Суворов Виктор

Интервью с Виктором Суворовым

Сокращения:

* В.Р. - Владимир Резун (Виктор Суворов)

* А.Т. - украинский тележурналист Александр Ткаченко

Говорит журналист Владимир Скачко:

Сегодня Виктор Суворов напоминает того, кем он последние 20 лет и есть - мирный преподаватель, почетный академик, доктор и профессор нескольких университетов по обе стороны океана. Виктора Суворова все это время официально считали изменником, как в России, так и в Украине, и он жил под страхом смерной казни. И только в этом году в России было публично сказано, что такого приговора разведчику Резуну нет. Но Виктор Суворов все равно хочет оправдаться и все обьяснить.

В.Р. Мне трудно сказать, почему Россия считает меня предателем и недавно вот в Черкасской области город Смела, обьявил мне войну. Считают... да-да... вы знаете Смелянск? Вот, говорят предатель и так далее, и предателей надо убивать (я с этим полностью согласен), но тут надо тоже задать вопрос, вот какой. Вот допустим Борис Николаевич Ельцин... Он подписал бумагу и после того как он подписал эту бумагу не стало Советского Союза - завалилось правда? Нужно его считать предателем или нет?

А.Т. Но Вас действительно многие считают предателем в том числе и на Украине, как Вы к этому относитесь?

В.Р. Я нанес вред Советскому Союзу я это действительно признаю. Так было. Руку я приложил к этому делу, но допустим его считают предателем, но выбрали президентом - ну и меня кем-то выберите - почему нет? (Смеется) Или вот, допустим, пан Кравчук, вот подписал тот же документ и Советского Союза не стало - является ли он предателем? Ну русских мне трудно понять, но украинцы...! Я говорю: "Украiна, мати рiдна, у чому я перед тобою винуватый?" Что я сделал Украине?

А.Т. Как это все-таки произошло, какое это состояние, когда переходишь из одного качественного состояния в другое?

В.Р. Как это состояние? Ну, понимаете, это можно сравнить вообще-то с самоубийством. Нет одной причины... Или вернее она есть. Но можно о самоубийстве... Но уйти - это один раз в жизни, как самоубийство. Это ужасно, это, я никому не советую. Так вот, всю жизнь можно думать-думать-думать об этом и никогда не совершить...

А.Т. Но все-таки у Вас могла сложиться блестящая карьера...

В.Р. Да потому что, наша коммунистическая пропаганда вот это во мне, как чернобыльский реактор... Знаете энергоблок номер четыре?

А.Т. А где Вы учились актерскому мастерству?

В.Р. Нет, я не учился - я был разведчиком.

(реклама)

В.Р. В 22 года я попал в номенклатуру ЦК КПСС. И это рекорд. Сын Сталина - в 27. А я в 22 - такого не было никогда... В двадцать два года номенклатура Центрального Комитета Комммунистической Партии Советского Союза. В книге я пишу, что я старшим лейтенантом был... А на самом деле был лейтенантом еще. Две звездочки было... Вот... номенклатура ЦК... Так вот, в армии это нужно быть командиром дивизии, генерал-майором, чтоб номенклатура ЦК... Ну так вот, взошел туда...

А.Т. А почему все-таки попали Вы? Вы задавали себе этот вопрос?

В.Р. Я не знаю... (Смеется, шутит) Наверно я уж такой красивый! Я не знаю, но... Когда я... Я не хочу хвалиться, я не хочу, вот чтобы сейчас люди смотрели... Но, в одной из моих характеристик записано отзыв начальника Главного Разведывательного Управления Генерального Штаба вооруженных сил Советского Союза генерала армии Ивашутина Петра Ивановича. Он написал так: "Наш корреспондент из Женевы". Так это в шутку это было написано - "наш собственный корреспондет в Женеве". Вот, не от того, что я вербовал, а от того, что я - аналитик. Так что мне может быть и сдавать некого было, агентуры там много. Но чемоданы я носил с деньгами, но ни один из них не унес...

