Варвара Зеленец

Варвара и хозяйки Похъёлы

Загадочный замок и его хозяин

Во время экскурсии по музею Варина прабабка подняла уголок гобелена и нажала на кирпич в старинном камине. Тяжелая печь тихо отодвинулась в сторону и пропустила гостей.

– Зайдем в гости к хозяину! – позвала Прасковья.

И компания оказалась в потаенном уголке старинного петербургского дворца. Михайловский замок – место весьма таинственное.

Прасковья уверенно двигалась по темным коридорам.

– Куда мы направляемся? – спросил Мирослав у Мерлина.

– К Павлуше, к императору Павлу I, – прошептал на ухо ребятам Мерлин.

В узком коридоре стало совсем темно, но в руке Прасковьи неожиданно появился факел.

– Здорово! – воскликнула Варвара.

– Нравится?

Варвара кивнула. В то же мгновение на стенах длинного коридора зажглись такие же светильники.

– Умели раньше строить. До сих пор про эти помещения никто не знает! Тайна для ученых, как и египетские пирамиды.

Вскоре друзья оказались перед чугунной винтовой лестницей. Поднявшись наверх, Мирослав прислушался.

– Что это там? – спросил он. – Слышите? Какая-то пальба!

Компания остановилась перед огромной дубовой дверью. Прасковья протянула руку, и дверь растворилась в воздухе. Друзья оказались в колонном зале.

– Я подойду к хозяину, – обратилась Прасковья к ребятам. – А вы побудете с Мерлином. Сейчас сами поймете, в чем дело.

– Давайте встанем здесь! – указал Мерлин на пространство между колоннами. – Предупреждаю, для хозяев мы не видимы. Мы с вами в одном времени, а хозяева…

– Не поняла? – переспросила Варвара.

– Потом объясню. В общем, только Прасковья здесь своя.

Прямо в центре этого огромного зала находился макет гористой местности размером с волейбольную площадку. Две армии оловянных солдатиков стояли друг против друга. Начиналось настоящее сражение: артиллерия уже постреливала.

На барабане сидел смешной курносый мужчина в мундире, который руководил солдатиками в прусской форме. Он громко отдавал приказы. Артиллеристы вкатывали пушки на верхушки небольших холмиков и тут же начинали палить, а солдатики строились в каре.

– Здравствуйте, Ваше Величество! – подошла к императору Прасковья.

– Здравствуй, Прасковья! Подходи, садись рядом и угощайся. Стол накрыт. Сейчас ты увидишь преимущество прусского военного порядка над допотопным русским способом ведения войны. Понаблюдай, как я разгромлю нашего заслуженного фельдмаршала. Кстати, спасибо за твой подарок. Живые оловянные солдатики – это просто чудо! С мизинец величиной, а все умеют. Ты… – Павел на секунду замялся.

– Да говори уж! – разрешила Прасковья.

– …Непревзойденная ведьма! Как ты узнала, что мне в детстве каждую ночь снились именно такие живые оловянные солдатики? Ни кормить солдат не надо, ни жалование платить. Зато с ними можно проводить любые военные операции. Сейчас я наглядно покажу нашему фельдмаршалу, как надо действовать в горах Италии по новейшим военным законам.

Русской армией командовал сухонький седой старик. Он с усмешкой наблюдал за действиями императора Павла. Затем спросил:

– Вы готовы, Ваше Величество?

– Да, можете начинать, Александр Васильевич.

Команды старика следовали молниеносно одна за другой и также быстро двигались его солдаты. Конница двумя отрядами с двух флангов понеслась на позиции прусской армии. А солдаты цепочками двинулись прямо на противника.

Павел суетливо отдал приказ своей артиллерии, и та начала палить по движущимся русским солдатам. Правда, ни один из снарядов не причинил им никакого урона. Растянутые цепочки были неуязвимы.

– По коннице стреляйте! – закричал Павел, начав понимать опасность своего положения.

Но где там! Конница Суворова, прикрытая холмами, быстро приближалась. Прусские артиллеристы не знали, в какую сторону им разворачивать орудия. Казаки налетели с двух сторон, и артиллеристы, бросив свои орудия, кинулись врассыпную. Конники их даже не преследовали. Они соскочили с лошадей, быстро развернули захваченные орудия и нанесли удар по движущимся каре прусских войск. Сразу два больших отряда были разбиты наголову.

Павел, пытаясь спасти положение, послал в бой свою тяжелую конницу. Мощные лошади поскакали на противника. Первая цепь русских войск упала за камни, но пропустив противника, тут же поднялась и нанесла залп вслед прусской коннице. Помогла и артиллерия. Несколько разрывных снарядов заставили встать коней на дыбы. Испуганные прусские лошади заметались между двумя линиями русской пехоты, которая метко выбивала всадников из седел. Вскоре прусская армия в панике бежала.

– Полный разгром! Вы уничтожили всю мою армию всего за десять минут! – мрачно изрек Павел. – Сдаюсь, Александр Васильевич.

На поле сражения лежало несколько тысяч поверженных оловянных солдатиков прусской армии. Потери в армии Суворова не превышали десятка бойцов.

– Одно радует, что я вверяю в надежные руки русскую армию! – сказал побежденный Павел.

Восхищенные увиденным, Варвара и Мирослав долго молчали.

– Значит, это 1799 год. Павел и Суворов перед италийским походом, – прошептал Мирослав Варваре.

Военные санитары появились на поле сражения и начали подтаскивать поверженных прусских солдат к большой коробке и укладывать их туда. Прасковья взяла коробку за ручки и встряхнула несколько раз. Затем опрокинула ее. Из коробки на землю посыпались вылеченные оловянные солдатики, но уже не в прусской, а во французской форме. Последним выпал маленький толстячок в треуголке.

– Похож на Наполеона! – удовлетворенно сказала Прасковья. – Вот вам, Ваше Величество, французы вместо разбитых пруссаков. Забавляйтесь.

– Спасибо тебе! – Павел поднялся с барабана и сердечно поблагодарил Прасковью. – Но разреши мне, Прасковья, тебя оставить, у меня важные государственные дела с Александром Васильевичем.

– Нам пора, – позвала ребят Прасковья. – Не то отстанем от экскурсии.

Той же дорогой друзья вернулись назад.

– Откуда взялись Павел и Суворов? Привидения? Или настоящие? – спросила Варвара Мерлина.

– Настоящие! Правда, их можно увидеть только вот в этом зале. Прасковья развлекается с моей помощью. Когда мы с ней в прошлое летали, то она все просила устроить свидание с кем-нибудь из царей. Пришлось познакомить с Павлом. Это самое известное привидение в Петербурге, – пояснил Мерлин.

– Все равно ничего не понимаю! – пожала плечами Варвара. – Кого же мы видели? Это были привидения, или мы сейчас с твоей помощью побывали в прошлом? Расскажи поподробнее.

– Михайловский замок – самое подходящее место для чудес. В этом сказочном восьмиграннике время останавливается и может легко закручиваться в любую сторону, а пространство принимает любые формы. С моей помощью Прасковья сделала с Павлом пару кругов по замку, и он навсегда остался в этом зале, которого на самом деле нет. Время и место в моей спирали закружились, и получилась милая картина. Прасковья почему-то любит этого несчастливого правителя. Когда Павел переехал в этот замок, то ему довелось прожить в новом дворце лишь сорок дней, пока его не задушили заговорщики.

А настоящее привидение Павла появляется в окнах Михайловского замка в ночь на 12 марта. Поднимается тень убитого императора на один из оконных проемов и наигрывает на флежолете. В Инженерном замке сегодня множество учреждений и офисов. Обычно в этот день начальники дают своим сотрудникам выходной, чтобы не подвергать их тяжким испытаниям. Упрямцы, пришедшие на работу, уходя вечером из замка, непременно сталкиваются с невысоким человеком в треуголке и ботфортах, который появляется ниоткуда, словно просочившись сквозь стены. Павел важно расхаживает по коридорам взад-вперед и грозит задержавшимся работникам кулаком. Те в ужасе бегут и спотыкаются о кидающиеся им под ноги вещи.

Прасковья, увидев, как внимательно слушает Мерлина Варвара, страшным голосом принялась нагнетать ужас:

– А вещи, о которые споткнулись бегущие, начинают будто раненые истекать кровью. Все вокруг словно наполняется ужасной тягучей красной влагой – невозможно ни крикнуть, ни пошевелиться – один животный страх. Многие умом трогались после этой встречи с Павлом. Так привидение мстит людям за свою смерть.

Прасковья засмеялась, не выдержав своего «черного» рассказа, и уже спокойным голосом объяснила:

– Я много говорила с Павлом по душам. Он мне однажды рассказал о своих ощущениях за несколько дней до смерти. Говорил, что видел кровь, проступающую на белых стенах спальни. Теперь его привидение стремится передать свои ощущения каждому встречному.

– Как интересно! – воскликнула Варвара. – А кого еще из привидений в Петербурге можно увидеть? Ты наверняка ведь со многими из них встречалась. Может, покажешь парочку, Прасковья?!

– Ладно, устрою вам с Мирославом вечер с привидениями! Санкт-Петербург – город мистический, они здесь встречаются буквально на каждом шагу. Кстати вам повезло! Как раз в конце лета есть удачный день для знакомства с ними. В Смольном институте через два дня состоится бал привидений. Если хотите, приглашаю!

– Вот здорово! Как интересно! – запрыгала от восторга Варвара.

Прасковья с удивлением посмотрела на родственницу и пожалела о своем приглашении.

– Как такое может нравиться? – пожал плечами Мирослав. – Не пойду!

Варвара надулась:

– Ну вот!

– Ладно, не ссорьтесь ребята. Разделимся. Я помню, Мерлин хотел показать Мирослава в Академии наук своей ученой профессуре. Вот пусть мужчины наукой занимаются, а девушки отправятся на бал привидений в Смольный институт благородных девиц! – подвела итог Прасковья. – Белые ночи кончаются, поэтому петербургские привидения традиционно устраивают прощальный бал.

– Ура! – Варвара снова подпрыгнула от восторга. – На бал!

– Представляю, как тебе протянет руку какое-нибудь холодненькое привидение. Брр! – поежился Мирослав.

– Ну, не все они такие уж и холодненькие. Наговариваешь! – обиделась уже Прасковья. – А холодненьких мы тебе ночью под окна пришлем. Ровно в полночь постучат или на худой конец приснятся. Так что и ты привидение увидишь. Жди!

Привидения Санкт-Петербурга

Прасковья и Мерлин устроили ребятам в Петербурге настоящий праздник. Где только они не побывали! Проказница Прасковья знала в городе много интересных мест, незнакомых даже старожилам. Вот и сегодня намечалось захватывающее мероприятие.

Утром мужчины отправились заниматься наукой, а Прасковья и Варвара стали готовиться к балу. К ним в комнату постучал Дед-Всевед:

– Гляжу, вы на праздник привидений в Смольный собрались. Так, Прасковья?

– Да вот хочу показать Варе местных монстриков. Я про привидения в шутку сказала, так она теперь никак не отстанет! Подавай их ей и все тут!

– Тогда приглядывай хорошенько за девушкой – привидения любят оказывать новичкам внимание.

– Я знаю, Всевед.

– Тогда, Прасковья, вот тебе задание. Будешь сегодня с подругами внимательно присматривать за этими, так сказать, существами. А ты, Варя, учись у опытных колдуний, что делать. Знакомься со всеми их приемами. Через пару лет ты в Петербург приедешь учиться, и тогда уже тебе придется мне помогать. Времена нынче изменились. Перестройка, частая смена власти, новые времена. Теперь никто не знает, что у петербургских привидений на уме. Жили-то они в разное время, при разных царях. Неизвестно, как они нынешние времена принимают. Хотя привидения в отличие от лесной нечисти народ продвинутый. Компьютер освоили, в космос летали, новинок не чураются. В позапрошлом году они после своего бала лазерное шоу в небе над Невой устроили – решили всем петербуржцам себя любимых показать. Хоть и ночь была, но молодежь начала собираться. Пришлось мне туч нагнать и послать хороший ливень, чтобы зевак разогнать.

Всевед вздохнул, вспоминая.

– А о том, что привидения во время путча устроили, лучше и рассказывать не буду. Хорошо, что петербуржцы тогда о другом думали. Можно сказать, почти не заметили ночных безобразий и быстро переключились на московские события.

– А что было?

– Любопытной Варваре тогда нос оторвали! – не стал продолжать эту тему Дед-Всевед. – Смотрите, чтобы их празднество за пределы Смольного института не выплеснулось. Веселье весельем, но прошу быть в полной готовности. Мало ли что!

– И как же мы справимся? – заволновалась девушка.

– Не бойся! На балу в Смольном все ваши подруги ведьмы будут. И Судина, и Полудница. Они вечерним поездом прибудут из Зеленца. Они ведь, как и ты, Прасковья, тоже имели отношение к институту. Ну, а за главную назначаю Бабу-Язю. Я думаю, возражений у вас не будет. А на ваш праздник Любомир вас отвезет. Ему такие мероприятия нравятся.

– Я сочувствую тебе, Всевед! Думала, у тебя после экзаменов начинается отпуск, а ты все время должен быть наготове. Не волнуйся. Отдыхай спокойно.

– Покой нам только снится. Надеюсь на вас.

Дед-Всевед вышел. После его слов Варвара расстроилась:

– Я и не думала, что это так серьезно.

– Не бойся. Подготовимся!

– А почему Дед-Всевед сказал, что это и ваш праздник?

– Отдел образования Зеленца в былые времена всех девушек на год отправлял в Смольный институт благородных девиц набираться светских манер, – рассказывала Прасковья. – Помню, и я в тринадцатом году в этом женском учебном заведении провела несколько месяцев. Веселое было время, несмотря на строгие порядки в институте! Дамы-воспитательницы, видно, чувствовали, кто мы, и в отличие от других воспитанниц особо к нам не приставали. Но больше всего мне запомнились балы. Ах, какие мы платья себе придумывали! Не хуже, чем у богатеньких модниц. Дед-Всевед не скупился и наряжал нас, как куколок.

– Так чей это праздник? Ваша встреча или привидений?

– И то и другое! Ты пока книжку почитай, чтобы все знать о привидениях. А я пойду подготовлюсь, раз сам Всевед просит. Кстати, поужинаем дома. Ведь у привидений из еды ничего не будет. Им еда не нужна. На столах или муляжи стоят, или миражи клубятся. Особо Любомир от этого страдает. Он по забывчивости за тарелки и бокалы хватается, а затем всегда расстраивается.

Белая «Волга» Любомира переехала через Троицкий мост и по Шпалерной улице помчалась к Смольному собору. В районе площади машина подпрыгнула и… превратилась в карету, запряженную тройкой белых лошадей. Любомир оказался на сиденье кучера.

– Вот здорово! – захлопала в ладоши Варвара.

На площади перед собором уже стояло множество конных экипажей: красивые упряжки и простые пролетки. Любомир остановил тройку рядом с парадным входом и галантно открыл перед дамами дверцы экипажа.

– Откуда в Петербурге столько лошадей? – удивилась Варвара.

– Это лошади ненастоящие! Довезут и исчезнут, – пояснила Прасковья.

Смольный институт был непривычно пуст. Городское правительство находилось в летних отпусках. А охрана была умело нейтрализована. Часть сторожей крепко спала, а для остальных привидения устроили просмотр интересных спортивных передач. Телевизор в комнате охраны неожиданно включился и незначившиеся в телевизионных программах футбольные матчи и боксерские поединки надежно захватили в плен сторожей Смольного. «Зенит» уверенно громил «Челси» со счетом 7:1, причем единственный гол в свои ворота был также забит «сине-бело-голубыми». А в перерыве футбольного матча началось боксерское шоу. Валуев гонялся по рингу сразу за двумя братьями Клячко. Выброшенные за пределы ринга Тайсон, Рахман, Тони и Голота уже лежали в нокауте на судейских столиках, с трудом приходя в себя после полученных ударов. Как от такого оторваться? Тем более что пиво на столе все время незаметно добавлялось чьей-то невидимой рукой. Поэтому все здание этой волшебной ночью оказалось в распоряжении потусторонних сил.

В большом танцевальном зале невидимый оркестр играл старинную музыку, а гости – петербургские ведьмы и домовые – все прибывали и прибывали на бал. Публика разбивались по группам. Народу было много, все оживленно обменивались друг с другом последними новостями. Девушке было приятно, что ее появление в Смольном институте оказалось замеченным. Гости во все глаза смотрели на «злую ведьму» и тихо перешептывались за ее спиной.

– Что ж, неплохо быть знаменитой! – заметив это, улыбнулась Прасковья. – А вон наши!

Баба-Язя, Прасковья и Варвара направились к стоящим у окна Судине и Полуднице.

– А где привидения? Я никого из них не вижу. За кем следить? – огляделась по сторонам Варвара. – Когда праздник начнется?

– Уже скоро, полночь близится.

Большие часы при входе в зал пробили двенадцать раз. Тут же в дверях появился распорядитель и стукнул посохом об пол.

– Император всея Руси!

Наступила тишина. Все застыли. Девушке показалось, что ожидание затянулось.

– Я так и не поняла, кого мы ждем? – переспросила Варвара у старших подруг.

– Петра! Без него нельзя.

Наконец зрители воскликнули: «Вот он!» Где-то в дальних коридорах Смольного института раздался тяжелый топот конских копыт. Равномерный звук усиливался – Медный Всадник приближался. Затем он поскакал по залу, и медный звон заполнил зал. Девушка заметила, что копыта коня не касаются пола, но, тем не менее, каждый прыжок коня вызывал гулкий металлический звук. В центре зала всадник остановился. Петр соскочил с коня, и тот мгновенно исчез.

– Веселитесь! Пока я стою на гранитной скале у Невы, ни вам, ни моему возлюбленному граду нечего страшиться, – раздался голос Петра.

Император прошел по кругу, молча оглядел каждого из собравшихся, затем взлетел в воздух и занял тронное место на одной из картин, висевших на стене. При этом медное одеяние императора стало цветным. С портрета Петр I продолжал наблюдать за происходящим в зале. Варвара никак не могла вспомнить, а что было на картине до появления Медного Всадника.

– И картины не было! – улыбнулась Прасковья.

Зрители долго хлопали императору. А распорядитель тем временем снова стукнул посохом об пол и объявил о начале бала. По традиции каждое из привидений было обязано устроить маленькое представление. И действие началось.

Пол зала будто покрылся рябью. Наборный паркет оказался покрытым водой. А зрители очутились на песчаном берегу. Вода подступала прямо к ногам гостей.

– Откуда здесь вода? – удивилась Варвара и отступила на шаг.

Из песка вылезла гранитная стена Петропавловской крепости. Было видно, что крепость еще только строилась. Из темной воды, тяжело ступая, вышел одетый в серую одежду человек. Он раскинул руки и медленно направился к портрету Петра. Следы от огромных башмаков отчетливо виднелись на песке.

– Землекоп. Это – самое старое привидение Петербурга, – тихо шепнула Прасковья Варваре. – Погиб при строительстве бастиона Петропавловской крепости. После работы усталый рабочий лег прямо под стеной. Вода в Неве, как это часто бывает, поднялась и землекоп утонул. Помочь ему не смогли, а за телом нырять не отважились. О погибшем землекопе скоро забыли, так как при том наводнении погибло множество людей, но в одну из ночей у Кронверкской куртины раздались крики. Рабочие, возводившие стены Петропавловки, услышали голос землекопа. Их утонувший товарищ проклинал и болота, и камни, и рождающийся город.

Серый человек подошел к портрету Петра и тихо произнес:

– Кости погибших стали фундаментом Петербурга!

– Говорят, при подъеме воды в Неве привидение оживает. У призрака начинают ломить кости, и он вылезает и прогуливается вдоль Кронверской куртины, – снова шепнула Прасковья.

Землекоп погрозил Петру и направился назад к воде. На берегу привидение поклонилось, тяжело крякнуло и зашло обратно в воду.

Каменная стена стала высокой, и на бастионе появились пять человеческих фигур в арестантской одежде с мешками на головах и с веревками на шее.

– Это души пятерых декабристов, казненных летом 1826 года, – догадалась Варвара.

Неясные очертания декабристов исчезали и снова возникали на стене в разных местах. Как известно, при их повешении оборвались веревки и казнь пришлось повторить. Призраки повешенных вели себя беспокойно. Они проклинали царя, размахивали руками, призывали всех выйти на Сенатскую площадь.

– Вешать не умеете! – кричали они.

Сразу после декабристов пришла очередь проливать горькие слезы знаменитой княжне Таракановой. Зрители увидели бледную красивую девушку, стоявшую в камере на скамье. Прибывающая ледяная невская вода поднималась все выше. Тюремные крысы цеплялись за одежду тонущей девушки, пытались залезть ей на плечи и голову.

– Какой ужас! – воскликнула Варвара.

Взгляд княжны был безумным, и вскоре она полностью исчезла под водой.

– Гляди, а вот эту даму я терпеть не могу! Самым жутким питерским призраком, без сомнения, является Софья Перовская, – поморщилась Прасковья.

В танцевальном зале возник крутой мостик Екатерининского канала, на котором появилась молодая женщина с посиневшим от удушья лицом, багровым следом от веревки на шее и белым платочком в руке, которым она когда-то подавала сигналы бомбометателям. Затем террористка порылась в дамской сумочке и неожиданно вынула из нее большую круглую бомбу с дымящимся шнуром.

– Сейчас взорвется! – завизжала публика.

Призрак Софьи Перовской мутным взглядом оглядел окружающих и направился к портрету Петра.

– Все из-за тебя! – воскликнула она и метнула бомбу в портрет.

– Солнышко, действуй! – мгновенно среагировала Прасковья.

В ее руках появился оранжевый шар. Ведьма выпустила шар из рук, и тот схватил брошенную бомбу перед самым портретом. Затем подопечный Прасковьи пролетел через закрытое стекло, не разбив его, и бросил бомбу высоко вверх. Она завертелась как волчок и взорвалась, осветив все вокруг разноцветными искрами. Перовская бросилась вон из зала. Баба-Язя что-то прошептала, и за дверьми раздался еще один хлопок.

– Чтобы не вернулась сегодня больше! – пояснила колдунья.

Оранжевый шар подлетел к Прасковье. Та погладила его и спрятала в свою сумку.

– Ты молодец! Но не надо больше, Прасковья, использовать Приемыша. Мало ли что! – попросила Баба-Язя. – Попробуем без него справиться.

В зале появились могильные мраморные плиты с Марсова поля. Плиты задвигались, и из-под них выскочил человек странной наружности с кобурой на боку.

– Еще один террорист! – взволнованно закричали зрители.

– Беру этого на себя! – воскликнула Полудница.

Ведьма ударила ногой об пол. Продолговатые планки паркета начали выскакивать из наборного пола и встали перпендикулярно. Одновременно они начали расти вверх и превратились в решетку.

– Знаю, знаю его! – улыбнулся Любомир. – Был на красном митинге. Тогда Моисей Урицкий – председатель Петроградского ЧК – поклялся не мыться до победы мировой революции.

Урицкий пробежал вдоль решетки, не понимая, где находится.

– Молодец, Полудница! Зеркальный барьер для чекиста поставила.

Варвара поморщилась. Уж больно неприятный запах давно немытого потного тела шел от бегущего мужчины.

– Как я понимаю, победа революции так и не наступила…

– Урицкий – вождь революции! – пояснил Любомир. – Всегда бешеный был.

Страшно ругаясь, привидение борца революции обернулось, выхватило из деревянной кобуры маузер и погрозило невидимым врагам. Затем, распространяя вокруг запах серы, чекист пустился вдоль решетки обратно. Из кобуры на пол выпала какая-то бумажка. Девушка подняла ее. Это оказался хорошо сохранившийся приказ о расстреле всех контрреволюционеров за подписью членов Реввоенсовета.

– Неужели это автографы Сталина, Ленина и Троцкого? – изумилась Варвара.

– Дай-ка сюда, посмотрю, – попросил Любомир. – Это ценнейший документ!

– Если так, cпрячь получше. Потом разберемся. У меня в музеях есть знакомые эксперты, – сказала Баба-Язя.

– Призраки почему-то плохо относятся к солдатам революции, – добавил Любомир. – Расскажу вам одну печальную историю. Был у меня когда-то друг – товарищ Фельдман. Работал он начальником милиции. А его управление находилось на полпути из Санкт-Петербурга в Петергоф в бывшем Троицко-Сергиевом монастыре. Жаловался он мне, что по ночам в гулких коридорах слышатся чьи-то шаркающие шаги, раздается невнятное бормотание и жалобные стоны. А еще он замечал в служебных помещениях неясные тени, похожие на человеческие, и ощущал явственный запах тлена. Его курсанты поговаривали между собой о том, что призраки бывших хозяев монастыря ополчились против них.

Затем Фельдман стал запираться в своем кабинете, а из-за дверей каждый вечер до постовых доносились голоса. Подчиненные пришли к выводу, что чекист просто «допился до чертиков».

Фельдман жаловался мне, что не в силах больше выносить преследований двух белых старцев, зловещих и бесплотных. Я советовал ему бросить все и уехать куда-нибудь в деревню. Но тот только рукой махал. А затем мой друг покончил с собой, пустив себе пулю в лоб.

Любомир замолчал, затем достал из кармана фляжку и отхлебнул из нее.

– Как печально! – расстроилась Варвара.

– С новым начальником милицейского управления такая же история приключилась. По ночам в коридорах бродили призрачные фигуры, раздавались стоны и проклятия. Поэтому здание это вскоре забросили.

– Неужели из-за призраков забросили? И ничего нельзя сделать? – покачала головой Варвара.

– А что тут сделаешь! Два старца очень убедительно выглядят, – и Любомир снова отхлебнул из бутылки.

– Перестань расспрашивать Любомира, – шепнула Прасковья Варваре. – Товарищ Фельдман был другом его детства. Вместе росли.

Четверо ведьм внимательно рассматривали каждого нового призрака. С диким ревом вбежал какой-то крестьянин, с длинной бородой, большим носом и в рубахе навыпуск. Он врезался в толпу гостей, стараясь распугать женщин.

– Кто этот старец? – На всякий случай Варвара спряталась за Любомира и Бабу-Язю.

– Да Гришка Распутин хулиганит. До сих пор не развеялся.

Григорий разогнал гостей на одной стороне зала и приближался к компании ведьм. Тут он заметил выглядывающую из-за спин Варвару.

– А, новенькая?

Старец посмотрел в глаза Варваре, наклонился и с воплем бросился к девушке.

– Остановись, Григорий! Поздоровайся для начала! – резко сказала Баба-Язя.

– Ну, здравствуй, Костяная! – недовольно насупился Распутин.

– Это моя воспитаница Варвара. Очень любит гонять нечисть по болотам. Вот теперь в Питер пожаловала с местными познакомиться.

– Привет, Гриша! – протянул руку Любомир.

– Привет, Любомир.

Но пожатия не получилось. Рука Любомира прошла сквозь ладонь привидения. Старец замялся.

– Неужели та самая Варвара? Слышал! Разговоров в городе о событиях на болотах было много. Кланяюсь, юная особа! – Распутин потух и растворился в воздухе.

– Любит первым быть, никому не хочет уступать. Поняла, как с ними надо? – спросила у девушки Баба-Язя.

– Да, как-то все это непривычно.

– Надеюсь, все страшилища закончились, – сказала Прасковья. – Осталась лишь интеллегенция, но эти призраки милые и совсем безопасные.

Если первые привидения явились без приглашений, то о визите всех последующих объявлял распорядитель. Все новые гости вплывали в зал.

– Первый директор Академии художеств архитектор Кокорин.

– Несчастный был человек этот Кокорин, – тихо сказал Любомир. – Смотри, Варя, у него на плече маленький чертик сидит. Бедняга Кокорин его не видит, а он источник всех его неприятностей. Кокорин графу Шувалову особняк строил, а этот пакостил. Бумаги чернилами заливал. Штукатурку на свежевыкрашенных стенах отковыривал. Мы этого черта промеж себя зовем Графским проказником. А 24 октября 1754 года, когда Шувалов праздновал новоселье, в большом зале внезапно рухнула тяжелая бронзовая люстра. Вот и сошел бедняга Кокорин с ума и после смерти никак успокоиться не может.

– Месье Монферран! – выкрикнул распорядитель.

– А почему он такой грустный? – спросила Варвара.

– Цыганка ему предсказала, что он умрет сразу, как только достроит Исаакиевский собор, – объяснила Полудница. Поверил ей. Мучился всю жизнь. Как архитектору ему хотелось быстрей достроить прекрасный собор, а как человеку…

– Понятно, – кивнула Варвара.

– Господа-товарищи Есенин и Блок.

Пара поэтов появилась в зале слегка покачиваясь. Видно, шли с какой-то дружеской попойки. У Есенина на шее вместо галстука висел обрывок веревки, напоминая, как тот окончил жизнь. Поэт вел на поводке упирающегося красивого пса с бархатной шерстью. Увидев Любомира, молодые поэты направились к нему.

– Привет, Любомир!

– Что задержались, ребята? Самое интересное пропустили! – спросил Любомир.

– На Пантелеймоновском мосту застряли, – пояснил Есенин. – На Фонтанку засмотрелись. Саша отражение фонаря в воде увидел и надолго задумался. Теперь вот какой-то бред несет. Простите его. Депрессия у него последние месяцы. Все никак из нее не выйдет.

– Ночь. Улица. Фонарь. Аптека…– остекленевшим взглядом окинул присутствующих Блок.

– Хлебни малость, – Любомир протянул фляжку Александру.

– А это кто? Что за прелестная незнакомка? Представь нас, Любомир.

– Варвара.

– Дай, Варь, на счастье лапу мне… – покачиваясь, произнес Есенин.

Варваре неприятно было смотреть на вздутые вены и красную от веревки шею Есенина и на его невменяемого спутника.

– Это к Джиму, который за вами. – Надулась девушка. – Я вам не дворняжка!

– Настоящая ведьма! – восхитился Сергей. – Знает, как собаку зовут. Я ведь даже не заметил, как утащил пса у Качалова.

– Не хотите шампанского на брудершафт! – продолжал навязываться Есенин. – Понятно! Пошли, Шура. Мы тут лишние!

– Бесмысленный и тусклый свет… – Взгляд Блока, как показалось Варваре, стал трагическим. – Живи еще хоть четверть века…

Поэты, не видя дороги, подошли к стене и… прошли сквозь нее. Испуганная собака поупиралась перед препятствием, но затем также исчезла.

– А почему они все тебя знают? – обратилась к Любомиру Варвара.

В зал вбежало привидение сторожа Малоохтинского кладбища. Сторож кричал:

– Лихие люди сбежали! Сюда направляются! Не допустите позора.

– Не допустим! – засмеялся Любомир.

– Справишься? – спросила Прасковья.

– Не первый раз! Прием отработан. Всегда помогало – препятствие непреодолимое. Смотрите сами.

Варвара выглянула в окно. Перед входом в Смольный институт прямо с неба спустилась бочка, а под деревьями появились столы с закуской. Вокруг бочки собралось множество подозрительных личностей.

– А хватит этого бочонка? Какой-то маленький! – усомнилась Баба-Язя.

– Конечно, нет! Добавим еще! – заверил Любомир.

– А кто такие «лихие» люди?

– Когда-то на Малоохтинском хоронили самоубийц и преступников из тюрем. Неспокойное местечко, – пояснила Баба-Язя. – Пора заканчивать представление и начинать бал.

Она кивнула оркестру. Оркестр заиграл вальс. К Варваре подплыла прозрачная тень худого молодого человека в очках.

– Разрешите пригласить вас на танец.

Девушка взглянула на Прасковью.

– Можно! – кивнула та.

– А кто это?

– Это из новых. Призрак замученного экзаменаторами студента, – пояснила Прасковья.

Привидение протянуло руку Варваре, и она с удивлением почувствовала, как поплыла. В воздухе по огромному залу закружилось множество пар. К Прасковье подлетел неизвестно откуда появившийся Павел. Полудницу пригласил распорядитель, а Баба-Язя вытащила из угла Григория Распутина.

– Ладно, пошли, Гриша. Потанцуем. И не пугай больше никого.

Между танцующими парами плавали старинные бронзовые подсвечники с горящими свечами. Танцевать было легко, так как в воздухе почти не приходилось тратить сил. Одна мелодия сменяла другую. Никто танцующим не мешал. Лишь один раз в самый разгар бала в центре зала появилась огромная женщина в сером балахоне. Она так дико закричала, что музыка смолкла. Лицо женщины было пепельносерым. Эта Серая Дама подлетела к Варваре и грозно посмотрела на девушку. В наступившей гробовой тишине она зловеще произнесла:

– Чую, Дух Смерти летает над северными болотами. Обличья он женского. И пред кем он предстанет, тот сразу узнает всю правду о себе.

Сказав это, Серая Дама расхохоталась.

– Не призрак ли Лоухи это? – отмахнулась от серого видения Баба-Язя.

– Да не может быть! – возразила Прасковья. – Зачем ей это?! Та ведьма породистая была. Не подобает ей быть призраком.

Из ладоней Прасковьи вылетел сноп искр, и серый призрак растворился в воздухе. Музыка снова зазвучала, и танцы продолжились. Время пролетело незаметно. Больше танцующим никто не мешал.

Часы ударили четыре раза, музыка разом стихла. Все застыли. В танцевальный зал тихо вкатились два Сфинкса.

– Странные загадочные существа, предвестники рока, – пояснила девушке Судина. Нельзя тревожить покой Сфинксов. Они в Египте были надгробными памятниками на могилах фараонов. Зачем-то их сняли с могил. А ведь Сфинксы могут наслать проклятие на род человеческий. Это проклятие особенно страшно на чужой земле. Привезли их Романовы, установили на набережной Невы. Романовым и досталось. Николай I, при царствовании которого Сфинксов установили в Петербурге, умер не своей смертью, а застрелился. Александр II в 1881 году был зверски убит народовольцами. Первенцы-наследники Александра II и Александра III рано умерли. Николай II со всей семьей был расстрелян большевиками. На этом род Романовых закончился. Что будет, если их гнев падет на других людей?!

– Так может их вернуть на могилы фараонов? – заволновалась Варвара.

– Я думаю, многие хотели бы так и сделать.

– А что они хотят, эти Сфинксы?

– Это сигнал для привидений. Их праздник закончился. Скоро рассвет.

Действительно, это был сигнал. Многие привидения тут же расстворились в воздухе, некоторые поспешили исчезнуть, просочившись через стены или пол. Гости покинули Смольный.

Мосты уже были разведены, и белая тройка медленно ехала вдоль длинных петербургских каналов. В предрасветный час казалось, что каналы живут своей особой жизнью и непреодолимо влекут к себе.

– Не особо веселым получился бал у привидений! – подвела итог Варвара. – Но польза есть. С привидениями я познакомилась.

Конный экипаж свернул с Миллионной к широкой арке над Зимней канавкой. Рядом с переброшенным каменным мостиком шли ступеньки к воде. Варвара заметила, что молодая печальная женщина спускалась по ступенькам вниз.

– Ой, она в воду бросилась. Любомир, быстрей останови карету! – воскликнула Варвара. – Женщину спасать надо.

Девушка выскочила из кареты и бросилась к воде. Но молодая женщина уже исчезла. На ступеньках лежала оставленная старинная шляпка с лентами.

– Где она?! Неужели утонула?! Что делать?! – всматриваясь в воду, спрашивала Варвара.

– Не волнуйся! Она уже давно потонула, – успокоила девушку Прасковья. Посмотри сюда.

Прасковья подняла шляпку, и та медленно расстворилась в воздухе. А по каналу, покачиваясь на волнах, плыли три карты: тройка, семерка и… пиковая дама. По Неве разнесся бой часов. Это били куранты Петропаловской крепости. Варвара обернулась. Вместо кареты стоял белый автомобиль Любомира.

Вечером все собрались у камина. Уютно было в особняке Деда-Всеведа на Каменном острове.

– А где Прасковья? – спросила Варвара у Мерлина, который пришел один.

– Закончилась неделя, подаренная нам Дедом-Всеведом. Прасковье было тяжело прощаться с вами. Привыкла она к вам. Просила меня передать прощальный привет.

– Ты бы рассказал мне, за что Прасковью так наказали. Мне как-то неудобно спрашивать ее об этом.

– А если ты меня выдашь?

– Могила! – заверила Варвара.

– Ладно. После ужина расскажу.

Прасковья и ее Приемыш

– Ты ведь знаешь любовь своей прабабки к шаровым молниям? – начал свой рассказ Мерлин.

– Да. И меня, признаюсь, к ним тянет.

– Осторожней, Варя! Что это такое – еще никто толком не разобрался. Я считаю, что многие шаровые молнии – это вполне разумные существа. Их иногда даже с НЛО путают.

– Это с «летающими тарелками»? – переспросила Варвара.

– Да. Только на эти «тарелочки» они совсем не похожи. Любую форму могут принимать, любой облик, любой цвет. Могут быть похожими на тарелку, могут на шар, могут на космический корабль. Передвигаться могут с любой скоростью. Кажется даже некоторые шаровые молнии обладают незаурядным разумом.

– Похоже, этот разум и скорость мы сегодня видели на балу у привидений, – подтвердила Варвара. – Но ведь Солнышко Прасковьи хорошее дело сделало. Бомбу террористки обезвредило.

– Да я уже знаю. Хоть и хорошее дело, но запретное для Прасковьи. Как бы кто не донес Деду-Всеведу. Шаровая молния – вещь таинственная: она не укладывается ни в какую теорию. Солнышко Прасковьи – это некая форма жизни, посланница из параллельного мира. Может, она поможет установить связь с внеземными цивилизациями, с кораблями пришельцев. В этом существе колоссальная энергия и неземной разум.

– Так как же Солнышко появилось у Прасковьи?

– После сильной грозы рядом с Зеленцом летало множество шаровых молний. Вели они себя необычно. Кружили вокруг поселения. Вот с такой молнией Прасковья и встретилась. В дом это необычное существо притащила, приручить пыталась. Ярилкой его назвала. Я ей советовал отправить это существо куда подальше. Но ведь ты Прасковью знаешь. Кого она послушается?! Стала нянчить свою «игрушку», чему-то учить. По Зеленцу водила. И вроде бы у нее что-то начало получаться. Существо стало за ней как собачка бегать. Слушалось Прасковью. Даже согласилось, чтобы его наши зеленецкие ученые мужи исследовали. Но наука наша в то время еще не так далеко ушла. Да и нужно было много денег на научные исследования, а тогда Зеленцу они почти не выделялись. Как только начали обследовать, большинство приборов вышло из строя. Но не по вине Прасковьи и ее Приемыша. Энергия в том существе была невероятной силы. Так и не смогли разобраться в Институте, кого Прасковья у себя приютила. Только твоя прабабка могла держать на руках это существо.

Завистников у Прасковьи всегда хватало. А может, они просто боялись, что она, приручив шаровые молнии, станет намного могущественней их. Стали недоброжелатели нашептывать и ученым, и в Управе, и Деду-Всеведу, что горе Зеленцу Прасковья принесет. Особенно старались Лоухи и Марана. Собрался Совет и велел Прасковье избавиться от ее маленького Приемыша. Та отказалась, а всю ответственность за своего воспитанника взяла на себя.

Тогда стали травить ее и это существо. Как только на улицу Прасковья с Приемышем выходила, стали наускивать на нее собак и зверей, а то и лесных жителей. А ты сама знаешь, что будет, если до молнии дотронется обычный человек или животное. Естественно, у многих появились сильные ожоги или хуже того – руки-ноги отнимались. Естественно, обвиняли во всем Прасковью и ее Приемыша. А кончилось все грандиозным пожаром.

Тем летом жара стояла страшная. Во многих лесах горел торф. Почти все мужчины ушли из Зеленца, чтобы охранять лес по всей округе. Тем не менее, когда болото рядом с поселением загорелось, в этом обвинили Прасковью и ее шаровую молнию. Сгорело несколько домов на одной улице Зеленца. С трудом поселение отстояли. Напрасно Прасковья показывала, что след от ее воспитанника холодный и пожара не может вызвать.

Но Лоухи и Марана собрали всех своих лешаков, и вся нечисть пальцем показала на Прасковью и ее Приемыша: «Они виноваты!» Взвился тогда в небо оранжевый шар и рассыпался на сотню молний. Затем те устремились вниз. Вся улица, где жили обидчики Прасковьи, была охвачена огнем. Змейки-молнии соединились в шар, снова шар взлетел вверх, и снова рассыпался на молнии, и снова те разили жилища обидчиков Прасковьи.

Прасковья сама ушла из Зеленца. Запрет на ее возвращение был дан на многие годы. Но даже когда наказание окончилось, она не захотела возвращаться в поселение, отвергла всю связь с этим миром. Ведь Совет требовал, чтобы Прасковья отказалась от своего Приемыша. Но… наша Прасковья друзей не предает! Поэтому и запрет до сих пор действует.

Долго я не мог ее найти. Как сгинула! Наконец узнал, что она живет совсем в другом непонятном нам мире. Дружит Прасковья с внеземной цивилизацией, со всеми этими НЛО. В мире молний, в неисследованном мире потусторонних сил.

– Так неужели они, эти НЛО, действительно существуют? – спросила Варвара.

– Хоть я и ученый, и доктор многих наук, я тебе на этот вопрос ответить не могу. Может, Мирослав когда-нибудь сможет все объяснить. Он у тебя умный. За ним будущее! – улыбнулся Мерлин.

– Значит, с Мирославом можно поделиться вашим с Прасковьей секретом? – спросила Варвара.

– С ним, конечно, можно, – разрешил Мерлин.

– Ну и дела! Неужели нельзя ничего сделать, чтобы Прасковья нас не покидала и всегда была с нами?

– Единственное, о чем я договорился с Дедом-Всеведом, – это две недели в году, когда мне разрешается вернуть в наш мир Прасковью. Порой мне удается чуть увеличить этот срок, благодаря его доброму сердцу. Но Дед-Всевед не только за поселение Зеленец отвечает, но и за весь мир на Севере. Дед-Всевед даже сегодня не в восторге от связи Прасковьи со всем этим. Поэтому я и боюсь, как бы кто не донес о появлении Приемыша Прасковьи на балу привидений. Хотя вроде бы Ярилко дело доброе сделал: бомбу отвел.

Варвара утвердительно кивнула и сказала:

– Будем надеяться, когда Мирослав разберется с молниями и с этими НЛО, тогда мы навсегда вернем Прасковью.

Катерины нет дома

Каникулы подходили к концу. Через день ребята сели на электричку и поехали в свою деревню. Оказавшись в Харчевне, Варвара сразу бросилась к дому Катерины, чтобы рассказать подруге о своих приключениях. На пороге сидел Михаил и налаживал столярные инструменты. При виде девушки он радостно поднялся ей на встречу.

– Привет, Миша! Как здорово, что ты наконец вернулся. Где Катя?

Михаил удивленно поднял глаза на девушку:

– Как, она разве не с вами в Питере была?

Варвара так и села на крыльце:

– Значит, ты ее не видел?

Михаил все понял и сразу же погрустнел.

– Нет. Я дома уже неделю. В лесу подошли ко мне двое мужчин, расколдовали. Дали новую одежду и сказали, что теперь я свободен и могу идти к Кате. Я сразу поспешил в Харчевню. Но ее дома не было. Мне деревенские сказали, что вы в поход собрались. Путешествуете по Луненке и озерам. Я решил, что вы втроем плаваете и даже не беспокоился. Вот сижу жду ее и вас.

Неделю искали по всей округе Михаил и ребята Катерину, но даже следов нигде не было. Варвара вызвала своих помощников, послала письма Бабе-Язе и Добрыне, но те также ничем не смогли помочь в поисках. Смутные подозрения закрались в душу девушки. И вскоре они подтвердились.

А еще через две недели на пороге Вариного дома появилась маленькая черная кошечка. Вся исхудавшая, исцарапанная, со стертыми в кровь лапками.

– Макоша, это ты? – воскликнула девушка. – Ты откуда?! Где Катерина?

Кошечка обернулась маленькой черной девочкой. Еще больше стало заметно, как она похудела и измождена. Варвара покачала головой, бросилась к холодильнику и налила девочке стакан молока.

– Подожди рассказывать, поешь сначала!

Затем быстро достала волшебные травы, заварила их. Через час кикимора выглядела гораздо лучше.

– Ты откуда, Макоша?

– Из северных ладожских шхер. Там прячут Катерину. Когда мы с Катериной бросились в лес встречать Михаила, на нас неожиданно из засады налетело множество ведьм, колдунов и леших во главе с Мараной. Я чудом успела спрятаться, прикинувшись щепкой, а Катерину схватили за руки, заколдовали, усыпили. Затем закутали в плащ и поволокли на север. Мне удалось зацепиться за кафтан одного колдуна. Неслись мы с ним сначала над болотом, потом над морем. Позднее я узнала, что это Ладога.

Сначала мы на каком-то острове остановились. У него длинное название, финское. Я не запомнила. Потом еще на одном. Колдуны все обсуждали, где Катерину спрятать. Марана думала, кому доверить охрану моей хозяйки. Но так никому это не поручила. Видно было, что полностью никому не доверяет. Где-то на самом севере озера Марана всех помощников прогнала, а Катерину она и ее огромная родственница поволокли на какой-то остров. Я не смогла уцепиться за них и проследить. Так что след Катерины я потеряла. Леший, за подкладку к которому я залезла, приземлился в лесу на берегу Ладоги у своей берлоги. Его больше серые ведьмы к себе не вызывали. Напрасно я целую неделю ждала. Ничем я не могла помочь Катерине, даже не знала, где ее искать, поэтому бросилась обратно в Харчевню, – вздохнула Макоша. – Помчалась домой через леса. Долго по берегу вокруг огромного озера бежала. Я и не думала, что оно такое большое. Потом на какую-то дорогу вышла и немного на попутках проехала. Я ж совсем мир не знаю, нигде не была, кроме Харчевни и Зеленецкого болота.

– Это же почти пятьсот километров вокруг Ладоги и до нашей деревни. Как же ты обратную дорогу нашла, бедная? Ты молодец! – похвалила Макошу Варвара. – Правильно сделала. Хуже было бы, если бы тебя там поймали. Мы бы тогда ничего не узнали. Теперь будем думать, как выручать Катерину.

Подошел Мир. И увидел плачущих Макошу и Варвару.

– Марана! – выдавила девушка сквозь слезы.

А когда успокоилась, погрозила кулачком:

– Что ж, берегись, серая ведьма!

Михаил в этот же день решил отправиться в Петербург, а потом в Карелию на поиски Катерины.

– Объеду весь север Ладоги на машине. Проплыву на катере по озеру, осмотрю острова и шхеры. Буду искать ее.

Удержать его ребята не могли.

– Может быть, нам вместе с тобой отправиться? – спросили они.

– Нет! – сказал Михаил. – Вам надо учиться, и прежде всего это мое дело найти жену. Буду вам регулярно присылать письма. Ну, а если, что со мной случится… то вы меня уже один раз выручили.

– Ладно, Михаил, – сказал Мирослав. – Но твою машину и катер надо проверить и подготовить к походу. Ведь уже больше года прошло, как ты появился в нашем лесу. Поэтому я поеду с тобой в Петербург и провожу тебя.

– Не откажусь, – согласился Михаил. – Но на Ладоге я все сам должен сделать, чтобы никого не подвергать риску.

Через два дня Мирослав вернулся.

– Проводил? – спросила Варвара.

– Да. Все проверили. Погрузили катер на прицеп, и Михаил сегодня утром отправился на Ладогу.

– Ему это необходимо, иначе мучился бы всю зиму. А нам надо как следует подготовиться, чтобы встретится с ней следующим летом! – Варвара уже сейчас не верила, что Михаилу удастся найти и вернуть Катерину. – Раз все это сделала Марана, то и воевать с ней придется ее же оружием.

В котелке Варвары уже три дня булькало какое-то зелье, и юная ведьма все это время что-то обдумывала.

– Воевать не только с Мараной придется, но и со всеми ее северными прихвостнями. А ко всем неожиданным встречам надо как следует подготовиться. К тому же точно неясно, где Катерину спрятали? Будем искать неизвестно где. Мне никак не удается с Катериной выйти на связь.

Мир с надеждой посмотрел на Варвару.

– А ваши штучки? – спросил он. – Я же помню, как вы с Катериной без всякого телефона общались.

– Я уже пробовала связываться с ней всеми возможными способами, которым она меня учила. Ничего не выходит! Что делать, ума не приложу? Как ее найти? Но буду продолжать. Может, Катя сама как-нибудь на связь выйдет.

Но зря Варвара пыталась представить себе Катерину. Ничего не получалось. Тарелка, которая раньше участвовала в сеансах связи, не помогала. Ничего не показывал магический кристалл – хрустальный шар. Каким-то серым туманом покрывалось его изображение. Через неделю бесплодных попыток маленькая ведьма пожаловалась своему другу:

– Ничего не могу сделать! Никак мне с Катей не связаться. Плохая я колдунья, раз ничего у меня не получается! Придется просить о помощи Прасковью и Мерлина. Садись рядом, будем Прасковью вызывать.

– Давай, – согласился Мир.

Не успели ребята усесться за тарелкой, как услышали ехидный смех:

– Наконец-то сообразили! – раздался голос Прасковьи.

Варвара и Мирослав вздрогнули от неожиданности. На скамейке появилась Прасковья, рядом сидел Мерлин.

– Давно могли бы нас позвать! Пришлось пожаловать в гости без приглашения. Почему стеснялась раньше просить о помощи? Мой колокольчик уже давно настроен на сигнал. Дала ему задание. Как только ты вспомнишь обо мне, сразу появлюсь у тебя. Да, Катерину выручать надо!

Варвара радостно захлопала в ладоши:

– Так ты уже знаешь, как найти Катерину?

Но Прасковья на этот раз была необычайно серьезна.

– Не радуйся. Мы с Мерлином уже целую неделю пытаемся найти Катерину. Ты права – это Марана! Но на этот раз старая ведьма хорошо подготовилась. Зеркало Времени у Мерлина не работает. Все покрыто серым туманом. Точно такой же ты видела в своем магическом кристалле. Старая ведьма испортила всякую связь, которая могла бы установить, куда она спрятала Катерину.

– Не знаю, что я с ней сделаю! – возбужденно воскликнула Варвара.

Мерлин добавил:

– Не обольщайся своими прошлыми маленькими победами над серой старухой. Конечно, приятно, что ты несколько раз надавала ей тумаков и подпалила шкуру, но, скорее всего, это произошло из-за того, что Марана тебя раньше недооценивала. Думала, что ты маленькая девчонка. Зато теперь она будет бороться с тобой по полной программе. Не хочет она упускать власть из рук на Севере. К тому же теперь она не одна. За последнее время по моим данным она собрала целую армию. И на это раз – это не трусливые лешаки, а противники самые серьезные.

К тому же Марана удачно выбрала время и место. Северная Ладога – это такое место, куда без должной подготовки отправляться нельзя.

Тем более наступает осень, а это значит, что сейчас Марану не достать. Становится холодно, и штормить будет почти каждый день. Придется ждать до весны. Но время терять не стоит. Тебе еще многому надо научиться, чтобы победить серую ведьму. А борьба будет суровой.

– Не волнуйся, Варя, мы тебе поможем. Мерлин, когда надо, рядом с вами будет. К сожалению, я долго в этом времени жить не могу – уже и так все нормы, отпущенные Дедом-Всеведом, выбрала. Но за советами обращайся – всегда приду на помощь. И не забывай, чему тебя учила твоя старшая подруга Катерина. Ведьмы никогда не спешат!

– Мой котелок три дня на огне стоит, – кивнула Варвара.

– А тебе сейчас надо пообщаться с подругами Катерины. Расспросить их – вдруг что знают! Посети Зеленец, чтобы заручиться их поддержкой. Спрашивай всех, кто и что слышал, пытайся узнать как можно больше. Пригодится! Теперь давайте прощаться.

И родственники Варвары исчезли.

Учеба Варвары

– Что ж, придется мне учиться, чтобы уничтожить Марану и ее прихвостней! – зло тряхнула головой Варвара.

Практичный Мир думал о другом.

– Надо обсудить, как справиться с хозяйством, – задумчиво произнес он. – Стариков одних оставлять нельзя. А победить Марану я тебе помогу. Последнее время я много думал, чем занимаются Пересвет и Мерлин. И, кажется, понял, как устроены некоторые приборы в научном Центре Зеленца. Поэтому я решил принять предложение Пересвета и серьезно заняться наукой. Попрошу его разрешить мне поработать в лаборатории Времени и Электричества. Хочу так же, как ты, шаровую молнию в руках подержать. Думаю, мы сможем использовать достижения оккультных наук для борьбы с твоей «любезной подругой».

– Предлагаю поступить так. Неделю в Зеленце живешь ты, а неделю я. Раз дорога на «Голубой электричке» не занимает времени, будем ездить в Зеленец и обратно через Петербург.

Варвара задумалась:

– А до Петербурга все равно пять часов добираться!

– Думаю, мне надо попросить Всеведа разрешения летать к Зеленцу на метле. По прямой до поселения – километров пятьдесят. Тогда на дорогу у меня уйдет не больше двадцати минут, и после «школы» я смогу проведать моих и твоих стариков. А у тебя будет возможность побольше заниматься своей наукой. Кстати, мне надо найти и посетить всех подруг Катерины – вдруг чем помогут. Может, они знают, где прячут Катерину. Как я поняла, в мире ведьм встречаются самые неожиданные союзы. Бывает, у одной ведьмы есть две подруги, которые друг с другом кровные враги. Может, кто из подруг Катерины общается с Мараной или с другими северными ведьмами. Вдруг, что и узнаю. Да и ума-разума у них наберусь. Попрошу, чтобы они передали мне свое умение и опыт. Погощу у Бабы-Язи, у Полудницы, у Влхвы. Отпустишь меня пораньше?

– Конечно. Но и я скоро приеду. Оговорю с Пересветом расписание работы в Зеленецком институте, – согласился Мирослав.

Вскоре Дед-Всевед прислал подтверждение, что разрешение на учебу в Зеленце получено, и ребята смогли приступить к занятиям. Варваре был выделен «зеленый коридор» для полета на метле. Девушка в этот же день поспешила в лесное поселение.

Остановились ребята у Ауки. Места в доме лешего было много. Несмотря на это, Аука и Боли-Бошка повели ребят на высокую горушку недалеко от их домов. С ее вершины открывался прекрасный вид почти на весь Зеленец. Рядом шло строительство огромного дома с узорчатыми окнами и крышей, предназначенного для ребят.

– У нас к вам просьба! Не откажите!

– Какая просьба? – удивились ребята.

– Возьмите нас под свое покровительство. Хотим, чтобы вы нами правили. Не хотим служить никому, кроме вас.

– А как же Дед-Всевед? – удивились ребята.

– Дед-Всевед – верховный правитель всего Севера, а за каждый лес отвечает какой-нибудь колдун или ведьма. Сейчас Марана куда-то исчезла, но все боятся, что она вернется. Просим вас стать нашими правителями. Вот поэтому мы вам дом и строим.

– Не вернется! – зло сказала Варвара. А на предложение леших она с сомнением пожала плечами: – Подумайте – мы же здесь не будем жить постоянно. Лучше, если вы возьмете себе другого покровителя, который будет за вами приглядывать. Но вот что обещаю! Если Марана вздумает сюда вернуться, то я ее съем.

Зато Мирослав хозяйственно прошелся по почти готовому дому.

– А мне понравилось. Я согласен! – сказал он. – Варя, придется отрабатывать!

– Ладно, и я согласна, – вздохнула ведьмочка.

В Зеленце Варвара решила сначала встретиться с Влхвой. Неутомимая бродяга ненадолго остановилась в поселении после своих похождений по свету. Пользуясь моментом, Дед-Всевед попросил ее прочитать курс лекций для зеленецкой молодежи об обычаях народов разных стран. Варвара напросилась к Влхве в гости. Та как раз разбирала свои вещи. Варвара приметила, что ведьма вернулась не из теплых мест, ибо на веревке сушился ее длинный плащ и толстый свитер.

– Здравствуй, Влхва! Ты – великая путешественница, была везде на Земле. Откуда нынче вернулась? – начала разговор Варвара.

– Здравствуй, Варя! На Севере была. На Соловецких островах, затем пролетела над берегом Северного Ледовитого океана. За Уральским хребтом развернулась и обратно вернулась через Карелию.

– Скажи, не встречала ли ты Катерину, не знаешь ли ты, куда она пропала или где ее прячут?

– Да знаю я уже о вашей беде. Я и сама Катерину искала, вроде бы нашла, хотела тебе и Всеведу сообщить. Было это в лесах Карелии. Встретила я там несколько ведьм. Они тащили кого-то, перепрятывали. Тогда я еще не знала кого! И только потом догадалась. Порасспрашивала я местных леших и узнала, что перевозят нашу Катерину с места на место почти каждую неделю, хорошо охраняют. То где-то на острове спрячут, то в ладожских шхерах, то где-нибудь в лесу. Но думаю, что сведения мои уже устарели. И мне кажется, Катерина спит или даже заколдована. Больше мне не удалось ничего выяснить. Как только начала я распрашивать лесных жителей, отношение ко мне сразу же изменилась. Нашли меня серые ведьмы и сначала ласково посоветовали путешествовать по южным странам, а потом принялись угрожать – еле ноги от них унесла.

– Спасибо, Влхва!

– Ты молодец, что сразу не бросилась на Марану! Она сейчас сильна. Многие северные ведьмы и колдуны с ней. Кого запугала, с кем договорилась. Катерина – моя подруга, и я тебе помогу. Завтра я занята – отчитываюсь в Управе. Приходи ко мне послезавтра утром. Я тебя научу кое-каким полезным трюкам. Если ты отправишься в путешествие, они тебе обязательно пригодятся. Захвати ножик поострее и две иголки. Одну побольше, а другую поменьше.

– Зачем? – удивилась Варвара.

– Ишь какая нетерпеливая! Подожди – узнаешь! Всему свое время.

Как и договорились, Варвара пришла к Влхве через день.

– Пойдем прогуляемся по лесу, – пригласила Влхва. – Хорошо, еще снег не выпал, потому смогу тебе кое-что показать и опытом поделюсь. Раз ты собираешься воевать с Мараной, то учти, что тебе придется бороться с ней на ее территории. Да и не только с ней. Возможно, тебе надо будет прятаться и убегать. Научу тебя расставлять побольше препятствий на пути твоих преследователей.

Вскоре Влхва и Варвара вышли на окраину Зеленца. Влхва шла по лесу без всякой дороги. Как показалось Варваре, великая путешественница специально вела ее по самым непроходимым местам. Влхва легко шла через кусты, а вот Варваре приходилось труднее. Кусты больно хлестали по рукам и телу. Колючки цеплялись за ноги, и вскоре Варвара начала отставать.

– Ау! – кричала Влхва. – Где ты? Догоняй, поторопись.

Но девушка еле продиралась сквозь густой кустарник, а затем, окончательно выбившись из сил, остановилась. Ветки орешника и ольхи прочно держали ее.

– Ну как? – раздался сзади голос Влхвы. – Попалась в мои сети?

Она улыбалась. Влхва помогла Варваре выпутаться из кустов.

– Так это ты специально помогла мне запутаться? – рассмеялась Варвара.

– Молодец, что не обижаешься! – похвалила Влхва. – Вот такой забор у меня получается лучше всего из кустов орешника. Люблю я это дерево. Волшебное оно! Правда, если я зла, то можно еще ивовых прутьев добавить – уж очень больно хлещутся. И тогда у врагов желание бежать за мной сразу пропадет!

– Теперь отрезай ветки потолще и будем гребни делать. Начинать надо с четвертого зубца, затем вырезать седьмой, потом все остальные – иначе ничего не получится.

Сказав это, Влхва принялась за дело. Она отрубила толстый сук, разрезала его на равные части и отсекла все лишнее. Затем быстро начала вырезать зубья. Вскоре получился красивый и с ровными зубцами гребень.

– Хоть на продажу! – похвалила себя Влхва.

Девушка во все глаза смотрела на старшую подругу и попыталась повторить ее действия.

– Ну, как твои успехи? – поинтересовалась путешественница. – Что ж, для первого раза совсем неплохо.

Варвара поняла, что Влхва пытается ее поддержать. Зубчики на ее гребне вышли кривыми и торчали в разные стороны, а некоторые просто сломались.

– Делай еще.

Варвара вырезала еще пару гребней, но вскоре натерла мозоли на ладонях.

– Больше не могу! – сказала она Влхве и показала свои руки.

– Ничего, научишься! – кивнула та и высыпала на колени Варваре с десяток гребней с ровными мелкими зубьями.

– Хочешь – расчесывайся, хочешь – по-другому используй. Ну, пошли домой! – предложила Влхва.

Ведьмы шли по унылому осеннему лесу.

– Нам повезло, шатуна встретили! – показала Влхва. – Сейчас проверим наши гребни.

– Какой такой шатун? – переспросила Варвара.

Влхва показала ей на медведя, ожесточенно рвавшего кору на большой сосне.

– Снег еще не выпал, вот медведь и не может залечь в берлогу! Эй, толстяк, иди сюда! У-у-у! – закричала Влхва, привлекая внимание медведя.

Медведь заметил ведьм и бросился на них.

– Побежали! – крикнула Влхва.

– Зачем, я и так с ним справлюсь! – Варвара посмотрела в упор в глаза медведю, и тот остановился.

Варина учительница уважительно взглянула на свою ученицу, подумала и сказала:

– Варя, у нас сегодня другая задача – научиться создавать препятствия для преследователей! Так что бежим.

– Так бы сразу и сказала. Спасайся – кто может! – засмеялась девушка и побежала вслед за Влхвой. – Что дальше?

– Бросай свой гребень и прикажи зубьям расти до неба.

Медведь быстро догонял своих обидчиц. Девушка бросила свой гребень на землю, и сзади появились огромные деревья, растущие в разные стороны. Медведь с ходу налетел на них, и деревья попадали. Одно больно огрело косолапого по широкой спине.

– Твой гребешок к интересному результату привел. Не остановил шатуна, а раззадорил его, – довольно сказала Влхва. – Вон как разозлился. Попробуй-ка, останови его теперь.

Варвара снова посмотрела на медведя, но остановить его ей не удалось. От боли шатун ничего не соображал, а несся прямо на нее, легко сбивая нагроможденные ею деревья.

– Что делать? – обернулась Варвара на Влхву.

– Мой гребень кидай. Лучше сразу два.

– Хорошо!

Тут же между ведьмами и медведем выросли непроходимые кусты орешника. Зверь с ревом налетел на них и сразу же остановился, запутавшись в этих дебрях. Он недовольно рычал, выдирая из земли кусты, пытаясь добраться до обидчиц, но даже такому сильному зверю это было явно не по силам. Вскоре медведь устал и успокоился.

– То что надо! – довольно произнесла Влхва. – Хорошие гребни получились. Запомнила, с какого зубца начинать вырезать?

Варвара кивнула.

– С четвертого. А заклинание – совсем простое! Тебе спасибо, Влхва, за науку! – поблагодарила Варвара. – А медведя надо в Зеленецкий зоопарк отдать. А то шатун наделает дел. Вдруг встретит кого-нибудь из зеленецких детей и нападет. В зоопарке о нем хорошо позаботятся. Еды там сколько угодно. И служители заботливые. А по весне, если медведь захочет, его обратно на волю выпустят.

– Тогда кидай гребень с другой стороны, чтобы косолапый не вырвался!

Сзади шатуна вырос непроходимый лес. К вечеру, когда зверь успокоился, его забрали в зоопарк.

– Завтра приходи ко мне снова! Гребень – это что! Завтра будем полотенце из воды прясть и каменные бусы делать.

Варвара целую неделю ходила к Влхве, и та передавала ей свой опыт. Но однажды, когда Варвара проснулась, на крыльце дома ее ожидал большой холщовый мешок, завязанный сверху. Варвара дернула за тесьму, и тут мешок заговорил голосом Влхвы:

– Прощай, Варя! Не могу я долго находиться на одном месте – дорога зовет!

Великая путешественница снова отправилась в путь.

– Вот, Варя, тебе мои подарки: гребень, полотенце и бусы. В случае опасности они помогут тебе.

Полудница жила в двух километрах от Зеленца. Дом у колдуньи был довольно необычный – больше похож на муравейник. Хозяйка встретила Варвару на улице. Она в это время делала что-то странное: черпала из колодца воду в самовар сковородкой. Хозяйка как-то рассеянно взглянула на гостью:

– Заходи! Дверь открыта.

Варвара подошла к муравейнику, но дверей не нашла. Тогда она обошла дом кругом и снова вернулась к колодцу. Полудница как раз закончила заливать самовар.

– Давайте помогу, – предложила Варвара.

Она взяла самовар из рук колдуньи.

«Интересно, где же вход в этот странный дом?» – думала девушка про себя.

Полудница подошла муравейнику и провела рукой по стене. Затем потянула на себя часть стены, которая оказалась дверью. Варвара молча вошла следом. Как ни странно, внутри жилища Полудницы было уютно и тепло. Овальной формы потолок светился ровным мягким светом, а на полу был ковер изо льна. Из этого же материала были и стены, и потолок, и вся мебель. Шкафы, полки, кровать, стол и кресло были будто сплетены из жестких льняных стеблей. Варваре понравилась эта льняная обстановка.

– Надо бы себе такой же уголок сделать, – подумала она.

Пока она рассматривала комнату, самовар уже закипел.

– Давай чай пить. Прошу к столу, – пригласила хозяйка.

Красивое кресло стояло рядом со столом. Но вот беда – оно было только одно.

– Садись, – сказала Полудница.

Варвара огляделась.

– А ты где сядешь? – спросила она у хозяйки.

Полудница подошла к охапке льна, лежавшей у стены и потащила ее к столу. Пока она шла обратно, ее руки что-то быстро вязали. И к столу она подошла точно с таким же креслом, какое уже было в комнате.

– Давно ко мне никто не заходил, – пояснила Полудница, – поэтому и кресло было только одно. Давай чай пить. Варенье у меня земляничное, вкусное. В июне дождей было мало, вот земляника и уродилась особо вкусная – воды не набрала. Сладкая и душистая. Пробуй.

– А где чашки взять?

– Так вот же!

На столе стояло большое фарфоровое блюдо. Полудница легко и без треска разбитой посуды оторвала от блюда кусок. Неровный осколок фарфора в руках ведьмы превратился в элегантную фарфоровую чашечку с блюдцем. Чай из самовара Полудницы был необыкновенно ароматным.

– Розетку для варенья тут же брать? – cпросила Варвара и протянула руку к блюду. Но, несмотря на все ее усилия, кусок фарфора не хотел отрываться. Варвара дернула посильнее, и тонкое блюдо прямо в ее руках разбилось на мелкие кусочки.

– Как неловко получилось!

Но странная колдунья неожиданно обрадовалась:

– Здорово! Как я сама до этого не додумалась? Теперь можно целый сервиз сделать.

Вскоре на столе появились шесть чашечек и блюдец, розетки, заварной чайник и сахарница.

– А где ложки?

Полудница протянула руку к полке и взяла в руку блестящую кастрюлю. Прямо на глазах у Варвары ловкие руки Полудницы вылепили из куска оторванного от кастрюли металла пару красивых чайных ложечек. Причем никакого скрежета разрываемого металла девушка не услышала.

– Как ты это делаешь? – спросила Варвара.

– Сама не знаю, – я с детства любила что-нибудь лепить. Сначала из глины, а потом моим рукам все стало подвластно: камень, металл, стекло. Я думаю, и у тебя должно получиться. Мне Катерина рассказывала, что ты можешь практически все.

– Я и сама не знаю, что могу, – честно призналась Варвара. – Но хочу все попробовать. Научи меня чувствовать материал и превращать его во что угодно.

– Давай поработаем над этим, – согласилась Полудница. – Соберись. Теперь бери ложку. Попробуй скатать ее в шарик. Положи ложку на свою ладонь и протяни мне свои руки.

Варвара положила ложку на ладонь и протянула руку Полуднице. Та взяла руку Варвары в свои и сказала:

– Сжимай ее!

Варвара сжала ложку и почувствовала, как та ожила в ее руках. Девушка даже немного испугалась и выронила ложку из рук.

– Как живая! – воскликнула она.

– Хорошо! Я думаю, у тебя получится, – сказала Полудница. – Попробуем еще раз.

Со второй попытки живая ложка стала ровным шариком.

– Теперь сама! – скомандовала хозяйка.

Варвара взяла вторую ложку. Однако ей удалось лишь слегка изменить форму ложки, но шарика не получилось.

– Помоги немножко, – попросила Варвара.

– Главное – это почувствовать жизнь в любом предмете, и все получится.

Полудница снова вложила ладонь Варвары в свою. Тут же металл в руке задвигался и превратился в кругляш.

– Тренируйся каждый день.

– А на расстоянии ты можешь изменять предметы? – спросила Варвара.

– Конечно. Для меня нет разницы. Могу лепить даже взглядом.

Полудница посмотрела на чашку с блюдцем, и на глазах у Варвары произошло превращение: чашка задвигалась и стала блюдцем, а блюдце превратилось в чашку. Если бы Варвара не видела все своими глазами, то подумала бы, что предметы просто поменяли местами.

– Посоветуй, с чего начать, – попросила девушка.

– Попробуй все. Сама поймешь, где удача, а где что не получается. А затем приходи – вместе разберемся. Ты должна овладеть моим искусством. Я думаю, это тебе поможет в борьбе с твоими противниками. Хорошо, если научишься оружие врагов направлять против них самих.

Варвара сидела в комнате и завязывала в узлы железные гвозди. Гвозди завязывались хорошо, а вот с серпами и старыми косами были проблемы. Не хотели они завязываться, а сразу ломались в руках юной ведьмочки. Тем не менее, от увиденного Мирослав остолбенел и долго стоял, открыв рот.

– А, привет! – поздоровалась Варвара с вошедшим Мирославом.

Тот целыми днями пропадал в Зеленецком институте науки. Мирослав сел рядом и с удивлением смотрел, как Варвара портит гвозди и косы, хоть и старые.

– Откуда это у тебя?

– Лешие принесли. Собрали по всем своим подвалам. Я им обещала к вечеру десяток лопат сделать и несколько ломов, чтобы лед на дорожках скалывать. Но пока у меня мало что получается. Наверное, что-то мне рассеянная Полудница не сказала, – обиженно пожаловалась Варвара Мирославу. – Или я что-то не так поняла. Ладно, продолжим.

У Мирослава снова раскрылся рот от удивления, когда увидел, как завязываются гвозди. Он взял один из них в руки и попытался развязать. Конечно, у него ничего не получилось. Мир огляделся вокруг и увидел стоящую у печки толстенную кочергу.

– Сможешь? – с интересом посмотрел он на девушку.

Варвара взяла кочергу, и та как пластилиновая легко завязалась в узел.

– А вот серпы почему-то ломаются! – Варвара никак не могла успокоиться. – Нет, надо к Полуднице снова вечерком зайти – у нее точно косы гнулись, а не ломались.

– Гнуться? Ладно. Верю! Но как ты собираешься делать из них ломики и лопаты? У тебя плавильная печь есть? Ведь, чтобы переплавить металл, его надо нагреть. По-моему, до полутора тысяч градусов.

– Нужно свою энергию вложить в металл, и тогда он оживет, – серьезно сказала девушка. – Полудница так делает. И вообще у нее в руках любой металл принимает любые формы, как податливая глина. Может из самовара сковородку сделать, а затем из сковороды молоток лепит.

– Тебе-то зачем это надо?

– Сама не знаю, но чувствую пригодится! – пожала плечами девушка. – Полудница говорит, что это умение точно поможет в борьбе с Мараной. Не волнуйся. Лепить металл я научусь. А вот, как это использовать в военных целях, я пока не знаю. Подумай над этим. Ты ведь у нас умный.

Масленица

Варвару и Мирослава пригласили в Зеленец на Масленицу.

«Приезжайте утром 16 февраля на всю масленичную неделю – будет весело! Проводим зиму и весну встретим», – прислал по Интернету приглашение Дед-Всевед.

Приглашение было красиво оформлено и содержало расписание мероприятий Масленицы. К письму прилагались два билета на «Желтый экспресс» и бронь на номера в лучшей гостинице Зеленца.

– Зачем гостиница, ведь лешие уже построили нам огромный дом? – удивилась Варвара.

– Дед-Всевед об этом, конечно, знает, но думаю, мы у него будем почетными гостями на полном пансионе.

– Поняла. Давай, читай программу праздника.

– Ладно, слушай: «Честная, широкая, озорная боярыня-Масленица. Приглашаем вас на веселое и чуть грустное прощание с зимой и встречу весны».

Программу масленичных мероприятий Мирослав сопровождал своими комментариями:

– Должны мы приехать утром 16 февраля. Слушай, каждый день имеет свое название. Здорово!

Понедельник – ВСТРЕЧА. Ну, это понятно. Встретят и накормят блинами.

Вторник – ЗАИГРЫШ. Это уже сложнее! Интересно, кто с нами заигрывать будет?

Среда – ЛАКОМКА. ТЕЩИН день. Вечером надо ехать к теще. Надо подумать, к какой.

Тапок с Вариной ноги тут же врезался в Мирослава.

– Пошутить нельзя! Предлагают лакомиться и разгуляться по полной программе. Полакомимся и разгуляемся.

ШИРОКИЙ четверг. ШИРОКАЯ МАСЛЕНИЦА. Мало среды оказывается! Надо гулять широко.

Пятница – ТЕЩИНЫ ВЕЧЁРКИ. Снова тещин день? А разобрался. Теперь мне приглашать тещу надо.

Варвара опять подняла тапок.

– ЗОЛОВКИНА суббота. Наконец-то и Варваре, досталось. Придется кому-то поработать! Тебе «посиделки» устраивать.

Воскресенье – ПРОВОДЫ. Конец каникулам! Погуляли всю неделю – теперь Масленицу надо как следует проводить. Отдохнем по полной программе, а то я уже устал учиться!

Мирослав думал, что Варвара с радостью примет приглашение Всеведа и будет веселиться всю неделю, но Варвара серьезно отнеслась к этому событию.

– Ты забыл, кто такая Масленица. По-другому ее раньше звали – МАРАНА! Поедем обязательно. Если мы сейчас и не можем до настоящей Мараны добраться, то Масленица – прекрасный повод напомнить Маране о себе. Пускай она почувствует, что о ней помнят! Сгорит кукла ярким пламенем!

Мирослав даже вздрогнул, так жестко Варвара сказала это.

– Нам целое купе выделили в «Желтом экспрессе». Какая честь! – удивился Мир, рассматривая план вагона. – Я мог бы и на «Голубой электричке» приехать. А ты на метле, как обычно. Ехать то ведь три часа.

– Я думаю, не только нас встречать будут на этом поезде. Поэтому придется подчиниться.

Зима еще не кончилась. Везде лежал снег, но все жители болотного поселения чувствовали, что после Масленицы весна придет – надо только зиму проводить. В Зеленце Масленица издавна считалась главным праздником. Многие городские домовые брали отпуск на всю неделю, чтобы приехать из Петербурга и других городов, побывать у тещи на блинах и на родине отметить проводы зимы. На всю неделю у местных зеленецких школьников и студентов были объявлены каникулы.

Масленицу любили. Зеленецкие старухи не отходили всю неделю от плиты, с удовольствием пекли блины и угощали друг дружку. Поэтому для большинства жителей Зеленца Масленица была веселым праздником живота.

Даже непримиримые враги – лешие и домовые – по доброму относились в это время друг к другу, и если дрались, то только в шутку. Все прежние обиды были на время позабыты. То лешие шли к домовым в гости, то сами принимали гостей, а то, обнявшись, отправлялись на канал Водяных, попробовать, какие на вкус могут быть блины, испеченные под водой. А гости Зеленца, туристы и те, кто не умел печь блины, собирались за длинным столом, установленным на мосту перед Домом Управы. Стол был накрыт на множество едоков круглые сутки. Под огромными стеклянными колпаками блины и чай были всегда горячими и, главное, бесплатными.

Понедельник – Встреча

«Голубая электричка» делала по нескольку рейсов день, загружая в себя леших и домовых то на Московском, то на Ладожском вокзале Петербурга. А для особ рангом повыше был предназначен «Желтый экспресс».

Зеленец ждал гостей и готовился. Уже в поезде проводник разнес путникам по купе приглашения от их друзей. Много открыток получили и ребята. Большую часть дороги Варвара и Мирослав разбирали их. Почти каждый дом в Зеленце приглашал харчевнивцев к себе.

– Тут и целой недели не хватит, чтобы всех обойти! Вот обид-то будет! – расстроилась Варвара.

– Потолстеешь! – не преминул подколоть подругу Мирослав.

– Да ну тебя! Скажи лучше, что делать?

От многих приглашений отказаться было нельзя. Прежде всего, они были обязаны посетить Деда-Всеведа. Прямо на вокзале знатных гостей из «Желтого экспресса» встречали многочисленные тройки. Вся привокзальная площадь была занята ими. К Варваре и Мирославу подъехала тройка рыжих коней.

– Это для нас? – не поверила Варвара.

Возница кивнул. Тройка сразу повезла ребят в Управу на вечер Встречи. По дороге ребята во все глаза смотрели на необычные приготовления к празднику.

Местные лешаки и домовые крепили к воротам качели, врывали в землю длинные столбы, предварительно привязав к их концу богатую игрушку или замороженного петуха, а затем смазывали столб маслом, чтобы лучше скользил. Потом столбы устанавливали вертикально – попробуй достань! Другие бригады строили высокие снежные горы для детей. А для молодежи – две огромные снежные крепости.

Одну строили лешие, а крепость напротив – домовые. Как всегда, ожидалась великая битва между вечно враждующими кланами. Крепости находились друг от друга на расстоянии двадцати метров, поэтому строители время от времени угощали друг дружку снежками. Те, в кого попал снежок, пока терпели и в драку не лезли, но грозились отомстить обидчику и напихать побольше снега за шиворот. Но праздничное настроение передалось всем. Угрозы были совсем не злые и сопровождались веселым смехом.

Рыжая тройка тем временем въехала на мост перед Управой. Прямо на мосту гостей встречал правитель Зеленца Дед-Всевед. Одет он был в овчинный полушубок, подпоясанный широким кушаком. На ногах огромные валенки. А вот шапки на голове у Деда-Всеведа не было. Да и не нужна она была Правителю, ибо густые седые волосы были у Деда-Всеведа до плеч, а борода до пояса. Он раскланивался, радостно здоровался с каждым гостем и просил посетить торжественный ужин в Управе.

