Ясинский Анджей

Ник–5 (условное название)

Глава 1

Комендант Инжи Лупаго, город Маркин, империя Кордос

Инжи Лупаго отложил последний прочитанный документ в стопку по левую руку и откинулся на спинку кресла. Потер пальцами уставшие глаза и, посидев немного с опущенными веками, снова глянул на стол. Левая стопка была явно больше правой. В ней находились документы, по которым необходимо побеседовать с работниками, перешедшими к нему по наследству вместе с новой должностью.

Уже неделю Инжи Лупаго Конторас Ибиго Карнус исполнял обязанности военного коменданта города Маркина и прилегающей местности с несколькими деревеньками, выращивающими на солнечных склонах холмов самый лучший марафис, из которого изготавливают отличное вино и которое, как говорят, поставляют небольшими партиями даже к столу императора. Может и не врут, — думал Инжи, — вино действительно шикарное, в этом он успел убедиться лично. Но не ради охраны виноградников находился здесь Инжи. В непосредственной близи от города находилась главная жемчужина округа, то, что официально оправдывало наличие большого гарнизона — серебряный рудник. Хотя, если уж говорить откровенно, не серебро являлось основной причиной наличия полутысячного гарнизона. Нет, разумеется оно требовало повышенной охраны, но все же главной причиной была граница с империей Оробос, проходящей в ста лигах южнее Маркина. Лупаго поморщился. Его искренне раздражала наглость жителей Оробоса, называвших свою страну империей. Империя может быть только одна! Империя Кордос, в которой родился, вырос и которой всю свою жизнь служил Инжи. А Оробос… всего лишь толпа нуворишей дорвавшихся до власти. Что это за империя без многовековых традиций? Выскочки, рвущие глотку друг другу за трон императора, пока тот не достается достаточно кровавому тирану, способному загнать под стол всех этих тараканов. Но стоит тому погибнуть, как тут же страна, оставшаяся без железной руки, развалится на множество мелких полунезависимых государств… Лупаго был искренне убежден, что в Кордосе в принципе ничего подобного случиться не может. Все возможные варианты смены власти давным давно расписаны и взяты на заметку, начиная от жесткой системы наследования трона и заканчивая учетом влияния на жизнь империи всевозможных катастроф, будь то природные катаклизмы или войны. И все равно оробосцам неймется… Постоянно пробуют всех соседей на прочность, пытаясь то тут, то там оттяпать кусок территории. Разумеется, сталкиваясь с Кордосом, который в отличие от Оробоса вполне самодостаточен и ему не требуется для своей стабильности постоянная экспансия, всегда терпят поражение…

С момента окончания последней войны прошло уже десять лет, но Инжи хорошо помнил события тех дней. Он, принимавший в боях самое активное участие, сумел несколько раз отличиться, прошел путь от сержанта до командира полка в результате чего, выйдя на пенсию, получил ответственный пост главы округа Миньен с единственным городом, являющимся его столицей. В принципе, ничего не мешало на накопленные за долгое время беспорочной службы деньги купить домик хоть в самой столице и жить себе припеваючи, но Лупаго знал, что такая жизнь ему быстро наскучит. Благо перед глазами было много подобных примеров. К счастью император всегда оставлял тем, кто во время службы проявил верность и преданность, но чей возраст делал невозможным службу в действующих частях, право выбора. Они могли уйти на пенсию или продолжить служить на «тупиковых» должностях, требующих ответственного отношения к службе, но не дающих возможности карьерного роста — военными комендантами небольших городков, преподавателями в военной академии, да мало ли еще как, причем в последнем случае пенсионное обеспечение так же возмещалось в полном объеме. Предложенный список мест и должностей был достаточно велик. Инжи выбрал этот город и должность военного коменданта, которая в подобных приграничных местах включает в себя и обязанности главы округа. Сам он вырос недалеко отсюда, да и местность ему нравилась.

Инжи искренне радовался такому положению дел, ведь ничего кроме тактики ведения войны и управления войсками, он не знал и не умел, а должность военного коменданта в мирное время достаточно спокойная, вполне ему по силам. Более того, натаскивание нескольких сот солдат-подчиненных, как надеялся Лупаго, не даст ему захандрить. Ну и денежки эта должность обеспечивает весьма неплохие. Хотя, правду сказать, исходя из своего опыта и знаний, полученных на войне, Инжи считал такой контингент в этом месте чрезмерным, ведь даже в ту войну здесь не велись серьезные боевые действия — мощный горный хребет и непроходимые глубокие ущелья делали массовые столкновения крайне затруднительными. Основная война вылилась в борьбу с засылаемыми оробосцами диверсионными группами, вносившими смуту и пытавшимися разрушить рудник. Ну и контрабандисты порой протаптывали свои тропки в обе стороны, куда уж без них. Но возмущаться, разумеется, таким положением дел он даже и не думал. Он, как настоящий военный, просто принял исходные положения должности как данность. Тем более, от количества солдат под его рукой зависел и размер жалования, являвшегося очень неплохой добавкой к пенсии…

Из глубокой задумчивости коменданта вывел резкий стук в дверь. Привычно погладив рукоятку именного офицерского кинжала, висящего на поясе и несмотря на свой декоративный вид, являвшегося в умелых руках очень опасным оружием, Инжи крикнул:

— Входи!

В дверь протиснулся адъютант. Судя по его взволнованному виду, случилось что-то, для этой сонной местности, экстраординарное.

— Господин комендант! — вытянувшись перед столом Инжи, выпалил Арни. — Южный дозор сообщил, что от границы с Оробосом в нашу сторону движется каменный голем!

— Что они там, перепились, что ли? — Инжи слегка удивился, но не самому голему, а тому, что это ходячее недоразумение появилось именно здесь. Под конец войны оробосцы попытались использовать новую разработку — каменных големов, но их эффективность оказалась крайне низкой. Управлял каменным истуканом создавший его чародей, и проблема была в том, что чародей должен был видеть не только движения своего голема, но и окружающую местность, по которой тот передвигался. Соответственно, вычислить рядом с големом чародея и уничтожить его вместе с группой поддержки не представляло особого труда. После нескольких провалов оробосцы признали неэффективность этого оружия и казалось на всегда отказались от его использования. И вот теперь, спустя столько лет после окончания войны, эта старая разработка появилась здесь.

— И в чем проблема? — спросил комендант, вытащил кинжал из ножен и стал ловко его крутить в руке. — Что, сами не могут уничтожить чародея-кукловода?

— Какого кукловода? — выпучил глаза Арни. Инжи поморщился. А ведь действительно, молодые солдаты наверняка не в курсе… Вряд ли среди них есть ветераны, и вряд-ли их обучали борьбе с таким экзотическим и тем более устаревшим оружием. Кстати, позднее обязательно надо будет проверить уровень подготовки молодняка.

— Ладно, — Инжи встал, — сам посмотрю. Хорошо, хоть слово 'голем' им известно. — Проворчал он, пристегивая к поясу ножны с мечом. — Прикажи, седлать лошадей, вызови боевого искусника, кстати, заодно и познакомлюсь с ним. Кажется здесь только один такой. — Инжи покачал головой. Непорядок, если искусников гражданских специальностей по списку насчитывалось чуть ли не с полсотни, то боевой в наличие был один. Хорошо, хоть боевой не только по направлению Искусства, а именно побывавший на войне. Лупаго сделал себе зарубку в памяти, поднатаскать остальных искусников, чтобы при необходимости они могли что-то сделать на поле боя… Стоп! Какое поле боя? Инжи вздохнул, расстроенный инерционностью своего мышления… Отдав необходимые распоряжения на время своего отсутствия, Лупаго направился к выходу.

В дороге коменданта кроме адъютанта сопровождал дежурный десяток солдат, боевой искусник Тарлос, а так же жрец бога войны Сарса. Жреца звали Муэнко, что говорило об его северном происхождении, в седле он держался уверенно, да и выправкой больше походил на военного, нежели на жреца. Тарлос и Муэнко умудрялись беседовать во время скачки, и Инжи периодически бросал на жреца заинтересованный взгляд. Интерес его тянулся из прошлого.

В самом конце войны к императору пришли жрецы бога войны и заявили, что бог Сарс услышал их молитвы и явил им свою силу. Видимо они предоставили достаточно доказательств благоволения Сарса, так как вскорости многие из них появились в войсках. Как-то однажды Лупаго своими собственными глазами видел работу такого жреца. Результаты его молитв слабо отличались от работы боевого искусника, хотя сильно отличались по внешнему проявлению. То, что видел Инжи напоминало огненный удар искусника-боевика по большой площади, только вместо огня поле боя залил яркий белый свет, оставив от противника лишь обожженные тела. И если боевым ударам полевых искусников враги более менее могли противостоять, то против такого необычного оружия оробосцы не смогли быстро создать защиту, в результате чего после нескольких проигранных сражений вынуждены были подписать мирный договор.

Так вот, сейчас жреца никто с собой не звал, он как-то вдруг сам оказался в отряде. Кажется он пришел вместе с искусником, и это удивляло. Обычно искусники недолюбливали жрецов, считая их выскочками и просто людьми, которым без особых трудов повезло получить могущество, сравнимое с Искусством. Взаимная нелюбовь наблюдалась и со стороны жрецов по отношению к искусникам. Хотя правильнее будет сказать не 'нелюбовь', а 'презрение'. Ведь именно их, бесталанных в Искусстве, боги посчитали достойными проводниками своей силы и желаний. Так кто достоин большего уважения? В общем, как считал Инжи, ни к чему хорошему такое положение дел привести не могло, однако вот уже который год держится шаткое, с точки зрения Лупаго, равновесие, способное вылиться во что-то неприятное. Но к счастью, похоже императорские надзиратели держали ситуацию под контролем. Вряд ли там сидят глупые люди, которые упустят из вида подобное потенциально взрывоопасное положение дел.

Через час сделали короткий привал, чтобы дать лошадям отдохнуть. Инжи, устроив искуснику и жрецу форменный допрос, остался доволен результатом. Тарлос действительно принимал участие в боях, пусть тогда он и был всего лишь учеником, но небесталанным и смог проявить себя на поле боя. Тогда многие ученики искусников приняли боевое крещение, и оставшиеся в живых быстро пошли по иерархической лестнице вверх. Однако Тарлосу не понравилось работать в одном из больших городов империи — слишком суетно, и он сам попросился в более тихое место, после чего и попал в Маркин. Как он сказал, тишина и прекрасная природа лучше всего подходит для оттачивания своего мастерства в Искусстве.

Насчет Муэнко комендант тоже не ошибся. По странному стечению обстоятельств до своего посвящения в жрецы бога Сарса, тот был обычным сержантом в тяжелой кавалерии. По каким причинам бог отметил его, Муэнко и сам не знал, однако пришлось сменить форму кавалериста на рясу жреца. Тем не менее посвящение никак не повлияло на его мировоззрение, поэтому Муэнко легко сходился как с военными, так и с искусниками, в особенности боевыми. Единственным, раздражавшим Инжи моментом были постоянные попытки жреца обратиться к нему 'брат мой'.

— Я тебе не брат, — проворчал он, — обращайся ко мне 'господин комендант' и никак иначе!

— Как будет угодно, брат… господин комендант! — ответил Муэнко и вытянулся перед Лупаго во фрунт. Инжи рассмеялся:

— Сработаемся!

— Господин комендант! Поступила информация от дозора! — подбежал адъютант. Инжи разрешающе махнул рукой, мол говори. — Голем остановился в трех лигах от нас, сразу как только дозор нагнал его.

— Что предпринимается?

— Дозорные не могут подойти, голем бросает в них большие камни, есть один раненый. Пока так и стоят друг против друга.

— Есть какие-либо мысли? — комендант повернулся к искуснику и жрецу.

Тарлос пожал плечами:

— Скорее всего голема создали уже на нашей территории. Смысла нет проводить такую махину через ущелья и горы, гораздо проще провести несколько чародеев-диверсантов. Это явно военные Оробоса, контрабандистам просто незачем использовать голема.

— А военным зачем? — спросил Инжи. С выводами искусника он был согласен, но хотел дослушать его мнение до конца. — Провокация?

Тарлос пожал плечами и неуверенно посмотрел Муэнко. Тот тоже пожал плечами.

— Непонятно, — проговорил комендант. — Особенно непонятно зачем привлекать к себе внимание? — Немного подумал и обратился к стоящему рядом адъютанту: — Арни, свяжись с городом и передай дежурному офицеру, кто там сейчас? Карачес? Ага, вот ему передай мой приказ: пусть усилит патрули внутри, на входе в город и вышлет мобильные группы за город, пусть прочешут местность. Сдается мне, что этот голем — отвлекающий маневр. Слишком глупо тратить столько сил, чтобы только покидаться камнями. — Инжи задумчиво крутанул кинжал в ладони, ловко, одним движением вернул его в ножны и поднялся на ноги: — По коням! Недалеко осталось.

Инжи быстро выглянул и тут же резко спрятался за гранитный выступ скалы, по которому с той стороны тут же ударил большой, в рост человека, каменный обломок. Скала загудела, а по ушам хлестнул резкий перестук разлетевшихся осколков. По привычке жестами он дал команду искуснику накинуть на них иллюзорное прикрытие и когда мир вокруг слегка потемнел, означая появления иллюзии, они пятеро — комендант, искусник, жрец, адъютант и старший дозора, дождавшийся их на месте, быстро пробежали сотню шагов до следующего укрытия. Только спустя пару минут Лупаго сообразил, что Тарлос четко отреагировал на его жест-команды — видать действительно неплохо повоевал, раз еще помнит язык жестов.

Голем обосновался на небольшом более-менее ровном пятачке между большими обломками скал. Недостатка в метательных снарядах он явно не испытывал. И выглядел как грубое подобие человека — огромный камень в три человеческих роста, изображающий тело, маленькая голова, составные руки и ноги. Причина человекоподобного образа заключалась в том, что чародей-кукловод при управлении ассоциирует себя с големом, и как объясняли искусники, другая форма голема намного сложнее в управлении и поэтому не используется. Не всякий чародей может не просто представить себя, например, змеей, а управлять телом, и двигаться как змея.

Голем (или точнее управляющий им чародей) потерял их из виду и перенес бросание камней на другие цели — дозорных, к которым присоединился десяток коменданта. Они отвлекали внимание голема, вернее чародея-кукловода, периодически появляясь в поле его зрения, стреляя по голему и заставляя того реагировать.

— Нашел, откуда управляют этим чурбаном? — спросил Инжи у Тарлоса. Остальные воины отвлекали на себя внимание голема и заставляли его шевелиться еще и по той причине, что искуснику надо было определить место, где спрятался кукловод.

— Нет. — Покачал головой искусник. — Они ловко сделали — от голема во все стороны идут управляющие нити, или кажущиеся таковыми, среди которых прячутся настоящие. У меня недостаточно высокая квалификация в артефакторике, чтобы правильно разобраться в этом хитросплетении. К тому же чародейские методики такого плана мне плохо знакомы.

— А почему голем стоит на месте, а не движется вперед? — задал вопрос старший дозора. Военного опыта у него не было, поэтому вещи очевидные для воинов, прошедших мясорубку тяжелых боев, у него вызывали недоумение.

— Просто чародей-кукловод и его группа поддержки, скорее всего из обычных воинов и возможно еще одного боевого искусника, прячутся под иллюзией, которую в принципе можно обнаружить при передвижении. Если на войне существует целый комплекс мероприятий по сокрытию групп, то здесь вряд ли используется что-то такое тяжеловесное. Просто прикрылись иллюзией, которая хорошо скрывает людей только в неподвижном состоянии. Скорее всего она скрывает и тонкие возмущения, присущие чародейству и Искусству, так как я ничего не чувствую.

— А ты, Муэнко, можешь что-нибудь сделать? — комендант обратился к жрецу.

— Вряд ли бог Сарс откликнется по такому пустяковому поводу, — с сомнением пробормотал Муэнко, — но я попробую. — Он уселся поудобней, прислонился спиной к скале, закрыл глаза и замер. С любопытством понаблюдав за ним некоторое время и не дождавшись результата, комендант поманил к себе искусника и чтобы не мешать жрецу, тихо проговорил:

— Попытайся вывести из строя голема, может тогда оробосцы чем-нибудь выдадут себя.

Тарлос кивнул, вынул из специального футляра на поясе свой жезл искусника и выглянул из укрытия, стараясь не высовываться сильно. Минут пять ничего не происходило — и жрец молчал и голем продолжал кидаться камнями, Инжи даже заскучал, бестолку пытаясь вычислить месторасположение противника. Но слишком много было таких мест, где не то что пару человек, а целый десяток можно укрыть без особого напряжения. Комендант лениво перекатывал в голове слова Тарлоса о возможном наличии у противника боевого искусника. Все-таки основной упор оробосцы делали на чародеев, которых как раз в Кордосе не особо привечали из-за их эмоциональной неуравновешенности и невозможности их контролировать. Зато искусникам здесь было раздолье, и они предпочитали жить в спокойствии и довольстве именно в Кордосе. Ну и не очень-то они ладили, чародеи и искусники, из-за каких-то своих фундаментальных разногласий. Вполне возможно, что тот искусник у противника — кто-то из бывших военнопленных, «перевоспитанных» оробосцами или перебежчик. Других причин его наличия на той стороне Инжи не видел.

Неожиданно Тарлос, тяжело дыша, откинулся и стал массировать пальцами свои глаза, предварительно аккуратно всунув жезл обратно в футляр.

— Что? — Инжи вопросительно глянул на него.

— Это все, что я смог сделать — слишком хорошая там стоит защита, без дополнительного накопителя разрушить силовые линии я не могу, а управляющие неплохо защищены. Только в одном месте у них нашлось слабое звено.

Инжи быстро выглянул и увидел, что в результате действий искусника у голема отвалилась часть ноги ниже коленного сочленения, что однако не привело к какому-то сильному изменению ситуации — голем повозился на месте, неожиданно с другой стороны у него так же откололся кусок камня, он выровнялся и продолжил бросать обломки скал.

— А как он подпитывается?

— Скорее всего накопитель спрятан внутри него, так как я не вижу никаких идущих к нему внешних подводов маны.

— Жаль, — Инжи стал прикидывать дальнейшие действия, как неожиданно дал о себе знать жрец, вдруг закашлявшись. Из носа у него брызнула кровь.

— Запрокинь голову! — Инжи придержал голову Муэнко и бросил адъютанту. — Сбегай за целителем, он у дозорных.

— Не надо, — покачал головой жрец, достал из кармана тряпочку и прижал ее к носу. — Я заслужил. Нельзя обращаться к богу с пустяковыми просьбами, когда сам можешь справиться с проблемой.

Инжи молча смотрел на жреца и радовался, что не ему выпала эта сомнительная честь приобщиться к сподвижникам бога. Муэнко заметил взгляд коменданта и встал:

— Тем не менее, подсказка есть, — он выглянул из-за камня и долго разглядывал местность, пытаясь сориентироваться. Через пару минут он кивнул и подозвал коменданта:

— Они засели вон там, — Муэнко показал на нагромождение камней, расположенных на расстоянии в два полета стрелы от голема. — Пятеро. Два чародея и три воина. Больше ничего не знаю. — Все-таки искусника у них нет — отметил комендант.

— Отсюда достанешь? — спросил он у Тарлоса. Тот с сомнением покачал головой.

— Без накопителя — вряд ли. К сожалению он у меня почти разряжен, — он невольно погладил свой жезл. — Придется использовать и свою собственную ману. Надо подойти ближе.

— Ладно, — кивнул комендант и подозвал к себе старшего дозора. Совместными усилиями был выработан план нападения на противника.

План нападения удалось реализовать лишь отчасти. Неожиданный удар Тарлоса снес чародейскую защиту противника. В появившуюся на месте пропавшей маскировочной иллюзии группу людей тут же понеслись стрелы скрытно подобравшихся дозорных. В результате нарушители понесли первые потери. Трое обычных воинов погибли на месте. У чародеев же сработала личная защита и они, бросив голема (видимо управлять им и одновременно держать защиту не получалось), стали отступать. К сожалению у них оказалось прикрытие — искусник, спрятавшийся чуть в стороне. Он связал боем Тарлоса, успев активировать заранее выстроенный барьер между отступающими и напавшими дозорными, в результате чего погиб один из воинов, неудачно вступивший в ловушку — у него оторвало ноги по колено и он истек кровью. Добраться до него не представлялось возможным, пока длился бой. Тарлос быстро выдохся и потерял сознание, но и противник не стал продолжать бой. Инжи запретил преследование, пока искусник не придет в себя, так как хорошо знал, что подобные группы практически всегда оставляют за собой чародейские ловушки (на самом деле какие они — чародейские или искусные пока было непонятно, но на войне привыкли называть их чародейскими, несмотря на то, что искусники часто морщились такому общему определению). А действовал противник вполне профессионально, на уровне военных, а не каких-либо залетных бандитов. Единственно в чем корил себя комендант, так это в том, что не подумал о возможном прикрытии основной группы противника, а ведь должен был!

В общем, преследования не получилось. Тарлос не приходил в себя около получаса, даже целитель не особо помог, а когда очнулся, то сообщил, что полностью истощен. Пришлось отметить на карте место предполагаемого отхода противника и Тарлос обещал позднее прислать сюда искусника-артефактора, чтобы разрядить возможные ловушки. Дозорным вменялось в обязанность следить за указанным местом во избежание случайных жертв, а после работы артефактора проверить возможный маршрут противника и попытаться определить, как они попали на эту сторону. Единственными трофеями оказались разряженный накопитель с голема, сложный чародейский артефакт видимо для облегчения управления им, да три трупа, по которым комендант надеялся уже в городе после исследования получить хоть какую-то информацию. Своего погибшего аккуратно завернули в прочный плащ и привязали к лошади, чтобы доставить в Маркин.

Но на этом проблемы коменданта не кончились. На полпути к городу им повстречалась сотня воинов, высланная заместителем Инжи, который оставался в городе и выполнял обязанности Лупаго во время его отсутствия.

— Господин комендант! По вашему приказанию первая сотня прибыла!

— По какому приказу? — Инжи подозрительно прищурился.

Молодой сотник, возглавлявший воинов, быстро достал из сумки конверт и передал его коменданту:

— Согласно этому.

Медленно развернув бумагу, Инжи надолго уставился в нее, иногда поглаживая ее рукой, будто то, что он там видел должно было пропасть от таких поглаживаний.

— Глянь, что оказывается, я приказал. — Он протянул бумагу Тарлосу. Тот взял ее и сначала провел рукой по поверхности.

— Бумага оригинальная, искусные метки все на месте и аутентичные. Насчет вашей подписи ничего не скажу — раньше не видел. Так, — пробормотал он, начав читать текст, — «Приказываю в течение получаса выдвинуть сотню… так… полное молчание, амулетами связи не пользоваться…». Хм… Ничего не понимаю.

— Зато я понимаю. — Инжи достал амулет связи и связался с заместителем. — Оказывается я еще дал распоряжение выдвинуть две сотни на охрану рудника, — сообщил он, пообщавшись с помощником, — сотню на охрану казны, в которой находится большая часть добытого на руднике серебра, вот эту сотню нам на помощь. Да еще мое лично указание по амулету сделанное ранее, отлично легло на всю эту неразбериху.

— Непонятно, для чего это? — Тарлос помассировал себе грудь — неожиданно кольнуло сердце как следствие истощения личной маны.

— Как раз-таки все понятно, в городе сейчас всего сотня солдат, если не считать стражи. Город большой, изнутри ослаблен. Делай, что душе угодно. Вот только что такого в нашем городе ценного, кроме серебра из рудника? А ведь именно на его охрану неизвестные доброжелатели от моего имени и отправили наши внутренние войска…

Ответ последовал с неожиданной стороны — через амулет связи с комендантом связался заместитель из города и доложил, что неизвестные лица прорвались во внутренний город и совершили нападение на тюрьму, левое крыло которой в результате нападения полностью разрушено. Оставшаяся в городе сотня воинов оперативно направлена к месту нападения и уже вступила в бой с неизвестными.

Все это уже Лупаго рассказывал на ходу — присланная неизвестным доброжелателем сотня под руководством коменданта срочно возвращалась в город.

— Кто содержится в тюрьме? — попади во внутренний город обычные оробоские диверсанты, они, скорее всего, сосредоточили бы своё внимание на уничтожении ратуши и других важных соседствующих с тюрьмой построек. Инжи нутром чуял, что в тюрьме сидел кто-то важный.

— Как обычно, — ответил адъютант Арни, — мошенники, воры, убийцы.

— А еще искусники-преступники и чародеи, — дополнил Тарлос, крепко держась за луку седла — его шатало, но от помощи он оказался, чтобы не задерживать возвращение.

— Искусники? Откуда они-то взялись? — удивился Инжи.

— А вы разве не в курсе, что делают с преступниками-искусниками?

— Что-то слышал, но никогда особо не интересовался.

— Все просто. Держать в тюрьме искусников сложно и опасно. Вот как-то нашелся умник, предложивший способ легко и просто содержать их в заключении, да еще и с пользой для общества. Их заковывают в специальные кандалы, которые вытягивают из них ману и аккумулируют в городских накопителях вдобавок к остальным методам зарядки. И так по всей империи. Этот способ стали использовать лет тридцать назад. Пригодилось и во время войны, когда таким образом стали использовать захваченных вражеских чародеев.

— И кто из них у нас сейчас сидит?

Тарлос немного помолчал.

— Точно не знаю. Я не интересовался этим вопросом, просто как-то присутствовал при разговоре предыдущего коменданта с начальником тюрьмы. Кажется там до сих пор содержится кто-то из чародеев-диверсантов, захваченных в конце войны. Вроде тогда была попытка оробосцами сделать невозможной добычу серебра из нашего рудника… Еще кажется кто-то был из искусников, работавших с контрабандистами… Это все, что я знаю.

— Ладно, разберемся. — Инжи пришпорил коня.

Инжи Лупаго сидел в своем кабинете и знакомился с собранными донесениями, свидетельствами и показаниями. Целью неизвестных действительно было освобождение заключенных чародеев. И нападавшим это удалось. Тщательные поиски сбежавших не дали результата. Инжи признался себе, что операцию неизвестные провели на высшем уровне. То, что это были оробосцы практически не осталось никаких сомнений. Блестяще сработанные действия по добыче официальных бланков администрации коменданта с его подписью, вернее подпись все-таки была подделана, но бланки — настоящие, видимо в неразберихе смены власти им успешно удалось провернуть изъятие нужных бумаг. Затем отвлечение внимания властей големом. Инжи было непонятно, рассчитывали ли оробосцы на то, что он сам, лично, отправится за город. Может да, а может и нет. Скорее всего, у них было несколько вариантов действий. Но сработал именно этот. Отправка части воинов за пределы города, хорошо хоть не всех, и блестящее нападение на тюрьму.

Копаясь в документах, Инжи, к своему удивлению, узнал, что тюрьма считается важным городским оборонительным сооружением. Существенная часть искусной защиты ближайших административных зданий подпитывается из тюремных накопителей, при нападении врага на внутренний город мана, поступающая от узников, составляет неплохое подспорье для обороняющихся. Конечно, можно было подумать, что целью оробосских диверсантов было снижение оборонных способностей города через подрыв тюрьмы. Однако этому противоречило заявление искусников о том, что основные накопители и артефакты тюрьмы не пострадали. Кроме того, тщательное расследование событий внутри тюрьмы, выявило ряд интересных фактов. Из девяти заключенных искусников и чародеев пропало трое — двое действительно были диверсантами оробосцев и судя по тому, что для их освобождения была разработана такая сложная операция, они были важными персонами. Почему ждали целых десять лет объяснялось просто — они были переведены в Маркин в самом конце войны и скорее всего для оробосцев их след затерялся. Однако при тщательной проверке документов тюрьмы, Лупаго с удивлением отметил некоторые нестыковки: по ним значилось, что диверсантов перевели сюда около десяти лет назад, однако по финансовым документам выходило, что средства на их содержание стали выделять всего лишь два года назад. Комендант вполне хорошо разбирался в финансовой отчетности, чтобы заметить это. Все это попахивало неприятностями. Особенно не любил комендант всякого рода интриги, хотя и разбирался в них и сам при необходимости мог закрутить какую-нибудь комбинацию. Но вот то, что нечто подобное связанно с его городом, ему категорически не нравилось. Даже самый тупой солдафон понял бы, что в связи со случившимся у него могут возникнуть проблемы, выходящие за рамки реакции на обычное ЧП.

С третьим заключенным все выглядело еще непонятнее. В самом начале войны его в бессознательном состоянии посредине леса обнаружил патруль, примерно в десяти лигах от Маркина. В тот момент проведение надлежащего следствия по понятным причинам было невозможно, а позднее забылось под грудой рутинных дел. Причем тогда так и не определили кто он — искусник или чародей.

Вчитываясь в сухие строки старого отчета, Инжи пытался представить себе что это был за человек, и почему он оказался висящим на дереве на какой-то тряпке. Какой-то неудавшийся эксперимент оробосцев? Кто знает. Однако на тот момент ситуация была весьма острой, только началась война, недавно было отбито нападение на их город и найденного чародея (Инжи решил так его называть, пока нет точных данных) недолго думая приковали к устройствам аккумулирования маны. Кроме того, оказалось, что этот чародей был очень сильным и давал ману чуть ли не в пять раз больше, чем другие. Что-то с ним было не в порядке и за все время нахождения в тюрьме, где были оборудованы устройства изъятия маны, он ни разу не пришел в себя. Ну и никто особо разбираться не стал. Есть такой чародей, никто его не ищет и ладно. Коменданта же интересовал в данный момент один вопрос — ради кого было совершено нападение? Ради этого чародея или все-таки тех двух других пропавших диверсантов?