Говорит журналист Владимир Скачко:

Родился Владимир Резун на Дальнем Востоке в семье кадровых военных, которая со временем переехала в Черкассы. Отец Богдан Васильевич и мать Вера Спиридоновна, познакомились и поженились на войне. Четыре раза тяжело раненый отец дослужил до пенсии. Всю жизнь он собирал и читал военные мемуары. Суворовцем стал старший брат - Александр. Это и определило судьбу младшего - Владимира.

Рассказывает Александр Резун - родной брат Владимира Резуна:

И когда он меня увидал в форме, он загорелся этим вопросом и он сразу сказал, что я тоже буду суворовцем. И когда подошла так сказать возможность, время подошло возраст, тогда после четвертого класса принимали в суворовское училище, он сам здесь, не отец не мать, когда он этот вопрос поднял, они ему сказали хватит нам одного. Тогда он сам пошел в военкомат и все уже пробил там все... и медкомиссию... и документы сдал.  Он пришел домой и сказал, что завтра я еду поступать в суворовское училище. Т.е. он отца с матерью поставил перед фактом.

Говорит журналист Владимир Скачко:

Дальше было Киевское высшее общевойсковое командное училище. Служба молодого армейского разведчика на чехословацкой границе. И Аквариум. За это время Владимир поженися с Татьяной Корж, у него родилось двое детей. Жизнь набирала самостоятельные обороты. Но первые его глобальные сомнения насчет советской системы, насчет второй мировой войны, возникли в разговорах с отцом.

Рассказывает мать Владимира Резуна:

Он очень много читал, когда он приезжал домой из суворовского училища, у них с отцом очень было много... И беседовали они и спорили они... У них всегда, всегда разговоров было... "Мать ты иди отдыхай, а мы еще посидим поговорим".

А.Т. Вы должны были проходить серьезную идеологическую обработку и откуда у Вас этот интерес к свободе и реальным фактам.

(в этом месте грубая монтажная склейка)

Это генетическая память украинца или какие-то личные мотивы у Вас сыграли?

В.Р. Это очень возможно... У меня дед Василий Андреевич мой, всю жизнь проработал кузнецом в колхозе в Днепропетровской области Солонянский район. И у него в конце жизни у него дрожали руки. И ему советская власть назначила пенсию, я не знаю сколько... Это было что-то очень стыдное что-то или 8 рублей... Что-то вот такое ему было. У него дрожали руки, потому что он... не знаю... 50 лет стучал молотом в колхозе. Вот. Он рассказывал мне, дед, про коллективизацию. Он рассказывал мне, да. А отец мой, Богдан Васильевич, который умер вот в декабре месяце, прошлом, он мне рассказывал, когда он вступил в комсомол, перед войной, вступил в комсомол. И приходит, деду моему, своему отцу, рассказывает: "Вот я вступил в комсомол". Отец ему говорит: "Запомни Богданэ, там наверху сидят бандиты, а здесь у нас босяки, правят". Вот так. И то, что нами правили бандиты и босяки, я не должен наверное вам этого обьяснять...

Говорит журналист Владимир Скачко:

После Аквариума были 4 года работы в резидиентуре ГРУ в Женеве, столице мирового шпионажа, где и запутался детективный клубок таинственных противоречий и загадок в судьбе Виктора Суворова. И первая из них - его бегство на Запад. Одним утром он просто исчез из своей квартиры вместе с женой и детьми. Сам Суворов причиной побега сначала назвал приход нового шефа резедентуры Бориса Александрова брата помощника и советника Леонида Брежнева. Карьериста и дилетанта за ошибки которого, должен был бы отвечать Виктор Суворов. Сегодня он говорит, что убежал, потому что хотел написать главную книгу своей жизни "Ледокол" и подводит под все идеологичную антикоммунистическую базу, отметая всякие обвинения в измене.

А.Т. А Вас самого не мучило ощущение то, что Вы идете и против страны, не столько против системы как бы, а именно против страны?

