Моэм Сомерсет

Луиза - английский и русский параллельные тексты

LOUISE

Луиза

I COULD NEVER UNDERSTAND why Louise bothered with me.

Я никогда не понимал, чего ради Луиза со мной знается.

She disliked me and I knew that behind my back, in that gentle way of hers, she seldom lost the opportunity of saying a disagreeable thing about me.

Она меня недолюбливала и не упускала случая за моей спиной сказать обо мне самым милым тоном что-нибудь нелестное.

She had too much delicacy ever to make a direct statement, but with a hint and a sigh and a little flutter of her beautiful hands she was able to make her meaning plain.

Она была слишком деликатна, чтобы выражать свои мысли прямо, но намек, вздох, легкое движение ее красивых рук говорили яснее слов.

She was a mistress of cold praise.

Это была великая мастерица на язвительные комплименты.

It was true that we had known one another almost intimately, for five-and-twenty years, but it was impossible for me to believe that she could be affected by the claims of old association.

Мы, правда, близко знали друг друга уже лет двадцать пять, но я никогда не поверю, чтобы старое знакомство имело для нее хоть какое-нибудь значение.

She thought me a coarse, brutal, cynical, and vulgar fellow.

Она считала меня грубым, черствым, циничным и вульгарным.

I was puzzled at her not taking the obvious course and dropping me.

Я терялся в догадках, почему бы ей попросту не отступиться от меня.

She did nothing of the kind; indeed, she would not leave me alone; she was constantly asking me to lunch and dine with her and once or twice a year invited me to spend a week-end at her house in the country.

Ничуть не бывало; напротив, она не оставляла меня в покое - постоянно звала к себе то к завтраку, то к обеду, а раз или два приглашала провести субботу и воскресенье на ее загородной вилле.

At last I thought that I had discovered her motive.

Наконец, как мне показалось, я понял, в чем тут дело.

She had an uneasy suspicion that I did not believe in her; and if that was why she did not like me, it was also why she sought my acquaintance: it galled her that I alone should look upon her as a comic figure and she could not rest till I acknowledged myself mistaken and defeated.

Луизу мучило подозрение, что я ей не верю; потому-то она и не любила меня, но в то же время искала моего общества: я единственный не принимал ее всерьез, это ее злило, и она не могла успокоиться, пока не заставит меня сдаться и признать свою ошибку.

Perhaps she had an inkling that I saw the face behind the mask and because I alone held out was determined that sooner or later I too should take the mask for the face.

Быть может, она смутно чувствовала, что я разгадал под маской ее истинное лицо, и решила рано или поздно разубедить меня - ведь только я один еще упорствовал.

I was never quite certain that she was a complete humbug.

Я не был до конца уверен в том, что Луиза -отъявленная лгунья.

I wondered whether she fooled herself as thoroughly as she fooled the world or whether there was some spark of humour at the bottom of her heart.

Возможно, она обманывала себя не менее удачно, чем других, или же в глубине души смеялась над всеми.

If there was it might be that she was attracted to me, as a pair of crooks might be attracted to one another, by the knowledge that we shared a secret that was hidden from everybody else.

А если так, то ее могло привлекать ко мне сознание, что у нас, как у двух мошенников, есть общий секрет, о котором никто и не догадывается.

I knew Louise before she married.

Я знал Луизу еще до замужества.

She was then a frail, delicate girl with large and melancholy eyes.

Это была хрупкая, слабенькая девушка с большими грустными глазами.

Her father and mother worshipped her with an anxious adoration, for some illness, scarlet fever I think, had left her with a weak heart and she had to take the greatest care of herself.

Отец и мать боготворили ее и дрожали над ней -после какой-то болезни, кажется скарлатины, у нее было осложнение на сердце, и ей приходилось особенно беречься.

When Tom Maitland proposed to her they were dismayed, for they were convinced that she was much too delicate for the strenuous state of marriage.

Когда Том Мэйтленд сделал ей предложение, родители пришли в ужас, так как считали, что дочь слишком хрупка для тягот семейной жизни.

But they were not too well off and Tom Maitland was rich.