– Ох, не люблю я официальных банкетов! – вздохнула Варвара. – Похоже на школьный выпускной или на собрание акционеров. Торжественно и скучно.

Но скучно не было. За обедом Дед-Всевед взял слово и рассказал о русской Масленице. Напомнил обо всех обычаях. А в конце своей речи сказал:

– Наша общая задача – сохранить праздник Масленицы на всей русской земле. Иначе весна к нам не придет. Мастерите куклу. Постарайтесь, чтоб Масленица горела ярко! Разбирайте мешки – это не подарки. Это ваши инструменты! Вы – не гости сегодня! Вы все – мои помощники.

У ног гостей неизвестно откуда появились огромные мешки. Варвара заглянула в свой. В нем были сложено множество ярких тряпок, женская одежда, масляные краски.

– Чья Масленица будет лучшей, тот в награду получит тройку лошадей, на которой приехал! Согласны?

– Конечно! – хором закричали гости.

«И зачем нам тройка? Кто за лошадями ухаживать будет? Придется здесь оставить, – подумал практичный Мирослав. – Лучше бы снегоход. Тогда бы я зимой по замерзшему болоту в Зеленец быстро добирался».

– Если выиграете – будет снегоход! – послышался голос Деда-Всеведа.

Мирослав огляделся и понял, что это замечание предназначалось только ему.

– Ну, я и нахал, – тихо сказал он Варваре.

Зеленецкие бабки выпроваживали мужей и детей из дома: «Идите гуляйте! Нечего под ногами путаться!» и начинали печь блины. Русская Масленица всегда славилась блинами, их качеством и количеством. Каждая хозяйка имела свой рецепт и держала его в секрете от соседей. Тесто замешивали и оставляли на ночь, а чтоб лучше взошло, просили помощи у месяца. Вечером, когда появятся звезды, старшая женщина в семье выходила к колодцу, смотрела на отражение небесного светила в воде и просила месяц заглянуть в окно и подуть на опару:

Месяц ты месяц,

Золотые твои рожки!

Загляни в окошко,

Подуй на опару!

Конечно, опара за ночь вылезала из кадки. С раннего утра женщины начинали печь блины.

Первый блин, испекаемый на Масленой неделе, – за упокой. Он должен быть обязательно КОМОМ – как память о могиле предков. Хозяйка специально льет тесто на еще не нагретую сковородку и старается придать блину форму холмика. Блин с поклонами клали на окошко «для душ родительских» со словами:

Честные родители наши, вот для вашей души блинок!

Обычно блины пеклись из гречневой или пшеничной муки, большие – во всю сковородку, тонкие и легкие. К ним подавались: сметана, яйца, икра, снетки и варенье. «Без блинов не Масленица, без пирогов – не именины!» – приговаривала хозяйка. После этого она приглашала всех за стол и награждала каждого Солнышком. Ведь круглый желтый блин так на него похож. Все дружно кричали: «Спасибо, горячее Солнце!» Да и как не почитать Солнце, дающее жизнь и силы всему живому?

А затем начинался праздник обжорства! Едоки брали пятый, десятый, двадцатый блин, запихивали их в себя и сопровождали каждый новый присказками:

«Блин дорог не один!»,

«Блины брюха не портят!»,

«Блин не клин, пузо не расколет!»

В первый день праздника зеленецкие дети обходили все избы на своей улице, поздравляли хозяев с наступлением Масленицы и выпрашивали блины. Пропев под окнами песенку, ребятишки входили в дом и просили:

Подайте широкой Масленице!

Если хозяйка подавала мало, ребята убегали со словами:

Паршивые блины

По аршину длины!

После обеда дети собирались на горе и, скатываясь, выкрикивали:

Широкорожая Масленица,

Мы тобою хвалимся,

На горах катаемся,

Блинами объедаемся!

Дети катались с гор во все дни Масленицы, взрослые же присоединялись к ним позже, со следующего дня. Ребята съезжали с гор на санях, на салазках, на обледенелых рогожах. На самой высокой горе проходили соревнования, кто быстрей и дальше съедет. Победитель получал мешок отборной пшеницы и картофеля для будущего хорошего урожая. Вы бы видели, с какой гордостью победивший «кормилец» тащил мешок больше своего роста в родительский дом.

Со вторника в Зеленце начались ИГРЫШИ. С этого дня Масленица разворачивалась во всю ширь. Дети, поев блинов, бежали кататься на каруселях и качелях, пытались взобраться на обмазанные скользким маслом столбы, чтобы достать желанного петуха. Но обхватить столб и подняться хотя бы на пару метров было невозможно. Под всеобщий смех верхолаз скользил вниз. Лишь через несколько дней, когда масло стерлось об руки и одежду многочисленных смельчаков, наиболее ловкому удалось вцепиться в добычу.

В обед к детям присоединялись родители. Как следует извалявшись в снегу, они вместе отправлялись к кому-нибудь гости. Всех ждали родные и знакомые:

«У нас свои горы готовы и блины испечены – просим пожаловать!»

Во вторник Мирослав и Варвара не успели выйти из гостиницы, а их тут же буквально похитили. У них на голове оказались огромные мешки. Аука и Боли-Бошка с кучей лешенят прямо с крыльца затащили ребят в сани и привезли их на Леший луч. Тут же усадили за стол.

Каких только варений не попробовали ребята с блинами. И ежевичное, и облепиховое, и черничное, и земляничное. Все запасы были выставлены на стол.

В гостях у Бабы-Язи. У тещи на блинах

В среду Мирослава и Варвару ждала Баба-Язя. Еще во время праздника в Управе зазвонил местный «видеотелефон». На блестящем подносе появилось изображение Бабы-Язи.

– С праздником тебя! – обратилась она к Всеведу.

– Спасибо, тебя также. Чего не приехала?

– Да стара я стала! Все кости ломит. Даже банька не помогает. Жду солнышка не дождусь, чтобы отогреться. Ребят можно попросить?

– Да! Можешь с ними поговорить. Я тебе своего лечебного снадобья с ними передам. Вмиг полегчает.

Серебряный поднос снялся со стены и подлетел к Мирославу и Варваре.

– Здравствуйте, дорогие! Прошу в среду ко мне на семейный праздник. Зятя – «к теще на блины».

– Сбывается! – улыбнулся Мирослав. – Даже теща нашлась – Баба-Язя.

– Нет у меня зятя, – сказала она Мирославу. – Придется тебя им сделать! – лукаво подмигнула она покрасневшей Варваре и исчезла.

– Я забыл предупредить, что тройка коней ваша на всю неделю, – сказал Дед-Всевед. – Быстро доедете – по прямой здесь до Лебяжьего озера близко. Кони вас за час довезут.

Утром тройка лошадей быстро домчала ребят по замерзшему болоту до Лебяжьего озера к одноногой избушке Бабы-Язи. Из трубы валил дым. Видно стряпня была в самом разгаре. Ворота были закрыты, а замок на дверях даже не лязгал зубами, как обычно.

– Испортился видно, – решил Мирослав. – Или замерз. Надо будет посмотреть.

В метре от замка висел колокольчик.

– Что ж позвоним, Баба-Язя видно по хозяйству занята.

Мирослав дернул за веревку колокольчика и… на ребят откуда-то сверху свалился огромный ком пушистого снега. Пока ребята отряхивались и отплевывались от снега, ворота распахнулись и навстречу выбежали встречающие: семья серых волков и сама Баба-Язя.

– Ну, как колокольчик? – смеясь, спросила Баба-Язя. – Традиции соблюдены, так теща и должна зятя встречать – в сугробе извалять.

– Да, так попасть! 1:0 в твою пользу, – не обиделись Мир и Варвара.

И тут Мирослав заметил, что замок весело скалит зубы.

– Пожалуй, даже 2:0, – добавил он.

Особенно радовался Варваре и Мирославу подросший волчонок. За шесть месяцев, прошедших с лета, он в росте почти догнал родителей, но был еще очень неуклюжим, и на поворотах его смешно заносило. Поэтому от избытка чувств волчонок не сумел вовремя остановиться и с разбегу повалил Варвару в сугроб.

– Не страшно, что в снегу – печь натоплена. Отряхивайтесь, все мигом просохнет! Заходите в гости. Я сейчас одна. Водяные спят, а Лешан у родственников в Зеленце, может, вы там с ним встретитесь. Зато ваш друг Водовлад о вас помнит и угощение вам прислал.

К блинам от подводного царя полагались мелкие ладожские снетки и икра. Целый день провели ребята у Бабы-Язи. После обеда Мирослав проверял технику. Все, что он чинил летом, было в полном порядке и работало. Тем не менее, он заменил несколько подшипников на ветряках, смазал костяную ногу у избушки. В это время Баба-Язя долго беседовала с Варварой.

– Нам с тобой не только праздник отмечать. По делу поговорить надо! Да не один раз. Обсудить, как с Мараной и ее помощницами справиться. Узнала я, кого она себе в компанию подобрала.

– Расскажи бабушка, кого?

– Некоторых ты знаешь: Нава, Ворогуша. Но самое главное, что объединилась сейчас Марана со своей родственницей – хозяйкой Похьёлы – Лоухи.

– Кто это? Ты мне раньше о ней ничего не рассказывала. Хотя вроде я несколько раз слышала это имя.

– Да я и сама забыла об ее существовании. Почитай шестьдесят лет о Лоухи ничего слышно не было. Жила себе в Финляндии. И вот те на! Вернулась. Могучая ведьма! Да и с Навой и Ворогушой придется повозиться.

Варвара поморщилась:

– Я их в бутылку засуну!

– Согласна – не ведьмы это. Мелочевка! Но думаю, они тебе постараются напакостить. Могут наслать разные болезни. Или нагнать вампиров и оборотней. Приятные, кстати, ребята. С непривычки можно испугаться. Показать? Веселые картинки со страшилками у меня есть!

– Ой! – вскликнула Варвара, увидев пару обросших шерстью оборотней с сияющими глазами и торчащими клыками.

– Вот тебе и «Ой!» Так что учиться, учиться и учиться! Запамятовала, кто это говорил? Не помнишь?

– Не помню, Язя. Надо у Мира спросить. Он все знает.

– Итак договорились – после праздников жду тебя!

– А ты приедешь в пятницу, к нам с Мирославом с ответным визитом?

– Конечно, внучка! Мазь Всеведа действительно чудесная – заметно полегчало. Думаю, что к пятнице совсем пройдет.

– Баба-Язя, приезжай, если поправишься!

Взятие снежной крепости

В ШИРОКИЙ четверг в Зеленце продолжался разгул.

Жители Зеленца предавались всевозможным потехам. Развлечения были на любой вкус. Для ребят: ледяные горы, аттракционы и качели. Для молодцев устраивались борьба и кулачные бои. Для эстетов – катание на лошадях по лесу и карнавалы. А для любителей поесть и посмеяться – шумные пирушки и балаганы.

Вечером зрители собрались на мосту и сверху наблюдали за сражением между двумя снежными крепостями, построенными на берегу озера Щало. Сначала лешие и домовые осыпали друг друга градом снежков. Для этого использовались подготовленные местными умельцами катапульты и снежные пушки. Причем горы заранее налепленных снежков летели в цель довольно точно. Вскоре многие сражающиеся противники наглотались снега и с трудом открывали залепленные снежками глаза.

Наконец раздался мощный клич «Ура!» и лешие и домовые ринулись из своих крепостей на штурм. Ну и побоище началось! Домовые и лешие сразу же вцепились друг в друга. К тому же из открытых ворот каждой из крепостей вырвались тройки огромных лошадей, готовых все снести на своем пути. В них сидели самые сильные бойцы, целью которых было разрушить снежные стены крепостей противника. Черная тройка домовых и серая тройка леших устремились на штурм.

Но тут их ждал заранее подготовленный Дедом-Всеведом сюрприз. Правитель Зеленца в этом году пригласил своего брата из вологодских лесов – великана Студенца. Тот был ростом даже больше Деда-Всеведа и очень похож на своего брата. Правда, вместо волос с головы снежного великана свисали сосульки. Одет он был в серебристый кафтан. На ногах ледяные сапоги. В руке держал ледяной посох.

«Если бы не суровое выражение лица, то лучшего Деда Мороза не найти!» – подумал Мирослав.

Стоящий рядом Дед-Всевед кивнул:

– Ты прав!

Конечно, волшебникам не хотелось, чтобы веселый праздник превратился в привычное побоище. И вот что они придумали.

Водяные выкатили три огромные бочки с ледяной водой. Рядом с ними стоял великан Студенец. Он легко остановил одной рукой рвущиеся на штурм тройки. Кони встали на дыбы, но Студенец быстро их усмирил. Дед-Всевед дал сигнал водяным. Те опрокинули бочки. Когда вода разлилась и достигла дерущихся леших и домовых, Студенец дунул, и вода мгновенно превратилась в твердый лед, на котором удержаться было невозможно.

Домовые и лешие покатились прямо в озеро. Весь народ смеялся над ними. А с другой стороны, к кувыркающимся на льду озера домовым и лешим уже мчалась длинная Скатерть-Самобранка, вся уставленная пышными блинами и вазочками со всевозможными вареньями, сметаной. В больших кружках дымился горячий чай. На бывших защитников снежных крепостей сверху посыпались мягкие удобные подушки.

Правда, некоторые разгоряченные бойцы еще пытались тузить друг друга, но тут к прикатившимся от снежных крепостей гостям вышел сам Дед-Всевед. Все сразу успокоились и повернулись к верховному правителю.

– Спасибо вам за великолепное зрелище, которое вы нам подарили! Спасибо вам за прекрасные крепости, которые вы нам построили! Все мои гости просили меня, чтобы вы их не разрушали. Ваши дети тоже хотели, чтобы эти крепости подольше, до самой весны, постояли в нашем Зеленце. Пусть дети играют и сами штурмуют крепости. А вы угощайтесь! И вот вам награда.

На груди у каждого бойца неожиданно появились красивые медали «За взятие Снежной крепости».

– Дед-Всевед, мне сказали, что Студенец твой брат? – спросила Варвара.

– Да. Сводный. Мой отец когда-то был женат на одной северной колдунье. Она мать Студенца и кстати – двоюродная тетка Мараны, – улыбнулся Дед-Всевед. – Чувствую, ты хочешь меня попросить, чтобы он тебя кое-чему научил? Попробую договориться.

Тещины вечерки

В пятницу Зеленец отдыхал после Широкого четверга и готовился к тещиным вечеркам и золовкиным посиделкам. Зятья приглашали в гости своих тещ, угощали их блинами. А в субботу по масленичному обычаю – золовкины посиделки. Молодые невестки приглашали к себе в гости золовок – сестер своих мужей. Девушки должны были ублажить своих новых родственников. Как следует их накормить и подарить золовкам подарки.

Пока в Зеленце старшие отмечали свои семейные праздники, зеленецкие ребята обживали оставшиеся им от родителей снежные крепости, закидывали друг друга снежками и устраивали свои сражения.

«Целую неделю Масленица пела-плясала, ела-пила, друг к дружке в гости хаживала, с гор каталась, в блинах валялась, в масле купалась». Масленичная неделя была буквально переполнена праздничными событиями, традиционными играми и затеями. Сил, энергии, задора у жителей и гостей Зеленца хватило на все, поскольку царила атмосфера всеобщей радости и веселья. Эту атмосферу помогали создавать артисты местного театра и студенты Зеленецкого института, работавшие всю Масленичную неделю волонтерами. Уставших и заснувших на улице обязательно доставляли по домам или относили в комнату отдыха.

– Ты блины печь умеешь? – спросил Мирослав. – Я вот тут на всякий случай из Интернета побольше разных рецептов «скачал». Раз друзей в пятницу пригласили, то никуда не денешься – придется готовиться как следует, чтоб не оплошать!

– Давай, соединим пятницу и субботу, – предложила Варвара. – Ты как зять будешь гостей принимать, а я как золовка пообщаюсь со всеми – вдруг, что полезное узнаю! А блинов я напеку, не волнуйся. С лешими я уже договорилась – варенье самое вкусное будет. Они и рады, что ведьма просит. Но теперь не отвертишься. Раз нам построили дом и дань платят, отвечать за них придется! А ты куда собрался? – спросила Варвара.

– У нас ведь не только Масленица, а еще и новоселье. Гостей будем принимать в нашем новом доме. Пойду протоплю печку.

Мирослав уже несколько раз ходил из гостиницы в их новый дом и протапливал его. Хотя окна были хорошо законопачены заботливыми лешаками, но дом был очень большой и поэтому прогревался медленно. Печь была чуть теплой и почти не согревала воздух в комнатах. Мирослав даже куртку не снимал. Было понятно, что без помощников не обойтись.

«Лешие, конечно, помогут, но зачем им праздник портить, – подумал Мирослав. – Придется сегодня здесь остаться и топить всю ночь».

Мирослав вздохнул, и тут в углу раздался легкий стук.

– Кто здесь? – обернулся юноша.

В углу комнаты стоял маленький человечек в красивом бордовом кафтане, колпаке и шлепанцах с загнутыми концами.

– Позволь представиться, хозяин. Ваш домовой, Пыльян Затрубников. Чем могу помочь?

– Холодно в доме, – пожаловался Мирослав. – Как будем завтра гостей принимать!? Хоть приглашение отменяй.

– А ты с печкой забыл поговорить, не погладил ее, не попросил греть получше, – подсказал Пыльян. – Сейчас я все устрою.

Он ловко нырнул в печку и быстро пробежался вверх-вниз по трубе.

– Договорился! Можно мне зажечь огонь, хозяин?

Домовой по-своему переложил в печке дрова и поджег их. Дрова вспыхнули как порох, и печка загудела. Через несколько минут Пыльян похлопал по кирпичам и довольно сказал:

– Ну вот! Совсем другое дело. Какую температуру закажешь, хозяин?

Мирослав дотронулся до печи и отдернул руку. Горячо! Вскоре воздух в гостиной заметно нагрелся.

– Ты не Банником раньше работал?

Пыльян кивнул:

– Приходилось!

– Градусов двадцать. Больше не надо, у нас ведь не баня. Спасибо тебе большое. Спас наш первый прием. Приглашаю тебя завтра на наш обед. Не откажи отведать с нами блинов.

Кроме Бабы-Язи Варвара и Мирослав пригласили Полудницу, а также гостеприимных Ауку с женой и Боли-Бошку.

– Жалко Влхва путешествует и не сможет приехать. Она меня многому научила, – сожалела Варвара. – А Дед-Всевед понятно не может. У него полна Управа всяких важных персон со всей страны.

– Может, попробуешь Прасковью с Мерлином вызвать? – предложил Мирослав. – Давно мы их не видели.

– Как я забыла! – воскликнула Варвара. – Где блюдце?

Блюдце сразу вырвалось из рук девушки и буквально запрыгало по столу, летая от одной буквы к другой.

– Прасковья. Выходи на связь. Будешь у нас в гостях?

– Да! Но только минут на десять! Мне нельзя превышать лимит времени. Думаю, летом оно нам очень пригодится.

На столе, покрытом красной скатертью, стояло несколько тарелок, на которых высокими горками поднимались блины. Приятно шумел самовар, а в разных вазочках глянцем блестели всевозможные варенья. Варвара потчевала гостей, и все нахваливали ее блины. Аука и Боли-Бошка вначале робко жались, увидев громадную Бабу-Язю и Полудницу, которая тут же превратила ложку в вилку, чтобы подцепить себе на тарелку блин. Но вскоре они почувствовали себя равными, так Баба-Язя рассыпалась перед ними в благодарностях за дом, построенный для ее внуков.

– Ко мне на каникулы присылайте своих лешенят! – почти приказала она Ауке и его жене. – Им хорошо будет и мне веселее.

– Спасибо, Баба-Язя! – благодарили те.

– А вас больше никакая Марана не обидит. Я за вами всеми присмотрю, в обиду не дам, – заверила Баба-Язя. – Ребятам нашим этим летом предстоит большое путешествие. Затем им учиться в институте в городе. Не часто они будут появляться в Зеленце.

Наконец появились Мерлин и Прасковья.

– Залетели к Всеведу. Поздравили его с Масленицей и приходом весны и сразу к вам. Привет внучка! Привет, Мир! Здравствуй, Язя. Здравствуйте все! – было видно, что Прасковья торопится. – Где мой блин? Что ж, умеешь – вкусно! Оставляю вам Мерлина. Он за меня. А мне пора!

Прасковья поцеловала Варвару и исчезла. Девушка расстроилась:

– И пяти минут не побыла!

– Не обижайся на нее, – сказал Мерлин. – Время, отпущенное Прасковье, просто так тратить нельзя. В борьбе с Мараной этим летом помощь твоей прабабки очень пригодится. А ты не грусти – давай лучше блинами угощай!

Варвара сжигает Марану

В воскресенье – ПРОЩЕНЫЙ ДЕНЬ. В Зеленце устраивали проводы Масленицы.

Всю субботу Варвара мастерила куклу, и она очень удалась. Огромная баба в серой накидке, с седым париком возвышалась во дворе их нового дома. Она была необыкновенно похожа на Марану. Соседи-лешие, увидев куклу, так похожую на серую ведьму, испуганно пятились со двора. А Варвара с ожесточением плясала вокруг куклы и втыкала в Масленицу булавки, не переставая бормотать под нос заклинания и проклятия.

– Варя, ты мне напоминаешь северных шаманов, – удивленно посмотрел на подругу Мирослав. – Где ты этого набралась? Неужели на занятия по черной магии ходила? Ты же Катерине обещала, что черной магией заниматься не будешь.

– Во-первых, чтобы бороться с врагом надо владеть его оружием, а во-вторых, про шаманов ты прав. Гостит сейчас один шаман в Зеленце. И мне было просто интересно посмотреть на пляски народов Севера. Заходила к шаману в гости. Мне показалось, что в этом что-то есть.

– Не знаю, что бы тебе сказали Катерина и Баба-Язя, но, на мой взгляд, тебе пора к психотерапевту.

– А Марану я все равно сожгу!

Мирослав посмотрел на куклу и вспомнил про обещанные Дедом-Всеведом призы.

– Сгорит кукла, и никто не вспомнит, какая она была. Надо что-то придумать, чтобы всем запомнилось.

И тут ему в голову пришла великолепная идея, и Мирослав бросился в Зеленецкий институт. Сама же Варвара направилась к Ауке и Боли-Бошке и попросила собрать с десяток леших ей в помощь.

– Помогите мне завтра сделать костер побольше и установить Масленицу.

Конечно, могучей ведьме никто отказать не посмел, и на следующий день праздничное шествие двинулось от дома ребят в центр поселения. Несколько самых сильных лешаков тянули сани с куклой. Дети леших получили разные музыкальные инструменты. У кого был шаманский бубен, у кого колокольцы и дудки. Лешенята скакали вокруг саней и извлекали из своих инструментов жуткие звуки. Привлеченные этим шумом из домов выходили жители и присоединялись к шествию. Вскоре уже большая толпа двигалась к центру поселения. И через час Варварины лешие притащили сани к мосту перед Управой.

– Теперь за дровами для костра! – скомандовала Варвара.

Лешие радостно бросились исполнять приказания юной ведьмы. Попутно они учили своих детей лешенят выбирать дрова для масленичного костра.

Ельник, березник – на чистый понедельник!

Уж то ли не дрова —

Осиновы дрова, березовы дрова!

Подавайте их сюда

На Масленицу, на горельщицу!

Веселую песню пели лешие, притаскивая к озеру полные охапки осиновых и березовых дров.

Кукла, сделанная Варварой, была огромная – метров пять ростом. Когда лешие подняли Масленицу и усадили куклу на кол, то ее увидели все жители Зеленца. Ветер раздувал серое платье куклы и трепал ее седой парик. Многим показалось, что кукла ожила. Некоторые тут же отбежали от куклы.

– Марана вернулась! – испуганно кричали они.

– Я всех бывших помощников серой ведьмы и ее сторожей, всю нечисть Мараны на праздник пригласила – пусть ей расскажут, как я к ней отношусь, – зло сказала Варвара Мирославу.

Мирослав спорить не стал. Но на счет нечисти забеспокоился:

– А эта Маранина нечисть в Зеленце ничего не натворит?

– Не бойся, я их всех на частокол булавками пришпилила, никуда не денутся, но пусть посмотрят на это зрелище и Маране передадут. Серая ведьма должна знать, как я ее сожгу! Сожгу, поломаю, пепел по ветру пущу! И всех, кто рядом с ней окажется.

Мирослав только покачал головой.

Каждая улица в Зеленце провожала Масленицу по-своему. Даже водяные сжигали куклу. Хотя многие и спали всю зиму в своих подводных хатах, но просыпались на три праздничных дня, чтобы встретить весну. Водяные утаскивали Масленицу в прорубь и там под водой придавливали ее большим камнем. Говорят, что у них там есть особый огонь, который мог сжечь чучело даже под водой.

Большинство из приглашенных Дедом-Всеведом гостей решили принять участие в соревнованиях на лучшие проводы Масленицы. Всем хотелось получить в награду прекрасную тройку лошадей. Но в большинстве случаев конкурсанты к празднику подошли традиционно. Делали соломенную куклу, одевали ее в женский костюм, ходили с ней по Зеленцу, а затем сжигали.

Зато студенты Зеленецкого института постарались устроить настоящий карнавал. Они переоделись в старинные костюмы и вплели ленточки и бубенцы в гривы лошадей. Ряженая молодежь отправилась на лошадях с соломенной куклой в лес, просить об урожае грибов и ягод. Саму Масленицу нарядили в кафтан, шапку, опоясали кушаком, ноги обули в лапти, и усадили ее на сани. В лес ехали с песнями:

Дорога наша гостья Масленица,

Авдотьюшка Изотьевна,

Дуня белая, Дуня румяная,

Коса длинная, триаршинная,

Лента алая, двуполтинная,

Платок беленький, новомодненький,

Брови черные, наведенные,

Шуба синяя, ластки красные,

Лапти частые, головастые!

Один из колдунов, участвующий в конкурсе, посадил чучело Масленицы за прядильный станок и заставил ее крутить колесо.

Другой начал свой заезд прямо от Управы. Он и его подчиненные приготовили целый масленичный свадебный поезд. Десять лошадей запрягли в большую повозку. Лошадей впрягали гусем – одна за другой; на каждую из них посадили лешего в рубище, разодранном с ног до головы, всего выпачканного сажею; один леший держал большой кнут, другой – метлу; остальным навесили на шеи коровьи колокольчики и всякие погремушки.

В самую большую повозку посадили огромного лешего, тоже испачканного сажею и в грязном рубище, а рядом с ним сидела кукла Масленица. Подле лешего стоял бочонок со сладким напитком и раскрытый сундук со съестными припасами – пирогами, пряниками, оладьями и блинами. Шумный поезд под смех и шутки проехал по всему Зеленцу. Леший горстями черпал сладости из сундука и разбрасывал их, одаривая всех зрителей подарками.

Многие тут же подхватили этот почин. Множество поездов разъехалось по Зеленцу, и все они возили чучело Масленицы. Поезда и сопровождающие ездили по поселению до темноты, с песнями и шумом.

Ой, Масленица-кривошейка,

Состречаем тебя хорошенько!

Сыром, маслом, калачом

И печеным яйцом!

Состречаем и проводим!

К вечеру все масленичные поезда съехались к центру Зеленца на берег острова Щало. По всему берегу зажглись масленичные костры. На мосту и на балконах, на крышах ближайших домов собралось много народу, было весело, звучали звонкие песни. С Масленицей прощались и в шутку и всерьез. Подбрасывая солому в огонь, ребята усердно повторяли:

Масленица, прощай!

А на тот год опять приезжай!

Пепел от чучела рассеивали на ближайших огородах и по полю, чтобы придать силу будущему урожаю. А самые маленькие дети грозно кричали:

Убирайся вон, рваная старуха, грязная!

Убирайся вон, пока цела!

Хозяйки кидали в костер блины со словами «Горите, блины, гори, Масленица!» Парни, перемазанные сажей, старались и других выпачкать, в первую очередь, конечно же, своих девушек, а мужики постарше – любимых тещ:

Теща, люли, поджаривай блины!

Пришла очередь Варвары сжигать чучело Мараны. Девушка зажгла два факела и дала их местным ребятишкам. Лешенята подошли к чучелу и попробовали поджечь его. Но то ли порыв ветра, то ли чучело подолом своего платья махнуло, и оба факела погасли.

– Не хочешь гореть?! Я так и думала! – улыбнулась ведьмочка и подняла руку. От золотой змейки к серому чучелу потянулась золотистая ниточка. Варвара провела рукой сверху донизу, и Марана-Масленица вспыхнула.

Чучело замахало горевшими руками как живое, начало разбрасывать вокруг себя искры и жутко завыло. Лешие испуганно попятились, но, увидев, что Варвара схватила за руку северного шамана и радостно с ним отплясывает вокруг костра, присоединились к ним.

Искры от костра сжигаемой Мараны взлетали высоко в небо. Когда Марана разгорелась особенно ярко, в дело вступил Мир.

– Пожалуй, пора! – пробормотал он.

Юноша достал из куртки пультик, и из рукавов сарафана и снизу из-под подола платья куклы вырвались фонтаны искр. Теперь Марана заревела и задрожала.

– Что это? – все гости испуганно отбежали, и даже Варвара попятилась.

И тут она увидела, что Мирослав нажимает какие-то кнопки на пультике, направляя его на чучело.

– Поехали!

Масленица медленно, как ракета, набрала высоту, взлетела на сотню метров над Зеленцом и зависла в небе. Затем стала выбрасывать в разные стороны мощные залпы разноцветного салюта. Их было не меньше тридцати. Яркие снопы разноцветных огней расцветили все небо.

– Ура! – кричали тысячи жителей Зеленца после каждого такого залпа.

– Ну, ты даешь, Мир, и это всего за один вечер! – восторженно сказала Варвара. – Местным волшебникам до тебя далеко.

– Пора объявлять победителя, – произнес Дед-Всевед. – Жюри на этот раз приняло единогласное решение. Такое чудо мог сотворить только великий волшебник. Наш победитель скромно отказался от тройки лошадей – пожелал лишь одну. Его желание придется выполнить!

Сверху раздался громкий хлопок, и все увидели, как прожекторы выхватили яркий парашют, спускавшийся с небес. На парашюте летел снегоход!

– Неужели ты победил! – восторженно прошептала Варвара.

– Но ведь чучело-то ты сделала.

– Ничего – дашь покататься!

Все вокруг кричали и хлопали в ладоши, признавая полную победу Варвары и Мирослава.

Зеленецкий народ долго прыгал вокруг масленичных костров. Но тут из здания Управы раздался удар гонга, и все разом умолкли. Мужчины запалили от костров смолистые факелы, и все жители болотного поселения отправилось на местное кладбище. Они разбрелись по могилам своих родственников и на каждой оставили по блину. Затем вся процессия снова вернулась на мост перед Управой, и все стали просить прощения друг у друга:

«Прости меня, пожалуйста, буде в чем виноват пред тобою».

– Простите, Катерина и Михаил, что не уберегла вас, – вздыхала Варвара. – Но скоро лето и конец тебе Марана.

– Простите, Катерина и Михаил! – услышали ребята слова Деда-Всеведа. – Простите, Варвара и Мирослав, что подвергаю вас риску.

У Студенца

Утром все прощались с Зеленцом. Мирославу не терпелось оседлать снегоход и прокатиться до самой Харчевни. Варвара же подошла к Деду-Всеведу.

– Дед-Всевед, ты уже говорил со Студенцом?

– Да, – улыбнулся Дед-Всевед. – Я уже с ним договорился.

– Дед-Всевед, ты всегда знаешь, что я хочу! – аж подпрыгнула от радости Варвара.

– Студенец со своими дочерями ждут тебя в гости. Поедешь?

– Конечно! – не совсем уверенно произнесла девушка и посмотрела на Мирослава. – Прямо сейчас и отправимся.

– Мирославу туда нельзя. Никакой обычный человек в доме Студенца не выдержит, – покачал головой Дед-Всевед.

– А я что не обычная?

Дед-Всевед улыбнулся:

– Как тебе сказать… но все равно. Ох, боюсь, замерзнешь у Студенца. Вот тебе сундучок с моими подарками, открывай сразу.

В сундуке лежали лисий полушубок и такая же шапка, валенки, рукавицы мехом внутрь, легкое одеяло и огниво.

– Спасибо! – И девушка стала примерять обновки.

– Шубу я заговорил. Неделю будет тепло давать. Но если все же начнешь замерзать, то отойди подальше от дома Студенца на любую лесную полянку, чиркни огнивом и вокруг сразу лето наступит. Вмиг согреешься. Готова?

– Конечно!

– Тогда его кони сейчас тебя заберут. Прощайся с Мирославом!

Дед-Всевед хлопнул в ладоши, и перед ними появилась тройка огромных белых коней. Кони нетерпеливо били копытами по снегу, а из-под их копыт вылетали голубые искры.

– А кто же конями править будет? – испугалась Варвара. – Я не умею!

– Не бойся, кони волшебные: Декабрь, Январь и Февраль. Они сами довезут тебя куда надо.

Дед-Всевед ласково потрепал коней. Только Варвара села в сани, как налетел снежный вихрь. Провожающие закрыли глаза руками от летевшего снега. Но через несколько секунд вновь стало тихо.

– Где они? – удивился Мирослав. – Не могли кони так быстро умчаться.

– Я думаю, что Варвара уже на месте.

– Дед-Всевед, ты же говорил, что усадьба Студенца находится в Вологодской области.

– Так кони скачут не по земле, а несутся в снежном вихре по небу.

– Не опасно?! – испугался Мирослав.

– Да Студенец всю жизнь так ездит и меня на своих конях катал. Вот так закружит, снег в глаза, а когда успокоится – ты уже за сотни миль отсюда.

Варвара открыла глаза. Тройка коней била копытами на лесной поляне. Вокруг поляны стоял лес из вековых елей. А перед девушкой был большой деревянный терем с серебристой от снега крышей. На крыльце терема ее встречал Студенец со своими дочками и обнимал обеими руками. Увидев появившуюся тройку, одна из дочерей радостно засмеялась и бросилась к Варваре.

– Ура, у нас гости! Спасибо, папочка. Меня зовут Снежана. Снегурочка, ты чего стоишь?

Вторая же дочь Студенца так и осталась на крыльце. Она грустно улыбнулась Варваре.

– Весна наступает. Скоро она нас покинет, – тихо шепнула Снежана.

Варвара, оглядываясь по сторонам, вошла в дом. Потолки в жилище Студенца были покрыты наледью, всюду в углах – иней, а на окнах – ледяные узоры. Но в полушубке, подаренном Дедом-Всеведом, Варваре было совсем не холодно.

– Не будем терять времени. Первый урок через час, – сказал снежный великан. – Учиться замораживать лучше всего в лесу. Там зима чувствуется.

Студенец и Варвара вышли из дома. Пройдя немного по лесу, они вышли на небольшую поляну, освещенную лунным светом. На ней стояла маленькая избушка. Избушка была старенькая, кособокая, вся поросшая мхом. На пороге избушки сидел маленький старичок.

– Хранитель моего посоха. Все предлагаю ему к себе в дом переехать. Отказывается. Доставай! – скомандовал Студенец.

Старик-леший с трудом вытащил из избушки огромную дубину.

– Это и есть волшебный посох, – догадалась Варвара.

Сквозь ледяные наросты было видно, что посох серебряный.

– Дед-Всевед, кажется, подарил тебе огниво? – спросил Студенец.

– Да! А вы откуда знаете? – удивилась Варвара. – Только я его дома в сундуке оставила.

– Ничего, сейчас нам сын этого старика его принесет! Где этот лентяй? Спит, наверное, на какой-нибудь сосне.

Студенец хлопнул в ладоши, и с сосен попадали большие снежные шапки.

– Ну, где этот лесной ленивец?! – разгневался Студенец.

Наконец из одного сугроба раздалось громкое «Апчхи!» и показалось нечто покрытое мягким снегом. Леший отфыркивался от снега, попавшего в рот и нос, но глаза его были закрыты.

– Ну и помощничек, – поморщился Студенец.

Он недовольно взялся за посох.

«Сейчас его в сосульку превратит! – подумала Варвара. – Лучше я сама вызову огниво. Мне это пара пустяков. Оно само сюда прилетит!»

Девушка хлопнула в ладоши, и через минуту в ее руках появился подарок Деда-Всеведа. Великан уважительно посмотрел на юную ведьму.

– Дочерей научишь? – спросил Студенец.

– Конечно-конечно, – заверила Варвара. – Что дальше мне с огнивом делать?

– Выходи в центр поляны, стукни кремнем о кремень и попроси, чтобы весна наступила. А еще лучше в лете оказаться.

Варвара так и сделала. В то же мгновение деревья покрылись листьями, зазеленела трава. В центре поляны вспыхнул яркий костер из неведомо откуда появившихся поленьев. Он ярко осветил все вокруг. Варвара недоверчиво потрогала травку.

– Настоящая! – удивленно сказала девушка. – Цветочки так чудесно пахнут.

– Вот нам с тобой и придется поправить это недоразумение. Пусть природа еще поспит под снежным одеялом.

Студенец поднял свой серебряный посох и что-то прошептал. От посоха отделилась маленькая палочка.

– Держи волшебную палочку. Маленькая, да удаленькая! – заверил Студенец. – Сила в ней та же, что и в большом посохе. Верить только надо в силы свои.

– Я это знаю. Меня старшие подруги этому учили! – ответила Варвара.

– Говорят ты молнии пускать мастерица!

– Да вроде получается, – ответила Варвара.

– Тогда для начала попробуй свои молнии окрасить в холодный голубой цвет. Смотри! – Студенец ударил по земле посохом и направил его на ближайшую березку.

В небо взлетел огромный голубой фонтан, который окутал деревце и осыпался ледяными искрами. Листья мгновенно покрылись инеем, стали скручиваться и чернеть. Затем они с тихим шелестом посыпались на землю. А само дерево покрылось серебристым налетом инея.

– Подожди немного. Скоро мы тебя снежком прикроем, не замерзнешь! – ласково сказал Студенец березке.

– Теперь ты! Деревьев много. Выбирай.

Варвара взмахнула своей серебряной палочкой, и листья на соседней березке также начали скручиваться и почернели.

– Ура! – воскликнула девушка. – Получилось.

В этот момент дерево, над которым колдовала Варвара, ярко вспыхнуло и загорелось.

– Ой! – огорченно сказала Варвара.

– Я так и подумал! – кивнул Студенец. – У тебя как-то по-другому листья сворачивались. Оказывается не от мороза, а от жара. Хотя сила, конечно, в тебе огромная. Давай продолжай, – кивнул Студенец на следующее дерево.

– Не хочу больше деревья портить. Может быть, на чем-нибудь другом попробуем?

– Давай на воде. Здесь ключи бьют, зимой вода никогда не замерзает.

Студенец подошел к небольшому овражку на краю поляны:

– Воды полно.

Он слегка коснулся поверхности воды посохом, и овражек тут же зазвенел, покрывшись толстым слоем льда. Затем Студенец показал девушке на следующий овражек с водой:

– Действуй.

Варвара коснулась палочкой воды. Не прошло и минуты, как от ямы повалил пар, а затем вода забулькала.

– Кипяток! – усмехнулся Студенец. – Сколько же в тебе энергии! Такое озерцо вскипятить. Пожалуй, даже мне теперь не удастся этот котел с кипятком сразу заморозить.

Студенец шумно дохнул на творение Варвары. Пар от его дыхания осыпался на землю ледяными искрами. Но с первого раза снежному великану удалось лишь слегка уменьшить горячий пар, поднимающийся над водой.

– Студенец, дай мне еще раз попробовать! Я, кажется, поняла, и думаю теперь все получится, – задумчиво сказала Варвара. – Кажется, мне мои друзья волшебники подсказали, что делать.

– Кто такие?

– Мирослав и Катерина.

– Да мне Всевед об этих магах много рассказывал. Большой ученый твой друг. Хотя и молодой! На Масленице салют был мастерский! Но его же здесь нет? Какая у тебя с ним связь? А ведьма Катерина, кажется, где-то пропала. Она-то как могла подсказать?

– Да нет, раньше это было. Когда они меня учили. Не знаю, правда. Может, без них и не получится. Разреши еще разок!

– Давай!

Горячий пар еще поднимался над овражком. Варвара подняла свою палочку-сосульку, и тут пар начал пропадать и через минуту над озером завис предмет странной формы. Размером он был с канистру с закругленными краями. Но главное он был изо льда!

– Что это? – изумленно спросил Студенец.

– Морозильная камера от холодильника! – гордо пояснила Варвара.

– А она-то нам зачем?

– Дает холод и не горит! – гордо заявила Варвара.

Повисев в воздухе, странный ледяной предмет упал в воду. Затем еще несколько кусков льда посыпались в озерцо. Постепенно овражек заполнился льдом и, наконец, полностью замерз. Студенец пожал плечами, но, увидев, что девушка довольна своим успехом, решил похвалить ее.

– Молодец! Рад, что у тебя получилось. Теперь давай присыплем деревья снегом. До весны еще далеко. Это надо сделать, чтобы деревья не замерзли, – предложил ледяной великан.

Он направил посох в небо и дунул на облако, плывшее над поляной. Из облака повалил легкий снежок.

– Следующая туча моя! – посмотрела в небо Варвара и направила в нее серебряную палочку.

Туча на глазах стала меняться, превращаясь в большой прямоугольник. Затем прямоугольник начал быстро приближаться к земле.

– Батюшки! Так ведь на нас твое художество падает! – недоуменно воскликнул Студенец. – Сейчас нас придавит!

Студенец схватил Варвару в охапку и стукнул посохом по земле. Под посохом возник снежный вихрь, и великан с девушкой на руках в мгновение ока перенесся на несколько сотен метров в сторону. Огромный прямоугольник больше жилого многоэтажного дома упал на деревья и придавил их своей тяжестью.

– Чуть нас не зашибло! – воскликнул Студенец.

Они подошли к Варвариному детищу.

– Да! Здорово! Толщина более полуметра, – задумчиво постукал по льду Студенец.

Затем он забрался на лед.

– Оказывается это хоккейная площадка! Да еще с разметкой. Хоть сейчас на матч выходи. ЦСКА—«ДИНАМО»! Жалко ворот не хватает. Почти гектар моего леса попортила! – недовольно сказал Студенец. – Да я и сам виноват. Тоже мне учитель – доверился неумехе! Хорошо, что на нас километровый айсберг не свалился. Доставай огниво. Топи лед – освобождай деревья.

Варвара и сама понимала, что натворила. Она чиркнула огнивом да еще напустила на хоккейную площадку золотистые молнии от своего колечка-змейки. Ледяной панцирь начал исчезать. К счастью, многие деревца не сломались, а лишь согнулись под тяжестью катка, но потери в лесу были заметны.

– Да! – озабоченно сказал Студенец. Десятка три елочек и березок сломались, пересаживать придется. Лешие, сюда!

Тут же к великану подскочили несколько лесных служак.

– Весна скоро. Надо будет лес в порядок привести. Подсадить деревья.

– Ничего-ничего! По весне за два дня управимся! – заверили те.

Они с восторгом смотрели на юную волшебницу, причинившую достаточно большой урон их владениям.

– А можно попросить могущественную даму на поляну перед лесом еще тучку скинуть? Пусть наши детки на льду до весны покатаются на конечках. Мы такого ровного льда еще никогда не видели.

– А на озерах лед не ровный, что ли? – Студенец даже обиделся. Но затем милостиво разрешил: – Давай, Варя, тренируйся. Вали тучки на землю. Выбирай, которые покрупнее – ты у нас талантливая.

– А можно?

– Давай-давай, работай – только постарайся не свалить нам каточки на голову.

– Ну, как дела? – спросили Снежана и Снегурочка. – Чему научилась?

– Идите после обеда на каток. Варвара все наши поля катками закрыла. Лешаки местные уже катаются. Даже со счета сбился, то ли двадцать, то ли тридцать катков к нам с неба прилетело. Все красивые, новенькие, даже с рекламой. Один на голову нам свалился! Вон гляди – шишка у меня на голове, – пошутил Студенец.

– Ты у нас папочка молодец, кого хочешь обучишь.

Студенец тяжело опустился на скамью.

– Намаялся. Теперь ваша очередь свое искусство показывать.

Снежана дунула в сторону дубового стола и на нем появилась скатерть из крупных снежинок невероятной красоты. Тарелки и стаканы Снежана сделала из воды. Она брала ковшик, черпала воду и подбрасывала ее над столом. А на столе уже появлялись тарелки и бокалы изо льда.

– Снежанино изобретение. Посуду мыть не надо и места в доме не занимает! – похвалился умением дочери Студенец.

На столе в ледяных тарелках появились разные салаты, маринованные грибы, помидоры и огурцы, лесные ягоды и орехи. На десерт – мороженое нескольких сортов. Горячего, естественно, не было.

Но Варвара, конечно, ни на что не жаловалась, она ведь знала, куда приехала, и морально подготовилась. Ночью ей хорошо спалось. Одеяло, подаренное Дедом-Всеведом, имело подкладку из гагачьего пуха и было очень теплым. И хотя в комнатах на стеклах был иней, а на потолке наледь – Варвара совсем не замерзла.

За несколько дней, проведенных у Студенца, Варвара научилась замораживать ручьи, покрывать льдом озера, окутывать снегом лес. И в свою очередь учила дочерей Студенца своим премудростям.

В субботу был банный день. Варвара смотрела, как местный Банник суетится рядом с баней, покрикивает на лешаков, что «дрова сырые и с сучками», веники со старыми листьями. Через час баня накалилась докрасна.

– Сейчас отец попарится, а потом мы пойдем! – сказала Снежана.

– Погреюсь! – радостно подумала девушка.

Но мечта ее не сбылась. Студенец вошел в докрасна накаленную баню, в одном углу дунул, в другом рукой повел, и сразу везде появились иней да сосульки.

– Баня готова, можете мыться! – сказал Студенец дочерям и Варваре. – Попробуй, Варя, сможешь ли ты это выдержать.

– Если замерзнешь, то беги на свою полянку в лесу, там для тебя другую баньку Банник соорудил. Настоящую – человеческую! Там попаришься и отогреешься. Скажешь, где тебе больше понравилось.

– Ничего, раз я у вас в гостях, то я с вашими дочерьми помоюсь, – сказала девушка не очень уверенно.

«Я могу, я могу!» – приказывала себе Варвара.

Но внутренний голос продолжал сомневаться.

«Зачем тебе это? Ты же не моржиха и не дочка Студенца».

Вот с такими противоречивыми чувствами Варвара и зашла в баню. От увиденного ее кожа сразу покрылась крупными холодными пупырышками. Девушка взяла из тазика пригоршню сухого снега и стала растирать по своему телу. Вроде бы ничего. Кожа покраснела.

– Тебе помочь? – спросила веселая Снежана и, не дожидаясь ответа, вывалила на спину Варвары целый тазик снежной пены.

Варвара отчаянно завизжала. Но Снежана тут же начала растирать подругу, и через некоторое время кожа покраснела, и стало совсем не холодно.

– Хватит с тебя. Давай под душ – пену смоешь! – скомандовала Снежана.

Варвара нырнула под душ. Но что это был за душ! Снежные иголки под напором вылетающие из лейки. Иголки пребольно впивались в тело и уже не таяли. Отчаянно визжа, девушка голышом выскочила из ледяной бани Студенца. Бегом понеслась она прямо по снегу в баню на лесной полянке. Когда тропинка закончилась, Варвара запрыгала прямо по сугробам.

– Банник, первых три пара мои! – закричала она прямо с порога. – Поддай пара посильнее.

Девушка забралась на самую верхнюю полку.

– Еще прибавь пару, Банник, еще! Что так слабо?

Горячий пар от каменки окутал все пространство. Варвара долго дрожала от холода. Наконец все ледяные колючки, как показалось Варваре, начали вылезать из ее тела, и она наконец согрелась. Местный Банник радовался и все поддавал жару. Он пропустил даже свою четвертую очередь. Наконец-то за многие годы его труд пригодился. Жар от натопленной бани использовался по назначению, а не превращался в серебристый иней.

Снежана и Снегурочка ждали Варвару рядом с баней, держа толстое полотенце и брошенную в снежной бане одежду. Девушка быстро оделась и накинула полушубок Всеведа.

– Какая ты отважная, – удивилась Снегурочка. – Неужели ты можешь кипятком мыться?

Весело проводили девушки время в поместье Студенца. Катались на тройках, на лыжах и с гор на санях. Но особенно весело было на катках, которые свалились с неба после колдовства Варвары. Множество местных жителей спешили с самого утра покататься на коньках. Лешачихи и кикиморы приносили с собой плееры и под музыку весело вертелись на льду. А на соседнем поле лешие и домовые устраивали между собой настоящие хоккейные матчи, частенько переходящие в «ледовые побоища».

Но чувствовалось, что скоро весна. Лед на катках становился все мягче, и могучее дыхание Студенца помогало уже не надолго. Солнышко поднималось высоко над лесом, вокруг деревьев снег осел, и все чаще слышалась звонкая капель.

Снежана и Варвара сдружились, подшучивали друг над другом. Суровый Студенец уже не делал различия между своими дочками и Варварой. Только Снегурочка не принимала участия в их играх. Она тихо сидела у окна, все грустила.

– Что с ней? – спросила Варвара у Снежаны.

– Я же тебе говорила, скоро Снегурочка нас покинет. Весна уже близко. Моя сестра исчезнет с первыми теплыми лучами солнца.

Солнце действительно уже сильно пригревало. В эти дни печальный Студенец находился рядом с дочерью в темной комнате с окнами на север и только к вечеру, когда солнце садилось, они выходили на улицу.

– Вы идите, погуляйте! – прогонял он Варвару со Снежаной.

Снежана вначале соглашалась и шла кататься на один из катков, устроенных Варварой. Но затем тоже стала оставаться дома. Варвара чувствовала себя неуютно. В семье Студенца царила грусть. Варвара уже многому научилась и решила прощаться.

– Студенец, спасибо. Я многому у вас научилась, теперь мне домой пора. Можно я завтра поеду?

– Жалко мне с тобой расставаться, Варя. Но приезжай к нам на зимние каникулы каждый год. А сегодня вечером устроим проводы.

Варвара и Снежана отправились на лесные полянки, где веселилась нечисть, встречавшая весну.

– Устроим для них сегодня праздник! – предложила Варвара. Снежана согласилась.

На большой поляне Варвара достала из кармана огниво и ударила кремнем о кремень. Тут же вокруг потеплело, снег мгновенно растаял, и появилась зеленая травка, вокруг поляны распустились подснежники.

– Теперь моя очередь! – Снежана громко хлопнула в ладоши.

Тут же из-за сосен выглянули лестные жители.

– Слушайте меня, лешаки! Все приходите вечером сюда прощаться с Варварой. Приготовьте столы, сиденья, нанесите хвороста побольше для прощального костра, испеките сладких пирогов для себя и детей! – командовала Снежана.

К вечеру все было готово. Лесная ребятня весело кувыркалась в траве, удивленно рассматривая мартовские цветы, выглянувшие на свет почти на два месяца раньше времени. Хозяйки торопливо накрывали на стол, доставая из корзин румяные пироги.

– Варя, поджигай!

Варвара ударила огнивом Деда-Всеведа, и костер ярко вспыхнул. Пламя взметнулось высоко над лесом. Лешие взялись за руки и закружились вокруг костра. Лесные жители принесли с собой странные инструменты, сделанные из корней каких-то деревьев, но звучали они вполне современно.

– Откуда такая красивая музыка? Неужели деревяшки могут так звучать? – удивилась Варвара.

– Придуриваются! – шепнула Снежана. – На самом деле внутри этих инструментов обычные магнитофоны и плееры.

Долго продолжалось веселье. Пламя костра уменьшилось, но было еще довольно высоким.

– Ну, кто первый?! – предложил старый леший.

При этих словах большинство сделало шаг назад. Но нашлись и смельчаки. Начались прыжки через костер. Сначала прыгали самые сильные лешаки и домовые. Отчаянно крича, к ним присоединились девушки. У некоторых вспыхивала одежда, но их тут же подхватывали и засовывали в сугроб мягкого снега у края поляны.

Прыгали по двое, хороводиком, с оборотом, а то и с двумя в воздухе. Один смелый парень даже сделал сальто в воздухе.

– Здравствуй, весна! – кричали лесные жители.

На поляне появились Студенец и Снегурочка.

– Весело?! – сурово сдвинув брови, спросил Студенец. – Обо мне уже совсем забыли. А ведь и дня не прошло. Неужели слякотная весна вам дороже?

– Прости, Студенец! Любим тебя! – дружно кричали лесные жители. – Отведай наших угощений.

Студенец подошел к столу и взял кусок пирога с грибами. Веселье продолжалось. На поляне танцевали и продолжали прыгать через костер.

– Снегурочка, иди к нам! – позвала Варвара.

Снегурочка грустно покачала головой, а затем махнула рукой и направилась к танцующим. Но недалеко от горящего костра она остановилась, пристально посмотрела на пламя. Затем разбежалась, прыгнула и… растворилась в воздухе.

– Где она? – удивилась Варвара и повернулась к Снежане.

Тут она заметила, что Снежана плачет.

– Вон полетела!

Высоко над костром плыло небольшое белое облачко. Музыка стихла, все остановились и смотрели вверх. Мамы-лешачихи подталкивали в лес своих детей. Веселье неожиданно закончилось.

– Я во всем виновата! – тоже заплакала Варвара. – Я этот праздник зачем-то устроила. – Прости, Студенец! Прости, Снежана!

По щеке снежного великана покатилась слеза, но остановилась и превратилась в маленькую сосульку.

К вечеру Студенец смог говорить:

– Да, в этот год Снегурочка рано нас покинула. Но не вини себя, Варя. Это каждый год с ней происходит. С первым снегом будущей зимой Снегурочка к нам вернется.

– Неужели ничего нельзя сделать, чтобы она не улетала?

– Можно! Но сам я этого сделать не могу.

– Скажи как, Студенец? Может быть, мы сможем? Дед-Всевед, Баба-Язя, я. Мы все попробуем тебе помочь. Вон сколько лесных жителей тебя любят. Ведь ты такой добрый! – воскликнула Варвара.

Студенец долго молчал.

– Привык я к тебе, Варя! Вот мы со Снежаной опять вдвоем останемся. Да и она из-под моего крыла тоже хочет вырваться. Собирается поехать учиться в Петербург в Гидрометеорологический институт. Тогда я совсем один останусь.

Он горестно вздохнул. Варвара тихонько спросила у Снежаны:

– Снежана, неужели такой могучий волшебник не может ничего сделать?

– Эх, не ссорился бы он со своими северными родственницами! Может, тогда со Снегурочкой ничего бы не случалось. Когда-то мы ездили к ним в Карелию в их поместье – это где-то на севере Ладоги, и они предлагали союз, но отец не согласился. Тогда одна его родственница, злая ведьма, сказала: «Раз ты нас покидаешь, то и твоя дочь каждый год будет тебя покидать!» Так и случилось. Зимой отец сильнее и Снегурочка живет с нами, а весной проклятие его родственницы действует.

– Обещаю что-нибудь для вас сделать! – твердо сказала Варвара. – Надо выручать Снегурочку.

Тут она вспомнила Прасковью, которая не могла долго находиться рядом с ними, и Катерину, которую еще предстояло найти.

– Всех выручим!

Кони стукнули копытами, завьюжило. И через мгновение Варвара оказалась в ста метрах от своей Харчевни.

Успехи в учебе

На майских праздниках Варвара и Мирослав хвастались друг перед другом своими достижениями.

– Я привез тебе подарок из Зеленца, – гордо сказал Мирослав.

Он держал в руках два длинных продолговатых термоса.

– Что там? – с интересом спросила Варвара.

– Я же сказал. Подарок тебе. Да не один. Подставляй ладони – в волейбол поиграем.

Мирослав открыл термос, и девушка увидела, что содержимое сосуда светится необычным голубым светом. Юноша окунул кисти рук в светящееся вещество, и его руки также окрасились в голубой свет. От них исходило необычное свечение.

Затем Мир открыл другой термос и осторожно достал из него небольшой оранжевый шар. Шар медленно крутился прямо в руках Мирослава и менял свои цвета, становясь, то ярко-белым, то темно-красным. Варвара даже подпрыгнула.

– Вот это подарок! Молнии! Значит, все-таки они живые? Пересвет же говорил, что шаровые молнии долго не живут. И ты можешь их держать в руках?

– Вот над этим мы с Мерлином работали почти всю зиму. Главное – сконструировать хорошую емкость для молний и дать им немного еды. Тогда эти шарики становятся совсем ручными. Но стоит их выпустить из рук, как они начинают хулиганить. Держи подарок.

И Мир передал подруге светящийся шар. Варвара долго держала молнию в руках.

– Я думаю, в борьбе с Мараной пригодится. Куда ее девать? – спросила девушка.

– Клади обратно в термос. А теперь пошли за деревню, чтобы не испугать местных бабушек. Кое-что покажу!

Ребята направились на заброшенную ферму, уже год назад ставшую полигоном для испытаний.

– У голубого вещества, которое мы с Мерлином синтезировали, есть еще одно интересное свойство. С его помощью шаровая молния пройдет через любую дверь, ей никакие препятствия не страшны. А как только его запас кончится, она может наделать бед. Возьми сама одну из молний и брось вот в эту дверь.

Варвара вынула оранжевый шар и плавно пустила его в дверь старого коровника. Едва оранжевый шар коснулся двери, тут же раздался мощный взрыв, а дверь слетела с петель и развалилась на мелкие щепки.

– А теперь смотри.

Мирослав зачерпнул в ладони голубого раствора.

– Попробуем еще один шарик.

Мир окутал им оранжевый шар в голубое одеяло и передал Варваре.

– Пускай молнию прямо в стену.

Шар медленно подплыл к стене здания и, к удивлению девушки, исчез. В стене не осталось даже следа, куда вошла молния.

– Куда она делась? – удивилась Варвара.

– Сейчас услышишь. Защитный слой я сделал на ней не очень толстый.

Через несколько секунд где-то в глубине коровника раздался глухой взрыв и послышался звук падающих кирпичей.

– Пойдем посмотрим, – предложил Мирослав.

Ребята прошли по длинному коридору коровника несколько десятков метров и наконец увидели разрушения, которые причинила молния. Старой печки больше не было. На ее месте стоял лишь столб пыли, а печь развалилась на отдельные кирпичи.

– А если защитное одеяло будет побольше, то шаровая молния может преодолеть гранитную скалу любой толщины или мощную броню, – пояснил Мирослав. – Я думаю, если сделать точные расчеты, то эти шарики можно использовать на взрывных работах. Большая экономия времени и материалов. Ни дырки для зарядов сверлить не надо, ни взрывчатка не требуется. Знай отправляй оранжевые шарики на глубину, а они где надо взорвутся.

– Пользу государству ты еще успеешь принести, а пока ты сам знаешь, кого нам взрывать надо. Так что давай, рассчитывай, что в дверь Мараны кидать, что ей в печку, что в нее саму! – зло воскликнула ведьмочка.

– Это не проблема! – заверил Мирослав. – Теперь показывай, чему ты научилась.

– Ладно, – согласилась Варвара. – Сейчас второй тайм под названием «игра в догонялки».

– Сколько тебе дать форы? – улыбнулся Мир. – Если ты не на метле или еще на чем-нибудь летать не собираешься, то не обижайся.

– Думаю, десять секунд вполне хватит.

Про себя Мир подумал: «Вроде сапог-скороходов на Варваре не видно, метлу спрятать ей негде – должен бы легко догнать. В любом случае интересно, что Варвара придумала?»

Девушка убегала не очень быстро, и благородный Мир дал беглянке порядочную фору – с полминуты. Затем бросился за подругой. Варвара бежала по полю, и до нее оставалось не более десятка метров.

– Сдавайся! – крикнул Мир и… больно ударился коленом о камень.

«Откуда в чистом поле такой булыжник?!» – удивленно подумал юноша. Он потер ушибленное колено и снова бросился догонять девушку. Мирослав уже протянул руки, чтобы схватить ее, как… с разбега налетел на огромный, в человеческий рост, валун. Парень едва успел выставить вперед руки, но, тем не менее, ударился головой о камень.

– Больно? – с участием спросила Варвара.

– Да ладно, пройдет.

«Что-то не помню я этого камня?! – подумал про себя Мир. – Да и откуда здесь камни? Это же не Карельский перешеек».

Юноша похлопал ладонью по валуну и обошел вокруг него. Варвара тем временем убежала метров на сто.

– Догоняю! – крикнул Мирослав.

Пробежав немного, он остановился перед новым препятствием и открыл рот от удивления. На противоположном берегу неизвестно откуда взявшейся речки, вытекавшей из леса, сидела Варвара и болтала в воде ногами.

– Купаться будешь? – ехидно спросила ведьмочка. – Здесь глубоко – метра три будет. Дожди давно идут.

– Какие дожди? Неделю ни капли!

Мир недоверчиво бросил камешек в реку. Булькнуло громко. Видимо, глубина в речке действительно была порядочной.

– Вчера здесь ничего не было. А ты как речку перешла?

– Да я по воде научилась ходить, – засмеялась девушка. – Хочешь, покажу.

Девушка подтрунивала над недоумевающим Мирославом.

– Ладно, подожди – минуты через три вода кончится! – заверила Варвара.

Действительно через три минуты течение прекратилось, и вода в речке почти исчезла. Теперь по поляне тек только ручей. Девушка легко перепрыгнула через него.

– Пошли теперь домой – угощу чаем.

Ребята отправилась в избу к девушке.

– Ну как, вскипел чайник? – спросила Варвара.

– Да, только что отключился.

– Тогда наливай!

Мирослав наклонил чайник, но из него не вытекло ни капли воды.

– Куда вода делась? – удивился Мирослав. – Кстати, чего это он такой тяжелый?

С этими словами Мирослав откинул крышку чайника.

– Как интересно – внутри лед! Зачем нам холодильник вместо чайника? К тому же как его использовать?

Мир удивленно посмотрел на улыбающуюся Варвару:

– Опять твои штучки?

Мирослав немного подумал и решил похвалить девушку:

– Что можно сказать? Научилась многому. Похоже, ты настоящей ведьмой стала. Молодец!

– Спасибо, что оценил. Значит, моя учеба даром не прошла. Баба-Язя сказала мне, что «ведьма» – это почти ученое звание! Ибо слово «ведьма» произошло от слова «ведать – знать».

Строительство яхты

Мирослав, после того как проводил Михаила на поиски жены, сам долго думал, как найти Катерину. Конечно, он надеялся, что Михаилу удастся ее отыскать, но в то же время понимал, что, скорее всего, противостоять Маране Михаил не сможет.

Михаил не забывал поддерживать связь с Харчевней. Каждую неделю он присылал Мирославу и Варваре письма, где подробно рассказывал, какие острова, шхеры и поселки он уже обследовал. Но пока его поиски были неудачны. Опросы местных жителей и ладожских рыбаков ничего не дали. В ноябрьских письмах Михаил писал, что Ладога сильно штормит и уже начала замерзать. Зимой он объездил многие ладожские деревни и там продолжал свои поиски. Но все напрасно.

«…Как только на Ладоге сойдет лед, опять отправлюсь на острова!» – писал он.

Мирослав разглядывал карту Ладоги.

– Тысяча островов. И расстояния огромные. Тут никакого бензина не напасешься, чтобы все их обойти. Приходится быть привязанным к одному месту.

И решение было принято.

– Надо строить яхту и плавать под парусом. Все вместе мы быстрее найдем Катерину.

О планах Мирослава узнал Водовлад и организовал своему другу экскурсию на кораблестроительный завод, снабдил его пособиями по строительству яхт. Затем сам привез в Зеленец к Мирославу водяного, закончившего в свое время кораблестроительный институт.

– Водостьян Омутович – мой племянник! – представил его Водовлад. – А в вашей жизни опытный яхтсмен Волнин. Капитан Волнин совершил несколько кругосветок. Во всех океанах мира побывал. Многому тебя научит!

Тот прочел Мирославу целый курс лекций. А затем на две недели пригласил Мирослава в петербургский яхтклуб, где юноша своими глазами увидал, как строятся парусные яхты, и сам походил под парусами. Строительство яхты Мир начал в ноябре и продолжил зимой. Все заработанные им деньги были вложены в яхту.

Не обошлось без помощи деревенских мужиков. Лесник Виктор, узнав о планах Мирослава, буквально затащил его в свой сарай, подвел к штабелю досок и сказал:

– Лиственница! Никакой воды не боится. Раньше мой дед мосты и пристани на Волхове из нее строил. Сто лет прошло, но до сих пор стоят. Настоящее сокровище. Берег для себя.

– Сколько я тебе должен? – спросил Мирослав.

– Да мы только сейчас, после того как вы в Харчевне появились, жить по-человечески начали. Ты с нас деньги за водопровод взял? И с меня разве денег взял, если бы я у тебя что-нибудь попросил? А электричество разве ничего не стоит? Оно у нас теперь бесплатное и в любом количестве! Так что о деньгах лучше не напоминай! Вы ведь Катерину искать собираетесь, на Ладоге будете жизнью рисковать.

– Только мне не доски нужны, а рейки, толщиной шесть миллиметров. Напилишь?

– Кому надо, чтобы вы потонули? Ты давай неси размеры, а я тебе все доски на станке распилю и обработаю.

Через неделю подошли Егор и Прохор и обиженно сказали:

– Виктора позвал, а мы, значит, не нужны? Да, у нас леса нет. Но руки-то не отсохли. Значит, мы теперь не друзья тебе?

Мирослав даже не предполагал, что может так обидеть харчевнинцев. С большим трудом ему удалось выкрутиться.

– Мужики, я пока еще расчеты на компьютере делаю, а вот через неделю сам хотел к вам на поклон идти – просить о помощи.

– Давай быстрее рассчитывай, а то у нас руки чешутся строительством «крейсера» заняться.

– Кстати, я думаю, что сейчас Виктору помощь требуется. Он уже два дня без перерыва трудится.

– Пошли к Виктору! – скомандовал Егор.

Скоро целая гора реек перекочевала в сарай Мирослава. Первый слой реек Мирослав положил сам. А свои действия он комментировал наблюдающим мужикам:

– Корпус яхты последовательно выклеивается из нескольких, обычно трех, слоев реек толщиной от пяти до семи миллиметров. Рейки каждого слоя располагаются под определенным углом по диагонали относительно длины корпуса, то есть крест-накрест. Это придает корпусу повышенную жесткость. Такие корпуса считаются одними из самых прочных и отличаются долговечностью. При правильном уходе яхта с таким корпусом будет сто лет плавать.

За несколько дней Егор и Прохор освоили процесс, и дело пошло быстрее. А через пару месяцев начал вырисовываться корпус яхты.

Тем временем Виктор потребовал от Мирослава размеры каюты, гальюна и камбуза и в своей мастерской занялся внутренней планировкой.

– Я думаю, Мир, что отделывать боковые панели яхты совсем необязательно, – сказал Виктор. – Реечный набор, из которого сделан корпус, изнутри сам по себе смотрится очень симпатично. Лучше я займусь мебелью и спальными местами.

О строительстве яхты узнал и Добрыня:

– Зачем и куда собрались, спрашивать не буду. Знаю! Но почему ты ко мне не обратился за помощью? – оглядел он хозяйским взглядом начатую постройку. – Составь список: какой движок требуется, какого инструмента не хватает, какой материал нужен на паруса, какие карты тебе потребуются.

– Мы сами справимся, – сказал Мирослав. – Я почти все купил.

– Почти?

– Корпус надо будет покрыть снаружи стеклопластиком. Но это еще нескоро.

– Значит, с меня листы стеклопластика.

Пока мужики занимались корпусом и внутренней отделкой, Мирослав подготавливал электрическое и навигационное оборудование. К майским праздникам яхта была готова. На первый спуск яхты на воду приехал Добрыня. Не на своем джипе как обычно, а на КАМАЗе с широким прицепом, оборудованным лебедкой.

– Куда едем?

– На ближайшее озеро. Сегодня там на пикник вся деревня собралась. А гвоздь программы – первый спуск нашей яхты на воду.

На лебедке по полозьям семиметровая яхта плавно заехала на прицеп КАМАЗа и также плавно сползла на воду. Как только яхта съехала с машины и закачалась на воде, раздались аплодисменты.

– Красота какая! – восторженно ахали зрители.

За веревки яхту подтянули к причалу. К ней подошла Варвара с бутылкой шампанского в руке. Она накинула на горлышко ленту, прикрепленную к яхте, и посмотрела на Мирослава.

– А не разобьем корпус нашей красавицы? Стоит ли? – спросила Варвара.

– Как раз стоит проверить! – кивнул Мир.

– Ну, тогда бросаю! – Девушка отвела руку и с размаху швырнула бутылку в борт.

Пятно брызг шампанского расплылось по корпусу.

– Ура! – закричали харчевнинцы.

– Посмотри – даже вмятинки нет! – показал Мирослав на место удара. – Корпус яхты очень прочный.

Мирослав поднял большой парус, и яхта плавно заскользила по водной глади. Озеро было небольшое, но Мирослав все же сумел сделать несколько поворотов. Вся деревня дружно аплодировала красивому зрелищу.

В конце пикника Добрыня спросил:

– Когда в путь? Все ли у вас готово и чем вам помочь?

– Почти все уже есть. В путь думаем отправиться двадцатого мая, сразу после школьных экзаменов. А вот с доставкой яхты к месту без тебя не обойтись.

– Здесь проблем не будет, двадцатого мая КАМАЗ с прицепом к вам подъедет! Если что изменится, сообщите, – пообещал Добрыня. – Ну, а сухарей для похода я уже сейчас вам привез.

Он с трудом вытащил из багажника два огромных мешка.

– И еще одна просьба, как к районному начальству, – попросил Мирослав.

– Слушаю внимательно.

– Я попрошу тебя за меня общаться по компьютерной почте с моими родителями. Ты знаешь, они у меня геологи и сейчас находятся в Австралии. Поэтому я написал им письма вперед на все лето, как мы живем в деревне. А если возникнет какой-нибудь конкретный вопрос, прошу, ответь за меня, пожалуйста.

– Ладно, обманем твоих предков.

– А… – начал Мирослав.

– Понятно! Получите официальное приглашение в морскую школу в Старой Ладоге на два месяца, чтобы Варины родители, когда у них начнутся каникулы, тоже жили спокойно. Надеюсь, этого времени хватит на ваши поиски?

Мирослав задумался:

– Михаил ищет Катерину уже больше семи месяцев и до сих пор не нашел.

– Ладно, не успеете, через два месяца я что-нибудь придумаю и «сошлю» вас еще куда-нибудь.

– Спасибо!

– Кстати, что Михаил пишет?

– Последний раз он писал в середине апреля. Сообщал, что как только лед растаял, он снова ушел в плавание по ладожским островам и шхерам. Но вот уже три недели мы не имеем о нем никаких сведений. Чувствуем, что и его искать придется!

Когда Добрыня уехал, Варвара дернула за тесемки мешков.

– Да тут столько провизии, что шарик по экватору обогнуть хватит! – обрадовалась девушка.

За неделю до отъезда к ребятам пожаловали Мерлин и Прасковья.

– Проверка прибыла!

Мерлин задал несколько вопросов Мирославу. Затем махнул рукой:

– Пустое, Прасковья! Соображают они лучше нас. Все для путешествия есть. Ничего не забыли.

– Мы ведь целый год готовились!

– Ну что ж, заканчиваем проверку и приступаем к выдаче подарков.

Мерлин достал из сумки странного деревянного идола.

– Вот вам мой подарок. Поренута! Обязательно закрепите его на носу вашей яхты. Поренута – покровитель мореплавателей.

– Какой суровый! – восторженно сказала Варвара. – Фантастическое существо!

На голове Поренуты было четыре лика, обращенных в разные стороны, а пятый лик располагался на груди. В руках Поренута держал трезубец.

– Это для того, чтобы идол мог уследить сразу за всеми ветрами, дующими с севера и юга, запада и востока, и охранять путешественников и корабельщиков от неожиданных, жестоких и свирепых штормов, – пояснил Мерлин. – Глаза пятого лика на груди Поренуты всегда устремлены вниз, ибо так идол бережет своих подопечных от мелей, неожиданных камней и страшных морских чудовищ.

– Не забывайте делиться с Поренутой пиратской добычей! – пошутила Прасковья.

– Это правда! – серьезно подтвердил Мерлин. – Раньше моряки, благополучно вернувшиеся из плавания, не скупились на жертвы Поренуте: часть всего, что везли из далеких краев, отдавали своему заботливому покровителю.

– Варя, мне кажется, название у нашей яхты наконец-то появилось! – воскликнул Мир.

– Я согласна! – догадалась девушка. – «Поренута»! Очень романтично.

– Теперь мой подарок, – сказала Прасковья. – Вот вам серебряная тарелочка и яблоко. На самом деле тарелок три. Вторая у меня дома осталась, третья – у Мерлина. Пустите яблоко по тарелке – и она мне все покажет и расскажет, где вы находитесь. Совет будет нужен – не стесняйтесь – дам. Ну, а если в беду попадете, то я тут же появлюсь и постараюсь выручить. Когда же мы вас будем вызывать, тарелочка зазвенит, как серебряный колокольчик.

Прасковья положила тарелку на стол и что-то прошептала. Яблоко тут же двинулось по кругу, мелодично позванивая.

– Открыто я вам помогать не могу, уж извините. Иначе против вас все ополчатся. Даже те, которые сейчас против Мараны. Но мы решили, что Мерлин все время будет рядом с вами, иначе мы вас никуда не пустим! – сказала Прасковья, и Мерлин подтвердил ее слова кивком головы.

– А вот когда вы с Мараной встретитесь, то тогда я появлюсь. Вместе ее поджарим! – сурово сказала Прасковья.

– Теперь послушайте меня, – сказал Мерлин. – Поренута, конечно, не главный мой подарок. Главный подарок я вам приготовил. Правда, он не здесь, а на Ладоге! До него вам еще добраться надо.

– Доберемся! – уверенно сказал Мирослав.

– Давай вместе проверим ваш путь. Надеюсь, карты у тебя есть? – спросил Мерлин у Мирослава.

Мир улыбнулся. Он достал толстую папку с картами. Ладожские карты лежали сверху.

– Три дня из Интернета лоции качал. Все есть! Самые маленькие островки: масштаб – пятьсот метров в одном сантиметре, и даже указатель глубин.

– Откуда вы начинаете свое путешествие? – спросил Мерлин.

– Договорились с Добрыней спустить яхту на воду в Киришах. Там удобный подъезд и есть место для спуска. Яхта сама на воду встанет.

– О! Здесь даже маршрут разработан! – приятно удивился Мерлин, развернув карты. – Внесем коррективы с учетом захода на остров Коневец. Начнем с Волхова. Течение в Волхове слабое – зато попутное. Около ста километров до Ладоги. Думаю, вы их за два дня пройдете. Сколько километров в день вы планируете проходить?

– Около пятидесяти. Может, и больше. Все зависит от ветра. Часов по десять в день будем плыть. Но если задует встречный западный ветер или будет полный штиль, то придется задержаться. Переждем. На это пару дней надо запланировать. А пока мы плывем по реке до Старой Ладоги, Водовлад дает опытного яхтсмена, который все у нас проверит и подскажет, как лучше управлять яхтой. Заодно посмотрим, как наша яхта себя ведет на воде, как руля слушается, какие паруса на ней лучше ставить при различном ветре. Если что не так, то в мастерских морского училища он нам поможет исправить недоделки.

– Передавайте Водовладу и Добрыне нашу благодарность за помощь. Ладно, продолжим. До Ладоги вы по течению доплывете. Прямо через Ладогу двигаться нельзя – опасно. После того как вы выйдете из Волхова, поворачивайте налево вдоль южного берега и идите до западного берега. Через пять-шесть дней вы должны приплыть на остров Коневец. До него от устья Волхова примерно сто семьдесят километров. Встретимся на мысе Варгосы. Это северный мыс острова. А уже оттуда будем искать, где прячется серая ведьма.

– Мы примерно так и планировали, – кивнул Мирослав.

– Тогда покажи, где вы наметили делать стоянки?

– Когда выйдем в озеро, то доплывем до мыса Сафоша. Там удобная большая бухта. Затем обогнем мыс Воронок и дойдем вот до этого небольшого острова Колюхово.

– Это около сорока километров. А затем вам предстоит самый трудный переход через Ладогу до западного берега. Не рискуйте, убедитесь, что погода стоит хорошая. Лучше подождать день или два. Отдохните, рыбку половите. Вам придется плыть через Ладогу около пятидесяти километров без всяких остановок. Что с прогнозом погоды?

– Да вроде бы все хорошо! – пожал плечами Мир. – Я по всем погодным сайтам лазил. Ни один прогноз не угрожает сдуть нас шквалистым ветром.

– Не забывай, что Марана готовится к встрече, поэтому шквал может налететь в любой момент.

– Водовлад обещал помочь. Южная Ладога – это территория его друзей.

– И все же будьте осторожны. Дальше у вас путь достаточно несложный – вдоль берега. А непогоду и сильный ветер вы сможете пережидать в бухточках.

– Да я все знаю! Много литературы прочел. Действительно, на Ладоге ветер налетает неожиданно, а погода может поменяться в течение нескольких минут. Лучше всего плавать по утрам, – сказал Мирослав. В это время ветер дует не слишком сильно.

Варвара неодобрительно поморщилась.

– Но нам придется плавать по вечерам, когда волны будут меньше!

Варвара снова заулыбалась.

– Боюсь, что утром мы рискуем потерять сонную Варвару – может вывалиться за борт.

– Как будете подходить к Коневцу, сообщите по нашей связи – тарелочке с яблоком. Я вас встречу.

– Кого с собой из помощников берете? – спросила Прасковья.

– Баюшу и Макошу. Они так тоскуют по Катерине. Макоша даже общаться со всеми прекратила и за печкой сидит. Скучает, пряжу по ночам не прядет. А Баюша гулять никуда не ходит, из дома носа не высовывает.

Баюн, услышав имя Катерины, соскочил с печи и доверчиво подошел к беседующим.

«Где Катерина?» – спрашивал его взгляд.

– Уже недолго. Скоро поедем твою хозяйку искать! – погладила кота Варвара.