В.Р. Это очень хороший красивый вопрос. Но давайте так, вот в 91 году валится система, Вы бы встали с оружием в руках защищать коммунистическую систему? - Нет. И я тоже нет. И я считал раньше Вас на 13 лет, раньше Вас, что это гнилая система, она должна умереть. Как вы считали. Как мать-Украина считала. Мы должны из Советского Союза выйти. Просто все выходили толпой, а я выходил индивидуально.

А.Т. То есть Вы считаете себя провидцем?

В.Р. Нет, просто я считал, что эта система должна умереть. Она должна умереть. Советский Союз. Мы идем в пропасть.

А.Т. А что Вы доказали, когда ушли? Вы рассказали секреты и именно этим Вы доказали, что Вы правы, Вашу правоту?

В.Р. "Красная звезда" пишет - вот выдал гад секреты. И так далее и так далее. Я говорю, ребята, давайте так разберемся... У нас в Советском Союзе было Особое Совещание при товарище Сталине - ОСО. Хватают человека ночью, там ОСО дало ему "вышак", или 15 лет, или 10 лет, и человек пропал. И все. Здесь в Британии, арестовать человека, так просто вот, за здорово живешь, нельзя. Нужно арестовать и судить. И я, когда "Красная звезда" говорит, что ты пришел гад, ты все раззвонил, все рассказал и тайны все открыл... Я говорю: "Хорошо ребята назовите фамилию, какой-нибудь Джон Вуд, которого судили вот вследствии того, что я ушел.

А.Т. То есть Вы утверждаете, что не сдали никого из агентуры?

В.Р. Нет - стоп. Я говорю, вы назовите ребята - я ничего не утверждаю. Вы назовите - тогда я с вами буду спорить. Назовете, нет? Тогда они сразу заткнулись. Они так сразу м-м-м...

А.Т. И все-таки, что Вы им рассказали, что сдали?

В.Р. Я им рассказал, что Советский Союз скоро должен сдохнуть. Украина будет независимым государством. "Незалэжным". Но они мне страшно не поверили. Говорят: "Ну что ты!" Я-то, вообще-то, в принципе, я знал, что это рухнет. Я знал, что это рухнет. Я разведчик и аналитик. Я знал, что он развалится. Но не хотел строить иллюзии, что при моей жизни развалиться... Но, как он мог не развалиться, если мы торговали ресурсами, которые принадлежат не только нам, но будущим поколениям. Гнали лес, нефть, газ, золото, танки, самолеты, ракеты, все.

А.Т. Но Вы до сих пор чему-то учите британских разведчиков?

В.Р. Учу, как воевать на фронте, как нужно бить коммунистов. Если коммунисты или какие-то там тоталитарные силы на Украине, в Беларуссии, в России пойдут войной против западного мира, который так хорошо живет, не на кого не нападает, если они пойдут войной, то я не только буду там лекции читать я возьму автомат и пойду воевать против коммунистов. Я буду их убивать. Сам.

А.Т. Но ведь это в основном Ваши бывшие сограждане?!

(в этом месте грубая монтажная склейка, видимо было уточнение, кого именно из бывших сограждан будет убивать Резун.)

В.Р. Да-да - а Вы не будете убивать, если они пойдут?

А.Т. Я в этом не уверен.

В.Р. А я буду. И буду вешать. "Комуняку на гiлляку!" Все. Буду вешать. Так вот, и вот я говорю, если коммунисты нападут на западный мир - я буду воевать, пойду в танк заряжающим простым. Если возьмут. А если они не нападут, то мои лекции никому никакого вреда не принесут. Не надо нападать вот и все.

Говорит журналист Владимир Скачко:

Сегодня у Суворова уже есть откровенные враги, которые считают его однозначно клятвопреступником.

Показывают отрывок из передачи "Национальный интерес" говорит Юрий Кобаладзе - сотрудник внешней разведки России:

Каждому разведчику военному, разведчику КГБ, противостояла очень мощная контразведка. И господин Резун, как господин Гордиевский и многие другие, которые сейчас выдают себя за борцов за свободу - они все просто эту битву конразведке проиграли. И это детский лепет, когда люди говорят о том, что они не пошли на сотрудничество, они не выдавали друзей они все выдавали, потому что это было правила игры, очень жесткие.

