Кондратьев Дмитрий Валерьевич

Путь воина

Сидя на скамейке в парке я думал о том, что мне делать и как жить дальше. Кому сейчас нужен не доучившийся историк и бывший прапорщик — пограничник? Недоучился в университете на историческом факультете, так как ушел служить в погранвойска, где решил остаться на сверхсрочную службу, когда понял, что это — моё призвание. Но, грянуло «великое сокращение» армии и когда закончился срок моего контракта, мне пришлось уволиться. Придя на «гражданку», мне удалось устроиться в небольшую торговую фирму водителем-экспедитором, но как оказалось — ненадолго. Хорошо, что наш главбух, добрейшая Татьяна Ивановна, предупредила меня, что наша фирмочка скоро будет закрываться. Случилось это событие по вине нашего «горячо любимого» директора — «юное дарование» считало, что деньги должны падать на него дождем и при этом ему ничего не надо делать, за него должны трудиться его замы и сотрудники фирмы. Назначив своим первым замом друга детства, раздав ценные указания, директор решил, что он выполнил свою работу и окунулся в мир вечеринок, ночных клубов и прочих развлечений. Появлялся он на фирме крайне редко, проездом, когда ему срочно нужны были деньги. Фирму ему подарил на день рождения его отец, очень серьезный и влиятельный человек, предупредив при этом, что не будет вмешиваться или помогать ему в работе фирмы, так как хотел посмотреть, на что способен его отпрыск. Если результаты сынка ему покажутся достойными, то того ждало серьёзное кресло в семейном бизнесе. Но в случае, если работа фирмы будет неудовлетворительной, его ждали очень серьёзные неприятности. Начавшаяся совсем недавно аудиторская проверка по результатам работы фирмы за год сразу показала, что почти все вложенные отцом деньги ушли на развлечения директора и его зама, а прибыль была практически равна нулю. Друг детства не был дураком и сбежал ещё перед началом проверки, так как и он запустил свои загребущие руки в кассу фирмы. Сейчас «юное дарование» было озабоченно тем, что бы в срочном порядке найти «козлов отпущения», на которых можно было списать огромную недостачу, а самому остаться как бы ни при чем. Его отец был человеком суровым и слов на ветер не бросал, то для него это было крайне важно, так как он прекрасно знал, что родитель не посмотрит на то, что он его сын и устроит ему очень «веселую жизнь».

Первыми в его списке, на которых он хотел всё списать были кладовщики и экспедиторы. Решив не ждать, чем это всё закончиться, я при помощи Татьяны Ивановны тихо и быстро уволился. В связи с этими событиями мне сегодня пришла мысль, что стоит немного «расслабиться». Но как обычно, «немного расслабиться» у меня не получилось, и вот теперь я сидел на скамейке в парке и думал, а не пойти ли мне куда-нибудь для продолжения банкета. Но идти куда-либо мне абсолютно не хотелось, а продолжать самому тем более и вот, сидя на скамейке в парке, я размышлял о том, что никуда идти не надо и так уже хватит. Кроме того, я решил устроить себе не большой отпуск, так как последние год-полтора были очень напряженными и, отдых мне был крайне необходим.

Небо над головой уже давно было затянуто тучами, но я не обращал на это внимания. Мелкий дождик, который иногда прорывался из этих туч, меня абсолютно не беспокоил и я, сидя на скамейке, думал о том, кому из своих друзей позвонить и поговорить насчет работы, но не прямо сейчас, а недельки через две, благо деньги у меня сейчас были, да и не на что мне их особо тратить. В том, что друзья мне помогут, я не сомневался ни капли. Мелкий моросящий дождь усиливался с каждой минутой и грозил в скором времени перейти в ливень. Решив, что пора идти домой, что бы не промокнуть до нитки, я сделал попытку встать, но у меня ничего не получилось — какая-то непонятная тяжесть придавила меня к скамейке, тело отказывалось мне подчиняться, а прямо передо мной появилось какое-то ярко-красное пятно. В голове мелькнула мысль, что возможно это шаровая молния, и я решил не двигаться и дышал через раз, ожидая, что она или пропадёт или улетит куда-то в сторону от меня. Неожиданно цвет этого пятна изменился с ярко-красного на серебристый, и оно начало быстро увеличиваться в размерах, при этом быстро приближаясь ко мне. Пока я пытался сообразить, что сейчас происходит, меня выгнуло дугой от боли, и темнота полностью поглотила моё сознание….

Очнулся я оттого, что меня сильно трясли за плечо. Первая моя мысль была — наряд милиции, но когда я открыл глаза, то увидел орка. ОРК?!! Не заорал я, наверное, из-за шока и огромного удивления, впрочем, судя по его лицу, он был удивлен не меньше меня. Немая сцена длилась несколько минут, за которые я рассматривал орка, а он соответственно — меня. Как ни странно, лицо этого орка ничуть меня не испугало. Обычное лицо с крупными чертами, разве что сероватого оттенка и из-под верхней губы выглядывали кончики клыков. Орк был ростом под два метра и одет в серьезные доспехи, а также вооружен до зубов. За его спиной стояли два индивида, в которых мой еще не пришедший полностью в нормальное состояние мозг мгновенно опознал эльфов. Эльфы естественно были с луками в руках, так же присутствовали и остроконечные уши. Судя по выражению их лиц, они были тоже очень удивленны нашей встречей и по этому они держали меня любимого на прицеле. Не успел я удивиться непонятной (по крайней мере, для меня) дружбе орков с эльфами, как мое подсознание перехватило инициативу у начинавшего закипать мозга, и я банально хлопнулся в обморок.

Привели меня в чувство самым обычным способом — вылив мне на голову ведро очень холодной воды. Придя в себя и уже немного спокойней осмотревшись по сторонам, я с удивлением увидел, что сижу на той же самой скамейке в парке. Только было одно «но», парк поражал обилием цветущих цветов и деревьев, а самое главное — это воздух, он был необычайно чист и свеж, так что однозначно я находился не на Земле. Помимо орка и двух эльфов в поле моего зрения находилось несколько вполне обычных на первый взгляд людей, которые были увешаны оружием как новогодняя елка игрушками. Потом я обратил внимание на новое действующее лицо. Передо мной стоял старичок не большого роста, одетый в длинный балахон с капюшоном. Он стоял и внимательно, с интересом и некоторым удивлением, рассматривал меня и скамейку, на которой я сидел. Некоторое время я пытался собрать в кучу свои разбегающиеся мысли, но у меня ничего не получалось. Похоже, что без сознания я пробыл довольно долго, так как при первом пробуждении этого старичка не видел. Скорее всего, меня не сразу привели в чувство, а послали за ним, и только когда он пришёл, решили, что мне хватит валяться в отключке.

Я сидел как болван, абсолютно не понимая, что происходит, и куда меня вообще занесло. Поскольку вода, вылитая на меня была настоящей, как и скамейка на которой я сидел, а так же стоящие передо мной вооруженные индивидуумы, то не верить в реальность происходящих со мной событий было просто глупо. Как в прочем глупо было бы представить такую прекрасную природу в центре промышленного города.

Я всегда с большим увлечением читал фантастику и особенно фентези, по этому мысли у меня в голове прыгали бешеными зайцами, постоянно путаясь и сбиваясь. То, что это не ролевики или массовка для съёмок фильма, было понятно сразу — уж очень привычно они держали в руках своё оружие, и слишком сильное было их удивление. Лучники стояли немного в стороне и контролировали каждое моё движение. Орк стоял рядом со стариком, а остальные чуть сзади них, при этом, не перекрывая сектора обстрела для лучников.

Но все мысли моментально испарились, как только старичок, который до этого с удивлением разглядывал обычную (для меня) чугунную парковую скамейку, на которой я сидел, а также мою одежду (обычная джинса и кроссовки), начал пристально смотреть мне в глаза. Было такое ощущение, что он буквально придавил меня к скамейке своим взглядом, и я не мог пошевелиться или хотя бы просто отвести взгляд. Так продолжалось некоторое время, за которое никто из присутствующих здесь не пошевелился, и как мне показалось, даже старались не дышать. Наконец старик прикрыл свои глаза и погрузился в размышления. Я глубоко вздохнул и попытался встать, но был сразу остановлен недвусмысленным жестом орка и парой нацелившихся на меня стрел, так что мне ничего не оставалось, как сидеть и смотреть на задумавшегося старика, ну разве что выдал матерную конструкцию из шести этажей, исключительно для собственного успокоения. Наконец старик открыл глаза и что-то сказал. Пока я соображал к кому именно он обратился и опять думал, а не снится ли мне все происходящее, эльфы опустили луки и спрятали стрелы в колчаны, а все остальные заметно расслабились. И тут до меня дошло, что этот старик каким-то образом меня проверял, и его слово значит очень многое в моей дальнейшей судьбе.

Старик внимательно посмотрел на меня и что-то сказал. Я отрицательно помотал головой — не понял, мол. И начал устанавливать контакт — ткнул себя пальцем в грудь и медленно сказал:

— Олег. — Затем, протянув руку в его сторону, изобразил глазами вопрос и стал ждать ответа.

Старик улыбнулся в ответ, и также медленно сказал:

— Хелар.

Кажется, моя реакция его удовлетворила. Улыбка стала чуть шире и он, махнув рукой на тропинку, выложенную плотно пригнанными друг к другу камнями, жестами предложил мне идти за ним. И я пошел в окружении орка, сопровождавших его людей и державшихся чуть в стороне эльфов. Идя, я внимательно рассматривал их доспехи и оружие, а также думал о том, куда меня ведут. Но все это отошло на второй план, как только мы вышли на открытый участок тропинки, и я увидел стоящий недалеко от нас замок. Он был непередаваемо прекрасен, был не очень большим. Казалось, что он парит в воздухе, настолько легким и сияющим он казался. Я застыл на одном месте, залюбовавшись его красотой, и только теперь окончательно понял, что это не сон, а реальность. Дав мне немного времени полюбоваться замком, орк добродушно похлопал меня по плечу и показал рукой, что именно туда мы и идем. Пока мы шли, я пытался сообразить, где мы в данный момент находимся, и когда это орки и эльфы успели подружиться. В конце концов, я плюнул на все эти мысли, решив, что в свое время разберусь со всеми вопросами, которых явно ещё будет у меня очень и очень много.

Когда мы подошли к замку, я увидел невысокую (около четырех или чуть выше метров) крепостную стену с круглыми башнями. Пройдя по подъёмному мосту через ров, мы остановились перед маленькой калиткой в воротах, через которую прошли только я, Хелар и орк. Хелар пошел к парадному входу, а меня орк повел направо в не большое, двух этажное здание. Как только мы вошли, на меня сразу повеяло чем-то родным и знакомым, и я с удивлением понял, что это казарма. Да правы были те люди, кто говорил, что армейскую атмосферу, а тем более запах казармы ни с чем и никогда не спутаешь.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж и вышли в коридор, в который с двух сторон выходили одинаковые двери. Мой сопровождающий подошел к одной из дверей и, открыв ее, жестом пригласил меня войти. Зайдя следом за мной в комнату, он показал рукой на стул. Присев, я с интересом стал осматривать комнату. Обстановка комнаты была очень проста — кровать, стол, два стула, довольно большой шкаф и висящий на стене небольшой шкафчик. Пока я осматривался, орк стал снимать и складывать в шкаф своё оружие и снаряжение. Закончив с этим, он остался в кожаной рубахе, которая вполне могла быть поддоспешником. Орк сел на второй стул и хлопнув себя кулаком в грудь, сказал:

— Бых.

Я кивнул и ответил:

— Олег.

В это время неожиданно у меня громко заурчало в животе, и я запоздало подумал, что даже не могу вспомнить, когда ел в последний раз. Бых понятливо улыбнулся и, подойдя к двери, дернул за шнур, который там висел. Минуты через две в дверь постучали, и на пороге комнаты возник паренек лет четырнадцати одетый в такую же кожаную рубаху, как и у Быха.

Увидев меня, паренёк удивленно ахнул. Но Бых не дал ему времени на удивление, что-то быстро проворчал, и паренька как будто ветром сдуло. Бых вернулся за стол и с интересом принялся меня рассматривать. В свою очередь я тоже более внимательно рассмотрел его. То, что это был опытный и бывалый воин, было видно по его спокойному и уверенному взгляду, дополняли этот образ несколько шрамов на лице.

Через некоторое время, в комнату вошел тот же паренек, в сопровождении своего ровесника, который также с интересом поглядывал на меня. Вдвоем они притащили несколько блюд с мясом и фруктами, а ещё пару кувшинов. Расставив все это на столе, они быстро покинули комнату.

Бых сделал мне приглашающий жест. Я внимательно принюхался к содержимому в кувшинах. В одном явно было вино, а вот во втором пиво. Так как я никогда не пил вина, а любил пиво, то я сразу отставил кувшин с вином в сторону и взял кувшин с пивом. Но, как известно — пиво в одиночку пьется плохо, и я сразу показал Быху знаками свое недоумение по поводу отсутствия второго кубка, так как на столе стоял всего один кубок для меня. Теперь Бых не улыбался, а хохотал так, что в комнате дрожали стекла, отсмеявшись, он хлопнул меня по плечу — типа наш человек, достал второй кубок из шкафчика и поставил его на стол. Я разлил пиво и, отсалютовав кубком Быху, сделал осторожный глоток. Это было просто непередаваемое блаженство! Пиво оказалось просто великолепным, и я в несколько глотков осушил весь кубок. Все это время Бых с интересом наблюдал за мной и когда пустой кубок оказался на столе, он снова расхохотался и одобрительно покивал головой, подвигая при этом ко мне одно из блюд. Я присмотрелся — на блюде лежало тонко порезанное, присыпанное специями мясо и, выбрав кусочек мяса, решительно отправил его себе в рот. Да, как говорил один мой знакомый — мясо оказалось правильным, именно под пиво и я снова схватился за кувшин, но Бых жестом остановил меня. Я вопросительно посмотрел на него, он отодвинул кубки в сторону и достал из шкафчика пару бокалов, которые поставил на стол, затем он опять подошел к двери и дернул за шнурок звонка, и вернулся за стол. Я тем временем рассматривал стоящие передо мной бокалы, которые ничем не отличались от привычных для меня земных бокалов для пива, только они были деревянными и в них, по моим прикидкам, помещалось не менее литра пива. Взяв кувшин, Бых разлил по бокалам остатки пива, а в это время в комнату вошел все тот же паренек и, выслушав Быха, унес кубки и кувшин с вином. Так мы и сидели, попивая пиво и закусывая его мясом. Затем в комнате снова появился парень, у которого в руках было четыре!!! кувшина с пивом. Как он их донес не понятно, так как по моим прикидкам в каждом кувшине было минимум литра два. Бых тем временем с ухмылкой поглядывал на меня — видно думал, что удивил. Нюню, наивный ты чукотский парень. Обычно по выходным я употреблял не менее трёх — четырёх литров пива, а под настроение, да в хорошей компании мог и еще больше. Сейчас настроение у меня было. Ну, подумайте — очутился неизвестно где и главное непонятно как. Абсолютно не зная языка и обычаев, и вообще не понятно чем все это закончится и каким боком мне это все выльется. За всеми этими мыслями я не заметил, как мы принялись за третий кувшин, и мне показалось, что Бых поглядывает на меня даже с некоторым уважением.

А я сидел и пытался осмыслить, что же со мной всё-таки произошло. Самое смешное было в том, что всё происходящее сейчас со мной нравилось мне всё больше и больше, и даже уже была полная уверенность в абсолютной реальности происходящих со мной событий. Внутри меня даже проснулся авантюрист, который просто вопил, что такой шанс бывает только раз в жизни и здесь мне самое место. У меня даже появилась уверенность, что у меня все сложится хорошо в этом мире. Самое главное было в том, что эта мысль с каждой минутой нравилась мне все больше и больше.

Когда мы принялись за четвертый кувшин пива, на пороге комнаты появился Хелар с несколькими книгами под мышкой. Судя по тому, что при его появлении Бых вскочил, мною был сделан вывод, что Хелар занимает очень высокое положение в местной табели о рангах. Хелар пару минут пообщался с Быхом и, кивнув мне, вышел из комнаты.

Когда Хелар вышел из комнаты, Бых плюхнулся на стул и на долгое время погрузился в раздумья (честно говоря, я даже слегка начал волноваться). Закончив с размышлениями, он встал и показал, что бы я шел за ним. Бых привел меня в соседнюю комнату, которая была точной копией его комнаты. Бых показал знаками, чтобы я располагался в этой комнате. Затем показал на висящий у двери шнурок и хлопнул себя в грудь, на что я понятливо кивнул. Ещё раз, оглядев комнату, Бых махнул мне рукой, отдыхай, и вышел из комнаты. Некоторое время я бесцельно бродил по комнате кругами, затем подошёл к окну и открыл его. Очень долго простоял у окна, любуясь звёздным небом, и рассматривая три луны на нем. Мысленно рассматривая варианты о том, что произошло и как мне быть дальше. В голову абсолютно ничего путного не приходило и, решив, что утро вечера мудреней, я лёг на кровать и провалился в сон.

Рано утром меня разбудил Бых. В руках он держал не большую стопку одежды, которую сразу положил на мою кровать. Мне всё было понятно без слов, и я быстро переоделся, после чего осмотрел себя в зеркало. Размер простой, но очень удобной и свободной рубахи оказался моим. С размером штанов, которые были очень сильно похожи на армейские галифе, Бых тоже угадал, но весь вид портили мои кроссовки, которые категорически не вписывались в мой новый внешний вид. Бых, заметив мои взгляды, махнул мне рукой и повел меня на улицу.

Мы обошли казарму, и подошли к не большому и аккуратному строению, возле которого нас ждал вчерашний паренек. Судя по тому, что в руках он держал пару полотенец, меня привели в умывальник. После водных процедур был легкий завтрак, после которого Бых повел меня по двору. Идя следом за Быхом, я осматривал замковый двор. Двор был довольно большим для этого не очень большого замка, а большую часть его территории занимали хозпостройки. Была еще пара зданий очень похожих на нашу казарму (которую по большему счету можно назвать офицерской гостиницей), и тренировочная площадка, на которой в данный момент тренировалось с различным оружием пара десятков воинов.

Мы подошли к не большому флигелю, где Бых помог мне подобрать сапоги. Сапоги были похожи на привычные, для меня, армейские сапоги, но они были очень мягкими, легкими и удобными. Затем Бых повёл меня в сторону ворот, и мы вышли через калитку в парк. Сначала я думал, что Бых ведет меня туда, где меня вчера нашли но, пройдя немного по вымощенной дорожке, Бых свернул на право и повел меня по еле заметной в траве тропинке, по которой мы шли ещё несколько минут.

Мы вышли на большую поляну, по центру которой стоял обнесённый низкой стеной с несколькими высокими круглыми башнями, большой особняк. Возле ворот стоял, и явно ждал нас, зрелый мужчина с пристальным и цепким взглядом. Бых кивнул ему как старому знакомому и показал мне, что дальше мне надо идти без него. Кивнув Быху, я последовал за провожатым, попутно заметив, что он сильно хромает на правую ногу. Поднявшись на второй этаж, мой провожатый привел меня в довольно большую комнату, в которой практически все стены были заставлены книжными шкафами, а по центру стоял большой стол, за которым сидел Хелар.

Так начались мои занятия по изучению языка. Первые несколько недель изучение языка продвигалось очень тяжело и медленно, но затем мозг заработал, так как не работал даже в самые лучшие мои студенческие годы и знания начали усваиваться мной практически моментально. Через месяц, когда я худо-бедно начал разговаривать и понимать, что мне говорят, состоялся мой первый серьезный разговор с Хеларом.

Хелар попросил меня как можно подробнее рассказать о моем мире. Во время рассказа он мог по несколько раз просить меня более подробно рассказывать и пересказывать интересующие его моменты. Особенно его интересовало развитие науки, производства и магии. После того как он узнал, что в нашем мире нет магии и, по моему мнению, все кто у нас в настоящее время себя считают магами и колдунами, просто-напросто являются шарлатанами. Хелар немного недоуменно посмотрел на меня, после чего я добавил, что у нас техническая цивилизация, хотя я двумя руками за магию, так как от всех наших технических революций и построенных после этого заводов природа просто умирает, а мы дышим всякой гадостью вместо чистого воздуха.

После этих моих слов Хелар надолго погрузился в размышления, после чего он внимательно посмотрел на меня и предложил пройти не большое обследование на предмет моего здоровья. Немного подумав и решив, что если бы мне хотели сделать, что ни будь плохое, это сделали бы, не спрашивая при этом моего согласия, и согласился.

Хелар повёл меня на первый этаж. В левом крыле усадьбы была не большая комната, которая сильно была похожа на не большую лабораторию. Усадив меня в удобное, глубокое кресло он начал водить у меня над головой и плечами руками. Эти действия, которые мне напомнили о наших экстрасенсах, продолжались не более десяти минут, а потом Хелар огорошил меня заявлением, что ему необходимо для полной диагностики моя кровь, кусочек ногтя и пара волос. Я подумал и согласился. Проведя манипуляции по стрижке пряди волос и пары ногтей. Затем Хелар достал небольшую иглу, проколол мне палец и сцедил немного крови в маленькую пиалу.

— Ну, вот и все. — Сказал он мне. — А сейчас иди и отдыхай. Мне понадобится пара дней на исследование. Я позову тебя, когда буду готов рассказать тебе о результатах.

И я пошел в замок. Уже ни Бых и никто другой из охраны замка меня давно не сопровождал, так как я уже практически освоился. По пути в замок мне в голову пришла мысль о том, что мне надо чем-то заняться, а то от безделья я скоро начну потихоньку сходить с ума. Пройдя ворота, я направился к тренировочной площадке, так как увидел там Быха, и уже подходя к ней, решил, что мне надо в обязательном порядке научиться владеть мечом, так как живу в средневековом мире, где большинство спорных вопросов решаются именно с его помощью.

Подойдя к Быху, и поздоровавшись с ним, сразу спросил у него:

— С кем мне надо поговорить о том, что бы мне разрешили тренироваться с воинами?

Бых усмехнулся, задумчиво посмотрел на меня и ответил:

— Ты уже с ним разговариваешь. Я командую солдатами находящимися здесь.

— И кто ты, если не секрет?

— Я сотник императорской гвардии.

— Императорской гвардии?!

— А что это тебя так удивляет?

— Ну, во-первых — я не видел здесь императора, а во-вторых — не думаю, что у него такой маленький замок.

Бых расхохотался:

— Ну, замки могут быть разными. А Хелар на роль императора не подходит?

— Не думаю, чтобы император занимался наукой и помогал мне учить язык, забросив империю.

— Про науку не знаю, а насчет преподавания языка, ты прав. Хелар является одним из главных советников императора и соответственно его охраняет гвардия.

— Теперь мне всё понятно. Так как насчет тренировок?

— Я буду рад тебе помочь. Только учти — если решил тренироваться с воинами, то надо очень много работать и тренироваться. Начинать придется с азов, так как я понял, что ты никогда раньше не держал меч в руках.

— Да. А как ты догадался?

— Ничего сложного в этом не было — это видно сразу по тому, как ты двигаешься, а самое главное — я очень хорошо видел твои глаза, когда ты увидел меня в первый раз.

— Ты абсолютно прав. Там откуда я родом, мечами не пользуются уже очень давно.

— По этому и начнем с азов. Да и умение владеть мечом тебе может пригодиться в будущем. По этому завтра с утра начнем.

— С чего будем начинать?

— С разминки и пробежки — посмотрим на твою физическую форму и на что ты вообще способен. И учти — поблажек не будет, заниматься будем серьёзно — иначе это будет пустая трата времени и сил, а я не привык этого делать.

Во блин попал, мелькнула у меня в голове мысль, но отступать было уже поздно. Я кивнул Быху и отправился в свою комнату, что бы всё обдумать. Лёжа на кровати, я смотрел в окно и думал о том, что я до сих пор не знаю, куда меня занесло. Через некоторое время у меня мелькнула мысль, что по большему счету делать мне дома особо и нечего, а самое главное меня там никто не ждет — даже любимой девушки у меня не было. Для вхождения в местную жизнь армия — самый простой и надежный способ, так как я не был ученым, да и просто пахать землю не умел. Тем более что меня всегда тянуло в армию, и там я всегда чувствовал себя как дома. По этому решено — заниматься с Быхом буду серьёзно и с полной отдачей сил. Приняв это решение, я немного успокоился и решил, что все последующие проблемы надо будет решать по мере их появления. А сейчас, подумал я, глядя в окно на закат, надо идти ужинать и пораньше лечь спать, а то чувствую, что завтра мне будет ой как нелегко.

Как поётся в одной песенке — предчувствия меня не обманули. Бых поднял меня ни свет, ни заря и сразу погнал меня на пробежку, которая больше напоминала кросс. Когда пробежка закончилась и я, пыхтя как паровоз, нацелился, где-нибудь присесть, но Бых сразу погнал меня, как он сказал — на разминку. Эта разминка больше напоминала растяжку, причем практически на все группы мышц. Бых, глядя на мою страдальческую гримасу на лице и ухмыляясь при этом, он заявил мне, что это ещё даже не начало. Блин, подумал я, когда же мы всё-таки начнем, и получиться ли у меня выдержать все эти нагрузки?

К счастью скоро Бых дал мне не большую передышку, и я смог перевести дух. Задумчиво глядя на меня, Бых сказал:

— Если бы ты так бегал в доспехах я сказал бы, что все не так плохо, но поскольку ты бегал налегке я думаю, что все очень плохо.

Услышав слова Быха, я застонал вслух и про себя обреченно подумал, что для жизни в мире, который по моим прикидкам находится в средних веках, я абсолютно не готов.

— Ничего. — Рассмеялся Бых — я из тебя сделаю воина, чего бы это тебе не стоило.

Вот блин остряк — самоучка подумал я, ещё издевается надо мной. Ну, ничего — я детдомовский, да и почти пять лет службы в погранвойсках научили меня очень многое делать через не могу и не хочу, и просто стиснув зубы идти или ползти к цели. Так что думаю у меня ещё получиться удивить Быха. После небольшой передышки и легкого завтрака Бых начал учить меня правильно стоять и перемещаться в базовых стойках. Так не заметно пролетело утро.

Во время обеда Бых сказал, что мне необходимо серьёзно заняться силовыми упражнениями. Ну, всё — приплыл, подумал я, между тем признавая его правоту. Так в ежедневных тренировках с Быхом пролетела неделя. Больше всего на тренировках меня удивляло то, что солдаты, которые тренировались рядом со мной, не подшучивали над моей неуклюжестью. Когда Бых не мог следить за моими тренировками, солдаты всегда помогали мне и указывали на мои ошибки. Правда, при этом они не забывали наблюдать за тем, что бы я не расслаблялся.

Однажды утром, после разминки Бых сказал:

— Тебя хочет видеть Хелар. Так что после завтрака ты идёшь к нему. Но не расслабляйся, все что пропустишь — будешь навёрстывать.

Я кивнул, прекрасно зная, что у Быха слова ни когда не расходятся с делом. Хотя за последнюю пару дней я немного втянулся в тренировочный ритм и вечером уже не падал без сил в кровать. Мне даже иногда стало казаться, что мне начинает нравиться такая жизнь.

Пройдя к особняку по знакомой тропинке, я поднялся на второй этаж особняка и прошёл в кабинет Хелара. Хелар встретил меня словами:

— Я слышал, что ты начал тренироваться у Быха?

— Немного. — Ответил я.

— Немного не получится. Бых потомственный воин и в деле обучения ни кому поблажек не делает, так как свои знания и умения он шлифовал в тяжёлых боях, и прекрасно знает цену, которую платит плохо обученный воин. Хотя я думаю, что некоторое время ты всё-таки отдохнёшь. Я закончил все исследования и могу сказать, что ты практически не отличаешься от нас. Но в твоём организме очень много разных и даже вредных примесей и металлов, половина которых мне не известна. Я думаю, что это результат загрязнения атмосферы вашей планеты, о котором ты мне рассказывал.

Да уж, подумал я, вспоминая, как дымят заводы в покинутом мной мире.

— В общем — продолжил Хелар, прохаживаясь по комнате. — Я подумал, что ты можешь очистить свой организм при помощи некоторых настоек, которые я для тебя приготовлю. В прочем, если не хочешь, можешь их и не пить — мне кажется, что со временем твой организм сможет очиститься сам. Вот только я не знаю, сколько времени понадобится твоему организму для полного самоочищения. А так мы просто ускорим этот процесс и сделаем его более эффективным. У тебя ускорится обмен веществ и единственное побочное действие от этого будет только то, что у тебя появиться сильный аппетит, но это пойдет тебе только на пользу — все лишнее ты превратишь в мышцы, если конечно не забросишь свои тренировки.

— А вот это вряд ли. — Ответил я. — В последнее время я с каждым днём чувствую себя всё лучше и лучше, и мне кажется, что всё это благодаря тренировкам.

— Как я уже тебе говорил, с тренировками на некоторое время придётся остановиться. — Хелар остановился напротив меня и внимательно мне в глаза — Во время приёма настоек тебе придется лежать, а когда встанешь на ноги, к тренировкам вернешься постепенно. Но это не значит, что ты будешь бездельничать — будешь учить письменность. А то разговариваешь ты уже хорошо, а вот писать не умеешь. И не волнуйся, как ты, наверное, заметил язык у нас довольно простой, так что проблем у тебя не будет.

— Я всё хотел спросить, а почему действительно такой простой язык.

— Когда в состав империи вошли орки, эльфы, гномы и некоторые кочевые племена, встал вопрос об официальном имперском языке. А так как ни кто, ни кого не хотел обижать, было принято решение разработать простой и легко изучаемый всеми расами язык. Так и появился язык, на котором сейчас говорят в империи.

— А как все эти народы пришли в империю?

— Кто-то пришёл сам, а многие согласились на предложение о входе в состав империи. И все согласились сразу. Потому, что в своих анклавах они живут по своим законам и обычаям, а империя не вмешивается в их внутренние дела, пока они соблюдают имперские законы и указы императора. Каждому народу император предложил выгодные условия для проживания. Пришедшим гномам отдали богатые металлами горы на территории империи и, если сначала гномов пришло мало, то через год основная масса выживших гномьих родов уже жила в империи. Так империя получила прекрасных строителей и кузнецов. Ведь раньше полный доспех работы гномов стоил очень дорого, а сейчас уже вся гвардия в отличных доспехах.

Я удивлённо посмотрел на Хелара:

— И гномы даром отдавали империи свои изделия?

— Конечно, нет. Империя платила за них деньгами, а чаще продуктами — ведь в горах много не вырастишь. Но самое главное у гномов — строителей появились постоянные заказы, как от императора, так и от вельмож. Ну и не последнюю роль сыграла гарантия защиты от нападений врагов. Затем в империи появились эльфы, которые не хотели жить в самоизоляции от всего мира. Постепенно их количество увеличивалось, и империя предоставила им местность для выращивания Леса и проживания, а взамен получила прекрасных целителей и друидов. Кстати — настойки, которые я буду для тебя делать в основном эльфийские.

— Да, похоже, ваш император великий человек, если сумел со всеми договориться на благо империи.

— Действительно это так, но самое главное он помнил заветы предков, что только свободные, счастливые и защищённые жители империи приведут её к процветанию. У нас ведь очень много земли, а подданных уцелело очень мало. Император сразу понял, что только совместными усилиями уцелевших народов можно успешно защищать и строить новую, хорошую жизнь.

— А что империи или людям кто-то угрожал?

— Конечно. Племена гоблинов, ящеролюдей и бандиты. Империя оттеснила гоблинов, ящеролюдей от своих границ и они поняли, что на империю нападать бессмысленно. Практически полностью уничтожили бандитов. Но сейчас настали совсем другие времена. Для того, что бы тебе было понятнее, я расскажу тебе историю нашего мира.

Хелар подошёл к столу, на котором стоял кувшин и пара кубков. Налив в кубки вина, Хелар сел за стол и жестом пригласил меня присесть за стол. Взяв в руки кубок и сделав глоток вина, он начал свой рассказ:

— Раньше наш мир был полностью магическим и целиком зависел от магов и магии. Вся жизнь и развитие было построено именно на магии. То, что существуют другие миры, мы догадывались. В древние времена были легенды о том, что в наш мир приходили разумные из других миров. В наше время даже была гипотеза о «блуждающих порталах», в которые попадали люди или существа не зависимо от их желания. Я думаю, что с тобой произошёл именно такой случай.

— И на сколько часто происходят такие случаи?

— Если верить легендам, то очень редко.

— А вы можете строить порталы между мирами?

— Когда-то мы могли строить порталы, но только в пределах нашего мира. — Тут Хелар строго посмотрел на меня. — Но давай я всё тебе расскажу по порядку, а потом ты будешь задавать вопросы.

— Хорошо.

Тяжело вздохнув, он продолжил:

— Ты попал в Великую Империю, точнее в то, что от нее осталось. Хотя в прочем не буду забегать вперёд. В империи тогда жили только люди, а с остальными расами мы дружили или находились в вооружённом нейтралитете, а кое с кем были и пограничные конфликты. В общем обычная ситуация для населённых миров. А затем в наш мир пришла угроза, которую в начале никто не понял. На северном континенте в небольшой, но очень воинственной стране власть захватил никому не известный маг. На это в начале никто не обратил внимания, а он меньше чем за десять лет полностью подчинил себе весь континент. Затем новости с северного континента перестали поступать. Через некоторое время эмиссары северного континента неожиданно появились практически во всех странах — они искали талантливых магов, предлагая им золото и практически неограниченную власть. Некоторые соглашались, некоторые сами искали их и предлагали свои услуги, но очень многие маги отказывались. Эмиссары действовали тайно и очень хорошо скрывались от следящих амулетов и магов-поисковиков. Когда эмиссаров раскрывали и пытались захватить для объяснений, они без переговоров вступали в бой и сбегали, а если видели, что уйти не получиться — кончали жизнь самоубийством. Наших послов или послов наших союзников этот маг не принимал. А когда очередное посольство в составе, которого было несколько очень сильных магов, не вернулось, отец нашего императора понял, что надо готовиться к войне пока ещё не поздно. Но, к сожалению, он опоздал. Многие века мира и мысли о том, что мы самые сильные, сыграли с империей очень злую шутку — когда грянула Великая война, империя не успела полностью к ней подготовиться. Тысячи магов и сотни тысяч воинов сошлись в смертельной схватке. Как и где этот маг получил свои страшные знания, никто так тогда и не понял, хотя я лично думаю, что этот маг тоже пришел к нам из какого-то другого мира. Его заклинания несли страшную разрушительную силу и были нам абсолютно не понятны, при этом у него было множество учеников и последователей. На наш мир опустилась тьма, и борьба шла насмерть. Это была война на выживание. Тогдашние верховный маг и император приложили огромные усилия для того, чтобы отбить первый натиск и дать время нашим соседям, которые решили поддержать империю, для сбора своих армий. Но нам не дали этого сделать — на территории империи практически одновременно было открыто несколько десятков порталов и из них вышли войска противника. Начался хаос в тылу империи. Большинство порталов удалось закрыть и уничтожить войска, которые прошли через эти порталы. Там где нам не удалось уничтожить порталы неприятель смог захватить несколько ключевых крепостей на территории империи. Резервы нашей армии вместо того, что бы присоединится к армии императора, были вынуждены отбивать эти крепости. Затем была великая битва, которая продолжалась несколько дней. Как происходила эта битва, толком сейчас не знает никто, так как не было победивших и проигравших, и никто не пришёл с этой битвы. С этой битвы не вернулся наш император и два его сына. Войска не знали, какой город атакован, а где всё спокойно. Командиры легионов, которые охраняли внутренние провинции не получали ни каких точных известий и не могли эффективно защищать жителей империи. Всё потому, что случилось самое страшное, пропала магия. Вся полностью! Не срабатывали даже самые простые заклинания и амулеты связи молчали. На территории империи появились мутанты: звери, люди, орки, эльфы и вообще не понятные для нас создания. Настал хаос, все боролись за выживание. Ко всем нашим бедам добавились природные катаклизмы. А все мы не умели обходиться без магии, и в этом была наша основная слабость. И только три года как мы более или менее приспособились к новому миру и научились жить без использования магии. И на не большом уцелевшем кусочке империи воцарился мир. Хотя я думаю, что это не надолго.

Хелар замолчал и стал смотреть в окно. Молчал и я, обдумывая полученную информацию. Затем у меня мелькнула мысль, которую сразу высказал Хелару:

— А как империя вообще могла прозевать подготовку к вторжению? Какая служба в империи занималась сбором информации о происходящих в мире событиях.

Хелар в недоумении посмотрел на меня:

— Зачем империи надо было собирать информацию, что происходит в мире?

Блин! Да куда же я попал?! Про себя подумал я, глядя на очень удивлённого моими словами Хелара.

— В моём мире есть такая специальная служба — разведка. Главная её задача как раз и состоит в том, что бы не допустить внезапного нападения врага.

— Разведка. — Медленно сказал Хелар. — Объясни подробнее.

Я попытался, как можно подробнее объяснить Хелару, что такое разведка, её функции и роль в моём мире. Хелар очень долго обдумывал мои слова, иногда задавая уточняющие вопросы. Затем он сказал:

— Ты рассказал очень интересную информацию, если бы у нас была такая служба мы, скорее всего не прозевали бы вторжение. Но всё дело в нашем менталитете — империя была очень мирной и при этом абсолютно уверенной в своей непобедимости. Ведь наша империя была самой мощной державой на планете, а наших боевых магов боялись и уважали во всех странах нашего мира. Имперская магическая академия была самой лучшей и мощной, а одаренных магией людей в империи всегда было очень много, и любой одаренный обучался в академии. По этому на нас никто не рисковал нападать, прекрасно зная, что из этого ничего не получится.

Я вскочил и принялся ходить по комнате, обдумывая слова Хелара. Глотнув вина, я спросил:

— А почему ты думаешь, что мирное время долго не продержится?

— Империя приняла на себя главный удар во время войны. Мы потеряли почти всех опытных воинов и командиров, а так же очень много мирного населения. Сейчас мы не знаем, что происходит на территории империи, которую мы оставили. Есть надежда, что крупные города, в которых были сильные гарнизоны, смогли устоять. Но самое главное, нас очень мало. Даже пришедшие к нам другие народы не сильно увеличили наше число. А многие государства, которые раньше не рисковали нападать на империю, наверняка легче перенесли катастрофу и возможно захотят захватить наши территории. Ведь сейчас нынешняя империя находится на самых лучших и плодородных территориях бывшей империи. Просто не может быть, что территории других государств не пострадали от природных катаклизмов и соответственно они нуждаются в хороших и плодородных землях. Сюда были отправлены подальше от войны практически все не боевые маги и наследник императора, сюда эвакуировали детей, стариков и женщин с атакованных территорий. И именно благодаря этим магам, эти земли практически не пострадали от природных катаклизмов — ведь пока магия в нашем мире окончательно не пропала, они прилагали все свои силы и знания для защиты этой земли. Не долечившиеся раненые солдаты с горсткой гвардейцев, при помощи добровольцев смогли удержать эти земли. Вот только обошлось нам это слишком дорого — ремесленники и крестьяне совсем не солдаты. Тогда погибло очень много мирных жителей, которые взяли в руки оружие для защиты империи. Похоже, о бедственном положении империи догадались и наши не совсем дружелюбные соседи. С границ всё чаще приходят сообщения о стычках с организованными воинскими отрядами, которые уже практически постоянно попадаются у наших границ.

Теперь уже я надолго погрузился в размышления. В том, что Хелар прав на все сто процентов я не сомневался — просто так прощупывать территорию империю и её возможности в плане обороны ни кто не будет. И если он прав насчёт того, что другие территории так же сильно пострадали от природных катаклизмов, то без сомнений уцелевшие плодородные земли будут стараться захватить — уж больно лакомый кусочек. Тем более, если они знают, что империя приняла на себя основной удар агрессора, и с населением, а тем более с воинами у неё не ахти. Плюс ко всему пропала магия и магов, которых боялся, почти весь обитаемый мир попросту не стало.

Я перестал ходить по комнате и присев за стол спросил:

— Хелар, а как у вас организовано патрулирование границ сейчас, и как охранялись границы империи раньше?

Хелар удивлённо и немного недоверчиво посмотрел на меня:

— А почему это тебя заинтересовало?

— В своём мире я несколько лет своей жизни посвятил именно охране границ государства, в котором жил. Именно по этому, мне интересно как вы охраняете свои границы.

Вскочив со стула, я снова принялся расхаживать по комнате:

— Если я правильно тебя понял, то вернуться домой в ближайшем обозримом будущем я не смогу и по этому мне надо найти своё место в вашем мире. Думаю, что мои знания, которые были получены мной во время моей службы, очень пригодятся империи. Эти знания шлифовались не одну сотню лет. Кроме этого я изучал историю своего мира и думаю, что эти знания тоже будут очень полезны для империи.

— Об этом я не подумал. — Задумался Хелар. — Хотя сейчас ответить на твой вопрос я не смогу. Охрана границ и всё, что связано с армией находится не в моей компетенции. Император извещён о том, что ты появился на территории империи. Он уже присылал гонца с вопросами о тебе. Я напишу ему о твоём желании помочь нам. Хотя ты можешь поговорить с Быхом. Думаю, что на многие вопросы, которые связаны с армией, он сможет тебе ответит. А сейчас иди, отдыхай и готовься к приёму настоек.

— Как готовиться?

— Я буду готовить настойки в течение нескольких дней. За сутки перед приёмом настоек пить что-то крепче воды тебе нельзя. Я слышал, что ты любишь пиво.

— Очень люблю.

— Ну вот. Когда всё будет готово, я сообщу тебе.

Уйдя от Хелара, я несколько часов бродил по парку, и пытался осмыслить полученную информацию. Ситуация получалась довольно интересная и не очень радужная. Для полной картины не хватало информации, и я решил поскорее поговорить с Быхом. Заодно учитывая предстоящее пивное голодание, решил хорошо погулять по пиву в хорошей компании. Придя в замок, и не найдя Быха на тренировочной площадке, я отправился в его комнату.

— Хелар мне сегодня рассказал об империи и обстановке в мире. А так же о том, что было раньше. Я хочу кое-что узнать у тебя.

Бых помолчал пару минут и ответил:

— И что именно ты хочешь узнать?

— Подробности, которые ты сочтёшь нужным мне рассказать. — Ответил я.

— Подробности надо узнавать не у меня. Я обычный солдат.

Я подробно пересказал Быху разговор с Хеларом и рассказал вкратце о своей службе в погранвойсках. Так же сказал о том, что мне предстоит лечебный процесс, по этому в ближайшее время я не смогу тренироваться.

— Ничего. — Рассмеялся Бых. — Это не продлится долго. Потом я за тебя возьмусь очень серьёзно.

Я ошарашено посмотрел на Быха:

— А до этого всё было не серьёзно?!

— Хоть и не стоит тебе этого говорить, но ты хороший ученик. Всё схватываешь на лету и удивительно легко двигаешься. Если ты принял решение служить, то я думаю, что у тебя очень хорошие перспективы. Главное не останавливаться на достигнутом уровне и не зазнаваться — всегда найдётся противник, который будет намного сильнее или опытнее тебя.

— Тогда делаем так. — Сказал я. — Сегодня мой день, и командовать парадом буду я. Сейчас берём пива, что-нибудь к пиву и посидим, поговорим.

— Прямо сейчас не получиться. — Рассмеялся Бых. — У меня в отличие от некоторых бездельников ещё есть служба. А вот через часок с превеликим удовольствием.

— Тогда буду тебя ждать у себя в комнате. — Ответил я. — И очень прошу тебя, не задерживайся.

— Хорошо. Как только освобожусь, приду с пивом к тебе. — Ответил Бых.

Придя к себе в комнату, я сразу принял горизонтальное положения и задумался над тем, что сказал мне Бых. Я уже давно заметил, что действительно в этом мире, начал очень легко и быстро двигаться. Скорее всего, думал я, сила тяжести здесь меньше чем на Земле. И это меня очень порадовало. Теперь осталось дождаться Быха и поговорить с ним об армейской структуре. Ещё со школы я увлекался историей и естественно, что в основном меня интересовали античные и средневековые войны. Может из опыта наших предков можно будет предложить что-то достойное для применения. Не пропустил я, и развитие самых разных практик по защите границ, которые применялись на Земле в средние века. Хотя плохо, что магия ушла из этого мира. Так что подумал я, решение принято — буду обустраивать свою жизнь здесь и служить империи.

Бых пришёл, как и обещал с пивом через час. Я сразу попытался накинуться на него с вопросами. Но Бых отмахнулся:

— Потерпи, пожайлуста чуть-чуть. Дай мне отдышаться. А то, пока некоторые как обычно бездельничали, я бегал как укушенный, что бы завершить все дела как можно быстрее.

Мне ничего не оставалось, как заткнуться и молча потягивать пиво. После второго бокала пива, Бых с довольным лицом откинулся на спинку стула:

— Вот теперь можно и поговорить. Задавай свои вопросы. А то я боюсь, что ты скоро выпрыгнешь из штанов от нетерпения.

— Не дождешься. — Рассмеялся я. — А вопросы у меня простые — я очень хочу помочь империи своими знаниями. Для того чтобы моя помощь была максимально полезной, мне надо знать реальное положение вещей. Тебе выдать сразу полный список вопросов или начнём по порядку.

Бых внимательно посмотрел на меня:

— Начинай задавать вопросы по порядку. Но прежде чем мы перейдём к делу, хочу тебе сказать, что по правилам приличия не принято набрасываться сразу со всеми вопросами на собеседника, а надо постепенно, и начинай с самых простых вопросов. Правила и этикет ещё ни кто не отменил.

— В жизни не жил по правилам, и всегда говорил то, что думаю. Мне всегда говорили, что если бы я молчал, когда надо и говорил только то, что надо — имел бы деньги и уважение. Но промолчать или сказать то, что хотят от меня услышать, не могу и не хочу. Так меня воспитали. И я не о чём не жалею. Мне лучше промолчать или сказать то, что я думаю. Умные всегда выслушают и сделают выводы, а на дураков мне наплевать.

Бых улыбнулся и ответил:

— Полностью согласен с твоей точкой зрения. Но не забывай, что у нас в империи хватает много благородных фамилий, которые свою спесь ставят выше всего. Хотя по большёму счёту кроме титула и достижений своих предков они не имеют ничего.

— И что, денег они тоже не имеют?

— Денег они имеют даже очень много. Так же имеют вассалов, которые считают за честь служить прославленному роду. И именно по этому император вынужден с ними считаться.

Неожиданно Бых расхохотался, и хитро поглядывая на меня, добавил:

— Надо будет сказать Хелару, что он совсем забыл о том, что ты совершенно не знаешь этикет. Так, что готовься к дополнительным занятиям.

— Только этого мне для полного счастья не хватало. — Пробурчал я.

— Надо Олег. — Глядя мне в глаза, сказал Бых. — Очень надо. Сложного ничего в этикете нет, а без знания элементарных правил поведения ты можешь попасть в очень не приятные ситуации.

— Бых, а ты хоть убей меня, но ты не простой сотник. Ты слишком много знаешь и не договариваешь. Давай договоримся так — ты отвечаешь на мои вопросы, на которые ты можешь ответить, но предельно честно. А вопросы, на которые не можешь ответить или не знаешь ответов, так прямо и говоришь.

— Ещё несколько недель назад ты толком не мог объясняться, а сейчас ставишь в тупик своими вопросами и мыслями.

— Какой есть.

— Ну ладно, с чего начнём?

— Какая у вас армия, как она комплектуется? Кто охраняет границы и как?

— Да уж. Вопросы ты задавать умеешь.

— Как могу. Я тебя честно предупредил.

Бых встал со стула и начал прохаживаться вдоль окна:

— Отвечаю по порядку: насчёт границ — стоят пограничные крепости и их охраняют добровольцы и немного солдат, регулярной армии которые расквартированы в этих крепостях. Армия состоит из императорской гвардии, пяти полков тяжёлой конницы, восемь пехотных легионов и около двух тысяч эльфов-лучников. Ещё пять легионов регулярных войск, которые стоят вдоль новых границ. В состав каждого легиона еще входит три сотни лёгкой кавалерии. Ну и ещё есть несколько десятков наёмных отрядов, они в основном охраняют купеческие караваны и купцов по контракту. Так же у каждого лорда есть свои дружины, количество и качество бойцов зависит от количества денег, которые он вкладывает в дружину.

— А эти дружины императору подчиняются?

— Только во время войны.

— А кому они приносят присягу?

— Как кому? Конечно лорду, который их нанял и содержит. А лорды приносят присягу императору.

— Теперь снова о границе. Я понял, что солдаты охраняют крепости, а добровольцы из местных жителей патрулируют дорогу, которую перекрывает крепость. Так?

— Так.

— То есть через леса или поле можно спокойно ночью пройти в империю. Как говорится — куда хочу и с чем хочу. Извини, но это не граница, а одно название.

Я замолчал и начал лихорадочно прикидывать в голове возможные варианты. И честно говоря, мои размышления меня ничуть не радовали. От избытка чувств я выпил кружку пива практически одним глотком. На попытку Быха что-то спросить, отреагировал эмоциональной конструкцией на великом и могучем языке. Самое смешное, что Бых проникся и понял меня правильно. То есть заткнулся и с волнением наблюдал за мной, ожидая, когда я соизволю высказаться. Такая покладистость Быха меня немного успокоила и я начал размышлять, что мы имеем в плюсе, а что в минусе. В плюсе мы имели, императора, у которого было совсем не много войск, но он пытается контролировать ситуацию и опирается на преданных империи подданных. И соответственно в минусе имели кучу лордов с личными дружинами и амбициями. Пусть даже некоторые из них действительно честно и преданно служили императору. Но как вопила моя интуиция и опыт моих предков, таких очень порядочных лордов как всегда окажется очень и очень мало в нужный момент. А вот любителей половить рыбку в мутной воде будет более чем достаточно. Тем более что сейчас, когда старая и привычная жизнь окончательно рухнула. Ещё добавляем бандитов и неопознанные отряды на границах империи. Ну и на закуску всяких разных гоблинов, мутантов и просто воров, а так же захватчиков, которые после боёв и природных катаклизмов расползлись по территории государства. Границы империи практически не охраняются. Любой враждебно настроенный элемент может легко попасть в империю и спокойно проворачивать свои делишки. В общем как говорил мой любимый киногерой — картина маслом. От всех этих мыслей у меня в прямом смысле волосы на голове встали дыбом. Но это всё пока мои предположения. Для полной уверенности в правильности моих рассуждений, сейчас у меня очень мало информации. Ладно, подумал я, пока свои мысли надо держать при себе. Когда Хелар будет поить меня своими настойками, надо будет потихоньку вытаскивать из него информацию о положении дел внутри империи. Я поднял глаза на Быха и увидел, что он чуть ли не подпрыгивает от нетерпения услышать мои мысли.

— Извини Бых но, судя по твоим словам — через ваши границы может пройти, кто хочет и куда захочет. Как вы раньше охраняли границы?

Бых подумал и ответил:

— Раньше всё было просто — небольшие крепости перекрывали дороги. В каждой крепости были маги, которые следили за прилегающей территорией через кристаллы дальновидения и контролировали охранные заклинания, которые они устанавливали в труднопроходимых местах. И в случае опасности сообщали в столицу провинции и близлежащим гарнизонам. А оттуда через порталы прибывали маги и войска, которые отражали нападение.

— А как у вас сейчас построена система оповещения?

— Почтовыми голубями или гонцами. Но сам понимаешь, что чем больше расстояние, тем дольше летит птица или едет гонец. А, что ты можешь предложить?

— Пока буду думать, а там будет видно.

— Только не затягивай на долго свой мыслительный процесс. На счёт границ я с тобой полностью согласен. Скажу даже больше — в течение года было сожжено несколько пограничных деревень. Всё списали на бандитов. Но лично я думаю, что если это и были бандиты, то уж очень опытные и организованные.

— А почему ты так думаешь?

Бых присел за стол и, сделав пару глотков, продолжил:

— Представь деревню, огороженную мощным частоколом и несколькими сторожевыми вышками. На вышках постоянно находится несколько лучников, которые прекрасно понимают, что от их внимательности зависит не только их жизнь, но и жизни родных и близких, которые живут в деревне. Люди в таких деревнях прекрасно знают, как держать меч в руках. Но во всех случаях находили только пепелище. Даже голуби из этих деревень не прилетали в крепости с посланием о нападении.

— Ты добавил мне кучу неприятных мыслей. Тут надо очень хорошо подумать, что можно предложить из опыта моего мира. И затягивать мыслительный процесс я и сам не собирался.

— Ну ладно. — Бых встал из-за стола и направился к двери. — Пора уже и спать. Не проспи завтра утреннюю тренировку.

— Не просплю.

Бых ушёл, а я, наведя на столе порядок, принялся от волнения и мрачных мыслей ходить по комнате. В том, что деревни жгли не бандиты, я был полностью согласен с Быхом. Ведь бандиты налетели — ограбили и быстро в лес. Сжигать полностью деревни им просто не зачем. А если деревню не удалось захватить с лёту и они понесли потери, то они сбегут сразу. Значит, скорее всего, это были не бандиты. Чем дольше я думал об этом, тем сильнее у меня крепла мысль, что тут всё очень запутанно. Но свет на эти события могли пролить только исполнители, если получиться их поймать и очень убедительно попросить рассказать, что им известно. Интересно подумал я, а до палачей здесь уже додумались или нет. С магией ведь просто влез в мозги — и полный порядок. А сейчас так уже не получиться. Если не додумались до палачей, то эту идею я пока озвучивать не буду. Значит, надо будет придумать какую-нибудь альтернативу палачам. Ну и продумать, как доказать императору, что охрана границ дело очень не простое и ответственное. И заниматься этим должны специально обученные и подготовленные войска. Хотя, судя по всему, император умный человек и все поймет. Я решил, что на сегодня хватит размышлений и вообще пора спать.

Утром я был разбужен Быхом. Не слушая моих слабых отговорок: я долго ночью думал и потому, давай начнем тренировку чуть позже, он начал гонять меня по полной программе. При этом делая основной упор на силовые упражнения. Ближе к обеду я даже начал валиться с ног. На все мои бурчания по поводу того, что кто-то желает моей преждевременной смерти, Бых только смеялся и отвечал, что мне это не грозит, а кое-кого надо гонять еще сильнее, чем сейчас. Так пролетело два дня. На третий день утром Бых сказал, что меня ждет Хелар. И после завтрака я направился к нему.

Хелар встретил меня на пороге особняка и сразу спросил:

— Ну, что не передумал?

— Нет.

— Тогда пойдем, я покажу тебе твою комнату. Пока будешь пить настойки, жить будешь у меня.

— А это обязательно?

— Обязательно. Мне первое время надо постоянно контролировать твоё состояние. И тут тебе будет намного комфортнее.

Моя новая комната по сравнению со старой была намного больше размером и обставлена шикарной мебелью. Ну и самое главное — вид из окна был просто прекрасен.

Никогда не думал, что так полюблю смотреть на не тронутый руками человека первозданный лес. Пока я осматривал комнату и любовался видом из окна, Хелар с улыбкой наблюдал за мной. Я повернулся к нему и с не скрываемым волнением спросил:

— Когда начнём приём настоек?

— Да прямо сейчас. Ты пока ложись в кровать, а я принесу первую порцию настоек. Предупреждаю сразу — на вкус они не очень приятны и некоторое время ты проведёшь в постели.

— А некоторое время это сколько?

— А вот это будет зависеть от твоего организма и от того, насколько точно ты будешь выполнять все мои указания.

— Я всё понял. Буду чётко и неукоснительно выполнять все указания. Только, если можно, пусть Бых заходит ко мне как можно чаще.

— Могу тебя успокоить — я не буду против посещений. Как только будет можно, он сможет приходить к тебе, когда захочет. Однако первое время тебе будет не до общения с кем-либо, а затем, некоторое время тебе будет нужен постельный режим.

С этими словами Хелар покинул комнату. А я стоял и пытался справиться с навалившемся на меня волнением. Сделав несколько глубоких вдохов, я направился к кровати. Спустя несколько минут, я лежал и ждал Хелара.

Хелар появился примерно через пол часа с большим подносом, который был полностью заставлен не большими глиняными кувшинчиками. Поставив поднос на стол, Хелар посмотрел на меня и сказал:

— Самое главное — не волнуйся. Всё будет хорошо, и чем сильнее ты будешь в это верить, тем быстрее встанешь с постели.

— Если бы я не верил — ни за что не согласился пить настойки.

— Вот и прекрасно.

Хелар перелил жидкость из кувшина в бокал и протянул его мне:

— Лучше выпей всё сразу залпом.

Глубоко вздохнув, я не останавливаясь, опустошил бокал. На меня сразу навалилась слабость, было тяжело даже просто повернуть голову. Но Хелар не дал мне времени анализировать своё состояние — перед моими глазами возник новый бокал. Приподняв мою голову, Хелар сказал:

— Пей быстрее.

Я выпил и провалился в глубокий сон. Мне снился Бых поивший меня чем-то из бокала, Хелар осматривающий меня и просто события из моей жизни. А в один прекрасный момент я проснулся и увидел Быха сидящего в кресле возле моей кровати. Я сделал попытку встать с кровати, но Бых сразу остановил меня:

— Хелар сказал, что бы ты не вставал. Лежи и не дёргайся, а я пока позову Хелара.

С этими словами Бых чуть ли не галопом умчался из комнаты. Мне ни чего не оставалось, как лежать и смотреть в потолок. Попутно я попробовал пошевелить головой и руками, слабость почти не ощущалась, но сильно болела спина и суставы. Когда в комнату в сопровождении не знакомого мне мужчины вошёл Хелар, я сразу пожаловался ему на своё состояние.

— А что ты хотел — пролежать три недели в кровати и сразу запрыгать резвым жеребёнком? Так не бывает.

— Сколько?

— Три недели. Не беспокойся, всё идёт как надо. Сейчас я осмотрю тебя, и после у нас будет с тобой серьёзный разговор.

После короткого осмотра Хелар сказал:

— Всё хорошо, нет повода для волнения. Твоё состояние даже лучше чем я ожидал. Очень скоро ты будешь чувствовать себя намного лучше. Только первое время тебе нужно будет не нагружать себя. А теперь о главном — мне придётся завтра покинуть тебя, на какой срок не знаю. Но ты не волнуйся. Вот познакомься — мой лучший ученик Кел. Пока меня не будет, он будет следить за твоим здоровьем. Все его указания выполнять без обсуждений. Как только я закончу свои дела в столице, сразу приеду сюда. Как ты понимаешь, и Бых тоже уедет. Мой тебе совет — постарайся по быстрее освоить письменность и изложить свои мысли на бумаге, император очень заинтересовался твоими мыслями по поводу границ. Он считает, что ты абсолютно прав. Мы упустили проблему охраны границ и сейчас толком не знаем, что там вообще происходит. Мы не знаем, как наши соседи пережили катастрофу и какое у них сейчас отношение к империи. Но самое худшее — мы не знаем, что происходит на остальной имперской территории. Может на месте многих провинций просто выжженная земля или образовываются новые не большие государства. Император даже лично хотел приехать и поговорить с тобой на эту тему. Так, что не затягивай изложение своих мыслей на долгий срок.

— Затягивать я не собираюсь. Могу даже сразу с вами передать перечень необходимых первоочередных задач, которые надо решить как можно быстрее.

Хелар повернулся к Келу:

— Принеси, пожалуйста, перо и бумагу.

Кел вышел из комнаты, а на пороге появился Бых. Он вопросительно посмотрел на Хелара.

— Заходи. — Ответил на его немой вопрос Хелар. — Только не надолго. Тебе вообще надо готовиться к отъезду.

— Пусть Бых тоже послушает, что я скажу. — Попросил я. — Ведь я могу что-то упустить, а Бых меня поправит.

— Мои парни почти готовы к отъезду, и кроме меня там есть, кому проследить за сборами. — Успокоил Хелара Бых.

В это время в комнату вернулся Кел с письменными принадлежностями и сев за стол, приготовился записывать мои слова.

