Синицын Олег

Двадцать пятый час

Синицын Олег

Двадцать пятый час

рассказ

1-ый час

Дом находился на самом краю частного сектора города. Улица из старых одноэтажных изб заканчивалась именно этим домом, дальше начинался лес с кустарником. Обернувшись назад, можно было увидеть возвышающиеся многоэтажки центра, они ярко контрастировали с окружавшими Валеру деревянными домами.

Опустившуюся вечернюю темноту рассеивали редко поставленные фонари, однако около дома, к которому направлялся Валера, фонарь как назло не горел. Валера чертыхнулся и, едва видя, куда ступает, пошлепал по осенней грязи к еле различимому дому. Раньше дом принадлежал его бабке, матери отца. Два месяца назад она скончалась, и дом по наследству перешел их семье.

- Великолепно! - с горечью произнес он. Вместо того, чтобы поселиться в центре, в однокомнатной квартире, когда это было возможно, бабка решила остаться здесь, и теперь Валера вынужден получить в наследство полуразвалившуюся избу с печным отоплением и туалетом в сарае.

Он бы ни за что не переехал сюда, если бы не каждодневная грызня с родителями. В конце концов, ему двадцать пять лет, и хочется чувствовать себя самостоятельным: жить одному, приглашать в гости сколько угодно друзей, водить любых женщин, решать самому - ночевать дома или не ночевать. Вообще, последнее он всегда решал самостоятельно, но, по возвращении домой утром, от нравоучений и крика матери у него трещала голова. Да, однокомнатная квартира подошла бы как нельзя кстати! Однако за её отсутствием приходилось принимать что есть, проживание с родителями постепенно стало превращаться в пытку. Минусы проживания в одиночестве конечно были. Например, теперь ему придется кормить себя самому.

Итак, с сегодняшнего дня он начнет жить в доме! Благо, электричество в него было проведено.

Когда бабка была жива, они редко её посещали (отец был в ссоре с ней), поэтому структуру дома Валера представлял плохо. Но все оказалось не так грустно. Когда он открыл навесной замок и включил свет, он увидел, что в доме царит чистота, немного подпорченная двухмесячной пылью. Перед смертью бабка основательно прибралась, переоделась во все чистое, затем легла на свою высокую постель и умерла. Через два дня её нашли соседки, такие же старухи, как и она, озабоченные долгим отсутствием своей каждодневной собеседницы. Отец в то время копил деньги на машину, поэтому бабку похоронили на дешевом кладбище; не было ни оркестра, ни церковного отпевания, даже яму копали Валера с отцом. После этого два месяца дом стоял пустой, пока у Валеры не произошел крупный скандал с матерью, после которого он решил - все!

В доме была маленькая прихожая, сени, одновременно исполняющие роль небольшой кухни. За перегородкой сеней находились большая комната с печкой и комнатка поменьше. Диван, черно-белый "Рекорд" и шифоньер в большой комнате, а так же кровать с комодом в маленькой - являлись всей мебелью в доме.

В будущем ведь дом можно продать, вдруг пришла Валере в голову мысль, и, добавив ещё денег, можно купить однокомнатную квартиру в центре. Пожалуй, так он и сделает, только поднакопит денег.

Успокоенный этой мыслью, Валера плюхнулся на диван, подняв в воздух облако пыли.

3-ий час

Он начал потихоньку обживаться. Когда Валера ночевал в своем новом доме, то покупал продукты, лежал на диване и смотрел черно-белый телевизор. Один раз он пригласил Наташку, подругу, с которой встречался раза два, навести уборку у него в доме. Он провел с ней ночь, она прибралась и ушла, на прощание обозвав его эгоистом. Валера выкинул её из памяти. В следующий раз он позовет какую-нибудь другую подругу.

Вернувшись однажды с работы с твердым намерением никуда вечером не ходить, Валера обнаружил, что старый бабкин будильник, с нарисованным на нем пионером в красном галстуке, усердно дующим в горн, остановился. Он показывал 7.00, это было именно то время, в которое Валера последний раз заводил будильник утром. С того момента ни одна из двух стрелок не сдвинулась со своего места. Он и потряс будильник, и постучал по нему, и постучал им по краю стола - будильник оставался нем.

- Зараза!

Наручных часов Валера не носил, и так как сегодня в 21.45 должен состояться матч Кубка Мира по хоккею, ни один из которых Валера не пропустил, и к тому же завтра ему предстояло идти на работу, часы Валере были просто необходимы. Как и любой современный человек, Валера не мог жить без двух вещей - телевизора и часов, причем обе эти вещи были между собой тесно связаны программой телевидения.

Правда, были ещё одни часы. Он откопал их на пыльном чердаке, разбираясь в хламе. Часы имели деревянный корпус и были квадратными, а циферблат покрывал такой толстый слой пыли и паутины, что его просто не было видно. Тогда Валера отложил их в сторону не столько из-за ненадобности, сколько из нежелания пачкаться в пыли. Но теперь они могли пригодиться.

Накинув кожаную куртку, и надев перчатки, он по скрипучей приставной лестнице залез на холодный чердак и достал оттуда часы, перенеся их на кухонный стол. Здесь он решил с ними разобраться.

Валера намочил тряпку и стал осторожно стирать пыль. Сначала он очистил стрелки, положение которых под пылью угадывалось по выпуклости. Стрелок оказалось всего одна - часовая. Она была искусно вырезана из кости, здорово пожелтевшей от времени. Стрелка застыла в положении "двенадцать". Ну что ж, подумал Валера, и одной стрелки будет достаточно.

Два раза чихнув, Валера смахнул пыль с правой верхней четверти часов. Что-то в цифрах было не так, но что - он сообразил после того, как протер правую нижнюю четверть. На той половине, которую он мог наблюдать, располагались все цифры, имеющиеся у обычных часов - начиная от "одного" и кончая "двенадцатью".

Некоторое время Валера ошалело смотрел на циферблат, застыв с тряпкой в руках. Это не могло быть обманом зрения, цифра "шесть" располагалась там, где обычно располагалась цифра "три", а "двенадцать" лежала внизу на месте "шести". Еще некоторое время Валера разглядывал непривычное для него нагромождение всех двенадцати цифр, а затем до него стало доходить, что часы содержали каждый час суток, все двадцать четыре часа.

- Вот это да!

Возможно, что часы представляют собой чрезвычайную антикварную редкость, подумал он, и на заре цивилизации их делали именно такими, дабы точно знать, что сейчас не шесть часов после обеда, а восемнадцать. Для часов с одной стрелкой это нормальный циферблат.

Он вытер пыль с левой нижней четверти. Открылись цифры 13,14,15,16,17 и 18. Тут он заметил ещё одну странную деталь. Цифры 18 и 6, должные располагаться по горизонтальной оси, находились не строго друг напротив друга. Цифра "шесть" задиралась вверх, а "восемнадцать" убежала вниз. Теперь он заметил, что и "двенадцать" в самом низу стоит не строго по вертикали, а смещена вправо.

Измученный всеми этими странностями и подгоняемый ожидаемым матчем, Валера окунул тряпку в воду и стер пыль с последней четверти. Из-под тряпки выглянула цифра 19, за ней последовали 20,21,22,23. Валера убрал тряпку с циферблата.

- Двадцать четыре, - прочитал он. - И двадцать пять.

Часы содержали двадцать пять цифр от одного до двадцати пяти, вместо предполагаемых двадцати четырех и положенных двенадцати. Единственное, что понял Валера, то - почему смещались цифры, обозначавшие четверти.

- Потому что на этих часах не двадцать четыре часа, а двадцать пять!

Расстояние между цифрами было выдержано идеально. Валера выругался. Какую цель преследовал неизвестный мастер, создавая эти ходики, теперь уже было не узнать, однако, за неимением лучшего, он может воспользоваться этими часами. Осталось только их завести.

Под основанием стрелки находилось маленькое отверстие для ключа с квадратной головкой. Валера подобрал подходящую по размеру отвертку, чтобы, засунув жало в отверстие, можно было взвести часы. После этого он перенес часы в большую комнату.

Он поставил их на телевизор, всунул отвертку в отверстие для ключа и затем два раза повернул её по часовой стрелке. Внутри часов нехотя заскрежетала пружина, что-то щелкнуло, и неожиданно в доме погас свет. Не успел Валера опомниться, как свет снова включился.

Валера сглотнул застрявший в горле ком и повернул отверткой ещё пять раз, пока не почувствовал упор пружины. Часы пошли, это было слышно по странному чмокающему тиканью. Валера включил телевизор. Как раз начинались шестичасовые новости по ОРТ. Указательным пальцем он перевел стрелку на цифру 18. Вот и все!

Валера опрокинулся на диван. Часы громко тикали, и он увеличил громкость телевизора. После новостей Валера приготовил себе ужин с макаронами и котлетами. Недожаренный ужин навел его на мысль о заведении постоянной сожительницы, которая могла бы стирать, прибираться, вкусно готовить, а так же чтобы ночью она не лежала бревном. Подведя итог, Валера определил, что большего ему и не стоит желать.

Часы тикали. От нечего делать он посмотрел программу Владимира Позднера "Мы", в которой поднимались актуальные, но далекие от Валеры вопросы таможни и таможенных пошлин, по второму разу он просмотрел новости 1-ого канала, программу "Время". После "Времени" начался матч кубка. В середине второго периода Валеру сморил сон.

Проснулся он в начале третьего тайма. Наши проигрывали безнадежно, матч представлял собой жалкое зрелище, и он переключил канал. По городскому крутили какую-то незнакомую Валере "мыльную оперу", в которой главная героиня по имени Тереза долго и нудно выясняла у испанистого вида парня любит ли он её и если не любит, то по каким причинам. Стрелка часов показывала на середину между двадцатью тремя и двадцатью четырьмя часами. Валера ещё некоторое время следил за ноющим диалогом героев, пока совсем не потерял ход их рассуждений. Он перещелкнул ручку переключения каналов и попал на "Россию". То, что надо! Программа об автомобилях!

Часы предположительно показывали 23:50. Валера с головой окунулся в трудности концерна "Рено" при завоевании российского рынка легковых автомашин. Приблизительно без одной минуты полуночи передача закончилась, и пошел блок рекламы. Стрелка часов стояла почти на цифре "24".

- Интересно, что будет, когда стрелка попадет в интервал между двадцатью четырьмя и двадцатью пятью? - спросил Валера. Если он оставит часы так, как они показывают сейчас, то утром Валера получит отставание на целый шестьдесят минут. Поэтому сейчас их следует перевести на один час вперед.

Он поднялся с дивана. Часы громко тикали. Малыш из телевизионной рекламы подгузников, коверкая слова, выдавал, что чем больше он мочится, тем радостней ему живется.

- Подгузники "Либеро" - лучший друг малышей! - промямлил Валера, опережая коронную фразу, которая должна прозвучать с голубого экрана. Валера протянул руку, чтобы поправить стрелку часов, и в этот момент стрелка сдвинулась сама и встала ровно на "24".

Телевизор резко потух, заткнув малыша из рекламы на самом начале его коронной фразы. На мгновение вспыхнув, погас и абажур под потолком. Зато за окнами появилось яркое сияние, которое медленно сникло. Опустилась темнота и мертвая тишина. Валера на ощупь выбрался из комнаты в сени.

- Неужели перегорели пробки! - с досадой сказал он. - Проклятье, я даже не знаю, где они находятся, а в этой тьме точно ничего не найду!

Он шарил руками по стенам, но все было напрасно. Даже если бы он и нашел распределительный щиток с предохранителями, то запасных у него все равно не было.

С улицы неожиданно донесся резкий пронзительный крик, вслед за ним раскатистый душещипательный рев, переходящий с высоких нот на низкие. Валеру прошиб пот. Он натянул куртку и выбрался на крыльцо. То, что он увидел, было настолько неожиданно и поразительно, что он не верил своим глазам, а колени его предательски задрожали, сердце забилось в два раза чаще.

- Этого не может быть! - только и сумел произнести он.

Деревянные дома и город исчезли, вместе с негорящими по вечерам фонарями, да и самим темно-синим небом. Окружавшую его действительность Валера не узнавал. Кругом царствовала тьма, лишь на горизонте небо светлело серым. Вокруг его избы лежали мрачные каменные руины неведомых античных домов, сложенных из гигантских валунов. Земля совсем не походила на ту слякоть, по которой Валера возвращался с работы, земля была твердой, сухой, усыпанной мелкими камнями.

Ошалевшими глазами Валера смотрел на все это.

- Не может быть! Это просто невозможно!

На него повеяло могильным холодом, из-за руин снова раздался крик, но он был настолько далек, что его едва было слышно. Окружавшие Валеру звуки никак не походили на те, которые он привык слышать в своей жизни. Вместо шелеста листвы и редкого карканья ворон, он теперь слышал устрашающие завывания ветра, попадающего меж камней, непонятные скрипы, шорохи.

- Я, очевидно, заснул, пока смотрел телевизор, - сказал Валера и вонзил ноготь указательного пальца в мочку уха. В следующее мгновение он взвыл от боли, а все, что окружало его, осталось таким, каким было до этого. Он не спал.

Осторожно Валера сошел с крыльца. Что-то хрустнуло под его ногой. Он посмотрел вниз и увидел остатки стекла. Валера не обратил на них внимания и двинулся к руинам. Ближайшие к нему камни стояли шалашиком. Проходя мимо, он услышал внутри шорох. Стараясь не подходить близко, Валера заглянул внутрь. Темно, как в собственном желудке. И вдруг, неожиданно, два ярко светящихся глаза появились из темноты и уставились на него. Валера отпрянул.

- Где я! - воскликнул он в пустоту. В ответ из-за камней раздалось издевающееся кудахтанье. Валера оглянулся. Дом стоял по-прежнему, выглядел таким, каким был раньше, шесть часов назад, когда Валера вернулся с работы. Только теперь его окружали не деревянные дома и деревья, а камни, очень похожие на гигантские могильники.

Справа он уловил движение и быстро обернулся. Не обращая на Валеру внимания, мимо прошел человек ... хотя человеком это назвать было сложно. Этому скорее подходило название существо. Приблизительно человеческого роста, оно имело все надлежащие "человеку разумному" органы, но... оно было чрезвычайно худо, ноги и руки его являлись костями, обтянутыми кожей цвета тусклого серебра, череп был лыс и немного удлинен, над ухом Валера заметил черное пятно, похожее на парящую птицу. И на нем не было совершенно никакой одежды, даже намека на нее.

Существо медленно, повесив голову, проследовало мимо.

- Стойте! - крикнул Валера, но было поздно. Оно уже скрылось за валунами. Валера вздохнул. Все это сильно смахивало на сумасшествие, у нормальных людей такого не происходит. Но от чего могла произойти эта неприятность? Пил Валера в меру, наркотики не принимал...