Говорит журналист Владимир Скачко:

Но есть и друзья, преимущественно однокурсники по Аквариуму, убежденные, что измены не было. Один из них - Виктор, попросивши не называть фамилию, рассказал, что молодого Резуна они называли Павликом Морозовым за повышенное чувство справедливости. По мнению однокурсников молодой Резун был с незадубевшей кожей, чтобы работать за границей видеть все противоречия и терпеть.

Рассказывает Виктор - однокурсник Владимира Резуна. Его снимают в контражуре, но голос не изменен:

Превратить в предателя, как мы понимам, до сих пор его не удалось. 11 томов дела, 200 человек допрошенных и те факты, что он продолжительное время, как мне известно, так сказать и в партии числился и более того - и квартира за ним числилась... И многие другие, говорят о том, что он, т.е. его поступок все же не нашел однозначного решения, определения у органов нашего правосудия, а именно у военной прокуратуры.

Говорит журналист Владимир Скачко:

Неподалеку от Аквариума есть памятник известному разведчику Рихарду Зорге, которого советское руководство предало и оставило на расправу гестапо, потому что это было выгодно Сталину. С Зорге сегодня сравнивают Виктора Суворова, потому что с одной стороны его возвращение в Москву тоже было невыгодно тем, кто вешал на него чужие проступки, а с другой стороны ГРУ не хотело отдавать своего и даже разрабатывало операцию спасения из рук английской контразведки. Но она была запрещена лично Андреем Громыко.

Рассказывает Виктор - однокурсник Владимира Резуна.

По анализу той обстановки, которая сложилась вокруг Резуна накануне, за день до его исчезновения и после исчезновения, позволяют все же сделать вывод - ОН НЕ ПЕРЕХОДИЛ. Он исчез или может быть был выкраден.

Говорит журналист Владимир Скачко:

Из забвения Владимир Резун вернулся к широкой общественности уже своими книгами, под псевдонимом Виктор Суворов - именно так называли его в военном училище за склонность к аналитике и вдумчивый подход к занятиям по стратегии и тактике. В этих книгах Виктор Суворов и делает основное дело своей жизни ставит под сомнение всю историю второй мировой войны, ломает все стереотипы в подходах к ее изучению.

Говорит Игорь Геращенко - писатель, бывший дисседент:

Книга его "Ледокол" и последующие книги , вот чисто исторические - "Ледокол", "День М" и "Последняя республика" это чисто, строго исторические книги. Он умудрился написать их таким образом, что их читают миллионы людей. Не одному историку раньше так не удавалось. И эти книги особенно важны для людей и опасны для тех, кто контролирует общественное мнение не только тем, что он описывает правдиво события так, что у человека нет возможности с ним спорить. Если кто-то высказывается против книг Суворова, читая их, то этот человек непорядочный. Там доказано все, как в арифметике, но Суворов еще и учит людей думать.

В.Р. Вот нам говорили, что армия у нас была обезглавлена. Обезглавленная армия. Танки все устаревшие. Мало их. Самолеты - гробы. К войне не готовы - ну дураки-дураками. А я в своих книгах говорю, что Сталин не дурак, Сталин не трус. Это злодей, но гениальный злодей. И армия у нас не обезглавлена и танки у нас великолепные, и прочее. И вот этого мне Россия простить не может. Польша простила, Болгария простила... Я говорю ребята вы не дураки! Я говорю! Не дураки! А мне нет мы дураки, Сталин - дурак, армия обезглавлена... Главная сказка вообще... главный герой русских сказок это Иванушка-дурачок. А я говорю - это не так, мы умные люди. И мне думается, что Россия мне никогда этого не простит. Я первый человек, который сказал, что мы не дураки.

А.Т. И Вы все это когда пытались понять и действительно поняли?