Сам штурм тюрьмы тоже вызывал вопросы. В гостях у начальника тюрьмы в момент нападения находился племянник, недавно приехавший после окончания академии, где он изучал Искусство по боевому направлению. Он оказался очень сильным искусником (конечно для своего возраста и уровня) — окончил академию с отличием. Племянник быстро сориентировался, сумел подключиться к тюремным накопителям маны и нападавшие на некоторое время были им остановлены во внутреннем дворе. Вот тут и начинаются загадки — левое крыло тюрьмы чуть позже буквально разорвало изнутри, причем уровень чародея, сотворившего подобное, был никак не ниже уровня Повелителя Чар, или просто Повелителя, как они себя называют. Отсутствие подобной информации в документах давало Инжи некоторые козыри в предстоящей проверке происшествия: после передачи информации о ЧП в столицу, довольно быстро пришло сообщение о скором появлении в городе специальной комиссии по расследованию побега.

Лупаго тяжко вздохнул и тоскливо посмотрел в окно. Неприятно. Только заступил на должность и тут такое… И не удивительно, что поиски сбежавших не дали никаких результатов, если один из сбежавших на самом деле был Повелителем — ни стражи ни искусники не смогли найти следов. Правда есть маленькая вероятность, что беглецы временно укрылись в городе. В таком случае можно надеяться, что их найдут — стража как раз трясет весь преступный элемент города, который должен правильно понять, что от них хотят и если что-то узнают, сообщить…

Инжи снова перескочил мыслями на тюрьму. Разрушения, конечно, сильные. Больше всего жаль потери нескольких чародеев, некоторые из которых (sic!) умерли от отключения системы защиты и при этом лишились целительской поддержки, встроенной в нее, а некоторых просто завалило разрушившейся стеной, не выдержавшей ярости чародейского искусства. Охрана же тюрьмы вообще несет какие-то небылицы об оборотнях. А племянник-искусник словил-таки какое-то чародейское заклятие, хорошо хоть не смертельное. Складывалось такое ощущение, что освобождаемые чародеи сыграли одну пьесу вместе с нападавшими и сами вырвались на свободу в нужный момент. Правда с этим категорически не согласен искусник-целитель Касандрос, который утверждает, что чародеи не могут сами освободиться из фиксирующих устройств — у них просто маны на это не остается, а во-вторых, после стольких лет неподвижности хорошо если ползать смогут, а не то, что передвигаться на ногах. И тем не менее, факты налицо. Возможно кто-то снабдил их силой или испортил канал откачки маны и они смогли восстановиться и подготовиться к побегу. А это означает, что тюремщиков надо трясти, кого-то из них купили или еще каким-нибудь способом заставили предать империю… Вопросы, вопросы…

Инжи отвлекся, чтобы налить себе вина, задумчиво посидел в кресле, глядя в полный бокал, и позвал адъютанта.

— Так, Арни. Сходи в архив и собери все донесения, приказы, циркуляры, объявления, в общем все документы, имеющие отношения к чародеям и искусникам за последние двадцать пять — тридцать лет. С самого начала войны и даже чуть ранее. Тащи все, что попадется, сам не думай, а то еще упустишь какую-нибудь мелочь. Надеюсь, справишься?

— Так точно, господин комендант!

Инжи отпил вина и прикинул примерный план расследования инцидента и как себя вести с проверочной комиссией…

Маркин. Тюрьма.

Тюрьма города Маркин располагалась в старом двухэтажном здании длиной около ста метров. Его стены состояли из больших каменных блоков, подогнанных друг к другу с такой точностью, что между ними невозможно втиснуть даже лезвие ножа.

По сути в незапамятные времена с этой постройки и начался город, и первоначально тюрьмой она не была, а служила защитой от всевозможных опасностей — диких животных, сейчас уже давно покинувших шумное место проживания людей, враждебных жителей данной местности, тогда еще не вошедших в империю; бандитов, время от времени пытавшихся отнять добытое серебро… Да много еще от чего… Строившие здание искусники тогда хорошо поработали — до сих пор ни щербинки в покрытых кое-где мхом камнях стен. В тяжелые времена, когда-то случавшиеся в империи, здание превращалось в последний оплот защитников города. И три подземных этажа, превращенные в огромные военные склады, служили защитникам хорошим тылом. В более спокойные времена здание стало использоваться в качестве тюрьмы, чему способствовало как расположение, так и надежность — заклятия кудесников не только неплохо охраняли содержимое от внешнего врага, но и не давали покинуть строение без надлежащего разрешения.

Наиболее интересно левое крыло здания, почти полностью отданное под содержание преступников-искусников и чародеев. У непосвященного человека может возникнуть вопрос, почему этих преступников не содержат на самых нижних подземных этажах здания, что гарантировало бы безопасность окружающих от возможных проблем с таким опасным контингентом заключенных. Ответ прост: искусники и чародеи содержатся здесь для того, чтобы приносить пользу обществу. Закованные в специальные кандалы, они служат своего рода источниками для заряда общегородских накопителей, дающих ману не только искусной защите города, но и для прочих коммунальных нужд. Маны много никогда не бывает, с этим утверждением не рискнет спорить ни один искусник. А почти четверть ее поступлений в накопители города идет от заключенных. Проблема состоит в том, что заключенным, находящимся в полубессознательном состоянии, необходим особый уход, так как смерть любого из них — прямой убыток городу. Потому и содержатся они на верхних этажах: оказалось, что солнечный свет, свежий воздух и специальное питание, разработанное целителями, намного продлевает им жизнь. И никто никогда даже не беспокоился, что кто-то из заключенных сможет когда-либо вырваться на свободу. Надежная, созданная лучшими умами столицы, и использующаяся по всей империи система «выкачивания» силы постоянно подстраивается под объект, и оставляет ему маны ровно столько, сколько надо для минимального функционирования организма. Проверенная многолетним использованием система считалась совершенно надежной.

Огромная комната, совершенно не похожая на тюремную камеру, освещена светом заходящего солнца. Большие окна распахнуты, а решетки на них играют чисто декоративную роль, как дань самому понятию «тюрьма». Только искусник или чародей сможет увидеть невидимые обычным людям линии, создающие сложнейшую объемную сеть оплетающую всю комнату. Это сложная защита, не позволяющая пересекать ее не только людям, не имеющим допуска, но и даже мухам. Дополнительные функция сети — контроль за здоровьем узников и поддержка постоянного температурного режима, признанного целителями оптимальным. По центру комнаты, расходясь спиралью к внешним стенам, установлены каменные плиты в рост человека. Они слегка наклонены, однако видно, что при желании плиты можно опустить, превратив в своего рода лежанки. Так же их можно вращать вокруг собственной оси. К некоторым из них прикованы обнаженные люди. Руки, ноги и головы у них зафиксированы в зажимах из специального материала, препятствующих не только движению, но и являющимися деталями общего устройства по откачиванию маны. Можно упомянуть еще невидимую сеть внутри каждой плиты, определяющей, сколько маны нужно «высосать» из прикованного искусника или чародея, чтобы он не околел. Но это уже детали. По количеству плит можно определить, что камера рассчитана на полсотни заключенных, однако, в данный момент их всего девять. Причем почти все прикованы ближе к центру и лишь один в самом конце спирали у стены. Несколько лет назад, несмотря на соблюдение всех правил содержания искусников, некоторые из них начали заболевать, физически истощаться и умирать. Целитель ничего не смог понять и поделать, однако с присущей ему наблюдательностью уже при появлении пятого трупа заметил, что быстрее всего заболевают и умирают те, кто располагается вокруг неизвестного беспамятного чародея. Сам же источник всех этих непоняток не показывал какого-то изменения в своем состоянии. По наитию предложив переместить этого человека в самый конец цепочки заключенных, целитель смог остановить непонятную последовательность смертей, но выяснить причину произошедшего так и не удалось. Провести тщательное исследование у целителя не оказалось возможности — его перевели в другой город империи.

В воздухе стояла тишина, лишь изредка нарушаемая тихими стонами, бормотанием, иногда истерическими выкриками… Впрочем, последние вылетали из уст у посаженных «на цепь» только в первые три месяца. Сейчас из таких были несколько искусников, связавшихся с контрабандистами. Обычно именно после трехмесячного срока заточения в неподвижности заключенные теряют волю к жизни, уходят в себя.

В течение последнего полугода в ауре странного человека иногда пробегали какие-то всполохи. Рождались они в разное время в разных местах ауры. В месте появления резко, на совсем короткое время, усиливался отток маны и личных жизненных сил заключенного, правда непонятно куда, минуя закрепленные на теле человека устройства. Если бы кто-то постоянно наблюдал именно за этим чародеем, то у него могло бы возникнуть впечатление, что кто-то аккуратно проводит над ним какие-то эксперименты: что-то сделает, а потом долго наблюдает, что происходит с организмом. А если бы здесь находился маг из тех, которых на другом континенте всего несколько гномов называют «инфомагами» или куда большее количество существ — дракономагами, то он бы смог заметить сложную структуру в инфомагическом плане, сильно завязанную на информструктуру человека, с помощью которой кто-то издали пытается управлять состоянием человека, что опосредованно отражается на ауре.

Уже неделю неизвестный экспериментатор активно откачивал ману из своего пациента, в результате чего система контроля состояния заключенного, ориентирующаяся на остаток маны, несколько уменьшила скорость ее откачки. Наконец неизвестный решился на окончательный эксперимент. Отток маны внезапно сменился ускоренной накачкой, тупорылая и медлительная местная «автоматика» не успела изменить режим отбора маны, и аура заключенного стала насыщаться энергией. Несмотря на медлительность системы контроля, количество энергии, отбираемой за единицу времени все увеличивалось. Но подававший энергию удаленный экспериментатор похоже решил выжать все ресурсы из своего канала и несмотря на начавшееся разрушение тонких плетений, приток энергии все еще превышал ее отток. В какой-то момент времени, когда количество энергии превысило уровень отключения «живого» защитного амулета, активизировался «дракоша». Если бы посторонний наблюдатель в это время смотрел на человека, он бы очень удивился: нарисованный дракон расправил крылья, поднял голову, по рисунку пробежала еле уловимая волна и дракончик обрел глубину цвета и некоторую объемность… Впрочем, спустя некоторое время рисунок поблек, потерял живость, но черный дракон с распростертыми крыльями так и остался неподвижно сидеть на том же месте, что и раньше. Отключение «визуальных» эффектов ничуть не повлияло на активность, с которой дракошка приступил к своим непосредственным обязанностям — целительству. Прежде всего молодой искусственный интеллект попытался заполнить резерв своего хозяина. На одну сотую долю секунды поток энергии, поступающий из удаленного источника увеличился почти в тысячу раз и… оборвался. Структура информационного канала и так начавшая из-за перегрузки разрушаться, окончательно сдохла, не выдержав такого потока энергии. Вторым действием дракончика было ограничение оттока энергии. Тут уже возможно сказался предыдущий опыт, а может были какие-то базовые установки, но полностью обрывать отток энергии дракоша не стал, просто ограничил таким образом, чтобы скорость заполнения ауры хозяина соответствовала базовому минимуму.

По телу же человека пробежала судорога, оно выгнулось дугой и тут же обмякло, и лишь вырвавшийся стон обозначил, что все произошло на самом деле, а не привиделось потенциальному наблюдателю.

Ник

Очнуться меня заставил мерзкий бубнеж. Вернее попытки некоего существа что-то петь, не обладая для этого действа нужными данными. Слова непонятны: язык мне почему-то показался неизвестным. Сопровождал «пение» звук льющейся воды, а мое лицо чувствовало касание увлажненного воздуха. Попытка открыть глаза, чтобы посмотреть на это существо и дать ему по шее привела лишь к слабости, в результате которой сознание снова плавно покинуло меня.

Второй раз меня заставил прийти в себя тот же мерзкий голос. Только в этот раз не пение, а что-то вроде довольного хеканья. Через пару мгновений я услышал чью-то реакцию на это хеканье — полный презрения и злости женский голос. Слова снова мне были неизвестны, но тон ни с чем не спутаешь, несмотря на то, что женский голос явно был слабоват, будто человек сильно устал и говорил как-то по привычке, что ли. Вся эта бодяга продолжалась достаточно долго: мне в конце концов удалось-таки открыть глаза, из которых от света, показавшемся мне невероятно ярким, полились слезы. Проморгавшись я увидел сюрреалистическую картину.

Прямо передо мной находилась какая-то плита, но не она привлекла мое внимание. Правее к такой же плите была прикована обнаженная худая женщина, перед которой стоял какой-то гоблин. Гоблин — потому что кряжистый, какой-то скособоченный абсолютно лысый мужик с лицом дебила. Вот он-то и стоял перед ней и с дебильной улыбкой на лице щупал ее груди, сопровождая свои действия довольным хеканьем, которое и привело меня в чувство. Женщина же с измученным выражением лица, на котором последовательно менялись злость, отчаяние, гадливость, презрение, крыла матом гоблина. Ничем другим кроме мата, ее слова и быть не могли. Мужик реагировал на них довольным уханьем, хмыканьем и снова тянулся к женскому телу.

Честно говоря, ничем другим, как бредом, происходящее я не воспринимал. Да и чувствовал себя я не очень хорошо. Голова почему-то не шевелилась, да и руки с ногами тоже. Устав скашивать глаза на свой персональный бред в виде женщины и гоблина, поводил глазами по сторонам… Каменные плиты загораживали почти весь обзор, но все-таки было понятно, что в комнате присутствовало еще несколько человек, так же прикованных к плитам. Интересно, я тоже прикован? Но додумать эту мысль я не успел — неожиданно снова отключился.

Третий раз я очнулся от того, что мне в горло запихнули что-то твердое. Открыв глаза почти равнодушно отметил предмет, похожий на воронку, всунутый мне в рот. Передо мной стоял давешний гоблин и лил в нее какую-то белую густую жидкость. Еда, если конечно это была еда, минуя рецепторы рта напрямую шла в желудок и судя по отсутствию рвотного рефлекса на трубку в горле, процедуру проделывали не в первый раз. И даже не в десятый. Интересно, за какое время организм должен привыкнуть к такому грубому обхождению?

Гоблин же вдруг заметил мои открытые глаза и от неожиданности замер, раскрыв рот. Однако быстро пришел в себя, дебильно ухмыльнулся и что-то проскрипел. Не дождавшись реакции поднес палец к моему глазу с видом типа «щас проткну». Снова не дождавшись реакции недовольно нахмурился, вытащил у меня изо рта поилку и отправился дальше. Никаких неприятных физических ощущений во рту не осталось, хотя казалось, что кошки устроили там свой туалет. Попить бы… похоже гоблин обиделся на меня и забыл про питье… С кем-то там он еще разговаривал, вернее что-то говорил другим узникам, бормотал, чем-то шумел, стукал… Я же, скосив глаза влево, прикипел взглядом к большому окну, в которое было видно небо и солнце… По ощущениям только наступило утро. До моего слуха донеслось птичье пение. Дохнул ветер и я почувствовал немного пыльный запах открытого пространства.

Мысли текли медленно, ни на чем не акцентируясь. Я находился в каком-то коконе равнодушия, никаких рациональных мыслей. Просто тупое впитывание аудио-визуальной информации извне. Продолжалось это долго, судя по сместившимся солнечным пятнам на полу — никак не меньше нескольких часов. Видимо где-то в районе середины дня снова пришел гоблин и стал поливать присутствующих из шланга. Слегка прохладная, почти под температуру тела, вода смыла с тела выступивший ни с того ни с сего пот. Пропал и легкий, на гране чувств запах фекалий. Я открыл рот и мне удалось поймать несколько струек воды.

Во время помывки гоблин на некоторое время снова замер напротив меня, уставившись куда-то в область моего живота. Что он там увидел, я не знал, но видимо что-то его удивило. А чего стоять и пялиться на человека? Чего он там не видел за все время моего тут пребывания? Спустя минут пять гоблин недовольно-задумчиво (видимо не любит он этого дела — думать) почесал свою лысую голову и удалился.

В этот момент меня привлек женский голос, снова и снова что-то говорящий. Мне почему-то показалось, что обращаются ко мне и я скосил глаза вправо.

Карина эль Торро

Опять эта сволочь вздумала трогать ее! Давно уже не осталось никаких сил и казалось, что равнодушие плотно накрыло чувства своим пыльным покрывалом, а вот такие моменты снова и снова ложкой выскребывают со дна души остатки сил, чтобы высказать этому выкидышу гнойной крысы все, что она о нем думает. Иногда у нее мелькала мысль — может и хорошо, что именно такой у них тюремщик? Может, не будь тут такого раздражителя, она уже давно бы сошла с ума или просто не очнулась, как многие из присутствующих здесь? Карина подозревала, что их недалекий тюремщик больной не только на голову, иначе непонятно почему он ограничивается этой малостью и не изнасилует ее. Но такие мысли возникали у нее редко, когда этот дебил снова начинал ее щупать. В основном она давно уже скатилась в какую-то тупую созерцательность. Ложа заключенных иногда поворачивали и можно было смотреть в окно то с одной стороны, то с другой. Видно было мало, только небо, облака и иногда в хорошую погоду вдали проявлялись горы, покрытые снежными вершинами. Но это в сторону ее родного Оробоса, с другой стороны и такой малости не наблюдалось. Вид гор был для Карины чем-то вроде весточки из дома — на душе становилось теплее, хоть все это и бестолку. Слишком долго она тут сидит. Страшно подумать сколько! Никак не меньше нескольких лет. А порой кажется, что и всю жизнь. Иногда, очнувшись утром, ей казалось, что прошла вся жизнь и она уже древняя старуха. К счастью, зеркала здесь не было, чтобы удостовериться в этой страшной мысли.

Сначала существование скрашивал ее спутник по несчастью — Гарцо де Кондо. Они говорили часами, днями, месяцами, подбадривая друг друга. Но со временем разговоров становилось все меньше и меньше: все темы были перебраны, а голос напарника, спасавший ее от безумия, постепенно становился все равнодушнее. И в одно совсем не прекрасное утро Гарцо больше не проснулся. То ли решил выбрать легкую смерть — в глубоком сне-трансе, то ли у него просто отключился мозг.

Тяжелее всего для Карины было отсутствие контроля своего тела. Угнетала мысль, что с ней могут сделать все что угодно против ее воли. Если бы она смогла, то давно бы остановила свое сердце, но хитрые заклятия темницы не позволяли этого. После смерти ладно, делайте с телом, что хотите, но вот так, пока она еще жива, пусть временами и без сознания — нет! Ее внутреннее «я» просто взрывалось возмущением, давая крохотные силы, которых хватало разве на то, чтобы не сойти с ума. А может она уже давно сошла с ума, только сама этого не понимает? Иначе как объяснить фантазии в которых она по дням, месяцам, годам разбирала историю своей родины, изменяла ее ключевые моменты, пытаясь понять их влияние на действительность. Раздумывала над идеальным обустройством империи, в которой всем бы жилось хорошо, а страна была сильной, которую уважают соседи, а не боятся, как сейчас. Порой она долго и вдумчиво вспоминала, исследовала в своих фантазиях искусство чародейства, пытаясь понять, откуда оно пошло, почему так устроено, что можно изменить, чтобы не только стать сильнее, но и повысить эффективность любого чародейского действия. Но чаще она мысленно отправлялась в семейную загородную летнюю резиденцию, где прошли самые счастливые детские годы, и где она приняла решение, изменившее ее жизнь. Решение доказать, что она достойна своего отца и фамилии эль Торро.

Поначалу, Карина еще надеялась, что ее спасут. Надеялась на отца — у того были большие связи среди военных и весьма значительные финансовые возможности. Но сейчас, по прошествии бездны времени, она почти не вспоминала о родных. Весь мир скукожился до размеров этой треклятой камеры. И даже воображение все чаще отказывало ей.

А недавно очнулся старожил камеры. Это изменение в окружающем мире потрясло основы ее маленького мирка, в котором даже пролетевшая мимо окна птичка была событием, а тут такое почти чудо — один из сокамерников пришел в себя. Не признаваясь себе, она надеялась, что наконец-то появился тот, с кем можно поговорить — остальные давно уже не откликались на ее попытки расшевелить их. Последние новички-заключенные скрасили скуку совсем чуть-чуть. Общались они неохотно, в основном истерили и похоже вот-вот совсем сойдут с ума, если конечно еще не сошли. Местные неудачники, морально совершенно не готовые к заключению… Впрочем, как она когда-то…

Карина попыталась осторожно привлечь внимание старожила, его ей было хорошо видно — ложе, к которому она была прикована оказалось повернуто в нужную сторону, хотя самому парню пришлось бы коситься, чтобы увидеть ее. Периодически плиты поворачивались и вполне возможно, что другой случай, когда они окажутся лицом к лицу (хотя бы отчасти) появится нескоро.

— Эй! Тебя как зовут? — спросила она, внутренне сжавшись и с жадным болезненным любопытством высматривая в лице соседа признаки безумия или наоборот проблеска мысли. Любой вариант ее пугал: слишком давно она ни с кем не говорила, если не считать тупицу-тюремщика, а болтливый безумец может еще сильнее пошатнуть ее неустойчивое душевное равновесие. И в то же время ее пугала перспектива вырваться из уютного, мягкого, бездумного, но такого привычного внутреннего мирка.

Парень покосился на нее, но промолчал. Интересно, за столько лет беспамятства у него хоть что-нибудь в голове сохранилось? Ведь он, похоже, появился тут намного раньше ее. И вообще откуда он? Если из Оробоса, то может у них есть общие знакомые? — Ну так что, кто ты такой? — Повторила вопрос Карина. Реакции снова не последовало. Тогда девушка, с явным усилием, удивившем даже ее, стала вытаскивать из закоулков памяти старые знания и вскоре задала свой вопрос на всех языках, которые смогла вспомнить, а знала она их когда-то аж четыре кроме родного, в том числе два Кордоских. Но и на них парень не отреагировал, хотя было заметно, что он пытается ее понять… Карина разочарованно замолчала, а от непривычного напряжения ее взгляд унесся куда-то вдаль, явно упустив нить реальности из ладоней воли. Однако спустя некоторое время ее взгляд снова остановился на парне, в глазах появилось осмысленное выражение и она, даже не заметив своего временного отсутствия, внимательно окинула взглядом своего соседа. Мысль зацепилась за шестеренки разума и девушка продолжила размышлять как ни в чем ни бывало. В принципе, она и так до мельчайших деталей изучила тело неизвестного ей чародея, впрочем как и остальных заключенных: делать-то было нечего. Кроме нее женщин тут не было, и вначале ей даже было интересно разглядывать мужчин. Однако сейчас обнаженное мужское тело не вызывало у нее абсолютно никаких эмоций. Девушка иногда ловила себя на том, что раздумывает о том, что ее психика нарушена, с чем она ничего не может поделать. Это ее выводило из себя — наблюдать за своими мыслями, будто и не своими вовсе, со стороны. Как будто она разделялась в голове и та, вторая Карина, думала ее мысли. А ведь это были ее единоличные мысли! Если так будет продолжаться, то их у нее совсем не останется, заберет та, вторая!

Сфокусировав взгляд на том месте, куда он был направлен, Карина резко переключилась на реальность и заметила удивительную вещь. Если бы смогла, то она бы протерла глаза — животное, нарисованное на груди старожила выглядело совсем по-другому. Сколько уже раз бывало, что она от нечего делать отдыхала взглядом на этом изображении и казалось знала его до последней черточки: несмотря на то, что парень находился дальше всех, она все прекрасно видела — на зрение никогда не жаловалась. Сейчас же нарисованный зверь явно сменил позу — будто проснулся и расправил крылья. Что это? Галлюцинации? Или она уже сошла с ума?

Парень что-то попытался сказать и сразу закашлялся. Провел языком по губам, что-то прошептал. Еще несколько раз потренировал горло и язык, видимо из-за долгого молчания у него там все слиплось. Но в конце концов у него получилось — резким каркающим голосом он что-то сказал.

Карина сначала испугалась неизвестно чего и попыталась вжаться в свое ложе. Все ее разумные мысли о парне куда-то мигом испарились. Но также внезапно ее испуг резко прошел: слух зацепился за незнакомый говор, за шкирку вытащив испуганное внутреннее «я» девушки наружу. К сожалению, Карина не знала этого языка. Парень понял и стал перебирать языки, какими владел. Удивительно, но знал он их немало! На одном слова звучали грубо, отрывисто. На другом — мелодично, правда все портил хриплый голос, но все равно ее неизбалованному слуху он казался красивым. Другие языки тоже оказались странными, ни разу девушкой не слышанными. Всего около шести-семи языков. И ни одного знакомого! Странно это, странно… Хотя нет, кажется один чем-то знаком, где-то она слышала нечто подобное…

Ник

Девушка хотела пообщаться. Но я ничего не понял, хотя она пробовала говорить на нескольких языках — ни один из них не показался мне знакомым. Странно, мне казалось, что я знаю или узнал бы многие из наречий людей. Два как минимум, плюс гномий, эльфийский и демонский. Попробовал сам произнести на каждом их них по фразе. Лишь когда говорил на демонском, что-то у нее в глазах дрогнуло, будто она попыталась вспомнить знакомое, но нет… Не получилось. Все равно, даже если она слышала краем уха демонский говор — это уже дает надежду.

Интересно, где я? — у меня вдруг проснулся интерес. Больше похоже на тюрьму, но какую-то странную… Так, кстати, а что бадди-комп молчит? Хм… не отзывается… Ах, да, я ведь голый. Да и датчики находятся в налобной повязке, которая фиг знает где. Все равно странно — ведь линзы в глазах имеют свой источник питания, должны выдавать минимум информации о своем состоянии… Я поморгал, чтобы прочувствовать ситуацию… Кажись накрылись мои линзы, нет их у меня на глазах… Вряд ли кто-то их снял — их и практически не видно. Сами выскочили? Ну… если по голове стукнули, такое могло произойти….Стоп! Умник!

«Эй, Умник! Ты где?»

А в ответ тишина. Скосив взгляд я все-таки зацепил краем глаза свою левую руку — браслета с Умником на ней не было. Все. Приплыли, — уныло подумал я… Я уже давно не представлял жизни без своего кристаллического друга. А тут такой удар… Ладно, потом поплачу, а пока проверю-ка я свое внутреннее состояние…

Привычно настроившись и закрыв глаза, я нырнул внутрь себя. Так…. Аура бледная… Оглядевшись вокруг, заметил, что энергия из нее постоянно утекает через пять точек — на руках, ногах и в районе головы. Так, а вот и плетения, заключившие ауру в своеобразную сетку… Ага, заякорены на лежанку. Куча датчиков, похожих на целительские. Я пригляделся. Забавная конструкция. Периодически сетка резко сжимается, ломая магическую защиту ауры от утечек и начинается отток силы. Как только скорость оттока превышает какую-то только ему известную величину, мой дракошка ставит новую защиту, и все повторяется. Похоже это местный способ очень аккуратно «сломать» мага, измотав противника. Заставив его ставить все более мощную защиту пока он не дойдет до своего физического предела, а потом просто дождаться когда у него кончится терпение ее восстанавливать. Ну-ну, если я захочу дождаться момента когда компьютеру что-то надоест, мне придется жить вечно.

Так, ладно. Что внутри меня? А вот здесь все хорошо! Энергетические каналы прямо на глазах утолщаются, кое-где распрямляются… Странно, правда, что их явно больше, чем я помню…Ах, да! Мой дракончик! Так… молодец, Драко! Драко? Ну пусть будет так. Кажется он тоже впал в спячку вместе со мной и сейчас выходит на обычный режим работы. Ну, работай, работай… К тому же у меня наблюдаются явные признаки истощения, непорядок. Исправляй, если можешь.

Так, что у нас с симбионтами? Угу… все впали в спячку. Не удивительно при такой утечке энергии из ауры. Но ладно, вот колония целительских симбионтов, вот боевые, которые разрушают вражеские плетения. Так, а вот защитные. Умника у меня нет, бадди-компа тоже. А ведь управление симбионтами шло через них.

Я попытался для пробы самостоятельно разбудить одного симбионта. Получилось — навык остался, но вот с защитными видимо я смогу работать только вручную — про автоматическую постановку купола можно пока забыть. А это такая мудота — распределить их по ауре, и включать только в нужные моменты без возможности динамического распределения нагрузки. Можно пролететь. Так, а это что за плетения в ауре, построенные на инфомагии? Ах, да… Это защита от ментального воздействия, в частности от полога невидимости — «скрыта». Ладно, что дальше? Элементали.

Я потянулся во вне, чтобы призвать воздушного элементаля, но ничего не вышло — вытягиваемые нити ауры на расстоянии полуметра заворачивались обратно. При этом и плетения в каменной плите активировались, да еще и утечка энергии из ауры повышалась. Хорошо, зайдем с заднего хода.

Меня немного беспокоило то, в каком состоянии находится биокомп, все-таки все мои причиндалы пропали, могло и с ним что-нибудь случиться. Но только я об этом подумал, как перед глазами появился стандартный атлосский знак разрешенного доступа. У меня прямо камень с души упал… Инфосеть встретила меня как родного, или я ее встретил как родную, с какой стороны посмотреть, но я не успел даже оглядеться, как меня буквально вытолкнуло оттуда:

«Критическая перегрузка мозга. Рекомендуется постепенное привыкание к нагрузкам после восстановления нейронных связей».

«Время восстановления?» — подумал я.

«Предположительно одна-две недели».

Забавно, раньше мониторингом моих мозгов занимался Умник, за биокомпом такого не замечалось…

Так… Ладно… В принципе можно понемногу вылазить в инфосеть, чтобы привыкнуть, а биокомп использовать в обычном режиме вопрос-ответ-постановка задачи. Тут ведь еще что-то надо делать и с физическим истощением. Интересно, сколько я тут просидел? Последнее, что помню — активация доступа в точке фокуса… Еще раз скажем «ладно»… Вот интересно, откуда мой дракончик берет материал для восстановления моего физического состояния? Все-таки я выгляжу явно лучше других присутствующих. Вряд ли предоставляемой местной баланды хватит на такое. Интересно, не связанно ли дополнительное поступление строительного материала в организм с тем, что я нахожусь как бы отдельно от остальной толпы заключенных? Ха! Заключенных?! Значит тюрьма? Ладно, забьем пока на это… Самое поганое — это то, что я потерял доступ к своей модели магии, на которой ваял разные плетения. Как-то теперь выходить из положения?

