявшим память. Она знала его настоящую фамилию. Откуда? Я начал наблюдать и вскоре распутал клубок.

Я понял: то, о чем говорила Марика Ане перед финалом, было обманом, манипуляцией для морального подавления будущей чемпионки. Более того — частью хорошо продуманного плана.

Какова же цель злоумышленников? Получение денежного приза? Выигрыш права на заключение контракта с различными шоу? И это тоже. Но не только. Призы соревнований заманчивы и ценны, но суть не в них.

Наблюдая, мне удалось выяснить, что на соревнованиях был организован подпольный тотализатор. Когда я зацепил краешек этого дела, меня поразили его размах и продуманность. Ставки делались не только через подставных лиц, но и по Интернету. Пари заключались по всему миру! Сейчас мошенники разоблачены, вскоре они предстанут перед судом. Это тренер Ремизов и его сообщники. Информация об их деятельности пока что не подлежит разглашению. Скажу лишь одно — счет шел на сотни тысяч долларов!

Вот почему им так важно было контролировать исход гонок! Вот почему они не признавали Егора «своим»! Они знали, что Аня прячет парня, что тот влюблен в нее, и надеялись сыграть на чувствах, снова и снова заставляя Стрельникову, признанную фаворитку, проигрывать. Думаю, преступники могли пойти и на прямое выведение Стрельниковой из борьбы — вполне возможно, что Марика Кабакова нанесла бы ей какой-нибудь вред, если бы представился случай, — именно поэтому она постоянно следила за чемпионкой. Банановая кожура или сломанная ветка на трассе, столкновение с велосипедистом или другим роллером — мало ли способов навредить спортсмену! А самим Егором вполне можно было пожертвовать. Что в сравнении с перспективой общей прибыли значили призы! Хотя и их, как и контракты, преступники тоже надеялись получить.

Но и это еще не все. Когда я вник поглубже в механику этого дела, то понял, что мошенники не могли обойтись без сообщника в оргкомитете, который предоставлял бы им все необходимые сведения.

Павел Кузьмич повернулся и в упор посмотрел на заместителя председателя.

— Гражданин Деревяшкин, вы не хотите сделать признание?

— Я ничего не знаю! — взвизгнул заместитель. — Знать не желаю! Я понятия не имею ни о каких тотализаторах!

— Да? Объясните тогда, откуда на вашем счете в банке вчера появилась крупная сумма денег?

— Это… это не ваше дело! Вы не имеете права! — Лысина заместителя покрылась потом, платок, которым он начал вытирать ее, тут же промок.

— Счет проверялся с санкции прокурора, — голос Павла Кузьмича звучал беспощадно. Глядя на него, никто бы не подумал, что это мягкий, добродушный человек, которого все присутствующие давно знали. — А Ремизов на допросе рассказал о вашей роли. Это ведь вы помогли Следковскому и Маратову составить порочащее Стрельникову заявление? Они во всем признались, вы можете ознакомиться с их показаниями.

На этот раз Деревяшкин промолчал. Он тяжело дышал и смотрел в пол. Заместитель председателя выглядел сломленным и жалким.

Глава 37 Исполнение желаний

— Ну что? Когда домой? — Аня, Стас и Егор брели по берегу. Без роликов они ничем не отличались от других подростков, гуляющих в поздний час по набережной.

— Завтра мы с Марикой подписываем контракт на рекламные выступления в «Шоу Севера». А вечером — на поезд. Билеты уже куплены, — сказал Егор.

— И ты опять будешь в одной команде с этой… — скривился Стас.

— Придется, — вздохнул Егор. — Как выяснилось, к махинациям тренера она непричастна. А роллер все-таки классный… Да и вообще, надо же дать человеку шанс!

— Молодец! — одобрительно кивнула Аня. — Я много думала и поняла: скорее всего, Марика делала все эти гадости из ревности. Видела, что мы с тобой неразлучны, и не могла смириться!

— Я тоже это понял, когда поговорил с ней. Кажется, она действительно неравнодушна ко мне… Да я просто и не могу бросить ее сейчас, в такой обстановке. Так что будем теперь ждать вас в гости! — закончил Егор.

— Только это случится, наверное, не скоро, — улыбнулась Аня. — Мы подписали контракт с цирком на два сезона. По четыре выступления в неделю! А ведь еще и школу закончить надо, и в институт хочется…

Егор вздохнул и задумчиво посмотрел на небо. А потом вдруг остановился и сел на газон.

— Эй! Ты что! Тебе плохо? — Аня и Стас озабоченно наклонились к нему, парень схватил их за руки и чуть ли не силой повалил рядом с собой.

— Смотрите! — сказал он, когда друзья оказались на травке. — Туда, на небо!

Аня подняла глаза… Сотни, тысячи, миллиарды звезд. Одни были яркими, другие таинственно мерцали, как сквозь дымку… Чем внимательнее она вглядывалась в небо, тем больше находила их, разбросанных по синему бархату рукой искусной золотошвейки.

— Они смотрят на нас, — прошептал Стас. — Они нас видят!

Друзья пролежали так до рассвета, открывая все новые звезды и давая им имена.

Когда золотые блестки погасли в лучах нарождающегося рассвета, Егор проговорил:

— Все, Анька! Пора придумывать новые мечты!

— Пока не пора, — покачала головой Королева. — Про цирк и звезды сбылось. Но ты забыл про машиниста!

— Нет, не забыл. Наоборот, вспомнил. Мой двоюродный брат — машинист питерского метро. Так что твое третье желание исполнится, как только ты приедешь ко мне в гости!

— Да? Правда? Твой брат прокатит меня в кабине? — обрадовалась Аня. А потом поскучнела. — Нет, я пока не хочу… не готова… Я еще не придумала себе новые желания.

— А я придумал! — Егор многозначительно посмотрел на девочку, и этот взгляд не понравился Стасу, который тут же нахмурился. — У меня есть одно замечательное желание, самое заветное… и почти неосуществимое.

«Вот это ты правильно! — с облегчением подумал Стас, по-хозяйски обняв Аню за плечи. — Только не почти, а совсем!»

— Но ведь тем оно и ценно, правда? — хитро улыбнулся Егор. — Будет, к чему стремиться, ради чего сворачивать горы и добираться до звезд. Разве не кайф?

Content

Вера Иванова
Формула победы

Глава 1 Первый фанат

Глава 2 С чего все начиналось

Глава 3 Отвергнутое предложение

Глава 4 Правило замены

Глава 5 Стас

Глава 6 Подслушанный разговор

Глава 7 Измена

Глава 8 «Страшная» месть

Глава 9 Происшествие во время грозы

Глава 10 Встреча с заклятым врагом

Глава 11 Неожиданное спасение

Глава 12 Побег

Глава 13 Я ничего не помню!

Глава 14 Неожиданный визит

Глава 15 Встреча в парке

Глава 16 Необъявленное расследование

Глава 17 Загадочные перемены

Глава 18 Независимый участник

Глава 19 На старт!

Глава 20 Примирение

Глава 21 Разговор перед стартом

Глава 22 Первое поражение

Глава 23 Неприятности продолжаются

Глава 24 В больнице

Глава 25 Ночной разговор

Глава 26 Чашка чая

Глава 27 Фристайл

Глава 28 Слалом

Глава 29 Разговор с председателем

Глава 30 Весеннее купание

Глава 31 Еще один побег

Глава 32 Тайны раскрываются

Глава 33 Маленькая революция

Глава 34 Главный свидетель

Глава 35 Агрессив-скейтинг

Глава 36 Рассказ Павла Кузьмича

Глава 37 Исполнение желаний