Но жилось им нелегко, а Том Мэйтленд был богат.

He promised to do everything in the world for Louise and finally they entrusted her to him as a sacred charge.

Он клялся, что для Луизы готов на все, и в конце концов они вверили эту святыню его попечениям.

Tom Maitland was a big, husky fellow, very good-looking and a fine athlete.

Том Мэйтленд был рослый, здоровый, очень красивый парень, прекрасный спортсмен.

He doted on Louise.

В Луизе он души не чаял.

With her weak heart he could not hope to keep her with him long and he made up his mind to do everything he could to make her few years on earth happy.

Он понимал, что с ее больным сердцем жить ей на земле осталось недолго, и решил сделать все возможное, чтобы эти немногие годы она была счастлива.

He gave up the games he excelled in, not because she wished him to, she was glad that he should play golf and hunt, but because by a coincidence she had a heart attack whenever he proposed to leave her for a day.

Он забросил любимый спорт, но не потому, что она этого требовала (нет, она радовалась его успехам!), а потому, что, по странному совпадению, стоило ему собраться куда-нибудь -поиграть в гольф или на охоту, - как с ней случался сердечный припадок.

If they had a difference of opinion she gave in to him at once, for she was the most submissive wife a man could have, but her heart failed her and she would be laid up, sweet and uncomplaining, for a week.

Если они расходились во мнениях, она тотчас уступала, ведь это была самая покладистая из всех жен на свете, но сердце подводило ее, и она неделю лежала в постели, кроткая, безропотная.

He would not be such a brute as to cross her.

Конечно, с его стороны было жестоко противоречить ей.

Then they would have quite a little tussle about which should yield and it was only with difficulty that at last he persuaded her to have her own way.

Потом он долго убеждал ее, что был неправ, и только после упорной борьбы великодуший она наконец соглашалась поступить по-своему.

On one occasion seeing her walk eight miles on an expedition that she particularly wanted to make, I suggested to Tom Maitland that she was stronger than one would have thought.

Однажды, видя, как Луиза прошагала восемь миль, когда ей вздумалось прогуляться, я намекнул Тому Мэйтленду, что она крепче, чем кажется с первого взгляда.

He shook his head and sighed.

Он покачал головой и вздохнул.

"No, no, she's dreadfully delicate.

- Нет, нет, здоровье у нее никуда.

She's been to all the best heart specialists in the world and they all say that her life hangs on a thread.

Она показывалась лучшим в мире докторам, и все они считают, что ее жизнь висит на волоске.

But she has an unconquerable spirit."

Просто у нее необычайная сила воли.

He told her that I had remarked on her endurance.

Он передал Луизе мое мнение о ее выносливости.

"I shall pay for it tomorrow," she said to me in her plaintive way.

- Завтра мне придется за это расплачиваться, -сказала вечная страдалица.

"I shall be at death's door."

- Я окажусь на пороге смерти.

"I sometimes think that you're quite strong enough to do the things you want to," I murmured.

- По-моему, сил у вас предостаточно, было бы желание, - возразил я.

I had noticed that if a party was amusing she could dance till five in the morning, but if it was dull she felt very poorly and Tom had to take her home early.

Я давно заметил, что в веселой компании она может танцевать ночь напролет; если же ей скучно, она чувствует недомогание и Том вынужден везти ее домой.

I am afraid she did not like my reply, for though she gave me a pathetic little smile I saw no amusement in her large blue eyes.

- Боюсь, что мой ответ ей не понравился, - она мило улыбнулась мне, но ее большие голубые глаза оставались серьезными.

"You can't very well expect me to fall down dead just to please you," she answered.

- Вы, верно, ждали, что я упаду замертво, лишь бы доставить вам удовольствие, - сказала она.

Louise outlived her husband.

Луиза пережила своего мужа.

He caught his death of cold one day when they were sailing and Louise needed all the rugs there were to keep her warm.

Он умер, жестоко простудившись, когда они катались на яхте и все пледы понадобились Луизе, чтобы не замерзнуть.

He left her a comfortable fortune and a daughter.

Он оставил ей солидное состояние и дочь.

Louise was inconsolable.

Луиза была безутешна.