За такими тревожными скачущими мыслями я плавно, теперь уже не отключился, а уснул.

Карина эль Торро

Карина с нетерпением ждала, когда же проснется неожиданно уснувший парень. Девушка вдруг сообразила, чем так зацепила ее фраза, сказанная им на одном из языков. Это был чудовищно исковерканный язык даймонов, как они себя называли. Странный народ, видимо в стародавние времена попавший под сильную раздачу чародеев, что глубоко изменило их внешность — у них у всех на лбу находился третий глаз. Однако учитель Карины утверждал, что в их внешности виноваты не чародеи. А третий глаз — всего-лишь атавизм, так как никто не видел, что даймоны им пользуются. У учителя была теория, что даймоны — побочная ветвь человечества. Вот только общепринятой считалась теория о больших чародейских войнах в прошлом, куда не вписывалась теория учителя. Тем не менее странность даймонов не помешала им стать самыми дорогостоящими наемниками, телохранителями и… торговцами. По крайней мере самые большие банки в Оробосе принадлежат именно им. Как обстоит с этим дело в Кордосе и в других независимых королевствах, Карина никогда не интересовалась, но вот довольно сложный язык даймонов пришлось выучить. Все-таки учитель был сильно ими увлечен и таким образом пытался расширить кругозор Карины. А еще у даймонов была странная магия, но Карине об этом было известно мало. Недавно очнувшийся чародей (а кого еще сюда могут засунуть на такой длительный срок?) говорил именно на их языке. Но, как было сказано ранее, неправильно, будто на каком-то даймонском наречии.

Сейчас же девушка больше всего боялась, что парень снова впал в долгое беспамятство. Она попыталась докричаться до него, чуть горло себе не сорвала, но бесполезно… Правда он вдруг судорожно втянул в себя воздух, будто ему того не хватало, что успокоило Карину. Беспамятные так себя не ведут. Устав от размышлений, Карина впала в полудрему, иногда вскидываясь, чтобы посмотреть, не проснулся ли заинтересовавший ее чародей.

Ник

Проснулся я в начале ночи. По крайней мере стемнело уже достаточно, очертания предметов в камере размылись и не давали себя рассмотреть. Был бы бадди-комп со мной, темнота не представляла бы проблемы… Тут я вспомнил, что Криса как-то использовала плетение «кошачьего глаза». Я его конечно исследовал и для проверки даже пробовал. Насколько я понял принцип его действия, оно напрямую воздействовало на сетчатку глаз, повышая их чувствительность. Но выглядело все при таком взгляде тускло и блекло, хоть краски полностью и не терялись. Интересно, вспомню я то плетение?

Следующие полчаса я радовался как ребенок: оказалось, что в функции биокомпа входит и такая штукенция, как хранение, обработка и несложный алгоритм оптимизации и изменения известных носителю, то есть мне, плетений. Разумеется в определенных рамках. Видимо в него встроено какое-то слабое подобие моей модели магии, раз он разбирается во всем этом, но как с этим работать еще изучать и изучать. В общем практически все плетения, что мне когда-то попадались на глаза, я мог с помощью биокомпа воспроизвести и в некоторых пределах менять. Менять — почти интуитивно, а потому неэффективно. Ну да ладно, на безрыбье сам плавать научишься… А воспроизведение плетений в памяти ничем не отличалось от обычного «вспоминания» и я бы и не догадался о том, что биокомп тут приложил свои нейронные ручки, если бы не некоторые его подсказки — реакция на мои мысли.

С помощью «кошачьего глаза» я внимательно рассмотрел камеру. Как и ожидалось, ее защита проигнорировала мою инфомагию. Устроена камера оказалась очень рационально и заточена была для содержания именно магов. Мне конечно все это не нравилось, вернее то, что меня тут приковали, но рыпаться пока не стал. Я сейчас весьма ограничен в средствах, а маги бывают такие выдумщики, что наобум вырываться не стоит: можно лишиться головы. Заинтересовала меня и техническая сторона камеры — вращающиеся каменные плиты-ложа. Тут тоже какая-то магическая автоматика — по крайней мере они должны вращаться автоматически — я заметил что-то вроде моих силовых линий, оплетающих основание плит в сложной конфигурации. Я ничуть не удивился открытым окнам, пусть и с решетками — сложность плетения, составляющего единое целое с камерой, превышала мои возможности для быстрого его понимания без использования бадди-компа и компьютерной модели магии. А это значит, что там может быть зашито все что угодно. Однако, несмотря на это, я потратил около трех часов, чтобы попытаться разобраться в методике формирования подобных систем местными магами, а так же в плетениях, встроенных в каменных плито-ложах.

В результате исследования я впал в глубокую задумчивость. Не все я, конечно, понял, но кое-какие мысли у меня возникли. С одной стороны поражал явно инженерный подход с использованием огромного количества унифицированных плетений, состыкованных очень грамотно и сформировавших мощнейшее защитное и контролирующее внутреннее пространство плетение-объемную сеть. С другой стороны по некоторым мелочам в тех кусках, где я смог кое-что понять, было видно, что эти «стандартные» блоки не везде используются оптимально. Например, вместо относительно простой стыковки двух логических модулей, где на «стыке» требовалось несложное преобразование сигнала, и которое я бы сделал за пять минут, использовался большой промежуточный модуль, чьи возможности в данном случае использовались только процентов на десять. У меня даже возникло впечатление, что всю защиту просто собрали как в конструкторе из большого количества известных модулей. Может, конечно, я и ошибаюсь. Кто поймет сакральный смысл замысла местных магов? Заметил еще один момент. Защита вроде крутая, но вот просто вытянуть магическую нить сквозь нее кое-где вполне возможно. Что уж говорить об инфонитях. Никаких помех, как было в «переговорной» архимага гномов. А вот более-менее сложное плетение вряд ли пройдет, но опять же не инфомагическое. В общем непонятно.

Обнаружил еще одну непонятную штуку, встроенную в плиту-ложе. Очень сильно она походила на боевое плетение. Причем направленное на находящегося в ложе. И опять сложность блоков, из которых эта штукенция состояла, явно превышала мои возможности по анализу. По крайней мере в ближайшей перспективе. Вот так вот тронешь какой-нибудь модулек и останется от меня горстка пепла. Хм….В общем однозначно для себя я решил пока не рыпаться. Слишком много непонятного.

На улице уже совсем стемнело и мое внимание привлекли редкие небольшие вспышки в районе окон. Долго не мог разобраться в чем дело, пока не догадался, что это разные насекомые пытаются влететь внутрь — здесь все-таки чуток потеплее, и их банально сжигает защита. Красиво, но не очень эффективно, на мой взгляд. Зато каждому напоминает, что открытые окна — не просто так.

Девушка спала. Я аккуратно, постоянно проверяя реакцию контрольной системы камеры, сформировал силовые нити и развернул наши каменные лежанки так, чтобы мы смотрели друг на друга. Хорошая новость — на мое инфомагичение контроль камеры никак не реагирует. Ход у лежанок оказался мягким и девушка даже не проснулась.

Если не обращать внимание на худобу и непривычную цветопередачу из-за «кошачьих глаз», то можно сказать, что девушка вполне себе ничего. Немного смуглая, неровно обрезанные черные волосы, ровный «римский» нос. Ей бы ярко красное платье, кастаньеты, волосы подлиннее — получится натуральная испанка. Нагота девушки вызывала у меня небольшое чувство дискомфорта: не в том я состоянии, чтобы адекватно реагировать на подобные виды. Кстати, только сейчас я заметил, что поперек груди, вернее чуть ниже, ее тело облегал кожаный ремень, прижимающий тело к лежанке. Наверно и у меня такое есть, посмотреть не могу, но после осознания данного факта что-то почувствовал и у себя на груди. Возможно глюк сознания, а может и на самом деле так. Глядя на девушку, невольно вспомнил про Крису и стал гадать, как она там. К сожалению, без Умника прослушать информацию со своих жучков не представляется возможным. Надо будет придумать, как все-таки обойти это ограничение.

Неожиданно девушка открыла глаза.

Глава 2

Карина эль Торро

Очнувшись, Карина слегка удивилась — лежанки оказались развернуты. Странно, смена положения происходила только ранним утром. Но мысли об этом у нее мгновенно улетучились, стоило ей заметить, что неизвестный чародей терпеливо ждет, когда она придет в себя. Несмотря на темноту, Карина видела окружающие предметы достаточно хорошо, чтобы заметить в слабом пробивающемся с улицы свете фонарей взгляд чародея.

— Меня зовут Карина эль Торро. — Сказала она на даймонском, постаравшись получше припомнить уроки учителя. Все-таки без практики навыки общения на чужом тебе языке достаточно быстро теряются. Тем не менее девушка с радостью заметила, что нужные знания медленно, неохотно, но все-таки оживают в ее памяти.

Ник

Разговор с девушкой шел трудно. Иногда по несколько минут уходило, чтобы сообразить, какое слово она сказала — некоторые из них были исковерканы до полной неузнаваемости. В общем, через пару часов уставшие, но довольные, мы уснули. Сначала Карина, так ее звали, потом я. Информации было получено не так чтобы много. Девушка неохотно рассказывала о себе. Только после некоторого колебания сообщила, что она из империи Оробос и ее держат тут как военнопленную. Меня немного удивила эта информация: что-то я не помнил никакой империи Оробос, а тем более двух империй — еще и Кордос, где мы находились. Ну и странное демонское наречение, «даймонское», как его называла Карина. Причем это она считала, что мой демонский неправильный, а не наоборот. В общем было о чем задуматься. Эта информация так же показала мне, что сначала надо осмотреться, прежде чем что-либо решать.

Около недели я «осматривался», а по сути выдаивал по капле информацию из Карины, попутно изучая наши замагиченные кандалы-лежанки. Уже через пару дней я привел свой демонский в соответствие с произношением девушки. Через биокомп узнал, что нахожусь на другом материке. Долго смотрел на схематичную картинку планеты, пытаясь сообразить, как сюда попал. Но так ни до чего и не додумался. Стучаться к инфосерверу пока не рисковал: для этого надо было выйти в инфосеть, а я пока не прошел «реабилитационный период», рекомендованный биокомпом. Хотя на второй день я все-таки рискнул выйти в инфосеть, но продержался не долго и ничего не успев сделать, потерял сознание. Сколько времени я тут нахожусь, тоже было непонятно. В биокомпе отслеживание временных интервалов как-то странно организованно. В нашей технике на этом все держится, а здесь непонятное что-то. В слова Карины, что меня держат в темнице больше нескольких лет, как-то плохо верилось. Разобрался и со своим дракончиком. Оказывается в пассивном режиме он вытягивал вещества, необходимые организму из всего, до чего мог дотянуться, не делая различий между живыми существами и неодушевленными предметами. В результате чего некоторые из узников умерли. Мысленно я только пожал плечами, а кому в тюрьме легко? И поглубже загнал чувство вины: «а ля гер, ком а ля гер», как говорится. Правда все же ограничил его, чтобы не трогал людей. Сейчас когда я очнулся, радиус в котором он мог хозяйничать увеличился до приблизительно пары сотен метров, была опасность, что не на шутку разошедшийся дракончик, кого-нибудь уконтропупит. Зато он вовсю отрывался на неживых предметах, так что у надсмотрщиков или неудачно прошедших под окнами тюрьмы прохожих, частенько портилась еда, из которой пропадали нужные мне вещества. Даже Карина к концу недели заметила, что мои ребра перестали так сильно выпирать, как раньше.

Немного придя в себя от осознания того, что нахожусь на другом континенте, стал ненавязчиво вытягивать информацию из девушки о местном политическом раскладе. К сожалению, полного описания я не получил. Некоторые обмолвки, несостыковки говорили о том, что Карина иногда вешает мне лапшу на уши. Но в целом дело выглядело таким образом. Оробос — довольно молодая империя. Образовалась она около пятидесяти лет назад (точнее сказать девушка не могла — сколько пробыла в тюрьме, она сама не знала), как это обычно бывает после большой войны между существовавшими на той территории королевствами. У первого императора была идея-фикс, создать единую империю на всем континенте. Поначалу казалось, что этому мешало только наличие уже довольно старой и одряхлевшей империи Кордос на северной части континента. Карина называла Кордос «одряхлевшим», потому что тот уже насчитывал пару сотен лет своего существования и на данный момент со стороны могло показаться, что он находится в каком-то статическом состоянии: войн почти не ведет, хоть и держит неплохую армию; уклад жизни не меняется годами. Если смотреть на него со стороны, то почти не заметишь разницы между сегодняшним состоянием империи и тем, что было около сотни лет назад. Однако дряхлость Кордоса оказалась мнимой, в чем молодая империя Оробос убедилась на собственном опыте.

Все это было хорошо, но это были ничем не подкрепленные слова Карины. Явно в империи Оробос не все так гладко, раз они не могли существовать не ведя захватнических войн. Разумеется, девушка объясняла воинственность своей страны необходимостью нести лучшую жизнь окружающим их народам. Но слова, какими она это говорила, были слишком похожи на пропагандистские лозунги. В общем из ее рассказов я брал только информацию о фактах и событиях, совершенно игнорируя ее интерпретации. Было очевидно, что на Кордосе империя Оробос споткнулась, зато более мелкие страны активно подминала под себя.

Мое незнание всех этих общеизвестных вещей я объяснил Карине простой потерей памяти. То есть не помню ни кто я, ни за что оказался в тюрьме (или не хочу говорить, как она скорее всего подумала). Вряд ли она поверила, но своих сомнений ничем не показала. Да и мне пока еще рано придумывать легенду, надо осмотреться.

«Гоблин» навещал нас три раза в сутки. Кормил, мыл, приставал к Карине, правда за неделю всего лишь один раз. Странный он какой-то, видимо действительно у него не все дома. Как не трудно догадаться, мыл он нас по той банальной причине, что узники все гадили под себя. Вот это он и смывал шлангом, ну и нас обливая. Правду сказать, у истощенных, но все-таки не до смерти, узников и выделений-то особых не было. А тогда я все-таки прокололся, когда развернул наши с Кариной лежанки. «Гоблин» долго утром ходил вокруг, недовольно бухтя, но возвращать ничего не стал, может решил, что это сбой в автоматике. Плиты разворачивались раз в день, причем по странной логике, впрочем я разбираться не стал.

Кстати, Карина оказалась хитрющей девчонкой. Думаете, она не сделала выводов из моего поступка — простого разворота плит? Ну сами посудите, из года в год все работает как часы, потом просыпается спящая красавица, то есть я, и тут начинают шалить типа барабашки. Угу… В общем, девушка провела мини-операцию по выведению меня на чистую воду. Я и не сразу понял, наверно мозги еще не заработали. В общем, когда этот придурок стал снова ее щупать, Карина стала как обычно ругаться, вот только с бОльшим задором и перемешивая свои комментарии на своем родном языке и на демонском. Я потом только сообразил, нафига на демонском? Просто потому, что я его понимал. Ну, я не выдержал и сформировал инфоплетение силовой нити, засунул его Гоблину в ягодицу на пару сантиметров и напитал энергией.

Карина

И все-таки ее подозрения подтвердились! Этот Ник, как он назвался, кстати очень странное имя, каким-то образом мог чародействовать, несмотря на отсутствие необходимой для этого маны!

— Ты сможешь мне откровенно ответить на один вопрос? — Спросила Карина у Ника, когда недовольный надсмотрщик, не сообразивший что произошло, почесывая зад, ушел. Парень удивленно посмотрел на нее.

— Спрашивай.

— Как ты умудряешься чародействовать в этих кандалах? Неужто ты думал, что не замечу? Я ведь тоже чародейка! — Девушка с любопытством следила за реакцией Ника. В принципе, Карина ему вариантов не оставила, она вполне может пригрозить рассказать о его проделках, хоть тому же тупому надсмотрщику. Тупой-то он тупой, но не настолько, чтобы не отреагировать. Правда озвучивать такой вариант девушка пока не стала, Ник сам догадается. Есть еще второй вариант — чародей может попытаться ее убить, но Карина не хотела об этом думать. Больше ее беспокоила адекватность реакции человека, столько времени пробывшего в бессознательном положении.

Ник немного помолчал, потом сделал движение, будто пожал плечами:

— Ну, вот так, как-то получается.

— Ты сможешь освободиться от оков? — Карина затаила дыхание.

— Вряд ли. — Девушка разочарованно вздохнула. — По крайней мере не сразу. Наворотили тут ваши чародеи.

— Не чародеи! — возмутилась Карина, — А искусники!

— А в чем разница?

Девушка удивленно замолчала и несколько минут мысленно, как бы со стороны, созерцала смысловую вопросительную конструкцию, созданную парнем.

— Нет, ты точно стукнутый на голову. — Наконец очнувшись, пробормотала она. — Сам чародей, а в чем разница, не знает.

— Ты правильно сказала: «Стукнутый на голову», вот и выветрились знания после стука…

Карина мысленно пожала плечами. В потерю памяти Ника она не очень-то поверила. В принципе она тоже не стала бы раскрываться перед незнакомым человеком, только вот для нее лично это ничего бы не изменило. Правда это вот незнание им самых распространенных языков…

— Искусники, — наконец полупрезрительно сказала девушка, с трудом притушив вдруг вылезшую из закоулков памяти неприязнь к ним, — простые ремесленники. Они не умеют вкладывать душу в свои заклятия. А мы, чародеи — умеем. Наши заклятия — частичка нас самих, а потому мы можем делать то, что и не снилось искусникам.

— Что же вы не выиграли войну?

Карина поджала свои полные губы, от чего они превратились в узкую полоску. Но спустя пару секунд расслабилась и тихо сказала:

— Ну… искусники тоже сильны. Нам не известно как, но где-то в столице, в самом защищенном месте создают личные искусные жезлы, которые получают выпускники их Академий Искусства. В этих жезлах, которые работают только у получивших их искусников, находятся заклятия, обычно какой-то базовый набор. Всю свою жизнь искусники пополняют заклятия в своих жезлах. Вот в основном ими они и пользуются.

— Что-то не верится, — сделал попытку покачать головой Ник, — чем же тогда они занимаются в академиях?

— Насколько я знаю, при поступлении туда ученикам выдаются ученические жезлы с минимумом простых заклятий. Вот они и учатся сначала управлять ими, а затем самостоятельно создавать заклятия по образу и подобию. Сильные искусники в принципе могут обходиться и без жезлов, но редко это делают, в них хранятся все заклятия, что они узнали за свою жизнь.

— Бред какой-то, — пробормотал Ник. Карина вскинулась:

— Это не бред! Это то, с чем мы живем и боремся!

— Боретесь? Зачем?

Карина недовольно засопела, выведенная из себя вопросами собеседника.

— И чем вы, чародеи, так уж отличаетесь от искусников?

Ник

Какая-то непонятная тут градация магов. До сих пор не могу разобраться. Искусники, чародеи… Чем они отличаются? Карина как-то невнятно все это описывает. Очень не хватает базовых знаний, которые известны каждому местному магу. Вот и получается, что многие вещи для меня — пустой звук. Ладно, разберемся. Но все-таки забавный факт, искусники как класс появились достаточно недавно — какие-то несколько сотен лет назад, в то время, как чародеи жили здесь давным-давно. И именно с появлением искусников в свое время образовалась империя Кордос. Не сразу, конечно, однако движущей силой или основой, фундаментом империи были именно искусники. Но что самое интересное, они напрямую не участвуют в управлении государством. Император и остальные управленцы во власти не являются искусниками. Как такое может быть, совершенно непонятно.

Чародеи же, как следует из невнятных пояснений Карины, обходятся вообще без внешних инструментов, типа тех же жезлов, заклятия у них частенько получаются «полуживыми», способными самостоятельно выполнять заложенные чародеем функции. Вроде бы кажется, что это намного круче, однако в действительности чародеи часто проигрывают искусникам в силу того, что скорость создания заклятий у них ниже, да еще и результат сильно зависит от состояния чародея, его эмоций, контроля и еще кучи факторов. В общем я узнал много вещей, совершенно не коррелирующихся с моими знаниями магии.

Однако болтовня с девушкой не была моим основным занятием. Одновременно с этим я занимался самолечением и статической гимнастикой, исследовал наложенные на камеру плетения и пытался с помощью инфомагии понять то, что находится за пределами комнаты.

Привести себя в порядок в течение пары часов мешало мне лишь одно обстоятельство — недостаточное питание, предназначенное скорее для поддержания жизни и не оставляющее достаточно материала для укрепления организма. Мне даже пришлось придержать своего дракончика, чтобы не навредить и не выдать себя резким изменением в окружающей обстановке. Когда я лечил принцессу, там было столько всяких питательных веществ, что можно было бы наверно даже вырастить ее клон, так что «взрывное» излечение прошло нормально, здесь же… Зато я поигрался с внутренней энергетикой, усиленной дракошкой, гоняя потоки энергии в разные части тела и наблюдая за их изменениями. В принципе, организм устроен достаточно сложно и в то же время просто. И если уметь распределять внутренние потоки энергии, то можно делать просто офигительные вещи. При этом никакой магии! Например, перебросив некоторое количество энергии во внешнюю часть кожи руки и поиграв с ее характеристиками, меняя частоту и амплитуду колебаний, неожиданно заметил кратковременные изменения в кожном покрове. Физически я проверить не мог, но кажется в том месте кожа приобрела дополнительную крепость…. Это если я правильно понял энергетическую картинку, проверить-то не мог. С другой стороны оказалось, что такие игры не всегда безопасны — один раз нервы руки пронзила резкая боль, спицей протянувшаяся от руки до самого мозга. Обязательно надо будет исследовать эти возможности, но в более безопасном окружении…

С самим дракончиком я тоже установил плотную связь. Забавно было ощущать его эмоции, то недовольства от нехватки каких-либо микроэлементов, то удовлетворения от хорошо выполненной работы. При этом он все время был чем-то занят. Несколько экспериментов показали, что я напрямую через него могу включать некоторые его функции, и он будет их выполнять так, что я не почувствую разницы, сам выполняю или нет. Это открывало большие возможности, но было сложно в управлении. Однако по минимуму проверить такое управление я все-таки решился. Удостоверившись, что Карина спит (остальные заключенные при мне в себя не приходили), я слился сознанием с дракончиком и попытался дотянуться виртуальной рукой до кончика шланга, выглядывавшего из-за крайней плиты. Явно почувствовал недоумение дракончика. Промучившись с полчаса, когда уже хотел махнуть рукой, неожиданно заметил шевеление шланга. Обрадовавшись, продолжил эксперимент и где-то через час уже уверенно поднимал и опускал шланг. Почти мыслью, — хихикнул я, приходя в хорошее расположение духа. Дракончик использовал заложенные в него гравитационные способности, а я пытался все обставить таким образом, чтобы подобная связь между мною и дракончиком работала в фоновом режиме. Пока не получилось — приходилось изрядно напрягаться, но я верил в мощь искусственного интеллекта, и оптимистично смотрел в будущее. На данный момент мне проще было то же самое сделать с помощью силовых линий, чем с помощью дракончика. Кстати, — вдруг мне в голову пришла идея, — ведь вполне можно использовать этот ИИ для замены некоторых функций, выполнявшихся ранее Умником, например в качестве автоматического защитного модуля. Но это надо хорошо продумать, — с такими радостными мыслями я уснул.

К концу второй недели произошло событие, резко повысившее мои шансы на положительное разрешение текущей ситуации. Видимо все то время, что биокомп сидел у меня в голове, он на самом деле занимался анализом мыслительной деятельности мозга, на основе чего начал интегрироваться в общую схему работы сознания таким образом, чтобы органично вписавшись, расширить функциональные возможности мозга, став составной частью мироощущения. В тот момент я находился в трансе, разбирая структуру защитного плетения лежанки. Очень трудно было одновременно просматривать плетение, мысленно удерживать его функциональный вид, стараясь выделить отдельные модули и при этом вспоминать все, что я знал о магии. Вот именно в этот момент в голове будто что-то щелкнуло и вдруг анализируемая часть стала гораздо четче. От неожиданности я открыл глаза, однако картинка не пропала. Я отвлекся, беспокоясь за свое состояние, и тут же картинка пропала.

Эхом отвечая на мои чувства в голове возник ментальный отклик: «Достигнута полная интеграция ПеМУР с нейронной сетью мозга. Анализ управляющих импульсов мозга завершен на сто процентов. Все функциональные возможности ПеМУР доступны посредством мысленной и чувственной связи». На некоторое время я замер, осознавая произошедшее. Ну что ж, — наконец улыбнулся я, — отсутствие бадди-компа уже не кажется мне катастрофичным.

Снова акцентировав свое внимание на анализируемом плетении, я стал осторожно менять свои мысли, чтобы попытаться вызывать разные реакции биокомпа. Первое, что удалось сделать — раскрасить плетение в зависимости от потенциальной возможности передачи магической энергии. И тут меня поджидала маленькая неприятная неожиданность. Выбрав для силовых плетений синий цвет, а для всех слабых зеленый, я внезапно увидел целую кучу желтых. Именно по ним в случае активации будет идти энергия к огненному плетению лежанки. Приглядевшись, а стоило только заинтересоваться, как детальное изображение, увеличившись в размерах, буквально прыгнуло на меня, я разобрался в чем дело. Неизвестные маги просто обернули канал передачи силы другим слабеньким плетением, которое явно было связано с сигнализацией. Так что, если бы я, как и собирался, просто перерезал подачу энергии, меня бы ждал сюрприз. И почему-то мне кажется, сюрприз был бы неприятным. Приятным же сюрпризом оказалась возможность выделять фрагменты плетения и помечать их своими комментариями. После чего во всех других рассматриваемых мной плетениях эти фрагменты автоматически отыскивались и выделялись в общей структуре плетения с моими пометками. Такой вот магический дизассемблер. Примерно за пол дня я вычленил и разобрался с функциями практически всех фрагментов плетений находящихся в плите, попутно обнаружив, что в системе сравнения плетений явно задействован искусственный интеллект. В нескольких случаях, когда я изначально выделил «неполный» модуль (по-видимому, не используемая часть разложилась), мне при анализе был показан процент соответствия, а при детальном рассмотрении выделены отсутствующие или лишние фрагменты. Даже не представляю, каким уровнем знаний надо обладать, чтобы создать сидящее в моей голове чудо. Вернее, такую сложную программу, не просто функционирующую в мозге, а достраивающую его. Ведь для подобного расширения мало только программы, нужны и кое-какие инфомагические модули. Иначе не получится, для такого функционала необходимо инфомагическое воздействие, которое проводила эта программа-биокомп в инфосети… Эх, жаль у Умника не спросишь!

Аналогия с дизассемблером вызвала желание поискать другие «средства разработки». Еще денек я игрался с новой игрушкой, пока не нашел способ почти вживую, визуально, заставить биокомп (или уже можно говорить «мои мозги»?) моделировать ситуации типа «что будет, если…». Моей радости не было предела. Пусть и другими методами, но все-таки теперь я мог просто взять плетение и смоделировать его поведение в разных условиях. Пусть и без красивой визуализации результатов работы, как это делали мои компы, без многочисленных автоматических обсчетов и рекомендаций, в результате которых я получал оптимальные варианты. НО! Если потренироваться, то можно анализировать плетения САМОМУ! А то и создавать новые — в мозгу начала проклевывается некая идея, вернее чувство, что это вполне возможно сделать…

Для пробы новых возможностей я сформировал простое плетение защитного купола (без активации), часа два поработал с ним, подал инфоэнергию на вход и… еле успел подхватить силовой линией в воздухе изящный (ну, почти) графинчик. Красиво….Немного посмотрел… Все-таки не очень красиво… На самом деле — ужасно, но на первый раз сойдет, слишком поторопился вместо того, чтобы потратить силы на «вылепливание» красивой формы… Через минуту графин истаял в воздухе миражом: я специально влил совсем чуть-чуть энергии, как раз, чтобы хватило проверить… Вот интересно, на моем компе я высчитывал формулу по изменению формы плоскостей полога огромное количество времени (вернее компы считали), здесь же я получил похожий результат гораздо быстрее. Но… Выглядело это странно: на полу-ощущениях, с анализом и подсказками биокомпа в виде ощущений: здесь при таком изменении связь порвется, здесь не будет проходить сигнал, а вот тут будет большая утечка энергии. Совершенно непривычно. По сути, очень похоже на действия обычных магов, только у них нет биокомпов и им приходится на практике проверять результаты… Я задумался… Все-таки мне не очень нравится такой подход, — понял я. Слишком неявно и не алгоритмически. Сложно предсказать или рассчитать возможный результат подобных действий. Но это намного лучше, чем ничего. Видимо, мой биокомп создавался в расчете на использование для оперативной отладки и коррекции огромных плетений, поэтому эффективность и точность в разработке собственных плетений принесена в жертву скорости и наглядности их создания. В принципе, его можно сравнить с искусственной магической интуицией: помогает быстро принимать правильные решения, но для полноценной работы его одного явно недостаточно.