— Первое. — Начал я. — Надо приготовить хорошую базу для тренировок и обучения бойцов пограничной стражи, эта база должна находиться не далеко от границы. Второе — надо подумать и подготовить места постоянной дислокации отрядов вдоль границы. Каждый отряд будет отвечать за определённый участок границы. Ну и третье хотя, по-моему, самое главное — это надо подобрать надёжных и самое главное лучших учителей для обучения бойцов пограничной стражи. Ведь пограничники должны уметь очень многое. По этому нужны учителя: следопыты, лучники, мечники, наездники и даже лекари. Всё это должны уметь пограничники, так как они действует большую часть времени на границе в отрыве от своих баз. В военное время они выполняют задачи по разведке и соответственно стараются выследить и обезвредить разведку противника. По этому они должны быть самыми лучшими. Когда будет решён вопрос с тренировочной базой и учителями можно думать, кого брать в пограничную стражу, и начинать их тренировать по всем перечисленным дисциплинам. Одно знаю точно — граница не любит и не прощает ошибок. По этому набирать надо только добровольцев, и самых лучших, которые будут согласны нести очень не лёгкую, но ответственную службу. Ещё не мешает подумать о льготах и поощрениях пограничников — ведь на службе эти люди будут ежеминутно рисковать жизнью. От того насколько хорошо пограничники несут службу, зависит безопасность империи. Вроде пока всё.

Некоторое время все молчали, обдумывая мои слова. Первым тишину нарушил Бых:

— В принципе ты всё обрисовал правильно и я с тобой согласен. Но, как известно — всё предусмотреть не возможно, по этому конечно возникнут вопросы, но их надо решать по мере их возникновения.

— Полностью согласен с тобой. — Сказал Хелар Быху. — Вопросы будут. Но боюсь, что как только император поставит этот вопрос на имперском совете, тут же найдутся противники создания пограничной стражи. Хотя я думаю, император убедит их в необходимости охраны границ.

Тут у меня мелькнула интересная мысль, и я сказал:

— Извините, что перебиваю, но я думаю, что император должен взять на заметку тех, кто громче всех будет кричать о том, что пограничная стража не нужна. Так как в самом лучшем случае это просто полный идиот, а в худшем вредитель, которому пограничная стража будет мешать обделывать свои грязные делишки. По этому, чтобы понять, кто есть кто, надо будет внимательно проследить за этими типами и всё со временем станет ясно.

— Ты прав. — Ответил Хелар. — Императору будет, над чем задуматься. Но я уверен, что никто не помешает ему создать пограничную стражу. Это действительно сейчас для нас самое главное. На всякий случай я попрошу императора дать поручение главе Сыскного приказа обратить пристальное внимание на тех, кто будет против создания пограничной стражи. Ты ещё, что-то хочешь спросить?

— Чем занимается Сыскной приказ?

— Розыском преступников, изменников и раскрытием преступлений. Ты, наверное, думал, что этим раньше занимались маги. Но это не так. Маги в приказе были, но они занимались только особо сложными преступлениями или преступлениями которые совершали маги. К счастью таких магов было очень мало. Сейчас, без магов, работать приказу не легко, но туда всегда отбирали честных, умных и трудолюбивых людей. Даже без магов приказ отлично справляется со своей работой, так как старались всегда работать без помощи магов, а привлекали их только в исключительных случаях.

— Тогда я хотел, что бы пограничной страже выделили несколько служащих Сыскного приказа.

— Даже не знаю, что тебе ответить. — Покачал головой Хелар. — Старых и опытных служащих в приказе осталось не очень много. Больше половины служащих — это молодые люди, у которых нет ещё опыта, они ученики. Глава приказа не отдаст старых и опытных служащих. Сразу после войны империю захлестнула волна преступности и очень многие служащие приказа погибли, защищая граждан империи.

— Я не прошу отдать пограничной страже всех опытных сотрудников. Достаточно будет несколько десятков учеников и двух-трёх опытных служащих. Можно даже тех, кто уже по возрасту не работает в приказе, но готов поделиться опытом с молодёжью. Я в свою очередь подскажу главе приказа кое-что из опыта моего мира.

— Я поговорю с главой приказа. — Сказал Хелар. — А сейчас отдыхай. — И кивнув Быху, Хелар с Келом вышли из комнаты.

Бых переставил кресло поближе к моей кровати и сел в него. Заметив, что я немного расстроен, он сказал:

— Не переживай — всё будет хорошо. Мы уезжаем не надолго и скоро вернёмся. А ты пока лежи и набирайся сил. Кстати, пока ты будешь находиться здесь, попробуй подружиться с Востом.

— А кто такой Вост?

— Это смотритель усадьбы. Не смотри на его возраст и то, что он хромой. Когда-то он был первым мечником империи, но в одной из битв он получил очень тяжёлые ранения. Теперь он инвалид и смотритель усадьбы, но он просто не представляет себя без армии и по этому сейчас он избегает людей. Если ты сможешь найти к нему подход — ты будешь учиться бою на мечах у лучшего учителя в империи. Если бы не один надутый павлин с титулом маркиза, Вост остался инструктором в гвардии. Извини, но я не знаю всех подробностей, по этому не буду тебе рассказывать, почему Вост покинул армию. Если вы с ним подружитесь, то может когда-нибудь он расскажет тебе об этом случае. Я знаю только одно — он отличный воин и хороший человек, вот только не любит обсуждать свои проблемы с кем-либо.

— Спасибо за информацию. Скажи — ты приходил ко мне, когда я валялся без сознания? А то мне вроде снилось, как ты поил меня какой-то гадостью.

Бых оглушительно расхохотался:

— Конечно, я приходил к тебе. Когда Хелар просил меня, я поил тебя настойками и помогал переворачивать тебя, чтобы не было пролежней.

— Спасибо тебе за всё.

— Да не за что. Ты главное, когда сможешь сразу приступай к тренировкам, не теряй зря время. Делай всё как обычно — пробежка, разминка, отработка базовых стоек и не забывай про растяжку.

— Обязательно. Ты не волнуйся — я не привык бросать начатые дела на пол пути. А ты постарайся не задерживаться и быстрей возвращайся.

— Постараюсь. Только сам понимаешь я солдат, и подчиняюсь приказам. А сейчас уже поздно и я пошёл готовиться к отъезду, а тебе надо отдохнуть. Завтра я ещё зайду к тебе.

— Тогда до завтра.

— До завтра.

Когда Бых ушёл я ещё долго не мог заснуть и прокручивал в голове всё, что узнал за сегодня. С мыслями о том, что надо как можно быстрее вернуться к тренировкам, я заснул.

Рано утром меня разбудил Бых и сказал, что скоро они выдвигаются, и он забежал попрощаться. Ещё раз, напомнив мне о тренировках, он сказал, что поговорил обо мне с Востом, но тот ничего ему не ответил. Бых сказал, что бы я не расстраивался — это обычная его реакция на мало знакомых людей и всё зависит от меня. Я ответил, что всё понял и сам хочу как можно быстрее вернуться к тренировкам. Мы попрощались, и Бых умчался к своим солдатам. Затем пришел Хелар с Келом и повторил свои наставления по поводу выполнения рекомендаций Кела. Я заверил его, что всё прекрасно понимаю, и буду слушать Кела без возражений. После прощаний Хелар ушел, и мы остались с Келом в комнате. Кел присел в кресло и спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

— Вроде нормально, вот только чувствуется не большая слабость.

— Это нормально. На восстановление тебе понадобится некоторое время.

— А как долго я буду восстанавливаться?

— Всё зависит от твоего организма. Но я думаю, что надолго этот процесс не затянется. А сейчас ты готов к занятиям по письменности?

— Давай действительно начнём занятия, мне надо многому научиться.

Так начались мои занятия письменностью, кроме письменности мне так же пришлось учить основные правила этикета — Бых не забыл напомнить об этом Хелару, а он в свою очередь поручил Келу научить меня основам этикета. В перерывах между занятиями я пил, укрепляющие настойки и валялся на кровати, размышляя о методах охраны границы, а так же о других задачах, которые может решать этот новый для этого мира род войск. Единственным побочным эффектом этих настоек был мой зверский аппетит. Но очень скоро я начал чувствовать себя намного лучше и решил, что пора возобновить тренировки, если я не хочу превратиться в заплывшего жиром борова. Я сразу поделился своими мыслями с Келом.

— Письменность ты практически уже освоил. — Ответил он мне. — Теперь дело только за практикой. Так, что наши занятия можно завершать, но по этикету я ещё погоняю тебя. Восстановление организма идёт очень хорошо, и скоро я перестану давать тебе настойки. Ты сначала сильно не нагружай свой организм. Начни с пеших прогулок, потом постепенно переходи к физическим упражнениям. Если вдруг почувствуешь недомогание, то сразу ко мне. Главное, ни каких резких физических нагрузок.

И я начал гулять в парке возле усадьбы, постепенно увеличивая длительность этих прогулок. В один из дней я решил осмотреть окрестности усадьбы повнимательней. Каково же было моё удивление, когда я попал на задний двор усадьбы и увидел там не плохую тренировочную площадку. Увлёкшись осмотром этой площадки, я вдруг увидел недалеко от себя нескольких, играющих в песке щенков. Забыв обо всём, я стоял, и с улыбкой наблюдал за их вознёй, когда с опозданием сообразил, что недалеко обязательно должна находиться их мать и не известно как она отреагирует на чужака. Решив, что пора потихоньку сматываться, что бы не нервировать их мамашу, я повернулся к выходу с площадки и увидел стоящую передо мной собаку. Она была пепельно-серого окраса и копией немецкой овчарки, только увеличенной как минимум раза в полтора. Ну, блин приплыл — мелькнула у меня мысль, которая моментально сменилась восхищением красотой этой собаки. Надо сказать, что я всегда очень любил и восхищался именно немецкими овчарками, и всегда находил с ними общий язык. По этому я решил просто стоять и не дёргаться, ожидая её реакции на моё появление. Посмотрев на меня пару минут, овчарка неторопливо обошла меня и направилась к щенкам. Я с облегчением вздохнул и решил, что на сегодня с меня достаточно впечатлений и надо идти.

— Как не странно, но ты смог меня удивить. — Раздался с боку чей-то голос.

Я повернулся и встретился взглядом с Востом, который стоял в нескольких метрах от меня. Удивившись его умению тихо ходить, не смотря на повреждённую ногу, я спросил:

— Чем именно я смог удивить?

— Обычно все впадают в панику, увидев возле себя чужого аласта.

— Я так понимаю, что аласт — это порода этой прекрасной собаки.

— Всё забываю, что ты не здешний. Да, именно так эта порода называется. А ещё она очень ценится за то, что, признав кого-то своим хозяином, она не отходит от него далеко и очень ему предана. А это, ты уж поверь мне, происходит не часто. Если собака оказывается недалеко от чужого, то это значит, что она считает этого человека подозрительным, ну а там уже возможны разные варианты поведения. Эти собаки очень сообразительны и очень часто реагируют на угрозу намного раньше, чем хозяин. По имперским законам, если ты с аластом находишься в людных местах, то собака должна быть на очень мощном и коротком поводке, и если она нападёт на кого-то, то хозяин несёт очень суровое наказание.

— Бых сказал мне, что я могу попросить тебя потренировать меня. — Решил я спросить Воста.

— И зачем тебе это понадобилось? Как я понимаю, скоро ты отправишься в столицу, а там куча фехтовальных школ и ты можешь обучаться в любой, которая тебе понравится. А я старый, больной отставной солдат, да к тому же ещё и хромой. Чему я смогу тебя научить?

— Во-первых, мне не надо парадное или дуэльное фехтование, которому меня научат в какой-нибудь столичной школе, а во-вторых, только старый солдат может научить очень сложной науке выживания и победы в бою.

— Ты опять удивил меня. Не часто услышишь от молодёжи умные слова. Хорошо я подумаю о твоей просьбе. Приходи сюда завтра утром и не бойся собаки — она тебя не тронет.

После разговора с Востом я сразу отправился к Келу, что бы поговорить, можно ли мне плотно заняться тренировками. После беглого осмотра Кел сказал:

— Насколько я знаю, ты сейчас тратишь на ходьбу почти весь день.

— Да.

— И как самочувствие?

— Прекрасно. Мне иногда кажется, что я скоро лопну от избытка энергии.

— Значит всё идёт просто замечательно. Можешь заниматься, только не забывай — нагрузки повышать постепенно и, если вдруг почувствуешь себя неважно — сразу ко мне.

— Я всё понял, буду себя любимого беречь. — С этими словами я направился в свою комнату.

Утром я проснулся очень рано. Немного повалявшись в кровати, решил не тратить время зря, а пойти прогуляться перед завтраком. Побродив немного по парку, я решил отправиться на тренировочную площадку, что бы слегка размять мышцы. Подойдя к площадке, я замер как статуя — на площадке стоял Вост и упражнялся с мечём. При этом он стоял неподвижно, а меч мотыльком порхал вокруг него, выписывая в воздухе просто немыслимые пируэты. И это — старый, больной человек хмыкнул я про себя. Видимо почувствовав моё присутствие, Вост прекратил тренировку и посмотрел на меня:

— А ты ранняя пташка. Это очень хорошо. Иди сюда и повторяй за мной мои движения.

Он начал медленно показывать мне упражнения, чем-то похожие на ката из ушу. Я старательно повторял движения и старался их хорошенько запомнить. Прогнав этот комплекс несколько раз подряд, Вост остановился и спросил:

— Ну, запомнил?

— Вроде да.

— Забудь это слово, говори только да или нет.

— Да.

— Хорошо, а сейчас сделай упражнения сам, а я посмотрю, как ты их усвоил.

К моему удивлению я смог повторить этот комплекс упражнений практически без ошибок, Вост только пару раз указал мне на мелкие неточности.

— Очень не плохо. — Сказал он, когда я закончил. — Немногие могут с первого раза практически без ошибок сами сделать эти упражнения. Я рад, что не ошибся в тебе. Бых говорил мне, что начал «ставить» тебе руки и ноги, как я сейчас вижу — вы очень хорошо поработали вдвоём, Бых гонял тебя как кандидата в гвардию, а ты полностью выкладывался и не скулил. Я буду с тобой заниматься, но учти — это будет очень нелегко. Поблажек я не делаю ни кому.

— Я всё прекрасно понимаю. Ведь для того, чтобы чего-то достичь, надо очень много трудиться. Просто так, без труда, ничего не добьёшься.

— Начинай каждое утро с этих упражнений и не забывай о силовых упражнениях. Повторяй базовые стойки, которые тебе показывал Бых. Как только я решу, что ты готов к следующему этапу тренировок, начну показывать тебе приёмы работы мечом в одиночном поединке. Может из тебя получиться хороший мечник.

Пока мы сидели и разговаривали с Востом, к нам подошла его собака. На меня она смотрела вполне дружелюбно, и я в очередной раз удивился сообразительности этой породы. Внезапно я поймал себя на мысли, что я очень хочу завести себе такую собаку. Но, мысленно вздохнул я, у меня сейчас нет дома, да и я моё будущее в этом мире туманно. Вост увидел, что я отвлёкся и спросил меня:

— Что-то случилось?

— Да ни чего серьёзного. Просто я всегда любил собак и вот теперь любуюсь твоей собакой.

— Как ты видишь, у меня есть несколько щенков, и может кто-то, признает в тебе своего хозяина.

— У меня нет своего дома, что будет со мной в дальнейшем неизвестно, как я могу взять ответственность за собаку. У меня на родине один человек сказал — мы в ответе за тех, кого приручили. Я сейчас не могу взять на себя такую ответственность.

— Хорошие слова ты сказал, но поверь мне — тебе не о чем беспокоиться. То, что Хелар пробыл с тобой здесь несколько месяцев, говорит о том, что у тебя всё будет в порядке. Да и в столицу он уехал только после того, как за ним лично прибыл императорский порученец. А это значит, что Хелар тебя очень ценит и всегда поможет, если у тебя вдруг возникнут проблемы.

Так пролетел месяц с начала моих тренировок с Востом. За это время я превратился в поджарого и стройного человека, а мои мышцы обрели упругость. Вост начал обучать меня технике фехтования с использованием щита. По вечерам я сидел и рассказывал Восту о своём мире. В один из вечеров Вост узнал, что я не умею ездить верхом, и не слушая моих жалоб на недостаток времени начал обучать меня верховой езде, даже серьёзно снизил на пару недель интенсивность занятий по фехтованию, так как эти пару недель у меня ужасно болели спина, руки и особенно " пятая точка». Но, стиснув зубы, я продолжал упорно заниматься, так как прекрасно понимал, что всё это жизненно необходимо для меня. Если тренировки с оружием, как говорил Вост шли с опережением графика, то с верховой ездой у меня пока толком ничего не получалось. Я не мог полностью слиться с лошадью, а без этого, как утверждал Вост из меня не получиться хороший наездник. Так же, за прошедшее время я подружился с собакой Воста, Веда оказалась очень доброй и любящей ласку собакой, так же она не мешала мне иногда возиться с её щенками. Эти маленькие проглоты могли часами носиться по заднему двору усадьбы, но стоило мне показаться в поле их видимости, как они сразу бежали ко мне, что бы я немного с ними поиграл. Однажды вечером, когда мы с Востом сидели на скамейке возле тренировочной площадки, ко мне подошёл и улёгся возле моих ног щенок. Я сначала не придал этому значение, хотя всегда выделял этого щенка из всех остальных щенков потому, что все щенки кроме этого были тёмные или чёрные, а этот как мама был пепельно-серым. Вост с улыбкой посмотрел на меня и сказал:

— Поздравляю тебя.

— С чем. — Удивился я.

— С тем, что у тебя появился аласт. Именно так аласты выражают свою преданность новому хозяину, и этот щенок выбрал тебя. Я этому рад. Ты будешь хорошим хозяином. Так же хочу сказать, что мы переходим к следующему этапу тренировок.

Я потрепал щенка за ухом и спросил Воста:

— А где мне держать щенка, чем его кормить?

— Не переживай, пока ты живёшь здесь, он будет жить вместе с остальными щенками. Просто теперь тебе надо уделять своё внимание только ему, а в свободное время заниматься его дрессировкой. И в этом вопросе я помогу тебе. А сейчас подожди меня.

Вост вернулся через пару минут, держа в руках меч в простых кожаных ножнах.

— Это тебе подарок от меня. Меч хороший и как раз по твоей руке.

Я с волнением взял в руки меч и внимательно осмотрел его. Меч был около метра длиной, имел эфес с защитными кольцами и перекрёстными дужками. Внимательно присмотревшись к металлу, из которого был сделан меч, я не смог сдержать удивлённый возглас — судя по всему меч был сделан гномами из знаменитой гномьей чёрной стали. Полуторник Быха был тоже сделан из этой стали, и он как-то сказал мне, что такие мечи стоят на вес золота. Я, сдерживая волнение, сказал Восту:

— Это слишком дорогой подарок для меня и я не могу его принять.

— Не говори глупостей. Это древний имперский обычай, когда учитель дарит своему ученику меч. Только сейчас о нём забыли. А раньше именно так молодой воин получал в руки свой первый меч. Этот меч идеально подходит тебе, и теперь тренироваться ты будешь только с ним.

В это время лежащий у моих ног щенок поднял голову и тихо зарычал. Вост оглянулся и сказал:

— Кажется, наши тренировки придётся отложить. К нам приехали гости из столицы.

Я повернулся и увидел Быха, который быстрым шагом шёл к нам. Подойдя, Бых тепло поздоровался с Востом и сразу накинулся на меня с вопросами:

— Как здоровье, как тренировки? И вообще, что новенького произошло за время моего отсутствия?

Коротко рассказав Быху последние новости, я спросил:

— С какими новостями ты приехал?

— С хорошими. Император полностью согласен с твоими мыслями по поводу охраны границ. Уже даже подобрали место для размещения тренировочного лагеря. Со мной приехал Хелар и Эльвор. Эльвор назначен командующим создаваемой пограничной стражи. Это очень умный и порядочный эльф. Тебе он предлагает место своего советника.

Я рассмеялся:

— Ну, какой из меня советник. Всё, что знаю об охране границ, я расскажу. И всё равно нам придётся придумывать тактику и способы контроля границы прямо на месте. А вот пойти служить в пограничную стражу простым солдатом — с удовольствием.

— Тогда я возьму тебя в свою сотню.

— Ты променял гвардию на не созданную пока пограничную стражу?

— Кроме меня ещё три десятка гвардейцев захотели пойти служить в пограничную стражу. Император согласился нас отпустить. Ты пойми — нужен костяк из опытных солдат. Император приказал выделить пограничной страже от каждого легиона по две сотни, но ни один командир не даст из легиона опытных солдат. Так что придут новобранцы. И из них надо будет сделать солдат. И сделать надо быстро, времени нам дают всего несколько месяцев. Так, что сейчас спать, а завтра с утра будем с Эльвором обсуждать твои предложения.

Я оборвал словоизлияния Быха:

— Если император хочет, что бы пограничная стража выполняла поставленные перед ней задачи, император должен объяснить командирам легионов, Сыскному приказу, и я не знаю кому ещё, что так надо. Пока мы будем делать из вчерашних крестьян или горожан солдат и обучать их всем нюансам службы, пройдет очень много времени и по закону невезения, когда мы будем нужны, мы скажем им — извините, но мы не успели подготовить бойцов. Я не прошу полностью укомплектовать пограничную стражу лучшими из лучших — новобранцев мы возьмем, и будем гонять, как ты гонял меня, а может и ещё сильнее. Но в пограничной страже должно быть достаточно опытных солдат, что бы гонять новобранцев и выполнять поставленные перед нами задачи!

— Высказался эмоционально, не очень связано, но я тебя понял. — Бых несколько минут задумчиво смотрел куда-то в небо. — Завтра не забудь объяснить это Эльвору и Хелару.

Утром я только успел пробежаться и начать свою обычную разминку, как меня позвали к Хелару. Когда я поднялся к нему, он беседовал с Келом. Увидев меня, он сказал:

— С твоим здоровьем всё в полном порядке и я этому очень рад. Сейчас мы пойдём к Эльвору и вы обсудите с ним структуру пограничной стражи и первоочередные действия по её созданию. Всё это я потом доложу императору, и он отдаст нужные распоряжения. Тебе он просил передать, что будет оказывать вам полную поддержку. Так же он надеется в самое ближайшее время познакомиться с тобой. А сейчас иди, позови Быха и приходи в библиотеку.

Быха я нашёл на заднем дворе, где он беседовал с Востом. Я поздоровался с ними и пересказал то, что мне сказал Хелар, и мы направились в библиотеку. В библиотеке я увидел расхаживающего вдоль полок с книгами высокого эльфа с пронзительным, но в тоже время дружелюбным взглядом. Хелар представил меня Эльвору и мы сразу приступили к обсуждению первоочередных вопросов. Я сразу повторил все свои мысли по поводу новобранцев и опытных солдат, а Бых дополнил мою речь своими комментариями. Подумав, Эльвор согласился с моими мыслями и заверил нас, что все будет доложено императору, а он в свою очередь построит всех, кто не захочет понять простых и очевидных истин. Эльвора очень сильно удивило моё нежелание быть у него советником, но я сказал, что всегда буду готов дать ответ на возникшие у него вопросы. Особо подчеркнув то, что я не являюсь человеком, который знает всё об охране границ.

— Значит, будем служить, и учиться вместе, а так же находить решения по возникшим вопросам. — С уважением сказал мне Эльвор.

Затем он сказал, что по приказу императора для нас строят казармы и тренировочный лагерь не далеко от не большого приграничного городка на севере империи, так как сразу перекрыть все границы мы не сможем, а это направление сейчас самое проблемное и начинать нести службу мы будем там. Затем, по мере возможности, к нам на подготовку будут присылать новобранцев, что бы постепенно перекрыть границы империи полностью. Но сейчас наша первоочередная задача — разобраться, что происходит на севере, и кто сжёг несколько отдалённых деревень. По этому тренироваться и патрулировать границу нам придётся одновременно. В помощь нам на первых порах придадут лёгкую кавалерию из городского гарнизона. Но эта помощь не будет постоянной. Так же нам надо определиться с вооружением для пограничной стражи. После долгих споров и обсуждений мы сошлись на том, что самым оптимальным для нас будет комплект, состоящий из кольчуги, нагрудника, налокотников, щитков на предплечьях, лёгким кавалерийским открытым шлемом и не большим треугольным щитом. По вооружению особо долгих споров не было, и мы остановились на кавалерийском мече, коротком (типа римского гладиуса) клинке, а так же нескольких метательных ножей. При обсуждении брони и оружия я настаивал на том, что пограничники должны быть готовыми сражаться в любой обстановке и соответственно их вооружение должно быть по возможности как можно более универсальным. Когда я вспомнил о луках, Эльвор с сожалением сказал, что хорошего стрелка из лука надо готовить не один год, и мы себе этого просто не можем позволить, по крайней мере, в ближайшее время. Но он пообещал поговорить о том, что бы к нам прислали хотя бы полсотни эльфов-лучников. Я заметил, что нам так же крайне необходимы опытные следопыты. Так в спорах и обсуждениях не заметно пролетел день, и мы решили остальные вопросы отложить на завтра. После ужина я помчался к Восту, так как у меня возникла одна мысль, и решил как можно быстрее обсудить её с ним.

Когда я пришёл на задний двор усадьбы, Вост сидел на лавочке и задумчиво смотрел на вечернее небо. Я присел рядом и сказал:

— Хочу предложить сменить тебе работу.

— Что ты хочешь мне предложить?

— Ты слышал о создании пограничной стражи?

— Бых рассказывал мне о твоих предложениях, об охране границ и я с тобой полностью согласен.

— Сейчас строится тренировочный лагерь для новобранцев и туда нужны самые лучшие учителя.

— Ты хочешь, что бы я этим занялся?

— Да, уверен, что лучшего учителя я не найду.

Вост тяжело вздохнул:

— Но я уволен из армии и к тому же инвалид.

— Но это не мешает тебе учить меня. Я считаю, что лучше тебя никто не научит молодых парней, которые придут к нам. Если у тебя на примете есть ветераны, которые готовы передавать свой опыт молодым, я буду очень рад, если ты и их пригласишь к нам.

— Я подумаю над твоими словами.

— Я буду ждать твоего решения. И пойми — это для меня очень важно.

Я встал и, попрощавшись с Востом, пошёл спать.

Следующие несколько дней пролетели в бешеном темпе. Утром я бежал на тренировку с Востом, затем немного времени посвящал своему зверю, которого назвал привычной для себя кличкой — Дик. Всё оставшееся до сна время занимали разговоры и споры с Эльвором. С трудом, но я всё же настоял на том, что в пограничной страже не будет сотен, тысяч и соответственно сотников и прочего. Звания и структуру подразделений я взял из привычной для себя советской армии:

— взвод — пятьдесят человек, командир — сержант;

— рота — сто пятьдесят человек, командир — лейтенант;

— застава — две роты; командир — капитан, командиры рот его помощники и заместители во время его отсутствия.

Эльвор только настоял на том, что пограничной страже не обойтись без эмблемы и девиза, так как это многовековая традиция и игнорировать её нельзя — нас не поймёт даже император, не говоря уже о солдатах. Я предложил в качестве эмблемы изображение аласта, а девиз предложил простой — служить и защищать. Мои предложения прошли просто на ура, всем всё понравилось, и никто не был против новых званий и штатов подразделений. Эмблему решили разместить на левом щитке на предплечье. Так же решили, что заставы будут располагаться в крепостях, которые перекрывают основные дороги в империю.

Во время обсуждений Эльвор сообщил мне, что я официально принят императором на службу, и мне необходимо заняться своей экипировкой. По имперским законам каждый военнослужащий бесплатно получал стандартный комплект брони и оружия. Если этот комплект его не устраивал, то за свой счёт можно улучшать и переделывать вооружение или заказать себе у кузнеца броню и оружие по своему усмотрению. Бых, загадочно улыбаясь, сообщил мне, что в крепости есть очень хороший кузнец, и он познакомит меня с ним для того, что бы я смог заказать для себя комплект брони и оружия. Эльвор при этом уточнил, что у меня, как имперского военнослужащего хорошее денежное жалование, и мне не нужно экономить на своём вооружении.

Эльвор умчался в приграничье, что бы контролировать постройку учебного лагеря, а Хелар поехал с Келом в столицу. Перед отъездом Хелар предупредил меня, что бы я был готов по первому требованию приехать в столицу. К моей огромной радости, Бых сказал, что он остается, и мы вместе поедем в столицу. Вечером я решил сходить к Восту.

Придя к Восту, я прямо с порога сказал:

— Скоро мне надо будет уехать в столицу и, если ты принял решение, то я хочу его услышать.

— Я долго думал над твоим предложением и с удовольствием поеду с тобой, но меня не восстановят на службе, и я поеду как частное лицо и твой учитель.

— Тебе ведь надо поговорить с Хеларом.

— Выедем вместе, но в столицу поедете без меня — пока вы будете в столице, я навещу пару своих старых знакомых, а потом встретимся в приграничье. С Хеларом я уже всё обсудил, кстати, Хелар сказал, что бы ты выбрал себе в конюшне замка любую лошадь, которая тебе понравится — это подарок тебе от императора. В конюшне замка стоят только очень хорошие и породистые строевые лошади, а хороший конь, всегда нужен воину как воздух. — Вост замолчал и пристально посмотрел мне в глаза. — До нашего отъезда я буду гонять тебя ещё сильнее, чем раньше, мне кажется, что времени для тренировок у тебя осталось мало.

Посидев ещё некоторое время с Востом, я отправился к себе. Придя к себе в комнату, долго не мог уснуть и бродил по комнате, думая о предстоящей поездке в столицу.

Рано утром меня разбудил Бых и погнал на разминку. На моё бурчание по поводу очень раннего подъёма он только отшучивался и гонял меня по полной программе. После завтрака пришёл Вост и мы отправились выбирать мне коня. В конюшне замка мне сразу приглянулся статный гнедой жеребец, но когда я сказал старшему конюху какого коня выбрал, то он посоветовал выбрать другого, так как этот жеребец, по его мнению, отличался плохим характером и он советовал мне выбрать другого коня, поспокойнее. Не слушая предупреждений конюха, я подошёл поближе к жеребцу и, встретившись с ним взглядом, буквально утонул в его фиолетовых глазах, мне даже в какой-то момент показалось, что я слышу, как бьётся его сердце и твёрдо сказал:

— Мне нужен только этот конь.

— Конь прекрасный. — Поддержал меня Вост. — Но тебе придётся приложить много сил, что бы подружиться с ним. Мой совет — теперь всё своё свободное время посвящай коню и у тебя всё получится.

Бых добавил:

— Теперь тебе ещё надо научиться ухаживать за конём. Но это всё вечером, а теперь бегом на тренировку.

И мне пришлось бежать на тренировку. Вост на пару с Быхом похоже решили, что я мало тренируюсь, по этому к вечеру я буквально валился с ног от усталости. Когда мы закончили тренировку, мне в голову пришла мысль, которую я сразу озвучил:

— Завтра весь день хочу посвятить своему коню и вообщё — скоро я просто свалюсь с ног от перенапряжения. Имейте совесть — мне хоть иногда нужен отдых, а то скоро вам не кого будет тренировать.

Вост рассмеялся:

— Не переживай, просто мы с Быхом должны были посмотреть, как ты перенесёшь предельные нагрузки, а завтра тебе действительно надо отдохнуть. И действительно займись конём и не забывай о Дике.

Я облегчённо вздохнул и спросил:

— А как насчёт того, что бы вечерком попить пива?

Бых согласился сразу, а Вост заявил, что никогда не любил пива и у него есть ещё дела. На моё предложение — посидеть на свежем воздухе, Бых согласился сразу. Расположились мы на лавочке возле тренировочной площадки и первое время сидели молча пили пиво. Бых смотрел в небо и думал о чём-то своём, а я наслаждался отдыхом и чесал за ухом довольного Дика.

Спустя некоторое время Бых сказал:

— Скоро твоя тихая и спокойная жизнь закончится — мы едем в столицу. Зная тебя, я очень волнуюсь — ты не сможешь промолчать, если тебе попадётся надутый павлин с длинной родословной, но при этом с птичьими мозгами. К сожалению, в последнее время в столице и даже при дворе появилось много таких придворных, а ты как всегда выскажешь всё, что думаешь и сразу получишь вызов на дуэль. Хоть мы с Востом и тренируем тебя, но ты ещё плохо подготовлен и можешь погибнуть, по этому очень тебя прошу — не обращай внимания на то, что они будут тебе говорить.

Я внимательно посмотрел на Быха:

— Если будет возможность промолчать — промолчу, но когда такой возможности не будет — я молчать не буду. Мне очень приятно, что ты волнуешься за меня, но ты сам прекрасно понимаешь, что есть слова, за которые надо сразу давать по морде.

Бых тяжело вздохнул и ответил:

— К моему сожалению, ты прав. Я хотел сказать тебе, что бы ты старался избегать острых ситуаций.

— Не переживай — всё будет хорошо, ведь ты и Вост учите меня не фехтованию, а как выжить в бою и я сильно сомневаюсь, что тот, кто захочет самоутвердиться, задевая меня, прошёл подобные тренировки, но самое главное — я не собираюсь дать себя убить всяким идиотам.

— Ладно. — Проворчал Бых. — Давай пить пиво, а то оно скоро нагреется, а пить тёплое пиво я не хочу.

— Полностью с тобой согласен. — Я с удовольствием допил свой бокал и налил себе и Быху пиво. Немного помолчав, я сказал. — Бых извини, если задаю бестактный вопрос, но ты как-то обещал рассказать о себе. Ты знаешь обо мне практически всё, а я о тебе не знаю ничего. Но, если ты не хочешь сейчас рассказать о себе, я всё прекрасно пойму.

Бых допил своё пиво и ответил:

— Я и сам собирался сейчас тебе рассказать. Я был младшим сыном Ведущего в бой и меня с раннего детства учили владеть практически любым оружием. Когда началась Великая война, я был молодым и даже еще не прошел посвящения в воины.

— Бых извини, но я не знаю, что это значит, и даже не знаю, какие звания и титулы существуют у вас.

— Ведущий в бой — старший военный командир в оркском клане. Мой отец носил этот титул несколько десятков лет. Когда началась Великая война, и император призвал на войну кланы, с которыми у него был договор о взаимопомощи, моего отца кланы выбрали старшим Ведущим в бой. С собой он взял только моего старшего брата, а меня отец отправил в столицу империи, что бы я постигал искусство боя на мечах в школе его старого друга. Я тогда был очень молод — по меркам моего народа подросток. Потом до столицы дошла весть о катастрофе и на территорию империи хлынули беженцы, которые спасались от мутантов, бандитов и природных катаклизмов. Земли моего клана находились на окраине империи, и оттуда никто не пришел.

— Бых извини, что тебе пришлось все это вспомнить.

— А я и не забывал никогда об этом. Это сейчас я сотник в императорской гвардии, а тогда я был молодым воином, и посвящение мне пришлось проходить в схватках с мутантами и бандитами. Всем, кто знал, как держать меч пришлось встать в строй. Из орков которых насчитывалось сотни тысяч, уцелело всего около десяти тысяч. Эльфам тоже пришлось несладко. Но еще хуже пришлось гномам — почти все их подземные города оказались разрушены, затоплены или из глубоких шахт полезли твари, которые уничтожали всё живое на своем пути. Это последние несколько лет как всё более или менее успокоилось, а тогда мы просто старались выжить. Даже сейчас мы контролируем меньше половины территории империи и совершенно не знаем, что сейчас происходит на оставленной нами территории. Думаю, что после того как мы наладим охрану границ, нам ещё придется заняться разведкой бывших территорий империи.

— Мне тоже так кажется. Если вдруг император упустит этот момент, то надо будет позже обратить его внимание на это, кроме того, я думаю, что на оставленной территории могли уцелеть города или сёла, а значит и люди.

— Очень хочется надеяться, что где-то ещё есть живые. — Бых передёрнул плечами и вздохнул. Я понял, что Бых ещё надеется отыскать остатки своего клана. Так молча, мы просидели довольно долго, и уже начинало темнеть.

— Пора уже идти отдыхать. — Сказал я Быху.

— Ты прав, пора идти. — Ответил Бых. — Завтра, если ты не против, вместе сходим на конюшню.

— Буду рад. — Ответил я, встал с лавочки и начал наводить порядок после наших посиделок. Бых помог мне прибраться, и мы отправились отдыхать.

Утром, с трудом переборов желание поваляться подольше в кровати, я отправился на пробежку и разминку. После завтрака дождался Быха и мы пошли в замок на конюшню. Пока мы неторопливо шли в замок, мне вспомнился вопрос, который хотел задать ещё вчера вечером:

— Бых, всё забываю у тебя спросить — сколько тебе лет.

Бых удивился:

— Почему тебя это интересует?

— Потому, что ты выглядишь лет на двадцать но, судя по твоему вчерашнему рассказу, тебе должно быть около сорока.

— Так и есть, мне скоро исполнится сорок, по нашим меркам я ещё очень молодой.

От удивления я застыл на месте и пытался понять какая продолжительность жизни у орков или может быть, в этом мире все живут долго. Свои мысли я сразу озвучил Быху и он мне ответил:

— Средняя продолжительность жизни у людей сто шестьдесят лет, орки могут дожить до двухсот пятидесяти, а эльфы и до четырёхсот лет. Странно, что Хелар не рассказал тебе это. А сколько живут люди в твоём мире?

— В моём мире средняя продолжительность около семидесяти пяти лет, хотя в последнее время продолжительность жизни начала стремительно падать до шестидесяти пяти лет.

— В очень странном мире ты раньше жил. — Проворчал Бых. — И вообще — надо идти, дел много, а времени мало.

Весь оставшийся путь до замка мы прошли в молчании. Когда пришли на конюшню, мне было уже не до разговоров, так как мне впервые в жизни довелось ухаживать за конём. За этим процессом, иногда помогая мне, наблюдал Бых, а старший конюх посвящал меня в секреты ухода за конём. Весь день, проведённый возле моего коня, не прошёл даром — к вечеру он даже принял из моих рук лакомство. Честное слово — я радовался этому как ребёнок и, что бы закрепить этот успех, вечером решил проехаться на нём, правда, пока только по двору замка. Когда мы вечером возвращались из замка, мне пришла в голову мысль о том, что надо совершать ежедневные верховые прогулки и брать с собой Дика, пусть привыкают друг к другу. Конечно, придётся теперь на сон выделять меньше времени, но я помнил о том, что мне очень важно, как я полажу с конём. Бых был полностью со мной согласен, но предупредил, что гонять меня будут ещё больше — нам скоро ехать в столицу, а я ещё не умею использовать толком левую руку, особенно когда в ней вместо щита кинжал. Затем Бых сказал:

— Завтра приезжает кузнец. По этому перед обедом сходим к нему и закажем тебе доспехи.

— Бых, кузнец будет подгонять на меня готовые доспехи или я могу заказать у него, что-то по своему желанию.

— Это решать тебе. Посмотришь, примеришь доспехи и потом решишь. Скажу по секрету, что все его доспехи прекрасного качества. — Бых хлопнул меня по плечу и добавил. — Завтра ты сам всё поймёшь.

Когда после утренней тренировки мы шли в замок, Бых загадочно улыбался и не отвечал на мои вопросы, которые касались кузнеца, и всё время повторял:

— Сейчас придём, и ты всё увидишь своими глазами.

Мне оставалось только замолчать и ждать момента знакомства с этим загадочным кузнецом. Кузница находилась на заднем дворе замка, где я до этого ещё не бывал. Как только мы с Быхом подошли к кузнице, мне стало понятно, что работа в ней кипит — звонко стучал молоток мастера, которому отвечали удары молота и бегали несколько помощников, которые подносили заготовки, уголь и качали меха. Одного такого помощника перехватил Бых и попросил сообщить мастеру, что его ждут.

Минут через десять перестали раздаваться удары молотка, и на пороге кузницы появился невысокий человек, который, кивнув Быху, подошёл к стоящей возле дверей бочке с водой и начал умываться. Бых хитро улыбаясь, поглядывал на меня и ждал, когда мастер закончит водные процедуры. Я стоял и думал, что мне мастер показался каким-то не обычным, хотя у меня не получалось понять, что не обычного я в нём увидел. Но как только кузнец подошёл к нам, у меня мелькнула мысль, что у людей не бывает таких длинных и мощных рук, а также таких маленьких глаз под ярко выраженными, массивными надбровными дугами. Как только я это для себя отметил, в моей голове появилась мысль, что кузнец не человек, а, скорее всего, гном. Теперь мне сразу стало понятно поведение Быха — он хотел посмотреть, пойму ли я, что кузнец гном. Тем временем кузнец окинул меня взглядом и сказал:

— Пойдём, посмотрим, что для тебя подобрать из моих изделий.

Гном подошёл к не высокому, длинному кирпичному зданию рядом с кузницей и, открыв дверь, сказал:

— Проходите, смотрите. Может, что-то вам и понравится.

Когда мы с Быхом зашли внутрь, я начал рассматривать развешанные на левой стене доспехи, мысленно прикидывая какой доспех мне подойдёт лучше всего, но мои размышления прервал кузнец:

— Ты сначала выбери себе меч, а доспехи мы будем подбирать в последнюю очередь.

— Меч у него уже есть. — Сказал Бых гному.

— Лучше моих? — Махнул гном рукой в сторону стены, на которой весело несколько десятков мечей разных форм и размеров.

— Тебе видней. — Улыбаясь, сказал Бых и уточнил. — Меч твоей работы.

— Моя работа? — Переспросил гном. — Откуда у него может быть меч моей работы?

— Вост ему подарил. — Ответил Бых.

— Вост подарил. — Протянул гном, задумчиво глядя на меня. — Не мог сразу сказать. — Повернулся он к Быху.

— Вот, говорю. — Примирительно поднял Бых руки. — Нет только кинжала в пару к мечу.

Сделав пару глубоких вдохов, гном тихо спросил у Быха:

— Это тот меч, о котором я думаю?

Бых кивнул. Гном посмотрел мне в глаза, затем внимательно осмотрел мои ладони и сказал:

— Будет через пару дней кинжал. Только моя работа стоит дорого.

— Хорошая работа, должна соответственно оплачиваться. — Согласился я.

— Выбирай доспех. — Махнул рукой гном в сторону висящих на деревянных манекенах доспехов.

Следующие пол часа я рассматривал, щупал и примерял разные типы доспехов, но очень скоро понял, что здесь нет ничего подходящего для меня. Доспех был или слишком тяжёлым, или не устраивал меня уровнем защиты. Я повернулся к гному:

— У меня есть к тебе деловое предложение. Я расскажу тебе об одном доспехе, который считается одним из лучших у меня на родине. Ты подумаешь, и если решишь, что ты будешь делать такие доспехи, ты сделаешь для меня скидку.

Гном недоверчиво посмотрел на меня и с сомнением в голосе протянул:

— Даже не знаю, что тебе сейчас ответить.

— Не надо ничего отвечать. Делать или не делать тебе такие доспехи в будущем, решать только тебе. Но я хочу для себя именно такой доспех.

— Трол, послушай Олега очень внимательно. — Бых ненадолго задумался и продолжил. — Может быть, я тоже закажу для себя такой же доспех.

Следующие полтора часа я потратил на то, что бы на «пальцах» объяснить Тролу, какие именно доспехи мне нужны. Хорошо, что Бых принёс бумагу и чернила — дело сразу пошло намного быстрее. А заказал я для себя латно-бригантинный[1] доспех и бургиньот[2] закрытого типа с подвижным назатыльником. Ещё заказал для себя не один, а два кинжала. Первый кинжал был классической дагой[3] с закрытым эфесом, а второй — финка. Щит я выбрал для себя норманнского[4] типа. Но больше всего я удивил Трола тем, что попросил его сделать для финки закрытые ножны с ремешками, для того, что бы можно было закрепить финку на руке или ноге. После того, как были решены все спорные моменты и нарисованы окончательные эскизы брони и оружия, Трол долго и тщательно снимал с меня мерки. Когда мы с Быхом собрались уходить, Трол неожиданно сказал:

— Я подумаю над твоим предложением, Олег. Приходи через десять дней.

Эти десять дней пролетели для меня в бешеном темпе. Утром я бежал на пробежку и разминку, после завтрака прогулка верхом в сопровождении Дика и изнуряющие тренировки до позднего вечера. Бых и Вост взялись за моё обучение очень серьёзно, к тренировкам добавились ещё тренировочные бои, после которых мои руки представляли собой сплошной синяк. Единственной отдушиной для меня стали верховые прогулки, во время которых я отдыхал душой и телом. Мой конь уже встречал меня радостным ржанием, прекрасно зная, что у меня в кармане всегда припасено для него лакомство, и мы поедем на прогулку. Дик рос как на дрожжах и с конём они сразу подружились. У коня оказалась очень подходящая для него кличка — Ветер. С каждым днём Ветер всё больше и больше оправдывал свою кличку и однажды, во время прогулки у меня в ушах действительно запел ветер. От восторга я прокричал что-то радостное и дал коню полную свободу действий. Вернувшись с прогулки и ещё находясь под впечатлением от неё, на очередном тренировочном поединке с Быхом, к своему огромному удивлению умудрился пробить защиту Быха. Пока я стоял и пытался понять, как мне это удалось, Бых улыбался и хвалил меня, а Вост сказал:

— Сегодня ты сделал большой шаг вперёд — ты почувствовал ритм боя. Хорошо запомни этот бой. Теперь мы переходим к новому этапу обучения, честно говоря, ты в очередной раз удивил меня — я был уверен, что это произойдёт не так быстро.

Теперь Вост занимался со мной практически целыми днями, обучая меня атаковать из самых неожиданных позиций, и наносить удары мечем с разворота, в прыжке или перекате.

Не забывал он и о моей левой руке — минимум пару часов в день мне приходилось отбивать его атаки одним кинжалом. Только поздно вечером я выезжал на конную прогулку, в сопровождении Дика.

Но вот, наконец, настал тот день, когда я надел свои доспехи. Броня сидела на мне, так как будто была второй кожей. Трол стоял рядом и с нетерпением ждал, когда оценят его работу. Я с глубоким уважением поклонился ему:

— Спасибо, мастер. Ты сделал прекрасные доспехи.

Трол, явно довольный моими словами кивнул, и произнёс ритуальную фразу:

— Носи доспехи с честью. — Затем повернулся к Быху. — Твой комплект будет готов послезавтра.

Я с удивлением посмотрел на Быха. Бых заметив мой взгляд, пожал плечами:

— Я ведь говорил, что тоже закажу себе такой комплект доспехов. И хватит на меня смотреть, расплачивайся с мастером и пошли, а то Вост устроит тебе дополнительные занятия, если ты не поторопишься на тренировку.

Злить Воста мне совсем не хотелось, и я повернулся к Тролу:

— Назови свою цену, мастер.

Трол внимательно посмотрел мне в глаза:

— Мои изделия стоят очень дорого. Но ещё дороже стоит удивить меня. У тебя это получилось. Ты предложил мне право делать такие доспехи. Твоё предложение в силе?

— Да.

— Какую долю, ты хочешь получать от продаж твоих доспехов?

— Я не торговец, а воин. Какую долю я заслуживаю, решишь сам.

— Ты опять удивил меня. Хорошо, когда придёт время, я сам найду тебя и передам тебе деньги. За доспехи ты ничего не должен. Скорее я должен заплатить тебе за своё удивление. До встречи. — Трол развернулся и пошёл в кузницу, бормоча себе под нос. — Сколько раз зарекался не спорить с Хеларом, и всё равно попадаю в одну и туже яму.

Я посмотрел Быху в глаза:

— Ты должен мне всё рассказать.

— Расскажу по дороге. Нам действительно надо поторопиться — Вост очень не любит, когда опаздывают на тренировку. Трол, один из восьми мастеров, которые имеют право сами выбирать заказчиков в империи и назначать свою цену на выкованные ими изделия. Скажу по секрету, Трол считается самым лучшим кузнецом даже среди этих мастеров. Император и его ближайшие советники, и друзья носят только его доспехи и мечи. Но есть у Трола одна слабость — он очень любит спорить, и при этом считает, что он всегда прав. Не знаю чем смог заинтересовать его Хелар, и о чём они именно поспорили, но Трол приехал сюда по просьбе Хелара. — Бых хлопнул меня по плечу и хитро улыбаясь, добавил. — С этого момента все пробежки и учебные бои, только в доспехах — ты должен к ним привыкнуть.

Признавая его правоту, я кивнул, хотя мысленно тяжело вздохнул, в ближайшее время мне предстояло очень сильно попотеть. Вост внимательно осмотрел мои доспехи и сразу начал учебный бой. Прошло пару недель, прежде чем мне удалось более-менее привыкнуть к тяжести доспехов. Единственным утешением было то, что во время тренировочных поединков на моих руках практически не было синяков.

Дней через пять, рано утром меня разбудил Бых и сообщил, что нам пора отправляться в столицу — ночью прискакал гонец. После этого он положил на кровать свёрток с одеждой и сказал:

— Вот, примерь, и не задерживайся — надо собираться в дорогу.

— Долго нам ехать?

— Три дня. — С этими словами Бых вышел из комнаты.

Развернув свёрток, я внимательно рассмотрел одежду, которая была в нём. Строгий покрой наводил на мысль о том, что это форменная одежда, а когда увидел вышитую золотистыми нитками голову аласта слева на груди, окончательно в этом убедился. Значит, подумал я, для нас уже пошили форму. Одевшись, подошёл к зеркалу и убедился в том, что форма сидит на мне идеально, и вышел на улицу. На улице стоял Бых и оживлённо беседовал с несколькими не знакомыми мне солдатами в форме гвардии. Увидев меня, он махнул рукой, приглашая подойти.

Когда я подошёл, Бых сказал:

— Познакомься — это мои друзья, и они тоже будут служить в пограничной страже.

Я протянул руку стоящему рядом с Быхом высокому гвардейцу, с внимательными серыми глазами и представился:

— Олег.

Гвардеец пожал мою руку:

— Инер.

Бых добавил:

— Младший сын барона Лорга, но очень не любит, когда к нему обращаются официально по титулу. Отлично владеет техникой боя двумя мечами, хороший человек и друг.

Следующий гвардеец протянул мне руку и представился:

— Керрет. — Глянув на Быха, который открыл рот, что бы вставить свой комментарий, быстро добавил. — Дворянского титула не имею.

— Олег. — Пожал я его руку. — Тоже без дворянского титула.

Гвардейцы дружно рассмеялись, но Бых не сдавался:

— Прекрасный наездник.

Третий гвардеец был небольшого роста, с открытым и дружелюбным лицом:

— Краст.

Бых моментально добавил:

— Молчун, но всегда оказывается в нужном месте и в нужное время. Мастер боя без оружия.

Пока гвардейцы смеялись, меня посетили смутные подозрения, которые сразу подтвердил Бых:

— Мои лучшие друзья будут не только служить в пограничной страже, но и помогать мне, тренировать тебя.

— Ну, конечно. — Пробормотал я. — Учиться, учиться и ещё раз учиться.

Моё бормотание и упавшее настроение сразу заметил Бых:

— Всё не так страшно как тебе кажется. Будет тебе время и на отдых, и на пиво, и на прогулки, но как ты понимаешь — сильно расслабиться я тебе не дам.

В это время к нам подошёл Вост. Поздоровавшись с гвардейцами, он отвёл меня в сторону:

— Пришёл попрощаться — сейчас уезжаю. Дика, я отвёл на конюшню — теперь он всё время должен находиться рядом с тобой и не забывай дрессировать его, но самое главное — это твои тренировки.

— Бых уже позаботился. — Кивнул я, в сторону гвардейцев.

— Ребята отличные. — Сказал Вост. — Хорошие бойцы и замечательные друзья. Если вы подружитесь, а я в этом не сомневаюсь, очень скоро ты станешь приличным бойцом, и у тебя будут преданные друзья. В общем, я за тебя спокоен. Ну. — Посмотрел мне в глаза Вост. — До встречи, скоро увидимся.

— До скорой встречи. — Ответил я. — Буду ждать тебя в тренировочном лагере.

Вост кивнул и отправился в сторону замка. Ко мне подошёл Бых:

— Иди, собирай свои вещи.

— Вещи? Всех вещей у меня — это комплект обычной и пара комплектов тренировочной одежды, ну и ещё меч и доспехи. Так что на сборы мне хватит пары минут.

— Иди. — Поторопил меня Бых.

На сборы, было, потрачено минут пять, при этом большая часть времени была потрачена на прощание со слугами, которые помогали мне в бытовых мелочах. Когда я вышел на крыльцо, Бых сказал:

— Теперь в замок за лошадьми и в путь.

Дорогу к замку мы прошли быстрым шагом. Быстро оседлав Ветра и разложив свои вещи в седельных сумках, я задумался, как Дик будет вести себя в дороге. Хотя с помощью Воста я много времени занимался его дрессировкой, и он прекрасно слушался команд и не отходил от меня более чем на несколько метров. Правильно поняв мои сомнения, Бых сказал:

— За Дика, не волнуйся — будет бежать рядом без поводка, и не забывай, что аласты не отходят далеко от хозяина.

Кивнув Быху, я вскочил на коня и дал команду «рядом» Дику. Бых убедился, что все готовы к путешествию, махнул рукой «поехали». Из ворот замка я выезжал с волнением — закончилась моя тихая жизнь на отшибе и начиналась новая, полная неожиданностей и сюрпризов. Хотя, если быть честным, то беспокойная жизнь мне нравилась больше, чем спокойная и однообразная, по этому я, не смотря на волнение, был рад надвигающимся переменам. Бых сразу задал спокойный темп движения, как он объяснил, что времени у нас больше, чем надо и, следовательно, нет смысла торопиться и гнать лошадей.

Примерно в это же время в императорском дворце.

В маленькой и уютной комнате находилось три человека. Двое пожилых людей сидели за столом, на котором в беспорядке лежали стопки документов и с улыбкой наблюдали за третьим, молодым человеком, который мерил комнату шагами. Неожиданно молодой человек остановился и спросил:

— Когда он приедет в столицу?

— Не волнуйтесь, Ваше императорское величество. — Ответил Хелар. — Он уже в пути и приедет, как и было запланировано.

— Тем более Вы сами хотели, что бы он приехал к Вам в загородную резиденцию, где Вы могли бы спокойно поговорить с ним несколько дней. — Напомнил сидящий рядом с Хеларом пожилой мужчина, лицо которого было иссечено многочисленными шрамами.

— Я помню. — Смутился император. — Но как мне надоели некоторые самодовольные лица, которые я наблюдаю уже не первый день во дворце и не могу дождаться, когда это всё закончится.

— Что поделаешь — традиции. — Рассмеялся Хелар. — Вы и так сократили время ежегодного приёма в два раза. Хотя, должен признать, что с каждым годом ежегодный Большой Императорский приём, всё больше превращается в сборище надутых дураков, которые не предлагают ничего, что могло бы помочь империи твёрдо встать на ноги, а требуют земли или привилегии для себя любимого. Так, что я понимаю Ваше желание поскорее встретиться с человеком, который вместо того, что бы жить спокойной жизнью, рвётся на воинскую службу и отказывается от поста советника.

— Хелар, ты забыл сказать, что очень многие его мысли заставили нас понять, насколько сильно нам надо измениться для того, что бы сохранить империю и её население при нынешних обстоятельствах. Кроме того, я надеюсь услышать от Олега новые советы и уговорить его не отказываться от поста советника.

— Он откажется. — Покачал головой Хелар.

— Откуда такая уверенность? — Удивился император.

— Я очень долго с ним общался и понял, что Олег никогда не возьмется за дело, которое он, по его мнению, не сможет сделать хорошо. Конечно, сейчас я не могу читать мысли без разрешения и полной концентрации, но я использовал все свои оставшиеся способности полностью, когда увидел его в первый раз. Он даже потерял сознание — так глубоко мне удалось проникнуть, но благодаря этому я полностью почувствовал его мысли. В нем не просто нет лжи и зла. Он не умеет жить за чужой счет и бездельничать. Именно по этому он и отказался от статуса официального советника командира пограничной стражи, но при этом пообещал, что всегда выскажет своё мнение или мысли, которые смогут помочь делу. Хотя должен признать, что если он уверен в правильности своих действий и решений, будет действовать, не обращая внимания на возражения даже с Вашей стороны. И это надо учитывать.

— Жаль, очень жаль. А я ведь подписал указ о его назначении советником вместе с указом об организации пограничной стражи. — Вздохнул император. — Теперь указ придется отменить. А по поводу твоего высказывания, что, будучи убежденным, в своей правоте он будет поступать, не оглядываясь на чины, то мне кажется, что в данной очень сложной ситуации именно такие люди способны помочь империи. Послушные идиоты, которые не способны действовать без приказа сверху нам сейчас не нужны, так как от них кроме вреда и невнятных отговорок больше ничего не дождешься.

— Не отменить, а дополнить. — Задумчиво сказал молчавший все это время мужчина с военной выправкой.

— Лорг, я внимательно тебя слушаю. — Император резко повернулся в сторону второго собеседника и буквально впился взглядом в его глаза.

— Он хочет служить в пограничной страже, и отказался от должности советника командующего. Он будет служить в пограничной страже, а так же будет Вашим советником и наблюдателем при командующем пограничной стражи.

— То есть ты предлагаешь назначить его Императорским Оком.

— Абсолютно верно. Как говорили наши предки, если хочешь убедиться в человеке, надо дать ему власть и деньги. Бых, а так же проверенные подданные, будут незаметно контролировать его действия. Какие полномочия ему дать, Вы решите после личной встречи с ним, но всё, что я узнал о нём со слов Хелара, говорит о том, что для него слова Долг и Честь не пустой звук, а Хелар никогда не ошибался. Хочу ещё напомнить о графе Рейне, который очень настойчиво просит отдать ему в управление пограничные земли, так как он утверждает, что только ему удастся навести там порядок. Но лично я не верю ни одному его слову. Так что, если мы не ошиблись в Олеге, то, по моему мнению, он не только наведет порядок на этих землях, но и очень многому нас научит. Так же я думаю, что после Вашего разговора с ним, Вы должны предложить ему побыть несколько дней гостем в особняке Хелара. Я даже настаиваю на том что бы дать ему самые широкие полномочия для наведения порядка в Пограничье. Напомню всем присутствующим, что черная гномья сталь появилась после того, как возле императорского дворца нашли…..

— Лорг, мы все прекрасно знаем, как появился этот сплав и почему он называется гномьим. — Перебил говорившего Хелар. — Именно по этому я задержался в своем имении и даже уговорил Воста заняться обучением Олега. Более того, я уверен, что он не просто наведет порядок на границе, Олег отдаст все свои силы и знание на благо империи. Не знаю почему, но я в этом уверен. Но просить его полностью довериться нам — Задумавшись на несколько минут, он закончил свою мысль. — Я даже не знаю, что Олег ответит, когда он узнает, о чем именно я его попрошу, когда он решит погостить у меня!

— Именно его решение и будет его последней проверкой. — Решительно ответил Лорг. — Я очень хочу, что бы Олег согласился на это предложение, так мы будем полностью уверены в нем, а, кроме того, я надеюсь, что он вспомнит еще очень много полезного для империи.

— Думаю, что Лорг абсолютно прав — мне тоже не понятна настойчивость графа Рейна и это требует очень внимательного изучения. А твоё предложение по поводу Олега — прекрасное решение очень многих вопросов. А сейчас мне пора идти на приём. Через три дня жду вас в охотничьем домике, где и обсудим все вопросы.

А в это время мы с гвардейцами проехали парк и выехали на широкий тракт. Едущий рядом со мной Бых сказал:

— В столицу мы заезжать не будем — император будет ждать нас в своём охотничьем домике.

— Ну вот. — Рассмеялся я. — Думал посмотреть столицу, а оказывается, что мы едем на охоту.

— Не на охоту, а в охотничий домик императора. Император охоту не любит — в охотничьем домике он отдыхает и встречается с самыми доверенными советниками.

— Шучу я, шучу. Просто ты говорил, что едем в столицу, а оказалось — в охотничий домик.

Так перешучиваясь и разговаривая на отвлечённые темы, мы ехали несколько часов. Когда солнце начало подходить к зениту, Бых показал на рощу, которая росла не далеко от дороги:

— Пора дать отдых лошадям и нам не мешает отдохнуть и подкрепиться. На краю рощи есть хорошая поляна с родником — прекрасное место для отдыха.