Начало путешествия

Мирослав уже который раз проверял список вещей – все ли готово? Не забыл ли он чего? Варвара несколько раз пыталась ему помочь, но Мирослав все время ее прогонял.

– Иди, лучше готовь свой ведьмин рюкзак.

– Собрала. Да не один, а три. Макоша уже в куклу превратилась и сама в карман рюкзака залезла, чтобы не забыли. А Баюша сверху на пожитках пристроился.

Вечером КАМАЗ въехал во двор, и началась погрузка яхты и вещей путешественников. А с рассветом машина медленно тронулась по Харчевнинской дороге. Ребята же сидели в джипе Добрыни. Все молчали, зная, какое опасное путешествие предстоит. Через час проселок кончился и по асфальту КАМАЗ, нагруженный яхтой, поехал значительно быстрее.

На киришском пляже ребят ждал улыбчивый загорелый парень.

– Водостьян! – радостно бросился к нему Мирослав. – Ты здесь откуда? Я думал, ты уже в какой-нибудь кругосветке.

– Да чуть задержался, но через неделю идем на остров Пасхи. Поэтому госприемку вашей яхты Водовлад поручил мне. За два дня, пока будем спускаться по Волхову до Старой Ладоги, он попросил, как следует проверить вашу лоханку. Там меня высадите. Ну что, берете? Место для меня в каюте найдется?

– Конечно, у нас же каюта четырехместная.

– Это хорошо, – сказал Добрыня. – Теперь я не волнуюсь, что вы потонете на моих глазах.

– Но я же столько книг по теории прочитал и провел целые две недели в яхт-клубе – управлял яхтами и с парусами знаком. Вот Водостьян, в миру капитан Волнин, это подтвердит! – немного обиделся Мирослав на слова Добрыни.

– Теория теорией, а практика практикой!

Как только «Поренута» закачалась на воде, Водостьян одобрительно кивнул головой:

– Красиво смотрится! Даже не верится, что это твоя первая яхта! По-моему, все на месте. Пускайте кота. Пусть он первым пожалует на новоселье.

Баюн, не дожидаясь повторного приглашения, ловко запрыгнул на «Поренуту» и начал прогулку по палубе, подыскивая себе уютное местечко, и, наконец, устроился на свернутых парусах.

– До свидания, Добрыня. Спасибо за все! – попрощались со своим другом ребята.

– Быстрей возвращайтесь! Я поднимусь на киришский мост, чтобы подольше видеть, как вы плывете.

– Чувствуется, ты хорошо подкован теоретически, – сказал Водостьян. – Давай разбираться с парусами, капитан. Какие паруса планируешь поднять?

– Не будем спешить, начнем с грота и стакселя, – уверенно сказал Мирослав.

Через минуту «Поренута» вышла на середину седого Волхова. Добрыня, стоя на высоком киришском мосту, прощально махал вслед рукой.

– Что ж, яхта тронулась, а мы с тобой осмотрим все оборудование. Если чего не хватит, придется добавлять с нашего склада в Старой Ладоге. Хотя уже сейчас чувствую, что мой склад особо не пострадает.

– А мне что делать? – спросила Варвара.

– Женщинам спуститься на камбуз и готовить первый обед на корабле! – приказал Водостьян.

– Да повкуснее! – добавил Мирослав.

– Есть, мои капитаны, – рассмеялась Варвара. – Что еще прикажете?

– Открой судовой журнал и подробно занеси в него все события.

– Вот я попала! – уже не так весело вздохнула девушка.

Яхта хорошо слушалась руля, легко проходила повороты реки и расходилась со встречными кораблями. Тем не менее, Водостьян время от времени что-то подкручивал, подвязывал, осматривал такелаж. Однажды он даже разделся и нырнул в воду.

– А где Водостьян? – спросила Варвара, вышедшая в этот момент из каюты.

Мирослав показал пальцем вниз.

– С ним ничего не случится? Может, бросить в воду спасательный круг?

– Ты забыла? Он же водяной.

Тут из-под воды показалась голова Водостьяна. Он подтянулся и вылез на борт яхты.

– Проверил руль и осмотрел снизу корпус. Хорошо воду режет. Прекрасные мореходные качества. Думаю, ваша яхта может и по морям ходить. В следующем году для начала приглашаю попутешествовать по Балтике. Сделаю из вас настоящих моряков.

Без всяких проблем яхта за два дня дошла до городка Старая Ладога.

– Где причаливать? – спросил Мирослав.

Водостьян указал на небольшую бухточку недалеко от крепости. Когда яхта приблизилась к берегу, рядом с ней раздался громкий всплеск.

– Ой, смотрите – Дорогая Щука! – радостно вскликнула Варвара.

– Здравствуйте! Это тоже проверка. Водовлад просил узнать, все ли у вас в порядке?

Водостьян засмеялся:

– Да я бы и сам отчитался. Все! Смело можно отправлять их даже в океан. Так и передай!

– Мир, а ты мое колечко не забыл? – спросила Дорогая Щука.

– Нет, конечно! – и юноша показал свой перламутровый перстенек.

– Помните. Три раза можете меня вызывать. И еще Водовлад просил передать, что до середины Ладоги у вас снизу под водой будет надежная охрана. Ну, прощайте! – Дорогая Щука ударила хвостом, и на берегу в тот же миг развернулся красивый тент, а под ним появился накрытый столик.

– Водовлад о нас не забыл! – радостно потер руки Водостьян.

На берегу путешественников ждал вкусный обед и поздравления Водовлада с началом путешествия. Правда, в конце своего послания он предупреждал, чтобы Мирослав был внимательным: «Вы уже не на резиновой лодке, но и Ладога – не Луненка!»

После обеда ребята попрощались с капитаном Волниным. Затем Мирослав и Варвара прогулялись по заброшенным улочкам Старой Ладоги и немного расстроились от вида разваливающихся домов.

– Представляешь, – горько сказал Мирослав, – этот маленький городок-деревня когда-то был столицей Руси.

Ребята побывали на экскурсии в старинной крепости. Наступал вечер. Мирослав и Варвара поднялись на высокую крепостную стену и долго сидели на краю. Под ними по тихому Волхову проплывали небольшие катера, рыбацкие лодки и баржи. А где-то за несколькими поворотами реки скоро должна была показаться Ладога. Как она их встретит?

Выход в Ладогу

Утром яхта проплывала мимо последнего на Волхове города – Новой Ладоги.

– Вон смотри, проходим Ладожские каналы, – Мирослав указал Варваре на уходящие направо и налево от Волхова неширокие речки.

– А зачем они? – спросила девушка.

– Бури-то на Ладоге страшные. Раньше многие суда в ней погибали. Водовлад рассказывал, что в устье Волхова триста лет назад иногда собирались до пятисот судов в ожидании благоприятной погоды. Частые волнения на озере являются помехой судоходству. Поэтому Петр Первый повелел вдоль южных берегов озера строить обходные каналы.

– Может, и мы по ним поплывем?

– Наша яхта ветра требует. Не развернуться ей в этих каналах, – улыбнулся Мирослав. – К тому же они километров через двадцать поворачивают на юг, к Неве. Поэтому нам с ними не по пути.

Вскоре старый Волхов вынес «Поренуту» в Ладогу.

– Так это же море! Настоящие бескрайние просторы, – воскликнула Варвара. – Берегов не видно. Как мы поплывем? Куда?

– Не волнуйся! – ответил Мирослав. – Во-первых, есть компас; во-вторых, можно ориентироваться по маякам на берегах, по островам, по выступающим в Ладогу мысам и бухтам между ними.

– Что-то я островов никаких не вижу, – не переставала волноваться Варвара. – Последний в устье Волхова остался.

– Островов в южной части Ладоги действительно мало, однако первая часть нашего пути уже видна. Посмотри на карту. Видишь, в озеро выступает маленький рожок. Мыс Козел называется. Вероятно, чем-то похож на козлиный рог, раз такое название. А вон он на настоящем берегу.

– Точно. Вижу. Сколько до него?

– Десять километров. А нам чуть дальше – вон до того выступа. За Козлом еще один мыс – Сафоша. А там наша первая стоянка на Ладоге. Ладно, осматривайся. А я поэкспериментирую с парусами. Южный ветер не совсем попутный для нас.

Тем не менее, Мирослав быстро поставил подходящий набор парусов и «Поренута», слегка накренившись, быстро полетела по широкой бухте Ладоги – Волховской губе. После того как яхта прошла мимо мыса Козел, она двигалась недалеко от берега. Варвара с интересом смотрела на него. Поросшие кустарником участки чередовались с сосновыми борами, песчаными пляжами, россыпями галечника и валунов. Один из пляжей был настолько симпатичным, что Варвара восторженно вскрикнула:

– Какая чистая водичка, какой желтый песочек. Давай здесь пристанем.

– Ладно! – согласился Мирослав. – Сегодняшнюю норму мы почти выполнили. Вылезай на берег, а я пока закреплю яхту.

Варвара смело прыгнула в воду и тут же отчаянно завизжала. Она пулей вылетела на берег.

– Вода ледяная! У меня сразу ноги свело. Как ты посмел кинуть меня в воду?! Мог бы сам сначала попробовать. Даже у Студенца мне так холодно не было.

Мирослав потрогал воду.

– Действительно. А ведь мы уже купались в нашей Луненке. Да и в Волхове вода прогрелась. Тогда я сейчас закреплю яхту поближе к скале, чтобы не ходить по воде.

Юноша быстро переставил «Поренуту» и выскочил на берег. Он развел костер, и только тогда Варвара прекратила возмущаться. После ужина Мирослав взял книжку и углубился в чтение.

– Да. Казалось бы, я все прочел. Где какие острова, где какие берега, а вот на температуру воды в Ладоге даже не обратил внимание. Хочу тебя огорчить, Варвара. До конца июня ты даже умываться не сможешь. Оказывается, лед на Ладоге ломается только к середине апреля. А полностью сходит лишь в мае. Ладога очень глубокая. В среднем шестьдесят метров, а на севере озера, куда мы собираемся, глубина больше двухсот метров. Там вода прогревается только к июлю. Вот написано, что ладожский лед проходит по Неве как раз в начале мая.

– Что делать, придется на костре воду греть, – вздохнула девушка.

– Теперь, если будут трудности с выходом на берег, будем надувать нашу маленькую резиновую лодку и уже на ней высаживать тебя на сушу, – сказал Мирослав.

Следующий утром «Поренута» держала курс на небольшой островок Колюхово. Подул попутный ветерок, и этот переход ребятам удалось преодолеть без приключений. Зато островок был забавный. В длину с километр, а в ширину и того меньше. Берег в некоторых местах был довольно высокий. Он состоял из пластов известняка. По трещинам стекала вода. Вода за сотни лет вымыла породу, и в известняковых недрах образовались пустоты и пещеры. Времени до вечера было много, и ребята с интересом обошли весь остров. Поднялись на самое высокое место.

– Куда плыть? – испуганно спросила Варвара, когда огляделась. – Западного берега почти не видно! А на севере просто бескрайнее море. Никаких твоих ориентиров не видно. Что будем делать?

– Да, до западного берега километров пятьдесят, – подтвердил Мирослав. – А на север почти триста. Но все просто. Пару часов мы будем видеть этот островок, а затем и западный берег покажется.

В некоторых местах из толщи горных пород выбивались ключи. Ребята попробовали воду.

– Хоть вода на Ладоге и прозрачная, но эта, мне кажется, гораздо вкуснее. Давай наберем пару канистр, – предложила Варвара.

Кот Баюн вначале ходил за ребятами, а затем затаился у одной скальной трещины.

– Мышку наверно почуял, – предположила Варвара. – Хорошо, что он наконец-то перестал грустить.

В этот момент раздался отчаянный писк, и ребята увидели, как Баюн пытается вытащить наверх какое-то чумазое существо. Варвара и Мирослав бросились к коту, который держал над расщелиной в своих железных когтях маленького человечка.

– Баюша, немедленно отпусти! Что он тебе плохого сделал? Разве не видишь, это хозяин острова, – укоризненно сказал Мирослав.

Кот недовольно выпустил гномика.

– Спасибо! – отдышавшись, сказал тот. – Прошу вас, уберите подальше вашего зверя.

– Он больше не будет! – заверила Варвара. – Правда, Баюн? Вероятно, кот вас за мышку принял.

Баюн, извиняясь, опустил голову.

– Кто вы? – спросила Варвара.

– Местный пещерник.

Пещерник был ростом не больше тридцати сантиметров. Одет в накидку из холщовой материи.

– Идемте к нам на нашу яхту. Чаю вместе попьем. Я вам одежду зашью, – предложила Варвара.

Баюн разодрал сзади накидку пещерника на лоскутки.

– Видишь, что ты сделал! – укоризненно сказала девушка.

Баюн подошел пещернику и виновато мяукнул. Затем присел и предложил свою спину маленькому человечку.

– Он извиняется и предлагает доставить вас на наш корабль. Садитесь.

Пещерник сначала боязливо отказывался, но затем собрал все мужество и принял приглашение. Так на коте он и доехал до яхты. Пещерника напоили чаем, дали ему в подарок конфет.

– Вы один живете на острове? – спросил Мирослав.

– С братом. Но он пребывает еще в зимней спячке. Недели через две проснется.

Варвара тем временем пыталась что-то сделать с накидкой пещерника. Но ветхая ткань буквально расползалась в ее руках.

– Сгнила от сырости, – покачала она головой.

Тут в ее руку ткнулся Баюн. В зубах он волочил свой коврик.

– Не жалко? – спросила девушка. – Спасибо.

Варвара разрезала коврик и быстро сшила для маленького пещерника две новые прочные накидки. Вскоре тот вертелся, радуясь обновкам.

– А какие прочные. Спасибо вашему зверю.

– Возьмите остатки материи, тут вам еще на несколько накидок хватит. Вот иголка и нитка.

Варвара выбрала для пещерника самую маленькую иголку, а Мирослав достал для него две банки сгущенки.

– Чем мне вас отблагодарить? Я видел, как вы набирали воду. Идемте со мной, я вам покажу источник самой вкусной воды на моем острове – минеральной.

На самой вершине острова пещерник подошел к одному небольшому камушку, раскачал его и вынул. Оказалось, это каменная затычка. Вода фонтаном взметнулась на несколько метров ввысь.

– Пробуйте! – предложил Пещерник.

Мирослав и Варвара подставили руки. Вода буквально прыгала прямо в ладонях.

– Газировка! И минеральная! Вкуснее всяких «нарзанов» и «полюстрово»! – Восторгу ребят не было предела.

Пещерник тоже радовался, что доставил ребятам удовольствие. Он сидел на своем бывшем обидчике и гладил Баюшу по голове. Кот не возражал.

– Приезжайте к нам еще, – приглашал маленький человечек. – Летом у нас хорошо.

Утром «Поренута» покинула гостеприимный островок Колюхово. Пещерник стоял на самом высоком месте, но вскоре пропал из виду – ведь он был такой маленький.

Команда Водовлада

Ветер был хоть и попутный, но не очень сильный. За первый час «Поренута» пробежала около восьми километров, а затем ветер потихоньку начал стихать. Паруса на яхте безжизненно повисли. Они лишь иногда ловили слабые дуновения. Тогда яхта продвигалась вперед на несколько метров, но тут же снова останавливалась.

– Да, – сказал Мирослав. – Пожалуй, мы с такой скоростью к западному берегу к утру не доберемся. Придется запускать движок, но скорость от этого не слишком возрастет. Ладно, немного подождем, а затем подумаем, что делать.

И Мирослав погрузился в свои книги. Варвара тоже не сидела без дела и начала перебирать припасы. Лишь кот Баюн обрадовался штилю на Ладоге и растянулся прямо на палубе, подставив солнцу бок. Но долго отдыхать путешественникам не пришлось. Прямо под яхтой послышались громкие всплески.

– Смотри, Мир! Какие-то чудовища. Это акулы? – спросила Варвара.

– Ты что?! В Ладоге нет акул. Это же Чертов Конь. Неужели не узнала?

Из воды высунул свою морду четырехметровый сом.

– Сома, может быть, и узнала, а это кто? – показала Варвара. – Нет, точно акулы!

Рядом с сомом торчали острые морды каких-то больших рыбин.

– По-моему, это осетры, – неуверенно сказал Мирослав. – А может, даже белуги.

Большие рыбины согласно закивали головами.

– Видишь – не возражают!

Рыбины исчезли в глубинах озера, но через пять минут вынырнули. На этот раз у Чертова Коня в пасти была уздечка, а осетры держали в своих ртах веревки. Они подплыли близко к яхте и протянули концы веревок Мирославу. Тот взял их и привязал к мачте.

– Вперед! – дал команду юноша и показал рукой на запад.

Мощная команда осетров, возглавляемая четырехметровым сомом, взялась за дело. Веревки натянулись, и яхта тронулась. Сначала медленно, а затем все быстрее и вскоре набрала порядочную скорость. За кормой даже возник пенистый след. Осетров было несколько, поэтому они менялись каждые пятнадцать минут, и буксируемая ими яхта двигалась без всяких остановок. Через два часа западный берег стал хорошо виден. А вскоре снова задул попутный ветерок, и Мирослав поспешил отвязать веревки.

– Спасибо Чертов Конь! Спасибо сильные ладожские осетры! – кричали ребята.

Осетры поняли, что их отпускают, и на прощанье ударили своими мощными хвостами по поверхности воды. Вверх взлетел целый сноп брызг. Паруса яхты наполнились ветром, и она устремилась на запад. К счастью для наших яхтсменов ветер больше не утихал, и «Поренута» за три часа добралась до берега. Здесь Мирослав развернул яхту, и она двинулась на север. Некоторое время яхта плыла вдоль берега. Пристать здесь было нельзя, так как берег был низкий, болотистый и заросший тростником.

– Где мы? Покажи на карте, – попросила Варвара.

Мирослав глянул на берег в бинокль.

– Я думаю, сейчас мы проплываем вдоль вот этой небольшой бухточки. А скоро будет устье речки Авлоги. Судя по карте, за ней должно быть хорошее место для ночлега.

Действительно, после впадения небольшой речки в Ладогу берег озера стал выше, пошел сосновый лес, и вскоре наши яхтсмены нашли небольшую уютную стоянку.

Поднявшись наверх, ребята обнаружили сделанный туристами столик, несколько толстых пней вокруг него и навес, прибитый к соснам. После ужина Мирослав достал из кубрика рюкзак, в котором находилась резиновая лодка, надул ее и отправился вдоль берега поблеснить. Улов был хороший. Три щучки и несколько окуней. Баюша бегал по берегу и нетерпеливо мяукал, ожидая возвращения удачливого рыболова.

– Потерпи, Баюша! Сейчас накормим тебя свежей рыбкой, – погладила кота Варвара.

Следующие два дня ребятам дались тяжело. Задул встречный северный ветер, заморосил неприятный мелкий дождик, Мирославу с большим трудом удавалось пробиваться вперед, постоянно лавируя против ветра и меняя паруса. Тем не менее, за день удалось пройти около десяти километров. Примерно столько же на следующий. Ребята две ночи подряд не покидали яхту и ночевали в тесном кубрике.

Но плохая погода наконец закончилась. Выглянуло солнышко, ветер поменялся на южный, и настроение сразу улучшилось. «Поренута» сделала большой переход и быстро наверстала упущенное. До встречи с Мерлиным оставался всего один день пути.

– Вон Коневец, – показал на остров Мирослав и протянул Варваре бинокль.

– Это вон тот остров в дымке?

– Да. До него около двадцати километров. Если утром выйдем, то через три часа должны подойти к острову. Доставай свою тарелку и пускай яблочко. Надо сообщить Мерлину, что на Коневце мы будем завтра около двух часов.

Не успела Варвара взять тарелочку в руки, как та нетерпеливо зазвенела. Яблочко сделало лишь три оборота, и волшебный экран засветился, показав Мерлина. Он был виден на фоне каких-то кораблей.

– Здравствуй, Мерлин! – помахала Варвара рукой в тарелочку. – Встречай нас завтра около двух часов.

– Подплываете уже? Молодцы! Обязательно встречу.

Встреча на Коневце

Утром яхта покинула уютную бухту у мыса Роговой и двинулась в сторону Коневца. Теперь остров был виден даже без бинокля. А еще через пару часов Коневец заметно приблизился. Недавно отремонтированный красивый монастырь на южном берегу острова блестел куполами в лучах солнца. Вдоль всего острова тянулся золотистый песчаный пляж, а наверху росли высоченные вековые сосны. Но ребята, не останавливаясь, проплыли мимо обжитого южного берега острова, ибо спешили на встречу с Мерлиным.

По мере приближения к северной части острова путешественники поняли, что сюда человек заходит редко. Северный берег у мыса Варгосы был неухожен. Яхта проплывала в каких-то ста метрах от берега, и Мирослав с интересом рассматривал его в бинокль.

– Что это? – спросила Варвара.

На берегу в лес уходили два ряда столбов с колючей проволокой и несколько бетонных бункеров.

– Не знаю… Скоро узнаем – Мерлина спросим. Вон конец острова.

– А это что?

Из воды торчали затонувшие остовы старых полузатопленных кораблей разных размеров. Здесь были и танкеры, и военные катера, и гражданские суда. Одно их объединяло – все были ржавые и заброшенные. Мирослав провел яхту рядом с затонувшим судном и постучал веслом по его корпусу, который отозвался гулким басом. Несколько десятков летучих мышей выпорхнули через иллюминаторы. Варвара завизжала:

– Какой кошмар! И зачем мне дедуля назначил тут встречу. Вот уж никогда бы не подумала, что ему нравятся такие места!

– Кладбище погибших кораблей. Тут их, пожалуй, штук сто, а может, больше. Смотри, с военных даже пушки не сняли. Почему их на металлолом не пустили? – Мирослав с интересом разглядывал это необычное место.

– А это что за чудище? – удивилась Варвара.

На берегу стояло необычное судно, похожее и на самолет и на огромный овальный плот одновременно. Два пропеллера с каждой стороны диаметром в несколько метров находились по бортам этого чудовища.

– Вот это да. Слышал, но никогда не видел! – восхищенно произнес Мир.

– Так что это за уродец? – поморщилась Варвара.

– Ничего ты не понимаешь, красавец! Судно на воздушной подушке. Летает по воде со скоростью сто километров в час. Может передвигаться не только по воде, но и по земле. Говорят, несколько миллионов долларов стоит.

– Может, и летало, но лет тридцать назад. Тогда, кстати, и стоило. Гляди, все заржавело. Ну и где же Мерлин? Вызываем? – спросила Варвара.

Она потянулась к тарелочке.

– Подожди! Слышишь шум моторов? Может, это катер?

– Да нет, это пропеллеры. Наверно, это с той стороны острова где-то пролетает вертолет.

Шум усиливался, и тут из-за острова показалось стремительное судно, которое только что называли и «уродцем» и «красавцем». Такое же, как на берегу, но серебристое. Пропеллеры выключились, но судно продолжало двигаться с огромной скоростью. По инерции серебристый корабль проскользил более двухсот метров и остановился недалеко от яхты. Мирослав восторженно смотрел на быстроходное судно.

– Не все еще у нас в стране заржавело! Смотри, даже орудие на носу. Вот бы на таком покататься да пострелять? – позавидовал Мир. – Давай попросимся – вдруг возьмут.

– Может быть, и возьмут, если попросите! – Из капитанской рубки показался Мерлин и приветственно махнул рукой. – Добро пожаловать на «Мурену»! Спускайте паруса, сейчас вашу яхту поднимем на борт.

Мир открыл рот от удивления.

– Что ты там говорил про миллионы долларов? – ехидно спросила Варвара.

Через несколько минут «Поренуту» подняли на борт «Мурены».

– Приспособление для подъема я сам спроектировал, чтобы яхту можно было поднимать и спускать на воду. Подойди сюда, – подозвал Мерлин Мирослава. – Смотри. Отпускаешь этот рычаг и «Поренута» снова на воде.

– Мерлин, откуда ты угнал этот крейсер?

– Да он рядом вот с этим ржавым стоял! – и Мерлин кивнул на берег. – Пришлось угнать.

– Так ведь тот же ржавый насквозь. Почему же твоя «Мурена» так хорошо сохранилась?

– Она была еще хуже – давно списана. К тому же полностью разбита о камни. Я специально из двух выбирал, которое похуже, чтобы ни у кого претензий не было. Вот договор, что я покупаю на острове Коневец триста тонн металлолома. Самовывоз мой! Не думаю, что у кого-нибудь возникнут вопросы. Тридцать лет назад «Мурена» была как новенькая. Я ее из того времени и взял.

– Машина времени? – восхищенно спросил Мир. – Мы целый год опыты проводили с Пересветом, и кое-что начало получаться. Но как тебе удалось целый корабль протащить через прибор? Он же метров тридцать в длину.

– Вот и думайте над этим с Пересветом еще год! Не догадаетесь, подскажу за дополнительную плату. А пока давай учиться кораблевождению. Кстати, «Муреной» управлять не трудней, чем вашей яхтой. Горючего полные баки. На пару тысяч километров хватит. Всю Ладогу объехать можно.

Мерлин и Мирослав так увлеклись своими техническими разговорами, что Варвара почувствовала себя обиженной.

– Так, а для ученицы сельской школы с незаконченным средним образованием будет хоть какая-то лекция об этом техническом монстре? А то ведь я даже не знаю, где оказалась и на чем поплыву.

Мерлин улыбнулся, поднял руку к воображаемой фуражке и бодрым голосом произнес:

– Капитан корабля рад приветствовать вас на борту десантного катера на воздушной подушке типа «Мурена». Судно способно к молниеносным действиям во время проведения десантных операций, а также может осуществлять высадку солдат и транспортной техники непосредственно на берег противника. Скорость хода этой посудины составляет более шестидесяти узлов, или сто десять километров в час.

Уже через пару часов «Мурена», управляемая Мирославом, с огромной скоростью летала по Ладоге, лихо делая повороты. Затем она вернулась на Коневец.

Отеть Соня и Полуночный Водик

– Пошли в каюту, – предложил Мерлин. – Посидим перед дорогой. Проверим список островов, которые нам необходимо обследовать. На севере Ладоге сотни больших и малых островов. Понадобится много времени, чтобы их все осмотреть. Но делать нечего. Правда, моя разведка кое-что донесла. Прежде всего, начнем с островов в центре Ладоги. Острова безлюдные, поэтому нечисти на них раздольно и спокойно. Могут там Катерину прятать. Туристы на них не плавают – острова эти в стороне от водных путей, да и опасно туристам соваться в центр Ладоги, слишком далеко от берега.

Начнем поиски на острове Воссинансари, – продолжил Мерлин. – Вот снимки с высоты птичьего полета. Спасибо Прасковье – организовала. На острове происходит какое-то шевеление. Нечисть местная не в меру резвится. Наверняка должна что-то знать.

– Красивый остров! – ребята начали рассматривать карту. – Все есть: и сосновый бор, и песчаный пляж, и луга, и скалы.

– Остров Воссинансари находится почти в центре Ладоги. Из центральных ладожских островов он один из самых больших. Больше лишь Валаам. Вот остальные карты, – продолжал Мерлин. – Обязательно надо посетить вот эти острова. Затем, если никого не найдем, отправимся в шхеры. Наша задача: искать и искать. И собрать как можно больше информации. Должен ведь кто-нибудь что-то знать.

– Значит, мы будем на «Мурене» преодолевать большие расстояния, а на нашей яхте плавать по узким длинным шхерам, – понял Мирослав.

– Да, там «Мурене» не развернуться.

– А как узнать, что на острове есть нечисть? – спросила Варвара. – Вот приедем, и они все попрячутся кто куда.

– Для этого я вам часы-индикатор приготовил.

– Электронные? А как их устанавливать? Почему они «один час» показывают? Сейчас сколько времени? – рассматривала часы Варвара.

– Это не «один час», а количество присутствующей нечисти рядом.

– Где же здесь нечисть? – удивился Мир.

– Да вот мне по наследству с этим кораблем досталась. Интересный экземпляр попался – Соня Жестянщик. Хотя этот Соня – настоящий отеть.

– Что за отеть? – спросил Мир.

– Отеть – домовой дух, крайняя степень лени. Я на него наступил, когда по «Мурене» лазал. Так он даже не вскочил. Но есть у этого отетя одно чудесное свойство. Если упрется, никакая сила его с места сдвинуть не сможет. Когда я занимался погрузкой и ремонтными работами, то чтобы перенести его с места на место мне два часа пришлось его уговаривать. Ни за какие пряники Соня не соглашался пошевелиться.

– А где сейчас этот Соня?

– Я его в трюм запихнул, на полку положил, так он даже глаза не открыл – лень ему. Так что давайте его в счет не брать. Поэтому ставим индикатор на «ноль».

– А можно на него хотя бы посмотреть? – спросила Варвара.

– Он в трюме на одной из верхних полок. А мы пока с Мирославом разработаем маршрут по всем островам.

Через несколько минут Варвара вернулась. За ней, медленно переступая, шел Соня Жестянщик. На нем была промасленная матросская роба. Мерлин удивленно посмотрел на него и Варвару.

– Как это тебе удалось? Я его и вареньем, и коврижками пытался вытащить из постели.

– У меня тоже не получилось! – вздохнула Варвара. – Змейка его на буксире тащит. Ей это тяжело дается. Уже два раза она у меня с пальца соскакивала.

От колечка на руке девушки к Соне тянулась тонкая золотистая нитка.

– Но, кажется, я кое-что придумала, и нам удастся с Соней Жестянщиком подружиться.

– Тогда завтра в путь. А сегодня, – предложил Мерлин, – можно по Коневцу прогуляться. Места здесь замечательные. Пляж по западному берегу тянется на несколько километров.

Ночью индикатор нечисти на руке Варвары неожиданно сработал. Варвара подскочила и разбудила своих друзей.

– Что случилось?

– Кажется на нас нападение. Индикатор показывает «единицу», – указала Варвара.

– Ну с одним то мы как-нибудь справимся! – зевнул Мерлин.

Друзья вышли на палубу. Действительно, где-то в ночи слышался плеск весел. Над озером клубился редкий туман. Было ясно, что кто-то плывет рядом.

– Кто это – водяной или русалка? – спросила Варвара.

– Скорее всего, это из новых.

– Из каких «новых»?

– Я думаю – это Полуночный Водник.

– Расскажи про него, Мерлин!

– На Ладоге много необъяснимого происходит. А с Полуночным Водником такая история. Один парень среди ночи сел в пустую байдарку и отчалил неизвестно куда. Обратно в свой лагерь так и не вернулся. Больше его никто не видел. Но с тех пор, говорят, в самых разных местах можно ночью услышать плеск весел. Лучше не оказываться на пути Полуночного Водника. Его байдарка может разрушить вашу яхту, и вы пойдете ко дну. Еще говорят, что это предупреждение и на следующий день надо быть особенно осторожным и держаться от воды подальше. И лучше не подходить к береговым «карманам».

– Что еще за карманы? – спросил Мирослав.

– Это неровности берега, очень опасные при сильном течении: туда может «затянуть». Говорят, эти течения создает отдыхающий Полуночный Водник, чтобы никто не мешал его сну.

Всплески весел все удалялись и на индикаторе цифра «1» мелькала лишь изредка.

– Пойдем спать, – предложил Мерлин. – Вряд ли Полуночник вернется.

Битва с сухим лесом. Гребень Влхвы

– Куда мы отправляемся? – поинтересовалась Варвара.

Видимость утром была отличная. Многие ладожские острова, находящиеся за десятки километров, были видны как на ладони.

– Наш вон тот! – показал Мирослав, сверившись с картой.

«Мурена» быстро набрала ход и меньше чем за час доплыла до острова Воссинансари. Около берега мощное судно взревело и далеко выехало на песчаный пляж.

– Здорово, даже якорь бросать не придется!

Мирослав был в полном восторге от маневра «Мурены».

– Выгружаемся и дальше действуем по плану.

Мерлин и Мирослав еще вчера разработали план разведки острова.

– Обследование этого огромного острова займет у нас два полных дня, – подсчитали они. – Воссинансари в длину километра четыре, да и ширина порядочная – не меньше километра.

– Ну что, готовы к бою? – спросил Мерлин. – Тогда вперед!

Мирослав и Мерлин взяли топорики, а Варвара надела на плечи «рюкзак с чудесами». Лес на острове большей частью был сосновый, а на земле лежало довольно много сухих сучьев.

– Да, давненько не ступала сюда нога человека, – сказал Мир, когда они продвинулись вперед на сотню метров.

– Если здесь и бывают рыбаки, то только на краю острова. Что им в глубине делать?! – подтвердил Мерлин.

Баюн, последовавший за путешественниками, лишь недовольно фыркал. Огибать препятствия из сучьев было все труднее. Лишь часа через два друзья вышли на другой край острова.

– За два дня не управимся, – вытирая пот со лба, сказал Мерлин. – Если мы хотим убедиться, что Мараны и ее сообщников здесь нет, придется пересечь остров около двадцати раз. А больше трех раз за день – сил не хватит.

Уставшие друзья отдыхали почти час.

– Давайте пройдем по берегу метров двести и снова пересечем остров, – предложил Мерлин.

В центре острова сучьев было особенно много, и Мерлин с Мирославом уже не раз прорубали дорогу топорами.

– Стойте! Баюша кого-то почувствовал! – сказала Варвара.

Мерлин и Мирослав обернулись и посмотрели на кота. Баюн сидел и бил хвостом по земле. Индикатор нечисти показывал жирную «1», но иногда начинал мигать и выдавал многозначные цифры.

– Ничего не понимаю, – сказала Варвара. – Мерлин, взгляни сам на часы. Сколько тут нечисти, с кем сражаться?

– Давайте остановимся и посмотрим, в чем дело, а пока приготовимся к возможному нападению, – предложил Мерлин.

Некоторое время ничего не происходило, но затем поднялся сильный ветер. В лесу он почти не ощущался, но было видно, как гнутся деревья. Верхушки сосен сильно качались. Тут и там слышался треск падающих деревьев. Некоторые даже падали рядом с друзьями.

– Становится опасно! Надо пробиваться на берег, – предложил Мерлин.

– Может, травку попробовать?! – предложила Варвара.

– Давай, не помешает.

Варвара вытряхнула содержимое своего рюкзачка на землю. Ветер тут же прекратился. Трава нечуй-ветер действовала безотказно.

– Значит, без нечистой силы не обошлось. Давайте найдем местного лешего.

Ветер сменился сильным свистом. Он был такой пронзительный, что закладывало уши.

– Пора спасать барабанные перепонки, – предложил Мирослав.

– Давай, а то действительно оглохнуть можно.

Пока Мирослав делал всем беруши, Мерлин и Варвара договорились, как они будут общаться между собой знаками.

– Давайте с местным свистуном поступим, как с Лядащим?

– Пробовать будем все.

Варвара достала рогатку и подготовила патроны из травы-колюки для местного лешего. Путешественники снова двинулись по лесу. Но до стрельбы из рогаток дело не дошло.

– Кажется, коряг стало больше! – сказал Мирослав.

– Стойте! – воскликнул Мерлин. – Сучья шевелятся.

Действительно, коряги шевелили своими лапами и, более того, стали наступать на друзей. Мирослав и Мерлин попытались отбиваться от них, но вскоре были вынуждены отступить. Перерубить все коряжины они не успевали, а сухие ветки как живые довольно больно стегали, и руки Мерлина и Мира были все в синяках и царапинах.

Друзьям, хотя и с потерями, удалось пробиться через круг движущихся сучьев. Вся одежда на них была изодрана буквально в клочья. Досталось и Варваре. А Баюн уже давно взлетел на верхушку высокой сосны и жалобно мяукал сверху.

– Варя, убери ветку нечуй-ветра, – воскликнул Мирослав.

– Зачем? Ветер снова поднимется, – не поняла девушка.

Но, тем не менее, она убрала ветку в рюкзак. Тут же снова поднялся сильный ветер.

– Есть идея – отступаем против ветра, – предложил Мирослав. – Сучья сухие – давайте попробуем их поджечь. Ой, спичек у меня нет!

– Спасибо, Мир! Главное – это идея, – кивнул Мерлин.

– Эй, растопка для костра, давай, подходи! – крикнул Мерлин. – Хозяин, сейчас тут одни головешки останутся! Сдавайся, пока цел.

Он пристально посмотрел на сучья, и те сначала задымились, а затем вспыхнули. Но сучья и не думали отступать, а, размахивая горящими лапами, ринулись на Мерлина и Мирослава.

– Пожалуй, быстро они не сгорят! – отбиваясь топором от наступающих коряг, крикнул Мерлин.

Сучья горели так жарко, что приходилось пятиться от них.

– Смотрите. Вон еще из леса пожаловали! – показала Варвара.

Со всех сторон к путешественникам ползли целые полчища новых коряг. Вскоре друзья оказались в огненном кольце.

– Что-то отступать не хочется. Можно мне вашу работу доделать? – усмехнулась Варвара.

– Давай! Давай! Мы не возражаем, – взмолился Мирослав, уставший махать топором.

Девушка уже несколько минут присматривалась к сражению мужчин с живыми корягами и обдумывала, как действовать.

– Придется гребнем Влхвы пожертвовать. Но одним гребешком не обойтись, – вслух размышляла Варвара. Попробую-ка я его вместе со своей расческой связать.

Варвара связала гребень с расческой, произнесла заклинание Влхвы и бросила на землю. Тут же между друзьями и наступающими корягами буквально выскочил из земли густой кустарник. Коряги, размахивая сучьями, пытались пробиться через живые кусты, но это было бесполезно. Они намертво застревали в густых зарослях.

– А нам-то как выбраться из этих кустов? – спросил Мирослав. – Ведь за ними нас поджидают эти коряги и скорей всего захотят поджарить. Не все же они сгорели. Скорей всего сейчас они со всего острова здесь соберутся.

– Я уж давно на всякий случай наши метлы вызвал. Просто стыдно было удирать от деревяшек! – и Мерлин показал глазами на метлы, прислонившиеся к деревьям.

– Ура, спасены! – запрыгала Варвара.

– Мир, ты еще с Варварой не летал? Не боишься? – спросил Мерлин.

– Куда денешься, полечу с ведьмой, если надо.

– Ну, тогда держись покрепче, – смеясь, сказала Варвара и взяла в руки свою метлу. – Не бойся, мы низенько полетим.

Через минуту Варвара и Мирослав взмыли над лесом, а Мерлин завис невысоко над землей.

– Мерлин, что ты задумал?

– Да мне надо бы одну корягу прихватить для опытов.

Мерлин щелкнул пальцами. В его руках тут же возникла длинная веревка, на конце которой он завязал в петлю. Взмахнув сделанным арканом, Мерлин ловко подцепил шевелящуюся коряжину за один из сучьев и потащил ее. Затем он пролетел мимо сосны, где сидел кот. Баюн, отчаянно шипя от страха, прыгнул к нему на спину. Через минуту друзья вернулись на «Мурену».

– Варя, неси скорей лечебные отвары и мази, – попросил Мерлин. – В первую очередь с прикрышем и тирличем. Надо срочно принять противоядие и обработать все наши ссадины и царапины. Мало ли какая зараза на них. И всем переодеться!

– Да, наша одежда годится только на тряпки. Восстановлению не подлежит. Первый тайм мы уже отыграли! «Один:ноль» в пользу хозяев, – подвел итог проигранного сражения Мирослав.

Когда все царапины были продизенфицированы, Мерлин сказал:

– Не волнуйтесь – завтра второй тайм. Кстати, Мир, сегодня ужин готовишь ты, а нам с Варварой придется варить зелье. Проверим, какая ты искусница. И займемся нашей пленницей.

С корягой пришлось повозиться. Она прыгала по палубе, извивалась, как змея, и норовила достать обидчиков и больно хлестнуть своими сучьями.

– Чувствую, ты уже что-то придумал, Мерлин, и знаешь, кто нам бока намял на острове? – спросила Варвара.

– Догадываюсь! Свист его выдал. Не иначе этот леший потомок Соловья-Разбойника. В былые времена своим посвистом тот много дел натворил. Но до разбойника этот, пожалуй, не дотягивает – измельчал больно. Соловей-Разбойник не прятался, а этот исподтишка действует. Соловей-Свистун, одним словом! Правда, и нам до Ильи Муромца далеко – не богатыри. Так что противник серьезный. Тем более первый. Этот Соловей своим свистом даже упавший лес оживил и двигаться заставил.

Мерлин и Варвара перебирали сундук Прасковьи.

– Давненько я травками не баловался. Чудесное у тебя наследство. Все самое нужное тебе Прасковья оставила. Даже завидно.

– Да я и сама пополняю запасы.

– Вижу-вижу, молодец! Хотя многие травы сто лет свои свойства сохраняют, но свежие всегда лучше.

– Правда, про некоторые травы я еще не все знаю. Как я поняла, ты задумал что-то сделать с этими бешеными корягами. Неужели порчу на них навести хочешь? – загорелись глаза у Варвары. – Никогда еще этим не занималась.

– Порча ли это? Наверное, нет. Мы же не с людьми бороться будем, а со взбесившимися корягами. Смотри, Варя, – показал Мерлин Варваре одну склянку из ее наследства. – Видишь невзрачные желтенькие цветочки. Это – глекота. Этой траве приписывают могущественные свойства. Кто держит ее в руке, то не боится никакой опасности. Глекота может усмирить любого бешеного волка, любую цепную собаку сделать ручной. Мой дед руками, смазанными в отваре глекоты, брал медведя за загривок и приводил его из леса. Рассказывают, один из морских водяных катался на огромной белой акуле, как на дельфине. Попробуем ее действие на нашей пленнице.

Мерлин смазал руки настоем и направился к связанной коряге. Коряга, заметив приближение людей, замахала своими лапами-сучьями, но, почувствовав действие глекоты, успокоилась.

– Осторожнее! – испуганно воскликнула Варвара. – Вдруг глекота действует только на живое и коряга лишь притворилась.

Но Мерлин уже спокойно трогал корягу, гладил ее.

– Жаль, ты сказать не можешь, кто и чем тебя заколдовал, – обратился Мерлин к коряге. – Ничего сейчас сами узнаем.

Мерлин отщипнул от коряги небольшую щепку.

– Сейчас разберемся. Проведем несколько химических опытов. К тому же надо убедиться – не грозит ли нам какая-нибудь зараза. Хватит ли прикрыша с тирличем как противоядия, или надо специальный отвар готовить? Тогда придется вызывать Прасковью.

Говоря это, Мерлин бросил щепку в заготовленный раствор.

– Понятно, так я и думал – деревянное бешенство. А вызвано оно спорыньей. Лето нынче сырое, и на заговоренных колосьях ржи появляются черные наросты в виде рожков. Это самый сильный яд, от которого даже умереть можно или могут начаться сильные припадки, сопровождаемые корчами и онемением. Еще – масло белены. Видно, обмазаны все коряги на острове. Может, дождем их окропили, может, еще как. И очевидно, вызывает белена у деревяшек какое-то раздражение. От древних колдунов я слышал, что вещи при натирания этим маслом могут не только двигаться, но и летать по воздуху.

– И такое бывает? – испуганно спросила Варвара.

– Да, однажды в юности меня чуть на кусочки не растерзали заколдованные вещи. Но об этом я тебе потом расскажу. А сейчас не теряя времени займемся варкой зелья.

В это время Мирослав окликнул Мерлина:

– Мне кажется, на берегу какое-то шевеление.

– Я думаю, пока это лишь разведчики. Но меры принять надо. У тебя еще есть твои гребешки? – спросил Мерлин у Варвары. – Надо бы отгородиться от возможной атаки жителей острова.

– А моя изгородь не взбесится после нападения коряг?

– Нет. На живые деревья эта отрава не действует. Корни глубоко сидят в земле. Так что сей свои гребни вокруг места нашей высадки. Хватит их у тебя, чтоб отгородиться?

– Да, я их нарезала достаточно. Еще раз спасибо Влхве.

Мерлин и Варвара спустились на берег, где девушка разбросала в разные стороны несколько гребешков, и вокруг «Мурены» быстро вырос настоящий частокол. Затем Мерлин развел костер. Варвара принесла свой котелок и поставила его на огонь.

– А мы попробуем, чтобы коряги друг друга перекусали.

Варвара задумалась и спросила:

– А мы друг друга не перекусаем?

– Нет! – рассмеялся Мерлин. – Но для твоего спокойствия брошу прикрыш и тирлич. Думаю, этого вполне достаточно. Ну, а ты, колдунья, что предлагаешь? – спросил Мерлин девушку.

Варвара подумала и добавила в отвар несколько капелек красного раствора разрыв-травы.

– Круто ты решила с деревяшками поступить! Пускай развалятся на мелкие кусочки? – ехидно спросил Мерлин.

Варвара подумала и протянула Мерлину склянку с cон-травой:

– Эту траву с желто-голубыми цветочками мы вместе с Катериной собирали в мае месяце с разными обрядами и наговорами.

– Пускай развалятся и заснут мертвым сном, – в том же духе продолжал Мерлин. – Что еще предлагаешь?

– Больше ничего, – решила обидеться Варвара.

– Нет, я с тобой полностью согласен. Ты молодец, все правильно решила! От себя добавлю nраву железняк. Смотри, какой ржавый отлив. Запомни, порошок этой травы вызывает ссору.

Часа через три по уверению Мерлина отвар был готов.

– А достаточно ли он варился? – засомневалась Варвара. – Мне Катерина говорила, что отвары надо готовить не менее дня. А лучше три.

– Правильно! Но я вокруг костра создал другое время. Здесь оно идет в двадцать раз быстрее – час за день. Не волнуйся, сейчас проверим. И в случае чего переварим. Результат на лице острова сразу увидим. А доставит зелье на остров шаровая молния. Сегодня облачно. Стрельнем в тучку из нашего носового орудия. Шарик разорвется, и пойдет дождик. А теперь – к Мирославу. Без его математических расчетов нам не обойтись.

– Мир, помоги траекторию рассчитать. Понимаешь, ни разу в жизни не стрелял из пушки, – честно признался Мерлин. – Надо забросить наше зелье в облако, чтобы прошел лечебный дождь и оросил весь остров.

– Давайте вес, размер, расстояние – и через пять минут пальнем! – загорелся Мирослав.

Через несколько минут Мирослав уже колдовал над корабельным орудием. Он направил его на проплывающие облака.

Затем сказал:

– Придется «Мурене» немного отъехать. Необходимо учесть направление ветра и размеры острова. Вспомните, Воссинансари имеет продолговатую форму. Ветер сейчас южный, поэтому лучше всего встать по ветру, чтобы дождем весь остров накрыть.

– Как скажешь!

«Мурена» плавно тронулась с места, и вскоре Мирослав попросил остановить судно.

– Заткните уши – сейчас как бабахнет!

Яркая молния пронзила тучу снизу. И через минуту мелкий моросящий дождик накрыл весь остров. Он шел достаточно долго и хорошо смочил землю.

– Кажется, получилось. Попал куда хотел, – сказал Мирослав.

– Отлично. Пошли поглядим на результаты, – предложил Мерлин. – Пора с Соловьем-Свистуном познакомиться.

После дождя выглянуло солнышко, и умытый дождем Воссинансари засиял, словно только что вынырнул из глубин озера. А над островом вспыхнула яркая радуга.

– Вот и ворота победы! – улыбнулся Мерлин.

Поимка Соловья-Свистуна

На всякий случай друзья как следует подготовились к обороне: вдруг зелье не подействует на бешеные коряги. Мирослав нес в своем рюкзаке длинный, продолговатый термос с молниями. Баюн спокойно бежал впереди и не подавал сигналов о близости нечисти. Остров после дождя удивительно изменился.

– Прямо настоящий ухоженный парк, а не лес. Как будто сотня лесников и тимуровцев неделю его чистили, – удивленно сказала Варвара. – Куда все коряжины подевались?

– Твоя разрыв-трава разрушила, а сон-трава спать уложила.

– Неужели коряги действительно перекусали друг друга? Не может быть! – воскликнула Варвара. – Мерлин, покажешь потом, как и что на острове происходило.

– Не понял?

– В волшебном зеркале, которое показывает прошлые события. Как тогда у Всеведа. Ну что тебе стоит?

– Ладно, посмотрим! Самому интересно, что мы с тобой наварили.

Прогулка по острову была приятной.

– Где же Соловей, что это он сигналов не подает?

– Может, его коряги перекусали? – предположил Мирослав.

Лишь через полчаса друзья дождались свиста, сопровождаемого порывом ветра. Был он оглушительный, но довольно короткий. Через некоторое время раздался еще один свист, но на этот раз совсем с другой стороны.

– Ведет себя прямо как Аука, так же бегает и кружит. Интересно, заклинание против леших поможет? Шел, нашел, потерял! Овечья морда, овечья шерсть! – выкрикнула Варвара, подаренные ей Бабой-Язей заклинания.

Где-то в лесу раздался грохот падающего тела, а затем жалобные повизгивания. Тем не менее, потомок Соловья-Разбойника, видимо, решил биться до последнего и вскоре снова раздался протяжный оглушительный свист.

– Ладно, у меня тоже найдется оружие против леших! – улыбнулся Мерлин. – Разреши, Варя, теперь нам с Миром закончить дело.

Мерлин достал из-за ворота рубахи иголку с ниткой и сказал Мирославу.

– Доставай парочку.

Мирослав окунул руки в раствор и достал две небольшие шаровые молнии. Мерлин ловко проткнул оранжевый шар иглой и стал дожидаться свиста Соловья. Ко второй молнии Мерлин присоединил неизвестно откуда появившийся динамик. Затем подумал, снова взмахнул рукой, и в воздухе появились две блестящие тарелки из музыкального оркестра.

– Бороться против Соловья попробуем его же оружием! – прокомментировал Мерлин свои действия.

Как только порывы ветра донесли до друзей жуткий свист, Мерлин два раза взмахнул иглой, как будто пришивая молнию к воздушной струе.

– Ветер, вернись к хозяину! Пришей к нему молнию! – Мерлин отправил порыв ветра обратно. – Всем крепко заткнуть уши и спрятаться за деревья!

Оранжевые шарики понеслись в глубину леса. Через несколько секунд раздался сильнейший удар грома, в несколько раз усиленный динамиком и тарелками. Затем треск падающего дерева и отчаянный вопль. Друзья поспешили на этот крик. Вскоре они увидели огромную упавшую осину. Среди ее ветвей сидел маленький толстый человечек. Он крутил головой, хлопал себя по ушам, а одежда на нем дымилась. Молния попала в дерево, на котором сидел Соловей. При виде подходящих друзей он попытался спрятаться в ветвях упавшего дерева, но после такого нокаута даже не смог встать на ноги.

– Вылезай, а то я тебя еще раз молнией шарахну! – громко предупредил Мерлин.

– Я хороший! Меня заставили! Я больше не буду! – кричал толстенький человечек. – Марана угрожала меня сжечь. Это она во всем виновата. Серая ведьма на нашем острове отравила все сухие деревья, а не мы, лешаки.

Мерлин взмахнул руками, и Соловей-Свистун вылетел из-за сучьев, перевернулся в воздухе и повис вверх ногами. Он с опаской поглядывал на землю и пытался перевернуться. Заметив это, Мерлин еще на пару метров поднял Соловья вверх и тихо сказал ребятам:

– Конечно, мы слегка нарушаем международную конвенцию об обращении с военнопленными, но время дорого. Да и правозащитников вроде поблизости нет.

Затем обратился к Соловью:

– Кто с тобой работает?

– Я один, если не считать нескольких лесовиков. Но они при виде вас, могучих волшебников, уже давно в норы забились.

– А никого на этом острове Марана не прячет? – задала главный интересующий ее вопрос Варвара.

– Нет, никого!

– А сколько раз здесь была Марана? – продолжила допрос Варвара.

– Два раза. Один раз в августе прошлого года она пролетала с большим отрядом. А затем приезжала сюда на быстроходном катере со своей подругой. Вот тогда она и заразу на острове и рассыпала.

– Больше ничего не вспомнишь? – задал вопрос Мерлин.

– Нет, нет! Клянусь, – дрожал от страха Соловей.

– Ладно! Остров мы привели в порядок. Тебе поддерживать порядок, зараженных коряг здесь больше нет. А ты смотри, не смей больше никого пугать. Ни рыбаков, ни туристов! Учти – проверим!

Невидимый плащ Несмеяны.

Битва на метлах

– Теперь куда путь держим? – спросила Варвара.

– На Верккосари.

За две недели путешественники обследовали несколько островов. Но ни Мараны, ни спрятанной Катерины, ни Михаила они не обнаружили. Даже местная нечисть куда-то попряталась.

Ладожские острова были прекрасны, и ни один не похож на другой. То путешественников встречали неприступные скалы, то ласковый пляж, то берег напоминал огромные ступени из обточенной водой гальки. На многих островах к воде спускались гранитные «бараньи лбы».

«Штурмовое» вооружение всегда было под руками, и ребята сразу же бросались на поиски. Но Мерлин удерживал их:

– Не делайте поспешных шагов. К тому же вы не должны уставать. Надо быть всегда свежими и готовыми к бою. Не забывайте о Кодексе о труде. Что там говорится? Детям нельзя работать больше четырех часов в день. Я вам, так и быть, разрешаю заниматься поисками по шесть часов.

Не всегда друзья сразу находили удобную стоянку. «Мурене» иногда приходилось объезжать вокруг всего острова. Поэтому при приближении к очередному острову Варвара взлетала повыше на своей метле, чтобы сверху выбрать место для стоянки и направить туда «Мурену». Вот и перед Верккосари Варвара поднялась высоко в воздух.

– Какой интересный остров! – подумала она. – Каменный, а сверху немного деревьев и поляны. Правда, пляжа нет. Зато вон там для «Мурены» найдется маленькая удобная бухточка.

И тут ее кто-то сильно ударил по плечу. От неожиданности Варвара чуть не выпустила из рук метлу. Она обернулась. Сзади никого не было. Еще один удар по правой руке заставил ее вскрикнуть от боли.

– Кто это?! – воскликнула девушка.

Рядом раздался злой смех. И тут Варвара увидела в метре от себя Несмеяну. Варвара несколько раз встречалась с ней в Зеленце. Та распахнула плащ и показала себя.

– Что с тобой? – удивленно спросила Варвара.

– Спасайся, если сможешь! – крикнула Несмеяна.

В руке она держала длинный железный прут. Несмеяна задернула плащ, накинула на лицо капюшон и тут же исчезла.

– Плащ-невидимка! – поняла Варвара. – Что же делать?

Еще один удар, на этот раз по спине, и у Варвары потемнело в глазах.

– Вперед, метла! – девушка решила облететь Несмеяну и спастись от нее на «Мурене».

Сделав большой круг, она ринулась к судну, но снова получила удар железным прутом от невидимой соперницы. Еще несколько попыток окончились подобными ударами. Несмеяна уверенно преграждала Варваре путь к друзьям. Правая рука девушки повисла как плеть, а бок болел так, что было трудно дышать. Варвара едва не потеряла сознание от боли, и только с большим трудом ей удалось взять себя в руки.

– Надо в облаках спрятаться! – решила Варвара и стала резко набирать высоту.

Она первой долетела до облака и нырнула в него. Когда она пролетела сквозь облако, то увидела, что ее догоняет небольшое серое пятно.

– Здорово! – обрадовалась девушка. – Теперь Несмеяна хоть немного видна.

Капли тумана осели на плаще-невидимке, и поэтому стали заметны контуры ее противницы. Однако на ветру плащ Несмеяны быстро высох, и она снова стала невидимой.

– Еще раз искупаемся в туче! – решила Варвара. – Только надо выбирать тучки потемнее. Жалко, у меня нет никакой палки для обороны. Вот уж никак не думала, что и в воздухе на меня кто-нибудь нападет. Как же быть? – лихорадочно соображала Варвара.

Несмеяна летала на метле не хуже, и еще два раза на юную ведьму обрушились удары железного прута. Варвара нырнула в темную грозовую тучу и перевела дух. Туча была почти непрозрачной, и Варвара услышала, как в нескольких метрах от нее мимо со свистом пронеслась Несмеяна.

Одежда на Варваре стала потрескивать.

– Туча-то грозовая! – догадалась девушка. – Вот и у меня теперь будет оружие. Надо поискать, где электрические заряды.

И вскоре Варвара наткнулась на то, что искала – целое голубое озерцо с будущими молниями.

– Во что бы их собрать?

Девушка бросилась прямо в искрящееся озеро. Стянула с себя футболку и набрала в нее несколько литров голубой электрической жидкости. Ведьмочка завязала футболку с двух сторон и приладила на метлу.

– Пора на встречу!

Варвара громко крикнула:

– Несмеяна, ты где! – и ринулась вниз.

Вынырнув из тучи, она отлетела от нее в сторону солнца и остановилась.

– Отлично, солнышко осветит Несмеяну как следует.

Варвара не ошиблась. Через несколько секунд показалась ее промокшая насквозь противница. Солнце искрилось в капельках на плаще. Несмеяна поняла, что потеряла свое преимущество, и откинула капюшон плаща. Зрелище было не из приятных. На Варвару летела голова Несмеяны с растрепанными волосами. Хотя контуры тела тоже угадывались.

– Как бы мне ее схватить? Да хоть зубами вцеплюсь и сорву плащ! Вперед! – сказала себе юная ведьма.

Несмеяна не ожидала контратаки своей бывшей жертвы и промахнулась. Железный прут едва скользнул по боку Варвары. Больше взмахнуть своим оружием Несмеяна не успела. Варвара буквально вцепилась в свою жертву. Она крепко прижалась к ней и принялась горстями доставать из майки электрические заряды и швырять их в свою противницу.

Несмеяну затрясло от боли. Все ее тело одеревенело, а Варвара, уже не понимая, что делает, доставала из своей футболки все новые порции зарядов и размазывала по телу соперницы. Та уже не сопротивлялась, а лишь подпрыгивала от сильных электрических ударов. Варвара вывернула футболку наизнанку и вытряхнула остатки электричества на свою противницу.

Раздался сильный взрыв, и Несмеяна отлетела на несколько метров. Варвару и саму немножко тряхнуло, но она тут же пришла в себя. Горящая Несмеяна падала вниз. Ее метла развалилась на мелкие кусочки и больше ее не держала.

– Ой, что я наделала! – воскликнула Варвара и, направив метлу вниз, бросилась к падающей противнице.

С трудом догнала ее и схватила за волосы. Но Варвара сама была так измождена битвой, что сумела лишь немного затормозить падение в ледяные воды Ладоги. «Пропадем обе!», – только и успела подумать Варвара.

К счастью, друзья услышали грохот разрядов и увидели окончание их воздушной битвы, они уже спешили на помощь. «Мурена» неслась к падающим девушкам на предельной скорости. Варваре становилось все хуже. От боли во всем теле от полученных ударов она теряла сознание. Как в тумане она увидела, что друзья уже близко, и отключилась.

Перелет в Зеленец

– Что вы натворили, девушки? – плакал Мерлин. – Как же так можно?

Мирослав почувствовал, что и у него слезы текут из глаз. Все тело Варвары было в багровых полосах от ударов, а правая рука неестественно вывернута. Еще хуже выглядела Несмеяна. Она дрожала, кожа покрылась пузырями от ожогов, в некоторых местах тело обуглилось и почернело.

– Боюсь, здесь мы их не спасем! И в Зеленце им никто не поможет, там сейчас нет таких знахарок. – Вслух рассуждал Мерлин. – К тому же туда нельзя – не все будут довольны, что мы развязали войну на озере. Впрочем, я знаю, куда мы полетим. Назад! Знаю я там одну знахарку.

И Мерлин принял решение. Он бросился в каюту и вскоре выскочил с аптечкой и с каким-то прибором.

– Сейчас, сейчас! Мир, сделай пока обеим красавицам обезболивающие уколы, а то мы их не довезем.

Он покопался в аптечке.

– Вот это! – Мерлин выбрал две ампулы.

Мирослав вколол потерявшим сознание девушкам какое-то лекарство и посмотрел на Мерлина.

– Ты готов перенестись во времени и в пространстве? – спросил Мерлин. – Или останешься на «Мурене»?

– Не спрашивай! – махнул рукой юноша. – Давай быстрее – их спасать надо.

– Тогда в путь!

Палубу «Мурены» озарило ярким синим светом, и Мирослав непроизвольно закрыл глаза. Его несколько раз будто перевернуло. Вскоре синее сияние прекратилось, и Мирослав удивленно огляделся. Что-то знакомое было в том месте, где они находились.

– Да ведь мы в Зеленце! – дошло до Мирослава. – То же озеро Щало, тот же Дом старейшин.

Больше он ничего не узнавал. Постройки вокруг озера были другие, а совсем близко к озеру подступал лес. Мир удивленно посмотрел на Мерлина.

– Мы в прошлом. Сейчас узнаем, не промахнулся ли я в спешке. Ведь мне пришлось делать все очень быстро. Прасковья! – громко позвал Мерлин.

Из дома вышла красивая рыжеволосая девушка.

– Неужели это Прасковья?! – Мирослав удивленно взглянул на Мерлина.

– Только в молодости. В спешке трудно угадать со временем, – поморщился Мерлин. – Чуть перелетели. Лет так на семь-восемь. Она меня еще не знает!

Мирослав и сам уже сообразил, что они оказались в далеком прошлом.

– Прасковья, помоги, пожалуйста. Это Варвара – твоя дальняя родственница, а это Несмеяна – родственница Мараны.

Но Прасковье ничего не нужно было объяснять. Та сразу поняла: надо спасать девушек.

– Потом разберемся! Так. Эту в баню понесем, хорошо, как раз только что натопила, – показала Прасковья на Варвару. – А эту быстрей в землю зарывайте. Вон в сарае лопаты.

Мерлин и Мирослав переглянулись.

– Вы не видите, ее молнией ударило – все тело почернело. Надо чтобы из нее весь заряд вышел. А я пока подготовлю для нее люльку с лекарством и зыбучим песком, – сказала Прасковья.

Мирослав и Мерлин схватили лопаты и закидали Несмеяну землей. Прасковья бросилась в избу и вскоре выбежала в обществе двух кикимор. Те тащили корзинку с мазями.

– Минут через десять аккуратно откопайте девушку и уложите в люльку с зыбучим песком. Добавьте летун-травы, календулы, мяты, чтобы крепко уснула. Пока все! Действуйте! – сказала Прасковья кикиморам. Затем она обратилась к Мерлину: – Помоги ей, – кивнула она на Несмеяну. – Постарайся усыпить девушку, чтобы она боли не чувствовала. Сможешь?

Мерлин кивнул. Из домов к месту событий начали собираться бабки.

– Тебе помочь, Прасковья? – испуганно, но с участием спрашивали они.

– Прочь отсюда, мокрые курицы. Вас сюда никто не звал. Убирайтесь, а не то всех в пух и перья превращу.

У Несмеяны обгорела большая часть тела. Через десять минут кикиморы тонкими беличьими хвостами стряхнули с нее землю и положили девушку в деревянное корыто. Вокруг девушки забулькал песок с серебристыми пузырьками летун‑травы. Мерлин принялся водить руками и нашептывать. И вскоре Несмеяна крепко уснула, хотя и стонала во сне – боль была невыносимая.

– Теперь этой займемся, – сказала Прасковья Мирославу. – Понесем ее в баню.

Они положили девушку на носилки и направились к озеру. Прасковья что-то нашептывала по дороге. В бане Варвару уложили на полок. Перед Мирославом прямо в воздухе появились ножницы.

– Режь! – скомандовала Прасковья. – Все равно это уже не одежда, а тряпки.

Мир вздохнул:

– Что скажет Варвара, когда узнает, что я видел ее обнаженной?!

– Спасибо скажет! – рассмеялась Прасковья. – Смой пока запекшуюся кровь и грязь.

Когда вся одежда была срезана, он взглянул на подругу и ужаснулся. Тело девушки было все в ранах и кровоподтеках.

– Пять ребер сломано и рука в двух местах, – сказала после осмотра Прасковья. – Не волнуйся! Вылечим быстро – сам не поверишь. Все будет в порядке у твоей подруги. А теперь помогай! Я буду подавать мази, а ты тело своей красавицы погуще мазями натирай.

Прямо в воздухе перед Мирославом стали появляться баночки с различными мазями. Все они приятно пахли: какая медом, какая цветами, некоторые молоком.

– Этой мазью смажь ступни и кисти рук. Этой – нужно все тело покрыть. Этой – раны и ссадины, – командовала Прасковья. – Ну, пожалуй, и все. Теперь давай ее перебинтуем.

Прасковья взмахнула руками, и тело Варвары поднялось в воздух. Прасковья умело перебинтовала девушку и хлопнула в ладоши. Рядом с Варварой появились носилки. Прасковья мягко переместила ее на них и снова хлопнула в ладоши. Носилки сами плавно понесли девушку в дом.

– Теперь раздевайся и сам мойся. Весь грязный. Сколько вы не мылись?

– Почти месяц.

– Тебя попарить надо. Чего мнешься?

– У нас в Харчевне принято мыться по отдельности: сначала мужчины, потом женщины.

– Где у вас? В Харчевне? Это деревушка за болотом? Кошмар какой. Что за дикие нравы! – засмеялась Прасковья. – Банник! Пару поддай и помой их, а то меня харчевнинские стесняются. И отмой этого грязнулю как следует. После бани приходите в дом.

На каменке послышалось шипение, и всю баню заволокло паром.

– Одежду в таз кидай – русалки-прачки постирают. В предбаннике новую одежду найдешь. Ладно уж, мойся спокойно. Я пошла к Несмеяне.

Мирослав разделся и лег на полок. Только сейчас он понял, как устал. Чьи-то заботливые руки принялись тереть Мирослава мягкой мочалкой, а затем по его телу заходил душистый березовый веник. В предбаннике Мирослава ждала довольно странная, но удобная одежда – широкие брюки с кушаком и льняная рубашка.

– За девушек не волнуйтесь, – сказала Прасковья, когда намытые путешественники вернулись в дом. – С ними все будет хорошо. Не скоро, но поправятся. Проходите, располагайтесь. Сейчас ужин подам. А пока рассказывайте, кто вы такие? Почему ко мне прибыли?

Мирослав открыл было рот, но не знал, с чего начать.

– Кто это мой родственник, если я вас первый раз в жизни вижу и никого не знаю? – накинулась Прасковья на Мерлина и Мирослава. – Почему вы так одеты? И самое главное, почему у Варвары точно такое же колечко, как у меня? Откуда она его взяла? Колечко-то – волшебное.

Те переглянулись, не зная с чего начать. Мирослав неотрывно смотрел на толстый отрывной календарь. Затем он глазами показал на него Мерлину. 1922 год.

– Да, лет на семь дальше пролетели, – кивнул Мерлин. – Поэтому Прасковья меня еще не знает. Я первый раз оказался в поселении, когда мне двадцать пять было, когда здесь Институт науки открыли. Но времени у меня на «Мурене» не было, чтобы точно вычислить. Прости, Мир.

– Ты что, Мерлин! Главное – девушек спасли.

– Куда пролетели? – задала еще один вопрос Прасковья.

– Понимаешь, Прасковья… – начал Мерлин.

Тут раздался стук в дверь. Вошел Дед-Всевед, а за ним испуганно толпились зеленецкие бабки. Мирослав вздрогнул от неожиданности.

– Здравствуй, Дед-Всевед!

– Здравствуй, Мир! Здравствуй, Мерлин! – сказал Дед-Всевед. – Все правильно, Прасковья! Все хорошо. А это – твой верный друг Мерлин. Года через три ты с ним получше познакомишься. Это – Мирослав – тоже твой верный друг. И его ты узнаешь. А колечко на руке у Варвары точно твое.

Дед-Всевед незаметно подмигнул Мирославу.

– С лечением не ошиблась – лучше тебя в Зеленце знахарки нет. Но бабок пусти. Не помешают! Ночью или днем посидят рядом с девушками. Мерлину и Мирославу тоже отдыхать надо. Не то тебе четверых лечить придется. Заговаривать боль бабки умеют – опыт большой. Да травок они успокаивающих принесли. Девушкам это поможет.

– Ладно, пущу! – поморщилась Прасковья. – Заходите!

Она открыла дверь. В избу, низко кланяясь, вошли несколько старух. Они сразу же принялись хлопотать, заговаривая боль у спящих девушек.

– Приходите ко мне завтра, нам есть, что обсудить! – сказал Дед-Всевед друзьям. – А сейчас в Управу идите – я вам приготовил костюмы, подобающие времени, и деньги на расходы.

Через три дня Варвара проснулась. Она резко опустила ноги с постели и вскрикнула от боли.

– Ой, что это со мной?

– Ничего не помнишь? – подскочил к ней Мирослав.

Подошла Прасковья.

– Привет, бабушка! – радостно воскликнула Варвара.

– Что, девонька больно? Какая я тебе бабушка? Я всего-то года на три тебя старше!

Варвара посмотрела на Мирослава. Тот за спиной Прасковьи делал ей знаки – тише мол!

– Пей вот. Боль как рукой снимет. И бредить перестанешь.

– И правда – полегчало! – через несколько минут сказала Варвара. – А где Несмеяна?

– Тебе лучше не видеть, что ты с ней сделала, – буркнул Мирослав. – Хуже нет, когда девчонки дерутся.

Они поговорили несколько минут, и вскоре Варвара снова заснула.

Усач Баечник

и другие непрошеные гости

Мирослав все ночи проводил рядом с Варварой. Прасковья заметила боль в глазах Мирослава.

– Любишь? – посмотрела она на юношу.

Тот кивнул.

– Тогда давай от тебя часть энергии для нее возьмем. Согласен?

– Конечно.

– Бери ее за руку и помогай мысленно.

Вскоре Мирослав почувствовал, как ослабел.

– Хватит-хватит, – а то и тебя лечить придется. – Прасковья прикоснулась к Мирославу. – У тебя уже рука ледяная. На-ко, выпей горячего чайку.

Несколько ночей подряд Варвара бредила. Просыпаясь в холодном поту, она кричала:

– Уберите его, он меня задушит!

Утром Мирослав пожаловался Прасковье:

– Я чувствую, ее кто-то пугает. Варваре все кажется, будто в комнате кто-то есть.

– Хорошо, сегодня проверим, в чем дело. Бредит Варвара или действительно кто-то нам мешает. Я лягу на печку, а ты продолжай сидеть рядом с Варварой. Если она снова застонет и кого-то испугается, то брось на печку вот эту варежку – мою Кику, – она меня тут же разбудит. Вместе сны посмотрим, – улыбнулась Прасковья, – а ты вот что сделай. Когда Варвара проснется, зажги вот эту лучину – она пропитана зельем, и если кто придет, не убежит далеко – споткнется.

Несколько часов прошло спокойно. Мирослав даже задремал на стуле. Но сразу проснулся, едва Варвара вскрикнула. Юноша внимательно огляделся. Казалось, в комнате никого нет. Тем не менее, Варвара мотала головой, словно хотела избавиться от кого-то. Мирослав немедленно зажег оставленную Прасковьей лучину и бросил варежку на печку. В комнате приятно запахло какими-то травами. Юноша огляделся. Рядом с Варварой никого не было. Прасковья тихо поднялась и взглянула вниз. На полу была отчетливо видна тень огромного мужчины. С большим носом и разведенными в сторону руками.

– Ба! Да у нас гости, – воскликнула Прасковья. – Почему без приглашения?

Она соскочила с печи и подошла к Мирославу.

– Стоять! – скомандовала она, увидев, что тень начала двигаться к двери. – Сейчас поговорим с тобой.

Она воткнула в стену еще две лучины. Теперь тень на полу оказалась в треугольнике и бросала отражения во все стороны.

– Появись! – хлопнула Прасковья в ладоши.

Тень тут же поползла вверх, и в комнате появился огромный босой мужчина.

– Домовой! – понял Мирослав.

Ростом метра два, но, как оказалось, без рук! Тень на полу создавала обманчивое впечатление. Руки ему заменяли длиннющие усы, которые спадали на плечи, а затем расходились в разные стороны. Одет домовой был в какой-то пыльный балахон.

– Привет, Баечник! Зачем пожаловал в мой дом, что тебе надо от моих гостей?

Баечник на вопрос Прасковьи отвечать не стал. Увидев, что она перегородила путь к двери, Баечник шагнул к окну. На его пути оказался Мирослав. Один из усов домового поднялся и отодвинул юношу в сторону. Баечник был почти у окна, но в этот момент, неизвестно откуда, вылетели большие ножницы для стрижки овец и звонко щелкнули. Левый ус упал на землю. Баечник взвыл от боли. Ножницы описали круг и прихватили второй ус.

– Не надо, Прасковья! – взмолился тот. – Ты же знаешь, усы у меня вместо рук – я их десять лет растил.

– Не скажешь, зачем ты здесь, второй ус отхвачу, а затем заколдую, чтобы волосы у тебя никогда не росли.

Баечник сидел и думал. Знал видно, что ему так и так не поздоровится. Наконец домовой вздохнул и сказал:

– Серые ведьмы меня послали. Порчу на рыжую девчонку наводят, через меня болезнь-лихорадку хотят на нее наслать.

– Это те, которые год назад прибыли к нам в Зеленец из Карелии?

Баечник кивнул.

– Болезнь на девушку попала? – спросила Прасковья.

Домовой молчал. Ножницы снова прихватили ус Баечника.

– Нет, нет еще! – завопил тот.

Затем Баечник кивнул на Несмеяну:

– А еще они велели вторую девушку сегодня от тебя унести.

– Не отдам! – заявила Прасковья. – Во-первых, Несмеяна еще очень плоха. У нее все тело обгорело, а во-вторых, они могут сами свою родственницу проведать и забрать, а не тебя посылать. К тому же Дед-Всевед сам доверил мне лечить обеих девушек. Так и передай. А если ты еще раз сюда пожалуешь, то твой второй ус сам отвалится.

При этих словах правый ус Баечника плетью упал вниз и перестал повиноваться домовому.

– Понял?!

– Понял-понял! Прости меня. Все передам, – заверил Баечник.

Он испуганно смотрел на свой поникший ус.

– Заговорен теперь твой ус. Вот передашь все своим хозяйкам – наговор отпущу, а пока так ходи. А если ты все же наслал заразу на Варвару, то тебе конец! Теперь выметайся отсю-

да! – скомандовала Прасковья и распахнула дверь.

Баечник в ужасе попятился к выходу. Прасковья подошла к отрезанному усу Баечника, лежащему на полу, и взяла его в руки. Ведьма лезвием ножа что-то соскребла с волос:

– Проверим, какую на нем заразу принесли. – Через некоторое время она сказала: – Спорынья, дурман, сонная одурь, белладонна. Да! Лихорадки не избежать. Сколько, говоришь, ночей Варвара просыпается? Значит, Баечник уже три ночи приходит. Интересно, почему девушку лихорадка еще не трясет?

– Я, кажется, знаю, – сказал Мирослав. – Когда на нас бешеные коряги напали, Мерлин нам противоядие какое-то давал и царапины им обрабатывал. Спорынья на кустах была – это точно, а что еще, не помню.

– Ну, тогда буди Мерлина. Узнаем, чем он вас лечил.

Мерлин, как и Мирослав, несколько последних дней провел в заботах о девушках и теперь крепко спал. Он, сонный, вошел в комнату.

– Что ты давал Варваре от бешеных коряг? – спросила Прасковья.

– Прикрыш и тирлич.

Прасковья удовлетворенно кивнула.

– Правильно. Тогда девушке ничего не грозит. Кто же научил тебя знахарской науке?

– Так ты же и научила, – проговорился спросонья Мерлин.

Он опять забыл о времени, в котором находится. Для Мерлина путешествие во времени было делом обычным, и он не придавал этому большого значения.

– Ладно, разберемся. Иди спи! – задумчиво сказала Прасковья. – Если бы не Всевед, добралась бы я до истины прямо сейчас. А теперь займемся подброшенными прокудами. Нельзя, чтобы в мой дом лезли все кому не лень.

– Помочь? – спросил Мерлин.

– Поможете. Никуда не денетесь. Ведь из-за вас на мой дом такое нашествие!

Прасковья поставила в печку огромную сковородку и произнесла какое-то заклинание. Сковородка стала красной от жара. Затем ведьма хлопнула в ладоши:

– Явись передо мной тот, кто без приглашения пришел!

На чердаке и в подвале что-то громыхнуло, и в комнате появились сразу несколько бесов. Они дрожали от страха, предчувствуя расплату.

– В печь! – грозно скомандовала Прасковья.

Прокуд будто кто-то схватил за шиворот и бросил на сковородку. Запахло паленой шерстью. Черти несколько минут прыгали на раскаленной сковородке. Затем Прасковья еще раз хлопнула в ладоши – и черти, отчаянно воя, вылетели в трубу. Через минуту Мирослав услышал всплеск: черти попадали в озеро.

– В доброте ей не откажешь, – тихо сказал Мерлин. – Все же пожалела чертей. Могла бы и оземь их шарахнуть. Тогда бы те костей не собрали.

– Утром и в доме, и на моем огороде займемся прополкой нечисти. Прибавили вы мне забот! – недовольно сказала Прасковья.

Мерлин уже окончательно проснулся. Он щелкнул пальцами, и тут же к его рукам прямо из-под пола потянулись хвосты кроснят. Он дернул за хвосты, и вредные карлики задергались, повиснув в воздухе.

– Чьи будете?

Те визжали, но говорить не хотели. Мерлин раскрутил их с такой силой, что их не стало видно, и отпустил. Кроснята, непонятным образом пролетев через стену дома, так же как и прокуды, плюхнулись в озеро.

– Как же так? – удивилась Прасковья. – Почему у меня не получилось вытащить кроснят?

– Современные методы! – улыбнулся Мерлин. – Ты уж прости нас, Прасковья.

– Научишь! И прощением тут не отделаешься – помогать мне будете. И себе заодно. Не знаю, откуда вы на мою голову свалились, но кто-то на вас очень зол.

Утром Мирослав и Мерлин ходили по огороду, ползали по подвалу. И собирали в корзинки и банки все подозрительное. В подвале Мерлин показал Мирославу несколько необычных фиолетовых мотыльков. Те сидели в сыром углу и дрожали, как осиновые листья. Мерлин аккуратно собрал мотыльков в банку и отнес Прасковье. Та покачала головой:

– Сестры ворогуш-лихорадок. Этот ночной мотылек может сесть на губы сонного человека и принести ему болезнь.

Мирослав залез на чердак и там наткнулся на пару странных летучих мышей. Странным ему показался их рот, больше похожий на рот пиявки. Он спустился вниз и описал увиденные существа Прасковье и Мерлину.