Разобравшись с новыми возможностями и остыв от приступа радости, я продолжил ковырять тюремные плетения. Внутри стен, пронизанных сетью, находились всевозможные датчики. Прежде всего, оттуда я пополнил свою коллекцию образцов. Наворочено было много, датчики срабатывавшие на применение магии в помещении, на приближении к стене человека с аурой мага, на попытку механического разрушения стены. Плюс очень грубая силовая сеть, укрепляющая стены, и скрепляющая камни, из которых та состояла. Эдакое увеличенное подобие сети, которую я использовал для укрепления материала на микроуровне. В окна, помимо датчиков, встроены системы поражения — я нашел там генераторы огня, мощные насосы для откачивания магической энергии, видимо активирующиеся для опустошения ауры мага, что-то из области ментального воздействия, и еще какие-то навороты. Больше меня повеселило плетение, подобное которому использовали гномы в своих холодильных установках. Повеселило, потому как я, проследив логику их работы, вполне мог представить (или создать) ситуацию одновременной активации плетений огня и заморозки. Еще там были механические решетки, дублирующие основные, которые выдвигались в случае опасности. Примерно такой же набор плетений, только с более сложной логикой управления, находился и в ложах, поэтому сложностей в понимании работы этого фрагмента защиты не возникло. Основная проблема во всем этом многообразии — наличие огромного количества защитных плетений целостности, не позволяющих просто и непринужденное развеять все эти навороты. Пока развеешь одно, остальные сработают. Но я не отчаивался, логика работы была невероятно запутанной. В такой каше не может не быть ошибок и узких мест, которые я могу найти и использовать. Главное, стало понятно направление поисков. В общем, вывод таков: теоретически я смогу вырваться отсюда.

Остался, правда, еще один не отработанный момент, куда вырываться? У нас здесь имеются только империи. Причем две. А что подразумевает наличие империи? Правильный и строгий учет душ населения, четкое разделение людей по различным признакам, например экономическим или сословным и еще куча всяких тонких моментов. Во всяком случае, правильная империя как минимум не должна терпеть всяких нищих бродяжек, не имеющих правильной легенды и бумаг, удостоверяющих личность. Уверен, попади я в город, трудно мне придется без подобных грамот. Но не скрываться же мне все время в полях да лесах? Из анализа рассказов Карины, получался именно такой расклад. Вот, кстати, и возможность кое-что разъяснить…

— Карина! — Я снова развернул наши лежанки друг к другу. В последнее время Карина почему-то стала стесняться своей наготы и просила отворачивать их, когда мы не разговаривали.

— Что? — девушка с любопытством глянула на меня. Я все чаще и чаще замечаю в ее глазах тень надежды.

Карина

И снова на нее навалилась апатия. Черная дыра, в которую ее все сильнее и сильнее в последнее время затягивало, хоть слегка и отдалилась с появлением собеседника, но никуда не пропала. Поначалу возникнувший всплеск эмоций, интереса вытянул ее сознание на поверхность реальности, но и привел к отрицательному результату: захотелось что-то делать, двигаться, решать, а условия-то содержания не изменились! Невозможность что-то делать просто бесила, до зубовного скрежета. Она бы закричала, но боялась заразить своим безумием обретенного собеседника: у нее это пройдет, а вот кто знает как он отреагирует? Вдруг не захочет с ней общаться? Хотя нет, — мысль резко переключилась на предыдущую тему, — кое-что все-таки поменялось в их содержании: почему-то стали кормить больше, Карина только сейчас сообразила, что последние недели, или даже месяцы, еще до того, как очнулся Ник, количество бурды, что им дают, явно увеличилось… К чему бы это?

— Карина? — неожиданно ее лежанка стала разворачиваться и девушка быстро попыталась привести себя в порядок, по крайней мере мысли и выражение лица, искаженное гримасой ненависти к своим врагам (пусть и абстрактным — реальных она не знала, да и должны же они быть?), к своей слабости и к ситуации в целом.

— Что?

— Слушай, — Ник нерешительно помолчал, глядя на нее. Девушка молча ждала продолжения. — Тут такое дело. Даже не знаю, как и сказать… В общем как ты смотришь на то, чтобы сбежать из тюрьмы?

Карина молча продолжала смотреть на Ника, никак не отреагировав на его слова. Лишь спустя минуту в ее голове смогло уместиться то, что он сказал. Она резко дернулась и прикусила себе губу, чтобы не закричать.

— Положительно, — наконец спокойно ответила она. Но какой ценой далось ей это спокойствие! Когда в душе буквально закипело пламя, казалось, что еще чуть-чуть и она просто не выдержит и забьется в истерике! Однако, она крепко сжала зубы и повторила тише: — Положительно. Что надо делать?

Ник немного помолчал, глядя на нее, будто что-то обдумывая про себя:

— Я тут посмотрел на защиту, кое-что проанализировал. В общем получается, что теоретически обойти ее я смогу. Но тут такой момент. Я ничего не помню про окружающий мир. Куда идти не знаю. Кем представляться не знаю. — Он замолчал, выжидающе глядя на девушку.

Карина даже не сразу поняла о чем речь.

— Если ты поможешь мне выбраться отсюда, мой отец поможет тебе устроиться у нас. — Наконец проговорила она, неожиданно поняв, что торгуется. Именно торговлей выглядел их разговор. Ей это было непонятно и неприятно. Ясно же, что отблагодарить она сможет, — подумала она, совершенно упустив из внимания то, что Ник ничего не знает ни о ней, ни о ее отце. О чем тут же напомнил ей вопрос Ника:

— А кто у нас папа?

А вот это хороший вопрос, — подумала девушка. В глубине ее души вдруг проснулась подозрительность. А вдруг Ник — враг Оробоса? А вдруг… Да мало ли еще таких вот «вдруг». Поэтому она пока решила не особенно распространяться на эту тему.

— Просто поверь, что возможностей у моей семьи достаточно, чтобы отблагодарить тебя.

— Дело не в этом, — Ник на секунду запнулся, — не в благодарности. Мне бы не хотелось предстать перед твоими родственниками непонятно кем, да и в пути надо как-то позиционировать себя по отношению к людям. Ты можешь что-то посоветовать?

Ах, вон оно что! — Карина задумалась. А ведь Ник прав! Ну вот выберутся они, кем он будет? Здесь, пока не переберутся на территорию Оробоса это не имеет большого значения: все равно придется скрываться, а вот там… Ладно, пока доберутся до дома уже в Оробосе, придется как-то выкручиваться: не все понятно Карине было с ее провалом, поэтому на первых порах, пока не доберется до дома, ей не хотелось называть себя. Ник же, не зная социального устройства империи, мог вполне выдать их своим поведением. Обдумав это, девушка признала правоту чародея. Приняв для себя такой расклад, Карина с воодушевлением, удивившем ее саму, стала прикидывать варианты.

Ник

Пока Карина решала поставленную перед ней задачу, я снова переключился на защиту лежанок. Я нашел несколько узловых точек, «перерезав» которые с помощью инфомагии можно было бы «обесточить» плетения защиты. Но тут возникает сразу три проблемы. Первая — на остатках своей энергии плетения все равно сработают, хотя если одновременно с началом операции поставить защитный полог от физического воздействия и энергией «взбаламутить» ауру, чтобы удары по ауре принесли как можно меньше вреда, то выдержать наверное можно. Тем более с моей повышенной энергоемкостью информструктуры и ауры. Вторая проблема. Освободить Карину таким образом не получится. Истощенный организм не выдержит никакого удара по ауре. Проблема третья. Охранники, которые прибегут сразу после пропадания сигнала с одной из лежанок. Конечно убить их труда не составит, но, во-первых, мне просто не хочется убивать, а во-вторых, я еще не знаю, какие отношения у меня будут с этой империей. Кроме того, судя по явной паранойе создателей этой чудо-клетки, здесь наверняка есть какая-то общая гадость, управляемая из контрольного центра. И хотя уничтожение всех заключенных разом маловероятно, не стоит сбрасывать со счетов такую возможность…

— Я придумала, — неожиданно очнулась Карина. Я открыл глаза и посмотрел на нее. Лицо ее озаряла улыбка, видно, что подбор моей легенды ей был приятен. В принципе, интересная задача, учитывая то, что я говорю только на демонском. — Ни за оробосца, ни за кордосца ты не сойдешь — языка не знаешь. Даже, если выучишь, от акцента не скоро избавишься, а это время. Теоретически конечно и у нас и здесь существуют разные народности, но из наших я не знаю таких, на которых ты был бы похож. В принципе, внешне ты не сильно отличаешься от корневой нации Оробоса, но опять же — язык. А кордосские народности я хорошо не знаю, можно проколоться перед знающим человеком, да и неудачная эта мысль — перебираться в Оробос представляясь кордосцем. Согласен?

Я моргнул глазами, обозначая согласие. Карина сразу же решила, что я собираюсь двигать с нею в ее империю, и в принципе это вроде как правильное решение — там и обогреют и согреют, а тут в темнице держат. Но пока я еще в сомнениях. Карина же тем временем продолжала:

— Есть еще государства вокруг Оробоса, но они хорошо известны и твое незнание языка опять играет против тебя.

— Что же ты придумала?

Карина хитро улыбнулась:

— Все оказалось просто. Так как ты знаешь только даймонский язык, то исходить надо из этого. На даймона ты не похож, а вот за жителя Смарты, небольшого государства на границе с даймонами, вполне. Смарта государство небольшое, в основном закрытое для чужаков, а потому внутренние порядки почти неизвестны окружающим.

— А чем занимаются смартанцы?

Карина пожала плечами:

— В основном они тесно сотрудничают с даймонами. У нас же известны только как оруженосцы даймонов-наемников, ну и входят в их боевые тройки. Один даймон плюс два смартанца.

— Разоблачат. — Засомневался я.

— Нет, они редко у нас встречаются. Ну, а на слух даймонский чем-то похож на смартанский язык, так что на мой взгляд это единственный вариант.

— Хорошо, — не стал спорить я, — Смартанец, так смартанец. Только я ведь буду один, без даймона под рукой, как это будет выглядеть?

— Да просто. — Пояснила Карина. — У них ведь тоже есть знать и чародеи, я правда сама не видела никого из них, но теоретическая возможность существует, что сын какого-нибудь дворянина или сам дворянин решил посмотреть на мир. По крайней мере, это вроде не противоречит, а если и противоречит, то некому за руку ловить.

— Ладно, — наконец согласился я, — поподробней, что ты знаешь о смартанцах?

В результате, используя тот минимум знаний, вытянутый совместными усилиями из глубин памяти Карины, я сначала стал мелкопоместным дворянином с именем Никос Курагендариус Исис. Мол, разорился, землю пришлось отдать за долги, решил посмотреть мир. Конечно термин «дворянин» тут весьма условен, все-таки смартанский строй заметно отличался от обычного феодализма. Однако, вспомнив, что мне придется использовать чародейство, как называла магиченье Карина, легенду в корне переиграли. Да, я остался смартанцем, но типа крутым чародеем, повздорившим с другими чародеями в Смарте. Те меня обманным путем повязали, поковырялись в голове, выпытывая мои секреты, в результате чего я превратился в «овощ». Ну, а потом еще и подзаработали на мне — продали кордосцам. И не боялись, что те могут секреты какие-то выпытать из узника: овощ есть овощ, что не мешает ему генерировать магическую энергию. Кстати, а ведь я могу вполне правдоподобно такую роль разыгрывать! Это на случай, если вдруг кто-то будет анализировать мою искренность по ауре (мои возможности по управлению ею резко снизились после утери Умника). Лучше всего врать удается тогда, когда у тебя был похожий опыт и ты можешь просто его представить, подправив и приукрасив. А если говорить туманно, то вообще можно врать правдой. На расспросы можно отделываться фразами в стиле «летал высоко в политике и магической иерархии, но на любого голубя найдется свой сокол, вот и поссорился с правительством». По сути сущая правда: у гномов был высоко в магической иерархии, с архимагом поссорился. Главное не уточнять подробности и спрашивающие сами додумают за тебя.

Со стороны мой демонский можно принять за смартанский (от тутошнего диалекта даймонов он отличается, хоть и похож, а носителей языка, по словам Карины, по пальцам пересчитать можно). Я разыгрываю роль побитого жизнью высшего мага, или «повелителя чар» как тут их принято называть, крутившегося в большой политике на родине. Упоминаю тесные контакты с демонами (а ведь это тоже правда, я с Балаватхом тусил!). Карина нашептывает на ушко любопытным свои подозрения, что я — опальный чародей из Смарты, не желающий детально рассказывать о своем прошлом, ибо есть еще крутые враги.

Если выпасут, что я реально не знаю смартанский язык, всегда можно сказать: назовите хоть один случай, когда я сказал, что родом из Смарты! И по факту никто не назовет, так как я о прошлом буду говорить без названия государств, а Карина в случае чего нашепчет нужным людям на ухо про мое происхождение из Смарты как гипотезу, а не как факт, сказанный мною…. М-да… Главное, что девушка согласилась с моей постановкой пьесы, а для меня плюс, что не нужно откровенно врать. Буду говорить правду, только правду, но так, чтобы слушатели домысливали за меня всю ложь…

Все это, конечно, грубо, кое-где неточно (скорее всего), но на первое время пойдет. Все равно сейчас больше из ситуации не выжмешь.

Ник

— Теперь твоя очередь. — Карина внимательно смотрела на меня.

— Что? — Я очнулся от раздумий.

— Ты обещал освободить нас.

— Обещал. — Не стал отказываться я. — Тут два момента. Во-первых, ты знаешь, куда идти?

— Как куда? К нам, в Оробос!

Я с сомнением посмотрел на девушку, сомневаясь в ее адекватности.

— Ну вот смотри. Мы скорее всего в каком-то городе. Вырвемся из тюрьмы, вокруг люди, стража… Будем с боем прорываться?

— Как-нибудь выберемся, — девушку била мелкая дрожь, а в глазах мне мнилось легкое безумие. Я вздохнул.

— Ладно, выберемся. Ты явно не в форме и мне придется тебя поддерживать, заботиться, одновременно решая проблемы с людьми… Нелегкая задачка.

— Я справлюсь, — упрямо прошептала Карина, — справлюсь. Только маны немного накоплю.

— Хорошо. — Не стал я спорить. Видимо, у меня карма такая: только придя в себя, решать чьи-то проблемы. — Тогда второй момент. Я смогу вырубить систему защиты наших лежанок. Но у нас будет примерно пять секунд. За пару секунд я закачаю тебе в ауру маны, а ты должна успеть поставить… защитный полог от физического воздействия и защитить ауру. Извини, сам я не смогу правильно сконфигурировать защиту на тебя. Да и закачать ману смогу только приблизившись к тебе — отсюда я не могу дотянуться: защита не дает.

— Ты что? — вдруг воскликнула Карина, — за какие пять секунд? За такое время могут создавать заклятия только Академики Искусства и Повелители Чар! — она вдруг подозрительно прищурилась, — а ты случаем не искусник? Уж очень похоже иногда… — она неожиданно замолчала, будто испугавшись сказанного.

— Ну откуда мне знать? Я же не помню ничего. В любом случае, сейчас я на твоей стороне. И неважно кто я — искусник, которого заточили свои же, или ваш чародей, сейчас мы в одной лодке.

— В одной лодке?

— Ну, — смутился я, — в одинаковом положении, ситуации, мне нужна твоя помощь, чтобы как-то обосноваться, да хоть у вас в Оробосе.

Карина медленно прикрыла глаза, соглашаясь.

— А вообще, ты меня огорчила. Значит этот вариант не прокатит… Надо что-то другое придумывать, более глобальное. Не знаю сколько времени это займет… День, два, неделю… Советую тебе не терять время, а вспомнить все, что ты знала из чародейства, и тренируй мышцы.

— А как?

— Называется статическая гимнастика — постоянно напрягаешь и расслабляешь мышцы рук, ног, тела. — И добавил про себя, — Хоть делом будет занята, а не фигней маяться…

Я снова попытался взяться за работу, но не преуспел — усталость тяжестью опустилась на мои веки и я решил пока отдохнуть.

Карина

Карина находилась в тяжких раздумьях. Ее только-только уцепившееся за реальность сознание приняло на себя очередной удар. Удар вроде бы пустячный, но пошатнувший что-то в ее душе. Она, не самый слабый чародей, почувствовала себя сначала самым счастливым человеком, как только забрезжил свет возможного освобождения, а потом безжалостно обманутой. С какой легкостью Ник говорил об освобождении! За пять секунд создать защиту! Разобраться с чарами темницы за несколько дней! Скорее всего у него просто в голове все смешалось и он принимает вымысел, бред в своей голове за реальность. Ну не может ведь такого быть, чтобы он оказался Высшим! Или может? Да пусть и Высший, но каким образом чародействовать без маны?!

Карина совсем упустила из виду недавний свой эксперимент, и то, как Ник заставил уйти тюремщика. В сознании всплывали и гасли факты, мысли, связь между ними рвалась, цепочки не выстраивались… В один из моментов просветления, девушка вспомнила о словах своего соседа и все-таки решила делать странную гимнастику, вдруг поможет? И вдруг все-таки слова Ника не бред его воображения, а самая настоящая реальность?

Ник же следующие несколько дней просто ушел в себя и почти не реагировал на ее вопросы. Карина даже стала бояться, что он окончательно ушел… Может стоило согласиться с его предложением? Вдруг все прошло бы нормально? Если вообще получилось бы. Она уже не знала что думать и тупо продолжала напрягать мышцы рук, ног… Девушка удивилась, насколько она ослабела — вряд ли бы она смогла сейчас не только грациозно, а вообще пройтись по комнате… Эта мысль ее разозлила и она, несмотря на начавшие болеть мышцы, сжав зубы, с остервенением бросилась бороться с предавшим ее организмом…

Ник

Мне никак не удавалось нащупать правильный, а главное безопасный путь слома защиты. Причем я чувствовал, что хоть все тут и сложно накручено, но нет некоей целостности, что ли… Как бы это объяснить-то… Во! Сообразил! Если смотреть на программу, которую пишут несколько человек, то на первый взгляд кажется, что код странный, неправильный, неровный, косячный в конце концов и часто действительно встречаются нестыковки, похожие задачи выполняются совершенно разными способами. Вот о какой целостности я говорю. Ну, конечно, я не беру в рассмотрение код, написанный серьезно с учетом общих практик, правил. Там такое реже встречается. Вот и здесь было что-то подобное. Причем в данном случае такая «неровность» реально сбивала с толку. Только покажется, что вся картина становится понятнее, как бац! Очередной поворот…

Тогда, после уж не помню сколько перерывов на сон, я решил подойти к проблеме с другой стороны. И как оказалось, именно таким образом я должен был сразу поступить, ибо пришедшая мне мысль напрашивалась сама собой. Я вдруг подумал, что та масса независимых плетений от датчиков просто физически не может уходить далеко. Или «центр управления» всей этой гадостью расположен где-то рядом, или есть какой-то промежуточный управляющий модуль. Я не стал откладывать дело в долгий ящик и, проследив первое попавшееся плетение за пределы комнаты с помощью инфозрения, обнаружил его. Уй, наворочено! — вот первая мысль посетившая меня, в начале анализа этого дивного чуда. Но уже через пару часов, как только начала вырисовываться довольно примитивная схема работы этого плетения стало понятно: ничего сверхсложного. Навороченность — лишь результат многократного дублирования логических модулей. Я уже прикидывал где и какие фрагменты развеять, что бы парализовать его работу, но тут мне повезло. Я обнаружил небольшое, слабоактивное плетение — отвод, ведущий на чердак, а там необычный дополнительный модуль. Сначала мне даже показалось, что это работа неких местных хакеров, подключившихся в существующую систему защиты, но позднее разобравшись, я понял, что это не так, а всего лишь логическое развитие местной паранойи. Это был модуль дистанционного управления, подключенный к амулету связи. Вернее сказать не то, чтобы подключенный. Местные гении не придумали ничего лучше, как обеспечить акустическую связь между амулетом связи и модулем, который я назвал «звуковой интерфейс», поместив их в специальную камеру внутри одной из опор крыши. Надо сказать этот модуль меня удивил. В отличие от абсолютного большинства плетений, встреченных мной до этого, легко разделявшихся на более мелкие стандартные модули, этот был единым целым. Невероятно сложный и в тоже время не являвшийся массой бессмысленных соединений, как многие местные плетения. Тут чувствовалась рука мастера, превосходившего меня как минимум на порядок. Ну, или использовавшего мощный компьютер с хорошо отлаженной моделью магии… Среди местных поделок, он выглядел чужеродно, как компьютерная плата в ламповом приемнике. Понятно, что местные просто откуда-то скопировали модуль, слабо представляя его работу. Оттого и акустическая связь. Но местным надо отдать должное, сам я без помощи Умника или биокомпа не рискнул бы взяться даже за копирование.

Создав модель этого модуля в своем виртуальном отладчике, на что у меня ушел не один час, несмотря на помощь биокомпа, а может именно благодаря ему (как посмотреть), я углубился в его исследование, сводившегося к перебору слов и выслушиванию ответов. Я был уверен, что обратная связь именно акустическая, ведь зачем-то есть в модуле «динамик»? Подбирать команды решил на языке Дронта, справедливо предположив, кто мог быть создателем, и надеясь, что он сделал себе бэк-дор. Пусть модуль построен не на инфомагии, но стиль уж как-то сильно отличается от всего, что я видел и наводил на вполне определенные мысли об изначальном создателе. Минут через пятнадцать перебора слов я понял, что был прав и не прав: на некоторые слова последовала реакция модуля, что в общем-то было большим чудом. Или же результатом похожести структурного, ситуационного или логического мышления атлов и нас, землян. А вот насчет бэк-дора я был не совсем прав, это был не он, местные просто не заблокировали технологический тестовый вход. Ну, это не удивительно, как выяснилось чуть позднее для его блокировки надо было указать, не произнести, а именно указать «слово конфигурации». Понятия не имею, что это такое и как и кому его указывать. Но в данном случае это сыграло мне на руку.

Состав базовых, атлоских технологических команд оказался не очень большой, и через пару часов я уже мог воспроизвести любое высказывание и любое эталонное слово-команду, внесенные в модуль его владельцами, то есть местными магами. Или же, что более интересно, я мог ввести свои, задав их на активацию «выходов» модуля или же фразу-ответ, связав ее со словом-запросом и комбинацией входов, при которой она выводится. Если же сказать по-человечески, то у меня получилось разобраться с системой программирования модуля. Писк был в том, что все эталонные слова-команды и ответы были на местном языке (по крайней мере фонетика совпадала с одним из языков, на котором говорила Карина, когда пыталась наладить со мной диалог), что естественно, ведь пользовались модулем местные жители, но я их не понимал, только видел их «акустическую» модель, и активизировали они не один выход, а комбинации (очевидно данные мониторинга), которые по-видимому, расшифровывались где-то дальше. Для того, что бы выделить фразу-ключ и фразу, вызывающую ответ-отчет, знания языка не требовалось, а вот дальше, для расшифровки акустических данных, выдаваемых модулем, требовалось понимание языка. Впрочем, особого интереса для меня эти данные не представляли.

Разобравшись со всем этим, я создал в камере, где находился настоящий модуль, свой «динамик», передававший мои слова туда, и «микрофон» передававший ответ. В целом, местные маги перехитрили себя: установили мощный модуль, предполагая, что сложность его реализации и работы является своего рода защитой от взлома (если вообще что-то подобное предполагали), а ведь история учит, что закрытость кода еще не гарантирует его надежности. Хм… Ну, да… Это наша история учит. Ладно, у них все еще впереди.

Я внедрил всего лишь одну дополнительную команду, которая при активации отключит все защитные и контролирующие заключенных магов плетения, не уведомляя об этом хозяев, дистанционно управляющих ими. Все, я готов. Я немного полюбовался на структуру модуля в своей памяти, покрутив ее и так и сяк, и наконец выплыл из транса, в котором, как оказалось, находился незнамо сколько времени.

Очнулся я как раз к началу кормления. Странно, судя по развернувшимся лежанкам, прошло немало времени. Что, я совсем отключился? Получив свою порцию жратвы и дождавшись ухода что-то напевающего себе под нос Гоблина, я развернул наши с Кариной лежанки друг к другу. М-да… Девушка выглядела еще хуже, чем раньше. С замученным выражением лица Карина вопросительно глянула на меня.

— Я готов. В любой момент могу выключить защиту. Уходить, думаю лучше всего ночью.

Карина прикрыла глаза и долго молчала. Потом тихо пробормотала:

— Свобода… Свобода… Гарцо, ты слышишь, свобода! — девушка вдруг задергалась в своих кандалах. Я с беспокойством наблюдал за ней. Ничего поделать я не мог. Она должна сама справиться. Стоп! Гарцо?

— Гарцо?

— Я не брошу его! — Карина умоляюще посмотрела на меня.

— Ты понимаешь, что вероятность успешного побега в таком случае резко стремиться к нулю? — я с любопытством смотрел на девушку, на ее попытки решить сложную дилемму. Мне-то в принципе все равно. Что одного человека транспортировать, что двоих, троих уже не потяну, наверно. Особенно с учетом того, что инфосеть мне пока не доступна в полном объеме. Уже на секунду-другую получалось выйти туда, но очень быстро биокомп начинал вопить о перегрузе и приходилось выскакивать. Хотя по моим ощущениям прошло много больше двух недель, отпущенных мне биокомпом. Так что рассчитывать пока приходилось только на себя.

— Ладно, посмотрим, — не стал я дальше мучить девушку. — Придумаем что-нибудь. Давай пока запланируем побег на завтрашнюю ночь или даже через денек-другой — мне надо еще кое-что подготовить. Ты пока отдыхай.

Карина с облегчением расслабилась, полностью положившись на меня и скоро уснула. А я про себя вздохнул и зажмурился. Как-то все это странно. Такое ощущение, что нахожусь в виртуале. А вообще, сколько раз меня посещало такое чувство? Много! Вот и сейчас, как-то я эмоционально странно себя веду… Вернее малоэмоционален. Может это последствия моей комы или еще чего? Вдруг кольнула мысль об Умнике. А ведь я вспоминал о нем всего-то несколько раз!

Мысленно собравшись, я снова попытался вызвать его. Когда ничего не получилось, снова стал исследовать себя — искать ту примочку, что Умник встраивал в меня для связи. Увы! Снова я ничего не нашел. Так, ладно. Я разозлился на себя. Давно пора было это сделать. Мысленно я обратился к биокомпу — все-таки словами выражать свои мысли и запросы пока мне легче:

«Найти все действующие ПУАМУ в пределах планеты».

«Существующими средствами сканирование инфосети предположительно займет двадцать часов. Начать сканирование?»

Так… Долговатенько… Хочется ведь сейчас и сразу. Тут я вспомнил то, из-за чего попал в ситуацию, в которой нахожусь.

«Подключиться к последнему инфосерверу, к которому я получил административный доступ» — Размыто сформировал я команду, ведь точно выразить свою мысль в данной ситуации я даже не знаю как. Да и не помню, дали мне доступ или нет… Но, как мне кажется, биокомп должен сообразить, что я имею в виду. Вскоре я убедился, что был прав.

«Связь установлена. В доступе через ПеМУР отказано. Необходимо внести ПеМУР в список разрешенных вариантов связи»

Так, стоп! ПеМУР — это мой биокомп. Инфосервер настраивался конкретно на меня. Через биокомп идет ограниченный набор информации, то есть, по логике, если мне дали админские права, то я по крайней мере первый раз должен зайти на сервер «лично», то есть сознанием через инфосеть. Так? Вроде логично. И соответственно как бы дать указания серверу, что конкретно через мой биокомп мне же можно заходить. М-да… Логично-то логично, но как-то не интеллектуально. Видимо искусственного интеллекта в инфосервере нет, а то давно бы все разложил по полочкам и сообразил. Кстати, радует то, что все-таки админские права у меня есть. Только надо в инфосеть выйти.

«Сколько предположительно времени потребует прямое первичное подключение к инфосерверу?»

«Неизвестно».

Что-то мне говорит, что тех пары секунд, что у меня есть, пока мозги не начинают кипеть, мне не хватит. Ладно, пока отложим посещение такого интересного объекта.

«Выполнить сканирование инфосети по поиску всех вариантов ПУАМУ, имеющих активные подключения» — Все-таки я ограничил поиск только теми «Умниками» или ему подобными, которые светятся коннектом в сети. Иначе искать будет до ишачьей пасхи…

Сам же переключился на камеру и в стену, выходящую на улицу, стал встраивать свои плетения. С одной стороны, конечно, спасибо вам, дорогие мои тюремщики, что не дали сдохнуть, а поддерживали мою жизнь неопределенно долгое время, но с другой стороны мне надо на волю, а чтобы вы меня не особо рвались преследовать, надо доходчиво объяснить нежелательность подобного шага. В любом случае уйти тихо не получится, был бы один, может и вышел такой финт ушами, «Кто тут был? Какой такой чародей? Да вам всем показалось! Вот и тюремщики ничего не помнят!», но бросать Карину мне не хотелось. Ну да, жалко стало. А раз все равно тихо уйти не получится, придется уйти громко, чтобы думали черт-те что, боялись или вообще чтобы у них шарики за ролики зашли. И тем не менее, несмотря на мой скептицизм — это на крайний случай. Вдруг да получится раствориться в воздухе? Но именно этот крайний случай и надо подготовить получше.

Насколько я понял, мы находились где-то на втором этаже. Неудобно, но делать нечего. Так, гравитационное плетение готово. Если я правильно все рассчитал, после его активации стену просто вынесет наружу. Ну не всю, несущие колонны останутся. Мне ведь не надо, чтобы все тут развалилось. Так, теперь иллюзии. Хорошо поставленный ужастик, особенно для тех, кто никогда подобного не видел, способен сильно пошатнуть психику даже здорового человека. Но что вызывает больший страх? Не помню кто сказал, но что-то вроде «двери, которая сама по себе открывается или закрывается». Соблазнительно было соорудить каких-нибудь нечеловеческих монстриков, но без компа создать нормальную визуализацию пока просто не смогу. Возможно биокомп сможет помочь, но это в будущем — сейчас вызывать его адекватную реакцию на такую проблему просто не получается.