Я с радостью согласился с Быхом, так как не привык к долгим конным прогулкам, и у меня уже немного побаливала спина и ноги. Расседлав и напоив коней водой из родника, мы расположились на поляне, и я сразу прилёг на траву, с наслаждением вытянув ноги. Но долго отдыхать мне не дали.

— Хватит лежать, лежебока. — Начал распоряжаться Бых. — Пора немного размяться.

С этими словами Бых достал два тренировочных меча, один из которых протянул мне. Прекрасно зная, что Бых не успокоится, пока не погоняет меня по полной программе, я встал и начал разминку. Проведя несколько боёв с Быхом, после которых он пробормотал, что-то типа " нормально», я с облегчением вздохнул и уже нацелился немного ещё полежать, как ко мне подошёл Инер. Хлопнув меня по плечу, он сказал:

— Действительно очень не плохо, но ты должен лучше научиться сражаться, используя дополнительное оружие в левой руке. Очень часто это спасает жизнь в реальном бою. Внимательно наблюдай за мной и повторяй мои движения.

После того, как я смог повторить показанный Инером комплекс без ошибок, меня оставили в покое. После лёгкого обеда мы продолжили движение по тракту. Ехали теперь в молчании — каждый был занят своими мыслями, а я ехал и рассматривал степь, через которую проходил тракт. Пару раз вдалеке виднелись обработанные поля, и далеко на горизонте промелькнула деревня. После короткого привала я решил задать Быху пару вопросов, которые очень интересовали меня в данный момент:

— Бых, а где мы будем сегодня ночевать?

— Уже соскучился по мягкой постели. — Рассмеялся Бых. — Не переживай, сегодня ночуем в замке Инера, а дальше выедем на императорскую дорогу, которая идёт в столицу и она проходит через несколько крупных сёл и город, так что под открытым небом ночевать нам не придется.

— Вот спасибо — успокоил.

— В замке моего отца будут рады нас принять, жаль только, что отец сейчас в столице. — Вздохнул Инер.

— Твой старший брат сейчас в замке? — Спросил Бых.

— Надеюсь, перед отъездом я заходил к отцу и он говорил, что брат должен быть в замке. Только свою встречу не отмечайте так же, как твоё назначение сотником гвардии.

— Да уж. — Дружно рассмеялись Керрет и Краст. — Действительно, тогда погуляли на совесть, но зато теперь есть, что вспомнить.

— Погуляли, повеселились. — Смутился Бых. — Что в этом плохого?

— И отстроили заново трактир. — Добавил Инер.

— А кто-то требовал от меня постоянных тренировок и ворчал, что нельзя расслабляться. — Подключился я.

— Мы давно не виделись и сотником не назначают, кого попало. — Начал оправдываться Бых.

Начавшуюся весёлую перепалку прекратил Инер, который придержал коня и показал рукой на лес, который появивлся правее:

— Можно сказать, что мы почти приехали — за опушкой леса дорога поворачивает к реке, а возле моста наш замок.

Путь к реке не занял много времени и скоро я внимательно осматривал открывшийся пейзаж. А посмотреть было на что — дорога выходила к каменному мосту, который пересекал широкую реку, а левее от моста, на холме стоял большой замок. Не будучи великим специалистом, по замкам я, тем не менее, сразу понял, что замок представляет собой очень мощное оборонительное сооружение, которое даже при длительной осаде будет очень тяжело захватить.

Стоявший рядом со мной Инер спросил:

— Нравится?

— Природа здесь прекрасная. — Повернулся я к нему и, видя, как в недоумении начали подниматься брови Инера, поспешил добавить. — А замок просто замечательный!

— Привыкай, Олег такой. — Рассмеялся Бых.

— Приглашаю всех в замок баронов Лорга. — Официальным голосом сказал Инер и тише добавил. — Кто как, а я есть хочу.

С этими словами он дал коню шпоры и помчался впереди всех к замку. Я погладил шею Ветра и слегка тронул его бока коленями. Ветер прекрасно меня понял и к мосту, перекинутому через ров с водой, я подъехал чуть впереди Инера. Придержав Ветра и пропуская его в перёд, стоя возле замка, я ещё раз убедился в том, что просто так замок не захватить — высокие мощные стены внушали уважение, а ворота были закрыты не смотря на то, что сейчас было мирное время. Перехватив мой взгляд, и правильно истолковав его, Инер слегка улыбнулся:

— Очень давно замок был построен как форпост — тогда ещё не было империи, а было королевство, и замок перекрывал единственную прямую и удобную дорогу к столице. Затем королевство стало империей, а замок и баронство получил мой очень далёкий предок за заслуги перед империей.

Пока мы с Инером разговаривали, подъехали остальные, а ворота начали медленно открываться. Когда ворота полностью открылись, мы проехали во двор и с наслаждением спрыгнули с лошадей. Инер очень тепло поздоровался с подошедшими караульными и спросил:

— Мой старший брат в замке?

Услышав отрицательный ответ, он сказал:

— Скажите Гролу, что мы прибыли. Пусть он не мчится во двор, а ждёт нас в главном зале — мы устали и проголодались, а поговорить с ним мы сможем за столом.

Наших лошадей забрали подошедшие конюхи, а я стоял и думал, куда мне определить Дика. От этих мыслей меня отвлёк Инер:

— О чём задумался?

Узнав в чём дело, он сказал:

— Думаю, что ему первое время будет лучше находиться с тобой в комнате, так как он впервые покинул мать и привычные для него места. Я распоряжусь, что бы в твоей комнате постелили для него, а сейчас пошли — покажу тебе твою комнату.

Позвав Дика, который с интересом исследовал двор, я отправился следом за Инером. Комната, в которую он меня привел, оказалась практически полной копией моей комнаты в казарме.

— Конечно, не очень роскошно, но зато уютно. — Извиняющимся тоном сказал Инер.

— Очень уютно и именно то, что надо. — Ответил я.

Открыв не приметную дверь, Инер сказал:

— Удобства здесь. Быстро умывайся, приводи себя в порядок и спускайся в главный зал — будем ужинать. Тебя проводят и Дика, бери с собой. — С этими словами Инер вышел из комнаты.

Быстро разместив свои сумки и одежду в шкафу, я зашёл в туалетную комнату и буквально остолбенел, так как увидел в ней вполне привычные в уже покинутом моём мире вещи, которые совершенно не ожидал увидеть здесь — ванну и умывальник. Да — подумал я, век живи — век учись, а ведь когда я жил в усадьбе Хелара, там тоже была такая же дверка, на которую я просто не обратил тогда внимания. Когда я уже заканчивал приводить в себя в порядок, в дверь комнаты постучали. Погладив насторожившегося Дика, я открыл дверь и увидел подростка, который в руках держал свёрнутое одеяло. Коротко поклонившись, он сказал:

— Одеяло для вашей собаки. Если вы готовы, я проведу вас в зал.

Постелив одеяло не далеко от порога, я кивнул пареньку:

— Пошли.

Спустившись по лестнице и пройдя через большой холл, мы подошли к высоким дверям. Открыв двери, парень посторонился, пропуская меня в зал. Поблагодарив его, я прошёл в зал. Зал не зря назывался главным — он был очень большим. Большую его часть занимал потемневший от времени массивный стол, вокруг которого разместились такие же массивные и старые кресла, но больше всего меня заинтересовали висевшие на стенах знамёна и самое разнообразное оружие. Не далеко от дверей стоял Инер и разговаривал с пожилым человеком, по выправке которого сразу было видно, что большую часть своей жизни он провёл на военной службе. Увидев меня, они прервали разговор, и подошли ко мне.

— Олег, познакомься с Гролом — он капитан замковой стражи, так же старый друг моего отца и мой учитель. — Представил своего собеседника Инер. — Если у тебя возникнут вопросы и меня не будет рядом, обращайся к нему — он поможет.

В это время двери распахнулись и в зал вошли остальные.

— Все пришли, значит можно приступать к ужину. — Сказал Грол и подал знак рукой.

В зал вошло несколько слуг, которые быстро накрыли стол и сразу удалились. Ужин не занял много времени, так как все очень устали и уже скоро все разошлись по комнатам — отдыхать.

Проснулся я рано и некоторое время просто лежал, но затем решил, что хватит нежиться в постели, так как организм требовал утренней разминки и Дик начал требовательно поглядывать на меня. Быстро приведя себя в порядок, взял меч и направился вниз по лестнице, по пути, думая о том, где в замке находится тренировочная площадка. Выйдя на улицу, я увидел стоящего во дворе Грола и направился к нему. Поздоровавшись со мной, Грол спросил:

— Ищешь где размяться?

Услышав утвердительный ответ, Грол предложил:

— Пошли, я тоже решил слегка размяться.

Идя рядом с Гролом, я заметил, что он очень внимательно смотрит на мой меч, по этому, как только мы пришли на тренировочную площадку, я сразу спросил, чем его заинтересовал мой меч. Немного замявшись, Грол спросил:

— Ты не будешь возражать, если я осмотрю твой меч?

Я молча протянул свой меч Гролу и стал ждать, что он мне скажет. Внимательно осмотрев меч, Грол пристально посмотрел на меня и сказал:

— Я раньше видел этот меч и знал его хозяина.

— Вы знаете Воста? — удивился я. — Именно он подарил мне этот меч.

— Давай разомнёмся и, если ты не против, я хочу посмотреть чему тебя научил Вост. — Ушел от ответа Грол.

Я не возражал, так как и сам хотел просить Грола об учебном поединке — мне было интересно, что он скажет о моей подготовке. Пробежав вместе с Диком несколько кругов по площадке, я начал делать комплекс упражнений, который мне показал Вост, заметив краем глаза, что Грол выполняет те же самые упражнения. После того, как мы закончили упражнения, Грол подвёл меня к стойке с учебными мечами, где я выбрал себе меч, который был максимально похож на мой. Когда мы вышли в центр тренировочной площадки, Грол не дал мне времени на размышления и сразу атаковал меня, мне удалось уйти от его атаки, и я даже попытался контратаковать его. Но Грол легко разорвал дистанцию и начал снова атаковать меня. Наш поединок продолжался не долго — всего минут пять. За это время я получил несколько ударов по рукам, но и сам умудрился поймать Грола на контратаке и наградить его ударом в грудь.

— Что скажете о моей подготовке? — спросил я Грола.

— Очень даже не плохо. — Улыбнулся он. — Вижу, что Вост хорошо погонял тебя.

— Я хочу, что бы ты тоже позанимался с Олегом. — Присоединился к нашему разговору пришедший на тренировочную площадку Инер.

— Разве мы сегодня не выезжаем? — удивился я.

— Пока нет. Некоторое время мы поживём в замке. — Ответил Инер и пояснил. — Только что гонец привёз сообщение от императора — он задерживается в столице, на какое время — не известно, но как только он освободится — пришлёт сообщение.

— Что-то случилось? — Спросил Грол.

— Случилось. — Ответил Инер. — Но ничего серьёзного. — Поспешил успокоить он, сразу напрягшегося Грола. — Его задержали непредвиденные обстоятельства.

— Если не секрет, какие? — Спросил я.

— С одной стороны ничего серьёзного, а с другой стороны — даже не знаю. — Задумчиво ответил Инер. Задумавшись на несколько секунд, он продолжил. — Сейчас идем, перекусим, а затем я вам всё расскажу.

Придя в зал, мы увидели, что все уже в сборе и ждали только нас. Быстро закончив с завтраком, все вопросительно смотрели на Инера, ожидая когда он поделится с нами новостями. Инер приказал слугам убрать со стола и принести нам вина. Ожидая, когда его распоряжения будут выполнены, Инер встал и задумчиво начал прохаживаться по залу. А я сидел и думал, как намекнуть ему, что я предпочитаю пиво и не пью вина. Но тут мне помог Бых, у которого, как, оказалось, были похожие мысли:

— Инер, ты забыл, что я не пью вина. — Сказал он и, выдержав театральную паузу, добавил. — Олег — тоже, мы с ним предпочитаем пиво.

— Извини, задумался. — Улыбнулся Инер и распорядился по поводу пива.

Когда на столах всё было расставлено, и слуги удалились, плотно закрыв двери, Инер протянул мне какой — то медальон. Я взял медальон и вопросительно посмотрел на Инера.

— Этот медальон привёз гонец. Теперь ты — Око императора. — И видя, что я ничего не понял, пояснил. — Есть такая должность — Око императора. Это очень ответственная и почётная должность. Император лично назначает на эту должность, только кристально честных и преданных империи людей. Это очень большая честь. Но соответственно на тебя ложиться огромная ответственность — за любой проступок, не говоря уже о преступлении, наказание будет очень суровым. Ты имеешь право на прямую обращаться к императору в любое время, судить тебя может только императорский суд, при личном участии императора. — Инер перевёл дыхание, выпил пару глотков вина и продолжил. — Думаю, что при личной встрече император сообщит тебе твои права и обязанности, а так же то, почему он назначил тебя на эту должность.

— Как можно было назначить меня на эту должность, если император меня абсолютно не знает?! — Удивился я.

— Думаю, что ответы на все вопросы ты узнаешь при личной встрече. Одно могу сказать точно — император никогда не совершает необдуманных поступков и, если он принял такое решение, то у него были на то причины. Так что успокойся — ты всё узнаешь позже. Могу добавить лишь то, что ты теперь приравнен к безземельному дворянству.

Пару минут в зале стояла полная тишина — я пытался осмыслить то, что рассказал мне Инер, а остальные ждали, когда он расскажет о причинах, которые заставили императора задержаться в столице.

— Теперь, главное. — Продолжил Инер. — Император задерживается на неопределённое время в столице по двум причинам: первая — на днях в столицу прибудет посольство из княжества Колрис, а вторая причина — старейшины всех гномьих кланов, которые сейчас проживают на территории империи, попросили императора срочно принять их. Как вы все помните — последний раз старейшины кланов просили императора принять их, когда они решили переселиться в империю. Думаю, что сейчас у них не менее важный вопрос. — Инер перестал прохаживаться по залу и присел за стол. Дав время на обдумывание услышанной информации, продолжил. — Так, что нас ждут….. — Он задумался на минутку, и я не удержался оттого, что бы вставить свои " пять копеек»:

— Великие дела. — И видя удивлённые глаза друзей, развил свою мысль. — Как я понимаю — это первое посольство княжества со времён катастрофы. Это может означать, что они смогли преодолеть последствия катастрофы и решили узнать, как империя перенесла катастрофу, или у них возникли серьёзные проблемы, и они решили обратиться за помощью к империи. Но всё это мы узнаем только в столице при встрече с императором. Тоже самое я могу сказать и по поводу гномов. — Я перевёл дыхание и схватил со стола бокал с пивом.

— Мой отец добавил к письму императора записку для меня. — Воспользовался возникшей паузой Инер. — Он пишет, что посольство княжества больше похоже на воинский отряд, чем на посольство. Из этого можно сделать вывод, что всё очень серьёзно, если князь Колрисский решил отправить к нам посольство, которому явно пришлось прорываться в империю с боями. Вопрос только в том, какие новости и предложения они привезли императору.

После слов Инера в зале наступила такая тишина, что казалось, было слышно, как где-то за стеной скребётся мышь. Все сидели и размышляли над словами Инера и моими комментариями. Как я мог судить по лицам друзей — их мысли были не очень весёлыми, да и я понимал, что мы стоим перед событиями, которые круто изменят не только нашу судьбу, а так же и будущее империи, но при этом все очень надеялись, что новости будут хорошими. Выждав для приличия, несколько минут, я решил, что друзей надо чем-то отвлечь от размышлений, да и эта гробовая тишина очень сильно давила на мою нежную психику:

— Хватит размышлять о том, о чём мы не имеем полной информации. — Прервал я «мозговой штурм» друзей. — Не имея полной информации — мы не сможем сделать правильные предположения, а информацию мы сможем получить только в столице и то, если император решит, что нам эта информация нужна, но может быть и так, что нам её не сообщат. По этому предлагаю не делать поспешных выводов, а использовать полученное свободное время с пользой.

— Что ты предлагаешь? — Спросили в один голос Бых и Инер.

— Предлагаю отдыхать и тренироваться. Мне кажется, что нам очень скоро будет не до отдыха.

— Я бы с огромным удовольствием посидел на берегу с удочкой. — Улыбнулся Краст.

— Я с тобой. Честно говоря, я даже забыл когда в последний раз сидел на берегу. — Сразу поддержал Краста Бых.

— А в чём проблема? — Удивился Инер. — Река под боком, я с удовольствием тоже посижу на берегу. Прямо сейчас собираемся и едем. Олег, ты с нами?

— Естественно!

— Грол — тебя я даже не буду спрашивать. — Улыбнулся Инер. — Ты знаешь, что надо для рыбалки, так что — действуй. Сбор возле конюшни через полчаса.

Мне понадобилось на сборы всего несколько минут, и возле конюшни я был самым первым. Быстро оседлав Ветра, я вывел его из конюшни и ждал друзей, попутно успокаивая Дика, который жаждал отправиться на прогулку немедленно. Очень скоро пришли Бых и Краст, практически через минуту пришёл Инер.

— Как всем не терпится. — Рассмеялся Инер. — Уверен, что Грол тоже очень скоро будет здесь.

Инер не ошибся и уже через пять минут я наблюдал, как на не большую телегу быстро загрузили разные корзинки и свёртки. Так же с нами собирались ехать пять солдат из гарнизона замка. Все они были явно ветераны.

— Пиво не забыл? — Поинтересовался Бых у Инера.

Инер промолчал, но при этом страдальчески закатил глаза, а Краст и Керрет дружно рассмеялись. Когда сборы были закончены, мы выехали из замка, и Грол уверенно повёл нас вверх по течению реки. Очень скоро мы подъехали к месту, где была большая и тихая заводь, а не вдалеке находилась роща. Очень быстро была накрыта богатая «поляна» и разведён костёр. Разобрав удочки, мы спустились с высокого берега к воде, где я внимательно осмотрел удочку и ничего сверхъестественного или необычного не обнаружил — удилище было сделано из гибкой и прочной древесины, леска явно была сплетена из конского волоса, а поплавок — классическое гусиное перо. Инер вручил мне полотняный мешочек с землёй, в которой копошились самые обыкновенные красные черви. Мы расселись на берегу, и рыбалка началась. Примерно через час я начал сомневаться, а водится ли здесь рыба, так как за всё это время не было не одной поклёвки, хотя круги на воде показывали, что рыба здесь должна быть. Я украдкой огляделся по сторонам и заметил, что и у остальных рыбаков дела были не лучше чем у меня, хотя, кажется Грол, что-то умудрился поймать. Дику давно наскучило сидеть рядом со мной, и он бродил не далеко от нашей «скатерти — самобранки», с тоской поглядывая на неё, но от шалостей его удерживали находившиеся рядом с ней солдаты. Подумав, что пора промочить горло, я отложил удочку и направился к костру, на котором седоусый ветеран готовил мясо. Уточнив у служивых, где находится пиво, я отправился к краю заводи, где в воде стояли кувшины с напитками. Подходя к воде, я услышал шаги — кто-то ещё тоже решил промочить горло. Обернувшись, я увидел подходящего ко мне Быха. Он остался верен себе и, подойдя ко мне, сразу начал упрекать меня за то, что я не позвал его, когда решил пойти хлебнуть пивка. Но я его сразу «успокоил»:

— Я не буду сейчас пить пиво.

— Почему не будешь? — Удивился он.

— Потому, что возьму кувшинчик пива на берег, и буду ловить рыбу, при этом прихлёбывая пиво.

— Это мысль дельная. — Согласился со мной Бых. — Я поступлю так же. А ещё надо захватить с собой пару кувшинов вина, а то Инер, Краст и Керрет наверняка тоже хотят пить.

— Может для них тоже взять пива, а то пить вино во время рыбалки, как мне кажется, не совсем правильно.

— Это для тебя или меня не правильно, а они предпочитают вино.

Взяв пиво и вино для друзей, мы с Быхом подошли к Инеру, который буквально «прикипел» взглядом к поплавку. Увидев кувшин с вином, который протянул ему Бых, благодарно кивнул нам и, отложив удочку в сторону, поинтересовался:

— А где бокалы?

— Извини, забыл. — Ответил Бых.

— Сейчас принесу. — Сказал подошедший к нам Краст. — И как раз разомну ноги.

— Что поймал? — Поинтересовался я у Инера.

— Ничего. — Махнул рукой Инер. — Кажется, только Грол поймал пару штук.

— У меня тоже пусто. — Сказал Керрет.

Просидев на берегу ещё около часа, но так ничего и не поймав, все рыбаки согласились, что сегодня не наш день и вообще пора перекусить. Просидев на берегу почти до самого вечера и уничтожив все съестные запасы, мы решили, что пора возвращаться в замок, так как все жаждали продолжения банкета, а продолжить мы могли только в замке. По дороге в замок я подъехал к Инеру и задал вопрос, который не давал мне покоя с самого утра:

— Мне показалось или в замковом гарнизоне служат одни ветераны?

— Тебе не показалось. — Усмехнулся Инер. — Практически весь гарнизон замка состоит из ветеранов, многие из которых служили под командованием моего отца, а Грол — старый друг и соратник отца — вместе они прошли не одну битву.

Приехав в замок, Инер сразу привёл нас в не большую и уютную столовую, где был быстро накрыт стол. К нам также присоединился Грол, который принёс с собой бутыль из тёмного стекла, появление которого на столе вызвал бурную реакцию моих друзей. На мой вопрос, что в этой бутылке такого особенного, мне пояснили, что это — особая гномья настойка, которую гномы не продают, а только могут подарить. И как говориться — понеслась душа в рай……

Утреннее пробуждение было очень тяжёлым. Судя по солнцу, которое било через открытое окно мне в глаза, уже скоро должен был наступить полдень. Голова трещала и отказывалась вспоминать, сколько было выпито вчера и как долго продолжались наши посиделки. Погуляли, однако — подумал я, но как не сопротивлялся организм, я заставил себя встать с кровати. Это было не легко, но после умывания холодной водой стало намного легче. Выйдя из комнаты, я решил пойти прогуляться на свежем воздухе, но на лестнице меня перехватил улыбающийся Грол:

— Как самочувствие? — Спросил он.

— Не очень. — Честно признался я, с завистью поглядывая на бодрого Грола.

— Я как раз шёл тебя будить. Все уже встали и собираются в столовой. Пошли, проведу тебя туда.

— Да уж — погуляли вчера. Давно я так не напивался. — Тяжело вздохнул я.

— Иногда можно. — Прервал мои вздохи Грол.

— А где мой зверь? — Спохватился я, вспомнив, что Дика не было утром в комнате.

— Не волнуйся. — Успокоил меня Грол. — Он ночевал на конюшне.

Зайдя в столовую, я увидел своих друзей, которые выглядели ничуть не лучше меня и «поправляли» здоровье пивом. Относительно хорошо из всех присутствующих выглядели только Инер и Бых. Моё появление было встречено одобрительным гулом. Не совсем понимая, что я вчера такого совершил особенного, первым делом схватил стоящую кружку с пивом и, осушив её за пару глотков, спросил:

— Ну, и что я такого особенного учудил, что вы так меня приветствуете?

— Учудил? — Переспросил меня Инер. — Да любой гвардеец на твоём месте, был бы героем в гвардии, как минимум месяц — ты умудрился перепить Быха. А этого сделать, ещё не удавалось ни кому!

— Тоже мне, нашли подвиг. — Удивился я.

— Если бы ты знал, сколько гвардейцев пыталось меня перепить! — Расхохотался Бых.

— Но ты, в отличие от меня, выглядишь нормально, а у меня голова раскалывается. — Пожаловался я.

Когда все отсмеялись, Инер сказал:

— Это пустяки — голова поболит и перестанет. Сегодня отдыхаем, а завтра начинаем гонять тебя как сопливого новобранца.

— Полностью с тобой согласен — мне ещё очень многому надо научиться. — Вздохнул я.

— После обеда я собираюсь съездить в деревню. — Сказал Инер. — Если хочешь, поехали со мной.

— С удовольствием. — Сразу согласился я.

Посидев пару часов с друзьями, я решил сходить на конюшню и проведать Дика. Сначала Дик, всем своим поведением показывал мне, как он плохо обо мне думает, но после слов «скоро поедем на прогулку " сразу стал прежним непоседой и преданной собакой, которая не отходит от хозяина. Сразу после обеда я, Инер и Бых отправились на конюшню за лошадьми, а остальные решили остаться в замке. Быстро оседлав коней, мы подъехали к воротам замка, где нас уже ждал Грол с несколькими солдатами. Путь в деревню, которая находилась на другом берегу реки, не далеко от дороги, занял не больше получаса. К моему огромному удивлению, деревня была обнесена мощным деревянным частоколом и к тому же имела несколько дозорных вышек, на одной из которых я увидел пару дозорных. Подъехав к открытым воротам, я увидел, что даже днём ворота охранялись караулом, который состоял из пяти человек, одетых в кожаные доспехи и вооружённых копьями. Караульные с достоинством поздоровались с Инером и на его вопрос — всё ли в порядке в деревне, один из них (наверное, старший) ответил:

— Всё хорошо, вот только сегодня утром в деревню пришёл какой-то странник с двумя помощниками. Сначала просто походил, посмотрел на деревню, а не так давно собрал народ на площади и что-то рассказывает. Так, что все сейчас на площади и староста тоже там.

Кивнув караульным, мы спешились и привязав лошадей к коновязи, пошли следом за Инером на площадь. От моего внимания не ускользнуло, что Инер, как только услышал о страннике — сразу нахмурился, и пока мы шли к площади, я спросил:

— Инер, что случилось? И, что это за странник, при одном упоминании о котором, у тебя сразу испортилось настроение? А самое главное — зачем деревне такой частокол и постоянная охрана?

Инер замедлив шаг начал рассказывать:

— Понимаешь, не так давно появились в империи люди, которые ходят по городкам, сёлам, хуторам и начинают рассказывать о том, что, дескать, Катастрофа случилась по тому, что люди не правильно жили. И сейчас так же продолжают не правильно жить, так что новая Катастрофа, ещё более страшная произойдёт совсем скоро, а пережить новую Катастрофу смогут только те, кто бросит «не правильную» жизнь и уйдёт жить к ним в общину. — Инер резко остановился, помолчал с минуту и со злостью продолжил. — Понимаешь, люди только, только начали приходить в себя, начали более или менее жить спокойно, как начали шляться эти, даже не знаю, как их назвать, и начинают рассказывать и пугать людей новыми бедами. А некоторые вообще начали кричать, что во всём виноваты орки, эльфы, ну и естественно — гномы. Хотя, как раз с теми, кто это кричал, было проще всего — они нарушали имперские законы и их сразу почти всех переловили и отправили по тюрьмам. А с этими так нельзя — каждый подданный империи вправе высказать свои мысли и жить так, как считает нужным, если при этом он не нарушает законы империи. Так, что очень может быть кто-то из деревни и уйдёт с этим странником. А куда они уводят людей и, что происходит в этих общинах, мы не знаем. Вспомнили о старых богах и теперь пугают людей, уверяя их, что все наши беды, это кара за то, что мы забыли богов.

После слов Инера о богах, я с удивлением понял, что с момента своего появления в этом мире ни разу не слышал каких либо упоминаний о богах. По этому решил уточнить:

— Инер, о каких богах ты говоришь?

Видя моё недоумение, Инер объяснил мне:

— Очень давно, когда ещё не было империи, все покланялись разным богам. У каждой расы были свои боги. Но сколько не молились богам, помощи от них не было. Постепенно о них забыли и перестали им поклоняться. И вот сейчас проповедники вспомнили старых богов и пугают всех их карами за то, что мы о них забыли.

— Ну, так не отпускай из деревни с этим странником ни кого, а этого странника выкинь — ведь это твоя земля и нечего командовать тут всяким проходимцам.

— Земля моя, но люди — не мои рабы, что бы я мог запретить им что-то. Рабство было запрещено ещё при создании Империи. Так, что люди вольны поступать, как они считают нужным, и я не вправе им приказывать, как они должны поступать и жить. — Немного успокоившись, Инер продолжил. — Пойми — земля моя и они берут эту землю у меня в аренду, но каждый может уйти в любой момент, куда он захочет — надо только заплатить мне за аренду, которая платится ежемесячно. По этому любой землевладелец создаёт все условия для того, что бы на его земле жило как можно больше населения, так как земля, на которой никто не работает — не прокормит никого. А по поводу того, что деревня постоянно охраняется — относительно спокойно люди начали жить всего несколько лет назад. А до этого даже здесь довольно часто появлялись мутанты и разбойники. Но и сейчас, когда вроде бы наступили спокойные времена, люди не расслабляются и я очень этому рад.

Идя следом за Инером к площади, я думал о том, что людей, которых в империи осталось не так много, уводят неизвестно куда, а власти ничего не делают. В голове у меня крутилась одна мысль — как такое может происходить и как с этим бороться? Скоро мы подошли к довольно большой деревенской площади, и Инер решил, что нам не стоит пока выходить на площадь, а послушать можно и отсюда. Я внимательно присмотрелся к помосту, который находился в центре площади и с которого в данный момент завывал, надрывая голосовые связки, новоявленный агитатор. То, что я увидел, когда внимательно присмотрелся, просто повергло меня в шок — на помосте стоял человек весом примерно центнера полтора, а может и все два, с заплывшими жиром глазками и длинными засаленными волосами. Рядом с этой пародией на человека стояли два его помощника, интеллект которых, а точнее его полное отсутствие, было написано на их лицах. Прислушавшись к тому, что он рассказывал — я выпал в осадок. Всё было мне до боли знакомо ещё по прошлой жизни и мне даже на мгновение показалось, что я опять на Земле и слышу проповедника из «белого братства» или какой-то другой подобной секты. Вся его «проповедь», состояла из нескольких основных моментов, которые он постоянно повторял — вы все глупые и ничего не знаете и не понимаете, но вам крупно повезло, так как есть мы, есть лидер, который укажет правильный путь и приведёт всех в рай. По этому бросайте деревню и работу, дружно идите за мной к наставнику, который укажет вам — заблудшим овцам путь и расскажет, как надо правильно жить и трудится. Но самое главное — не забудьте забрать с собой все ценности и деньги — их надо правильно уничтожить, а это сможет сделать только духовный наставник, если этого не сделать, то страшные кары падут на ваши головы и никто не сможет вам помочь.

Я стоял и слушал, чувствуя при этом, как меня переполняет злость и желание хорошенько врезать по этой наглой морде. Неожиданно рядом со мной раздался звук, который отвлёк меня от кровожадных мыслей. Оглянувшись, я увидел, что Инер, сам того не замечая, вцепился в рукоять своего меча и механически то доставал его на половину из ножен, то возвращал его обратно в ножны. По всему было видно, что Инер сдерживает себя из последних сил, но вмешаться в происходящее не может, по неизвестным для меня причинам.

Когда проповедник начал опять свою «проповедь» по новому кругу, я понял, что надо срочно что-то делать, так как Инер мог сорваться в любую секунду, да и у меня нервы не железные. Сняв пояс с мечём, сунул меч в руки Инеру со словами «подержи, а то мне надо отойти ненадолго», направился к помосту. Взобравшись на помост, я со словами «хватит орать — тебя уже устали слушать, а теперь пусть послушают меня», отодвинул в сторону проповедника. Стоя на помосте, я внимательно всматривался в лица стоящих на площади крестьян и ждал, когда они будут готовы выслушать меня. То, что я увидел в лицах крестьян, меня не сильно радовало — большинство, конечно, не собиралось ни куда уходить, но не мало было и тех, кто начал колебаться, увидел я и несколько лиц, которые были готовы немедленно уйти с проповедником.

— Вот я слушал, слушал и ничего не понял. — Не торопливо начал я свой монолог. — Мне интересно — где находится этот ваш духовный наставник и, что великого он в своей жизни совершил, а то я ничего о нём не знаю. — С этими словами я повернулся к проповеднику. — Так же мне интересно — он сам это всё выдумал или ему кто-то подсказал.

По тому, как перекосилось лицо этого «горе — проповедника», я понял, что кое-что я угадал и очень сильно его удивил. По этому, решил развивать свой успех и довести его до бешенства — тогда он точно потеряет над собой контроль, а там уже буду действовать по обстановке:

— Ну, что же ты молчишь? — Повысил я голос. — Что у тебя с лицом случилось? Не заболел ли ты случайно? А то все ждут, а ты потерял дар речи. Или у тебя вдруг животик заболел? — Начал я уже откровенно издеваться над ним. И не видя пока от него ни какой реакции, решил сделать «контрольный выстрел» — подошёл к нему, демонстративно зажав левой рукой нос, а правой хлопнул по огромному животу и сказал:

— Совсем, ты бедненький, похоже, замучился, ведя «праведный» образ жизни.

На мгновенье мне показалось, что от хохота, который раздался на площади, у меня лопнут барабанные перепонки, но, слава богу, мне таки показалось. А на проповедника было просто страшно смотреть — явно никто и никогда так ещё с ним не разговаривал. И теперь он стоял, беззвучно открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба, не в силах сказать хоть слово. Народ на площади уже чуть не лежал от смеха, а я тем временем прокручивал в голове разные комбинации, что бы ещё сильнее разозлить проповедника. Вдруг сзади — слева от меня послышалось сопение какого-то организма, а периферийным зрением я заметил какое-то не правильное движение. Моё тело среагировало раньше, чем мозг подал сигнал об опасности — я быстро пригнулся, слегка приседая и делая пол шага в сторону, одновременно с этим скручивая корпус влево, и кулак моей правой руки «выстрелил» вперёд и врезался во что-то мягкое. Судя по рухнувшему рядом со мной, в позе эмбриона, телу «интеллектуального» помощника проповедника, попал я ну очень удачно. Сразу в голове мелькнула мысль — рядом второй и я начал разворот вправо, молясь про себя об одном — только бы успеть. Но как оказалось, мне можно было не торопиться — второй «интеллектуал» уже падал на доски помоста, а рядом с ним стоял высокий, мощный мужчина в простой, но очень добротной одежде, а к помосту уже подбегали Инер, Бых и Грол с солдатами. Так как неприятности со стороны «интеллектуалов» мне пока не грозили, я повернулся к проповеднику, который превратился в статую и даже дышал через раз, и думал, что мне делать дальше. Мои размышления прервал Инер, который встал рядом со мной и крикнул, перекрывая гул голосов на площади:

— Только что было совершенно преступление — нападение на Око императора, виновные будут немедленно взяты под стражу. — И тише добавил, обращаясь к Гролу. — Связать, доставить в замок и посадить их в подвал до нашего приезда.

Я быстро добавил:

— Эта троица не должна общаться между собой, лучше всего — рассадить их по одному в полной темноте — думаю, после этого нам будет проще с ними общаться.

Инер кивнул Гролу подтверждая, что он согласен со мной и Грол начал отдавать распоряжения солдатам, которые уже заканчивали связывать эту троицу неудачников. Через пару минут, на помосте кроме меня остались Инер, Бых, Грол и крестьянин, который помог мне. Явно это староста, подумал я. Тем временем Инер обратился к крестьянам — сегодня больше ничего интересного не будет, если у кого-то есть вопросы к нему, то до вечера он будет у старосты и с радостью ответит на все вопросы. Обсуждая между собой произошедшие на площади события, крестьяне начали расходиться. Инер подошёл ко мне со старостой:

— Олег, познакомься — это Сорк, староста деревни и лучший кузнец среди людей.

— Олег. — Протянул я руку старосте.

На какое-то мгновение мне показалось, что моя кисть попала в стальные тиски. Но, к счастью Сорк знал свою силу, и моя кисть не пострадала. Сорк посмотрел мне в глаза и сказал:

— Спасибо, что вмешался, так как моё терпение уже было на пределе, и я мог их прибить при всей деревне. — Затем Сорк повернулся к Инеру, и хитро посматривая на него, предложил. — Предлагаю не идти ко мне домой, а посидеть в трактире, тем более что подоспело молодое вино нового урожая.

Инер рассмеялся:

— Младшенький расстарался? — И видя моё недоумение, пояснил. — У Сорка два сына — старший, как и отец, прекрасный кузнец, а младший винодел. За его вином приезжают купцы из столицы и практически со всех концов империи.

Так как никто не возражал, мы пошли в трактир, который находился на другой стороне деревенской площади. Пока мы ждали, когда сын Сорка, он же хозяин трактира, накрывал на стол. Сорк рассказывал:

— Вот как получилось — у старшего сына талант к кузнечному делу проявился сразу, а у младшего ничего в кузнице не получалось толком, хотя он очень старался. И я решил, если не лежит у него душа к работе в кузнице, пусть сам найдёт себе дело по душе. Когда через нашу деревню шли беженцы, некоторые оставались у нас, и среди них оказался старый винодел. Он и рассмотрел у моего сына талант винодела. Так что мой младший сын нашёл своё призвание.

В это время сын Сорка закончил накрывать стол и ушёл за стойку. Мы попробовали вино, которое он принес, и я не любитель этого напитка признал, что на мой дилетантский вкус вино было выше всяких похвал. Примерно в течение часа мы с Быхом сидели и пили вино, пока Инер и Сорк вполголоса обсуждали будущий урожай и мелкие бытовые проблемы деревни. За это время с вопросами к Инеру так никто из крестьян и не пришёл. Инер решил, что нам нет смысла задерживаться в деревне и, попрощавшись с Сорком и его младшим сыном, мы пошли к нашим лошадям. По дороге в замок я задал Инеру вопрос:

— Инер, почему ты или Сорк не могли вышвырнуть этого проповедника из деревни?

— Всё дело в том, что мы с Сорком являемся представителями власти на этой земле и нас могли обвинить в нападении на человека, который мирно высказывал свою точку зрения. В империи законом запрещено препятствовать кому-либо, когда он высказывает свои мысли, если он при этом не призывает к нарушению действующих законов.

— Нам надо как можно быстрее поговорить с проповедником и его охранниками. — Решил я поторопить Инера. Что-то подсказывало мне, что это надо сделать как можно быстрее.

— Грол наверняка уже беседует с ними. — Ответил Инер.

Я промолчал и пустил Ветра в галоп. Примерно через пол часа мы с Инером слушали доклад Грола.

— Молчат. — Рассказывал Грол. — Не проявляют какого-либо волнения, при этом пугая всех страшными карами.

— Где они находятся? — Спросил я.

— В подвале есть несколько камер. Там они сидят, как ты и просил, по одному.

Я тяжело вздохнул. Мне очень не хотелось делать то, о чём я думал, но я не видел сейчас другого выхода. Меня преследовала мысль, что нам надо очень торопиться, если не хотим остаться в дураках.

— Мне нужен топор, большой нож и верёвка. — Сказал я Инеру.

Инер внимательно посмотрел мне в глаза, собираясь что-то спросить у меня, но передумал и кивнул Гролу. Спустя несколько минут мы с Гролом стояли в подвале перед тяжёлой, обитой железными полосами дверью.

— Я пойду один. — Сказал я Гролу. — Охрана пусть ждёт на выходе из подвала. Сколько мне понадобится времени, сказать не могу.

Грол не согласился со мной:

— Я пойду вместе с тобой. Тебе не надо идти самому. Мешать я тебе не буду, а лишние знания мне не помешают — Инер рассказывал, что у тебя свой подход к решению нестандартных вопросов.

— Хорошо. — Согласился я. — Но предупреждаю — тебе может очень сильно не понравиться мой подход к этим людям.

— Я не считаю их нормальными людьми. — Ухмыльнулся Грол. — Так что я тебе не только не буду мешать, но и помогу.

Через несколько минут мне принесли всё, что я просил. Я несколько раз глубоко вздохнул и мы с Гролом зашли в камеру, плотно закрыв за собой дверь. Камера меня поразила, она была чистой и довольно просторной. Через не большое окно, которое находилось под потолком, поступало достаточно солнечного света. Проповедник сидел на топчане, на котором я с удивлением увидел вполне приличный матрас и подушку. Наш приход не произвёл на него ни малейшего впечатления. Он, не поворачивая головы в сторону дверей, процедил:

— Я, кажется, говорил, что бы меня не беспокоили. Очень скоро вы все будете наказаны за то, что лишили меня и моих людей свободы. Вы очень сильно пожалеете об этом. Но, если вы немедленно освободите нас и извинитесь, то я забуду об этом недоразумении.

Я стоял возле дверей и, покачиваясь с пятки на носок, не отвечал на его угрозы и ждал, когда проповедник посмотрит, кто к нему пришёл. Когда он, наконец, посмотрел в нашу сторону, на его лице пронеслась целая буря эмоций, среди которых я с облегчением для себя заметил страх. Я по-прежнему молчал и демонстративно крутил в правой руке большой мясницкий нож. После нескольких минут молчания проповедник разволновался не на шутку и начал кричать:

— Я требую, что бы меня и моих людей немедленно освободили. Вы не имеете права нас задерживать. Вы все очень сильно об этом пожалеете.

Я продолжал молчать и демонстративно осматривал проповедника с головы до ног, при этом в который раз мысленно убеждая себя, что у меня нет сейчас другого выхода — мне очень не хотелось делать то, для чего я сюда пришёл. Но мне надо было срочно узнать о проповеднике и его секте всё, что он мог рассказать и ради этих сведений я был готов пытать его. Моя интуиция кричала, что нам жизненно необходимы эти сведения, а своей интуиции я всегда доверял и ещё ни разу не пожалел об этом.

Видимо истолковав моё молчание и не подвижность как неуверенность, а может, потеряв над собой контроль, проповедник вскочил с топчана и попытался напасть на меня, стараясь при этом выхватить нож из моей руки. Я остановил его попытку ударом ноги, а ударом локтя, отправил его обратно на топчан. Нависнув над ним и прижав его грудь коленом, я буквально прорычал в его ухо:

— Ты расскажешь мне всё, что знаешь. Отговорки о том, что ты ничего не знаешь, для меня не подходят. Времени на размышление у тебя очень мало, если думаешь, что ты ничего нам не расскажешь, сразу огорчу тебя — ты расскажешь всё, что знаешь. — Я подошёл к Гролу и, взяв у него верёвку, начал на глаз отмерять кусок, что бы связать проповедника. — Если решишь молчать, то мне для начала придется раздробить тебе все кости топором. Если после этого ты будешь продолжать играть в молчанку, то я начну отрезать у тебя пальцы — сначала пальцы ног, потом будут пальцы рук и, если ты будешь продолжать молчать, то я придумаю, что у тебя ещё отрезать и ты расскажешь мне всё. Вот только после этого, из милосердия, мне придётся тебя убить, так как ты будешь представлять собой окровавленный кусок мяса.

Подойдя к проповеднику с куском верёвки в руках, я с удовлетворением увидел, как он сжался в комок и его била мелкая дрожь.

— Протяни вперёд свои руки. — Ласково попросил я его.

Фраза, произнесённая таким тоном, после того как я подробно описал, что его ожидает, если он будет молчать, окончательно добила проповедника, и он закричал, временами срываясь на визг:

— Я буду жаловаться императору! Вы не имеете права даже прикасаться ко мне! Вас всех казнят!

К сожалению, понял я, моих слов было недостаточно, что бы проповедник проникся серьёзностью текущего момента и понял, что я не уйду отсюда пока не получу от него нужных сведений. От его истерического крика у меня заложило уши и что бы успокоить его, я от души пару раз врезал кулаком по его наглой роже. Когда он, наконец, замолчал, я взял на излом кисть его руки, и резко рванув её, перевернул его на живот.

— Грол, давай верёвку. — Крикнул я.

С помощью Грола я быстро связал проповеднику руки и ноги. Усадив его на топчане, я взял в руки топор и присел рядом с ним:

— Ты так и не понял, что я не уйду отсюда, пока ты не расскажешь мне всё, что знаешь. И всё, что я тебе обещал, ты будешь испытывать на себе до тех пор, пока не начнёшь говорить.

Я встал и начал прохаживаться взад и вперёд перед проповедником, ожидая, что он, наконец-то, заговорит и мне не придется прибегать к крайним мерам. Но он молчал и я понял, что мне всё-таки придется перейти от уговоров к крайним мерам. Подойдя к нему вплотную, я резко, практически без размаха ударил обухом топора в нерв на предплечье. Это очень больно, если знаешь куда бить. К несчастью для него я знал, как и куда бить. Проповедник взвыл нечеловеческим голосом. Я снова ударил в эту же точку. Вой перешёл в визг. Дождавшись, когда он замолчит, я спросил:

— Мне продолжать или будешь говорить?

И проповедник сломался:

— Я всё расскажу, только больше не бейте меня!

Отойдя от топчана и встав рядом с Гролом, я сказал:

— Для начала меня интересует, куда вы должны были отвести людей из деревни. Говори быстро и, не задумываясь. Учти, что каждое сказанное тобой слово будет проверено и, если ты хоть в чём-то соврал или что-то не рассказал, то я вернусь, и ты будешь очень сильно сожалеть о том, что я не убил тебя в деревне.

Проповедник, похоже, поверил мне безоговорочно и начал торопливо рассказывать:

— Я пришёл сюда с караваном, который должен ждать нас в лесу перед деревней, через который проходит дорога в столицу. Караван должен ждать нас до полуночи на опушке леса со стороны реки. В караване находится старший, только он знает, куда мы должны идти дальше.

— Сколько человек в караване. — Задал я следующий вопрос.

— Я точно не знаю. — Задумался проповедник. — Около пятидесяти человек.

— Сколько из них принадлежит вашему братству? — Уточнил я.

— Крестьян около пятидесяти человек, а наших людей в караване около двадцати пяти.

Я повернулся к Гролу:

— Думаю нам до полуночи надо обязательно побывать на этой опушке.

Грол кивнул и пошёл со мной к дверям камеры. Уже стоя на пороге, я повернулся к проповеднику:

— Я очень надеюсь, что ты сказал правду и не о чём не умолчал. Утром или чуть позже я вернусь, и мы с тобой поговорим более обстоятельно.

Проповедник опустил голову и тихо сказал:

— Из двадцати пяти — двадцать опытные наёмники. Они охраняют караван.

— Ты больше ничего не хочешь добавить?

Проповедник отрицательно покачал головой, и я вышел из камеры. Грол с солдатами стоял возле дверей и, закрыв дверь камеры начал отдавать распоряжения подошедшим солдатам:

— Пленников охранять как баронскую казну. Никого к ним не пускать без моего разрешения.

В главный зал, в котором нас ждал Инер с остальными, мы с Гролом практически прибежали. Коротко рассказав, что нам с Гролом удалось узнать от проповедника, я сказал:

— Караван надо обязательно перехватить до полуночи. Думаю, что в полночь он уйдет, даже если к нему не присоединится проповедник, которого мы задержали. Если мы не перехватим этот караван, то мы не получим полной информации о том, кто стоит за этим братством и какие цели они преследуют, так как проповедник явно ничего толком не знает.

Инер кивнул, соглашаясь с моими словами, и сказал:

— Будем считать, что там как минимум тридцать опытных наёмников. С собой возьмём главного егеря — он прекрасно знает этот лес и все тропы в округе. — Он встал из-за стола и подошёл к Гролу. — Поднимай по тревоге первую сотню. Ты остаёшься в замке главным. — И заметив, что Грол явно не согласен с его последним распоряжением, мягко добавил. — Удвой караулы в замке. Я понимаю, что ты хочешь отправиться с нами, но я не исключаю разные неожиданности и, ты должен остаться в замке.

Сборы не заняли много времени и примерно через пятнадцать минут все собрались возле конюшни. Я прибежал самым последним, так как мне пришлось успокаивать Дика. Этот непоседа непременно хотел отправиться вместе со мной. Инер быстро поставил солдатам боевую задачу, особо подчеркнув, что нам нужны пленные. Убивать только тех, кто сражается до последнего вздоха и не собирается сдаваться в плен.

К лесу, о котором говорил проповедник, мы прискакали, когда уже начало темнеть и главный егерь сразу повёл нас вдоль леса в сторону реки. После пятнадцати минутной скачки егерь остановил колону:

— Дальше лучше идти пешком.

Оставив с лошадьми несколько человек, Инер приказал тридцати солдатам остаться верхом и после того как начнётся бой, сразу перекрыть дорогу каравану в сторону реки. Мы вместе с остальными солдатами медленно, стараясь не шуметь, пошли через лес к опушке. Проведя нас по лесу около километра, егерь остановился:

— Опушка уже рядом. Они находятся там — я чувствую запах дыма. Готовьтесь к бою и ждите меня, я пойду вперёд сам и узнаю, как охраняется лагерь.

Егерь бесшумно растворился в ночном лесу, а мы, достав мечи и проверив снаряжение, ждали его возвращения. Егерь вернулся довольно быстро. Подойдя к Инеру, он сказал:

— Всё тихо. Они, похоже, очень уверены в собственной безопасности, так как постов охраны всего пять — три со стороны леса и два в сторону реки. Постовые не спят, но особо не прячутся. В центре лагеря стоят около пятнадцати телег и две палатки. Не уверен, но мне показалось, что к колёсам двух телег привязаны несколько человек. Я возьму несколько солдат и проведу их к постам со стороны реки, затем займусь лесными постами.

Инер кивнул и подозвал сотника:

— Распределите солдат. Когда закончите с постами, пришлёте посыльного. Затем мы атакуем лагерь. Напомните солдатам, что в лагере мирные жители. Два десятка солдат ни на что не отвлекаются и прорываются к палаткам и захватывают всех, кто там находится.

После небольшой суматохи, егерь с солдатами, которых он лично отобрал, направился к реке, а все остальные застыли в ожидании команды. Ко мне приблизился Инер и, наклонившись к уху, тихо сказал:

— Мы будем держаться позади солдат. Здесь самые опытные ветераны и мы будем им только мешать.

Я кивнул, соглашаясь с его словами. Медленно потекли минуты ожидания. Все напряжённо вслушивались в ночную тишину. Но как всегда бывает, неожиданно раздавшийся крик застал всех врасплох. Но наши солдаты были опытными ветеранами и сразу среагировали, бросившись в атаку на лагерь. Молниеносным броском, преодолев расстояние, которое отделяло нас от лагеря, солдаты сходу вступили в бой. Как мы и договорились с Инером, я держался сзади атакующих солдат. Мои друзья, растянувшись цепью, находились недалеко от меня. К сожалению Инер не ошибся в своих предположениях — наёмники в лагере были очень опытными. Они сразу сориентировались и оказали организованное, ожесточённое сопротивление. Я стоял на краю опушки под деревьями и наблюдал за кипевшей в лагере схваткой. Бой продолжался не более десяти минут. К сожалению никто, из наёмников не захотел сдаваться в плен, и как результат — у нас не было пленных. Но хуже всего было то, что те, кого мы хотели захватить любой ценой, ускакали на лошадях к реке при первых признаках тревоги. Как рассказали освобождённые крестьяне, возле палатки главарей всегда стояли осёдланные лошади. К счастью никто из крестьян не пострадал, если не считать нескольких человек, избитых наёмниками. Именно они были на ночь привязаны к телегам. На мой вопрос:

— За что?

Ответил огромный, похожий на медведя крестьянин:

— Сначала всё было хорошо. Мы больше десяти дней шли с караваном и по вечерам, останавливаясь на ночлег, беседовали с проповедниками о том, как хорошо живётся людям в их общине. Все мы из разных деревень и решили поискать лучшей доли, поверив проповедникам, которые уговорили нас уйти жить к ним в общину. Но сегодня, когда мы остановились на привал, несколько наёмников попытались затащить к себе в палатку мою дочь и жену гончара. Естественно мы этому помешали. Началась драка. К нам на помощь подошли несколько наших односельчан. Скорее всего, наёмники нас зарубили, но вмешался старший проповедник и прекратил драку. После этого нас привязали к телегам, а наёмники пригрозили, что убьют любого, кто хоть на шаг отойдёт от границы лагеря.

Пока мы с Инером слушали крестьянина, а солдаты перевязывали раненых, на опушке появились наши коники, которые должны были отрезать лагерь от реки. Им так же не удалось перехватить беглецов. Более того, на реке их ждали лодки, в которых были наёмники. Уже отплывая от берега, они обстреляли из луков своих преследователей. Нам оставалось лишь подвести неутешительные итоги нашей операции. Они были не слишком хорошие — крестьян мы спасли, но захватить кого-то обладающего информацией нам не удалось. Утешало то, что у нас не было погибших, а только раненые. Положив раненых на телеги, мы не торопясь, отправились в замок. Пока мы двигались к замку, я спросил у Инера:

— Что мы будем делать дальше?

Инер ответил:

— Опросим крестьян — может, удастся получить дополнительные сведения. Всё, что они нам сообщат, запишем и отправим моему отцу в столицу, а он доложит императору. — Помолчав пару минут, он добавил. — Боюсь, мы подкинули императору и имперскому совету очень серьёзную проблему.

— Я спрашивал о дальнейшей судьбе крестьян. — Уточнил я.

— Пока поживут в деревне — там хватает пустых домов. Если из столицы не будет никаких указаний об их дальнейшей судьбе, предложу им остаться на моих землях. Ну, а кто не захочет оставаться здесь, сами решат, что им делать дальше.

— Думаю, что жителям деревни стоит пообщаться с крестьянами, которых мы отбили у наёмников. Уверен, после этого все проповедники не пройдут дальше ворот деревни.

— Ты читаешь мои мысли. — Улыбнулся Инер. — Хотя я уверен, что их не только не пустят в деревню, а свяжут и привезут ко мне в замок.

Двигались мы очень медленно и приехали в замок уже под утро. Приведя себя в порядок, и наскоро перекусив, участники стычки отправились отдыхать. Проснулся я поздно. Солнце светило мне в окно и я понял, что наступил полдень. Повалявшись немного в кровати и окончательно проснувшись, я умылся и решил пойти на кухню — уж очень сильно хотелось есть. Но на первом этаже я столкнулся с Быхом.

— Уже проснулся. — Обрадовался он. — Я собирался идти тебя будить.

— Чего тебе не спится. — Попробовал отшутиться я.

— Ты как-то говорил, что нас ждут великие дела. — Рассмеялся Бых. — Поэтому спешил тебя обрадовать — готовься, великие дела уже происходят.

— Что ещё у нас случилось? — Охнул я.

— Ничего страшного. — Поспешил успокоить меня Бых. — Пока некоторые спали, другие работали. Инер сразу отправил голубиной почтой письмо отцу, а тот в свою очередь сразу доложил императору. Недавно пришёл ответ на письмо Инера.

— Что в письме? — Поторопил я замолчавшего Быха.

— Завтра к нам приедет чиновник Сыскного приказа. Он опросит всех спасённых крестьян, а Инер и ты заверите их показания. Похоже, что император поручил приказу серьёзно заняться этим случаем.

— Думаю, что рассчитывать на новые данные не стоит. Может чиновник сможет выяснить какие-то незначительные детали, но особо нам это не поможет. Все, кто обладал хоть какой-то информацией, смогли сбежать от нас этой ночью. Хотя мы теперь знаем, что они очень хорошо организованы. А это подразумевает хорошую организацию. И мне ясно, что с этим братством не всё так просто, как может показаться на первый взгляд.

— Ты почти слово в слово повторил утренние мысли Инера и мои. — Кивнул Бых. — Сейчас завтракаем, а потом будем думать, что нам делать дальше.

После завтрака, который прошёл в полной тишине, мы с Быхом вышли во двор и там у меня от удивления в буквальном смысле полезли глаза на лоб — во дворе стояло несколько длинных столов, за которыми сидели и писали спасённые нами крестьяне. Заметив моё удивление, Бых пояснил мне:

— Инер решил, что не стоит терять время, и попросил крестьян написать о том, как их уговорили войти в братство, из каких они провинций, что они видели и слышали, в общем всё. Чиновник Сыскного приказа прочитает, побеседует с крестьянами, а потом решит, что делать дальше. А теперь, хватит тебе прохлаждаться — бегом на тренировку.

Похоже, Бых решил, что надо нарастить темп тренировок и вечером я с трудом передвигал ноги. Помимо обычной разминки, пробежки и тренировочных поединков с Быхом, за меня взялись Краст и Грол. Краста я смог кое чем удивить, вспомнив некоторые приёмы самбо и рукопашного боя и уронив его пару раз на землю, заработал уважительные взгляды присутствующих и требование научить их этим приёмам. А вот Грол наставил мне синяков, тренируя меня до позднего вечера. Придя к себе в комнату, я буквально рухнул на кровать и сразу крепко заснул.

Утро началось как обычно — лёгкий завтрак, небольшая прогулка верхом под руководством Керрета, который обучал меня премудростям верховой езды и джигитовки и тренировка. Правда, сегодня на ней отсутствовал Грол — он с несколькими солдатами повёл караван крестьян в деревню, где для них уже подготовили несколько больших домов. Проведя несколько поединков с Быхом, я собирался позаниматься с Крастом, но прибежавший на площадку солдат сообщил, что Инер ждёт всех в зале замка. Зайдя в зал, мы увидели, что там кроме Инера находился невысокий, совершенно лысый мужчина преклонных лет. Но когда я встретился с ним взглядом, понял, что энергии и сил у него ещё хоть отбавляй. Инер представил его:

— Чиновник Сыскного приказа Лерс. Он будет вести расследование.

Мы представились и присели за стол напротив Инера и Лерса.

— Я прочитал опросные листы крестьян и сейчас мои помощники в деревне уточняют у них детали. — Сказал Лерс звучным, глубоким голосом. — Меня больше всего интересует проповедник и его приближённые, которые находятся в замке. Так же для меня очень важны ваши наблюдения и мысли по этому делу.

Не сговариваясь, Бых и Инер посмотрели на меня.

— Как я понимаю. — Неторопливо начал я. — Инер уже высказал Вам наши мысли и выводы.

Лерс подтвердил мои слова кивком головы:

— Могу только сказать, что они полностью совпадают с моими выводами.

— Так же думает Бых и все, кто принимал участие в этом деле. Так что особо добавить нам нечего. Может, я повторюсь, но все мы считаем, что подобные действия подразумевают очень большую, не стеснённую в деньгах организацию. К сожалению, лицам которым известно больше чем проповеднику и его помощникам удалось сбежать от нас. Так что мы знаем очень мало. От себя ещё могу добавить то что, по моему мнению, эта организация преследует далеко не добрые цели.

— С этими выводами я полностью согласен. — Ответил Лерс. — Я побеседую с проповедником — может, удастся уточнить мелкие детали, которые помогут хоть немного продвинуться в расследовании.

— Думаю, мне стоит присутствовать при Вашем разговоре с проповедником — так он будет охотнее отвечать на вопросы. — Предложил я Лерсу.

— Буду очень признателен. — Лерс кивнул и встал из-за стола. — Пойдём, поговорим с ним.

По дороге к подвалу замка Лерс обратился ко мне:

— Предлагаю перейти на «ты» — так нам будет проще общаться.

После моего согласия, он продолжил:

— Что бы между нами не было никаких недомолвок — я знаю, что ты попал к нам из другого мира. — Он улыбнулся и. — Мы очень старые друзья с Хеларом, точнее, мы выросли вместе. Если бы ты знал, как мы повеселились с ним в молодости — наши отцы даже думали, что мы на всю жизнь останемся дураками. Но мы всё-таки взялись за ум. Хелар даже уговорил меня вернуться на службу. Я согласился, но с одним условием. — Лерс выдержал театральную паузу и продолжил. — Когда закончится формирование пограничной стражи, я продолжу службу в ней. Не возражаешь?

— Буду очень рад! — От избытка эмоций я остановился как вкопанный. Оказывается, пока я тут прохлаждаюсь, формирование пограничной стражи идёт полным ходом и Хелар старается привлекать к службе старые, проверенные кадры.

— Лерс, а какую должность в Сыскном приказе ты занимал раньше? — Решил уточнить я, примерно догадываясь, что услышу в ответ.

— Какую, какую. — Хитро посмотрев мне в глаза, проворчал Лерс. — Начальника. Вечером поговорим обо всём подробно, а сейчас не будем терять время. Пошли.

