Немченко Михаил & Лариса

Ехал король воевать

Михаил Немченко, Лариса Немченко

ЕХАЛ КОРОЛЬ ВОЕВАТЬ...

...1997-й... 1998-й... 1999-й... Годы неторопливо ползли друг за другом по красной шкале индикатора дальности - и с каждой следующей цифрой сердце Кена билось все учащенней. Он слишком хорошо знал, какой опасный отрезок пути пересекает сейчас его летящая сквозь время машина. Именно где-то здесь, в районе перекрестка тысячелетий исчез на прошлой неделе Ян Браун. А сколько не вернулось до него!..

Правда, руководители фирмы при каждом удобном случае во всеуслышание заявляют, что, по их мнению, добрая половина исчезнувших за последнее время водителей - просто морально разложившиеся невозвращенцы, улизнувшие от своих семейных и служебных обязанностей в объятия красоток двадцать первого века. Доказательства? Разумеется, никаких. Начальство уж как-нибудь не хуже Кена знает, что все эти люди ежемесячно процеживались сквозь фильтры бесчисленных психологических обследований, где их неизменно признавали врожденными однолюбами и непробиваемыми, семьянинами, которым фирма "Вести из Грядущего" может безбоязненно доверить свои машины времени.

Нет, конечно, каждому ясно, что все разговоры о невозвращенцах ведутся с единственной целью: хотя бы немного успокоить не на шутку встревоженных водителей. Дескать, уверяем вас, что от пушек пиратов гибнет, по крайней мере, вдвое меньше машин, чем принято думать...

Глаза Кена снова, наверно в тысячный раз, настороженно обшарили экран хронолокатора. Пусто, ни единого пятнышка. И даже как-то не верится, что из этой пустоты каждую минуту может вынырнуть затаившаяся в засаде машина врага. Может быть, вот сейчас...

Да, "зона пиратства"... Еще каких-то полтора года назад Кен и его товарищи и не подозревали, что в их словаре появятся эти зловещие слова. Они спокойно колесили по дорогам времени, принося в улей своей фирмы драгоценный нектар заказанной информации. Ведь фирма "Вести из Грядущего" была единственным в мире обладателем машины времени.

Но недаром говорят, что засекретить можно все - только не законы природы. Стоило физикам одной могущественной финансовой группировки несколько лет хорошенько поломать головы, как магическая формула путешествий во времени оказалась в их руках. И на свет божий появилась компания "Глашатаи Будущего", немедленно вторгшаяся флотилиями своих новеньких машин времени в завтрашние десятилетия.

Однако в завязавшейся конкурентной борьбе "Глашатаям", несмотря на все усилия, удалось лишь незначительно потеснить пионеров коммерческого использования вечности.

В то время как "Вести из Грядущего" давно уже поставляли своим заказчикам самую разнообразную информацию из любой хроноточки почти на полстолетия вперед - предельной дальностью для машин "Глашатаев" был 2010 год. Уже не говоря о том, что максимально допустимое время их пребывания в будущем составляло всего сорок минут - почти вдвое меньше, чем у конкурентов. А ведь чуть опоздаешь - и машина уже теряет способность вернуться... Словом, не удивительно, что подавляющее большинство фирм и лиц, интересующихся будущей конъюнктурой, по-прежнему обращались к "Вестям из Грядущего", - тогда как "Глашатаям" приходилось довольствоваться весьма немногочисленной клиентурой.

Стало ясно, что новичкам потребуется не один год и не один десяток миллионов, чтобы догнать ушедших далеко вперед зачинателей бизнеса предсказаний. И тогда мозговой трест "Глашатаев Будущего" решил послать к черту этику и эстетику. На дорогах времени появились пираты.

Сначала никто в "Вестях из Грядущего" не понимал, почему вдруг начали пропадать машины. Но вскоре один уцелевший водитель, каким-то чудом сумевший дотянуть свой поврежденный взрывом времяход до базы, поведал, что с ним произошло. Выяснилось, что вооруженные импульсными пушками машины "Глашатаев" подстерегают свои жертвы, укрывшись в засадах возле стыка веков.

Разумеется, юрисконсульты "Вестей из Грядущего" тотчас же бросились в судебные инстанции. Но хозяева "Глашатаев", как видно, заранее учли возможности такого хода, не поскупясь на соответствующие ассигнования. И представителям "Вестей" авторитетно разъяснили, что юрисдикция нынешних судебных, равно как и административных, властей на будущее не распространяется и что поэтому истцам следует обратиться к органам правосудия того времени, в которое совершены указанные ими правонарушения.