Ладно. У меня в памяти хранится плетение иллюзии меня самого, когда-то созданное Умником на экзамене, плюс моя собственная разработка — почти трехмерный мишка, тоже в принципе неплохо проработанный. Если сильно менять иллюзию я не могу, то простейший морфинг одного изображения в другое — запросто. Причем именно «простейший» — без промежуточной деформации картинки, а быстрое затухание одного изображения и появление другого. Так, приступим.

Вызвав в памяти нужные мне плетения, я с помощью своего нового инструмента — отладчика, начал интегрировать их друг в друга и менять. К сожалению, реальные изменения иллюзии без компа я не мог визуально промоделировать. Пришлось формировать ее в реальности, вносить изменения, смотреть, что получается. В принципе выходило неплохо. Спустя какое-то время передо мной стоял я сам, правда в одежде, как и было раньше, очень похожий на свой оригинал, то есть меня. Ну, волосы длиннее, да вид упитаннее. Так, а вот дальше я все-таки постараюсь кое-что добавить. Глаза себе откроем и сделаем их абсолютно черными, без белков. Ох! Тяжело-то как без компа! Пойдем дальше, рот приоткроем, легкими мазками нанесем подтеки крови в углу губ. Так, ногти превратим в когти, фактуре кожи придадим трупный оттенок… Н-да, уже довольно неприятно. Ну, вроде все готово с моей картинкой. Так, теперь мишка. Иллюзорный «я» плавно перетек в зверя. Хорошо, только перетекание сделаем побыстрее, а то глаз замечает неестественный момент перехода. Так, теперь лапы в гору, страшный оскал и звук!

От раздавшегося шипения я передернулся. Что-то я напутал. Подправил обертона, высоту звука… Вот… Теперь это похоже на звуки, издаваемые разозленным животным… Ну… Думаю такого вида со звуковым сопровождением точно никто не выдержит. И оказался абсолютно прав — вдруг раздался истошный крик:

— А-а-а-а-а-а!!!! — крик ушел в чуть ли не ультразвук и резко оборвался кашлем, перемешанным с рыданием.

Вот блин, вроде специально делал иллюзию в том углу, который менее всего виден, но вот как раз кто-то из так и не увиденных мною заключенных очнулся не вовремя! Ну а что я мог поделать? Просто подождать. Карина тоже вскинулась, проснувшись от крика, но оглядевшись по сторонам, то есть повращав глазами, снова заснула.

На крик никто так и не пришел, а невротик затих и кажется отрубился.

Кстати, а почему одна иллюзия? Я ведь могу наклепать их команду! Ну, много не надо, но с пяток вполне нормально.

Так, продолжим. Без подпитки иллюзии долго не продержатся. Хм… А почему бы и нет? Немного подумав, я встроил в плетения иллюзий модуль-цеплялку, которая как магнит притягивается к источникам магии, цепляется к ним и по тонкой силовой нити, ну пусть будет метров до ста, передает энергию иллюзии. Прикольно, теперь она на самоподпитке, а если при движении натянувшаяся нить оторвет липучку от магического источника, она будет искать его в указанных пределах вокруг иллюзии, если найдет — прицепится, нет — со временем развеется. Движение… Не охота делать для такого пустякового дела сложный механизм… Вернее тот, использованный Умником не пойдет — там надо напрямую управлять. Фиг с ним, пусть они просто как бы плывут над полом: ставим небольшой датчик твердого покрытия, чтобы не проваливались под пол. А направление движения у нас будет задавать что-то вроде той же липучки, только настроенной на ауру. Ну и напоследок, если расстояние до ауры, то есть до «жертвы» станет меньше двух метров, пусть сработает переключатель — страшилка превратится в мишку, у нее поднимутся лапы, рычание изменится в более устрашающую форму и глаза пусть полыхают красным… Хм… можно еще встроить типа фразы «Ты мой!», эффект будет сильнее… Не, странно это будет — животное и говорит человечьим голосом…

Все! Что-то я устал… Прокрутив в голове созданные мною плетения, только покачал головой. Буквально за пару часов создать то, на что раньше у меня уходило значительно больше времени, да еще с помощью бадди-компа! Ну, это когда он еще не умел работать с иллюзиями, но все равно. Сам-то я тогда без компа за такой срок все равно не справился бы. Я снова вызвал иллюзии в реальность и оглядел их. Неплохо получились. Теперь последняя проверка. Я отключил всю защиту камеры на всякий случай, чтобы не сработало, и активировал иллюзии. Они зашевелились и медленно стали разбредаться по камере. К лежачим заключенным — это сработала настройка на ауру. Липучки подпитки подобно хлыстам заметались по комнате, пока каждая не нашла свой энергоподвод. В общем, нормально, я тут же отключил все иллюзии за исключением той, что шла в мою сторону. Жуть… Человек с мраком в глазах медленно плывет в мою сторону. И даже то, что это я, не делает его менее страшным. И вот я превращаюсь в мохнатое чудовище, у которого горят красным глаза и раздается рычание, животное поднимает лапы и рык усиливается. Хм… Чего-то все-таки не хватает. Я остановил иллюзию и немного подумал. О! Точно! А добавим-ка мы инфразвуковую составляющую! Кстати, очень прикольно, вот так вот со стороны смотреть на всю эту машинерию: плетение звука рождает его прямо в воздухе, без динамиков или чего еще, просто «раскачивает» с нужной амплитудой молекулы воздуха в плоскости. Вернее не плоскости, а в сфере вокруг него. Хм… И чего я не использовал это плетение раньше? И тут я понял, что это всплыло у меня в голове наследие Лотколба, сам же я подходил к решению проблемы со звуком по своему, по земному, создавая что-то вроде динамиков…. Так, что-то я увлекся. Включаем мишку… Не-не-не, я в такие игры не играю! Я быстро выключил иллюзию и пожалел, что руки заблокированы: нечем было вытереть выступивший на лбу пот. Эффект просто убийственный!

Жаль, если такая красота пропадет, — с некоторой долей иронии подумал я, когда успокоился. Как художнику жаль сжигать свои творения, так и мне стало жаль моих кошмариков. Ведь у магов вряд ли много времени займет их уничтожение. Да и делал я их не против магов, а против тюремщиков и простых вояк или стражей — кого они там пришлют. Можно, конечно, было бы попробовать реализовать что-то вроде примитивных кодов Хемминга, это из области самоконтролирующихся и самокорректирующихся кодов, чтобы иллюзия могла восстанавливаться при ее повреждениях, но без компов я вряд ли быстро смогу это сделать. Да и незачем, если есть простой вариант избежать уничтожения — надо просто убегать от магов. Таким образом, я просто встроил в датчик-липучку, контролирующую ауры поблизости от иллюзии алгоритм быстрого «делания ног». Если маг подойдет к иллюзии ближе чем на тридцать метров, она постарается уйти от него — сквозь стены, или даже сквозь пол (отключаем контроль высоты), лишь бы выжить.

Развеяв иллюзию и включив обратно защиту темницы, я стал думать дальше. Еще вопрос, который мне предстояло решить — одежда. Как-то совершенно не в кайф голышом драпать. Здесь раздобыть или уже в городе? Материализовать одежду я, к сожалению, не смогу. Пусть биокомп сделал мою память практически абсолютной (еще надо будет проверить!), и я даже помню информструктуру той своей одежды, что Умник сварганил мне по моим эскизам для бала у архимага, но вот такого количества энергии из инфосети я сейчас не смогу пропустить через себя.

Что еще? Проверить полог невидимости, еще кое-какие примочки и можно спокойно ложиться спать. Остальное завтра.

Ник

Следующий день был заполнен подготовкой к освобождению. Дождавшись ухода Гоблина после кормежки, позвал Карину:

— Слушай, Карина. Я тут собираюсь заняться кое-какой подготовкой. Прошвырнусь по тюрьме, надо поискать какую-нибудь одежку, не голышом же нам бежать? По крайней мере узнать, где ее раздобыть можно.

— А почему сразу не взять? — с загоревшимися глазами спросила девушка.

Я покачал головой:

— Я еще не знаю, когда мы все-таки решим бежать — слишком много неизвестно. Но насчет одежды — это ночью, а сейчас надо бы тебя немного привести в порядок. Мне будет легче, если ты будешь в состоянии сама передвигаться. Согласна?

Карина прикрыла веки, соглашаясь.

На всякий случай я развернул лежанки остальных узников так, чтобы они ничего не видели и закрыл глаза, мысленно оглядываясь. Дотянулся до модуля защиты и отключил его. Тут еще есть проблема — откачка магической энергии идет дальше взломанного мною модуля и там могут заметить резкое падение поступающей энергии. Поэтому я вывел перед глазами плетение насоса-преобразователя инфомагии в обычную, настроил его на нужный формат выходной энергии и заякорил к своей лежанке. Затем аккуратно прицепил его выводы ко входам системы отсоса энергии лежанки, проверил, как работает и когда убедился, что все в порядке, заблокировал свою ауру. Проверил, кое-что подправил, хм… Работает: энергия продолжает потихоньку уходить, но уже не из моей ауры, а через преобразователь. Правда все равно меньше, чем из ауры, но это сгладит спад «напряжения в сети». М-да… Ладно, теперь займемся собой. «Браслеты», фиксирующие ноги, руки и голову имели только материальный замок, без магии. Это было и хорошо и плохо. Хорошо — не надо возиться с магией, плохо — значит физическая защита будет помощнее. Исследовать замки магическим зрением не очень-то получилось — магии в них не было. Но общие размеры и положение отдетектировал. Ладно, чтобы уточнить кое-что, я внимательно издалека рассмотрел их на Карине. Непонятный материал. Развернув плиту девушки, увидел, что сзади они крепятся мощными защелками, в которых есть отверстие под ключ. Хм… странная конструкция.

Попробовал просканировать замок аурой — ведь можно как бы пощупать внутренне устройство замка аурным щупом, а силовой линией, заменяющей пальцы, перещелкнуть механизм. Но ничего не вышло: несмотря на то, что аура освободилась от подавляющего действия защиты лежанки, далеко щупы не отходили, да и чувствительность их была ниже необходимого.

Ладно. Тогда сделаем так. Полностью разрушать кандалы пока не хочется. Но попробуем такую штуку. Прямо в наручниках я сформировал силовые плоскости (не зря я на кувшине тренировался!), пересекающие боковину наручника с обоих сторон руки и запитал их. Хм… Нифига… Что произошло? Вспомним теорию — полог срастается с твердыми поверхностями. А если убрать? Ничего не поменялось — он слишком тонкий, и видимо настолько, что две плоскости материала снова срослись (типа как липнут друг к другу две идеальные стеклянные плоскости, только там все-таки расстояние между ними побольше). А может все проще — на самом деле материал наручников настолько плотный, что его разрезания просто не произошло… Ну ладно, тогда другой вариант. Я сформировал плетение автоматического укрепления материала, что придумал еще у гномов, а Умник довел его до ума, внес в него кое-какие поправки и прикрутил к наручникам. Процесс укрепления довольно длительный, но мне и не надо укреплять все, поэтому я сделал так, чтобы процесс шел вглубь по плоскости, рассекающей наручники. И тем не менее потребовалось около получаса, чтобы тонкий слой закрепленного материала проник на всю глубину. Ждать я окончания эксперимента на одном наручнике не стал — сразу прилепил подобные плетения к остальным кандалам. То, что процесс перекинется на мое тело я не боялся — расстояние для плетения между объектами слишком большое. Так, готово. Теперь включаем обратную функцию — расталкивания молекул, кристаллов, в общем того, за что плетение уцепилось.

Кандалы стали легонько потрескивать. Скосив глаза я заметил легкое-легкое пылевое облако, появившееся вокруг объекта моего внимания. Вскоре мне надоело наблюдать и я просто стал ждать, прикидывая свои дальнейшие шаги. Где-то через час слева от меня неожиданно раздался грохот: это отвалилась половина наручника, моя рука тут же безвольно упала вниз, больно потянув мышцу на плече и шее. Пока я с трудом пытался разобраться с нею, освободилась вторая рука, а потом и голова. Меня неудержимо повлекло вперед, будто голова стала тяжелой-тяжелой, но с трудом я сумел закинуть руки по бокам назад и зацепиться своими слабыми пальцами за края лежанки, что не дало мне упасть. А в общем это мне показалось, что я падаю. Грудь-то перетянута чем-то мягким, сейчас я это хорошо почувствовал, да и лежанка немного наклонена назад, так что это просто мышечные глюки.

М-да… Калека, блин. С трудом поднял руку. Ох! — покряхтел я. Придется хорошо потрудиться, чтобы привести себя в порядок. С трудом повернул к Карине голову, положив ее на плечо, чтобы не напрягать мышцы шеи, и слабо улыбнулся. Забавное зрелище. Челюсть у нее не упала до пола, но глаза были расширены по-максимуму.

— Вот так вот. — Сказал я. — А ты говоришь, «бежать! бежать!». Тут на ногах бы удержаться!

— Я знаю целительские заклятия. Должны помочь. — Тихо и неуверенно ответила девушка.

— Заклятия. — Задумчиво пробормотал я. — Интересно было бы на них глянуть. Но это потом, у меня есть свои методы. Подожди чуток, сейчас я приведу себя в порядок.

Ну вот, дракоша, конечно, хорошо, но и нормальное состояние ауры — лучший путь к здоровью. Теперь она стала расправляться, я закачал в нее энергию, выпустил лечебных симбионтов, а сам стал гонять энергию по каналам организма, концентрируя ее то на внутренних органах, заставляя их работать четче, то на мышцах, приводя их в тонус. Спустя полчаса я уже нормально и без особого напряга мог двигать руками и головой. А вот ремень, перетягивающий грудь, отцепить оказалось легко. Материя оказалась самолипнущей, причем не к любой поверхности, а к себе самой. Прям «липучка» какая-то.

Однако ноги не выдержали моего веса — я стал заваливаться вперед и только успел вытянуть руки вперед и мысленно выматерится, как пол резко пошел на встречу моему лицу. Я даже зажмуриться не успел, как пол буквально в нескольких сантиметрах перед моим носом резко остановился. Хм… Руками, конечно, я рефлекторно уперся в него, но вот чтобы они меня выдержали?

Ох, ты ж! Это же Драко сработал! То-то я своего веса не чувствую! Спасибо тебе, дорогой, что не дал разбиться своему хозяину! После этого обращения, я медленно опустился на пол и снова почувствовал свой вес.

— Ты в порядке? — раздался обеспокоенный голос Карины.

— Угу. — Буркнул я и медленно стал приводить себя в вертикальное положение.

С полчаса я медленно бродил по комнате, иногда заваливаясь, но Драко не давал мне упасть (или я сам через Драко?) — легкими гравитационными ударами возвращая меня в вертикальное положение. Затем я медленно стал вспоминать телом движения самого простого малого разминочного комплекса. Трудно было, скажу я вам. Пару раз даже был на грани потери сознания, но все-таки часа через три, потихонечку, полегонечку, с остановочками на передых, с одновременной работой с внутренней энергией, смог привести себя в более-менее нормальное состояние, когда от ветра не качает, ноги, руки хоть и слабы, но я их хорошо чувствую, так сказать ощущаю каждую мышцу тела и понимаю, на что они способны в данный момент. Единственно о чем я жалел, так об отсутствии шеста. Вот с ним у меня получается намного лучше управлять внутренней энергетикой.

— Никос! — Позвала Карина все это время молча наблюдавшая за мной. Кстати, правильно поступила — сообразила привыкать к моему новому имени, — скоро придет надсмотрщик.

Я кивнул.

— Извини, что пока не удалось заняться тобой, сама видишь в каком я состоянии, — я виновато посмотрел на девушку. Та лишь слабо улыбнулась.

Я же вернулся к своей лежанке, прицепил нагрудный ремень, вставил руки-ноги-голову в выемки, поднял силовыми линиями половинки своих тюремных браслетов и легонько прихватил их своим фирменным плетением, призванным на самом деле укреплять материал. Вот и в таком качестве пригодились. Пока еще голова не зафиксировалась — глянул на ручные браслеты: не виден ли стык, но нет, срез был настолько чистым, что все обратно встало как родное.

Я с нетерпением ждал прихода Гоблина — жутко проголодался и тянуло в сон, в мышцах чувствовалась приятная тяжесть. Устал не только физически, но и психически. В последний момент вспомнил главное упущение и аккурат перед тем, как открылась дверь перед входящим Гоблином, последняя лежанка с беспамятным узником повернулась в свое первоначальное положение. Покорно дав себя накормить, я тут же провалился в объятия Морфея.

Карина

Нет, это было просто здорово! Он точно из Повелителей! Она еще никогда не видела, чтобы так красиво можно было обойти защиту, поставленную явно не последними искусниками, а потом вернуть все обратно, будто ничего и не было! Пусть она ничего и не поняла, все-таки ее состояние не позволяло пользоваться чародейством, но результат, как говорится, виден и слепому. Она сильно напрягала слух, пытаясь понять, что бормотал Ник, снимая защиту, но так ничего и не смогла разобрать. Однако было понятно, что Нику нелегко она далась — чародей такого уровня если и начинает что-то говорить, помогая себе определенным образом настроится на нужную волну, то только в моменты наивысшего напряжения сил. Но что более удивительно — он, похоже, относился к тому редкому типу чародеев, которые не только полагаются на свою чародейскую силу, но и не гнушаются использовать обычные боевые приемы. Уж очень разминка Ника напоминала Карине боевые танцы мечников, возведших владение мечом в ранг искусства. У ее отца работал один такой и она, будучи еще маленькой девочкой не раз завороженно наблюдала за его тренировками.

Ничего-ничего! Все у них получится! Карина уже почти не сомневалась, что так и будет. И выберутся они отсюда, и Гарцо с собой вытащат. Главное верить в это!

Впервые за последние годы на ее губах, уже почти забывших, как это делается, распустилась робкая улыбка. И Карину совсем не волновало то, что глубина счастья, выражаемая этой улыбкой вряд ли соответствовала действительности. Главное, что надежда выбраться отсюда уже не казалась ей чем-то несбыточным. С этой улыбкой на устах Карина и уснула.

Глава 3

Ник

На следующий день я проснулся с жутким голодом, снова пробудившимся под утро. Забавно: и я проснулся, и голод тоже. Нет чтобы спать дальше и дать спокойно жить нормальным людям! Все-таки эта бурда, которой нас кормят, хоть и питательна, но явно предназначена для людей, проводящих свой досуг за высокими размышлениями, не производящих лишних телодвижений. Фигово. Надо что-то придумать. Дождавшись утренней кормежки и ухода Гоблина, я отцепился от своей лежанки. Немного размялся и прошелся по комнате, высматривая то, что не увидел раньше. Наткнулся на равнодушный взгляд одного из узников. Тот хоть и смотрел на меня, но явно не воспринимал.

— Никос? Ты меня освободишь?

Я обернулся. Карина сонно смотрела на меня.

— Подожди, Карина. — Я прислушался к себе, чувствую какой-то дискомфорт. Хм, — наконец хмыкнул я, разобравшись. Мой организм чуток оправился и голая женщина, пусть и не совсем в форме, стала вызывать легкое возбуждение. Да и самому неловко. Так дело не пойдет. Пошарившись в камере, так и не нашел никакой тряпки, чтобы прикрыться.

— В общем смотри, Карина. — Я подошел к окну и аккуратно выглянул. Внизу никого не было, хотя… Я пригляделся и отметил отблеск ауры, видимо стражника, в угловой будке. — Чтобы быстро привести нас в порядок, нужна хорошая еда. Да и одеться не помешало бы, согласна? — Я обернулся. Девушка, прогнав остатки сна, внимательно меня слушала. — В общем, я пойду пройдусь тут в здании, разведаю, что где лежит. Если что найду — притащу. Потом займемся тобой. Правда тут есть один тонкий момент. Как бы Гоблин не заметил изменений в нашем состоянии. А он заметит.

— Гоблин?

— Ну, этот чудак, что кормит нас. Так вот. Получается, что у нас всего-то пара-тройка дней.

— Почему?

— Потому что за это время я постараюсь нас поставить на ноги. Ладно, пойду гляну, что тут у нас.

У двери меня догнал тихий вопрос.

— Ты вернешься?

Я обернулся, удивленный вопросом. Вернулся, встал перед девушкой и посмотрел ей в глаза.

— Я ведь обещал вытащить тебя отсюда! А свои обещания я стараюсь выполнять. Не беспокойся. А почему не освобождаю тебя из оков — просто ты не справишься одна, твое тело сильно ослабло. Надо его подготовить. В общем, — я хотел погладить ее по щеке, но не решился: как еще воспримет, — я скоро вернусь.

Резко развернувшись, я подошел к двери. Внимательно присмотрелся. Хоть она и была вся покрыта плетениями защиты, но к счастью, они шли через обезвреженный мною модуль, так что ее открытие никого не побеспокоит. Я прикрыл глаза и просканировал коридор за дверью в инфомагическом зрении. Там никого не было. Прождав еще минут пять, чтобы определить, какова плотность людского трафика снаружи, толкнул дверь, которая, естественно, не открылась. Вздохнув, я снова погрузился в мир магической и инфомагической энергии, анализируя препятствие. М-да… Обычный замок — это не плетение, просто так не определишь, что держит дверь. Прислонившись к двери, я пропустил сквозь нее свою ауру. Хоть препятствие и сильно снизило ее чувствительность, но не убрало совсем. Мне удалось «прощупать» как слепому дверь снаружи. В результате я понял, что там — простая задвижка, но мощная, скорее засов. Или тут чужие не ходят или они полностью полагаются на магическую защиту. К сожалению, аурным щупом не удалось сдвинуть его, хоть и без препятствия в виде двери вряд ли бы у меня это получилось. Но зато сформировать с внешней стороны двери силовую нить и прицепить один ее конец к задвижке, а другой — к стене, ничего не мешало. Маленький импульс — нить сжалась и с тихим, знакомым мне по приходу Гоблина, шорохом, задвижка вышла из пазов.

Накинув на себя полог невидимости, я тихо выскользнул из двери, снова закрыв ее и слегка прихватив засов парой силовых линий (с часок продержатся). Если кто и придет, то посчитает, что просто заело, сразу не войдет, а я успею вернуться и что-нибудь решить. А для этого прилепим к косяку плетение-микрофон, чтобы слышать, что тут происходит.

Коридор совсем не походил на тюремный. Скорее на замковый — только эта дверь, за которой держат магов, сильно выделяется. Остальные пяток штук в коридоре — обычные деревянные, некоторые даже не закрыты на задвижки, которые были явно послабее нашего засова. Забавно, похоже наша темница занимала внешнюю часть тюрьмы, самую большую комнату. Как-то тюрьма все меньше и меньше стала напоминать само это понятие. Куда идти? Налево или направо? Справа доносится легкий фоновый шум, который обычно создают несколько людей, чем-то занимающихся. Слева — тишина. Туда и пойдем пока.

Сканируя комнаты на наличие живых существ, а потом открывая двери, чтобы посмотреть, что там, предварительно убедившись в отсутствии сигналок, стал продвигаться в выбранном направлении. Первая комната оказалась типа хозяйственной — куча разного хлама, тряпки, деревянные ведра, даже несколько швабр! Какие-то стулья, столы. Во второй комнате стоял агрегат… на первый взгляд типа насоса, подключенного к емкости литров на двести, в данный момент заполненной чистой водой. Войдя, я от души напился, пальцами потер зубы, чтобы избавиться от пакостного привкуса. Сколько лет я их не чистил? Небось уже черные стали. Хотя… У Карины зубки все такие же белые, как наверно и перед ее заключением. Может вода тут такая, или целительские плетения заботятся, а может генетика у нее хорошая. Оставив этот вопрос на потом, я вышел из комнаты. Босые ноги холодил каменный пол, да и проведя некоторое время рядом с холодной емкостью с водой, покрылся гусиной кожей. Немножко погоняв внутреннюю энергию и заставив кровь чуток быстрее течь, согрелся. Мне пока не хотелось использовать плетения, вроде того же нагрева воздуха, способные выдать меня по изменению температуры рядом со мной (если кто будет проходить мимо).

В третьей комнате оказался склад запчастей. Ну, судя по сложенному стопочкой десятку точно таких же лежанок, что и у нас в камере, ничем другим это не может быть. Лежали еще какие-то блоки, металлические конструкции, вот только магии во всем этом не наблюдалось.

Ну а дальше шла лестница, закрытая дверью. Прямо перед ней — заложенное мощными каменными блоками большое окно. Наверно раньше здесь был витраж на двор, если судить по его куполообразной форме. И заложено давно, но цвет камней все еще отличается от цвета стен. Однако возьмем на заметку. Кроме сигнальных магических довольно простых датчиков внутри камней и стен ничего не было. Поэтому, я потратил пяток минут, чтобы по-быстрому внести небольшие изменения в систему, оставив работать только крайние — на стенах, а внутри этого заложенного прохода развесил свое гравитационное плетение, направив вектор его действия наружу. Рядом я спрятал своего иллюзорного Нико-Мишку с дистанционным активатором, прицепив его к энергетическим линиям в стене. В принципе, даже в активированном состоянии такая иллюзия не потребляет много энергии, а уж в свернутом… Даже если маги как-то и отслеживают разного рода ее утечки, то вряд ли точность детектирования высока. Иллюзии, я кстати, сделал на обычной магии, чтобы если маги и разберутся в них, то просто подумали на сильного чародея.

Стоит сказать о магических потоках в данной местности. Хотя в общем-то и говорить особо нечего — в отличие от «того» материка, если мои наблюдения верны и не ограничиваются только этим местом-тюрьмой, то все потоки тут перемешаны. То есть нет четкого деления на земную энергию, лесную и прочие. У меня есть подозрение, к сожалению пока не подтвержденное, что обычная магия — все-таки производная от инфомагии. Типа расщепления инфомагических потоков по каким-то параметрам, причем обратное их смешивание не дает снова инфомагию. Отсюда и меньшая эффективность обычной магии. Вообще, мне не очень понятно, как можно получить что-то, разделив целое, причем чтобы производные сохраняли бОльшую часть свойств целого. Кстати, может я и ошибаюсь, но в таком варианте магичить должно быть сложнее. Хотя, с другой стороны, эффект может быть сильнее. Кстати, моя мысль подтверждается и тем, что, например, медицинские плетения, работающие в лежанках, используют весь спектр энергетических потоков, но акцентируются на «лесной», как у эльфов.

Слабо освещаемая лестница неожиданно оказалась спиральной и опускалась вниз явно глубже уровня поверхности земли. Прикрыв за собой дверь, я спустился на первый этаж. По дороге глянул вниз колодца — в общем, не особенно глубоко, примерно с пару этажей. Провел рукой по каменным блокам стены — сухие, вопреки ожиданиям. Камни, кстати, подогнаны похуже, чем у гномов. Дверь, выходящая на этаж, точно такая же, как на «моем». Не закрыта — видно, что она слегка отошла от косяка.

Только я собрался проверить что за нею, как она стала медленно открываться. Ну вот, добегался. Если вдруг у того, кто сейчас зайдет сюда есть какие-нибудь амулеты, способные справиться с моим отводом глаз, придется валить его. Я быстро скакнул в угол и прижался к стене. Дверь медленно и совершенно бесшумно (как и на нашем этаже) отворилась и спиной вперед, слегка согнувшись, вошел какой-то мужик. В руках он держал большую бадью и корзину с хлебом. Он поставил свои емкости на пол и разогнулся, уперевшись руками в поясницу.

— Хр-р-р-р-ах… Мудатанто карранта! — Непонятно для меня пробормотал он, с наслаждением выгибаясь назад. Одет мужик был в обычные простые брюки без всяких примочек типа карманов из плотного и теплого даже на вид материала, стоптанные мягкие полусапожки. На теле — рубашка не первой свежести, прикрытая сверху кожаной безрукавкой, на которой, к моему удивлению, обнаружился небольшой карман. Просканировав его, заметил несколько металлических кругляшей, видимо денежная мелочь, правда из какого материала, я не смог определить. На поясе — ножны с кинжалом и еще один складной ножик в кожаном футлярчике-сумочке, но впечатляющих размеров — или садовый секатор, веточки подрезать, или типа боевого, например что-то вроде навахи. На лице — аккуратная бородка, нос с горбинкой, слегка отечное лицо с мелкими оспинками и страдающим выражением на челе. На черных волосах, причесанных явно рукой, а не расческой, выделяются пряди седых волос.

Пока он смотрел в потолок, разминая свою поясницу, я быстро нагнулся и вытащил из корзины один кусок хлеба. Мужик или почувствовал дуновение ветра от моего движения или еще что, но вдруг замер и огляделся. М-да…Неприятное чувство, когда взгляд незнакомца быстро мазнул по месту, где я стоял. Фух! Пронесло. Однако мужик вдруг стал принюхиваться, поводил своим шнобелем по сторонам, понюхал рукава своей одежды, под мышками, потом пожал плечами, с кряхтением поднял свою ношу и отправился по лестнице вниз. Я тоже принюхался и с трудом, но все-таки заметил не очень приятный запах, идущий от меня. Хоть Гоблин нас и поливал водой, но этого явно было недостаточно для того, чтобы полностью помыть тело и избавить его от запаха. Надо было в той комнате с бассейном искупаться, — подумал я. Ну да ладно, учтем на будущее.

Черный, чуть черствоватый хлеб показался мне самым вкусным из всего, что я ел раньше. Я чуть не захлебнулся слюной. И не говорите мне, что лишил пайки какого-то бедолагу. Судя по ноше стражника или разносчика, голодом тут не морят. Немного беспокоило, как желудок воспримет такую пищу, но я решил рискнуть. Организм у меня улучшен? Улучшен! Есть Драко, есть лечебные симбионты, так что прорвемся!

Я выскользнул в коридор и аккуратно прикрыл за собой дверь. На месте стражей, я бы все-таки поставил там автоматику, чтобы ходили только свои, но, как говорится, со своим уставом… Да и мне так удобней.