– Опойцы! – уверенно сказала Прасковья. – Эти твари впиваются в тело и сосут из него кровь, как настоящие вампиры. Сейчас возьмем дымную пыхалку от пчел, а я туда дурман-травы добавлю. Подставишь под них ведро с водой и окуришь.

Увидев, что юноша колеблется, Прасковья напомнила ему о спящей Варваре, и Мирослав, прихватив пыхалку с дурманом и ведро с водой, снова поднялся наверх.

Мирослав и цветок папоротника

– Прасковья, расскажи, пожалуйста, про цветок папоротника.

– Тебе зачем?

– Варвара последние две ночи этим цветком бредит. Вроде бы папоротник не цветет?

– Для кого цветет, для кого нет… – загадочно сказала Прасковья. – Тебе он не нужен! Я не слышала еще ни об одном человеке, который смог бы сорвать Огненный цветок и донести его до дома. Нечисть заклюет. Но Варвара – молодец! Больна, а о цветке помнит!

– Ты права. Цветок папоротника мне не нужен. Но насколько я понял, Варвара боится, что цветок достанется Маране. А сейчас по ночам Варвара все бредит и рвется на поиски папоротника.

– Чего ее бояться? Невзрачная финская девчонка. Недавно к нам прибыла. Сидит дома со своими тетками, носа никуда не кажет.

– В будущем эта серая девчонка много чего может натворить, – тихо пробормотал Мирослав.

– Так что ты хочешь?

– Помешать Маране сорвать цветок папоротника.

– Вредный какой! Ладно, подумаю, – сказала Прасковья.

В глубине души ей самой нелюдимые северные ведьмы не нравились. Да и слухи о происходящем на севере Ладоги стали доходить до Зеленца. Уж больно много нечисти лесной пропало там за последнее время. Пора было посылать на Север проверку.

Днем, когда Мирослава и Мерлина от дежурства у девушек освобождали бабки-знахарки, те пропадали в маленькой научной лаборатории Зеленца. Конечно, на приборах начала века было трудно что-либо сотворить. Тем не менее, несколько опытов оказались удачными. И в руках Мирослава появилась трубка с несколькими оранжевыми зарядами.

– Слабенькие они какие-то, едва живые! – посмотрел на молнии Мирослав с явным неудовольствием.

– Ничего, пугнуть могут! – заверил Мерлин. – Только перед запуском их надо чуток подкормить. Можно угольком, можно перьями птиц. Тогда шарики сразу силу наберут, загорятся и бабахнут как следуют.

– Так где Варвара хотела папоротник собирать? – продолжила вечером разговор Прасковья.

– Я знаю от нее лишь название деревни. В прошлом году она его искала где-то рядом с деревней Озерной. Это в Вепсарии.

– Знаю, знаю это дикое местечко. Деревня русская, а вокруг по хуторам живут карелы и вепсы. Вероятно, на одном из хуторов твоя Марана и родилась.

– Вовсе она не моя, – буркнул Мирослав.

– А ты что, даже на метле летать не умеешь? – спросила Прасковья.

Мир покачал головой.

– Как же нам туда добираться? На лошадях неделю вокруг болота трястись! Не успеем. Что же мне с тобой делать? – задумалась Прасковья. – Придется к знакомым ежкам идти – ступу для нас с тобой просить. Ведь завтра ночь на Ивана Купала – надо действовать немедленно.

Наступил Иванов день. Прасковья внимательно посмотрела на Мирослава:

– Не боишься? Ведь можешь из лесу обратно не вернуться! Мало кто из людей, сорвавших Жар-Цвет, домой возвращался. Заклюет нечисть-то!

– Лично мне цветок не нужен, но Варвара что-то чувствует.

– Тогда искупаемся по традиции в Щало и в путь-дорогу.

Приготовления к ночи на Ивана Купала в Зеленце продолжались несколько дней. Все поселенцы будто сошли с ума. Пространство вокруг озера Щало было покрыто длинной скатертью с пирогами, пряниками, конфетами, разными напитками.

Каждая улица, выходящая на озеро, заканчивалась березкой-Купалой, под которой сидели соломенные Ярилы. Рядом высились огромные костры Купальцы с тележными колесами наверху, некоторые из них повыше самого большого дома. Улицы будто соревновались друг с другом, чьи Купала и Ярило краше и наряднее одеты, чей костер Купалец выше.

На мост Управы вышел Дед-Всевед, сказал краткую речь. Сразу после этого празднование началось. Заиграла музыка и начался пир. Закружились хороводы русалок, дети запрыгали, вспыхнули бенгальские огни. Один за другим загорелись Купальцы, и что удивительно: круги хороводов поднялись высоко вверх вместе с пламенем костра. А колеса с костров не сразу скатились в воду, а также сначала хороводом облетели вокруг озера.

Жители Зеленца выбрали самую красивую девушку-русалку, та скинула с себя все одежды и надела наряд из цветов. Она шла по берегу озера Щало, а вокруг нее двигался веселый девичий хоровод. Глаза у русалки были завязаны, и она раздавала каждому желающему узнать свою судьбу заранее приготовленные венки. Смотря по тому, какой венок кому достанется, какие цветы в него вплетены, можно узнать о своей судьбе. Колокольчики и ромашки сулили девушкам счастливую жизнь замужем, а незабудки и лютики – бедность и несчастливые годы.

Большинство жителей Зеленца разделись и побежали купаться в озеро. После этого молодежь начала прыгать через догорающие костры. Веселье было в самом разгаре, когда Прасковья подошла к Мирославу.

– Интересно? – спросила Прасковья.

– Да, уходить не хочется! – сказал Мирослав.

– К сожалению, нам пора, если ты действительно собрался за цветком папоротника.

Они возвратились в дом. У печи стояла огромная железная ступа.

– Настоящая?! – восторженно произнес Мирослав.

– Игрушечная! Ставь ступу в печь.

Мирослав поставил ее прямо на угли.

– Теперь залезай в ступу и устраивайся поудобнее.

Юноша достал тубус с молниями и полез внутрь волшебного транспортного средства.

– Никак медведей своей дубиной отгонять собрался? – удивленно взглянула Прасковья на оружие Мирослава.

Мирослав ничего не ответил.

– Ладно! – махнула рукой Прасковья.

Она достала из кармана кисет с порошком и задумалась.

– Интересно, сколько летного порошка сыпать? Тьфу ты, забыла спросить! – сплюнула Прасковья. – Ладно, больше не меньше.

Прасковья зачерпнула по большой горсти фиолетового порошка и насыпала в две коробки, прикрепленные к ступе.

– Ну, к черту! – молодая ведьма вытащила огниво и зажгла ленточку.

Некоторое время ступа подпрыгивала в печи, затем заревела и стала потихоньку подниматься.

– Пригнись и обхвати голову руками!

Прасковья присела на дно ступы. Мирослав последовал ее примеру. Девушка закрыла крышку, и стало темно. Раздался сильный толчок, и ступа заревела как ракета. Рев продолжался с минуту. Наконец полетный корабль прекратил набирать высоту и застыл в воздухе.

– Боюсь, переборщила, как бы в космос не улететь! – покачала головой Прасковья. – С одной моей знакомой ведьмой однажды такое случилось. Сгинула где-то в просторах вселенной.

Ведьма открыла крышку и глянула вниз:

– Да, летим над облаками. Верст пять, пожалуй, будет. Дышать трудновато! Надо снизиться чуток. Сейчас разберемся, как этой штукой управляют. Не метла все же.

Прасковья развернула ступу, слегка наклонила вниз ее маленькие крылья и бросила по горсточке порошка в коробки. Ступа развернулась и полетела на восток, плавно снижаясь. Несколько раз Прасковья добавляла в коробки сиреневого порошка. Через некоторое время она озабоченно произнесла.

– Можем не долететь до места. Порошка не хватит. Ветер встречный, да и знакомая ежка жадиной оказалась – порошка маловато отсыпала. Да и я бухнула вначале многовато! В общем, все к одному.

– Не упадем хоть? – спросил Мирослав.

– За это не волнуйся. Ступа умеет планировать. Жалко нигде нет грозовых тучек, – огляделась Прасковья. – А то бы подпитались.

– Тучки тебе зачем?

– Я ж сказала, горючего там немеряно. Взяли бы голубых зарядов и вперед. Их надолго хватило бы. Энергии в них – не то что в этом сиреневом уголечке.

– А оранжевые заряды тебе не подойдут?

Прасковья удивленно посмотрела на Мирослава, а юноша протянул ей свой тубус.

– Бери!

– Зачем мне твоя палка?

– Там лежит то, что тебе нужно! – И Мирослав снял крышку.

Прасковья посмотрела внутрь тубуса.

– Ты что в воду глядел?!

Она достала один оранжевый шарик и повертела его в руках.

«Прямо как Варвара», – подумал Мир.

– Теперь все нормально – долетим хоть до Лысой горы!

Прасковья что-то прошептала, и ступа понеслась вперед, оставляя за собой след из маленьких электрических искорок.

– Никак не пойму, Мир, кто же ты на самом деле, – удивленно посмотрела на Мирослава Прасковья. – Не похож ты на простого человека. Из новых, наверное, будешь. Смотри, таких раньше на кострах сжигали, хоть они и не были ведьмаками.

Мирославу от таких слов сразу стало жарко.

– А вон и Озерная. В деревню на праздник не полетим – мы уже на своем побывали.

Ступа приземлилась на высоком пригорке. Отсюда лес был виден на многие километры.

– Вроде бы лес волшебный! – прислушалась Прасковья. – Так и должно быть. Дальше ни поселков, ни деревень почитай до самой Вологды нет. Понятно, почему тут многие ведьмы ищут Огненный цветок.

Солнце все ниже клонилось к горизонту.

– Красиво! Смотри – алые всполохи тут и там. Кое-где папоротник уже начал цвести, – показала Прасковья. – Вот тебе колокольчик! Если кто на тебя нападет и сам не справишься – звони! Мигом примчусь, и Свети-цвет вместе отобьем.

Прасковья протянула колокольчик Мирославу.

– Я же сказал, мне ваш цветок не нужен. Варвара хочет, чтобы я помешал Маране.

– А вот мне цветок пригодится. Успехов тебе! Иди ищи свою Марану.

Обзор с пригорка был прекрасный. И лес и деревня Озерная были видны как на ладони. Через некоторое время Мирослав заметил движение на западе. Три ведьмы сели на опушке перед лесом метрах в ста от Мирослава. Они быстро спрятали метлы и полетные плащи и направились к лесу. Рядом с лесом старшая ведьма махнула рукой, и женщины разошлись в три разные стороны.

Мир на некотором отдалении поспешил за девушкой. Та уверенно шла по лесной тропинке в глубь леса. Юноша шел за ней по лесу параллельной дорогой. Наконец на поляне у кустов папоротника девушка остановилась и осмотрелась вокруг. Мирослав подошел ближе и спрятался за густыми лапами елок. Елки были очень колючими.

«Зато меня не видно и тубус с молниями держать не надо, – подумал Мирослав, расположив его на лапах ели. – К тому же прицеливаться удобно».

Вскоре кусты папоротника начали шевелиться, затем озарились алым цветом. Прямо из середины широколистного куста показалась почка, осветившая все вокруг. Почка прыгала на невидимом стебле, рвалась во все стороны, разбрасывая вокруг себя золотистые молнии. Наконец, она разорвалась и превратилась в Огненный цветок, испускавший волны алого цвета.

– Аленький цветочек! – восхитился Мирослав. – Какую красоту губить приходится. Но раз обещал. Не доставаться же цветку Маране!

Мирослав вздохнул. Затем достал немного угольного порошка и птичьего пуха и бросил подкормку шаровой молнии. Молния в тубусе сразу стала яркой и завращалась. Марана уже протянула к цветку руку, когда Мирослав нажал на спуск. Молния, такая же яркая, как сам цветок папоротника, с шипением понеслась на встречу со своим братом. Марана обернулась и, увидев несущийся на нее огненный шар, испуганно отскочила.

Молния и цветок встретились и слились воедино. Какое-то время между ними шла непонятная борьба. Шаровая молния поглотила цветок и постепенно превратилась в огромный огненный шар. Раздался оглушительный взрыв, и волшебный лес пришел в движение. Шар после взрыва разлетелся на множество огненных змеев, и те помчались на поиски новой добычи. У Мирослава в тубусе оставалось еще несколько молний.

«На всякий случай добавлю по корням! – решил он и выпустил заряд в основание куста папоротника. – Чтобы еще пятьдесят лет для Мараны ничего не цвело».

Действия Мирослава вызвали цепную реакцию в лесу. Вокруг – близко и вдалеке – раздалось еще несколько взрывов. А деревья и кусты в лесу пришли в движение и замахали своими лапами. Мирославу сильно досталось. Тут и там мимо летали огненные молнии, ища свою добычу. Иногда они налетали на деревья, взрывались, и толстенные сосны и ели падали с оглушительным треском.

«Пора сматываться!» – подумал виновник бури и со всех ног бросился из леса.

В одном месте ему показалось, будто деревья пытаются преградить путь. Мирослав сорвал с плеча тубус, выпустил пару разрядов по препятствию и тут же нырнул в образовавшийся проем. Только на опушке леса он отдышался и стал поджидать Прасковью. Вскоре он услышал ее оглушительный смех.

– Никогда так не веселилась. Смотри, какой у меня урожай!

Прасковья показала свой передник, в котором было около двадцати алых шаров.

– Наловила немного. Вот нахалки – все цветки папоротника в лесу уничтожили! Прямо эпидемия какая-то, – и Прасковья лукаво взглянула на Мирослава. – Рассказывай, чем вы с Мерлином молнии заразили?! Ох, и достанется тебе от всего лесного братства, если узнают, кто устроил этот переполох.

– Я даже не предполагал, что так получится, – не знал, что ваши цветочки такие недотроги! – извинялся Мирослав.

– Не бойся – не выдам! Давай в твою пушку перегрузим заряды, – предложила Прасковья.

Несколько зарядов в тубусе не поместилось.

– Придется отпустить. Дай-ка и я похулиганю немного. Ну, летите на свободу! – И Прасковья, последний раз погладив молнии, начала выпускать их в сторону леса.

– Смотри, на одном шаре остались несколько лепестков Огненного цветка.

Прасковья сняла их и показала Мирославу:

– Хорошая добыча!

– А что ты с ними сделаешь? – поинтересовался Мирослав.

– Моя прабабка рассказывала, что всякий, кто достанет Жар-цвет, станет вещим человеком, узнает прошедшее, настоящее и будущее, будет угадывать чужие мысли и понимать разговоры растений, птиц, гадов и зверей. Что ж, проверим! Вдруг это действительно правда! А вон твоя подруга Марана. Что ты с ней сделал?

Две женщины буквально волокли девушку.

– Она мне не подруга, а совсем наоборот.

– Тогда прячься-ка в ступе, чтобы тебя не увидели. Лучше им не знать, кто виноват в сегодняшнем лесном погроме. Наверняка девушка из-за тебя пострадала.

Мирослав кивнул. Прасковья направилась к серым ведьмам и поинтересовалась: не нужна ли помощь. Те сухо поблагодарили и махнули рукой.

– Жива, – сказала вернувшаяся Прасковья. – Но ей здорово досталось.

– Главное, я просьбу Варвары выполнил. Не дал Маране до вашего цветка добраться.

– Чем же она вам так насолила? – спросила Прасковья.

Мирослав не ответил.

– Ну, как знаешь! Пора в обратный путь. Мне до утра еще много трав надо собрать. Можешь помочь, если хочешь.

– Конечно, помогу, Прасковья! А почему ты молний не боишься? – спросил Мирослав. – Откуда у тебя такие способности?

– Я думаю, от прабабки моей по наследству досталось. Для меня молнии как добрые животные. Вреда мне не делают.

На следующий день Прасковья достала волшебный кристалл и долго задумчиво в него смотрела.

– Не может быть! – всплеснула она руками. – Больше не буду вперед заглядывать – чего только не померещится.

Варвара поправляется

Варвара пошла на поправку. Через две недели после трагического полета над Ладогой ей разрешили вставать. Но лубки и бинты все еще оставались на девушке. Мир помог Варваре подняться с постели.

– Кошмар, все тело чешется и болит! – пожаловалась она.

– Прасковья говорила, раз болит – значит, проходит. На вот – прими лекарства.

Варвара выглянула в окно.

– Где мы?

– В Зеленце.

– Что-то ничего не узнаю.

– Внимательно приглядись.

– Похоже. Озеро вроде то же. Дом старейшин стоит. А где институт, школа и все большие дома? Почему только избы вокруг?

– Смотри сюда! – и Мирослав показал на календарь.

Варвара взглянула и ахнула:

– Не может быть! Тысяча девятьсот двадцать второй год. Неужели все из-за меня? Как же я подвела Катерину. Столько времени потеряли и ничего не сделали. Надо просить Мерлина быстрей возвращаться.

– Подожди немного, ты еще ничего не можешь. Вспомни, Марана даже с Катериной справилась. А ты сейчас очень слаба, чтобы с ней воевать, – сказал ей Мирослав.

Варвара ничего не ответила. Но как только Мирослав вышел из комнаты, она попробовала сдвинуть взглядом кружку на столе. Ничего не получилось. Книжка, стоящая на полке, также отказалась повиноваться девушке. Варвара заплакала от бессилия.

– Значит, он прав. Как я смогу бороться с Мараной? Только всех подведу.

Взгляд ее упал на змейку, обвивавшую ее палец.

– Помоги, змейка!

Варвара подняла руку и направила ее на кружку, но от колечка не потянулась, как обычно, блестящая ниточка. Вспыхнула лишь маленькая искорка. Тем не менее, кружка слегка закачалась.

– Значит, не все потеряно, – обрадовалась девушка.

Мерлин, Прасковья и ребята сидели за столом.

– Нам пора возвращаться, – опять начала нетерпеливая Варвара.

В этот момент в дверь постучали, и вошел Дед-Всевед.

– Как наша гостья? Молодец, гляжу, почти совсем поправилась!

– Да нет, – возразила Прасковья. – Еще совсем слаба, ничего не может. Но хочет скорей вырваться от меня. Поживете у меня еще пару недель! Или давайте я вас в деревню к знакомым свезу.

– Я об этом тоже подумал, – сказал Дед-Всевед. – И вот что я вам подыскал, чтобы Варвара окончательно поправилась. Принеси-ка, Прасковья, серебряную тарелку.

Дед-Всевед взял тарелку в руки и что-то прошептал. На поверхности сразу появилось четкое изображение.

– Смотрите, какое чудное местечко. На Ладожском озере, в одной из ее шхер, километрах в двадцати от Сортавалы находится хутор зажиточного карела Петера. Я его давно знаю. Жена у него, кстати, русская – Надеждой зовут. Значит, проблем с языком у вас не будет. Все его дети разъехались: кто в финскую армию пошел служить, кто на заработки в Россию отправился. А работники ему нужны. Из жителей только он с женой и остались. Жить у него есть где – несколько домов на хуторе. Леших и водяных моих он всегда привечал, отношения у нас с ним сложились хорошие. Я уже с Петером о вас договорился, и он вас ждет. Собирайтесь потихоньку. Поедете через Петроград. Город заодно посмотрите. Думаю, такая экскурсия Варваре и Мирославу будет интересна. Как соберетесь, приходите в Управу. У меня к вам поручение будет: груз сопровождать.

– Правильно, Варя, пока ты не вернешь всю свою былую силу, бороться тебе с серыми ведьмами нельзя. Придется подчиниться. Иначе я отказываюсь тебе помогать в твоих поисках, – добавил Мерлин.

Варвара посмотрела на Мирослава.

– Большинство, Варя. Тебе придется согласиться. Мы едем на Ладогу. Спасибо тебе за помощь, Дед-Всевед! – поблагодарил Мир.

– Ну вот, все откладывается, – грустно вздохнула Варвара.

– Вовсе нет! Я потом тебе объясню, – заверил Мерлин.

– Теперь перейдем к приятному, – снова заговорил Дед-Всевед. – Позвольте торжественно поздравить Мирослава и вручить ему премию за первое место в конкурсе.

Дед-Всевед пожал руку юноше и вручил диплом и пухлый конверт.

– Думаю, ваши денежные вопросы улажены, и если вы не захотите работать у Петера, то месяца два не будете бедствовать, этих денег хватит. Теперь разрешите откланяться.

И Дед-Всевед удалился.

– В каком это конкурсе? – спросили все, чуть ли не хором.

– Пока ты болела – надо же было чем-то заняться? Я узнал, что в Зеленце проводится градостроительный конкурс, и принял в нем участие. Набросал план-проект строительства на будущие сто лет с учетом роста поселения. Предложил схему водо– и газоснабжения будущего Зеленца, написал, как решить транспортные проблемы.

– Ну, ты и нахал, Мир! Как я понимаю, твой проект очень похож на современный Зеленец – Город-солнца с лучами. Никогда не предполала, что ты способен на плагиат.

– Не переживай, Варя. Во-первых, это только проект, его могут не утвердить, – засмеялся Мирослав. – А во-вторых, автором будет комиссия местных строителей и архитекторов, сам я нигде не подписывался. Хотя и премию мне дали, но они еще до сих пор спорят и критикуют. Ведь для них все это ново и непривычно. Когда до дела дойдет, никто и не вспомнит автора проекта. А что бы было, если бы комиссии понравился другой проект? Кстати, сам Дед-Всевед просил меня принять участие в конкурсе. Тоже боялся, чтобы местные чего не начудили. Он, кстати, об общественных деньгах очень переживает. Мало их сейчас в Зеленце. В России на окраинах еще Гражданская война не закончилась, и доходов в Управу поступает не так много.

– Не сомневаюсь, что твой проект утвердят. Ладно. А что ты хотел мне объяснить, Мерлин? – спросила Варвара.

– Я хотел тебе сказать, не расстраивайся. Ты ни минуты времени не потеряешь. Ты же со мной. И я вас верну на «Мурену» в тот момент и в то же место, когда ты ее покинула.

– То есть здесь, в тысяча девятьсот двадцать втором году, нам торопиться некуда! – улыбнулся Мирослав Варваре.

– Да, ровно в шестнадцать часов десятого июня две тысячи четвертого года вы окажетесь на Ладоге прямо на нашей «Мурене».

– А Несмеяна?

– Когда она совсем поправится, я ее отправлю прямо в современный Зеленец. Она проснется, увидит себя в своем доме и, может, даже ничего не вспомнит. Подумает, будто все было во сне.

– Хорошо, что мы едем на север Ладоги, – обрадовался Мирослав. – Заодно проведем там разведку. Кое-что надо выяснить!

Мерлин сурово посмотрел на юношу.

– А ты знаешь, чем это чревато? Ход событий может измениться. Например, в будущем не родится мальчик Мир.

– Конечно, знаю. Будем осторожными. Пока я сидел рядом с Варварой, много книг прочел из библиотеки Всеведа. С его разрешения пользовался архивом. Многое узнал о династиях. О твоей родне, Варя, тоже.

– Это обо мне, что ли? – улыбнулась Прасковья.

– И о тебе, и обо всех ваших предках. Знакомился я с родословными почти всех жителей Зеленца, но больше всего меня интересовал род Мараны. То есть всех серых северных ведьм. И самое интересное, что на Ладоге они появились как раз в это время.

– Откуда они взялись? – спросила Варвара.

– Как я понял из местных летописей, в это время клан серых ведьм купил где-то в ладожских шхерах один финский хутор. Но, к сожалению, даже в летописях нет описания точного места, где это было. Хорошо все скрыто. Наверняка они сейчас строятся и укрепляются.

– Интересно узнать – где и как? – загорелась Варвара.

– Так, Мир, выкладывай, что ты задумал? – предложил Мерлин.

– Найти хутор Мараны прямо сейчас в этом времени! На современных картах такого поселения нет или оно отмечено как «брошенные деревни» или «сараи». Хорошо бы на разведку прямо сейчас съездить и попробовать найти их жилище. Может, удастся узнать, как оно защищено и как в него попасть, а в будущем не тратить зря времени и направиться прямиком туда.

– Я думаю, они построили себе нечто похожее на каменный замок прямо в скалах, а с озера замаскировали проход, так что даже местные рыбаки и водяные этого не знают, – сказал Мерлин. – Кстати, хорошо, что они в Зеленце живут на выселках и с нами не встречались. Поэтому они не знают, как мы выглядим. Серые ведьмы даже не будут подозревать, что мы к ним на север на разведку пожаловали.

– После купальского ночного ужаса, который Мирослав им устроил, они все на следующий день из Зеленца уехали, – добавила Прасковья.

– Еще и лучше. Значит, можно спокойно гулять по Зеленцу.

– Гуляйте, но потихоньку будем собираться.

– Я к вам так привыкла! – грустно сказала Прасковья. А потом добавила: – Хоть вы и с того света!

В Петрограде

Через два дня друзья были готовы отправиться в путешествие в Карелию. Перед отъездом они зашли в Управу к Деду-Всеведу. Тот начал издалека:

– Немного истории для вас. Несколько лет назад Финляндия была автономным великим княжеством в составе России. Поэтому северное Приладожье во многом зависело от столицы, находящейся не так далеко от них. Местные жители вывозили в Петербург мясомолочные продукты, лес, дрова и всевозможные дары природы: мед, рыбу, шкуры зверей. А себе покупали растительное масло, крупы и все, что в хозяйстве необходимо. Русские купцы на своих пароходах также любили плавать на север Ладожского озера. Теперь когда-то одну страну разделила война и граница. Когда связь с Россией прервалась, в Карелию прекратились поставки зерна и товаров. Ни одежды, ни инвентаря, ни пороха для охоты у местных жителей почти не осталось. Плохо сейчас там: безработица, безденежье. Не голодают, конечно, ибо подсобное хозяйство есть у всех, а карелы рыбаки и охотники прекрасные. Охотой и рыбой только и живут. Когда еще все наладится?

Наша Управа тоже решила помочь северянам. Для нас границы не главное. К счастью, только что кончилась война с финнами и подписан мирный договор. Вот что мы придумали. Две баржи от финских иммигрантов с гуманитарной помощью прибывают в Россию из Швеции. Одна остается в Петрограде для детских приютов, а вторая следует в Сортавалу. Вы на буксире должны ее сопроводить и доставить туда груз. Я слышал, вы прекрасные моряки? Поэтому нанимаю вас на сортавальскую баржу экипажем. Кстати, шведы хорошо вам заплатили. И советскими рублями и финскими кронами. К премии Мирослава у вас будет еще одна прибавка. А ты, Мерлин, зайди в кассу и получи командировочные на весь экипаж.

– Спасибо, что заботишься о нас, Всевед! Не отработаем ведь.

– Не волнуйтесь. Вы даже не представляете, насколько важна эта помощь и как в Сортавале ее ждут.

Мерлин вышел.

– Насколько я понимаю, вы еще не родились, и у вас ни паспортов, ни удостоверений никаких нет, – улыбнулся Дед-Всевед.

– Я уже этот вопрос уладил! – сказал «не родившийся» Мирослав. – Умельцев в Зеленце много. За час любые документы нарисуют. Лично себе я паспорт на память уже приобрел. У вас это недорого.

– У-у-у, фальшивомонетчик или как это называется!? – протянула Варвара.

Появился Мерлин.

– Деньги получил. Мерлин – капитан, Мир – помощник капитана, а ты, Варя, – старший помощник младшего помощника и по совместительству – кок на барже.

– Где мои суточные? – протянула руку Варвара.

– Зачем тебе?

– Как?! На разграбление города. Мы же завтра едем в Петроград!

– Да гляжу, вы думаете совершенно по-другому, чем мы! – покачала головой Прасковья.

Рано утром ребята прощались с Прасковьей, которая провожала их на вокзале. Зеленецкий вокзал находился на том же месте. Но был он совсем другой. Не тот, к которому ребята привыкли. Здание вокзала было похоже на теремок, срубленный из толстых бревен. Внутри очень уютный. Ожидающим поезда пассажирам предлагали чай из стоящего в центре зала огромного самовара. Вокруг самовара на столиках горой были навалены сушки и кусковой сахар.

Паровоз стоял под парами. Несколько леших доставали из ящика огромный занавес.

– Что это? – спросил Мирослав.

– Плащ-невидимка для паровоза, – объяснила Прасковья, – чтобы никто не видел передвижения нашего поезда.

– А как же встречные поезда? – спросил Мирослав. – Я читал, что раньше во многих местах железная дорога была одноколейной.

– «Зеленый экспресс» выныривает сразу за поездом «Москва – Петроград». Тот прибывает в Петроград в восемь утра. А зеленецкий следует за ним в двух минутах. Наши стрелочники дежурят на каждой станции и в случае чего задержат отправление встречных поездов, – пояснила Прасковья.

Через четыре часа ребята вышли на перрон Московского вокзала. Прямо на вокзале Мерлин нанял извозчика, и они проехались по всему Невскому проспекту.

Во все глаза разглядывали ребята Петроград начала века. Кому еще доведется побывать на такой экскурсии в старом городе? С интересом смотрели они на красногвардейцев, которые недавно вернулись с фронтов Гражданской войны и в этот солнечный день во множестве гуляли по городу; вздыхали при виде оборванных беспризорников, спящих под деревьями на скамейках. Смеялись, увидев скрипящий трамвай и дребезжащие антикварные автомобили. Затем посидели в одном маленьком кафе и прямо на улице поели мороженого. Долго гуляли друзья по Петрограду.

– Теперь пора в порт, – посмотрел на часы Мерлин. – До вечера надо принять нашу баржу. А ночью успеть пройти по Неве под всеми разводными мостами.

В порту ребята быстро нашли баржу под шведским флагом. В присутствии начальника порта Мирослав спустил шведский флаг и поднял флаг молодой российской республики. Затем к барже подошел небольшой, но сильный буксир. Мерлин оформил все таможенные и проездные документы.

– Пожалуй, все. Трогаем, помощник.

Мирослав дал три гудка и вывел баржу из порта.

– Проводка под невскими мостами считается трудным делом. Хорошо, что нам придется проходить мосты против течения, – сказал Мерлин. – Против течения управлять буксиром значительно легче. Надеюсь, справишься! Не хотелось бы попасть в историю, врезавшись в мост.

Но буксир протащил баржу строго по центру пролета разведенного моста Лейтенанта Шмидта. Затем легко прошел под Дворцовым. За ночь буксир одолел весь путь по Неве. У крепости Орешек пограничники проверили документы. А днем буксир уже тащил баржу по Ладоге, направляясь в Финляндию. Через день ребята с большим интересом смотрели на берега Воссинансари и вспоминали:

– Помнишь, как мы воевали с корягами? А как досталось бедному Соловью?

Увидав Верккосари – остров, который задержал их путешествие, Варвара спустилась на камбуз:

– Пойду, приготовлю обед.

А на следующее утро буксир подошел к северному берегу Ладоги.

– Как бы нам здесь не запутаться, – озабоченно сказал Мерлин. – Сколько островов.

Мирослав улыбнулся и уверенно направил буксир в длинный пролив.

– Вот, Мерлин, смотри на карте. После того, как мы прошли Валаам, я все время держу на север. Ориентиром для меня была вон та цепочка островов: самый большой остров Воспоминаний, а вон тот крайний, который в Ладоге плавает, – остров Суури. А далее по проливу Маркатси… Да, трудно выговорить длинные финские названия! Продолжаю… От Маркатсимансалми мы доплывем до самой Сортавалы и никуда не денемся.

Город тысячи чертей

Петер, пожилой, но еще крепкий мужчина, встречал гостей на своей упряжке, запряженной двумя лошадьми. Он стоял рядом с пристанью и ждал баржу с гостями. На хуторянине были штаны до колен, широкая рубаха, а сверху куртка. Мерлин сразу узнал Петера. Дед-Всевед очень точно его описал.

– Здравствуй, Петер! Тебе лично полагается часть груза. Вон тот контейнер – твой. Дед-Всевед лично тебе его прислал. В контейнере мешки с пшеницей, с сахаром, бочки с растительным маслом, крупы. Кланялся и благодарность передавал, что об его подданных ты заботишься, в холодные зимы подкармливаешь.

– День добрый! Все равно спасибо ему, – ответил Петер. – Так и подданные Всеведа нам всегда помогают. Рыбу в сети загоняют, грибные места показывают. Надежду в прошлом году из леса вывели, когда она заплутала. Мы нужны друг другу. Придется вам меня подождать, я не знал, что будет груз для меня. Надо еще лошадей и телеги у родственников взять, чтобы все отвезти на хутор.

Говорил Петер с небольшим финским акцентом.

– Не спеши, Петер, – сказал Мерлин. – Мне еще долго оформлять таможенные документы. Потом за разгрузкой на барже надо проследить и буксир нашим морякам передать, чтобы перегнали обратно в Питер.

– А я и не тороплюсь, – сказал Петер. – Когда не уедем – все засветло приедем. Солнце в начале июля у нас не заходит.

– Вы, ребята, можете погулять по городу. Что здесь сидеть? Начинай отдых, Варя! – скомандовал вице-капитан Мерлин. – Все на экскурсию!

– Что ж, мы пошли, – согласился начитанный Мирослав. – Придется мне побыть экскурсоводом.

– И что ты знаешь об этом городке? – поинтересовалась Варвара.

– Во-первых, ползая по Интернету я узнал, что он красив. Раньше назывался «финской жемчужиной».

– Сама вижу. Вон сколько озер вокруг, прямо в городе, сосновый бор, скалы.

– Во-вторых, это старинный город. Известен с двенадцатого века. А с шестнадцатого столетия его новгородцы называют очень ласково – Сердоболь. На старорусском «сердоболь» – «родственник». Затем город на время перешел к шведам, пока Петр Первый его не вернул. Словом сердечный городок – всем нужен! Финны его получили в восемнадцатом году, то есть четыре года назад, как бы лучше это сказать, по местному времени, раз сейчас тысяча девятьсот двадцать второй год, а не две тысячи четвертый. Теперь он называется Сортавала. Это означает в приблизительном переводе, что «чертей здесь много». В старину здешние скалы были прибежищем нечистой силы. Русские, которым черти надоедали, все время пытались избавиться от них и прогнать подальше, поэтому частенько собирались толпой и ходили с факелами вокруг города, громко крича: «Черт, вали!» Финские крестьяне подумали, что русские празднуют день города, и переиначили на свой манер – Сортавала, что означает «Черта власть».

Варвара тут же включила индикатор нечисти на своей руке. Индикатор работал как-то вяло.

– Ничего не понимаю! Есть тут нечисть или нет? Мой прибор реагирует хуже, чем на отеть Соню. Какое-то сонное царство.

В Сортавале было множество озер, и ребята гуляли целый день между ладожскими проливами и озерами. На берегу озера Айранне, соединенного протокой с Ладогой, индикатор нечисти заработал отчетливо. На берегу сидели десятка три рыболовов.

– Это не местные рыбу ловят! Вернее местные, но домовые. Дома, видимо, есть нечего, вот они и вышли на рыбалку.

Маленькие домовята собрали всю выловленную рыбу, почистили и отнесли пожилому домовому, сидящему в беседке. Рядом с беседкой уже горел костер, а в котелке кипела вода с парой луковиц. Домовой бросил рыбу в котелок, посолил и через десять минут уже брякал тарелками, приглашая рыбаков на уху. Ребята подошли к беседке и завели разговор. Предположения Варвары оправдались.

– Нам много не надо! – жаловался на жизнь старик домовой. – Раньше хозяева хоть корочку хлеба на столе оставляли. А последнее время им и самим есть нечего. Война. Хорошо, что она наконец закончилась. Но нового урожая еще долго ждать. Может быть, тогда хозяева отъедятся и о нас вспомнят. А пока вот сами себе рыбу ловим. Щавель по берегам озер собираем. В лес лешаки за грибами и ягодами не пускают. Вы же знаете – у нас с ними вечная война.

Через речки, текущие между озерами, были перекинуты висячие пешеходные мостики с дощатым настилом на стальных канатах. А большие проливы соединяли широкие каменные мосты.

– Где такую красоту увидишь? Шхеры тянутся на десятки километров. Как будто реки среди мраморных скал. Поэтому, наверное, и финны, и шведы, и русские этот город так долго не могли поделить! – сказал Мирослав, когда они поднялись на смотровую площадку.

Улицы в центре города были узенькие, встречные экипажи с трудом разъезжались, уступая дорогу друг другу. Дома были каменные, облицованные суровым карельским гранитом, с красной черепичной крышей и в основном двух– и трехэтажные.

Зато на окраинах места было вдоволь. Здесь стояли удлиненные деревянные срубы с двускатными крышами, крытые дранкой. Вместе с хозяйственными постройками: хлевом, клетью, скотным двором – они образовывали замкнутые четырехугольные дворы.

– Настоящие маленькие крепости, – удивилась Варвара.

В Сортавале слышалась и русская и финская речь. Поэтому ребятам легко объясняли, как куда пройти. В конце своего длинного похода по городу ребята зашли на местный рынок, расположенный прямо на берегу залива Ляппяярви, и купили целую корзинку пирогов с рыбой и брусникой, а также бутыль клюквенного морса. Затем отправились на пристань и угостили Мерлина с Петером.

– Вкусные пироги, особенно с рыбой. Спасибо! – Мерлина было не оторвать от пирогов.

– Подождите, вот Надежда вас угостит на славу, – сказал Петер.

Разгрузка баржи подходила к концу. Наконец все документы были подписаны, и Мерлин освободился. Петер также справился и распределил свое имущество на трех длинных повозках, которые взял у родственников, поэтому работа извозчика нашлась и для Мерлина, и для Мирослава.

– Поехали домой!

Мужчины управляли каждый своим экипажем, а Варвара уселась рядом с Петером. Сразу за городом начался лес. На тенистых полянках цвели ландыши.

– Целое море ландышей! – Варвара была в восторге.

– А в августе здесь полным-полно белых грибов, – усмехнулся Петер. – И аромат мне намного приятнее.

Несколько раз дорогу перебегали потревоженные лоси. А зайцы совсем не боялись проезжающих и спокойно обдирали кору с молодых деревьев. Девушка не успевала вертеть головой.

– Настоящая лесная сказка!

Но самое главное чудо было впереди. Варвара даже ахнула, когда обоз выехал из леса и приблизился к хутору Петера. Перед ребятами показалось большое поле, спускающееся к полноводной реке. На широкой водной глади было несколько каменных островков.

– Петер, как называется эта река? – спросила Варвара.

– Не река это. Шхера из Ладоги тянется. А до нее отсюда пять километров. И до конца шхеры, вон туда, – Петер показал рукой, – примерно столько же.

На противоположном берегу отвесно поднимались высокие скалы. А на самом верху росли сосны.

– Какая тихая северная красота!

На поле, вдалеке друг от друга стояли четыре больших двухэтажных дома. Первый этаж, сложенный из ладожского гранита, одновременно служил фундаментом, а второй, из светлых бревен, лежал на каменной основе. За огородами находился скотный двор также из камня и дерева и хозяйственные постройки. Через поле бежал прозрачный ручей. А на ручье почти у самого леса стояла мельница.

– А кто здесь живет? – спросила Варвара.

– Мы с Надеждой и все. Дома сыновьям строил. А сыновья разъехались лучшей жизни искать. Поэтому теперь дома пустуют, – с горечью сказал Петер. – Может, когда жизнь лучше станет, сыновья и вернутся. – Петер помолчал, затем продолжил: – Когда на Рождество в восемнадцатом году мы получили независимость от России, все думали, что все скоро наладится. Дружить надо было с великой страной и торговать. Так нет! Финское правительство задумало воевать с Россией, решили, видно, еще земли хапнуть. Зачем-то отряды шюцкора на Советы послали. Ну и поддали им русские как следует. Все эти годы, пока война шла, то красные, то белые, то финны. А простым жителям приходилось всех кормить. Многих обобрали! Но вроде бы сейчас успокоились. Первого июня в Хельсинки мирный договор подписан. Не знаю, надолго ли?! После разделения с Россией работы здесь не стало, и молодежь в города побежала. Русские рабочие уехали в Питер, рыбаки – в Мурманск, финны и карелы – в Хельсинки, Выборг и Турку. Мои сыновья тоже разъехались кто куда. Мой старший сын в Россию подался, аж до Москвы добрался. В Надежду он. К вашей стране его больше тянет. А младшие в Финляндии остались. Средний устроился мастером на бумажную фабрику на севере Финляндии. Там сейчас требуются люди. Хочет заработать денег на заведение хозяйства и жениться. А младший сейчас в Хельсинки. На службу поступил к генералу Маннергейму. Любит генерала наша молодежь. И платят в армии сейчас лучше, чем везде.

У Петера на хуторе

Навстречу гостям выбежала русоволосая женщина в длинной полосатой юбке и безрукавке, а на голове у нее был кружевной чепец.

– Это моя Надежда! – сказал Петер.

– Что так долго? Я уж волноваться начала.

– Работа задержала, – извинился Мерлин. – Это мы виноваты.

– Где ж виноваты! Они огромную баржу из Питера привели. Всевед прислал. Всей Сортавале припасов на полгода хватит. Да и нам провизии три телеги. Теперь все есть: и сахар, и пшеница, и масло растительное. Не одну рыбу есть будем.

– Мойтесь и сразу за стол! Пироги уж вас заждались.

– Я ж говорил! – гордо подмигнул Петер. – А муку где взяла?

– Последние остатки выскребла, – вздохнула Надежда.

– Ну, теперь зерно есть. Намелем муки, на год хватит.

Угощение было простое, но вкусное. В чугунке стояла картошка в мундире, жареная щука, сметана. А главным украшением стола был пирог с капустой.

После ужина беседа продолжалась. Петер и Надежда расспрашивали о жизни в России. Оказалась, эта тема Варваре не очень хорошо знакома. Она чуть не сбилась во времени. Начала рассказывать о перестройке и демократии. Но, увидев, что Петер и Надежда переглянулись, вовремя спохватилась.

– В школе надо учиться лучше, – тихо прошипел Мирослав. – Двойка тебе с минусом! На дворе начало тридцатых годов. А тебя куда понесло? Читать надо больше!

Мирослав сам повел разговор с хозяевами о жизни в России.

– Я тоже не слишком ориентируюсь в этом времени, – тихо признался Мерлин Варваре. – В Зеленце жизнь всегда была другая, чем в Питере. Хорошо хоть Мир у нас такой умный. Выручил! Варя, ты не обидишься, если я потом скажу им, что ты у нас чуточку больна и мы ради твоего здоровья пожаловали к ним в гости.

– Конечно, конечно! – согласилась Варвара.

Тем временем Петер и Надежда продолжили рассказ о своей жизни:

– Молодым жить тут стало невозможно. Это раньше мы стадо коров в тридцать голов держали. Работники у нас были. Масло, сыр, мясо в Питер возили. У меня постоянные покупатели были. Прямо в Елисеевском. Это на Невском который. А зимой по ладожскому льду со свистом, за два дня триста верст делали. Никогда мне в приеме товара не отказывали. Летом муж на ярмарке свою продукцию оптом сдавал. Теперь же все Приладожье оказалось в тупике.

Коров, кур как сейчас прокормить? Хлеб у нас свой не растет – лето короткое, да и почва каменистая. Раньше баржами зерно из России везли. А сейчас у нас в некоторых районах наступил голод. По Ладоге из России к нам никто сейчас не плывет. Рельсы на железной дороге, сами сегодня видели, проржавели. Значит, поезда в Россию тоже не едут. Цены на зерно взвились, скотину забивать стали – не прокормить. Остались без работы охотники и рыбаки. Рыбу также везти некуда. Как ее в Питер отправить через границу? Большинству пришлось на лесоповал идти. Дерево хоть не сразу портится. Работа трудная – раньше лес валили только заключенные, а теперь… Такая жизнь стала.

– Так как же вы справляетесь?

– Мы же «карелы – кору едим»! – пошутил Петер. – Сейчас полегче стало, а вот в войну зачастую в муку добавляли тертую кору. Такой вот хлеб ели.

– А можно попробовать такого хлеба? – спросил Мирослав.

– Так вы, говорят, такой же в Питере после революции ели? – удивилась Надежда. – Разве забыл уже?

Прокололся и Мир. Но он быстро вспомнил историю:

– Нет, у нас с опилками мешали.

– Так то самое и получается, – заверила Надежда. – И вспоминать не хочется об этом времени. Вместо стада коров оставили себе лишь две буренки. Хлеб от себя для них отрывали. А в следующем году, говорит Петер, что нам и одной хватит. Куда нам самим столько молока? Политики о нас не думают, когда решают свои дела. Да что я жалуюсь! Говорят, у вас большевики даже землю отняли?

Варвара хотела что-то сказать, но Мирослав поднял палец к губам.

– Нет, теперь снова дают. Сколько хочешь. Сейчас колхозы образуются.

– Это как?

– Крестьяне вместе ведут хозяйство, – пояснил Мирослав. – Одной артелью.

– Тогда хорошо, – сказал Петер.

Но Мирослав сразу увидел, что Петер задумался над сказанным. Было заметно, что практичный карельский хуторянин усомнился в правильности коллективного ведения хозяйства.

– А где нам можно поселиться? – спросил Мерлин.

– Да все три дома сыновей пустые стоят. Любой занимайте.

– Можно вон в том – ближнем к реке? – попросила Варвара.

– Конечно. В каждом доме все есть: и белье, и посуда.

Утром Мерлин рано разбудил ребят.

– Привыкайте жить по-новому. Рано ложиться, рано вставать! Ребята, я пойду помогать Петеру сети ставить. Он уже собрался выходить на Ладогу. Ты, Варя, помоги Надежде по хозяйству. Ну, а ты, Мир, твори. Попробуй придумать что-нибудь, чтобы жизнь хуторян облегчить. С Всеведом я ночью «по тарелочке» договорился – технику и инструменты этих времен он пришлет. Начни с мельницы, она почему-то не работает. Петер собирался ехать чуть ли не за десять километров, к своему соседу, чтобы у него зерно на муку молоть.

Мирослав тут же направился на мельницу, стоящую на ручье. Выше мельницы находилась плотина, которая собирала воду. Когда надо было перемолоть зерно, затворка открывалась и вода вертела колесо. Но то ли колесо заклинило, то ли в механизм что-то попало, жернова не крутились.

– Да брось, Мир. Петер уже смотрел, ничего не получается. За год денег накопим, инженеров из города выпишем. Отремонтируют мельницу. Помоги лучше нам пельмени лепить, – звала Надежда. – На сегодня муки хватит, а завтра Петер к соседу на мельницу съездит, намелет.

– Сами налепим, а Мир пусть возится с техникой. Он для этого создан! – Варвара даже не сомневалась, что Петеру никуда ехать не придется.

Уже через час Мир отправился в амбар за мешком зерна пшеницы. И вскоре мешок зерна превратился в мешок муки. Правда, некоторые потери были. Муки в мешке по весу стало чуть поменьше, чем было зерна. Зато Мир с ног до головы покрылся слоем белоснежной пыли. Он чихал, мельчайший мучной порошок лез в нос, все волосы стали белого цвета. Надежда и Варвара долго смеялись, увидев «мельника» Мирослава. Он поставил мешок с мукой перед Надеждой.

– Все ли правильно? – спросил он. – А то я первый раз это делаю и не очень хорошо представляю, какой должна быть мука.

Надежда запустила руку в мешок и удивилась:

– Такого тонкого помола у нас никогда не было! – восхищенно сказала она. – Тогда будут пироги!

Надежда тут же поставила тесто, а Варвара немного над ним пошептала. Ей не терпелось отведать пирогов с грибами и знаменитых рыбников. А хозяйке хутора снова пришлось удивляться, когда уже через час тесто буквально полезло из кадки. А вскоре она доставала румяные пироги из печи.

– Раз нас теперь пятеро, тем более молодых прибыло, и питаться будем не как мы, старики. Поможешь, Варя.

– Что делать будем?

– Освоим с тобой всю карельскую кухню. Будешь учиться у меня печь высокий мягкий хлеб, лепешки и рыбники. Петер на рыбалку на всю неделю выходит. Я два раза в год пеку сухие лепешки с отверстием посередине. Они у меня по нескольку месяцев под потолком висят. Петер и сыновья, отправляясь на дальние ладожские острова, их брали с собой. А тебе, деточка, обязательно надо на молоко и домашний сыр налегать.

Мирослав за день успел побывать в мастерских, осмотрел ферму, поднялся на скалу и все время что-то записывал в своем блокноте. Когда мужчины вернулись с рыбалки, Мерлин спросил Мирослава:

– Как я понимаю, список будет длинным? Только предупреждаю, делай только то, что было известно в начале века.

– То есть пластиковых труб не будет? – пошутил Мир.

– Медными обойдешься. Ну, рассказывай, что придумал.

Мирослав рассказывал, а Мерлин одобрительно кивал головой.

– Гляжу, ты даже геологией успел заняться!

– Насосов даже не надо – ключ из горы бьет. Он расположен на три метра выше, вода в дом сама потечет.

– То есть водопровод проведешь и «лампочка Ильича» гореть будет?

– Будет «листричество», но только по три часа в день – больше воды ручей не накопит. Запасов воды в запруде ручья хватит только на вечер. Но если дожди пойдут, то и подольше. Поэтому я хочу ветряки сделать. Прямо на мельнице. Если ветер задует, то и воду в плотине тратить не надо. Пускай накапливается. Тогда можно переключать с ветряков на плотину. Либо вода, либо ветер электричество дадут. Стариков, правда, обучать придется, как перераспределять подачу энергии.

– Делай ветряки.

– Тогда еще жестяные листы, подшипники и проводов побольше понадобится… Через час скажу сколько.

– Ладно, считай – утром в Сортавалу слетаю.

Через три дня колесо на мельнице завращалось. Когда Петер вернулся с работы, Надежда посадила его за стол.

– Дай напиться.

Надежда открыла кран и на глазах у ее изумленного мужа прямо из стены хлынула вода.

– Мирослав водопровод сделал!

Старый карел воду попробовал.

– Такую воду пить не буду. Вкус не тот. Металлом отдает. Налей ключевой.

– Вода еще не успела трубы промыть, – извинился Мирослав. – Надежда, пусть течет, скоро очистится.

– А я и не почувствовала, – улыбнулась Надежда. – Посуду мыть и белье стирать можно?

– Белье стирай, – разрешил Петер.

– Зажги свечи, темно сегодня, небо все тучами заволокло, – попросил Петер.

И тут в комнате стало светло, как днем.

– Горим! – вскричал испуганный Петер.

– Я тоже сначала испугалась.

– Не хочу – убери его! – указал Петер на лампочку.

– Да в Питере уже давно так, – оправдывался Мирослав.

– Не хочу жить в городе – не нужно это новшество совсем. Ночи белые, все видно!

Надежда зажгла свечи.

– Ладно, давай зажги свет еще раз, – попросил старый хуторянин.

Мирослав включил лампочку. Хотя в ней было всего свечей двадцать, старикам показалось, что комната залилась ярким огнем. Петер долго приглядывался, затем сказал:

– Убери! Старики мои без света жили, чем мы лучше!

– Мирослав говорит, что зимой свет пригодится. Сам подумай. Зимы долгие, темные. Когда у нас свечи в прошлом году кончились, помнишь, как мучились. И в коровнике темно. Скотине сено на ощупь приходилось кидать и не убраться толком. Кстати, я посчитала, если лампочка прогорит больше месяца, то это получится гораздо дешевле свечей.

– Ладно, пусть горит, – согласился Петер.

И в доме появилось несколько лампочек.

Рунопевцы Калевалы

По вечерам Варвара просила:

– Петер, расскажи о старинных героях вашей земли.

Петер усаживался рядом с горящим камином в свое удобное кресло, вытягивал к огню ноги и долго молчал. Надежда сидела за столом и, улыбаясь, покачивала головой. Она знала, что Петер обязательно расскажет какую-нибудь историю о героях Калевалы. Все ее дети выросли на этих историях, как в свое время вырос Петер. Из рода в род в финских семьях передаются легенды о волшебнике Вяйнямёйнене, о кузнеце Илмаринене, о смелом охотнике Лемминкяйнене, о хозяйке Похьёлы – злой колдунье Лоухи. Наконец, Петер протягивал руку и снимал со стены свое кантеле. Несколько минут друзья наслаждались мелодичными звуками струн.

Петер начал с истории о мельнице Сампо. Варвару поразила история о волшебной мельнице. Она несколько раз просила Петера рассказать все детали.

– Неужели есть такая мельница? Намного лучше нашей скатерти-самобранки и волшебного горшочка! – восхищалась она.

Варвара уже наизусть знала некоторые руны Калевалы:

В Похьёле, стране туманов,

Лоухи живет, колдунья.

Лишь одна она на свете

Знает, как устроить Сампо.

– Петер, а как выглядела эта самая Лоухи из Похьёлы? Вот бы с ней познакомиться!

Варвара вспомнила, что это имя ей называли и Баба-Язя, и Прасковья. Имя колдуньи редкое. И родом нынешняя ведьма Лоухи тоже из северной Финляндии. Значит, это не просто совпадение!

– Говорят, что это огромная седая ведьма с длинными крючковатыми пальцами, в сером плаще, – тут же придумал Петер. – Только познакомиться с ней не получится. Дело было тысячу лет назад.

Варвара цитировала новый кусок:

Мы возьмем кусок железа,

Три куска упругой стали,

Восемь мер угля прибавим,

Десять мер угля березы.

Молотки, стучите громче!

Сотворите Сампо, Сампо!

– Петер, ты же говорил, что Сампо золотая. Где же золото в твоих песнях?

– Так сначала золото расплавили! – объяснял Петер. – Оно же легче всего плавится. А затем уже добавляли железо, медь, серебро. А когда сплав был готов, добавляли природные кусочки: травы, янтарь. Слушай.

И Петер пел очередную руну «Калевалы» про то, как искусный кователь Ильмаринен сотворил волшебную мельницу:

Мы положим жиру чайки,

Горсть зеленой пены моря,

Камень белого утеса,

Яду черного гадюки.

Эй, сильней меха качайте!

Молотки, стучите громче!

Сампо! Сампо! Будет Сампо!

Золотая крышка Сампо!

А заключительную песню о волшебной мельнице рунопевцы Петер и Варвара пели уже на берегу шхеры, разведя огромный костер. Они лихо отплясывали вокруг костра и в каком-то трансе почти кричали:

Вот уже и мелет Сампо,

Крышка пестрая вертится.

И с рассвета мелет меру

Для еды, для пропитанья.

А другую – для продажи.

Третью меру для пирушки.

Если медом стало море,

Если камни стали сыром,

Горы стали пирогами —

Почему не веселиться?

Веселитесь, пойте с нами!

– Да! – качала головой Надежда. – Зачаровал Петер Варвару своими сказами. Такого даже с моими детьми не было. Те спокойнее относились к «Калевале».

Теперь Варвара с нетерпением ждала вечера, когда Петер отдохнет после трудового дня и сможет рассказать новую историю. Девушка быстро помогала Надежде по хозяйству и садилась рядом с Петером.

– А с чего все началось?

Петер отнекивался, но, конечно же, вскоре сдавался:

– Ну ладно, слушай. Давным-давно, на бескрайних просторах Финляндии жил великий колдун Вяйнямёйнен – Непоколебимый. Умел Вяйнямёйнен оживлять волшебными песнями предметы и защищал народ Калевалы от нападок злого народа сумрачной Похьёлы.

Он старался сдружить людей Калевалы и Похьёлы. Но это никак не получалось, ибо народом Похьёлы правила северная ведьма Лоухи. Вяйнямёйнен послал кузнеца Ильмаринена, чтобы он выковал волшебную мельницу Сампо. Эта мельница могла по желанию хозяина получить все, что пожелает владелец.

Вяйнямейнен надеялся, что мельница будет кормить оба народа: и Калевалы, и Похьёлы. Но Лоухи приложила все силы, чтобы завладеть мельницей. И это ей удалось. С помощью лжи, коварства и невыполненных обещаний мельница наконец оказалась в ее загребущих руках. Завладев мельницей, Лоухи спрятала ее в укромном месте.

Много сил потратил Вяйнямёйнен и его друзья, чтобы отыскать мельницу и вернуть ее людям. Они усыпили колдунью и увезли мельницу. Погрузив Сампо на корабль, герои взяли курс к родным берегам. Три дня они гребли изо всех сил. К исходу третьего дня судно окутал непроницаемый туман. Это Лоухи проснулась, обнаружила пропажу и наслала туман. Затем Лоухи обратилась в огромную хищную птицу, догнала корабль и напала на судно. Ее крылья, затмевающие небо, загнутый клюв и когти, сочащиеся ядом, могли испугать кого угодно, но только не Вяйнямейнена. Герои вытащили мечи и вступили в сражение с птицей. Лоухи поняла, что терпит поражение. Тогда она схватила своими когтями Сампо и сумела стащить ее с корабля Вяйнямёйнена. Но унести не смогла – тяжела была ноша. Так вместе с ней и утонула. Тут история и заканчивается.

И разбилась в море Сампо,

Крышка пестрая сломалась.

Потонули все обломки

В глубине потоков синих.

Там в воде от них богатство…

– Вот ведь подлая, ни себе, ни людям! – Огорчению Варвары не было предела. – Петер, и ничего от этой мельницы не осталось?

– Не знаю! – Увидев, что девушка очень огорчилась, Петер решил слегка обнадежить Варвару: – Мудрецы говорят, что магия, заключенная в мельнице Сампо, была такой сильной, что не могла исчезнуть в одночасье. А еще говорят, что море в нынешние времена отступило и Сампо должна находиться где-то рядом в этих местах. По легенде Вяйнямейнен собирался спрятать Сампо на одном из ладожских островов под охраной надежных воинов.

В руне ведь говорится, что путь они держали:

На туманный мыс далекий,

На покрытый мглою остров.

Чтоб всегда там счастье было,

Чтоб оно там вечно жило.

Там клочок земли остался

Невредимый и спокойный.

За три дня пути герои почти доплыли до желанного места, – продолжал Петер. – Остров был почти на виду. Совсем немного им оставалось.

– А ты, Петер, разве не искал мельницу? – спросила Варвара.

Петер подбросил дров в костер и замолчал, глядя на летящие в небо искры. Девушка тоже задумалась, а затем сказала:

– Я найду волшебную мельницу!

Она не заметила, как костру подошли Мирослав и Мерлин. Мирослав улыбнулся:

– Варя, а что мы с Сампо будем делать?

– И, правда, зачем нам эта мельница? – засмеялся Петер. – У нас и так сейчас всего вдоволь! Собирайтесь-ка завтра в город на ярмарку. У нас есть чем торговать! Мы много с Мерлином рыбы наловили. И масло сливочное в избытке. Мед первый сняли.

Надежда обрадовалась:

– Сортавальская ярмарка – это праздник. Раньше она была самой крупной в Финляндии. Поедем, поедем! Раньше ярмарки проходили каждое лето. А эта первая за несколько лет. Война ведь была. Для меня не продажа главное, а общение. Всех друзей наконец увижу. День у родственников поживем. Заодно и все новости узнаем.

Рядом с Сортавалой под горой Кухавуори на огромном поле ровными рядами расположились телеги с товаром. Все местные жители привезли самое лучшее, что у них было. Даже отрывая от себя. Многие вспомнили о ремеслах и привезли свою работу. На телегах выложили свои поделки плотники, ткачи, гончары, краснодеревщики, кожевники, шорники. На ярмарке было все что угодно: шкуры, дичь, масло, глиняная посуда, ножи, пушнина, зерно и даже шляпки. А между рядами ходили коробейники с мелким товаром – нитками, пуговицами, колечками, гребешками, губными гармошками, картами.

Петер и Надежда быстро продали и поменяли свой товар, а затем отправились гулять вместе с ребятами. А вечером на Певческом поле начался настоящий праздник. Играли народные оркестры. Пели большие хоры. А молодежь пускалась в пляс.

– Как здесь весело, – радовалась Варвара.

Надежда на ярмарке рассказывала всем своим подругам с дальних и ближних поселений, как они стали жить. Поведала им о водопроводе, проведенном прямо в дом, и об электричестве, как в большом городе.

– Молодой инженер ей все починил! Мельницу пустил, свет зажег, воду в дом подал, – шептались хуторяне.

– Видишь, Мир, – толкнула Варвара в бок друга. – Все на тебя смотрят. Жалко только, что Петер недоволен. Вода из ключа для него лучше. И «лампочку Ильича» он не одобряет.

– Да счастлив он от всего этого! – шепнула Надежда. – Просто виду не подает. Характер такой. Сама слышала, как перед своими друзьями хвастался. На чудо-новинки приглашал посмотреть. Думаю, Мир, что у тебя заказы будут. Разбогатеешь!

– Пусть приезжают. Сделаем! – рассмеялся Мир.

Друзья уже вторую неделю жили на хуторе, и Мирослав потихоньку начал проводить разведку:

– Петер, а в этих местах только твой хутор из жилых остался? Кто твои соседи? – начал издалека Мирослав.

– Да вот самый ближний сосед Микконен. Километров десять от меня. На речке живет. К нему на мельницу я и ездил до тебя. А остальные соседи рыбаки и охотники. Но они не постоянно здесь обитают. Только изредка с ними встречаемся. На Путсаари у них сторожка есть. Но они к нам после удачной рыбалки часто заглядывали. Рыбы красной привезут, сижков.

– А когда совсем невмоготу от скуки, то со своим водяным общаюсь. Вон в том омуте живет. За эту шхеру отвечает. Сортанлахти – его зовут. Сортик покороче. А если на русский перевести, то просто – Черт залива. В лесу лешаков встречаю.

Про серых ведьм Петер ничего не знал.

– Может, водяные и лешие что-нибудь слышали, – подумал Мирослав. – Попробуем разузнать.

– Когда мы ехали на твой хутор, ты говорил, что лесные и водяные жители дружат с тобой. Познакомишь? Хочу им несколько вопросов о здешних местах задать. Мне для работы пригодится.

– Да водяного нашего хоть сейчас позовем. Вон его омут – за изгибом шхеры под скалой.

Там, куда показал Петер, шхера немного поворачивала на восток, а скала отвесно уходила под воду.

– Ух, глубоко, наверно?!

– Спрашивал. Сортик говорит, что метров тридцать до дна будет.

Петер и Мир спустились к воде. Петер взял весло из лодки и лопастью постучал по воде.

– Подождем – мало ли чем водяной занят.

Минуты через три на воде появилась рябь. А затем вынырнула голова водяного. В руке Сортанлахти держал корзинку с большущими живыми раками.

– Передай Надежде от меня. Ей и гостям вашим. Вчера она меня пирогами с рыбой угощала. Никогда такие пышные не были. Хвалилась, что мука тонкая. Говорит, молодой инженер Мирослав перемолол. Что ж раньше с гостями не познакомил, Петер?

– Уж, извини! Знакомьтесь. Мирослав – инженер.

– Такой молодой, а инженер. Здорово!

Мирослав поклонился водяному черту.

– Я из своего омута целыми днями наблюдаю, что ты там делаешь. Интересно! Когда где-нибудь будешь мост строить, меня на работу возьми – авось пригожусь. По нашим рекам и озерам я в любое место приплыву.

– Спасибо! Вот для этого ты мне и нужен. Скажи, Сортанлахти…

– Сортик.

– А я – Мир. Сортик, не знаешь ли ты, не появились ли на побережье Ладоги за последнее время новые жители?

Мирослав заметил, что этот вопрос неприятен Сортику.

– Да совсем недалеко отсюда есть одна шхера – Кайпилахти. Друг у меня там жил – Кайпи. Так я даже не знаю, что теперь с ним стало. Одни говорят, что теперь это «Глухая шхера» – так как скала при входе упала, и перегородила выход в Ладогу. Молодые лешаки теперь этот бывший залив озером называют. Я уже год Кайпи не видал. Лешие думают, Кайпи сгинул.

Сортик долго молчал – видно вспоминал что‑то.

– А раньше бывало, мы с ним каждый год между ладожских островов резвились вместе с тюленями. За быстрым лососем гонялись, руками рыбу ловили. Узнать бы, жив ли мой друг Кайпи. Говорят, ты и твои друзья из Зеленца прибыли и сами колдуны. Может, поможете мне?

Мир понял, что скорее всего это именно та шхера, которую он пытается найти:

– Спасибо, тебе Сортик. Если можешь, найди леших, которые в тех местах были. А мы с моими товарищами все для тебя сделаем. Если Кайпи жив – выручим его. Поможешь нам, а мы поможем тебе!

– Конечно!

Через день Мирослав и Мерлин на лесной полянке говорили с лешими. Несколько лесных жителей жаловались им:

– Тот лес стало не узнать. Всех старожилов прогнали пущевики – слуги серых ведьм. Довели лес до того, что мы сами ушли, – не живой лес стал у той шхеры. Как подойдешь к тому месту, деревья начинают тереться друг о друга и скрипят с такой силой, что под сердцем возникает ноющая боль. А пущевики кричат так пронзительно, что дрожь и мурашки бегут по телу. Да и пройти там стало совсем невозможно – непроходимая пуща. Обходим мы теперь тот лес стороной.

Старый лешак вспомнил:

– А один охотник, наш друг, Каженником стал. Обошли его пущевики, запутали, и он потерял память. Дорогу домой не нашел, пришлось нам отводить. Так он на своем хуторе никого не признал, ни жену, ни дочерей. Помогите вылечить его. Говорят, вы все можете.

– Охотнику вашему я попробую помочь! – пообещал Мерлин. – Сообщу о нем Деду-Всеведу, и переправим его в Зеленец. Там вылечат и память вернут. Спасибо вам. Мы подумаем, что делать, и когда начнем действовать, снова вас позовем.

Каменный волейбол

Варвара с каждым днем чувствовала себя все лучше. Волшебный дар понемногу возвращался к ней. Девушка каждое утро выходила за хутор, чтобы проверить свои силы. Она уже легко переносила взглядом небольшие предметы. И вскоре вызвала Мерлина на состязание.

– Я совершенно здорова! – сказала она. – Можешь проверить.

– Посмотрим! – принял вызов Мерлин.

Он поднял с земли небольшой камень.

– Поиграем в волейбол. На чью сторону камень упадет – тот проиграл! Вот забор, становись на ту сторону, и начнем. Мир, будь судьей. Подкинь, пожалуйста, камень вверх.

Юноша кинул камень вверх над забором, и тот застыл в воздухе. Мирослав с удивлением смотрел на камень, который никак не хотел падать.

– Не поддавайся, Мерлин, а то я не играю! – воскликнула Варвара.

– Хорошо, – ответил Мерлин.

Камень несколько раз переходил через невидимую границу забора, качаясь то на территорию Варвары, то на территорию Мерлина. Затем, как показалось Мирославу, он ярко вспыхнул, развалился на мелкие крошки, и на землю посыпался песок.

– Ура, я выиграла! – кричала Варвара. – Камень упал на твою сторону.

– Не камень, а песок! – не соглашался Мерлин. – Мир, ты судья – прими решение.

– Давайте еще раз, договаривались о камне, а не о песке, – подумав, сказал Мирослав.

– Мужская солидарность! – обиженно фыркнула девушка.

Мирослав подбросил вверх еще один камень. Тот снова завис в воздухе. Камень слегка подрагивал, но вскоре сантиметр за сантиметром стал передвигаться на сторону Мерлина. Неожиданно у Мирослава закружилась голова, и он на секунду закрыл глаза.

– Так нечестно! – кричала Варвара.

Мирослав мотнул головой, с ним было все нормально, и голова больше не кружилась. В воздухе камень больше не висел, хотя Мирослав и не заметил его падения. Камень лежал у ног Варвары.

– Так нечестно! – повторила Варвара. – Ты воспользовался временем, сдвинул его и за пару секунд перебросил его на мою территорию.

– Кажется, жулить первая ты начала, когда первый раз камень раскрошила разрыв-травой, – в том же тоне ответил Мерлин.

На голову Мерлина неизвестно откуда свалилась копешка сена, и он оказался под ней.

– Ах так! – воскликнул Мерлин, отплевываясь от сена.

В этот же момент над Варварой появилась лейка и начала поливать девушку холодной водичкой. Варвара визжала и пыталась увернуться от неожиданного дождичка, но лейка упорно преследовала ее. Оба противника уже недобро смотрели друг на друга, и Мирослав понял, что главному судье пора брать правление в свои руки.

– Слово главному судье! – торжественно объявил он. – Варвара и Мерлин попрошу подойти. Подвожу итоги волейбольного матча. В связи с нарушением правил игры и неспортивным поведением оба участника удаляются с поля. Результат матча «0:0».

Участники дружно рассмеялись и пожали друг другу руки.

– Думаю, ты уже готова ко всему, и к серым ведьмам сопровождать Мирослава будешь ты, – сказал Мерлин. – В случае чего я вас прикрою. Помни, Варя, сейчас ты не имеешь права ничего сделать серым ведьмам. Ход истории может измениться. Ваше дело узнать, как к ним попасть. Как узнаете, сразу вернемся в наше время. И тогда, пожалуйста, можете стереть их в порошок.

Слава о молодом инженере быстро распространялась по округе. Уже несколько раз за Мирославом приезжали финны и карелы с ближних и дальних хуторов. Низко кланяясь, они просили «анжанера из столицы» посмотреть, помочь починить и наладить. Иногда за работу платили деньгами. Но чаще, ни слова не говоря, хуторяне снимали со своих бричек мешки с припасами.

– Как всегда – оплата натурой, – смеялась Варвара. – Отправляйтесь на работу «молодой анжанер» и «снабженец».

– На разведку! – поправлял Мир. – Вдруг узнаю что-нибудь про Глухую шхеру. К тому же реклама когда-нибудь должна сработать!

Быстрые лошади увозили его и Мерлина в неизвестном направлении, а к вечеру или на следующий день привозили обратно.

– У нас уже весь амбар забит припасами, – шептала Петеру Надежда. – А все деньги заработанные Мирослав мне отдал. Говорит, что финские марки ему в России не нужны. А нам на три года их хватит. Пиши детям, чтобы возвращались! Может, ты не будешь в этот год дальнее поле под озимые распахивать? Трудов-то сколько. И без него проживем.

– Не вечно же они у нас будут жить. Дед-Всевед говорил, пока девушка не поправится. А она уже почти выздоровела. Уедут они от нас скоро.

Заказов для Мирослава становилось все больше. Слава о его трудовых подвигах ширилась по всей округе. Но «анжинер» не особо радовался:

– Как бы мне на работу к серым ведьмам наняться? Неужели им ничего не надо? Они ведь совсем недавно прибыли в эти места. Не ехать же к ним самому помощь предлагать?

Но на эти вопросы даже отвечать не пришлось.

– Наконец-то, кажется те, кого ждали! – выглянул в окно Мерлин. – Запомни. Главное – не торопись, набивай себе цену, сразу не соглашайся! Варя, выходи встречать гостей.

– Можно видеть инженера? – спросила бледная пожилая женщина.

– Молодой инженер сейчас очень занят разработкой проекта крупной гидростанции по заказу финского правительства. Что ему передать?

– Передайте, что его ждет высокооплачиваемый заказ.

– Хорошо.

Варвара вошла в дом. Через некоторое время на пороге появился Мирослав. Варвара и Мерлин быстро создали ему вид работающего инженера. На локтях у него появились нарукавники, а в руках были карандаш и линейка.

– Здравствуйте! Что вы желаете? – обратился Мирослав к гостье.

– У меня для вас хорошая высокооплачиваемая работа.

– В чем она заключается?

– Сделать причал, ворота в Ладогу, установить механизмы, наладить охранную сигнализацию. Я знаю, что вы русский инженер, поэтому мы можем заплатить вам тысячу русских червонцев.

В то время хороший инженер в Петрограде получал зарплату не более ста рублей в месяц.

– Можем заплатить вам и в финских марках или в любой валюте.

Надежда, услышав это, ахнула.

– Столько наш старший сын в Москве за год не получает! – шепнула она Петеру.

– Нет, к сожалению, я занят. У меня заказ финского правительства, не могли бы вы обратиться к другому инженеру?

– Три тысячи червонцев, – сухо сказала женщина в серой одежде и посмотрела на окружающих холодным взглядом.

– Хорошо, я постараюсь выбраться к вам через неделю.

– Пять тысяч – и вы едете немедленно.

Мир сделал вид, что задумался, и через минуту сказал.

– Приезжайте за мной через три дня утром – будет непорядочно с моей стороны, если я не выполню заказанную мне ранее работу. Если вас это не устраивает, то, к сожалению, вынужден вам отказать. Оплату, пожалуйста, в финских марках. Хорошо бы получить аванс, чтобы я подготовился к работе. А как у вас с рабочими и материалами?

– Рабочей силы у нас достаточно, нужна только хорошая инженерная мысль. Нанимайте специалистов, а с рабочими и с материалами проблем у вас не будет.

– Мне нужна только моя ассистентка, – Мирослав указал на Варвару.

– Хорошо! Возьмите аванс – тут половина суммы за работу. Ждем вас, – кивнула женщина и протянула толстую пачку денег. Затем она ударила кнутом лошадей и быстро исчезла в лесу.

– Молодец! – Мерлин вышел из дома. – Правильно вел переговоры. И правильно, что деньги вперед потребовал. Скорее всего, до полного расчета дело не дойдет.

– Придется мне подготовиться, чтобы походить на инженера. Петер, нам с тобой завтра в городе надо купить справочники, готовальню, инженерные инструменты. Хватит аванса?

– Мир, на эти деньги лесопилку можно купить и английский трактор в придачу.

– Тогда все остальные деньги – ваши с Надеждой. А трактор точно тебе купим, – заверил Мирослав. – Пускай ваши лошади теперь отдыхают и только для выезда служат. Деньги серых ведьм добром обернутся.

Надежда заплакала.

На пути в Похьёлу

– Я пошел на омут к Сортику, – сказал Мир.

Там он условленным сигналом постучал веслом по воде. Местный водяной тут же вынырнул.

– Сортик, водолазом поработаешь? – спросил Мир.

– Конечно!

– Возьми всех своих друзей-помощников и подплывайте через три дня к Глухой шхере. Захватите с собой инструменты свои для подводных строительных работ. Я пока не знаю, что вам придется делать, но чувствую, что ваша помощь мне обязательно понадобится.

– Спасибо, Мир. Наш долг помочь Кайпи, если он еще жив.

Через три дня рано утром экипаж подкатил на хутор. В нем сидел угрюмый леший.

– Велено вас забрать и доставить на место.

– Мы готовы.

Мирослав закинул в багажник рюкзаки. Мерлин с Баюном на легкой повозке Петера уже давно ждали в лесу, чтобы проследить, куда направится слуга серых ведьм. Экипаж быстро летел по лесной дороге. Варвара на каждом перекрестке и поворотах незаметно опускала с повозки руку и выбрасывала какие-то семена.

– Прорастайте быстрей! – шептала она.

Семенами этими ее снабдила Прасковья еще в Харчевне.

– Эти семена прорастут даже в камне, – рассказывала девушке Прасковья. – Вот тебе улика-трава. Куда бы вас ни завезли, кидайте ее по своему следу и вас легко найдут. Улика красновато-вишневая, головка у нее кувшинцами, листья лапками, а цветок словно сделан из шелка. По вашему следу она лапками махать будет и всегда выведет, куда бы вы ни делись.

Помолчала Прасковья, задумалась, затем встала и достала из потаенного угла мешочек.

– Рядом с ней кидай семена савы-травы. Страшна та трава! Если придется вам бежать, то она поможет. Заколдую я ее на это. Ты брось той травы подле дороги – удачи и пути преследователям не будет! Преследователи ваши – люди, звери или нечисть, – как наступят на нее в поле или в лесу, то умом смятутся – испугаются и повернут обратно. Ростом сава-трава невелика, от земли чуть видна, пестринки по всей траве, а у корня и наверху золотые блестки.

Через два часа экипаж подъехал к скале. Но лошади не остановились. Несколько минут назад леший накинул им на глаза шоры, и лошади неслись, не видя перед собой дороги. Видно они уже давно были приучены так ездить и не боялись передвигаться в полной темноте.

– Ой, сейчас разобьемся! – Варвара закрыла глаза.

Мирослав схватил Варвару за руку, вжался в стенки экипажа и уперся ногами в переднее сиденье. Но скала как будто раздвинулась, стало темно, а бричка за несколько секунд пролетела через закрытое пространство.

– Предупреждать надо! – Варвара бросила пустой корзинкой в возницу. – Стой, а то в головешку у меня сейчас превратишься!

Варвара так уверенно сказала, что леший испуганно посмотрел назад.

– Предупреждать надо – не дрова везешь! Сейчас твоим хозяйкам пожалуемся, как ты нас чуть о скалу не разбил!

Варвара поняла, что сболтнула лишнее и выдала о себе ненужную информацию. И теперь она старалась исправить положение. Не должен леший сообщить своим хозяйкам, что она ведьма.

– Извините! Не говорите ничего им, – попросил леший.

– Я же испугалась, чуть не умерла со страху, – Варвара старалась прикинуться испуганной девушкой. – Какие еще сюрпризы будут? Больше через скалы я не поеду, я не хочу разбиться. Вези нас обратно домой.

– Меня хозяйки изведут, если вас не привезу к ним.

– Надо выяснить, как найти обратный путь, – тихо сказала Варвара своему другу.

Мирослава и самого интересовала эта проблема. «Наверно, он видит, где проход», – подумал он и вслух спросил:

– Еще подобные штуки будут? Предупреждай, а то девушка боится. И давай помедленнее через скалы.

Леший кивнул:

– Еще два туннеля. Вон следующая скала.

– А где проход? – удивился Мир.

– Так вот же прямо ведет колея через скалу.

– Как просто. А ты видишь проход?

Леший покачал головой.

– Нет! Просто привык уже. Вот хлыст волшебный – щелкаешь им и камень на пути в серый туман превращается.

– Интересно, – удивился юноша. – Хлыст действует как дистанционный пульт управления.

Его предположение подтвердилось. Метров за двадцать до скалы леший щелкнул хлыстом, и ребятам показалась, что в том месте, куда входила колея, скала колыхнулась. Варвара притворно завизжала. Возница щелкнул хлыстом еще раз.

– Езжай потише, а то ударимся! – потребовала девушка.

Экипаж медленно въехал в скалу. Было забавно смотреть, как головы лошадей, а затем все их тело постепенно исчезали в граните. Когда бричка полностью оказалась в серой мгле, Варвара помахала рукой в этом беспросветном тумане. Но не смогла увидеть даже кончиков пальцев. Возница щелкнул хлыстом еще раз.