Легкое прикосновение к Валериному плечу повергло его в шок. Сердце готово было разорваться от испуга. Он повернулся. Сзади стояло такое же существо, которое он только что наблюдал. Нет! Это было то самое существо! Над левым ухом Валера увидел пятно, похожее на птицу. Теперь Валера разглядел и его лицо, (если это можно было назвать лицом!) и от страха стал слегка задыхаться. Полностью лысый череп, узкие скулы, маленький рот, похожий на черную дыру, отсутствие носа и ещё две черные дыры вместо глаз. Но именно эти две дыры смотрели на него, хотя Валера отчетливо видел, что смотреть там нечему. Ничего кроме кромешной тьмы в глазницах не было.

- Вы что-то хотели? - спросило существо обыкновенным человеческим голосом.

"Да, где я нахожусь, черт побери!" - хотел сказать Валера, но вместо этого лишь промямлил:

- Как вы... были там, теперь здесь...

- А вы не похожи на нас, - сказало существо. - Вы похожи на... человека!

- Я и есть человек, мать вашу! - прорвало Валеру. - А ты кто такой, и где это я?

- Да, но как вы сюда попали? - задумчиво произнесло существо и неожиданно быстро оглянулось. Из-за руин медленно вышли ещё два его собрата, и, не останавливаясь, прошли мимо.

- Вот это меня тоже интересует! - воскликнул Валера.

- Тише! - зашипело существо, отстраняя Валеру в тень валунов. - Если вы будете продолжать привлекать к себе внимание криком, то придут иродаки.

- Какие ещё иродаки?

- Те, кто отправляет нас дальше.

- Кто вы такие, кто такие иродаки и где я, наконец, вы мне скажете?

- Вы разве не знаете?

Такой тупой твари Валере давно не попадалось. Он набрал в легкие воздуха, чтобы не выйти из себя.

- Если бы я знал, было бы у меня желание спрашивать? - сдерживаясь, ответил он.

- Вы в стране мертвых Алкирии.

Валера поначалу не понял. Смысл фразы собеседника дошел до него лишь через несколько секунд.

- Ты что, издеваешься! - Валера хотел усмехнуться, и эта усмешка заледенела у него на устах - существо было предельно серьезным. Озноб прошел у него по спине. - Так я что, умер? Господи!

- Господа нет, это все предрассудки, людские сказки, которые они сочинили, мучаясь от безделья. А вот жизнь после смерти ты сейчас наблюдаешь. Я тоже был раньше человеком, пока не умер и не превратился в это. - Он горестно поднял руки, показывая, кем он стал. - Но ты не похож на мертвеца. Это я похож на мертвеца, а ты похож на настоящего человека. Как ты попал сюда?

- Я даже не знаю, - откровенно признался Валера. - Но я хочу вернуться домой. Где находится эта страна мертвых на карте Земли?

- Боюсь, я не могу этого сказать, я не знаю. Я здесь не больше сорока-пятидесяти дней, и при жизни меня свали Семеном, Семеном Карасевым. А здесь нет имен.

"Знакомая фамилия, - подумал Валера, - уж, не родственник ли это Кости Карасева. Но нет, так недавно у него никто не умирал! Твою мать, я будто в бреду!"

- Значит ни Бога, ни дьявола нет?

- Бога нет, это точно. Потому что все умершие прямиком попадают сюда, тела наши превращаются в рухлядь, которую ты видишь на мне. А дьявола вполне могут заменить иродаки... - Он снизил голос до шепота. - Они охотятся за нами и пожирают тех, кому не повезет убежать. Они питаются остатками человеческих соков, что в нас ещё есть. Но в тебе соков во много раз больше, чем во мне, поэтому для них ты будешь представлять больший интерес.

Валера поежился, оглядев существо, бывшее ранее Семеном Карасевым. Как же отчество Косте? Кажется Семенович. Но Костин отец умер три года назад, а это существо утверждает, что прошло сорок дней. Валера уже собирался напрямую спросить существо о Косте, когда совсем близко раздался страшный рев. Существо сжалось и, не медля ни секунды, покинуло Валеру, скрывшись за валуном. Валера остался в одиночестве, озираясь по сторонам. Тварь, которая издала подобный звук, была не видна. Валера присел. Рев прокатился между руинами и затих. Осталось лишь завывание ветра, да какие-то непонятные скрипы.

Валера поднялся. Мимо него проследовало ещё одно человекоподобное существо, но уже не Семен Карасев. Однако сейчас Валера практически потерял к ним интерес. Внимание его привлек небольшой полустертый рисунок на камне, возле которого он стоял. Рисунок изображал тварь с телом червяка и головой кошки. Под рисунком была надпись на неведомом языке, возможно, она поясняла рисунок. Но для Валеры уже пояснять было нечего. Для него все было определено.

- Надо возвращаться в дом! - сказал он. - Я попал сюда вместе с домом, значит, и выбраться отсюда я могу вместе с ним.

За камнями дом был не виден, поэтому Валера направился в ту сторону, где по его предположениям дом мог находиться. К его удивлению за камнями дома не оказалось. Валера обогнул ещё пару развалин, и пришел к выводу, что заблудился.

- Только этого мне ещё не хватало! - процедил он со злостью. Он недолго размышлял, и затем выход был найден! Оглядев окружающие развалины, Валера выбрал самый высокий и доступный камень и, не медля, взобрался на него. Взгляду его открылся гигантский простор. Насколько хватало глаз повсюду простирались руины. В одном месте, правда, возвышался более-менее нетронутый храм, но он был единственным. Все это было похоже на древний разрушенный город, вот только что это был за город?

Дом его находился недалеко справа. Удовлетворившись этим, Валера стал спускаться. Он находился почти у самой земли, когда над руинами снова прокатился рев. От неожиданности у Валеры разжались руки, и он упал на землю. К счастью высота была небольшой, и Валера не ушибся. Рядом звякнула связка ключей, вывалившаяся из кармана. Валера протянул руку и сгреб ключи вместе с камушками на земле. Опустив ключи в карман, он поднялся и, оглядываясь по сторонам, направился к дому.

На этот раз до дома он добрался без проблем. Дверь сарая, находившегося рядом с домом, была распахнута. Валера не помнил, закрыта ли была дверь, когда он покидал дом. Скорее всего, нет, он не особо следил за сараем, в принципе сарай Валере был не нужен вообще. Он захлопнул дверь, запер её на наружный засов, и вошел в дом. В комнатах стояла темнота, но кое-что можно было различить, благодаря серым отблескам за окном.

Валера опустился на диван. Его трясло. Это был страх, причем близкий к паническому. Он посмотрел на часы. Циферблат был темен, но стрелка виднелась хорошо. Она застыла посередине между двадцатью четырьмя и двадцатью пятью часами.

- Двадцать пятый час! - произнес Валера. За окном раздался душераздирающий крик.

Часы отсчитывали двадцать пятый час, неужели это послужило причиной, благодаря которой Валера очутился в Алкирии, стране мертвых? Все сводилось к тому. Именно в тот день, когда Валера нашел часы и завел их, произошел его странный перенос в Алкирию, именно в этот неведомый временной интервал с двадцати четырех до двадцати пяти.

С улицы периодически раздавались то рев, то пронзительные крики, то сдавленные хрипы. С замиранием сердца, Валера вслушивался в каждый звук, оценивая расстояние, и отсчитывал каждый щелчок часов. Если дела обстоят так, как он полагает, то в тот момент, когда стрелка достигнет цифры "25", его перенесет обратно в мир людей, мир живых.

Стрелка вплотную приблизилась к цифре "25" и даже вошла в зону этой цифры. Снаружи раздался рев, от которого пол и стены дома мелко завибрировали, рев шел с крыльца, Валере ничего не оставалось делать, кроме как молиться, чтобы время ускорило свой ход.

Тик...тик...тик...

Стрелка дернулась и встала на двадцать пять. В этот же момент за окнами сверкнула яркая вспышка, загорелась под потолком электрическая лампочка, орошая комнату светом, чмокнув, заработал телевизор. Изображение на нем ещё не появилось, но звук был слышен.

- Подгузники "Либеро" - лучший друг малышей!

Это было окончание рекламы, начало которой Валера наблюдал час назад, до того как попал в страну мертвых, в тот момент, когда собирался перевести стрелку на часах с двадцати четырех на двадцать пять. Малыш все-таки сказал свою коронную фразу, но через час, после того, как должен был сказать.

- Я пробыл там целый час, но здесь это время пролетело, словно мгновенье!

Потрясенный, он сел на диван, тупо уставившись в узоры ковра на противоположной стене. В голове царил беспорядок. Чтобы удостовериться окончательно ли он оказался дома, Валера выглянул в окно. За окном при свете луны он увидел все деревянные дома, хвою и березы, все было как раньше. Но в голове у Валеры осталось помутнение.

Со двора раздался треск ломаемых досок. От неожиданности Валера подпрыгнул. Что это могло быть? Крадучись, он вышел во двор, освещая себе дорогу лампадой, снятой с дешевой бабкиной иконы. Двери сарая, запертые им на засов, были разворочены и валялись на земле, петли с вывороченными гвоздями торчали из ворот, и ещё из сарая тянулся длинный след, как будто по земле волочили толстое бревно или трубу. В скупом свете лампады Валера различил, что след изгибался и уходил в лес. Дальше царила тьма, и Валера ещё раз проклял негорящий фонарь у дома.

- Иродаки, - повторил он в задумчивости.

Он вернулся в дом. По телевизору шел хит-парад MTV. Возможно, хит-парад заинтересовал бы его раньше, но сейчас Валере было не до песен. Часы встали. Валера догадался об этом. Он выключил телевизор, чтобы проверить свое предположение. В том, что часы остановились, сомнений не возникало - ни единого звука не раздавалось из их глубин. Стрелка остановилась приблизительно на пятнадцати минутах первого. Валера осторожно взял часы в руки. Хорошо, что часы остановились. Больше путешествовать в неведомых временных интервалах среди мертвых он не собирался. Не откладывая назавтра, Валера отправил часы туда, откуда он их достал, на чердак.

5-ый час

Утром Валера поднялся ровно в шесть утра без будильника. Сказалась уже выработавшаяся привычка вставать каждый день в это время. Происшедшее ночью казалось мутным тяжелым сном. Валера пытался об этом не думать.

Моторный завод, на котором трудился Валера, уже пятый месяц стоял без заказов, а рабочие не получали свою заработную плату, но металлозаготовительная бригада, в которой работал Валера, выходила из этого безденежного положения очень неплохо. Из ещё оставшегося в немалых количествах металла, они изготавливали на заказ железные двери и решетки. В раздевалке сегодня утром Валера оказался первым, первым он был и на рабочем месте. Когда стали подходить мужики, он почти приварил петли к изготовленной вчера двери.

Час они работали и три часа отдыхали, проводя время за разговорами о машинах, жизни и высшей политике. В углу их бытовки находился черно-белый телевизор, который кто-то притащил из дома в незапамятные времена и который постоянно был включен.

Около десяти часов появился мастер Кузмич. Он был сердит.

- Чего бездельничаете? Почему дверь не закончили! Заказчик сегодня позвонит, что я ему скажу?

- Так и скажи - не закончили.

- Я с вас с каждого по сто тысяч рублей сниму, тогда посмотрю, как вы будете шутить. Никто не знает, что у нас солдаты в центре города по улицам маршируют?

- Учения, наверное, - предположил Валера.

- Сразу видно, что ты в армии не служил, Валера. Эх, тебя бы в наше время, автомат бы в руки. Здоров как бык, а в армии не служил!

- У меня белый билет.

- Энурез у тебя. Войска в городе учения не проводят.

Ровно в двенадцать часов по Первому Общероссийскому каналу начались новости. Диктор Арина Шарапова была как всегда хороша, но то, о чем она начала говорить, повергло Валеру в шок.

- Сегодня в городе ...ске произошла трагедия, истоки которой до сих пор не ясны.

- Так это же про наш город! - зашумели мужики.

- Двадцать один человек погиб в результате неожиданного появления на улицах города гигантской твари, похожей на червяка.

Валеру пробил озноб. Телеэкран показывал улицу Свободы около дорогого магазина "Galla". Тротуар в прямом смысле был залит кровью. В некоторых местах лежали останки человеческих тел, которые невозможно было узнать.

- В 9.30 на улице Свободы жертвами чудовища стали пять человек, три женщины, старик и ребенок десяти лет. - Камера теперь показывала город с высоты полета вертолета. - В 9.45 окружному гарнизону была дана команда срочно ввести в город мотострелковую роту, в дополнение к милиции и ОМОНу уже перегородивших улицы, солдаты которой к 10.30 заняли свои позиции. Войска были усилены БТРами и двумя вертолетами МИ-24.

Вертолет, на котором находилась камера, завис над улицей Калинина. Посередине улицы, прямо поперек дороги, среди опрокинутых автомобилей расположилось огромное существо с гигантским телом червяка и головой кошки. О размерах его можно было судить хотя бы по тому, что тварь свободно заглядывала в окна второго этажа. С обеих сторон улица была перегорожена БТРами и рядами солдат.

Мужики с широко распахнутыми глазами уставились на экран.

- Так как люди не успели покинуть свои дома на улице Калинина, а все подъезды выходили на улицу, командующий войсками запретил применять вертолеты в густонаселенном районе.

В этот момент тварь подняла свою голову и посмотрела прямо в камеру. Вертолет подлетел так близко к существу, что Валере показалось, будто тварь смотрит прямо на него. Затем голова опустилась, и тварь с невероятным проворством стала двигаться на ряды оцепления. Раздались автоматные очереди и выстрелы из башенных орудий БТРов, но очевидно они не принесли твари никакого вреда, потому что она все-таки преодолела расстояние, разделяющее её и солдат, и пронеслась сквозь цепь заслона, перевернув БТР и раздавив двоих или троих солдат. Оставшиеся в живых бросились врассыпную.

- И только после этого, - сказала Шарапова, - командующий дал "добро" на открытие по чудовищу огня с МИ-24.

Следующие кадры снимались с крыши соседнего здания. В углу экрана виднелась аббревиатура CNN, всемирно известная телекомпания успела везде. Тварь медленно передвигалась вдоль улицы. Зависшие над ней вертолеты испустили из себя четыре ракеты. Две ракеты не попали в цель и врезались в тротуар, мгновенно размолотив его, но две другие угодили точно в цель - в голову твари. Голова разлетелась на куски, выбросив в воздух целое облако черной крови. Несколько секунд тело продолжало находиться в вертикальном положении, а затем оно упало на асфальт. Камера вздрогнула.

- Вот это да! - заохали мужики.

Тем временем по телевизору начали выступать политики, общественные деятели. Члены правительства недоумевали о причинах происшедшего, коммунисты винили во всем правительство.

- Вы посмотрите, что теперь творится в стране! Тут налицо явная слабость президентского правления, - говорил лидер коммунистов. - Сегодня червяк на улицах города, завтра - гамадрилы, после завтра ещё черт знает что!

Корреспондент, ведущий репортаж, едко заметил, что гамадрилы уже сейчас разгуливают по улицам и даже заседают в Государственной Думе. Жириновский как всегда винил в происшедшем ЦРУ и МОССАД, утверждая, что такие твари специально выращиваются на засекреченной ферме в Калифорнии.

Однако все это было ерундой. Самым интересным явилось выступление какого-то кандидата биологических наук.