It was wonderful that she managed to survive the shock.

Удивительно, как она вообще выдержала этот удар.

Her friends expected her speedily to follow poor Tom Maitland to the grave.

Друзья ждали, что она тут же последует за бедным Томом в могилу.

Indeed they already felt dreadfully sorry for Iris, her daughter, who would be left an orphan.

Они уже от души жалели ее дочь, которая останется круглой сиротой.

They redoubled their attentions towards Louise.

Они удвоили свое внимание к Луизе.

They would not let her stir a finger; they insisted on doing everything in the world to save her trouble.

Не давали ей пальцем пошевелить; старались делать все на свете, только бы избавить ее от забот.

They had to, because if she was called upon to do anything tiresome or inconvenient her heart went back on her and there she was at death's door.

Как же иначе, ведь, если предстояло что-нибудь утомительное или неинтересное, сердце изменяло ей и она оказывалась на пороге смерти.

She was entirely lost without a man to take care of her, she said, and she did not know how, with her delicate health, she was going to bring up her dear Iris.

Она говорила, что просто погибает без человека, который заботился бы о ней, и не знает, как с ее слабым здоровьем вырастить свою дорогую Айрис.

Her friends asked why she did not marry again.

Друзья спрашивали, почему бы ей не выйти опять замуж.

Oh, with her heart it was out of the question, though of course she knew that dear Tom would have wished her to, and perhaps it would be the best thing for Iris if she did; but who would want to be bothered with a wretched invalid like herself?

О, с ее сердцем об этом не может быть и речи, хотя, конечно, дорогой Том хотел бы этого, и, пожалуй, так было бы лучше для Айрис; но кто ж захочет возиться с таким жалким инвалидом?

Oddly enough more than one young man showed himself quite ready to undertake the charge and a year after Tom's death she allowed George Hobhouse to lead her to the altar.

Как ни странно, охотников взять на себя эту обузу нашлось более чем достаточно, и спустя год после смерти Тома Луиза позволила Джорджу Хобхаусу повести ее к алтарю.

He was a fine, upstanding fellow and he was not at all badly off.

Это был превосходный, подающий надежды молодой человек, к тому же далеко не бедняк.

I never saw anyone so grateful as he for the privilege of being allowed to take care of this frail little thing.

Он был бесконечно признателен за то, что именно ему предоставили право заботиться об этом хрупком создании.

"I shan't live to trouble you long," she said.

- Не бойся, я долго не протяну, - говорила она.

He was a soldier and an ambitious one, but he resigned his commission.

Он был человек военный, притом весьма честолюбив, но вышел в отставку.

Louise's health forced her to spend the winter at Monte Carlo and the summer at Deauville.

Здоровье Луизы требовало, чтобы зиму она проводила в Монте-Карло, а лето в Довилле.

He hesitated a little at throwing up his career, and Louise at first would not hear of it; but at last she yielded as she always yielded, and he prepared to make his wife's last few years as happy as might be.

Он не сразу решился отказаться от своей карьеры, а Луиза сперва и слышать об этом не хотела; но наконец она уступила, как уступала всегда, и он целиком посвятил себя тому, чтобы остаток жизни жена его была по возможности счастлива.

"It can't be very long now," she said.

- Теперь уже недолго, - говорила она.

"I'll try not to be troublesome."

- Я постараюсь не быть тебе в тягость.

For the next two or three years Louise managed, notwithstanding her weak heart, to go beautifully dressed to all the most lively parties, to gamble very heavily, to dance and even to flirt with tall slim young men.

Следующие два или три года Луиза, несмотря на слабое сердце, ухитрялась появляться в нарядных туалетах на всех самых шумных вечерах, крупно играла и даже флиртовала с высокими и стройными молодыми людьми.

But George Hobhouse had not the stamina of Louise's first husband and he had to brace himself now and then with a stiff drink for his day's work as Louise's second husband.

Но Джордж Хобхаус был не так вынослив, как первый муж Луизы, и, чтобы справиться с повседневными обязанностями ее второго мужа, ему то и дело приходилось поддерживать себя крепкими напитками.