В.Р. Понял я в 68 году, прямо перед Чехословакией. Я выпустился на чешскую границу, меня туда бросили. Вот и прямо перед самым входом, нашим солдатам заменили сапоги с кирзовых на яловые сапоги. Ясно? Пойдем, да? Потому что за рубежом наш солдат кирзовые сапоги не носил. В Германии, в Польше они ж в яловых сапогах ходили, а тут в кирзовых - сменили. И вот мы сидим, выпиваем... И сидит старикан один и говорит: "Как в 41 году!" Ну мы выпили, закусили, выходим. Я к этому старикану: "Как в 41 году? Ты про что? Ты чего?" Он говорит, ну в 41 году привезли же сапоги и меняли же сапоги здесь. Как меняли? И это меня настолько потрясло. И потом я начал собирать... И в книгах своих я говорю я привожу сведения о том, что на границе было потеряно 5 миллионов пар кожаных сапог, которые выкладывали терриконами просто, египетскими пирамидами, в 41 году, наши. Клали на грунт. Ведь если дождь пойдет они ж погибнут, сапоги. Если на грунт выкладывать. То есть нападение готовилось, не оборона. Прямо на самой границе.

Говорит журналист Владимир Скачко:

Книги Суворова действительно, как ледокол, железной логикой по новому увиденных известных фактов, наполовину разделили общественное мнение, как на Востоке, так и на Западе, прежде всего в России, где поход против новоявленного опровергателя истин возгавила главная российская армейская газета "Красная звезда".

Говорит Виталий Мороз - первый заместитель главного редактора "Красной звезды")

"Красная звезда", центральная военная газета России, никогда не углублялась в то предательство, физическое предательство, которое касается того ведомства, в котором он работал. Мы его обвиняем в другом предательстве, в ином предательстве, в духовном предательстве, в предательстве, которое воплотилось в литературу. В том, что он написал после того, как оказался за рубежом. Красной нитью через эти произведения Виктора Суворова, будем называть его этим псевдонимом, проходит мысль о том, что Гитлер просто перехитрил Сталина и напал на Советский Союз чуть-чуть раньше, чем Советский Союз, изготовившись к прыжку, напал бы на Германию. Но никаких документов, ну никаких документов, которые бы подтверждали вот ту версию, которую он проводит, что Сталин готовился к войне с Германией, но Гитлер упредил, не найдено. Их никогда не будет найдено! Наоборот, вот эти документы подтверждают, что Сталин просто физически боялся Германии.

Говорит Игорь Геращенко - писатель, бывший дисседент:

В России и на Украине его знает практически каждый человек. Здесь, между прочим, на Западе, его книги запрещены. Нет, нет специального государственного указа, в том, чтобы эти книги не печатать. Суворов находится в черном списке, печатать Суворова здесь - в Англии, в Америке и прочее, запрещено.  В Англии его "Ледокол" издали крохотным тиражом, который полностью пошел под нож. Издательство "Хамиш Хамилтон" издало книгу "Ледокол" 5-тысячным тиражом. Автор не получил авторских экземпляров. Мы пробовали через литературного агента получить экземпляр "Ледокола" по-ангийски у нас общий литературный агент с Суворовым, и это не удалось.

А.Т. Когда Вы уходили на Запад на Украине у Вас оставались родные. Вы не боялись за их судьбу?

В.Р. Я боялся за них.

А.Т. Почему Вы ушли - для Вас была важна судьба Ваших близких или Ваши представления об этом мире?

В.Р. Понимаете, если бы каждый из нас боялся за своих родственников, то так бы мы и остались бы рабами. Я понимаю, что я нанес огромный ущерб и никак перед своими родственниками... Я... я прощения просил. Я знаю, что это простить нельзя. Нельзя, ну и все.

А.Т. Они простили?

В.Р. Я не знаю. Официально простили. Но... Я не думаю, что это можно простить. Я не знаю. (сготнул ком в горле, видно, что ему сильно не по себе) Вы спросите у них. (Пытается улыбнуться, не получается, откидывается на спинку кресле и закрывает лицо рукой)

Говорит мать В.Р. Вера (плачет):

Отец простил его. Как он мог его не простить - ведь это же его сын, его кровь! Я его никогда не обвиняла ни в чем. И я не думала, что он предал кого-то, Родину, наш народ.