После этого "Вестям из Грядущего" оставалось только принять вызов и срочно вооружить свои машины. Но тут в дело властно вмешались экономические соображения. Большое увеличение веса времяходов существенно сократило бы их радиус действия. И там, наверху, в совете директоров, скалькулировали, что дешевле будет потерять десяток-другой машин, чем допустить уменьшение объема заказов. Решено было ограничиться установкой на времяходах импульсных омега-пулеметов.

Пулеметы против пушек... Криво усмехнувшись, Кен бросил взгляд на большую красную кнопку, торчащую в самом центре панели управления. Нет, конечно, если бы все водители поднялись как один, хозяевам фирмы быстренько пришлось бы вооружить машины понастоящему. Но попробуй чего-нибудь добиться, когда каждый больше всего дрожит за свое место...

А белые цифры лет на светящейся шкале индикатора дальности все ползли и ползли, словно километровые столбы, уплывающие назад. 2000-й... 2001-й... 2002-й... Кажется, все-таки пронесло... И в этот момент Кен увидел точку. Маленькое, едва заметное пятнышко, возникшее в самом низу экрана.

Прежде чем Кен успел что-нибудь подумать, рука сама собой метнулась к красной кнопке. Нажатие. Резкая вибрация, пронзившая тело. Надвигающийся продолговатый силуэт, заполнивший уже полэкрана... В следующую секунду машину закрутило в бешеном черном смерче импульсного взрыва - и все померкло.

* * *

Когда Кен пришел в себя, кабину еще слегка покачивало. Значит, все-таки жив! Приподнявшись в кресле, он оглядел свое хозяйство. Внешне все было цело, но экран и почти все приборы не действовали. Только на индикаторе дальности по-прежнему плыли - нет, скорее, почти бежали! - белые полоски цифр. И бежали совсем в другую сторону. 1949-й... 1948-й... 1947-й... Время-ход камнем падал в прошлое.

Пролезть через узкий люк в нижний отсек было для Кена делом минуты. Согнувшись в три погибели, он торопливо принялся осматривать двигатель. Вернее, то, что осталось от его хрупких нитевидных синхроизлучателей. Минут через двадцать у него шевельнулась надежда, что падение можно будет остановить. Но прошло еще два часа, прежде чем ему удалось это сделать. Долгих два часа, в течение которых машина продолжала проваливаться сквозь столетия. И когда, закончив работу, обессиленный Кен рухнул в свое водительское кресло, его глаза уперлись в застывшую посередине красной шкалы цифру "1134-й". А ниже, как всегда при остановке, стояла точная дата: "7 сентября, полдень".

Итак, он был в двенадцатом веке, навсегда отрезанный от своего времени. Старина Кен, современник Крестовых походов, муж тоненькой крашеной блондинки, выступающей в телевизионных балетах, и папа дочки, занимающейся в студии светомузыки... Атомы, из которых будут состоять его близкие, еще покоятся где-нибудь в неоткрытых месторождениях каменной соли или носятся в межпланетном пространстве в качестве невыпавших метеоритов.

Кен до хруста сжал пальцы. Он знал, что надеяться не на что. Проблема возвращения из прошлого не решена даже теоретически. Для любого времяхода спуститься в старину - значит исчезнуть...

Он долго сидел так, погруженный в свои горькие мысли. Потом открыл дверцу и вышел наружу. Машина стояла среди кустов. Ольшаник, густые заросли орешника с уже изрядно пожелтевшей листвой. Видимо, только что прошел дождь, и с низкого, затянутого серыми облаками неба еще падали последние редкие капли.

Осторожно раздвигая мокрые ветви, Кен двинулся на разведку. Шагов через тридцать заросли кончились. Перед ним была дорога. Скрывающаяся за лесом широкая полоса истоптанной копытами грязи, густо заваленная свежим конским навозом. Она была пустынна. Рядом, у обочины, валялись две бочки с выбитым дном. Поодаль, на невысоком пригорке, стая ворон деловито расклевывала труп лошади. И всюду - навозные россыпи. Словно здесь совсем недавно прошло целое войско.

Войско... Какое-то далекое воспоминание мелькнуло в мозгу Кена. Ну да, конечно, как он не вспомнил сразу! Ведь 11 сентября 1134 года произошла знаменитая битва на Грейнском поле. Учитывая средневероятное пространственное отклонение его машины, это гдето тут, километрах в ста к югу. Король Уольф VIII и кочевники... Сомнений нет, он стоит сейчас на той самой дороге, по которой движется навстречу врагу и неизвестности королевская армия.