It is possible that the habit would have grown on him, which Louise would not have liked at all, but very fortunately (for her) the war broke out.

Возможно, это вошло бы у него в привычку, что вряд ли понравилось бы Луизе, но, к счастью (для нее), началась война.

He rejoined his regiment and three months later was killed.

Он вернулся в полк и спустя три месяца был убит.

It was a great shock to Louise.

Это был тяжелый удар для Луизы.

She felt, however, that in such a crisis she must not give way to a private grief; and if she had a heart attack nobody heard of it.

Однако она понимала, что в такое время нельзя предаваться личному горю; если у нее и был сердечный припадок, то никто об этом не узнал.

In order to distract her mind she turned her villa at Monte Carlo into a hospital for convalescent officers.

Чтобы как-то рассеяться, она превратила свою виллу в Монте-Карло в санаторий для выздоравливающих офицеров.

Her friends told her that she would never survive the strain.

Друзья говорили ей, что она не выдержит такого напряжения.

"Of course it will kill me," she said,

- Конечно, это убьет меня, - соглашалась она.

"I know that.

- Я знаю.

But what does it matter?

Но что за беда?

I must do my bit."

Я выполню свой долг.

It didn't kill her.

Это не убило ее.

She had the time of her life.

Она наслаждалась жизнью как никогда.

There was no convalescent home in France that was more popular.

Во всей Франции не было более популярного санатория.

I met her by chance in Paris.

Случайно я встретил Луизу в Париже.

She was lunching at the Ritz with a tall and very handsome young Frenchman.

Она завтракала в "Рице" с высоким и очень красивым молодым французом.

She explained that she was there on business connected with the hospital.

Она объяснила, что приехала сюда по делам санатория.

She told me that the officers were too charming to her.

Офицеры необыкновенно милы с ней.

They knew how delicate she was and they wouldn't let her do a single thing.

Зная, как она слаба, они не позволяют ей шагу ступить.

They took care of her, well-as though they were all her husbands.

Они заботятся о ней, как ... ну да, как любящие мужья.

She sighed.

Она вздохнула.

"Poor George, who would ever have thought that I with my heart should survive him?"

- Бедняжка Джордж, кто бы мог подумать, что я, с моим сердцем, переживу его?

"And poor Tom!" I said.

- И бедняжка Том! - сказал я.

I don't know why she didn't like my saying that.

Не знаю почему, но мои слова ей не понравились.

She gave me her plaintive smile and her beautiful eyes filled with tears.

Она, по обыкновению, страдальчески улыбнулась, и ее прекрасные глаза наполнились слезами.

"You always speak as though you grudged me the few years that I can expect to live."

- Вы всегда говорите так, будто упрекаете меня за те немногие годы, что мне осталось прожить.

"By the way, your heart's much better, isn't it?"

- Кстати, ваше сердце, кажется, окрепло?

"It'll never be better.

- Оно никогда не окрепнет.

I saw a specialist this morning and he said I must be prepared for the worst."

Сегодня я показывалась специалисту, и он сказал, что я должна приготовиться к худшему.

"Oh, well, you've been prepared for that for nearly twenty years now, haven't you?"

- Ну, это пустяки, вы ведь уже двадцать лет готовитесь к худшему.

When the war came to an end Louise settled in London.

После войны Луиза поселилась в Лондоне.

She was now a woman of over forty, thin and frail still, with large eyes and pale cheeks, but she did not look a day more than twenty-five.

Это была по-прежнему худая, хрупкая женщина, большеглазая и бледная, но, хотя ей было за сорок, никто не давал ей больше двадцати пяти.

Iris, who had been at school and was now grown up, came to live with her.

Айрис, которая уже вышла из пансиона и стала совсем взрослой девушкой, переехала жить к ней.

"She'll take care of me," said Louise.

- Она будет заботиться обо мне, - говорила Луиза.

"Of course, it'll be hard on her to live with such a great invalid as I am, but it can only be for such a little while, I'm sure she won't mind."

- Конечно, нелегко ей придется с таким инвалидом, но вряд ли она посетует - ведь дни мои сочтены.

Iris was a nice girl.

Айрис была славная девушка.