- Судя по предварительным данным, мы можем с уверенностью утверждать, что существо, появившееся на улицах города ...ска нельзя отнести ни к одному виду живущих или когда-либо живших на земле существ. Более того, проведенное экспресс-исследование показало, что основа клеток тела, будем называть его так, червя - это неорганические элементы, которые мы не смогли идентифицировать ни с одним химическим элементом таблицы Менделеева. Сейчас останки тела активно разлагаются, несмотря на все наши усилия, и я думаю, что узнать природу этого существа нам не дано... Если только похожее существо не появится снова.

- Не дай Бог! - сказала Шарапова. - Восемь жертв! После завтра состоится траурная церемония...

Валера находился в трансе. Он мог стать первой жертвой! Так вот что пряталось у него в сарае! Эта тварь перенеслась из Алкирии на землю живых в его сарае! Невероятно, но, тем не менее, это так. Пожалуй, не стоит никому рассказывать про часы и про страну мертвых, лучше все это забыть. Сейчас часы остановились, и заводить их ему больше не хотелось. Если в Алкирии полно таких тварей, то вероятность выжить в следующем двадцать пятом часе близка к нулю.

- Иродаки! - повторил он тихо.

- Валера! - крикнул ему мастер. - Дай ключ от склада!

Валера кивнул и полез в свой шкафчик в карман куртки. Он достал ключи и протянул их мастеру на ладони. Луч света от лампы упал на ладонь, и ярко-красная искра вспыхнула у него в руке.

- Что это? - воскликнул мастер. На ладони у Валеры лежал маленький прозрачный ярко-красный камушек. Валера сунул руку в карман и выудил оттуда ещё два таких же.

- Иваныч, иди-ка сюда, - сказал мастер. - Ты, кажется, работал подмастерьем в ювелирной мастерской.

- Было дело, - ответил Иваныч, подходя. Валера положил камешки на стол, не отрывая от них взгляда. Камни завораживали своей чистотой и какой-то пространственной глубиной, а ярко-красный цвет камня делал его изумительно красивым.

- Рубины, - выдал свое заключение Иваныч. - Небольшие, но очень чистые. Где ты их взял, Валерка?

- От бабки досталось в наследство, - на ходу сориентировался он.

- Неплохая была бабка.

- Сколько они могут стоить, Иваныч?

- Не знаю, но думаю, что не дешево. Если ты принес не все, и у тебя есть камешки хотя бы раза в два побольше, то, для сравнения, они могут стоить дороже, чем алмазы равноценной величины.

Валера не мог сказать ни слова. Он вспомнил, как у него оказались эти камушки. Когда он выронил ключи в Алкирии, спускаясь с камня, с которого рассматривал страну мертвых, он подобрал ключи вместе с камушками, валявшимися на земле. Эти камушки оказались рубинами. Вот так! Если он случайно подобрал сразу три штуки, то сколько же их там валяется вообще! Валера никогда не изучал теорию вероятности, но сообразить было нетрудно, что драгоценные камни лежат в Алкирии на каждом шагу. Богатства хотелось всегда, только Валера четко не представлял, как его можно заработать. На изготовлении решеток и железных дверей капитал не сделаешь. Но сейчас ему повезло больше, чем тысяче американских миллионеров и он, без преувеличения, может стать самым богатым человеком в мире!

Все это так, но иродаки... Новое путешествие в Алкирию сопряжено с большими опасностями. Взгляд его упал на экран телевизора, где телекамеры, чередуясь, кружили вокруг мертвого иродака. Просто нужно хорошо подготовиться к следующему путешествию.

7-ой час

С Петровым они учились в одном классе средней школы. Валере никогда не нравился этот вечный "очкарик" и четверочник, в пятом классе Валера почти каждый день лил ему в очечницу клей "Момент", в седьмом и восьмом классах они с компанией любили издеваться над Петровым. Валера всегда называл его Петровым и теперь даже имя вспомнил не сразу. Сергей.

В восьмом классе Валера перешел в училище, а Петров продолжал учиться дальше. Валера пошел работать на моторный завод, а Сергей закончил исторический факультет университета. Об этом Валера узнал от другого школьного приятеля.

Валера ушел с работы сразу после обеда, и направился в университет, где Петров, по его сведениям, доучивался в качестве аспиранта. Вспомнит ли он Валеру, или вспомнит то, как Валера издевался над ним в школе и не захочет общаться?

К удивлению Валеры, Сергей Петров очень обрадовался неожиданному появлению его однокашника. Петров напоил его чаем прямо у своего рабочего места за компьютером. Петров был весел и постоянно болтал. Он расспрашивал Валеру - что тому известно об одноклассниках, рассказывал о том, как он учился в университете и почему пошел в аспирантуру. Валере не нравилась его открытость. Не может человек так просто забыть, какие в школе были между ними отношения. Сейчас Петров вел себя так, будто встретил старого товарища, с которым провел все детство. Как будто он все забыл.

- Я не оторвал тебя от работы? - спросил Валера.

- Нет, что ты, Валера, у меня свободный график работы. Я занимаюсь тем, чем считаю нужным. - Петров поправил очки. Он совсем не изменился. Все тот же чистюля. Только очки сменили оправу с роговой на металлическую позолоченную.

- Я пришел к тебе по делу, Сергей. - Петров перестал улыбаться.

- Я не сомневаюсь в этом, - сказал он. - Просто так ты бы ко мне не пришел, ведь в школе у нас были не лучшие отношения.

"Нет, он не забыл, что было в школе, - подумал Валера. - Он только искусно притворяется, что рад мне. Надо держаться настороже".

- Мне нужна помощь человека с высшим образованием, таким, как у тебя.

- Я рад помочь тебе, - ответил Петров. - Но только чем?

- Ты ведь учишься на историческом... - Валера не мог сказать точно, что является историческим - университет или кафедра.

- Факультете, - подсказал Сергей.

- Да. - Валере жутко не нравилось, когда его ставили в положение неуча. - Так вот, мне нужно знать об Алкирии. Ты слышал о ней?

Сергей задумался.

- Алкирия... Я никогда не слышал этого названия. Что это?

Вот тебе и раз! Он и не знает - что это!

- Я думал, что ты знаешь! - Валера встал, собираясь уходить.

- Погоди, я ведь могу обратиться к справочному материалу. Благодаря поддержке Сороса, у университета есть доступ в Интернет.

- Интер-что?

- Интернет - международная система компьютерных сетей. Она охватывает весь мир. Мне достаточно ввести запрос на искомое слово и через некоторое время, если где-нибудь оно хотя бы упоминается, этот материал будет предоставлен.

Сергей начал колдовать над компьютером, а Валера снова сел.

- Я ввожу слово "Алкирия" в строку запроса поисковика, - комментировал Петров. - И нажимаю "Enter". Посмотрим.

По экрану побежали какие-то названия на английском, Валера ничего в них не понимал.

- А если материал об Алкирии будет на английском? - спросил Валера.

- Ну, так я тебе переведу.

- А ты знаешь английский?

- Да, - коротко ответил Петров. - Странно, на сервере БЭС - Большого Энциклопедического Словаря - совершенно ничего об Алкирии. Ты случайно не выдумал это слово?

- Нет, - сказал Валера.

- Ну ничего, поиск продолжается.

Наконец, через непродолжительный промежуток времени на экран вывелась целая колонка текста. На русском языке.

- Сервер Российской Академии наук, - прокомментировал Сергей и зачитал текст. - Ветов Ю.В. "Исследования в русской науке в 1899 году". Русский ученый и изобретатель Михаил Светличный, длительное время занимавшийся доказательствами существования жизни после смерти, в 1899 году опубликовал свои работы в журнале "Свет науки" № 4. Не отрицая существования Бога, он предположил и математически вывел принципиально новую ипостась, которую нельзя соотнести ни с раем, ни с адом. Ученый утверждает, что именно туда попадают все люди после своей смерти. Светличный описал это место как бесконечно темный край, по которому постоянно бродят умершие. Этот край Светличный называет страной Алкирией. Постоянную численность населения в Алкирии поддерживают демоноподобные существа, называемые иродаками. К сожалению, Светличный не смог узнать, что происходит с умершими, после поглощения их иродаками. Это является одним из темных пятен в его работе. Еще одно предположение, которое выдвинул Светличный, состояло в том, что на Алкирии за наши земные сутки, то есть двадцать четыре часа, проходит всего один час. Таким образом, он сделал вывод, что если разорвать временную цепочку между 24-ым и 1-ым часами, то можно попасть в Алкирию. Это все, что на сей момент известно о работах Светличного. След самого ученого теряется в русской революции 1905 года, материалы о его исследованиях не сохранились.

Валера некоторое время размышлял. Петров вопросительно смотрел на него.

- Поищи на фамилию Светличный, - сказал Валера. - Может на него есть дополнительная информация.

- Хорошо, - ответил Петров, набирая фамилию в строке запроса. Через минуту компьютер вывел на экран ещё один документ.

- Копия статьи из подборки газет 1904-ого года, - прочитал Петров. Статья называется "Заседание ученой комиссии по исследованиям Светличного". Пять лет назад молодой и мало кому известный ученый и изобретатель Михаил Светличный опубликовал свои исследования теории жизни после смерти. В них Светличный неприглядно обрисовал страну мертвых Алкирию, куда после смерти, по его словам, попадают все люди. Позавчера на суд ученой комиссии был представлен механизм, который ученый назвал "Часы Светличного". Ученый утверждал, что эти часы, сконструированные им, могут перенести любого из желающих в страну мертвых. Сам он провел там два дня и узнал много нового для своих исследований. Комиссия подвергла критике и осуждению исследования Светличного, противоречащие учению Православной церкви. В назначенный момент, доброволец из комиссии не был перенесен в упоминаемую Светличным страну по причине сломки часов. Было решено признать Светличного шарлатаном, а его исследования запретить.

Под текстом располагалась старая плохо различимая фотография. На ней был запечатлен светловолосый человек в сюртуке с длинными усами и аккуратной бородой. В руках он держал часы. Петров посмотрел на Валеру.

- Извини, конечно, Валера, но я не понимаю, как это связано с тобой.

- Я был там.

- Где?

- Я был в Алкирии.

Сергей молчал, не отрывая взгляда от Валеры, ожидая, что тот скажет что-то еще. Валера достал из сумки сверток и протянул его Петрову. Тот принял его и снял, покрывающую предмет тряпку. В руках его оказались часы.

- Не может быть! - сказал Петров. - Это те самые часы Светличного?

Он поставил их рядом с экраном и увеличил изображение фотографии из статьи. Несомненно, Валерины часы были теми часами с фотографии 1904 года. Та же квадратная форма, те же двадцать пять делений на циферблате и единственная стрелка. Несомненно, это были часы Светличного, так как Валера знал, что вдобавок ко всем внешним сходным чертам, они ещё и работают.

Петров перевернул часы тыльной стороной к себе и наклонился к ним ближе, чтобы прочитать надпись.

- 1904 год. М.Светличный. - Петров отставил часы и откинулся на спинку стула, играя ручкой. - Ты хочешь сказать, что побывал в Алкирии? В этой стране мертвых?

- Да, - увлеченно заговорил Валера. - Ты видишь, на циферблате двадцать пять часов. Если завести часы, то ровно в 24 часа тебя перенесет в Алкирию. Пройдет час, и ты вернешься обратно, если возвратишься в область действия часов.

- Что это значит?

- Это значит, что вместе со мной в Алкирию перенесся деревянный дом, в котором я живу. То время, которое я пробыл в этой стране, прошло здесь мгновенно. Я понял это по телевизионной программе. Она прервалась, когда я перенесся туда, и продолжилась, когда я вернулся. Время на Алкирии идет очень медленно. Я там встретил мертвеца, который сказал, что он Семен Карасев, и что он находится на Алкирии не более полутора месяца. Я знаю Костю Карасева. Его отец, Семен Ефремович, умер три года назад. На Земле прошло 24 часа, а на Алкирии всего час. Поэтому мертвому Семену Карасеву кажется, что он находится на Алкирии 45 дней. 3 года - это 1095 суток. Сутки здесь - час на Алкирии. Получается как раз 45 дней!

Петров молчал, продолжая играть авторучкой. Валера ждал его реакции.

- Ты знаешь, - сказал, наконец, Петров. - Я изучаю историю - науку, основанную на реальных фактах. Заметь - реальных! Конечно, в истории были некоторые мифологические моменты, но я - материалист. Меня так воспитали с детства в нашем Советском обществе. Поэтому я не верю в Бога, я не верю в Иисуса Христа, не верю в существование жизни после смерти. Поэтому, ты уж извини, Валера, но я не верю всему этому.

- Но я был там!

- Возможно, это тебе приснилось.

- Хорошо, ты смотрел сегодня телевизор?

- У нас нет здесь телевизора.

- Да даже у нас на Моторном есть на участке телевизор!

- Мы тут не развлекаемся, Валера!

- Я выпустил из Алкирии одного иродака. Случайно. Сегодня я смотрю по телевизору репортаж - он половину города уже угробил, пока вертолетчики из своих ракетниц его не распотрошили! И ты даже ничего не слышал об этом!

Петров был абсолютно спокоен.

- Даже если какое-то странное существо и появилась в городе, я не склонен связывать её с твоим рассказом.

- Ну ладно. - Валера достал из кармана рубины. - А это что, по-твоему?

Петров поморщился.

- Я плохо разбираюсь в драгоценных камнях.

- Это рубины!

- Я тебя поздравляю.

- Я принес их из Алкирии. Пойдем со мной сегодня, и мы будем самыми богатыми людьми на Земле.

- Сегодня я занят. Зачем я тебе нужен? Разве ты один не справишься?

- Я боюсь, что может случиться что-то такое, чего я просто не пойму. Мне нужен умный человек! - Неужели я сказал про Петрова умный, тут же подумал Валера. Впервые в жизни он сказал про Петрова хорошо.

- Извини, извини. Я в авантюры не ввязываюсь.

Валера набрал в легкие воздуха и заткнулся, чтобы не разразиться потоком ругательств, быстро запихнул рубины в карман, схватил со стола часы Светличного и бросился вон из тесной комнатушки Петрова.

9-ый час

Времени оставалось мало, а ему было необходимо как следует подготовиться. В конце концов, он сможет обойтись и без этого козла Петрова! Главное - тщательно подготовиться.

Первым делом, он пошел в хозяйственный магазин и приобрел там Командирские часы за восемьдесят тысяч рублей и мощный фонарь с батарейками "Энерджайзер". После этого он отправился в сберегательную кассу и снял оттуда все деньги, которые у него были накоплены - пять миллионов. В ювелирном магазине у него приняли рубины, заплатив ещё пять миллионов. Теперь, имея десять миллионов в кармане Валера, по совету приятеля, направился в дом 10 квартиру 65 по Пушкинской улице. Дверь ему открыл этакий шкаф с полностью сбритыми волосами на голове, одетый в зеленый пиджак.

- Я вам звонил, - сказал Валера. - Я от Девичинского.