Коридор шел по периметру здания вдоль стен, окна в которых напоминали бойницы. Иногда он изгибался внутрь, огибая редкие внешние помещения. Но в целом постройка производила впечатления кольца с комнатами в центральной части. Люди мне почти не попадались, прошел только один охранник, да женщина в возрасте, за которой тянулся запах свежеприготовленной еды. Меня они не заметили — полог действовал исправно, но я все равно отслеживал появление магов. Мало ли какие они тут и какая у них личная защита? Вдруг и полог невидимости на них не действует? Поэтому в случае чего я был готов и ауру по максимуму спрятать, и взлететь под потолок на своих силовых нитях, и полог невидимости усилить, и, если что, вдарить как следует. Но опасался я зря, магов мне не попалось. В руках у женщины был пустой поднос, так что было понятно, что она относила еду и видимо достаточно высокому чину, раз ему носят ее лично, а сейчас возвращалась на кухню. Я пошел за женщиной, не забывая крутить головой на триста шестьдесят градусов, попутно отмечая все двери. Ниче так, неплохой замок. Грубовато сложено, без особых изысков, но крепко. Эх, жаль бадди-компа нет, потом бы рассмотрел все в записи подробненько, да и карту бы составил.

Наконец мой поводырь дошел до места назначения и я понял, что не ошибся — это была огромная кухня, где готовилась еда на большое количество людей. Для охраны, что ли? Кстати, а где она? Как-то странно. По квадрату метров тридцать на тридцать бегали поварята, чинно прохаживались помощники шеф-повара, который стоял в центре комнаты и руководил этим ансамблем. В основном криком и пинками. А так же он экспрессивно размахивал руками и иногда демонстративно хватался за голову, чтобы показать глубину своего недовольства, что действовало на подчиненных очень неплохо. Я проскользнул внутрь за женщиной и скромно встал слева от двери, откуда и наблюдал весь этот бедлам. Вот бы они удивились, если бы мой полог пропал! Стоит такой голый худой мужчина и голодными глазами смотрит на всякие вкусности! Печально, но добыть здесь еду не получится — слишком большая сутолока. Или надо ждать, пока все разойдутся. Тут дверь открылась и вбежал пацан, неся в руках корзину с овощами. Ага! Вот ты и попался! Быстро сняв с парня основные параметры ауры, я тихо скользнул обратно в коридор. На открывшуюся дверь никто не обратил внимания.

В коридоре я огляделся, нашел среди месива остаточных излучений аур следы того пацана и отправился по ним, словно гончая собака. В принципе далеко идти не пришлось, всего лишь за поворот, внутрь комнаты со следами сена на полу и, кстати, дверью наружу, правда закрытой и со сложным магическим плетением, потому я к ней подходить не стал — времени нет разбираться. Но кажется отсюда завозят в тюрьму продукты. Дальше поворот налево и две двери. За одной оказалась редкопосещаемая кладовка, судя по количеству пыли на полу. Неожиданно из-за открытой мною внутрь двери что-то выпало наружу. Какая-то белая палочка. Сделав шаг внутрь, я заглянул за дверь и чуть не заорал от неожиданности. На меня весело скалился человеческий череп. Успокоившись, я вернулся в комнату (и когда успел выскочить?). Действительно, скелет человека. Правда закреплен на подставке, его желтоватые кости скреплены проволочками. Интересно, что это? Учебное пособие? Вполне возможно. Но что интереснее — какой бедолага пошел в качестве пособия? А хороший скелетик! Косточки гладкие-гладкие! Такое ощущение, что их не раз полировали. Почему-то мне этот скелетик очень понравился. С ума схожу, что ли? Так, ладно, я не за этим сюда пришел.

Следующая дверь, у которой в общем-то и заканчивался путь поваренка, оказалась закрыта на ключ, впрочем весьма примитивный. Всунув в замочную скважину сформированный аурный щуп, мне удалось прощупать внутренний механизм. Затем, пустив вдоль щупа силовую нить и придав ей жесткость, так сказать, зафиксировав, получил такой магический ключик, провернув который и открыл дверь. Магическая защита тоже была, но какая-то простенькая — сигналка, заточенная чисто на ауру и модуль сравнения. Полностью схлопнув свою ауру, я спокойно прошел внутрь.

Эх-ма! Вот это я удачненько попал! Я потер руки от удовольствия. Вдоль левой стены висели мясные туши какого-то животного, справа — копченные окорока, колбасы еще куча всякой всячины, внизу в ящиках овощи, даже фрукты, в углу какие-то кувшины. В пол комнаты встроено холодильное плетение — температура поддерживалась около двух градусов. От холода я быстро покрылся гусиной кожей. Однако, повесив вокруг себя плетение антагониста холоду — согревающее, быстро согрелся. Здесь я провел с полчаса. Немного перекусил и собрал большую корзинку из самой питательной еды из расчета на двух человек. Тут даже молоко было в тех кувшинах, правда немного, в основном вино. Немного поколебавшись, взял небольшой пыльный кувшинчик красного вина, из самого дальнего угла, чтобы не заметили. Вроде бы, красное вино тоже полезно — уговорил я себя. Вино в бутылках, ближе к выходу проигнорировал.

Пока я тут находился, еще два раза прибегал мальчишка, дверь открывал своим ключом. Хорошо хоть я догадался ее закрыть за собой, так что он ничего не заметил и совсем мне не помешал. Наконец я собрался и весело про себя напевая, вышел из кладовки, оставив тут свою фирменную иллюзию. Веселая жизнь тут у них начнется, когда я сбегу, ей богу! — я мерзко ухмыльнулся. Тонкий ручеек инфомагии, пожираемый дракончиком, не превышал моих текущих возможностей, так что корзинка с едой без напряга для меня держалась в воздухе за левым плечом. Забавно, однако. Прямо фантастика какая-то — идет человек, а его имущество летит за ним на антигравитаторе каком-нибудь… Такое я только дома видел. Удачно с моим Драко получилось, — я погладил его, в ответ получив эмоцию-удовольствие, — само плетение левитации прожорливое, однако Драко, являющийся потомком элементалей, или их производной, работает без особых запросов энергии. Все-таки там все продумано, атлы сделали…

Около первой двери я снова остановился. И чего меня так привлек тот скелетик? Наверно, он зацепил что-то в моей душе, какие-то слои сознания… Может он как-то пересекся с тем, о чем я думал или хотел сделать или планировал? Почесав в затылке, решил все-таки последовать своей интуиции или же свихнувшемуся сознанию и прихватил скелет с собой. Он занял место за моим правым плечом. На всякий случай я усилил полог невидимости, чтобы никто ничего не заметил.

Насчет одежды все решилось просто замечательно. Прогулявшись по окружности коридора, прижимаясь к стене при встрече с персоналом тюрьмы и поднимая свои вещи повыше, чтобы не задели, набрел на…. Хм… комнату для стирки. По крайней мере это было отдельное помещение с кучей тазиков, горелок, на которых грелась вода, со стойким запахом мыла… Видимо магию на всякие пустяки, типа чистки одежды, тут не тратят…. Ну и рядом находилась маленькая комнатка с «готовой продукцией», тьфу, с постиранными вещами. В общем я спокойно выбрал одежду прямо под носом у снующих туда и сюда двух женщин-стиральщиц. Простое платье примерно Карининого размера и для себя брюки и рубашку. Туфель или сапог тут не оказалось, да и откуда бы? Один раз случилось неприятное — молодая девушка поскользнулась и замахав руками задела меня. Не знаю, что она подумала, может, что ей показалось, потому что шума поднимать не стала, а вернулась к работе.

Вниз я спускаться не стал. И так много времени потратил на обход, скоро должен придти Гоблин, не надо, чтобы он чего заметил.

Карина явно обрадовалась моему возвращению, наверно все-таки думала, что я не вернусь. Правда случился небольшой казус: войдя в нашу камеру я забыл снять полог невидимости и заговорив с девушкой, испугал ее.

— Не пугай меня больше, — попросила она и тут же спросила, — как все прошло?

— Просто замечательно, — я продолжал напевать про себя, одновременно с этим пристраивая свою ношу в верхний угол камеры. Чтобы не тратить много инфомагии, я прикрутил скелетика и корзину силовыми нитями, которые потребляли на порядок меньше энергии, чем антигравитация. Причем Карина ничего не заметила: еще на подходе к камере я накинул на них отдельный полог невидимости. Гуляя по зданию, я кроме всего прочего оценивал свои магические ресурсы и магический фон данной местности. И пришел к не очень утешительным выводам. Несмотря на то, что я могу пользоваться и обычной магией и инфомагией, на данный момент для их полнофункционального использования есть препоны. Несмотря на мою связь с инфосетью и работу Драко по восстановлению повреждений в мозгу, качать оттуда магии я много не могу — биокомп начинает орать. В ауре запасов обычной магии мало, и даже похоже что мое безразмерное хранилище, о котором говорил Умник, почти опустело. Наверно за несколько лет тут вытянули до фига из меня. Но я не расстраивался. В конце концов я пришел в себя, есть цель на первое время, есть две глобальные цели — исследовать инфомагические амулеты, фонящие в сети, есть поиск дороги домой. Не знаю, приживусь ли я снова в своем мире, но иметь в своих руках два мира, между которыми можно путешествовать — чем не цель?

— Когда будем освобождаться? — нетерпеливо прервала мои размышления Карина.

Я же молча стал пристегиваться к своей лежанке.

— Ты что делаешь?

— Скоро Гоблин придет, пока не стоит его беспокоить.

Карина неохотно кивнула и стала расспрашивать, что я видел. За разговором прошло время, появился Гоблин, покормил нас и ушел, не заметив моей добычи, висящей в углу камеры. Уже привычно освободившись из оков, я подошел к Карине.

Карина

Все-таки Никос не обманул ее! Мысль о том, что он не вернется, снова и снова прогрызала дырку в броне ее уверенности, а она латала ее уговорами своего второго параноидального «я» и не давала превратиться дырочке в засасывающую сознание воронку. И какое она почувствовала облегчение, когда он вдруг возник перед ее взглядом! Нет, сначала она конечно испугалась, но это рефлекторно. А вот чувство благодарности к нему за то, что не оставил, не обманул, прочно укоренилось в душе. Карина понимала, что это еще ни о чем не говорит — Никос вполне может следовать своим планам, в которых она играет роль одной из подпорок его будущего, выстраиваемого им с момента прихода в сознание, но это не мешало ей, в первую очередь во имя своего спокойствия и уверенности, поливать эту благодарность питающей ее душевной энергией. Отметила она и высочайший уровень Никоса в области создания чар невидимости. На таком близком расстоянии чародей ее уровня обычно должен чувствовать некую неправильность, будто кто-то насильно заставляет отвернуться от скрытого под чарами человека. Впрочем, возможно то, что она ничего не почувствовала, всего лишь следствие ее беспомощного состояния.

С нетерпением и какой-то внутренней дрожью Карина ждала, когда же произойдет это, без преувеличения, знаменательное событие — ее освобождение. Всю сложность их положения, и весьма слабые перспективы реального освобождения девушка сознательно гнала от себя, чтобы не впасть в отчаяние. Наконец, дождавшись ухода тюремщика, которого Никос забавно назвал Гоблином (кстати, надо будет уточнить, кто это такие — гоблины), он подошел к ней. Внимательно посмотрев на нее, парень ободряюще улыбнулся. Одновременно с этим ее лежанка резко опустилась назад в горизонтальное положение. Перед глазами все поплыло и Карина почувствовала легкое головокружение. Заметив ее реакцию, Ник успокаивающе произнес:

— Извини, сейчас это пройдет.

Одновременно с этими словами отщелкнулись удерживающие ее наручники, медленно поднялись в воздух и аккуратно опустились на пол вне пределов ее зрения. Наткнувшись на ободряющий взгляд Никоса, Карина собралась с духом и попыталась пошевелить руками. Шевельнуть-то получилось, а вот поднять — увы. На глаза невольно навернулись слезы разочарования.

— Ладно, проведем экспресс-восстановление по моей методике, — заметив ее реакцию, сказал Никос. — Но потом тебе понадобится много энергии, думаю твой желудок с этим справится — проверено на мне, — Никос улыбнулся, протянул руку в сторону и неожиданно в его руке появилась корзинка, из-за края которой выглядывало глиняное горлышко. У Карины чуть глаза на лоб не полезли от удивления, но она постаралась не выдать его, хотя оно было просто безразмерным. Ну вот не могла она представить себе, как он такое провернул! Поставив корзинку рядом с ее головой, от которой до нее донесся умопомрачительный запах каких-то копчений (в желудке даже заурчало и девушка покраснела), Никос сказал:

— Сейчас я немного разомну тебе мышцы, заодно и оценю твое состояние. — Карина закрыла глаза. Ей вдруг стало невообразимо стыдно своего положения и того, что она лежит голой перед по сути незнакомым мужчиной.

Слабое и легкое касание ног. Пальцы Никоса бегут по ступням, надавливая на какие-то одному ему известные места. Теплота, распространяющаяся от его рук. Нажатия на ступни, кончики пальцев, одновременно с этим возникает щекотание где-то внутри организма и мощный поток тепла и энергии бежит по ногам вверх до самого темени, где будто что-то взрывается. Затем жесткое сминание икр, выкручивание каждой мышцы, боль, заставляющая их просыпаться. Боль в коленных чашечках и сухожилиях, тут же успокоенная касаниями ладоней, от которых вдруг повеяло прохладой. Руки перемещаются выше… Рефлекторное движение спрятать сокровенное — колени сами собой сгибаются и прижимаются друг к другу. Вспыхнувшая радость от этого простого движения: не все еще потеряно! Движение рук Никоса выше уже осознанно расслабленных коленей… Неожиданно резкое сексуальное желание, резкими движениями рук парня и болью уже в районе живота и выше быстро сошедшее до уровня маленького теплого шарика, свернувшегося чуть ниже пупка. Жар чуть ниже груди, лучиками солнца распространяющийся по всему телу. Теплые ладони аккуратно обходят груди, как бы не замечая их, за что Карина искренне благодарна Никосу… Резкие уколы в разных частях тела… Затем снова жесткость и боль в мышцах рук и неожиданно шеи. Нежные руки Никоса, переворачивающие ее тело и повторение пройденного. Только добавляется хруст в позвоночнике. А в конце наслаждение до стона, когда обе руки чародея скрываются в ее волосах, слегка сжимая их до легкой боли, а пальцы массируют кожу головы. И продолжается это долго-долго… А в памяти, резонируя с ее внутренним состоянием, всплывали воспоминания детства, те моменты, когда Карина была особенно счастлива… На правую щеку повернутой в этот момент головы вдруг посыпалось что-то легкое и невесомое, выводя ее из дремы.

— Извини, — тихо сказал Никос, сдувая попавшую на щеку легкую взвесь, — не мог удержаться и не почистить тебе волосы.

Карина дернулась, вспомнив, что ее волосы скорее всего давно и прочно были покрыты слоем жира и грязи — никто их никогда в тюрьме не мыл.

— А у тебя красивые волосы. — Голос Никоса заставил ее улыбнуться. — Все, аккуратненько переворачиваемся, — парень помог ей перевернуться на спину и отпустил. — Попробуй сесть.

Карина открыла глаза и помогая себе руками с трудом, но села! Радостно оглянувшись, заметила явное смущение на лице Никоса и то, что он старается держаться позади нее, скрывая нижнюю часть своего тела ее лежанкой. Внешне не обратив на это внимания, а внутри довольно улыбнувшись, Карина подвернула под себя ноги, усевшись в позу медитации.

— На первый раз достаточно. Пока проведи самодиагностику… Ты ведь умеешь? — Девушка кивнула. — Вот, но сама ничего не предпринимай. Не знаю, что ты можешь в плане целительства, но не хочу, чтобы ты запорола мою работу.

— Не беспокойся. — Согласилась с его доводами Карина.

— Через пару минут ты сильно захочешь кушать, еду бери из корзинки. Можешь есть все, что угодно — я кое-что сделал, чтобы желудок выдержал нагрузку. А продолжим мы чуть попозже. Хорошо?

Ник

Внутренним усилием и воздействием на собственную ауру мне наконец удалось унять резко возникшее сексуальное влечение во время массажа Карины. Не место и не время. Кажется она ничего не заметила. Однако это помогло мне синхронизироваться с аурой девушки и хорошо ее выправить, благо опыт подобного слияния и воздействия у меня есть. И я намеренно вызвал у нее сексуальное возбуждение, ведь при этом человек максимально раскрывается, с него спадают почти все биологическо-энергетические защитные механизмы. Ну, или просто ослабляются, в результате чего происходит, кстати, изменение некоторых энергетических структур, в основном у женщины. Кстати, частенько бывает, что у женщины рождается ребенок, похожий на предыдущего ее сексуального партнера, к которому она испытывала сильные чувства, и даже через много лет, что иногда, к сожалению, приводит к недопониманию в новой семье. У нас это объясняется чисто химическими и биологическими изменениями в организме женщины, но мне кажется мой вариант играет тут не последнюю скрипку, если не первую.

Кроме того, массируя ее голову, я пытался снять хоть какую-нибудь информацию из ментальной оболочки ауры Карины. Я надеялся на пару сложных плетений, ситуационно всплывших у меня в голове из запасов старого знакомца Лотколба. Он как-то делал хитрые амулеты для демонов, усиливающие и фильтрующие ментальные излучения, возможно для более быстрых допросов или для облегчения жизни магов-менталистов. К сожалению у меня мало что вышло, но тем не менее, результат все-таки был. Мне удалось напрямую считать некоторые обрывочные образы — какие-то цветы, озеро, женщина с добрым лицом, наклонившаяся над кроваткой, в которой лежала, как я понимаю, маленькая Карина. И лишь в конце у меня получилось нащупать механизм воздействия, чтобы вызывать нужные ассоциативные цепочки (в основном мне нужна была лингвистическая информация), но я уже устал, пришлось прервать сеанс. Неприятные ощущения в руках от грязных волос Карины, мешающие сосредоточению, ассоциативно вызвали в памяти плетение из походного набора благородных гномов по очистке волос без воды, одежды и прочие прибамбасы, но от них я сейчас отмахнулся, только от первого не удержался и применил на девушке. Забавно, надо будет и себя так обработать, но позже, что-то я притомился. А пока я помог Карине перевернуться и сесть, попросив ее провести самодиагностику. Немного энергии, закачанной мною в ауру девушки должна была ей в этом помочь. Во избежание всяких вопросов я пока не хотел максимально ее прокачивать.

Карина прищурившимся взглядом окинула свою ауру. Наверное увиденное не совсем ей понравилось, она слегка дернулась и зажмурила глаза, ее кулаки сжались. Неподвижно посидев секунд десять, девушка потихоньку успокоилась, ее дыхание замедлилось, пальцы разжались, мышцы лица расслабились. Легкие подрагивания ресниц говорили о том, что она глубоко ушла в себя. Постепенно на лице начали проскакивать отблески эмоций, целый калейдоскоп. Сначала одна сменяла другую, потом они все больше и больше начали перемешиваться. Как будто каждая часть тела зажила своей жизнью, обзавелась своими чувствами, которые постоянно менялись: вот едва заметно приподнялись уголки губ, указывающие на радость; вдруг губы резко сжались, брови нахмурились, указывая на агрессию; вот лицо как будто разделилось на две части: одна из которых выражала удивление, а вторая печаль.

Взгляд на ауру Карины заставил меня только высоко поднять брови. Теперь я понял, что именно создало ощущение какой-то неправильности, когда я первый раз магически ее осматривал. Аура, особенно ментальное тело, неплохо отражает умение, предыдущий опыт и наклонности того или иного мага. Умелые целители и менталисты, а также просто умудренные большим опытом и долгой жизнью маги с одного взгляда на ауру могли определить к какому направлению принадлежит ее носитель, к какой школе и даже каков его стиль магичинья. И пускай до таких спецов мне еще ой как далеко, но даже моих знаний хватило, чтобы обнаружить кое-какие странности. То тут, то там в ауре девушки мелькали эмоции, сцепляясь с участками, ответственными за управление магической энергией, и вместе как будто частично отделялись от ауры, создавая слабые энергетические сгустки. И пускай магоэнергии я передал всего лишь чуть-чуть и сгустки были слабо выражены и невелики, не заметить их не мог бы даже слепой. Странно, очень даже странно. У всех виденных мною до нее лунгрийских магов была хорошо развита сфера, отвечающая за осознанность, концентрацию и волю, а также ее 'спайка' с частями ауры, контролирующими взаимодействие с магоэнергией. Я это прекрасно запомнил, так как следил и за своей аурой в процессе своего магического развития, и во время моих магических и инфомагических тренировок эти области неплохо развивались. У Карины же этот участок как для мага был разработан слабо, а вот эмоциональная сфера выделялась очень и очень даже сильно, да еще и была ярко выражена 'спайка' со слоями, контролирующими управление магией. Ничего подобно я не видел ранее.

Тем временем девушка успокоилась и ожила. С трудом повернув, голову она сглотнула и резюмировала результаты самоосмотра и эмоциональной разминки.

— Аура деформирована постоянной откачкой, кое-что я еще могу, но я куда слабее, чем была раньше. Что-то восстановится скоро. Но я не знаю, смогу ли я… когда нибудь… восстановиться полностью и расти как чародей дальше. — В голосе девушки прорезалась горечь. Видно было, что возможности магического развития для нее очень важны. — Одна надежда: семья и друзья не дадут мне пропасть.

И тут на меня накатило. Да еще так сильно, что я аж сам удивился. Такое ощущение, что все это время, находясь в тюрьме, я был как будто окутан какой-то пеленою. Эмоции и ощущения чувствовались лишь отдаленно, как будто их скрывала и не давала вырваться наружу какая-то ширма. Они сидели в закоулках сознания, где накапливались и накапливались, пока их не прорвало! Хотя, чего уж тут удивляться, столько времени недоедал, лежал без движения. Конечно же все чувства и ощущения притуплялись. Теперь вот покушал, чуть-чуть привел себя в порядок и все. Достаточно было лишь триггера, которым выступили слова девушки, а точнее ассоциации, и все, что накопилось, хлынуло наружу.

Но это я уже потом проанализировал и пришел к такому выводу, а сейчас… Сейчас на меня нахлынул страх по поводу своего будущего и своих возможностей. Биокомп еще неделю назад говорил, что я смогу посещать инфосеть и что? Теперь я больше пары секунд провести там не в состоянии! Может быть тот неисправный сервер в точке фокуса что-то выжег в моем мозге, сделав меня инфомагическим инвалидом? Вот и получил свою победу, доморощенный Пир! Админский аккаунт есть, а зайти в него никак не могу!

Потом пришла досада. И на кой хрен я попер в эту точку фокуса! Имел себе доступ в инфосеть, никто серьезного мне вреда причинить не мог! Со своими способностями я бы хорошо устроился где угодно. Нет же, еще большего захотелось, полез наверх без достаточно серьезной подготовки, и странностям ИИ сервака не внял. Мог ведь придержать свой пыл, подумать о безопасности подключения. Теперь вот сижу в этой отвратной вонючей камере, без Умника, без вещей и даже не знаю, смогу ли я когда-нибудь нормально войти в инфосеть и воспользоваться добытым акаунтом! Сразу вспомнился бородатый анекдот про отлаживающего код админа-программиста и его сынишку: '— Папа, а почему солнце появляется на востоке и исчезает на западе? — Сынок, ты это проверял, работает? — Да, папа, работает. — Тогда внимательно слушай меня: раз оно работает, ничего, слышь, ничего и ни в коем случае не меняй!'.

Проблеск улыбки быстро покинул мои уста, как только подумалось о второй фразе девушки. Вот хорошо ей: есть и родители и друзья! Всегда помогут, из говна вытащат. А у меня что? Родители и сестренка остались далеко, в родном-родном мире. Не факт, что я когда-нибудь смогу вернуться туда снова. Бадди-комп и субноут, единственное, что у меня осталось от родного мира, или непонятно где или уже сломаны. Единственный и самый верный друг, Умник, который у меня был в этом мире, находится непонятно где и не факт, что снова будет найден. Единственный, с кем я мог поговорить как с нормальным человеком…тьфу, компьютером. Без него я как без правой руки.

Тоска огромными щипцами сдавила грудную клетку. И вот что мы получили в результате нашего бравого (ирония) полета за аккаунтом: один, ни кола ни двора, половина способностей утеряна, даже те приятели и Криса, которыми обзавелся в гномляндии наверное уже обо мне почти не думают, слишком много лет, как сказала мне Карина, я валяюсь в этой вонючей и отвратной тюряге. Да еще и недосягаемая конфетка в виде админского аккаунта к носу привязана! Меня всего аж заколотило. Тоска, досада, злость, отвращение, агрессия — все перемешалось, и кони и люди.

Не знаю точно как долго я пребывал в этом состоянии, наверное совсем чуть-чуть. Восприятие времени в таких случаях зачастую сильно растягивается. Тем не менее я все-таки успокоился. Я человек не склонный к хандре и самобичеванию. Просто действительно накопилось всего разного и нужно было это прожить, ну и дать ответы на вопросы, которые постоянно крутились в подсознании. Все-таки не все так плохо, как кажется. Я по-прежнему могу гораздо больше, чем большинство местных магов, управление инфомагией до сих пор у меня есть, да и биокомп значительно вырос в своих возможностях, частично компенсируя мне невозможность расчетов. Если сравнить меня сегодняшнего и меня попавшего в эльфийскую священную рощу, сейчас я гораздо круче. Выбраться из тюрьмы мне особого труда не составит. Только восстановлюсь немного. Умника тоже найдем — он из такого материала, который весьма проблематично уничтожить. Даже если поиск биокомпа ничего не даст, все равно он найдется. По словам Умника, после модернизации моей информструктуры в священной роще мое тело почти не подвержено старению и как минимум тысяча лет у меня в запасе есть. Ну а залогиниться на серваке со временем тоже какой-нибудь способ найду. Что касается друзей и знакомых, то обживусь, обрасту новыми, Карина вроде обещала меня после побега устроить. Да и со старыми можно связь наладить, не так уж и много лет прошло. С возвращением на Землю, правда, не ясно, возможно ли это вообще и сколько лет, десятков или сотен мне для этого понадобиться. Но уж одно я знаю точно: точка фокуса научила меня осторожности. Коль будет шанс, то не помчусь сломя голову, проверю, не будет ли у меня проблем там с инфомагией, не даром ведь у нас на Земле нет магов. Ладно, хрен с ними, с дальними планами, пока разберусь как побыстрее восстановиться и дать деру из этой чертовой дыры.

Успокоившись и придя в себя, почувствовал, что меня кто-то трясет, точнее пытается трясти, так как прикосновения ощущались очень слабо. С трудом открыв зажмуренные глаза, разжал зубы, облизал кровь от прокушенной губы и поспешил успокоить Карину, которая пыталась криками и трясением привести меня в порядок. Да, наверное уже успела подумать, что я какой-то припадочный псих. Ничего, думаю, сумею убедить ее в обратном.

— Никос, Ник, ты в порядке? — лицо девушки было испугано и взволновано.

— Ничего, все в порядке, Карина, просто слабость накатила. — Я криво улыбнулся. Эмоции уже прошли, я чувствовал лишь какое-то опустошение и усталость. Похоже, нужно отдохнуть и восстановиться. При мысли о том, чтобы снова забраться в кандалы и дать насосу откачивать из себя силы, меня слегка передернуло, но что поделать, мне действительно нужен отдых, пока тело переваривает пищу и наращивает мышцы. Проведенного сеанса лечения пока вполне достаточно. Пожалуй, подкину Карине магоэнергии и подсажу дракошу, благо создание и подсадка новых экземпляров дракончиков была одной из функций моего 'амулета', пускай он дальше и приводит ее в порядок. Ну, а сам я буду периодически ее лечить, хотя на самом деле попытаюсь все-таки вытащить лингвистическую информацию из ее головки, а то самому учить языки как-то влом.

Закончив с означенными делами, прикинул время следующего прихода Гоблина. Отметил, что у нас еще есть около пяти часов. Поэтому, активировав сигналку в коридоре, я наклонил свою лежанку, как у Карины, и прилег отдохнуть, успев заметить прекрасную и одновременно забавную картину — сидит голая красивая девушка почти в позе лотоса. Канонической позе мешает корзинка, которую обнимают длинные женские ноги. В одной руке девушки местная колбаса, от которой Карина откусывает с таким блаженством на лице, что я пожалел об отсутствии бадди-компа: такие моменты надо увековечивать. В другой — кувшинчик то ли с вином, то ли с молоком, лень различать… Мои веки закрылись….

Ник

И все-таки, времени на нормальную подготовку побега, нам не хватило. Нам выпало всего три дня. Причем мы чуть не провалились в первый же приход Гоблина. Стойкий запах копченостей, к которому мы успели принюхаться, сразу шибанул в нос вошедшему тюремщику и тот начал озираться пытаясь определить источник запаха. К счастью я сразу заметил его реакцию и от резко возникшего чувства опасности перескочил на ускоренный режим работы мозга, которого я по понятным причинам пока избегал. Поэтому пары секунд мне хватило, чтобы реализовать первое что пришло в голову. Я подавил активность участка ауры Гоблина отвечающего за чувствительность его нюха быстро сформированным аурным щупом, по которому пропустил часть своей энергии. Типа разряда в ауру. Риск был минимален: то, что Гоблин не маг, я определил давно, а сейчас в очередной раз убедился и в его невысоких умственных способностях: он успокоился и отсутствие прочих запахов никак его не насторожило. Мутить что-то сложнее, типа сквозняка, я не рискнул, без элементалей я мог не успеть, да и не известно какие у него инструкции насчет сквозняков. В общем, мы были на грани провала. И еще повезло, что он не обратил внимание на изменившийся вид волос Карины. Прокол-с…. Вот только переход на повышенную мозговую деятельность выпил из меня все силы. Хм… Не думал, что это так энергозатратно — думать… Зато поняв, что мои эксперименты прошли мимо понимания Гоблина, оторвался на нем: когда он входил в нашу камеру, специальное плетение в двери определенным образом воздействовало на его ауру и стражник терял к окружающему интерес, занимаясь только своей работой. Забавный опыт, жаль, с магами такое не прокатит.