– Чтобы стена опять сомкнулась, – пояснил он. – Не говорите моим хозяйкам, что я вас так испугал, а то они меня накажут.

– Если спросят, ты скажи им, что нас укачало и мы всю дорогу проспали, – предложил Мир. – Когда подъедем к дому твоих хозяек, мы притворимся спящими.

Мерлин и Баюн легко проследили путь ребят почти до самого логова ведьм. Но барьер в виде скалы оказался для них непреодолимым.

– Что ж, остается только ждать.

Мерлин вылез из коляски и постучал по сомкнувшейся скале.

Наконец путешествие закончилось. Бричка вынырнула из последнего туннеля и оказалась в прибежище серых ведьм.

– Ну, вот вы и в Похьёле, – сказал леший.

– В какой Похьёле? Похьёла же далеко на севере? – переспросила Варвара.

– Наши хозяйки родом оттуда, поэтому и свой хутор так назвали, – пояснил леший.

Экипаж ехал по Глухой шхере. Длиной она была около трех километров. Между водой и высокой отвесной скалой тянулась узкая поляна. Скала находилась с южной стороны шхеры, так что солнце на эту поляну почти не заглядывало. На противоположном берегу шхеры к воде вплотную подходил непроходимый лес. Варвара поежилась от холода. Температура во владениях серых ведьм была на несколько градусов ниже, чем на хуторе Петера. В одном углублении скалы, где было совсем темно, лежал огромный сугроб.

– Смотри. Июль, а снег вдоль скалы еще не растаял! – удивленно показал Мирослав.

– И не растает, – заверил возница. – Так и пролежит все лето.

У серых ведьм в прошлом

Ребята с интересом разглядывали места, по которым проезжали. Лишь увидев, что экипаж подъезжает к постройкам, они откинулись на сиденья и прикрыли глаза.

– Вот и приехали. Просыпайтесь! – как и договорились, громко закричал леший.

Бричка остановилась во дворе большого дома. Первый этаж дома был сложен из огромных каменных блоков, на них лежал деревянный сруб с двускатной крышей, крытой черепицей. Вплотную к дому ведьм примыкали другие хозяйственные постройки: дом прислуги, хлев, амбар. Все они были двухэтажные. И все вместе с жилым домом образовывали почти замкнутый четырехугольный двор, который на ночь наглухо запирался дубовыми воротами.

Из дома вышли три пожилые женщины в серых платьях и девушка примерно одного возраста с ребятами.

«Неужели, это Марана?! – подумала Варвара, посмотрев на юную девушку. – Вот какая она была восемьдесят лет назад».

Мирослав угадал ее мысли:

– Да это она. Я ей цветок папоротника помешал сорвать. Не волнуйся, она меня там не видела.

Хозяек звали Хлада, Истома и Карна. А девушка действительно была Марана.

– Здравствуйте, заходите в дом.

Как только ребята переступили порог, стены сразу тревожно загудели медными струнами, которые предупреждали хозяев о проникновении в дом чужака.

– Это наши гости, – тихо сказала одна из хозяек, и струны сразу умолкли. – Покажем ваши комнаты и рабочий кабинет, а затем просим за стол.

Одна из женщин провела ребят в их комнаты, показала кабинет. Затем она пригласила их вниз:

– Спускайтесь завтракать!

Пища, предложенная хозяйками дома, была больше похожа на походную: холодная оленина, вяленая рыба, соленья, маринованные грибы, брусника, картошка в мундирах, черный хлеб. Посередине стола стоял ковш с холодным хлебным квасом. Обед прошел в полной тишине.

«Чем-то напоминает меню в доме Студенца, – подумала Варвара. – Ах, да! Они вроде родственники».

Когда прислуга убрала со стола, Мирослав спросил:

– Можно ознакомиться с фронтом работ?

– Конечно, прямо сейчас и посмотрим, – сказала Карна – женщина, которая три дня назад приезжала к ребятам.

Они вышли из дома.

– Мы привыкли жить в тишине и хотим, чтобы потрясения, которые происходят сейчас в мире, нас не касались. Постарайтесь отгородить нас от революций, войн, а также от попрошаек и странников. С берега мы уже достаточно себя обезопасили, а вот ворота с озера пока открыты.

Надо сделать ворота скальные, незаметные с озера. Чтобы они могли открываться, как занавес, и мы могли выплывать на своем корабле, когда пожелаем, а к нам никто не мог бы попасть. У входа в шхеру нужно установить падающие камни, чтобы они могли свалиться на голову непрошеного гостя и отбить у него всякую охоту приближаться к нашей обители.

– А можно один вопрос? – поинтересовался Мирослав. – У вас такая прекрасная и, главное, незаметная защита для окружающих на дороге. Никому и в голову не придет, что в скалах есть проход. Почему нельзя сделать и здесь такую же защиту?

– Ладожские туманы и вода не дают возможности сделать подобные проходы со стороны озера, – коротко ответила Карна.

Затем Мирослав и хозяйки Похьёлы долго ходили и осматривали места планируемых работ. По пути к выходу из шхеры в Ладогу женщины остановились у будущей пристани.

– Над причалом тоже поработайте, а рядом соорудите сухой док. Хотелось бы, чтобы днища кораблей и лодок можно было зимой отремонтировать и просмолить.

По всему было видно, что попытки перекрыть шхеру уже предпринимались, но ничего у серых ведьм не получилось. Огромная скала упала и перегородила выход из шхеры. Теперь катер ведьм стоял на приколе. Мирослав бросил удивленный взгляд на эту скалу.

– Пытались! – перехватила взгляд Мирослава Карна. – Но неудачно! Неправильно рассчитали.

– Надо подумать, как ее убрать или передвинуть на другое место.

– Теперь это ваша проблема. Вот здесь хотелось бы сделать причал и сухой док для ремонта.

Большой катер стоял рядом с временным причалом. И видно, нуждался в ремонте. Но, не вытащив его из воды, это было бы сделать достаточно трудно.

– Хорошо, к завтрашнему дню я представлю проекты и рабочие чертежи на ваше одобрение, – сказал Мирослав. – Но чтобы начать работу, мне необходимо ознакомиться с рельефом дна. Как бы мне познакомиться с вашими работниками, чтобы они начали делать подводные замеры? Лучше всего поговорить с местными. Где водяной этой шхеры? Никто лучше него рисунок дна мне не сделает. Он должен знать здесь каждый метр.

Карна недовольно поморщилась:

– Здешний водяной был очень шумный. Ночью за рыбой гонялся, с друзьями игрища устраивал. Моя младшая сестра Хлада и племянница Мара его немного повоспитывали, не знаю, что с ним сейчас. Они его в холодную пещеру оттащили. Пойдем посмотрим – может, что удастся узнать у водяного.

В скальной пещере рядом со стеной стояла огромная прозрачная глыба льда. В нее был вморожен водяной. Лишь голова водяного немного высовывалась из ледяной глыбы. Глаза выражали одновременно удивление и ужас. Видно, водяной подумал, что с ним пришли расправиться окончательно. Голова, торчащая надо льдом, задубела, только глаза едва заметно вращались. Мирослав и Варвара при виде такого страшного зрелища буквально остолбенели.

– Бедный Кайпи, – прошептал Мирослав.

– Тебя предупреждали, что теперь мы хозяйки этих мест и чтоб ты не высовывался из своего омута, – процедила сквозь зубы Карна. – Ладно, тебе повезло – сейчас тебя разморозят. Мне надо, чтобы ты нарисовал мне, как выглядит дно твоего логова.

Водяной в глыбе льда давно утратил способность размышлять и никак не прореагировал на слова серой ведьмы.

– Сейчас от него вряд ли чего добьешься, попробуем его отогреть. Эй, лентяи! – Карна кликнула своих слуг. – Отнесите эту ледышку в кузницу и разморозьте.

Несколько служек тотчас подскочили и с трудом подняли тяжелую ледяную глыбу.

– Но на это уйдет дня два. Придется моих служек на дно загонять.

– Я думаю, от этого будет мало толку. Ваши служки – лешаки. А ведь нам предстоят подводные работы. Вы все-таки постараетесь побыстрей разморозить вашего водяного. А я пока поищу других водяных в Ладоге, – предложил Мирослав. – Я умею с ними договариваться.

– Делайте, что вам надо, – дала разрешение серая ведьма.

– Ну вот, кое-чего добились, – тихо сказал Мирослав Варваре. – И Кайпи почти спасли, и своих помощников пригласили. Теперь никто нашу работу контролировать не сможет.

– Боюсь, Кайпи после такого ледяного плена может заболеть! Впрочем, Студенец мне показал, как отогревать замороженных. Попробую-ка я его полечить, – сказала Варвара и направилась в кузницу за лешаками.

– Он для нашей работы срочно понадобится! Я попытаюсь привести его в чувство, – сказала Варвара взглянувшей на нее Карне.

Такое объяснение удовлетворило серую ведьму, и та кивнула. Через час Варвара вышла из горячей кузницы. Все одежда на ней была мокрой. Она сказала Мирославу:

– Такой жар развели, что Кайпи должен быстро оттаять. Какие надо лекарства я в него влила. Жить будет и поправится, затем я попросила перенести его на день в сауну отогреваться. Пусть там сидит, а лешаки его вениками хлещут. Ладно, я пошла переодеваться.

Мирослав отправился на берег Ладоги. К нему сразу же подплыли Сортик и еще несколько водяных. Было видно, что они очень волновались за своего друга.

– Жив ваш Кайпи! – успокоил их Мирослав. – Хоть и болен. Но лучше его забрать отсюда, когда выздоровеет. Варвара его сейчас лечит.

– Надо о ведьмах побольше узнать и как следует познакомиться с нашими сегодняшними и будущими противницами, чтобы не оказаться в ледяной глыбе, – сказала Варвара. – Интересно, а что они могут делать с погодой? Я слышала, туман или дождь наслать для них ничего не стоит.

– Давай проводи разведку, – предложил Мир.

И Варвара начала потихоньку расспрашивать местных жителей. Через несколько дней она похвасталась своему другу:

– У меня теперь есть целое досье на наших противниц. Хочешь послушать?

– Рассказывай, откуда они здесь появились.

– Самое интересное, что сначала серые ведьмы долго искали себе пристанище на Карельском перешейке. Старые служки серых ведьм мне рассказали, что сначала они поселились на берегу реки Вуокса рядом с местечком Суванто. Ты знаешь, где это?

– Конечно. Вуокса – это одна из крупнейших рек, которая соединяет два больших европейских озера – Сайму и Ладогу. Скорее, это даже не река, а система озер самой разнообразной формы, соединенных короткими протоками. Откуда и куда течет вода – трудно разобраться! Кстати, ты, наверно, плохо поняла леших. Суванто – это не местечко, а одно из озер водной системы. В прошлом веке в один дождливый год воды в Вуоксе было так много, что размыло перемычку, произошел прорыв воды, и Суванто перестало существовать. Говорят, даже течение Вуоксы после этого поменялось в обратном направлении.

– А вот я точно уверена, что это произошло не без участия наших хозяек. Ведьмы видели в озерах помеху для расширения своих сельскохозяйственных угодий. Поэтому хотели любыми путями понизить уровень воды в части озер, вплоть до их полного спуска. Они подгадали время весной, когда уровень воды в Вуоксе резко повысился после снеготаяния. Затем вызвали сильный западный ветер, а, по показаниям леших, еще и град, чтобы никто из жителей не высовывался из дома. Ветер дул несколько дней. И однажды ночью воды Вуоксы прорвали земляную перемычку и устремились в Ладогу. Вода смывала все на своем пути.

Лешие рассказывают, что неделю стоял невероятный шум и стук от катящихся огромных каменных глыб, увлеченных потоком. Жители не могли заделать этот прорыв. К нему было опасно подойти! Он увеличивался и в глубину и в ширину, а через неделю вместо небольшого, но мощного водотока получилась обширная долина. Было смыто несколько деревень, и погибло немало людей и животных. В результате прорыва уровень Вуоксы сразу упал на десять метров.

Жители лишились урожая, так как были смыты почти все огороды на большой площади. Все было засыпано песком и камнями. Эти земли для земледелия были потеряны. Зато ведьмы выиграли. По умело составленному договору о купле земли их участок был от поместья до берега реки. И площадь их поместья увеличилась на несколько тысяч гектаров. Причем это были плодороднейшие земли, с толстым слоем ила и органики. Почти все земли на дне бывшего озера были отведены под пашни и сенокосы. И в первый же год ведьмы получили небывалый урожай.

Мирослав задумался:

– Помнишь Лосевскую протоку? Я тебе ее показывал, когда мы «гуляли» по Интернету.

– Вспомнила. Это где туристы веселятся и свои соревнования по водному слалому проводят? Неужели это дело рук ведьм?

– Кстати, из-за этого водного прорыва город Приозерск-Корела перестал быть ладожским портом. Куска хлеба лишились и лесники, ведущие сплав леса, и владельцы пароходов, плавающих по Вуоксе и Ладоге. Исчезли огромные озера, кормящие рыбаков. Понижение уровня Вуоксы остановило работу многих мельниц.

– Хотя ведьмы и притворялись, будто они здесь не при чем, но местные жители, живущие у реки, быстро догадались, кто виноват в их бедах, – продолжила Варвара. – Поэтому ведьмам пришлось покинуть Карельский перешеек.

– Что-то не сходится! – подумав, сказал Мирослав.

– Что не сходится? – переспросила Варвара.

– От того знаменитого потопа до сегодняшних дней куда-то делись еще лет тридцать. Интересно, где жили ведьмы в то время? Вдруг это поможет найти Катерину?

– Тогда продолжим разведку, – сказала Варвара.

На следующий день Мирослав представил серым ведьмам чертежи и список необходимого. Было видно, что проект Мирослава понравился ведьмам, и они одобрительно закивали:

– Если все получится, то премия за нами. Что вам надо, чтобы приступить к работе?

– Нужны хорошие сверла, динамит для работ, цемент. Вот полный список, – сказал Мирослав. – А затем придется вас немного потревожить. Мы с моими помощниками проведем несколько маленьких взрывов, чтобы удалить мешающие куски скал и хорошенько обтесать будущие стены и ворота вашей водной крепости. К тому же от той скалы, что перекрыла путь в шхеру, тоже надо избавиться. Мы ее взорвем и используем как строительный материал для пристани. Хорошо бы это сделать, когда Ладога штормит и рыбаки в озеро не выходят, тогда лишних глаз не будет и никто шума не услышит. Вы не знаете, какой прогноз погоды на ближайшую неделю?

– Буря со снегом вас устроит? – спросила Истома.

– Можно без снега – все же июль сейчас.

– Будет вам буря. Предупредите часа за два.

– Дня три мы будем готовиться. Сделаем пока причал и сухой док. Затем приступим к сооружению закрывающихся ворот. А бурю организуйте с ночи, пожалуйста, чтобы рыбаки с ближних хуторов даже не думали утром выходить на Ладогу.

На самом деле Мирослав сделал два проекта. Один для ведьм, а вот по второму, со стороны Ладоги, уже несколько дней трудились водяной Сортик и его друзья. Они по просьбе Мирослава сделали все замеры, а теперь прокладывали желоб по гранитному дну озера. Ворота в Глухую шхеру по плану Мирослава должны были открываться с двух сторон. Со стороны Ладоги им было задумано потайное спусковое устройство.

– За неделю надо все сделать! – сказал Мирослав, выслушав отчет Сортика о проделанной работе. – Можете не волноваться, что вас заметят. В шхере будут вестись взрывные работы, а ведьм для их безопасности я загоню в дом.

– Мир, до нас дошли неприятные слухи. Местная нечисть шепчется, что после того как вы все доделаете, серые ведьмы не собираются вас отпускать. Нам намекнули, что от свидетелей они хотят избавиться. Так они уже не один раз поступали.

– Спасибо! Мы это знали раньше и в Зеленец передали. Но вы нас не ждите. Как доделаете всю работу, забирайте Кайпи и сразу плывите подальше отсюда.

Прошло две недели, и почти вся работа, заказанная ведьмами, была выполнена. В сухом доке уже полным ходом шел ремонт днища катера.

Погоня

– Не думаю, что нас проводят со слезами на глазах. Пора сматываться, – сказал Мирослав. – Я специально попросил, чтобы серые ведьмы завтра приходили принимать работу. Предложение такое. Когда они выйдут все на своей лодке в Ладогу, мы в этот момент рванем со всех ног. Я спущу затворный механизм, и мы стартуем. Выигрываем около часа времени. Как с лошадьми?

Еще несколько дней назад Варваре было поручено почаще заходить на конюшню.

– Лошади меня узнают, и думаю, проблем не будет. Я выбрала самых добрых лошадей и добавляю им каждый день в овес и пойло чернобыльник и ятрышник. Влхва-путешественница мне говорила, что эти травы прибавляют лошадям выносливость в беге. Их бег становится быстрым и неутомимым. А сегодня с утра я им ноги и брюхо ятрышником смазала.

– А кнут, открывающий каменную стену, нашла?

– Присмотрела, где он висит.

Утром Мирослав и серые ведьмы направились на приемку ворот, ведущих в Ладогу. Только в катер сели две пожилые ведьмы и Марана.

– А что с Истомой? – спросил Мирослав.

– Нездоровится ей.

– Жалко, не увидит нашу работу.

Мирослав тихо шепнул на ухо Варваре:

– Неприятности у нас. Тем не менее, отступать некуда. План менять поздно! Тихонько отправляйся в конюшню.

Затем Мирослав обратился к хозяйкам Похьёлы:

– Пожалуйста, подъезжайте к стене!

Юноша потянул рычаг, и скала в конце шхеры бесшумно отползла в сторону, открыв проход в Ладогу. Как только катер выплыл в Ладогу, Мирослав отпустил рычаг, и каменная громада снова поползла назад. Тем временем девушка вывела упряжку лошадей из конюшни.

– Садись быстрей! – крикнула Варвара.

– Подожди! Надо остальных коней выпустить из конюшни, пусть ведьмы время потратят, чтобы их поймать и запрячь.

Мирослав пробежал по конюшне и открыл все двери. Лошади бросились врассыпную по поляне. Когда ребята уже сидели в повозке, из дома вышла Истома. Она и Варвара пристально посмотрели друг другу в глаза.

– Вот оно в чем дело! – зло сказала Истома. – Так ты ведьма оказывается! Как же мы раньше не догадались! Ну, берегитесь! Сейчас мы с сестрами вами займемся. Эй, слуги, быстро лошадей запрягать! Собирайтесь в погоню.

Истома бросилась открывать ворота, ведущие в Ладогу.

Мирослав ударил коней, и те понеслись по дороге.

– Минут двадцать форы у нас есть, пока старухи погоню собирают. Ну, а ты готовься. Только смотри, не превращай их в мышей и не растирай в порошок. И, пожалуйста, без твоего любимого «листричества». Помни, что Мерлин говорил нам о времени.

– Ладно, только пассивная оборона, – согласилась Варвара. – Будем классические пакости делать.

Мирослав гнал лошадей во всю прыть, но, тем не менее, стало ясно, что погоня уже близко. Сзади слышались отчаянные крики преследователей. Приближался первый туннель. Юноша щелкнул хлыстом, как это делал неделю назад возница, и направил упряжку на стену. Кони встали на дыбы и попятились назад.

– Ой, я же забыл лошадям глаза закрыть – поэтому они боятся!

Мирослав слез с сиденья и накинул на глаза лошадям свою и Варварину куртки. Затем он медленно направил упряжку вперед на стену.

– Ничего не видно, – пожаловался он.

К счастью, через несколько секунд серый туман рассеялся, и Мирослав вывел лошадь из скалы на свободу.

– Эх, сколько времени потеряли, – огорченно сказал Мир. – Скоро догонят!

Все слуги серых ведьм бросились в погоню. Ребят преследовало несколько экипажей и около двадцати всадников.

– Даже не думала, что их столько! – изумилась Варвара.

Когда расстояние между ними и преследователями сократилось до ста метров, Варвара бросила полотенце Влхвы на землю. Тут же сзади появилась широкая река.

– Начнем с водных процедур, – хихикнула Варвара.

Почти все служки ведьм с разбега влетели в воду.

– Что ж вы лодку не прихватили?! – закричала девушка.

Тем не менее, препятствие не стало серьезным для преследователей. Оно их задержало, но не надолго. Экипаж серых ведьм выехал вперед, и речка от берега до берега покрылась блестящим льдом. Вслед за ведьмами остальные как по мосту стали медленно перебираться через реку.

– Я опять забыла, что они родственники Студенца. Заморозить речку для них ерунда. Только зря полотенце Влхвы выкинула, – огорчилась Варвара. – Посмотрим, как они с Гребнем справятся.

Но появившийся густой лес также не стал препятствием для серых ведьм. Буквально через минуту послышался треск падающих деревьев. Мертвые стволы, свалившись на землю, рассыпались в труху.

– У меня остались лишь каменные бусы, а потом, извини, придется за «листричество» браться.

Варвара бросала каменные бусинки под ноги преследователей, тут же вместо них появлялись большие валуны. Половину всадников Варваре удалось сбить с лошадей. Остальные поскакали в разные стороны.

Мирослав удивленно посмотрел на улепетывающих леших. Но девушка пояснила:

– Это нам Прасковья помогает. Сава-трава действует. Страшна ее трава! Значит, их лошади наступили на нее и испугались, поэтому и повернули кто куда.

Но от тройки рысаков с сестрами-ведьмами камни отскакивали как мячики, и они легко преодолели все препятствия. До ребят ведьмам оставалось не более двадцати метров. И тут прямо над головой сверкнула молния, раздался удар грома, и пошел сильный ливень. Тройка, везущая серых ведьм, остановилась. Из-за деревьев вышли молодая Прасковья и Мерлин. Мерлин держал в руках знакомый термос. Навстречу серым ведьмам поплыла оранжевая шаровая молния. Не дожидаясь, пока молния ударит в них, колдуньи повернули назад.

– Ура! Прасковья, как ты сюда попала? – обрадовалась Варвара.

– Что-то сердце заныло – такого со мной еще никогда не было. Пришлось в кристалл посмотреть. Увидела в зеркале серый туман и поняла, что спасать вас надо. Зато я теперь все про тебя знаю. Привет, правнучка! – засмеялась юная Прасковья.

Все были счастливы от победы и встречи, поэтому не замечали идущий дождь. И только когда все насквозь промокли, Прасковья посмотрела в небо.

– Прекращайся дождь, прекращайся гроза!

Тут же в небе посветлело и выглянуло солнышко.

– Я и сама хотела громыхнуть, но Мерлин запретил.

– Так тебя, Варя, не остановить. Разнесла бы все! – ответил Мерлин.

– А сам где-то шаровых молний набрал. И откуда это они появились в первые годы советской-то власти? – ехидно сказала Варвара.

– Маленькая тайна, – улыбнулся Мерлин. – Не бойся, они не из будущего. Я пополнил запасы с помощью Прасковьи. К тому же, как ты помнишь, мы с Мирославом в Зеленце время зря не теряли.

– Ну, тогда поехали на хутор к Петеру! Будем праздновать сегодня вашу маленькую победу.

Надежда и Петер обрадовались возвращению ребят.

– Где вы так долго были? Уже две недели прошло. Все сделали?

– Да. Все. Вот только за работу нам не заплатили, – сказала Варвара.

– А я купил английский трактор, – похвастался Петер. – Вчера привезли. Хотел его вместе с тобой, Мирослав, опробовать.

Мерлин тихо сказал ребятам:

– Не спешите. Поживите у них еще недельку. Я же говорил тебе, Варя, я доставлю вас точно в то же время, в которое взял, а вот Петера и Надежду вы больше никогда не увидите. Пройдет восемьдесят лет.

У Варвары из глаз потекли слезы.

– Что ты плачешь, девушка? Что случилось? – заботливо спросила Надежда.

– Скоро нам надо возвращаться в Петроград, – плакала Варвара.

– Оставайтесь у нас. И родителей своих сюда привозите. Места всем хватит. Живите в любом доме.

Надежда посмотрела на мужа. Петер кивнул:

– А если наши дома вас не устраивают, то на те деньги, которые дал нам Мир, тут можно замок построить. А в России, говорят, сейчас не все ладно. Оставайтесь. У нас тихо и спокойно.

Порча, залом и прожин

Петер несколько дней ходил мрачнее тучи.

– Мерлин, что с Петером? Почему он такой печальный в последнее время? В чем дело? – спросила Варвара.

Мерлин достал из кармана спутанный пучок стеблей ржи, надломленных в правую и левую сторону:

– Залом! – тихо сказал он. – Урожая на всем поле теперь может не быть. Такой залом предвещает беду.

Варвара внимательно рассмотрела закрученный в узел пучок и обнаружила на нем золу, какие-то кривые корешки, скорлупу птиц.

– По всем правилам залом сделан! – пояснил Мерлин. – Корешки с кладбища, скорлупа вороньих яиц. Петер несколько таких пучков нашел и расстроился. Я обошел все угодья. Вон смотри – полная корзина пучков. Они всюду: и на картофельном поле, и где рожь, и где овес, и даже где трава для покоса. И главное пока неизвестно, что задумали ведьмы: могут наслать ветер, могут стаю ворон, а на картофельное поле – кротов или стаю кабанов. А поскольку места эти северные, ничего проще ранних заморозков не придумаешь. Давай-ка для начала сожжем все, что я собрал.

Мерлин выкатил из-за сарая изломанное колесо, высыпал на него пучки срезанных заломов, протянул руки, и колесо с пучками травы вспыхнуло.

– Повторяй, Варя! Залом-залом, взвейся под огнем, рассыпься пеплом по земле, не делай вреда никому! Огонь очищает, прогоняет, теплом землю согревает!

Мерлин поднял руку, держа ладони обращенными к огню. Когда пучки превратились в пепел, Варвара спросила:

– Значит, поэтому Петер так расстроен? Нам нельзя уезжать, пока мы не защитим стариков от серых ведьм. Что можно сделать, чтобы к ним больше не приставали?

– От ворон, кротов, кабанов мы избавимся просто. Побоятся звери подойти. Для этого есть множество проверенных способов. Спасти от заморозков хутор Петера попросим Прасковью. Она его теплым туманом укутает. Но вот что действительно опасно, так это прожин. Для простого человека он не заметен. Пока, к счастью, я нашел прожин только в одном месте.

– А это что за зверь? – заволновалась Варвара.

– Смотри.

Мерлин что-то прошептал, дунул на поле, и девушка увидела во ржи узенькую тропинку вершок шириною, которая шла с одного края поля до другого. Вдоль тропинки все верхушки колосьев были срезаны.

– Кто это сделал? – удивилась Варвара. – Не видно ведь, что кто-то прошел. Рожь даже не помята.

– Это Ржаница. Странная косматая старуха. Она ходит по колосящейся ржи с огромной сковородой в руках, а перед собой катит колесо. Сковородой она заслоняет ниву от иссушающих солнечных лучей. Надо узнать, почему она оказалась на службе у серых ведьм и сделала прожин.

– А чем это грозит Петеру?

– Прожин делают, чтобы перенести зерно в свои закрома. Ведьмы умеют воровать урожай прямо с поля. А могут дождаться, когда привезут на гумно и начнут молотить. И тогда вместо пяти или четырех мер с копны выйдет лишь по две, а то и по одной чистого зерна. По невидимой дорожке зерно начнет уходить в чужой амбар. Похоже серые ведьмы решили отомстить Петеру из-за нас полным недородом.

– Понятно. Что ты решил сделать с Ржаницей? Прогонишь?

– В общем-то Ржаница сердечная старуха, с ней надо не ругаться, а договориваться. Скорей всего ведьмы оговорили Петера. Поэтому я ей подарок приготовил.

И Мерлин показал блестящую медную сковородку.

– Думаю, старухе понравится. Ее чугунная сковорода хуже этой.

– По-моему, вокруг нас собралась целая армия нечисти, – задумалась Варвара.

– Забыла? Сортавала – «Черт, вали!»

– Мне Катерина рассказывала, что завистники могут на людей порчу навести. Ей, например, кикимору Макошу подкинули, – хорошо, что она с ней подружилась.

– Я рад, что ты поняла. Жалко, что Прасковья быстро улетела. Свяжемся сегодня с ней, а я попрошу, чтоб она по полной программе подготовилась к обороне. Решим, кто будет защищать стариков, когда вас здесь не будет.

– Тогда связывайся с Прасковьей. А я займусь посадками трав-защитниц. В прошлом году я побывала на волшебном огороде Катерины, туда нечисть близко сунуться боится. Она меня научила высаживать травы так, чтобы к утру они уже взошли.

На следующий день вокруг хутора Петера появились посадки колокольчиков. При появлении диких зверей и нечисти колокольчики звонили и распугивали их.

– А если не убегут, – бормотала Варвара, – попросим чертополох пострелять своими колючками.

Вдоль берега Варвара посадила одолень-траву. Белая и желтая кувшинки очень хорошо помогают от мокрой нечисти, вспомнила она наставления Бабы-Язи.

– Сортик – это не для тебя. Не волнуйся!

– Да я уже понял, что на вас напали. Спасибо, что Петера защищаете! – поблагодарил местный водяной. – Кайпи теперь у меня живет, остальные друзья рядом, и я вас заверяю, никого из чужаков мы в нашу шхеру не пустим. Нас больше, и мы справимся, вы не волнуйтесь. С воды хутор надежно защищен.

А вот травой прикрыш Варвара засеяла весь хутор. Наутро Надежда дивилась травке с трилистником и голубыми цветочками.

– Это – трава прикрыш! – пояснила Варвара. – Она хорошо отводит разные наговоры. Теперь вашему огороду ни засуха, ни заморозки, ни град не страшны. Любую беду отведет!

На поиски мандрагоры.

Отважные ревяки

Занимаясь посадками волшебных трав, Варвара размышляла. А вечером она пристала к Мерлину с вопросами.

– Мерлин, Петер и Надежда живут так обособленно. К тому же они пожилые. Разве они могут повлиять на ход истории?

– К чему ты клонишь? – насторожился Мерлин.

– А нечисть, разве она имеет право решать человеческую судьбу и выгонять людей с обжитых мест?

– Что ты хочешь? Прямо сейчас разобраться с серыми ведьмами? Привяжу к кровати и запрещу вмешиваться!

– Нет, конечно. Но неужели мы не сможем оградить Петера и Надежду от нечисти?

– Ладно рассказывай, что надумала.

– Влхва часто путешествует по всему миру и оставляет свой дом без всякой охраны. Тем не менее, она не боится за свое имущество. У нее прекрасный сторож – трава ревяка-кликун. Она по вечерам маршем обходит владения Влхвы и разгоняет всех ее врагов. Влхва рассказывала мне, что вся местная нечисть за версту обходит ее лесной домик. Эта волшебная трава – родственница колюки. Так же метко стреляет по противнику своими плодами. А если в дробь добавить, то ружье промаха не знает.

– Ты про мандрагору что ли, рассказываешь? – уточнил Мерлин.

– Да! Многие западные ведьмы ее так называют. Мерлин, давай посадим мандрагору вокруг хутора Петера. Пусть охраняет стариков. Сыновья их вряд ли сюда вернутся.

– Ладно, я подумаю! – согласился Мерлин.

– Ура! – запрыгала Варвара.

– Только я не уверен, найдем ли мы здесь эту траву? – засомневался он.

– Я уже допросила местную нечисть и местечко присмотрела. Да и Сортик рассказывал, что в конце шхеры есть местечко, где на утренней зорьке какие-то странные растения с корнями, очень похожими на людей, вылезают из земли, дважды человеческим голосом кричат: «Ук! Ук!» – и идут к воде, опускают отростки-руки в воду и долго-долго пьют. Напившись, они уже довольным голосом снова кричат: «Ук! Ук!» – и семенят на свое место. Сортик говорит, что эти растения – скромные ребята, живут в очень неудобном месте на каменистой почве. Там даже сосны с трудом приживаются. Давай попросим их переселиться на хутор Петера. Предложим им благодатную почву, воду из ручья, хороший уход, удобрения и все такое.

– Попробуй!

– Мне одной не справиться. Влхва мне рассказывала, как договориться с ревяками, но выкопать волшебную траву одна я не смогу. Нужна ваша с Мирославом мужская сила. Кликун-трава не каждого человека подпускает, не всегда в руки дается. Влхва говорила, что выкопать ее с корнем из земли можно не раньше, чем она поклонится тебе.

– Тогда рано утром поплывем на поиски мандрагоры. Что приготовить, Варя?

– Несколько больших корзин, острые лопаты.

В эту ночь друзья отправились в конец шхеры. Сортик плыл рядом, показывая путь. Лодка причалила на другой стороне шхеры, напротив места, где по рассказу Сортика появлялись эти замечательные растения.

В белые ночи рассветает рано. С первыми лучами солнца на противоположном берегу послышалось: «Ук! Ук!» Затем друзьям почудилось какое-то шевеление. На фоне земли волшебные корни расстений были видны не очень хорошо. От воды шел легкий туман, который также затруднял видимость. К счастью, порыв ветра сдул легкую дымку, и все увидели, что растения стоят корнями в воде.

– Пускай напьются! – прошептала Варвара. – Подобреют, и с ними легче будет договориться.

Вода в шхере уже хорошо прогрелась, поэтому корни не спешили вылезать – уж очень приятным было утреннее купание. Растения-молодежь вначале даже брызгались, как дети, но затем их движения становились все ленивее. Они набирали корнями теплой воды и поливались как из лейки. Наконец, самое большое растение лениво укнуло и вылезло из воды. Молодежь продолжала обливаться. Тогда старший Ревяка-Кликун настойчиво укнул еще раз и, не оборачиваясь, направился к своей поляне. Все остальные растения выстроились за ним гуськом и замаршировали следом.

Солнечный луч осветил место, куда они направились. На поляне растения замерли, затем сложили вдоль корневищ свои руки-отростки и разом исчезли в земле.

– Пора! – скомандовала Варвара. – Поехали договариваться.

Варвара встала в центр поляны и тихо сказала:

– Уважаемые отважные ревяки! О вашей силе и могуществе ходят легенды по всему миру. Хотим у вас попросить защиты для наших стариков. Петера и Надежду вы знаете. Работают всю жизнь, сыновей вырастили, никого не обижали. Но вот на них нечисть всем скопом навалилась. Помогите, благородные ревяки, защитить достойных людей. Мы для вас самую красивую полянку приготовили. Рядом ключ с вкусной родниковой водой. Для вас мой друг Мирослав специальный бассейн для купания и водопоя соорудил. Почва – настоящий чернозем, а впрочем, можете выбирать любую, хотите с песочком, хотите с торфом, хотите с перегноем. Вам всегда будет почет и уважение. Никакого неудобства мы вам не доставим. Прямо с комом земли перенесем на новое место. Просим вас, соглашайтесь!

Несколько минут не было никакого движения. Варвара отошла на несколько метров от поляны.

– Чтобы не мешать! – пояснила она Мерлину и Мирославу.

Только минут через десять из земли показался старший Ревяка-Кликун, едва заметно кивнул головой и тут же исчез.

– Ура, согласились! – воскликнула девушка. – Пошли! Только копайте осторожно, чтобы не поранить наших друзей лопатами.

Вокруг места, где исчез Ревяка, Варвара очертила круг на сажень в диаметре, чтобы корень находился точно в середине.

Затем спросила:

– Можно выкапывать?

Земля в центре круга чуть поднялась.

– Сортик, помоги! – попросила Варвара. – Увлажни немного землю вокруг.

Маленький фонтан из шхеры поднялся вверх и летним дождиком оросил землю.

– Теперь копайте, но очень осторожно, ведь корень Ревяки-Кликуна очень похож на человека: голова, руки, ноги. Надо быть бережным с ними! – попросила Варвара Мирослава и Мерлина.

Мужчины, медленно нажимая на лопаты, окопали старшего Ревяку.

– Давай, Варя, перенесем его по воздуху, – предложил Мерлин.

Они встали по разные стороны круга и взмахнули руками. Пласт земли поднялся вверх. Мирослав подставил корзину и руками осторожно убрал лишнюю землю. Затем Мерлин и Варвара опустили в корзину старшее растение. И уже втроем мужчины погрузили корзину в лодку.

– Будьте добры, уважаемые ревяки, укажите, где находятся ваши корни?

Семья ревяк состояла из восьми растений. Через час все они были помещены в лодку и перевезены на хутор Петера.

– Смотрите, отважные ревяки! С вашего нового места вы всегда увидите восход солнца. А вот ключ с чистейшей водой.

Мирослав увеличил озерцо в том месте, где на поверхность из земли пробивался ключ. Получился небольшой бассейн. С одной стороны юноша засыпал берег гладкой галькой и золотистым мягким песком. Получился отличный пляж. Новую квартиру ревяк окружала невысокая ограда с калиткой.

– Это для того, чтобы вас не тревожили своими копытами коровы и лесные животные во время вашего сна. Но, если вам не нравится, мы уберем загородку.

В углах квартиры ревяк находилось несколько куч: одна из песка, вторая из мягкого лесного торфа, третья из перегноя с навозом, четвертая из голубой глиной.

– Устраивайте жилище себе по душе, новые хозяева хутора! Если хотите, мы вам поможем, – предложил Мирослав.

Старший из ревяк благодарно кивнул и дал понять своими руками-ветками, что с остальным они справятся сами.

– Просим вас охранять покой наших стариков. Делайте, пожалуйста, каждый вечер обход по границам хутора, – попросил Мерлин. – А если самим будет не справиться, сообщите мне. Мы быстро разберемся с обидчиками.

Вечером Мерлин и Петер сидели на крыльце.

– Не печалься, Петер! Теперь у твоего хутора надежная охрана! Заломов никто на твоих полях не сделает, и порчу никто не нашлет.

В подтверждение слов Мерлина раздались воинственные крики: «Ук! Ук!»

А затем из-под земли вылетело нечто светящееся, окутанное дымом. Отчаянно визжа и чертыхаясь, подземное существо понеслось по поляне к лесу. Сзади не спеша шествовали ревяки. С физподготовкой у подземного черта было явно слабовато – он несколько раз скатывался вниз с небольшой горки. Защитники хутора, не торопясь, но уверенно его догоняли. Из последних сил преследуемый забрался на горку и покатился вниз. Ревяки победоносно укнули и направились домой.

– Кто это был? – смеясь, спросила Варвара.

– Жыж! Подземный черт, который постоянно расхаживает под поверхностью земли и испускает из себя пламя. Если он ходит тихо, то лишь согревает почву. Но частенько портит своим огнем корни деревьев, истребляет леса, сенокосы и нивы, – ответил Мерлин.

Петер тоже тихо смеялся:

– Знаю я Жыжа. Не видел, но частенько слышал, как под землей этот крот ползает. Признаться, он особо нам не вредил. Правда, в прошлом году этот подземный черт подсушил несколько елок. Вон на том конце хутора, что ближе к Ладоге. Пришлось спиливать.

– Придется подчиниться ревякам, раз они так решили! Мы просили ревяк отгонять от хутора всю нечисть.

– Пусть! – согласился Петер. – Вижу ребята отважные и неленивые.

– Теперь твой хутор со всех сторон охраняется. Сортик взял к себе Кайпи. Так что у тебя в шхере двое водяных. Со стороны Ладоги к тебе чужих не пустят.

– Сортика я давно знаю. У него плохих друзей быть не может! А рыбы на всех хватит.

Когда друзья вернулись в дом, увидели Прасковью.

– Не успела до Зеленца добраться и снова вам понадобилась?

– Да, Прасковья, вопрос серьезный. Без твоей помощи никак не обойтись. Мы боимся за стариков. Как бы серые ведьмы не добрались до хутора? Вдруг захотят Петеру и Надежде отомстить за нас.

Прасковья улыбнулась:

– Я так и поняла. И кое-что сделала. Посмотрите на ту горку.

Прасковья что-то прошептала, и из-за горки поднялся большой оранжевый шар величиной с диск луны.

– Это теперь мой хутор, – твердо сказала Прасковья. – Вернее я беру его под свою защиту. Как только приблизятся серые ведьмы или другая нечисть, шарик им покажет. А я в свой кристалл регулярно поглядывать буду.

Мерлин кивнул:

– Спасибо. Так и порешили.

– Я думаю, что смогу наладить связь с Зеленцом. Я вокруг хутора обошла и в каждое дупло кикимор-берегинь положила. Пока все спокойно – Берегини спят. Но если кто со злом сюда пожалует, то берегись! Они сами на защиту хутора встанут и мигом мне сообщат. Теперь ни одна злая сила, ни один упырь сюда не проберется. От них берегини уберегут.

Прощание со стариками.

Ура русскому анженеру!

– Пора прощаться. Спасибо, Петер! Спасибо, Надежда! – сказали вечером друзья. – Петер, нам завтра понадобится твоя лодка. Дед-Всевед прислал за нами баржу. Она завтра поплывет с Валаама на Петроград. Не беспокойся, тебе Сортик лодку обратно доставит.

После слов Мерлина Надежда заплакала, а Петер, не сдержавшись, вышел из дома.

– Вот и вы нас покидаете, – грустно сказала Надежда. – Совсем мы одни остаемся. Приезжайте к нам, когда сможете.

Утром друзья сели в лодку Петера. Мирослав и Мерлин взялись за весла.

– Выйдем из шхеры, а там на метлы сядем, – сказал Мерлин. – Прасковья по моей просьбе нам метлы прислала. Одну мне, вторую для вас с Мирославом. Правда, Прасковья предупредила, что ее метла очень своенравная и может сбросить.

Мерлин откинул с длинного свертка покрывало.

– Ой, это же моя метла-зонтик! – обрадовалась Варвара. – Не сбросит. С ней договоримся!

– Понятно, Прасковья еще не знает, что эта метла со временем перейдет к тебе по наследству.

– А твоя чья?

– Моя – спокойная! Сам Дед-Всевед дал напрокат.

Когда друзья отплыли от хутора, из воды показались головы Сортика и Кайпи.

– Ставьте парус!

– Так ведь ветра же в шхере нет?

– Ничего, мы договорились с местными лешаками. Сейчас они в шхере и насколько можно по Ладоге попутный ветер организуют, и вы мигом домчитесь до места.

Тут же с дальнего конца шхеры задул легкий бриз, причем на поворотах шхеры он также менял направление. Многие лесные жители вышли на берег в самой нарядной одежде. Кто был в зеленых фраках, кто в дорогих костюмах, а девушки в изумрудных бальных платьях. Лешачихи помогали ветру своими опахалами из еловых лап. Их детишки радостно подкидывали вверх еловые шишки и кричали:

– Ура русскому анженеру Мирославу!

– Ты стал популярен! – сказал Мерлин покрасневшему Мирославу.

Лешие-отцы взлетали над деревьями и передавали ветряную эстафету друг другу. Лодка Петера стремительно летела по водной глади. Постепенно длинная ладожская шхера стала расширяться, и наконец показалась бесконечная гладь Ладоги. Ветер, созданный лешими, стал слабеть.

– Отойдем подальше от берега и пересядем на другой транспорт, – сказал Мерлин. – Сортик и Кайпи, вы сейчас ныряйте поглубже. Мы немного поколдуем и исчезнем. В Петроград перенесемся. А вы верните лодку обратно Петеру. Давайте прощаться. Может, больше не встретимся. Береги Петера и Надежду. Им без сыновей тяжело.

– Давайте пересаживаться на метлы! – предложил Мерлин.

Он взвалил себе на плечи рюкзак с пожитками, а Варвара и Мирослав вдвоем оседлали вторую метлу. Мерлин подозрительно смотрел, как девушка справится с привередливой метлой Прасковьи. Но Варвара знала повадки и характер свой будущей подружки и за минуту с ней договорилась. Семьдесят километров над Ладогой до острова Верккосари друзья преодолели за час.

– Подлетайте ближе ко мне! – скомандовал Мерлин.

Он включил свой прибор, и через мгновение все вокруг скрылось в синем сиянии.

Сияние рассеялось… «Мурена» покачивалась прямо под ними.

– Ура! Мы дома! – воскликнули ребята.

Через минуту они плавно приземлились на судно. В этот же день друзья обследовали гористый остров Верккосари. Он как пупырь торчал в самом центре Ладоги. Мерлин предложил немедленно выйти на разведку. Ему не хотелось, чтобы Варвара задерживалась на этом острове, над которым она билась с Несмеяной. Нечисти на Верккосари не было. Зато с острова открывался прекрасный вид. Стояла хорошая погода, и видимость была отличная. Путешественники долго разглядывали северные острова.

– Вон наша следующая цель, – показал Мирослав. – Маленький архипелаг. Три больших острова: Кугрисари, Макаринсари, Хейнясенмаа и несколько островочков поменьше.

Миражи. Гибель «Мурены»

Остров за островом обследовали друзья на севере Ладожского озера.

– Кажется, мы все осмотрели. Осталась только вот эта группа скал, – Мирослав показал место на карте. – Поглядим – и на север, в ладожские шхеры.

С каждым днем Ладога прогревалась все больше. Утром ребята вышли на палубу «Мурены». На Ладоге стоял полный штиль. Варвара думала о своем.

– Здорово! – воскликнула девушка. – В этом году у нас два лета. Всегда бы так.

– Летай в Австралию зимой. Будет так каждый год, – улыбнулся Мирослав.

– Какое чудо! – потянулась Варвара.

Гладь озера напоминала зеркало, на воде не было ни малейшего движения. Мирослав осмотрелся вокруг и удивленно воскликнул:

– Ничего не понимаю!

– В чем дело? – спросила Варвара.

– Посмотри вдаль и на карту. Острова там, где их не должно быть. А настоящие острова поднялись над водой и парят в воздухе.

– Конец июня – время миражей! – пояснил Мерлин. – Верхние слои озера нагреваются и возникают знаменитые Ладожские миражи. Мелкие островки будто отрываются от воды и повисают высоко в воздухе. А которые чуть побольше, кажутся этаким грибом на ножке.

Мерлин и Мирослав вели «Мурену» к группе островов. Подплыв к ним поближе, судно оказалось в легкой дымке.

– Вероятно, слишком большое испарение, – сказал Мерлин.

– На карте этих островов нет?! – удивился Мирослав.

– Раньше все карты были очень приблизительные, – предположил Мерлин.

– Но это же космическая съемка. Я ее скачал из Интернета.

Мерлин пожал плечами. «Мурена» медленно приближалась к островам. Радар четко высвечивал на экране очертания берегов и глубину, но Мирослав все равно нес вахту на носу «Мурены». Два первых острова были обследованы довольно быстро. Ничего подозрительного на них обнаружено не было.

– Смотрите, вон катер! – показал Мирослав. – Это же катер Михаила. – Точно он! Все сюда! Я его провожал в Петербурге и узнал этот зеленый катер.

– Где? – выскочили на палубу Варвара и Мерлин.

Там, куда показывал Мирослав, ничего не было.

– Может, показалось в тумане. И далеко, метров двести, – оправдывался Мирослав.

– Давайте проверим, – предложила Варвара.

Мерлин направил судно туда, куда показывал Мирослав.

– Ой, вон зеленый катер, а в нем Михаил и нам руками машет! – воскликнула Варвара.

И опять видение исчезло. «Мурена» заплыла в большую скалистую бухту. Зеленого катера там не было. Со всех сторон «Мурену» окружали высокие каменные скалы. Мерлин посмотрел на индикатор нечисти и воскликнул:

– Кажется, нас заманили в ловушку!

– Кто? – спросила Варвара.

– Чародеи ладожские – Облакопрогонники. – Пояснил Мерлин. – Живут в шхерах или на скалистых островах. Туман из них нагоняют. Загрязняют окрестности видениями разными, миражами. Заставляют человека видеть совсем не то, что есть на самом деле. Морочат, одним словом. Могут дождевые ливни и град наслать, но не думаю, что это страшно. Но вот кто еще из этого тумана может вынырнуть? Наверно им кто-то приказ дал наслать видения и заманить нас. Срочно надо подготовиться. Мир, Варя, быстро готовьте пушку с молниями, возьми рюкзак. Время еще есть.

Друзья быстро привели свое вооружение в полный порядок.

– Ты зарядил пушку? – спросил Мерлин.

– Да, все молнии из термоса в нее переложил.

Вокруг все плавало в разрывах тумана. Затем туман рассеялся, и друзья смогли оценить свое положение. Оно было критическим.

– Кажется, вон та скала живая и движется! – кивнул Мирослав на скалу сзади «Мурены».

– Эти плавающие острова отнюдь не безобидны. Скорее всего, в них сидят колдуны и управляют скалами, как кораблями. А кораблики-то большие! Запросто могут потопить нашу «Мурену»! – Мерлин с трудом избежал столкновения с быстро надвигающимся гранитным островом.

Впереди «Мурены» прямо из воды возникло несколько новых скал.

– Кажется, «Мурена» окружена и вырваться не сможет, – сказал Мерлин. – Ребята, перекидывайте в яхту все ваше имущество. Затем спустим ее на воду. Только сделаем это незаметно. Под прикрытием выстрелов. Давай начнем с той скалы, что прямо по курсу.

Мирослав зарядил пушку и плавно нажал на спуск. Оранжевая шаровая молния полетела на скалу. Раздался мощный взрыв. От скалы отделилось несколько огромных камней, но она по-прежнему перекрывала путь «Мурене». Тем временем и другие огромные скалы медленно наползали на судно.

– У нас осталось минуты три. Слушайте меня. Я останусь на судне до последнего, пока оно не потонет, а вы на своей яхте попробуете прорваться.

– Когда увижу, что вы свободны, я исчезну во времени. Встречаемся в шхере, где раньше был хутор Петера. Если не сумеете выбраться, то садитесь на метлу и подлетайте ко мне – я вас прихвачу. Но это будет означать, что на этот раз мы проиграли и не сможем вернуться на Ладогу.

– Все сделаем! – сказал Мирослав. – А ты давай настраивай свою машину времени поточнее, а то пролетишь мимо Прасковьи. Ей привет!

Он встал к пушке и прицелился в одну из скал. Гранитная глыба была с десятиэтажный дом, и была вся покрыта трещинами. Мирослав стал выпускать в одно место молнии одну за другой. Скала развалилась на глазах.

– Ой, мы про Соню забыли! – воскликнула Варвара и бросилась в трюм.

Через минуту она выбежала из трюма с домовенком на руках.

– Хорошо хоть отеть не спал, а то не успела бы его вытащить.

– Я готов! – сказал Мерлин. – Прибор времени настроен как следует. Давайте сделаем из «Мурены» таран. Сколько осталось молний?

– Еще три.

– Выпускай все сразу в одну точку.

К «Мурене» справа и слева приближались все новые гранитные скалы. Три ярких шара понеслись к почти разрушенной скале и врезались в нее. Она зашаталась и развалилась на куски. Причем один острый камень полетел в сторону «Мурены», упал на рубку и смял ее.

– Там же метлы! – воскликнул Мерлин. – Теперь мы не сможем улететь по воздуху. У вас остался единственный шанс – прорваться на «Поренуте».

Перед друзьями было свободное пространство.

– А «Мурена» не сможет пробиться? – спросила Варвара.

– Нет. Смотри, из воды торчат острые обломки. Они сразу вспорят ей брюхо.

– Быстро в яхту! – скомандовал Мерлин. – И поднимайте парус! Если не получится прорваться, тут же ко мне.

Варвара схватила в одну руку Баюна в другую Соню и прыгнула в «Поренуту». Мирослав завел движок. Затем осмотрелся кругом. «Мурена» набрала полную скорость и со всего разгона врезалась в потрескавшуюся скалу. Скала развалилась на камни и затонула. Корпус «Мурены» треснул, и она медленно ушла под воду.

– Прощай, чудо-судно! – горестно воскликнули ребята.

Остальные скалы поменяли направление и старались встать на место разрушенной, закрыв путь «Поренуте». Сразу перестроиться они не могли, и в нескольких местах появились свободные проходы. Мирослав быстро сориентировался и поменял направление.

– Варя, помоги поднять парус, держи путь на тот проход, – крикнул Мирослав.

Скалы только сейчас заметили обманный маневр и попробовали погнаться за «Поренутой», но ветер уже наполнил паруса яхты. Правда, самая дальняя из скал стала быстро приближаться к яхте, угрожая перекрыть выход в Ладогу. Мирослав с тревогой следил за ней.

– Где я? В этой лодке спать не буду! – подал голос Соня.

– Соня, а это правда, что тебя никто сдвинуть не может? – спросила Варвара.

– Никто, только твоя змейка, – недовольно буркнул Соня.

– Тогда хорошо. Мир, подай мне спасательный жилет.

– Мы еще не тонем! – не понял девушку Мирослав. – В случае чего улетим с Мерлином.

– А я улетать не собираюсь. Давай говорю.

Мирослав достал из-под рюкзаков спасательный жилет и протянул девушке. Та уложила на него Соню.

– Спи крепко, маленький! И давай прощаться. Бухта тихая – тебе здесь хорошо будет. Никто тебя не тронет.

– Не похоже, что она тихая, – огляделся Мир.

– Постарайся, чтобы яхта прошла недалеко от скалы! – скомандовала Варвара. Она держала на руках спасательный жилет с уже похрапывающим Соней.

– Не опасно?

– Увидим! – Варвара и сама сомневалась в успехе своей задумки.

Яхта неслась к выходу, а навстречу ей скала. Когда до скалы оставалось менее двадцати метров, Варвара скомандовала:

– Поворачивай влево!

И отпустила жилет с отетем. Волны, вызванные движением скал и «Мурены», сразу улеглись, как будто на жилете лежал не Соня, а трава нечуй‑ветер. Скала размером с пятиэтажный дом со всего маха врезалась в спящего Соню. Но тот даже не шелохнулся. В воду посыпались каменные обломки. Скала отползла на метр и снова врезалась в домовенка. И снова никакого эффекта. Соня как будто и не почувствовал удара. А в скале уже сверху донизу зияла огромная трещина. Скала уперлась в спасательный жилет с отетью и остановилась. Было видно, как от огромного напряжения она вибрировала и покрывалась трещинами. Сдвинуть отетя Соню невозможно!

– Спасибо, спящий мальчик! Прощай! – помахали ребята Соне.

Яхта вырвалась на свободное пространство. «Поренута» быстро уплывала от опасных островов.

– Молодцы, постараюсь поскорей вернуться! – разнеслось над Ладогой. – А Соню я с собой прихвачу.

Это кричал Мерлин. Над тонущей «Муреной» возник синий вихрь. Затем что-то ярко вспыхнуло и спустя мгновение исчезло.

– Вот опять Мерлин вернулся к Прасковье, – задумчиво сказала Варвара.

Кощей на Каменном острове

– Смотри, вон катер Михаила! – показал Мирослав.

– Надо убедиться, не заманивают ли нас опять.

– Вряд ли. Я думаю такой большой остров, как Мюкериккю, никто сдвинуть с места не сможет. К тому же, судя по карте, остров на своем месте.

– На этот раз катер настоящий. Да только на нем никого нет, – огорчилась Варвара.

На пологий прибрежный бараний лоб был далеко вытянут зеленый катер Михаила и прочно привязан к камню. Все имущество было на месте.

– Может быть, Михаил что-то ищет на большом острове? Вдруг мы здесь найдем и Катерину? – загорелась Варвара.

– Только не будем торопиться. Вдруг опять что-то подстроено! – предупредил Мирослав. – Сначала проведем разведку.

«Поренута» обошла вокруг вытянутого каменного острова. В некоторых местах возвышались отвесные стенки метров пятьдесят высотой.

– Что это за бетонные строения на краю острова? – показала Варвара.

– Я думаю, эти укрепления остались с войны, – пояснил Мирослав. Это орудийные и пулеметные гнезда. С этого острова можно было всю северную Ладогу держать под обстрелом. Видимость прекрасная. Весь Валаамский архипелаг как на ладони. Видно, не один год воины вгрызались в скалы. Не знаю, правда, кто – наши или финны? И сколько крови тут пролито!

– Да здесь и остановиться негде! – с сомнением произнесла Варвара. – Одни скалы кругом.

Мюкериккю казался совершенно неприступным. Лишь в самом конце острова была небольшая каменная бухта.

– Причалить можно, – после небольшой разведки сказал Мир.

Через несколько минут яхта была привязана к большим гранитным камням и ребята направились на разведку.

– Понятно, почему этот остров не пользуется популярностью у рыбаков – негде заночевать, негде сети просушить.

С трудом Мирослав и Варвара забрались на каменный хребет. С вершины скалистого гребня открывался вид на Ладожское озеро во все стороны. Сверху каменный остров был гладкий.

– Прямо как стекло! – удивилась Варвара. – Наверно, остров за тысячу лет отполировали сильные ветры и дожди.

Идти по каменному хребту было легко, и за несколько минут ребята обследовали больше половины острова.

– Смотри, какая внизу удобная круглая бухточка, – указал Мирослав. – А самое интересное, что с воды ее не видно, – вон те выступающие скалы закрывают.

Мирослав подошел к самому краю обрыва и осторожно заглянул вниз.

– Вижу всю бухту полностью. Каменный причал со ступеньками и чья-то большая деревянная лодка, – показал Мирослав. – Значит, мы здесь не одни. Кто-то тут живет. Либо рыбаки, либо… Может, и Михаил там. Пошли готовиться к встрече, и давай перегоним туда нашу яхту. А может, тут нет никакой опасности и мы у местного рыбака узнаем что-либо о Михаиле и Катерине.

Варвара согласно кивнула. Ребята вернулись к яхте и вскоре подплыли ко входу в бухту. Чтобы войти в нее, пришлось сесть на весла, так как надо было сделать несколько поворотов между выступающими скалами. Бухточка была довольно большая – около пятидесяти метров в диаметре. Со стороны острова был небольшой песчаный пляж, скрытый под нависающей скалой.

– Смотри, – показал Мир.

Рядом с пляжем прямо в граните была вырублена лестница. Ступеньки были ровные и отполированные. Очевидно, за ними ухаживают. Поднявшись по лестнице, ребята очутились перед входом в пещеру. Пещера высотой около пяти метров была выдолблена прямо в скале и тянулась в глубину на двадцать метров.

– Ну, вперед!? Посмотрим, кто в «тереме» живет.

Мирослав и Варвара сделали несколько шагов, и тут за спиной ребят что-то с грохотом упало. Они обернулись и увидели, что путь на волю им отрезала толстая железная решетка. Мирослав подошел и потряс ее – решетка стояла прочно. Странно, но Баюн как будто ничего не заметил. Кот спокойно проскользнул через прутья решетки и улегся спать на солнышке.

– Тогда все хорошо, раз Баюн знаков не подает! – решил Мирослав.

– Ура, вот я вас и поймал! – раздался скрипучий стариковский голос. – Сначала сам вас помучаю, а затем сдам, кому обещал. Будет мне тогда награда за мою доблесть.

Варвара посмотрела на сухонького старичка и подумала: «Сейчас решетку рушить или подождать? Надо бы побольше выведать у этого сморчка. Может, на что и сгодится?»

– Вы кто? Из леших будете или из водяных? – смело спросила маленькая ведьма.

– Бери выше! – старик обиженно надул губы.

– Что-то я вас на Верховном совете колдунов и ведьм не видела, да и Баба-Язя мне о вас не рассказывала, – произнесла Варвара.

– Да не люблю я мирской суеты. Противно мне – обмельчало все вокруг! А вы как на моем острове оказались? Дела пытаете или от дела лытаете?

Мир тихо сказал подруге:

– Разговорчивый старикашка, может, проболтается? Надо бы с ним пообщаться и узнать все как следует.

– Я тоже об этом подумала, – согласилась Варвара.

– Дедушка, мы все-таки гости на этом острове. Где же знаменитое русское гостеприимство? – спросила Варвара.

– Иж вы какие! Хорошо, сейчас все будет!

Старик хлопнул в ладоши, и в пещере появились стол, прочные дубовые стулья, обтянутые кожей диван и кресла. В углу пещеры возник стеллаж с несколькими книгами и старыми журналами.

– Ну, давайте познакомимся! Как вас звать-величать?

– Да вы уж, наверно, знаете! Иначе не стали бы запирать нас за решетку, – спокойно заметила Варвара. – Меня зовут Варвара, а моего друга Мирослав.

– Так, значит, я действительно великую ведьму поймал!? – потер руки старик.

– Ну, не такая уж я и великая, а вот родственники мои… Вот те – будьте нате – съедят без масла! – многозначительно напомнила Варвара и посмотрела на сухонького старичка.

Старик тут же поспешил перевести разговор на другую тему:

– Ладно-ладно, не серчайте! Давайте лучше пообедаем.

Старик легко прошел сквозь решетку, как будто ее и не было. Мир так и не понял, как старик это сделал. То ли он был такой худой, то ли действительно прошел сквозь железные прутья. Хозяин острова сел во главе стола и пригласил ребят:

– Предупреждаю, не вздумайте на меня кидаться, все равно не поймаете.

В подтверждение своих слов старик тут же растворился в воздухе и появился на другой стороне стола.

– Вы еще сами не представились. Как вас-то звать-величать, дедушка? – спросил Мирослав.

– Забывать меня стал русский народ. Кощей я, Виевич! Сын Земли и праправнук Вия подземного.

Мир аж подпрыгнул:

– Это который Бессмертный, что ли?

– Именно так, молодые люди. Ну, давайте обедать.

Кощей хлопнул в ладоши. В воздухе появились две пары костяных рук, которые уставили стол фирменными ладожскими угощениями: тут были и жареная ладожская форель, и копченые сиги, и клюквенный морс. Перед Кощеем руки поставили лишь ведро с водой. Пока ребята лакомились форелью, он успел выпить ведро полностью и хлопнул в ладоши. Ведро с водой тут же наполнилось до краев.

– А почему вы с нами не едите? – спросил Мир.

– Не бойтесь, не отравлено! Я ж Бессмертный – мне еда не нужна. Я ем только по праздникам.

Он снова отхлебнул из ведра. Кот Баюн почувствовал, что кушать подано, и открыл глаза. Баюша снова проскользнул через решетку, подошел к Кощею и потерся об его ноги. Старик ласково потрепал кота и щелкнул сухими пальцами. Руки, висевшие в воздухе, исчезли и вскоре появились, притащив для кота миску с парой свежих сижков. Баюн заурчал и принялся за рыбку.

– Скажите дедушка, а хозяина зеленого катера Михаила нет на вашем острове? Вы его не видели? Может, он тоже у вас под арестом? – спросила Варвара.

– Здесь его нет. Наблюдал я за этим молодым человеком, как он по всем островам рыскал, но не стал ему мешать – видно, дело у него важное. Понял, что ищет он кого-то. А затем увидел его катер пустой. Одна шапочка маленькая на полу валялась. С северо-востока его катер ветром к моему острову прибило. Я его повыше вытянул.

Может, потонул тот молодой человек – буря в тот день была. Но думаю, что его захватил в плен Хапун. Есть такой старый ладожский пират. Сейчас он в услужении у серых ведьм. У того в свою очередь есть помощники Людки-Кладовики. Шапочка потерянная точно кому-то из них принадлежит. Кладовики живут рядом на соседнем острове. Островок тот небольшой, без названия. Во всяком случае они должны знать, что с ним случилось. – Кощей немного помолчал, а затем закрыл глаза и продолжил: – Люблю я бури на Ладожском озере. Великолепное зрелище. Особенно в ясную погоду. Мимо моего острова Мюкериккю порывистый ветер передвигает огромные холмы воды. А вся поверхность воды усеяна горами лазоревого цвета с серебристыми гребнями пены. Озеро как будто живет своей жизнью. А мой остров, как огромный корабль, никакой бури не боится – своим носом волны разрезает! Забираюсь на самый верх скалы и вперед смотрю, откуда ветер дует. И поворачиваю руками штурвал своего корабля. Сделал я себе такой на двух концах острова. Откуда ветер дует, туда в бурю и иду.

– Как ребенок! – тихо шепнула Варвара на ухо Мирославу.

– Мечтатель! – ответил тот. – А мечтатели плохими не бывают!

Три задания

После обеда Варвара спросила Кощея:

– А по-хорошему не договоримся? Например, три задания какие-нибудь выполнить? Выполним – добром отпускаете, не выполним – тогда уж придется в вашем плену сидеть.

Кощей радостно кивнул головой и потер руки:

– Соревнование! Вот это я люблю! Согласен. Я пошел думать. А вы готовьтесь. Сейчас мои помощники со стола уберут.

– Подождите, пожалуйста! – воскликнул Мирослав. – Ведерочко с водой оставьте морс клюквенный запить. Кисловат маленько.

– Молодец, Мир. Лучше ладожской воды ничего на свете нет. Я тебе целую бочку чистейшей воды оставлю. Местные водяные по договору поставляют мне ее с самого дна. Там она как слеза, без всякой мути и примесей. Что ж, до вечера.

Кощей хлопнул в ладоши, и костяные руки принесли бочку с водой.

– Да, совсем забыл. Не вздумайте бежать! Своих помощников я оставлю здесь. Пускай охраняют вас.

Две пары костяных рук повисли прямо в воздухе в метре от железной решетки.

– Без гвоздей висят! – удивился Мир.

После этого старик помахал ребятам и исчез.

– Надо бы узнать, связана ли Марана с Кощеем? – Варвара кивнула на бочку с водой: – Дорогую Щуку вызывать собрался?

– Да. Как догадалась?

– Нетрудно. Не выпьешь же ты ведро воды! Только не спеши. Надо побольше выведать у старикашки. Тем более, он такой разговорчивый.

Вечером появился Кощей. За ним по воздуху плыли два огромных мешка.

– Ну, вот и первое задание. Два мешка с маковым зерном. Прислала мне его одна колдунья в подарок. Хотел я пироги испечь, да вот почему-то маковые зернышки оказались пополам с песком. Так что отделите мне к утру весь мак от песка!

– Хорошо, с этим я и одна справлюсь! – кивнула Варвара. – А Мир вам чем-нибудь по хозяйству поможет – не мужское это дело зерно перебирать.

Кощей задумчиво почесал свою острую козлиную бородку:

– Мотор на моей старой лодке давно не работает, а грести мне уже трудно. Тебе задание такое – починить мотор. Если Мирославу удастся это сделать, то зачту за второе выполненное задание! Заведешь – точно зачту. Слово Кощея!

– Пожалуйста, где лодка.

– Ладно уж, пошли.

Два железных прута на решетке изогнулись, и Мирослав легко прошел через отверстие.

Большая деревянная лодка у Кощея была в хорошем состоянии – проконопачена и просмолена, но движок свой век уже отслужил. Юноша вздохнул и полез в карман за отверткой.

– Если какие детали нужны, ты скажи. У меня в ангаре этого добра навалом. Вот, пожалуйста!

Кощей подозвал юношу. Каменные стены скалы раздвинулись, и Мир оказался в огромном каменном склепе, где на стене крепилась масса ящиков с различными винтиками, гайками и прочими деталями. Все было рассортировано и смазано машинным маслом.

У Мирослава разгорелись глаза:

– Да я тебе, дедушка, не один мотор соберу. На всю твою жизнь хватит.

Уже через час мотор на лодке ожил, и она тронулась по озеру.

– Ты куда? – замахал руками Кощей.

– Не бойся, дедушка, сейчас вернусь, не брошу же я Варвару. Надо проверить, как мотор работает.

Лодка описала небольшой круг и плавно подплыла к берегу. Еще через час Мир примерил на лодку еще два работающих мотора. Более того, Мирослав объяснил старику, как устранять самому возможные неполадки, как проводить профилактику движка.

Варвара тем временем достала куколку из своего рюкзачка и посадила за стол:

– Ешь, Макоша! Я тебе рыбки оставила.

Когда Кикимора наелась, Варвара предложила:

– Давай посмотрим, что в мешках. Не заговоренное ли в нем зерно?!

Варвара развязала мешок и насыпала на дощечку горсть мака, перемешанного с песком:

– Смотри, Макоша. Песок какой-то серый. Поглядим, откуда он.

Девушка достала из рюкзачка свечку и волшебный кристалл. Потом насыпала щепотку порошка в ложку и поднесла ложку к свечке. Когда порошок нагрелся, то над свечой поплыл столбик дыма. Юная колдунья посмотрела на дым сквозь кристалл и увидела в дыме отражение серой ведьмы.

– Так я и знала. Мак в подарок Кощею преподнесла Марана. Ладно, Макоша, надевай повязку, я ее настоем прикрыш-травы пропитала, чтобы какую-нибудь заразу не подхватить, и принимайся за работу.

Через час мешок очищенного кикиморой мака стоял посередине пещеры.

Утром Кощей принимал работу:

– Придется два задания вам зачесть.

– Дедушка Кощей, а Марана твоя родственница? – спросила Варвара.

Было видно, что Кощею этот вопрос неприятен.

– Какая родственница!? Эта ведьма совсем перестала со мной считаться на старости моих лет. Полновластной хозяйкой Севера желает стать. Ладно, пойду, тесто поставлю, булок с маком напеку.

– Я бы на твоем месте не стала этот мак в булки класть! – предупредила девушка. – Он отравлен. Съешь булочку и попадешь под влияние Мараны. Смотри, Кощей.

Варвара снова насыпала щепотку порошка в ложку и нагрела ее над свечой. Все увидели в клубах дыма женщину в сером плаще.

– Спасибо, что предупредила! Меня самого никакая отрава не возьмет – я ж бессмертный, а вот в Сортавале скоро день города. Хотел я позвать местных водяных на пироги с маком. Какая же она дрянь, теперь я Марану на свой остров точно не пущу.

– Так, может, вы нас отпустите? Мы ж с Мараной собираемся бороться. Нам нашу подругу выручить надо, а вы нас задерживаете! – предложили ребята.

– Я на севере Ладоги главный, захочу – отпущу, захочу – задержу на веки вечные. Я ж Кощей Бессмертный!

– Дедушка Кощей, а как это бессмертный? Я вот читал, что добры молодцы с вашими бессмертными родственниками справлялись, – спросил Мир.

– Да неопытны были мои прародители. Не там смерть свою прятали. Это ж надо додуматься повесить ларец на дуб, в ларец зайца запихнуть, в зайца утку, в утку яйцо… А вдруг ветер ящик с дуба сорвет? А вдруг заяц убежит, а вдруг утка улетит? Лови тогда свою смертушку по всему миру. Вот искатели и добрались до моих родственников, нашли иглу смертную. Не там прятать надо было! – разошелся Кощей.

– А ты где свою спрятал? – ехидно поинтересовалась Варвара.

Кощей колебался, но гордость за свою придумку вылезала наружу, и он решился.

– Сама подумай, – Кощей задумчиво посмотрел в сторону озера. – Глубина здесь больше двухсот метров.

– Да, уж тут точно не найти, – согласились ребята. – Неужто сам нырял?

– Зачем? Напоил ичетика, привязал его за веревку, и он спрятал ларец с яйцом в ямке на дне озера. А я камнем тяжелым придавил, чтобы ни одна рыбина не сдвинула. Ичетика, правда, сразу съесть пришлось, уж больно ненадежный они народец, загуляют и любую тайну выдадут. Никакая Марана со мной не справится – бессмертный я. Ну ладно, заболтались. Вот, Варя, тебе задание на сегодня. Получай мешок с шерстью, его тоже Марана в подарок прислала. Спряди шерсть и свяжи мне к утру теплый свитер. А тебя, Мир, вызываю на рыбацкий поединок. Стая форели к берегу подошла. Давай, кто больше рыбы наловит. Проиграешь – считай напрасно Варвара свитер вязать будет! Выходи из темницы.

Прутья решетки опять разогнулись, и Мир вышел на свободу, оставив девушку с мешком серой шерсти.

– Только я своими снастями ловить буду!

– Лови какими хочешь.

Мир подошел к «Поренуте», взял спиннинг и опустил руку в кожаный мешочек с даром водяного, который он получил в прошлом году в подводном дворце Водовлада. Мирослав достал горсть медных монеток и сунул их в карман. Кошей вывел свою лодку из бухты, и рыболовы направились на край острова.

– Там подводное течение близко подходит, – рассказывал старик. – Вот форель и путешествует рядом с моим островом несколько раз в году.

Кощей поставил лодку на якорь и достал свой спиннинг. Движения у старика были уверенными, сразу стало понятно, что Мирослава вызвал на состязание опытный рыболов с большим стажем. Юноша также приготовил свой спиннинг. Затем он незаметно бросил несколько медных монеток в воду и попросил местных водяных об удаче.

Первая же проводка оказалась результативной. Серебристая форель отчаянно сопротивлялась, выделывая невероятные пируэты, но вскоре оказалась в лодке. Счет был открыт. Монетки действовали исправно. К тому же Мир не пожадничал, а отпустил в воду первую пойманную рыбу.

– Ты что делаешь? – воскликнул Кощей. – Это же редкость – форель поймать.

– Да мне показалась, маловата! – оправдывался Мирослав.

– Да в ней, почитай, килограмма два было. Раз отпустил – не в счет.

Мир согласно кивнул. Он знал, что делал. Главное для удачной рыбалки – ублажить местного водяного!

– Не наливай воды до первой рыбины! – суетясь, предупредил Кощей. Юноша согласно кивнул. Есть такая примета у рыбаков. В ведро, куда предполагается сажать свою добычу, нельзя наливать воды до тех пор, покуда не поймается первая рыба.

Но Мирослав и без подсказок знал все рыбацкие приметы. Конечно, у него не было такого стажа, как у Бессмертного, но все же…

– Боюсь, удача от нас отвернется: форель – рыба боязливая! Сейчас всех товарок своих предупредит, – волновался старый рыболов.

Но вскоре последовала новая поклевка. Вторая форель была покрупнее отпущенной. В ней было около пяти килограммов. Миру пришлось вываживать ее несколько минут. Приятно было то, что Кощей бросил свой спиннинг и помогал Мирославу завести рыбину в сачок. Рыболовное братство взяло вверх. Несмотря на то что у Кощея также улов был неплохой, победа была явно на стороне Мирослава. За два часа ему удалось затащить в лодку более десяти серебристых форелей. Да и по весу пойманные Миром экземпляры были крупнее, чем у старика. Кощей признал свое поражение. В большое ведро общий улов явно не помещался.

Наступал вечер. Солнце садилось в воду почти на самом севере. Небо и вода окрасились в оранжевые и малиновые тона.

– Люблю я смотреть на закаты. Тысячу лет живу, а ни один из них не похож на вчерашний, – грустно сказал Кощей.

В бухту рыболовы вернулись почти друзьями. По пути старик рассказывал о своих победах. Разводил руки, показывал невероятные размеры пойманных им рыб. Мир, боясь обидеть старика, поддакивал. Тем не менее, тот неожиданно надулся, как маленький ребенок.

– Не веришь?! Ну, пошли. Самые крупные экземпляры я в своем музее выставил.

Кошей топнул ногой, стена прямо рядом с причалом отодвинулась, и Мир увидел небольшую пещеру.

– Бери вот это! – Кощей протянул юноше черный плащ и темные защитные очки.

– Зачем? – удивился Мирослав. – Мне не холодно. А очки солнечные для чего? Солнце ведь уже зашло.

– Да у меня освещение необычное. Яркое очень и может обжечь кожу – от прадеда моего досталось. Так что надевай этот плащ и очки и не спрашивай зачем!

Мирослав накинул на себя тяжеленный балахон, обшитый металлическими пластинами. Кощей нарядился в такую же униформу. Рыболовы зашли в пещерку, и Кощей открыл какой-то ящик. Тут же комната залилась необычайно ярким красным светом. Мир попробовал посмотреть, где источник света, но лишь понял, что он исходит из двух мощных прожекторов. Всю пещеру опоясывали полки и стеллажи, на которых стояли рыболовные трофеи Кощея. Некоторые экспонаты могли вызвать зависть у самых удачливых рыбаков. Мирослав искренне восторгался муляжам зубастых щук, в открытые пасти которых могло свободно войти целое ведро, метровым радужным форелям, сомам, налимам и судакам.

– А вот это моя гордость! – Кощей подвел Мирослава к огромному двухметровому осетру.

Мир удивленно посмотрел на Кощея.

– Да-да, в позапрошлом веке осетр в Ладоге еще встречался. Как сейчас помню! Триста лет назад дело было. Два часа с этим великаном пришлось мне сражаться, прежде чем вытянул. А силушки тогда во мне было не в пример нынешней.

– Я думал, что ладожские осетры сейчас только в услужении у местных подводных царей. Здорово!

Осмотрев все трофеи Кощея, Мир продолжил обход по второму кругу, делая вид, что хочет подробно запомнить все экспонаты музея, а сам старался рассмотреть источник мощного света. Наконец это ему удалось. Ладожский осетр, которому было, по словам Кощея, около трехсот лет, был закрыт стеклом, и вот в уголке стекла Мирославу удалось увидеть отражение этого необычного источника света.

Это был человеческий череп! А глазницы светились ярчайшим красным огнем. Но даже через очки на отраженный в стекле огонь смотреть было больно, и Мир отвел глаза в сторону. После этого он ничего не видел несколько минут, и ему пришлось признаться, что свет попал ему в глаза.

– Я ж предупреждал, – заботливо сказал Кощей и, взяв за руку Мирослава, вывел того наружу.

На берегу озера зрение вскоре вернулось к юноше.

– Пошли ужинать? – предложил Кощей.– Проведаем нашу затворницу и покажем улов. Кстати, несколько форелей с икрой, так что утром я вас угощу вкусными бутербродами.

Мир кивнул. Действительно, его положение было лучше, чем у Варвары, и он чувствовал некоторую вину перед девушкой. Сам разгуливает по острову, развлекается, ловит рыбу, а его верная подруга сидит в это время за решеткой. Кощей проводил Мирослава к Варваре и велел рукам-помощникам стол накрыть, а сам удалился в свою пещеру.

– Я состязание в рыбной ловле выиграл! – похвастался Мирослав. – Поймал с десяток форелей.

– Нисколько не сомневалась в твоей победе. Ты ж у нас рыбак номер два, куда до тебя остальным и местным! – ехидно напомнила ведьмочка о прошлогодней рыбалке на Луненке. – Ну а я даром время не тратила. Разобралась с третьим заданием. Страшная штука этот мешок с шерстью. Видно, Марана действительно хочет извести Кощея. Надо понять почему? Вроде бы союз с ним заключила – нас поймать.

– Так он же бессмертный? – удивленно пожал плечами Мир.

– Вон посмотри, что со стулом произошло, на котором шерсть полежала.

Мирослав подошел к стулу и увидел, что в сиденье проломано отверстие.

– А шерсть на стуле и двух минут не пролежала. Затем я ее на камень перекинула. Осторожней! На всякий случай не касайся даже камня, где лежала эта отрава.