Неизвестности для Уольфа и его воинства, - но не для него, Кена! Ведь он может во всех деталях предсказать им исход битвы. И не только этой, но и десятков последующих. Как-никак он всегда был по истории первым учеником в классе... Черт возьми, да ведь это же идея! Стать предсказателем! Собственно, это единственное, что ему остается. Он слишком необычен для этих времен, чтобы выжить здесь в каком-нибудь другом амплуа.

Значит, переквалифицируемся в астрологи... И тут Кен вспомнил о своей униформе, лежащей в ящике под сиденьем. Расшитая звездами мантия и колпак, без которых водителям категорически запрещалось появляться перед заказчиками. Руководители "Вестей из Грядущего" питали слабость к внешним эффектам... Но вот сейчас эта давно осточертевшая Кену рекламная мишура оказалась весьма кстати. По крайней мере, он будет экипирован как настоящий средневековый астролог. Интересно только, случайное ли это совпадение. Что, если все эти упоминаемые в истории прорицатели - не кто иные, как водители провалившихся в прошлое времяходов?..

Однако надо было действовать. Быстро вернувшись в машину, Кен опустился еще на четыре часа ближе к рождеству Христову. Все дальше вглубь единственный доступный ему теперь вид передвижения во времени... Облачившись в свою звездную спецодежду, он снова вылез на свежий воздух. Как и следовало ожидать, было утро. Придерживая цепляющиеся за ветки длинные полы, Кен пробрался сквозь кусты и с бьющимся сердцем выглянул на дорогу. Так и есть: головной отряд войска уже показался из-за леса.

Впереди, окруженный рыцарями, ехал король. Это был грузный бородатый человек в алом плаще, накинутом поверх лат. Над головой его развевалось белое знамя с изображением какого-то победоносного святого. Древко знамени даже на расстоянии напоминало ствол сосны средних лет, и ехавший по левую руку короля здоровенный детина, вполне годившийся по габаритам в прототипы Гаргантюа, держал его с видимым напряжением.

Когда всадники приблизились, Кен, явственно чувствуя дрожь в коленках, вышел из своего укрытия. Низко поклонившись королю, он воздел руки к небу и громко провозгласил:

- Светел твой жребий, о венценосный воитель! Зажжется четвертая от сего дня денница - и узришь великую победу и славу на поле Грейнском, К полудню же дрогнут враги твои и полягут их орды от могущих дланей твоих воинов. Вверься же благостному Провидению, о победоносный и солнцеликий!

Сдерживая своего нетерпеливо перебирающего ногами белого жеребца, король с любопытством смотрел на неведомо откуда взявшегося прорицателя. С любопытством, но явно без изумления. Видимо, астрологи были ему в общем-то не в диковинку.

"А может, просто не понял? - встревожился Кен, тщетно пытаясь разглядеть на красном, изрытом оспинами королевском лице какую-нибудь зримую реакцию на свое пророчество. - Наверно, я недостаточно архаично выразился..."

Но тут король (он был заметно навеселе) повернулся к одному из своих приближенных и, слегка икнув, произнес по-латыни, которую Кен довольно прилично знал:

- Ты слышал, Манфред? Это становится забавным. Пусть его поместят в ту же повозку. Вели дать ему сухарей, сыра и вина. И пусть стража не спускает глаз. Одному из них я потом отрублю голову.

- А может быть, и обоим? - улыбнулся тот, кого назвали Манфредом.

- Клянусь бородой, так и будет, если оба окажутся обманщиками, отозвался король. И, тронув поводья, он поехал дальше, не удостоив больше астролога ни единым взглядом.

Тотчас же к Кену приблизились двое мрачного вида стражей и велели ему следовать за ними. Мучительно размышляя над тем, что конкретно могут означать для него только что услышанные слова короля, Кен поплелся в обоз, почти не замечая любопытных взглядов, которыми провожало его все многотысячное воинство.

В самом хвосте колонны стражи остановили запряженную парой лошадей повозку, обтянутую какой-то серой дерюгой, и знаками предложили астрологу незамедлительно в нее забраться. Кен повиновался. Какая-то тощая фигура отодвинулась в глубь повозки, освобождая ему место на сене. И лошади снова тронулись.

Неведомый попутчик сидел рядом, но в первую минуту Кен не мог его рассмотреть. Лишь когда его глаза привыкли к полумраку, он разглядел незнакомца как следует и чуть не вскрикнул от изумления. Перед ним был... астролог!