Бритый, с трудом мотнув головой на накаченной шее, показал, чтобы Валера проходил. Валера протиснулся между косяком двери и грудью стриженого в квартиру. Стриженый закрыл за ним дверь. Маленькая двухкомнатная квартира хрущевского типа была целиком заставлена какими-то деревянными ящиками, всего лишь один диван в большой комнате и письменный стол. На диване сидел ещё один человек в спортивном костюме, менее накаченный, но такой же стриженный, как и первый.

- Садитесь, - сказал он, указывая на свободное место на диване. Валера сел. Ему было не по себе. Еще ни разу он не общался с бандитами так тесно. Но сейчас предстояла серьезная сделка с ними, если он хотел остаться живым в Алкирии, это было необходимо.

- Итак, - улыбнулся стриженный, показав ряд ровных белоснежных зубов, - меня зовут Игорь.

- Меня Валера.

- Отлично. Вы принесли то, что мы просили?

- Да. - Валера достал из кармана справку и протянул её Игорю. Игорь взял её в руки и внимательно стал изучать. Надо же, Дивичинский был прав, сказав, что без справки из психодиспанснера, они даже не будут разговаривать.

- А зачем вам справка? - даже не ожидая сам, спросил Валера. Не отрываясь от справки, Игорь ответил:

- Чтобы быть уверенными, что вы не псих. Мы не продаем оружие людям с ненормальной психикой, а то мало ли, что они могут себе навоображать. Могут пострадать невинные люди, дети. - Он поднял глаза. - Справка настоящая.

- Конечно настоящая, - обиделся Валера. - Зачем мне её подделывать?

- Если бы вы, Валера, знали, сколько людей у нас побывало с поддельными справками. Я бы мог набить этими справками целый дипломат. Но я хорошо знаю, как выглядят настоящие справки. Я знаю руки всех дежурных, которые выдают их в городском диспансере, отпечатки обоих штампов на справке. На квадратной в слове "городская" закорючка у "а" не пропечатывается, а на круглой - "на учете не состоит" - присутствует ошибка, "на учоте не состоит". Я сам проконтролировал, чтобы эта ошибка попала на печать. Почему-то на всех поддельных справках стараются написать правильно. Ну да ладно. Чем можем быть полезны?

Валера не отрывал глаз от заполнявших комнату длинных деревянных ящиков. Что ему было нужно? Он и сам представлял плохо. Пистолет или автомат Калашникова не помогли бы ему. Тут было необходимо что-то помощнее.

- Наверное, гранаты.

- Гранаты? - поднял бровь Игорь. - Хорошо, есть противотанковые и осколочные.

- Они взрываются от удара о землю?

- Вообще-то нет. Сразу заметно, что вы не служили в армии. Они взрываются через четыре секунды, после поджигания запала.

- Это не подойдет, - ответил Валера.

- Тогда что же вам нужно?

- Что-то, что может взрываться при соприкосновении с поверхностью. Валера подумал и добавил. - И чтобы оно могло без труда попасть в движущуюся мишень, и чтобы её можно было легко носить на себе.

Теперь настала очередь задуматься Игоря. Он почесал бритый затылок.

- Еще никто не требовал такого. Но у нас есть одна штука, держим так, на всякий случай. Называется Ручной Противотанковый Гранатомет РПГ-7. Слышали о таком?

Валера кивнул, хотя слышал об этом смутно.

- Для вас, не служившего в армии, я объясню. Это труба, в которую вставляется патрон или, как его называют, выстрел. Видели фаустпатрон в фильмах о Великой Отечественной войне? То же самое, только современней. Вставляете патрон, кладете гранатомет на плечо, прицеливаетесь, нажимаете курок. Патрон летит прямо в цель. Пробивная сила и взрывная мощь огромны. Если стреляете по танку - в живых из экипажа не остается никто. То же, если стрелять по бронированному автомобилю. Вас, наверное, это интересует.

- Почти. Можно посмотреть?

- Пойдемте. - Игорь встал. Второй стриженый начал открывать дверь из квартиры.

- А разве у вас нет его здесь? - спросил Валера.

- А вы что, думаете, мы храним оружие здесь, в квартире? При первом же налете легавых и расследование-то вести не придется. Сразу в суд.

- А в этих ящиках?

- Апельсины. Вообще-то мы торгуем апельсинами, а квартира - это наш склад.

Они вышли из дома и сели в великолепный "Фольцваген-Пассат" синего цвета. Валере так понравился его внешний вид, что он пообещал себе купить такой же, как только вернется из Алкирии с тяжелым грузом рубинов. В машине ему завязали глаза.

Ехали они предположительно минут пятнадцать, затем последовала остановка на пять минут и снова пятнадцать минут езды. Когда Валере развязали глаза, автомобиль находился на берегу реки, а у Игоря в руках был покрашенный в зеленый цвет кусок трубы с ручкой и курком.

- Это и есть РПГ-7, - сказал он. Из сумки он достал патрон-гранату. Достаточно вставить патрон в отверстие ствола, и РПГ-7 готов к бою. Кладешь его на плечо, помни, сзади из трубы будет вырываться пламя, целишься по этой мушке и стреляешь.

- Только один патрон? - спросил Валера.

- Есть ещё комплект - сумка с тремя патронами. Итого четыре штуки по два миллиона, плюс труба - полтора. Получается девять пятьсот.

Валера отсчитал положенные деньги. В другой бы раз он поторговался, но сейчас экономить было незачем. Он принял сумку с тремя патронами, туда же запихнул четвертый, трубу завернули в бумагу.

- Ты извини, - сказал Игорь. - Но до дома тебе придется добираться самому. Мало ли ГАИ нас остановит, а у тебя эта штука. Всех заметут, а с этого момента ответственность за приобретенную вещь несешь ты. Так что, гуд бай!

И "Фольцваген", взвизгнув шинами, резко тронулся с места и, быстро набрав скорость, исчез за деревьями. Валера остался в одиночестве с комплектом оружия РПГ-7. Он даже не представлял, куда его завезли.

11-ый час

До дома он добрался к восьми часам. Наспех поев, Валера очень старательно завел свои новые "Командирские" часы, установив время по сигналам радио, уложил в спортивную сумку фонарь, охотничий нож отца, молоток, моток прочной веревки, пару резиновых сапог на случай. Вставил патрон в гранатомет. Патрон вошел в ствол со щелчком. Гранатомет был заряжен. Он осторожно положил его на пол посередине комнаты к спортивной сумке, с другой стороны он прислонил сумку с патронами. Груз получался объемный. Если будет необходимость быстро двигаться, он этого сделать не сможет. Тогда Валера вынул один патрон из сумки и положил его в спортивную. Оставшиеся два патрона он оставит где-нибудь в укромном месте. Если будет необходимость, то Валера вернется за ними. А на первое время двух патронов хватит.

Теперь настала очередь часов Светличного. Опять отверткой Валера завел их. Сердце екнуло, когда часы ожили и затикали. С этого момента он уже не мог отступить. Впрочем, как бы он не боялся ещё одного путешествия в Алкирию, жажда денег была сильнее страха. Вообще Валера рассчитывал, что пробудет снаружи дома не более пяти минут. За это время он успеет набрать рубинов и вернуться в дом. В доме он отсидится до окончания двадцать пятого часа.

Миновал двадцать первый час, двадцать второй. Ожидание было гнетущим. Чтобы как-то снять напряжение, Валере пришлось выпить полстакана водки. Настроение его повысилось.

По телевизору муссировали нападение на город иродака. Множество людей высказывали невероятное количество версий, но ни одна из них не являлась правильной.

- Ни хера-то вы не знаете! - сказал Валера.

Подошел к концу двадцать второй и наступил двадцать третий час. Шедший по телевизору матч кубка между Канадой и США был Валере сегодня не интересен. Ему неожиданно стало любопытно - как в доме у его бабки оказались часы Светличного, сам автор которых пропал ещё в 1905 году. Он полез в комод, что никогда до этого момента ещё не делал. В комоде, кроме старого постельного белья, кучи всяческих тряпок, бигудей и безделушек, он нашел небольшую деревянную шкатулку. В шкатулке находились несколько фотографий и письма. Валера стал рассматривать фотографии. Несколько обесцветившихся фото симпатичной молодой девушки, как он понял, это была его бабка, красивая и надменная. На фотографиях она была его возраста, а то и моложе. Валере она понравилась. Затем фотография его самого, сделанная в год. Валера сидел верхом на лошадке-качалке, широко открыв рот и глаза. Внизу подпись - "Внучек Валера в 1 год". Валера был удивлен. При жизни бабки, ему казалось, что она и знать не хочет о существовании семьи сына. Сколько он помнил, она всегда высокомерно общалась с ними, ругала Валеру за малейшие провинности, ни разу не показывала теплых чувств. Но, просматривая эти фотографии, Валера видел, что она все-таки любила их. Бережно сохраненная фотография со свадьбы отца и матери, снова его, Валерина фотография, но уже в три года. Забавная фотография - маленький Валера стоит, насупившись, крепко прижав к себе огромного плюшевого медведя. А вот ещё раз он, немного жалостно глядя в камеру, Валера сидит за школьной партой в первом классе средней школы. Валере стало немного грустно. Каким бы ни казался человек, он все-таки не лишен человеческих чувств. Однако, взглянув на следующее фото, Валера тот час забыл о предыдущих. На старой пожелтевшей фотографии, ещё более старой, чем фотографии молодой бабки, были запечатлены мужчина и женщина. Женщина была похожа на его бабку в молодости. Мужчина был похож... на Михаила Светличного. Валере запомнилась фотография из старой газеты. Те же аккуратная белая борода и длинные усы, темный сюртук. Несомненно, это был Светличный. Валера перевернул фото. На задней стороне чернильным карандашом стояла подпись - "Папа и мама", 1903 год. Значит, женщина на фотографии являлась матерью бабки, или Валериной прабабушкой! Она была замужем за Светличным, а бабка - их дочь! Выходит сам Валера был правнуком Светличного! Это было невероятно! Вот откуда в доме бабки взялись эти часы!

Вступил в свои права двадцать четвертый час. Валеру стало лихорадить, ожидание давалось нелегко. Чтобы как-то сгладить волнение, он начал воображать, что сделает с деньгами, когда добудет их, а так же как потратить деньги, чтобы о них не пронюхали налоговые службы и бандиты. Нужно будет аккуратно следить за расходованием денег. Квартиру он купит не больше трехкомнатной, в центре, в новых домах. Обделает её невероятно так, что все приходящие к нему девки будут в восторге. Конечно, он купит машину. Валера давно мечтал о машине, но не каком-нибудь "Москвиче-2141". Ему понравился "Фольцваген-Пассат", на котором его катали ребята, торгующие оружием. Классная машина! Пожалуй, он возьмет такую. Придется создать фиктивную фирму для отмывания денег. Тем более, все рубины не сдашь в одном городе, придется поколесить по стране. Он пошлет камни по почте в разные города до востребования, потом он сам заберет их через некоторое время, продаст, и вырученные деньги будет класть на свой счет в банке. Таким образом, при переездах между городами у него не будет с собой ни камушков, ни денег и некому будет его шерстить.

13-ый час

Наручные часы показывали без пяти двенадцать. Валера надел на плечо спортивную сумку, на другое повесил сумку с двумя патронами и взял в руки гранатомет. Оставалось считать секунды. Ровно в 24 часа в комнате погас свет, за окном сверкнула вспышка, и комната погрузилась в темноту. Валера включил фонарь и двинулся к выходу.

Неожиданно прямо за стеной его дома раздался кошмарный рев, от звука которого Валера едва не выронил гранатомет. В следующее мгновение дом содрогнулся от удара, послышался треск дерева, и терраса дома рухнула прямо перед носом у Валеры. С потолка посыпались доски, повалилась кровля, Валера отскочил глубже в сени, чтобы его не задело рушащимися частями дома. Дрожащий луч фонаря осветил пространство впереди. Среди прогнивших остатков дома под луч вдруг попала кошмарная гигантская морда кошки. Единственное, что разглядел Валера, были огромные острые зубы в пасти иродака.

- Как же я забыл! - воскликнул он. - Ведь когда я уходил из Алкирии, прямо возле дома орала эта тварь, но прошли сутки, и я забыл про нее, а для иродака время шло неразрывно, она так и осталась здесь. Для неё прошло минут пять, не больше!

Но Валера соображал быстро. Терраса продолжала рушиться. У него было ещё несколько секунд в запасе, пока чудовище дожидалось конца обвала и не решалось пробраться дальше в дом. Он вскинул гранатомет на плечо. Правой рукой он ухватился за рукоятку, положив указательный палец на большой курок, левой рукой он поддерживал ствол. Склонив голову, Валера зажмурил левый глаз.

Теперь из сеней стало видно серое мрачное небо, крыши на террасе больше не было, последние доски падали в беспорядочную кучу обломков. Над этой кучей примерно метра на два поднимался профиль жуткой кошачьей головы на склизкой белой шее. В месте соединения шеи и головы гладкая кожа постепенно переходила в грязную черную шерсть. Треугольные уши, изнутри обволакивающиеся более нежным пухом, стояли торчком, ноздри с силой втягивали воздух. Пасть в оскале не скрывала длинных изогнутых клыков, изящно сидящих во рту, а тонкие усы торчали в стороны, словно натянутые струны. Иродак повернул голову в направлении Валеры. Огромные кошачьи глаза с вертикальным зрачком поймали Валеру в поле зрения. В этой зеленой стихии, Валера готов был поклясться, он увидел необычное - разум, не хитрый животный взгляд, а разум, до этого момента считавшийся присущим только человеку. Какой-то огонек, искру сознания. Это делало иродака смертельно опасным.

Последний кусок шифера упал сверху в кучу. Валера выдохнул и нажал на спусковой крючок. Раздалось хлесткое "Ввууфф", гранатомет задрожал и мгновенно нагрелся, ствол выплюнул патрон, отдача откинула Валеру назад. Патрон, выбрасывая дымное пламя, щелкнув, выпустил закрылки, пролетел короткое расстояние и ударился в голову монстра, в плоский кошачий нос. От столкновения голова иродака откинулась чуть назад, в месте удара вспыхнуло небольшое пламя и потухло.

"И это все?" - со страхом подумал Валера, и голову монстра разнесло на куски. Она буквально развалилась, части его кошачьей морды разлетелись в разные стороны. Черная вонючая кровь обрызгала Валеру с ног до головы, но он едва почувствовал это. Воздух заполонил густой запах аммиака. С нарастающим восторгом он наблюдал, как тело иродака валится на землю. Иродак сражен его, Валериной рукой!

В тот момент, когда тело упало, Валера издал радостный крик, больше походящий на крик павиана. Он подпрыгнул на месте, схватил свои сумки и стал пробираться наружу среди завала. На самой высокой точке кучи хлама, бывшей ранее его верандой, он остановился. Отсюда открывался вид на останки иродака. Длинное тело было разорвано на одном конце и лежало неестественно прямо. Из разорванной части вытекала кровь. Земля вокруг оказалась залита черной кровью, в которой утопали куски головы.

- Вот тебе, сволочь! - воскликнул Валера, в нежных чувствах поцеловал ствол гранатомета, наподобие, как в фильмах демонстративно целуют свое оружие в знак благодарности за верную службу. Ствол гранатомета был обжигающе горячим. Валера заорал от боли.