Я рассчитывал на начальника Сыскного приказа какой-то провинции, а передо мной стоял начальник Сыскного приказа империи!! Сам не пойму как мне удалось удержать себя в руках от распиравшей меня радости и не пуститься в пляс прямо во дворе замка. Вот Хелар, вот старый хитрюга. Но подарок для пограничной стражи просто бесценный. Наверняка Лерс знает всё обо всех, не говоря о том, что как минимум половина служащих Сыскного приказа его ученики, а он сам — ходячая энциклопедия криминального мира империи, думал я, едва успевая за Лерсом, который спешил поговорить «по душам» с проповедником.

Мои догадки подтвердились, как только мы зашли в камеру к проповеднику. Вскочивший было с топчана проповедник, увидев Лерса, сразу съёжился и сделал попытку вжаться в стену камеры. Естественно его попытка не увенчалась успехом, а Лерс широко улыбнувшись, сказал:

— Кого я вижу. Грак собственной персоной. Что надоело скупать и продавать краденое, решил податься в проповедники? Вот об этом ты мне сейчас обстоятельно, с подробностями и расскажешь. Главное не торопись — времени у нас много. Если вдруг что-то забудешь, не волнуйся — мой друг освежит твою память.

Бросив на меня испуганный взгляд, Грак начал рассказывать. Всё оказалось просто — после очередной сделки купли — продажи краденного он едва не попался в сети Сыскного приказа и решил на время затаиться. Но скоро понял, что за него взялись в серьёз, и ему срочно пришлось бежать из столицы. По дороге в одном постоялом дворе он встретил старого знакомого, который предложил ему хорошую, «не пыльную» работу. Грак сразу согласился. После короткого обучения на маленьком хуторе в окрестностях столицы новоявленного проповедника отправили с караваном. Ему были обещаны самые разные блага и быстрое продвижение в иерархии секты, если он сможет своим красноречием уговорить присоединиться к каравану не менее ста семей. Но с «разговорным жанром» у него было не очень, и старший каравану дал ему последний шанс реабилитироваться, отправив его в деревню Инера и выделив в сопровождения двух молодых и не опытных наёмников, которых одели в простую крестьянскую одежду. Лерс спрашивал у него мелкие подробности, загонял его неожиданными вопросами в угол и вытягивал из него имена его криминальных партнёров. Названия населённых пунктов, равно как имена «тружеников криминала» мне абсолютно ничего не говорили, и я уже было заскучал, но в конце разговора Грак упомянул, что и тот, кто предложил ему стать проповедником, и старший каравана не раз говорили, что главный в этой секте очень большой человек и ему не надо ничего бояться — его вытащат даже из тюрьмы. При этих словах я напрягся как гончая, которая учуяла дичь. Лерс также не оставил эту информацию без внимания и попытался узнать как можно больше о том кто стоит во главе секты, но проповедник не смог ничего добавить к сказанному ранее. Поняв, что Грак больше ничего не знает, Лерс сказал ему:

— Тебе принесут бумагу и чернила и, ты напишешь всё, что только что рассказал. Напишешь всё очень подробно. Если что-то вспомнишь, не забудь написать и это. Чем больше вспомнишь — тем лучше для тебя.

Выйдя во двор замка, Лерс пару минут стоял и что-то обдумывал. Я стоял рядом и ждал, что бы спросить о том, что он собирается делать дальше. Но Лерс опередил меня:

— Думаю, что пока Грак должен посидеть в подвале замка. Нельзя его сейчас везти в город и сажать в тюрьму. — Он посмотрел на меня. — А ты как думаешь?

— Согласен. — Кивнул я. — Надо ещё как-то уговорить крестьян остаться в деревне, а самое главное, что бы они не болтали о том, что случилось с караваном.

— Ты думаешь, так же как и я. — Обрадовался Лерс. — Попробуем их уговорить остаться в деревне. Прямо сейчас поедем в деревню и поговорим с ними. Заодно посмотрю, что удалось узнать моим оболтусам. — Он покачал головой и добавил. — Ребята хорошие, но ещё не поняли, что в нашем деле надо сначала всё узнать, обдумать и только потом бежать и ловить преступников. Всё время торопятся, но ребята хорошие и толковые — со временем станут хорошими профессионалами.

В деревню кроме нас никто не поехал и очень скоро мы с Лерсом уже разговаривали с Сорком. Сорк первым делом дал обнюхать себя неугомонному Дику, а затем спросил:

— Какие новости?

Староста деревни очень обрадовался тому, что мы хотим уговорить крестьян остаться в деревне. Видя моё недоумение по поводу его радости, Сорк объяснил мне:

— Земли и пустых домов в деревне хватает, а вот людей мало. Сейчас соберём всех на площади и поговорим. Я очень надеюсь, что хотя бы половина семей останутся в нашей деревне.

Но у меня появилась мысль, которой я сразу поделился:

— Всех собирать на площади не надо — разговор предстоит очень серьёзный. Думаю надо собрать только глав семей, где ни будь в тихом месте, и спокойно и обстоятельно им всё объяснить. Наша главная задача как раз в том, что бы не половина, а все остались в деревне.

— Где можно спокойно и без лишних ушей поговорить с крестьянами? — Сразу поддержал меня Лерс.

— В трактире моего сына. — Не задумываясь, ответил Сорк.

В трактире, кроме сидящих у окна и что-то в полголоса обсуждавших двух молодых людей и Грола с десятком солдат никого больше не было. Увидев молодых людей, Лерс обрадовался и, подмигнув нам, напустил на себя грозный вид:

— Я работаю в поте лица, а вы в это время сидите в трактире, прохлаждаетесь.

Услышав голос Лерса, молодые люди вскочили из-за стола, и один из них уже открыл рот, что бы сказать что-то в своё оправдание. Но его опередил Лерс:

— Успокойтесь, я пошутил. А вот то, что вы не заметили, как мы вошли — очень плохо. — Он повернулся к Сорку. — Я сейчас быстро поговорю со своими подчинёнными, а вы пока соберите для беседы людей.

Сорк, шепнув пару слов сыну, ушёл за крестьянами, а я что бы не мешать Лерсу присел за стол к Гролу и попросил кружку пива. Кружка опустела менее чем на половину, когда совершенно бесшумно возле меня присел Лерс, который так же заказал пиво и, не дожидаясь от меня вопросов, сказал:

— Как мы и предполагали, ничего существенного. Есть пара постоялых дворов, которые надо на всякий случай проверить, а так больше ничего. — Сделав пару больших глотков, Лерс огорошил меня вопросом. — А ты что думаешь?

— Думаю, что надо поднять все старые связи Грака. Скорее всего, его старый знакомый который предложил ему стать проповедником, действует не один. Найдётся ещё несколько старых знакомых, а там, если повезёт, через них мы выйдем на того, кто обладает стоящей информацией.

— Я думаю так же. Но боюсь, что тот, кто стоит за всем этим уже знает, что караван перехвачен и, скорее всего, обрубит все концы и затаится. Все старые и новые связи Грака мы, конечно, проверим очень тщательно, но боюсь, что это мало нам поможет.

— Надо разослать по всем провинциям приказ задерживать всех проповедников и их караваны. — Присоединился к разговору Грол.

Лерс кивнул:

— Это уже сделано. Более того, приказано сразу изолировать проповедников, а всех кто будет интересоваться, что с ними случилось так же задерживать. Может, удастся задержать кого-то, кто знает больше Грака. — Лерс вздохнул. — Но я особо на это не надеюсь. Если они, как мы думаем, хорошо организованы, то никого задержать в ближайшее время нам не удастся — все затаятся.

— Будем надеяться, что тот, кто стоит во главе этой секты сейчас очень нервничает и соответственно наделает кучу ошибок. Вот на этих ошибках его и надо ловить. — Видя, что Лерс не совсем понял, что я хотел сказать, пояснил более подробно. — Кроме нас никто не знает, кто перехватил этот караван, где находятся крестьяне, а самое главное — где находится проповедник, что он знает, и с кем поделился этой информацией.

Лерс кивнул и задумался над моими словами. Мы с Гролом пили пиво и старались не шуметь, что бы не мешать Лерсу думать. Но минут через пять в трактир пришёл Сорк с крестьянами, и ему пришлось прервать свои размышления. Но пока крестьяне рассаживались в трактире, Лерс успел мне шепнуть:

— Ты прав — неизвестность очень давит на человека и заставляет торопиться и принимать необдуманные решения, а значит ошибки, неизбежны. Так что никуда они от нас не спрячутся — поймаем.

Оглядев притихших крестьян, Лерс сказал:

— Я представитель Сыскного приказа империи Лерс. Сыскной приказ империи приложит все свои силы, что бы найти и наказать тех, кто посягнул на поданных императора. Вам повезло, но, сколько людей уже увели в неизвестном направлении и какова их судьба, нам, к сожалению неизвестно. Очень прошу вас ни с кем не обсуждать и не рассказывать ни кому, что с вами случилось. Это вопрос вашей личной безопасности. Если вы что-то вспомните, очень прошу сразу сообщить в Сыскной приказ, очень может быть, что ваша дополнительная информация или любая мелочь очень поможете нам найти преступников. Я также не исключаю возможности, что те, кто стоит, за всеми этими караванами будет очень настойчиво интересоваться пропавшим караваном и особенно вами. Как вы понимаете — свидетели им не нужны, и более того — опасны. Так что от вашего благоразумия, зависит ваша жизнь.

Лерс вернулся за стол, тем самым, давая понять, что он сказал всё что хотел и больше ему нечего добавить. Крестьяне сразу начали в полголоса обсуждать то, что услышали от Лерса. Судя по некоторым репликам, которые я смог расслышать, к словам Лерса они отнеслись очень серьёзно. Но никто из них не знал, что им делать дальше. Пока я сидел и думал, а не добавить ли мне что-то к словам Лерса, инициативу в свои руки взял Сорк. Подойдя к крестьянам, он без предисловий «взял быка за рога»:

— Предлагаю всем остаться у нас в деревне. Здесь вы будете в полной безопасности от бандитов. Да вы и сами видели, как наш барон защищает людей. Так что оставайтесь у нас в деревне, дома и землю вам выделим.

Услышав эти слова, крестьяне заметно оживились и начали оживлённо обсуждать предложение Сорка. Но спустя пару минут, обсуждение прекратилось — дверь трактира с шумом открылась, и в зал вошёл высокий воин в сопровождении нескольких гвардейцев. Сорк увидев вошедшего, сразу поспешил ему на встречу. А я, присмотревшись к нему, сразу понял, что в трактир зашёл старший брат Инера. Поздоровавшись с Сорком, он сразу направился к нашему столу. Тепло поздоровавшись с Лерсом и Гролом, он повернулся ко мне и протянул руку:

— Берк.

— Олег. — Представился я, пожимая его руку.

— Наслышан. — Улыбнулся он. — Рад знакомству.

— Взаимно. — Так же широко улыбнулся я. — Бых надеялся, что ты приедешь намного раньше.

— Я тоже на это надеялся. Но задержали дела. Отец решил, что отныне управление баронством полностью ложиться на мои плечи. Я осведомлён о том, что здесь недавно произошло. Как я понимаю, в зале сейчас находятся спасённые крестьяне.

— Да. — Ответил на его вопрос Сорк и продолжил. — Я предложил всем остаться жить у нас в деревне.

— И что они решили? — Заинтересовался Берк.

— Пока ничего. Думают.

— Думают. — Задумчиво повторил слова Сорка Берк. Несколько минут Берк задумчивым взглядом рассматривал притихших крестьян. Затем, приняв решение, он встал и подошёл к ним.

— Я Берк, барон Лорг. — Представился он крестьянам. — Я подтверждаю предложение старосты деревни. Более того, с тех, кто решит остаться в деревне, в течение двух месяцев не будет взиматься арендная плата за землю. Кто решит остаться в деревне, подходите к старосте и он покажет свободные участки земли и места в деревне для домов.

После своего обращения Берк вернулся к нам за стол, а крестьяне, поняв, что мы их больше не задерживаем, негромко переговариваясь, направились к выходу. Пару минут Берк с задумчивым видом пил пиво, которое для него принёс Сорк. Затем тряхнул головой и обратился ко мне:

— Чуть не забыл. — С этими словами он достал два небольших кожаных мешочка, которые положил передо мной на стол. — Твоё жалование.

Берк продолжил пить пиво, а я обратился к Сорку:

— Не подскажешь, где поблизости можно купить хорошую одежду?

— Через два дня у нас в деревне будет большой торг. Сюда съедутся купцы и ремесленники. Найдёшь всё, что тебе нужно.

— Берк, какие ты привёз новости из столицы? Есть у меня эти два дня? — Поинтересовался я.

— Ещё как минимум дней десять. Раньше вам в столице делать нечего. — Берк допил пиво и повернулся к Гролу. — Солдат оставишь в деревне. В замок поедем с моим эскортом. Как и когда менять солдат, решишь сам. Но с этого дня в деревне постоянно должен находиться десяток. — Повернувшись к Сорку, Берг добавил. — На всякий случай. Так будет спокойней людям и мне.

Сорк кивнул. Берк резко поднялся из-за стола:

— Поехали в замок. Устал я, надо отдохнуть.

Увидев, что я не тороплюсь на выход, Берк вопросительно посмотрел на меня.

— Я остаюсь. Мне надо о многом поговорить с Лерсом, да и посмотрю, как живут люди в деревне. А там и купцы приедут. Так что останусь тут минимум на три дня.

Берк пожал плечами — вольному, воля и широким шагом направился к выходу. Грол поспешил за ним. Я повернулся к Сорку:

— Есть в трактире комнаты?

— Конечно, есть. Сейчас скажу сыну, он подготовит для тебя комнату.

— Вот и хорошо. — Я обратился к Лерсу. — Может, возьмём кувшинчик пива и посидим на свежем воздухе?

— Я видел под деревом возле трактира столик. — Поддержал меня Лерс.

— С караванами и проповедниками всё ясно. Теперь давай поговорим, зачем тебе в пограничной страже понадобились служащие Сыскного приказа. — Лерс сразу приступил к делу, как только мы присели на улице за стол.

Машинально почёсывая за ушами сидящего у моих ног Дика, я начал излагать Лерсу свои мысли:

— Нужна служба, которая будет отслеживать все странные и непонятные события на границе и около неё. Кто-то будет проявлять интерес к тому, как охраняется граница, где ходят патрули и сколько в них людей. Понятно, что законопослушному подданному это не интересно, а вот тем, кто замышляет на границе свои тёмные делишки эта информация нужна как воздух. Солдаты не смогут профессионально отслеживать этих людей, да и времени на это у них не будет. По этому я и просил, что бы к пограничной страже прикрепили нескольких служащих Сыскного приказа.

Лерс допил своё пиво и задумчиво сказал:

— В общих чертах я понял твои мысли. Несколько человек я подберу, а там будет видно.

— Я хотел спросить у тебя, да всё забывал, какие наказания для преступников в империи?

— Раньше всё решалось просто — за мелкие нарушения плети и под надзор Сыскного приказа, а вот за опасные преступления стирали память. Сейчас за мелкие нарушения поступают так же, а опасные преступники сидят в тюрьмах — память уже не сотрёшь. Ты представляешь. — Лерс от избытка эмоций даже начал размахивать руками. — Пришлось даже построить несколько довольно больших тюрем.

— И чем они занимаются в тюрьмах?

— Как чем — сидят.

— Ты хочешь сказать, что грабители и убийцы сидят и ничего не делают. — Удивился я.

— А, что они должны ещё делать? — Удивился Лерс.

— В империи нет работы? Везде хватает рабочих рук?

— Работы очень много и рабочих не хватает. — Не понял моих мыслей Лерс.

— Именно. Не хватает. Так, скажи мне — почему кто-то сидит, ест и пьёт за счёт империи и ничего не делает?

— Не ходи вокруг и около, а скажи, что ты думаешь по этому поводу. — Начал терять терпение Лерс.

— Всё просто — пусть приносят пользу империи на тяжёлых работах. Конечно под охраной. А самое главное — как поработали, так и поели.

— А, если кто-то откажется работать?

— Пусть сидит голодным. Или пусть его кормят родственники за свой счёт. Думаю, что император найдёт лучшее применение сэкономленным деньгам, чем содержание дармоедов за счёт империи.

— Жёстко. — Задумался Лерс. — Но, справедливо.

— Скажи об этом Хелару, пусть доложит императору. Решать, как поступить ему.

— Ладно. — Лерс посмотрел на небо. — Пора мне ложиться спать — завтра выезжаю с рассветом. А твои мысли, я сам доложу императору.

Я тоже решил, что мне лучше завтра встать пораньше и, позвав Дика, пошёл вместе с Лерсом на второй этаж трактира, где были наши комнаты.

Примерно в это же время где-то в столице.

В роскошной комнате царил беспорядок — несколько массивных стульев были перевёрнуты, на полу валялись клочки бумаги, а возле камина валялись осколки вазы. Посредине комнаты стояли два человека в неброской одежде серых тонов и, боясь вздохнуть, слушали, что кричал стоящий перед ними пожилой человек в роскошной, увешанной драгоценностями одежде:

— Почему меня окружают одни бестолочи? Никому ничего нельзя поручить! Кто напал на караван? Куда исчезли крестьяне? Что вам известно об этом? Что вообще происходит?!

Немного успокоившись, он замолчал и ждал ответа на заданные вопросы.

— Кто напал на караван, нам не известно. Пропавший проповедник не знает, куда именно шёл караван. Думаю, что нам пока нечего опасаться. Но на всякий случай я распорядился временно прекратить деятельность проповедников и отправку караванов. Мы усилили охрану основного лагеря и его окрестностей. По маршруту пропавшего каравана я отправил Герона с друзьями.

— Будем надеяться, что им удастся что-то узнать. — Он прошёлся по комнате. — Тем более что этому бретёру после его дуэли с сыном графа Скольда всё равно надо уехать из столицы. Граф в бешенстве — несмотря на все усилия лекарей, и травников, его сын умер сегодня ночью. В этом деле вы сработали прекрасно, и граф не может предъявить ни кому никаких обвинений, но лучше лишний раз не дразнить верного пса императора — мне доложили, что он дал указание досконально изучить обстоятельства дуэли сына и Герона. У графа остался младший сын, но он большой любитель женского пола и практически каждый день пьёт, так что, скорее всего он нам не помеха.

Пройдясь несколько раз по комнате, он спросил уже спокойным тоном:

— Сколько крестьян уже нами собрано?

— Около семи тысяч. — Ответил молчавший до этого человек.

— Мало, очень мало. Но пока придется переждать. Бросьте пока все силы на вербовку наёмников. Собирайте жуликов и прочие отбросы — скоро они нам пригодятся. Даю вам пятнадцать дней, что бы вы во всём разобрались и доложили мне результаты. Но самое главное — зачем к императору прибыли главы всех гномьих кланов, и что за отряд прибыл из княжества. Император закрылся с ними во дворце и отменил все аудиенции. Он отказал даже мне. — Сорвался он на крик. — Результаты мне нужны как можно быстрее!

Он махнул рукой в сторону двери, показывая присутствующим, что они могут идти. Оставшись в одиночестве, он начал перебирать оставшиеся лежать на столе бумаги.

Утром я проснулся довольно рано, но чувствовал себя прекрасно — меня буквально распирало от избытка сил, и я решил, что надо начать это прекрасное утро с пробежки. Спустившись вниз, я узнал, что Лерс уехал ещё на рассвете, быстро договорился с сыном Сорка насчёт лёгкого завтрака, и в сопровождении Дика, отправился к деревенским воротам. Пробежав несколько кругов вокруг деревни и решив, что на сегодня хватит, я направился в трактир на завтрак, попутно размышляя, чем мне заняться после приёма пищи. Ополоснувшись во дворе с помощью пришедшего в трактир Сорка, я с удовольствием позавтракал. После завтрака Сорк предложил мне пройтись по деревне, и я с удовольствием согласился. Идя в сопровождении Дика за старостой, я рассматривал добротные крестьянские дома, которые все были увиты виноградом, и думал о том, что крестьянам здесь, похоже, живётся хорошо. Первоначально Сорк хотел первым делом зайти к крестьянам из перехваченного каравана, что бы узнать, согласны ли они, остаться в деревне, или нет. Но, когда мы проходили мимо большого, двухэтажного дома он был вынужден задержаться, так как его окликнула древняя на вид, но весьма бойкая старушка. Пока староста в полголоса обсуждал со старушкой какие-то проблемы, я рассматривал гуляющих во дворе дома детей разного возраста и думал, что это что-то вроде деревенского детского сада, пока не встретился взглядом с глазами паренька лет десяти-двенадцати. Меня удивило то, что в его глазах не было ничего детского. Это были глаза взрослого человека, который прошёл через очень тяжёлые испытания. Я не представлял себе, что могли видеть глаза этого ребёнка. Оглядев двор внимательнее, я заметил ещё одну странность — никто из детей не бегал, не смеялся, не шалил. А возле крыльца дома стояло несколько лавок, на которых сидело около двадцати ребят лет пятнадцати — семнадцати и внимательно слушали, что им негромко рассказывал, прохаживаясь между ними, седой старик у которого не было левой руки. Погрузившись в свои мысли, я не заметил, что Сорк закончил говорить со старушкой и ждал меня, что бы идти дальше. Лишь, после того как он окликнул меня, я пошёл следом за ним, механически переставляя ноги, задумавшись над тем, через что пришлось пройти этому парню и остальным детям, если они вели себя как взрослые люди, на долю которых выпали серьёзные испытания. Некоторое время мы шли в молчании, даже Дик как-то притих и шёл рядом со мной не делая попыток привлечь к себе моё внимание. Сорк правильно понял, почему у меня испортилось настроение. Медленно идя рядом со мной, он начал рассказывать:

— Это дети-сироты. Во время войны многие остались без родителей. Большинство детей привезли из провинций, которые подверглись нападению в первые дни войны. Очень тяжёлое было тогда время и страшное. — Сорк глубоко вздохнул, тряхнул головой, словно отгоняя от себя тяжёлые мысли, и продолжил. — Тогда имперский совет обратился ко всем жителям империи с просьбой оказать помощь детям. Самых маленьких сразу разобрали по семьям, а вот те которые постарше, отказались идти в приёмные семьи и до сих пор они ждут своих родителей. Вот и у нас в селе живёт несколько десятков таких детей. Всем селом кормим, одеваем и воспитываем. Дети все в основном из сёл и помогают деревне, чем могут — не хотят жить нахлебниками, да и когда работают, неприятные воспоминания на время забываются.

Дальнейший путь к крестьянам мы с Сорком проделали в молчании. Спасённых крестьян разместили в большом добротном доме на окраине деревни. Здесь же разместились оставленные Берком солдаты. Едва мы с Сорком подошли к дому, как к нам направился уже знакомый мне крестьянин, который, как видно стал лидером среди спасённых нами крестьян.

Он не стал тянуть кота за хвост и после обмена приветствиями, сразу приступил к делу:

— Все люди решили остаться здесь. Я плотник, есть две семьи гончаров, а остальные землепашцы.

У меня сразу начало улучшаться настроение, а Сорк расцвёл улыбкой:

— Это очень хорошо. Я уверен, что никто не пожалеет о принятом решении. Народ в нашей деревне очень дружный, так что, если будут сложности, не стесняйтесь и обращайтесь — мы всегда поможем вам. Пустых домов у нас хватит на всех, земельные участки выберете сами, когда расселитесь по домам. Мастерам построим мастерские, а сейчас собирай глав семей — пойдём смотреть и выбирать дома.

Поняв, что сейчас Сорку не до меня, я «сделал ему ручкой», и неспешной походкой пошёл в трактир, раздумывая по дороге, чем занять себя до вечера. Вариантов было всего два — просто отдохнуть или тренировка. Но, придя в трактир, я выбрал третий вариант — прогулку верхом. Быстро оседлал Ветра и в сопровождении Дика, выехал из деревни. Не торопясь, проехался вдоль деревенских полей, которые были уже убраны. Затем выехал на имперский тракт, и очень скоро встретил небольшой караван, который состоял из пяти больших крытых повозок, которые были очень похожи на американские фургоны времён покорения Дикого Запада. Похоже, в деревню начинают съезжаться купцы на большой торг. Как рассказал мне Сорк, маленькие караваны купцов курсируют между городами и деревнями практически постоянно, а большой торг после сбора урожая, который в этих местах собирают дважды за год, собирает много купцов, которые привозят свои лучшие товары для продажи и попутно скупают у крестьян и ремесленников плоды их труда. Так, что через пару дней деревня окунётся в атмосферу больших торгов. Заодно купцы привозят вести со всех концов империи. Так что большой торг все ждут с нетерпением. Мне было очень интересно посмотреть на товары, которые привезут купцы, послушать, о чём они расскажут, но самая главная причина, по которой я решил остаться в деревне, была проста — мне было очень необходимо побыть одному. Но, примерно через час ход моих мыслей был нарушен — меня догнали несколько солдат и сообщили, что в деревне меня ждут Бых и Инер. Пришлось разворачивать коня и быстро возвращаться в деревню. Расседлав и напоив Ветра, я сразу отправился в трактир. Бых с Инером сидели за столиком и слушали Сорка. Как я понял, Сорк рассказывал Инеру о размещении новых жителей деревни. Решив не мешать их разговору, я подошёл к стойке и попросил кружечку так полюбившегося мне местного пива. Но долго наслаждаться пивом в одиночестве мне не дали. Буквально через пару минут после моего прихода Сорк закончил разговор и быстрым шагом направился на выход. Я только и успел сказать ему, что на дороге встретил караван купцов. Он радостно кивнул, и на ходу сказав мне, что дел с размещением крестьян ещё много, а времени осталось мало, умчался заниматься размещением новых жителей деревни. Присев за стол я спросил у Быха:

— Соскучился или решил приехать, что бы погонять меня?

— Нет. — Рассмеялся он. — Просто проведать. Тем более я знаю, что ты сегодня тренировался.

— Бых приехал со мной. — Подключился к нашему разговору Инер. — Мне надо было узнать, что решили крестьяне, а он составил мне компанию.

— Я останусь в деревне ещё на несколько дней. — Сообщил я им. И задумался на пару мгновений над тем как объяснить своё решение друзьям. Но они прекрасно всё поняли без слов и кивнули, соглашаясь с моим решением. Несколько минут мы наслаждались пивом в полной тишине. Первым молчание прервал Бых:

— С нами прибыло два десятка солдат, которые на время торга останутся в деревне. Всех ты знаешь — они из первой сотни. Тренироваться будут каждый день. Тебе будет, у кого поучиться. Единственная просьба — один далеко из деревни не уезжай.

Я уже открыл рот, что бы спросить, почему мне не желательно одному отъезжать далеко от деревни, но не успел. Инер махнул кому-то рукой, приглашая подойти к нашему столу. Проследив за его взглядом, я увидел направляющихся к нам двух стариков. Одного я уже видел сегодня в деревне — это был однорукий старик, который что-то рассказывал детям-сиротам. Подойдя к нам, они степенно поздоровались с нами, и присели за стол. Я внимательно присмотрелся к ним. Да-а, старички-боровички, подумал я, подавляя желание вскочить и вытянуться перед ними по стойке «смирно».

— Олег, познакомься. — Обратился ко мне Инер. — Корн — бывший командир Особого Егерского отряда.

Однорукий старик кивнул мне, с интересом поглядывая на меня из-под своих густых бровей.

— Вент — сотник лёгкой кавалерии. — Представил Инер второго старика.

Я представился, продолжая с интересом разглядывать обоих ветеранов.

— Мы с Быхом допиваем пиво и уезжаем в замок, а тебя оставляем в их надёжных руках — скучать тебе они не дадут.

— Расскажут тебе, если захочешь, много интересного и научат многому. — Поддержал Инера Бых.

— Конечно, хочу. — Перебил я Быха, не дав тому возможности подшутить надо мной или вставить язвительный комментарий в мой адрес.

Смеялись мы долго и со вкусом. А я поймал себя на мысли, что тяжёлые мысли, которые одолевали меня, после того как я увидел утром глаза паренька, наконец, покинули мою голову. Поговорив несколько минут на тему нынешнего урожая и предстоящего торга, Бых с Инером попрощались и отправились на выход. Я остался в компании ветеранов под прицелом их пристальных глаз и не знал с чего начать разговор. Пока я размышлял, трактир наполнился гулом голосов — приехал увиденный мной на дороге торговый караван и купцы торговались с сыном Сорка о цене на комнаты. Глядя на моё недовольное выражения лица, Вент предложил:

— Пошли, посидим на улице, а то эти торгаши будут торговаться до посинения.

Мы с Корном сразу согласились. Я только задержался на минуту — попросил служанку принести нам пару кувшинов пива на стол. После того как мы разлили пиво по кружкам, наступила тишина — я не знал с чего начать разговор, а ветераны ждали моих вопросов. Наконец Корн прервал затянувшееся молчание:

— На тебе какая-то новая форма.

— Пограничная стража. Она только создаётся. — Ответил я и сразу задал свой вопрос. — Особый Егерский отряд, какие задачи перед ним стояли? Где сейчас отряд находится?

— Сейчас отряда нет. — Тяжело вздохнул Корн. — Отряд создали для патрулирования больших лесных массивов на севере империи, в которых любили прятаться объявленные в розыск опасные преступники. К тому же там постоянно объявлялись банды, которые любили грабить купеческие караваны и совершали набеги на маленькие отдаленные деревни. — Он медленно сделал несколько глотков и тяжело вздохнув, продолжил. — Вторжение застало отряд на дороге к Мидлу. Практически перед нами открылся портал, и оттуда повалили войска. А мы не ожидали ничего подобного, тем более возвращаясь в город после тяжелого боя с очень крупной бандой. — Корн грохнул кулаком по столу и замолчал, глядя в небо.

Тишина за столом продолжалась довольно долго. Корн, продолжая смотреть куда-то вверх, пил мелкими глотками пиво и мы с Вентом последовали его примеру. Когда кувшины опустели, мы продолжали сидеть за столом в полной тишине. Но скоро наше уединение было нарушено самым бесцеремонным образом. Возле нашего стола стояли трое молодых людей, один из которых обратился к нам:

— Старичьё, освобождайте стол. Пиво у вас кончилось, и никто вам его не купит. Так что нечего здесь рассиживаться и занимать места. Благородным господам хочется посидеть на свежем воздухе. — И видя, что никто не торопится выполнять его указания, перешел на крик. — Я не привык повторять дважды. Советую поторопиться, если не хотите, что бы вас вышвырнули отсюда.

Я смотрел на заслуженных ветеранов, которые явно находились в шоке и начал закипать. Волна злобы прокатилась по моему телу. Резко встав, внимательно осмотрел с головы до ног их заводилу, попутно отметив наличие нескольких вычурных перстней на руках, и сделал встречное предложение:

— Я считаю до десяти. За это время вы должны исчезнуть и не попадаться мне на глаза ближайшие несколько дней. А самым лучшим решением будет, если вы сядете на своих коней и немедленно покинете деревню.

Покачиваясь с пятки на носок и разглядывая этих отморозков, начал неторопливый отсчёт. На счёте «восемь» заводила этих хамов пришёл в себя и разразился отборной бранью, весь смысл которой сводился к одному — он убьёт меня прямо здесь и сейчас. Разглядывая и слушая словоизлияния этих расфуфыренных и уверенных в себе, непонятно откуда взявшихся в деревне молодых придурков, я чувствовал, что у меня начинает «сносить крышу». Но в глубине души я был этому даже рад, накопившееся за это время нервное напряжение требовало выхода, а самый лучший способ сбросить его — это хорошая драка. И мне было плевать на то, что, скорее всего, в отличие от меня это хамло с детства обучался фехтованию. Но меня обучали люди (и не только), которые прошли через горнило страшной войны и выжили в ней. Именно этому они обучали меня — быстро и эффективно убить своего врага и я надеялся, что хорошо усвоил их науку. А, если убьют меня, то значит такая моя судьба, но спокойно сидеть и наблюдать, как оскорбляют людей, которые защищали страну, я не собирался.

— Да пошел ты на…….. Пасть свою на… закрой…………… и что бы я не слышал как твой……….. оскорблял заслуженных людей. — От волнения, незаметно для себя, я перешел на русский разговорный, так как моих познаний в имперском языке явно не хватало для передачи всех своих эмоций. И в конце своей речи добавил всё, что помнил из малого Петровского загиба. Судя по лицам окружающих, не смотря на то, что ругался я на неизвестном им языке, смысл моего эмоционального выступления поняли правильно все присутствующие. Главный хам был готов в буквальном смысле выпрыгнуть из штанов, а от его лица можно было спокойно прикурить кубинскую сигару. Но со своим замешательством он справился очень быстро:

— Дерёмся. Здесь и сейчас. Распорядителем дуэли будет граф Бревс. Моим секундантом — виконт Асвир. Определись со своим секундантом.

Согласно правилам этикета, которые мне буквально вбивал в мою несчастную голову Кел, данный оборот предполагал поединок между двумя вооруженными людьми, без оглядки на сословия. Но самое главное — драться можно только тем оружием, которое было при тебе, менять или брать оружие у секунданта запрещалось. Тем временем на звуки ссоры сбежались все находившиеся в это время в трактире люди и Сорк в сопровождении десятника латников Инера. Увидев подошедших людей, задира продолжил:

— Пусть староста деревни определит место для проведения поединка. Я виконт Герон и долго ждать, не намерен.

Сорк обвёл взглядом всех присутствующих:

— Кроме луга недалеко от ворот, другого подходящего места в деревне нет.

Неожиданно встал Корн:

— Я, верс[5] Корн буду секундантом Олега.

Десятник латников задал вопрос, который был простой формальностью, так как он прекрасно знал ответ, но спросить был обязан:

— Примирение возможно?

— Нет. — Ответил я.

— Нет. — Сказал Герон.

Латник боднул нас тяжелым взглядом:

— Это ваше право. Жду вас на лугу возле ворот деревни через десять рассов[6].

В сопровождении Корна и Вента я направился медленным шагом к деревенским воротам. Следом за нами шел Герон со своими спутниками. Выйдя за ворота, мы вышли на луг где, я присел на мягкую траву и стал ждать назначенного времени. Моему примеру последовали ветераны. Недалеко от нас устроился Герон со своими прихлебателями. Десятник в сопровождении двух латников вышел на центр небольшого луга в назначенное время и махнул нам рукой, подзывая к себе участников дуэли. Под его пристальным взглядом секунданты начали осмотр оружия Герона. К моему удивлению вместо меча у него оказался удлинённый тяжелый палаш с двусторонней заточкой. В бою один на один палаш был предпочтительней моего меча. При осмотре кинжала, Герон посматривал на меня с ехидной ухмылкой, значение которой я понял позже. Когда осматривали мой меч, гномья сталь привлекла внимание окружающих, но он этого не заметил, так как с ухмылкой начал осматривать собиравшихся на краю луга людей, которые пришли сюда, узнав о дуэли. Но когда я достал из-за голенища сапога свой кинжал, его ехидная улыбка пропала. Теперь мне стало всё понятно — он был уверен, что у меня нет кинжала, а тут такой облом. Нас развели в стороны и дали время для разминки мышц. Я снял с себя пояс с ножнами и кошельком, положив рядом с собой на траву меч и кинжал начал разминку. Делая упражнения, я старался унять появившуюся дрожь в руках. Странно, пока шел на луг и ждал десятника, нервы были в порядке, а тут на тебе — получи и распишись. На противоположной стороне луга похожие упражнения выполнял Герон, который перед этим снял перстни со своих пальцев и сложил их в кошелёк. Не ко времени я вспомнил о том, что согласно неписаным правилам победитель забирал пояс с оружием и кошельком у проигравшего. Но от тут на лугу появились Бых и Инера. Сразу стало понятно, почему десятник дал нам столько времени на подготовку — узнав о дуэли, он сразу послал гонца, который вернул их обратно в деревню.

Пока Инер с каменным лицом слушал доклад десятника, Бых подошел ко мне и спросил:

— Волнуешься?

— Слегка.

— Это нормально. Не увлекайся большими сериями ударов. — Кивнув Корну, Бых отошел к краю луга.

— Готовы? — Подобно голосу с небес неожиданно громко сказал Инер.

Инер с десятником стояли и смотрели на нас.

— Готов. — Ответил за меня Корн. Хлопнув меня по плечу, он отошел на несколько шагов назад.

— Готов. — Сказал Герон. Его секундант повторил действия Корна.

— Начинайте. — Скомандовал Инер, покидая центр луга.

Я сделал несколько шагов вперёд и принял свою любимую заднюю стойку[7].

Герон медленно приближался ко мне. Его явно удивило и насторожило, что у меня оказался непростой меч и то, как привычно я встал в боевую стойку. Я продолжал стоять на месте и ждал действий со стороны своего противника, так как решил строить свой бой от обороны. Герон приблизился на расстояние атаки и попытался нанести мне несколько быстрых уколов в лицо и шею. От этих атак я уклонился уходами назад и в сторону, пока не предпринимая активных действий. Герон остановился, выдержал паузу и попытался, обозначив очередной укол в лицо, резким переводом палаша вниз подрубить мою опорную ногу. К счастью, я не прозевал удар и успел убрать ногу из под удара, одновременно резко отмахнулся мечом, пытаясь ударить по диагонали снизу-вверх и поворачиваясь к нему боком. Герон отпрыгнул назад, отбил мой меч, но я, используя инерцию от столкновения клинков, изменил траекторию движения своего меча и описав им не большой полукруг, перевёл его вверх и нанёс горизонтальный рубящий удар, целясь ему в голову. Для него этот удар оказался неожиданным, но он успел среагировать на него. Герон присел, пропуская мой меч над своей головой, и из этого неудобного положения попытался нанести снизу-вверх удар, целясь мне в живот. Но именно этих действий я от него и ожидал. Быстро шагнув вперёд, я отвёл кинжалом его палаш в сторону, сделал ещё один шаг, одновременно с ним поднимая меч вверх, и теперь стоял практически у него за спиной. Он попытался быстро встать, развернуться и уйти в сторону, но я был быстрее и сильным диагональным ударом сверху вниз я поставил точку в нашей схватке.

Ударил я, как и планировал Герону по шее. Так и не успев твёрдо встать на ноги, он упал лицом в траву. Из почти полностью перерубленной шеи на траву широкой струёй ударила кровь. Вся схватка продолжалась не более двадцати-тридцати секунд, но мне показалось, что она длилась не менее получаса. Неожиданно у меня начали дрожать руки и что бы скрыть это, я резким движением кисти стряхнул с лезвия меча капли крови и вытер клинок куском ткани, которую подал мне подошедший ко мне Корн. Протирая лезвие меча, я мысленно поморщился — удар должен был начисто снести голову Герона, но этого не произошло. Похоже, я зря пренебрегал рубкой, и удар получился недостаточно сильным, что бы полностью перерубить ему шею. В это время подошедший к нам секундант Герона протянул мне его оружие и пояс. Всё это, обозначив поклон, принял Корн. Убитый мной Герон был, конечно, сволочью, но надо уважать мёртвых. Исполнив свои обязанности секунданта, виконт Асвир отошёл, что бы заняться телом Герона.

— Нечего нам тут стоять. Пошли в трактир. — Отвлёк меня от размышлений Корн.

Идя следом за ним, я механически переставлял ноги, пытаясь справиться с дрожью, которая постепенно овладевала всем моим телом. Напряжение схватки уже отпустило меня, но перед глазами стояло наполовину обезглавленное тело Герона. Зрелище само по себе очень не приятное, а, учитывая то, что это был первый человек убитый мной, тем более холодным оружием, моё состояние в данный момент было просто ужасным. Более-менее я пришёл в себя за трактирным столом, после того как выпил чарку, которую поставил передо мной Вент. Ага, все мои мысли, и душевные терзания моментально испарились, а из глаз брызнули слёзы.

— Что это было? — Просипел я, когда смог отдышаться.

— Очень полезная штука — тройная гномья настойка. — Просветил меня Корн.

В дальнейшем разговоре мне любезно сообщили, что данная настойка настаивается на пещерных грибах и каких-то высокогорных травах и просто незаменима, когда надо привести кого-то в чувство.

— Это у тебя первый? — Спросил Корн.

Я кивнул и схватился за кружку с пивом как за спасательный круг, когда увидел подходящих к нашему столу Инера и Быха. Если глаза Инера выражали спокойствие, то глаза Быха предрекали взбучку одному самоуверенному типу. Так как других кандидатур кроме меня рядом не было, то, мысленно застонав, я приготовился выслушивать всё то, что он сейчас мне выскажет, при этом, как всегда, не стесняя себя в выражениях своих мыслей. К моему удивлению первым разговор начал Инер.

— Я посоветовал друзьям Герона как можно скорее отвезти его тело на родину. — Неторопливо начал он. — Они со мной согласились. Так что я думаю, что они уже выезжают из деревни или вот-вот уедут. — Сделав пару глотков пива, он продолжил. — Честно говоря, ты меня очень удивил, когда зарезал его на лугу как барана. — Он хмыкнул и весело поглядывая на слегка успокоившегося Быха, закончил свою мысль. — Прими мои поздравления с первой победой. Я так же думаю, что несколько не последних в нашей империи семей тоже захотят поздравить тебя с победой, когда узнают, что именно ты убил Герона.

— Да что в нём такого особенного? — Взорвался я.

— Ну, как тебе сказать. — Ненадолго задумался Инер, мелкими глотками смакуя пиво и делая вид, что не заметил моей несдержанности. — С одной стороны обычный мот и повеса, а вот с другой стороны.. — Он сделал театральную паузу и поставил кружку на стол. — С другой стороны он прославился как заядлый и весьма удачливый задира и дуэлянт.

— Я заметил только то, что он хам и придурок. А удача дама довольно капризная по этому и это не про него. Но самое главное — я очень сильно сомневаюсь, что те, кого он вызывал на поединки, были солдатами. Для хвастовства перед дамами он хороший фехтовальщик, а против не очень сильного бойца каковым я являюсь он никто, и звать его никак.

— Как бы то ни было, он за довольно короткий промежуток времени провёл около десятка дуэлей, в которых убил всех своих противников. — Не согласился с моими словами Инер. — Хотя ты прав — он никогда не задирал военных.

— А теперь поговорим о тебе. — Подключился к разговору, молчавший до сих пор Бых. — Как ты понимаешь, кое-кому сегодня очень крупно повезло. — Не громко начал он, но на последних фразах я думал что оглохну. — Тебя чему учили? Ты бы видел себя со стороны — стыд и позор! — Буквально ревел он, яростно сверля меня своим взглядом.

Инер положил руку на плечо Быха, останавливая и успокаивая его, так как на нас стали обращать внимание присутствующие в трактире посетители. Бых схватил стоящую перед ним кружку и осушил её за пару глотков.

Я решил воспользоваться возникшей паузой:

— Конечно, всё прошло не очень гладко, и несколько не так как я рассчитывал, но, в общем, всё, что я планировал перед схваткой, у меня почти получилось.

Бых с удивлённым лицом проглотил слова, которые он собирался сказать мне и, покачивая головой, пробурчал:

— Но вот рубкой ты явно пренебрегал последнее время. Это необходимо исправить как можно скорее — такое эффектное завершение дуэли и так бездарно было испорчено. Так что большую часть тренировок — занимаешься рубкой[8].

Мне оставалось только кивнуть, признавая свои ошибки. На некоторое время за столом царила тишина, которую прервал Инер:

— Ты позволишь? — Протянул он руку к моим трофеям лежащим на краю стола, которые я так и не удосужился толком осмотреть.

— Конечно. — Ответил я, подвигаясь ближе к нему, что бы лучше рассмотреть, что мне досталось в качестве бонуса к победе в дуэли.

В первую очередь Инер осмотрел извлечённый из ножен палаш. Я мысленно поморщился — палаш был изготовлен не из чёрной гномьей стали, а обычной оружейной (правда довольно хорошего качества, но всё равно не то) и, на мой взгляд, был несколько тяжеловат. Так же его портила плохая защита для кисти и несколько драгоценных камней вставленных в рукоятку. В общем, оружие для пижонов, которые считали, что самое главное в оружии это его дорогое оформление, а не качество. Заметив мой скептический взгляд, которым я рассматривал палаш, Инер попросил меня высказать свои соображения, что я и сделал с большим удовольствием. Закончилась моя довольно долгая речь словами:

— Как только увижу Трола — сразу закажу ему палаш под свою руку и надеюсь, что снова смогу его удивить.

Инер улыбнулся и, вернув палаш в ножны, подвинул ко мне пояс с кошелем:

— Когда у тебя появиться дом, повесишь этот палаш на стену, как свой первый трофей. А Трол завтра должен приехать — привезёт мне мой заказ и заодно продаст изделия своих подмастерьев.

Беря в руки пояс, я улыбнулся и кивнул, соглашаясь с его словами, хотя моей первой мыслью относительно трофейного палаша была его продажа, но мысль Инера мне понравилась больше, особенно его слова о собственном доме. Значит, так тому и быть поставил я точку в своих размышлениях. Пояс меня особо не заинтересовал за исключением нескольких золотых блях, которые его украшали — судя по всему, покойник очень любил золото. Так как носить этот пояс я категорически не собирался, то сразу срезал с него все украшения — золото лишним не бывает, и приступил к осмотру содержимого кошеля, высыпав всё, что в нём было на стол. Кроме перстней Герона там оказалось полтора десятка золотых монет, пять серебряных и на закуску — золотой перстень-печатка, которого я не видел у него на пальцах во время нашего «общения». Взяв печатку в руки, я внимательно присмотрелся к ней. Хоть я и был полным дилетантом в золотых украшениях, но даже мне стало понятно, что она, во-первых, очень древняя, а во-вторых, была сделана Мастером. И что-то мне подсказывало, что к Герону она не имела никакого отношения, и сразу возникал вопрос — почему он не надевал эту печатку, а носил её в кошеле. В общем, я решил — продаю все золотые побрякушки, а печатку оставлю, позже разберусь, что это за вещь и как она попала к Герону. Увидев, что я отложил печатку отдельно, Инер кивнул мне:

— Печатку сохрани. — Увидев, что я собираюсь задать ему какой-то вопрос, добавил. — Её надо будет передать в столице одному человеку. Почему так надо поступить, расскажу позже.

Осмотр трофеев прервал появившийся возле нас Сорк:

— Тело Герона уже увезли. Его друзья умчались из деревни быстрее ветра. Прибыло три торговых каравана. Завтра утром должны ещё подойти, как минимум пять.

— Присаживайся. — Махнул рукой в сторону свободного стула Инер. — Нам с Быхом уже пора ехать в замок. Отдохнёшь, а то я посмотрю, ты совсем замотался. Заодно проследишь, что бы Олег не перебрал крепких напитков.

— Не волнуйся, не переберу. Ещё немного посижу и пойду спать — завтра будет тяжелый день.

— И чем ты думаешь завтра заняться? — Сразу заинтересовался Бых.

— Буду целый день ругаться и торговаться с Тролом. Ты думаешь, что это будет легко?

— Тогда у тебя действительно завтра тяжелый день. — Рассмеялся Бых.

— Кроме этого надо купить себе одежду, и есть ещё пара мыслей, так что скучать я не буду.

— Тогда до завтра. — Подвёл черту Инер. — Будем после обеда на открытии торга.

Попрощавшись со всеми, Инер с Быхом вышли из трактира. Тем временем трактир постепенно наполнялся посетителями, и стало очень шумно. Я решил пойти к себе и выспаться, но перед этим решил поинтересоваться у Сорка, есть ли в деревне хороший мастер-кожевник.

— Конечно, есть. Более того, я сейчас позову его.

Через минуту за нашим столом сидел невысокий молодой человек, которого Сорк представил как мастера Реза. Поздоровавшись с нами и сделав пару глотков пива, мастер приготовился выслушать мой заказ. А хотел я заказать у него «штурмовые» перчатки и рыцарский пояс с ремешками и карабинами, так как местное крепление меча к поясу на цепочках и крючках меня не устраивала своей сложностью. Ну и на закуску, ошейник и длинный поводок для Дика, который рос буквально не по дням, а по часам. Его не устраивало то, что он большую часть дня проводил в вольере, и я понимал, что сейчас он должен практически постоянно находиться рядом со мной.

Рез попросил бумагу и чернила, достал из кармана мерную верёвочку и снял мерку с моих ладоней. Всё это он проделал профессионально и быстро, с невозмутимым видом. Но когда я начал объяснять ему, что у перчаток должны быть обрезаны пальцы, а с тыльной стороны кисти надо нашить полосы и квадраты из толстой кожи с прокладкой из конского волоса, брови мастера полезли вверх. Но он всё так же невозмутимо измерил каждый мой палец и уточнил, сколько и где надо обрезать. Затем была измерена моя талия, и я начал рассказывать, что ширина пояса должна быть примерно в ладонь, с левой стороны надо будет пришить три ремешка разной длины, а с правой два. Длину и точное расположение ремешков будем подгонять позже, по месту. Затем я повернулся к Сорку:

— Есть и для тебя работа.

— Что надо сделать?

Я взял лист бумаги и нарисовал обычный карабин, при помощи которого очень легко прикрепить или снять с пояса оружие. Сорку понадобилось моё короткое пояснение о том, как пользоваться карабином и буквально пару минут, что бы обдумать информацию.

— Как всё просто и гениально. — Он обхватил голову руками. — Почему у нас никто не смог придумать что-то подобное?! — Он залпом допил своё пиво и начал крутить в руках лист бумаги, на котором я нарисовал карабин, покачивая при этом головой.

— Сделаешь, тебе всё понятно или надо объяснить подробнее?

— Я всё понял, ничего сложного тут нет, так что сделаю как надо. — Сорк сделал вид, что он обижен моим вопросом до глубины души, при этом улыбаясь, как объевшийся сметаны наглый котяра.

— Но это ещё не всё. — Охладил я его радость. — Мне надо, что бы ты выковал не большие металлические пластины, которые с маленькими промежутками будут набиты на пояс. — Взяв кружку с пивом и сделав несколько глотков, я добавил. — Если что-то не понятно, спрашивай сейчас.

— А что тут может быть не понятно? — Картинно удивился Сорк. — Раньше такие пояса носили все дворяне, а сейчас их носят только императорские гвардейцы.

— Я не могу носить такой пояс? — Забеспокоился я.

— Можешь. — Улыбнулся Сорк. — Но мне интересно, почему ты хочешь носить именно такой пояс.

Глядя на хитрую улыбку Сорка, я решил подшутить над ним:

— Я так хочу и всё тут! — С улыбкой начал я но, видя, что Сорк не понимает и не терпит шуток в подобных вопросах, быстро исправил свою ошибку. — Ты сам сказал, что сейчас такие пояса носят только императорские гвардейцы, а они настоящие профессионалы. Я молод и не обладаю их опытом, но за моей спиной стоит опыт и знания моих предков. Именно по этому мне нужен именно такой пояс.

Сорк рассмеялся:

— Хочешь — получишь. — И сразу перешел на деловой тон. — Пластины для пояса выкует мой сын.

Забрав листы с размерами и рисунками, Рез ушел, а я понял, что у меня начинают слипаться глаза и поэтому, пожелав всем спокойной ночи, пошел к себе спать.

Проснулся я с первыми лучами солнца. Немного полежал в постели и понял, что чувствую себя прекрасно, а самое главное не переживаю по поводу того, что вчера мне в первые в жизни пришлось убить человека. Приведя себя в порядок, я некоторое время стоял перед зеркалом и рассматривал своё отражение. Лицо загорело и обветрилось, черты лица немного заострились, длинные волосы свободно лежали на плечах. В общем и целом я был доволен своим теперешним внешним видом.

Спустился вниз и приступил к завтраку. Обеденный зал трактира заполнялся постояльцами. За соседним столом два купца прикидывали, сколько вина и пшеницы им надо закупить на торге. Через стол несколько купцов уговаривали сына Сорка сбросить цену на его вино. Даже предлагали ему расплатиться прямо сейчас, не дожидаясь, начала торга, но он не соглашался с ними. В общем, жизнь кипела и все ждали полдня, когда начнётся торг. Быстро поев, я сходил и проведал Дика, который как обычно всячески показывал, как он на меня обижен, так как уже второй день я не выводил его из вольера. Потрепал его за ушами, и сделал в памяти заметку попросить Реза, что бы в первую очередь он сделал мне поводок и ошейник для собаки, так как я не хотел рисковать и выводить его на слабом поводке, который подарил мне в своё время Вост. Оседлал Ветра и повел его к воротам деревни.

Выйдя из ворот, я пораженно замер — больше половины довольно большого луга были заставлены фургонами, а на краю тут и там стояло множество палаток. Теперь я собственными глазами увидел, что действительно сюда съезжалось множество купцов, и торг по праву называли большим. Поздоровавшись со мной на бегу, мимо меня промчался озабоченный предстоящим торгом Сорк. Решив, что мне здесь делать нечего, я вскочил в седло и направил Ветра в сторону реки. С каждым днём мне всё больше и больше нравились эти утренние прогулки верхом. Через пару часов я вернулся и, напоив коня, узнал, где мне найти Реза, направился к нему, что бы попросить его сделать мне как можно быстрее поводок и ошейник для Дика.

Дом Реза я нашел через несколько минут. Гулявшие во дворе две не большие собаки подняли лай, услышав который во двор из мастерской вышел мастер. Увидев меня, Рез обрадовался и, успокоив собак, провёл меня в мастерскую, где пахло свежевыделанными кожами. Выслушав мою просьбу он пообещал мне, что поводок с ошейником для Дика он занесёт мне в трактир завтра утром. Затем Рез взял со стола заготовку для моего пояса, приложил ко мне, проверил длину. Поинтересовался, устраивает ли меня ширина и качество кожи для пояса. Услышав от меня утвердительный ответ и благодарность за такую хорошую, а главное быструю работу, мастер смущённо улыбнулся. Затем Рез попросил меня придержать пояс и разметил места для крепления металлических блях на поясе, что бы они не доставляли неудобства при носке. Потом были намечены места крепления ремешков для оружия. Всё это было сделано очень быстро и профессионально. Поблагодарив мастера за работу и не слушая его возражений, я оставил ему несколько золотых в качестве аванса, хотя Рез настаивал, что оплату он примет только когда он принесёт мне готовые изделия.

Выйдя от мастера-кожевника, я направился в трактир, что бы там подумать над эскизом палаша, который собирался заказать у одного вредного и упрямого гнома. В трактире было пусто, только за стойкой скучал сын Сорка. Поинтересовавшись у него, где все посетители, я узнал, что все готовят свой товар к началу торга, чему он очень рад, так как он немного устал от шума и попыток купить его вино до торга оптом.

— Ведь знают прекрасно, что я ничего не продам до торгов, и всё равно каждый год одно и тоже. — Пожаловался он мне.

Сочувствующе покачав головой, я попросил у него несколько листов бумаги, чернила и кружечку пива. Присев за стол я начал размышлять и рисовать эскиз своего будущего оружия. Однозначно это будет «шотландский палаш» размышлял я. Только надо немного сузить лезвие и сделать его длинней на пять-шесть сантиметров. Здешние технологии ковки намного обогнали земные и сужение клинка для экономии веса никак не отразиться на его прочности, тем более что противник будет без доспехов, а мне даст лишний шанс, если придётся драться. Прорубить здешние доспехи таким оружием можно только с лошади, максимально используя вес тела и инерцию клинка. Как говорил Вост — быстрота и неожиданный удар позволяют выиграть даже у более сильного противника. Рукоять с головкой-противовесом и гарду (включающую в себя чашку и защитные дужки) оставим без изменений. Увлёкшись размышлениями и рисованием, я совсем забыл о пиве и не заметил подошедшего к моему столу гостя, который хлопнул меня по плечу и знакомый голос пророкотал мне прямо в ухо:

— Не думал тебя сегодня здесь встретить.

Я обернулся и увидел улыбающегося во весь рот Трола.

— Я тоже рад тебя видеть. — Улыбнулся я ему в ответ.

— Помнишь, я тебе говорил, что я найду тебя сам, но самая главная причина, по которой я здесь — это большой торг. Основной караван скоро уйдёт в замок Инера, а я заехал сюда, чтобы проведать Сорка и поговорить с ним. И тут увидел тебя, хотя, был уверен, что ты в замке.

— И что же ты привез на торг?

— Ничего особенного: мечи, кинжалы и несколько комплектов брони, которые сделаны по твоему эскизу. Основное — это заказ Инера мечи, броня и крепостные арбалеты для его замка.

— Крепостные арбалеты? Я хочу их посмотреть. — Вскочил я со стула.

— Попозже. — Охладил мой пыл Трол. — Сначала я посмотрю, что ты здесь рисовал. — С этими словами он сел за стол и взял мои эскизы.

Мне ничего не оставалось, как сесть рядом и ждать. Трол крутил и перебирал мои рисунки, качая при этом головой, и что-то бормотал себе под нос. Когда он отложил в сторону эскизы и посмотрел на меня, я успел выпить своё пиво.

— Ты хочешь для себя палаш, что бы не таскаться всё время с мечом? Это разумно. Хотя тот же Инер предпочитает везде ходить именно с ним.

Я пожал плечами:

— Если ему меч нравиться больше чем палаш или что-то другое, то кто может ему это запретить.

— Ты прав. — Хлопнул ладонью по столу Трол. — Судя по твоим рисункам должен получиться хороший палаш.

— Я надеюсь, что ты выкуешь этот палаш для меня.

— Я буду здесь несколько дней, так что сделаю. Вот только ты нарисовал странную заточку палаша. — Нахмурился он.

Я прекрасно помнил, что Трол был консерватором и очень упрямым гномом. Тяжело вздохнув, я приготовился до последнего отстаивать свою точку зрения по поводу полуторной заточки палаша, так как столетия опыта применения этого оружия на Земле доказали, что это самая оптимальная заточка, а в некоторых странах палаши затачивали вообще с одной стороны. К счастью спорить целый день с Тролом мне не пришлось, так как он, видя, что я буду отстаивать свою точку зрения до последнего, уже через полчаса махнул рукой и согласился выковать именно то, что я хотел.

— Тебя не переубедишь. — Констатировал он. — Через пару дней будет тебе твой палаш. — Видя моё недоумение по поводу такого короткого срока изготовления палаша, пояснил. — На твоё счастье у меня есть с собой несколько замечательных заготовок, так что работа не займёт много времени.

— А теперь пойдём, покажешь мне арбалеты. — Я встал со стула.

— Какие вы все люди нетерпеливые. — Проворчал Трол, направляясь к выходу.

Через пять минут я стоял возле одной из телег каравана Трола и рассматривал разобранный арбалет, который был практически полностью копией земного крепостного арбалета на поворотном станке. Так же на телеге лежало несколько дополнительных желобов, которые, по моему мнению, могли позволить арбалету стрелять несколькими стрелами одновременно. В процессе осмотра эту мою догадку подтвердил Трол, заметив при этом, что при стрельбе несколькими стрелами падает дальность выстрела.

— А ручные арбалеты у тебя есть? — Спросил я у Трола.

— Кому они нужны? — Удивился он. — Когда-то давно их делали, но пока воротом натянешь тетиву, тебя десять раз успеют убить. К тому же они очень тяжелые и таскать арбалет за спиной согласится не каждый.

— Придумать для натяжения тетивы более простой способ не пробовали? — Слегка удивился я.

— Пробовали, но ничего путного не получилось. — Ответил Трол, с интересом поглядывая на меня, как видно думал, что я прямо сейчас открою ему способ, с помощью которого можно быстро и легко натянуть тетиву арбалета.

Пару способов я действительно (правда не очень хорошо) помнил, но вот рассказать и показать «на пальцах» сейчас не мог. Опять придётся садиться за рисование, при этом надо будет очень хорошо покопаться в памяти, что бы не опозориться перед Тролом.

— Может через пару дней я смогу рассказать тебе способ, который ускорит процесс натяжения тетивы арбалета и облегчит его конструкцию. — Уклончиво сказал я Тролу.

На меня с удивлением уставились несколько гномов, которые сопровождали караван, а Трол пытался подобрать с земли свою упавшую челюсть. Когда ему это удалось, он почему-то шепотом спросил:

— А почему не сейчас?

— Сейчас не могу, надо кое-что вспомнить. — Вспомнив, какими словами Трол во время спора по поводу заточки палаша характеризовал мои умственные способности, мстительно добавил. — Вот сделаешь мой заказ, тогда и приходи, а раньше я ничего не смогу тебе рассказать и показать.