Прочный гранитный валун развалился на мелкие кусочки, а место, где на камне лежала серая шерсть, и вовсе превратилось в мелкий песок.

– Ни дерево, ни камень не устояли перед таким подарком, рассыпались. Я думаю, Марана добавила в шерсть волокна разрыв-травы, плюс всякие заклинания. Сильна старая! У нас с Катериной такого мощного настоя разрыв-травы никогда не получалось. И как ты думаешь, а что было бы с дряхлым стариком, если бы он свитер на себя надел? – продолжала Варвара. – Так почему все же Марана хочет извести Кощея? Живет он на своем острове, никого не трогает.

Мира больше волновало другое.

– А ты как с заданием справишься? Не опасна ли тебе и Макоше эта шерсть? – спросил Мир.

– Да эту проблему мы с Макошей уже решили. Я ее куклу сначала искупала в настое прикрыш-травы, полностью защитным зельем пропитала. И только после этого я оживила кикимору и работать ей разрешила. К тому же мы сначала рукавицы для Макоши из Мараниного мешка сшили. В том мешке шерсть спокойно лежала. Значит, этой заговоренной ткани серая шерсть не угрожает. К утру мы с Макошей с заданием справимся.

– Правда, чувствую я Кощей нас так просто не отпустит – уж больно он привязчивый. Пора, пожалуй, вызывать Дорогую Щуку.

Мир подошел к бочке с водой, оставленной Кощеем.

– По щучьему веленью, по моему хотенью – появись, Дорогая Щука!

Из бочки вынырнула голова Щуки и огляделась вокруг:

– Здравствуйте! Что, выручать надо? Сейчас свистну, и мои раки решетку мигом перегрызут.

– Дорогая Щука, мы бы не стали тебя по пустякам беспокоить – с этой мелочью я и сама за минуту справлюсь. Нам другая помощь нужна! Ты найди на дне Ладоги ларец Кощея. Он его хранит недалеко от острова в самом глубоком месте. Найди и принеси его сюда, пожалуйста. И помоги советом, если можешь, что Маране от Кощея надобно? Как нам старика защитить?

Дорогая Щука исчезла. Вернулась она лишь через три часа, когда ребята уже стали бояться, не обманул ли их Кощей. Вдруг ларец в другом месте спрятан. Дорогая Щука держала в пасти золотой ларец.

– Да, трудная была задача, – рассказывала она. – Место мои помощники быстро нашли, но Кощей ларец придавил огромным валуном. Пришлось нам в упряжку сотню Чертовых Коней и водяных впрягать, чтобы эту глыбу с места сдвинуть. Упарились, хоть вода на глубине и холодная. На твой же вопрос о Маране, Варя, я даже не знаю, что и ответить. Но старые водяные, что в гостях у Кощея были, утверждают, будто есть у него волшебный череп его деда Коща. Но в чем его сила – сказать не могу. Никто не знает. Маране этот череп вероятно понадобился. Все уверены, что тебе не стоит с этим черепом связываться, но и Марану к черепу Коща допускать не стоит. Ну, до свиданья, всегда ваша!

Дорогая Щука ударила хвостом по воде и исчезла.

– Что за череп такой? – удивилась Варвара.

– Я видел этот череп, – сказал Мир.

– И молчишь! – накинулась на него Варвара. – У тебя одни только разговоры о пойманных снетках.

– Я же не знал, что он кому-то нужен! Думал – просто яркий фонарь.

Мир рассказал о двух ярких лучах, освещающих Кощеев музей, и о том, как Кощей заботливо укутывал его плащом.

– Мне показалось, эти лучи били из глазниц черепа. У меня и сейчас красные круги перед глазами стоят, стоит лишь прикрыть веки.

– Так, понятно! Свяжусь-ка я с Прасковьей.

Варвара выложила на стол серебряную тарелку и пустила по ней яблоко. Прасковья вышла на связь быстро. Яблочко буквально запрыгало по тарелке, такая мощная была связь между Варварой и Прасковьей.

– Здравствуй, Прасковья! – сказала Варвара, когда изображение прабабки показалось в тарелочке.

– Привет, Великая ведьма! Благодаря тебе, твой прадед опять от меня на сто лет в будущее улетел. Опять ждать придется! – укоризненно сказала Прасковья.

– Ой, прости… – опечалилась Варвара.

– Да, ладно – не в первый раз. Какие вопросы?

– Череп Кощея мне нужен.

– Не сметь! – Тарелка аж подлетела в воздух и разлетелась на куски.

Над свечой возникло видение Прасковьи, которое взволнованно грозило девушке:

– Я сказала, не смей об этом даже думать! Поняла?!

Видение исчезло.

– Все понятно, раз все против – значит, обязательно нам надо этот череп себе забрать! – уверенно произнесла Варвара и тряхнула своими хвостиками.

– Чем-то ты похожа на нашего деревенского быка Борьку – такая же упертая! Может, не стоит связываться с черепом Коща? – попытался отговорить подругу разумный Мирослав. – Зачем он тебе?

– Пока сама не знаю. Но чтоб было! Теперь поговорим, как вести завтрашний разговор с Кощеем, – сказала Варвара. – Что бы такое придумать для пущей убедительности?

Юная ведьма обдумывала план обработки Кощея. Расстроенный Мирослав тем временем собрал осколки серебряной тарелки.

– Не пойму, почему металл разбился, словно стекло? Что делать будем, если нам опять понадобится связь?

– Дай сюда! – попросила Варвара.

Мирослав протянул осколки разбитой Прасковьей тарелки. Варвара помяла осколки в руках, и целая тарелка через минуту снова приятно зазвенела.

– Как ты это сделала? – снова удивился Мирослав. – Даже ни одной трещинки не видно!

– Полудница научила! – не вдаваясь в объяснения, коротко ответила ведьмочка.

Ее мысли были заняты другим.

Утром Кощей закатил детям великолепный пир.

– Всю ночь старался! Икру красную готовил и рыбку солил. Кажется, успел, – потчевал ребят Кощей.

На белых пышных булках толстым слоем лежала красная икра, а куски форели соблазнительно розовели в обрамлении ломтиков лимона и зелени. После завтрака Кощей принимал третье выполненное Варварой задание.

– Ну как, справилась? Связала мне теплый свитер?

– Не только свитер, но и варежки. Да только вот надевать этот свитер тебе, дедушка, не стоит. Позови-ка своих помощников, – попросила Варвара.

Кощей хлопнул в ладоши, и две пары рук появились перед стариком.

– Вот мешок. Там пара варежек для рук костяных и свитер для тебя. Пусть костяные сначала варежки на себе примерят, а там уж посмотрим – стоит ли тебе свитер носить.

Одна пара рук нырнула в мешок и достала варежки.

– Надевайте! – скомандовал Кощей.

Руки надели варежки и через несколько секунд затрещали и рассыпались на мелкие косточки.

– Ах, негодница! Что ты с моими помощниками сделала? – вскричал Кощей.

– Не я, а Марана. Мы тебя спасли, Кощей. Хотели бы извести, сначала примерили бы свитер на тебя. Что с тобой было бы – Бессмертный? Рассыпался бы – и не собрать?! Никакое бессмертие тут не поможет! Кстати, одна пара рук у тебя все же осталась.

Кощей задумался. Потом сказал:

– Спасибо! Но все равно я вас не выпущу – привык я к вам! Не волнуйтесь – отдавать я вас никому не собираюсь. Наоборот, защищать буду как своих детей! Разговор закончен – поживете у меня. Не выпущу.

– Сами уйдем! – Варвара подошла к решетке. – Смотри, Кощей!

Волшебный дар Кощея

Ведьмочка одним пальцем нажала на железную решетку, и та развалилась. Ровные куски прутьев попадали на землю, и сами сложились в кучку, как дрова. Варвара указала на них пальцем с золотой змейкой, и прутья загорелись ровным пламенем.

– Ах, ты так! – воскликнул Кощей и топнул ногой. Скалы, стоявшие рядом, задвигались и сомкнулись, образовав закрытое пространство.

Стало темно. Пришлось зажигать свечи.

– Теперь не выберетесь! Гранит крепкий, а толщина метров десять будет – зубки пообломаете, а двигать стены вы не умеете, – радостно потирал руки Кощей.

– Скалы двигать для нас проще простого! Хоть здесь, хоть на глубине морской. На глубине скала, правда, побольше была, чем эта. А вот с этим что делать? – Мирослав вытащил из-под стола золотой ларец и вынул из него красное яйцо. – Так что – доставать иголку? Давай-ка быстро раздвигай скалы.

Кощей вздрогнул и побледнел – его смерть находилась в руках у ребят. Скалы поползли на место, открыв выход из пещеры.

– Ладно, Кощей, давай жить дружно, – предложила Варвара. – Враг у нас один – Марана. И мы с ней боремся, и тебя она извести хочет. Отпусти нас и помоги справиться с серой ведьмой. Давай меняться, Бессмертный. Ты нам череп Коща, а мы тебе твой ларец.

– Испепеляющий череп не дам – он вас самих и убьет! Берите лучше Меч-Кладенец! Мне он от русских богатырей достался, что на моего прадеда войной ходили. Полезная вещь! Чудесное оружие. Змею Горынычу все головы оттяпал.

– Ты что, Кощей? Кто же сейчас с мечом воюет? Засмеют!

– Тогда Огненную Сорочку возьмите! Наделяет того, кто ее носит, необычайной богатырской силой.

– Небось жарко в ней? – спросила Варвара.

– Пот градом катит!

– Вот сам этот потничек и носи. Или предложи лучше тем, кто за фигурой плохо следит. А нас давай веди к своему волшебному черепу.

– Дедушка, научи как с ним обращаться. Справимся с Мараной и вернем его тебе, не сомневайся! Получай, свой ларец! – Мирослав осторожно положил яйцо в ларец и протянул его Кощею. Кощей дрожащими руками схватил шкатулку.

– Но как вам это удалось?

– У каждой ведьмы свои секреты! – строго сказала Варвара. – От меня не спрячешься – насквозь вижу. Итак, вернемся к черепу Коща. Мир у нас прекрасный специалист, защиту для нас от его вредного влияния легко найдет. А испепеляющие лучи на плохое мы использовать не будем. Только чтобы с Мараной справиться и наших друзей спасти.

– Хорошо! Дам вам череп. Только я с вами поеду, – сказал Кощей. – Может, пригожусь. Знаю я, как до Мараны добраться, где она обитает. И готов сражаться рядом с вами. Сейчас серая ведьма строит свои козни в темных ладожских шхерах, о которых даже местные рыбаки не знают. Но у меня приметка одна есть, где они находятся. Есть у меня волшебный кристалл, и я знаю, что Марана сейчас на своем хуторе живет. Варит она свои снадобья, а на закате дым от варева наружу из ее дома выходит. Никто его не видит. А я направил взгляд черепа Коща в волшебный кристалл. Череп дымок почувствовал, и сразу его взгляд стал ярким и поджег этот дымок. Вспыхнул он как порох. Хотя, пожалуй, отсюда километров семьдесят до дома Мараны будет.

– Нет, Кощей, ты оставайся! Это наше дело с Мараной воевать! – твердо сказала Варвара. – А через пару недель, если мы не вернемся или весточку тебе не подадим, то позови на помощь Деда-Всеведа, Бабу-Язю, Водовлада и Прасковью. Пусть за нас поквитаются, если мы с Мараной не совладаем и подругу нашу не освободим. Но за такую информацию спасибо. Марану мы уже почти месяц ищем. Хотя теперь и сами знаем, где она живет и где Глухая шхера находится. Только теперь нам не только Марану найти надо, но и спросить ее, где Михаил и Катерина.

– Лучше бы вы у меня остались. Всем своим богатством с вами поделюсь. Хотите пополам разделим? Владейте! Мне одному все равно столько не надо. Мои предки Бессмертные их собирали, да и я свой вклад внес. Посмотрите на мои богатства.

На глазах у ребят стена поехала в сторону, и перед ними открылась еще одна пещера с Кощеевым богатством. Прямо на гранитном полу были насыпаны кучи золотых и серебряных монет, пирамидой выше человеческого роста лежали слитки золота. Отдельно высились холмики драгоценных камней. В антикварных шкафах хранились предметы старины. Стены пещеры снизу доверху были увешаны картинами в дорогих рамах.

– Подходите, берите что хотите! – приглашал Кощей.

– Да! – восторженно сказала Варвара. – Любой музей позавидует.

– Я тоже частенько подумываю, как бы это все не пропало. Сгину – все здесь навеки останется. – Сокрушенно покачал головой Кощей. – А ведь все это я и мои предки тысячелетиями собирали. Предки мои – Кощеи – ради этих богатств тысячи душ невинных загубили.

– А ты как богатство семейное приумножал? – спросил Мир.

– Я когда молодой был, в каждую бурю над озером летал. Смотрел, где корабли гибнут. Ладожские штормы пострашней иных морских бывают. Недаром царь Петр обводные ладожские каналы вокруг озера прорыл. Волна высокая, злая и короткая – сколько кораблей на дно озера пустила. А я места примечал, где корабль тонул. Ичетики у меня в рабах были. Кормил я их, поил. А они богатство с потонувших кораблей для меня доставали.

Но больше всего я разжился в двадцатые—сороковые годы прошлого века. Сначала революция в России случилась, и богатые русские оставили свои дома. Затем в тридцать девятом зимняя война началась, и все карелы и финны бежали в Финляндию. Когда советская власть пришла на эту землю, то люди все свое богатство бросали, лишь бы самим успеть спастись. Вот все эти картины я собрал из богатых брошенных домов, – вспоминал Кощей. – Так что крови людской на моих руках нет.

Варвара подошла к брильянтам, набрала их полные горсти и посыпала на себя сверху.

– Приятно в алмазном дожде искупаться, а потом золотую ванну принять, – посмеялась девушка.

– Вот и забирай, Варя, все это богатство. Нравятся камни – все бери.

– Ты мне другое богатство подари, Кощей. Научи скалы двигать! – попросила Варвара. – А то враги на нас уже каменные острова насылали и глыбами швырялись. Мерлину – прадеду моему – пришлось от врагов в будущем спасаться.

– Так ты же скалу на дне Ладоги сдвинула, когда шкатулку с моей смертью доставала! – недоверчиво посмотрел на девушку Кощей. – А та покрупней, чем эти будет.

– Это спасибо моим подводным друзьям! Им всем вместе пришлось собраться да попотеть, чтобы тот камешек сдвинуть, – честно призналась юная ведьмочка.

– Видно, друзья у тебя хорошие, – искренне позавидовал Кощей. – И Мирослав, и все остальные, которых я не знаю. Ладно, все для тебя сделаю. Не боишься с Кощеем кровью породниться? Ты не бойся – змейку свою волшебную пусти на стол с пальца. Она же тебя защищает и не даст обмануть. Твоя змейка нам и поможет.

Варвара посмотрела на золотой перстенек на своем пальце. Змейка задвигалась и соскочила на стол.

– Ну, ползи ко мне! – протянул вперед руку Кощей.

Золотая змейка резко махнула хвостиком, и на запястье Кощея появился небольшой разрез как от змеиного укуса. Две капельки крови выступили на руке старика.

– Не бойся – кровь у меня хорошая – первой группы – любому человеку подойдет.

Змейка кивнула своей изумрудной головкой, подтверждая слова Кощея. Затем она подползла к руке Варвары и также сделала разрез на ее руке. Варвара и Кощей соединили запястья своих рук. Мирослав как зачарованный смотрел за происходящим, не зная – возражать ли ему против такого решения Варвары. Казалось бы, надо держаться от всех Кощеев подальше, а тут Варвара сама захотела с ним породниться.

– А теперь давай попробуем поднять вот этот небольшой камень вместе! – Кошей взглядом показал на лежащий перед ним валун.

Юноша удивленно посмотрел на большой круглый камень, на который указывал старый колдун. Камень был в диаметре метра полтора. Мирослав быстро прикинул его вес – тонны три, не меньше. Валун медленно оторвался от земли.

– Молодец, так-так! – комментировал Кощей подъем камня вверх. – Почувствуй его. Сначала я тебе помогать буду, а потом ты действуй одна.

Камень все поднимался над землей.

– А теперь давай его перекинем через стену. На счет три! И раз…

Валун качнулся в воздухе.

– И два…

Камень качнулся назад вниз метра на три.

– И три!

Камень вылетел как из пращи и поднялся вверх на добрую сотню метров. Через несколько секунд как будто бомба разорвалась в Ладоге. Несмотря на то что из бухты озера было не видно, шум от падения получился колоссальный. Еще несколько минут волны бились о скалы острова.

– А эту малышку давай сама!

Малышка, на которую указал Кощей, была раза в три побольше валуна, который только что улетел. Тем не менее Варвара кивнула.

– Ой, а можно посмотреть сверху, как камень в озеро упадет! – попросил Мир.

– Валяй! – рассмеялся Кощей.

В душе этот тысячелетний старик был как ребенок.

– Только подниматься по лестнице не будем. Садись рядом со мной.

Кощей уселся на один из камней, похожий на трон. Мир сел рядом со стариком.

– Готов? Тогда держись – сейчас полетим, – Кощей крепко обнял юношу. Камень резко взлетел вверх и вскоре поднялся на самую вершину скального гребня. Оттуда Варвара казалась совсем маленькой.

– Давай! – помахал девушке Кощей.

– И раз… – крикнула девушка, – и два… и три!

Десятитонная громада взлетела высоко над головами зрителей. Тут Кощей взмахнул рукой и в небе появились огненные цифры, которые показывали высоту полета скалы – «97,2 метра».

– Почти сто метров! – не верил своим глазам, восхищенный Мир.

С этой высоты камень сорвался вниз и плюхнулся в озеро. Огромный столб воды поднялся вверх и окатил счастливых зрителей. Но те нисколько не расстроились, хотя ладожская вода в конце июня была еще ледяной.

– Даешь еще один! – крикнули оба зрителя.

Новая скала, побольше предыдущей, подлетела вверх.

«115,8 метра» – засветилось в небе.

– Спасайся кто может! – весело закричал старик и, не дожидаясь, пока их окатит новая волна, поднял камень, на котором они сидели, повыше.

На Ладоге стоял шум, как у водопада. А огромные волны во все стороны катились от острова.

– Полетели вниз. На первый раз хватит! Молодец, красавица! – похвалил Кощей свою ученицу.

Варвара действительно устала, пот выступил у нее на лбу.

– Отдыхай, Варя! А мы с Миром займемся черепом моего прапрадеда Коща. Даже страшно, что о нем рассказывали мне в детстве.

Кощей и Мирослав вошли в пещеру, где находился музей рыбных трофеев. Был яркий день, поэтому, несмотря на то что пещера была достаточно глубокая, все было хорошо видно.

– Оружие ему не нужно было, – рассказывал старик. – Взглянет – убьет, испепелит взглядом любого. Поэтому Коща – мой прадед – все время носил на глазах черную повязку. Все видел третьим глазом. Чувствовал врагов за сто километров. Стоило недругам к нему приблизиться, как Коща садился на своего коня – Змея, снимал с глаз повязку, и от врага только пепел оставался. Змей быстрее молнии к месту Коща доносил.

– А как же Змей целым оставался? Почему на него взгляд твоего предка не действовал? – спросил Мир.

– Так Змей-то этот Горынычем был…

Мир давно уже ничему не удивлялся.

– А от Горыныча ничего не осталось?

– Шкура – целехонька! Что ей будет. Почти вся из металлов разных. Где свинец, где титан, где еще какой-то металл тугоплавкий. Да смотри сам, мы же на ней стоим.

Мир аж подпрыгнул. Действительно, они стояли на странном ковре, похожем то ли на кольчугу, то ли на чешую какой-то огромной рыбы. Юноша наклонился пониже, чтобы изучить шкуру Горыныча. В самом деле, чешуйки были из различных металлов. Большей частью это был свинец, гибкий и тяжелый металл, способный уберечь Змея от испепеляющего взгляда Коща. Как известно, свинец не боится самого жесткого радиоактивного излучения. Ближе к шее пластинки были серебряные, а еще выше, у пасти, из тугоплавких титана и вольфрама. Ведь Горынычи и сами любили огнем побаловаться.

– Прекрасная парочка была! – вымолвил Мирослав.

Металлические пластинки гибкой проволокой крепились к толстенной шкуре Змея.

– Хоть люблю я эту шкуру, но пару плащей из нее сшить пришлось. Это те, которые мы надевали. Ведь так просто к черепу не войдешь. И несколько пластин я от нее отрезал. Свинец на грузила использую, а вот из серебряных пластин две блесны сделал. Сносу им нет. Уже сотню лет их в Ладогу бросаю. Леска, кстати, тоже из шкуры Змея. Ни один зацеп не страшен, что хочешь, выдержит. За сто лет ни разу не рвалась. Метровых щук вываживал. Пудовый якорь на моей лодке этими нитями привязан. Тонкие, но выдерживают! – похвастался Кощей.

– Значит, ты говоришь, что Змей не боялся Кощеева взгляда? – задумчиво спросил Мирослав.

– Давай испытаем! – Кощей понял, что Мир хочет проверить свойства черепа. – Для начала надевай плащ и очки.

Мир быстро надел знакомую защитную одежду. Кощей развернул ящик в сторону Ладоги и открыл его. Даже на фоне яркого дневного неба Мир увидел два красных луча. Лучи блуждали по небу, стараясь кого-нибудь найти. И вот они вздрогнули и почувствовали, что над водой парит чайка. Лучи вздрогнули, собрались в кучку и стали приближаться к чайке. В месте пересечения лучей свечение было ярче солнечного. Вскоре они встретились с парящей птицей. Еще через секунду лучи снова разбежались в разные стороны и начали снова кого-то выискивать в небе. Птицы в воздухе не было!

– Жалко чайку, – вздохнул Кощей и закрыл ящик с черепом.

Затем он развернул ящик в сторону каменной стены.

– Так хоть никакая птица не погибнет! – сказал старик. – Ну что прожигать будем? Хочешь бумагу, хочешь одежду, хочешь броню любую.

– Давай, все попробуем.

Кощей открыл узкую щель, и из нее вырвался ярко-красный луч. Он поднес бумагу к лучу, и та через мгновение вспыхнула. Мешковина оказалась чуть более стойкой и сначала задымилась, а затем развалилась на куски. Красный луч прожигал фанеру, кожу и даже железные листы.

– Но особенно он любит все живое. В секунду испепелит. Ты сам сейчас видел.

– Давай о защите подумаем, – предложил Мир.

– Да только и есть что шкура Горыныча. Больше ничего не знаю.

Мир направил луч на свинцовые пластинки. Луч грел пластины целую минуту, но они выдержали.

– Да, действительно холодные, значит, свинец не боится излучения черепа.

Титановые и вольфрамовые чешуйки, снятые со шкуры Змея, тоже выдерживали красный луч, но сильно нагревались.

– Давай усовершенствуем ящик для хранения и использования твоего супероружия, – предложил Мирослав Кощею.

Вскоре чертежи были готовы, а еще через час череп Коща был помещен в новое жилище со множеством разных створок. Теперь череп мог выстреливать своими опасными лучами направленно, не хуже ружья с оптическим прицелом, а при желании владельца мог испепелить противника на большой площади. Но для того, кто держал ящик с черепом в руках, он был не опасен.

Утром следующего дня Мирослав и Варвара тепло попрощались с Кощеем.

– Я понял, что вам надо друзей из беды выручать. Не задерживаю вас. Но когда справитесь с Мараной и друзей спасете, то приезжайте ко мне все вместе – отпраздновать вашу победу! – сказал Кощей.

Яхта отчалила от острова Кощея. Старик не стал смотреть, как удаляется «Поренута», смахнул слезу и ушел в свои пещеры.

Заколдованный Михаил

– Итак, что решим: плывем в шхеру на хутор, где нас ждет Мерлин, или проверим остров, на который показал Кощей? – спросил Мирослав у Варвары. – Вдруг удастся найти и выручить Михаила. Может, он на острове один, а катер бурей унесло. Такое часто бывает у рыбаков и туристов. Устанут и не уследят, как катер смоет волной или унесет ветром, а потом все вместе поедем в шхеру на встречу с Мерлином. И вчетвером возьмемся за старух. Тем более что этот остров у нас на пути, – сказал Мирослав.

– Конечно, проверим! Вдруг Михаил действительно там! – согласилась Варвара.

Часа через два «Поренута» подплыла к острову. Он был небольшой – около двухсот метров в длину и пятидесяти в ширину, но имел довольно изрезанный берег. Ребята вышли на сушу и сразу увидели палатку Михаила. Она стояла в центре острова за гранитной скалой на небольшой уютной полянке.

– Я думаю, Михаил не зря выбрал этот остров. Смотри, он находится в самом центре северного побережья, отсюда удобно заниматься поисками. До берега во все стороны примерно одинаковое расстояние.

Ребята заглянули в палатку Михаила. Предположения Мирослава оказались правильными. На полу палатки лежала открытая карта северного побережья Ладоги. Многие места на ней были помечены.

– Смотри, Варя. Шпионом не надо быть, чтобы понять, где побывал Михаил. Почти все деревни на севере озера он проехал, а как лед на озере растаял, начал на катере искать Катерину. Посмотри, все западные шхеры он обыскал и взялся за северное побережье. И мне кажется, он слишком близко подошел к Глухой шхере. Видишь. Вот здесь обиталище серых ведьм. А вот его отметки.

Рядом с палаткой был сделан стол. Вокруг него вместо стульев были расставлены толстые спиленные пни. На столе стояли несколько тарелок и нехитрые припасы путешественника: сахар, соль, консервы. На дереве висел почти полный рюкзак с продуктами.

– Михаил! – громко позвали ребята.

– Кощей предупредил, что Михаила мог похитить хапун. Но я так и не понял, что это за зверь такой. Пиратов везде хватает, а чем этот отличается от других? – спросил Мирослав.

– Большинство из племени хапунов – это невидимые похитители. Поэтому они подкрадываются незаметно. Куда они уносят человека и что с ним делают, – никому не известно. Другие хапуны, чтобы замаскироваться, могут являться в виде бродяги, нищего, пирата или солдата.

– Как же мы его найдем, если он невидим? – удивился Мирослав.

– Сначала попробуем наш индикатор, и Баюшу тоже попросим помочь, – ответила Варвара. – И если этот черт на острове, то Баба-Язя меня одному заклинанию научила. Видимый-невидимый, как миленький передо мной появится!

– Тогда давай начнем проверку. Пойдем поищем, где прячется нечисть. Главное не нарваться на засаду! – Мирослав улыбнулся, вспомнив, как их пленил Кощей.

И ребята, прихватив все свое вооружение, медленно двинулись по острову.

– Стой, не подходи! Посмотри на индикатор, – Варвара показала на циферблат. На нем появились трехзначные цифры.

Ребята огляделись вокруг.

– Не может быть, чтобы здесь оказалось столько нечисти! – удивилась девушка. – Одно знаю точно – это не хапун. Столько хапунов здесь просто не поместится.

– Давай Баюна попросим выяснить, в чем дело, – предложил Мирослав.

– Баюша, проверь! – позвала кота Варвара.

Кот нехотя походил по острову, подошел к палатке. Затем направился к скале и задумчиво поскреб одну из щелей в каменной стене.

– Понятно. Хозяева острова попрятались и ждут, что мы предпримем.

– Ладно, сейчас будем местных пытать! – решительно сказала Варвара. – Кощей думает, что они захватили Михаила в плен. Ух, что я с ними сделаю, если они ему навредили. Но как до них добраться?

В щель, перед которой остановился кот, протиснуться было невозможно. За полчаса ребята буквально перевернули весь небольшой остров и наконец остановились перед огромным камнем, лежащим перед скалой.

– Больше негде! – Варвара внимательно посмотрела на камень, затем на индикатор. – Скорее всего, здесь! Баюша, отойди в сторону.

Девушка взмахнула руками. Камень медленно поднялся и поплыл по воздуху. За ним оказалось довольно большое углубление – вход в пещеру.

– Мир, где твой фонарик?

– Сейчас будет.

Тонкий яркий луч осветил стены и пол пещеры. На полу стояла красивая ваза из розового мрамора, а в ней кристаллы аметистов, рубинового граната, халцедона и лунного камня.

– Мы сейчас выйдем, не гневайтесь на нас. Мы сдаемся на вашу милость! – раздалось откуда-то из-под земли. – Примите дары. Все, что в вазе, – ваше.

– Да, у Кощея подарков поболее было, но тут тоже ничего, – пробормотал Мирослав, посмотрев на кристаллы самоцветов.

– Подарки потом! – грозно сказала Варвара. – Выходите, пока я не рассердилась.

Из всех щелей стали вылезать маленькие пещерные жители. На фоне стен красноватого карельского гранита они были почти незаметны. Карлики были в малиновых костюмчиках, вязаных шапочках, а на ногах – толстые высокие гольфы. За поясом у многих были острые молоточки.

– Вы кто? Где хапун?

– Мы – людки-кладовики. Живем в пещерах. Клады охраняем. А хапуна здесь, к счастью, третий год нет. Говорят, он сейчас флотом северных ведьм командует.

– Я таких человечков уже видела в прошлом году на огороде у Катерины. Хорошие ребята. Помогают ей волшебные травы охранять, – тихо сказала девушка своему другу. – Не думаю, что они против Михаила воевали.

– Мне кажется, они не при чем, – согласился Мирослав.

– Где ваш пленник? – строго спросила Варвара.

– А Михаил – не пленник. Мы с ним друзья. Просто сейчас он болен. Мы его к себе из палатки перенесли. Идемте за нами! – позвали карлики.

В скале распахнулась невидимая дверь, и ребята попали в просторную пещеру. Сверху было несколько окон, через которые поступал солнечный свет, поэтому в пещере было достаточно светло. Посередине, на возвышении из сухой травы, лежал Михаил. Был он очень бледен.

– Ваш друг или спит, или заколдован. Но он дышит, и сердце бьется, правда, очень редко, – шепотом оправдывались людки-кладовики. – Мы его полюбили. Жили с ним вместе на острове почти с середины апреля, как только лед на Ладоге сошел.

Михаил делился с нами пойманной рыбой. Своими припасами угощал. Сладким чаем, конфетами. Каждый день утром он уезжал на поиски своей жены и поздним вечером возвращался. Мы его встречали. Костер разводили, уху варили, чаем поили. А он сети ставил и рыбу нам почти всю отдавал. Мы наелись рыбы до отвала, навялили, на всю зиму заготовили припасов.

Затем он надолго куда-то пропал. Мы ждали его каждый вечер. И вот в конце мая увидели, что его неуправляемый катер мчится мимо нашего острова. Его лодка могла уплыть неведомо куда. Дул северный ветер. Михаила в катере не было видно. Мы сами ничего не могли сделать. С трудом докричались до наших водяных. И они подогнали катер к берегу. Михаил лежал на дне и спал мертвым сном. Михаила мы вытащили на берег, а вот катер удержать не смогли – уж очень сильный был ветер и волны о берег бились – опасно было даже для водяных. Те укрылись на глубине. Унесло катер к острову Кощея.

Второй месяц ваш Михаил спит у нас. Сначала лежал в своей палатке, а как мы увидели, что он три дня не просыпается, перетащили его к себе в пещеру. Ночи были холодные, начались заморозки. У нас в пещере теплее, вон камин воздух согревает. Вечером, когда холодно, и в дождь мы окна закрываем.

– Как вам удалось такого великана перетащить? Он же Гулливер для вас! – удивился Мирослав.

Варваре стало неудобно, что она угрожала таким маленьким, добрым существам:

– Извините меня, пожалуйста, добрые людки!

Несколько часов Варвара пыталась разбудить Михаила. Высыпала всю свою аптечку. Сварила несколько тонизирующих отваров. Людки-кладовики всячески ей помогали. Растирали Михаила. Вливали отвар через тонкие соломинки ему в рот. Но все было бесполезно. Заколдованный Михаил крепко спал. Наконец Варвара сдалась.

– Да! Колдовство серых ведьм сильнее, – признала она.

Ребята несколько часов провели на острове, решая, что делать. Везти с собой Михаила было не очень удобно. Неизвестно, что им предстояло в ближайшее время. Затем Варвара и Мирослав попросили старшего из карликов выйти к ним.

– Мы к вам с просьбой! Пускай у вас Михаил еще побудет, а мы с друзьями через два дня встретимся и решим, как нам быть, и после этого заберем к себе Михаила, чтобы вылечить. Спасибо вам.

Ребята отдали людкам весь запас продуктов Михаила и добавили от себя несколько банок сгущенки.

– Когда мы разбудим Михаила, он будет с нами. А вам продукты пригодятся. До скорого свидания! – попрощались ребята.

– Не волнуйтесь, если Михаил проснется, мы его прокормим, а раз лодка на острове Кощея, то в случае необходимости наши друзья водяные ее сюда переправят.

Тюлени. В Валаамском архипелаге

За день ребята дошли до южного побережья Валаама и после ночевки в бухте Дивной отправились дальше. Они продвигались медленно. Парус еле-еле наполнялся ветром, и Мирослав уже подумывал о том, не запустить ли движок или взяться за весла, так как горючего оставалось не так уж много.

«Поренута» только что обогнула юго-восточный мыс острова Ладожский, и впереди по курсу открылся фантастический вид на Валаамский архипелаг. Слева направо во весь горизонт в цепочку вытянулись более двадцати больших и малых островов.

– Вот это да! Настоящее ожерелье! – восхищенно воскликнул Мирослав. – Я думал, такое может быть только на каких-нибудь атолловых островах в Тихом океане.

К счастью для «Поренуты», после поворота с юга потянул слабенький ветерок, но его хватало, чтобы слегка тащить лодку в нужном направлении.

– Хотя бы так! – удовлетворенно вздохнул Мир и закрепил парус. – Часа через три до тех островков доплывем. Там стоянка – будем ветра ждать. Иначе до Мерлина нам вовремя не доплыть.

Вдруг из воды вынырнул не то камень, не то топляк, и Мирослав, смотрящий вперед, резко повернул руль яхты. Не ожидавшая этого Варвара схватилась за бортик.

– Ты что? – спросила она.

– То ли показалось, то ли действительно камни впереди или топляк. Конечно, может быть, и рыбина какая-нибудь крупная вынырнула. Морду свою нам показала.

Мирослав на всякий случай взял карту. Столкновение с подводными камнями не входило в планы наших яхтсменов.

– Да нет, показалось, никаких камней здесь быть не может – глубина тут больше восьмидесяти метров.

– Ой, действительно. Смотри! – воскликнула Варвара.

Метрах в двадцати из воды совершенно бесшумно вынырнула круглая, угольно-черная голова с двумя изумленными глазами-маслинами. Длинные брови торчали вверх, а еще более длинные усы вниз. Через миг видение исчезло так же бесшумно, как появилось.

– Ты видел, видел? – встревоженно зашептала Варвара, сидевшая на носу лодки. – Кто это был? Не водяной? Не нападут на нашу лодку?

– Да кто тут может быть? До ближайших островов несколько километров.

– Да вот же, вот, – закричала Варвара, показывая пальцем. – Опять!

Прямо по курсу из воды торчала таинственная голова.

– Вспомнил! – сказал Мирослав. – В книге о Ладоге было написано про тюленей. Но я думал, это такая же шутка, как ладожский осетр, эта ладожская нерпа. Действительно, какое чудо!

– По-моему, ты про осетров забыл.

Мирослав осекся, вспомнив, как несколько ладожских осетров тащили «Поренуту» по озеру в самом начале их похода.

– Так то могли быть осетры, присланные Водовладом из его аквариума. Это не в счет! Потаскали яхту и на место вернулись, – пожал плечами Мирослав. – А тому последнему осетру, которого Кощей поймал, больше трехсот лет.

– Так что ты читал? Вспоминай.

– Ладно! Более десяти тысяч лет тому назад, когда Ладога соединялась с Северным Ледовитым океаном, нерпа приплыла и осталась в озере. Тюленям на новом месте понравилось, и сейчас их в озере довольно много.

Тюлени сопровождали яхту. Иногда они на несколько минут уходили под воду, но затем выныривали и снова смотрели на людей изумленными глазами.

– Кто такие, почему здесь? – спрашивали они.

Под воду нерпа уходила очень интересно. Сначала она поднималась вверх на половину тела, а затем под своей тяжестью уходила под воду.

– Может быть, они есть хотят? Чем бы ее покормить? Ай-яй-яй рыбки нету, – запрыгала по яхте Варвара – добрая душа.

Мирослав рассмеялся:

– Варя, успокойся, вокруг тюленя плавают стаи свежих сигов, корюшек и форелей.

– Тогда булочки!

Варвара отломала полбатона и бросила в воду. Тюлень поднырнул под булку и несколько раз подбросил ее вверх, играя как мячиком. Затем он оставил булку плавать и снова последовал за лодкой.

– Ну вот, не понравилось! – обиженно сказала Варвара. – Нечем угостить такую милашку.

– Конфеты предложи. Можешь жвачку дать попробовать, – шутил Мир.

Острова архипелага приближались, до них оставалось около трех километров. А ребята уже не знали, куда смотреть. На красоту островов или на тюленей. Вокруг «Поренуты» резвились десятки нерп, блестя на солнце своими гладкими шкурами. Они совсем не боялись неизвестно откуда взявшейся лодки. Тюлени выныривали из воды рядом с яхтой, отфыркивались, били ластами по воде так, что брызги иногда долетали до бортов. И всем видом приглашали ребят принять участие в их играх. Поэтому, несмотря на медленное движение «Поренуты», время в этом «цирке» пролетело незаметно, и вскоре яхта была рядом с островами.

Мирослав посмотрел на карту и выбрал для остановки пару островов в центре Валаамского архипелага.

– Смотри, мне кажется, здесь должна быть очень удобная бухта! – Мирослав показал сначала на карту, а затем на место предполагаемой стоянки. – Это острова Байонной и Лембос.

– Разве мы в Греции? – удивилась Варвара. – Какие странные названия!

– Это что! А вон тот еще смешнее называется, – сказал Мирослав, показывая на соседний остров: – Бармадан, а по-русски – Бормотун. Вероятно, когда волны бьются о его скалы, кажется, будто они бормочут.

– А когда буря – бармаданят! – закончила Варвара.

Последнюю сотню метров Мирослав сидел на веслах, так как ветер окончательно стих и до берега Лембоса пришлось грести.

За несколько недель путешественники научились быстро разбивать лагерь. Палатка ставилась за пару минут. Так же быстро загорался костер. Сухого хвороста рядом с лагерем было сколько угодно, и скоро вода в котелке закипела. Уже через полчаса ребята вкусно ужинали.

– Будем надеяться, что завтра ветер задует и мы сможем отплыть. До хутора Петера по Ладоге нам осталось сделать один переход. Предлагаю отметить это. Давай достанем чего-нибудь вкусненького из мешка Добрыни, – глядя на подругу, сказал Мирослав.

Варвара с готовностью откликнулась на это предложение. Из огромного мешка Добрыни появились банка сгущенки и земляничный джем. Вдоль южного побережья острова Лембос тянулся пляж. Напротив, примерно в двухстах метрах, был соседний остров Байонной. И пляж, и погода, и природа были замечательными. Единственным недостатком было большое количество муравьев. Муравьи ползали по одежде, заползали в палатку, попадали в кружку с чаем.

– Придется пожертвовать сахарным песком и сгущенкой, а то ведь не отстанут.

Метрах в десяти от палатки Мирослав рассыпал немного сахара и капнул на землю сгущенки. Через десять минут муравьиная эстафета сработала, и муравьев стало заметно меньше. Зато огромный ком муравьев собрался рядом со сгущенкой.

– За все надо платить! – засмеялась Варвара.

Когда ребята пили чай, рядом с берегом раздался всплеск. Волны долго ходили рядом с берегом.

– Здоровенная! Интересно, это форель или щука? – Мир смотрел на воду восторженными глазами. – Смотри, какие волны. Сколько, интересно, килограммов в этой рыбине?

Через несколько минут раздался еще один всплеск. Мир отставил свою кружку и схватил спиннинг. Много раз он бросал блесну в воду, но не было ни одной поклевки. Тем не менее, рядом с берегом, то тут, то там раздавались всплески.

– Я думаю, это форель идет на нерест. Давай сетку поставим, чуть-чуть побраконьерничаем, – предложил Мир. – Кушать-то хочется, все консервы и консервы. Надоело.

– Ладно.

Рыболовная сеть перегородила протоку между островами. Перед сном Мирослав проверил сетку – ни одной рыбины.

– Удивительно, рыба прыгает рядом, а в сеть не идет. Ничего, ночью зайдет! – утешил себя Мирослав.

Наутро Мирослав выглянул из палатки. Утро было чудесное. Уже высоко поднявшееся яркое солнце слепило глаза. Мирослав потянулся и замер. В трех метрах от берега на него смотрели две пары черных глаз ладожских тюленей. Они словно говорили: «Что за странные существа остановились на нашем острове?»

– Как будто видят человека первый раз в жизни. А может, действительно первый раз? – Мирослав даже растерялся от неожиданности.

Наконец одной тюленихе надоело смотреть на Мирослава, и она носом толкнула свою подругу. Обе нырнули и принялись плавать рядом с берегом.

– Варя, выходи скорей!

Варвару пришлось звать и толкать несколько раз. Наконец она выползла из палатки:

– Сколько времени? Можно еще поспать?

– Вылезай! Смотри, кто тут!

Симпатичные зверюги уже отплыли от берега и весело резвились на глазах у ребят, издавая самые различные звуки, напоминающие то веселое похрюкивание поросят, то крики птицы, то повизгивание щенят. Вскоре одна из нерп стала вести себя агрессивно, кусаться, толкаться, началась борьба. Звуки, издаваемые тюленями, стали совсем другими: слышался и вой, и отрывистый лай. Нерпы издавали очень много разнообразных звуков.

– Как будто говорят! – удивился Мирослав.

– Толстуха и Маслина! – Варвара дала имена нерпам. – Смотри, одна явно потолще, а у другой огромные черные глаза, будто маслины.

Тюлени резвились, брызгались, то выпрыгивая из воды, то погружаясь в воду. И каждый раз, когда они выныривали, головы у них блестели на солнце, будто лакированные. Затем тюлени нырнули и надолго исчезли. Правда, пару раз в некоторых местах раздался громкий всплеск, похожий на вчерашний.

– Теперь понятно, что это за рыба! – разочарованно протянул Мирослав. – Ну, очень крупная. Тюлени ныряют где-то за островом и плавают под водой. Надо быстренько снять все сети. Вдруг туда какая-нибудь нерпа запутается. Тюлени могут испугаться и все сети порвут. И себе могут навредить.

Ребята быстро вытащили сети. В них, к счастью, никого не было.

– Конечно, такие ребята всю крупную рыбу вокруг этого острова давно переловили, – сказал Мирослав, кивая на тюленей.

– Давай дойдем до поворота берега, посмотрим. Мне кажется, на той части острова у них лежбище, – предложила Варвара.

Мирослав согласился. Оказалось, Варвара была права. Издалека в бинокль ребята увидели на каменном берегу большое лежбище нерп. Некоторые особи насторожились, почувствовав приближение человека. Мирослав прижал палец к губам и шагнул к лесу:

– Давай спрячемся. Пройдем через лес. Так можно к ним подобраться поближе. Тюлени не сразу нас заметят и не испугаются.

Ребята, осторожно ступая по мягкому мху, пошли сквозь сосновый лес, густо заросший можжевельником. Они подошли к лежбищу совсем близко и прямо как в зоопарке могли наблюдать за повадками этих милых животных. Их было около тридцати. Большинство нерп лежало на плоских камнях, поворачивая свои лоснящиеся бока к теплому летнему солнцу. Одни досматривали последние сны. А другие нерпы уже приступили к водным процедурам.

Из-за поворота подплывала уже знакомая пара тюленей. Одна тюлениха держала в зубах серебристого сига. Она запрыгала на ластах: шлеп, шлеп, шлеп, сначала по воде, а затем по камням и приблизилась к незаметному маленькому комочку. При виде тюленихи комочек ожил, отчаянно завизжал, а затем бросился к маме. Он отнял от нее серебристую рыбку и довольно заурчал.

Ребята засмеялись:

– Какой славный детеныш! Прямо как котенок!

Солнце поднималось все выше, и большинство тюленей проснулось. Они, смешно перекатываясь по камням, направлялись к воде, чтобы освежиться и поймать себе завтрак. Ребята долго наблюдали за лежбищем тюленей, за их повадками. Молодые тюлени весело плескались в воде, затем лежали на солнышке и чесали друг другу спину ластами. Их шкуры блестели на солнце. На лоснящемся мехе были ясно видны ожерелья из колец. Рисунки на шкурах тюленей были самые разные.

– Какие смешные! – улыбнулась Варвара. – Словно кто-то разрисовал их кольцами!

– Они так и называются – кольчатые нерпы, – пояснил Мирослав.

Два старика-тюленя переругивались. Было видно, что они не очень-то ладят, они ревели и даже пытались укусить друг друга. Наконец самый здоровый тюлень – видно, вожак лежбища – грозно рыкнул на противника, поднялся на ластах и тот успокоился. Ребята сделали несколько снимков на память.

– Ладно, пойдем. Не будем им мешать, – позвал Мирослав.

Рассказ Алатырь-камня

На озере по-прежнему стоял полный штиль.

– Плыть некуда! – вздохнул Мирослав. – На Ладоге бывают не только бури, но и тихая погода. Но я знаю, чем мы займемся! Предлагаю пойти на экскурсию. Я тут взглянул в свои записи. Оказывается, на Лембосе есть старый заброшенный скит. Прямо от озера к нему поднимается аллея из лиственниц. Давным-давно на этом острове жили люди. Мне кажется, это вон там, метрах в ста отсюда по берегу.

– Пошли! Не скучать же здесь, – согласилась Варвара.

– Точно, вот аллея!

Прежде чем отправиться вверх по старой дороге, Мирослав сначала подошел к воде.

– Я так и думал. Видишь, здесь раньше была пристань.

В прозрачной воде виднелись деревянные сваи.

– Хоть и сто лет прошло, а сваи не сгнили!

К старому скиту дорога от озера шла круто вверх. С двух сторон ровными рядами росли старые высоченные лиственницы. Некоторые из них уже упали наземь от старости, но их семена дали новую жизнь маленьким деревьям. Юные лиственницы поднимались из земли тут и там.

Варвара и Мирослав поднялись по аллее на самую вершину острова. Здесь когда-то была довольно большая поляна. Теперь она постепенно зарастала молодыми елями. От домов остались лишь разрушенные каменные фундаменты, которые ребята с трудом нашли в высокой траве. Зато круглый мраморный колодец великолепно сохранился. Время совсем не тронуло его. Он был почти полон воды. Практичный Мир заглянул внутрь.

– А вода не пахнет. Если почистить, то вполне можно пить.

– Оставайся здесь жить по соседству с тюленями!

Ребята немного побродили по поляне и наткнулись на тропинку.

– Пойдем, посмотрим, куда она ведет, – предложил Мирослав.

– А вдруг это ловушка? – пожала плечами Варвара.

Но индикатор нечисти ничего не показывал. И ребята направились по дорожке. Через некоторое время они вышли на лесную полянку. Деревья перед ними будто расступились, и они увидели необъятные просторы Ладоги. День был великолепный, и видимость отличная.

– Как красиво! – воскликнула Варвара. – Вон вдалеке виден остров Кощея, а вон островок Михаила. А там мы сражались с Соловьем.

Девушка даже помахала рукой.

– А вон там ты сцепилась с Несмеяной. Интересно, как она сейчас? Поправляется? Осторожно, не подходи близко! Здесь обрыв, – предупредил Мир.

Ребята были восхищены увиденным и не сразу обратили внимание, что на поляне кроме них есть кто-то еще. Вдоволь насмотревшись, они обернулись.

– Смотри, какой камень! – показала Варвара. – Как будто огромная голова. Сфотографируй-ка меня на нем. Сейчас залезу.

На поляне среди редких сосен лежал трехметровый гранитный валун. Действительно, он был похож на человеческую голову, которая неотрывно наблюдала за всем происходящим на Ладоге. Верх камня, словно волосами, был покрыт цветущим сиреневым мхом. А полное сходство с головой ему придавали похожий на нос выступ посередине и симметричные впадины на месте глаз. Варвара полезла на камень, но первая попытка оказалась неудачной – мох наверху оторвался, и девушка сползла вниз. Варвара снова ухватилась за мох и наступила на нос валуна. Вдруг ей показалось, что над ней кто-то смеется.

– Противный Мир! – Варвара оглянулась на друга, но тот был занят – его внимание привлекли красные ягоды поспевшей земляники.

– Не залезешь! Только нос мне отдавишь, а прическу ты мне уже испортила – вон какой клок волос вырвала. Во дает, непонятливая. Куда? Немедленно убери свою ногу из моего глаза!

После такого комментария Варвара уже не могла лезть вверх и снова сползла с камня на траву.

– Мир! Иди сюда! Камень-то говорящий! – воскликнула Варвара.

– Здравствуйте! Извините за беспокойство, – обратилась юная ведьма к камню.

– Здравствуй, Варвара!

– Откуда вы знаете, как меня зовут? Вы, наверно, слышали, как мы разговаривали с Мирославом?

– О вас вся Ладога говорит.

Юноша подошел и недоверчиво посмотрел на камень.

– Опять лешие?

– Сам он леший, передай ему, что я с ним общаться не буду! – обиделся валун.

Причем эти слова услышала только Варвара.

– Да он хороший! Просто на нас на каждом острове вечно кто-нибудь набрасывается, – попыталась защитить своего друга Варвара. – Не обижайся. Как тебя зовут, камень?

– С кем ты говоришь? – спросил Мирослав. Он огляделся вокруг.

– Этот камень живой!

– Как это живой?!

– Правда-правда, он со мной разговаривает.

– Почему только с тобой?

– Пожалуйста, камень, перестань дуться. Кто ты? – спросила еще раз Варвара.

На этот раз Мирослав тоже чтот-то услышал.

– Я – Алатырь-камень. Сын Бел-Горюч камня.

– Не может быть! Мне в Зеленце говорили, что Бел-Горюч камень – это огромная скала в море-океане. И ее уже давным-давно не видели, – удивилась Варвара.

– Правда твоя. Теперь никогда уже не увидят. Нет больше на свете Бел-Горюч камня. Сгинул он – в песок превратился! Только несколько детей от него осталось. На Ладоге я один. Правда, я намного старше этого озера.

– Странно! – удивилась Варвара. – Ты же лежишь на одном из ладожских островов. Как же ты можешь быть старше Ладожского озера?

– Но это действительно так! Ведь дед мой был огромной гранитной скалой. Защищал он с севера остров Буян. А затем скрылся остров Буян под водой. Страшный ледник во всем виноват. Раньше мореходы – варяги, славяне, греки – частенько мимо острова Буяна проплывали и у розовой скалы останавливались. Вода в том месте буквально кипела. Основание скалы находилось в воде. Не любил мой предок холодную воду северного моря и умел силу волн обращать в тепло. Был Бел-Горюч камень всем камням отец. Долго боролись вражьи силы с моим дедом. Бури страшные насылали, молнии в скалу бросали, все расколоть пытались. На скале от молний оставались у него раны кровавые. Но по утрам, едва солнце вставало из-за горизонта, с первым лучом появлялась на скале красная девица Зоря и зашивала его раны золотой иглой.

Мой прадед для корабельщиков был маяком. Сколько кораблей спас среди бури и мглы Бел-Горюч камень. Благодаря ему они могли легко ориентироваться в океане. От камня по ночам исходило пламя, но не обычное, а окрашенное в розовый цвет. Примерно так окрашивают облака яркие лучи весеннего солнца.

Даже зимой на острове Буяне цвели цветы и зеленели деревья. От тепла, хранимого в недрах острова, земля давала три урожая в год. Яблоки были, виноград. В лесу грибы, орехи. Часто усталые и голодные моряки заходили в уютную бухту острова Буян и отдыхали несколько дней. Собирали целебные травы, брали сколько им было нужно, но не жадничали. Бел-Горюч камень этого не любил.

Северные волшебники давно зуб точили на Бел-Горюч камень, но ничего с ним сделать не могли. Тогда они собрались все вместе и с севера столкнули мощный ледник. Стал он наползать на остров Буян. Долго боролся Бел-Горюч камень с ледником, но силы были неравные. Ледник был высотой в несколько километров и наполз на остров Буян.

Покрыло остров Буян многокилометровым слоем льда. И раскололся Бел-Горюч камень на части. Из одной великой скалы появилось множество малых деток-валунов и камней. Хотя я себя маленьким не считаю! – гордо заметил Алатырь. – В то время на Земле начался долгий ледниковый период. Ледник двинулся на юг и покрыл огромные пространства, захватил пол-Европы и весь север Руси вплоть до Валдая. Поэтому ученые его так и называют – Валдайским.

Сюда меня и моих братьев от острова Буяна ледник притащил почти тридцать тысяч лет назад. Долгие тысячелетия я лежал в километровой толще льда и ничего, кроме замерзшей воды вокруг себя, не видел. Наконец ледниковый период закончился, и я оттаял. С тех пор лежу на этом острове. Веду летопись Ладоги со дня ее появления. Все вижу, все слышу и навеки запоминаю до мельчайших подробностей.

– Неужели здесь был ледник? – удивилась девушка и взглянула на своего друга.

Мирослав в подтверждение слов Алатырь-камня кивнул.

– За эти тысячелетия Ладога и все вокруг нее изменилось, – продолжал Алатырь.

– А я думала, что с озерами ничего произойти не может. Разве что за миллионы лет, – удивилась Варвара. – Неужели в нашем краю все менялось так быстро?

– Человек думает, что реки и озера существуют вечно: люди живут и старятся, а реки все так же монотонно текут в своих берегах, и так же убаюкивающе плещут озера. Но это обманчивое впечатление: каждая река и озеро рождаются и умирают, хотя и живут долго – десятки тысяч лет. И Ладога была совсем другой. Когда ледник растаял, огромные площади оказались покрытыми водой. Раньше здесь было море. Ладога соединялась не только с Онежским и Чудским озерами, но и с Балтийским морем и с Северным Ледовитым океаном. И называлась она тогда по-другому – Нево. Здесь даже гренландские киты плавали и частенько окатывали меня брызгами от ударов своих хвостов. Как сейчас помню, белые медведи отдыхали рядом со мной. Земля потихоньку поднималась и через тысячу лет Ладога стала озером. Но по-прежнему соединялась с морями. Великие реки втекали и вытекали из озера. Одна огромная река текла до Северного Ледовитого океана. Другая соединяла озеро с Балтийским морем.

– Разве это не Нева была? – спросил Мирослав.

– Нет. Неве до того мощного потока далеко. Та река была шириной в десятки километров. Поэтому древние люди считали Карелию островом. И это на самом деле так и было. Древняя Вуокса тогда не в Ладогу впадала, а как раз в этот поток.

Затем климат снова изменился. Несколько лет были невероятно дождливыми, и Ладога становилась все полноводнее. Воды в переполнившемся озере долго искали себе выход – метались во время бурь в разные стороны и наконец вышли из берегов.

Это был конец света! Огромные массы воды устремились в юго-западном направлении в Балтику через водораздел рек Тосна и Мга. Все живое смыло волной высотой в сотню метров. Вековые деревья вырывало с корнем. Ничего не осталось на огромном пространстве. Все племена, все животные исчезли. Эта крупнейшая природная катастрофа случилась примерно три тысячи лет назад.

– Какой ужас! – воскликнула Варвара.

– Несколько дней продолжался потоп. Потом уровень воды в Ладоге упал больше, чем на двадцать метров. Особенно поменялись западные заливы и берега озера. После этого она превратилась в почти современную Ладогу. В месте мощного водного прорыва образовалась река Нева.

– А сейчас Ладоге ничего не грозит? – тревожно спросила девушка.

– Сейчас все пришло в равновесие. Многочисленные финские реки наполняют ее водой. Большинство рек текут с северо-запада. Больше всего воды в Ладогу поступает из Вуоксы. Из Свири с Волховом на юге, конечно, тоже. А постоянный уровень поддерживает полноводная Нева. Она удаляет из озера всю лишнюю воду, поэтому новое большое наводнение пока не грозит.

Поднявшееся солнце пригрело камень, и тот замолчал, словно уснув.

– Пойдем, – предложил Мирослав. – Вечером сюда еще заглянем. Я думаю, мы сегодня никуда не сможем отправиться. По-прежнему стоит полный штиль.

Вечером ребята снова вернулись на поляну к Алатырь-камню. Они удобно расположились перед ним и разожгли на поляне костер.

Алатырь заговорил:

– Люблю я смотреть на костер. Как сейчас помню, первый костер здесь зажгли древние люди тысячи три лет до нашей эры.

– А кто это был? Финны или славяне? – спросил Мирослав.

– И те, и другие, – ответил Камень. – Много разных народов на этом озере выросло: и славяне, и финны, и карелы, и шведы. Иногда народы жили дружно, иногда воевали. Мне повезло, что я попал на это озеро. Благодаря этому я знаю несколько языков. Я могу одновременно разговаривать и на русском, и на финском, и на шведском языках. Более того, мои собеседники через меня также друг друга могут понять.

Место здесь чудное. Тысячу лет назад мимо моего острова стали проплывать большие суда. Судоходство на Ладоге известно с древних времен. Через нее шел водный торговый путь «из варяг в греки». Южные купцы шли с юго-востока Ладоги из Свири и Волхова, мимо моего острова, а затем плыли на северо-запад к шведам и норвежцам.

Русские любили северные места. Еще в 1042 году сын киевского князя Ярослава Мудрого Владимир установил границу русских владений по реке Кюменне в ста километрах западнее Выборгского залива. Земли Карельского перешейка уже с того времени стали заселяться русскими людьми.

Русские стремились на север, а шведы на юг. И началась многовековая борьбой русского народа со шведами за обладание берегами Невы и Ладоги. Вы конечно, знаете, что шведское войско было разгромлено на берегах Невы в 1240 году дружиной новгородского князя Александра Ярославовича, прозванного за это Невским.

Вскоре крепости на Ладоге появились. Была построена крепость Корела, а выше по течению Вуоксы появилось городище Тиверск. На юге – самые мощные крепости Орешек и Старая Ладога. А Старая Ладога была даже столицей Руси – вы сами через нее проплывали совсем недавно. Да и Петропавловская крепость стоит почти на Ладоге – на Неве.

Правда, шведам удалось взять реванш и захватить небольшой островок на Финском заливе и построить там укрепленный замок Выборг. Русские в свою очередь возвели новые крепости и укрепили свои южные владения. Больше пятисот лет, правда с перерывами, шла война русских со шведами за эти земли. Лишь в восемнадцатом веке войска Петра Первого завладели севером и далеко отбросили шведов. Был освобожден старинный Орешек. Год спустя в устье Невы был заложен новый город Санкт-Петербург. А на следующий год русские войска освободили Выборг и Корелу.

Кто хозяин в архипелаге?!

– Дедушка Алат, расскажи о первых людях, которых ты увидел, – попросила Варвара.

– Сначала это были древние люди, одетые в шкуры зверей. Приходили они сюда зимой по льду. Охотились на медведей и тюленей. Видел, как они, накинув на себя шкуру тюленя, подползали к стаду тюленей и спокойно добывали себе еще несколько туш. Иногда таким способом им удавалось подманить к себе настоящего медведя. Тот из охотника сам превращался в добычу. Затем приплывали рыбаки. Закидывали сети, били острогой рыбу, а вечером сидели у костра – истории разные рассказывали.

Острова Валаамского архипелага, где вы сейчас находитесь, – место необыкновенное. Древних людей сюда как магнитом тянуло. В праздники Велеса и Ваала они приходили на гору Кармил. Вы видели ее, когда проплывали мимо южного берега Валаама. Рядом с горой красивое озеро. Чудное место – этот юго-восточный берег Валаама. Нет места красивей на всей Земле.

Мирослав и Варвара согласно кивнули головой.

– Да, – подтвердил Мирослав. – Мы останавливались в бухте Дивной. Фантастическое место. В бухту ведет маленький проход – перепрыгнуть можно. Нам даже пришлось сойти с яхты и подтолкнуть ее – так там узко. Когда мы поднимались на гору Кармил, то нос к носу столкнулись с лосем. Смешной такой. Линялый, рога недавно сбросил, и вся шкура в паутине. Огромный, а нас испугался. И пошел ломать деревья! Долго треск в лесу стоял. Ладога с горы далеко видна.

– Древних людей это волшебное место тоже привлекало. Они отдыхали на островах архипелага, устраивали пиры, плясали у костров. Некоторым полюбилась эта земля, и уже в первом тысячелетии появились на Валааме первые поселения.

Затем на этот северный остров пожаловали монахи. Сначала Авраамий Ростовский долго здесь жил в своей деревянной обители. Затем Игумен Мартирий построил первую каменную церковь на Валааме. А Валаамский монастырь основали греки Сергий и Герман. Монахов становилось все больше. Язычники с ними сначала уживались, но постепенно монахи стали вытеснять их с острова.

Но гору Кармил православные обходят стороной. Не любят это место монахи. Не принимает оно их. Нечисть покоя не дает. Тяжело здесь жить. Суровая природа просеивает людей как сквозь решето. Не каждому удается здесь выжить. «На Валаам тот, кто упрям!» – так шутят местные жители.

– Дедушка Алат, расскажи об Александре Свирском. Ведь он жил на соседнем с тобой острове, – попросил Мирослав.

– Об этом мне приятно вспомнить, – начал Алат. – Почти пятьсот лет назад на Валааме появился один молодой человек. Звали его Амос. Приплыл он на эти земли из приладожского села Мандеры, что на берегу Ояти. Спокойный молодой человек, весь в себя ушедший. Несколько лет жил Амос в монастыре послушником, дни проводил в трудах, ночи в бдении и молитве. Не раз, обнаженный по пояс, облепленный комарами, он молился в лесу до наступления зари. Затем он уже под именем Александр построил себе келью на самом уединенном острове Пухтисаари и продолжал свои духовные подвиги. Посмотрите. Отсюда хорошо виден этот остров. С трех сторон высочайшие скалы. Только с южной стороны можно подойти к воде.

Семь лет прожил Александр на этом острове. В скале выдолбил себе пещеру длиной несколько метров. Проход в пещеру очень тесный. Чтобы в нее войти, надо встать на колени. Первое время нечисть присматривалась к этому удивительному человеку. Не верилось, что он сможет прожить на этом суровом острове хотя бы одну зиму. А зимы-то на Ладоге страшные. Сильные ветры начинают дуть уже в конце августа, всю осень дожди и туманы, а лед до конца мая держится в шхерах. Но Александр прожил на этом суровом острове больше семи лет в полном одиночестве.

Сначала недовольные его вторжением лешаки пытались его извести, напускали на него видения огненные, пугали всячески. Но этот человек держался стойко. Никого и ничего не боялся. Зауважали лешие и водяные Александра и стали ему незаметно помогать. Я сам на его остров кусты малины передавал. Ночью перевезли и посадили их. А лешакам я велел оберегать малину. Те старались, чтобы заморозки во время цветения их не тронули. Местные водяные иноку помогали – после бури старались рыбы к нему в садки подкинуть.

Жил Александр в полном одиночестве, редко о нем вспоминала валаамская братия. Но мои лешаки очень переживали, когда однажды весной Александр заболел. Он даже сам себе могилу выкопал на вершине острова. Думал, туда ляжет. Постояли лешаки рядом с этой могилой и поплыли на соседний остров ко мне совет держать. К счастью, Александр выздоровел. Но испытывать судьбу больше было нельзя.

Решили мы, что человек, какой бы сильный духом он ни был, не сможет дольше один продержаться на этом острове. И постановили: надо помочь Александру – послать ему пророческое видение, а монахам на Валааме, которые совсем забыли об отшельнике, дать знак. И каждую ночь от Пухтисаари стало исходить сияние, которое можно было видеть за несколько километров. Видели этот золотистый свет и рыбаки, и монахи. И ринулось тогда на остров множество паломников, чтобы познакомиться с этим удивительным человеком. Слава об Александре пошла по всей России.

А для самого отшельника мы приготовили чудесное видение: к нему явились три мужа, облаченные в светлые одежды. Александр понял, что пора возвращаться на родину, чтобы основать там монастырь. Церковь же при монастыре назвать в честь Троицы. После этого знака подвижник удалился с Валаама.

В том же году им была построена церковь Живоначальной Троицы. По настоянию братии преподобный получил сан и стал игуменом. Приняв игуменство, Александр сделался еще смиреннее – ходил в рубище, спал на голом полу, трудился вместе со всеми. По-прежнему продолжал Александр умерщвлять свою плоть.

Пришлось нам еще пару раз к нему явиться. Заботились мы о нем. Несмотря на то что преподобный предпочитал жить в лесу подальше от людей, мы его не забывали. Ни один зверь, ни одна змея не имели права напасть на Александра. Даже комарам лешии велели облетать Александра стороной. Были приставлены к нему специальные охранники.

– Мне в Зеленце рассказывали, что на Валааме было и женское поселение. Правда ли это? – спросила Варвара,

– Да, было такое, – подтвердил Алатырь-камень. – Только не на Валааме, а на соседнем с ним маленьком островке. Два века назад на острове Дивный рядом с горой Кармил появилось женское поселение, где жили несколько монахинь.

– Помнишь, Варя, ты удивилась, что бывают такие дикие острова. Хороши же были мужики, которые поселили женщин на этот самый суровый остров на архипелаге! Там даже к воде не подойти – скалы неприступные! – покачал головой Мирослав.

– Ты прав. Остров настолько дикий, что даже нечисть на нем боится жить. Именно он принимает первый удар Ладоги на Валаам во время бури. Туда и высадиться трудно. Вы сами его видели. Со всех сторон метров на тридцать вверх поднимаются отвесные скалы. Покрыт он не лесом, а настоящими дебрями. Конечно, долго там женщины не продержались. Почти все погибли. Кто сам с обрыва в Ладогу бросился от невыносимой жизни, кто умер от голода и холода, некоторые с ума посходили – трудно таких живыми назвать. Два раза в год этих полоумных женщин забирала лодка с Валаама. Словом недолго женский скит просуществовал. Нечисти даже не пришлось руку прикладывать, чтобы вернуть себе остров.

– А про самого известного монаха острова, отца Дамаскина, что ты скажешь, дедушка Алат? – спросил Мирослав.

– С Дамаскином, c этим великаном, мы легко справились. Чуть больше года продержался тот в своем скиту на внутренних коневецких озерах Валаама. Дамаскин родился в Тверской губернии. Из крестьян был. Любил этот юноша путешествовать. Еще в юности он покинул свой дом и пешком обошел почти всю Россию. Побывал в Киеве, затем пошел в Тихвин, посетил Новгород. В начале девятнадцатого столетия прибыл к нам на Валаам.

Дамаскину пришлось сначала в монастыре потрудиться, потом в скиту, а после в пустыне. Юноша проходил разные послушания: шил сапоги и рукавицы, месил тесто, пек хлеб, затем был определен в конюхи, кормил нищих. Когда свое отработал, то поселился в удаленную пустынь. Красивое место – рядом два маленьких лесных озера. Построил себе то ли дом, то ли землянку и стал там жить в одиночестве.

Дамаскина не пришлось долго выживать. Сначала мы его познакомили с чертями-водяными. Те стали по ночам кричать страшными голосами. Когда Дамаскин пытался набрать воду из озера, то обязательно ему в ведро кого-нибудь подсовывали. То змею, то лягушку, то крысу водяную. А по ночам к нему из озер стали прибегать обнаженные русалки с растрепанными волосами! – Ребятам показалось, что Алатырь-камень в этот момент ехидно усмехнулся. – Не выдержал отец Дамаскин и в страхе убежал с тех озер. После этих испытаний, устроенных местной нечестью, Дамаскину везде чудеса стали видеться. Тем не менее, умным и сильным был тот инок. Сумел он возвысить Валаамский монастырь. Монастырь при нем на тысячу человек стал. Стены каменные появились. Построили множество скитов по всему острову.

Слава о Валааме пошла по всему миру. Самые известные художники и писатели приезжали к нам на острова. Много картин Шишкина, Куинджи, Рериха, Клодта, которые висят в Русском музее и в Третьяковке, написаны именно на Валааме. А книги писателя Лескова и поэта Апухтина вы наверняка читали. Кстати, сюда приезжал знаменитый француз Александр Дюма.

В этот момент раздалось громкое хлопанье крыльев, и на Алатырь-камень приземлился огромный орел.

– Привет, Гамаюн. Вещая птица, – пояснил Алат ребятам. – Посланник Велеса. Он летает над Землей по всему Северу. Мы с Гамаюном словно одно целое. Это мои глаза, мои уши и даже мои руки. Гамаюн знает все о настоящем, прошлом и будущем.

– Прямо как наш Мерлин, – улыбнулась Варвара.

– Можете его о чем-нибудь спросить. Возможно, он больше меня знает.

– Дедушка Алат. Мне в Зеленце рассказывали, будто кто-то из женщин, живших на острове Дивном, остался в живых. Что вы об этом знаете? Расскажите, пожалуйста, – попросила Варвара.

– Да о них легенды рассказывают! – подтвердил Алат. – Три монахини, я бы сказал три ведьмы, всех в этом ските пережили. Поговаривают, именно они извели остальных жительниц острова. Но свидетелей не осталось. И что там случилось, никто не знает.

Спустя три года они сели в челн и отправились на север. Быстро проплыла лодка с серыми парусами мимо моего острова куда-то на север. Я лишь мельком видел этих бледных, изможденных женщин в серых платьях с решительным взглядом.

«Не в туманную ли Похьёлу они плывут, – подумал я. – Не прямые ли они потомки злой финской колдуньи Лоухи?» Послал я Гамаюна на север на разведку. Мои подозрения подтвердились. Действительно, в туманной Похьёле, в глухих лесах прятался неприступный хутор потомков Лоухи.

Мирослав и Варвара переглянулись.

– Дедушка Алат, мне Баба-Язя рассказывала, что северные колдуны и ведьмы очень могущественны и владеют многими чудесами. Правда ли, что существовала волшебная мельница Сампо и волшебное кантеле. Вы слышали об этом? – спросила Варвара и тихо шепнула своему другу: – Интересно, как это было на самом деле, а не в финских легендах?! Надо сравнить с рунами Петера.

Ребята второй раз услышали рассказ о Похьёле и волшебной мельнице. Теперь от Алатырь-камня.

– Финны вообще-то скрытные люди. Сидят себе на своих хуторах. Но волшебная мельница у северных волшебников точно была. Ссорились они из-за нее постоянно – никак поделить не могли. Сначала Сампо завладела ведьма Лоухи из Похьёлы. Затем права на мельницу предъявляли кузнец Ильмаринен и старый колдун из Калевалы Вяйнямёйнен. По-хорошему договориться с Лоухи они не смогли. Поэтому пришлось брать хитростью.

Вяйнямейнен заиграл на своем волшебном кантеле, а пока зрители слушали, он нашептывал заклинания. И вскоре все жители Похьёлы заснули. Герои Калевалы погрузили Сампо на корабль и повезли по Ладоге на родину.

Злая колдунья Лоухи даже сквозь сон почувствовала неладное и сумела пробудиться от волшебного сна. Напустила на Ладогу туман, и это сразу замедлило движение лодки калевальцев. Пока те блуждали в тумане, налетели на корабль полчища огромных летучих мышей во главе с Лоухи, а из глубины вод стали выпрыгивать страшные чудища и водяные – слуги северной колдуньи. Мудрый Вяйнямёйнен чувствовал приближение опасности и с помощью колдовства уже на подлете сбил в воду сотни летучей нечисти. Много тварей побили своими мечами его помощники. Увидев, что проигрывает сражение, Лоухи велела подчиненным атаковать корабль и схватить волшебную мельницу.

Один из моих водяных рассказывал об этой битве. Огромные летучие мыши уцепились за край мельницы, а водяные высунули зеленые руки из воды и сумели опасно наклонить корабль калевальцев. Погибая, нечисть все же сумела стащить Сампо в воду. Почти все подданные Лоухи погибли в сражении. Я даже не знаю, выжила ли она сама, так как долго о ней ничего не было слышно. Кто потом правил в туманной Похьёле – Лоухи или ее потомки, – я вам сказать не могу. А про Сампо до меня доходили самые разные слухи.

Скорее всего, чудесная мельница утонула в Ладоге. Но где? Я вам уже рассказывал, что раньше озеро было намного больше сегодняшнего. Возможно, теперь Сампо оказалось где-то на берегу. Мне даже кажется, что мельницу кто-то отыскал. Уж больно необъяснимые события последнее время происходят вокруг. Часто в разных местах многое пропадает неведомо куда.

– Как это пропадает? – удивился Мирослав.

– В отличие от русской скатерти-самобранки и волшебного горшочка, мельница Сампо имеет существенную особенность. Если самобранка и горшочек производят вещи сами, то сделанная злыми силами Сампо ничего не создает. Обладатель Сампо смотрит в волшебную зеркальную крышку – где бы и чем ему поживиться. А далее перетаскивает все нужное себе.

– Ворует одним словом! – подвела итог Варвара.

– Можно сказать и так, – согласился Алатырь-камень.

– Спасибо большое, дедушка Алат, совсем мы вас замучили. Отдыхайте, – попрощались ребята.

– Значит, это правда! – сказала Варвара своему другу. – И волшебная Сампо действительно существует.

Ребята отправились в свою палатку готовиться к отплытию. Но на следующий день штиль сменился неожиданной бурей. Озеро разгулялось не на шутку. В такую погоду в Ладогу выйти невозможно. Два дня не удавалось ребятам отойти от берега, чтобы направиться в северные шхеры. Все это время они проводили в гостях у дедушки Алата и подолгу с ним разговаривали. Лишь к вечеру третьего дня ветер начал стихать и волны постепенно уменьшились.

Серебряная тарелочка в рюкзаке уже несколько раз приятно звенела.

– Мерлин беспокоится. Что ж, поплывем ночью, – предложил Мир. – После одиннадцати ветер стихает, и Ладога должна успокоиться.

«Поренута», как и планировал Мирослав, отплыла от Лембоса в одиннадцать. Небо заволокло тучами и стало трудно ориентироваться. Через час яхта отошла на несколько километров от архипелага.

– Придется на север плыть по компасу, – сказал Мирослав.

– Смотри, – показала Варвара на юг.

От одного из островков вверх поднималось необычное розовое свечение. Иногда оно вспыхивало ярким белым светом и снова ласково переливалось розовым.

– Так это Алатырь-камень нас провожает! – догадался Мирослав.

– Спасибо, дедушка! – мысленно послала сигнал Варвара.

Алат как будто услышал Варвару, и остров трижды через маленькие промежутки времени осветился ярким светом.

– Теперь ориентироваться будет легко! – сказал Мирослав и поставил на «Поренуте» еще и малые паруса.

Непонятный план Мерлина

– Где вы были? Я вас уже неделю здесь ожидаю! – Мерлин вышел из своей палатки.

– Потом, потом!

Варвара выпрыгнула из «Поренуты» и побежала на бывший хутор Петера и Надежды. От больших финских домов из земли торчали лишь фундаменты. Варвара и Мирослав задумчиво бродили по каменным прямоугольникам, вспоминая о своей недавней жизни на хуторе.

Прямо на месте бывших домов, в квадратах каменных фундаментов уже росли высокие березки и кусты сирени. А рядом с домами зрела ставшая почти дикой красная смородина. Погреб, сделанный как арка, зарос сверху травой, но выглядел очень живописно. Деревянных срубов не было. Либо они когда-то сгорели, либо были разобраны и перевезены на новое место. Только на лапе вековой сосны осталась одна деревянная постройка – большой скворечник. По всему полю росла густая высокая трава. Бывший огород было уже не найти, но все же когда-то глубокие канавки для стока воды еще угадывались. Рядом с причалом тоже было напоминание о старом финском хуторе. В гранитную скалу были вбиты причальные кольца для лодок. К ним и привязал яхту Мирослав. Сквозь прозрачную воду были видны сваи из лиственницы.

– Помнишь… – не договорила Варвара. Слезы капали у нее из глаз. – А ведь только две недели прошло, как мы с ними расстались!

– Точнее – восемьдесят лет, – поправил ее Мерлин.

– Расскажи, Мерлин! Ведь ты все знаешь о прошлом. Расскажи о том времени, – попросила Варвара.

– Хорошо. Сначала чуть истории, а потом о стариках. В тридцать девятом году началась советско-финская война. А в начале февраля сорокового года оборона финнов по линии Маннергейма была прорвана. Советские войска вышли на окраины Выборга. Финскому правительству стало ясно, что война проиграна. Вскоре в Москве было подписано мирное соглашение. Северное Приладожье и Карельский перешеек были возвращены Советскому Союзу. Советская сторона настояла на эвакуации всего населения в Финляндию.

У наших стариков в жизни все было хорошо. Петер умер в тридцать восьмом, перед самой финской войной. В следующем году север Ладоги снова стал русским. И местные жители стали уезжали в глубь Финляндии. Все хутора и имущество пришлось оставить. Надежда сначала уехала в Хельсинки к своим младшим сыновьям, но те погибли во время Второй мировой войны. Старшему сыну, помните, он устроился в Москве, удалось после войны перевезти Надежду к себе. Она жила долго – внуков нянчила.

– И все же их больше нет, а противная Марана еще жива! – плакала Варвара.

– Ведьмы дольше живут на свете – ты это знаешь, – сказал Мерлин. – Ну, где вы были – рассказывайте? Почему так задержались?

– Сначала к Кощею в плен попали, а затем Михаила нашли, правда заколдованного. Спит наш Михаил беспробудным сном.

– Молодцы, как вам это удалось?

– Сначала катер его нашли, а потом Кощей подсказал. Михаил в хороших руках. Людки-кладовики о нем заботятся. Я пыталась его разбудить, вливала в него разные настои – живительные и тонизирующие, но никакого эффекта. Он находится в каком-то странном состоянии. Ты не знаешь, Мерлин, что это за сон?

– Подозреваю… Но в этом случае ни я, ни даже твоя прабабка Прасковья не в силах ему помочь. Только Катерина сможет.

– Это как?

– Старое колдовство, но верное. Мужа только жена может спасти, а жену только муж. А если их каждого по отдельности заколдовать, то никто им не поможет.

– Это как Спящая царевна?

– Примерно. Но может быть и хуже. Все же ведьмина наука на месте не стоит.

– Что же делать?