Только сейчас Кен до конца понял смысл королевских слов. Так вот он, этот загадочный второй прорицатель, как видно, предсказавший королю нечто совсем несхожее с пророчеством Кена! И теперь этому бедняге через несколько дней отрубят голову. Наверно, сразу же после Грейнской победы... Собственно, это, вероятно, произошло бы и без его, Кена, конкуренции, но все равно ему теперь не избавиться от чувства вины. Правда, есть еще четыре дня в запасе, и, может быть, удастся что-нибудь придумать, чтобы выручить нежданного-негаданного коллегу... Да, но надо же случиться такому: водитель времяхода, отброшенный взрывом на восемь веков назад, попадает в компанию бедного средневекового мошенника в качестве собрата по профессии!

Пока весь этот вихрь мыслей проносился в голове Кена, глаза его продолжали жадно разглядывать астролога. А тот в свою очередь не сводил глаз с пришельца.

Самое удивительное, что весь внешний облик этого уроженца средневековья был словно списан с времяпроходцев двадцатого века. Гладко выбритое лицо. Почти такая же, как у Кена, прическа. И, главное, одежда! Даже звезды на мантии точно такого же размера и расцветки, как на его, Кена, одеянии... Стоп, да там, кажется, какая-то надпись! Ну, правильно, как это он сразу не заметил... Кен продвинулся чуть поближе и отчетливо прочел вышитые золотом на воротнике незнакомца слова: "Глашатаи Будущего".

Прямое попадание молнии в повозку не могло бы потрясти Кена больше, чем эта надпись. Секунду он сидел как оглушенный. Потом, не помня себя от ярости, бросился на врага с кулаками.

- Получай за все свои засады! - выкрикнул он, хватая "Глашатая" за грудки и одновременно нанося ему энергичный удар в челюсть. - За все, что ты сделал со мной, собака!..

- Говори по-немецки! - прохрипел "Глашатай", с трудом отбрасывая Кена от себя. - Мы здесь не одни...

Несколько отрезвленный этими словами, Кен внимательно огляделся и только теперь увидел третьего пассажира трясущейся по рытвинам повозки. Это был толстый седобородый старик в черной монашеской одежде. Он сидел в самом темном углу, и видимо, все это время дремал, запахнувшись в свою хламиду. Сейчас, разбуженный потасовкой, старикан с нескрываемой злостью смотрел на передравшихся астрологов. Заметив взгляд Кена, он поспешно придвинул к себе поближе лежащий рядом на сене свиной окорок.

- Королевский летописец, - пояснил "Глашатай" уже понемецки. - Как видишь, большого доверия мы ему не внушаем. Так что не вздумай выяснять отношения на родном языке. При всей своей архаичности, он может кое-что понять, и тогда нам с тобой не сносить голов...

- С удовольствием полюбуюсь, как тебе ее отрубят, - бросил Кен, также, однако, переходя на немецкий. - Ты это вполне заработал.

- Ну, ну, какой толк сейчас злиться и ворошить прошлое... - Чувствуя, что Кен уже заметно поостыл, "Глашатай" старался говорить как можно более примирительно. - В конце концов и ты, и я - только пешки в грязной игре наших хозяев, чтоб им всем было пусто. Согласись: весь этот бизнес на будущем достаточно омерзителен и в том, и в другом вариантах... Думаешь, мне так нравилось сидеть в этих проклятых засадах?

- И, однако, преспокойненько сидел!..

- Эх, брат, будто ты не знаешь, как это бывает... Нечего жевать - вот и попадаешься на крючок с приманкой. Оправдываешься перед собой, что во всех мерзостях виноваты хозяева, что ты лишь малозначащая гайка в механизме, и все равно ничего изменить не можешь... Даже слово себе даешь при первой возможности уйти и начать новую жизнь. А потом и сам не замечаешь, как оказываешься по горло в подлостях, и пути назад уже нет... Э, да что там... - Он махнул рукой. - Если хочешь знать, я даже рад, что все это кончилось...

"О да, ты просто в восторге", - подумал Кен.

- ...В том, что тебе тоже удалось подбить меня своим пулеметом, есть, по крайней мере, какая-то справедливость.

- Единственное утешение, - мрачно усмехнулся Кен, подпрыгивая на ухабе. - Это, наверное, сила раскаяния и придала твоему шарабану опережающую скорость падения?

- Возможно, что и так, - с готовностью улыбнулся "Глашатай", явно ободренный тем, что удалось завязать разговор. И продолжал уже серьезно: Понимаешь, я же падал по вектору своей атаки, так сказать, лицом вниз. Сопротивление поля было меньше - вот и оказался здесь раньше тебя... - Он сделал паузу и пристально глянул на Кена. - Ну вот что, старина, давай ближе к делу. Хочешь не хочешь, мы с тобой теперь товарищи по несчастью. Так что давай забудем прошлое и заключим союз.