Наш разговор прервал стук копыт и через пару минут возле нас спрыгнули с лошадей Инер и Бых, которые приехали в деревню.

— Приветствую грозу столичных бретеров. — Шутливо поклонился мне Бых. — Трол, рад тебя видеть.

— Добрый день. — Поздоровался со всеми Инер, подходя к телеге, на которой лежал арбалет, который я только что рассматривал. — Как всегда качество работы изумительное. — Заметил он, внимательно осмотрев арбалет.

— Что здесь произошло? Что я умудрился пропустить? — Трол насел с расспросами на Быха, никак не отреагировав на похвалу Инера.

Бых в нескольких словах рассказал Тролу о вчерашней дуэли. Трол задумчиво покачивая головой, пробормотал себе под нос:

— Кто бы мог подумать?! Вот так раз, и отрубил голову! — Затем, неожиданно ухватив себя за свою короткую бороду, Трол с сожалением в голосе, добавил. — Ведь мог приехать вчера, даже думал так поступить, так нет — решил денёк отдохнуть от дороги.

Причитания Трола прервал Инер:

— Нет времени на разговоры, скоро открытие торга. Олег, подожди, мы с Быхом сейчас привяжем лошадей и подойдём.

Трол прервал свой монолог и начал отдавать распоряжения гномам, сопровождавшим караван. Через несколько минут почти весь караван под охраной приехавших с Инером всадников потянулся по дороге в сторону замка, следом за караваном неторопливо поехал Трол. Оставшуюся на дороге телегу несколько гномов повели в сторону луга, где очень скоро должен был начаться торг.

Подошедший через минуту Инер удивлённо посмотрел в спину Трола и спросил, конкретно ни к кому не обращаясь:

— Что стукнуло в голову Трола, если он вместо торга поехал в замок? Это на него совершенно не похоже!

— А я ему подкинул заказ и Трол хочет выполнить его как можно скорее. — Ответил я Инеру на его вопрос.

Инер и Бых удивлённо посмотрели на меня как, видно, ожидая более полного ответа, но я молчал, и мы неторопливо направились на луг. Над лугом стол гул голосов, пока приказчики и конюхи выкладывали свой товар, купцы и старшие караванов собравшись в группу, обсуждали свои дела и делились последними новостями о товарах и ценах. Инер сразу пошел к ним, а меня Бых потянул к телеге, которая была полностью нагружена какими-то бочонками. Рядом с телегой стоял Сорк, который выкладывал мечи и ножи на стоящую рядом с ним не большую лавку.

— Доброго дня. — Поздоровался с ним Бых. — Твои сыновья по-прежнему не любят торговать?

— Каждому своё. — Улыбнулся он. — Старший в кузнице, а младший ждёт в трактире каравана из столицы. У меня здесь вино, которое оставлено для торга и немного кузнечных изделий.

Я подошёл ближе и присмотрелся к выложенному железу. Парочка коротких мечей, несколько длинных и широких ножей (явно охотничьих), а вот три коротких нешироких ножа, которые лежали на самом краю лавки сразу заинтересовали меня. Взяв руки один из этих ножей, и по его балансу сразу понял — метательные. Щелкнув пальцем по клинку, с удовольствием услышал звон качественного металла, и повернулся к Сорку:

— Покупаю все.

— Зачем тебе три метательных ножа? — Удивлённо поинтересовался у меня Бых.

— Запас карман не тянет. — Ответил я ему поговоркой из покинутого мной мира.

— Хорошая поговорка, надо запомнить. — Рассмеялся Сорк.

Бых махнул рукой:

— Поступай, как хочешь.

— Сколько? — Спросил я у Сорка.

— Золотой. — Ответил он.

По изумлённому взгляду, который Бых бросил на Сорка, я понял, что он назвал нереально низкую цену за свой товар.

— Хорошо. — Улыбнулся я и положил на лавку три золотых.

— Э-э-э, я сказал золотой за….. — Начал было спорить со мной Сорк.

Но я не дал ему закончить мысль:

— Ты сказал — золотой. Цена меня устраивает, и я расплатился с тобой. — Покачал я головой, всем своим видом показывая, что не отступлю от своего решения. — Отложи ножи пока в сторону, заберу их, когда буду уходить с торга.

Сорк завернул ножи в кусок кожи и положил их куда-то в телегу. Неожиданно шум на лугу стих, и я услышал голос Инера. Поблагодарив купцов, которые приехали на торг, он пожелал им хороших продаж и объявил об открытии торгов.

Сорк хлопнул меня по плечу:

— Ты, кажется, хотел купить себе хорошую одежду?

— Да. Можешь мне помочь в этом нелёгком деле?

— Бых, если кто подойдет, скажи, что я сейчас буду. — Попросил Сорк.

— Конечно. — Громко рассмеялся Бых. — Всегда мечтал попробовать себя в роли купца, так что не удивляйся, если к твоему приходу я продам весь твой товар.

— Помни — бочонок вина стоит не меньше двенадцати золотых. Продашь дороже — половина того, что сверх цены, твоя. — Поддержал его шутку Сорк и повёл меня по проходу между телегами и фургонами.

Идя следом за Сорком, я внимательно осматривался по сторонам и не зря — на одной из телег я увидел прекрасно выделанное седло, уздечку и пару седельных сумок. Хотя сбруя для Ветра у меня была хорошая, я решил, что моему замечательному коню больше подойдёт именно это седло и уздечка. Купец, увидев, что меня привлёк его товар, сказал:

— Смотри, выбирай. Мой товар когда-то был знаменит далеко за пределами империи.

— Это правда. Но и товар имеет соответствующую цену. — Шепнул мне Сорк. — Доброго дня. — Обратился он к купцу. — Рад тебя снова видеть.

— Доброго. — Ответил он. — Я так же рад тебя видеть.

Я ещё раз внимательно осмотрел выложенный товар. Здесь было много сёдел и уздечек, которые были украшены даже золотыми бляхами, но мои глаза всё время возвращались именно к тому комплекту, из-за которого я и остановился возле фургона этого купца. Взял в руки седельные сумки, убедившись, что я не ошибся, и они сделаны, так что бы их можно было крепить к седлу или носить через плечо. Помял уздечку — мягкая, но в тоже время очень прочная, седло выше всяких похвал. Все осмотренные мной вещи были сделаны в одном стиле, и кажется, были подогнаны друг к другу, то есть надо покупать всё вместе — отдельно они совершенно не смотрелись.

— Отдельно ничего не продаётся. — Подтвердил мою догадку по поводу того, что это комплект, купец.

— Беру. Сколько?

— Сорок золотых. — Назвал свою цену купец. — Ты выбрал лучшее из того, что у меня есть, не погнавшись за внешним видом, за это я сделаю тебе скидку.

Однако подумал я, дорого ценит он свой товар, но это торг, а значит, будем торговаться. Через полчаса торговли мы, наконец, сошлись на цене в тридцать четыре золотых и что расплачусь я вечером в трактире, где заберу свою покупку, как оказалось, купец тоже снимал комнату в трактире у сына Сорка, хотя пришел сюда с караваном, остальные купцы предпочитали ночевать в палатках рядом со своими фургонами. За время нашей торговли Сорк успел пару раз наведаться к Быху, причём второй раз он вернулся с довольным, хотя и удивлённым лицом. Причину этого он пояснил, когда вёл меня к фургону с одеждой:

— Бых умудрился продать два бочонка вина по пятнадцать золотых. — Остановившись возле фургона, к которому он вёл меня, добавил. — Если бы я сам этого не видел, то ни за что не поверил бы, что Бых так умеет торговаться!

На импровизированном прилавке (откинутый борт фургона) стопками лежали штаны, рубахи, плащи короткие и длинные с капюшонами и без. Самых разных цветов и фасонов. С помощью Сорка я выбрал себе несколько пар штанов, пяток рубах и по его совету два длинных плаща с капюшонами. Поторговался немного с купцом и, заплатив за всё восемнадцать золотых, решил, что больше мне на торге мне делать нечего. Когда мы с Сорком вернулись к его телеге, возле неё стоял и приценивался к охотничьему ножу наёмник. Сорк отдал мне мои ножи и встал возле скамейки показывая, что он хозяин товара, а я в сопровождении Быха отправился в трактир.

В трактире мы увидели Инера, который лениво потягивал вино из высокого фужера и явно ждал нас. Бых сел рядом с ним и заказал для себя тоже вино, а я присаживаясь напротив них как всегда взял себе пива.

— Ну, как тебе торг, понравился? — Спросил он меня, кивая на большой сверток, в котором лежали мои покупки.

— Понравился. — Я взял в руки кружку, с удовольствием сделал большой глоток и добавил. — Только странно, все стоят, молчат, а говорить начинают только тогда, когда кто-то останавливается возле товара.

— А разве там, откуда ты не так? — Удивился Бых.

— Не так, у нас всё по-другому. Каждый продавец нахваливает свой товар и зазывает к себе покупателей, при этом, стараясь перекричать своих соседей.

— Бардак. — Коротко, но точно обозвал земные базары Инер.

Я кивнул, соглашаясь с его мнением, и добавил:

— А теперь представь, как раскалывается голова от их криков, когда ты пытаешься там что-то купить. — Посмотрев на их вытянувшиеся лица (представили, но до конца ещё не осознали), добавил. — Именно по этому я раньше очень не любил ходить на торг, но сегодня мне понравилось покупать, а особенно торговаться.

— Купил всё, что хотел? — Спросил у меня Инер.

— Кажется всё. Вроде ничего не забыл.

— Тогда поехали в замок. Инер уже себе места не находит, Трол привёз арбалеты и половину из них надо установить, а другую половину сложить в арсенал. — Встал со стула Бых.

— Езжайте без меня, я остаюсь. — Увидев удивлённые лица друзей, пояснил. — Хочу побыть здесь ещё несколько дней как минимум — дождусь, когда мне сделают мои заказы, хочу поговорить с Вентом и Корном. В общем, планов море.

— Хорошо. — Согласился Инер. — Оставайся, но не забывай хоть по утрам тренироваться — потерять навыки очень легко, не забывай об этом.

— Счастливо. — Попрощался я с друзьями. — Передайте от меня привет Тролу!

— Ты же с ним виделся сегодня. — Удивился Бых.

— Виделся. — Согласился я. — Но уже хочу его увидеть как можно быстрее, так что передайте ему — пусть не задерживается с работой.

— Передам. — Кивнул Бых и вышел вместе с Инером из трактира.

Посидев ещё с полчаса за столом (заодно и пообедав) я решил не откладывать «на потом» и сделать наброски арбалета «тур»[9] для Трола.

Вроде бы ничего сложного в этом устройстве нет, но в Земной истории понадобилось больше столетия, что бы изобрести этот способ натяжения тетивы арбалета. Чуть не забыл о прикладе, дорисовал. Сделав несколько набросков, я решил ещё нарисовать дублетёр[10]. Для крепостного арбалета очень даже хорошая схема.

Закончив с рисованием, я размышлял, где мне сейчас найти Вента или Корна, а лучше сразу обоих. Надо спросить у гостеприимного хозяина подумал я, но никого спрашивать и никуда идти мне не пришлось — оба ветерана стояли на пороге трактира. Судя по их усталым, но довольным лицам они также побывали на торге и купили всё, что хотели. Увидев меня, они сразу присели ко мне за стол. Утолив жажду, они заинтересовались моими рисунками, которые лежали передо мной. Внимательно изучив рисунки и выслушав мои пояснения, они надолго задумались.

— Нам бы такие арбалеты во время войны. — Первым нарушил затянувшееся молчание Вент.

— Это точно. — Поддержал его Корн.

— Нам вчера помешали закончить начатый разговор. — Поспешил я сменить тему разговора. — Вы начали рассказывать об Особом Егерском отряде. Мне очень хотелось бы всё-таки услышать ваш рассказ полностью.

Корн тяжело вздохнул и, глядя куда-то вверх начал рассказывать:

— Как я уже тебе рассказывал, вторжение застало отряд на дороге к Мидлу. Практически перед нами открылся портал, и оттуда повалили войска, которые шли в боевом порядке и соответственно сразу вступили в бой организованно. А мы не ожидали увидеть ничего подобного, тем более возвращаясь в город после тяжелого боя с очень крупной бандой и у нас было много раненных. В первые минуты боя отряд понёс очень тяжёлые потери, именно в этом бою я потерял руку. — В его глазах блеснули слёзы. — Лучше бы я остался там, где погибли почти все мои друзья. Когда я уже думал, что мы все зря погибнем на этой дороге, так как не сможем предупредить город об опасности, неожиданно к нам пришла помощь. — Он опустил глаза и замолчал, заново переживая этот бой.

— Кавалерией, которая пришла на помощь, командовал я. — Вент посмотрел на замолчавшего Корна и продолжил рассказ о бое на дороге в город. — Две сотни лёгкой кавалерии и три мага были отправлены проверить окрестности города, так как сработали следящие амулеты, которые зафиксировали открытие портала. Нам очень повезло, что с нами был Мастер-маг, специалист по порталам и два его лучших ученика. Мастер довольно быстро определил, где именно откроется портал, а также то, что его открывали, используя, неизвестный для него принцип построения координат и приложения Силы, по этому он был готов к неожиданностям. Увидев открытый портал и услышав шум боя, он и его ученики сразу начали действовать — они установили походный кристалл-накопитель и приложили все свои силы и знания для закрытия этого портала. Ценой своих жизней они смогли это сделать довольно быстро. Мы перестроились в боевой порядок и ударили в спину ошеломлённым взрывом портала врагам. Вот только в Особом Егерском в живых остались единицы.

— Когда мы прибыли в город и доложили о бое, нам сообщили, что подобные порталы были открыты возле всех крупных городов севера империи. К сожалению, не везде удалось закрыть порталы сразу и уничтожить захватчиков. Всё происходило очень быстро и главное — никто не ожидал такого масштабного вторжения. — Сжал кулаки Корн. — Кое- где чуть не началась паника.

— Мне рассказывали, что было полномасштабное вторжение, но я не думал, что было так много порталов возле городов. Ведь нападающей стороной было островное государство. Откуда появилась такая большая армия, что они не только решились напасть на огромную империю, но и раздробили свои силы, что бы одновременно с высадкой на побережье попытаться захватить крупные города? — Удивился я.

— Видишь ли, на севере империи было всего шесть крупных городов, которые находились довольно далеко друг от друга. Более того, север империи отличался от остальной территории тем, что на очень большую территорию приходилось очень мало жителей. Так что с военной точки зрения эта была правильная тактика — захватить крупные города для того, что бы лишить войска опорных пунктов и посеять панику в империи. — Корн перевёл дыхание и, сделав пару глотков пива, продолжил. — Теперь по поводу армии вторжения, в ней очень широко использовались как прирученные животные, которыми к тому же руководили маги, так и монстры которые были созданы при помощи магии. Кроме того, было очень большое количество зомби.

Я сидел и пытался мысленно представить, как происходило вторжение и что творилось в империи, но у меня ничего не получалось. Дав мне, немного времени, что бы осмыслить полученную информацию, Корн продолжил свой рассказ:

— В империи никто не мог даже представить себе, что кто-то решиться на нас напасть, тем более с применением такого количества магических монстров и подчинённых с помощью магии зверей. Но хуже всего были отряды врага, которые смогли уйти в леса, после того как основная масса прошедших через порталы войск была уничтожена. Уничтожена с очень большими потерями для имперских легионов. В некоторых подразделениях оставшихся солдат можно было пересчитать по пальцам. Основные войска империи, во главе которых стоял император отправились к побережью, что бы отразить основной удар. Оставшиеся немногочисленные войска пытались зачистить леса и одновременно с этим организовывали отправку женщин, детей и раненых в глубь империи. Очень большим ударом для империи стало известие о том, что пал Шатер.

— Шатер — это очень сильная крепость, которая прикрывала дорогу с побережья в глубь империи. — Пояснил мне Вент, помня о том, что я не местный и, следовательно, могу не знать, насколько важна эта крепость для империи. — Не далеко от этой крепости состоялась битва с основными силами вторжения. Что произошло после этой битвы, ты знаешь.

Конечно, знаю, подумал я, кивая головой — просветили. В результате буйства природы и исчезновения магии империя покинула почти половину своей территории. Но подумал я разговор надо переводить на другую тему — было видно, что ветераны с каждой минутой всё сильнее погружаются в воспоминания и заново переживают те тяжелые дни.

— Корн я видел тебя в детском приюте. Что ты им рассказывал?

— Мы с Вентом бываем там почти каждый день, а рассказывал я им о героях прошлого, о тех славных днях, когда имперские легионы вышли к океану. Только так их можно отвлечь от воспоминаний о родителях.

— Скучно нам сидеть дома. — Подключился к разговору Вент. — Ремеслами мы не владеем, в поле нам тяжело работать — раны о себе постоянно напоминают, а так при деле.

— Рассказы это хорошо — дети должны гордиться своей Родиной.

— Правда, первое время было не до рассказов — не было дня, что бы кто-то из старших ребят не пытался сбежать домой, что бы найти своих родителей. Если бы не Корн со своими знаниями и опытом, то многие из них погибли в лесах или попали в лапы бандитам.

— Это правда. — Мелькнула и сразу погасла улыбка в глазах Корна.

Было видно, что они очень любят детей и всеми силами стараются помочь им отвлечься от тяжелых мыслей.

— Пробовали занять их изучением ремёсел, но это у нас не получилось. — Тем временем Вент продолжал свой рассказ. — Очень мало подростков пошли в ученики к мастерам. Хотя наши мастера этими учениками очень довольны. Остальные всё время мечтают вернуться домой или хотя бы узнать о судьбе своих родителей и родственников. Очень тяжело отвлечь их от этих мыслей но, учитывая то, что им довелось пережить это не удивительно.

— Стоп. — Остановил я Вента. — У меня есть хорошая идея, как отвлечь подростков от глупых мыслей и поступков.

— Говори! — Хором воскликнули Корн и Вент.

— Направьте энергию и мысли подростков в правильном направлении, и всё будет замечательно. Тряхните стариной и представьте, что вы имеете дело с новобранцами, которые считают, что они самые умные и в одиночку могут свернуть горы.

— Они ведь дети, а не солдаты. — Прервал меня Корн.

— Я ещё не всё сказал. — Не дал я ему договорить. — Сначала дослушайте, а потом уже будете решать — прав я или не прав.

— Извини. Мы тебя слушаем.

— Утром — зарядка, затем разминка и силовые упражнения. В общем, гоняйте их как новобранцев, только с учётом того, что это подростки. — Я посмотрел на притихших ветеранов, которые обдумывали мои слова, и продолжил. — Этим ребятам довелось увидеть и пережить очень тяжелые дни. Они видели страдания, смерть и кровь. В общем, видели то, что не должны были видеть.

— Многие из них видели смерть своих родителей. — Вставил Вент.

— Они не говорят, но я уверен, что многие из них хотят вернуться и отомстить за смерть родителей.

— Ты прав. — Тяжело вздохнул Корн.

— Они скоро вырастут, и вы не сможете их держать здесь. — Вент и Корн кивали, соглашаясь с моими словами. — По этому я и предлагаю вам, пока есть время и возможность, научить их азам воинского искусства. А самое главное — научите их работать в команде и вложите в их голову простую мысль, что вместе они сила, а по одиночке они ничего не смогут сделать, кроме как глупо погибнуть.

— В твоих словах что-то есть. — Задумался Корн.

В это время кто-то тронул меня за плечо, обернувшись, я увидел купца, который принёс купленные мной сегодня утром седло, уздечку и седельные сумки. Рассчитавшись с купцом и поблагодарив его за доставку покупок «на дом», попрощался с Вентом и Корном и пошел к себе спать.

Не смотря на вечерние посиделки, я проснулся с первыми лучами солнца. Быстро умылся и отправился в сопровождении Дика на утреннюю пробежку. Выбежав из ворот деревни и поймав пару удивлённых взглядов от проснувшихся рано купцов, пробежал мимо луга, на котором стояли их фургоны с товаром и, бодрой трусцой направился в сторону леса — не хотел бегать как обычно вокруг деревни под взглядами людей, которые будут готовить свои товары к торгу. Бегал я довольно долго, так как пару дней не уделял физическим нагрузкам должного внимания. Когда я возвращался в деревню и проходил мимо луга меня окликнул Сорк и сообщил, что мастер Рез готов отдать мне часть моего заказа. И я направился к кожевнику, на ходу насвистывая себе под нос мелодию — настроение у меня было замечательное.

Мастер поднял моё настроение просто на недосягаемые высоты, когда с гордостью выложил передо мной перчатки и поводок с ошейником для Дика. Перчатки были настоящим произведением искусства — тонкая, но крепкая кожа для ладоней, на которой, что бы не потели руки, были проделаны отверстия для вентиляции. На тыльной стороне перчаток кожа была толстая и грубая, как раз то, что надо. Надел перчатки и с удовольствием полюбовался на них — казалось, что я в них родился. Поводок был сплетён из нескольких кожаных полос и крепился к широкому ошейнику с помощью карабина. Сам ошейник представлял собой широкую кожаную полосу, на которой в два ряда располагались не большие, но довольно острые шипы. Заметив мой удивлённый взгляд, когда я рассматривал эти шипы, мастер сообщил мне, что это принято в империи для собачьих ошейников. В общем работой мастера я был очень доволен. С удовольствием, выслушав его слова, что пояс тоже практически готов и можно уже вечером зайти его забрать, но лучше сделать это с оружием для того, что бы проверить длину и размещение ремней для него на поясе и если вдруг окажется, что надо что-то доделать, то это не займёт много времени.

Рассчитавшись и поблагодарив мастера Реза, я направился в трактир, что бы позавтракать. После лёгкого завтрака меня ждал ещё один сюрприз — в трактир буквально ворвался Трол. Поздоровавшись со мной, он развернул сверток, который был у него в руках и аккуратно положил передо мной палаш. Взглянув на него, я понял, что он явно работал без сна и отдыха о чём говорили его заострившиеся черты лица и измученные глаза. Достав из ножен палаш, я внимательно осмотрел его заточку, проверил балансировку, попутно отметив, что рукоятка легла в руку просто великолепно, и возвращать его в ножны мне абсолютно не хотелось. Зато очень хотелось бежать на тренировочную площадку и опробовать его в деле. Но, посмотрев на Трола который во время осмотра палаша потерял остатки своего терпения и требовательно смотрел на меня, решил, что мне не стоит испытывать его терпение. Вернув палаш в ножны, я поблагодарил его и направился в свою комнату, где лежали эскизы арбалетов, которые дожидались именно его, попутно подумав, что похоже мои тренировки на сегодня накрылись медным тазом.

Вернувшись с рисунками к столу, я обнаружил Трола уплетающим за обе щеки жаркое и, решив не мешать ему в столь важном деле, заказал себе кружечку пива. Но как только я сделал заказ пробегавшей мимо нашего стола подавальщице, он отодвинул жаркое в сторону и вцепился в мои рисунки обеими руками. После того как он внимательно рассмотрел мои рисунки и выслушал мои пояснения Трол начал спорить со мной по поводу некоторых конструктивных особенностей ручного арбалета. Сначала я довольно спокойно отвечал на его вопросы и давал пояснения, посмеиваясь и удивляясь про себя, что крепостной дублитёр не вызвал у него много вопросов и практически сразу был оценен как очень интересный и перспективный вид оружия. Более того — ненадолго задумавшись, Трол выдал предложение о постановке таких арбалетов на телеги и применения дултёра в полевых условиях. Я тоже не остался в стороне от подобной идеи и предложил ему обдумать возможность создания специального станка на колёсах для этого арбалета, что бы не терялось время, которое надо было тратить для его снятия с телеги. Но вот с «туром» это не получилось, наш разговор сразу перерос в яростный спор. Когда спор достиг высшей точки накала, хозяин трактира сообщил нам, что он, конечно, нас уважает, но ни он, ни посетители, которые пришли перекусить или выпить кружечку пива в трактире, не желают больше слушать наши крики, и предложил нам либо успокоиться, либо уйти в другое место и там продолжить наш спор. Трол смутился и начал бормотать извинения, а я начал прикидывать, где мы могли продолжить наш спор, так как решил переубедить этого упрямого гнома, чего бы мне это не стоило. Пока немного успокоившийся Трол в темпе доедал своё жаркое к нашему столу подсел Вент, которого мы, увлеченные спором, не заметили, и предложил продолжить разговор у него дома, где мы не будем никому мешать, а он в свою очередь с удовольствием ознакомиться с моими предложениями и поучаствует в споре. Предложение было принято с благодарностью, причём Трол доедая жаркое, пробурчал сквозь зубы что-то типа «вот старый вояка тебя быстро поставит на место, и ты поймешь, как ты был не прав». Но я улыбался и ни как не реагировал на его слова. Мне самому очень хотелось узнать мнение Вента по поводу предложенных мной усовершенствований арбалета.

Дом Вента стоял на соседней улице, и уже через пару минут он гостеприимно распахнул перед нами калику. Когда я зашел во двор меня ожидал очередной сюрприз — за столом во дворе восседал Корн и приветливо нам улыбался. Присев за столом я разложил свои рисунки и кратко рассказал ветеранам конструкцию арбалета «тур» особенно сделав упор, на приклад, особо подчеркнув, что с ним резко повышается точность стрельбы. Выслушав мои пояснения, ветераны внимательно изучали мои рисунки, а Трол опять обрушился на меня с критикой:

— Ты сам недавно соглашался, что надо максимально облегчить вес арбалета, а теперь ты настаиваешь на том, что без этого как его…. — Забыл не привычное для него слово Трол.

— Приклада. — Терпеливо напомнил я ему.

— Вот именно, приклада, нельзя обойтись. Но это лишний вес. Затем вот стальное стремя, на которое надо становиться ногой, что бы натянуть арбалет. Нет с принципом натяжки арбалета упираясь ногой в стремя и натягивая тетиву, при помощи крючка на поясе я согласен. — Поторопился уточнить Трол, поймав мой яростный взгляд. — Но для того, что бы пусть даже не на много уменьшить вес я предлагаю сделать его верёвочным.

Но вот тут меня прорвало. Я прервал Трола, мысленно успокаивая себя, что бы не сорваться на крик, а говорить пусть и достаточно громко, но спокойным тоном:

— А ты попробуй попасть ногой в висящую верёвочную петлю, особенно, если тебе надо как можно быстрее сделать следующий выстрел. Я уже не говорю о том, как верёвка будет стягивать ступню и, сделав несколько выстрелов, ты проклянёшь того, кто до этого додумался.

— Ну, это да, в этом ты прав. — Пошел на попятную Трол, заметив, что Вент и Корн полностью согласны со мной в этом вопросе. — Но вот твой приклад совершенно тут не нужен, а даже будет мешать.

— Мешать он не будет. Ты на время забудь о своём упрямстве и мысли о том, что ты всё знаешь лучше всех. Ведь стрелку не надо будет зажимать под мышкой кусок деревяшки, и целиться «на глаз», а вместо этого он прижмёт приклад к плечу и будет одна прямая линия, глаз стрелка — арбалет — цель. Ты просто мысленно представь себе, как ты будешь целиться из арбалета с прикладом и хорошо подумай над моими словами. Я предлагаю тебе уже проверенную конструкцию арбалета, а ты вместо того, что бы сказать мне спасибо и хотя бы сделать пару опытных образцов и испытать их, испытываешь моё терпение.

— Но ведь вес, вес-то какой будет! — Продолжал отстаивать свою точку зрения Трол.

— Пока не сделаешь опытные образцы, не узнаешь. — Отрезал я. — Хотя есть у меня ещё одна идея. Вент, принеси, пожалуйста, перо и чернила.

Получив то, что я просил, быстро нарисовал на чистом листе бумаги приклад отдельно от арбалета, который практически полностью повторял «скелетный» приклад СВД[11], только с двумя перемычками в нём.

Затем, немного подумав, нарисовал ещё каркасный приклад и отдельной проекцией его затыльник.

— Вот смотри внимательно. — Начал я подробно объяснять Тролу, который внимательно изучал новые рисунки. — Вот это деревянный приклад, где мы для уменьшения веса выбираем дерево в этих местах. — Для наглядности я заштриховал на рисунке эти места. — Для того, что бы сохранить прочность дерева, мы оставляем в центре приклада перемычку.

Вент и Корн так же придвинулись поближе и внимательно слушали мои пояснения, тем временем я указал Тролу на каркасный приклад:

— Вот это вариант стального приклада. Как ты видишь его сделать легко — надо выгнуть стальной прут и приклад практически готов. Вот только тебе надо подумать, как сделать затыльник этого приклада.

— Что сделать? — Не понял меня Трол.

— Сделать затыльник приклада. — Терпеливо повторил я, тыкая пальцем в проекцию затыльника. — Вот эта загогулина называется затыльник, я специально нарисовал его отдельно, что бы ты обратил на него внимание. Для него надо не прут, а широкая пластина для того, что бы стрелку было удобно, когда он будет упирать его в плечо и целиться.

Трол набрал в лёгкие побольше воздуха для продолжения спора, но Корн, хлопнув ладонью по столу привлёк наше внимание к себе:

— Очень интересная конструкция. Думаю, что Олег прав — надо сделать несколько опытных образцов и опробовать их. Только так станет ясно лучше эта конструкция или хуже наших арбалетов.

К моему удивлению Трол не стал с ним спорить, а задумался, уткнувшись носом в мои рисунки. Помолчав пару минут, он махнул рукой:

— Сделаем несколько образцов и испытаем их, а там будет видно. Но это будет не скоро — у меня куча заказов.

— А ты отложи их или пусть арбалеты делает кто-то из твоих учеников — работа не сложная, а ученики у тебя толковые. Ты будешь проверять, как они работают и, если надо исправлять их ошибки. — Подключился к разговору Вент. — Надо только подобрать правильные материалы для изготовления арбалета, что бы они были относительно лёгкие, но достаточно прочные.

— Но ведь это займёт очень много времени. Про деньги я вообще молчу. — Схватился за голову Трол.

— Подай заявку на проведение работ по новому арбалету в Имперскую канцелярию. Тебя не только помогут, но и выделят и деньги, и материалы. — Сказал Корн.

— Но ведь это идея Олега. — Удивился Трол.

— Я только подал идею, которую воплощать в оружии придётся тебе.

— Тогда я подам заявку от своего и твоего имени.

— Делай, как хочешь — тебе виднее как всё сделать правильно. — Махнул я рукой.

Трол собрал рисунки и встал из-за стола:

— Я сегодня отправляюсь домой и сразу займусь арбалетом.

Быстро попрощавшись со всеми, он выскочил за калитку. Собрался прощаться и я, но меня остановил Вент:

— Посиди ещё. Ты ведь ни куда не торопишься?

— Сегодня у нас памятная дата. — Уточнил Корн.

— Какая? — Поинтересовался я.

— В этот день, три года назад мы с Корном сражались у стен Мидла. — Сказал Вент, направляясь к дому.

Буквально через пару минут на столе красовалась бутылка гномьей настойки и небольшие стопки. В качестве закуски был копченый балык (сам коптил, по рецепту деда уточнил Вент), овощи и местные яблоки. Как оказалось в империи за погибших друзей пили молча и стоя, так же как и на Земле, но только тост был первый, а не третий как у нас. Через полчаса и нескольких рюмок завязался обычный мужской разговор, правда с уклоном в сторону особенностей холодного оружия и способами его применения в разных ситуациях. Под занавес наших недолгих посиделок Вент вынес из дома гирам (музыкальный инструмент — что-то среднее между гитарой и украинской бандурой) и хорошо поставленным голосом спел пару военных песен. После чего мы ещё приложились к гномьей настойке и просто сидели, наслаждались тихим вечером в молчании и слушали, как Вент перебирает струны, наигрывая разные мелодии. Гирам инструмент очень сложный в освоении, но когда на нём играл хороший исполнитель, звучание этого инструмента буквально завораживает слушателей. Солнце уже начало клониться к закату, и я решил, что пора идти отдыхать, завтра предстоял тяжелый день, да и следующие дни тоже — короткий отдых закончен и надо тренироваться с полной отдачей сил.

Утром, выбегая на пробежку, в деревенских воротах я столкнулся с Вентом и Корном, которые верхом на лошадях сопровождали строй молодых парней, которые трусцой бежали в сторону леса. Поздоровавшись на ходу, я обогнал строй и, набрав скорость, побежал в лес, где была отличная поляна для разминки. После разминки подбегая к деревне, я ненадолго остановился, что бы немного понаблюдать, как ветераны обучают упражнениям для разминки всех групп мышц молодежь на лугу, который сегодня рано утром покинули последние купеческие караваны. Затем был завтрак и визит к кожевнику Резу, который за несколько минут подогнал ремни, к которым на поясе крепились ножны палаша. Рассчитавшись с мастером за проделанную работу, я сделал ещё один заказ — ножны для метательных ножей, которые были куплены мной у Сорка. В качестве образца показал ему ножны от моего ножа, который я носил в сапоге. Завершив все свои хозяйственные дела, я направился к латникам, которые дежурили в деревне. Солдаты зря времени не теряли и оборудовали хорошую тренировочную площадку. Там я и провёл весь оставшийся день, тренируясь в рубке, и провёл несколько тренировочных поединков. Результаты меня порадовали — даже на фоне опытных ветеранов я выглядел достаточно неплохо. Вечером в трактир пришел Вент и предложил мне утром бегать вместе с молодежью, а затем приводить их на луг где он и Корн будут продолжать их тренировать. Я согласился и попросил Вента дать мне несколько уроков по основам боя верхом — это был очень серьёзный пробел в моих занятиях с оружием. Вент отнесся к моей просьбе с пониманием и пообещал провести со мной интенсивный курс «молодого всадника».

Следующие восемь дней пролетели как один миг — утром пробежка с молодежью, затем занятия с латниками и вечером до заката занятия с Вентом. Вент оказался хорошим педагогом — требовательным, но за эти дни дал мне очень хорошую подготовку вплоть до рубки лозы. Но самое главное он сразу нашел ещё один пробел в моих занятиях — я не умел быстро, а самое главное, правильно выхватывать оружие.

— Пока ты обнажаешь клинок, я как минимум дважды успею проткнуть тебя своим оружием. — Подгонял он меня на тренировках. — Зачем ты просто выставляешь меч перед собой?! — Восклицал он, когда я, сосредоточившись на том, что бы как можно быстрее выхватить клинок, забывал о ещё одном правиле — оружие сразу должно быть пущено в дело. — Сколько можно повторять одно и тоже — в момент извлечения оружия из ножен ты уже должен иметь четкое представление о том, что ты будешь делать в следующее мгновение — принимать оборонительную стойку и парировать удар или сразу атаковать!

На третий день интенсивность занятий резко возросла — к моему обучению подключился Корн. На первом занятии, на котором он начал меня учить метать ножи, я здорово его удивил своим умением в этом довольно не простом деле. Но разве кто-то не играл в детстве в «ножики»? У нас в детдоме на протяжении многих лет это была самая любимая игра. Нормальных ножей у нас естественно не было, и в ход шли заточенные полоски металла, электроды и прочее. А, научившись бросать и попадать в цель этими поделками, метание хорошего ножа уже не представляет проблемы. Армия закрепила и развила мои навыки, так что Корн был очень доволен моим умением. Но вот с правильным движением по лесу, что бы при этом ходить практически бесшумно, у меня были проблемы и Корн не жалел своего да и моего времени для обучения этому не простому делу. Точнее говоря, он лишил меня пары часов моего сна, и возвращались мы в деревню уже в темноте. Так что, когда я приходил в свою комнату в трактире, моих сил хватало только на то, что бы раздеться и привести себя в порядок, после чего я падал в кровать и моментально засыпал. Зато за это время я убедился в абсолютной правильности японской поговорки — «завтрак съешь сам, обед раздели с товарищем, а ужин отдай врагу». Очень мудрые люди эти японцы. Более того, я рассказал о самураях и их кодексе Бусидо Венту и Корну. Но вместо ожидаемых мной слов типа — надо же, какие замечательные воины у вас, вот нам бы таких, услышал рассказ о воинах — великолепных кавалеристах и славных моряках. Они имели такие же понятия о чести воина и не знали страха в сражениях. После чего услышал от них сожаления о том, что княжество Колрис, откуда родом эти воины, отрезано от империи и нет никаких сведений о том, что сейчас там происходит. При названии княжества я сразу вспомнил разговор в замке Инера о том, что из-за посольства этого княжества император пока не может нас принять. Я уже было открыл рот, что бы сообщить им это известие, но в последний момент передумал это говорить — если здесь не знают о посольстве, то значит, по каким-то причинам император держит это в тайне и, следовательно, мне лучше промолчать. Вместо этого меня заинтересовал вопрос — почему с этим княжеством потеряна связь. На мой вопрос ответил Вент:

— Всё дело в том, что со стороны империи княжество окружено не проходимыми горами и имеет вид горной долины с выходом к океану. Именно из-за такого расположения жители княжества стали великими мореплавателями — в древние времена только так они общались с другими государствами, пока маги не научились создавать порталы, которые позволяли перебрасывать большое количество грузов и людей.

— Хотя Колрис и называется княжеством, по площади занимаемой территории не многие государства смогут сравниться с ним. Большую часть их территории составляют огромные луга и по этому основная часть армии — кавалерия. — Добавил Корн.

Утром девятого дня, когда я завтракал в трактир вошли Бых и Инер. Увидев их, я сразу понял, что спокойная деревенская жизнь закончилась. Как говориться, предчувствия меня не обманули — завтра утром мы выезжали в столицу на встречу с императором, а сегодняшний день отводился на сбор багажа и прощания с друзьями. Предупредив меня, что бы я ждал их рано утром на лугу, друзья покинули трактир.

Оглядев обеденный зал трактира, который был обшит светлыми деревянными панелями, я подумал, что уже успел прикипеть к этому месту. В деревне у меня появились хорошие друзья и учителя. Когда я ходил по улицам, очень многие жители деревни здоровались со мной как со своим соседом, и это было очень приятно. Пробежки, а иногда и тренировки с детьми мне очень нравились, и сейчас я почувствовал сожаление о том, что сегодняшняя тренировка была последней. Тряхнув головой, я решил воспользоваться советом Быха и посвятить день для того, что бы попрощаться со всеми, кто в эти дни помогал мне. Мои сборы займут от силы несколько минут, так как все мои вещи помещались в пару сумок, так что этим я займусь перед сном. Позвав сына Сорка, я попросил принести пива и спросил где можно найти его отца. Не скрывая удивления по поводу моего заказа — он прекрасно знал, что я собирался на тренировочную площадку, а вечером меня ждали Вент и Корн, принёс мой заказ. Поиски Сорка он предложил мне начать с кузницы, а если его отца там не будет, то поискать его в доме для сирот — там по просьбе Корна собираются устанавливать не большую тренировочную площадку для тех детей, которые захотят тренироваться самостоятельно в свободное время. Но к счастью, ни куда идти и искать Сорка мне не пришлось — он зашел в трактир и сразу направился к столику, за которым я сидел с его сыном.

— Я уже знаю, что ты завтра уезжаешь, я разговаривал с Инером. — Еще не успев присесть за стол, сказал он. — Вент и Корн тоже знают, но они сейчас заняты. Предлагают устроить попозже прощальный обед.

— Хорошо. — Согласился я. — Сейчас пойду, пройдусь по деревне, а потом буду ждать вас здесь на обед.

Я встал из-за стола и сразу направился к мастеру Резу узнать, как обстоят дела с моим последним заказом.

Мастер сообщил мне, что к вечеру заказ будет готов, и он принесёт его в трактир. Рассчитавшись с мастером за работу, я поблагодарил его за прекрасную работу и направился к латникам. Попрощавшись с ними, я высказал им огромную благодарность за их помощь в моих тренировках и, выслушав их пожелания и напутствия, пошел к сиротам, так как был уверен, что Вент и Корн сейчас находятся там.

На площадке перед сиротским домом кипела работа, в которой принимало участие человек двадцать крестьян, среди которых выделялся плотник из разгромленного нами каравана. Руководили всем этим процессом Вент и Корн, а старшие из воспитанников помогали в работе взрослым. Увидев меня, ветераны сразу подошли ко мне.

— Видишь, что происходит? — Обратился ко мне Вент.

— Парни сразу же после начала тренировок начали просить нас построить тренировочную площадку — такую же, как и у латников. Вот теперь строим. — Подключился к разговору Корн. — Теперь осталось их вооружить и можно в бой.

— Выстругать тренировочные мечи потяжелей, такие же щиты и можно изучать основные стойки и удары, а так же действия в строю. — Сделал я вид, что не понял шутки Корна, так как заметил, что работающие недалеко от нас воспитанники прислушиваются к нашему разговору. — А вообще я пришел сказать, что завтра рано утром уезжаю. Так что жду вас в трактире на торжественный обед, который будет посвящен этому событию.

Услышав это известие, Вент и Корн синхронно кивнули головами и, сказав, что они придут обязательно, продолжили руководить работой плотников. Я ещё немного побродил по деревне и решил оставшееся до обеда время посвятить конной прогулке по окрестностям. Быстро оседлав Ветра и взяв с собой Дика, я выехал из ворот деревни и, отпустив поводья, дал возможность коню самому выбирать дорогу. Ветер неспешным шагом повез меня привычным маршрутом наших ежедневных прогулок. Полной грудью вдыхая лесной воздух и слушая пение лесных птиц, я любовался красивым не тронутым рукой человека лесом, думал о том, что меня ждет в столице — не привык я к встречам с титулованными особами, а самое главное, что именно мне хочет сказать император. Вдоволь накатавшись по лесу, я выехал на луг и пару минут постоял на том месте, где проходил мой первый в жизни поединок на мечах, и направился в деревню, так как время обеда уже давно наступило.

В трактире меня уже ждали Сорк, Вент и Корн. Я извинился за опоздание и присел за стол. Сорк быстро перекусил, пожелал мне счастливой дороги и умчался к себе в кузницу. Ветераны тоже не стали долго рассиживаться за столом и помимо обычных пожеланий в дорогу не забыли заострить моё внимание на постоянных тренировках в свободное время и ушли на стройку тренировочной площадки.

Я дождался мастера Реза и, получив свой заказ, пошел к себе в комнату собираться. Сборы не заняли много времени, и я уже собирался лечь спать, так как завтра надо было встать ещё затемно, но вспомнил о том, что не расплатился за комнату, так что пришлось снова идти вниз.

Восход солнца я встречал на лугу, сидя в седле. Рядом топтался Дик и пытался чесать лапой еще непривычный для него ошейник. Я поймал себя на мысли, что сегодня рассвет был не таким как обычно, но тут же улыбнулся про себя, еще бы ему быть, на мой взгляд, обычным — ожидание закончилось и мы двигаемся в столицу. Я проверил, как закреплены седельные сумки с вещами, подтянул перчатки и решил, что мне надо потихоньку ехать навстречу друзьям, дорога здесь одна, так что не разминемся. Еще раз, проверив свое снаряжение, тронул бока Ветра и шагом поехал к тракту.

Друзей и сопровождавших их полтора десятка всадников я встретил на развилке дороги. Обменявшись со всеми приветствиями, поехал рядом с Быхом. Небольшой, но грозный отряд постепенно наращивал скорость движения, и когда солнце поднялось над верхушками деревьев, мы уже отъехали довольно далеко от деревни. Первый день пути прошел быстро — говорили мало, ехали резво. Вдоль дороги тянулись бескрайние поля, изредка попадались небольшие рощи. В одной из таких рощ мы остановились на обед. Ночевали в имперском форту, который стоял на развилке трех дорог. Судя по казармам, в форте могло разместиться как минимум несколько тысяч солдат, но сейчас в нем было не более тысячи. На мой вопрос, почему так мало сейчас в форте солдат ответил Инер:

— В форте постоянно находится тысяча, которая патрулирует окрестности. Остальные казармы используются для размещения гонцов и отрядов, которые следуют по приказам императора.

Рано утром меня разбудил неугомонный Бых и погнал на пробежку вокруг форта, затем была разминка и тренировочный поединок. Для поединка Бых неожиданно для меня выбрал тренировочный двуручный меч, вместо своего любимого полуторника. Посмотрев на оружие, которое он выбрал для поединка, я поменял щит на короткий меч — принимать на щит удары тяжелого меча просто глупо, меня хватило бы максимум на два-три удара. По этому короткий меч был сейчас лучше щита, так как им можно отводить удары двуручника и, если представится случай, можно провести удар. Поединком Бых был очень доволен, также как и я. Не смотря на то, что поединок я проиграл, мною не было пропущено ни одного опасного удара, более того разница в пропущенных ударах была минимальна.

После завтрака мы выехали из форта и направились в сторону имперского города-крепости Ливена, от которого до столицы империи было меньше дня пути. Солнце приближалось к зениту, и я с нетерпением поглядывал на лес, который виднелся на горизонте и на опушке которого мы собирались остановиться для того, что бы перекусить и отдохнуть. Так как кроме желания поесть у меня было еще одно не менее важное — как можно скорее сбросить с себя доспехи и дать плечам короткий отдых. В который раз я прикидывал расстояние, которое отделяло нас от леса, и мысленно вздыхал — доспехи пока не были мне привычны, и носить их почти целый день, не снимая, было очень тяжело.

Я пришпорил коня, что бы быстрее добраться до опушки, как неожиданно из леса на дорогу вылетел хрипящий конь, на спине которого, обхватив обеими руками его шею, болтался раненый в спину стрелой всадник. Всхрапнув Ветер, отпрыгнул в сторону от дороги, и я еле удержался в седле после резкого скачка своего коня. Восстановив равновесие, я открыл рот, что бы в доступных мне выражениях высказать все, что я думаю о произошедшем. Но все мои слова застряли в горле, как только я разглядел форму, в которую был одет всадник — это был императорский гонец. Только я начал осмысливать ситуацию, как из леса на дорогу вылетел конный лучник. Выражение торжества на его лице изменилось на удивление, когда кроме раненого гонца на дороге он увидел меня. Развернувшись в мою сторону, он быстро наложил на тетиву стрелу и начал натягивать свой лук, но больше он ничего сделать не успел. Расстояние между нами было очень маленькое, и я находился немного в стороне от дороги. Кроме того, на осмысление ситуации и принятие решения он потратил несколько драгоценных секунд, которые, по сути, спасли мне жизнь. Пока он разворачивал коня и целился в меня, вбитые на тренировках рефлексы сработали быстро и четко. Прежде чем он спустил тетиву лука, я успел достать метательный нож и метнуть его в лучника. Короткий полет ножа закончился в его левой глазнице.

Не успел я облегченно вздохнуть, как из леса вылетел еще один всадник, но к счастью для меня у него не было лука. Увидев убитого мной лучника, а затем и меня, он сразу атаковал меня. Так как в отличие от лучника он был одет в добротный доспех и закрытый шлем, схватка предстояла нешуточная. Мне надо было продержаться от силы секунд десять — хоть я и оторвался от своих друзей, но как только они увидели раненого гонца, отряд сразу рванул ко мне галопом, на ходу перестраиваясь в атакующий клин. К счастью для меня, уроки Корна и Вента не прошли для меня даром, щит из-за спины был переброшен на левую руку, а меч извлечен из ножен, как только метательный нож отправился в полет. Прикрывшись щитом, я ждал первого удара своего противника, решив действовать от обороны. Но атаковать меня он не смог — Дик, который до этого бегал где-то в стороне атаковал его коня. Испуганный конь отпрянул в сторону, и всадник проскочил в нескольких метрах от меня, прямо навстречу несущемуся мне на помощь отряду. Он попытался развернуться и ускакать в лес, но разогнавшийся клин настиг его и несколько мечей пронзили не пожелавшего сдаться всадника.

Пока я успокаивал Дика, ко мне подъехал Бых и удивленно сказал:

— Нападение на императорского гонца!! Если бы кто-то еще сегодня утром мне об этом сказал, то я назвал бы его лгуном. Но сейчас я это вижу собственными глазами и не в пограничье, а рядом со столицей!

Тем временем кто-то из сопровождавших нас бойцов пытался оказать первую помощь гонцу, а Инер осматривал трупы нападавших.

К сожалению, гонцу помочь мы ничем не смогли — стрела вошла ему под левую лопатку. Его тело завернули в чей-то запасной плащ и положили под дерево. Бых отошел к Инеру и тоже начал осматривать трупы нападавших. Закончив осмотр, он обсудил с ним результаты осмотра и присел возле меня на траву. Несколько минут мы сидели молча, затем я уже собрался задать Быху пару вопросов, но он опередил меня:

— По виду нападавшие самые обычные наемники. Оружие самое обычное — ни гербов, ни девизов, сталь среднего качества, в общем, такое оружие можно купить недорого в любой оружейной лавке. Сейчас самый главный вопрос, кто смог решиться на такое преступление. Нападение на императорского гонца, одно из тяжких преступлений и, что бы решиться на него, нужны очень веские причины.

— Наверное, гонец вез очень важные бумаги. — Предположил я. — И кому-то очень надо узнать их содержание.

— Когда гонец везет важную почту, его всегда сопровождает сильный эскорт. А, судя по тому, что он ехал сам, ничего важного или секретного в его сумке не было. — Бых ненадолго задумался. — В общем, вопросов очень много. Но это сейчас для нас не самое главное, пусть расследованием этого случая занимаются те, кому положено. Обед и отдых отменяются, так как мы едем в город — надо как можно быстрее сообщить о случившемся городским властям.

Мне оставалось только согласиться с Быхом и мысленно пожалеть себя усталого и голодного. Пока мы с Быхом разговаривали, тело гонца, и трупы бандитов солдаты привязали к седлам их лошадей. Инер с несколькими латниками поскакал во весь опор в город, а наш отряд неторопливой рысью двинулся следом за ними.

В воротах города нас встретил хмурый офицер местного гарнизона, который забрал у нас тела и сообщил, что Инер ждет нас в местной гостинице, и предложил в сопровождающие одного из своих солдат, что бы мы не заблудились в сумерках на узких улочках города. Бых поблагодарил его, но от сопровождающего отказался, так как очень хорошо знал Ливен. Через несколько минут езды по улицам города мы уже располагались в гостинице. Все устали настолько, что быстрый ужин или поздний обед прошел быстро и в полном молчании. Когда я поднялся в свою комнату, оставшихся сил хватило только на то, что бы раздеться и рухнуть на кровать.

За завтраком Инер сказал, что комендант крепости решил ввести патрулирование окрестностей. Эта новость с одной стороны была встречена с пониманием, но вот с другой стороны все не могли понять, что происходит недалеко от столицы, если и здесь возникла необходимость в патрулировании дорог. Но долго размышлять об этом Инер никому не дал и уже через полчаса наш отряд выезжал из города.

Дорога петляла между возделанных полей, огибая небольшие рощи. О том, что мы подъезжаем к столице империи говорили часто попадающиеся по дороге всадники и крестьянские телеги. В одной из деревень мы остановились, что бы пообедать и дать небольшой отдых лошадям.

Через пару часов пути от деревни, где мы отдыхали, на горизонте, наконец, показалась крепостная стена столицы. Она поражала воображение своими размерами. От этих стен и башен веяло мощью и несокрушимостью. Я даже придержал коня, засмотревшись на это произведение искусства имперских строителей. Бых тоже придержал коня и понимающе хмыкнул:

— Стены новой столицы производят впечатление на всех, кто видит их впервые. — В его голосе звучала гордость. — Лучшие мастера всех рас, которые населяют сейчас империю трудились, не покладая рук даже ночью при свете факелов и сделали невозможное — возвели эти неприступные стены в самые кратчайшие сроки!

Мне оставалось только согласиться с его словами. Перед городом, на большой площадке кипел и бурлил огромный базар. Сотни торговых фургонов стояли рядом с деревянными торговыми рядами, и мне казалось, что сюда съехались все торговцы империи. Ехавший рядом со мной Бых пояснил:

— В городской черте торговля разрешена только местным мастерам, которые имеют свои лавки в нижнем городе. Все остальные торгуют за городскими стенами, а для крестьян из окрестных деревень специально построены торговые ряды, ведь им торговые фургоны в хозяйстве совершенно не нужны.

На въезде в город Инер поздоровался с офицером, который командовал охранявшими ворота стражниками и мы въехали в город. Я жадно рассматривал его мощенные, чистые улицы, дома, которые были все одноэтажные и спешащих по своим делам людей. Практически на каждом углу висели вывески самых разнообразных лавок, где стоящие у дверей подмастерья приятными, тихими голосами приглашали проходивших или проезжающих мимо горожан посетить их лавку. А впереди за домами виднелась вторая крепостная стена, которая разделяла столицу на верхний и нижний город. Впечатления от увиденного у меня были самые лучшие, а особенно мне понравились глаза встреченных нами по дороге людей, в них была радость, у некоторых озабоченность или задумчивость, но не было злобы, высокомерия или подлости.

Увлекшись своими наблюдениями, я не заметил, как мы подъехали ко второй крепостной стене. По высоте она была даже выше внешней стены. В воротах Инер не ограничился приветствиями с офицером, а предъявил ему какую-то бумагу, как я понял разрешение на въезд нашему отряду в верхний город.

Оказавшись на территории верхнего города, я увидел, что все дома здесь двух или трех этажные. Сначала мне показалось, что эти дома построены хаотично, без всякой системы — как говориться, кто во что горазд. Но, проехав несколько кварталов, на одном из перекрестков внимательно оглядевшись, я понял, что все дома представляют собой прекрасно продуманную и спланированную систему обороны на случай, если враг прорвется в верхний город. А плоские крыши трехэтажных домов, которые были огорожены красивыми каменными бордюрами, представляют собой прекрасные позиции для стрелков. А в нескольких кварталах впереди возвышался последний рубеж обороны столицы — неприступная цитадель, в которой располагалась императорская резиденция.

И вот, наконец, мы достигли своей цели — закрытые ворота цитадели открылись перед нашим отрядом и, ведя лошадей, мы вошли на территорию императорской резиденции. Инер попрощался с нами в воротах и уехал в город, а Бых повел нас мимо императорского дворца, который был окружен довольно большим парком, к казармам императорской гвардии. Как оказалось, у семьи Инера был дом в верхнем городе, и он предлагал остановиться у него. Но Бых и все остальные отказались, сославшись на то, что они хотят повидать всех своих друзей и надо собрать вещи, так как всем нам скоро придется отправляться к новому месту службы — в пограничье и когда они снова окажутся в столице, неизвестно никому. Правда, Бых при этом посоветовал Инеру не расслабляться, так как в гости мы обязательно к нему зайдем. Подумав, я так же решил поселиться в казарме потому, что не хотел расставаться с Быхом, так как в этом мире он был моим самым лучшим другом.

Как и везде в этом мире в казармах царил образцовый порядок. Наших лошадей сразу забрали конюхи. Дика, я сам отвел в выделенный для него на время нашего пребывания вольер. Когда мы шли в предназначенные для нас комнаты, Бых кивнул в сторону прекрасно оборудованной тренировочной площадки:

— Сегодня, так и быть, отдыхай. Но завтра, я подниму тебя с первыми лучами солнца на тренировку.

Придя к себе в комнату, я разобрал и разложил свои вещи. Затем долго приводил себя в порядок и, даже отказавшись от ужина, с огромным удовольствием рухнул на роскошную перину и моментально заснул.

Рано утром меня пришел будить Бых. К его удивлению, я уже одетый сидел возле окна, рассматривая императорский парк и, ждал его. После обязательных пробежки и разминки я занялся рубкой, которой я после дуэли стал уделять как можно больше времени во время тренировки, а Бых решил провести несколько тренировочных боев с молодыми гвардейцами. При этом он пообещал мне, что как только он закончит с поединками, сразу придет моя очередь сражаться с ними, а он посмотрит, насколько я хорошо усвоил его уроки. Но его жестоко обломал Инер, который подобно урагану ворвался на тренировочную площадку и огорошил меня сообщением, что мне надо срочно привести себя в порядок, так как со мной хочет пообщаться очень важная персона. Так как персона важная, то есть очень занятая, следовательно, у нас очень мало времени, и я должен очень торопиться с приведением себя в надлежащий вид.

Потратив несколько минут на приведение себя в порядок, я буквально мчался следом за Инером, который на ходу сообщил, что «это тут рядом, буквально за углом, а торопимся мы так, потому что персона буквально сгорает от желания пообщаться со мной». Я едва успевал за идущим впереди, а, откровенно говоря, бежавшим Инером, пытаясь на ходу сообразить, кто же со мной хочет поговорить и о чем. Хотя о чем поговорить и с кем, я примерно догадывался, так как когда я бежал в свою комнату Инер крикнул мне, что бы я взял с собой перстень, который был в кошельке убиенного мной Герона.

Идти оказалось действительно недалеко, и вот стоявший в роскошной ливрее слуга распахнул перед нами двери трехэтажного особняка. Краем глаза я отметил стоявших в воротах и у входа в особняк латников — гвардейцев, которые без сомнения были очень опытными солдатами и, следовательно, мы пришли не просто к очень важной персоне, а человеку, который занимает очень важную должность в империи. Пока я рассматривал большой холл этого особняка, Инер успел переговорить с появившимся дворецким, который, выслушав его, буквально испарился. Отсутствовал дворецкий не более одной минуты, и бесшумно появившись, сообщил, что меня ждут. Я удивленно посмотрел на Инера. Улыбнувшись уголками губ, он сообщил мне, что он оставляет меня здесь, а сам уходит по важным и срочным делам.

— Дорогу назад сам найдешь? — Подколол меня он. — Если нет, тебе дадут провожатого.

— Дорогу я найду. Но, что делать, если меня не пропустят на территорию императорской резиденции? — Я пожал плечами и сделал вид, что задумался над этим вопросом. — Ночевать под воротами или искать твой дом?

Инер хлопнул меня по плечу и рассмеялся:

— Шутишь — это хорошо! — И тут же оборвав смех, серьезно добавил. — Долго ты здесь не задержишься. Караул в воротах императорской резиденции знает тебя в лицо, но все равно ты должен будешь вызвать Быха — он подтвердит твою личность и проведет через ворота — ничего не поделаешь, порядок есть порядок.

Инер кивнул мне и пошел к выходу, а я направился следом за дворецким. Поднявшись на второй этаж особняка, он подошел к дверям, которые охраняли трое латников. Повернувшись ко мне, дворецкий попросил, что бы я сдал свое оружие латникам. Я отстегнул от пояса ножны с мечом и дагой, а старший охраны положил их на стол, который стоял у стены слева. Когда дворецкий уже было, собрался открыть двери, я попросил его подождать, так как еще не сдал все свое оружие. Под удивленным взглядом охраны я с невозмутимым видом снял с левой руки ножны с метательным ножом, а из сапога достал финку и положил их на стол. На удивленный взгляд старшего охраны я заметил, что «запас карман не тянет, а лишний нож в хозяйстве всегда пригодится». Его удивленный взгляд сменился на задумчивый, а затем, и на одобрительный — похоже, что мои мысли ему очень понравились.

Но вот дворецкий открыл двери, и я вошел в огромный кабинет. Первое, что я увидел, когда переступил порог — это книги. Они стояли в высоких книжных полках, которые занимали почти все стены. Затем я увидел огромный письменный стол, который занимал большую часть кабинета и был весь завален какими-то бумагами. Я даже не сразу заметил пожилого человека с волевым и властным лицом, который стоял возле маленького столика у окна и внимательно рассматривал меня. Быстро припомнив правила этикета, которые в меня буквально вколачивали, я отвесил ему учтивый поклон. Хозяин кабинета ответил мне кивком головы и, не разводя политесы, просто указал рукой на один из стульев с высокими спинками стоявших возле столика. Подождав пока я сяду на понравившийся мне стул, он сел напротив меня.

— Я канцлер империи граф Скольд. Как ты понимаешь я, прекрасно знаю кто ты и откуда. — Он замолчал и позвонил в маленький колокольчик, который стоял на окне. Не успел он поставить его на окно, как двери кабинета распахнулись и несколько слуг быстро сервировали стол напитками и тарелками с едой. Дождавшись, когда слуги так же быстро покинут кабинет и закроют двери, граф закончил свою мысль. — Я очень хотел с тобой поговорить в неофициальной обстановке. По этому забудь про этикет и называй меня на ты и просто — канцлер или граф.