– Искать Катерину, а Михаил пусть остается там, где сейчас, раз вы считаете, что ему там хорошо. Найдем время, сплаваем на остров, передадим припасов для людков-кладовиков и снадобий для Михаила, чтобы поддержать его силы в этом сне. Что можно сделать – подумаем. Сегодня же свяжемся с Прасковьей и Дедом-Всеведом. А теперь давайте про Кощея поподробнее! – перевел разговор Мерлин. – Мне каждый день по нескольку сообщений приходит от Прасковьи, от Бабы-Язи, чтобы я повлиял на вас, детей малых, неразумных. Колись, Варя! Я ж тебе говорил, что скрыть тебе ничего не удастся.

– Да Кощей нам одну штучку подарил, – потупила взгляд Варвара.

– Сам подарил?! Или ты его об этом очень попросила?! – выпытывал Мерлин. – Или еще хуже – взяла без спроса на время? Бедняга Бессмертный хоть жив остался после общения с тобой?

– Жив-жив! – вступился за подругу Мирослав. – Легкий шантаж – не более того. Уголовным кодексом вроде бы не наказуется.

– Как знать! – покачал головой Мерлин.

– Кощей оказался очень добрым стариком, нам потом сам помогал, помощь свою предлагал в борьбе с Мараной.

– То есть череп Коща у вас? А вы знаете, если им кто-нибудь из дурных людей завладеет, то получит страшное оружие и много бед наделает?

– Наоборот, это мы хотим от дурных людей свет избавить! – воскликнула Варвара.

– Ладно, владейте! Только применять череп будем в крайнем случае.

– Так с чего начнем? Сначала на разведку?

– На разведку тоже с умом надо идти. Приближаться опасно, а то заколдуют тебя, Мирослав, как Михаила. Кто тебя расколдует? Варя, сможешь? – улыбнулся Мерлин.

– Что делать?! Придется.

– Теперь к делу, – предложил Мерлин. – Попасть в Глухую шхеру можно лишь со стороны озера. Проход через скалы известен только ведьмам. Бывшего прохода нет. Кнут, который вы увезли во время своего бегства, уже не действует. Наверно, теперь существует новый пароль для открывания скал. Я, правда, нанял пару леших для слежки, чтобы узнать, откуда выезжают серые ведьмы. Их сейчас в Глухой шхере две: Марана и какая-то ее родственница. По описанию местной нечисти – огромная и очень сильная тетка. Но сейчас они либо сидят, не выезжая, либо делают это как-то незаметно. Пока ничего выяснить мне не удалось.

– Что ж, попадем со стороны озера! – уверенно сказал Мирослав.

– И ты уверен, что спустя восемьдесят лет механизм, который ты сделал, будет работать? Не могло с ним что-либо произойти? – пожал плечами Мерлин. – Во-первых, он мог заржаветь – вода все же. Во-вторых, зарасти тиной и травой. В‑третьих, с тех пор в этих краях прогремело две войны. Мог снаряд или бомба попасть в твои ворота. В-четвертых, механизм могли найти ведьмы и повредить его. В-пятых, в-шестых…

Мирослав отрицательно покачал головой:

– Я его для открывания сделал двусторонним. Там два механизма. С внутренней стороны скалу надо раздвигать подъемным механизмом. А вот со стороны озера ее держит только небольшой каменный упор из самого твердого гранита. Уберешь его, и скала сама под собственным весом откатится в сторону, и путь в бухту будет свободен. Я специально подбирал материалы, чтобы за восемьдесят лет с ними ничего не случилось и думаю, все сработает. К тому же все тщательно замаскировано. А про две войны я помнил. Скала может выдержать несколько прямых попаданий снарядов. Так что здесь препятствия у нас не будет. Даже могу поспорить на пару шоколадок.

– Принимаю. Хорошо, что ты так уверен! Я рад, – сказал Мерлин. – Но просто открыть дверь в Глухую шхеру недостаточно. Марана к обороне прекрасно подготовилась. И ждет нас, не дождется! Помощников у нее побольше, чем восемьдесят лет назад. То, что на островах она нам бока намяла – это только цветочки! Но на разведку к Глухой шхере вы завтра отправитесь все равно. А сейчас отдыхать. Утром первый бой с ведьмами.

Утром Мерлин расстелил карту и предложил свой план:

– «Поренута» должна быть предельно маневренной и быстрой. Сгружайте с нее весь груз. Ставьте все паруса для большей скорости, включайте движок. Бензина у нас здесь хоть залейся. Я об этом позаботился. Варя, ты бери термос с молниями и постарайтесь пошуметь, как можно громче. Думаю, что сразу на таких, как вы, они нападать не посмеют.

Но сначала высадите меня вот на этом маленьком островке. Затем вылетаете по ветру из-за острова и на полной скорости под парусом, с включенным мотором несетесь к Глухой шхере.

На полном ходу пускаете в скалы несколько молний и побольше крика. Предлагаю выучить обычные в таких случаях военные кричалки: «Сдавайтесь без боя!», «Расходитесь по домам!», «Не надо лишних жертв!», «В случае капитуляции обещаем трехразовое питание, бесплатное лечение и теплую постель!». Можно добавить что-нибудь обычное типа: «Зенит – чемпион!» Выпустили весь запас молний и сразу поворачивайте обратно. Понятно?

– Нет… – честно признались Варвара и Мирослав.

– Вот в этом-то все и дело! Значит, все правильно я придумал. Противнику тоже ничего не должно быть понятно. Тогда мы точно победим!

Варвара и Мирослав пожали плечами, но поступили так, как велел Мерлин. Девушка соорудила воинственную прическу: хвостик волос спереди справа перетянут зеленой резинкой и хвостик сзади слева перетянут красной. Затем подготовила термос с молниями. Добавила туда семян колюки, чтобы молнии не знали промаха, и разрыв-травы, чтобы разрывались пострашней и погромче. Мирослав проверил снаряжение яхты.

Мерлин сошел на островке.

– Ну что, готовы? Тогда в бой! – напутствовал ребят Мерлин.

«Поренута» вынырнула из-за острова и понеслась к Глухой шхере. Яхта приближалась к скалам, а Варвара и Мир, истошно вопя разные кричалки, выпускали в скалы молнии. Сделав поворот, яхта вернулась к острову.

– Ну как? – спросили ребята у Мерлина.

– Слабовато! Станиславский сказал бы: «Не верю!» Но для первого раза сойдет. Отдыхайте. Через полчаса новый выход.

– Зачем?

– Скоро поймете. Вот еще термос.

– Так ты, оказывается, хорошо подготовился!

– Не без этого.

Мирослав вывел яхту из-за острова и снова направил ее на Глухую шхеру.

– Что там за шум? – испуганно спросила Варвара.

Впереди раздавались крики и глухие взрывы.

– Подлывем и посмотрим! – тоже ничего не понимая, сказал Мир.

Он взял бинокль и рассмеялся:

– Да, Мерлин был прав. Слабовато мы первый раз выступили! Посмотри сама! – и протянул бинокль Варваре.

– Так это же мы! – воскликнула юная ведьма. – Наш дебют. Значит, Мерлин сдвинул время на полчаса в этом месте, и теперь уже две яхты атакуют укрытие Мараны.

– Выходит так. Давай постараемся на этот раз выступить получше.

Дружно выдав обидные кричалки и выпустив весь заряд молний, ребята на «Поренуте» вернулись за остров. Там их уже ждал Мерлин с поднятым в знак одобрения пальцем и новым запасом молний. Когда ребята отправились в новый набег, то увидели впереди себя сразу две яхты, штурмующие шхеру.

– Все, больше не могу, – сказала Варвара после четвертого наезда на Глухую шхеру. – Я уже голос сорвала.

– Да, это тебе не за «Зенит» болеть! Я тоже охрип, – просипел Мирослав.

– Ну и хватит! – весело сказал Мерлин. – Там вы сами без себя плаваете. Я им набеги на Глухую шхеру до поздней ночи запрограммировал. Поспать им точно не удастся! Идемте отдыхать, а завтра продолжим.

Буря

На следующее утро набеги на Глухую шхеру продолжились. Ребятам удалось хорошо натренироваться в выпуске шаровых молний, и они попадали в самый верх скал, вызывая падение сосен, росших на вершине, и небольшие каменные обвалы. Но в этот день удалось совершить лишь два набега. Неожиданно начался сильный ветер. Варвара достала ветку нечуй-ветра. Волны, тем не менее, захлестывали яхту.

– Мир, трава не действует, надо удирать!

Мирослав быстро развернул яхту. «Поренута» сначала быстро убегала от волн и неслась по озеру. Но ветер дул все сильнее и сильнее. Ворота Глухой шхеры раскрылись и оттуда покатились огромные валы, преследующие ребят. Они грозили перевернуть яхту. К тому же пошел сильнейший косой дождь, и по ребятам больно забили градины, каждая величиной с яйцо.

– Помоги быстрей опустить все паруса, – крикнул Мир. – Не то яхту может опрокинуть, и задраивай люки, чтобы вода внутрь не попала.

Сам он включил движок и изо всех сил навалился на руль, торопясь спрятаться от волн за островом. С большим трудом юноше удалось завести «Поренуту» за спасительный берег. Мерлин уже ждал их на мысу и бросил веревку. С трудом завели они яхту в бухту, где волн почти не было. Буря продолжалась еще около часа. Затем понемногу начала утихать.

– Мерлин, нам там быть опасно! – воскликнула Варвара. – Волшебная трава нечуй-ветер совсем не действует.

– Я же тебе говорил, что Марана подготовилась хорошо. Наняла целую армию босоркунов-ветряников, вихровых и облакопрогонников.

– Так, поподробнее про всех, записываю! – попросила любопытная Варвара.

– Да все одно! Различия между ними почти никакого нет. А их возможности ты уже увидела. Босоркуны вздымают сильный ветер и незримо летают с ним. Пытаются противника покалечить силою ветра. Вихровые рвут паруса на кораблях, срывают крыши с домов и амбаров. Облакопрогонники не только ветер и тучи, но и дождевые ливни, и град насылают. А с помощью ведьм могут смерч на воде закрутить.

И снова послышались раскаты грома от взрыва шаровых молний.

– Вы уже снова там! – улыбнулся Мерлин.

– Понятно! Где ж нам еще быть?!

Снова поднялась буря.

– А им, то есть нам, ничего не будет?

– Нет, ваше временное отражение просто исчезает, когда поднимается ветер, а вот облакопрогонники и прочие вихровые, силу свою тратят. Ваш побег в бурю я тоже им на память оставил. За волнами они вряд ли разберут, что картинка повторяется. Видимость плохая – ветер, дождь, брызги, мгла. Погода прекрасная! – пошутил Мерлин. – Но сами виноваты! Вряд ли они разберутся, где вы настоящие, а где «час назад как уплыли». Давно хотел с ними поквитаться. Раз они нас заманили в ловушку миражом – помните «зеленый катер Михаила», то и мы с ними своими миражами поборемся. Чтобы такую бурю поднять и поддерживать, нужно много энергии. Попробуй-ка поворочать такие толщи воды! Пусть все силы израсходуют, чтобы у них ничего не осталось. Думаю, денька через два-три силы у воздушной нечисти кончатся и на Ладоге наступит полный штиль.

Главное, что местные жители не пострадают. Уже целую неделю по радио передают штормовое предупреждение. Пусть рыбаки сидят по домам – чинят сети и смотрят чемпионат Европы по футболу. А туристы-байдарочники сюда за неделю не доберутся – Ладогу сейчас сильно раскатало. Можно громыхать без опасений!

Игра «буря-молнии» продолжалась три дня. Поскольку было время белых ночей, Маране и ее помощникам не пришлось отдыхать. Было светло как днем, и набеги следовали круглосуточно. А через три дня, как и предполагал Мерлин, отпор защитников почти прекратился. Они перестали отбиваться и вызывать бурю. Около шхеры можно было плавать без всякого риска.

– Устали! – довольно ухмыльнулся Мерлин. – Ладно, пожалеем бедняг. Постоянную обработку снимем. Запрограммируем атаки на пять раз в день, зато в самое неожиданное время.

Исчезнувшее озеро

– К решающему штурму надо подготовиться, – сказал за ужином Мерлин. – Я сегодня отбуду к Прасковье, а через неделю мы с ней вернемся вместе. Она обещала взять с собой грозу, прибыть и помочь нам разобраться с Мараной. Пусть покупается – душу отведет.

– Ой, а мне можно? – радостно подпрыгнула девушка.

– У Прасковьи и спросишь. А вы чем займетесь? На нашем хуторе посидите?

Мирослав ответил:

– Я думаю, надо сходить на разведку на исчезнувшее озеро Икуярви. Это недалеко отсюда. Километров пять по прямой. Что-то странное творится в округе. Когда мы были у Алатырь-камня, он рассказывал, что в Сортавале, Лахденпохье и Кузнечном много разговоров о многочисленных пропажах. То моторки пропадут, то бочки с бензином, то лес, то продукты исчезают тоннами. Теперь вот целое озеро исчезло. Может, эти события как-то связаны? Проверим.

– Будьте осторожней! На разведку выходите только в полной боевой готовности. В полном снаряжении. И ни во что не ввязывайтесь! – просил Мерлин.

– Конечно-конечно! – заверила Варвара. – Без тебя никого мочить не будем.

– Так я тебе и поверил, – улыбнулся Мерлин.

Утром Мерлин исчез.

– Никак не могу привыкнуть, как он исчезает. Раз – и нет его! – сказал Мирослав. – А нам тоже пора в путь.

– На «Поренуте» подплыть нельзя? – поинтересовалась Варвара.

– Это здесь! – Мирослав ткнул в карту. – По прямой быстрее. Хотя можно и по Ладоге. Но придется долго огибать этот полуостров.

– Ладно, пошли.

Ребята за полтора часа дошли до места. Для этого им пришлось подняться на хребет, а затем спуститься вниз. Мирослав уверенно ориентировался по карте. Варвара в это время рассматривала окрестные пейзажи. Место, где должно было находиться озеро, было отделено от Ладоги небольшой скальной перемычкой.

– И, правда, никакого Икуярви нет! – хмыкнул Мирослав. – Куда же вода делась?

На месте бывшего озера не было даже травы. Оголившееся дно было из чистого мрамора, в некоторых местах покрытого подсыхающим илом. Лишь в небольших лужицах размером с ванну оставалось немного воды, и в них, тяжело дыша, барахтались рыба и раки. В некоторых лужах рыбы было больше, чем воды.

У одной из таких ванн стоялводяной и быстро собирал в корзину с мокрыми листьями рыбу. Набрав полную корзину, водяной бежал к Ладоге и отпускал рыбу в шхеру.

– Здравствуйте! – поздоровались ребята. – Вам помочь?

Тот грустно посмотрел на них и кивнул. Ребята вооружились полиэтиленовыми мешками и бросились спасать рыбу. Часа два ребята носились как угорелые от бывшего озера до ладожской шхеры. Наконец всех обитателей бывшего озера удалось спасти.

Спасатели сели на поляне. Варвара достала из рюкзака бутерброды, термос с чаем и спросила у водяного:

– Как вас зовут? И расскажите, что тут произошло?

– Теперь зовут меня Ику-Турсо! Так меня прозвали мои новые хозяйки. А раньше я был Ику-Ярви, когда у меня было свое озеро. Так что я и сам не знаю, как теперь меня звать.

– А можно просто Ику, пока ты сам не разобрался? – спросила Варвара.

– Называйте как хотите! Остался я без дома. Уже третий раз за последние два года.

– Как это так? Объясни, а то нам ничего не понятно.

– С самого рождения я живу здесь. Озеро принадлежало мне —досталось от предков. И вот оно куда-то делось. Причем это уже не первый раз. Два года назад подобное случилось зимой. Ночью меня разбудил странный шум. На озере ломался лед. Вода шумела как водопад. Вот там, смотрите! – показал Ику. – Образовался громадный провал и вся вода из озера стала уходить туда. Утром озеро исчезло, лишь на оголившемся дне лежали куски льда. Да чернела большая дыра, похожая на вход в нору. Вся вода ушла через нее под землю. Озеро у меня большое было – три километра длиной и полкилометра шириной.

Мирослав сверился с картой и кивнул.

– А сейчас осталось лишь несколько прудиков на месте бывших ям и какая-то бездонная дыра с водой. Когда я попытался измерить глубину этой дыры, куда ушла вода, то мне никакой веревки не хватило. Не достал дна. А веревка у меня на восемнадцать метров.

– Странное природное явление, – покачала головой Варвара.

– Когда вода исчезала, я рядом с воронкой видел старую серую ведьму, – продолжал Ику. – Ее здесь все боятся. Ужасные вещи про нее рассказывают. Затем эти серые ведьмы меня на работу решили нанять. Приезжали за мной. Силой на свой хутор завезли и ждать целый день заставили. Пока ожидал, свою рыбу видел. Значит, вода из моего озера по подземной реке вместе с рыбой в Глухую шхеру попала. Жалко было мне рыбу. Своих судаков, налимов и щук я знаю. Подплывали ко мне мои налимчики, из рук ели. Но многие мои любимцы в новом озере так и не появились. Не перенесли, видно, этого путешествия и погибли.

– А почему ты рыбу не взял себе обратно?

– Страшно! Боюсь я попросить серых ведьм отдать мою рыбу. Да и некуда мне было ее взять. Ни тогда, ни сейчас. Вода-то пропала.

Серые ведьмы меня своим работником сделали. Заставили уровень в озере восстанавливать – воду по округе собирать. Правда сказать – немного помогли. Своих чертей сюда нагнали. Вокруг озера вихровые залетали, тучи сюда понагоняли, дожди пролили. Страшная дыра закрылась, и мне удалось восстановить почти все свое озеро. Старался я воду после каждого дождя собирать, все ручьи сюда направлял. Настоящим копателем стал. Теперь вот для маленького лесного ручья новое русло делаю, чтобы он не в Ладогу стекал, а мое озеро снова наполнял.

Той весной мне быстро удалось восстановить уровень воды в озере – все же снег таял. Я тогда в снегу канавки проложил и всю талую воду к себе направил. А вот после прошлогоднего обрушения моего озера я почти ничего не мог сделать. Снег сошел, а ведьмы в мае воду спускать начали. Пришлось почти целый год воду набирать. И вот опять не вовремя за меня взялись. И вихровых что-то нет. Никто не летает, тучи не нагоняет.

– Боюсь, вихровых здесь больше не будет – разогнали мы их! – задумалась Варвара. – Надо решить, как тебе помочь. А как твоих хозяек зовут?

– Одну самую злую – Марана, а вторую – здоровенного роста – Лоухи.

Ребята переглянулись. Неужели история повторяется? Баба-Язя не ошибалась. Действительно у них было два врага: Марана и Лоухи. Когда с ней Марана снова объединилась?

Очаровашки из подземелья

Мирослав подошел к провалу и заглянул вниз. Стенки уходили отвесно вниз, а метрах в пяти была черная вода.

– А ты не пробовал исследовать, куда вода уходит? Может, возможно заткнуть этот провал?

– Чего исследовать? – пожал плечами Ику. – Известно куда, раз все рыбы мои в Глухой шхере оказались. Нет, лучше подальше от этих ведьм! Как бы самому после этого в рыбу не превратиться.

– А ты что думаешь? – спросила Варвара Мирослава.

Мир задумчиво посмотрел в яму.

– Туда не полезешь! Думаю, может по щучьему веленью?

– А что ты хочешь выяснить?

– Раз без серых ведьм здесь дело не обошлось, то нам надо помощи просить.

– У кого?

– Помнишь, у Водовлада ты глазки подземным водяным чертям строила. А они к тебе бросались руки целовать. Мне кажется, эти ребята никого не боятся.

– Брр! Очаровашки. Уже мурашки по коже побежали.

– Ну что, вызываем? – спросил Мирослав.

– Давай!

Мир подошел к одной из лужиц и повернул перламутровое колечко. Из лужи высунула голову Дорогая Щука.

– Здравствуй, Дорогая Щука.

– Что тебе надобно, Мир?

– Надо бы вон то подземелье исследовать. Мы решили вызвать сюда подземных водяных чертей. Тех, что прошлым летом в гостях у Водовлада были.

– Хорошие у вас знакомства! Об этих ребятах столько всякого рассказывают, – покачала головой Щука.

– А мне они показались хорошими и искренними товарищами! – уверенно сказала Варвара.

– Воля ваша. Ждите.

Примерно через полчаса земля задрожала. Вода в одной из самых глубоких лужиц ярко засветилась красным цветом, как будто внизу включили мощный прожектор. Из воды выскочили три настоящих черта. Вынырнув на свет, черти тут же нацепили на глаза защитные солнечные очки.

«Они как кроты, – подумал Мирослав. – В полной темноте все видят. А при солнечном свете видят плохо».

Все черти были широки в плечах, с длинными и тонкими ногами. Пальцы рук и ног также были очень длинные, с кривыми крепкими ногтями, между пальцами – перепонки, а на головах у всех троих небольшие рожки. Тело было покрыто чешуей, сразу понятно, что они живут в воде. Чешуя была черного цвета, но с красными полосами, как у окуней.

Как всегда, у этих ребят было прекрасное настроение. Один из них рассказывал анекдот, а двое заразительно смеялись, попутно представляя услышанное. Длинные хвосты весело хлопали по кожаным ботфортам.

Увидев Варвару, черти, как по команде, упали на одно колено и начали восхвалять прекрасную даму.

– Учись, Мир! – не без удовольствия кивнула польщенная девушка.

Черти не могли остановиться, выдавая один за другим все новые комплименты.

– Спасибо! Вечером продолжите, – улыбнулась Варвара. – Давайте к делу. Познакомимся поближе, а то в тот раз Водовлад вас всей группой представил. Как вас зовут?

– Искрен, Лучезар, Световид! – представились черти.

– Какие у вас имена красивые. Как будто солнышко зажглось, – улыбнулась Варвара.

– Это правда! Наши имена действительно помогают освещать все вокруг нас. Приказывайте, прекрасная Варвара, что угодно для вас сделаем. Правда, звезды с неба не обещаем, но все подземные клады будут ваши! – пообещали черти.

– Вот за этим мы вас и позвали! – кивнула Варвара. – Надо бы исследовать вот эту пещеру и узнать, куда вода уходит.

Ребята провели чертей к провалу.

– Если вы не боитесь, хотелось бы знать, куда ведет эта дыра.

– Бояться!? – черти все как один нахмурились. – Это не про нас!

– Ику! Иди сюда. Расскажи ребятам, как пропало твое озеро.

Хозяин пропавшего озера испуганно стоял вдалеке. Хоть он и был водяной, но вид подземных водяных чертей был ему непривычен. Наконец, набравшись мужества, Ику подошел и повторил историю своим дальним родственникам.

– Все понятно. Ну, мы пошли. Пожелайте нам удачи.

– Ни пуха, ни пера! – помахала рукой Варвара.

– К черту!

– Ой, не хочу к местному черту! – шутливо заметил Лучезар.

И первый прыгнул в воду. Искрен и Световид последовали за ним. Провал ярко осветился красным цветом.

Сампо

Примерно через полчаса из воды показались Лучезар и Световид.

– А где Искрен? – спросила Варвара.

– Он самым вкусным оказался! – вполне серьезно заявил Лучезар. – Пришлось его подземному чудовищу скормить. А мы успели выбраться.

У Варвары от ужаса глаза стали круглыми.

– Это он у нас так шутит. Хватит Лучезар, – сказал Световид.

– Мы за вами! Искрен у нас самый опытный инженер. Сейчас всю воду спустит в подземную реку. Он умеет открывать земную твердь. И тогда в подземелье можно будет легко пройти.

– Значит, теперь озера у Ику-Турсо больше никогда не будет?

– Как раз наоборот. Воду для озера мы вернем Ику, – заверил Световид. – Это наша специальность. Мы ведь пять лет в Петербурге в Горном институте учились по специальности «гидрогеология». Мы и не знали, что вы такие богатые. Столько золота! Не волнуйся, Варвара. Достанем сокровище твоей бабушки. Хотела нас обмануть! – И Лучезар погрозил пальцем.

Мир и Варвара непонимающе переглянулись.

– Я думаю – очередная шутка! Без юмора эти ребята не могут! – шепнула Варвара.

Мирослав ничего не успел ответить, так как послышалось журчание, в центре ямы образовалась большая воронка, а вода стала стремительно исчезать.

– Не бойтесь, милая леди, мы все исследовали – никаких провалов там внизу нет. Только ваш клад.

Варвара переглянулась с Мирославом.

– Какой клад? Пошли посмотрим?! – предложил тот.

Девушка согласно кивнула. Спуск вниз был довольно крутым, но грациозные создания уже успели своими альпенштоками нарубить ступенек и привязать к стенкам веревочные перила. Мирославу даже не пришлось доставать свой фонарик, так как рога чертей засветились ярким красным светом и в пещере стало довольно светло.

– Я здесь, у бочки! – раздалось издалека.

Пройдя около ста метров, компания пришла к предмету, похожему то ли на огромную бочку, то ли на колокол. У бочки было несколько отверстий, прикрытых крышками, и лопасти с одной стороны.

– Что это? – удивленно спросил Мир.

– Разве это не ваше? – тоже удивился Искрен.

– Нет! Мы и не знали про это! – честно сказала Варвара.

– Ну вот, оказывается клад ничей! Теперь, как всегда, придется три четверти родному государству отдавать! – пустил слезу Искрен.

– Что-то я не помню, когда ты последний раз с государством делился? – улыбнулся Световид.

– А вот щас совесть проснулась!

– Ладно, ребята, что это? Ведь это чистое золото, раз в воде ни капельки не окислилось! – И Мирослав постучал по корпусу.

По звуку чувствовалось, что бочка очень толстая и тяжелая. Сзади выступали небольшие лопасти, прикрепленные к колесу.

– Мне бы осмотреть эту бочку. Скорее всего, это какой-то механизм, – попросил чертей Мирослав. – Давайте ее повернем, чтобы я противоположный край смог рассмотреть.

– Возьмемся разом! – предложил Световид.

Трое чертей и Мирослав попытались приподнять бочку за один край, но она даже не шевельнулась.

– Пожалуй, пару тонн потянет, если не больше! – произнес Мирослав.

Варвара задумчиво обошла вокруг бочки.

– Неужели это мельница Сампо!

– Какая Сампо?

– Да та самая, из Калевалы.

– Я думал, это сказка! – все еще не верил Мир.

– Попробуй, куси ее. Сам же сказал, что бочка золотая.

– Тогда Сампо должна работать.

– Может, и работает. Это уже по твоей части.

Мирослав крутанул колесо мельницы. Лопасти мягко завертелись. Вращались они достаточно долго, не желая останавливаться.

– Какой мягкий ход у колеса! – восхищенно сказал Мирослав. – Никакого трения.

Черти внимательно слушали разговор ребят.

– Так великая волшебница знает, что это такое? – спросил Световид. – Значит, это не ларец вашей бабушки?

– Нет, – уверила чертей Варвара. – Мы тут совершенно не при чем. Это – Сампо! Волшебная финская мельница. Скорее всего, этой золотой мельницей сейчас завладели Марана и ее подруга.

Мирослав и черти, отдохнув, еще раз навалились на мельницу, пытаясь развернуть ее боком.

– Ничего не получится! – сказала Варвара.

– Ты бы помогла лучше. Ведь у Кощея чему-то научилась. Могла бы поднять ее, а то мы уже вспотели.

– Если это действительно Сампо, то у нее должны быть корни, – пояснила девушка. – Вот они то и мешают сдвинуть мельницу с места. Я помогу, но сначала корни отрежьте.

– Искрен, опять тебе работать! – кивнул Световид.

– Ладно, сейчас гляну.

Искрен топнул ногой и в тот же миг провалился под землю. Вскоре из-под земли раздался его голос:

– Да! Варвара права. Действительно, металлические корни мельницы глубоко вросли в камень. Так что поднимайтесь наружу и готовьте обед. У меня тут на час работы.

– Поднимите крышку мельницы, – попросила Варвара.

С трудом Мирослав и Световид приподняли крышку Сампо.

– Это зеркало. Да какое красивое! – восхищенно сказал Мирослав.

– Я так и думала. Вероятно, зеркало у мельницы – это пульт управления. И с ним можно договориться, – сказала Варвара. – Кстати, нам пока вся мельница и не нужна. Пускай себе стоит на месте. Сейчас давайте отцепим только крышку. Она, как и все волшебные зеркала, все нам расскажет. А для начала проведем опыт, как Сампо работает. Раз уж мы тут застряли, то я попробую с помощью Сампо нашу палатку и вещи сюда переправить.

Мирослав быстро залез на Сампо и открутил крышку.

– Принимайте!

Световид и Лучезар не без труда сняли крышку и понесли ее к выходу. С одной стороны на крышке была выложена мозаика из камней-самоцветов, а вторая сторона была отполирована до зеркального блеска.

– Пойдем отсюда! А то сейчас сильный шум от пилы Искрена будет.

– Согласна, только сначала раскрутите посильней колесо мельницы! – попросила Варвара. – Если Сампо работает, то телепортируем сюда наши вещи.

Когда ребята и черти поднимались наверх, раздался пронзительный визг пилы Искрена, перегрызающей металлические корни мельницы. Световид и Лучезар прислонили крышку Сампо к толстым соснам.

– Действуй, Варя!

Девушка подошла к золотой крышке и прошептала:

– Свет мой, зеркальце, покажи, пожалуйста, хутор Петера и «Поренуту».

Зеркальная крышка Сампо показала ребятам их зеленую стоянку.

– Ближе!

Изображение приблизило палатку.

– Уважаемая Сампо, перенеси сюда нашу палатку.

В тот же миг палатка на поляне исчезла.

– Куда она делась?! – хором воскликнули черти.

– Вот она! – показала Варвара.

На пригорке возникла палатка со всем имуществом. Причем колышки были прочно закреплены в земле. Через несколько минут и рюкзаки с яхты также лежали рядом с палаткой.

– Вот это да! – пришли в полный восторг черти.

– Теперь посмотрим художественный фильм о Глухой шхере… – сказала Варвара. – Свет мой, зеркальце, скажи и всю правду покажи…

Поверхность зеркальца помутнела, и появилось изображение знакомой ребятам Глухой шхеры. Кое-что легко узнавалось, но многое почти за сто прошедших лет изменилось. Другими стали постройки, причал, лодки на нем. Но местность была прежней. Так же, как и в прошлом веке, у скальных стен лежал снег, и все выглядело довольно уныло.

– Зеркальце, дай нам полный отчет о трудах Сампо за последний год!

И зеркало мельницы показало, как в небольшой бухте Глухой шхеры рядом с причалом стали выскакивать плоты, нагруженные мешками, коробками, выплывали огромные бревна и доски, моторные лодки, канистры с бензином, множество провизии. Служки ведьм, стоя по пояс в воде, подхватывали плоты, тащили их к берегу, а затем уже разгружали и растаскивали товары по сараям и подвалам.

– Мир, составляй полный список, что ведьмы получали последнее время. Если не ясно, что в мешках, то записывай количество. Потом мы выясним, откуда они и что там.

Мирослав восхищенно показал на современный катер, появившийся в зеркале мельничной крышки.

– Супер! Молодец, Марана! – похвалил ведьму Мирослав. – Хорошую технику приобрела.

Оборона мельницы

– Надо подумать, куда деть мельницу, – сказала Варвара. – Я считаю, лучшего места для хранения, чем остров Кощея, не найти. Перевезем ее туда, и пускай Бессмертный стережет ее еще тысячу лет. Но как Сампо туда доставить?

– Нужен корабль, – задумался Мирослав. – К сожалению, «Мурены» теперь нет.

– А если…

– На время своруем у военных моряков? Решила по пути Лоухи и Мараны пойти! – осуждающе посмотрел на подругу Мирослав.

– Так что делать?

– Своруем. Но если уж воровать, так у Мараны. Смотри, какой у нее причал из огромных понтонов. Позаимствуем катер и пару понтонов. Помнишь, мы на Ладоге плавучий дом встретили точно на таких же понтонах. Семья стариков на нем все лето живет. Вот и мы свяжем пару понтонов с Мараниного причала, и получится прекрасная баржа. Затем погрузим на баржу Сампо, привяжем как следует и быстро отбуксируем к Кощею на современном катере.

– А получится? – засомневалась Варвара.

– Получится. Только надо подготовиться. Научиться обращаться с мельницей и запустить ее в обратном направлении, чтобы все имущество Мараны к нам перекочевало.

И ребята стали разрабатывать план. Вскоре Варваре пришла в голову гениальная мысль:

– Поступим, как мудрый Вяйнямёйнен. Усыпим на время старух и их многочисленных служек. Разводите костер, а я приготовлю отварчик. Смешаю дурман, белладонну и сон-траву.

– И что за гадость получится? – поинтересовался Мирослав.

– Хорошая штука. Я в Зеленце такой отвар на уроках магии готовить научилась. Ведьмы и их служки пару дней будут спать как убитые. Дурман содержит в своих зернах одуряющие вещества, и думаю, он усыпит бдительность серых ведьм. После поступления дурмана в Глухую шхеру жители Похьёлы почувствуют себя усталыми и быстро заснут. Это даст тебе возможность переправить из Глухой шхеры все необходимое и соорудить плавсредство из ведьминого имущества.

Черные и блестящие ягоды белладонны у одних чертей вызовут спячку и слабость во всем теле. А другие перестанут себя контролировать и, ничего не соображая, начнут нести полный бред. Сон-трава принесет жителям Похьёлы такие чудесные сны, что им даже просыпаться не захочется.

– Бедняги! – искренне пожалел жителей Глухой шхеры Мирослав.

– У тебя есть другое предложение?

– Нет.

– Тогда я пошла отвар варить, – сказала Варвара.

– Ну, а мы с Искреном посмотрим, как запускается Сампо! – И Мирослав направился к провалу.

Котелок плавно закачался в пламени костра.

– Может, мухоморчиков и одолень-травы добавить? Хотите, принесу? – поинтересовался Ику.

– Если бы хотела, то сама бы добавила, – пожала плечами Варвара. – Нет, мне Марана пока живой нужна. Мне надо узнать у нее кое-что. Сейчас главное – на время всех усыпить, пока мы Сампо перепрячем. К тому же у Мараны много слуг, не все виноваты в ее грехах. Им-то зачем страдать? А ты лучше гостей корми, все же твои родственники – водяные.

Ику накрыл стол на огромном плоском валуне.

– Свежей рыбки у меня уже давно нет – озеро пересохло, а вот вяленой и копченой сколько угодно.

– Эх, пивка бы холодного к такой закуске, – покачал головой Световид.

– Это мы сейчас организуем! – радостно потер руки Искрен. – Тут как раз магазинчик поблизости открылся. Сейчас сгоняю туда по-быстрому. Кому какого?

Световид решил, что Искрен направится в какую-нибудь ближайшую деревню.

– Да можно «Балтики», можно «Бочкарева». Только светлого! Деньги у тебя есть.

– Сколько угодно! – рассмеялся Искрен и нырнул в провал.

Через пять минут он появился с полным рюкзаком, забитым до отказа бутылками с пивом. В руках он держал несколько пакетов чипсов и связку охотничьих колбасок.

– Сампо работает! Мир уже наладил. Снял движок с моторки Ику и приладил к мельнице. Завертелась! Живем. Пиво даже не из магазина. Прямо с завода – свежайшее! Налетай ребята!

Увидав такую картину, Варвара бросилась к зеркалу и хлопнула в ладоши. Зеркало тут же показало бегущий заводской конвейер с цепочкой бутылок. В некоторых местах длинной цепочки бутылки исчезали. Варвара хлопнула еще раз, и зеркало показало улыбающегося Искрена, наполнявшего рюкзак бутылками.

Затем девушка подошла к провалу:

– Мир, неужели Сампо уже постоянно работает?

– Да! Только что вместе с Искреном проверяли. К колесу мельницы подключили движок от катера. Он хотел наливкой Чертовой Бабушки всех угостить. Говорил, что его бабушка прекрасную наливку готовит.

– Понятно! Именно от «чертовой бабушки» все и поступило. Мне тоже Сампо надо проверить. Только мне, наоборот, для моей Чертовой Бабушки передачу послать надо. Так что раскрути мельницу в обратном направлении.

– Бабе-Язе, что ли? Или Прасковье? – поинтересовался Мир.

– Ага, им! Крути давай… – И Варвара подошла к зеркалу. – Пьянству бой!

На экране снова появился пивной конвейер, на который прямо из воздуха выпрыгивали и становились бутылки. Пока водяные распивали по первой бутылочке, рюкзак становился все легче.

Варвара посмотрела на своих помощников и вздохнула:

– Ладно, так и быть, оставлю им по бутылке!

Затем вздохнула еще раз:

– Ладно, по две. Пусть чуток отдохнут.

…Искрен потянулся к заметно полегчавшему рюкзаку. Затем взглянул на Варвару. Вздохнул и сказал:

– Вот ты какая! Хотя правильно.

А Варвара добавила:

– Вы мне еще понадобитесь завтра. А праздновать потом будем.

Когда Мирослав вылез из провала, девушка попросила:

– Мир, все опыты с Сампо, пока я не приготовлю отвар, прекращай! Вдруг ведьмы догадаются, что с мельницей что-то происходит. Надо подготовиться и дать возможный отпор Маране. Она же совсем рядом.

– Вряд ли догадаются! – сказал Мирослав. – У них мельницу раскручивал напор воды. Сейчас озеро пустое, и у них вынужденный простой.

– Тем не менее! Вдруг кто-нибудь за нами наблюдает.

Утром Варвара попросила Ику:

– Ику, растопи-ка к вечеру пожарче свою баньку.

– Это ты хорошо придумала. Вечером вас попарю, – обрадовался Ику.

– Нет, Ику банька не для нас с тобой, а для серых ведьм. Камни должны быть раскаленными. Весь отвар из моего котелка мы выльем на каменку, а уже из твоей бани с помощью Сампо зашлем в Глухую шхеру.

После обеда Мирослав и Лучезар соорудили хитрую систему для подъема Сампо из подземелья наверх.

– Ну что – поехали? Все в порядке, Мир?

– Да.

Мирослав и Лучезар повернули рычаг колеса, и на него начали наматываться крепежные веревки. Варвара, пользуясь даром Кощея, страховала подъем мельницы. Мельница вылезла из провала и встала на заранее очищенный плоский камень. Водяные вылили на Сампо несколько ведер воды, потерли мягкими губками, и вскоре в лучах солнца заблестел золотой корпус Сампо.

– Красота-то какая! – ахнула от восторга Варвара.

Мирослав перекинул веревки на лопасти Сампо:

– Готово. Заработает по первому приказанию.

– Теперь давайте присядем и обсудим наши действия, – предложила Варвара. – Прежде всего спросим Ику. Ты не боишься нам помогать?

– Сейчас нет. Даже если вы проиграете сражение серым ведьмам, то я ничего не потеряю. В таком случае озеро у меня точно не появится. Я решил тогда к ребятам податься. Искрен зовет меня к себе. Обещает всему научить. Буду у него в подмастерьях.

– Теперь, Мир, зачитай нам, что получила Марана за последний год, – попросила Варвара.

– Прежде всего, огромное количество взрывчатки с гранитного карьера в Кузнечном. Больше пятидесяти ящиков.

– Понятно, почему взрывные работы не велись и «пушка не стреляла!» – сказал Ику. – Раньше я всегда в полдень просыпался. Ровно в двенадцать в карьере рядом с Кузнечным гранит взрывают для получения щебня, а затем камень грузят на баржи. Хоть это почти в семидесяти километрах, но по воде звук взрыва сюда доходит.

Мирослав долго зачитывал, какие товары поступили в логово ведьм.

– Обязательно надо лишить ведьм взрывчатки, – сказала Варвара. – Отправим обратно на склад в Кузнечное. Мало ли что ведьмы захотят взорвать!

– Стойте! Пару ящичков динамита я попрошу для себя, – сказал Искрен. – Надо взрывом перекрыть путь воде в Глухую шхеру, а остальное, пожалуйста, возвращайте в свой карьер.

– Значит, вечером напускаем в логово приготовленное снадобье и начинаем действовать, – предложила Варвара. – Все готовы?

– Лучезар, ты обещал, что вода из подземных источников сможет поступать непрерывно и раскрутит мельницу. Ты готов? – спросил Мирослав.

– Давно! Вода и мельницу раскрутит, и озеро наполнит. Снова хозяина озера станут звать Ику-Ярви.

– Ура! – обрадовался тот. Даже не верится, что вода вернется. А серые ведьмы не заберут ее снова из моего озера?

– Нет, не бойся! – сказал Лучезар. – Мы с Мирославом уже посмотрели, где надо сдвинуть скальные породы. Проход воде в Глухую шхеру будет прочно закрыт. Световид направит воду на Сампо, чтобы мельница вертелась, а Искрен закроет подземный проход.

– Мир, ты проследи, чтобы мельница работала, а Лучезар и Ику пусть разгружают.

– Но учти, Варя, бензин уже кончается, и если мы до вечера не ограбим Глухую шхеру, а подземные черти не добудут воду из подземелья, то придется вращать Сампо вручную.

– Закажешь первым делом себе горючее. Я думаю, его у ведьм в достатке.

– А динамит?! – встрял Искрен. – Без него воды не будет!

– И динамит! Мальчики, все будет! – заверила Варвара. – Не мешайте работать. Ику, продолжай топить баню и вылей отвар на каменку, а потом помоги Лучезару принимать имущество ведьм и разгружать Сампо. А я присмотрю за ведьмами – вдруг не заснут. Начали?!

Все кивнули.

– Подносите крышку к бане! – командовала Варвара. – Открывайте дверь!

Варвара направила крышку мельницы на баню.

– Ику, надень маску – это не вредно, просто можешь заснуть, как и ведьмы в шхере. Теперь лей отвар!

– Сампо, перенеси отвар в Глухую шхеру!

Волшебная мельница закрутилась, и теплый пар стал поступать в логово ведьм. Вскоре туман окутал все пространство на хуторе серых ведьм, и в зеркале ничего не стало видно.

– А как мы узнаем, что мой отвар подействовал и все заснули? – расстроилась девушка. – Я об этом не подумала.

– Недаром меня зовут Световид, – сказал старший из подводных чертей. – Надевай-ка, Варя, мои очки. Они реагируют на тепло человеческого тела и сразу покажут, есть ли движение на хуторе серых ведьм.

– Вижу! – улыбнулась Варвара. – Действительно – нет никакого движения. Все спят: кто лежа, кто сидя.

В голубоватом паре виднелись оранжевые очертания контуров тел жителей хутора. Все замерло.

– Ику, выливай все. Сделай парок погуще. Пускай жители Глухого хутора отдохнут дня три.

– Я закончила, – сказала Варвара и передала очки Световида Мирославу. – Теперь пускайте Сампо в обратном направлении.

Вскоре из провала вынырнули первые ящики. Черти бросились их разгружать. Искрен тут же взвалил на плечо ящик с динамитом и исчез в провале.

– Искрен, только, пожалуйста, аккуратнее со взрывчаткой! – попросил вслед Мирослав. – Ты нам еще нужен. Мне кажется, столько не требуется. Может, половину ящика возьмешь?

– Да ладно, первый раз, что ли!

Сампо работала исправно. Мирослав заправил движок бензином из выплывшей канистры и поспешил на помощь к трудящимся в поте лица чертям.

– Лучезар, тебе не кажется, что ящиков с динамитом стало меньше? Целый ряд исчез.

– Я не считал, – пожал плечами подземный черт.

– Я помню, – сказал Мирослав. – Сампо переправила двадцать ящиков. Четыре раза по пять. А здесь только три ряда. Судя по всему, Искрен приделал ноги нескольким ящикам.

– Да. Меры он не знает! – Лучезар посмотрел на провал. – Но думаю, теперь поздно его останавливать.

Почти в это же мгновение метрах в ста от них раздался мощный взрыв. Вверх полетели каменные глыбы, стволы и корни деревьев. Вся земля заходила ходуном, как при сильном землетрясении. Затем откуда-то снизу ударил мощный фонтан воды. Струя взлетела в небо выше, чем на тридцать метров, и не переставая била около десяти минут. Одна из скал рядом с фонтаном долго гудела и вибрировала, затем поднялась на пару метров вверх, зависла в воздухе, а потом резко ушла вниз под землю. Когда скала остановилась, фонтан воды тут же прекратил бить.

– Искрен, Искрен! – покачал головой Лучезар. – Лишь бы жив остался.

Лучезар и Световид бросились на поиски своего друга.

– Искрен! – звали подземные черти. – Где же он?! Неужто скалой придавило?

– Световид, включай поисковый маячок.

– Что случилось? – спросила подбежавшая Варвара.

– Искрен пропал, но не беспокойся, мы его отыщем. Мы придумали маленький приборчик, позволяющий найти потерявшегося.

Поисковый приборчик подземных чертей был похож на фонарик, который в то же время издавал радиосигналы.

– Ничего не понимаю! Внизу Искрена нет, – удивленно сказал Лучезар.

– Может, прибор испортился? – спросила Варвара. – От взрыва или от упавшей скалы?

– Нет, он специально создан так, что может выдержать любые удары и давление. Этакий черный ящик, как на самолетах.

– Дай-ка я попробую! – попросил Световид. – Вроде есть сигнал – только очень слабый. Может, Искрена отбросило куда-нибудь далеко по подземным пещерам?

Световид поднял прибор и направил его вдоль поверхности. Сигнал стал сильнее. Световид сделал полный круг вокруг себя.

– Ничего не понимаю! – растерянно пробормотал он.

Он почесал фонариком за ухом, и тут сигнал стал ясно слышен всем.

– Наверху?! – удивленно в один голос воскликнули черти.

Все подняли глаза и увидели Искрена, висящего на самом верху отвесной скалы. Он чудом зацепился одеждой за острый выступ и мог в любую секунду упасть.

– Я наверх, а вы несите большое одеяло, вдруг сорвется! – закричал Световид.

Он, как заправский скалолаз, быстро пополз наверх по отвесной скале. Мирослав бросился к лагерю, сорвал тент с палатки и бросил на него пару одеял. Затем подбежал обратно, вчетвером они натянули тент и растелили на нем мягкие одеяла. За это время Световид уже подобрался к Искрену. Он обхватил его своим крепким, длинным хвостом и осторожно начал спускаться. Спускаться вниз с грузом было сложно, у отважного спасателя начали дрожать руки.

– Все! Больше не могу, боюсь сорваться! – крикнул Световид. – Я его отпускаю. Готовы!

– Да! Ловим, не бойся!

Друзья натянули края материи. Искрен полетел вниз. В последний момент Варвара что-то прошептала, тело Искрена зависло в воздухе и плавно приземлилось прямо в центр тента.

– Несите его в лагерь на поляну, а я за лекарствами сбегаю! – сказала Варвара и бросилась к своему рюкзаку.

Световид немного отдохнул на скальном выступе и спустился вниз. Искрена принесли на поляну и положили на копну мягкой травы.

– Не дышит! – испуганно сказал Ику.

– Не каркай! Все будет хорошо, вон ворочается, – показал Лучезар.

Тут глаза Искрена открылись, и он произнес:

– Красота! Летел как птица! Земля внизу такая маленькая-маленькая.

– Что случилось? Зачем ты столько динамита с собой потащил?! – накинулись на него Лучезар и Мирослав. – Мы же вместе с тобой рассчитали, что пятнадцати килограммов хватит с запасом, чтобы сдвинуть скалу. А у тебя скала чуть в космос не полетела, вместо того чтобы спокойно вниз сползти!

– Я ж хотел как лучше! Думал, мало будет. А оно как бабахнуло, – прошептал Искрен.

Шерсть на нем дымилась.

– Ты можешь пошевелиться? – спросил Лучезар.

– Сейчас подумаю. Жарко и снаружи и внутри. Пива бы холодненького.

– Будет жить – раз о пиве вспомнил! – сказала подошедшая Варвара. – В руках она держала пивную бутылку.

Девушка посмотрела на дымящегося Искрена и стала поливать его из бутылки.

– Ты что! – укоризненно посмотрел на подругу Мирослав. – Хоть бы немного пожалела. Он же для нас старался.

– Ничего-ничего, все хорошо! – Искрен потихоньку начал приходить в себя. – Спасибо, Варя. Можно чуток внутрь влить?!

– Пожалуйста, открывай рот! – И Варвара вылила содержимое бутылки в рот подземному черту.

– Фу, какая гадость! – только и успел сказать Искрен и тут же заснул.

– Несите его в палатку – пусть поспит, – сказал Варвара. – Я в пиво сонный отвар влила. А вот еще горшочек с целебной мазью. Смажьте все ожоги. Он у вас всегда такой?

– Да. Даже когда в карты играет – у него всегда перебор! – покачал головой Лучезар. – Однако не было счастья, да несчастье помогло: Искрен и мою работу сделал – вон вода уже наполняет озеро Ику.

– Ладно, продолжаем крутить Сампо в обратном направлении. Сампо, верни все, что ты отправляла серым ведьмам!

Мирослав тщательно исследовал с помощью крышки Сампо Глухую шхеру и хорошо знал, что где хранится. С огорода ведьм в первую очередь исчезли шланги для полива. Подземные черти быстро приладили их, и сильная струя воды потекла по трубам на лопасти Сампо и раскрутила мельницу. Лопасти мельницы закрутились быстро и мощно, а из провала настоящим потоком начали поступать различные вещи. Буквально каждую минуту из всех трех отверстий вылетали ящики и коробки. Мирослав, Ику, Лучезар и Световид едва успевали принимать имущество. Наконец прямо из провала начали вылезать какие-то огромные предметы.

– Ура! – воскликнул Мир. – Понтоны пошли.

Ику отбуксировал понтоны к берегу все увеличивающегося озера и надежно закрепил их. Из провала вынырнули две небольшие моторные лодки.

– Сейчас этот монстр вынырнет! – радостно потирал руки Мирослав, предвкушая появление современного катера.

Но пошли какие-то бревна, доски, коробки, мешки с цементом, а катер так и не появлялся. Вскоре поток имущества закончился.

– Варя, а катер где?! – почти капризно показал на зеркало мельницы Мирослав.

– Попробуем еще раз, – сказала Варвара. – Крутите мельницу.

Но современный катер ведьм так и остался стоять на причале.

– Не знаю, может, он заколдован, или его держит прочный якорь – узнаем после. Разве тебе не хватит двух моторных лодок, чтобы отбуксировать баржу с Сампо к Кощею?

– Во-первых, несколько часов уйдет на то, чтобы собрать из понтонов баржу и загрузить ее. А во-вторых, расстояние до острова Кощея почти семьдесят километров. На этих слабеньких моторах быстрее четырех-пяти километров в час баржу не потянешь. Считай, целый день уйдет на это. Твои пациенты за это время не проснутся?

– Не должны, – не вполне уверенно сказала Варвара. – Вечерком, перед погрузкой мельницы на баржу, попробуем добавить сонного пара в логово.

Под руководством Мирослава работа по подготовке к транспортировке Сампо продвигалась быстро. Закончив разгрузку имущества, украденного серыми ведьмами, друзья приступили к буксировке понтонов к Ладоге. Здесь очень пригодились колеса конных экипажей, также появившиеся из провала. До ладожской шхеры было около двухсот метров, но необходимо было преодолеть небольшой подъем. Колеса скрипели под тяжестью понтонов, но за час их доставили к берегу Ладоги.

– Как их скрепить друг с другом? – задумался Мир. – Связывать придется.

– Какие проблемы, скажи? – спросил Световид. – Мы ведь все инженеры.

– Сварки нет.

– Нет проблем! Где варить-то? – рассмеялся Световид.

Он щелкнул пальцами, и прямо из-под ногтей черта с шипением вырвалось голубое пламя.

– Вот это да! – восхищенно протянул Мирослав.

Уже через час сваренные понтоны плавали рядом с берегом, и друзья стали укладывать на них настил из досок.

– Варя, боюсь, тележка не выдержит Сампо! Мельница больше трех тонн весит, – озабоченно сказал Мирослав.

– Сама пойдет, – рассмеялась Варвара. – Ты забыл, что мне Кощей слово волшебное шепнул.

Она подошла к мельнице и похлопала ее по боку. Золотая кадушка смешно закачалась и засеменила к берегу Ладоги. Пришел черед удивляться чертям. Перед понтонами Сампо будто задумалась.

«Оп!» – хлопнула в ладоши Варвара, и мельница подпрыгнула метра на полтора в воздух и плавно приземлилась на баржу.

Баржа от тяжелого груза заметно села в воду.

– Почти до половины! – задумчиво пробормотал Мирослав. – Тяжеленько придется. Надо торопиться – вечером, как ветер стихнет, отплываем.

– Ребята, крепите канаты к моторкам, заливайте бензина доверху и переносите все вещи на баржу, – сказал Мирослав. – Я пока закреплю Сампо и установлю палатку на барже.

Через два часа все было готово к буксировке.

– Тебе, Ику, надо с нами! – сказала Варвара. – Но недели через две ты вернешься в свое озеро.

– А может, мне спрятаться где-нибудь на глубине? – Ику-Ярви с грустью смотрел на свое почти до краев наполнившееся озеро.

– Не стоит рисковать! – покачала головой Варвара. – До нас Марана и ее родственницы вряд ли доберутся, а вот до тебя могут! Вернешься через пару недель, когда мы Марану из этих мест выгоним навсегда.

– Хорошо, – вздохнул Ику-Ярви. – Поеду.

– Тогда поведешь одну из лодок.

Световид остался на барже рядом с Искреном. Тот поправлялся прямо на глазах и уже пытался шутить, но друзья еще запрещали ему вставать.

– Все готовы?! – крикнул Мирослав.

Лучезар и Ику махнули руками.

– Тогда вперед. Запускай моторы!

Водяные запустили моторы у своих лодок. Веревки натянулись, и баржа с волшебной мельницей плавно тронулась, направляясь к выходу в Ладогу.

– Да, скорость даже меньше, чем я ожидал. Километра два-три, не больше! – недовольно пробормотал Мирослав. – Ребята, можно прибавить? До острова Кощея около семидесяти километров. Больше суток понадобится плыть, если не будет встречного ветра. На Ладоге погода в любой момент может поменяться. Опоздаем на встречу с Мерлином и Прасковьей. Ругаться будут.

– К сожалению, скорее не получится, – сказал Световид. – Моторы быстро перегреются, и придется останавливаться.

– Ничего страшного! – успокоила Варвара. – Мерлин и Прасковья еще весточку не прислали. Готовятся, значит. У нас есть время в запасе до встречи с ними. Дня два, три…

Солнце садилось в воду на самом севере, почти в том месте, откуда недавно в открытую Ладогу выплыла баржа.

– Час ночи, а светло, как днем! – восхищенно сказала Варвара.

Мирослав и Световид красотами не любовались. Они разрабатывали маршрут. С запада дул вечерний ветерок. Небольшие волны тихо и плавно катились по поверхности озера.

– Валаам лучше обходить с востока, – предложил Световид. И баржу ветер чуть подтолкнет, а поутру немного прикроет. А там уже по прямой на остров Кощея.

Мирослав согласился.

– Значит, держим курс на юго-восток.

Утром друзья ненадолго остановились на небольшой привал на последнем острове, лежащем у берега. Мирослав рассчитал скорость.

– За пять часов прошли километров пятнадцать. Да, быстрее, не получится! – грустно сказал он.

Вскоре снова двинулись в путь. Почти незаметно две моторки оттянули баржу на середину пролива между северным побережьем и Валаамом. Начало дня прошло спокойно.

Атака хозяйки Похьёлы

Пар из бани над Глухой шхерой постепенно рассеивался. Сначала проснулась Лоухи. Ей приснился страшный сон – будто украли Сампо. Вообще этот сон был наследственным. В роду северных ведьм он снился им постоянно. И все равно было никак не привыкнуть, что недавно найденная Сампо может куда-нибудь исчезнуть.

Лоухи огляделась. Ничего не понятно! В комнатах многих вещей не хватает. Выглянула в окно – причал и моторные лодки исчезли. Хорошо хоть ее катер «Гриф» стоит. Бросилась Лоухи к своему волшебному кристаллу.

– Быстрей покажи мне Мраморную сушь! Покажи место, где стоит Сампо.

Очень удивилась ведьма, когда вместо мраморной породы увидела полноводное озеро. Сампо на месте не было.

– Наверно, Ику продал Сампо нашим врагам, чтобы наполнить водой свою лоханку! – решила она.

Северная ведьма пришла в страшную, неописуемую ярость; долго не могла она ни слова вымолвить, такая жгучая злоба ее душила. Наконец Лоухи закричала.

– Марана, проснись!

Марана лишь приоткрыла глаза, и то с трудом. Все тело болело, и голова раскалывалась.

– Что случилось? – спросила она.

– Что-что! Колдуны напали! Ограбили нас до нитки – все унесли. Я думаю, они сначала завладели нашей Сампо, а затем с ее помощью украли все наше имущество.

Лоухи бросилась на улицу. Дикие вопли разнеслись по всей Глухой шхере.

– Гей, гей! Просыпайтесь, черти сонные, сторожа называется! Где вы были? Почему врага пустили?! – кричала и ругалась Лоухи.

Она пинками подняла огромных леших-охранников, высыпала на них целый ушат снега.

– Брр! – задергались лешаки, похожие на бульдогов.

– Всех в озеро – пусть отмокают! Через десять минут общий сбор! – скомандовала Лоухи.

Затем она свистнула в медный свисток, висевший у нее на груди. Тут же стая огромных чаек примчалась в Глухую шхеру, а из воды высунули морды огромные рыбины.

– Найти!

– Кого? – на своем птичьем языке спросили птицы.

– Летите во все стороны. Ищите, кто украл Сампо. И куда ее везут. Далеко не могли уйти – больно уж тяжелая мельница. Обследовать все дороги, и особенно Ладогу! Раз моторки и понтоны украли – значит, скорее всего, враги решили ее спрятать на каком-нибудь острове.

– А нам что делать? – спросили таймени и сомы.

– Притащите сюда предателя Ику! Уж я его попытаю – все расскажет! – приказала Лоухи. – По пути трубите сбор. Срочно соберите всех наших водяных и леших. Пусть готовятся к погоне и битве.

– Марана, вставай!

Марана наконец поднялась. Было видно, что зелье подействовало на нее сильнее, чем на Лоухи. Она с трудом добрела до стола и села на лавку. Лоухи в это время готовила кофе. Она посмотрела на Марану и залезла в банку, стоявшую на полке. Лоухи бросила в кофе немного снадобий и пошептала.

– Пей!

Несмотря на снадобье, Марана не могла подняться с лавки.

– Чувствую, без девчонки здесь не обошлось. Опять меня ломает, как в прошлый раз.

– Какой девчонки? Той, которая пыталась проникнуть к нам со стороны озера?

– Да, видно, Варвара и ее прабабка Прасковья. Варвара – правнучка Прасковьи! Видно, та ей все свое могущество передала. Боюсь, не справиться нам с ними.

– Они нас разорили! Но не знают они еще Лоухи. Не спущу! Собирайся в погоню! Я полечу с нашей армией, а ты на катере догоняй! – И Лоухи бросилась на улицу.

Перед домом ведьм уже собрались все служки.

– Смотрите! – сказала Варвара. – Ранехонько проснулись ведьмы. Серый туман прямо из Глухой шхеры к нам летит. Должны скоро догнать. Пора приготовиться к обороне!

Впереди нас воздух ясен,

Но за нами небо мутно;

Мчится с севера к нам тучка,

Облако идет с заката.

– Ты чего это? – удивился Мирослав.

– Руны Петера вспомнила! – ответила Варвара.

На баржу навалилась мгла. Затем захлестал косой ливень. Через некоторое время он сменился градом. Видимость резко ухудшилась. На озере сразу поднялись большие волны. Мирослав дал команду водяным прочно прикрепить лодки к барже.

– Ребята сюда, – позвал он Ику и Лучезара. – Привязывайте лодки покрепче! Но моторы не выключайте. Пусть понемногу тянут баржу вперед. Переждем бурю вместе.

– Зачем преследователям такая погода? – засмеялся Лучезар. – Ведь они нас не найдут в таком тумане. Мы-то направление знаем и с пути не собьемся. А вот противники могут нас легко потерять.

Вскоре догоняющие поняли свою ошибку, туман рассеялся, и ветер почти утих.

– Кто на нас нападает? – спросил Мирослав.

– Посмотри на тучи! – ответила Варвара. – Очень странно они себя ведут. Заметь, их не сносит ветром, как положено. Крутятся они вокруг да около. Видишь, среди туч мелькают серые руки. Наверно, это недобитые нами облакопрогонники или вихровые. Правда, не думаю, что они на нас набросятся. Знают ведь, что поджариться могут.

Варвара внимательно следила за постоянно меняющейся обстановкой.

– Мир, быстро готовь тубус с молниями, давай рюкзак. Что-то мне не нравятся вон те облака. Какого-то не того они цвета. Пусти-ка в них парочку шариков.

Два шарика молний понеслись к летающим вокруг баржи серым облакам. При виде зарядов серые тучки быстро развалились и исчезли. Видимо, бомбардировка Глухой шхеры принесла пользу, и облакопрогонники не очень-то стремились воевать. Они лишь обозначали атаку, повинуясь приказу серых ведьм. На время буря отступила. Небо над баржой снова стало синим. А серые тучки облакопрогонников затеяли какой-то странный хоровод в полукилометре от баржи.

– Боятся! – ехидно сказала Варвара.

В этот момент баржа, сдуваемая ветром, ударилась о какое-то препятствие. Все попадали на настил.

– Что это? На подводную скалу налетели? – спросила Варвара.

– Я недавно смотрел на карту. Нет здесь скал! – уверенно сказал Мирослав. – В этом месте глубина почти двести метров.

– Значит, началась подводная атака! Ребята, быстро в воду на разведку. Только, пожалуйста, осторожней – не ввязывайтесь в драку.

Подземные водяные нырнули в воду. Через минуту они отчитались:

– Во-первых, баржа наткнулась на огромную щуку длиной метров десять, а во-вторых, более сотни водяных подплывают со стороны берега.

– И сверху и снизу достают! – испуганно пробормотал Ику.

– Жалко зайца нет! – вспомнил Мирослав, как они расправились с болотняниками и анчутками в прошлом году. – Их бы мигом аллергия одолела.

– Точно! Молодец, Мир, что вспомнил про зайцев. Раскручивайте крышку! Направляйте зеркало на берег – будем отлавливать зайцев, – скомандовала Варвара.

– Боюсь, нам не по пути, – тихо сказал Световид. – Меня воротит от зайцев. Терпеть их не могу!

– Можно я отсижусь подальше в глубине? – робко спросил Ику. – Я так всегда делаю, когда ушастые на водопой на мое озеро приходят.

– Забыла о наших водяных! – сказала Варвара. – Не волнуйтесь. Трава прикрыш вам поможет.

Варвара покопалась в своем рюкзачке.

– Быстро принимайте снадобье и за работу.

Подводные черти раскрутили Сампо, и буквально через минуту на баржу выскочил первый заяц. Видно, мельница изъяла его из леса в тот момент, когда он несся по лесу. Ушастый сделал несколько прыжков по барже и чуть не свалился воду. Косой заметался по барже, но вскоре испуганно остановился и в страхе закрыл глаза. Через несколько минут на барже появилось с десяток зайцев.

– Хватит, пожалуй! Как вы? Не сбежите? – спросила Варвара у своих помощников водяных.

– Да, нет! Вроде бы ничего, – переглянулись водяные. – Не трясет, как прежде. Спасибо за твой отвар, Варя! – сказал Лучезар.

– Можно я своего врага на руках подержу? – спросил почти выздоровевший Искрен.

– Может, не стоит? – покачал головой Световид. – Ты еще слаб. Защитное лекарство может на тебя не подействовать.

Многие нападающие заметили прыгающих по барже зайцев, и тут же в глубинах озера началась эпидемия. Каждую секунду тут и там слышались чихи и кашель. Но аллергия отпугнула не всех. Из озерных глубин к борту баржи потянулись длинные руки и щупальца водной нечисти. Несколько рук вцепилось в борт, и баржа начала опасно раскачиваться.

– Это что еще? – спросил Мир. – Фу, какая гадость! Может, электрический заряд на корпус дать.

– А нас не дернет? – испуганно спросил Ику.

– Не касаться корпуса! – скомандовал Мирослав.

Он аккуратно достал один оранжевый шарик и приложил его к корпусу баржи. Шаровая молния с тихим шипением проскочила внутрь. Несколько водяных получили страшный электрический удар от блуждающей по корпусу баржи молнии и буквально отлетели от борта с обугленными руками. Из рук Лучезара и Световида появились огненные струи, которыми они недавно сваривали баржу. Тут же раздался вопль падающих в воду нападающих. Запахло паленым мясом. Тянувшиеся к Сампо зеленые руки водяных на глазах скручивались и чернели. Испуганная таким отпором нечисть отплыла на почтительное расстояние.

– Ребята, не надо так жестоко! Давайте погуманнее, – умоляюще сказала Варвара. – Пожалуй, я сама справлюсь.

Преследователи сделали несколько ошибок. Их силы растянулись на много километров, поэтому они нападали небольшими группами. К тому же атакующие не отдохнули после долгой погони и вступали в бой, почти не отдышавшись.

Первая атака была легко отбита ребятами и их помощниками. Теперь пособники серых ведьм собрались вместе и обсуждали, что им делать.

– Волну погонят! – понял Ику. – Теперь держись!

В пятидесяти метрах от них сотня подводных жителей, обняв друг друга за плечи, начали бить хвостами, стараясь нагнать волну. Вскоре на баржу хлынули первые огромные волны. Вода несколько раз ударила по борту баржи, а затем два раза перехлестнула через борт. Одно было хорошо, подводное чудище, державшее лодку, тоже не выдержало напора воды. Баржа проскрежетала по щучьему хребту и снялась с мели. Волны подгоняли баржу и несли ее по озеру.

– Теперь нам волны не страшны! – сказал Мирослав.

Водяные увидели, что баржа снялась со щучьего хребта. Противники разделились на две части. Один отряд обогнал баржу и направил волны в другую сторону. К тому же подводное чудище опять врезалось снизу в баржу и снова остановило ее ход. Волны становились все выше и заливали баржу. Ледяная ладожская вода пропитала одежду, и все буквально тряслись от холода.

– Я начинаю сердиться! – пробормотала Варвара.

– Давно пора! – подначил Искрен.

– Почему молния на эту рыбину не действует? – спросила Варвара Мирослава.

– Я думаю, у нее толстая роговая оболочка и чешуя. Это хорошие диэлектрики, и молния не пробивает эту защиту.

– Сейчас пробьет! – разозлилась девушка.

Варвара что-то пробормотала, и от ее колечка-змейки куда-то вниз направилась золотистая ниточка.

– Найди щуку! – прошептала Варвара.

Снизу вокруг баржи что-то ярко вспыхнуло. Через секунду баржа подлетела над водой на метр и с шумом опустилась.

– Вроде бы отпустила! – удовлетворенно сказала ведьмочка.

Варвара достала из рюкзака четырехлистники заячьей травы и начала сбрасывать их в воду.

– Становись вода тягучей! Сковывай движения нечисти! – шептала юная ведьма.

Вода хоть и налилась свинцом и стала тяжелой, но не могла справиться с волнами, поднятыми армией водяных. От травок Варвары волны хоть и стали ниже, но бились о баржу с такой силой, что после каждого удара друзей буквально сбивало с ног.

– Посмотрим, чему меня Студенец научил! – буркнула Варвара.

Она достала из рюкзака ледяную палочку, взмахнула ею, и на воду посыпались голубые искры. Мирославу показалось, что они не такие, как были раньше, когда из рук Варвары сыпались электрические разряды. Уж больно они были похожи на иней. Озеро вокруг баржи моментально замерзло. Водяные, не успевшие скрыться под водой, оказался вмороженными в лед. Их тела покрывались ледяной коркой.

– Мороженая рыба! – как-то кисло пошутил Искрен.

Несколько голов торчали надо льдом и хлопали глазами. Некоторые водяные едва открывали одеревеневшие губы и молили о пощаде. Девушка и сама не ожидала таких последствий и остановила исходящий от ее палочки поток холода. Вокруг баржи застыл лед с вмерзшими в него водяными.

– Что с ними делать? – спросил Мирослав.

– Попробуем отогреть.

На этот раз из рук Варвары заструились золотистые ручейки. Вокруг заметно потеплело. Корка льда, сковывающая озеро, покрылась проталинами. Наконец она стала трескаться с приятным серебряным звуком. Освобожденные из ледяного капкана водяные камнем шли на дно озера.

– Не потонут? – испуганно спросила Варвара. – Может, «скорую» вызвать?

– Для них это счастье, что потонули, – хоть от тебя избавились! – смеясь, сказал Искрен.

Облакопрогонники, увидев разгром, учиненный водяным, на всякий случай быстро превратились в незаметные облачка, построились в караван и поспешили на юг.

– Неужели все? – спросил Мирослав.

– Не думаю! Это только цветочки. Скоро должны главные силы пожаловать, – ответила Варвара. – Да, вон они приближаются.

Со стороны Глухой шхеры выползла черная туча, которая быстро приближалась к барже. Туча увеличивалась прямо на глазах. Вскоре она зависла над баржей.

– А вот это они зря сделали. Мир, помнишь? Готовь проволоку со змеями. Сами роют себе яму!

– Змеи будут самые лучшие. Сколько запустить?

– Два. Мне, правда, хватит и одного. Второй для страховки.

Подземные черти крутанули колесо, и на крышке Сампо появился китайский квартал. Через несколько секунд Мирослав отыскал магазин, где продавались воздушные змеи. Два оборота Сампо – и над баржей зависли два разноцветных дракона.

– Прямо как настоящие! – восторженно сказал Световид.

– Что-то они готовят! Спрячьтесь за корпусом мельницы! – предупредила Варвара. – Мир, как только из тучи кто-нибудь появится, выпускай драконов прямо в тучу.

Мирослав кивнул.

– Приготовь тубус. Сколько там зарядов осталось?

– Пять или шесть.

– Сам разберешься, когда выпускать.

Наконец туча стала снижаться. Вдруг из нее вылетел могучий орел, а на воду упал огромный корабль. Корабль был в виде старинной галеры с веслами. Как только утихло волнение после приземления на воду, галера тут же устремилась на баржу.

В галере сидели более сотни служек. Половина из них неумело гребли огромными веслами, а остальные размахивали вилами, косами, баграми и ухватами. Видно, в Глухой шхере каждый вооружился наскоро, чем мог. Впереди на галере стоял здоровенный пират с повязкой на одном глазу.

– Вперед, черти неумелые! – командовал он и грозил кулаком ребятам. – Сейчас я вас захапаю.

– Вот это и есть Хапун! – догадалась Варвара.

– На абордаж! – кричали домовые и лешие на галере. Они схватили огромные багры с крючьями и злобно размахивали ими.

На барже друзья переглянулись в растерянности.

– Чем обороняться будем? – спросил Лучезар. – Вон их сколько. Больше сотни!

Даже больной Искрен и тот попытался встать.

– Лежи Искрен, сейчас я сама с ними разберусь. Видно, Лоухи собрала всех своих служек! – зло сказала Варвара.

Ей не хотелось больше вмораживать врагов в озеро. Лешие и домовые не виноваты. Они у серых ведьм существа подневольные – при правильном воспитании образумятся.

– Как их остановить?! – лихорадочно вспоминала Варвара. – Пожалуй, подойдет оружие Полудницы!

– Ты решила, как будем отбиваться? – спросил Мирослав.

– Уже придумала. Сейчас посмеетесь. Мир, что ты медлишь? Пускай змеев.

В этот же момент воздушные змеи устремились к туче. Некоторые лешие и домовые, увидев с корабля драконов, решили, что те настоящие, и бросились в трюм.

– Хорошо! Врагов стало меньше – уже лучше! – воскликнула ведьмочка.

Варвара легко оторвала от баржи кусок металла, пропустила его через кулак, и в ее руках появилась проволока. Ведьмочка завертела ее в руках. Тут же вилы, косы в руках у пиратов стали завязываться узлом, их острые части стали болтаться во все стороны и больно колоть и резать всех, кто оказался поблизости. Несколько кос превратились в нечто среднее между пропеллером и вентилятором и завертелись в руках вояк. Через минуту половина пиратов на галере оказалась раненой.

– Ой! Ай! Ты чего! – слышалось на корабле.

Поняв, что оружие больше их не слушается, преследователи принялись выбрасывать его в воду. Тем не менее, корабль колдуньи приближался к барже, грозя врезаться в нее на полном ходу.

– Прекрасно! Скорость их же и погубит! Попробуем камень – на поле он помогал.

Ведьмочка вспомнила грозное заклинание, которому ее научила Баба-Язя, и достала из своего рюкзачка мешочек с камнями. Она постаралась найти пару камушков с острыми краями и бросила в воду. Затем Варвара начала бормотать под нос страшную для врагов руну:

Из кремня возникни отмель.

Появись, утес подводный,

Лодка Похьёлы, разбейся

С ста крюками об утесы.

Средь морских прибоев диких,

Среди волн морских громадных!

Галера со служками Лоухи была уже в пятидесяти метрах от баржи. Несколько самых сильных из них поставили парус, тот наполнился ветром, и пиратский корабль помчался еще быстрее. Колдунья Лоухи страшными криками подгоняла своих слуг.

В озере кремень Варвары тотчас обратился в громадную подводную скалу, которая стеной встала на дне. На эту-то каменную стену со всего разбега налетел корабль Лоухи и ударился о нее с необычайной силой… Галера затрещала по всем швам, во все стороны полетели балки и весла, свалилась в воду тяжелая мачта, и заполоскались в воде паруса. Через широкий пролом в днище стали вливаться бурные холодные волны.

– Тонем, спасайся кто может! – закричали не умеющие плавать лешие и домовые.

К счастью для них, разрушенная галера затонула не полностью, а развалилась на отдельные бревна, поэтому у пиратов была возможность спастись, уцепившись за плавающие бревна и деревяшки.

– Хоть бы никто не утонул! – прошептала Варвара. – Может, объявим перемирие?!

– Предлагаем ничью! – крикнула она.

Но было поздно – орел ринулся в атаку. Размах крыльев у него был несколько метров.Он приблизился к барже, и ребята увидели, что у птицы голова женщины.

– Лоухи! – взвизгнул Ику и спрятался за корпус мельницы.

Орел взмахнул крыльями, несколько перьев полетели вниз. Каждое перо было величиной с настоящее копье. Несколько перьев вонзилось в железный корпус баржи. Настил из досок был пробит. Копья-перья прочно застряли в корпусе понтонов.

– А если в нас попадет?! – воскликнула Варвара.

Она оглянулась, думая, чем защищаться. Кроме крышки мельницы ничего подходящего не нашлось. Варвара взглядом оторвала крышку Сампо, и та взвилась над баржей, прикрывая друзей от опасных снарядов Лоухи. Тем не менее, орел еще несколько раз выпустил по дюжине перьев-копей.

Теперь Лоухи делала это с разгона. Но крышка, руководимая Варварой, подлетала к орлу, била того по крыльям и надежно защищала друзей от обстрела. Поэтому Лоухи направила свои удары на корпус баржи.

– Понтоны пробила! – закричал Мирослав.

Расстреляв весь запас, Лоухи подлетела к барже и уселась на Сампо. Она крепко схватила своими когтями мельницу и взмахнула крыльями, пытаясь унести золотую бочку. Тяжеленная мельница стала медленно подниматься в воздух.

– Во дает! – уважительно воскликнула Варвара, но тут же взмахнула руками и приказала мельнице:

– На место!

Мельница медленно возвратилась на баржу. Несколько минут она то поднималась усилиями Лоухи в воздух, то снова возвращалась на баржу по приказу Варвары. Варвара краем глаза увидела парящую в воздухе крышку Сампо и, что-то прошептав, направила крышку на место. Крышка, присоединившись к Сампо, со звоном ударила страшную птицу по лапам и больно придавила их. Лоухи взвыла, но лапы из-под крышки не вытащила. Мирослав видел, что его подруга начала уставать. Пот градом тек по ее лицу. Тяжело дышала и Лоухи.

– Думаю, пора выступить засадному полку! – сам себе сказал Мирослав.

Из его тубуса разом вылетели несколько молний и врезались в тело Лоухи. Ее жутко трясло, но она продолжала держать Сампо в своих лапах. Мирослав схватил концы проволоки, присоединенные к воздушным змеям, и набросил их на крылья птицы.

– Варя, давай!

Девушка подняла руки к черной туче. Туча загудела и наконец разразилась двумя страшными молниями. Небесный огонь медленно стекал по проволоке, которая тянулась от змеев к Лоухи. Крылья птицы вспыхнули красным огнем, и она пронзительно закричала от боли. И все равно Лоухи не выпустила Сампо. Она поняла, что проигрывает эту битву, и отчаянно рванулась к воде, потащив за собой золотую мельницу.

Варвара не успела отдохнуть после вызова небесного огня и на этот раз не смогла помешать серой колдунье. Сампо наклонилась и упала прямо на Лоухи. Одна лапа птицы застряла под крышкой мельницы, поэтому серой ведьме никак не удавалось высвободиться. Тяжеленная мельница потащила Лоухи в глубину озера. Несколько раз та делала судорожные попытки вырваться, но крылья быстро намокли, и колдунья со своей драгоценной ношей пошла ко дну.

– Какой кошмар! – ахнула Варвара.

Ей было жаль свою смелую противницу.

– А глубина тут за двести метров, – тихо произнес Мирослав.

– Смотрите! – воскликнул Искрен.

Вдалеке показался красивый серебристый катер.

– Кажется, это катер из Глухой шхеры! Вот и Марана пожаловала. Приготовиться к обороне, – сказала Варвара.

Но катер не приближался. Он описал большой круг и направился обратно к берегу. Видно, Марана увидела, что противники сделали с ее родственницей и помощниками, и не рискнула ввязываться в битву.

– Ты куда, Марана? – крикнула Варвара и погрозила ей кулаком.

Подземные водяные, видевшие всю битву от начала до конца, молчали. Наконец Искрен сказал:

– Я думаю, Ику-Ярви, ты спокойно можешь возвращаться на свое озеро.

– Теперь куда? – спросила Варвара.

– Возвращаемся на хутор Петера.

– А что с нашей баржей?

– Я боюсь, мы ее не дотащим до берега. Мне кажется, она пробита, – сказал Мирослав. – Впрочем, теперь она нам не нужна. Сампо утонула. Тащить больше нечего!