В следующие дни я еще несколько раз делал «операции» над Кариной, выбирался на склад с припасами, но далеко не отходил — и без того по грани ходим. В любой момент кто-нибудь мог случайно налететь на меня в коридоре, или вычислить по разным мелким событиям: кого-то задел, где-то подправил плетение, могли обнаружить похищение продуктов, да мало ли что еще. Шастая по тюрьме, я менял настройки замков, разрешая себе доступ, по мере сил внедрял плетения-мины в стены и пол. В принципе, будь у меня время и желание, можно было переделать тюрьму так, что когда маги очухаются, она бы превратилась в мощную крепость, находящуюся под полным моим контролем.

С изучением языков, как ни странно дела двигались. Я сказал «языков», потому что не мог вычленить только какой-то один из всех поступающих данных, в которые втиснулись знания Карины в этой области. Во время лечебных сеансов поток в виде слабоулавливаемых образов, какого-то шума, ощущений, тонкой струйкой тек мне в голову. О том, что получается то, что надо, я понял далеко не сразу, а только попросив Карину что-нибудь сказать на родном ее языке. Я точно понял только одно слово, но одновременно с этим смысл сказанного оставил у меня послевкусие-ощущение понимания. Такое смутное понимание, что я не сразу смог его оформить на своем языке. Однако я воодушевился и попросил ее почаще говорить на всех языках, что она знает. Что-нибудь рассказывать. Сказал, что у меня своя методика изучения языков, она с явным сомнением в моих умственных способностях согласилась. Теперь в камере, после ее неизменных трансов, во время которых девушка внутренне исследовала себя, часто звучал ее голос, что-то рассказывающий. Во время своих трансов Карина контролировала процессы, вызываемые в ее организме дракошей. Что она про него подумала, я не знал, а она не спрашивала, и только редкие всплески удивления, подобно фейерверкам вспыхивающие в ее ауре (и это в трансе!), выдавали отношение девушки к происходящему. Чувствую, мне еще придется долго отвечать на ее вопросы о происхождении видов! Сама она почему-то пока не магичила, и хотя мне было очень интересно посмотреть на местные методы создания плетений, но пока я к ней не лез — пусть приходит в норму.

По настоятельной просьбе Карины я осмотрел Гарцо. Он был в явно худшем состоянии, чем девушка до того, как я стал c ней работать. Главный косяк — он был без сознания, а экспресс-методы восстановления организма без сознательных действий малоэффективны. Тут ведь не требуется вырастить руку или кожу, а нужно весь организм вытягивать. Можно было бы подсадить к нему дракошу, но пока я решил ограничиться лечебными симбионтами. Посмотрим на реакцию организма, а уж по результатам выберем методику лечения. К остальным узникам я настолько привык, что просто не замечал их, как не замечаешь мебель в комнате, в которой живешь не один день.

Тем временем появились результаты сканирования инфосети биокомпом. Умника он, к моему глубочайшему разочарованию, не нашел. Однако подумав, я утешился довольно очевидной мыслью, что скорее всего он обнаружил только тех, кто активно работает с инфосетью, так сказать находиться в онлайне, где Умнику, на мой взгляд, просто нечего было делать. Присутствовали и виденные мною ранее отметки каких-то мощных артефактов, проскакивали, не локализуясь, какие-то точечные всплески, и какие-то непонятные возмущения. А еще меня успокаивало присутствие сигнала от второй части браслета Умника, оставшегося в корабле на территории эльфов. Хотя интенсивность обмена данными была многократно ниже чем при… хм, не хочется говорить «еще живом Умнике»… А скажем так, когда Умник был при мне и в полном здравии! Вот. Конечно, это могло означать, что с ним что-то не в порядке, но скорее всего у него просто нет поводов выходить в сеть. Хотя не удивлюсь, если он умело шифруется, прячет, так сказать, айпишник. Эта аналогия с интернетом моего мира, в какой-то степени успокаивала, но честно говоря, меня периодически накрывала просто какая-то шиза. Ярость. Мне казалось, что от меня оторвали кусок моей сущности. И далеко не самый худший кусок. Слишком я сроднился с Умником.

Так как Карина надолго уходила в себя, у меня образовалось много свободного времени. И тут я вспомнил про скелетика, притащенного мною из своего похода за едой. Я вытащил его из угла и поставил перед собой, удерживая силовыми нитями. Симпатичный… Прицепив нити к его голове, рукам и ногам поигрался, как в детстве с игрушкой… Хм… Может это из меня детство поперло? Или это так влияет на меня отсутствие Умника? А забавно так — танцующий с легкими перестуком костяшек скелет. Простого зрителя такое вполне может испугать. Эх! Жаль здесь нет некромантии как класса! Вот было бы прикольно разобраться в ней и сделать себе такого красавца-слугу! Хм… забавная мысль, но если подумать, то причем тут некромантия? Обычный… ну пусть необычный, но механизм с неким конечным количеством степеней свободы, плюс компьютер, управляющий всем этим безобразием. Эх, мне бы мой субноут, а уж оптимизировать алгоритм управления под такой скелетик — раз плюнуть. Дома у меня была игрушка — робот, управляемый своим компьютером, но я как-то подключил его к субноуту, чтобы научить его акробатическим трюкам (до этого он мог только танцевать, да общаться по-минимуму). Кажется, я не стер тогда программку. Ха, а ведь у меня есть искусственный интеллект! Тот же Драко! Чем не модуль управления? И даже интереснее так попробовать…

Для развлечения и гимнастики ума (без бадди-компа, но с био-заменителем), я решил убить время, играя с модулем ИИ. Для начала запустил процесс укрепления костей, чтобы скелет в процессе «игр» не порушился. Пока шел этот медленный процесс, по памяти (повезло, что смотрел в свое время анатомический справочник человека, а биокомп усилил мои воспоминания!) создал из силовых линий мышцы и связки. Вернее одну мышцу и одну связку, которые размножил копированием, меняя только пропорции. Управление подключил к копии Драко, и все это прикрутил к небольшому насосу магии, чтобы плетения не рассеялись. Поставил тактильные датчики, датчик голода, чтобы знать, когда следует подключать насос, а соответственно ввел накопительные плетения прямо в кости. Плохонькие получились — материал все-таки не тот, но на несколько дней без подпитки должно хватать. Зрение — самого дракоши, он там на разных энергетических уровнях может воспринимать окружающую действительность. Забавно, но вследствие того, что эмоциональная матрица хранится не в виде конкретного плетения, а в виде очень сложной комбинации состояний управляющих плетений, после копирования она сразу начинает активно меняется, подстраиваясь под новый «управляемый объект» и ее развитие идет самостоятельно. И через какое-то время новое существо уже мало напоминает своего родителя. Ну да ладно, речь не об этом. Главное, что с анатомией мой Драко знаком, а значит и его потомок. Осталось только попытаться его настроить (научить) управлять «телом»…

— Что это ты делаешь? — отвлек меня голос удивленной Карины.

Глядя на слабошевелящуюся кучу костей, я с грустью в голосе ответил:

— Это мой хм… костяной слуга. Его зовут Скалл. Только вот он совсем не хочет ходить. Да и стоять он почему-то тоже не хочет… — Куча снова зашевелилась, вертикально вверх поднялась нога, рука указывала куда-то в сторону двери, голова дергалась и все время норовила упасть (Скалла я поместил именно туда, хотя для энергетического создания это не имело особого значения). Я не сразу понял, что на грани своего восприятия чувствую эмоции Скалла. Возможно их усиливал Драко, не знаю, но спустя некоторое время уже четко улавливал недоумение, которое излучал его потомок. Вмешиваться я не хотел — у Скалла достаточно данных для выполнения поставленной задачи, а мне интересно посмотреть на что способен заложенный авторами алгоритм адаптации управления в реально сложных условиях. Раньше как-то не доводилось: все-же изучать его работу внутри элементаля слишком сложно, а в дракошке — двигать иллюзию по поверхности тела слишком просто. Поэтому я оставил Скалла в покое, только отодвинул в угол и на время визитов Гоблина накрывал куполом невидимости.

— Ну, самоуправляемый голем не такая уж тривиальная задача, — улыбнулась Карина.

— Ты когда-нибудь делала подобное?

— Не, — отрицательно качнула головой девушка, и устало вытянулась на ложе. Мой взгляд невольно задержался на изящно перекрещенных ногах Карины, но я тут же отвернулся. Я ей предложил надевать платье, когда нет необходимости шифроваться, но она немного подумав отказалась. Сказала, что так получится, будто она раздевается специально для Гоблина. Женская логика, однако. Я же, как только надсмотрщик уходил, тут же натягивал брюки. Карина тем временем продолжила: — Разумеется на занятиях по чародейству заставляла ходить кукол, но только под прямым управлением. Меня этот раздел чародейства не особо интересовал, наверняка, кто-то из Повелителей делает самоуправляемых… А может кто рангом поменьше тоже способен.

— А много Повелителей такого уровня?

— Где-то с полсотни, а может и меньше, — немного подумав, сказала Карина.

Забавно… было бы весьма интересно посмотреть на подобные создания. Это ведь не такая простая задача. Ладно я — у меня в руках и перед глазами были элементали. С разогнанным сознанием, при этом находясь в инфосети, я могу удержать в голове их структуру, а главное понять принцип их действия, и как-то менять, но вот местные чародеи? Я только покачал головой.

— А где… — начал я и тут же умолк. Что-то в окружающем пространстве меня насторожило. Переключившись на маго-зрение, увидел интересную картину пришедшей в движение магической энергии, окружающей нас. Если раньше она выглядела как разноцветный туман разной интенсивности, но в целом была статичной, то сейчас началось какое-то шевеление. Кроме того энергетические каналы, вытягивающие магию из узников, привлекали взгляд своей набухшей яркостью. Мы с Кариной в данный момент были отключены от системы, так что ничего не почувствовали. Но ауры узников заметно поблекли. Думаю если так будет продолжаться, то им придется несладко. Я сделал девушке знак рукой:

— Чувствуешь?

Карина огляделась и вдруг резко спрыгнула с лежанки.

— Что случилось? — она удивленно посмотрела на меня. Я резко сорвался с места, кинул ей платье, проверил свои сигналки, подскочил к окну и аккуратно выглянул:

— Собирайся. Кажется что-то случилось. Возможно обнаружили что что-то не в порядки и стали откачивать из нас ману. Плохой вариант — узнали про нас. Получше — случилось что-то другое, но тогда это самый лучший момент, чтобы убежать в суматохе. Жаль, что подготовиться не успели, — тихо говорил я оглядывая двор. Не удержался — оглянулся. Вот стервочка! Одевается как на показе — все делает не торопясь, с чисто женским кокетством, там ножку отставит, там бедро или грудь выпятит, чувствует, что я смотрю. Женщины! Даже в таком положении не могут отказать себе в удовольствии пофлиртовать. И ведь я совершенно не чувствую ее внимания к моей персоне как к мужчине! Или нюх потерял?

Я тряхнул головой, чтобы придти в себя и снова оглядел двор. Там было тихо. В будке, где я давеча заметил охранника, вернее из двери торчал мелко подрагивающий сапог. Однако! Что тут происходит? Тем не менее маленькие ворота в стене были закрыты. С другой стороны здания что-то хлопнуло. Я перебежал комнату, по пути задев несколько лежанок. Тоже тихо. Никого не видно. Вдруг я заметил, как в нескольких местах каменного покрытия двора зашевелились камни. Все больше и больше. Наконец они подпрыгнули и, разрушая брусчатку, к зданию потянулись дорожки из взламываемого основания площадки. Опомнившись, я переключился на магическое зрение, про которое успел позабыть и увидел очень интересное зрелище. Там, где происходил взлом камней, шевелились какие-то структуры, активно воздействуя на окружающий их камень и прогрызаясь вперед — к стенам тюрьмы. Путь им преграждала сложная сеть, заглубленная как минимум на несколько десятков метров, именно на столько хватало разрешающей способности моего магического зрения. Кроме того, она поднималась вертикально вверх и замыкалась вокруг здания. Я расстроено сплюнул. Фигня какая-то. Явно кто-то напал на тюрьму. Зачем? Может тут еще есть какие-то комнаты или люди, важные нападающим? Жаль, что я не провел полную разведку здания.

Тем временем неизвестные создания, несмотря на защитную сеть, продолжали рваться вперед, разрывая ее и в свою очередь погибая от ее пассивного сопротивления. Но на смену погибшим существам приходили новые, которые продолжали работу своих почивших собратьев. И тут землю просто вспахали мощные электрические(!) разряды, по сути молнии, выпущенные откуда-то с верху здания и частым гребнем прошедшие от основания здания к внешней ограде. Эти молнии довершили разрушение брусчатки — грохот от взрывающихся камней стоял страшенный! Молнии перебили всех магических зубастиков, а может задели мага, создавшего их. Людей я пока так и не увидел. Хотя по некоторым слабоуловимым аномалиям распределения энергетических потоков во дворе, в том числе и магических, что-то такое прослеживалось у самого забора.

— Аттра мутано! — вдруг раздался сзади мощный рев. Я досадливо поморщился. Увлеченный зрелищем снаружи, я не обратил внимания на сработавшую сигналку, расположенную в коридоре. Обернувшись, увидел Гоблина, стоящего в дверях, облаченного в кирасу, покрытую ржавчиной, и держащего в руках здоровый дрын, при ближайшем рассмотрении оказавшимся боевым молотом. По лицу Гоблина стекал пот, глаза яростно вращались, он что-то еще кричал, веером выплевывая слюни. Даже отсюда я заметил, как у него в белках глаз полопались кровеносные сосуды. И моя «глушилка» эмоций, установленная на входе, не справилась. Что же его так напугало?

Карина испуганно прижалась к стене и что-то усиленно пыталась смагичить. Мне, конечно, было бы интересно посмотреть, что у нее выйдет, но время вышло, да и у нее не хватало энергии в ауре. Я подскочил к девушке и резко отдернул от стены — там уже почти активировалась ловушка, заныканная внутри. Мое движение разъярило Гоблина и подняв молот над головой, он кинулся на нас.

— Дурак, — буркнул я и двинул рукой. Резким толчком надзирателя отбросило и с размаху пришлепнуло к стене. Тут же вокруг него сформировалось несколько сотен силовых нитей, окутавших его, словно личинку шелкопряда, которые сзади вплавились в стену. Очень удачно, или скорее неудачно для него, ударная часть молота резко притянулась нитями к его лицу и сломав передние зубы, намертво закупорила его рот, при этом закрыв половину лица. По подбородку побежала кровавая слюна. Так что ему повезло: я не особо церемонился и если бы не молот, нити вполне могли разрезать ему шею.

Карина же, увидев Гоблина в таком беспомощном состоянии не преисполнилась жалости и сострадания, а почему-то с разбега в лучших традициях уличной драки зарядила тому ногой по яйцам, при этом приговаривая:

— Вот тебе за то, что лапал меня! А вот это тебе за то, что вообще посмел пускать слюни на меня, скотина! — и она еще раз зарядила уже обеспамятевшему Гоблину по тому же месту.

— Все, пора двигать отсюда! — пребывая в некотором шоке от ее действий, бросил я и побежал к дверям. Почувствовав кого-то снаружи, с разбегу вдарил в верхнюю часть пяткой, пустив впереди нее гравитационный импульс. Не специально, просто как-то само получилось. Это Драко снова порадовал меня, на ходу улавливая мои желания и синхронизируясь с моими действиями. Дверь слетела почему-то с верхней петли, и провернувшись на нижней сверху вниз, мощно придавила кого-то там. Хм… не ожидал такого эффекта, надеюсь человек остался в живых. За мной выскочила бледная Карина, так что я не стал поднимать дверь, чтобы посмотреть, кто там, только кивнул ей и легким шагом, готовый отпрыгнуть в любую сторону, при необходимости даже вверх, отправился к выходу. Уходить я решил через вторые небольшие ворота, через те, рядом с которыми лежал мертвый стражник.

Вдруг сзади меня раздался вскрик:

— Гарцо! А как же он?

Я медленно развернулся и посмотрел на остановившуюся Карину, судорожно сжимающую кулаки.

— Прости, но сейчас мы никак не сможем его вытащить. Видишь, как оно все неожиданно получилось. Боюсь, если мы его возьмем, то просто угробим по дороге — на тюрьму явно напали, всякое может случиться. Да и в дороге как заботиться о нем, когда у нас нет ни плана спасения, ни денег, вообще ничего? Кроме того, нас скорее всего будут искать. Утешься тем, что мы знаем, где он находится и, если выберемся, у нас будет реальный шанс хорошо подготовиться к его вызволению.

Карина неохотно кивнула и я с облегчением от того, что не придется успокаивать девушку, доказывать и терять время, развернулся и двинулся дальше. Уже выйдя в колодец с лестницей, ведущей вниз, резко остановился и хлопнул себя по лбу.

— Что? — тяжело дыша, скорее всего от переживаний и резкой нагрузки, выдохнула Карина.

— Я дурак, — повинился я, — Можно ведь было через окно спуститься… Идиот! Хотя там тоже защита на окнах, — бормотал я, — удаленную активацию-то я отключил, но локальную — нет. Время тоже потеряем, а судя по появлению Гоблина, туда и маги могут наведаться. Хм…

— Вернемся?

Я прислушался, прыгнул на уровень инфозрения и заметил активные перемещения людей на нашем этаже. Ниже вроде наоборот пока было тихо, хотя видно хуже. Если сверху маги — лучше держаться от них подальше, какие-то они неправильные маги: вон какими сложными структурами кидаются — камень жрут, что семечки щелкают.

Так, немного времени есть. Я развернулся к Карине.

— Иди сюда и без вопросов, пожалуйста. Времени у нас мало.

Я взял ее за руки, прижался всем телом к ней, лоб-в-лоб, чтобы максимально увеличить площадь соприкосновения наших аур, и закрыл глаза. За минуту мне удалось накачать ауру девушки магией по самую макушку. От такого экспресс-метода она поплыла и осела. Я подхватил ее и выругался про себя: переоценил ее состояние.

Пока я занимался таким богоугодным делом, как приведение пострадавшей от принудительной накачки магией магессы в нормальное состояние, ситуация изменилась. Резко взвыла интуиция, краем глаза я зацепил влетающие вверх по лестнице практически невидимые фигуры: так, легкое колыхание воздуха. За долю секунды врубил все варианты зрения на инфомагическом уровне увидел три человеческие информструктуры несущиеся вверх, а на магическом — сложное плетение вокруг каждой из фигур. Резко поставив защитный полог успел отклонить летящие в меня то ли стрелы, то ли ножи. Удивило, что один нож сумел пробить защиту, но потерял импульс и упал к моим ногам. Это меня разозлило и вокруг первого нападающего, которого я так и не видел в лицо, сформировался мой фирменный кокон, за доли секунды сжавшийся до размеров большого шара, заполненного чем-то красным. Даже пискнуть не успел, — удовлетворенно подумал я, провожая глазами покатившийся вниз по ступенькам шар и не обращая внимания на легкую тошноту, возникшую от такого зрелища. Тут в меня полетела какая-то магическая хрень, структурно очень сложная, а на физическом плане разорвавшая тишину жутким визгом, от которого я чуть не оглох. В такой ситуации я долго думать не стал и активировал свои плетения в стене, спрятанные там на всякий случай в мои предыдущие блуждания по тюрьме. Кусок каменной стены метра три высотой просто вынесло внутрь, засыпав нападающих большими квадратными булыжниками, килограммов под сотню каждый точно. А эта хрень, что летела в меня резко дернулась в сторону и влипла в стену рядом с нами, где и успокоилась. Управление потеряла? Цель?

Вот только я не учел одного — коэффициента прочности стены, да и откуда бы? Верхняя часть стала проседать — видимо где-то снесло несущую опору. Сверху посыпались камни, иногда ощутимо стукая по защитному куполу. Еще раз глянув инфомагическим зрением на наш этаж, понял, что возвращаться по нему нельзя — много народа.

Тогда я покрепче обнял Карину левой рукой (слава богу, она непроизвольно обхватила меня за шею! А то и не знаю, удержал бы или нет!), правую руку мягко обволокла защитная оболочка, к которой я креплю свои нити. Немного подумав и оценив вес в левой руке, включил симбионтов, которые создали подобную оболочку по всему моему телу, кроме головы — так надежней, да и не оторвутся руки. Немного поводил плечами: вроде нормально. Вздохнув, выстрелил нить к замеченному мною выступающему камню, подергал — тот вывалился из кладки. Следующий камень и снова неудача. Третий (сзади слышу топот ног по нашему коридору) — зацепился! Я оттолкнулся от площадки и мягко спланировал через заваленную камнями лестницу. Чуть не споткнулся о красный шар, по странной прихоти закона гравитации, скатившийся к самой двери. Носком ноги столкнул его в колодец: все-таки неприятное зрелище. Особенно сильно по нервам ударил белоснежный обломок кости, прижавшийся к внутренней прозрачной поверхности. И, кажется, вовремя я убрал шар — стоило ему упасть в провал, как раздался хлопок — плетение исчерпало свою энергию и вниз понеслось месиво, бывшее когда-то человеком. Ух! А вообще долго продержался купол без подпитки: многовато я вбухал в него энергии…

Очнулась Карина, огляделась и вскрикнула. Проследив за ее взглядом, я оттолкнул ее поближе к двери, закрыл собой и полностью развернулся: груда камней, под которой предположительно завалило обидчиков, шевелилась и оттуда явно кто-то пытался выбраться. Сверху открылась дверь, кто-то что-то прокричал. Со стены и кое-где с потолка продолжали падать камни.

Быстро развернувшись, просканировал коридор за спиной. Один человек. Нет, уже три, четыре. Блин! Да сколько же вас там! Двое явно собрались ворваться внутрь, очевидно привлеченные шумом разрушений. Я резко потянул Карину в сторону, откуда вероятность нас заметить была меньше всего и прикрыл мощным пологом невидимости. Какая-никакая, но защита от невнимательных глаз, не обремененных магией. Как я и предполагал, дверь резко распахнулась и внутрь влетел почти невидимый вихрь из двух персонажей. На мгновение они замерли, оценивая ситуацию, при этом почти полностью пропав из вида, я даже прикрыл рот Карине — одна из теней остановилась прямо перед нами, но прятавшийся под ней человек стоял буквально в паре шагов и, видимо, к нам спиной, и никак не отреагировал на наше присутствие.

В это время завал из камней разлетелся в стороны и оттуда появились двое персонажей, но уже без невидимости. И я наконец-то рассмотрел своих противников. Затянутые с ног до головы в черную одежду, с утолщениями в районе суставов, груди. У одного странный шлем на голове, круглый, полностью закрывающий лицо. Чем-то он мне напомнил мотоциклетные шлемы, хоть совпадала только форма. Второй, с открытым лицом, но с явно видимой в магическом зрении сложной защитой. Сложнее, чем у того, со шлемом. Скорее всего, это маг.

Откуда-то сверху на них полетели арбалетные болты, особого вреда, правда, не причинившие. Один болт успел чиркнуть по шлему первого воина, другой воткнулся в утолщение на груди, а вот второго, предположительно чародея, стрелы не достали. Однако того, со шлемом, почти сразу окутала легкая дымка — какой-то вариант защитного полога, отклонившего остальные стрелы. Одновременно с этим две фигуры — прибывшая из нашего коридора подмога, рванули по заваленной лестнице вверх, а сверху вниз полетели какие-то предметы, как я понял — боевые амулеты, по типу гранат. От их «взрывов», то есть после активации, во все стороны ударили извивающиеся нити плетений, с агрессивными утолщениями на концах. Забавная придумка! Эти оконечности нитей, попав в область действия магии противника присосались к их защите и за пару секунд проели ее — дымка вокруг воинов пропала. Однако верхние не успели воспользоваться своим преимуществом. Уже четверка нападающих (с присоединившейся подмогой) нанесли ответный удар. Один из недобитков (который без шлема) указал рукой в сторону противников и с его руки сорвалось мутное облачко, за секунду приобретшее ту же структуру, что атаковала меня — наверх отправился очередной подарок, яростно визжащий чуть ли не в ультразвуке. Другие тоже направили свои руки вверх и из широких браслетов, которые были у всех воинов, с полусекундной задержкой стали вылетать маленькие, круглые плетения, на ходу разворачивающиеся и увеличивающиеся в размере с теннисного мячика до большого кулака. Одновременно с этим нападающие двинулись вверх. Сверху раздался крик боли, какая-то команда, вниз снова полетели арбалетные болты и какие-то амулеты, но я уже опомнился и здраво решив, что нам тут делать нечего, начал сканировать пространство за стеной, прилегающей к двери.

За стеной, метрах в пяти по обоим сторонам от двери, находились двое нападавших. Видимо, контролировали подходы. За пару секунд я придумал план, сказал несколько слов Карине и оставив ее, прикрытую пологом невидимости, приступил к его реализации. Дверь оставалась открытой, что облегчило мне выполнить задуманное. Отступив к колодцу на пару шагов, я резко рыбкой бросил себя в проем двери, не забыв про полог невидимости. Уже на той стороне, пока я все еще был в полете, в каменный потолок ввинтился десяток силовых линий, затвердевших концами внутри камня, которые резво притянули меня к потолку. И тут я облажался по полной программе.

Нет, этих двоих-то я свалил заранее приготовленными плетениями, самонаводящимися на ауру, поражающим эффектом которых являлась ее взбаламученность и как результат — потеря сознания как минимум, и всякие неприятные последствия в виде болезней как максимум. А облажался я в том, что не заметил парочку деятелей находившихся дальше по коридору. Не знаю, что за чудо-шлемы были на их головах, но мой полог невидимости им никак не помешал, а может они смогли увидеть не меня, а также, как и я их — движение, звук, запах, ауру… О блин! Ауру вполне… Я ее не спрятал, идиот! Хотя… почему скрыт не сработал? Каков же принцип действия их шлемов?

Перед тем, как вырубиться, стоящий справа начал стрелять, причем одновременно с моим вознесением под потолок. Из тех же браслетов. Увидев такое непотребство, то есть свалившихся товарищей, дальние просто закидали меня своими «пулями». Наверно чуть не весь боезапас выпустили, гады. Честно говоря, я просто растерялся, а может не успел… Блин, надо было сразу распараллелить сознание и ускориться, но я еще помнил, как это повлияло на меня тогда, в камере, и не решился. А теперь расплатился за это — не успел среагировать. На мою симбионтную физическую защиту эти комочки плетений не обратили никакого внимания. Большинство просто поглотились моей аурой, нескольких я разорвал на подлете, но парочка все-же успела активироваться и резко выдать какой-то модулированный импульс внутри ауры. Я тут же обмяк, бег мыслей замедлился, в голове что-то шептало «спать…спать…». Полог невидимости, кажется, пропал. Стрелять в меня перестали, но продолжали удерживать на прицеле. Я сопротивлялся изо всех сил, просто мысли путались — никак не мог понять, что мне делать. Все силы уходили только на то, чтобы не дать закрыться глазам.

Сквозь открытую дверь я увидел Карину, с испугом глядящую на меня и вдруг на что-то решившуюся. Почему-то полог невидимости, который я накинул на нее, перестал действовать. Или она его сняла? Как текло время? Не знаю, кажется не прошло и пары секунд, а по ощущениям я висел так долго-долго. Тем не менее мое магическое зрение продолжало работать и я заметил, как от Карины отлетели несколько бесформенных сгустков, быстро соединившихся в форму объемной звезды с пульсирующими отростками. Эта звезда влетела в коридор, повисела секунду и неожиданно устремилась к одному из стоящих противников. Тот, кажется, даже успел среагировать на угрозу. По крайней мере визуально он дернулся, но то ли его защита не была предназначена для такого вида нападения, то ли еще почему, однако звезда без особых проблем впиталась в него. Карина закрыла глаза и странно стала подергивать руками, ногами, всем телом. Повторяя ее движения, но уже не как подергивания, а как нормальные движения, инфицированный ее магией противник поднял руку и направил ее на своего напарника. Тот, занятый рассмотрением висящего меня ничего не заметил, за что и поплатился. Несколько усыпляющих сгустков просочилась через его защиту (а она была! от своего оружия защита была, но похоже не шибко сильная) и он кулем свалился на пол. После этого тот, кто стрелял, опустил руку и с разбега бросился на стену, пытаясь попасть по ней головой. Видимо, шлем хороший попался — сознание он не потерял, а Карина не догадалась его снять, а может ей было очень тяжело — вон как закусила губу, а по лицу текли целые ручьи пота. Лишь с пятой попытки управляемый Кариной человек смог хорошо приложиться головой об стену и потерять сознание. Вместе с Кариной — она мягко осела на пол.

И вот только тут я смог осознать мысль, которая с началом нападения на меня все стучалась и стучалась, пыталась прорваться через заслон моего неадекватного состояния. «Внешнее ментальное воздействие первого уровня. Воспрепятствовать?». Это биокомп прорвался. «Да! Да!» — сумел мысленно выкрикнуть я. Буквально сразу сонливость пропала, а с моих мозгов убрали давящую тяжесть. Я облегченно вздохнул. Блин! Так и окочуриться можно! Вот гад, биокомп! Нет, чтоб сразу поднять защиту! Хотя с другой стороны, может это у него такие настройки по-умолчанию, надо его однозначно перенастроить, чтобы не спрашивал о подобных вещах, а сразу действовал. Позже, проанализировав произошедшее, вспомнил, что за ментальную защиту у меня отвечал Умник. А биокомп оказался не настроен на это. Вот я чуть и не пролетел. Правда Умник вроде говорил, что встроил в мою ауру фильтр-защиту от ментального воздействия, скрыт-то на меня не действует! Но может быть просто слишком большое количество «выстрелов» перегрузило эту схему…. А та «невидимость» воинов на лестнице, кажется, имела чисто магические корни, без ментала.