Говорит Александр Резун - брат Владимира Резуна:

Я его ни в чем не обвинял никогда и не обвиняю. И естественно мне его прощать не за что.

Говорит Степан Корж - тесть Владимира Резуна:

Мы не обвиняем. Раз так жизнь подсказала... Считаем, что они люди взрослые. Раз приняли такое решение, значит другого выхода не было.

Говорит журналист Владимир Скачко:

Похоже, что единственное, что мешает гармонии в душе Виктора Суворова это невозможность вернуться домой. Его активно пригашают сделать это все. Но Суворов справедливо видит в приглашениях западню. За самовольный переход на запад ему военному все равно надо отвечать, а в справедливое расследование он не верит. Не верит в это и мать.

Говорит Вера Спиридоновна Резун - мать Владимира Резуна:

Они конечно хотят приехать сюда. Мечтают об этом. Скучают. Вот. И когда они мне сказали, что они хотят приехать... Я сказала сыну, что, сын, власть еще не переменилась - подожди, не торопись. Потому, что всякое может быть. Стелят мягко, а спать приходится твердо.

Говорит журналист Владимир Скачко:

Виктор Суворов, как может искупает грехи перед родными, которым в СССР пришлось отвечать за его поступок. Он купил брату квартиру в Черкассах, дважды приглашал погостить в Англии родителей, тещу с тестем. И несмотря ни на что, изучает новые документы и дальше разрабатывает главную тему своей жизни.

А.Т. Как Вы живете сейчас? Кто ваша семья? Что делают ваши дети?

В.Р. Прежде всего Таня моя жена, она здесь. Мы уже с ней живем 27 лет. Она разведчица, как и я. Она сохранила верность... мне и в каком-то роде системе, которая ее подготовила, в которой она работала, как молодая совсем девочка-разведчица. Ей было 19, когда она уже вступила на эту стезю, и 26, когда я ее увел сюда. Но мы с ней живем уже 27 лет. И мы счастливы. Я рад, что вот мне выпала такая женщина. У нас двое детей. Они уже взрослые. У нас уже один внук - Левик. Дочка наша, Наташка она очень любила Льва Толстого и любит сейчас. Вот. И он - Лев.

А.Т. Они граждане Великобритании?

В.Р. Да, конечно.

А.Т. Они могут приехать в Украину?

В.Р. Они были на территории бывшего Советского Союза под чужими именами. Они посмотрели, им очень понравилось.

А.Т. Серьезно? Они были здесь под чужими именами?

В.Р. Ну конечно. Ну а зачем им под своими? Зачем? Мы не знали, что там будет.

А.Т. Вы считаете, что все-таки Вам удалось стать более успешным человеком, чем если бы Вы оставались в Советском Союзе, стали генералом и продолжили бы там свою успешную карьеру.

В.Р. Более честным человеком, более честным, а не более успешным.

А.Т. То есть более честным, а не более успешным?

В.Р. Конечно. Совесть моя перед народом Украины чиста. Не от того, что я не рубил лопатами украинский народ, или армянский, или какой - нибудь народ. А от того, что испугался. От того, что я бы принципиально этого не делал.

А.Т. Над чем сегодня Вы работаете?

В.Р. У меня сейчас выйдет книга и может быть "Голос Украины" будет публиковать сейчас отрывки из моей новой книги, которая называется "Очищение". Я пишу: Тухачевский идиот, дурак, кретин. Правильно товарищ Сталин их там мочил, только мало. Надо было их там всех... Якир - это же... это же мерзавец был, подонок. Согласны, да? Не было бы коллективизации на Украине. Она держалась на штыках Красной Армии. А Красной Армией на Украине, командовал Иона Якир.

А.Т. То есть Вы считаете себя победителем?

В.Р. Да, конечно. Все-таки вы можете приехать сюда и говорить со мной. А когда был Советский Союз это было невозможно. Все-таки Вы можете в Киеве говорить, о том что вы думаете и знаете, что вас ночью не арестуют. Все-таки это лучше, чем было.

Content

Суворов Виктор
Интервью с Виктором Суворовым