Издалека раздался раскатистый рев голодного зверя. Валера опомнился и принялся заряжать ещё один патрон в оружие. Только после того, как патрон издал щелчок, опустившись в ствол, Валера поднял голову. Издалека, между валунов в его направлении двигались две головы иродаков. Это было уже опасно. С другой стороны раздался похожий рев. Обернувшись, Валера разглядел и с той стороны две головы. Высоко поднятые, они двигались между руинами древнего города.

Четыре иродака против трех патронов - неравный поединок. Оставаться в доме было подобно добровольной сдаче, глядя на разрушенную веранду одним иродаком, можно было предположить, что разрушить дом четырем иродакам стоит не больше, чем перекусить одним из этих хлипких мертвецов, обитающих здесь. Надо уходить от дома. Но...

Валера наклонился к земле, подсвечивая лучом фонаря. Камешки на земле были обычного серого либо черного цвета, ни один из них не походил на рубин. Значит, рубины валяются тут все-таки не на каждом шагу. Нужно искать место, где Валера нашел рубины в тот раз, только как его найдешь! Все руины похожи одна на другую.

Еще одним ревом иродаки напомнили о себе, и Валера подумал, что все же главной задачей на данный момент остается уйти от четырех иродаков. Придется бежать. Однако бежать с двумя сумками тяжело. Валера оставил ранец с единственным патроном в углублении возле камня, напоминающего присевшего на задние лапы бегемота. Теперь один патрон торчал в стволе, один лежал в сумке и ещё один был спрятан. Валера побежал вперед.

Как хорошо, что он играет по воскресениям в футбол, дыхание у него сохранилась отличное, бежать он мог долго и с высокой скоростью, даже нагруженный. А ведь мог бы стать таким же рыхлей, как например Петров. Валера был уверен, что тот после окончания школы постоянно не отрывал задницу от своего компьютера.

Он сшиб по пути какого-то мертвеца, тот упал в сторону, ударившись головой о камни. Валера почти не заметил его. Он бежал и бежал. Он миновал древнюю каменную арку, впервые встретившуюся ему здесь, но что удивительного в том, что в Алкирии попадаются арки. Раньше ведь здесь был город, только что это за город?

Между тем, как бы быстро не бежал Валера, иродаки настигали его. Он определял это по колебаниям земли, которые становились все сильнее, и изредка раздающимся крикам. Он надеялся, что они достигнут дома и дальше не последуют, но он ошибался. Дом был уже не виден, а головы иродаков по-прежнему высились над камнями. Это было неприятно, но иродаки преследовали именно его, Валеру.

Он остановился. Иродаки приближались довольно быстро. Следовало найти укрытие, где Валера мог спокойно переждать, затаиться. Подсвечивая себе фонарем, Валера стал внимательно осматривать каждый закуток каменных руин. Он старался не торопить себя, поскольку спешка вредна во всем.

Но иродаки приближались. Один из них появился перед взором Валеры уже полностью, разделявшее их расстояние измерялось не более чем тридцатью метрами. Иродак извивался и за счет этого скользил по земле. Делал он это довольно проворно, отметил Валера. Три другие головы находились ещё далеко. Валера сам не заметил, как, пятившись назад, уперся спиной в скалу или может быть древнюю стену. Рассматривать предмет у него за спиной времени не было. Он выронил сумку и припал на левое колено, одновременно снимая с плеча заряженный гранатомет. Разинув грозную пасть, иродак стремительно надвигался на Валеру.

"Даже если я разнесу его голову в щепки, - пронеслась молнией мысль, его тело раздавит меня, двигаясь по инерции!" Валера отставил гранатомет, подхватил сумку, и когда иродак находился уже на расстоянии метров пяти, Валера изо всей мочи прыгнул к противоположной скале. Со скоростью локомотива, иродак врезался в нагромождение камней, бывшее ранее за спиной у Валеры, и поднял в воздух часть этой кучи. Сила инерции перевернула иродака на спину, тело скрутилось посередине, тупой скользкий хвост хлопнул по земле, едва не задев вжавшегося в проем из двух колонн Валеру. Камни упали вниз, задев голову монстра и его туловище. Иродак испустил громкий истошный крик. Не медля, Валера покинул свое убежище, стараясь уйти как можно дальше от разъяренного чудовища. Оно могло и не возобновить преследование, если камни серьезно задели его, ну а что если камни не нанесли иродаку никакого ущерба? При такой скорости, да с присущей иродаку ловкостью кобры... Валера вспомнил, виденный сегодня утром по телевизору, залитый кровью тротуар на улице Свободы у фирменного магазина "Galla".

В глаза бросилась небольшая дыра в камнях. Такую он видел, когда первый раз попал в Алкирию. Тогда два маленьких глаза в темноте навели на него ужас. Однако сейчас гораздо страшнее было то, что находилось за спиной у Валеры. Целых четыре (а может и больше!) иродака. Не раздумывая, он бросил сумку в отверстие и стал протискиваться сам. Вздрогнула земля раненый иродак снова ударил о землю хвостом, но не это насторожило Валеру. Нарастающая вибрация от приближения трех других иродаков - вот что почувствовал Валера, когда голова его находилась в темноте, а бедра и ноги остались снаружи, доступные каждому, у кого имелись большие острые зубы. Валера тужился изо всех сил, но бедра проходили в отверстие очень медленно. Как далеко ещё эти твари? Он надеялся, что они далеко.

Еще один рывок и ещё рывок. Сдвиги были, но очень маленькие. Вибрация от ползущих иродаков нарастала. Какая-то часть бедра вдруг легко проскользнула, и Валера провалился в темноту. А в следующий момент снаружи раздалось громкое клацканье - один из иродаков настиг Валеру и, собираясь схватить его за ноги, хлопнул пастью.

Валера осторожно поднялся, нащупал фонарь и включил его. Он оказался в небольшой пещере с низким потолком. Стены были неровными, выщербленными, пещера явно была искусственного происхождения.

Иродаки находились рядом, снаружи. Валера ощущал постоянную вибрацию от их движения, один из иродаков постоянно пытался просунуть голову в пещеру. Тварь пихала голову в отверстие с такой силой, что сверху сыпались камни, и Валера с ужасом думал, что если его не съедят, то оказаться погребенным заживо под грудой камней - очень вероятный финал его приключений. Второе путешествие в Алкирию оказалось не таким легким, как полагал Валера. Он бросил взгляд на часы. Время - пятнадцать минут первого. Это значит, у него есть ещё сорок пять минут, чтобы собрать камешки и убежать от иродаков. Но как ему сбежать от них, если он находится в ловушке?

Иродак, пытающийся пролезть в дыру, сильно надавил и пропихнул таки свою голову в отверстие. Он издал такой рев, что у Валеры заложило уши. Медленно иродак просовывал голову, Валера осветил его лучом - зрачки твари сузились, и морда иродака исказилась, распахнулся рот, показывая отличные клыки и черный гибкий язык.

Усмехнувшись одним уголком рта, Валера поднял гранатомет. Иродаки поплатятся за особую любовь к живым существам. Будут знать - что значит иметь дело с живым человеком! Он прицелился. В прорез прицела попал обжигающе-зеленый глаз иродака. Не раздумывая, Валера нажал на курок. Только сейчас до него дошло, что стрелять в замкнутом пространстве пещеры было опасно для него, но было поздно, палец в этот момент уже спустил курок и патрон вылетел из дула. На этот раз расстояние было настолько малым, что даже не успели выдвинуться стабилизаторы, патрон угодил иродаку в глаз, с легкостью прошиб его (Валера даже успел заметить, как глаз вытек, словно яичный желток) и взорвался, наверное, в гадком мозге чудовища. И на этот раз голова иродака развалилась, ошметки забрызгали стены пещеры, при каждом соприкосновении со стеной издавая звук упавшей мокрой тряпки. Взрывная волна всего каплю своей энергии выплеснула наружу, однако вся она вернулась обратно в пещеру. Не успел Валера удержаться на ногах от инерции выстрела, как его настигла взрывная волна и опрокинула на спину. По ушам хлопнуло с такой силой, что Валере так и представилось, как у него вылетают барабанные перепонки. Голову и тело сдавило, словно он попал под пресс. Валера терял сознание. Последнее, что он чувствовал - это запах гари и аммиака.

15-ый час

Медленно Валера выплыл из забытья. Голова кружилась, в ушах стоял звон, словно между собой соревновались несколько колоколен. Он провел пальцами по щеке, размазав что-то жидкое, и поднес пальцы к глазам, луч упавшего фонаря подсвечивал снизу. На пальцах была его кровь, перемешанная с черной кровью какого-то из иродаков. Он коснулся другой щеки, там тоже была его кровь. Из ушей шла кровь. Тишина стояла гробовая, поэтому Валера решил проверить, не потерял ли он слух.

- Я - Валера! - произнес он. Звук своего голоса заставил болезненно содрогнуться барабанные перепонки, Валера поморщился. Слух у него остался, это радовало.

Валера поднял руку с часами, вымазанную в крови иродака, словно тигровые полосы. 12.18. То есть он находился без сознания около минуты! Это неплохо. Время ещё есть.

Валера поднялся, его шатало. Что-то захрустело под ногами, Валера осветил пол пещеры фонарем. Луч фонаря заполнился алыми искорками.

- Твою мать! - дико вскрикнул он. - А я вас ищу!

Пол пещеры плотным слоем оказался присыпанным рубинами. Они были повсюду. Большие и маленькие, ограненные и нет - они залегали здесь и ждали кого-то отважного, кто придет, расстреляет всех иродаков и положит это богатство в сумку.

- И вот я пришел!

Валера страшно захохотал и бросился сгребать рубины в сумку. Он выкинул из сумки сапоги - чтобы больше влезло, сгребал рубины горстями, затем наступил момент, когда он стал отбирать только крупные рубины, потом ему это надоело (сумка наполнялась слишком медленно) и он опять стал сгребать рубины, не подвергая их селекции.

Когда сумка наполнилась до половины, он остановился и попробовал поднять её. Груз получился приличный, с таким грузом уже не побегаешь от иродаков. Кстати, вспомнил он, как там они поживают?

Валера зарядил в гранатомет последний патрон и приблизился к отверстию, заляпанному черной кровью и мозгами чудовища. Выход из пещеры ничто не загораживало. Иродаков не было ни слышно, ни видно. Возможно, они ушли.

Он подхватил сумку и вытолкнул её наружу, затем таким же образом вытолкнул гранатомет, фонарь и вылез сам. На этот раз Валера выскользнул легко, стенки отверстия, измазанные кровью, сыграли роль не хуже, если бы они оказались смазаны жиром. Он поднялся. В голове продолжался гул, а Валеру слегка покачивало. Ничего, пройдет. Теперь основная задача выбраться из двадцать пятого часа. Этих рубинов хватит, чтобы купить весь Сбербанк России.

В Алкирии было неестественно спокойно, никто не каркал, не вопил истошно, иродаки не рычали. Только ветер метался средь камней. Валера побрел по направлению к дому. Сегодня он запомнил путь, по которому двигался. Тусклое серое свечение с неба бросало на землю косую тень от Валеры. Он шел, уткнувшись в неё глазами, стараясь её догнать. Несколько раз он менял руки, сумка была все-таки тяжелой.

Тень его была словно живая. Она то укорачивалась, то удлинялась, то прыгала, когда попадала на лежащие по дороге камни, Валера иногда отрывал от неё взгляд, проверяя направление своего движения, и опускал свою голову опять. Тень продолжала играть с ним. В один момент тень стала расти, она медленно удлинялась и удлинялась, Валера на этот раз не находил причины объяснить это явление. Тень вытянулась метров на пять вперед, и странное дело - она не имела рук. Внезапная догадка осенила его. Он выронил сумку, одновременно снял гранатомет с плеча и резко обернулся. За ним, буквально в трех метрах находился иродак. Голова его уходила в небо, но над ней, ещё выше, красовалась древняя каменная арка.

Валера выстрелил, не заглядывая в прицел. Иродак ловко увернулся от выпущенного патрона, и нагнул голову к Валере. Валера обмер, пасть иродака находилась настолько близко, что он мог протянуть руку и достать до его клыков. Из пасти чудовища на Валеру дохнуло тошным смрадом, смышленые глаза впились в него. В этот момент патрон, выпущенный Валерой, врезался в каменную арку, расколов её посередине. Одна половина арки устояла, зато другая соскользнула вниз, иродак истошно завопил. Каменный столб придавил ему хвост. Валера отскочил назад, а иродак вытянулся, изо всех сил пытаясь достать до Валеры, но хвост его был зажат. Зубы щелкнули буквально в нескольких сантиметрах от Валериных ног. Валера не удержался и упал. Иродак клацкал зубами и извивался. Валера со страхом наблюдал за этими действиями, он попятился назад, волоча за собой сумку с рубинами. Добить иродака больше было нечем. Последний патрон остался около дома.

Сила иродака была велика, через несколько мгновений он все-таки сдвинул придавившую его арку, ненамного приблизившись к Валере. Однако арка по-прежнему прижимала хвост чудовища, но Валера чувствовал, что в ловушке иродак останется недолго. С каждым новым усилием, которые прилагал иродак, чтобы освободиться, каменная колонна съезжала с хвоста. Валера побежал.

Вот он дом, теперь его видно из-за руин. Валера оглянулся, иродак свернулся кольцом и резко распрямился, освободившись. Он поднял голову, поглядев на убегающего Валеру, и с нарастающей скоростью заскользил следом. Теперь дело могла решить только Валерина прыть.

Он обогнул несколько особняком стоящих колонн, в одном месте чуть не упал, поскользнувшись на отполированной поверхности земли. Теперь предстояло преодолеть последнее нагромождение камней. Мигом подсчитав, что, огибая это препятствие, он потеряет секунд пять, Валера запрыгнул на руины. Прыжок с камня на более высокую глыбу, ещё один, и он на краю стены. Не готовясь, Валера спрыгнул с двухметровой высоты. Приземление оказалось тяжелым, сумка выпала из руки, часть рубинов рассыпалась. Левую стопу пронзила острая боль, возможно, что он получил растяжение. Легко бегать с такой травмой он не сможет. Слава Богу, сумка с патроном лежала на расстоянии вытянутой руки. Валера протянул руку, высвободил патрон из матерчатых пут и со щелчком вогнал его в ствол гранатомета.

Голова иродака показалась над камнями.

- Последний патрон, - твердил Валера, - только не промазать!

Иродак поворачивал голову в разные стороны, ища Валеру.

- Да вот я, здесь! Иди же ко мне!

Теперь он заметил Валеру и устремился к нему. Валера прицелился, рука чуть дрожала в локте, но на конце ствола это не сказывалось. Ствол точно смотрел в морду чудовищу.

Иродак разинул пасть, приближаясь, Валера выстрелил. Патрон попал в шею чудовища и разнес её. Голова с раскрытой пастью упала на землю, и прокатившись кувырком, словно гигантский футбольный мяч. Через десяток метров она остановилась, застыв вверх тормашками. Двумя толчками вздрогнула земля, известив о падении того, что осталось от тела иродака.