Я внимательно посмотрел в его глаза, пытаясь в них найти ответ на единственный свой вопрос — почему он так хотел меня увидеть и поговорить со мной. Судя по его лицу и запавшим глазам у него забот полон рот и ему надо не говорить с каким-то попаданцем, а просто выспаться. Но он явно отказался от отдыха для разговора со мной и я не мог понять, зачем ему надо поговорить со мной, да еще и в неофициальной обстановке, наедине. Лишь когда я увидел в глубине его глаз боль, мне вспомнился Инер и его слова, что в столице надо отдать перстень из кошелька Герона, а так же его просьба взять его сегодня с собой. Я достал перстень из своего кошелька и молча положил его перед графом. Я примерно догадывался, что этот перстень принадлежал кому-то из близких графа, но вот кому именно и как он оказался у Герона я надеялся услышать от него самого, а не строить догадки.

Когда граф увидел перстень, мне показалось, что он как-то незаметно обмяк, а в его глазах мелькнули слезы. Но это длилось буквально мгновение и вот уже передо мной опять сидит канцлер империи, вот только в его глазах явно читалась горечь потери кого-то очень близкого. Он взял перстень в руки начал рассматривать его так, как будто он его увидел в первый раз. Через несколько минут, которые мне показались часами, он положил перстень перед собой и глухим голосом сказал:

— Этот перстень носило десять моих предков. Его пожаловал император первому графу Скольду на поле боя. С тех пор этот перстень передавался в нашем роду от отца старшему сыну. Я передал его сыну, когда он заявил, что идет служить в армию простым солдатом, так как отдает себе отчет, что любой сержант, который прослужил не один десяток лет опытнее его, даже если он закончит десять военных академий. По этому он принял решение начать службу с рядового солдата и пройти все ступеньки служебной лестницы. Именно так стал графом основатель нашего рода, а до этого он был простой сотник и имел титул верса.

Он опять замолчал, но уже через минуту вспомнил, что он хозяин дома и напротив него сидит гость. Он взял в руки один из кувшинов и налил в стоящий передо мной бокал…. Пиво! Я был очень сильно удивлен наличием на столе пива. Как же — благородные пьют только вино, и то не всякое, а тут граф сам наливает его гостю! На его лице, на мгновенье мелькнула улыбка:

— Я ведь все про тебя знаю. В том числе и то, что ты не пьешь вино, но очень любишь пиво. — Он поставил кувшин на стол и взял в руки другой. — А вот я люблю именно вино и только то вино, которое делают не далеко от замка твоего друга. Ты не стесняйся — ешь, пей все, что тебе нравится на этом столе.

Минут десять за столом царила тишина — я налегал на изумительное пиво и так понравившееся мне мясо к нему, а граф смаковал вино, явно получая наслаждение от каждого глотка. Когда он отставил в сторону свой бокал, я последовал его примеру и ждал продолжения разговора — в конце концов, он пригласил меня не для того, что бы угостить замечательным пивом. Как видно мои мысли были написаны на моем лице огромными буквами, а граф был опытным и умным политиком, так что ему не составило труда догадаться, о чем я думаю в данный момент.

— К сожалению, занятый делами империи я совершенно упустил из виду, что мой старший сын очень вспыльчив. — Продолжил граф Скольд свой рассказ. — Именно на этом и сыграл Герон. Он оскорбил моего сына, а тот сразу вызвал его на дуэль, которая состоялась немедленно. Сын был убит и перстень, с которым он не расставался, оказался у Герона. Мне следовало больше времени уделять воспитанию сыновей! — Грохнул кулаком по столу граф. Что бы успокоиться он налил себе еще вина и к моему удивлению выпил его практически залпом. Помолчав пару минут и, окончательно взяв себя в руки, он продолжил. — Я заставлял читать старшего сына книги о политике, управлению финансами, истории и совершенно упустил из виду, что владение оружием у него находилось на очень невысоком уровне. Я не верю в случайную ссору, но и предъявить Герону какое либо обвинение я не мог. И я очень благодарен тебе за то, что ты отомстил за смерть моего сына и вернул роду нашу семейную реликвию.

Я встал и поклонился:

— Я не знал, что Герон убил Вашего сына и, если бы не Инер, то и никогда не узнал, что за перстень достался мне в качестве трофея. Герон вызвал меня на дуэль, когда он оскорбил при мне двух заслуженных ветеранов, а я высказал ему все, что я о нем думаю.

— Я осведомлен об обстоятельствах дуэли и мне кажется, что сама Судьба свела Герона с тобой. Хотя я раньше не верил в Судьбу, но после того как мне сообщили о его смерти я начал в нее верить. — Граф встал. — Сейчас прошу меня извинить, но у меня много неотложных дел, по этому я вынужден закончить наш разговор. Но я хочу, что бы ты знал — ты всегда желанный гость в этом доме, а я твой должник. Если вдруг тебе понадобиться помощь, ты в любое время ее получишь.

Я поклонился и, попрощавшись с графом, покинул кабинет. Забрав у охраны свое оружие, я покинул особняк. Быстро дойдя до ворот императорской резиденции, я попросил старшего караула позвать Быха.

Бых пришел через пару минут и, глянув на меня, пробурчал:

— Тренироваться сегодня больше не будем.

Мне оставалось только согласиться — хоть я и выпил всего пару кружек пива, тренировка в данный момент была бесполезной тратой времени.

— Тогда зайдем в одно место и пойдем, погуляем — я покажу тебе город. — Махнул рукой Бых. — Но завтра ты отработаешь пропущенную тренировку.

«Одно место» оказалось не большим флигелем на заднем дворе императорского дворца, в котором располагалась мастерская по пошиву одежды.

— Тебе нужна приличная одежда для императорской аудиенции. — Пояснил мне Бых.

Хоть я и считал, что моя одежда более чем приличная, но решил промолчать. Как говориться — приехал в Рим, живи по Римским обычаям. Молчаливый портной быстро снял с меня мерки (в том числе и для новых сапог) и минут через пятнадцать мы уже подходили к моей комнате.

— Что ты хочешь увидеть в городе? — Спросил меня Бых.

— А какие есть предложения? — Ответил я вопросом на вопрос.

— Давай просто побродим по городу. Зайдем в лавки, потом где-нибудь пообедаем.

— Хорошо. — Согласился я. — Только подожди минутку — возьму кое-что у себя в комнате и пойдем гулять по столице. — Вспомнил я о золотых побрякушках Герона, которые собирался продать в столице.

Как только мы с Быхом вышли в город, я сразу попросил его показать мне ювелирную лавку, так как мои золотые трофеи занимали очень много места в кошеле, и я хотел продать их как можно быстрее. Бых кивнул мне и уверенно зашагал по городским улицам. Выйдя из верхнего города, мы пошли по улицам нижнего города.

— Знаю я одного хорошего мастера, он делает украшения на заказ и с удовольствием купит у тебя золото.

Пройдя несколько улиц, Бых постучал в не приметную, скромную дверь. Двери открыл парнишка лет двенадцати. Он явно знал моего друга, так как, поздоровавшись с нами, он, не задавая вопросов, предложил нам войти в дом. Пройдя не большой коридор, мы оказались в мастерской ювелира, в которой пахло кислотой, а за столом у окна сидел старик, который, постукивая молоточком по резцу, наносил узор на зажатый в тисках золотой браслет. Услышав, что в комнату кто-то вошел он оторвался от работы и поднял голову. Увидев Быха, он радостно воскликнул и встал из-за стола. Поздоровавшись со мной и обнявшись с Быхом, он пригласил нас в соседнюю комнату и разлив по чашкам местный чай, который был похож на земной только по цвету, но вот вкус и аромат был такой, что земные производители чая, не задумываясь, выложили бы любые деньги за семена местных чайных кустов (только благодаря этому чаю, я смог пережить то, что здесь не было кофе или чего-то подобного), спросил, чем он может нам помочь.

— Да вот у моего друга есть несколько золотых побрякушек, которые ему не нужны и он хочет их продать. — Пояснил ему Бых.

— Попьем чай, и я с удовольствием посмотрю, что вы хотите мне предложить.

Когда мы вернулись в мастерскую, мастер присел на свое рабочее место, а я выложил перед ним несколько перстней и золотые побрякушки, которые украшали пояс Герона. Мастер внимательно осматривал, взвешивал, капал на золото какой-то кислотой, рассматривал драгоценные камни на свет через лупу.

— Изделия делали не очень хорошие мастера, но как ни странно из довольно качественного золота. Камни в перстнях с плохой огранкой, за которую надо вырывать руки, но довольно крупные, а значить их можно раздробить и огранить заново. За все это я готов заплатить, если ты, конечно, согласишься с моей ценой, скажем двести пятьдесят золотых. — Мастер вопросительно посмотрел на меня.

— Я согласен. — Сразу согласился я, понимая, что Бых не зря привел меня именно к этому мастеру, правда, удивившись предложенной сумме — думал, что будет меньше.

— С вами приятно иметь дело. — Отсчитав деньги, сказал мастер. — Если вам понадобятся услуги ювелира, милости прошу ко мне в мастерскую — не пожалеете. Все будет сделано по самым низким расценкам и с очень высоким качеством.

Ссыпав деньги в кошель, я поблагодарил мастера и пообещал, что если мне понадобятся ювелирные изделия, то сразу обращусь к нему.

Покинув ювелирных дел мастера, мы с Быхом пару часов бродили по нижнему, а затем и по верхнему городу. Я с удовольствием полюбовался увиденными по дороге очень красивыми фонтанами, оригинально украшенными домами в верхнем городе. Рассматривал, как прогуливаются горожане, во что они одеты, но конечно особое внимание уделял молодым девушкам, которые стайками или в одиночестве прогуливались по городским улицам. Бых, который заметил мой интерес к прекрасному полу, шутливо подшучивал надо мной, что он обязательно сосватает мне девушку. Дескать, я уже в возрасте, состою на государевой службе и вообще завидный жених, а ему очень хочется погулять на свадьбе. Я отшучивался и предлагал ему самому жениться. В процессе нашей шутливой пикировки я узнал, что, даже не смотря на недостаток женихов (на одного парня приходилось примерно четыре-пять не замужних девушек, а что поделаешь — была война) для того, что бы жениться, жених должен иметь в обязательном порядке иметь профессию, то есть или состоять на государственной службе или в мастеровой гильдии или пахать землю. Одним словом бездельник не имел шансов для женитьбы, но что потрясло меня больше всего, так это то, что это было закреплено не только как обычай, но и в законодательном порядке.

Очень скоро я почувствовал, что нагулял аппетит и предложил Быху где нибудь перекусить. Мое предложение было встречено с энтузиазмом, и мы зашли в ближайшее заведение общепита. Сделав заказ у стойки, мы выбрали себе стол и я присев с удовольствием вытянул ноги — походили мы по городу очень даже много, но все равно толком его не осмотрели, как сказал Бых, а я был с ним полностью согласен, что бы осмотреть его надо потратить не меньше дней десяти, а то и больше. С удовольствием, заморив червячка великолепным мясом с овощами, мы решили, что пора идти отдыхать — уже наступил вечер, а Бых обещал меня поднять с первыми лучами солнца и провести тренировку с максимальной нагрузкой. Я в его словах не сомневался, так как знал его не первый день, значит, надо лечь спать пораньше.

Как Бых и обещал, я был поднят с постели на рассвете и отправлен на пробежку. В качестве наказания за вчерашний раслабон, Бых сказал, что я должен пробежать на десять кругов больше чем обычно. Спорить по этому поводу у меня не было желания и я, кивнув ему, побежал вокруг тренировочной площадки. К моему удивлению сегодня с утра я бегал не как вчера в гордом одиночестве, а в компании десятка императорских гвардейцев. Они задали довольно хороший темп бега и я, поддавшись азарту, его спокойно выдержал, чем смог их даже слегка удивить. Когда я поинтересовался у Быха почему они так удивились, он сообщил мне, что я бегал с императорскими вестовыми. Как пояснил мне Бых, основная задача вестовых состояла в том, что они должны были, бегая ножками по столице, найти нужного чиновника и передать ему срочную информацию. Когда пропала магия и, следовательно, по переговорному амулету вызвать нужного человека стало не возможно, кто-то умный предложил ввести эту должность. Очень скоро стало ясно, что по городу пешком передвигаться можно гораздо быстрее, чем верхом, на эту должность специально набирали самых быстроногих путем состязаний — должность была почетная и очень хорошо оплачиваемая. Пожалев про себя этих парней (носиться по городу как угорелый очень тяжело, а кроме этого надо знать все улицы и переулочки), я начал разминаться.

Бегуны закончили бегать и покинули площадку, я перешел к растяжке, а на тренировочной площадке начали появляться новые лица, которые здоровались с Быхом как старые и очень хорошие друзья. При этом они как-то подозрительно поглядывали в мою сторону. Я не придал этому значения, но как оказалось позже, зря. После того как Бых погонял меня в стойках и рубке я собирался присесть отдохнуть, а за одно внимательно посмотреть, как тренируются императорские гвардейцы. Но отдохнуть мне было не суждено — Бых вручил мне тяжелый тренировочный меч и щит, а на площадке для поединков уже стоял, улыбаясь во весь рот один из его знакомых гвардейцев. Мысленно перекрестившись, я встал напротив него. Площадку сразу окружили остальные гвардейцы, а Бых пробурчав что-то типа «не подведи меня», дал команду начинать поединок.

Бой начался с атаки гвардейца. Я осторожничал и пытался контратаковать, под конец поединка ушел в глухую оборону и как результат — проиграл. Проиграл хоть и не с разгромным счетом но, судя по лицам, от меня ожидали большего. Не успел я отдышаться и хоть как-то проанализировать бой, как напротив меня появился новый противник. В этот раз я больше контратаковал и не уходил в оборону, но опять проиграл бой. Судя по лицу Быха, меня ждало наказание в виде круглосуточных тренировок без сна и отдыха. Я уже подумал, что на этом бое поединки закончатся, но как оказалось, нет. На площадку выходил следующий противник. Я начал закипать — учитывая, что тренироваться я начал не так давно, ожидать от меня хороших результатов в поединках против элитных бойцов просто бессмысленно! Но, кажется, Бых так не считал. С трудом, подавив в себе злость (в бою она мешает и отвлекает) я плюнул на зрителей и свою самооценку. Как только прозвучала команда «бой», ринулся в атаку. Мой противник явно ожидал от меня другого, а именно опять боя на контратаках и первый удар был за мной. Воодушевленный успехом, я взорвался градом ударов, на ходу импровизируя и прерывая наработанные стандартные связки ударов, волчком кружился вокруг ошеломленного противника, атакуя его с самых неожиданных направлений. Мой противник оказался крепким орешком, быстро пришел в себя, и мне пришлось разрывать дистанцию, когда я слишком увлекся очередной атакой. Получив ощутимый удар по руке, я опять был вынужден разорвать дистанцию, но когда мой противник, думая, что я опять попытаюсь сменить направление атаки рванулся вперед получил уже от меня хороший удар в грудь — я не стал уходить в сторону, а, чуть сместившись и развернув корпус, нанес колющий удар в открывшуюся брешь в его защите. На какую-то секунду он замешкался от неожиданности, чем я сразу воспользовался для развития своей атаки. Когда прозвучала команда «стоп» мой противник отбросил в сторону щит и меч и бросился меня обнимать. Я стоял ошеломленный и пытался сообразить, что вообще происходит, так как почти все присутствовавшие на площадке принялись хлопать меня по плечам и спине и что-то кричали в ухо. Когда я пришел в себя и понял, что именно мне говорили, моему удивлению не было предела — бой был выигран. Когда все выразили свои чувства, ко мне подошел Бых:

— Ты все понял?

— Все. — Выдохнул я.

— Сегодня отдыхай. — Улыбнулся Бых. — Завтра продолжим.

— Завтра я в карауле, но послезавтра хочу еще с тобой потренироваться. Ты, надеюсь, не против совместной тренировки? — Поинтересовался мой недавний противник. — Меня зовут Эрил. — Протянул он мне руку.

— Олег. — Пожал я его руку. — Буду рад научиться у тебя чему-то новому.

Лежа в постели, я долго не мог заснуть. Казалось, что сегодня у меня не было выматывающей тренировки и тяжелых учебных поединков. Душа пела. Я понял самое главное — отработанные стойки и удары хорошо, но каждый мечник должен на основе этих приемов иметь свой рисунок боя и уметь неожиданно менять направление ударов и атаки. Вспоминая последний поединок, я мысленно представлял, как наработать это на рубке. Теперь я понял, что помимо базовых ударов надо обязательно тренировать и самые неожиданные удары. Сначала будет очень нелегко, но именно так можно достичь результата, что бы получить шанс победить в бою, а, следовательно — выжить. С этими мыслями я заснул.

Рано утром, я не дожидаясь Быха, уже был на тренировочной площадке. Когда он с грозным видом появился на ней, я уже закончил пробежку и начал разминочный комплекс. Когда Бых начал растяжку я уже стоял у деревянного столба и отрабатывал рубку, применяя неожиданные переходы из горизонтали в вертикаль, а так же обозначая рубящие удары, колол. С начала у меня ничего не получалось, но я быстро сообразил, что надо начинать с медленной скорости, а затем постепенно ее наращивая. Дело пошло намного лучше, но я был недоволен собой — некоторые удары получались очень слабыми или попадали совсем не туда, куда я целил.

— Ты очень сильно напрягаешь руку, а особенно кисть. — Услышал я чей-то голос.

Повернувшись на голос, я увидел Эрила, который стоял недалеко от меня. Подойдя ко мне, Эрил достал свой меч и несколько раз прокрутил его в руке, а затем показал пару связок, в которых меч резко и очень неожиданно менял траекторию.

— Покажи еще раз, но медленно, что бы я понял. — Попросил я его.

Эрил медленно прокрутил меч, затем показал несколько ударов, когда в основном работает кисть. Его движения выглядели очень расслабленными, но за этой видимостью расслабленности скрывалась мощная пружина. Я даже покачал восхищенно головой, когда он продемонстрировал мне несколько ударов — меч менял траекторию движения направляемый в основном расслабленной кистью, но в момент удара Эрил фиксировал кисть и получался хлесткий и жесткий удар.

— Спасибо. — Кивнул я Эрилу. — Кажется, я понял.

— Покажи. — Попросил он.

Я медленно сделал несколько круговых движений мечом, работая кистью, и обозначил пару ударов.

— В общем правильно. — Сказал Эрил. — С начала будет тяжело, но потом постепенно наращивай темп выполнения ударов и все будет в порядке. Упражнение не очень тяжелое.

Старайся уделять ему как можно больше времени, а что бы лучше получалось, держи. — Он протянул мне пару деревянных шариков из дерева.

Я сразу догадался, для чего они нужны:

— Спасибо.

— Да не за что. — Ответил мне Эрил. — Тренируй с их помощью кисть в свободное время, и очень скоро у тебя все будет хорошо получаться.

Эрил ушел с площадки, а я в медленном темпе продолжил рубку, уделяя при этом особое внимание работе кисти. Так у меня прошел этот день — я учился правильно работать кистью. Отвлекся я только дважды — в первый раз на легкий обед и короткий отдых, а второй раз, когда пришедший на площадку Бых сообщил, что меня ждет портной на примерку. Весь вечер я крутил шарики в руке. В начале я довольно часто ронял их, но постепенно у меня стало получаться все лучше и лучше.

Следующие два дня у меня прошли все так же — основной упор на работу кистью, а шарики в руке у меня были всегда, когда в руках не было меча.

Это утро ничем не отличалось от предыдущего — пробежка, разминка и рубка. Мне даже удалось выполнить несколько связок ударов в очень неплохом темпе. Когда я присел отдохнуть, неожиданно на площадке появился Хелар. После недолгих вопросов и ответов «как дела, все ли у тебя хорошо, как тебе наша столица», он предложил мне пройти в его апартаменты во дворце:

— Мне надо с тобой очень серьезно поговорить. — Пояснил он.

— Надо, значит надо.

Когда я с комфортом расположился в глубоком, удобном кресле, Хелар начал издалека:

— Я пригласил тебя для того, что бы спросить тебя, как тебе живется, а самое главное — нравится ли тебе жить в империи.

— Дела нормально. Живется тоже хорошо, не жалуюсь. — Удивленно посмотрел я на Хелара. Честно говоря, я был очень удивлен и ожидал совсем других вопросов. — У меня здесь уже появились хорошие друзья.

— Я знаю. — Кивнул Хелар. Он встал с кресла, в котором сидел и принялся расхаживать по комнате.

Я ждал продолжения разговора, но Хелар продолжал молчать и задумчиво ходить по комнате. Мне даже показалось, что он чем-то взволнован. Когда затянувшееся молчание меня начало очень сильно напрягать, я решил отвлечь Хелара от его размышлений:

— Как я понимаю, ты пригласил меня к себе не для того, что бы узнать как у меня дела?

— Ты прав. — Остановился Хелар напротив меня и внимательно посмотрел мне в глаза. — Я пригласил тебя не только для того, что бы узнать как у тебя дела и как тебе живется у нас. — Он замолчал на пару минут и, покачиваясь с пятки на носок, продолжал, не мигая, внимательно смотреть мне в глаза. Затем отвел взгляд и продолжил. — Я пригласил тебя для того, что бы просить тебя провести пару дней в моем особняке. — Видя мое недоумение, Хелар пояснил. — Приглашаю тебя не просто так — это очень важно как для меня, так и для тебя.

— Хорошо. — Согласился я, совершенно не понимая, о чем идет речь. Но, если Хелар говорит, что это очень важно, значит так надо.

— Иди, возьми, что тебе надо из вещей и через десять расс жду тебя у ворот. Мой особняк находится на соседней улице, так что пойдем пешком.

Брать с собой много вещей я не стал, ограничился только предметами первой необходимости. В назначенное время я стоял возле ворот. Хелар уже ждал меня в компании двух гвардейцев. Идти действительно было недалеко и уже через пару минут я рассматривал обстановку в комнатах, которые Хелар предоставил мне. Осмотрев комнаты и разложив вещи, я вышел в коридор. Возле дверей меня ждал слуга, который провел меня в кабинет Хелара.

Как только я вошел в его кабинет, Хелар указал мне на кресло. Я присел и вопросительно посмотрел на него. Хелар не стал томить меня и сразу перешел к делу:

— Я пригласил тебя к себе для того, что бы попросить тебя полностью довериться мне. — Видя, как у меня округлились глаза, а брови оказались от изумления и непонимания на лбу, он уточнил. — Тебе надо удобно устроиться в кресле, расслабиться и целиком и полностью довериться мне. Когда ты почувствуешь, что засыпаешь, не сопротивляйся, а расслабься.

Сначала у меня было ощущение, что я попал на прием, к какому-то доморощенному гипнотизеру и чуть было не рассмеялся. Но совсем не к месту я вспомнил некоторые моменты своей жизни на Земле, а самое главное — знакомство с Хеларом и желание посмеяться пропало моментально. Хелар совершенно не был похож на шутника, а тем более на гипнотизера-шарлатана.

— И много в империи таких людей как ты? — Задал я вопрос, который неожиданно возник в моей голове. — Как я понимаю, у тебя в первый раз не получилось прочитать мои мысли и понять, что от меня можно ждать.

Судя по тому, как сразу напрягся Хелар, мне надо было промолчать, но слово не воробей — вылетело и его уже не вернешь назад. Что бы разрядить обстановку я сразу успокоил Хелара:

— Если надо, то я в полном твоем распоряжении. Готов подвергнуться процедуре прямо сейчас.

Хелар расслабился и с удивлением посмотрел на меня. Молчал он очень долго, периодически прохаживаясь по комнате, как я понял, так ему легче думалось. Я не нарушал ход его мыслей, что бы не ляпнуть еще чего-нибудь. Наконец он спросил:

— Как ты догадался?

— Тоже мне задача со многими неизвестными. — Улыбнулся я. — Ничего сложного здесь нет. — Видя его недоумение, пояснил. — Поставь себя на мое место — очнулся неизвестно где, торжественный комитет по встрече — мечники в сопровождении лучников и лица их не пылали любовью ко мне красивому, когда они держали меня под прицелом и контролировали каждое мое движение. Затем пришел ты и начал ловить мой взгляд своим. Я на некоторое время потерял сознание, а когда очнулся, все стали намного дружелюбнее. Одели, обули, накормили, а самое главное — научили языку.

— Но ведь как-то надо было с тобой общаться. — Заметил Хелар.

— Ладно, язык. А тренировки Быха и Воста? Ведь они учили меня очень серьезно и не только они.

— Я понял при нашей первой встрече, что в твоих мыслях не было места для зла. Для меня и Быха этого было достаточно. Открою тебе маленькую тайну — именно я просил Воста, что бы он позанимался с тобой. — Хелар рассмеялся. — Ты думаешь, что аласт Воста случайно появился на площадке, когда там был ты? Когда Веда спокойно отнеслась к тебе, он сразу написал мне об этом и начал тебя тренировать. А твои советы и рекомендации по поводу границ? Для имперского совета это было настоящим откровением.

— Значит, сейчас меня ждет последняя проверка? — Уточнил я.

— Да. — Подтвердил Хелар.

— Тогда не будем с этим затягивать. Я готов!

— Похвально. — Покивал головой Хелар. — Расслабься, ни о чем не думай и смотри на меня. Только не мне в глаза. Полностью доверься мне. Представь, что ты плывешь на корабле. Тебя слегка покачивает. Ты смотришь в даль, у тебя перед глазами синее море…

Когда я пришел в себя, солнце за окном уже клонилось к закату. Передо мной стоял Хелар и смотрел мне в глаза.

— Как ты себя чувствуешь? — Спросил он с нескрываемым волнением.

— Вроде нормально. — Ответил я. — Вот только голова болит. — Пожаловался я ему.

— Так и должно быть. — Ответил он и протянул мне стакан. — Вот выпей. Это поможет тебе.

Напиток был очень горький, но если Хелар сказал, что его надо выпить, то значит надо пить. Задержав дыхание, я за несколько глотков осушил стакан. В горле сразу защипало.

— Сейчас тебя проводят в твою комнату. Сразу ложись спать. — Сказал Хелар, помогая встать мне с кресла.

Тот же слуга, который привел меня в кабинет Хелара, помог мне дойти к дверям моей комнаты. Сил у меня хватило только на то, что бы раздеться и рухнуть в кровать.

Проснувшись утром, я некоторое время лежал, самочувствие было относительно хорошее. Голова уже практически не болела. Осторожно встал с кровати и прошелся по комнате — ноги не подгибались, руки не дрожали, а голова относительно нормально соображала. Привел себя в порядок и вышел в коридор, соображая на ходу, где здесь кормят голодных гостей, так как во мне проснулся зверский аппетит. К счастью мне пришлось бродить по особняку в поисках кухни — выйдя из комнаты и пройдя несколько шагов в сторону лестницы, я увидел вчерашнего слугу, который привел меня в небольшую столовую, где слуги накрывали обильный стол, а Хелар уже ждал меня.

— Как голова? — Сразу спросил он.

— Почти не болит.

— Это хорошо. Примерно так я и думал. — Улыбнулся он. — Присаживайся за стол и ешь. Тебе сейчас надо хорошо подкрепиться.

— Это я с удовольствием. Аппетит просто зверский.

— Некоторым приходится несколько дней лежать и мучаться головными болями, а ты уже практически в порядке.

— Тогда я после завтрака могу покинуть твой дом?

— Конечно. Я говорил о нескольких днях, так как не знал, как отреагирует твой организм, по этому подстраховался. Но ты чувствуешь себя хорошо, и по этому нет необходимости в моем присмотре за тобой. Вот только сегодня никаких нагрузок, а тем более тренировок. Прежде чем ты уйдешь, я хотел поговорить с тобой.

— Конечно. Я сам хочу задать тебе несколько вопросов.

— Поедим, а потом поговорим у меня в кабинете. — Кивнул Хелар.

В кабинете Хелара я сразу устроился в необъятном кресле, в котором сидел вчера. Хелар по своей привычке прохаживался по комнате.

— Зачем меня привезли в столицу? — Задал я Хелару вопрос, который мучил меня уже очень давно.

— Как это зачем. — Удивился Хелар. — Ты должен представиться императору, так как занимаешь ответственный пост. Или ты думаешь, что должность Императорского Ока раздают, кому попало? В конце концов, император хочет просто познакомиться и поговорить с тобой.

— Но почему встреча с ним постоянно откладывается? — Удивился я.

— Возникло несколько очень важных и неотложных вопросов. — Вздохнул Хелар. — В прочем он тебе сам все расскажет и объяснит. Как я понял, он надеется, что ты подскажешь решения по некоторым сложным вопросам.

— Как я могу подсказать решения, если его опытные советники не смогли решить эти вопросы? — Удивился я.

— Ты на многие вещи смотришь не так как мы, а совсем по-другому. У тебя свежий взгляд и другое мировоззрение. — Пояснил Хелар. — В общем, не торопи события. Я думаю, что очень скоро ты поговоришь с императором, и он сам тебе все расскажет и задаст свои вопросы.

— Тогда у меня больше вопросов нет. Буду ждать встречи с императором. — Согласился я с Хеларом. — А о чем ты хотел со мной поговорить?

— Я хотел рассказать тебе о некоторых моментах нашей истории. Рассказать тебе для того, что бы ты понял, почему к тебе такое внимание со стороны императора.

— Мне очень интересно. Рассказывай. — Поторопил я Хелара.

— Помнишь, я рассказывал тебе о теории блуждающих, спонтанных межмировых порталов?

— Конечно, очень хорошо помню!

— Так вот — это теория, которая подтверждена практикой. — Огорошил меня Хелар. Дождавшись, когда я осмыслю его слова, он продолжил. — За всю историю империи, было несколько случаев (которые подтверждены документально), когда к нам попадали представители из других миров. — Хелар прекратил свое хождение по комнате и, взяв с полки какую-то книгу, присел в соседнее кресло. Я молчал и ждал продолжения его рассказа, решив про себя, что все вопросы, которые у меня возникнут, я задам не раньше, чем он закончит свой рассказ.

— Итак. — Выдержав не большую паузу, Хелар начал не торопливо рассказывать. — Первый случай произошел во времена прапрадеда нынешнего императора. В старой столице, прямо во дворце, во время смены караула на лестнице нашли лежащего без сознания мужчину в странной одежде.

Хелар замолчал и зашелестел книжными страницами. Найдя нужную страницу, он протянул мне книгу. Бамс!! Моя челюсть громко стукнула о мою грудь — я смотрел на рисунок мужчины лет сорока, одетого в строгий двубортный костюм и белую рубашку с галстуком. Покрой его одежды, а так же лицо кричали о том, что он, как и я попал сюда с планеты Земля. Мне оставалось только покачать головой и отдать книгу Хелару.

— Об этом сразу доложили императору. — Продолжил свой рассказ Хелар. — Император очень заинтересовался этим случаем. Мужчину привели в сознание, а маг-разумник в течение нескольких дней обучил его языку, после чего император долго с ним разговаривал. Уже через несколько месяцев по его предложениям началось коренное изменение финансовой структуры империи. Появились первые банки. Через два года эти нововведения принесли огромную пользу империи, а он стал главным казначеем.

Мне оставалось только слушать и ждать продолжения. Хелар промочил горло вином.

— Следующий случай произошел при дедушке нашего императора. Только пришелец вышел из леса на встречу торговому каравану. Незнакомец говорил на неизвестном языке, который никто из купцов не знал. Они довезли его до ближайшего города и передали городской страже. Начальник стражи сразу связался со столицей и по приказу императора пришельца порталом отправили в императорский дворец. Его сразу обучили языку, но никаких полезных знаний от него не получили. Более того, он кричал что-то о «средневековых идиотах, которые ничего не знают и не понимают», требовал себе какие-то «привилегии, так как он депутат», одним словом все время чего-то требовал и закатывал истерики. Когда его спросили, какая у него профессия, так как на первых порах ему помогут, но постоянно кормить его никто не будет, он начал кричать. — Хелар начал опять листать книгу, ища нужную страницу. Найдя то, что он искал, прочитал явно цитируя слова попаданца. — «Я укажу вам правильный путь развития. Император должен отречься от престола, а народ должен сам себе выбрать лидера на демократических выборах».

Когда Хелар прочитал мне это, я не выдержал и начал хохотать. Хелар удивленно смотрел на меня, а я долго не мог успокоиться. Как повезло деду нынешнего императора — пообщался с депутатом-демократом. Шок у него, наверное, был неслабым — выслушивать его бред, который наверняка сопровождался истериками. Ничего не умеет кроме как трепать языком и воровать, а, поняв, что здесь надо трудиться и никто слушать его бред не будет, растерялся. Когда, наконец, я успокоился, то в максимально понятных для слегка растерянного моей бурной реакцией Хелара словах объяснил с кем именно «повезло» пообщаться тогдашнему императору.

На этот раз молчал Хелар как минимум минут сорок, после чего спросил у меня:

— И много там у вас таких?

— Хватает.

— Как же вы живете в таком государстве? — Поразился Хелар.

— Сам не понимаю. — Честно ответил я. — По этому не жалею, что я попал сюда. Даже рад!

— До нас также доходили слухи о нескольких случаях появления непонятных людей в других государствах, но подчеркиваю — только слухи. Они не проверены и ни чем не подтверждены. Тем более, что в отличие от империи никаких изменений или потрясений в этих государствах не было. Так что, скорее всего это были только слухи. — Хелар отложил книгу и снова принялся мерить шагами комнату. — Наконец последний точно известный нам случай — человек оказался у гномов. Об этом случае мы узнали совсем недавно, когда большинство гномьих кланов решили жить в империи. Пришелец сразу нашел общий язык с гномами — он оказался кузнецом. Гномы с его помощью создали свою знаменитую «черную сталь». Как ты понимаешь, он сразу стал уважаемым мастером и получил право голоса в общеклановых собраниях. Именно он постепенно смог убедить гномов, что гораздо приятнее жить в предгорьях или горных долинах, а не сидеть постоянно под землей. — Видя, что я собираюсь что-то спросить, Хелар так посмотрел на меня, что я сразу передумал и не стал открывать рот. — Ты хотел спросить, что стало с подземными городами гномов? — Я кивнул. — Подземные города стали использовать как подземные крепости. В случае войны гномы уходили в свои подземные города-крепости, а под землей гномы непобедимы. — Хелар сел в свое кресло. — Вот и все, что я хотел тебе сегодня рассказать. Если у тебя нет вопросов, то можешь идти.

Поблагодарив Хелара за полученную информацию и сожалея, что со мной не провалился за компанию инженер-металлург, я покинул его дом. Затем была обычная процедура на воротах императорской резиденции с вызовом Быха. Идя вместе с ним в свою комнату, я пожаловался на то, что на пару дней вынужден отказаться от тренировок.

— Не грусти. — Рассмеялся он. — Я помогу провести тебе это время с пользой.

— Поделись со мной своими мыслями. — Сразу заинтересовался я.

— Сейчас оставляешь свои вещи в комнате, и мы идем за твоей одеждой — она уже готова, но мастер настаивает, что бы ты еще раз её примерил, вдруг он что-то напортачил, хотя это не возможно, но проверить надо. Затем мы идем и приведем твою прическу в надлежащий вид. Скоро к императору, а у тебя на голове непонятно что.

Против похода к портному я не возражал, да и постричься мне действительно не мешало. У порточного мы пробыли ровно столько, сколько мне понадобилось времени на то, что бы переодеться и полюбоваться на себя в большом зеркале — новый костюмчик сидел на мне великолепно. Вот у парикмахера пришлось задержаться — Бых тоже решил привести свою шевелюру в порядок. Но волосы у него были очень жесткие, росли в разных направлениях (орк, однако), то ли дело мои. Правда сначала чуть не поругался с мастером — он собрался сделать мне «дворянскую» прическу, то есть короткий «ежик». Но я вовремя его остановил и не дал обрезать свой шикарный «хвост». Бых только улыбался — длинные волосы здесь носили все, кто имел отношение к армии. Шарф под кольчужный капюшон это хорошо, но в комплекте с длинными волосами еще лучше. Так что мне его слегка укоротили и подровняли челку.

— Пойдем, погуляем по городу. — Предложил я Быху.

— В другой раз. — Ответил он на мое предложение. — Нам надо посетить еще одно место.

— Прекрати говорить загадками. — Возмутился я. У меня побаливала голова, и привычка Быха не говорить, куда он хочет меня отвести, сегодня меня очень раздражала, хотя обычно я не обращал на это внимания.

— Не кипятись. — Рассмеялся он. — Просто я хочу сделать тебе сюрприз.

Махнув рукой — горбатого только могила исправит, я отнес новый костюмчик в свою комнату и отправился с Быхом за нашими лошадьми. Ехать пришлось в нижний город. Там в стороне от шумных ремесленных кварталов, недалеко от крепостной стены стояло несколько кузниц. Возле дверей одной из них стоял улыбающийся во весь рот Трол. После обмена приветствиями он, не отвлекаясь на вопросы типа «как дела, как жизнь и успехи» сразу повел нас в стоящий неподалеку дом, который больше был похож на миниатюрную крепость. Как оказалось, это был его магазин и одновременно склад. Трол привел нас в большую комнату, в которой стоял большой, длинный стол. На этом столе лежало три арбалета.

— Ну, как тебе? — Спросил он, как только я взял в руки арбалет с прикладом.

— Прекрасно! — Восхитился я.

Я не пытался польстить Тролу. Качество арбалета, который я держал в руках, было превосходно. Я крутил его в руках, прикладывал его к плечу и целился в потолок. Арбалет хорошо лежал в руках и его приклад был очень удобен, его просто не хотелось выпускать из рук. Когда я с вздохом положил его на стол, он сразу оказался в руках Быха. Он так же высоко оценил качество и удобство этого арбалета. А я тем временем осматривал два других арбалета. От первого арбалета они отличались именно прикладами. На одном приклад был сделан довольно грубо — я даже чуть не ляпнул по поводу рук неизвестного мне мастера, но вовремя прикусил свой язык, так как гномы очень обидчивы, когда кто-то, не разобравшись досконально в каком-то вопросе, начинал высказывать негативное мнение об их работе. По этому, прежде чем высказывать свои претензии я решил, что надо сначала выслушать пояснения Трола. Как видно мои мысли отразились на моем лице, так как Трол отобрал арбалет у Быха, который в этот момент был очень похож на обиженного маленького ребенка, у которого сейчас отбирают новую красивую игрушку.

— Этот арбалет — штучная работа и стоит соответственно. — Он вздохнул и положил его на стол. Затем взял арбалет у меня из рук. — Этот арбалет с примитивным прикладом, но его довольно быстро сделать и он намного удобнее вот этого арбалета. — С этими словами он взял со стола третий арбалет, у которого и вовсе не было приклада. Этот арбалет был копией самых первых средневековых земных арбалетов, соответственно без малейшего намека на приклад.

— То есть ты хочешь сказать, что не будешь делать арбалеты с прикладом. — Подвел итог Бых.

— Нет, как раз наоборот — я буду их делать, но только на заказ. Как я уже сказал это очень долгая и довольно дорогая работа. Мы не сможем делать много таких арбалетов, а армия не будет ждать столько времени. Так что это арбалеты для богатых, которые будут готовы заплатить и ждать столько, сколько скажет мастер.

— Я буду первым! — Хлопнул ладонью по столу Бых.

— Первым будет император и еще несколько человек и гномов. — Захохотал Трол. — Но ты точно будешь одним из первых. — Он повернулся ко мне. — Тебе тоже надо будет сделать такой арбалет.

Я перебил Трола вопросом:

— Ты уже показывал арбалет императору?

— Не только ему! — Слегка возмутился Трол. — Я сразу сообщил ему, канцлеру и коннетаблю о твоем предложении. Военный приказ сразу выделил деньги для этой работы. Вчера я показывал эти арбалеты императору и канцлеру. Арбалеты им очень понравились — заряжаются быстрее обычных и стали намного легче. Сейчас думают, каким из двух представленных мною простых арбалетов вооружать армию. Самым дешевым и быстрым в изготовлении или с простейшим прикладом.

— Мелькнула у меня одна мысль. — Опять перебил я Трола. Но к моему удивлению он не возмутился, а весь превратился в одно большое ухо. — Сейчас я не готов тебе её рассказать — мне надо кое-что вспомнить и хорошенько все обдумать. — Охладил я его пыл.

— Ты это только не затягивай с размышлениями. — Слегка расстроился Трол.

— Как только все хорошенько обдумаю, сразу приеду и расскажу. — Поклялся я.

— Там от императора за улучшение конструкции арбалетов тебе положено вознаграждение. — Сообщил мне Трол. Хлопнув себя по лбу, он неожиданно для нас кинулся к дверям. — Вы подождите меня, я быстро. — С этими словами он выскочил из комнаты.

Мы с Быхом удивленно переглянулись. Трол сейчас был абсолютно не похож сам на себя — очень степенного и неторопливого. Не успели мы с ним обсудить странное поведение Трола, как он вернулся в комнату, прижимая к груди какой-то сверток.

— Вот. — Сказал он, протягивая этот сверток мне. — Это подарок тебе от императорских мастеров.

Я развернул сверток и увидел короткий узкий меч с простой гардой. Вытащив его из затейливо украшенных ножен, я полюбовался тусклым цветом знаменитой «черной стали» и совершенством работы мастера.

— Замечательный меч! Огромное спасибо! — Я слегка поклонился Тролу, прижав правую руку к сердцу, тем самым, подчеркнув, как высоко оцениваю его подарок.

— «Последний шанс». — Гордо сообщил мне Трол, которому понравилась моя реакция на подарок.

— Многим воинам он помог сохранить жизнь. — Сказал Бых. — Я покажу тебе, как правильно его крепить к седлу или поясу, так же некоторые приемы для этого меча.

— Сейчас прошу меня извинить — очень много работы. — Виновато развел руки Трол.

— Это ты нас извини, что свалились к тебе днем. — Ответил Бых.

Мы попрощались, я еще раз подтвердил Тролу, что как только все хорошенько обдумаю по поводу появившихся у меня мыслей — сразу приду к нему и все расскажу.

— Жду тебя в любое время дня или ночи. — Сказал мне Трол и, попрощавшись с нами, пошел работать в кузницу.

— Не пора ли нам пообедать? — Спросил я Быха.

— Пора! — Согласился он. — Куда пойдем?

— Помнишь, когда мы с тобой бродили по верхнему городу, то обедали в одном заведении?

— Конечно, помню! Что, понравилось?

— Еще как!

— Мое любимое место! — Сообщил мне Бых.

— Так чего стоим? Кого ждем? — Шутливо возмутился я.

— Уже едем. — Рассмеялся Бых.

После сытного обеда мы вернулись в императорскую резиденцию. Я пошел в свою комнату в гвардейской казарме, а Бых пошел на тренировочную площадку. Какое-то время я ходя по комнате пытался вспомнить все, что мне было известно о технологии производства арбалетов в средние века. Но не ко времени у меня сильно разболелась голова, а после обильного обеда начало клонить в сон. В конечном итоге я рассудил, что «утро вечера мудренее» и лег спать, надеясь на то, что проснусь через несколько часов и после сна что-нибудь обязательно вспомню.

К моему огромному удивлению проснулся я не через несколько часов, как думал, а только утром. Но зато проснулся хорошо отдохнувшим и без головной боли, что меня очень порадовало. Быстро привел себя в порядок и задумался — идти тренироваться или сесть и попытаться вспомнить хоть что-то, что поможет сделать выпуск арбалетов с нормальными прикладами быстрее и дешевле. Мои размышления прервал буквально влетевший в мою комнату Бых.

— Сегодня после обеда ты идешь на прием к императору. — Прямо с порога огорошил он меня.

— Уже сегодня?! — Несколько растерялся я.

— Сегодня. — Повторил Бых. — Так что после обеда ты должен быть при полном параде, я зайду за тобой. Только оружия с собой не бери. — Ехидно улыбнулся он.

— Я подумаю над твоим предложением. — Съязвил я.

— Думай не думай, а как ты понимаешь, с оружием тебя к нему не пустят. — Пояснил мне Бых. — Или ты чего-то боишься? — Деланно удивился он.

Я махнул рукой — дескать, пошутили, и хватит, не дурак все понял. Бых ушел, а я подумал, что тренироваться я точно сегодня не буду, а буду вспоминать технологию изготовления арбалетов. К своему глубокому сожалению ничего полезного я так и не смог вспомнить, кроме нехитрого приспособления для изготовления арбалетных стрел. А как мне очень хотелось помочь Тролу поставить изготовление арбалетов на поток. Но как видно не судьба. Хотя с другой стороны, массовое изготовление арбалетных стрел тоже не простая задача и хоть в этом я смогу ему помочь. Если императорский прием не затянется, то я уже сегодня вечером смогу ему рассказать все, что вспомнил. Увлекшись своими размышлениями, я чуть не прозевал обед. Хорошо, что Бых зашел за мной, а то я даже чуть не забыл об императорском приеме. После легкого перекуса — весь мой аппетит испарился неизвестно куда, я быстро переоделся, привел в порядок волосы и немного полюбовавшись, а точнее придирчиво осмотрел свое отражение в зеркале и, решив, что лучше выглядеть у меня вряд ли получиться, вышел на улицу.

Бых ждал меня возле входа в императорскую резиденцию:

— Очень долго собираешься, прямо как девушка на свой первый бал. — Бурчал он, осматривая меня с ног до головы.

— Это ты каждый день с императором здороваешься, а я в первый раз к нему иду представляться. — Огрызнулся я.

— Ладно, не ворчи и не волнуйся. — Сбавил обороты Бых. Решив, что мой внешний вид вполне соответствует такому ответственному мероприятию как представление императору, он пошел к входу в резиденцию. Я мысленно перекрестился и, шагнув с левой (счастливой) ноги пошел следом за ним. Как видно караул был предупрежден, так как на входе нас не стали задерживать, а сразу пропустили внутрь резиденции. В холе нас уже ждал императорский паж и быстро повел куда-то по коридорам из комнат. Двигался он довольно быстро, и у меня не было возможности толком рассмотреть комнаты, через которые он нас вел. Только и смог заметить, что они довольно большие, украшены затейливой росписью и еще там вдоль стен стояли диваны, диванчики, кресла.

«Вот гад, разогнался» думал я про себя, так как очень хотелось хоть как-то рассмотреть, что именно было нарисовано на больших панно в комнатах. Если я не ошибся, то там явно присутствовали ключевые моменты имперской истории, и мне очень хотелось их рассмотреть подробно, а еще лучше с подробными комментариями.

Закончился наш поход возле огромных двустворчатых дверей украшенных затейливой резьбой, где нас встречал караул, состоящий из десятка императорских гвардейцев. Приведший нас паж нас покинул, а Бых доложил старшему караула, что он привел для представления императору советника командира Пограничной стражи. «О как! Вот так официально и сразу в лоб!», подумал я, пока Бых называл свои титулы, которые я пропустил мимо ушей, так как немного выпал из окружающей действительности. После этого начальник караула потребовал у меня сдать оружие. Я, смотря на него честными глазами, сообщил ему, что оружия при себе не имею. Стоящие возле дверей гвардейцы распахнули перед нами двери, и мы вошли в огромный зал. Двери за нами закрылись, а стоящий перед нами мажордом, дяденька ростом явно более двух метров, грохнув об пол своим посохом, начал громко начал называть титулы Быха. Пока он сообщал императору и присутствующим в зале придворным, которые стояли двумя шеренгами вдоль ковровой дорожки, кто к ним заглянул на огонек, я рассматривал Зал Императорских Приемов (именно так — все с большой буквы). Должен был признать, что зал полностью соответствовал своему названию. Он поражал размерами и прекрасной акустикой, так что мажордом сильно не напрягал глотку — все было отлично слышно. Потолок зала был украшен прекрасной лепниной, а стены были отделаны деревом разных пород так, что разные сорта древесины создавали один единый и великолепный рисунок. Император восседал, как и положено, на троне, который стоял в конце зала на возвышении. С права от него стояли Хелар и граф Скольд, а не знакомый мне лично пожилой мужчина с армейской выправкой стоял слева. Стена позади трона была украшена висевшими на ней знаменами.

Мажордом закончил свой монолог и в очередной раз грохнул об пол своей палкой. Мы с Быхом пошли по дорожке, сопровождаемые взглядами придворных и, не дойдя до трона около десяти шагов, остановились.

Император сообщил, что он рад лично увидеть советника командира пограничной стражи, которому он жалует титул верса. Выразив свою уверенность в том, что на этом поприще я проявлю себя с самой лучшей стороны, как и мой поручитель — Бых. Я удивленно слушал речь императора — не знал, что Бых поручился за меня. Император закончил свою короткую речь и кивнул канцлеру.

Граф Скольд подошел ко мне, держа в руках простую незатейливую цепь из какого-то серого металла. Будучи еще утром проинструктирован Быхом, я преклонил колено, и он одел мне символ моего титула на шею. В двух словах он поздравил меня с назначением и титулом, а так же вручил мне небольшой тубус с бумагами, которые это подтверждали. На этом аудиенция закончилась, и мы с Быхом покинули зал. Когда мы шли к выходу, мне показалось, что я почувствовал чей-то злой взгляд, который буквально обжигал меня ненавистью. Но так как я не был знаком с кем-либо из придворных, а уж тем более не перебегал никому дорогу, списал все это на свое разыгравшееся воображение.

— Зачем нужен был прием, который длился всего пару рассов? — Удивленно поинтересовался я у Быха когда мы подходили к гвардейским казармам. — Разве нельзя было мне передать цепь и бумаги чрез командира гвардии или Хелара?

— Как это предать? — Удивился Бых. — Назначали тебя не они, а император. К тому же традиции еще ни кто не отменял, а все назначенные императором обязательно должны получать свои назначения на императорском приеме.

— Совсем забыл тебя поблагодарить. Спасибо, что поручился за меня.

— Не забивай себе голову ненужными подробностями. — Махнул рукой Бых. — Старая традиция, не более того. Но как ты понимаешь, ее никто не отменял. А поскольку первым тренировать тебя стал я, да и служить мы будем вместе, то я и стал твоим поручителем.

— Все равно спасибо тебе! Я сейчас переоденусь и еду к Тролу. Ты со мной? — Сообщил я Быху.

— А ты что сам дорогу не найдешь?

— Найду, конечно. Но вдвоем веселее.

— Тогда сегодня без меня — у меня важная встреча. — Сообщил мне Бых.

— Ну, значит поеду сам. — Махнул я рукой и отправился к себе в комнату.

Минут через двадцать я уже привязывал Ветра возле лавки Трола. Зайдя в лавку, я поинтересовался у стоявшего за прилавком гнома, где я могу найти Трола. Гном приоткрыл дверь за своей спиной и что-то крикнул на гномьем наречии. Через минуту из этой двери как чертик из табакерки выскочил Трол и сразу провел меня в знакомую мне по предыдущему посещению комнату. Не тратя времени на обмен дежурными приветствиями, он усадил меня за стол, на который выставил два бокала и большой кувшин пива. Разлив по бокалам пиво он сел напротив меня и приготовился слушать мои идеи по поводу арбалетов.

— К сожалению ни чем не могу тебя порадовать. — Виновато сказал я ему. — Ничего полезного по поводу быстрого производства арбалетов у меня вспомнить не получилось, кроме одного приспособления для изготовления арбалетных стрел.

— Жаль, очень жаль. — Покачал головой Трол. — Я очень надеялся, что ты подкинешь нам пару идей для ускорения производства арбалетов.

Мне оставалось только виновато пожать плечами.

— Но и изготовление арбалетных стрел тоже важное и не быстрое дело. — Продолжил Трол. — Давай, не тяни время, рассказывай. — Потребовал он.

Когда-то мне на глаза в какой-то из книг попалось описание простейшей строгальной машины, которая, предназначалась как для обточки древка стрелы, так и для прорезания пазов, в которые вставлялись лопатки оперения. Стержни из деревянных заготовок небольшого диаметра было нелегко изготовить на примитивных токарных станках того времени, так как при обработке режущим инструментом заготовки изгибались. В строгальной машине режущий инструмент из металла закреплялся в деревянном бруске с двумя зажимами на противоположных сторонах. Брусок передвигался вдоль зажимного устройства, которое прочно удерживало заготовку стрелы. Режущий инструмент снимал стружку до тех пор, пока брусок не доходил до поверхности зажимного устройства. Таким образом, достигался автоматический контроль толщины срезаемого слоя и направления резания. В результате стрелы получались почти одинакового размера. Именно это я рассказал Тролу.

Трол загорелся этой идеей и, отставив в сторону свой бокал, принялся что-то чертить на листах бумаги, при этом бормоча себе под нос. Я не мешал ему и молча пил свое пиво. Где-то минут через сорок Трол оторвался от рисования и, схватив бокал, залпом выпил свое пиво.

— Мысль очень дельная. — Вынес свой вердикт Трол. — Позволит нам сэкономить очень много времени и сил. Может на этой основе, придумаем какое-то приспособление для быстрого изготовления арбалетов с прикладом. — Закончил он свою мысль.

Посидев с Тролом еще с полчаса, я решил, что пора мне откланяться, так как завтра надо встать пораньше. Попрощавшись с Тролом, я отправился в свое временное пристанище в гвардейской казарме.

Въезжая в верхний город я почувствовал голод и решил заехать в первый встречный пункт питания. Попавшееся мне первое по дороге заведение было не очень большим и довольно уютным. И видно было довольно популярным, так как почти все столики были заняты. Заняв столик на проходе, так как только они были свободны, я сделал заказ и пока его ждал, разглядывал посетителей. В основном это были молодежные компании и молодые парочки. Наконец мне принесли мой заказ, и я с удовольствием оценил местную кухню. Мясо было прекрасным, пиво ему не уступало, так что можно сказать, что я сделал удачный выбор, заглянув сюда на огонек. Взять еще одну кружечку и посидеть еще с полчаса и двигать отдыхать. Только я подумал об этом, как на меня чуть не упал, споткнувшись об мой стул какой-то относительно молодой придурок. Он был уже прилично пьян и двигался с грацией носорога, умудрившись наткнуться на меня, хотя по проходу между столиками могли спокойно пройти как минимум трое. Будучи в хорошем настроении я сначала не обратил на это ни малейшего внимания — хватанул человек лишку, ну занесло его немного, дело житейское. Но этот баран не придумал ничего лучшего, как начать качать права по поводу того, что некоторые расселись на проходе и он не может пройти к своему столику.

— Не умеешь пить, не пей. И давай топай, куда шел пока я добрый. — Ответил я ему, надеясь, что этим все закончится.

Но, похоже, этого молодого идиота понесло, а может просто его потянуло на подвиги и он возомнил, что круче его только яйца. Выслушав его ответ, который состоял исключительно из ругани и угроз, я понял, что начинаю заводиться — терпеть не могу хамов, но, еще надеясь обойтись без драки, послал его пешим сексуальным маршрутом, любезно предложив ему на выбор несколько вариантов. Пару минут этот красавец осмысливал мои предложения, а когда до него дошел смысл моих слов, он начал хвататься за меч. Увидев его попытку, я понял, что слова до него просто не доходят. Устраивать драку на мечах в помещении мне не хотелось, по этому я поступил проще — схватив его за руку которой он пытался выхватить меч, потянул его на себя. Естественно он сделал попытку вырвать руку, всем телом откинувшись назад. Но именно этого я и ждал, резко подсек ему опорную ногу, одновременно с этим отпустив его руку. Грохнулся он красиво и довольно громко. Мне оставалось только ждать — будет ли этого достаточно для того, что бы его мозги заработали, и он поймет, что надо извиниться и быстро исчезнуть из поля моего зрения или же этого будет мало и мне придется добавить ему еще. К моему сожалению, он выбрал второй вариант. Разразившись новой порцией ругательств, он начал вставать с пола и при этом хвататься за рукоятку меча. Заметив краем глаза еще двух молодых отморозков, которые явно спешили к нему на помощь из-за дальнего столика, я понял, что теперь драться придется серьезно. Плюнув на то, что уже все посетители смотрят в нашу сторону, а некоторые парочки срочно покидают зал и, следовательно, очень скоро здесь будет городская стража, я решил, как следует проучить эти козлов. Хотя я всеми силами старался этого избежать, так как очень не хотел, что бы мое имя фигурировало в отчетах городской стражи, а об этом наверняка доложат наверх и это дело может дойти до императора — как никак в драке участвовал человек, который помимо всего прочего является Оком императора.

Прервав попытку своего противника встать с пола двумя ударами в челюсть, после которых он, грубо говоря, вырубился, я развернулся в сторону его дружков, что бы встретить подбегающую к нему на подмогу парочку с распростертыми объятиями. К моей радости они не пытались выхватить свои эспадроны[12] из ножен, а решили выяснять отношения кулаками.

Самый шустрый из них, а, следовательно, добежавшим до меня первым, получил от меня пинок ногой под колено и когда он после этого слегка провалился вперед, удар снизу вверх локтем под челюсть. Затем я развернулся ко второму подбегавшему противнику. Этот уже был очень близко ко мне и молодецки замахнувшись, попытался меня ударить в челюсть. Совсем не умеете драться в рукопашную — привыкли махать своими железяками, подумал я, пригибаясь и пропуская кулак над головой и встречая его своей коронной двойкой — правой под дых и крюк левой по печени. Когда он начал падать головой вперед, я «поддержал» его, заботливо встретив его голову своим коленом. Этого ему вполне хватило и он на некоторое время выпал из схватки. В это время зашевелился и начал вставать мой обидчик, а тот который первым прибежал ему на помощь, уже стоял на ногах. Широко раскинув руки, и не обращая внимания на кровь, которая лилась из разбитого моим коленом носа, он попытался обхватить меня, прижав при этом мои руки к туловищу, что бы его дружок мог безнаказанно наносить удары. Его я просто и без затей ударил в пах, а пытавшемуся встать на ноги от всей души ударил ногой в лицо, превратив его нос в лепешку. Теперь, когда вся троица лежала на полу и не предпринимала активных действий, я перевел дух и даже начал прикидывать — добавить еще или им уже хватит. Но обдумать эту мысль, мне было не суждено, так как в дверях уже стояла городская стража количеством аж в пять человек, хотя больше трех стражников в одном патруле я не видел.

Я напрягся — сработала память, которая сохранила очень яркие воспоминания о нашей «доблестной» милиции. Но как, оказалось, волновался я напрасно — быстро опросив хозяина заведения и присутствующих в зале, стражники установили виновных. После этого они вежливо поинтересовались у меня буду ли я требовать от нападавших какой-то компенсации за испорченный вечер или дуэли. Я ответил, что компенсация меня не интересует, а если они на столько тупые, что попробуют вызвать меня на дуэль, то я с удовольствием отрублю их глупые головы, хотя бы из любопытства — мне будет очень интересно узнать, что там у них вместо мозгов. Старший стражник покивал и, еще раз уточнив у меня мое имя и где в случае чего меня можно найти, попросил не покидать столицу, не уведомив об этом городскую стражу. Подхватив под руки моих противников, стражники покинули помещение.

Немного успокоившись, я поинтересовался у хозяина, сколько я должен за ужин и причиненное беспокойство. Каково же было мое удивление, когда я услышал, что ужин за счет заведения и получил от него приглашение заходить сюда как можно чаще. Видя мое недоумение по поводу его слов, хозяин пояснил:

— У меня маленькое, тихое заведение. Но в последнее время его облюбовало несколько таких вот компаний, правда, до такого безобразия как сегодня они еще не доходили, но нервов мне и моим постоянным посетителям потрепали достаточно.

— А стража? — Удивился я.

— Так они раньше ни к кому не приставали и в драку не лезли. Так — шум, громкий смех и требования обслужить их в первую очередь. Так что я стражу решил не беспокоить по таким пустякам. Ведь раньше после нескольких замечаний они, как правило, вели себя более или менее тихо.

— За ужин спасибо, а вот заходить по чаще не обещаю — очень мало времени для отдыха. — Завершил я наш разговор и, попрощавшись, отправился отдыхать.

Рано утром я стоял на тренировочной площадке и разминался. Затем как обычно была пробежка. Когда я уже собирался приступить к рубке, на площадке появился Бых, который сразу направился ко мне.

— Приветствую грозу «золотой молодежи»!

— Это вместо «доброго утра». — Хмыкнул я, разглядывая Быха так, как будто увидел его в первый раз.