Он протянул руку, но Кен ее словно не заметил.

- Ну что ж, дело твое, - обиженно проговорил "Глашатай", возвращая свою кисть в исходное положение. - А только все равно, если мы хотим уцелеть, нам необходимо выработать согласованную программу действий. Чтоб никаких разнобоев... Ты что предсказал королю?

- Это уж не твоя забота... - Кен отвернулся, не желая продолжать разговор. Однако, подумав, все же добавил: - Каждый школьник знает, что Уольф разгромил кочевников на Грейнском поле...

- Ого! - "Глашатай" выразительно присвистнул. - Ну, брат, если ты ему это напророчил, тебе нужно в срочном порядке уносить отсюда ноги.

- Это почему же?

- Потому что никакой победы на этом самом поле наш достославный Уольф не одержал. Наоборот, его там так расколошматили, что...

- Ты что, с ума сошел?! - Кен возбужденно схватил "Глашатая" за руку. Откуда ты все это взял?! Ведь Грейнская битва - исторический факт! Кстати, и недавние раскопки...

- Что мне твои раскопки, когда я видел все своими глазами! Да, да, можешь на меня так не глазеть... Вон там, у поворота дороги, я наблюдал из кустов, как этот на редкость везучий бедняга Уольф возвращается домой с горсткой своих уцелевших рыцарей. Как раз только вышел из машины - а они едут. Ну и я, конечно, подслушал койкакие разговоры... Когда это было? Пожалуйста, могу назвать дату: 2 октября. Как видишь, остановил падение малость раньше тебя... Ну а потом опустился еще тремя неделями ниже и посмотрел на ход этой самой битвы. Краешком глаза, конечно, из укрытия. Но в общем все стало ясно. И явившись сюда, пред королевские очи, твой звездный коллега смог все предсказать уже с полным знанием дела. Разумеется, в туманно-астрологической форме...

- Но что же все-таки произошло на Грейнском поле? - упавшим голосом спросил Кен.

- Я ж говорю тебе: полный разгром. Наш благодетель Уольф с жалкими остатками своего воинства попал в плен. Но тут вдруг, на его счастье, в стане победителей вспыхнула эпидемия. То ли брюшной тиф, то ли дизентерия в общем, какое-то поголовное кишечное расстройство. Масса народу отдала богу душу, а оставшиеся в живых в панике бросились назад, в свои степи. Ну и Уольфу в этой заварухе удалось бежать. А вернувшись к себе в столицу, он объявил себя победителем.

- Но как же так... - все еще пытался не верить Кен. - Ведь все исторические источники в один голос...

- Ха, источники!.. Вот он, единственный первоисточник всех последующих переливаний из пустого в порожнее! - "Глашатай" кивнул на летописца, который, не обращая ни малейшего внимания на тряску, уже снова похрапывал в своем углу, крепко прижимая к себе окорок. - Кстати, я как раз видел его среди бежавших из плена... Будь спокоен, этот седобородый плут накатал свою хронику битвы в точном соответствии с указаниями венценосного очковтирателя.

"Одному из них я потом отрублю голову", - мысленно повторил Кен слова короля. Он почувствовал, как внутри у него все холодеет. Бежать! Скорее бежать, пока они еще не успели далеко отъехать от оставшегося в кустах времяхода!..

- Что ж, придется перебираться куда-нибудь подальше, - проговорил он, стараясь держаться как можно спокойнее. - Попробую в древнеримские времена... - И, придвигаясь к выходу, добавил: - Там история вроде бы пояснее. По крайней мере, можно будет с полной уверенностью предсказать Юлию Цезарю, что он не прогадает, перейдя Рубикон.

- Конечно, - согласился "Глашатай". - Как ни говори, античность... Я бы, брат, сам с тобой отправился, да латыни, понимаешь, не знаю. И вообще... Попробую уж специализироваться на этой эпохе...

Они попрощались, пожав друг другу руки, - и Кен, чуть не запутавшись в своей длиннополой мантии, на ходу спрыгнул с повозки. Кое-как объяснив подъехавшим стражам, что ему нужно срочно побыть несколько минут одному в кустах, он на предельной скорости помчался к своей машине. - Счастливо! Привет Цезарю!.. - крикнул вдогонку "Глашатай".

Content

Немченко Михаил & Лариса
Ехал король воевать