- Хе-хе-хе! - издал из себя звук Валера. - Я вас буду пачками складировать! Я ещё вернусь сюда с ротой гранатометчиков, и тогда вы узнаете - кто заправляет в Алкирии! Боюсь, что ваш вид придется занести в "Красную книгу", да "Грин пис" ещё за вас вступится! Хе-хе-хе! Однако мне пора.

Он оглядел два трупа иродаков, возле его дома. Один уже почти разложился, загораживая проход к разрушенной веранде.

- Хе-хе! - Валера посмотрел на часы и сначала даже не понял, что произошло. Часы показывали то же самое время, когда он очнулся в пещере 12.18. Выходит, его часы остановились, скорее всего в тот момент, когда его сразило взрывной волной в пещере. Значит, он провалялся без сознания гораздо дольше! Если так, то он и понятия не имеет о том, сколько времени осталось до окончания двадцать пятого часа. А если так, то в любой момент двадцать пятый час может закончиться, часы Светличного могут перенести дом в мир живых, а сам Валера останется в Алкирии!

Он откинул теперь уже бесполезную трубу гранатомета и схватил сумку. При этом ещё одна приличная часть камней высыпалась из нее. Валера бросился собирать их. Камни как назло, рассыпались в разные стороны, и их приходилось сгребать, чтобы зачерпывать их в сумку горстями.

Надо бросить это и бежать к дому, шепнул Валере внутренний голос. Да, но зачем тогда он пришел в Алкирию, чтобы все бросить? Нет, он пришел за рубинами, и он без них не уйдет!

Валера почти все собрал, осталась лишь мелочь, с которой не стоило и связываться. Он поднялся и упал, опершись на подвернутую ногу.

- Проклятье! - закричал он, выйдя из себя. Он снова поднялся и попрыгал на одной ноге к дому. С сумкой это было тяжело делать. Валера находился почти у хвоста мертвого иродака, как дом вспыхнул. Дом вспыхнул так, словно его охватил пожар, но пламя имело какой-то странный белый цвет. Оно залило дом от основания до крыши, и было ослепительно ярким. Затем пламя исчезло... Дом так же исчез, оставив на месте, где он находился, ровную землю, в некоторых местах усыпанную камнями. Некоторое время Валера, словно шизофреник с открытым ртом разглядывал эту землю, а затем упал без сил.

17-ый час

Вот так, произошло то, чего Валера больше всего боялся. Он боялся этого, но не предпринял никаких дополнительных мер безопасности. Двадцать пятый час закончился, а Валера не успел к его окончанию оказаться дома, в результате дом перенесся обратно, оставив Валеру в стране мертвых. Часы Светличного, там, во времени нормальных людей, остановятся через пятнадцать минут или уже остановились. Именно так произошло после первого путешествия. Это значит, что дом больше не перенесется обратно в Алкирию, а у Валеры нет возможности попасть домой и нет возможности воспользоваться найденными в Алкирии сокровищами.

Валера со злостью откинул сумку с рубинами в сторону. Сумка упала на бок, глухо брякнув рубинами внутри. Сколько он сможет прожить здесь? Час, сутки, неделю? Быстрее чем голод и жажда его настигнут иродаки.

Над долиной прокатился зычный рев, Валеру передернуло. От страха он припал к земле и отполз в тень каменных руин.

- Могу я чем-нибудь помочь? - раздался за плечом приятный мужской баритон. Валера поклялся, что искрошит этого покойника, желающего познакомиться с ним. Вот на ком он выпустит свою злость! Валера обернулся и уперся во взгляд человеческих глаз. Да, рядом с ним находился человек! Это появление стало для него даже более шокирующим чем, исчезновение дома. Валера моргнул и потряс головой. Человек не исчез.

- С вами все в порядке?

- Со мной? - пискнул Валера. Человек был одет с поношенную одежду темного цвета и странного покроя. Русая борода и длинные усы, открытый взгляд умных глаз. Валера решительно ничего не понимал.

- А вы... вы похожи... - Валера не знал, стоит ли ему произносить вслух то, что он думал. Наконец он решился. - Вы похожи на Михаила Светличного.

- Да? - совсем не удивился человек. - А я думал, что я и есть Светличный. - Он протянул руку для приветствия. Аккуратную руку с изящными тонкими пальцами. Валера пожал её, пытаясь не закричать. Похоже, он сходил с ума. Он жал руку своему прадеду, ученому и изобретателю, который погиб в революции 1905 года. - Откуда вы меня знаете?

- Я ваш правнук.

- Вот это интересно! Выходит у меня от Илонны были дети?

- Дочь. Она умерла недавно.

- Значит, она блуждает где-то здесь? Можно будет её найти. Это интересно!

Сказать, что Валера был шокирован - значило не сказать ничего. Он с трудом подбирал слова.

- Как... Как вы сохранились, вы такой же молодой, как на фотографии 1905 года? И ещё там было написано, что вы исчезли во время революции 1905 года!

- Мальчик мой, я очень долго занимался исследованиями этого мира, очень долго я шел к своему грандиознейшему открытию, которое должно было стать первым в блестящей цепи открытий человеческих. Однако эти олухи из университета не стали меня слушать, назвав мои исследования ересью. К тому же начиналась людская смута в мое время. Я стал изгоем. Но не это решило мою судьбу. Мое желание в познании нового!

Он помог Валере подняться, однако глаза его смотрели вдаль, куда то на развалины.

- Больше всего на свете я мечтал узнать будущее! Я хотел видеть, как изменится мир, какие открытия совершит человечество! Я хотел бы заснуть и проснуться в другом тысячелетии, к тому же грядущий двадцатый век предоставлял такую возможность, если бы я жил больше ста лет. Но я не имел такой физической возможности. Человеческий организм не рассчитан на такой долгий срок бытия. Это являлось всего лишь мечтой. Мои исследования позволили воплотиться моим мечтам. Ты нашел часы и с помощью них попал в Алкирию?

- Да, - ответил Валера.

- Я смотрю, ты пришел сюда подготовленным, - он посмотрел на останки тела иродака, - значит это твой не первый визит сюда. Таким образом, ты знаешь, как течет время в Алкирии. Один час здесь равняется двадцати четырем часам на Земле. - Он поднял вверх указательный палец. - Время здесь течет в двадцать четыре раза медленнее. Я вошел в Алкирию в 1905 году, а выйду отсюда в следующем веке, по земному календарю. Я считаю каждый час. Он показал Валере хромированные карманные часы. - Прошло 1372 часа здесь, всего около четырех лет, или девяносто два с половиной года на Земле.

- Да, но как вы вернетесь?

- Только если кто-нибудь снова заведет часы. Я поставил датчик. - Он показал на осколки меленького стеклянного прибора на земле. Кажется, его Валера раздавил ногой во время первого прилета. - К сожалению, он погиб в самый ответственный момент. Ну ничего, я думаю, что кто-нибудь ещё заведет часы.

Валера оптимизма Светличного не разделял. Теперь, когда он немного отошел от потрясения, вызванного появлением Светличного, ученый показался ему слегка чокнутым. Возможно, он просто сумасшедший, если остался в стране мертвых, в надежде увидеть будущее, если кто-нибудь заведет старинные часы в старом заброшенном доме! Они могли тридцать раз сгореть вместе с домом от неисправной электропроводки, от удара молнии, от поджога, наконец! Он явно сумасшедший. Еще бы, четыре года находиться среди покойников и злобных иродаков. Интересно, как он выжил? Чем питался? Нет, он точно сумасшедший... И упертый в своем ремесле.

Теперь Светличный смотрел на Валеру.

- Как там, сейчас?

- Где?

- На Земле. Что нового? Какие открытия совершили ученые?

- Я ничего не скажу, пока вы не ответите на мои вопросы! - выдал ультиматум Валера. - Как вы выжили здесь?

- Я построил землянку с отпугивающими иродаков устройствами по периметру. Они, знаете ли, очень плохо переносят сверхвысокую частоту звука. Ну а я спокойно втыкаю заглушки в уши и...

- Но чем вы питались? Или вы запаслись продуктами на десять лет вперед?

- Нет, конечно. У меня есть свой огород под землей. Я создал ему искусственное освещение вместо солнышка, огород приносит неплохой урожай каждые три месяца. И все-таки расскажите мне...

- Нет, - отрезал Валера. - Почему в Алкирии все мертвецы в засушенном виде и почему иродаки за ними охотятся?

- Мертвые здесь - физическое воплощение души человека. По поводу них могу сказать лишь одно - они совершенно безобидны. Они слоняются по Алкирии без дела, страна мертвых - унылая страна, если раньше здесь был город, то это был очень светлый и радостный город. Посмотрите на остатки его. Он похож на древнегреческий! Я думаю - он был создан кем-то высшим для беззаботной жизни после смерти любых людей - крестьян и преступников, царей и рабов, богатых и бедных. Они были здесь равны и наслаждались жизнью. Но что-то произошло здесь, и появились эти твари. Иродаки. Они наделены высшим разумом!

- Я бы так не сказал, - криво усмехнулся Валера. - С гранатометом, я расщелкал их словно семечки!

- О, нет, это так! Иначе они вряд ли завоевали бы этот город. Они осквернили его, испоганили, стали пожирать мертвых. Из города радости и вечной жизни, Алкирия превратилась в страну мрака. Иродаки питаются остатками жизненных сил, которые сохранились в мертвых после их мирской жизни. Я думаю... - Светличный наклонился к Валере. - Я думаю, их следующая задача...

Что-то странное заставило Валеру оторваться от слов Светличного. Какой-то шорох. Он приложил палец к губам и Светличный замолк. Валера огляделся. Ничего. И тут что-то промелькнуло за спиной Светличного. Валера даже не успел сказать слова, как толстая дубина ударила Светличного по правому уху. Голова его откинулась, Светличный упал на бок. Из разбитой правой половины лица хлынула кровь, заливая русую бороду ученого. Над ним стоял старый знакомый Валеры, покойник Семен Карасев с пятном в виде парящей птицы над ухом и с дубиной в руках.

Валера ошарашено смотрел на мертвеца. Как эти засушенные руки могли произвести такой сильный удар! Зачем он это сделал? Вот так безобидные покойнички! Следующей мишенью для дубины может стать Валерина голова. Он приготовился к отражению атаки.

- Тебе не следует беспокоиться, - монотонно произнес Карасев. Интонации его голоса заметно отличались от тех трусливых и панических нот, которые слышал Валера день назад. Светличный застонал, из-за руин медленно и с грациозной симметричностью выползли два иродака. Валера просто врос в землю, убежать он уже не мог, проклятая подвернутая ступня не позволила бы этого. Карасев тоже не убегал, он стоял и смотрел своими пустыми глазницами на Валеру. Иродаки окружили их с двух сторон и замерли. После этого покойник произнес:

- Не бойся их! Правда сейчас, тебе лучше отвернуться.

Валера не стал следовать совету. Иродаки действительно не трогали его. Они выдержали паузу, которая, очевидно, давалась Валере на то, чтобы отвернуться, и склонили свои кошачьи головы над Светличным.

- О, Боже! - пробормотал ученый. - Помогите мне!

Валеру прошиб пот, но он не смел отвернуться. Один иродак, раскрыл рот и аккуратно поддел языком правую ногу Светличного. В то же самое время, второй - взял в рот левую руку. Он едва всосал руку, и голова Светличного оказалась прижата к плоскому носу твари.

- Нет! - крикнул ученый. Челюсти обоих чудовищ сомкнулись одновременно. Раздался омерзительный хруст ломаемых костей. Светличный не произнес ни звука. Он то ли провалился в шок, то ли потерял сознание. Тело его упало на землю, кровь, словно из шлангов, хлестала из обрубков. Иродаки наклонились к нему снова. Валера понял, что вынести это зрелище он более не сможет. Он зажмурил глаза, зажал рот рукой и отвернулся. Хоть он и не видел, что происходило дальше, уши его ловили каждый звук. Страшные хлюпанья, причмокивания, последние стоны поедаемого живого человека, хруст ломаемых костей - все это Валера слышал. С каждым раздающимся звуком его тело содрогалось. В голове снова зазвонили колокольни, и его начало шатать.

- Вот и все! - произнес Карасев за Валериной спиной. Валера медленно повернулся. Иродаки по-прежнему находились здесь, их головы величественно были задраны вверх, покойник Карасев смотрел на него. Валера подумал о том, что именно в такие моменты люди сходят с ума. Однако он почему-то остался в трезвом рассудке.

- Я говорю от имени иродаков, - произнес Карасев. - Чтобы ты ни подумал, на самом деле все это говорю не я, бывший Семен Карасев. Это говорит иродак, который находится слева от тебя. Он просто использует мои уста.

Валера глянул на левого иродака. Теперь его голова смотрела на Валеру, как бы подтверждая сказанное.

- У нас есть к тебе деловое предложение, Валерий! - Мертвец помолчал, затем добавил. - Что будет непонятно, можешь спрашивать через меня.

- Хорошо, - еле слышно ответил Валера.

- Мы хотим предложить тебе целое богатство. У вас на Земле ты будешь самым богатым человеком. Мы дадим тебе такие рубины, которых у вас на Земле никогда и не видели.

- У меня целая сумка рубинов, но на кой они мне, если я не могу попасть домой?

- Это произойдет скоро. Кто-нибудь заведет часы и перенесется в Алкирию. Тебе остается только ждать. Верь нам, это произойдет!

Дурак Светличный тоже верил в то, что кто-нибудь заведет часы. Однако что с ним стало теперь? Он покоится в желудках двух иродаков. Так то!

- Что вы хотите от меня?

Иродаки зашевелились, покойник наклонил голову и продолжил:

- Мы хотим жить! Все хотят жить лучше, этого же хотим и мы. От тебя многого не потребуется. Ты будешь проводником. Ты будешь заводить часы каждый день и, перед тем, как перенестись обратно, будешь брать в дом несколько наших братьев. Нам нужен свой человек среди живых.

- Но что вам там нужно, на Земле?

Опять возникла пауза, иродаки стали извиваться.

- Вкус мертвой души в Алкирии - это одна десятая вкуса человека! Человек полон жизненных соков и энергий, а мертвецы - словно высохшие тысячелетние мумии. А еще... мы слышали... что есть такой изумительного вкуса человек - ребенок...

- И вы предлагаете мне рубины за то, чтобы я провел вас в мир, который в десять раз питательнее этого?

- Нет, - сказал покойник Карасев. Было как-то странно, что он говорит "мы", будто он сам является иродаком. - Мы предлагаем тебе очень много рубинов! Ты просто не представляешь, сколько их в Алкирии! Ты будешь жить в шикарном доме, где-нибудь на берегу Красного моря!

- Но что же будете делать вы? Вы собираетесь завоевать всю Землю?

- Ну что ты, Валерий! Мы просто не одолеем человечество! Ваше чудесное оружие вмиг истребит наших братьев. Мы сгруппируемся где-нибудь в отдаленных районах Земли, где-нибудь в тихом местечке, где будет немного людей, и где нас никто не сможет найти.

- Это правда?

В пустых глазницах мертвого Карасева промелькнуло что-то, похожее на тревогу.