— Доброе утро. — Ухмыльнулся Бых. — Не хочешь рассказать, что делал вчера? Хочу узнать все подробности о твоей вчерашней прогулке, от главного участника событий, то есть от тебя.

— Уже доложили. — Констатировал я, попутно прикидывая в уме, чем для меня это все закончиться — ведь не даром Бых выделил интонацией слова «золотая молодежь». Стало быть, я дал по морде не простым оболтусам, а титулованным и, скорее всего не ниже графа. Хотя стоило признать, что они еще легко отделались, так как в процессе мордобоя я старался их не покалечить, так как меня очень долго учили именно этому. Если в течение десяти секунд ты не убил или не покалечил своего противника в рукопашной схватке, то ты труп или в лучшем случае — инвалид, эту простую истину каждый день нам вбивал в голову наш инструктор по рукопашному бою. По этому мне приходилось себя постоянно сдерживать, что бы случайно не прибить этих великовозрастных идиотов.

— А ты как думал? — Расхохотался Бых. — Устроил драку в верхнем городе и думал, что об этом не доложат командиру императорской гвардии? Мало того — набил морды отпрыскам благородных фамилий!

— Мои дела очень плохи? — Уточнил я. — Они требуют императорского суда надо мной?

— Они еще не сошли с ума! — Уже откровенно начал потешаться Бых.

— Хватит издеваться на до мной! — Вспылил я. — Объясни мне, что происходит? А самое главное, почему ты такой довольный.

— Пойдем, присядем и поговорим. — Предложил мне Бых.

— Пойдем. — Согласился я.

— Давай, рассказывай, что произошло вчера. — Потребовал Бых, как только мы присели на лавочку, которая стояла в стороне от тренировочной площадки.

Коротко, но, не упуская при этом всех мелких деталей, я рассказал ему о вчерашнем происшествии.

— Теперь ты объясни мне, во что я вляпался. — Потребовал я.

— Со стороны имперских законов, к тебе нет ни каких претензий. Более того, император хохотал до слез, когда узнал о твоей драке.

— Император тоже в курсе? — Перебил я Быха.

— Конечно. — Удивился Бых. — Ты что, забыл кто ты?

— Не забыл. Но, честно говоря, думал, что до императора это дело не дойдет. — Вздохнул я.

— Так не бывает! — Отрезал Бых. — Так вот, императору доложили о происшествии и о том, какой ты молодец — не стал вызывать их на дуэль и убивать, а просто избил их. Хотя они оскорбили тебя, а один из них даже пытался хвататься за оружие.

— Вот именно — пытался. — Улыбнулся я, вспомнив, как пытался найти рукоятку меча у себя на поясе заводила этой компании.

— Так вот ты умудрился не нарушить ни одного из законов империи, как писанных, так и не писанных. Более того, не стал вызывать их на дуэль и тем самым сохранил жизнь этим дуракам. Все это император объяснил отцу одного из них, когда тот потребовал, по праву рода, срочного приема у императора. Когда он в замешательстве удалился, император очень долго смеялся — по его словам он никогда не видел такого выражения лица у кичливых аристократов как у него, когда он понял, что его глупый сынок был на волоске от смерти.

— Значит, ко мне претензий нет. — Подвел я итог нашего разговора.

— Со стороны закона и императора. — Уточнил Бых. — А вот как себя поведут обиженные тобой молодые оболтусы — это неизвестно. Ведь, по их мнению, ты их очень сильно оскорбил и унизил.

— Пусть вызовут меня на дуэль. — Пожал я плечами. — Если у них нет мозгов, то зачем им тогда голова? Вот на голову я их и укорочу. Заодно сделаю доброе дело для людей — им больше не будет грозить встреча с идиотами, которые считают, что они могут творить что хотят «по праву рода»!

— Ты читал документы, которые вчера получил? — Резко сменил тему разговора Бых.

— Еще нет.

— Прочти сегодня не позже обеда. А перед ужином зайди к портному. — Тоном, не терпящим возражений, заявил Бых.

— К портному, зачем мне идти? — Удивился я.

— Надо. — Отрезал Бых.

— Объясни! — Потребовал я.

— Сам поймешь. — Ехидно ухмыльнулся Бых и, помахав мне рукой, ушел с тренировочной площадки.

Мысленно сплюнув — все никак не могу привыкнуть к шуточкам Быха, я продолжил тренировку. Но этот гадский орк, который вроде как мой друг, своими недомолвками совершенно сбил меня с толку, и у меня ничего толком не получалось. Промучившись так с полчаса, я понял, что сейчас продолжать тренироваться, только зря тратить свое время. По этому я отправился к себе, что бы ознакомиться с бумагами, которые мне вручил вчера канцлер. Придя в свою комнату, я привел себя в порядок и, открыв тубус, достал бумаги и начал их изучать. Первая бумага подтверждала мой титул верса. Вторая бумага сообщала о том, что верс Олег (то есть я) является Оком императора и всем гражданским и военным властям предписывается оказывать мне помощь. Третья сообщала о том, что я являюсь советником командующего пограничной стражи империи. Отложив эти грамоты в сторону, я развернул последнюю грамоту, которая была в тубусе. Она сообщала о том, что завтра на рассвете меня разбудит императорский паж, так как я приглашен в качестве почетного гостя на императорскую охоту, которая соответственно назначена так же на завтра. Я держал приглашение в левой руке, а правой барабанил по столу, совершенно этого не замечая, и думал о том, что мне приготовила судьба на завтра. Итак, думал я, по поводу портного кажется ясно — для меня приготовят охотничий костюм, так как я еду на охоту не абы с кем, а с императором. Теперь остается только два вопроса, которые самые главные — первый, зачем меня приглашают на императорскую охоту и второй, почему об этом не объявили на императорском приеме, а всунули приглашение в грамоты, которые подтверждают мой титул и должности. И проконтролировали, что бы я прочитал приглашение через Быха. С этим я разобрался быстро — не хотели привлекать внимание к тому, что ни кому не известный выскочка приглашен на императорскую охоту. А вот, что меня ожидает на этой охоте, я обдумывал очень долго. Даже обдумывал самую фантастическую версию — с этой охоты я не вернусь. Но, прокляв свою паранойю, я почти сразу отбросил эту версию, так как если бы хотели от меня избавиться, то сделали бы это намного проще и уже давно, особо не напрягаясь, и уж тем более не впутывали в это дело императора. После долгих размышлений я остановился на одном варианте — император хочет пообщаться со мной лично и, что бы об этом знал только очень ограниченный круг лиц, который, скорее всего, будет присутствовать при нашем с ним общении. Остановившись на этом варианте, я даже не стал размышлять о том, какие вопросы мне будет задавать император. А собственно, зачем зря тратить время? Завтра я все узнаю и, следовательно, не стоит ломать над этим голову. Закончив свои размышления на этой оптимистической мысли, я посмотрел в окно и понял, что думал очень долго — до заката оставалось всего несколько часов и пора уже идти к портному.

Портной в очередной раз подтвердил, что он не зря работает в императорской мастерской — я примерил удобный зеленый костюм со вставками из коричневой кожи и высокие сапоги, которые к нему прилагались. Костюм сидел на мне так, как будто я в нем родился. Поблагодарив мастера за прекрасную работу, я покинул мастерскую. Придя к себе, побродил по комнате минут десять и при этом, уговаривая самого себя пойти и потренироваться. Но вот тренироваться мне абсолютно не хотелось. Вместо тренировки я собрался и отправился ужинать туда, где «весело провел время» вчера.

Когда я вошел в зал, мне на встречу поспешил выскочивший из-за стойки хозяин заведения. Я попросил повторить мой вчерашний заказ и присел за тот же столик, за которым я сидел вчера, хотя сегодня зал был почти пустой. Когда хозяин лично начал расставлять на столе мой заказ, я поинтересовался, почему сегодня очень мало посетителей. Как пояснил гостеприимный хозяин, я пришел рано — основные посетители будут позже. Не слушая его возражений, я сразу рассчитался за свой заказ и приступил к ужину. Неторопливо поев и запив ужин кружкой пива, я подумал и попросил принести мне еще кувшинчик (на пару кружечек, не больше) и что-нибудь на его вкус к нему. Через минуту передо мной стоял кувшин с пивом и большая тарелка, на которой лежало какое-то печенье. Я попытался опять расплатиться, то хозяин уперся, отказываясь брать с меня деньги и, в конце концов, я сдался. Довольный хозяин ушел за стойку, а я попробовал печенье, которое мне принесли к пиву. На вкус это печенье очень напоминало земные чипсы со вкусом перца, соли и сыра. Сочетание этих вкусов не перебивали друг друга, а дополняли, создавая при этом замечательный вкусовой букет. Для пива лучше не придумаешь, подумал я и отсалютовал кружкой хозяину, который в этот момент смотрел в мою сторону. Постепенно заведение заполнялось посетителями. Я даже заметил пару лиц, которые видел вчера вечером. Затем у меня мелькнула мысль — а не появятся ли вчерашние буяны? Подумав об этом, я автоматически проверил свое оружие и решил, что если у них хватит наглости прийти сегодня сюда и уж тем более попытаются отыграться за вчерашнее, то это не сойдет им просто так и они точно останутся без своих глупых голов. Хотя вчера я хорошенько вправил им мозги — как минимум у двоих должны быть переломы. Так что их появление сегодня маловероятно — магия пропала, а гипс надо носить как минимум три недели. С другой стороны могут появиться другие отморозки, так как хозяин говорил о буйных компаниях во множественном числе. Но к счастью остаток вечера прошел без происшествий и я, попрощавшись с гостеприимным хозяином, покинул его заведение.

Утром, когда за окном было еще темно меня, как и было обещано, разбудил императорский паж. Протараторив, что меня ждут у ворот императорской резиденции через десять расс, он покинул мою комнату. Времени для сборов у меня было в обрез, и я вскочил с кровати и побежал умываться. У ворот императорской резиденции я был раньше назначенного срока, но там уже стояло довольно много людей. В основном это были императорские гвардейцы. Среди них я не увидел Быха, но зато присутствовал Инер собственной персоной. Он пояснил мне, что все уже в сборе и ждем только императора со свитой. Так же он сообщил мне, что я еду вместе с ним и еще несколькими дворянами позади императорских гвардейцев. Пока мы ждали императора, я пожаловался Инеру, что не представляю, зачем меня пригласили на эту охоту, тем более что эта первая охота в моей жизни и соответственно от меня мало толку, а быть мебелью я не привык. Инер посоветовал мне расслабиться и не брать дурного в голову:

— Все будет нормально, и лишним на охоте ты не будешь. — Успокоил он меня.

Когда из ворот резиденции выехал император со своей свитой, а гвардейцы взяли его в плотную коробочку, мы с десятком дворян пристроились за ними и поехали по спящему городу. Выехав из столицы, мы прибавили скорость и, проехав пару деревень, свернули с имперского тракта на проселочную дорогу, которая вела к видневшемуся недалеко лесу. Путь к нему не занял очень много времени. Углубившись немного в лес, мы встретили королевского лесничего, который повел нас дальше. Когда мы выехали на довольно большую поляну, лесничий объявил, что здесь будет наш охотничий лагерь. Гвардейцы быстро расположились по периметру, а полтора десятка слуг начали устанавливать палатки для императора и его свиты. Остальные участники охоты тоже чем-то были заняты, лишь я стоял на месте и ждал указаний от находившегося рядом со мной Инера. Дворян, с которыми мы приехали забрал помощник лесничего, император сразу после разговора с лесничим ушел в свою палатку, а мы все стояли и чего-то ждали. Когда участники охоты, разбившись на несколько не больших групп направились в лес, Инер подтолкнул меня к императорской палатке:

— Иди, тебя уже ждут.

Подойдя к палатке императора, я сдал свое оружие охране и прошел внутрь. В довольно большой императорской палатке вопреки моим ожиданиям не было шикарных ковров и прочей мишуры. Вся обстановка состояла из низкого столика и нескольких маленьких раскладных стульев. Не было никаких шикарных ковров или золотой посуды, все просто и функционально. Стоявший возле уставленного едой и напитками столика император жестом предложил мне присесть за стол. Подождав, когда он присядет на один из стульев (этикет и правила хорошего тона никто не отменял), я занял стоящий напротив него стул. Присев за стол я молчал и внимательно рассматривал сидящего напротив меня императора, так как во время приема в его резиденции у меня не было такой возможности. Император в свою очередь изучал меня. Вблизи император оказался на вид молодым парнем лет двадцати пяти. Но это только на первый взгляд. Умное волевое лицо говорило о том, что он не зря занимал трон империи, а запавшие от постоянного недосыпания глаза показывали, насколько ему было нелегко сейчас управлять страной. После нескольких минут молчания император сказал:

— Предлагаю совместить нашу беседу с завтраком.

— С удовольствием. — Согласился я.

Когда мы слегка утолили голод, на меня градом посыпались вопросы. Императора интересовало буквально все, начиная от моих впечатлений, когда я очнулся в совершенно не знакомом мне месте и увидел необычный «комитете по встрече», заканчивая моим мнением о местной моде и о разумных с которыми мне здесь довелось общаться. Особенно его интересовала моя жизнь на покинутой мной родине и история страны, в которой я жил. Я рассказывал довольно долго, иногда заостряя его внимание на некоторых интересных с моей точки зрения мелочах. Император оказался хорошим слушателем, который внимательно слушал, иногда задавая уточняющие вопросы. Особенно его потряс мой рассказ о Великой Отечественной войне и, какой огромной ценой досталась нам победа в этой кровопролитной войне. Когда я закончил свой рассказ он очень долго молчал и обдумывал полученную от меня информацию.

— Нынешняя ситуация в империи очень похожа на ту, которая была у твоей страны после войны. — Подвел он итог своих размышлений. — Мне очень интересно узнать, как вы преодолели последствия этой войны. Я думаю, что из опыта твоей страны можно многое применить в империи. Меня интересуют твои мысли на этот счет.

— Мне тяжело сказать, какие именно из моих знаний истории своей страны могут помочь империи. — Начал я, тщательно взвешивая каждое слово. — Ситуацию в империи я знаю в самых общих чертах и не могу что-то сразу предложить. Если Вы озвучите самые основные проблемы, которые сейчас стоят перед империей, я, быть может, и смогу предложить вариант их решения, учитывая исторический опыт своей Родины.

— Извини, что перебиваю тебя, но прошу оставить весь этикет и официоз для придворных шаркунов. — Поморщился император. — Сейчас у нас с тобой неофициальная встреча и у нас принято на таких встречах опускать титулы и не оглядываться на придворный этикет. Как ты понимаешь, не каждый мой подданный приглашается мной для разговора в приватной обстановке.

— Слушаюсь и повинуюсь. — Не смог я удержаться от шутки.

— Вот и слушай. — Первый раз за разговор улыбнулся император. — Проблем у нас очень много и я в общих чертах озвучу основную проблему. Кроме потери большей части территории империи мы потеряли самое главное — более половины армии и еще больше мирного населения. Хотя спасали всех кого могли, а в первую очередь детей. А основной принцип нашей империи — мы своих подданных не бросаем. Все жители империи это знают и с нетерпением ждут, когда армия пойдет в поход для освобождения нашей территории. А кто пойдет? — Чуть не сорвался на крик он. — От армии, даже с учетом эльфов и гномов остались слезы. Если армия уйдет, то города останутся без гарнизонов. Раньше мы думали, что у нас бардак в пограничье, а уже недалеко от столицы нападают на моих гонцов. Кое-кто даже начинает спекулировать на настроениях простых людей, обвиняя власть в том, что мы не торопимся идти спасать население, которое осталось на оставленных территориях! Если войска уйдут, то из лесов сразу вылезут банды, которые сейчас буквально расплодились в приграничных лесах. А оставить города, особенно пограничные крепости, совсем без гарнизонов невозможно. У нас остался год, максимум два, а потом идти спасать будет просто некого, а жители империи скажут, что император забыл свой долг и они по-своему будут правы!

— Ситуация действительно очень тяжелая. — Согласился я с императором.

Пока император после своей эмоциональной речи пил вино я лихорадочно думал, что можно ему посоветовать. Но как назло не одной дельной мысли у меня не появилось. К счастью император меня не торопил с ответом, а потягивая вино из высокого фужера, терпеливо ждал, когда я поделюсь с ним своими мыслями. Молчание затянулось надолго, но поскольку ничего толкового мне в голову так и не пришло, я решил узнать, как используются ресурсы армии и ополчения, имеющиеся в данный момент — может, удастся найти какие-нибудь скрытые резервы, а там глядишь что-то, и придумаем толковое.

— Примерную численность и структуру имперской армии я знаю. — Прервал я затянувшееся молчание. — А как армия взаимодействует с ополчением и как в местное ополчение набирают ополченцев?

— Какое еще ополчение? Что это такое? — Изумился император.

Хлопнув себя ладонью по лбу (все забываю, что я не на Земле и, следовательно, народные дружины тут могут называться совсем иначе), сжато рассказал ему о народном ополчении, особо подчеркнув их роль во время войны. Чуть было не завершил свой рассказ о цеховых дружинах и крестьянских отрядов времен Средневековья, но вовремя прикусил свой язык. Ошеломленный моим рассказом император чуть не выронил из рук фужер и не менее получаса переваривал полученную от меня информацию.

— Ничего подобного у нас в империи нет. — Наконец сказал он. — Но как можно бросить в бой не профессиональных солдат, а совершенно необученных крестьян и ремесленников?

— Как это нет ополчения? — Удивился я.

— Воевать — это дело солдата, именно за это он и получает свое жалование. А крестьяне и мастеровые должны заниматься своим делом, а не махать мечами. — Отрезал император.

— Когда армия может обеспечить их защиту! — Не согласился я с ним. — Когда армии нужна помощь, именно население должно ей помочь, а иначе крестьяне и мастеровые будут кормить и содержать чужую армию.

Император долго обдумывал мои слова, а я, вскочив со стула начал расхаживать по палатке.

— Я должен признать, что ты прав. Но все равно — как можно выставить в поле необученных людей? Даже неопытный солдат сможет легко справиться с несколькими ополченцами! — Растерялся он. — Ведь люди просто погибнут зря. Я не могу этого допустить.

— А кто сказал, что их возьмут и просто выставят в поле, и ничему не будут обучать? — Удивился я. — Я видел много ветеранов, которые очень переживают, что в данный момент они ничем не могут помочь империи. Вот именно они и будут обучать ополченцев! Тем более, что в поле их никто не будет выставлять — они будут помогать городским стражникам, когда из городов понадобиться забрать войска. Ты сам говорил, что у нас есть еще как минимум год — вот за этот год и надо обучить их стоять на стенах и защищать свой город. Только надо что бы империя поддержала материально и ополченцев, так как они будут тратить свое время на учебу вместо того, что бы зарабатывать на хлеб, и ветеранов — я думаю, они вообще будут выкладываться полностью и если понадобиться, то встанут на стенах впереди них!

— Как же я раньше об этом не подумал! — Схватился за голову император. — Ведь действительно — большинство ветеранов ушли из армии по выслуге лет. Совершать марши в составе легионов они не могут, а вот стоять на стенах для защиты городов очень даже смогут! Это очень хорошая мысль!

— А какая будет помощь городским стражникам! — Продолжил я развивать свою мысль.

— Вот еще одно решение проблемы! — Перебил меня император. — Практически все городские стражники рвутся служить в армию. В некоторых городах бургомистры удерживают их, чуть ли не силой — так они хотят служить в имперских легионах. — Пояснил мне, когда заметил, что я не совсем понял, что он имел в виду. — После того как ветераны обучат основам городское ополчение, можно будет смело забирать в армию всех желающих из городской стражи.

— Но командиры и самые опытные стражники должны остаться в городской страже. — Вставил я свой комментарий.

А то, увлекшись открывшимися перспективами, император действительно заберет всех городских стражников в армию. И кто тогда будет бороться с городской преступностью? Местные ополченцы это хорошо, но они не знают очень многих нюансов в службе городской стражи и тем более ничего о воровском мире. Именно это я очень подробно объяснил императору, который уж очень увлекся мыслью оставить города без профессиональных стражников, а это ничем хорошим не закончиться. Взять хотя бы Советскую милицию образца тысяча девятьсот восемнадцатого года, когда городские Советы туда отправили работать матросов, солдат и рабочих, а старых специалистов, которые знали криминальный мир как свои пять пальцев, выгнали на улицу. Чем это все закончилось? Бардаком и большой кровью. Правда, когда поняли, что дело пахнет керосином, тех, кто захотел вернуться — вернули. Но до того как они это поняли, был разгул бандитизма. Выслушав мои слова и согласившись со мной, император слегка приуныл — как же вроде нашли резервы для армии, а тут такой облом. Еще он посетовал, что сейчас в легионах медленно идет обучение новобранце, так как практически все опытные вояки постоянно заняты в патрулях и прочих тяготах армейской службы, а молодых солдат по известным причинам очень много. Но тут я вспомнил о Суворовских ветеранах и ветеранов Римских легионов. Первые, не взирая на возраст, прошли с Суворовым через Альпы, а вторые во время битвы были последним бастионом легиона и даже иногда поворачивали в пользу Римских легионов уже, казалось бы, проигранные битвы. Все это я очень подробно рассказал императору, который жадно слушал мой рассказ. Во время рассказа я особо подчеркнул, что ветераны должны вернуться именно в те легионы, в которых они служили, так как помимо обучения новобранцев они должны быть хранителями духа и славных традиций легиона. Когда у молодого солдата перед глазами стоит такой ветеран, который по вечерам рассказывает ему о славных победах и традициях легиона, то он делает все возможное и невозможное, что бы быть достойным называться легионером и служить в легионе.

— Когда у солдата высокий боевой дух, то он стоит как минимум двух легионеров. — Согласился со мной император, когда я закончил рассказывать. — Я прикажу имперскому коннетаблю немедленно заняться этим вопросом! Только ведь когда легионы выступят, что бы идти отбивать территорию империи, они тоже захотят идти с легионами!

— А это уже будет решать командир легиона. И вообще, ведь кто-то должен следить за порядком в расположении легиона и принимать новых новобранцев? Вот они и займутся этими важными и нужными делами.

— Тоже верно. — Кивнул император.

— А для тех ветеранов, которых командиры легионов решат взять с собой, я думаю, найдутся лошади. Или в империи очень плохо с лошадьми?

— Найдутся! — Расхохотался император. — Ты прав, не наше это дело это решать — пусть решают командиры легионов. — Император перестал смеяться и задумчиво посмотрел на меня. — Мы забыли о ветеранах-инвалидах.

— Об этом я не подумал. — Согласился я.

Пару минут мы просидели в молчании, но тут я вспомнил о Корне и детях-сиротах в деревне.

— Для них тоже есть очень важная работа.

— Говори! — Даже привстал со своего стула император.

— В деревне барона Лорга, где я прожил некоторое время, я познакомился с двумя ветеранами….

— Я прекрасно знаю Корна и Вента — очень опытные бойцы и командиры. — Прервал меня император. — О них можешь не рассказывать, а говори самое главное — мне очень не терпится услышать твои мысли по поводу ветеранов-инвалидов.

— Хорошо, но прошу меня не перебивать. — Промочив пересохшее горло глотком пива — никогда я не говорил так долго и много как сегодня, продолжил. — Так вот они в деревне возились с детьми-сиротами. Когда я покидал деревню, они начинали их тренировать как новобранцев, так как дети сами этого очень хотели.

— К сожалению, многие дети видели смерть своих родителей, а те, кто этого не видел, не знают, что случилось с их родителями и родственниками. Тогда в первую очередь спасали именно детей — ведь это будущее империи.

— Я тоже так считаю. — Кивнул я и спросил. — А по какому принципу расселяли этих сирот?

— Детей из городов селили в городах, а из деревень — естественно в деревнях. Мы думали, что в привычной для них обстановке им будет легче пережить горечь потери родных и близких.

— Я предлагаю привлечь к воспитанию детей-сирот ветеранов-инвалидов. С детьми они забудут о своих ранах и будут заняты очень важным для империи делом. Самой главной их задачей будет отвлечь детей от тяжелых воспоминаний и воспитать в них крепость духа. Так же они должны будут определить, кому лучше в будущем пойти служить в армию, а кому заниматься мирным трудом. Я думаю, что они с этим прекрасно справятся. Надо будет еще привлечь к ним в помощь местных жителей. Пусть они покажут детям свою работу, кто-то из них наверняка чем-то заинтересуется и, следовательно, будет с удовольствием учиться этому ремеслу. Так что когда ребенок вырастет, он будет уже неплохим мастером в выбранном им самим деле. Но самая главная задача при работе с детьми — это выделять способных детей. Для них, если это возможно, надо создать отдельные школы, как военные, так и гражданские. Даже скажу больше — надо разделить эти школы на две. В первой будут преподавать основы, и смотреть, кто из детей сможет в будущем стать умным командиром или гражданским чиновником, а кто не поднимется выше сотника или помощника того же чиновника. Но это уже будут подготовленные люди, которые очень помогут империи в будущем, потому что дети это действительно будущее империи. — Я закончил говорить и вопросительно посмотрел на императора.

— Дети обуты, одеты, накормлены и под присмотром. — Явно процитировал кого-то он. — А вот про то, что они, по сути, предоставлены сами себе и своим воспоминаниям никто не подумал. Ты, верно, это подметил и предложил хорошее решение этого вопроса. У нас тут бывшие маги остались не удел и чуть ли не каждый день пристают к канцлеру с вопросом, что им сейчас делать. Вот пусть они и займутся воспитанием детей-сирот. Практически у всех бывших магов очень хорошее и разностороннее образование, так что они справятся с обучением способных детей, а для тех, кто бредит воинской службой, найдутся отставные командиры, которые научат их премудростям тактики и стратегии. Итак. — Император достал бумагу, чернила и принялся быстро что-то записывать. Закончив писать, он специально для меня зачитал свои записи. — На местах привлечем ветеранов-инвалидов и подберем магов с преподавательским опытом для первоначального обучения и определения подающих надежды способных детей. Отобранных детей переводим в профильные учебные заведения первой ступени, где их будут учить по выбранным направлениям, и выявят среди них самых талантливых, которые продолжат обучение в императорской академии. И через некоторое время империя получит подготовленных служащих, как для армии, так и для гражданского аппарата. — Закончив читать, он свернул пергамент и положил его в тубус для бумаг. — Теперь поговорим о главном — пограничье и все что с этим связанно. Я лишний раз убедился, что ты смотришь на многие вещи не так, как мы привыкли, а это именно то, что нам сейчас очень нужно. Ты бы слышал, как хвалил тебя коннетабль империи, когда ему рассказали твои идеи по поводу пограничной стражи и пограничья. Он даже в запале назвал себя старым маразматиком, так как не додумался до этих простых вещей, хотя что-то подобное было в империи — Особый Егерский отряд.

— Насколько я знаю, у этого отряда были несколько другие задачи. — Вставил я свой комментарий.

— Другие, но очень похожие. А вот о границе все как-то забыли. Контролируют войска основные дороги, через которые можно провести армию и ладно, а вот о контроле тропинок и пограничья никто не подумал. А между тем там происходят непонятные происшествия — Сыскной приказ сообщает о пропавших людях и сгоревших деревнях. Пока мы не наведем там порядок, мы не можем идти на оставленные нами провинции империи, а это наша главная задача на сегодняшний день. Скажу больше — ко мне приходили главы всех гномьих кланов, которые присоединились к империи и заявили, что если мы через год не пойдем возвращать наши земли, то гномы уйдут из империи и сами пойдут к своим горам и городам, которые там находятся. Еле их уговорили подождать пару лет. Даже пришлось им рассказать о создаваемой нами пограничной страже и что первая ваша задача — вести предварительную разведку перед отправкой имперской армии. Еле их уговорили, но они выдвинули требование — в состав пограничной стражи должны войти и их воины. Мы не стали с ними спорить по этому вопросу — тяжелая пехота вам пригодится.

— Зачем? — Удивился я.

Несколько минут император молчал и о чем-то напряженно думал. Затем, похоже, он принял какое-то решение, решительно встал со стула и подошел ко мне. Я так же встал со стула и ждал, что мне скажет сейчас император. Я не сомневался в том, что сейчас я узнаю что-то, о чем в империи знает всего несколько человек. Тем временем император обнажил висевший у него на поясе меч.

— Опустись на колено. — Сказал он.

Когда я встал на левое колено, он протянул мне меч клинком ко мне:

— Положи свои руки на меч и клянись. Клянись быть преданным подданным империи.

— Клянусь.

— Клянись верно служить народу империи.

— Клянусь.

— Клянись, если понадобиться, без колебаний отдать жизнь на благо империи и во имя императора. Клянись быть честным, храбрым и превыше жизни ценить свою честь и эту клятву.

— Клянусь.

— Отныне ты прямой вассал императора и не верс, а барон. Вот, правда, баронства у тебя пока нет, но я думаю, что это не надолго. Придумай себе герб и покажи его Хелару — лучше его никто не знает всех тонкостей геральдики и не будет ли новый герб двойником уже существующего герба. Я надеюсь, что когда-нибудь в твоем гербе появиться и восходящее солнце. Теперь тебя не может судить обычный или военный суд, а только я. Но советую не радоваться — в девяти случаях из десяти это означает смертную казнь или пожизненное заключение. — Как-то буднично сказал император, пряча меч в ножны. — Кстати, ты уже можешь встать и присесть за стол — надо отпраздновать твой вассалитет. И запомни то, что ты сегодня услышишь в этой палатке, не должен знать никто. Конечно, этой информацией в полном объеме обладает имперский тайный совет. Мой тайный совет ты знаешь почти в полном составе, кроме коннетабля. Это Хелар, канцлер, Лерс и коннетабль Лорг.

— Барон Лорг? — Удивился я, мысленно начав прикидывать, кто из двух братьев оказался коннетаблем, но быстро спохватился, так как им мог быть только их отец, с которым я так до сих пор и не был знаком. — Это отец Инера? — Решил я на всякий случай спросить императора.

— Именно он. — Подтвердил мне император. — Ты его видел, когда тебе вручали грамоты и озвучили твои титулы. На днях ты познакомишься с ним лично — вам надо будет обсудить некоторые организационные вопросы по пограничной страже.

— Буду очень рад познакомиться с отцом Берка и Инера. Но сразу предупреждаю — для пограничной стражи я буду требовать очень много, начиная от лучшего оружия и снаряжения до хорошей оплаты и серьезных льгот.

— Все что понадобится пограничной страже, будет предоставлено. — Согласился император. — А про льготы и деньги, ты мог даже и не вспоминать — какая служба, такая и оплата.

— Все хотел спросить, а какие награды в армии империи? — Задал я давно занимавший меня вопрос. — И что значит добавить к гербу символ императорского рода, то есть восходящее солнце?

— Право добавить в свой герб восходящее солнце дается за особые заслуги перед империей. Таких родов в империи единицы — просто так такую честь не заслужить. В армии награждают деньгами, титулами и землями. — Слегка удивился император, мол, а чего ты еще хочешь.

— А отличительные знаки?

— Какие еще знаки?! — Очень удивился император.

Так, понятно, подумал я, никаких орденов или медалей здесь нет. А это значит, что любой павлин с титулом, который вроде как был в действующей армии, но при этом прятался за спинами солдат, может спокойно рассказывать всем желающим какой он отважный и опытный вояка. Так как в великосветских салонах простые солдаты и нормальные офицеры не бывают, то никто не сможет поймать его на вранье и, следовательно, опустить ниже плинтуса. И будет этот «салонный герой» рассказывать сказки и лакать до потери пульса вино, а затем, скорее всего, буянить и лезть в драку. И ведь по нему будут судить об армии в обществе. Вот здесь отличительные знаки за участие в боевых действиях и проявленную храбрость очень пригодятся, а если кто-то решит их одеть, не имея на это права то, как минимум вызов на дуэль от боевых офицеров ему гарантируется. Собравшись с мыслями, я рассказал императору об орденах и медалях, а так же о своих мыслях по поводу «салонных героев».

— Мысль очень хорошая. Действительно, идет солдат по городу, а люди сразу видят, как хорошо он служит Родине. — Подумав, согласился со мной император. — Но тратить на это металл?! А время, которое потратят кузнецы на эту работу?

— Зачем тратить металл? — Удивился я. — Можно обойтись, ну допустим шнурами определенного цвета. — Предложил я вариант, вспомнив про аксельбанты. — А вот сделать парочку орденов из металла и даже с драгоценными камнями можно и нужно. Это будут ордена за самые выдающиеся заслуги перед империей. И выдавать их надо, не взирая на то, кто совершил подвиг — дворянин или простой крестьянин. Это очень сильно поднимет дух армии и жителей империи, все будут знать, что на поле боя все равны, все солдаты империи.

— Расскажи подробно об отличительных шнурах, эта мысль мне очень понравилась. — Попросил меня император.

— Все очень просто. Шнур крепиться на левом плече и на пуговице мундира. — Я провел пальцем от плеча к пуговице, показывая, как будет висеть такой шнур. — В первую очередь солдат защищает жизнь мирных граждан империи, цвет жизни — зеленый. Пролил при этом свою кровь — к зеленому цвету добавляем красный — цвет крови. Не пролил кровь, но был всегда впереди, тогда вместо красного цвета добавляем оранжевый цвет. Был ранен, но остался в строю — все три цвета вместе, как показатель высокого героизма солдата.

— Замечательно! — Моя мысль явно очень понравилась императору.

— Что бы не заставлять солдат носить большое количество шнуров думаю, что есть смысл ограничить их максимальное число на форме. Мне кажется, что больше пяти шнуров будут смотреться не очень красиво. Поэтому, когда надо будет награждать солдата или офицера шестым шнуром, то вместо шнура будем его награждать лентой на гарду парадного меча или может, придумаете что-нибудь лучше.

— Обязательно подумаем над этим вопросом. — Кивнул император.

— Самое главное, что бы о наградах и за что их дают, знали даже в самой глухой деревушке империи.

— Мы обязательно разошлем имперских глашатаев, которые посетят все города и села империи и очень подробно расскажут жителям о введенных наградах и что каждая из них означает!

— Глашатаев? А разве в империи нет газет? — Удивился я. — Кто-то как-то упоминал о них при мне, и я был уверен, что они есть и сейчас.

— Раньше были. — С сожалением в голосе сказал император. — Ведь и газеты у нас были магические — на магических кристаллах.

— Это как? — Поразился я. — И как могли читать эти газеты те, кто не владел магией? И сколько стоили такие газеты? Мне почему-то кажется, что очень дорого! Получается, что простые подданные империи не могли себе позволить купить такую газету.

— Ничего подобного. — Даже слегка обиделся за империю мой собеседник. — Кристалл с газетой мог купить и прочитать даже самый бедный крестьянин империи. Все было очень удобно и просто — кристалл мог активировать любой человек, и для этого не надо было быть магом. Просто проводишь по нему ладонью, и открывается небольшая иллюзия, которая в нескольких словах показывала содержание этой газеты. Выбираешь то, что тебя заинтересовало и читаешь — все было очень просто и понятно. Когда человек в первый раз покупал кристалл, он действительно плачивал помимо стоимости газеты и стоимость магического кристалла, но потом при покупке нового выпуска газеты он просто менял старый кристалл на новый и платил за это всего половину медяка.

— А почему сейчас вы не выпускаете бумажные газеты? — Моему удивлению не было границ. — Ведь вы умеете делать очень хорошую бумагу, без всякой магии и у Хелара в библиотеке я видел бумажные книги, которые были явно напечатаны на печатном станке.

— Есть у нас печатные станки. — Поморщился император. — Но если мы начнем на них печатать газеты, то тогда они будут стоить очень дорого. Посуди сам. — Начал он загибать пальцы. — Сначала надо на деревянной доске вырезать текст и таких досок надо много, каждая доска выдержит максимум десять-двенадцать оттисков, а затем надо будет вырезать новую доску. Вот теперь представь себе, сколько будет стоить такая газета.

— Я думаю, что смогу решить эту проблему. — Улыбнулся я. Дело в том, что, будучи студентом, я одно время подрабатывал в типографии и мастером на моем участке был фанатик печатного дела. Он так заразил меня своей любовью к этой профессии, что я одно время очень серьезно увлекся историей печатного дела и прочитал очень много материалов, которые были этому посвящены. Так что устройство простых печатных станков я помнил очень хорошо. — В течение нескольких дней один упрямый и ворчливый гном получит от меня описание печатного станка, который печатает без использования деревянных досок и газеты или книги, которые напечатают на нем, будут стоить недорого.

— Это будет просто замечательно. — Обрадовался император. — Если ты постоянно будешь предлагать полезные новинки, то очень скоро станешь одним из самых богатых людей империи.

— О приятных мелочах поговорили, а теперь я хочу все-таки знать, зачем пограничной страже тяжелая пехота гномов. — Решил я сменить тему разговора.

Император осуждающе покачал головой:

— Нельзя перебивать императора, тем более, когда он тебя хвалит.

— Прошу прощения Ваше Императорское Величество, но мне кажется, что у нас осталось мало времени до конца охоты и очень много серьезных вопросов. — Извинился я.

— Я ведь просил обходиться без всяких величеств. — Рассмеялся император. — Но насчет времени ты абсолютно прав. О мелочах поговорили и теперь действительно пора перейти к серьезным вопросам. Гномы отдают в распоряжение пограничной стражи всех своих медвежьих наездников.

— Кого, кого?! — Поперхнулся я пивом.

— Медвежьих наездников. — Невозмутимо повторил император. — Очень, знаешь ли, хорошие ребята. Их атаку практически не возможно остановить и в наездники выбирают самых лучших гномов.

— Впервые слышу о медвежьих наездниках и по этому не имею о них ни малейшего понятия.

— Если коротко, то очень давно гномы делили свои горы с пещерными медведями. И для них эта была серьезная проблема — пещерные медведи очень злобные, выносливые и не терпели никого на своей территории. Гномы не стали идти простым путем и истреблять медведей, а решили приручить их.

— Когда была магия, то возможно это не было большой проблемой. Но как сейчас они управляют ими?

— Гномы никогда не владели магией разума и, у них не было Повелителей зверей. Они смогли приручить их без всякой магии. Правда на это у них ушло очень много времени, точнее пять или шесть сотен лет, но результат превзошел даже самые смелые ожидания. Медвежат забирали из пещер, растили и воспитывали в подземных городах. Вот так и появились медвежьи наездники. Закованные в броню медведи, которые беспрекословно повинуются своим наездникам это очень грозная сила. Кроме того, вы получите отличных кузнецов и строителей в лице гномов — ведь гном не попадет на службу, пока не освоит какое-нибудь ремесло. Теперь ты доволен?

— Доволен. Но ведь гномы не просто так отдают свои элитные войска?

— Когда ко мне пришли старейшины кланов с ультиматумом по поводу скорейшего выдвижения армии империи на оставленные земли, я сначала даже не знал, что им ответить. Но тут вмешался случай — в империю прорвался отряд из княжества Колрис. — Император внимательно посмотрел на меня.

— Я все понял — сейчас мы разговариваем о государственных тайнах. — Правильно истолковал я его взгляд.

— Совершенно верно. — Удовлетворенно кивнул мне император. — Что ты знаешь об этом княжестве?

— Граничит с империей, имеет выход к океану. Прекрасные мореплаватели и кавалеристы. Вот и все. — Ответил я, вспомнив рассказы Корна и Вента об этом княжестве. — Хотя нет. — Вспомнил я еще одну подробность. — Насколько мне известно, из княжества в империю только одна дорога — морем, так как горы не проходимы. И мне не понятно, как попало в империю посольство этого княжества.

— После землетрясений и природных катаклизмов в горах появилась дорога в империю. Живущие в этих горах жители княжества нашли эту дорогу и проверили ее, проведя по ней посольство. Это посольство привезло очень плохие новости — все прибрежные города и корабельные верфи смыты в океан несколькими гигантскими волнами. Побережье княжества ушло под воду, но океан на этом не останавливается, возможно, через какое-то время все княжество может оказаться под водой. Вдобавок к этому княжество постоянно атакуют пиратские кланы. Солдаты княжества захватили пленных и от них узнали, что почти все пиратские острова ушли под воду. На нескольких уцелевших островах все пираты не помещаются, а ближайшая к ним земля — это земля княжества. Флот княжества перестал существовать и соответственно они не могут эффективно отбивать пиратские атаки. Пираты захватывают в рабство мирных жителей, а в первую очередь корабельных мастеров и молодых мужчин — им надо срочно строить корабли и вывозить с островов население.

— Если территория княжества уходит под воду, то почему пираты пытаются ее захватить? — Удивился я.

— Тот же вопрос задавали и пленным пиратам. — Пояснил мне император. — Им нужна ближайшая суша, что бы срочно вывезти туда население островов, собраться с силами, построить как можно больше кораблей и запастись продовольствием. Несколько самых отчаянных капитанов ушли в дальние рейды к другим землям и островам, но пока никто из них не вернулся. Основная масса жителей пиратских островов сейчас живут в старых пиратских кораблях, которые не смогут выдержать дальнее плавание, кроме того, у них сейчас очень серьезные проблемы с продовольствием.

— Не было печали — получили под боком пиратское государство. — Подвел я итог словам императора.

— Империя окажет своему старому и верному союзнику всю возможную помощь. Сейчас к горному проходу перебрасывается два легиона — мы будем эвакуировать мирных жителей на территорию империи. — Сообщил мне император. — А так же помогать войскам княжества отбивать пиратские атаки. Самое главное, что бы пираты не попали на территорию империи. Только еще пиратов нам здесь не хватает для полного счастья.

— Если из княжества в империю всего одна дорога, то я не вижу в этом большой проблемы — надо найти хорошее место, лучше всего в самой высокой точке этой дороги и перекрыть ее хорошей крепостью. Лучше всего если в этой крепости будут нести службу жители гор княжества. Из них можно сформировать… — Я задумался на несколько минут, что бы разложить в голове появившуюся у меня мысль и продолжил. — Назовем это подразделение Горными егерями. Как жители гор, они будут прекрасно нести службу в горах, и выполнять поставленные задачи. А точнее — охранять крепость, что бы незваные гости не пришли в империю и проверять прилегающую территорию на предмет новых горных троп, по которым пираты смогут проникнуть в империю.

— По поводу крепости ты почти дословно повторил слова коннетабля. Но он предлагал отдать крепость гномам или разместить там имперские войска. Ты предложил лучшее решение этого вопроса. Тем более что в этих горах никогда не жили гномы. Все без исключения гномы хотят вернуться в свои родные горы, которые как раз и находятся рядом с оставленной имперской территорией.

— Проще говоря, гномы отказались селиться в крепости и заняться освоением богатств этих гор, так как хотят как можно быстрее вернуться к себе на Родину. — Перевел я дипломатические перлы императора на нормальный язык.

— Абсолютно точно. — Ухмыльнулся император. — Именно после этого предложения от нас, гномы и стали требовать как можно скорее идти на оставленные территории. Еле успокоили их, объяснив, что мы не можем оставить у себя в тылу проблему в лице пиратов, тем более отправлять сейчас войска на освобождение имперской территории, не обезопасив себя от удара в спину. Есть и еще одна причина, хотя как по мне она самая главная — в этих горах практически нет металлов. А так их войска будут идти, когда придет время, в первых рядах. Кроме того гномы очень сильно усилят пограничную стражу, так как принято решение о переброске с границы одного легиона имперских войск, который заменит уходящие на помощь княжеству войска. Соответственно пограничная стража заменит этот легион. — Император махнул рукой. — Всю информацию ты узнаешь от коннетабля, я прошу, а точнее требую — надо навести порядок в пограничных землях. Там творится неизвестно что. Сведения оттуда приходят самые противоречивые, а мне необходима полная и правдивая информация. А самое главное — империи жизненно необходим порядок в пограничье.

— Я понял стоящие перед пограничной стражей задачи. Но я сразу предупреждаю — если понадобиться я буду требовать принятия самых жестких мер к преступникам и предателям. Если этого потребуют обстоятельства, то и казни виновных, не взирая на их титулы и звания.

— Именно по этому с тобой в пограничье отправляется Лерс. Кроме того, Эльвор является имперским князем и ему даны самые широкие полномочия как командующему пограничной стражи в приграничных провинциях империи. Но как я уже и говорил, все подробности узнаешь у коннетабля и канцлера. Мне нужен результат и как можно быстрее. В связи с вышеперечисленными обстоятельствами формирование пограничной стражи будет проходить в два этапа. Первый этап уже идет — Эльвор сколачивает из прибывающих подразделений костяк будущей пограничной стражи.

— Каких подразделений?! — Удивился я, так как мне неоднократно говорили, что никто не даст нам подготовленных солдат. Всех гвардейцев, которых с подачи Быха буквально «оторвал от сердца» император, мы планировали назначить командирами формируемых рот, а сержантов готовить из лучших молодых легионеров.

— Пограничные легионы идущие на замену отправляемых в княжество войск оставят в пограничье более трети опытных солдат. Я лично написал командирам этих легионов письма, в которых объяснил этот неожиданный для них приказ. — Он обхватил голову руками. — Время, время! Нам катастрофически не хватает времени!

— Я все понял. — Кивнул я. — Оголить почти полностью приграничье мы не можем. Остается только одно — с минимальным личным составом обеспечить безопасность границ и в бешеном темпе обучать новобранцев и молодых легионеров.

— Совершенно верно. Именно в этом и состоит второй этап — как можно быстрее подготовить личный состав для выполнения функций пограничной стражи. Хотя… — Император первый раз за весь наш разговор просто искренне рассмеялся. — Что я собрался объяснять человеку, который подал прекрасную идею и изложил принципы применения нового вида войск? — Он как подросток подмигнул мне.

Теперь во весь голос хохотал я. Через несколько мгновений ко мне присоединился император. Но наше веселье продолжалось недолго, через минуту передо мной сидел император, на плечах которого лежала ответственность за свою страну.

— Я думаю, что мне как можно скорее необходимо выехать в приграничье. — Вскочил я со стула.

— Не торопись. Пока тебе там делать нечего. Эльвор и командиры легионов прекрасно справятся сами. — Император жестом предложил мне присесть за стол. — Там сейчас идет обычная рутина — легионы готовятся к походу, а Эльвор согласовывает списки солдат-добровольцев, которые имеют боевой опыт и приняли решение поступить на службу в пограничную стражу. Так что на данном этапе справятся и без тебя. Пока твое присутствие необходимо здесь.

— Боюсь, что в столице от меня будет мало толку. — Не согласился я.

— Не думаю. — Покачал головой император.

— Ну, разве что набью морды еще каким-нибудь молодым нахалам. — Ляпнул я и тут же пожалел, что в очередной раз не проконтролировал свой неугомонный язык.

Но к моему удивлению на этот несдержанный выпад с моей стороны император ответил совершенно спокойно:

— Кроме битья чьих-то морд, тебе еще надо заняться делами пограничной стражи. Если ты забыл, то я тебе напоминаю, что ты там числишься в ранге советника командира пограничной стражи. — Император с усмешкой начал демонстративно загибать пальцы на руке. — Первое — надо согласовать с канцлером денежное содержание и обеспечение солдат и офицеров. Второе — согласовать с коннетаблем численный состав пограничной стражи, ее вооружение…

— Я понимаю, что дел хватает и в столице, но ведь во всех этих вопросах я не понимаю совершенно ничего. Какой от меня тогда толк? — Удивился я.

— В общих чертах уже все готово. Осталось только утвердить и оформить указы, но канцлер и коннетабль думают, что ты должен посмотреть все подготовленные бумаги — может они что-то упустили. В общем, все равно один ты в пограничье не поедешь, а гвардейцы еще состоят на службе в императорской гвардии и тебе надо дождаться, когда они закончат все свои дела. К тому же может, познакомившись ближе с нашими реалиями и проблемами, которые сейчас стоят перед империей, ты предложишь еще что-то новенькое, до чего мы еще не додумались.

В это время в палатку заглянул гвардеец и сообщил, что охота уже закончилась, а олень, которого подстрелили охотники, уже зажарен. Император встал со стула:

— Заговорились мы с тобой — уже не только охота закончилась, но и жаркое готово. В общем, все вопросы по снабжению и обеспечению всем необходимым пограничной стражи обсуждай с канцлером и коннетаблем. Если вдруг возникнут вопросы, которые они не смогут решить, как мой вассал ты можешь обращаться прямо ко мне в любое время. Если у тебя появятся новые мысли или предложения — сразу ко мне. — С этими словами он направился к выходу. Я последовал за ним.

Жаркое из оленины, да еще на свежем воздухе было выше всяких похвал. Умяв пару огромных порций жаркого, я осоловел. Побеседовали мы с императором очень продуктивно, но долго и при этом совершенно забыли о еде. В столицу мы вернулись уже в сумерках. Пока ехали, меня клонило в сон, и я мечтал только об одном — как можно скорее оказаться в своей постели. Но стоило мне зайти в комнату и принять ванну, как сон куда-то пропал. Очень долго я ворочался в постели, даже пытался считать баранов, но все было бесполезно. Плюнув на сон, я сел за стол и начал вспоминать все, что мне было известно о типографских машинах и, делал для себя заметки, что бы при рассказе Тролу ничего не забыть. Так что программа завтрашнего дня была простой — мне предстоял очередной разговор и соответственно спор с одним очень упрямым гномом. Я расскажу ему все, что знаю об устройстве печатных машин, а как он применит полученную от меня информацию на практике, это уже его дело. Но все я же очень надеялся, что очень скоро смогу взять в руки газету и прочитать ее вечером перед сном. Так и уснул уже под утро за столом, уронив голову на свои записи.

Совершив обычную утреннюю пробежку и разминку, быстро перекусил и, оседлав Ветра, отправился к Тролу. Голос Трола я услышал, когда до его кузницы было еще метров сто, не меньше. Судя по громкости крика и тому, что говорил он на своем родном языке, у кого-то из его подмастерьев сегодня был не самый удачный день. Привязав Ветра, я решительно толкнул дверь и вошел в кузницу. На мое появление в кузнице отреагировал только подмастерье, Трол продолжал орать бешеным носорогом на несчастного юного гнома, стуча при этом какой-то железякой по наковальне.

— Доброе утро Трол. — Вежливо поздоровался я со спиной гнома.

— Кого еще принесло с утра пораньше?! — Перешел на имперский язык Трол, поворачиваясь ко мне лицом.

— Да вот ехал мимо, услышал рев какого-то бешеного зверя, который доносился из твоей кузницы и решил посмотреть, что здесь происходит. А это оказывается, ты так просто разговариваешь со своими подмастерьями. — Прикинулся я ничего не понимающим простачком. — Очень интересный язык. — Продолжил я, наблюдая за тем, как меняется выражение лица Трола. Если сначала на нем была явно видна готовность прибить какого-то нахала, который мешает Мастеру ругать нерадивого ученика, то теперь его лицо выражало напряженную работу мысли — он пытался понять я заехал просто так или хочу ему рассказать что-то интересное. — Такой яркий и выразительный, думаю, мне стоит заняться его изучением.

— Доброе утро. — Буркнул еще не совсем успокоившийся Трол. — Хотя для кого-то это утро не очень доброе. — Добавил он, глядя на втянувшего голову в плечи подмастерья.

— Если ты очень занят, я не хочу тебя отвлекать от важных дел. — Сделал я шаг к двери и как будто случайно достал из кармана свои ночные заметки.

— Я не занят. — Моментально среагировал на увиденные бумаги Трол.

— Ну что ты. — Замахал я руками, делая еще один шаг к выходу. — Я же вижу, что ты очень занят. Извини, что отвлек тебя. Я зайду как-нибудь в другой раз.

— Стоять! — Ушлый гном понял, что я приехал к нему не просто так, а сейчас самым наглым образом издеваюсь над ним. — Ты прекрасно видишь, что я сейчас ругаю одного нерадивого гнома, который позорит всех подгорных мастеров своими кривыми руками. Но это дело можно отложить, а сейчас я с удовольствием послушаю тебя и промочу горло кружкой доброго пива.

— Я в этом даже не сомневался. — Рассмеялся я, выходя из кузницы следом за Тролом.

Трол сначала пошел в сторону своей мастерской, но, сделав несколько шагов, вернулся к кузнице и, открыв дверь громко, что бы я тоже слышал, сказал:

— Сегодня тебе очень повезло — я даю тебе шанс исправить свою ошибку. Я приду вечером и посмотрю, что у тебя получилось. И за мою доброту благодари Олега, если бы не он, то ты уже собирал бы вещи и ехал домой. — Трол хлопнул дверью и быстрым шагом зашагал к мастерской. — Чего стоишь, как молотом пришибленный. Пошли быстрей ко мне в кабинет — поговорим. — Буркнул он, проходя мимо меня.

— Не бурчи, тебе это совсем не к лицу. — Ответил я, медленно идя за ним. — Такой степенный и мудрый гном должен олицетворять спокойствие и мудрость. А ты кричишь как раненый медведь.

— Мало мне было Быха с его шуточками, так еще один шутник объявился. — Ехидно прищурился, окончательно успокоившийся Трол.

— С кем поведешься, от того и наберешься. — Ответил я ему старой земной поговоркой.

— Хорошо сказал, надо мне запомнить это выражение. Иди в мой кабинет, а я приду через пару расс. — Трол открыл дверь в мастерскую и быстро потопал куда-то по коридору.

Появился он в кабинете на много быстрее, чем говорил — я успел только присесть за стол и разложить перед собой свои заметки. Хлопнула дверь, и Трол вошел в сопровождении старого седого гнома, который умудрялся держать в одной руке поднос с мясом к пиву, а в другой сразу три довольно больших кувшина с этим пенным напитком. Сам Трол ограничился всего двумя кувшинами с пивом в одной руке. Правда свободной рукой он открыл и придержал дверь, что бы его спутник мог спокойно зайти в комнату. Седой гном поставил свою ношу на край стола и сразу вышел, а Трол поставив свои кувшины, достал из шкафчика кружки и налил в них пиво.

— Тебе что, особое приглашение нужно. — Сварливо заметил он, глядя на меня поверх зажатой в руке кружки, видя, что я не тороплюсь присоединиться к нему.

— Ты решил меня споить пивом? — Вздохнул я, присаживаясь напротив него.

— Споишь тебя. — Хмыкнул он, делая большой глоток. — Доброе пиво еще никому не вредило, если конечно знать меру. Сейчас немного промочим горло, и ты мне расскажешь, зачем приехал ко мне.

Спустя полчаса и пару кружек пива Трол откинулся на спинку стула и требовательно уставился на меня:

— Давай, рассказывай, не томи.

— Да вот случайно узнал, что у вас проблемы с печатными машинами, а точнее их у вас нет.

— Как это нет. — От возмущения Трол чуть не опрокинул на себя стоящий возле него на столе бокал с пивом.

— Они-то есть. — Вздохнул я. — Вот только, во сколько обходится один напечатанный на них листок?

— А вот это правда. — Сразу загрустил он. — За книгу сейчас просят просто сумасшедшие деньги. Но ты ведь не просто так завел об этом разговор. И давай без этих твоих шуточек подробно рассказывай, чем можешь помочь в решении этой проблемы.

— А вот этого я и сам толком не знаю. — Развел я руки. — Расскажу все, что знаю о печатных станках своей Родины. Вот только не уверен, что ты сможешь сразу применить эти знания на практике. Образно говоря, я подскажу направление, в котором надо двигаться и некоторые технологии, а дальше уже твоя головная боль, как это все воплотить в работающий механизм.

— Обдумаем, разберемся. — Хлопнул ладонью по столу Трол. — Прикрыв на минуту глаза, он задумался. — Ты правильно выбрал день, когда прийти ко мне. Подожди меня, я быстро. — С этими словами он вскочил со стула и выскочил в коридор, хлопнув на бегу дверью, ничего мне толком не объяснив. Мне оставалось только пить пиво и ждать его возращения.

— Сегодня у нас Совет Мастеров и я решил, что коль Мастера тут рядом, пригласить их послушать твой рассказ — чем больше умных голов, тем лучше. В общем, они скоро придут сюда, что бы выслушать тебя, а там подумаем, как воплотить твои мысли. — Пояснил мне свои телодвижения вернувшийся примерно через десять минут Трол.

Мастера оказались людьми степенными и обстоятельными — мы с Тролом успели выпить почти все имеющееся в наличии пиво и поговорить о бедном подмастерье, которого он ругал в кузнице. На мою просьбу сильно не наказывать провинившегося ученика, Трол махнул рукой:

— Это я так кричал, исключительно для порядка, что бы он не расслаблялся. Мастер из него со временем должен получиться замечательный, а он сегодня допустил оплошность, которая простительна только для ребенка, который оказался в кузнице в первый раз в жизни, вот я и разошелся. Так что не переживай — будет ему наука, а выгонять его у меня даже и в мыслях не было. А кричал я на него исключительно в воспитательных целях — чтоб не расслаблялся, а то раз его похвалишь, а он сразу нос задирает.

— Значит, очень редко хвалишь. — Глубокомысленно изрек я, с усмешкой посматривая на слегка смутившегося от своих откровений Трола. — Ты или совсем его не хвали или хвали всегда, когда он этого заслуживает. — Посоветовал я ему. — Тогда он точно нос задирать не будет.

— Наверное, ты прав. — Задумался Трол.

Но долго размышлять ему не дали солидные и степенные гномы, которые неторопливо зашли в кабинет и с достоинством расселись за толом.

— Уважаемые мастера, я пригласил вас сюда вот по какой причине — мой друг Олег пришел ко мне с предложением попробовать наладить производство печатных станков, которые могут печатать недорогие книги и газеты. Он не мастер и знает только общие принципы конструкции таких станков. Но мы Мастера и я думаю, что, хорошенько обдумав то, что он нам расскажет, мы совместными усилиями сможем наладить производство таких печатных машин. — Подождав пару минут и не услышав от присутствующих вопросов и предложений, Трол обратился ко мне. — Мы внимательно тебя слушаем, расскажи нам все, что ты знаешь.

Легко сказать расскажи. С одной вроде все просто — основные принципы конструкции станков и их оснастки я вроде помнил очень хорошо, так же хорошо помнил, с чего началась эра промышленного использования таких станков. Но легко сказать помню и рассказать это в качестве просто полезной информации, но как рассказать так, что бы мастера могли воплотить твои слова в металле, я не знал. По этому решил начать с самого простого — технологии изготовления литер печатного шрифта. Вроде нет ничего сложного — взял и отлил литеру шрифта, но на самом деле все не так просто как кажется на первый взгляд. Когда я начал рассказывать о металлических литерах, со стула вскочил один из гномов:

— Молодой человек вы хоть представляете себе, сколько будет, стоит изготовление одной литеры? Я уже просто молчу о времени, которое потребуется мастеру для того, что бы ее выковать!

— Зачем ковать литеры? — Поразился я. — Их намного проще отлить. Будет быстро и дешево.

— Как отлить? — Хором спросили меня мастера.

Находясь в полной прострации от заданного мне вопроса, я спросил у Трола:

— Как вы делаете ну, например шестерню для какого-нибудь механизма?

— Известно как — куем мы шестерни. — Удивился моему вопросу Трол. — Но что такое жидкий металл и то, что его можно разливать в формы, мы знаем не хуже тебя. — От избытка эмоций он хлопнул ладонью по столу. — И хватит говорить загадками. — Слегка разозлился он на меня. — Вот возьми и объясни, как ты предлагаешь отливать литеры из металла!

Пришлось им в двух словах объяснить, как отливают детали из металла в моем мире и даже нарисовать простейший ручной разливочный ковш и форму для отливки. Несколько минут мастера молча переваривали полученную от меня информацию. Тишину нарушил сидевший рядом с Тролом гном:

— Мы используем для отливки заготовок для наконечников стрел и мечей каменные формы, но вот то, что можно делать формы для отливки из других металлов и не только мы даже, и не думали. Если мы сможем овладеть эти методом изготовления деталей….

— Обязаны! — Неожиданно перебил его Трол. — Иначе грош нам цена в базарный день! Принцип нам рассказали, а теперь наша задача — продумать технологию этого процесса и применить это на практике. — Оглядев задумавшихся мастеров, он посмотрел на меня. — Рассказывай, как отливать литеры.

— Отлить литеру и какую-нибудь деталь, это две большие разницы. — Пришлось мне слегка осадить Трола. — Слушай и записывай. Я расскажу о том, как отливаются литеры.