She had been brought up with the knowledge that her mother's health was precarious.

Всю жизнь ей внушали, что ее мать серьезно больна.

As a child she had never been allowed to make a noise.

Даже в детстве не позволяли шуметь.

She had always realized that her mother must on no account be upset.

Она всегда понимала, что для матери всякое волнение очень вредно.

And though Louise told her now that she would not hear of her sacrificing herself for a tiresome old woman the girl simply would not listen.

И хотя сейчас Луиза уверяла ее, что ни в коем случае не позволит ей жертвовать собой ради нудной старой женщины, девушка и слышать ничего не хотела.

It wasn't a question of sacrificing herself, it was a happiness to do what she could for her poor dear mother.

Разве это жертва, это же счастье хоть чем-нибудь помочь бедной мамочке.

With a sigh her mother let her do a great deal.

Со вздохом Луиза принимала ее помощь, и немалую.

"It pleases the child to think she's making herself useful," she said.

- Девочке нравится думать, что она мне полезна, -говорила она.

"Don't you think she ought to go out and about more?" I asked.

- А вам не кажется, что ей нужно побольше бывать на людях? - спросил я.

"That's what I'm always telling her.

- Об этом-то я ей всегда и толкую.

I can't get her to enjoy herself.

Не могу заставить ее развлечься.

Heaven knows, I never want anyone to put themselves out on my account."

Видит бог, я совсем не хочу, чтобы кто-то страдал из-за меня.

And Iris, when I remonstrated with her, said:

Айрис же, когда я пытался вразумить ее, сказала:

"Poor dear mother, she wants me to go and stay with friends and go to parties, but the moment I start off anywhere she has one of her heart attacks, so I much prefer to stay at home."

- Бедная мамочка, она хочет, чтобы я гостила у друзей и ездила на вечера, но стоит мне собраться куда-нибудь, как с ней случается припадок, -лучше уж я посижу дома.

But presently she fell in love.

Но вскоре она влюбилась.

A young friend of mine, a very good lad, asked her to marry him and she consented.

Один мой знакомый, весьма приятный юноша, попросил ее руки, и Айрис дала согласие.

I liked the child and was glad that she was to be given at last the chance to lead a life of her own.

Мне нравилась эта девочка, и я радовался, что у нее будет наконец своя жизнь.

She had never seemed to suspect that such a thing was possible.

По-видимому, она прежде и не подозревала, что это возможно.

But one day the young man came to me in great distress and told me that his marriage was indefinitely postponed.

Но однажды молодой человек пришел ко мне в совершенном отчаянии и сказал, что свадьба откладывается на неопределенное время.

Iris felt that she could not desert her mother.

Айрис не в силах оставить мать.

Of course it was really no business of mine, but I made the opportunity to go and see Louise.

Конечно, мое дело сторона, но я решил повидаться с Луизой.

She was always glad to receive her friends at tea-time and now that she was older she cultivated the society of painters and writers.

Она всегда приглашала к чаю друзей и теперь, когда стала старше, собирала у себя художников и писателей.

"Well, I hear that Iris isn't going to be married," I said after a little.

- Итак, я слышал, Айрис замуж не выходит, -сказал я после обычных приветствий.

"I don't know about that.

- Еще неизвестно.

She's not going to be married quite as soon as I could have wished.

Пока что нет, хотя мне бы очень этого хотелось.

I've begged her on my bended knees not to consider me, but she absolutely refuses to leave me."

Я на коленях умоляла ее не считаться со мной, но она наотрез отказывается меня покинуть.

"Don't you think it's rather hard on her?"

- Не кажется ли вам, что ей это нелегко?

"Dreadfully.

- Ужасно.

Of course it can only be for a few months, but I hate the thought of anyone sacrificing themselves for me."

Правда, ждать осталось всего несколько месяцев, но мне невыносимо думать, что кто-то жертвует собой ради меня.

"My dear Louise, you've buried two husbands, I can't see the least reason why you shouldn't bury at least two more."

- Дорогая Луиза, вы схоронили уже двух мужей, я, право, не понимаю, почему бы вам не схоронить по крайней мере еще двоих.