- Мы клянемся тебе, Валерий!

А неплохо, подумал Валера. Фактически, они будут зависеть от меня, и меня они не тронут. Имея в союзниках таких мощных существ, как иродаки, он приобретет огромную власть, никакая мафия не "наедет" на него с предложением поделиться богатством.

- Я согласен! - сказал Валера. - Только чем я буду здесь питаться?

- Не волнуйся, - произнес мертвец. - Ты можешь попробовать меня.

Валера посмотрел на левого иродака. Тот кивнул.

- Не-ет, - сказал Валера, - я не могу есть мертвецов.

- Это просто, - ответил мертвец и вдруг стал протягивать ему руку. Бери и кусай! Питательней камней, в Алкирии ничего не найдешь!

Валера отрешенно смотрел на иссушенную руку, действительно, походящую на руку мумии. Нет, он не настолько свихнулся, чтобы пожирать мертвецов; пусть даже они просто "физическое воплощение", они - довольно отвратительное воплощение.

- Я не буду это есть.

- Ты должен есть, потому что должен выжить и дождаться следующего момента заведения часов! В знак нашего союза ты должен это съесть. Это будет доказательством клятвы с твоей стороны.

В животе у Валеры заурчало, плотный комок подступил к горлу. Изо рта правого иродака текла тонкая струйка слюны. Очевидно, губы у них никогда плотно не смыкаются, поэтому они всегда истекают слюной, подумал Валера.

- Нет, - неуверенно сказал он. - Я сейчас не голоден. Может быть потом.

- Этот вопрос не обсуждается! - сказал мертвец и на этот раз ткнул его своей рукой, проведя кистью по Валериному носу, губам. Часть мертвой плоти попала на язык, и Валера почувствовал слабо сладковатый вкус и непереносимую горечь. Мертвец пихал свое запястье в Валерин рот. Неосознанно Валера приоткрыл рот и надкусил запястье. Первое ощущение было похоже на то, как кто-то наполнил его рот мелким речным песком, издающим запахи тления, а ещё песок был сладким и чуть меньше горьким. Валера сомкнул зубы, откусив часть запястья, рот его наполнился слюной, и он, с аппетитом пережевывая кости, начал жевать мертвую плоть. Кисть перед его носом повисла на предплечье на одних сухожилиях. Мертвец улыбался своим безгубо-беззубым ртом. Иродаки как-то управляли им, в этом не было сомнений.

Валера кусал руку ещё и еще, ещё и ещё до тех пор, пока мертвец не остался без предплечья. Насытив желудок, Валеру стало морить в сон, глаза его закрывались, он готов был упасть прямо здесь, но из последних сил держался на ногах. Как будто издалека до него доносились последние слова иродаков, звучащие из уст мертвеца Семена Карасева:

- Спи здесь, если что-то произойдет, мы разбудим тебя. Будешь голоден - только подай знак. А теперь спи, спи наш брат...

Валера упал на землю. Последнее - что он слышал - это как рядом с ним захрустели пережевываемые кости. Иродаки доедали переводчика.

19-ый час

Он открыл глаза, сон слетел, словно откинутое одеяло. Валере казалось, что какая-то косточка дребезжит у него в голове, этот дребезг походил на предвестника чего-то. Чего?

Яркая вспышка резанула по глазам. От неожиданности Валера слабо вскрикнул. Свет вспышки сник и перед глазами Валеры из ниоткуда появился его собственный дом с разрушенным крыльцом и террасой.

- Однако быстро кто-то сообразил завести часы, - пробормотал он.

Из дома, перелезая через груды поломанных досок и бревен, выбирался какой-то человек. Валера подошел поближе.

- Валера? - полувопросительно произнес человек. Ну конечно, подумал Валера, кто ещё мог завести часы, кроме Петрова!

Валера ответил:

- Да, это я, Петров. Ну, как твои материалистические взгляды?

Петров выбрался из завала и настороженно рассматривал окружающие его руины древнего города.

- Не может быть! - выговорил он, наконец.

- Может, может. - Вкус застоявшейся во рту покойничьей плоти раздражал вкусовые рецепторы. Валера сплюнул.

- Боже, Валера, что с тобой? Ты не ранен?.. - и тут взгляд Петрова упал на останки уже почти полностью разложившегося иродака, которого Валера завалил самым первым. Сгнившая плоть отвалилась от скелетной основы, состоящей из одного длинного позвоночника. - Что это?

- Это так, ничего особенного. - Валера положил руку на плечо Петрова и развернул его в другую сторону от трупа. - С чего ты вдруг решил посетить Алкирию?

- Я видел репортаж по телевизору, вечером того дня, когда ты посетил меня.

- А когда я был у тебя?

- Но ты разве не помнишь?

- Помню, но я хочу услышать это от тебя.

- Две недели назад.

Все ясно, подумал Валера, все правильно. Это значит, что он проспал тринадцать часов. Удивительно!

- И что дальше? - продолжил Валера.

- Дальше, твои родители заявили о твоем исчезновении...

Надо же! Они заявили о его исчезновении! Он оказался им не безразличен! Может, они ещё и любят его? Может, ещё и свою квартиру ему отдадут? Да они бы с радостью похоронили его, как бабку, чтобы не снабжать Валеру деньгами.

Валера усмехнулся своим мыслям.

- Что? - спросил Петров.

- Это я так... прослезился.

- Часть твоей избы была разрушена, милиция подумала, что дом ограбили, а тебя убили и закопали где-то в лесу. Я, конечно, не поверил в эту версию, потому что я знал, с чем ты приходил ко мне накануне исчезновения. И я подумал, неужели Алкирия существует на самом деле! Через твоих родителей я нашел адрес деревянного дома и поверил в Алкирию до конца только тогда, когда снова увидел часы. Это невероятно!

- Ты завел их? - спокойно спросил Валера.

- Да. - Петров сделал паузу. - Здесь, в самом деле, есть иродаки?

- Водится несколько, - ответил Валера. - Слушай, Петров, а ты молодец! Я всего лишь заснул, а, проснувшись, увидел тебя. Быстро ты.

- Но прошло две недели!

- Да черт с ними!

Петров рассеянно, но с восхищением смотрел по сторонам.

- А что это за руины?

- Это был райский город для умерших. После захвата его иродаками для умерших теперь это место пристанища. - По дикому сверкнув глазами, Валера закончил:

- Я хочу тебе кое-что показать. Пойдем. - Решительным шагом Валера направился к дому. Петров засеменил за ним. Валера остановился около упавшей на бок сумки, поставил её прямо, раскрыл и отошел в сторону, предоставляя Петрову возможность заглянуть в нее. Петров заглянул в сумку и ахнул. Огненное пламя от рубинов ослепило его.

- Красиво, - сказал он.

- Так вот что я скажу тебе, Петров! Это все мое!

Сергей Петров не знал в последствии, что заставило его отскочить в сторону, шестое чувство или напряженные нотки в голосе Валеры. Но громадная деревянная дубина просвистела совсем рядом с его ухом и ударилась оземь. Валера по инерции упал. Еще немного и от головы Петрова остался бы лишь проломленный череп. Валера явно пытался вышибить из неё все мозги.

- Ты что, Валера! - обиженно воскликнул Петров.

Валера поднялся. Выглядел он страшно. С ног до головы Валера был вымазан застывшей черной кровью иродаков, на щеках контрастировала с черной кровью его кровь, вытекшая из ушей, глаза его дико горели. Он приподнял дубину.

- Если ты из-за рубинов, - часто дыша, заговорил Петров, - так они мне не нужны!

Валера ничего не ответил и, сплюнув, медленно стал приближаться. Дубина в его руках не опускалась. Петров стал пятиться.

- Хочешь увидеть своих умерших родственников? - спросил Валера невнятно.

- Да, - с паническими нотками в голосе ответил Петров.

- Я тебе в этом помогу! - С этими словами Валера кинулся на него, размахивая дубиной. Петров побежал.

21-ый час

Валера заметно отстал от него. По какой-то причине, Петров не знал по какой, Валера сильно хромал. К тому же бежать с увесистой дубиной в руках было не очень то и легко. Петров бежал прямо, не петляя, лишь изредка ему приходилось огибать попадающиеся на пути развалины. Вскоре Валера пропал из вида. Петров остановился перед неплохо сохранившимся среди руин зданием. Оно было раза в три больше всего того, что он успел рассмотреть за короткий период пребывания в Алкирии.

Здание походило на древнегреческий храм, выполненный из белого мрамора. Вход в помещение с покатой крышей скрывали четыре колонны, исполненные, по роду своих занятий Петров это знал, в ионическом ордере. Ствол колонны заканчивался витой капителью, фриз - каменная конструкция расположенная прямо под карнизом - был расписан рельефами профилей людей во весь рост, переплетающихся между собой, словно вензеля. Обычно, греки изображали на таких рельефах какое-либо событие - будь то битва или торжественное шествие, посвященное богам. Но на данных рельефах причину скопления такого количества людей определить было невозможно. Было похоже, как будто люди стоят в одной длинной и бесконечной очереди.

Среди мрака и руин это здание (или храм?) смотрелось одиноко, но, несмотря на то, что здание сохранилось лучше всех, рука разрушения коснулась и его. Во многих местах мрамор был отколот, колонны выщерблены, две из них у свода имели поперечные трещины, какие-то грязные черные пятна были размазаны по стенам. Серая плесень окутала ступени и основания колонн.

Петров поставил ногу на первую ступеньку. Стоит ли идти дальше? Не таит ли в себе опасность здание, которое не подверглось разрушению, в то время как от остальных зданий остались только руины. Может быть, иродаки оставили его для себя?

- Петро-о-ов! - раскатился по долине голос Валеры. - Я иду к тебе! Все равно тебе не уйти! Иродаки на моей стороне!

Петров, больше не думая, взошел на ступеньки, оказавшись под сенью крыши, и проскользнул в отверстие входа. И сразу Петров утонул в море красного пламени. Пол был завален горами рубинов, возвышавшимися до самого потолка. Петров просто онемел. Рубины были разными: светло-розовыми, ярко-красными, пурпурными с потрясающей глубиной и настолько ярко бардовыми, что они не казались прозрачными.

Он подобрал на полу два пурпурных рубина. Каждый едва помещался в ладони. В невесть откуда падающем белом свете, они искрились, словно бенгальские огни.

Где-то впереди, за горами рубинов раздался взвывающий звук электродвигателя и вслед за ним лязг железа. Петров отбросил камни и двинулся вперед. Электродвигатели в стране мертвых? А чего собственно удивляться, может у них тут электричка в рай!

Он обошел две свалки рубинов, но путь к звуку перегородила третья, раскинувшаяся от стены до стены. Петров начал карабкаться по ней. Ноги утопали в россыпи драгоценных камней, иногда он скатывался метра на полтора обратно вниз, но Петров упорно лез вверх. Раза два он содрал руки об острые края камней, но он продолжал лезть. Достигнув вершины, он остановился как вкопанный.

По мнению Петрова, человек живет только для того, чтобы выполнить в жизни определенную цель, после этого можно умирать со спокойной совестью. У кого-то целью стоит совершить великое открытие, которое продвинет мир вперед по пути прогресса, кто-то просто работает, но это тоже цель. Цель отработать все, что положено и уйти на пенсию. В этом случае цель - это долг перед обществом, который отдается с каждым отработанным годом. Кто-то ставит целью слетать на Марс, кто-то всю жизнь пишет одну заветную книгу. Все это ступеньки одной лестницы, которая поднимает человечество все выше и выше к небесам познания и покорения мира.

Человек и сам может не знать предназначенной ему цели. В этом случае целью может явиться не предмет его трудов, а просто что-то увиденное, которое в корне важно для познании мира, и которое должно быть передано людям, как огонь Прометея. Для себя Сергей Петров поднимал планки очень высоко, но то, что он уже увидел, могло перекрыть сразу цели людей мира целого поколения. Алкирия была, конечно, открытием, но без того, что он увидел сейчас, она являлась всего лишь цветком без лепестков, книгой с чистыми страницами, двигателем без механизмов...

С горы рубинов открывался вид на огромный античный зал, в центре которого располагался бассейн без воды. Пол зала находился гораздо ниже входа в храм, поэтому Петров видел то, что творится на дне бассейна. Фактически дна не было видно, вместо него - ослепляюще-белое сияние. Из этого сияния поднимались сотни и сотни мертвых тел. Тела людей черного, коричневого, красного, желтого, белого цвета кожи, в разных позах - одни, которые умерли собственной смертью, поступали со сложенными на груди руками, с иконками на груди, с вытянутыми руками вдоль тела, с похоронными венками; другие - жертвы насильственной смерти, несчастных случаев, катастроф - с недостающими конечностями, разорванными пулями телами, обезображенным лицом. Люди принявшие смерть в любых её формах со всех концов Земли, но непременно все в горизонтальном положении и лежа на спине. Медленно они поднимались из белого сияния бассейна. Это были "физические воплощения душ", как оценил их Светличный, но это были копии человеческих тел, выполненные в момент смерти. Это был траурный, но в то же время величественный прием мертвых в царство Алкирии. Единственное чудесное явление, которое не опоганили иродаки.

- Боже, - вырвалось у Петрова.

Он спустился вниз, к бассейну. От сияния из бассейна и от всего этого парада мертвых исходил чудесный запах фиалок и роз. Даже самые изувеченные тела, казалось, нашли в этом свете свой мир и покой. Но когда Сергей Петров прошел далее, он понял, что на этом радость загробной жизни заканчивается.

Колонна плывущих тел за бассейном опускалась к выстроенным рядами странным механизмам. Черные, покрытые грязью и коричневым маслом механические конечности, щупы, зажимы, огромные клешни, приводимые в движение закопченными шестернями, кожаные ремни приводов, гидравлические пресса, пружины - они принимали поток мертвых рядами, словно конвейер на комбинате по переработке мяса. Зажимами защемлялись какие-либо конечности руки или ноги, иногда, если конечности отсутствовали, голову или часть тела. Огромными бритвами срезалась одежда или её остатки. Бритвы не заботились об аккуратности, поэтому на мертвых телах оставались длинные порезы. От того, что происходило дальше, Сергея едва не стошнило. Мертвые податливые тела сжимались прессами - ноги, руки, туловище, голова - на каждый орган имелся свой определенный пресс, имеющий специальную форму. Страшные хрусты костей разносились по залу, добавляющиеся к ним скрипы механизмов усиливались отличной акустикой и служили для поднимающихся из бассейна тел сопроводительной музыкой.

Под механизмами проходили движущиеся конвейеры. Пресса выдавливали из тел кровь, и когда кровь падала вниз (Петров видел это) в воздухе она начинала приобретать прозрачность, затем она кристаллизовалась, принимала форму и на конвейер падал рубин. Настоящий сверкающий рубин. Миллионы рубинов самых разных оттенков красного уносились конвейерами и сваливались здесь же в зале.

- Рубины - это кровь мертвых, - отрешенно произнес Сергей.

Эти механизмы, несомненно, были сконструированы иродаками... или мертвыми, руководимыми иродаками. Иродаки захватили страну мертвых, так сказал Валера, и испоганили её. Превратили радостное пребывание в загробном мире в унылое заточение. А ещё мертвые - корм для иродаков.