Баржа, получив несколько пробоин от мощных стрел Лоухи в одном из понтонов, стала медленно крениться, набирая воду.

– Теряем очередной корабль! – горько сказала Варвара.

– Все по моторкам! – скомандовал Мир. – Ребята, быстро начинаем эвакуацию.

За пару минут друзья перекинули имущество в лодки.

– Баржу нельзя так оставлять. Опасно для судов, если такая полузатопленная махина будет плавать. Надо затопить. Здесь глубина большая. Лучезар, Световид, разрежьте днище!

Подземные водяные коснулись своими руками корпуса понтона. Струи яркого, голубого пламени вырвались из их пальцев, и в понтоне образовалось несколько отверстий. Понтоны набирали все больше воды и стали уходить в глубину. В последнюю минуту перед погружением они перевернулись и встали стоймя.

– Смотрите! – показала Варвара. – Кажется, это челюсти того подводного монстра, на которого налетела наша баржа.

Челюсти свободно обхватили огромный понтон. Зубы гигантской рыбины оставили на железной поверхности глубокие борозды.

– Мне кажется, таких зубок не бывает ни у акул, ни даже у крокодилов. Подплывай ближе! Возьмем себе.

– Юная дама хочет сделать себе ожерелье? – спросил Искрен.

– Нет. Старый Петер рассказывал мне историю о кантеле Вяйнямейнена. Не знаю почему, но чувствую, щучья челюсть нам еще пригодится.

Лучезар снял и передал громадную челюсть Варваре. Вскоре понтоны пошли на дно.

– А я уже привыкла к нашей тихоходной посудине. Так приятно было на ней ехать, – вздохнула Варвара.

Все смотрели, как в прозрачные глубины озера погружается баржа.

– У меня идея! Мне кажется, что кому-нибудь когда-нибудь захочется поднять Сампо со дна, – сказал Световид. – И мельница опять начнет воровать вещи у людей по всему миру. Давайте накроем Сампо баржей, чтобы никто ее не нашел.

– Но там же Лоухи!

– Теперь она не страшна! – сказал подземный черт. – Лучезар, Ику помогите.

И друзья-водяные прыгнули в воду. Мирослав немного подумал и повернул перламутровое колечко на пальце. Тут же появилась Дорогая Щука. Она огляделась по сторонам:

– Да! Просто кошмар какой-то! Без приключений вам, видимо, скучно! – Она дружелюбно посмотрела на ребят. – Что на этот раз? Какая помощь нужна?

Мирослав не знал, как начать:

– Там на дне Сампо и… Лоухи!

– А что Лоухи делает на дне?

– Мы ее туда отправили, – подбирал слова Мирослав. – В общем, помоги похоронить ее. Ребята – Лучезар и Световид уже там. Боюсь, как бы с ними чего не случилось – присмотри за ними, пожалуйста.

– Ну, вы даете! Неужто справились с могучей северной ведьмой? Ладно, сейчас посмотрю! – Щука исчезла в глубине.

Минут через двадцать вынырнули водяные.

– Сампо лежит на боку. Мы придавили мельницу понтоном. Но надо бы присыпать песком. А… брр! Лоухи, как живая. Орел раскинул крылья и смотрит вперед.

Вскоре Дорогая Щука также высунула свою голову из воды:

– Хорошенькое дельце. Уезжайте! Озерных могильщиков я позвала. Раки и корюшка уже на месте. Когда Лоухи исчезнет, вашу мельницу мы присыплем песком, чтобы больше ее никто никогда не нашел. Рыбы бессловесные – никому ничего не расскажут. Что еще?

– Срочно надо выловить из озера всех леших и домовых, – попросил Мирослав. – Они же плавать не умеют и могут утонуть.

Дорогая Щука хлопнула по воде хвостом, и тут же в ответ раздалось ответное похлопывание. Более сотни нерп высунули из воды свои блестящие головы. Две нерпы оказались рядом с баржей.

– Ой, наши знакомые. Смотри, Толстуха и Маслина.

Знакомые тюлени подплыли к ребятам на расстояние метра и доверчиво посмотрели Варваре прямо в глаза.

– Помогите неразумных спасти!

Те закивали головой и зашлепали ластами по воде. Вскоре они вынырнули рядом с потерпевшими бедствие пиратами и стали подталкивать их носами к берегу. Поняв, что их хотят спасти, они схватились за шеи тюленей, а те отбуксировали их к берегу.

– Еще бы надо водяных полечить. Я их в куски льда превратила! – сказала Варвара. – Хорошо бы отправить на недельку в теплое болото, чтобы отогрелись.

– И это сделаем! – кивнула Дорогая Щука. – И у меня к вам просьба. Давайте в следующий раз вызывайте меня, когда потребуется дворец хрустальный на каком-нибудь острове построить или хотя бы подводную лодку соорудить. Надоело работать в МЧС.

– Не мы первые начали! – оправдывался Мир. – Ты уж извини, Дорогая Щука.

Моторы лодок взревели. Мирослав и Варвара сели в одну лодку, а водяные – в другую. Добравшись до северного побережья, ребята и водяные попрощались.

– Мы на хутор Петера. А вы домой?

– Да. Но пару деньков отдохнем на озере у Ику. Поможем ему хозяйство наладить. Рыбу в шхерах наловим и к нему запустим, а то озеро сейчас пустое. Водяному нельзя без живности.

Искрен уже почти оправился от своего полета и улыбался.

– Спасибо за приключения! – подземные водяные как по команде упали на одно колено и послали Варваре воздушный поцелуй.

Ребята помахали рукой:

– Спасибо!

– Если надо, всегда поможем вам! – пообещали веселые черти.

Лодки разъехались в разные стороны.

Мирослав посмотрел на Варвару. Та сидела какая-то печальная и молча смотрела на след воды за моторкой. Он не знал, как начать разговор.

– По-моему, наша вылазка закончилась удачно. Сампо у серых ведьм отняли. Ну не довезли до Кощея, но мы ведь и не собирались ей пользоваться.

– А Лоухи нам ничего плохого не сделала, – плача, сказала Варвара. – И неизвестно, сколько невиных леших и домовых пострадало. А замороженные точно воспаление легких подхватят.

– Катерину Марана похитила вместе с ней! – напомнил Мирослав девушке. – Вот поэтому мы в шхерах и сражаемся. А нечисть ее на нас первая полезла.

Но Варвара проплакала несколько часов. Вскоре моторка причалила к берегу на хуторе Петера. Варвара зарыдала еще сильнее.

– Надежда, Петер, где вы! – взывала юная ведьма.

– Варя, успокойся! – Мирослав не знал, как утешить подругу.

К вечеру девушка успокоилась. Мирослав всячески старался отвлечь ее.

– Может, тарелочку достанешь, с Мерлином и Прасковьей поговорим? – предложил Мирослав Варваре. – Когда они будут? Уже неделя прошла после нашего расставания.

Варвара кивнула. Не успела тарелочка показать Прасковью, как та улыбнулась и помахала рукой:

– Пеки пироги, завтра утром будем ровно в десять.

– Какие пироги? Разве она не знает, что мы в палатке живем? От хутора Петера и Надежды остались лишь фундаменты. Ладно, давай на плитке хоть блинов напечем, – предложила Варвара.

Неожиданно в лесу раздался паровозный гудок, затем послышалось все усиливающееся сопение, и на хутор выехала печь. Из трубы валил белый дым. Печь еще раз дала громкий гудок, сделала круг почета по поляне и остановилась перед ребятами. Мирослав и Варвара посмотрели друг на друга. Оба от неожиданности открыли рот. Ребята засмеялись. На печке было полно посуды, мешки с провизией и кадка с ползущим из нее тестом. Всю ночь Варвара пекла пироги с капустой, грибами, картошкой, рыбой. Утро встретило ребят моросящим дождиком.

– Ну вот! Всю неделю была хорошая погода и на тебе – портиться начала! – огорчилась Варвара.

– Ничего, встретим гостей как надо!

Страна должна знать своих героев!

Мирослав быстро натянул тент, а Варвара накрыла стол всякой вкуснятиной. Но гости немного задержались. Мерлин и Прасковья появились на хуторе в половине одиннадцатого.

– Извините, опоздали! Пролетали над Лембосом, а там у дедушки Алата целая сходка. Но мы ничего не поняли. То ли битва какая-то была между местной нечистью, то ли военные испытания, то ли разборки новых русских на озере. Вы ничего не слышали?

– Нет, не слышали. Мы рыбку тут ловили, грибочки собирали, – потупила глазки Варвара. – Далеко никуда не ходили.

Мерлин строго посмотрел на Варвару:

– Я же просил – ни во что не вмешиваться, самим ничего не предпринимать. Вас же посылали только на разведку. А теперь о тебе, Варя, ужас что говорят: сотни трупов, тысячи замороженных и заживо сожженных! Камни привязывала к ногам бедняг и топила их.

– Ничего такого не было! Никаких камней не привязывала! – возмущенно воскликнула девушка.

– Проболталась! – сурово сказала Прасковья.

– Значит, все же повоевали! – покачал головой Мерлин.

– Да, Варя, переплюнула ты меня. Когда я хулиганила, жертвы только десятками измерялись, – ехидно подначила Прасковья.

– Какой кошмар! Мы не хотели, – испуганно прошептала Варвара.

– Так на что вы рыбку ловили? На динамит? – Мерлин посмотрел на Мирослава. – Или где-то ракетные установки арендовали?

– По правде сказать, все было, – сказал Мирослав. – Но не мы первые начали. А пострадавших правда много?

– Все лазареты полны нечисти, но как я поняла – все больше напуганы. А порезы и уколы – в основном легкие. А вот с обморожениями ты переборщила – действительно многовато. И это жарким-то летом! Ай-яй-яй! – Прасковья хихикнула. – Дорогая Щука вроде бы всех собрала и на лечение определила. Дед-Всевед сразу же послал пострадавшим самые современные лекарства и откомандировал из Зеленца бригаду скорой помощи. Но от страха у многих воевавших с вами серьезные психологические травмы и срывы, стрессы и расстройства. Дергаются и трясутся! А как не трястись, если ложки и вилки в их руках до сих пор как живые: вилки колятся, а ложки по лбу дать норовят. С трудом твое колдовство мне снять удалось!

– И Дед-Всевед знает! Что он теперь скажет? В Зеленец близко не пустит! Теперь я для всех плохая? – спросила Варвара.

– Просто ужас, а не девочка. Хуже Красной Шапочки, которая волка съела! – рассмеялась Прасковья. – И старушку Лоухи обидели – на дно пустили.

– Твоя бабка еще два десятка сорок наняла – во все стороны послала с вестями. Только в их рассказах уже не сотни трупов будут, а тысячи! – добавил Мерлин.

– Страна должна знать своих героев! А реклама моей Варе не помешает. Ладно, внучка, не дуйся. Я это специально сделала. Чтобы полетали немного рядом с Глухой шхерой. Может, оставшиеся и сопротивляться со страху не будут – сразу сдадутся. Пора войну заканчивать и спасать Катерину. Ладно, приглашай в дом. Что это вы в такую погоду пикник на поляне устроили? Ведь дождь идет, мокро!

Варвара и Мирослав удивленно переглянулись.

– Пошли, пошли! Собирай пироги, – торопила Прасковья. – Дом в лесу, что ли?

– Так вот наша палатка, а рядом походная кухня и столовая, – Варвара указала на тент. – Можно на яхте, в кубрике. Поместимся.

Прасковья с возмущением посмотрела на Мерлина:

– Неужто моя девочка весь месяц в палатке жила? Неужели ты не мог из лесу избушку на курьих ножках пригнать? Теремок маленький построить? Как был ты рыжим ирландцем, так ирландцем и остался! Жадюга!

– Погода всю неделю стояла хорошая и теплая! – оправдывался Мерлин перед Прасковьей. – А до этого ребята жили у тебя и у Петера на хуторе.

Прасковья хлопнула в ладоши. Тут же перед ней появился небольшой резной ларец.

– Двое из ларца! – топнула ногой Прасковья.

Из ларца выскочили два маленьких квадратных парня с набором инструментов.

– Что, хозяйка, надо? – хором воскликнули парни.

– Соорудите-ка теремок…

– Прасковья, не спеши! – Мерлин тоже хлопнул в ладоши, и бравые ребята мигом исчезли в ларце. – А что касается домика, то я об этом уже подумал.

Над хутором Петера возникло синее свечение в виде купола. Оно повисело над поляной несколько минут, а затем исчезло. Перед ребятами был хутор Петера. Тот же самый, что и восемьдесят лет назад.

Мирослав спросил у Мерлина:

– Мы в каком году?

– Не волнуйся – в две тысячи четвертом! Но постройки те же. Древесина, правда, законсервирована по последним технологиям Зеленецкого института. А твоя мельница и водопровод действуют. Ну, а земельный участок в пять гектаров на Варю оформлен. Фермер она теперь. На тебя не смог, Прасковья! Сгинула ты. И паспорта у тебя нет. Будешь у правнучки жить.

– Да уж ладно! Не обижусь.

– Хоть ты и сгинула с бела света, но принять внуков в гости всегда сможешь! Если не возражаешь, переселяйся сюда, Прасковья! – Мерлин обнял Прасковью и Варвару. – Зовите гостей в дом, хозяйки.

– И вы тоже сможете выбрать, где вам будет лучше – в Харчевне или здесь, – сказал Мерлин Варваре и Мирославу.

Мирослав с удивлением рассматривал хозяйство. Многое было по-прежнему, как и на хуторе Петера, но кое-что изменилось. Внутри дома была современная техника, водопровод, скрытая проводка. Мирослав с интересом ходил по дому. А Прасковья и Варвара бросились на кухню и приятно поразились запасам, приготовленным Мерлином.

– Мерлин, а почему тебя Прасковья ирландцем назвала? – спросил Мирослав.

– Мои предки в Россию действительно приехали из Ирландии лет триста назад. Их фамилия была МакМерли. А уж в России ее переделали в Мерлин.

После обеда держали совет.

– Расслабляться нельзя! – сказал Мерлин. – Рано праздновать победу. Основное дело мы еще не сделали. Катерину и Михаила не освободили, с Мараной не справились. Сегодня день на подготовку, загружаем в «Поренуту» все необходимое оружие, а рано утром в бой. Встаем на заре.

Утром друзей разбудило знакомое «Ук! Ук!»

– Как! – радостно воскликнула Варвара. – Ревяки тоже на нашем хуторе живут?

– Да! – кивнул Мерлин. – Я решил переселить их сюда из прошлого. Не возражаешь? Лучших сторожей не найти!

– Конечно, нет! Как здорово! Мерлин, а им у нас хорошо будет? Ключ еще бьет в том месте? А подкормка? Торф, перегной и все такое?

– Все как прежде! – заверил Мерлин. – Каждый вечер ревяки-кликуны будут делать обход!

Приближение тучи

– Итак, начнем со страшилок! – взяла слово Прасковья. – Страшная-страшная черная туча приближается к Глухой шхере. Кто не спрятался, я не виновата! Через два часа с юга к нам подплывет. Я специально время оговорила со своими помощниками.

– Прасковья, а мне можно покупаться с тобой в туче?

– Конечно. Вылетаем! – ответила Прасковья.

– Ты, Варя, лети с бабкой, а мы с Мирославом подплывем на «Поренуте» и займем хорошие зрительские места. Нам придется лишь наблюдать, как девушки работают.

Было солнечный утро, поэтому грозу никто не ожидал. Яхта вышла в Ладогу и взяла курс на Глухую шхеру.

– Так, где туча?

Мерлин указал на темную полоску, появившуюся на горизонте над озером. Через час туча приблизилась.

– Вот это туча! Я такого никогда не видел! – испуганно сказал Мирослав. – Действительно «страшная-страшная»!

– Да, нынче Прасковья расстаралась, – одобрительно кивнул Мерлин. Я думаю, без помощников не обошлось. Одной такую махину удержать трудно – расползется. Наверняка наняла стаю волков-самоглотов и громовников.

– Что за самоглоты?

– Небесные создания – накопители энергии. Каждый из них может пасти несколько грозовых туч. Управляют самоглотами громовники. Сидят на шее у волков и, когда надо, дергают за узду, а те выпускают новую порцию грозовых разрядов.

Черное пятно все приближалось. С юга Ладоги на Глухую шхеру наползала густая темная туча с заостренной вершиной и широким основанием. Она с огромной скоростью неслась по небосводу, все увеличиваясь в размерах, и за три минуты достигла половины высоты до зенита. Одновременно с севера появилась вторая такая же туча. При сближении этих громадин между ними образовалась световая колонна, горевшая несколько минут. Потом обе тучи со страшной силой столкнулись и снова отскочили друг от друга. От этого удара в точке столкновения появилось пламя, сопровождавшееся дымом, который во всех направлениях пронизывали лучи света.

Одновременно с этим появилось множество мелких облаков, двигавшихся с необычайной быстротой и извергавших яркое пламя. Из пламени вылетали яркие молнии. Вся картина напоминала сражение флотов или армий и выглядела очень красиво. Затем все тучи и облака слились в одну большую громадину. Стало совсем жутко.

– Смотри, сколько в ней электрической энергии! – показал Мерлин.

Весь низ тучи буквально светился голубым светом.

– Просто удивительно, как она осторожно движется – девушки не теряют ни одного разряда.

– Зачем так низко над землей? – удивился Мирослав.

– Сурова Прасковья. Ведь так вся вершина тех скал и без грозы окажется в разрядах, – пояснил Мерлин. – Не завидую тем, кто сейчас окажется под тучей.

Туча накрыла берег над Глухой шхерой. Слышались мощные разряды. Было видно, что некоторые деревья вспыхивали и загорались, но тут же без доступа кислорода затухали.

Затем мощное грозовое облако поднялось повыше и засверкало. Каждую секунду вниз срывалось по нескольку зигзагов молний. Отдельных громовых раскатов не было слышно, так как стоял грохот, словно низко пролетал реактивный самолет. Пространство над логовом серой ведьмы светилось ярким светом. Можно было подумать, что в шхере полыхал сильный пожар или включили какую-то необыкновенную подсветку. Туча поднималась все выше.

Молнии становились все красивее и ярче. Теперь они выборочно обрушивались на самые труднодоступные места, где могли прятаться помощники Мараны.

В заключение Прасковья выпустила над Глухой шхерой около двадцати шаровых молний, которые заплавали в воздухе кругами. Искрящиеся шарики вели себя в шхере как настоящие хозяева. Без стука проходили сквозь оконные стекла и летали по комнатам домов, с любопытством заглядывали во все щели. Изредка, найдя кого-либо, они взрывались, многократно усиливая звук от внутренних скал. Один из оранжевых шаров оказался ложным. Он громко хлопнул в логове серой ведьмы, разбросав во все стороны листовки: «Мы идем. Спасайтесь кто может! Марана, сдавайся!»

Вскоре Прасковья и Варвара спустились вниз на «Поренуту».

– Ну как, понравилось? – спросила Прасковья.

– Впечатляюще!

Последняя битва

– Надо проверить, встречают ли нас по-прежнему, – сказал Мерлин. – Сначала запустим мираж, а потом двинемся сами.

На мираж «Поренуты» никто не прореагировал. Рядом со шхерами было абсолютное безветрие, поэтому Мирославу пришлось включить движок. Яхта подплыла к самому берегу.

– Ни одного дерева на скале ни осталось. Либо упали, либо сгорели. А какой лес был, – пожалел Мирослав.

– Там штук двадцать чародеев собралось, – сказала Варвара. – Ты бы видел, какая у них была мощная ветряная машина! Раз в двадцать больше той трубы, которую использовали на болоте в прошлом году. Помнишь? Молнией ее сразу разрушить не удалось. Пришлось искупать в голубой плазме.

– Поэтому туча так низко опустилась?

Варвара кивнула.

– А чародеи?

– Прасковья кричала им: «Кто не спрятался, я не виновата!» И дала им сто секунд на размышление. Над ними появились огромные огненные цифры, которые начали отсчитывать: «сто, девяносто девять, девяносто восемь…» У колдунов и нечисти было время убраться, – шепнула Мирославу Варвара.

«Поренута» подплыла к скале, закрывающей вход в Глухую шхеру.

Варвара взглянула на индикатор, показывающий количество нечисти:

– Никого! Вся нечисть – разбежалась, одна Марана осталась.

– Сейчас проверим, работает ли мой механизм, открывающий вход. Если да – путь перед нами свободен, – сказал Мирослав. – Кажется все в порядке. Достаточно поднять вот этот рычаг – и скала уйдет в сторону.

Скала бесшумно отъехала.

– Я выиграл!

– Шоколадки с меня. Вперед! – скомандовал Мерлин. – Будьте готовы ко всему.

«Поренута» медленно вошла в Глухую шхеру.

– Причаливай к пляжу, – показал Мерлин. – Мир, ты хоть и отважный парень, но тут будет нечеловеческая разборка, поэтому оставайся на яхте. Нас здесь трое, мы с Мараной справимся. Извини, конечно.

Мирослав недовольно поморщился, но согласился.

Недалеко от разошедшихся скал была небольшая полоска песка. Мирослав направил яхту туда. Мерлин, Прасковья и Варвара взяли рюкзаки с оружием и сошли на берег. До хутора, на котором жила Марана, было около двухсот метров.

– Никого нет! – пожала плечами Варвара.

Друзья подошли ближе. Дома и хозяйственные постройки по-прежнему представляли собой большой замкнутый четырехугольник.

– Марана, выходи! Отдавай Катерину по-хорошему! – крикнула Варвара. – Тогда мы тебя отпустим.

Ответа не было.

– Где она?

Друзья подождали пару минут.

– Ладно! – сказала Прасковья. – Пошлем на разведку мое Солнышко. Ярилко выходи.

Она наклонилась к своему мешку и достала из него корзиночку, в корзинке лежало что-то необычное, похожее на маленького ребенка. Существо светилось всеми цветами радуги.

– Приемыш! – догадалась Варвара. – Это тот, из-за которого моя прабабка в свое время пострадала?

Девушка взглянула на Мерлина. Тот перехватил взгляд девушки и тихо поднес палец ко рту: «Ни слова!»

– Ярилко, пролети по всем домам, как ты умеешь. Загляни во все щели. Проверь, не прячут ли здесь молодую девушку Катерину. Я тебе рассказывала о ней.

Существо выплыло из колыбели и превратилось в светящуюся тарелочку.

– Летающая тарелка! – восхищенно сказала Варвара.

Тарелка подплыла к постройкам и прямо сквозь стену просочилась в дом. Через несколько минут тарелочка выплыла с другой стороны. Прасковья протянула руки, и Ярилко доверчиво прижался к ней. Несколько секунд они шептались друг с другом.

– Катерины в доме нет! – сказала Прасковья. – Только несколько старух.

– Откуда они взялись? – удивилась Варвара.

– Хорошо, что Катерины нет! А то я боялась, что она может пострадать во время грозы. Марана, если ты не выйдешь через минуту, твой дом сгорит! – пригрозила Прасковья.

Угроза Прасковьи подействовала. Открылись несколько дверей, и во двор вышли сразу четыре старухи. У каждой в руке было по здоровенному кнуту.

– Миражи! – понял Мерлин. – Марана, давай соединяйся в одну и поговорим.

Но серая ведьма не собиралась вести переговоры. Из окон и дверей построек посыпались груды огромных камней. Все четыре старухи ударами хлыстов принялись ловко подкидывать камни, те со свистом летели в каменную скалу, стоящую сразу за домами, дробились на мелкие осколки и градом неслись на друзей.

Мерлин, Прасковья и Варвара были готовы отразить любой удар Мараны. Часть камней либо отлетала от защитного силового поля, поставленного Мерлином, либо Прасковья сжигала их прямо в воздухе. Варвара же ловила самые крупные камни и отправляла их обратно поочередно в каждую из четырех старух, внимательно наблюдая за каждой и пытаясь понять, которая из них настоящая.

Серая ведьма поняла, что ее каменный обстрел, – пустое дело и атаковала яхту. Неожиданно «Поренута» тронулась с места и, набирая ход, кормой понеслась к отвесной скале на противоположном берегу. Управлять ею было практически невозможно.

– Мир, прыгай! Прыгай! – кричали Мерлин и Варвара.

Юноша всеми силами пытался развернуть «Поренуту», чтобы сделать ее управляемой, но Марана так ее разогнала, что все попытки Мирослава ничего не давали. Юноша до последнего пытался спасти яхту. Лишь в самый последний момент он прыгнул в воду. Яхта на большой скорости с треском врезалась в скалу и буквально смялась в лепешку. В тот же миг град огромных камней посыпался в то место, куда выпрыгнул Мирослав. Друзья разбросали их в стороны, ни один не попал в юношу.

– Ах, вот ты как, старая ведьма!

Варвара выхватила ящик с черепом Коща и открыла его. Два красных луча начали блуждать по двору. Они отыскивали старух по одной и останавливались. Ненастоящие мгновенно вспыхивали и превращались в легкий дымок. Наконец подлинная Марана была найдена. Серая ведьма стояла столбом, будто прикованная к месту.

– Где Катерина?

Марана силилась высвободиться из-под держащих ее лучей, но ничего не могла сделать. Прасковья шепнула:

– Еще немного и Марана сгинет. Тогда мы ничего не узнаем.

Варвара захлопнула крышку.

– Что с Мирославом?

– Да все нормально. Плыву уже! – крикнул тот из воды.

Мокрый Мирослав вылезал на берег. Единственное, что ему удалось спасти и вытащить, была фигурка Поренуты.

– А вот от яхты только щепки остались. – Жалко! Но его я спас! – горько сказал он, поднимая вверх пятиликого хранителя их бывшего судна.

– Ничего, вот эту красавицу конфискуем, – Варвара указала на красивый огромный катер, стоявший у причала.

Марана сидела на ступеньках своего дома и о чем-то думала. Неожиданно она схватилась за какой-то рычаг около крыльца и повернула его. В горном массиве тут же раздались несколько глухих взрывов и огромная скала, нависающая над домом, начала медленно наклоняться над поляной, грозя всех накрыть собой. Варвара взмахнула руками и взглядом уперлась в падающую громадину.

– Спасайтесь, долго мне ее не удержать!

Мирослав прыгнул в ведьмин катер, стоящий у причала.

– Здесь нет ключа, не заведется.

– Чем помочь, Мир! – подбежал Мерлин. – Прибор времени мне так быстро не успеть подготовить.

– Тогда убери щиток, оголи провода.

– Сейчас!

Мерлин взмахнул руками, и щиток панели управления отлетел в воздух.

– Десять секунд и готово! – крикнул Мирослав. Он выхватил провода зажигания.

Прасковья сняла с себя платок и, как на ковре-самолете, взмыла вверх. Она подлетела к скале и уперлась в нее руками. Мерлин встал за Варварой и взглядом пытался помочь девушке остановить падающую скалу. Но такую махину нашим колдунам было не удержать. Наконец Мирослав замкнул оголенные концы проводов. Мотор заработал.

– Все сюда!

– Не могу – скала сразу обрушится на нас! – крикнула девушка.

Тогда Мерлин взмахнул руками, Варвара поплыла по воздуху и приземлилась на палубе. Скала уже совсем нависла над хутором.

– Полный вперед, Мир! – крикнул Мерлин.

Юноша нажал рычаг скоростей до отказа, и катер буквально выпрыгнул из-под падающей скалы. Через секунду тридцатиметровая махина обрушилась на Марану и ее дом. Верхушка ее упала на воду, подняв огромные волны. Катер накренился, зачерпнул воды, но все же остался на плаву. Марана и Похьёла исчезли под скалой.

Прасковья плавно приземлилась на борт катера.

– Прощай, серая ведьма! – помахала рукой Прасковья. – Я думаю, нас никто не осудит. Она сама себя убила.

Огромные гранитные глыбы продолжали падать. В Глухой шхере началась настоящая цепная реакция.

– Понимаю, зачем ведьмам нужно было столько взрывчатки. Все заминировали! – сказал Мерлин. – Настоящий обвал. На всякий случай надо убираться подальше из Глухой шхеры. Неизвестно, какие еще ловушки расставили здесь серые ведьмы.

Быстроходный катер за несколько секунд вынес друзей в открытую Ладогу. Вскоре от Глухой шхеры ничего не осталось. Лишь огромный столб пыли поднимался вверх.

– Надо замаскировать! – предложила Прасковья, – не то наша разборка привлечет ненужное внимание.

– Давай! – согласился Мерлин.

Прасковья посмотрела на одну из оставшихся тучек, и та полетела к шхере. Туча пролилась летним дождем и вскоре прибила пыль.

– Твоя скала-дверь на место вернется? – спросил Мерлин у Мирослава.

– Не думаю! – с сомнением ответил юноша. – Вон весь вход засыпало валунами.

– Дайте мне пять минут на подготовку! – попросил Мерлин. – Мне потребуется не только вернуть время, но и разделить его на составляющие.

– Как это?

– Сейчас объясню. – Мерлин поколдовал над своим прибором. – Время в катере – оставляем. Взрыв Мараны тоже остается, а вот скалу надо сдвинуть во времени, чтобы поставить на место. Готово! Нажимай свой рычаг.

Скала, закрывающая вход в Глухую шхеру, медленно поехала на место. А через несколько секунд за ней произошел каменный обвал.

– Теперь все в порядке, и никто не узнает, что здесь случилось, – пояснил Мерлин.

Катер ведьм за несколько минут домчал друзей до хутора Петера.

– Прасковья, а во владениях Мараны точно не было Катерины? – наконец задала этот страшный вопрос Варвара.

– В доме не было.

– А где-нибудь в скалах?

– Я думаю, нет.

– Так где же она?

– Будем думать!

Поиски Катерины

После битвы разговаривать никому не хотелось. Все разбрелись кто куда, каждый со своими мыслями. Лишь к ужину друзья собрались вместе.

Вокруг подул сильный ветер, завьюжило, и с неба посыпался снежок.

– Вот те раз, снег! С вами не соскучишься! Холодно, а вся наша одежда осталась на «Поренуте», – сказал Мирослав.

Но снег неожиданно прекратился, и на поляне появилась знакомая Варваре тройка лошадей. В зимних санях сидели Студенец, Снежана и Снегурочка.

– Студенец, здравствуй! – радостно закричала девушка. – Снегурочка, ты вернулась?!

– Навсегда! Хоть и расправилась ты с моими родственницами, зато дочь мне вернула. Спасибо, Варя, за мою Снегурку.

Снегурочка была совсем не похожа на ту грустную бледнолицую девушку, которую Варвара видела весной у Студенца. На щеках у нее горел яркий румянец, а кожа уже покрылась легким загаром.

– Что такие печальные? Нужна моя помощь? – спросил Студенец.

– Не откажемся! – подтвердила Прасковья. – Надо Катерину сыскать. Помоги.

Студенец взмахнул рукой, и в воздухе заколыхался тонкий серебряный листок. На нем было изображение мощного водопада, падающего с высокой скалы. Недалеко тянулась цепочка красивых гранитных гор.

– Здесь Катерина!

– Это где? Как найти это место?

– Пока не знаю! – Студенец отрицательно покачал головой. – Мои кони домчали бы вас туда за секунду. Сейчас соберем местных леших и водяных. Такой красивый водопад не может остаться незамеченным.

– Захотят ли они к нам прийти? Не испугаются? – засомневалась Варвара.

– Теперь побоятся не прийти! – усмехнулась Прасковья.

Великан стукнул посохом о землю. Вокруг посоха закружились большие белые пчелы.

– Здорово! – восхищенно воскликнул Мирослав. – Неужели и правда из снега?

Юноша не утерпел и поймал одну. Тонкое крыло снежной пчелы в горячих руках тут же растаяло, и пчела упала на землю.

– Ой, что я наделал! – испугался Мирослав.

Стоящая рядом Снегурочка улыбнулась, подняла пчелу с земли и дунула на нее. У пчелы тут же появилось новое крылышко, и она снова закружилась вокруг посоха Студенца.

– Летите, мои пчелки! – приказал Студенец. – Гоните сюда всех лесных жителей Карелии. Ветром пусть летят! Усаживайте себе на плечи тех, кто поменьше, – везите к нам, тащите за шиворот тех, кто не захочет, жальте тех, кто спит в своих норах!

Уже через час на большой поляне хутора Петера собрались тысячи карельских леших и домовых. Студенец грозно взглянул на них.

– Все собрались?! – спросил он. – Горе тому, кто не захотел сюда прийти и спрятался! Теперь мы за вас отвечаем. На всех хотим посмотреть!

Лешие и домовые услужливо кланялись колдунам и ведьмам. До них уже дошли слухи о битвах на Ладоге и в Глухой шхере. Как будут относиться к ним их новые хозяева?

– У кого в его лесных владениях есть быстрые реки с водопадами? – спросил Студенец.

Многие из леших подняли руки.

– Подойдите сюда, – приказал снежный великан. – Посмотрите на эту картинку. Не знакомо ли вам это место?

Лешие уставились на серебряный листок. Наконец двое заявили, что много лет назад они жили на реке Тохмайоки рядом с этим водопадом.

– Но вскоре это место облюбовали для своих ночных шабашей серые ведьмы, – жаловались лешаки. – Всех местных лесных жителей они прогнали. Одну гору ведьмы разворотили, лес сожгли, и теперь она стала похожа на Чертов Трон. Там очень страшно!

– Теперь не страшно! – успокоила их Прасковья. – Возвращайтесь на свое место и живите спокойно. Нет больше ваших обидчиц на свете.

Студенец ударил посохом по земле, и тут же появились белые кони, которые нетерпеливо стучали копытами.

– Нас с дочерьми трое, двое леших и вас четверо. Все в сани не поместятся! – сказал Студенец. – Ничего, мои кони за два раза всех к водопаду доставят. Оглянуться не успеете.

– Надо отблагодарить всех лесных жителей, – сказала Варвара. Ведь многие из них за сотни километров к нам примчались.

– Эх, жалко мельница Сампо потонула… – но Мирослав не успел закончить.

– А то Искрен обворовал бы какую-нибудь продуктовую фабрику! – продолжила Варвара.

– Дело говорите! – согласился Студенец. – Да и запасов у меня сколько угодно. Никто без подарка не уйдет.

Теперь вместо пчел вокруг посоха завертелись мешки с конфетами и прочими сластями. Через мгновение мешки с подарками оказались в руках у лесных жителей. Те радовались как дети.

– Спасибо вам за помощь, – поблагодарили лесных жителей друзья.

Через несколько минут кони Студенца перевезли всех на реку Тохмайоки. В этом месте вода падала с десятиметрового уступа широкой струей.

– Нет никакого сомнения, что это именно то место! – воскликнул Мирослав, сравнив изображение на листке.

– Я думаю, за водопадом, есть пещера, – сказал Мерлин.

– Давай, Варя, действуй! Покажи Прасковье и Мерлину, чему ты у меня научилась!

Юная ведьма зашла сбоку и достала серебряную палочку, подаренную Студенцом. Она взмахнула рукой, и водопад застыл, превратившись в огромную сосульку. Правда, через некоторое время вода стала прибывать и потекла снова.

– Давай я сверху по течению реку заморожу, а ты повтори с водопадом, – сказал снежный великан.

Студенец дунул, и Тохмайоки оказалась замороженной на несколько километров вверх по течению.

– У нас есть с полчаса, пока лед не растает, надо спешить! – предупредил Студенец.

Все дружно бросились отламывать застывшие сосульки. Через минуту проход был открыт. За водопадом действительно находилась глубокая пещера. После ясного дня в темной пещере ничего не возможно было рассмотреть.

– Свети! – воскликнули Студенец, Прасковья и Мерлин в один голос.

Весь потолок и стены залились ярким светом.

«Этому я еще не научилась!» – успела подумать Варвара и бросилась вперед.

– Стой! – попытался задержать ее Студенец.

С двух сторон на них неслись острые камни, грозя раздавить вошедших. Но девушку было не остановить. Она лишь мельком глянула на летящие камни, и те так же быстро убрались назад.

– Умеет кое-что! – ухмыльнулся в усы Студенец. Тем не менее, он внимательно наблюдал за всем, приготовившись в любую секунду прийти на помощь.

– Заморожу-ка я все на всякий случай! – И Студенец направил на стены свой посох.

Волшебный сон

За первой пещерой была вторая. В ней на возвышении лежала спящая Катерина.

– Как и Михаил, спит беспробудным сном. Заколдовали! – печально сказала Варвара.

Мужчины подняли Катерину и вынесли на свежий воздух. Через несколько минут все были на хуторе Петера. Катерина продолжала спать. Все усилия Варвары и Прасковьи разбудить любимую подругу ни к чему не привели.

– Мерлин! – с надеждой посмотрела Прасковья на своего друга. – Твоя очередь действовать. К сожалению, у нас ничего не получается.

– У меня есть план. Но придется вернуть Катерину на прежнее место. В этом мне поможет Студенец.

– А нельзя ее оставить здесь? – попросила Варвара.

– Подумай, как тогда Михаил найдет ее? Где он был в апреле? А где тогда была Катерина?

– Риск большой – за Михаилом следили, вдруг серые ведьмы заметят, что мы общались с ним. Тогда у них будет полно времени, чтобы расправиться со спящими Михаилом и Катериной.

– Прасковья, твоя задача приготовить волшебные отвары. После того, как Михаил с нашей помощью расколдует Катерину, сделаем так, чтобы они оба снова заснули, только уже нашим сном. Михаила доставим на его остров. Утром он проснется и подумает, что ему приснился чудесный сон. А Катерина, проснувшись, тут же снова уснет волшебным сном.

– Что ж делать, отвозите! – согласилась Варвара. – Надо так надо.

Студенец и Мерлин быстро отвезли Катерину в пещеру за водопадом на реке Тохмайоки.

– Пошли, девочки! – позвала Прасковья Варвару и дочерей Студенца. – Каждая из вас до вечера должна принести какую-нибудь волшебную траву. Затем мы все соединим, и получится настоящее волшебное снадобье, которое поможет Катерине и Михаилу продержаться без нас эти месяцы. От себя я тоже кое-что добавлю.

Спустя пару часов травы были собраны.

– Что положим? – спросила Прасковья. – От себя я уже бросила траву прикрыш, чтобы никто не принес несчастия нашим подопечным.

– Я принесла сон-траву, – сказала Снежана.

Она бросила в котелок травку с желто-голубыми цветочками и что-то прошептала. Травка в кипящей воде раскрылась и начала шевелиться.

– Хорошая травка. Вон в ней сил сколько. Добрый сон у Катерины и Михаила будет, – благодарно кивнула Прасковья.

– А ты что хочешь положить в котелок, Варя?

– Я принесла саву-траву. Ты ведь сама меня учила, что она страшна для преследователей и будет их отгонять. Нам обязательно нужна охрана для Катерины и Михаила. Пусть хоть и незаметная.

– А ты? – Прасковья обернулась к Снегурочке.

– Я помогу вам охранять сон и покой Катерины и Михаила. Ну а если кто из врагов к ним приблизится – заморожу! Отец меня этому научил. Вы меня спасли, теперь моя очередь.

После этих слов Снегурочка махнула рукой и поплыла белым облачком над костром. Затем облачко потянулось к котелку и исчезло в булькающем отваре.

– Не бойтесь, мне не больно! – раздалось из котелка.

С готовым зельем подруги подошли к мужчинам. Мерлин, повстречавшись взглядом с Прасковьей, сразу все понял. Понял и Студенец, увидев Снежану и Варвару. Он крепко обнял их и сказал: «Хороших я вырастил дочерей!»

– Теперь вернемся в апрель на остров к Михаилу! – сказал Мерлин.

– Студенец, над Ладогой твои кони скакать могут?

Студенец пожал плечами:

– Конечно! Где угодно.

– Тогда запрягай! Поехали за Михаилом.

В сани к Студенцу сели Прасковья, Мерлин и Мирослав.

– Баюша, прыгай сюда! – позвала кота Прасковья. – Есть и для тебя работа.

– Держи вожжи, Мир! Ты будешь править.

Мирослав сел рядом с великаном и легко тронул коней. В мгновение ока кони взлетели высоко над землей. За несколько секунд упряжка промчалась над Ладогой.

– Вон остров Кощея, а рядом с ним остров Михаила.

– Тормози, а то проскочим.

Мирослав натянул поводья, и кони стали плавно спускаться.

– Стойте, теперь нам пора перенестись в апрель, – сказал Мерлин.

Яркий, синий вихрь закружил тройку, и вдруг стало темно. Над друзьями в небе вспыхнули звезды.

– Неужели и правда апрель? – спросил Мирослав.

– Сам не чувствуешь? Во-первых, еще только десять часов вечера, а уже темно, во-вторых, стало намного холодней, – ответил Мерлин.

– Ты прав, – Мирослав поежился.

Белая ночь исчезла – превратилась в темный вечер. Контуры острова едва угадывались на водах Ладоги. Зато сверху был хорошо виден ярко горевший костер. Около него сидел мужчина, гревший озябшие руки. Присмотревшись, Мирослав увидел суетившихся рядом человечков. Людки-кладовики поили горячим чаем Михаила, что-то помешивали в котелке. Тот поблагодарил их и помахал рукой, прощаясь. Кладовики ушли. Михаил еще немного посидел у костра, затем залез в палатку.

– Теперь твоя очередь, Прасковья! – сказал Студенец.

Кони спустились немного ниже. Прасковья сняла с котелка крышку. Отвар, минуту назад снятый с огня, еще кипел. Прасковья что-то прошептала, и пар от котелка волнами стал спускаться на палатку и шапкой окутал ее.

– Подождем немного, пока заснет покрепче! – предложила Прасковья.

Через некоторое время она сказала:

– Я думаю, пора. Должен крепко спать. – Прасковья дунула вниз, и туман рассеялся. – Теперь можно спокойно похищать Михаила. Но к палатке близко не подходите, а то заснете! Отвар крепкий получился.

Студенец направил коней вниз, и те остановились метрах в десяти от палатки Михаила. Мерлин и Прасковья вместе взмахнули руками, и спальник с Михаилом плавно выплыл из палатки. Мужчины погрузили спящего Михаила в сани.

– Теперь поднимитесь повыше над островом, я тут без девушек еще один отвар приготовила с сонной одурью. Если и на острове есть шпионы, к утру все забудут.

– Отвар из дурмана и белладонны? – поинтересовался Студенец.

Прасковья кивнула. Она достала бутыль с раствором и открыла ее. Затем взболтала и закрутила. Кони Студенца поднимались вверх, а содержимое бутыли выливалось и по широкой спирали искрящимися каплями падало на остров.

– Людкам-кладовикам не повредит? Они ведь такие хорошие – нашего Михаила спасли, в пещере своей укрыли, – беспокойно спросил Мирослав.

– Спать будут весь день, но зато полная гарантия, что Марана ничего не узнает о нашем визите на остров!

– Теперь к Катерине! – произнес Мерлин.

Тройка понеслась через время и пространство. При подлете к водопаду снова наступило теплое лето. Стало светло. Студенец за минуту заморозил водопад, а Мерлин и Мирослав быстро расчистили проход. Мерлин осветил пещеру.

– Вносим Михаила и быстро назад.

Прасковья взяла Баюшу на руки и смазала кончик его хвоста девясилом.

– Прекрасное растение! От нашего сна разбудит за минуту. Баюша, – попросила Прасковья, – пощекочешь Михаилу нос, чтоб проснулся, и быстро к нам.

Прасковья взяла свое маленькое зеркальце, чтобы наблюдать за происходящим в пещере. Кот сделал так, как ему говорили. Михаил чихнул и открыл глаза. Некоторое время он лежал, вдруг увидел Катерину, бросился к ней и принялся ее обнимать и целовать.

– Просыпайся! – умоляли Прасковья и Мерлин, глядя в волшебное зеркальце. – Ура, глаза открыла! Садится. К сожалению, придется вмешаться. Потом успеют намиловаться!

Прасковья подошла ко входу в пещеру и дунула на отвар. Пар из котелка повалил в пещеру.

– Студенец, провентилируй пещеру, только не очень холодным воздухом, чтобы никого не заморозить.

– Понимаю! – улыбнулся великан.

Он взмахнул полой своей шубы, и свежий воздух ворвался в пещеру. Прасковья глянула в свое зеркальце.

– Спят!

Друзья-волшебники и Мирослав вошли в пещеру. Катерина и Михаил спали в объятьях друг друга.

– Придется разлучить! Теперь очередь Катерины выручать своего мужа. Грузим обоих в сани. Катерину везем на хутор к Варваре и приводим в чувство. А Михаила возвращаем в апрель на его остров.

– А нельзя их вместе оставить? – спросил Мирослав.

– А что делать с тем Михаилом, который лежит в пещере у людков-кладовиков? – улыбнулся Мерлин. – Вдруг его найдут? Будет тогда у Катерины два мужа!

Мирослав задумался.

– А что если…

– Лучше не надо! – серьезно возразил Мерлин.

Через минуту Катерина была уже в доме на хуторе Петера. А Мерлин и Студенец возвратили Михаила на место.

– Теперь надо привести Катерину в чувство, – сказала Прасковья.

Она раскрыла свою ведьмину аптечку и долго колдовала над подругой. Наконец Катерина открыла глаза.

– Где я? Здравствуй, Варя. Здравствуй, Прасковья!

Девушки обнялись.

– Лежи-лежи! – строго сказала Прасковья. – Ты сейчас больна. Вот тебе мои отвары. Пока все не выпьешь, не смей вставать.

– Да тут на неделю! – недовольно посмотрела на стол Катерина.

– Всего на три дня!

Варвара сидела рядом с постелью Катерины и рассказывала, рассказывала, рассказывала о своих с Мирославом приключениях.

– Так вы справились с Мараной?

– И с Мараной, и с Лоухи.

– Значит, я спала почти целый год. А где Михаил? С ним ничего не случилось?

– Тебя ждет.

– Где?

Варвара замялась.

– В общем, ждет. Узнаешь.

– Не буду лечиться, пока не узнаю, где Михаил! – заявила Катерина.

Вошла Прасковья.

– Все понятно. Бунт на больничной койке. Тогда собирайся! Кони ждут.

Варвара помогла подруге одеться.

– Держи! – Прасковья протянула Катерине корзинку.

– Что это?

– Те же лекарства, которые ты принимаешь. Вместе с Михаилом лечиться будете.

– Так, значит, серая ведьма и Михаила тоже заколдовала! – воскликнула Катерина. – Ну, погоди, доберусь я до тебя!

– Уже поздно. Не до кого добираться! Варя все за тебя сделала! – рассмеялась Прасковья. – Объясни Катерине, как найти Михаила на острове.

Девушки вышли на улицу.

– Кони Студенца! – удивилась Катерина.

– Садись, через минуту увидишь Михаила. А мы приедем следом за тобой.

– Мир, заводи «Сампо»! – скомандовала Прасковья.

Такое название получил мощный катер серых ведьм.

– Все собираемся на острове Михаила – победу праздновать.

– Ура! А еду взяли? Михаил и Катерина несколько месяцев не ели! – взволнованно забегала по дому Варвара.

– Вот поэтому им сейчас ни крошки нельзя! Смотри у меня – только отвары! – предупредила Прасковья. – А нам и самобранка сойдет!

– Но таких шашлыков, как у меня, никакая самобранка не приготовит? Ничего, кони из моего дома привезут, – почесал бороду Студенец.

Все зашли на катер. Мощные моторы взревели, и катер плавно двинулся с места. Вскоре он птицей несся по Ладоге.

– Ну и скорость! – Студенец испуганно схватился за борт.

– Это тебе не на твоих спокойных конях разъезжать! – пошутил Мерлин.

Остров Михаила стремительно приближался.

– Надо друзей пригласить. Всех, кто нам помогал! – воскликнула Варвара. – Прасковья, Студенец, Мерлин, как это сделать?

– Кого ты хочешь видеть?

– Всех! – девушка закрыла глаза. – Бабу-Язю, Кощея, Деда-Всеведа, Водовлада, Добрыню, Ику и подземных чертей, Дорогую Щуку. Полудницу, Влхву. Жалко Алатырь-камня нельзя позвать.

Студенец и Мерлин улыбнулись.

И я там был…

На острове стояли Катерина и Михаил и радостно встречали гостей. А в нескольких метрах от них плавало белое облачко. Благородная Снегурочка не осмеливалась помешать счастью так долго ожидавшей встречи пары, но, увидев приближение катера, обернулась девушкой и бросилась на шею Студенца.

– Вы сидите, – заботливо сказала Прасковья. – Варвара с Мирославом сегодня сами всех встретят.

– Кажется, реактивные самолеты летят, – заметил Мирослав, показав на три белых следа в небе.

– Не думаю. По-моему, это гости – наши подруги ведьмы.

Варвара была права. Баба-Язя, Влхва и Полудница неслись во весь дух в своих железных ступах. Из ступы Бабы-Язи выскочил серый волчонок и бросился облизывать Варвару. Вскоре прибыл и Водовлад, буксируемый на водных лыжах Чертовыми Конями. Вместе с ним по глади озера несся Добрыня. Его тащили знакомые ребятам ладожские осетры. У Водовлада, как всегда, были припасены рыбные деликатесы. Приехал с соседнего острова на катере Михаила Кощей. А из глубин Ладоги вынырнули Ику, Световид, Искрен, Лучезар. Большая кадка с водой, в которой плавала Дорогая Щука, стояла в центре стола. Правда, куда-то исчез Студенец.

– Где ваш отец? – спросила Варвара Снежану и Снегурочку.

Те пожали плечами. Тем временем подготовка к пикнику шла полным ходом. Мужчины быстро удлинили стол, чтобы все поместились, положили на пни удобные подушки. Людки-кладовики суетились, помогая гостям освоиться на острове.

– Пора начинать! – предложил Мерлин. – Может, у Студенца какое-нибудь важное дело. А Дед-Всевед все же правитель, правители же над собой не властны! Вероятно, не может сегодня.

– Тогда к столу! – пригласила всех Варвара.

И в этот момент появились Студенец и Дед-Всевед.

– Извините, что задержались. Выполняли желание Варвары.

– Какое желание? – удивилась юная ведьма. – Все здесь. Это мое главное желание.

И тут она поняла – на плече у Всеведа сидел Гамаюн. Огромный орел зорко огляделся по сторонам.

– Дедушка Алат Гамаюна вместо себя прислал?

– И сам прибыл!

Дед-Всевед держал на ладони маленький гранитный камень. Он огляделся вокруг:

– Ну-ка посторонитесь. Думаю, вот там Алатырь-Камню будет удобно! Отсюда Ладога хорошо видна.

Дед-Всевед дунул, и камешек исчез с его ладони. Зато на возвышении, быстро увеличиваясь в размерах, рос огромный валун.

– Дедушка Алат! Здравствуй! – все бросились к Алатырь-камню.

Алатырь огляделся вокруг.

– Веселитесь! А я историю о вас буду писать. Пожалуй, Всевед, я здесь останусь. Согласен. Вид прекрасный. Да и место удобное. Почти в центре моей Ладоги. Что скажешь, Гамаюн?

Орел слетел с плеча Деда-Всеведа и сел на Камень.

– Ему тоже нравится. Остаемся!

Дед-Всевед постучал по стене пещеры, в которой жили людки-кладовики, и те вылезли из своего укрытия.

– Хочу вас пригласить к себе на службу. Работа нетрудная. Об Алатырь-камне заботиться. От мороза и жары его защищать. Снег зимой с него счищать. Муравьев отгонять, чтобы те Деда Алата от мыслей своей беготней не отвлекали. Да смотрите, чтоб птицы гнезда на нем не вили! Беру вас под свое покровительство. Каждый месяц получать будете от меня жалование: мешок орехов, чай, сахар, конфеты, печенье, крупы и все такое.

– Да и я подкину! – кивнул Студенец. – Не так много осталось на свете таких мощных стариков, как Алат. Нашего он роду-племени.

Людки благодарно закивали:

– Конечно, конечно. И вы почаще к нам приезжайте. Честь-то какая!

Только Кощей обиделся:

– А я хотел этих честных ребят к себе на остров перевезти. Они же кладовики. Мне тоже нужна помощь. Клады охранять.

– Мы поможем тебе, Кощей. Мы смены организуем. По месяцу каждая, – заверили маленькие человечки.

– Вот это люди с Большой буквы! – улыбнулся Дед-Всевед. – Хоть и маленькие. А тебе, Кощей, пора делиться с музеями.

Катерина и Михаил сидели во главе стола и не могли насмотреться друг на друга. Их старались не замечать. За столом шла неторопливая беседа.

А ребята пошли на берег озера полюбоваться на закат. Солнце садилось почти на самом севере Ладоги за далекий берег. От оранжевого диска к ним тянулась яркая дорожка.

– Как красиво! – восторженно прошептала Варвара. – Мы еще сюда вернемся, правда? А теперь нам пора домой, в Харчевню.

Когда солнце скрылось за горизонтом, налетела легкая дымка. В ночи послышался плеск весел. Кто-то плыл рядом с островом.

– Может, еще гости? Эй! – крикнул Мирослав в клубившийся туман. – Берег здесь!

Но ему никто не ответил.

– Полуночный Водник с нами прощается, – почувствовала Варвара. – До свиданья!

Всплески весел стали тише, а вскоре туман растаял. На озере никого не было.

Чудесные встречи

(Краткий толковый словарь)

АЛАТЫРЬ-КАМЕНЬ – потомок БЕЛ-ГОРЮЧ камня. Лежит на ладожском острове и собирает информацию. Знает все о прошлой жизни на Севере.

АНЧУТКИ – вредные чертенята, подростки. Умеют летать, но не высоко, так как крылья у них утиные. Почти всегда попадают под дурное влияние своих старших «товарищей». Живут на болоте. Часто их зовут «анчутка-беспятый», потому что волк им за плохое поведение пятки откусил.

АУКА – лесной дух, проказник. Любит людей по лесу водить. Крикнешь в лесу – со всех сторон аукнется. Вот народ и ходит в разные стороны и блуждает неизвестно где.

БАБА-ЯЗЯ (БАБА-ЯГА) – лесная волшебница, ведьма. Живет в дремучем лесу в избушке на курьих ножках, которая поворачивается к хозяйке задом при ее появлении. Баба-Язя обладает волшебными предметами. Нынешняя Язя знакома с Интернетом и современной техникой. Хорошим героям помогает, но если не понравишься ей, то добра не жди. Ведьма сильная, входит в Верховный совет.

БАЕЧНИК – огромного роста домовой, у которого усы заменяют руки. Очень боится, что какая нибудь ведьма ему усы отрежет. Поэтому вредные ведьмы этим пользуются и легко вербуют Баечника.

БАННИК – сварливый деревенский дух, который поселяется во всякой бане. Договориться с ним трудно, но можно подкупить. Любит ржаной хлеб, круто посыпанный крупной солью, с обмылком. Тогда расстарается и хорошо натопит баню. Тем не менее, ЧЕТВЕРТАЯ очередь в бане его. Уступите ее на всякий случай. Вредные Банники боятся черных куриц.

БАРАБАШКА – современный городской дух со стеснительным характером. Никто из людей его не видел. Любит проказничать: стучит, шумит по ночам, посуду сбрасывает со стола, рвет обои.

БЕЛ-ГОРЮЧ КАМЕНЬ – огромная розовая гранитная скала в Северном море. Защищал с севера остров Буян. Раньше мореходы – варяги, славяне, греки – частенько мимо острова Буяна проплывали и у розовой скалы останавливались. Вода в том месте буквальна кипела. Был Бел-Горюч «всем камням отец». Исчез камень в ледниковый период.

БОЛИ-БАШКА – лесной дух, живущий в ягодных местах. Дух лукавый. Любимая проказа – просить найти якобы потерянную сумку. Поддаваться на его просьбы нельзя: начнешь о потере думать, разболится голова, будешь долго по лесу блуждать, можешь потеряться.

БОЛОТНЯНИК – живет в болоте, в грязи и тине. Тело у него постоянно чешется, пиявки к пузу пристают, в силу чего имеет характер вредный и сварливый. Если зуд особенно сильный, то может затащить проходящего человека в топь.

БОСОРКУНЫ – воздушная нечисть. Эти ребята вздымают сильный ветер и летают с ним незримо. Пытаются покалечить противника силою ветра.

ВАМПИРЫ – существа с подленьким характером. Прикидываются добренькими, но все время норовят укусить, и тогда укушенный также непременно сделается вампиром. Особо опасны в лунную ночь. Можно отличить по удлиненным клыкам. Не всегда помогают чеснок, осиновый кол, крест. Единственное спасение – засунуть вампира в кувшин, а кувшин в середину пламени.

ВЕДЬМА – женщина с непредсказуемым характером, способная творить чудеса. Умеет летать, вызывать дождь, грозу, громыхнуть и прочее. Может наслать порчу и другие разные бяки. Ведьмы бывают «белыми» – добрыми и черными – «не очень».

ВИХРОВЫЕ – родные братья Босоркунов. Любят рвать паруса на кораблях, срывать крыши с домов и амбаров. Верхом удачи считают закрутить водный или песчаный смерч. Но обычно силы для этого у них все же не хватает.

ВЛХВА – болтающаяся по свету колдунья, якобы занимающаяся туризмом. Добывает деньги гаданием и пророчеством. Много что знает, так как очень любопытна. Всюду сует свой нос. В своем арсенале имеет несколько полезных вещей. Например, Гребень и Полотенце.

ВОДЯНОЙ – водяной черт. Живут водяные под водой, и не только в тихом омуте, а во всех водоемах. Поэтому и характер у них непредсказуемый, а вид самый разный: от старика с большим одутловатым брюхом и опухшим лицом до красивого сильного юноши с голубыми волосами. С водяными можно договориться, если не забывать подносить им подарки. Например, монетку на память или старый сапог, можно первую и последнюю рыбку от улова. Любят азартные игры, часто проигрывают состояния и самих себя.

ВОЛКИ-САМОГЛОТЫ – Небесные создания – накопители энергии. Каждый из них может пасти несколько грозовых туч. С Волками договариваются, как следует кормят, и тогда страшной будет гроза.

ВОЛЧЕЦ – колючая сорная трава, напоминающая своими иглами острые стрелы. Использовать в борьбе против чертей.

ГАМАЮН – Вещая птица. Помогает Алатырь-камню. Гамаюн знает все о настоящем, прошлом и будущем. Он летает над Землей по всему Северу – все видел, все знает.

ГОРШОЧЕК – замеси в горшочке смесь волшебную, подогрей и доставай из него все, что душа пожелает.

ГРЕБЕНЬ – хочешь расчесывайся, а хочешь перед преследователями бросай. Перед ними тут же непроходимые кусты из земли поднимутся.

ГРОМОВНИКИ – управляют Самоглотами. Сидят на шее у Волков и, когда надо, дергают за узду, и те выпускают хорошую порцию грозы.

ДВОЕ ИЗ ЛАРЦА – два маленьких квадратных парня с набором инструментов. «Что, хозяйка, надо?» Сделают все, что надо: баньку, домик на берегу реки, дворец хрустальный.

ДЕД-ВСЕВЕД – верховный колдун, волшебник. Заботится о своих подданных. Имеет добрый характер, поэтому его часто пытаются обмануть, хотя Всевед все равно об обмане знает заранее.

ДЗИВОЖЕНЫ – вредные тетки из мокрых лесов. Живут в пещерах или под корягами в неприступных местах. Ночью собираются толпами, бегают по полям и лесам.

ДОМОВЫЕ – целое племя различных по характеру духов, живущих рядом с людьми. Как правило, это малорослые старички, покрытые теплой косматой шерстью. Перенимают характер от своих хозяев, но все по природе большие проказники.

ДОРОГАЯ ЩУКА – волшебная щука, выполняющая любое желание хозяина. Достаточно лишь повернуть колечко на пальце и сказать: «По щучьему велению, по моему хотению…»

ЖЫЖ – подземный черт, который постоянно расхаживает под поверхностью земли и испускает из себя пламя. Если он ходит тихо, то согревает почву. Когда Жыж в дурном настроении, то может иссушить леса, сенокосы и нивы.

ЗАЛОМ – пучок колосьев, закрученный в узел и надломленный в разные стороны. Этот пучок подкидывают не очень хорошие ведьмы. На поле может пропасть весь урожай. Либо сгорит, либо замерзнет, либо еще какая-нибудь неприятность случится.

ЗЛЫДНИ – злые духи, похожие на крысят и имеющие такой же крысиный характер. Созданы для того, чтобы пакостить по мелочам. По ночам могут обвиться вокруг шеи, шепчут на ухо: «Мы от тебя не отстанем!»

ЗМЕЙ ГОРЫНЫЧ – когда-то грозный дракон. Летал себе над землей, огонь испускал. Разгонял одним своим видом динозавров, а затем и войска. Дружил с Кощеем Бессмертным. К сожалению для современных ученых, несколько веков назад вымер. Осталась от Горыныча лишь одна шкура, покрытая металлическими пластинами.

ИЧЕТИК – мелкие неудачники из рода водяных. Из-за своей лени до водяных не доросли. Спят с Никиты осеннего до Никиты вешнего. Имеют завистливый характер. Поэтому злые духи рангом постарше используют их на мелкой вредной работе: берега подмыть, мостики разрушить, посевы залить.

КАНТЕЛЕ – чудесный финский музыкальный инструмент, очень похожий на наши гусли. Своим звучанием может вводить в транс окружающих.

КАРГА – злая баба или ведьма.

КИКИМОРА – маленькая стеснительная дворовая дама из домовых. Любит, когда ее жалеют и одаривают подарками. Если кикимору обижают, она становится вредной. Тогда она выщипывает перья у кур и наводит на них «вертун». Любит прясть по ночам.

КЛАДОВИК – дух, охраняющий зарытые в землю клады. Живет в пещерах. Помогает ведьмам охранять огород с травами.

КОЛДУН И КОЛДУНЬЯ – бывают природные и добровольные. Могут вершить сверхъестественные дела, недоступные простому человеку.

КОЛОВЕРТЫШ – помощник ведьмы. Смешное существо, в общем-то бесполезное, но ведьмы его жалеют – «пусть будет!» Трусик не трусик, кургузый и пестрый, с обвислым, пустым, вялым зобом… Наберет полон зоб и тащит за ведьмой, а дома все вынет из зоба, как из мешка, а ведьма и съест: масло, сливки, молоко…

КОЛЮКА – трава охотников. Чародеи окуривают листьями этой волшебной травы заговоренные ружья или стрелы, а затем идут на охоту. Ружья не знают промаха.

КОСТЯНЫЕ РУКИ – помощники Кощея. Стол накроют, воды принесут. Выполняют любое приказание хозяина. Висят в воздухе сами по себе, без всяких гвоздей.

КОЩЕЙ БЕССМЕРТНЫЙ – грозный когда-то вид колдунов. Бессмертный наш герой потому, что смерть Кощея хранится в иголке, иголка в яйце, яйцо в ларце, и т. д., в зависимости от его воображения. Забывать стал русский люд о Кощеях. А ведь когда-то сыны Земли и Вия подземного много неприятностей приносили былинным героям. Современный Кощей очень страдает от такой людской забывчивости. У Кощея целый арсенал волшебных вещей: пара костяных рук, выполняющих любое приказание хозяина, меч-кладенец, огненная сорочка и череп Коща.

КРОСНЯТА – карлики, живущие в подпольях избы. Кроснята подменивают младенцев, а взамен кладут в люльку своего. Поэтому многие дети такие вредные – подменили.

КУПАЛА – один из главных славянских божеств. Молодые люди украшали себя венками, раскладывали огонь, плясали вокруг него и воспевали Купалу, а после купались в реке. Празднуют 6 июля (23 июня по старому стилю).

КУРДУШИ – духи, помогающие колдунам и ведьмам в их работе. К посвященным в колдуны или ведьмы приставляются мелкие бойкие чертенята.

ЛАЗАВИКИ – добрые карлики, живущие в болотах; ростом не более ноготка, с аршинною бородою и кнутом в семь саженей. Когда они расхаживают по трясине, глаза их сверкают, как огоньки. Кнутом легко ломают толстые сучья.

ЛЕСАВКИ – лесные духи, родственники лесовика. Видом своим похожи на ежат. Так же, как и лесовик, любят проказничать и играть. Большую часть времени лесавки спят, но в добрых делах помогают.

ЛЕТУН-ТРАВА – волшебная травка с серебристыми цветочками. При умелом приготовлении помогает ведьмам в полетах.

ЛЕШИЙ – лесная нечисть, полноправный и неограниченный хозяин леса: все звери и птицы находятся в его ведении и повинуются ему беспрекословно. Бывает самого разного вида и характера. Проказничает грубо, как это и прилично неуклюжим лесным жителям. Самая обычная забава – завести человека в чащу, в такое место, из которого ему никак не выбраться. Поэтому с лешими лучше не ругаться.

ЛОБАСТКА – русалка, живущая на болоте в камышах. Так же, как и ее муж болотняник, имеет вредный сварливый характер, но с ней можно подружиться, пообещав что-либо.

ЛЫСАЯ (ЗМЕИНАЯ) ГОРА – место, где ведьмы устраивают свои сборища, шабаши. Ежегодно на первую майскую ночь прилетают ведьмы на Лысую гору. Нечистые духи и ведьмы докладывают, что сделали они злого, и сговариваются на новые козни. Принимают в свои ряды новых ведьм. Затем приступают к пиршеству: с жадностью пожирают без хлеба и соли лошадиное мясо и другие яства, а приготовленные напитки пьют из коровьих копыт и лошадиных черепов. По окончании трапезы начинается бешеная пляска под звуки необыкновенной музыки.

ЛЯДАЩИЙ – дух соломы. Зимой спит. Просыпается только с приходом весны. Как существо только что разбуженное, злится, кидается старой травой и раздувает ветер.

МАГИЧЕСКИЙ КРИСТАЛЛ – посмотри в него и узнаешь все, что хочешь! Что было, что есть и что будет. Но не каждый может в этом кристалле что-нибудь разглядеть.

МАНДРАГОРА (трава РЕВЯКА-КЛИКУН) – прекрасный сторож огородов у ведьм. Корни этой травы по вечерам маршем обходят владения и разгоняют всех врагов.

МАРАНА – злая серая ведьма. Считает себя всегда правой и все время готовит другим козни. Договорится с ней невозможно, приходится бороться.

МЕЧ-КЛАДЕНЕЦ – страшное старинное оружие. Владелец кладенца никого не боялся и мог смело идти на дракона или целую армию.

МОХОВОЙ – сварливый крошечный дух зеленого или бурого цвета, живущий в болотном мху. Наказывает тех, кто собирает ягоды в неурочное время. Любит кружить ягодников по лесу на одном и том же месте.

НЕЖИТЬ – существа без плоти и души, все, что не живет человеком, но имеет человеческий облик. Хотя может быть и в любом другом обличье. Современная нежить – достаточно продвинутая и при желании может стать человеком.

НЕЧУЙ-ВЕТЕР – волшебная трава. Может успокоить сильный ветер. Неленивые ведьмы ищут эту траву на Васильев день – 1 января.

НОКОТЬ – вредный длиннобородый карлик. Поселяется рядом с болотом. Справиться с ним трудно: «Нокоть те дери!»

ОБЛАКОПРОГОННИКИ – ладожские чародеи. Живут в шхерах или на скалистых островах. Туман из них нагоняют. Видения разные, миражи. Вызывают обманчивые образы, заставляют человека видеть совсем не то, что есть на самом деле. Морочат, одним словом. Могут дождевые ливни и град наслать.

ОБОРОТЕНЬ – существо непостоянное. Чаще всего живет в одном обличье от новолуния до новолуния. При полнолунии из человека превращается в зверя или наоборот. Сам не рад такому и старается подальше в лес убежать. При скверном характере у оборотня возникает желание отомстить, нападает на путников и домашний скот. Хуже всего встретиться с оборотнем-вампиром.

ОВИННИК – самый злой из домовых духов: его трудно ублажить-усмирить. Умеет лаять и хохочет не хуже лешего. Когда разгневается – закинет уголь между колосниками и даст всему овину заняться и сгореть. Мохнатую руку, чтобы нагадать девушкам богатство, вытягивает редко.

ОДОЛЕНЬ-ТРАВА – волшебные цветки различных трав, для каждой нечисти – разные. Названа так потому, что одолевает всякую нечистую силу. Человек, надев венок из кувшинок, может не бояться русалок. А дикие звери не переносят заговоренных лютиков.

ОТЕТЬ – корабельный дух. Крайняя степень лени. Живет себе в трюме и все время спит. Сдвинуть его с места никто не в силах.

ПЕЩЕРНИК – маленький добрый подземный человек. Расстраивается, что не может помогать людям, хотя очень этого хочет. Владеет источниками минеральной воды.

ПЛАКУН – волшебная трава, которую ищут в Иванов день на ранней утренней заре; корень и цветки ее обладают великою силою: смиряют нечистых духов, уничтожают чары колдунов и ведьм, заставляют демонов плакать, а тучи – проливать дождь.

ПЛАЩ-НЕВИДИМКА – полезная штука. Надел, и тебя не видно. Можно в кино или на стадион бесплатно сходить. Можно…

ПОЛОТЕНЦЕ – так же как Гребень, имеет двойное назначение. Можно вытираться. А вот если на землю бросить, то потечет широкая бурная речка. И те, кто за тобой гонятся, надолго задумаются: «А стоит ли в воду лезть?»

ПОЛУНОЧНЫЙ ВОДНИК – новое ладожское привидение. Один парень среди ночи сел в пустую байдарку и отчалил неизвестно куда. Обратно в свой лагерь так и не вернулся. Больше его никто не видел. Но с тех пор в самых разных местах можно ночью услышать плеск весел.

ПОРЕНУТА – деревянный идол с пятью ликами. Четыре обращены в разные стороны, а пятый лик располагался на груди. В руках у Поренуты трезубец. Идол может уследить сразу за всеми ветрами, дующими с севера и юга, запада и востока, и охраняет путешественников от свирепых штормов, подводных камней и морских чудовищ.

ПОРЧА – один из методов борьбы черных ведьм. Человека, на которого наслали порчу, вскоре становится не узнать. У него все валится из рук, жизнь теряет смысл.

ПОРЧЕЛЬНИК – продвинутый колдун, знакомый с ядовитыми травами и кореньями. Передает свой опыт по части порчи, суеверий, колдовских обычаев своим ученикам.

ПОСОХ – большая волшебная палочка изо льда. Помогает Студенцу замораживать лес, озера, сыпать снегом. Лучше не стоять перед этим посохом!

ПРИЕМЫШ ПРАСКОВЬИ (ЯРИЛКО) – кто это – никто не знает! Наука еще этого не постигла. Может быть, сгусток энергии. Может быть, НЛО. Может быть, разумная шаровая молния.

ПРОЖИН – дорожка во ржи в вершок шириною, которая проходит с одного края поля до другого. Все верхушки колосьев срезаны. Прожин затем и делают, чтобы переливать зерно в чужие закрома.

ПРОКУДЫ – мелкие бесы из домовых. Обычно ведьмы стараются подкинуть их в чужой дом, чтобы те вредили своим новым хозяевам.

ПУЩЕВИК – лесной дух, живущий в непроходимой пуще. Сам по себе не опасен. Но любит строить из себя ужасного. При ветре трет древесные стволы один о другой и скрипит с такой силой, что вызывает у путника острую ноющую боль.

РАЗРЫВ-ТРАВА – волшебная трава, листья которой имеют форму звездочек, а цветочки красно-желтые. Отыскивается в ночь на Ивана Купалу, но где она растет – никому не ведомо. С ее помощью можно ломать все замки, разрушать все преграды. От одного прикосновения замки отпираются и сваливаются с дверей и сундуков.

РЖАНИЦА – странная косматая старуха. Любит бродить по колосящейся ржи с огромной сковородой в руках, а перед собой колесо катит. Сковородой она заслоняет ниву от иссушающих солнечных лучей. В плохом настроении может устроить Прожин – и тогда урожай с вашего поля может перекочевать в закрома противника.

РУСАЛКИ – водяные девы, помощницы водяных. Оживают с наступлением весны. Это веселые, шаловливые создания, которые щекочут неосторожных путников. При плохом настроении без всякой особой причины могут защекотать до смерти и утопить.

РЯЖЕНЫЕ – поселяне, облаченные в звериные шкуры и красочные костюмы. В таких нарядах они бегают по улицам шумными вереницами, пляшут и кривляются, распевают громкие песни и бьют в тазы, заслонки и бубны, пытаясь заставить народ откупиться.

САПОГИ-СКОРОХОДЫ – сказочные сапоги, которые могут переносить своего владельца через огонь и воду. Скорость волшебных сапог велика: каждый шаг по семь миль.

САМПО – волшебная финская мельница. Мелет все, что хозяин пожелает. Еду, соль, деньги. Одна беда: что в одном месте прибыло, то в другом месте убыло! Ворует мельница, одним словом.

СВЕТИ-ЦВЕТ, ПЕРУНОВ ЦВЕТ, ЦВЕТОК ПАПОРОТНИКА, КОЧЕДЫЖНИК – этот фантастический цветок – цветок папоротника. «Сия трава – самая наисильнейшая над кладами – царь над цветами». Человек, сорвавший цветок папоротника в ночь на Ивана Купалу, становится великим колдуном, а колдун, сорвавший этот цветок, сразу входит в Верховный совет колдунов и ведьм. Клады сами вылезают из земли, а любые желания сразу же выполняются.

СЕРЕБРЯНАЯ ТАРЕЛКА – универсальное средство связи между ведьмами. Вроде видеотелефона. Пустишь по тарелочке серебряное яблочко, тарелочка приятно зазвенит и покажет, кого захочешь.

СКАТЕРТЬ-САМОБРАНКА – мгновенно расстилается по желанию своего владельца. И накормит и напоит его вкусными яствами и питиями.

СНЕГУРОЧКА – грустная дочка Студенца. Заколдована северными ведьмами и каждый год по весне исчезает. Способна принести себя в жертву ради друга.

СНЕЖАНА – веселая дочка Студенца. Пытается нести уют и радость в холодный дом. Умеет делать любые вещи изо льда.

СОЛОВЕЙ-РАЗБОЙНИК – подвид лешего. Умеет свистеть так, что уши закладывает. Современные Соловьи обмельчали и всего боятся, так как помнят о прошлых неудачах своих предков. Всегда найдется какой-нибудь богатырь, который собьет Соловья с дерева меткой стрелой. Поэтому это уже не Разбойники, а скорее Свистуны, старающиеся напакостить из укромного места.

СТУДЕНЕЦ – сводный брат Деда-Всеведа. Похож на Деда Мороза. Правда, настоящий. Вместо волос с головы снежного великана свисают сосульки. На ногах – ледяные сапоги. В руке – ледяной посох. Дунет – и речка сразу льдом покрывается. В натопленную баню войдет – и в ней сразу иней на стенах появится. На лето в кадушке солит снежки.

СУДЕНИЦЫ – девы жизни и судьбы, которые определяют судьбу человека при его рождении. Видят в основном все плохое, поэтому обладают пессимистическим характером.

ТРАВНИЦА – добрая знахарка, колдунья, умеющая лечить людей травами и заговорами.

ТИРЛИЧ-ТРАВА. По словам знахарей, эту волшебную траву собирают под Иванов день рядом с обиталищем ведьм и чертей. Трава обладает силою превращения и достается в удел только одним ведьмам. Из тирлича они выжимают сок, которым натирают себя при свершении чар. Ведьмы дорожат тирличем как сокровищем.

ЧАРОВНИК (чародей) – тот, кто умеет совершать чары – суеверные, таинственные обряды. Отклоняет различные напасти, изгоняет нечистую силу, врачует болезни. Может наслать на своих врагов всевозможные беды.

ЧЕРЕП КОЩА – страшная штука, требующая почтительного и осторожного обращения. Из глазниц этого черепа вырывается смертельный испепеляющий луч.

ЧЕРТ – злой дух, нежить. Цель пребывания черта на земле – смущать человеческий род соблазном и завлекать лукавством. Бывают самого разного вида. Черти хорошо маскируются под людей. Работают помощниками у ведьм.

ЧЕРТОВ КОНЬ – сом, на котором обыкновенно ездит водяной. Отличается от обычного сома серебряной уздечкой. Пойманного сома не следует бранить и лучше отпустить, чтобы водяной не узнал и не вздумал отомстить за него.

ЧЕРТОПОЛОХ – разные виды цепкого репейника. Чертополох прогоняет колдунов и чертей. Запутавшись в шерсти нечистой силы, доставляет ей сильную боль и постоянный зуд.

ШИШИГА – домовой, праздношатающийся злой дух, шатун. Сам передвигается довольно быстро, но не любит людей, которые торопятся. Старается им напакостить. «Закроет тебя шишига хвостом, и ты пропадешь, и сколько ни ищи, не найдут тебя, да и сам себя не найдешь…»

Notes

Content

Варвара Зеленец
Варвара и хозяйки Похъёлы

Загадочный замок и его хозяин

Привидения Санкт-Петербурга

Прасковья и ее Приемыш

Катерины нет дома

Учеба Варвары

Масленица

Понедельник – Встреча

В гостях у Бабы-Язи. У тещи на блинах

Взятие снежной крепости

Тещины вечерки

Варвара сжигает Марану

У Студенца

Успехи в учебе

Строительство яхты

Начало путешествия

Выход в Ладогу

Команда Водовлада

Встреча на Коневце

Отеть Соня и Полуночный Водик

Битва с сухим лесом. Гребень Влхвы

Поимка Соловья-Свистуна

Невидимый плащ Несмеяны. Битва на метлах

Перелет в Зеленец

Усач Баечник и другие непрошеные гости

Мирослав и цветок папоротника

Варвара поправляется

В Петрограде

Город тысячи чертей

У Петера на хуторе

Рунопевцы Калевалы

Каменный волейбол

На пути в Похьёлу

У серых ведьм в прошлом

Погоня

Порча, залом и прожин

На поиски мандрагоры. Отважные ревяки

Прощание со стариками. Ура русскому анженеру!

Миражи. Гибель «Мурены»

Кощей на Каменном острове

Три задания

Волшебный дар Кощея

Заколдованный Михаил

Тюлени. В Валаамском архипелаге

Рассказ Алатырь-камня

Кто хозяин в архипелаге?!

Непонятный план Мерлина

Буря

Исчезнувшее озеро

Очаровашки из подземелья

Сампо

Оборона мельницы

Атака хозяйки Похьёлы

Страна должна знать своих героев!

Приближение тучи

Последняя битва

Поиски Катерины

Волшебный сон

И я там был…

Чудесные встречи (Краткий толковый словарь)

Notes