"Do you think that's funny?" she asked me in a tone that she made as offensive as she could.

- Не вижу тут ничего смешного, - сказала она ледяным тоном.

"I suppose it's never struck you as strange that you're always strong enough to do anything you want to and that your weak heart only prevents you from doing things that bore you?"

- А вам никогда не казалось странным, что у вас хватает сил исполнять все свои желания и что слабое сердце мешает вам делать лишь то, что вам не по вкусу?

"Oh, I know, I know what you've always thought of me.

- О, я прекрасно знаю, что вы обо мне думаете.

You've never believed that I had anything the matter with me, have you?"

Вы никогда не верили, что я серьезно больна, так ведь?

I looked at her full and square.

Я посмотрел ей прямо в глаза.

"Never.

- Никогда.

I think you've carried out for twenty-five years a stupendous bluff.

Я считаю, что ваше поведение все эти двадцать пять лет -сплошная ложь.

I think you're the most selfish and monstrous woman I have ever known.

Я не встречал более эгоистичной и жестокой женщины.

You ruined the lives of those two wretched men you married and now you're going to ruin the life of your daughter."

Вы разбили жизнь двум тем несчастным, которые женились на вас, а теперь собираетесь разбить жизнь родной дочери.

I should not have been surprised if Louise had had a heart attack then.

Меня бы не удивило, если б с Луизой тут же случился сердечный припадок.

I fully expected her to fly into a passion.

Я был уверен, что она придет в ярость.

She merely gave me a gentle smile.

Но она только кротко улыбнулась.

"My poor friend, one of these days you'll be so dreadfully sorry you said this to me."

- Мой бедный друг, уже недалек тот день, когда вы страшно пожалеете об этих словах.

"Have you quite determined that Iris shall not marry this boy?"

- Вы твердо решили помешать Айрис выйти за этого мальчика?

"I've begged her to marry him.

- Я умоляю ее выйти за него.

I know it'll kill me, but I don't mind.

Я знаю, что это убьет меня. Ну что ж.

Nobody cares for me.

Кому я нужна?

I'm just a burden to everybody."

Только обуза для всех.

"Did you tell her it would kill you?"

- И вы ей сказали, что это убьет вас?

"She made me."

- Она меня заставила.

"As if anyone ever made you do anything that you were not yourself quite determined to do."

- Как будто можно заставить вас сделать хоть что-то, что не входит в ваши намерения!

"She can marry her young man tomorrow if she likes.

- Пусть женятся хоть завтра, раз ей так хочется.

If it kills me, it kills me."

Если это убьет меня так тому и быть.

"Well, let's risk it, shall we?"

- Может, рискнем?

"Haven't you got any compassion for me?"

- Неужели вы ни капли не жалеете меня?

"One can't pity anyone who amuses one as much as you amuse me," I answered.

- Да вы мне смешны, какая уж тут жалость.

A faint spot of colour appeared on Louise's pale cheeks and though she smiled still her eyes were hard and angry.

На бледных щеках Луизы выступил слабый румянец, и, хотя она по-прежнему улыбалась, глаза ее смотрели холодно и зло.

"Iris shall marry in a month's time," she said, "and if anything happens to me I hope you and she will be able to forgive yourselves."

- Свадьба будет не позже, чем через месяц, -сказала она, - и, если со мной что-нибудь случится, надеюсь, ни вы, ни Айрис не станете терзаться угрызениями совести.

Louise was as good as her word.

Луиза сдержала слово.

A date was fixed, a trousseau of great magnificence was ordered, and invitations were issued.

Был назначен день, заказано пышное приданое, разосланы приглашения.

Iris and the very good lad were radiant.

Айрис и весьма приятный юноша сияли.

On the wedding-day, at ten o'clock in the morning, Louise, that devilish woman, had one of her heart attacks-and died.

В день свадьбы, в десять утра, с этой чертовой куклой Луизой случился очередной сердечный припадок и она умерла.

She died gently forgiving Iris for having killed her.

Умерла, великодушно простив Айрис, которая ее убила.

Content

Моэм Сомерсет Луиза - английский и русский параллельные тексты