- Рая нет, - сказал Петров сам себе. - Ад победил рай и воцарился в загробной жизни! Я не верующий, но не поверить собственным глазам я не могу.

- Недолго тебе осталось смотреть собственными глазами, будешь смотреть на мир пустыми глазницами мертвого, - раздался голос Валеры у Петрова за спиной, и не успел Сергей среагировать, как мощный удар обрушился на его затылок. Ноги подкосились, и Петров рухнул на мраморный пол. В голове все путалось, но чудом он остался в сознании, и чудом его очки остались на глазах.

Сделав два шага, над ним навис Валера с дубиной в руках, больше похожий на маньяка. Конец дубины был вымазан кровью. "Неужели это моя кровь?" - подумал Сергей. Он мотнул головой и почувствовал, что затылок скользит по мрамору в чем-то влажном.

- Действительно, кровь моя, - пробормотал он.

- В этом нет сомнений, - победно произнес Валера. - Я думаю, что скоро твоя кровь займет соответствующее место в этих нагромождениях рубинов. Вскоре я их продам и буду самым богатым человеком на земле.

- Иродаки не дадут тебе!

- Ха! Я с ними договорился. Я пущу их на Землю, в мир живых, чтобы они немного покушали. За это они отдадут мне все рубины. Я превращу их в миллиарды, и, заметь, не рублей! Долларов!

- Неужели ты не понимаешь! - Каждое слово отдавалось в голове ударами молотка. - Они сделают с Землей то же самое, что сделали с Алкирией, захватив её. На пустой Земле эти рубины будут пользоваться спросом так же, как они пользуются спросом здесь!

- Это все побасенки, - Валера поднял дубину для удара, но затем передумал, опустил дубину и продолжил, - видел бы ты, как я размазал троих иродаков по этой поганой земле. А ведь у меня был всего один гранатомет и четыре патрона к нему. Они не посмеют высунуть нос, армейцы разнесут их на тысячу кусочков. Иродаки будут жить где-нибудь в Гренландии и тихо питаться эскимосами.

- Как ты перевезешь их в Гренландию?

- Что? Говори громче, после дискотеки с музыкой взрывов в той пещере, я стал плохо слышать.

- Я говорю, как ты перевезешь их в Гренландию! - с усилием выдавил из себя Сергей.

- Найму корабль. С такими деньжищами я могу сделать что угодно. Валера наклонился к Петрову. Глаза его сумасшедше блестели. - Ты понимаешь - что мне угодно!

Петров понимал, что если сейчас он не предпримет что-нибудь, он действительно присоединится к этим трупам у него за спиной, которые машины иродаков превращали в мумии. Он начал медленно отползать от Валеры.

- Ты молодец, Петров, что пришел за мной в Алкирию, - продолжал говорить Валера, отсутствующим взглядом наблюдая за работой механизмов. Сам я отсюда не смог бы выбраться, а ты завел часы. Двоим знать об Алкирии совершенно не обязательно, тем более делить её богатства. Но, тем не менее, спасибо, что завел часы. Ты как лучший друг спас меня, но извини, все равно ты толстый и в очках. Ты некрасивый и девки тебя не любят, так зачем тебе жить. Жить буду я, умный и красивый. Ты как глиняная форма для выплавки, её приходится потом разбивать, чтобы достать получившуюся вещь. Я - вещь, ты глиняная форма. Кстати! Время то идет, а мне ещё нужно вернуться домой с подарками! Да и иродаки там, наверное, меня ждут. Так что ты всех задерживаешь.

Он опустил глаза. Петрова у его ног не было.

- А я то думал, что хорошо долбанул тебя. Эй, Петро-ов! Ау-у-у!

Сергей был уже около крайнего механизма, сжимавшего ноги покойниками и передающего их дальше. Механизм оглушительно лязгал и скрипел, как несмазанный, хотя машинным маслом он был облит весь. Опираясь на скользкую станину, Сергей поднялся. Его мутило, голова кружилась.

- Ах, вот ты, мудила! - заорал Валера и заковылял к Петрову. Шатаясь, Петров устремился к бассейну. На него ложились и слетали тени мертвых тел, парящих под воздействием неведомых сил у него над головой. Его шатало, словно пьяного, и один раз он едва не упал. Но падать было нельзя. Валера, несмотря на свою хромоту, настигал его. Еще немного. Вот теперь. Петров повернулся к Валере лицом.

Валера на бегу замахивался дубиной. Теперь он набрал такую скорость, что теперь подвернутая нога не мешала ему, он скорее летел, чем бежал. До последнего момента Петров стоял на месте, а затем, когда Валера уже достиг его и наносил сокрушительный удар, Петров просто упал на мраморные плиты. Дубина просвистела у него над головой, вслед за ней пролетел и сам Валера, не удержавшись, улетевший в белое сияние бассейна.

Петров поднял голову. Валеру подхватило и понесло вместе с остальными телами вверх. Его тело вознеслось, как трупы вокруг него. Он лежал на спине, руки были вытянуты по швам, дубина с окровавленным концом летела рядом. Валера не мог пошевелиться, Петров это видел, как будто невидимые путы обвили его. Единственное, что он мог - это кричать.

- Ну, Петров! Я отомщу тебе! Я натравлю на тебя стаи иродаков, и они сожрут тебя живьем! Я сейчас выберусь отсюда и тебе крышка! Ты будешь самым мертвым из всех мертвецов!

Сергей только наблюдал за движением тела своего бывшего однокласника. Его ряд покойников подлетел к первому ряду механизмов. Валеру несло в самом центре. Один из механизмов с характерным звоном обвил своими клешнями Валеру за щиколотки. Тот заорал. Клешни сжались сильнее, раздробив лодыжки. Механизмы работали с покойниками, а покойники не чувствуют боли. Валера же был жив.

По конвейеру визжащее Валерино тело было передано дальше. Среди других механизмов и тел, с места, где находился Сергей, Валеру уже видно не было. Крик его удалялся и перешел в дискант - очевидно с него срезали одежду, не заботясь о целостности кожи. Через несколько секунд его крик утонул в гуле работающих машин.

Петров поднялся. Кажется, ему было лучше, по крайней мере, его больше не мутило и голова почти не кружилась. Он медленно двинулся вдоль транспортера с рубинами. Мимо него промчалась партия рубинов ослепительно красного цвета, таких он ещё не видел. Рубины из живой крови. Часть человека, который собирался выпустить в мир живых племя иродаков.

Он взглянул на часы. До перехода в мир живых осталось пятнадцать минут. Необходимо возвращаться к дому.

Он был готов уже покинуть зал, когда из стены раздался голос. Приятнейший голос из всех на свете, голос высокий и множащийся.

- Подойди сюда, человек!

Петров замер в нерешительности, не зная, собственно, к чему подходить. Говорящего он не видел. Только через несколько секунд он обнаружил в стене кладку, отличающуюся от самой стены более темным цветом и грубоватой фактурой. Петров подошел.

23-ий час

Он выбрался из храма через вход, сквозь который он вошел в храм. Времени было в обрез. Легкой трусцой Петров побежал к избе. Раза два или три навстречу ему попадались покойники, наблюдающие за ним, если можно так сказать, широко распахнутыми глазницами. Сергей задержался лишь на мгновение, чтобы запечатлеть их в своей памяти, и вновь держал путь на дом.

Он остановился только тогда, когда увидел развалины дома. До них оставалось около двухсот метров, но эти двести метров представляли собой самый длинный путь - пространство перед домом кишело иродаками. Они находились в постоянном движении, их скользкие тела то и дело сверкали в тусклом свете Алкирии, пасти щелкали, словно огромные дыроколы. Двое иродаков, очевидно, затеяли игру. Они кружились на одном месте, атакуя друг друга. Один иродак находился на крыше дома.

- Главное держать себя в руках, - словно молитву, произнес Сергей и поправил очки. Осторожно ступая, он двинулся прямо к иродакам. До перехода оставалось семь минут.

Иродаки как по команде замерли, когда Сергей приблизился к ним. В висках толчками стучала кровь, а ноги сделались ватными. Они могли съесть его в любую минуту.

Из-за иродаков навстречу Петрову выступил высушенный (выжатый, поправил себя Сергей) мертвец. Хромающей походкой он подошел к Петрову и остановился в метре от него. Пустые глазницы уткнулись в лицо Петрова.

- Привет, Петров, - издевательски произнес мертвец.

Это был Валера. Боже, во что он превратился!

- Здравствуй, Валера, ещё раз... Как тебе быть мертвым?

- Сейчас разговариваю не я, а тот иродак, справа за моей спиной.

Петров кивнул.

- Что вам нужно?

- Ты знаешь, что им нужно. Быть проводником иродаков в мир живых. Им наскучило царство Алкирии, мертвецы им приелись. Они хотят поселиться в тихом месте на Земле - в Сибири или в Центральной Африке - и незаметно жить...

- Незаметно жить, пока не пожрут целые континенты, - перебил Петров.

- Это преувеличение. Их немного. Они будут очень благодарны, если ты поможешь им. Очень-очень!

- Я не продаюсь! - вызывающе ответил Петров. - И мне безразличны горы рубинов.

- Да? - с сомнением сказал Валера. - Иродаки считают по-другому. Они полагают, что тебе небезразличны... ответы на вопросы. Они могут ответить на любые вопросы о мире и жизни, которые ты задашь. Они очень древние существа и знают много. А иначе ты проживешь целую жизнь, так и не узнав ответы. Ответы на такие вопросы, как, например, откуда пришли иродаки, тебе не интересно? Куда попадают мертвые, после поедания их иродаками, существует ли на самом деле Бог, и если существует, то почему не вмешивается в варварское издевательство над мертвыми телами здесь? Существуют ли во вселенной другие расы, кроме человеческой...

"А ведь эти твари действительно могут открыть истину о строении человеческого бытия, - подумал Сергей. - Это кладезь неведомых человечеству знаний! Осталось четыре минуты. Как заманчиво, узнать то, на что при научных исследованиях может уйти тысячелетия!"

- За каждого переправленного в мир живых иродака тебе предлагается ответ на один вопрос. Трое уже находятся в доме и готовы перенестись сейчас.

- Это будут правдивые ответы? - спросил Петров. Мертвый Валера едва улыбнулся высушенными губами:

- Они дают свое слово! - Иродаки за его спиной зашевелились в нетерпении. Как их было много! Не двадцать и не тридцать, а гораздо, гораздо больше!

- У меня ведь нет выбора, - произнес Сергей. - Они съедят меня, если я откажусь!

- Ты на редкость догадлив. Можешь задать свой первый вопрос. Они клянутся, что ответят на него.

- Клянутся чем?

Повисла пауза. Очевидно, совершался безмолвный телепатический обмен иродаков мыслями. Сергей ждал. Три минуты до конца двадцать пятого часа, его часы шли точно. Только через половину минуты мертвец Валера произнес:

- Они клянутся своей кровью! - Вслед за этим, в подтверждение сказанного, правый иродак, едва шурша землей, подполз к левому и осторожно сжал зубами тело своего товарища, на месте, где, по мнению Петрова, у них должно находиться горло. Брызнула черная кровь и тонкой струйкой потекла на землю. Укушенный иродак чуть слышно взвизгнул, кусающий повернул голову в направлении Сергея. Сергей кивнул.

- Ты можешь задать три вопроса, соответственно количеству переправляемых иродаков. Только делай это быстро, времени осталось мало!

- Хорошо. - Сергей старался выбрать самое важное из того, что он хотел узнать, но вопросов было слишком много, они роились в голове подобно куче назойливых насекомых.

- Кто правил Алкирией до её падения?

- Существа, подобные нам, только они были в белых одеждах.

Уточнение вопроса прозвучит как новый вопрос, мгновенно подумал он, а возможности задать вопрос осталось всего две, поэтому Петров задал новый, более важный для него.

- Есть ли на свете Бог?

- Есть, но не такой, как в обычном понимании людей.

Все, резерв исчерпан, оставался последний. Вот вам!

- Вы собираетесь завоевать Землю, так же как Алкирию?

Ответ мог быть только двузначным - да или нет. Правый иродак взревел. Помедлив, мертвец ответил:

- Да!

- В таком случае, я не собираюсь вам помогать, - без промедления сказал Петров. Минута!

Иродаки встрепенулись. Они зашипели, зарычали, хвосты стали бить по земле, пасти раскрылись. Угрожающе, они стали приближаться.

"Пора!" - отчаянно закричал про себя Сергей. - "Ну, где же ты?"

Легкий ветер подул ему в спину. Иродаки остановились. Мертвый Валера произнес:

- Они почувствовали что-то давно забытое, что-то, что должно быть погребено в развалинах и навеки запечатано в черных штольнях.

Яркая сверкнувшая молния опустилась на шею кусавшего собрата иродака. В следующий миг голова иродака отлетела в сторону. Валера с восхищением смотрел на порхающую в небе фигуру.

- Белые одежды, - пробормотало физическое воплощение души Валеры, глядя на небо.

Он был похож на ангела. Развивающиеся сияющие белые одежды покрывали его тело, лицо лучилось так, что черт его невозможно было рассмотреть, за спиной с высокой частотой вздымались и опускались огромные белые крылья с красной каймой. В руке покоился длинный аккуратный меч, с которого капала черная иродачья кровь.

Твари в панике стали кидаться в разные стороны, кажется, в их стане наступила паника. Ангел со скоростью осы подлетел к иродаку, сидящему на крыше дома, и так же легко скинул его голову с проклятой шеи. Один иродак выбрался из сарая и пытался уползти за руины, но безжалостный меч настиг и его, разрубив пополам от головы до хвоста. Третий иродак, прятавшийся в доме, успел выбраться через окно и скрыться. На лужайке перед домом остались только дымящиеся трупы иродаков, труп Валеры, стоящего рядом с Петровым, и пархающее над домом тело ангела.

- Теперь мы освободим страну от поганого племени, - произнес ангел сладчайшим множащимся голосом. - Спасибо, человек, что снял печать заклятия и освободил меня! Возвращайся туда, где тебе место. Времени почти нет.

- Вы справитесь один?

- Нет, но я освобожу своих братьев, мы свергнем темную власть и Алкирия опять станет тем, для чего она предназначена. Но иди же!

Петров побежал к дому. Может оставался ещё десяток секунд, а может две-три - он не знал. Поэтому бежал изо всей силы. Он миновал раскрытую Валерину сумку с рубинами, даже не остановившись, и взобрался на груду деревянных балок, оставшихся от Валериного крыльца и повернулся, в последний раз взглянуть на Алкирию. На фоне руин древнего города, в небе пархал сияющий ангел. Под ним стоял мертвец, продавший свою душу иродакам. Он с тоской смотрел на Петрова, и Сергею стало его жаль.

- Прощайте, - сказал Сергей. Вспышка затмила пейзаж Алкирии. Сергей зажмурился. А когда он открыл глаза, то его окружала холодная звездная, но ностальгически родная ночь.

25-ый час

Content

Синицын Олег
Двадцать пятый час