Я начал медленно рассказывать, как отливался типографский шрифт, стараясь при этом не упустить из виду даже самой маленькой детали. Для отливки литер нужно приспособление. Такое приспособление представляет собой прямоугольную металлическую словолитную форму. Как производилось в ней литье шрифта? Первоначально из твердого металла изготовлялся штамп, называемый пуансоном, на котором рельефно в зеркальном изображении гравировался буквенный знак. Затем пуансон вдавливался в матрицу — пластинку, сделанную из мягкого металла. Получалось вогнутое прямое изображение знака. Матрица вставлялась в словолитную форму и заливалась расплавленным металлом. Получалась литера с зеркальным рельефным выпуклым глазком буквы, с которой можно была печатать. Из одной матрицы можно было изготовить столько литер, сколько было нужно для печатания. Техническая трудность заключалась в том, что буквы алфавита отличаются одна от другой по ширине. Поэтому словолитная форма должна была быть приспособлена к ширине каждой матрицы. Это было достигнуто остроумным способом: словолитная форма состояла из двух частей в виде латинского Л; передвижением частей можно было изменять ширину формы. Поскольку пуансоном надо было выдавливать углубления в матрице, то естественно, что на пуансоны шла сталь, а на матрицы — мягкая медь. Но металл для отливки самих литер должен был обладать такими качествами, какими не обладает ни один природный металл: он должен был легко плавиться при сравнительно невысоких температурах, не быть слишком вязким в расплавленном виде и мгновенно затвердевать при остывании. На Земле такой сплав получили путем долгих экспериментов, и состоял он из семидесяти процентов свинца, двадцати пяти процентов олова и пяти процентов сурьмы. Решение оказалось настолько удачным, что в дальнейшем потребовались лишь весьма незначительные коррективы этого сплава. Поскольку я не знал, есть ли здесь похожие металлы и как они называются, то постарался объяснить присутствующим гномам особенность каждого металла, который использовался на Земле с описанием их свойств понятными для всех словами. Судя по тому, что внимательно слушающие меня гномы делали понятные только им пометки и не задавали при этом мне никаких вопросов, они очень хорошо представляли себе, какие металлы подходят под озвученные мною требования.

— Как видите литеры лучше всего просто отливать в металлической форме, а для той же шестерни нужна формовочная смесь и двусторонняя закрытая форма. — Закончил я свой рассказ о типографском шрифте.

— Ты забыл рассказать про формовочную смесь. — Потребовал подробностей Трол.

— Тут я особо ничем не могу помочь. — Огорчил я его. — Знаю только, что состоит она из огнеупорной глины, песка и жидкого стекла. И эта смесь на ощупь должна быть пушистой как первый снег.

— Смесь сделаем! — Подвел итог Трол. — А вот с формами и технологией отливки придется очень серьезно повозиться. — Подумав пару минут, он предложил. — Надо отрабатывать технологию на чем-то маленьком и очень простом, а затем можно будет переходить к отливке серьезных изделий.

— Тогда предлагаю отрабатывать технологию на наконечниках для стрел. — Пожал я плечами. — Скоро их понадобится очень много, а затраты металла на эксперименты минимальны, а там доберетесь до типографских литер и более сложных отливок типа шестерен и прочего.

— И ты, конечно, нам расскажешь, как сделать формы для отливки. — Уточнил Трол.

— Конечно. Ничего сложного в этом нет. Все предельно просто и.. — Тут я вовремя прикусил свой язык, так как чуть не ляпнул, что способ о котором я собирался им рассказать известен на Земле более чем полторы тысячи лет. Но о том, что я родился и вырос совсем на другой планете присутствующим здесь мастерам знать не обязательно. Хотя я еще до сих пор находился в шоке от империи — некоторые технологии были сравнимы с технологиями конца двадцатого века Земли и при этом не знают и соответственно не используют многие простейшие технологии, которые были известны на Земле еще в древние времена. Скорее всего, это связанно с тем, что эти технологии полностью заменялись магией и соответственно наоборот. Сам по себе этот метод очень прост и использовался еще племенами скифов. Взяв лист бумаги, я быстро набросал эскиз литейной формы, которая состояла из шести составных частей — основания с муфтой и жестко закрепленными в нем тремя коническими стерженьками, которые при литье образовывали втулку, пары боковых и пары торцевых створок. Боковые и торцевые створки входили в муфту основания и сверху соединялись в неподвижный блок овальной кольцевой обоймой. Извлекать готовые наконечники было очень просто — снималась верхняя обойма, и створки легко выходили из основы, освобождая наконечники. В такой форме за один прием можно было отлить три наконечника — два трехлопастных и один, находящийся между ними — двухлопастный. Процесс производства стрел в этой форме сводился к пяти операциям: сборка створок в один блок; закрепление их в основе; одевание верхней муфты; заливка металла; разборка формы и извлечение заготовок. Затем следовали отделение литников и заточка стрел.

Трол и мастера, выслушав мои пояснения, довольно долго изучали мой рисунок, что-то обсуждая вполголоса, но я не мог принять в этом участия, так как общались они между собой не на имперском языке. Так что мне оставалось только сидеть и ждать когда Мастера начнут задавать свои вопросы.

— Действительно все довольно просто и понятно. — Подвел итог Трол. — Теперь давай вернемся к печатным машинам.

Передохнув пару минут, я решил не торопиться с описанием механизмов, а рассказать об особенностях типографской краски. Для смазывания металлических литер (ведь они должны были оставлять отпечаток на бумаге) не годились обыкновенные чернила, тот же Гутенберг изготовлял типографскую краску из сажи и льняного масла (олифы). Рассказал и объяснил, что такое наборная касса и насколько она облегчает работу наборщику, а так же некоторые требования к бумаге. Перед началом печатания ее необходимо было увлажнить, так как сухая бумага плохо впитывает краску. Одновременно с бумагой при наборной кассе готовили печатную форму — набор. Наборная касса — это поставленный наклонно открытый сверху плоский ящик с ячейками разного размера — в зависимости от частоты употребляемости буквы. Для удобства наборная касса была разделена на две части — верхнюю с ячейками для прописных букв и знаков препинания и нижнюю для строчных букв. В верхней кассе литеры располагались в алфавитном порядке, а в нижней — с таким расчетом, чтобы наиболее часто встречающиеся буквы были под рукой. Наборщик, читая укрепленный напротив лист с набираемым текстом, держал в одной руке верстатку — специальный, инструмент, другой рукой собирал в ней буква за буквой нужную строку, а затем перекладывал ее на наборную доску, на которой составлялась печатная форма.

Теперь осталось самое главное — как можно подробнее объяснить устройство печатной машины цилиндрического типа. Именно эта машина произвела революцию в печатном деле, так как именно на ней стало возможно печатать большие тиражи за довольно короткий срок, а самое главное — удешевить производственный процесс. Основная идея заключалась в том, что пресс был не плоским, а цилиндрическим в виде барабана. Лист бумаги, будучи положен на цилиндр (барабан), прокатывался этим цилиндром по укрепленной на талере форме с набором, принимающим краску с вращающегося валика. Из прежних плоских досок в новом станке оставался только талер, на который ставился набор, плотно заключенный в металлическую раму. Замена плоских поверхностей вращающимися цилиндрами позволит сразу в несколько раз увеличить производительность станка. Основными узлами такого станка были покрасочный аппарат и печатающий барабан. Между ними взад и вперед двигалась тележка-талер с набором. Приняв краску от красочного аппарата, талер задвигался под печатающий барабан, который прокатывал по нему лист бумаги. Таким образом, в общих чертах происходил процесс печатания.

Я весь вспотел от напряжения, когда пытался объяснить все это гномам, постоянно перебирая свои заметки. Гномы внимательно и очень терпеливо слушали мой слегка путаный рассказ и завалили меня вопросами только тогда, когда я замолчал, что бы перевести дыхание. Самый главный вопрос был простой, что именно приводило в движение валы печатной машины. На этот вопрос я толком так и не смог им ответить, кроме того, что печатный станок имел привод на главное колесо, которое в свою очередь приводило в действие сложный механизм из целой системы зубчатых колес и зубчатых передач, двигавший в нужном направлении и в нужные моменты все работающие части машины. Поняв, что по этому вопросу больше я ничего не знаю, они переключились на наводящие вопросы — каков принцип работы той или иной составляющей части печатного станка. А именно красочного аппарата, печатного барабана и талера. А самое главное, просили рассказать об этом как можно подробнее. И я начал, медленно рассказывать, стараясь не упустить ни малейшей подробности, мысленно проклиная тот момент, когда решил, что смогу внятно объяснить основные принципы конструкции простейшей печатной машины цилиндрического типа, что бы заменить имеющиеся здесь печатные прессы. Но поскольку очень хорошо помнил принципы работы каждого основного узла, постепенно увлекся рассказом, не обращая внимания на постоянные дополнительные вопросы гномов.

Красочный аппарат состоял из длинного ящика с краской и нескольких валиков, последовательно передававших эту краску друг другу. Верхний металлический валик находился в самом красочном ящике. При вращении на него попадал слой краски, которую по надобности можно было выпускать из ящика в щель, делая эту щель то толще, то тоньше. С металлического валика краска подавалась на тонкий валик, который затем спускался с ней на вал, вращавшийся внизу и двигавшийся не только вокруг своей оси, но также и вдоль нее. С него краска сходила на голый металлический цилиндр, а уже оттуда попадала на два упругих барабана, которые растирали ее и распределяли по набору ровным слоем. Такое сложное устройство красочного аппарата объяснялось тем, что его функция в ускорении печатанья была очень велика. Краски на набор должно было поступать ровно столько, сколько необходимо для получения отчетливого оттиска. Ее не могло быть больше, поскольку в этом случае листки стали бы пачкать друг друга. Краска должна была хорошо растираться и распределяться по набору равномерно. Роль печатающего барабана заключалась в том, чтобы захватить лист чистой бумаги и прокатать его по набору. На его поверхности располагались специальные захватки, которые то поднимались, то опускались, в зависимости от положения барабана. В то время, когда талер с печатной формой находился под красочными валиками, печатающий барабан оставался неподвижен и захватки его были подняты. Накладчик, стоявший на высокой скамейке, брал лист бумаги из запаса, лежащего от него по правую руку, и клал ее на косую плоскость довольно близко к цилиндру, чтобы бумага могла быть взята захватками. При движении талера назад барабан начинал вращаться. Тогда захватки наподобие пальцев накладывались на лист и увлекали его за собой. Лист бумаги обволакивал барабан и крепко прилегал к нему, прижимаемый тесемками, которые приходились на поля. Во время движения цилиндра особые иглы (графейки) прокалывали лист посередине, удерживая его от перекоса. При своем круговращении барабан проводил лист над набором, прижимая его. После того как лист принимал краску, зажимы поднимались, а тесемки переводили бумагу на другой прибор — «ракет» (приемник), представлявший из себя ряд длинных плоских пальцев; эти пальцы, после перехода на них печатного листа, поднимались и опрокидывали его на стол, где листы ложились друг на друга печатью вверх. Тем временем талер вновь отодвигался под красочный аппарат. Чтобы при этом обратном движении набор и барабан не соприкасались, одна из сторон последнего была чуть-чуть срезана. Во время прохода талера барабан, обращенный срезами книзу, оставался неподвижен. Но когда набор становился под красочный аппарат, барабан возвращался в первоначальное положение, приоткрывая захватки для приема бумаги. После того как все листы получали оттиски на одной стороне, их можно было вновь пропустить через машину и печатать на обороте.

Исчерпав все свои познания по данному вопросу, я сказал:

— К сожалению это все, что я знаю. Больше мне нечего добавить к сказанному.

Трол подвел итог нашего разговора:

— Я думаю, что мастерам есть над чем подумать, по этому я предлагаю встретиться завтра после обеда и каждый мастер выскажет свои соображения, которые мы вместе обсудим.

Когда последний гном попрощался с нами и вышел из комнаты, Трол сказал, глядя в окно:

— Хорошо поговорили — скоро начнет темнеть.

— Поехал я к себе спать, всю ночь просидел за столом. — Кивнул я на свои записи, которые лежали на столе.

— Зато сегодня не будут спать Мастера. — Рассмеялся Трол. — Надеюсь, что сегодня ты выспишься.

— Высплюсь, и никто меня не сможет разбудить как минимум до обеда.

— Если будешь нужен, разбудят. А если мне что-то надо будет уточнить у тебя, то я и ночью приду тебя будить.

— Попробуй, рискни здоровьем. — Рассмеялся я, направляясь к выходу.

— Уж и пошутить нельзя. — Сразу начал ворчать Трол, идя следом за мной.

— Я тоже шучу. — Поспешил успокоить его я. — Но будить меня ночью без серьезных причин все-таки не советую.

— Ладно, езжай шутник спать. — Махнул мне с крыльца рукой Трол, пока я садился в седло. — Жду тебя с новыми предложениями и мыслями.

— Как только, так и сразу. — Отшутился я, направляя своего коня в сторону ворот.

Зайдя к себе в комнату, я сразу рухнул в постель и просто отключился.

Рано утром я проснулся от громкого стука в дверь. Посмотрев в окно, я понял, что рассвело совсем недавно и мне было совершенно не понятно кто приперся ко мне в такую рань, а самое главное зачем. Но делать было нечего и мне пришлось вставать и идти открывать дверь. На пороге стоял Бых и, выражение его лица не предвещало мне ничего хорошего. Сделав вид, что я не заметил его кровожадного взгляда, пригласил его войти и, извинившись, отправился умываться. Водные процедуры я несколько затянул в надежде, что он немного остынет, и мы спокойно поговорим. Как ни странно моя уловка сработала. Когда я вышел из ванной комнаты Бых уже не пытался испепелить меня взглядом и относительно спокойно поинтересовался:

— И где ты вчера целый день пропадал?

— Заехал в гости к Тролу и не заметил, как пролетело время. В общем, весь вчерашний день я провел у него. — Пояснил я Быху.

— Ну, тогда все понятно. Тогда ладно. — Окончательно успокоился он.

— А ты что потерял меня или кто-то очень хотел со мной встретиться? — Уточнил я.

— Хотел посмотреть, на что ты делаешь упор в своих тренировках, но вместо этого целый день потратил на твои поиски. — Хмыкнул он. — Кстати, не забывай, что ты состоишь на службе и соответственно можешь понадобиться императору или коннетаблю в любую минуту.

— Меня разыскивал кто-то из них? — Мое настроение, которое с очень большой натяжкой можно было назвать нормальным, стало стремительно ухудшаться.

— К счастью нет. Вчера тебя разыскивал только я. — Успокоил меня Бых. — Но на будущее, я очень прошу тебя, когда будешь куда-то уходить, то не забывай сообщать о том, где тебя искать дежурному офицеру.

Бых был абсолютно прав, и мне только оставалось это признать — не сообразил, что я здесь все-таки на службе, а не гость императора. Действительно в караулке возле ворот сидел дежурный офицер-гвардеец и в число его функций входил вызов понадобившихся подданных к императору. А как этот офицер в случае необходимости смог бы найти меня? Куда ему посылать посыльного? Как видно Бых понял, что я все понял и осознал, по этому он добродушно добавил:

— В следующий раз, когда будешь покидать императорскую резиденцию, не забывай сообщать дежурному, где тебя можно будет найти в случае необходимости. И еще. — С этими словами он подал мне запечатанный пакет. — Хоть иногда заходи к нему и узнавай, нет ли для тебя писем. Никто не будет бегать и искать тебя, что бы передать тебе письмо, а пока ты здесь вся почта на твое имя приходит сюда и ее соответственно оставляют дежурному. Хотя мой тебе совет — делай это каждый день. Это письмо лежит у него уже два дня и, лежало бы еще, если бы я не зашел сегодня узнать, нет ли для меня писем, и он не спросил у меня, не знаю ли я некого верса Олега — советника командира пограничной стражи.

— Барона Олега. — Поправил его я, распечатывая письмо. — Честно говоря, не думал, что почта тоже приходит к дежурному и уж, тем более что кто-то мне будет сюда присылать письма.

— Барон? Честно говоря, не знал. — Покачал головой Бых. — Поздравляю! Но как так получилось, что я об этом узнаю только сегодня? И где твой перстень с гербом?

— На императорской охоте. — Сообщил я ему, в нескольких словах рассказав ему об этом событии, естественно умолчав о том, что во время этого разговора сообщил мне император.

— Не затягивай с выбором герба и надо срочно заказать перстень, а так же подать бумаги в императорскую геральдическую палату, что бы тебя внесли в списки дворян империи. — Посоветовал мне Бых.

— Тогда сегодня же и займусь этим. — Ответил я ему. — Вот только прочитаю письмо и попрошу тебя помочь мне в этом нелегком деле.

— Конечно, помогу, куда я денусь. — Вздохнул Бых, присаживаясь на стул возле окна.

Письмо оказалось от Эльвора и я начал внимательно его читать. Эльвор сообщал, что процесс формирования пограничной стражи идет полным ходом. Для размещения личного состава предполагалось использовать укрепленный лагерь легиона, который переводился в окрестности столицы. Уже были отобраны ветераны-легионеры, которые оставались для службы в пограничной страже и все списки были согласованны. Эльвор лично отбирал и разговаривал с добровольцами, которые захотели служить в новом подразделении. К его удивлению таких легионеров оказалось много, и у него был очень большой выбор. По этому он смог отобрать лучших из лучших. К моему удивлению из письма следовало, что командиры легионов очень серьезно отнеслись к просьбе императора и не пытались отговорить опытных ветеранов от вступления в пограничную стражу. Кроме того, начали потихоньку набирать молодых парней для обучения, но не всех, а только тех, кто смог пройти стандартную полосу препятствий для легионеров. Еще из письма Эльвора я с удивлением узнал, что к нему приехал Вост и при чем не один, а в компании с еще тремя старыми и опытными ветеранами. Эти ветераны сразу включились в процесс подготовки и отбора молодых солдат. В конце письма Эльвор просил меня позаботиться о том, что бы все положенное для нашего подразделения не задерживалось на складах, а если я смогу выбить что-то сверх выделенного нам обеспечения, то это будет просто замечательно. Читая эти строчки, я мысленно усмехнулся — армия везде остается армией, что здесь, что на Земле. И везде снабженцы останутся снабженцами — все надо выбивать или выпрашивать. Но этими вопросами придется заниматься мне, а ни кому-то другому и время покажет, как у меня получиться разобраться со снабжением и снабженцами. Так же он просил меня согласовать с коннетаблем вопрос с принятием на службу в качестве инструкторов Воста и других ветеранов. Вот как раз с этим вопросом все было проще простого, так как Эльвор еще не знал о том, что уже принято решение привлекать тех ветеранов, которые изъявят желание вернуться на службу. Закончив читать письмо, я отложил его в сторону. Похоже, вместо геральдических вопросов мне сегодня придется заниматься бумажной волокитой в канцелярии коннетабля, так как надо что бы все новые распоряжения были, как можно быстрее направлены в пограничье — это снимет множество организационных вопросов. Так же надо написать ответ Эльвору и отправить его вместе с приказами так письмо должно дойти намного быстрее.

Закончив читать письмо, я несколько минут сидел и думал над тем, куда и к кому мне надо идти в первую очередь. По идее надо идти к коннетаблю, но если хорошенько подумать, то это явно не его уровень — снабжение отдельного подразделения и доведение личному составу последних приказов. Для этого у него должны быть заместители и вот с ними мне и придется общаться. Осталось только узнать, где именно они находятся. От моих мыслей меня отвлек Бых, который, увидев, что я закончил читать письмо, спросил:

— Какие новости у Эльвора?

Вместо ответа я протянул ему письмо. Бых углубился в чтение письма, а у меня в голове сразу появилась мысль о том, что нечего было кое-кому корчить из себя великого начальника и попутно остряка. Так что теперь я точно знал, кто будет помогать мне в таком нелегком деле как хождение по чиновникам от армии. Тем более что он явно точно знает к кому нам надо идти в первую очередь. От этих радужных мыслей меня отвлек голос закончившего чтение письма Быха:

— Эльвор прав — надо как можно быстрее согласовать с коннетаблем вопрос о найме гражданских инструкторов для пограничной стражи.

— Каких еще гражданских инструкторов? — Удивился я.

— Только так можно взять на службу гражданских лиц в армейское подразделение. А если ты забыл, то я напоминаю тебе, что Вост сейчас не военнослужащий.

Значит, Бых тоже не знает о том, что принято решение возвращать на службу тех ветеранов-отставников, которые захотят вернуться в войска. Пришлось в нескольких словах рассказать Быху об изменениях, которые пройдут в армии с моей подачи. Так же сообщил ему, что пограничной страже придаются на время гномы — их знаменитые наездники на медведях. Именно этой новости Бых обрадовался больше всего, да так что от избытка положительных эмоций вскочил со стула, попутно уронив его.

— Ты мебель мне не ломай, а объясни, что тебя так обрадовало. — Потребовал я.

— Про то, что усиление подразделения лишним никогда не бывает, ты наверняка понимаешь и без моих объяснений. — Начал этот зубоскал свои пояснения.

— Ты прекращай свои шуточки. — Перебил я Быха. — Ты расскажи мне все, что ты знаешь о медвежьих наездниках, а то я знаю только то, что они ездят на пещерных медведях и больше ничего.

— А что тебе еще рассказать? — Снова завел свою волынку Бых. Но, увидев, что я совершенно не расположен сейчас выслушивать его шутливые комментарии, перестал шутить и перешел к делу. — То, что гномы очень сильные и выносливые ребята ты знаешь и без меня. Кроме того, каждый из них является очень хорошим мастером и у каждого прекрасное оружие и доспехи. А теперь представь этих ребят верхом на закованных в броню медведях. Причем эти медведи ненамного ниже лошадей и отлично обучены — даже потеряв всадника, они продолжают сражаться и атаковать врага. В общем зрелище не для слабонервных. И этих ребят лучше один раз увидеть, чем слушать чьи-то рассказы.

— В общем, мы действительно получаем очень серьезную помощь — гномы и бойцы серьезные и мастера хоть куда. Вот только как мишки отличают, где свой, а где чужой? Тем более на поле боя.

— Все узнаешь в свое время. — Рассмеялся Бых.

— Ладно, пошутили и хватит. Теперь поговорим о делах наших скорбных. — Остановил я Быха, а то дай ему волю, и он еще долго будет сыпать шуточками.

— Что-то случилось? — Бых застыл на стуле.

Выдержав театральную паузу и полюбовавшись взволнованным видом Быха, я попросил его:

— Прочитай еще раз письмо, которое прислал Эльвор. Только читай его очень внимательно.

Бых как-то странно посмотрел на меня и начал перечитывать письмо, изредка поглядывая в мою сторону недоумевающим взглядом. Закончив читать письмо во второй раз, он сказал:

— Не вижу в этом письме ничего такого, из-за чего стоит волноваться. Судя по письму, все идет хорошо. Есть костяк из опытных солдат, набираются для обучения новобранцы. А ты почему-то решил, что есть какие-то проблемы. Я не совсем понимаю тебя. Объясни мне, пожалуйста, что именно тебя так взволновало.

— Меня волнует только одно — обеспечение пограничной стражи всем необходимым. Если ты внимательно прочитал письмо, то Эльвор просит проследить, что бы все положенное нашему подразделению было, как можно быстрее отправлено в пограничье.

— Именно, проследить. — Бых вскочил со стула, на котором сидел и, опершись обеими руками на его спинку, внимательно посмотрел на меня. — И мне не понятно, почему ты так беспокоишься по этому поводу.

— Я хочу, что бы все снаряжение как можно скорее и в полном объеме было доставлено в пограничье. Сейчас это действительно меня очень волнует.

— Да куда оно денется? Все что положено, будет доставлено по назначению и в срок. — Начал закипать Бых. — Почему ты решил, что снаряжение не будет вовремя доставлено в пограничье?

Действительно подумал я, почему мне все время кажется, что поставки снаряжения будут сорваны? Наверное, стоит сначала посмотреть, как будут обстоять дела со снабжением пограничной стражи и уже, потом делать выводы. Скорее всего, я подсознательно ожидаю какого-нибудь подвоха со стороны снабженцев, так как во время моей службы на Земле положенное снаряжение для заставы приходилось буквально выгрызать зубами со склада. Но если Бых уверен, что мы получим снаряжение в полном объеме и в срок то, скорее всего так оно и будет. В общем как говориться, время покажет.

— Извини. — Поспешил успокоить я Быха. — Просто очень переживаю, что кто-то из снабженцев будет «зажимать» поставки для пограничной стражи. Понимаю, что для этого нет причин, но ничего не могу с этим поделать.

— То есть как это «зажимать»? — Не понял моего перла Бых.

— «Зажимать» — это значит не выдавать все в полном объеме и в срок. — Пояснил я.

— Ты откуда свалился?! — Опять начал «заводиться» Бых. — Не знаю, как там где ты раньше жил поступали с такими чиновниками, но вот в империи за это лишают титулов и отправляют в тюрьму, как минимум лет на десять! И еще накладывают очень крупный денежный штраф!

— Я все понял. Виноват, исправлюсь. — Замахал я руками, с некоторой опаской поглядывая на разъяренного Быха. — Теперь я уверен, что все будет получено полностью и в срок.

— А теперь бегом на тренировочную площадку! Солнце ужу высоко, а ты сидишь в комнате и никуда пока не собираешься. — Бых направился к двери.

Так как я и сам собирался туда идти, перед тем как ко мне в комнату пришел Бых, то данное предложение было как никогда к стати. Тем более после последних его слов я решил, что не стоит волноваться и пороть горячку пока для этого нет причин. Как известно нервные клетки не восстанавливаются и, следовательно, их надо беречь. Проведя обычную утреннюю пробежку-разминку, мы с Быхом провели короткий учебный бой на мечах во время которого, я хорошо получил от него по рукам учебным мечом, но в ответ умудрился нанести ему довольно болезненный укол в грудь. Бых объявил небольшой перерыв, попутно заметив, что таки да — я в его отсутствие не прохлаждался, а хорошо потрудился. Хотя он пообещал, что после отдыха он мне покажет что-то особенное, поэтому он мне советует не задирать нос, а приготовиться к новым синякам на различных участках моего тела.

— Что-то особенное покажешь мне сегодня вечером или завтра. Сейчас я собираюсь пойти привести себя в порядок, быстро позавтракать и идти к коннетаблю. Кстати. — Я внимательно посмотрел на Быха. — Я думаю, что к коннетаблю нам стоит идти вдвоем.

— Зачем? — Удивился он.

— Как это зачем? Надо узнать, как обстоят дела со снаряжением, а самое главное, когда все будет приготовлено к отправке в пограничье. Так же необходимо что бы новые приказы по армии были срочно отправлены Эльвору, так как он не знает, что принято решение приглашать ветеранов в качестве инструкторов по подготовке новобранцев. В общем, я хочу как можно быстрее выполнить все просьбы Эльвора, которые были изложены в его письме.

— Все это будет прекрасно сделано и без тебя. Но если ты хочешь, то иди к коннетаблю и попытайся ускорить формирования каравана, который пойдет в пограничье. — Бых почесал затылок и задумчиво уставился на меня. — Вот только ты не понял моего вопроса, почему к коннетаблю ты хочешь пойти вместе со мной, а не сам.

Я только было открыл рот, что бы озвучить свои мысли о том, почему нам лучше всего идти вместе, как на тренировочной площадке появился посыльный с сообщением, что меня после завтрака ждет коннетабль.

— Вот и славненько. — Обрадовался Бых. — Коннетабль сам вызывает тебя к себе. Наверняка разговор пойдет о пограничной страже и ее снабжении, и ты сделаешь все, что от тебя зависит для скорейшей отправки в пограничье каравана со снаряжением.

— Я побежал приводить себя в порядок и к коннетаблю. — Вскочил я со скамейки. Посмотрев на улыбающегося Быха, добавил. — А ты предупреди дежурного офицера, где мне тебя искать. — Не удержался я от шпильки в его адрес, а то уж очень довольным выглядел Бых когда узнал, что ему не придется идти вместе со мной к коннетаблю.

— Зачем?! — Сразу растерял все свое хорошее настроение Бых.

— Узнаешь, когда я вернусь от коннетабля. — Отрезал я, быстрым шагом уходя с тренировочной площадки.

Быстро привел себя в порядок после тренировки и помчался к коннетаблю. Но как только я выскочил на крыльцо казармы, моя скорость упала до нуля — я сообразил, что не знаю где искать коннетабля. Потоптавшись пару минут, решил идти к дежурному офицеру, так как он уж точно знал, где находится коннетабль. Но на полпути к дежурному офицеру, я увидел Быха, который явно ждал меня.

— Пошли, проведу тебя к коннетаблю, а то ты наверняка будешь полдня искать его. — Сказал он, ехидно улыбаясь во весь рот.

— Если ты думаешь, что я сейчас посвящу тебя в свои планы, то ты глубоко заблуждаешься. — Судя по удивленному и слегка растерянному лицу Быха, я правильно угадал ход его мыслей. — Все дело в том, что я еще сам их не знаю, но зато знаю самое главное — ты мне будешь нужен после того, как я поговорю с коннетаблем.

— Договорились. — Кивнул Бых. — Тогда ищи меня возле караульного помещения или на тренировочной площадке.

Как, оказалось, идти нам было совсем недалеко — рабочий кабинет коннетабля находился в левом крыле императорского дворца. Мы зашли через боковой вход и, пройдя коротким коридором, вошли в скромные двери, которые охраняли двое гвардейцев. За этими неприметными дверями находилась просторная приемная коннетабля. Возле дверей кабинета коннетабля, стоял массивный стол, за которым сидел пожилой офицер-гвардеец, правый глаз которого, был закрыт черной повязкой. Кроме него в приемной находились еще три гвардейца (явно личная охрана) и за длинным столом, стоявшим у левой стены, скрипели перьями два писаря.

Как оказалось, мне не надо было представляться, кто я и зачем пришел. Едва я только успел осмотреть приемную, офицер пригласил меня пройти в кабинет коннетабля. Кивнув Быху, я вошел в кабинет. Почти весь кабинет коннетабля занимал поистине огромный монументальный стол, который был буквально завален различными свитками и документами. Все стены кабинета были увешаны картами. В общем, обычный кабинет командующего который действительно занимался делом, а не просто протирал штаны и давал «ценные указания» типа «исполнить и доложить уже завтра, а я буду размышлять о высоком». Дав мне осмотреться, коннетабль указал на стоявший рядом с его креслом стул и сразу перешел к делу:

— Личный состав и оружие, которые выделены пограничной страже будут готовы через три дня. То есть утром четвертого дня вы выдвигаетесь к месту службы. — Он на минуту задумался, затем, взяв со стола нужный свиток, протянул его мне. — Вот список выделенного пограничной страже из арсеналов армии оружия и снаряжения. Просмотри его сегодня очень внимательно — может чего-то в нем не хватает. Теперь по личному составу, который будет служить в пограничной страже — это четыре сотни императорских гвардейцев, две сотни легкой кавалерии и семь сотен эльфов-лучников. Все они как ты понимаешь добровольцы. Скажу даже больше — желающих было в несколько раз больше, но отбирали только лучших из тех, кого можно было отпустить из частей столичного гарнизона. Гномы, которых выделил Совет Кланов, присоединятся к вам по дороге в пограничье возле моего замка. — Улыбнулся коннетабль. — Дальше караван пойдет под их охранной. Вы поедете вперед — скорость каравана одинакова со скоростью марша медвежьих наездников, а вам на лошадях не будет необходимости подстраиваться под скорость телег. Сейчас после ухода легиона из пограничья там каждый человек на счету.

Я слушал коннетабля и тихонько выпадал в осадок — Бых обмолвился, что очень большой удачей будет, если нам выделят сотню гвардейцев и пару сотен легкой кавалерии, а эльфы-лучники это вообще отдельная статья, так как в мирное время (согласно договору между эльфами и империей), эльфы не обязаны служить в имперских частях. Эльвор перед отъездом в пограничье обмолвился, что больше чем на сотню, максимум полторы сотни эльфийских лучников он не надеется, а тут сразу семь сотен. В общем, мое состояние было где-то между «я самый счастливый человек в империи» и «скорее всего коннетабль взял не тот список со стола». Как видно на моем лице очень ярко проявились мои эмоции и мысли, так как коннетабль поспешил уточнить:

— Благодаря твоим рекомендациям у нас появились очень серьезные резервы солдат. Более того — очень скоро охрану императорского дворца станут нести ветераны-гвардейцы. Из молодежи мы оставляем только три сотни для сопровождения императора во время выездов из резиденции. — Он широко улыбнулся. — В общем, все довольны, а я больше всех и все это благодаря тебе.

Мне оставалось только пробормотать:

— Служу империи.

— Служи с честью. — Ответил коннетабль. — Но учти — спрос с пограничной стражи будет очень высокий. — Коннетабль встал с кресла. Я вскочил со стула и встал по стойке «смирно». — Не тянись. — Обронил он, подходя к одной из карт висевших на стенах его кабинета. — Иди сюда. — Как только я встал рядом с ним, он продолжил. — Смотри внимательно и слушай, какие первоочередные задачи стоят перед пограничной стражей.

Я внимательно вгляделся в карту. Судя по всему, она отображала какой-то кусок имперской территории и именно здесь начнется моя служба империи. Карта была цветной и очень подробной.

— Город-крепость Рейф. Имеет имперский статус и соответственно управляется императорским наместником. — Появившаяся в его руках словно по волшебству маленькая указка уперлась в нарисованную на карте крепость. — Здесь находился пятый имперский легион. Сейчас этот легион движется к столице, что бы заменить два легиона, которые посланы императором на помощь княжеству Колрис. — Начал вводить меня в курс дела коннетабль. — Полевой лагерь третьего легиона, он находится в пяти лигах от Рейфа и представляет собой довольно серьезно укрепленную деревянную крепость. Часть легиона сейчас расквартирована в городе, часть усилила пятый легион. — Указка переместилась и остановилась возле нарисованного леса. — Оставшиеся из этих двух легионов зачислены в пограничную стражу и местом дислокации стражи естественно будет лагерь третьего легиона. Этот лагерь перекрывает и контролирует бывшую главную имперскую дорогу.

Я внимательно следил за указкой и слушал коннетабля. Судя по карте лес, был довольно большой и густой, так что проход через него армии был в принципе невозможен. Между полевым лагерем и городом была открытая местность. Полевая крепость стояла близко к лесу, перекрывая собой широкую дорогу которая, судя по карте, проходила через лес и делила его практически пополам. Теперь мне стало понятно, почему остатки имперских войск остановились и закрепились именно на этом рубеже — здесь можно сдерживать многократно превосходящие силы противника без особых проблем. Просачивающиеся через лес небольшие отряды неприятеля элементарно обнаруживаются и обезвреживаются на открытой местности конными разъездами и патрулями. В общем, город и полевой лагерь представляли собой очень ответственный участок границы империи. Можно сказать даже больше — это был ключ к империи, так как дальше на ее территории не было густых лесов и широких водных преград.

— Как ты видишь это место границы очень удобно охранять и оборонять. — Подтвердил правильность моих размышлений коннетабль. — На самом деле это старые границы королевства, из которого и возникла наша империя. Если здесь у нас довольно открытая и удобная для перемещения армии местность, то там, куда в скором времени предстоит идти нашим легионам очень много густых лесов, несколько горных хребтов и множество больших и мелких рек. То есть этот участок представляет собой как хороший оборонительный рубеж для нас, так и прекрасный плацдарм для атаки на империю. Но судя по докладам имперского наместника, там сейчас все спокойно. Теперь слушай главные задачи, которые стоят перед пограничной стражей.

Коннетабль перешел к другой карте. Я стал рядом и внимательно слушал его приказы, внимательно следя за указкой. Новая карта представляла собой полную карту империи, но как пояснил коннетабль особо доверять ей нельзя, так как по докладам командиров отрядов и частей имперской армии которые смогли пробиться сюда, по пути их движения реки меняли свои русла или разливались, а на некоторых участках образовывались гигантские провалы. То есть, где и как поменялся ландшафт на оставленных территориях, никто толком сейчас не знал.

— Итак, первая и основная задача — охрана и оборона этого участка. — Коннетабль заговорил короткими, командными предложениями. — Вторая задача — по мере подготовки солдат наладить разведку и нанесение на карту территорий, которые находятся за лесом. В первую очередь дорог и рек. — Коннетабль смахнул пот со лба и ткнул указкой в реку, которая протекала за лесом и, не доходя до главной имперской дороги, которая пересекала этот лесной массив, делала крутой поворот, рассекая бывшую имперскую территорию практически на две равные части. — Река Великая. — Пояснил он. — Раньше была основной транспортной магистралью в империи. Как ты догадался по ее названию широкая и довольно глубокая река с очень быстрым и коварным течением. По некоторым докладам после катастрофы и природных катаклизмов стала еще шире. Но основное внимание необходимо обратить вот на этот район. — Указка остановилась левее имперской дороги, указывая на участок старой границы империи. — Здесь проходила граница империи с королевством Лонгрия. Отношения с этим королевством всегда были очень плохими — это и торговые санкции и пару раз даже чуть не дошло до войны. Очень продажные, лживые и алчные соседи. Сами себе на уме и готовы идти по трупам соседей, если решат что это им выгодно. — Дал краткую характеристику этому королевству коннетабль. — Так что помимо войск вторжения, которые находятся сейчас на бывшей территории империи, очень велика вероятность встречи с войсками этого королевства. Как ты видишь по карте, граница с ними проходит в этом месте рядом с вашим расположением, и лично я не исключаю того, что они ринутся на захват территории империи. Весь вопрос только в одном, как Лонгрия пережила природную катастрофу. Если практически не пострадала, то наверняка уже хозяйничает на каких-то из наших земель.

— Я все понял. Приложим все силы для выполнения поставленных задач.

— Не сомневаюсь. — Кивнул коннетабль, присаживаясь в свое кресло и указывая мне на стул. Когда я присел рядом с ним, он продолжил. — И, наконец, последнее, но не менее важное — когда будете проводить разведку и наносить на карту разведанную территорию учтите, что в лесах могут укрываться беженцы, которые не знают, что империя сохранила часть своих территорий и выстояла в природных катаклизмах. Подобную задачу император ставил имперскому наместнику Рейфа. Там где побывали патрули третьего легиона, удалось, обнаружит всего несколько семей беженцев и все. Но так как они патрулировали опушку леса и не углублялись в него, то очень возможно, что в лесу сейчас находится довольно много людей. Выводите из лесов и оказывайте помощь всем кого встретят разведчики. — Помолчав пару минут, коннетабль дал мне понять, что аудиенция подошла к концу. — Теперь слушаю вопросы и просьбы.

— Вопросов по личному составу и поставленным задачам у меня нет. — Встал я со стула. — По поводу снаряжения смогу сказать завтра.

— Жду завтра после обеда в любое удобное для тебя время. — Кивнул он. — Что-то еще?

— Только одна просьба.

— Слушаю.

— Надо срочно отправить Эльвору последние императорские приказы по армии, так как он о них еще не знает. — В двух словах объяснил коннетаблю о его затруднениях по привлечению на службу ветеранов.

— Одно слово эльф. — Ухмыльнулся коннетабль. — Ни шага без приказа. Гонец будет отправлен уже сегодня.

— Тогда пока у меня все. — Короткий поклон и я уже собирался выйти из кабинета, но меня задержал коннетабль.

— Если надо что-то добавить из снаряжения или наоборот что-то окажется лишним — обращайтесь к главному интенданту. Я его предупрежу, а завтра после обеда жду вас обоих у себя в любое время. — Немного изменил порядок завтрашней встречи коннетабль.

Выйдя в приемную, я к своему огромному удивлению, увидел там сидящего на диване Быха. На мой немой вопрос он пояснил:

— Заболтался с ребятами, а потом решил дождаться тебя здесь. — Пояснил Бых, идя вместе со мной к выходу.

Стоя на крыльце, я показал Быху бумаги, которые мне вручил коннетабль:

— Надо очень внимательно изучить список снаряжения, которое нам выделяют. Завтра после обеда этот список должен быть утвержден. Если мы что-то упустим, то Эльвор с нас спустит десять шкур.

— Не упустим. — Несколько легкомысленно ответил Бых.

— Значит, сейчас внимательно изучаем этот список и вносим в него необходимые поправки.

— Сейчас мы идем к Хелару, потом к ювелиру и только потом будем изучать список снаряжения. — Огорошил меня Бых.

— Зачем?! У нас очень мало времени, а дело очень хлопотное. — Не понял я «полета мысли» Быха.

— Затем, что кто-то забыл о приказе императора. — Отрезал он. — Или ты думаешь, что Хелар за тебя будет составлять герб и пришлет тебе баронский перстень-печатку в пограничье!

— Утвердим список снаряжения, и займусь своим гербом. Кроме того, мне необходимо срочно бежать к канцлеру — надо решать вопрос с денежным содержанием солдат пограничной стражи. — При этих словах Бых начал ржать как лошадь. — Ты не смейся! — Разозлился я. — Хочу тебе напомнить, что в списках личного состава числится один ехидный орк, который к тому же называет себя моим другом!

— Это не займет много времени. — Бых перестал смеяться и перешел на деловой тон. — Не забывай, что ты не просто барон, а прямой вассал императора. Так что оформить все бумаги тебе надо немедленно. А насчет жалования для солдат нашего подразделения ты не переживай — я не просто так задержался в приемной коннетабля. — Бых замолчал, и его рот снова начал растягиваться в ехидной усмешке, выставляя напоказ всем окружающим внушительные клыки, которые до этого прятались под верхней губой этого неисправимого зубоскала.

— Может, хватит уже на сегодня твоих шуточек? Говори по существу!

— Ладно. По существу, значит по существу — пока ты беседовал с коннетаблем, пришла бумага из имперской канцелярии о том, что пограничная стража находится под прямым командованием императора и коннетабля и, следовательно, относится к императорской гвардии!! — Бых посмотрел на меня с таким видом как будто это он сам, лично «продавил» этот указ.

То, что пограничную стражу приравняли к гвардии это замечательно. Даже я ничего, не зная о местных реалиях относительно негласной табели армейских подразделений, прекрасно понимал, что это есть очень хорошее известие. Но на всякий случай я решил уточнить, а заодно вернуть Быха с небес на эту грешную землю:

— Это ты уже прочитал этот указ, а я нет. И по этому будь очень любезен, объясни мне, простому парню, который ничего еще толком не понял, все подробно. А точнее, что тебя именно так обрадовало, что ты вот-вот выпрыгнешь из собственных штанов.

— Не старайся выглядеть глупее, чем ты есть на самом деле. — Закатил глаза Бых, сохраняя на лице ехидную улыбку. Но, увидев, что я не шучу, а хочу просто досконально во всем разобраться, сразу «сдулся». — Объясняю для тех, кто не понял — пограничная стража подчиняется теперь только императору или коннетаблю, а все остальные могут только что-то попросить и не более того! Даже если это императорский наместник! Соответственно денежное содержание такое же, как и у гвардии. Следовательно — самое высокое по армии! Так что к канцлеру тебе идти на прием уже не надо — все уже решено!

— Пошли к Хелару. — Согласился я. — Если уже все решено, то тогда действительно надо заняться моими баронскими регалиями.

Через полчаса я уже сидел в кабинете Хелара, обхватив свою бедную, пухнущую от выслушивания советов Быха голову. А как все хорошо начиналось — рабочий кабинет Хелара находился практически напротив ворот императорской резиденции и я был твердо уверен в том, что покину его так же быстро, как и пришел. Всего-то делов — подождать пока меня внесут в списки дворян империи и нарисуют мой герб — голову аласта. Но меня ждал жестокий облом. Как оказалось, таких гербов было больше десятка в самых разнообразных вариантах. И теперь я выслушивал ехидные комментарии Быха по поводу того, что мне мало изображения головы аласта в качестве эмблемы Пограничной стражи так мне непременно захотелось сделать эмблему подразделения своим гербом. Хелар тоже не отставал от Быха, правда его предложения ограничивались какими-то непонятными для меня эскизами неизвестных мне животных и пояснениями о том, какое место в местных преданиях они занимают и как это будет круто, если кто-то из них окажется на моем гербе. Но все эти местные мифические животные меня абсолютно не устраивали и я, слушая их, представлял в голове различные варианты типа меч на фоне щита или башни, а может все вместе. Когда я озвучил свои мысли, Бых на некоторое время замолчал, а Хелар быстро спустил меня с небес на землю объяснив, что башня или крепость может фигурировать в гербе только у владетельного дворянина, то есть у которого есть своя земля и вассалы, которые на этой земле живут. С оружием на гербе дело обстояло еще серьезнее — надо было поучаствовать в какой-нибудь военной компании и тогда, пожалуйста, вноси в герб элементы доспеха или любимое оружие, если конечно ты дворянин и тебя отметил император или императорский совет. Немного проще обстояло дело для того, кому давали дворянство прямо на поле боя — здесь само собой разумелось, что в гербе обязательно присутствовало что-то из вооружения. В конечном итоге, когда мне это все порядком надоело, я попросил у Хелара лист бумаги и попытался нарисовать черного дракона из своей любимой компьютерной игрушки. Хоть я и оценивал свои художественные способности ниже плинтуса, рисунок получился очень даже ничего (по крайней мере, для меня). Когда я протянул листок с рисунком Хелару, то был наповал сражен его реакцией. Взяв рисунок, он нескольких долгих минут рассматривал его, при этом периодически как-то странно поглядывал на меня, как будто увидел меня первый раз. Бых вообще превратился в статую и, кажется, даже старался дышать через раз. Когда эта немая сцена мне порядком надоела, и я уже собирался поинтересоваться что, собственно говоря, происходит, Хелар вскочил с кресла, в котором он сидел и, взяв с полки очень древнюю на вид книгу начал ее листать. Когда он нашел, то, что искал, книга оказалась передо мной, и я с удивлением увидел изображение черного дракона. Я невольно подумал, что неизвестный мне художник тоже был родом с Земли и именно он рисовал черного дракона для третьих «Героев». Правда, на этом рисунке он выглядел как-то элегантнее, но в тоже время очень грозно по сравнению с черным драконом из земной компьютерной игрушки.

— Р`шагг. — Практически прошептал Хелар.

— Черный дракон. — На русском языке сказал я.

— Согласно легендам они жили на нашей планете задолго до того, как на ней появились эльфы, гномы, орки и люди. — Уж исторические лекции Хелар любил и умел рассказывать и сейчас его как говориться «понесло». — Сначала до нас доходили только легенды и предания, соответственно все поначалу думали, что это просто красивая сказка. Но однажды было найдено древнее захоронение и в нем все стены были украшены изображениями р`шаггов. Приглашенные художники в один голос утверждали, что древний художник рисовал их с натуры. Во всех легендах описывались их мудрость и огромная магическая сила. Судя по самым древним преданиям, они так же являлись хранителями равновесия на нашей планете. К глубокому сожалению кроме нескольких захоронений этой древней и неизвестной расы мы ничего не нашли — ни их городов или поселений, а так же каких-либо артефактов или предметов их быта. Судя по найденным в захоронениях останкам, они были вдвое выше нас и имели очень длинные руки и большие глаза. Что случилось с их цивилизацией и как дошли до нас эти легенды и предания мы так и не могли узнать. Все старания наших историков ничего не дали. Может они покинули по каким-то причинам нашу планету вместе с р`шаггами, а может, ушли р`шагги и они погибли в каком-то природном катаклизме или же погибли все.

Так Хелара надо срочно останавливать, а не то мы рискуем слушать его лекцию до глубокой ночи, подумал я. Нет, рассказывал он очень интересно, но все упиралось в острый дефицит времени. Вот когда мы встретимся в другой раз, и у меня будет свободное время, я с удовольствием послушаю историю планеты и империи.

— Хелар извини, но у нас очень мало времени. — Остановил я его историческую лекцию. — Скажи только я могу взять изображение р`шагга в качестве своего герба или нет.

— Эх, молодежь. — Осуждающе покачал головой Хелар. — Запомните — тот, кто не знает и не бережет своего прошлого, не имеет будущего.

— Я целиком и полностью с тобой согласен. — Я прижал руки к сердцу, как бы извиняясь за свои слова. — К моему глубокому сожалению у нас действительно очень мало времени, но когда мы увидимся с тобой в следующий раз в спокойной обстановке, я сам попрошу тебя рассказать мне об истории империи и планеты.

— Я все понимаю. — Махнул рукой Хелар. — Это я так бурчу, по стариковски, не обращай на это внимания. А изображение р`шагга ты можешь поместить на свой герб.

— Хорошо. — С облегчением выдохнул я.

— Сейчас я отдам распоряжения писцам, а вы подождите меня. — С этими словами Хелар вышел из кабинета.

Вернулся Хелар буквально через несколько минут, Бых даже не успел в своей обычной манере прокомментировать мой герб.

— Через несколько расс принесут рисунок для твоего баронского перстня. — Хелар начал говорить прямо с порога кабинета. Присев в кресло он продолжил. — Все необходимые записи в книгах сделаю и без тебя. Перед отъездом в пограничье тебя ждет разговор с императором тогда сам, и представишь ему свой герб.

Судя по изумленному лицу Быха, Хелар пошел на очень серьезные отступления от геральдического протокола и за это я был очень ему благодарен, так как больше всего на свете не любил заниматься бумажной волокитой. Как мог я поблагодарил Хелара за оказанную мне любезность, так как мне меньше всего хотелось тратить свое время на бюрократическую волокиту. Время пролетело очень быстро, и вот я рассматривал рисунок, который принес один из подчиненных Хелара. Как объяснил мне он, этот рисунок предназначался для ювелира, которому я доверю изготовление своего баронского перстня. Сразу было видно, что к этому рисунку приложил руку очень талантливый художник. Создавалось впечатление, что дракон живой и буквально рвется в бой. Мне оставалось только в очередной раз поблагодарить Хелара за его помощь, и попросил передать мою благодарность гениальному художнику нарисовавшему этот шедевр.

Как только мы вышли на свежий воздух, Бых сразу озвучил мысль, которая как видно уже давно поселилась в его большой голове:

— Нам следует немедленно пообедать.

Следует признать, что к вопросу своего питания Бых подходил очень серьезно и этот процесс в спокойной обстановке занимал довольно приличное время, я решил внести небольшие изменения:

— Ты пока начинай обед без меня, а я схожу к ювелиру и присоединюсь к тебе немного позже.

— Ты хоть помнишь где ювелир? — Бых оставался верен себе и явно приготовился к шутливой перебранке, которая затянется как минимум минут на десять.

— Я даже не буду спрашивать тебя, где ты будешь набивать свой бездонный желудок. — В отличие от него у меня не было ни какого желания попусту терять время, и свою мысль я заканчивал, уже отойдя от него на несколько шагов. — Ты поторопись, когда я приду и подкреплюсь, мы займемся списками снаряжения, так что не теряй зря время.

Что пробурчал себе под нос Бых, я не слышал, так как быстрыми шагами направился к ювелиру, с которым он меня познакомил. Ювелир не стал тратить время на политесы, и внимательно рассмотрев рисунок моего герба, предложил мне выбрать форму перстня-печатки.

— Я думаю, что лучше Вас это никто не сделает. — Ответил ему я. — По этому я целиком и полностью доверяю это Вам. Только очень прошу не затягивать с моим заказом — через три дня я покидаю столицу.

Очень довольный моими словами мастер заверил меня, что перстень я смогу забрать уже завтра вечером. Мерка с моего пальца была снята, и мне осталось только попрощаться с мастером и направиться в ресторанчик к Быху.

Когда я подсел за столик к Быху, моему удивлению не было предела — стол был пуст, а он внимательно изучал списки снаряжения.

— Умеешь ты испортить аппетит. — Пробурчал он. — Вместо обеда читаю.

— И обедать ты не будешь?! — Совершенно искренне удивился я.

— Буду! — Отрезал он, откладывая бумаги в сторону и подзывая к столику официанта. — Просто решил дождаться тебя и просмотреть бумаги.

Есть медленно и обстоятельно, а уж тем более в таких количествах как Бых я не умел и по этому, когда официант забрал мои пустые тарелки перед ним оставалось еще в два раза больше полных. Что бы не терять время я взял списки снаряжения и углубился в чтение. Оторвал меня от них только голос Быха:

— И что ты можешь сказать по поводу предложенного нам снаряжения?

— А ты? — Ответил я вопросом на вопрос.

— Ты прочти последнюю страницу. — Посоветовал мне он.

Когда я прочитал последнюю страницу, то некоторое время пребывал в полном обалдении. Судя по лицу Быха, когда он прочитал эту же страницу, его реакция была такой же, как и моя. А содержала эта страница буквально следующее, мы могли на месте практически в неограниченном количестве заказывать необходимое нам снаряжение, для чего для пограничной стражи было дано право выписать императорские векселя, а императорская казна принимала их к оплате. Короче говоря, нам давался полный карт-бланш в подборе и заказе снаряжения прямо на месте, если не хватит выделенного или оно не будет подходить для наших задач. Одним словом император не жалел средств для нового подразделения своей армии, что в свою очередь говорило об огромном доверии которое следовало оправдать.

— Ну, как осознал? — Улыбнулся Бых.

— И проникся. А теперь я жду ответа на свой вопрос.

— Ну, по вооружению и снаряжению все в пределах легкой пехоты. — Начал Бых.

— А роль тяжелой пехоты отводится гномам, которые придут со своим снаряжением, так как они ни за что не будут пользоваться тем, что сделали мастера людей. — Перебил я его. — Я, конечно, не разбираюсь в этих вопросах, так как ты, но не надо мне растолковывать прописные истины. В принципе все верно, по сути, мы и есть легкая пехота. Вот только в данном случае у нас за спиной не будет пары имперских легионов, которые в случае чего примут удар врага, по этому мы должны быть готовы сами отразить атаку конницы или тяжелой пехоты.

— Все верно. — Кивнул Бых. Быстро перебрав бумаги он нашел нужную и зачитал. — На сотню десять арбалетов, пятьдесят ростовых щитов и столько же длинных копий.

— А вот с этим я не согласен. Нужно как минимум сто арбалетов и не менее восьмидесяти щитов и копий. Потом, может быть, мы сократим это количество, но сейчас только так или надо возвращать третий легион на границу.

Подумав пару минут, Бых кивнул:

— Так завтра и скажем. Но зачем так много арбалетов? У нас будет более чем достаточно лучников и не просто лучников, а эльфов.

— Пригодятся. — Отрезал я. Но, видя, что он собирается отстаивать свою точку зрения до конца, пояснил. — Лишний выстрел по врагу никогда не бывает лишним, а теперь представь, что мы успели сделать не один выстрел, а два или больше.

— С теми арбалетами, конструкцию которых ты предложил это не просто возможно, а вполне реально. Вот только производство началось недавно и их очень мало, так что много нам все равно не дадут. — Бых после минутного раздумья согласился с моими доводами, но все равно добавил ложку дегтя к меду.

— Сколько дадут, столько дадут. — Согласился я. — Еще попробуем наладить их производство на месте. Тем более что подготовить хорошего стрелка из арбалета гораздо проще и быстрее чем лучника. Ты лучше скажи, что там по остальным позициям, так как раз в этом я не очень разбираюсь.

— Все в порядке. — Заверил меня Бых. — Так что завтра с утра нам надо убедить интенданта, что нам действительно нужно тяжелое вооружение и выбить из него как можно больше арбалетов.

— Вот и прекрасно. — Облегченно вздохнул я, так как думал, что нам с Быхом придется разбирать эти списки до глубокой ночи.

— Всего предусмотреть нам все равно не удастся, и императорские векселя нас здорово выручат и, практически все необходимое мы сможем заказать прямо на месте. — Окончательно успокоил меня Бых. — А теперь бегом на тренировочную площадку.

Бых как всегда в своем репертуаре подумал я, идя рядом с ним к гвардейским казармам. Хотя в данный момент я целиком и полностью был с ним согласен. На тренировочной площадке он гонял меня до позднего вечера и по полной программе. Утром я еле встал и на тренировочную площадку пришел намного позже, чем обычно. К моему удивлению Бых не возмущался по поводу моего опоздания на тренировку. Даже более того после обычной пробежки и разминки он провел со мной всего два тренировочных поединка, после чего сказал, что на сегодня достаточно. Пока я сидел на лавочке и пытался понять, что сегодня с ним произошло, на площадку начали подходить люди, на которых была форма Пограничной стражи. Подошедший ко мне Инер поздоровался и представил мне своих спутников. Затем я с удовольствием пожал руку Эрилу и нескольким гвардейцам, которые помогали мне тренироваться. Люди подходили, представлялись, и мне казалось, что этот процесс будет продолжаться целую вечность. Наконец все представились (дай бог, что бы я запомнил сразу по имени пару десятков новых сослуживцев) и мне удалось перевести дух. Теперь, когда процесс знакомства был закончен я смог спокойно осмотреться, и увидел, что на площадке было больше сотни солдат.

Примечания

1

Бригантина (от нем. Brigantine, другие названия: англ. brigandine, coat-of-plates, jack-of-plates, итал. corazzina) — доспех из пластин, наклёпанных под суконную основу. Суконная основа рыцарских бригантин нередко покрывалась бархатом, часто с гербами, а заклёпкам придавалась декоративная форма. В XIII–XIV веках бригантина была типичным рыцарским доспехом, а в XV веке — типичным пехотным.

2

Бургиньот, бургонет (фр. bourguignotte — бургундский шлем) или штурма́к (нем. Sturmhaube) — тип средневекового европейского шлема. Характеризовался сильно вытянутым назад скруглённым корпусом, снабжённым жёстким или подвижным назатыльником. Спереди снабжался направленным вверх козырьком. С боков на петлях крепились науши, по типу которых можно классифицировать бургиньоты:

Открытый тип. Науши соединяются подбородочными ремнями.

Закрытый тип. Науши образуют подбородник, мог дополняться откидным наподбородником (англ. falling buffe), образующим подобие забрала. Сверху шлем обычно дополнялся гребнем, на ранних бургиньотах их было три. На затылке, под гребнем часто устанавливалась гильза для султана

3

Дага, европейский кинжал XV–XVII вв. с прямым узким клинком и усиленной гардой. Дага часто применялась как кинжал для левой руки при фехтовании, имела длину не более 60 см. Гарды были разных типов — в виде чашки или системы дужек. Д., предназначенные для фехтования, имели дужки, опущенные вниз для захвата клинка противника. В Германии существовали Д. для фехтования с «ловушками» из расходящихся боковых клинков. Они выкидывались под действием пружины при нажиме на специальную кнопку.

4

Норманнский, щит скандинавского происхождения. Появился в XI в. С XII в. распространился по всей Европе. Имел форму овала, заостренного снизу.

5

Верс — ненаследственный титул, равен баронскому. Давался офицерам из простого сословия за особые воинские заслуги. Дети верса могли получить баронский титул по Особому Именному Императорскому указу и передать его по наследству, если продолжали службу и так же отличились на ней

6

Расс — еденица времени. Примерно равен двум минутам

7

Задняя стойка. Это «низкая» стойка с мечом внизу сзади (примерно под углом в 45-градусов), с острием, направленным назад. Получается естественная сильная стойка для ударов снизу и вкруговую. Задняя стойка обманчива и отчасти является контратакующей стойкой с впечатлением приглашения и перехвата.

8

Рубка — отработка траекторий для четырех простейших ударов мечом: сверху вниз, горизонтальный, диагональный восходящий, и диагональный вниз вокруг щита. Удары могут быть проходящими и возвращаться по кругу в позицию защиты. Основные удары должны отрабатываться до автоматизма. В бою не будет времени остановиться и решить где и как атаковать. Как правило, сила и точность удара отрабатывалась на деревянном столбе, который имитировал противника.

9

Тур — разновидность арбалета, натяжение тетивы которого осуществляется с помощью крючка и стремени.

10

Дублетёр — арбалет с двумя параллельно расположенными тетивами из металлических пластинок. Такой арбалет может производить два выстрела одновременно

11

СВД — снайперская винтовка Драгунова.

12

Эспадрон (от испанского «эспада» — меч) — колюще-рубящее оружие, представляющее собой лёгкий меч. Затачивается только нижний край и используется преимущественно как рубящее оружие.

Content

Кондратьев Дмитрий Валерьевич Путь воина

Примечания