Я спустился с небес на землю и подбежал к Карине. Экспресс-диагностика показала просто истощение психических сил и потерю сознания. Ее дракончик уже принялся за приведение организма девушки в порядок.

Все-таки как-то мне все это надоело! Как-то все неудачно и криво выходит с этим побегом. Короче, надо побыстрее валить отсюда, пока не прискакали сородичи этих терминаторов. Неплохо они устроились — маг среди них явно был только один — там, на лестнице, а эти воины однако тоже неплохо магически экипированы… Жаль, что их одежда мне не подходит — какие-то они мелкие. Однако шлем я с одного из поверженных противников снял, чтобы потом разобраться, также прибрал «автомат» и достаточно неплохой меч, скорее служащий для работы в помещениях — недлинный и прямой, больше смахивающий на тесак, но для сельской местности пойдет. Надев пояс с мечом, прикрутил к нему и нож. Тот, что пробил мою защиту. Надо будет разобраться, как это произошло. К шлему привязал веревку и перебросил его через плечо. Одевать незнакомый амулет на голову я не собирался — ищите дураков!

Подхватив Карину на руки, я прикрылся мощным защитным пологом и активировал все свои плетения-закладки, в том числе и иллюзии. Больше я играть в солдатиков не собираюсь. Хороший такой «бабах» бросил меня на пол, а Карина своей тушкой выбила у меня из легких весь воздух. По всему периметру здания каменные блоки в стенах стали разлетаться наружу. В основном я закладывал плетения во внешние стены с действием наружу и старался сделать так, чтоб здание не порушилось, но поди, рассчитай точно! Ну, еще в колодце с лестницей на этажи поставил. Вроде получилось, хотя кто знает? По защитному пологу зацокали камни, вывалившиеся из потолка. Надеюсь, такое развитие событий удивит всех заинтересованных лиц и о нас пока забудут. Выглянув в ближайший пролом в стене, с радостью отметил, что он выходит как раз на задний двор. Парой ударов ногой, усиленных гравитационным воздействием, я выломал мешающие камни и аккуратно выбрался наружу, предварительно для удобства перекинув девушку через плечо.

Тю! Это еще что за явление Христа народу? Метрах в пятнадцати от меня буквально материализовался пяток фигур в уже знакомой мне амуниции. Ай-яй-яй! Как же я это так? Все-таки никак не привыкну к отсутствию радара. Вот, что делают привычки к комфорту! Привык, знаете ли к постоянному сканированию окружающей обстановки Умником, а теперь все время забываю сам это делать. То, что мой полог невидимости на них не подействовал — дело уже привычное: у них что-то там в шлемах встроено, да еще и далековато стоят — отводящее взгляд поле уже ослаблено. Засада, однако!

Пятеро, не приближаясь, окружили меня полукругом, перекрыв пути возможного бегства. Двое направили на меня свои пукалки, два других держали обычные арбалеты (а обычные ли?), а третий внимательно смотрел на какую-то пластинку, с внешней стороны к которой был прикреплен расширяющийся раструб. Этот раструб, направленный на нас с Кариной, сильно меня нервировал. Оружие? Что делать? Всех сразу откинуть грави-импульсом не получится. Кто быстрее? Я со своей атакой и ношей на плечах или пятеро воинов с магической поддержкой в виде амулетов в полной готовности к возможному нападению с моей стороны?

— Ит хе, — кивнув самому себе, вдруг произнес главный из этой пятерки и засунул свой прибор назад в рюкзачок. Тут его взгляд уцепился за висящий на веревке у меня на плече шлем. Глаза его сузились.

— Путе де гер пор ля дон, — приказал он мне. Остальные приподняли свое оружие, изготовившись, если понадобится, стрелять. Смысл сказанного я смутно вроде понял. Кажется, он приказывал положить девушку на землю. Почему сразу они не стали стрелять? Хрен знает. Может слегка мерцающий защитный купол их насторожил. Только и я времени даром не терял. Пока тот проводил какие-то свои замеры я решился все-таки вогнать себя в ускоренный режим работы мозга и на пределе своих сил, стал излучать призыв. И у меня получилось! Ей богу, когда выберусь, этот элементаль воздуха, откликнувшийся на мой призыв, получит вместо номера настоящее имя! И когда наступил момент Икс, в ответ на приказ офицера я только радостно оскалился. Но действовать противника заставил не мой оскал, а простое движение — я поправил свою ношу на плече, невольно погладив Карину по ее попке. Почему-то это взъярило главаря, наверно и мой оскал в этот момент сыграл роль, но он отдал команду:

— Интре фойр!

И никто за все прошедшее время не обратил внимания на поднявшийся ветерок, небольшими вихрями вокруг всех нас обозначившего присутствие воздушного элементаля. Арбалетные стрелы все-таки успели покинуть свое ложе, но мне, в ускоренном восприятии они казались медленными-медленными. Неожиданно для окружающих стрелы повели себя совсем не так, как полагается бездушному оружию — немного пролетев по прямой, они ушли вверх и по окружности вернулись на место, откуда их выпустили, правда не в арбалеты, а всего-лишь пробив плечи стрелков. Руки с направленными на меня браслетами-автоматами двух других воинов тоже повели себя весьма обескураживающе — дернувшись в стороны, они попытались принять неестественное для человеческого организма положение, что им, как ни странно вполне удалось. И даже без особого труда, если, конечно, не учитывать сломанные локтевые суставы. Главный из этой пятерки почти успел среагировать — он выхватил что-то из-за пояса, но неожиданно его ноги оторвались от земли и, побив все известные мне рекорды прыжков в длину и высоту, мужик улетел далеко за пределы внешней ограды тюрьмы.

Чувствуя, что мои силы на исходе, бросился к выходу наружу, мельком глянув на ограду и отрицательно покачав головой. Тем более, что биокомп вдруг оборвал связь с элементалем, а в голове у меня билась мысль, инициированная им о существенных деформациях ауры. В общем, особо напрягаться сейчас не стоило. Охранник, которого я принял за мертвого, оказался жив-здоров, но в отключке, ворота — открыты. Вернее не замкнуты. В общем, помогая себе грави-импульсами, когда меня особо сильно клонило к земле и врубив во всю силу полог невидимости, я, выбирая тихие и узкие улочки, побежал куда глаза глядят. Главное — подальше от места неприятных событий.

Отступление

В камере тюрьмы, в которой так долго находился Ник, стояла суета. Неизвестные люди в одинаковой амуниции быстро перемещались между лежанками с узниками, в сознание которых не привел даже недавно устроенный шум. Аккуратно перешагивая валяющиеся на полу камни и опасливо поглядывая на потолок, чародей направлял на каждого заключенного раструб амулета-детектора личности. Напротив одного из заключенных он задержался чуть дольше.

— Это он, Гарцо де Кондо. — Чародей посмотрел на стоящего невдалеке человека. Тот кивнул, показал пальцем на двух своих подчиненных, затем на заключенного. Те так же молча бросились снимать того с лежанки.

— Что насчет второго объекта? — спросил молчаливый командир. Чародей усмехнулся.

— Если ты найдешь тут хоть одну женщину, я подарю тебе хороший защитный амулет. Бесплатно.

— Все равно, проверить надо, — командир кивнул на прибор в руках чародея. Тот лишь пожал плечами и продолжил свое дело.

— Командир, — позвал своего начальника один из воинов, выглядывая в окно. Тот подошел к нему и выглянул. Увиденное ему не понравилось. Правду сказать, вряд ли бы командиру отряда могло понравится наличие четырех слабо шевелящихся тел резервной группы прикрытия. А тем паче отсутствие одного воина.

— Почему мы ничего не слышали? — спросил он.

— Скорее всего мы вошли аккурат после того, как их вывели из игры.

— Ты и ты, — командир указал на двоих подчиненных, — прибрать там все. — Он кивнул наружу. — А ты что можешь сказать обо всем этом? — командир посмотрел на чародея и обвел руками окружающее.

Скользнув взглядом по приколотому неизвестным заклятием к стене местному служке-охраннику, давно потерявшему сознание, по лежащему в углу скелету, корзинке с остатками еды, навскидку оценив разрушения искусной охранной системы, он пожал плечами.

— Могу только предположить, что тот искусник, что сбежал с нужным нам объектом, долго готовился к побегу. Причем, искусник весьма высокого ранга, или же ему передали жезл. Так же возможно, что это был чародей. Однако некоторые моменты говорят в пользу первого варианта — наверно именно с ним я схлестнулся на лестнице. — На лицо чародея наползла маска ненависти и затаенного страха, глаза прищурились, когда он вспомнил погибшего воина, Сарьяго, бежавшего впереди него. Слишком быстр был противник, и как чародей ни старался, не мог припомнить, видел он жезл искусника или нет.

Видя реакцию чародея командир сделал шаг назад. Когда чародеи находятся в таком состоянии, лучше от них держаться подальше. Однако тот все-таки взял себя в руки и командир в очередной раз порадовался, что именно Слурин у них в команде. Тот второй, Сирил тоже неплох, вон как отвлек тюремного искусника, но он — чужак. Прикрепленный к ним заказчиком лишь для выполнения этой единственной операции. А вообще бывали случаи, когда чародеи, не сдержав свои эмоции, наносили вред и своим соратникам. К счастью, в их команде такого еще не было.

— Он слишком быстро кастовал заклятия и кроме того, — чародей кивнул на пришпиленного к стене местного стражника, — вот такое вряд ли бы смог сотворить чародей. По крайней мере для нас проще работать другими методами. С другой стороны, искусников такого высокого ранга не держат в тюрьмах захолустных городков, их содержат в специальных местах с максимальной защитой. Такой вариант, — чародей развел руками, как бы намекая на защиту этой тюрьмы, — для данной задачи не слишком надежен. Можно было бы поточнее сказать, если исследовать тут все следы, но времени у нас нет.

— Нет. — Согласился командир, задумчиво глядя на то, как его подчиненные разворачивают чародейский переносной модуль, используемый для транспортировки раненных солдат с поля боя. — Ладно, пора убираться отсюда.

Однако случилось еще кое-что, задержавшее группу внутри. Из коридора раздался крик и слабое эхо использования амулетов подавления сознания, выданных всем воинам. Правда это эхо отметил только чародей, потративший немало сил, чтобы зарядить их. Мгновенно вогнав себя в предбоевой транс, когда маски гнева, страха, крика, ужаса завибрировали в ауре, готовые по первому движению мысли сорваться в виде боевых конструктов и поразить цель, раздувая крылья носа и выгнув брови, чародей бросился наружу. Однако в конце коридора он увидел лишь сидящего на полу воина, судорожно вцепившегося левой рукой в уже разряженный амулет на правой руке. Но тот этого не замечал и продолжал жать на специальный выступ, выпускающий серию заклятий, направив оружие в стену.

— Что случилось? — рыкнул чародей, не обнаружив опасности.

— Т-т-там… Чудовище!

Чародей выпустил несколько поисковых конструктов, способных проникать сквозь стены, но ничего не обнаружил. Развернувшись к воину, он дал ему пощечину:

— За бездарно потраченные заряды, вычту из твоей доли! — И отвернувшись от воина, посмотрел на присоединившегося к ним командира.

— Пора уходить. — Командир задумчиво посмотрел на покрасневшего воина и кивнул. Он знал, как тяжело дается чародею создание зарядов в таких количествах, какие они заготовили для этой акции. Тут не просто уже сделанный амулет магией запитать как это делают всякие там искусники, здесь каждый заряд делается отдельно, как маленькая частичка себя, а потом еще нужно запитать контейнер для хранения снарядов. Хорошо, что заказчик попался не скупой — оплатил все расходы. Жаль, что задача выполнена лишь наполовину: Карина эль Торро пропала. Но не все еще потеряно.

Спустя некоторое время уже ничто не напоминало о том, что в комнате с заключенными был кто-то из посторонних. А после того, как пришельцы покинули каземат, сработал оставленный в центре комнаты амулет и волна чародейского заклятия прошлась по помещению, стирая все следы, по которым искусники Кордоса могли бы определить, кто тут был.

Некоторое время в покинутом помещении царила тишина. Однако сегодня, видимо, был не ее день. Легкий шорох в углу комнаты оповестил присутствующих зрителей о появлении нового персонажа. На самом деле этот персонаж тут давно присутствовал, только раньше он не подавал признаков жизни. Да и вообще, если быть честным, эти признаки покинули его давным-давно. Зашевелился забытый всеми скелет. Возможно раньше он был преступником, а может обычным ремесленником. Это неважно. Главное, что сейчас у останков того человека появился новый владелец, желающий продолжения какой-никакой, но жизни. Забытый Ником модуль управления, находящийся в режиме подстройки под физический носитель, продолжал функционировать. Усложнялись старые и появлялись новые связи с псевдомышцами, мелкие подергивания и подрагивания конечностей напоминали движения новорожденного. Постепенно в хаотических движениях начало проявляться все больше закономерностей. И наконец куча костей медленно собралась в позу стоящего на четырех костях человека (в прямом смысле на четырех костях!), покачалась. Затем неуверенными шагами тронулась вперед, путаясь в руках-ногах, пока не уткнулась безвольно висящей головой в стенку. Скелет остановился и пребывал в неподвижности минуты две. Голова при этом дергалась из стороны в сторону. Наконец она смогла закрепиться, но почему-то «лицом» назад. Некоторое время скелет бродил по комнате, натыкаясь на разные предметы, но замер, когда от стены послышалось мычание, полное ужаса. Это очнулся Гоблин, как его назвал Ник, и вытаращенными глазами следил за передвигавшимся по комнате «нечто».

Покачавшись немного, скелет резко выпрямился, но переломившись в пояснице назад, упал. Коэффициенты обратных связей, частично скопированные Ником с себя, частично взятые «с потолка», не соответствовали центру тяжести скелета. Еще несколько попыток подняться привели к положительному результату. Скалла заинтересовали издаваемые человеком звуки и он неуверенно, все время отклоняясь от курса, будто напившийся дворник, двинулся в его сторону. Мычание Гоблина повысилось на октаву и усилилось на пару децибел, что было воспринято Скаллом как то, что идет он в верном направлении. Наконец скелет остановился перед человеком. Тот уже просто скулил, не в силах оторвать взгляда от повернутой назад головы скелета. Скалл же минут пять стоял перед человеком, что-то там у себя в «мозгу» анализируя. Гоблин уже замолчал, но ужас и не думал уходить из его глаз. Вдруг голова скелета резко развернулась и встала в положенное черепу место. То есть стала смотреть вперед. На Гоблина. Вида глубоких темных глазниц, уставившихся на него, и веселого оскала белоснежных зубов Гоблин уже не выдержал. Он резко задергался, выламывая прижатым ко рту молотом остатки зубов, под ним растеклась большая лужа и сознание тюремщика, будто поняв, что стоит на краю умопомешательства, решило ретироваться в уютную темноту, где нет таких непонятных и страшных существ. Гоблин обмяк в своих оковах.

Постояв еще немного, скелет, будто принюхиваясь к чему-то, побродил по комнате, с каждой минутой все лучше и лучше контролируя свое «тело» и наконец остановился у окна. А через несколько мгновений в проеме мелькнули костяные пятки и Тишина наконец со вздохом облегчения заполнила весь объем помещения, чутко прислушиваясь к возможному вторжению звуков, чтобы с их первыми признаками упорхнуть в самый дальний угол и притаиться там до следующего раза.

Глава 4

Комендант Инжи Лупаго, город Маркин, империя Кордос

Инжи был не в духе. Это если кратко обозначить состояние коменданта. А выстраивать длинные эпитеты как-то не лежала душа. Прошло уже три дня, а беглецов до сих пор не нашли. Мало того, выяснилось, что первые донесения, полученные Лупаго не то, чтобы не соответствовали действительности, они просто сильно преуменьшали реальное положение дел. Наземная часть тюрьмы серьезно повреждена (Инжи сам проверил) и теперь надо думать, куда девать заключенных искусников и чародеев: запасного варианта их содержания как-то не предусматривалось. Обслуживающий персонал перепуган, а у двоих переломы средней тяжести, полученные при разрушении кладки стен здания. Присутствие племянника начальника тюрьмы тоже оказалось совсем не подарком богов. Зря Инжи радовался, что тот случайно оказался в гостях. Как выяснилось, этот сопляк ремонтировал амулет распределения маны из накопителей по просьбе своего дяди. Кстати, на будущее — надо будет обязательно выяснить, куда делись выделяемые на это деньги. Этот малолетний рукозадый диверсант для формирования боевых плетений подключился вместо накопителя к устройству отсоса маны. В результате управляющие плетения, в попытке компенсировать отток маны, после первого же удара перешли в режим «последнего боя» и начали активно выкачивать её из заключенных. Хорошо еще, их вовремя успели отключить, умерло только двое «старичков», да еще двое чародеев никогда больше не смогут быть таковыми. Но не это взбесило Лупаго: в конце концов, все молодые допускают промахи. Скорее всего, он простил бы мальчишку, но попытка скрыть свою ошибку вывела коменданта из себя. Нет, он не отправит парня под суд, не стоит ломать тому жизнь, но вот хорошо проучить просто необходимо. Начальник тюрьмы может сколько угодно упрашивать о смягчении наказания, малолетнему искуснику придется его отбывать. Ничего, пусть потрудится на благо города. А то на ассенизаторной станции давно уже некому следить за искусными механизмами: почему-то искусники очень неохотно идут туда работать.

А еще эти чудовища… — Лупаго перестал нервно ходить по кабинету и опасливо покосился на дверь балкона. Он не особо обращал внимание на появившиеся жалобы работников тюрьмы и близлежащих домов о периодическом появлении монстров, наводящих ужас своим внешним видом, а особенно рыком — считая их выдумками и последствиями стресса. Все-таки давно здесь не происходило событий такого уровня. Пока сам не попался…

Через день после произошедших событий комендант разгребал поступающие отчеты о проведении расследования. Их скопилось много, так как опытный Лупаго, помня о приезде комиссии, приказал любые действия отражать на бумаге. И все бумаги следовало тщательно изучить, не передоверяя подчиненным, дабы быть в курсе всех деталей произошедшего. Разговаривать-то с комиссией придется ему, и лучше быть готовым ответить на любой вопрос. Сколько на его памяти было случаев, когда начальники, полностью доверившиеся своим сотрудникам, не могли в нужный момент сделать правильный вывод. Конечно, на то они и нужны, подчиненные, чтобы работать, а начальству давать свои выводы, но вот в таких ситуациях никто не знает, чего можно ожидать…

Так вот, зарывшись в отчеты, Инжи заработался до позднего вечера. Устало откинувшись в кресле, он краем глаза зацепил какую-то неправильность в стене около балконной двери. Рабочий стол располагался под углом к ней, так что, повернув голову, комендант с удивлением заметил торчащую из стены руку. Обычную человеческую руку. Невысоко над полом — примерно на уровне поясницы стоящего человека. Буквально в паре метров от него. Нельзя сказать, что старый офицер испугался, скорее удивился. Эка невидаль — рука в стене! Но неприятные мурашки успели промаршировать вдоль позвоночника и спрятаться среди волос на голове. Достав из ножен свой кинжал, Лупаго тихо поднялся и мелкими шажками стал передвигаться в сторону балконной двери, чтобы оттуда посмотреть на неизвестного шутника. Шаг, второй, и мурашки промаршировали в обратном направлении вдоль позвоночника, теперь спрятавшись в районе крестца: рука поворачивалась вслед его движениям. Постояв немного и поняв, что кроме изменения своего положения рука ничего не собирается предпринимать, Лупаго резко прыгнул к двери и сквозь стекло попытался рассмотреть, кто находится снаружи. Нет, он не сошел с ума: одновременно с прыжком комендант успел погасить светильник, да и светиться дольше пары мгновений не стал на фоне стекла — бросил быстрый, но цепкий взгляд и отпрыгнул от двери к центру комнаты. Удивился ли он? Он так и не понял, но определенно испытал неприятные ощущения, когда понял, что увидел заднюю часть частично вмурованного в стену с наружной стороны, между этажей, человека, Ну, вернее заметил спину — стены-то толстые, но вот как тот умудрялся двигаться?

Впрочем, долго думать ему не дали. Видимо движения коменданта как-то повлияли на ситуацию, так как рука человека резким, неестественным рывком поднялась до уровня, как если бы человек стоял на полу комнаты, а затем пропала. Приблизившись к окну, Инжи сквозь стекло увидел, как вдоль стены, плавно и неторопливо, двигалась фигура незнакомца. Переместившись вдоль окна, фигура развернулась и медленно вошла-вплыла через открытую дверь балкона. Лупаго едва успел рассмотреть и запомнить внешний вид человека, как тот превратился в огромное мохнатое чудовище, поднял руки-лапы и издал злобный рык. Вспоминая на следующий день эти события, Лупаго никак не мог взять в толк, что же его ТАК испугало. Преображения человека в чудище? Вряд ли, хоть зрелище и не для слабонервных. Рык? Ну, рык как рык. Рычание диких животных коменданту приходилось слышать не раз и не два. Однако в тот момент ему резко поплохело: внутренности как-то неприятно завибрировали, сердце сдавила болезненная тяжесть, а в глазах все поплыло. Вокруг появились какие-то непонятные светящиеся пятна, а самое неприятное — возник иррациональный страх, нет, даже не страх — УЖАС! Тем не менее, рефлексы сработали как надо — метнув кинжал в чудовище, комендант выскочил из кабинета и захлопнул дверь. Снизу уже спешила охрана, усиленная ввиду последних событий.

Понятно, что игнорировать произошедшее Инжи уже не стал: одно дело «досужие вымыслы» обывателей — и совершенно другое, когда сам испытаешь нечто подобное. Ворвавшаяся в комнату охрана никого уже не застала. Кинжал нашелся на улице, вылетев в открытую балконную дверь, хотя Лупаго был уверен, что не мог промахнуться. Тут уже вызвали людей из департамента расследований и, после жесткого указания Инжи разобраться с этими чудовищами, несмотря на наступившую ночь, механизм расследования завертелся в другую сторону. Если быть точнее, то приобрел дополнительное направление. Через полчаса в том же кабинете перед комендантом сидел Тристис Имаген — лучший сыщик и дознаватель департамента расследований. И, что немаловажно — искусник.

— Как вы понимаете, — тихо говорил Тристис, выслушав четкий рассказ Лупаго, — я еще не совсем в курсе событий, так как только вчера вернулся из деревни Крохо, где произошло убийство.

— И как, успешно? — не удержался от вопроса комендант, хотя слышал об этом впервые. Мужчина среднего возраста (по крайней мере внешне), одетый щеголевато, ничуть не испытывал пиетета перед высоким начальством, но и не переходил рамки вежливости. Это нравилось Лупаго, хороший специалист может себе позволить такое поведение.

— Все оказалось просто и банально, — слегка улыбнулся Тристис. — Жену кузнеца убил сам кузнец и со страху попытался неумело замести следы. Хотел свалить убийство на залетных бандитов.

Комендант кивнул и вернулся к своим проблемам:

— Однако вам уже должны были передать выжимки данного дела. Остальные документы находятся у меня на столе. Любые ваши требования будут тут же выполняться приданными помощниками, они же ответят на все возникающие вопросы. — Комендант немного помолчал, глядя на задумавшегося сыщика. — У вас уже есть какие-либо мысли по поводу произошедшего?

Тристис Имаген слегка насмешливо посмотрел на коменданта, встал и подошел к стене, где впервые Инжи увидел руку того чудища.

— В принципе, исходя из всех предложенных мне данных, у меня уже сформировалось мнение, все объясняющее. Но, конечно, надо все проверить, провести повторные опросы свидетелей: может, выплывет какая-нибудь мелочь, способная перевернуть мои выводы с ног на голову.

— И тем не менее, на данный момент мне нужно хоть какое-нибудь объяснение. — Инжи достал из стола бутылку местного вина, два бокала, разлил благоухающую солнечным ветром благодать и предложил искуснику. Тот не стал отказываться и, пригубив вино, снова уселся в кресло, не скрывая удовольствия от угощения. Посидев с закрытыми глазами, Тристис произнес:

— И все-таки для полной картины мне не хватает одного факта, одного кусочка головоломки. Будьте добры, снова расскажите, как это было с вами. И чтобы вы ничего не упустили, сядьте в то кресло, где вы находились тогда и распишите все по мгновениям: ваши движения, все, что вы чувствовали, видели и думали.

Инжи Лупаго нахмурился — ему уже надоело в который раз повторяться, но раз уж сам заставил работать людей на ночь глядя, приходится хотя бы не мешать им. Он сел на свое место и, прежде чем начать говорить, пару мгновений вспоминал, как все было.

— Стоп! — Тристис резко вскочил. — Повторите то, что вы сказали только что.

Инжи удивленно посмотрел на Имагена и послушно повторил:

— Когда я двинулся к двери, рука в стене стала смещаться, будто человек, находящийся в стене, наблюдал за мной и поворачивался следом.

— Вот! — Тристис сел и пригубил вино. — Этот момент вы упустили, когда рассказывали в первый раз.

— Это важно?

— Это то, чего мне не хватало, чтобы кое-что понять.

— Слушаю вас.

Комендант облегченно уселся обратно и устало вытянул ноги. Тристис встал и некоторое время ходил по комнате, затем, не останавливаясь, начал говорить:

— То, что это чудовище — иллюзия, вы, несомненно, уже поняли.

— И почти сразу после того, как выскочил из комнаты, — кивнул комендант.

— Предполагаю, что все вопросы, в основном, связаны с поведением иллюзии, отсутствием искусника, управляющего ими, а также странным рыком, способным вогнать в ужас даже такого бывалого солдата, как вы.

— А может, не искусники, а чародеи? Оробосцы? Ведь это они, я уверен в этом, совершили нападение на тюрьму.

— Нет. Чародеи, конечно, могут делать иллюзии, но каждая иллюзия у них — уникальна. Нет двух одинаковых. Тут же ее действия и превращение иллюзии человека в чудовище — абсолютно идентичны. По крайней мере, судя по описаниям, а допросные листки составлены весьма подробно, совпадают все детали иллюзий, вплоть до мелочей.

— Непонятно, откуда они взялись? Кто и с какой целью их создал? — пробормотал Инжи.

— Мы к этому еще подойдем, — кивнул Тристис и продолжил: — Ну, в общем-то, когда есть все данные, все смотрится не так интригующе. Без сомнений, иллюзии создал очень опытный искусник; встроенный в них поведенческий механизм довольно сложен. Иллюзии «нападают» на обычных людей и избегают искусников.

— Откуда вы… — удивился комендант, но тут же замолчал, повинуясь легкому взмаху руки сыщика.

— Все просто: ни один искусник, а их немало побывало на развалинах тюрьмы, да они и сейчас там бродят, не видел эти иллюзии. И в то же время на них постоянно наталкиваются обычные люди. Таким образом, это означает, что иллюзии настроены на обычных людей. Зачем? Очевидно, чтобы вызывать панику, ну или хотя бы напряженность. И избегание искусников понятно: любой искусник с первого взгляда распознает иллюзию и легко ее уничтожит.

— А почему вас так заинтересовало поведение иллюзии, когда я шел к балкону?

— Ну, могли бы и сами догадаться, — немного укоризненно глянул на коменданта сыщик, — это поведение однозначно указывало на то, что иллюзия наводилась на вас, на человека — то есть, на ауру. Ну, а раз ни один искусник их не видел — значит, в плетение иллюзий встроено распознавание ауры магически одаренных, заставляющее избегать таких встреч.

Инжи кивнул, удовлетворенный объяснением.

— Можно было бы предположить, что иллюзии создал искусник-ученик, который потерял над ними контроль; или даже специально выпустил, чтобы похулиганить… Но это крайне маловероятно, не тот уровень. Остается два объяснения. Первое: иллюзии создал искусник, работающий на оробосцев, чтобы облегчить им нападение на тюрьму. Смело отбрасываем этот вариант. Почему? Судя по высокому профессионализму нападавших, бессмысленных действий, не ведущих к какому-то явному результату, они бы делать не стали. Второе: из тюрьмы, кроме парочки чародеев, пропал еще и неизвестный искусник. Чародеи нас сейчас не интересуют, а вот тот искусник — очень даже. Опять же, судя по показаниям свидетелей и осмотру местности, он схлестнулся с напавшими. А значит, к моменту нападения находился в состоянии, способном противостоять чародеям. Их среди нападавших было минимум двое и они, судя по следам, получили от него такой втык, что предпочли с ним не связываться. Могу предположить, что, очнувшись, он какое-то время приводил себя в порядок и наверняка готовился к побегу. Вот, в качестве разминки, или чтобы насолить тюремщикам… Нет, скорее всего — как элемент отвлечения внимания при побеге, он и создал эти иллюзии. А с другой стороны, если вспомнить про отсутствие нормальных документов на него и приплюсовать способности: сразу после освобождения отбился от двух чародеев… И то, как он добился такого воздействия на человека от обычной иллюзии — это мне вообще непонятно…. В общем, вырисовывается оч-чень нехорошая картинка о помещении сюда проигравшего в результате разборок наверху. А такие, если их сразу не убили, имеют нехорошую привычку возвращаться и мстить обидчикам. Тогда это намек или угроза, понятная только тому, кому адресована. Так сказать, оставил после себя сувенирчик. И, кстати, я рад, что это не было что-то посущественней.

Комендант поежился, вспомнив свои ощущения, и, помассировав грудь в области сердца, согласно кивнул. Тристис утомился ходить и сел напротив Инжи.

— В принципе, это все. То, что иллюзия застряла в стене, говорит лишь о небольшом дефекте или недоработке того искусника: у вас в стене проходит защитный контур, включающийся во время боевых действий в городе. Сейчас он хоть и подключен к общей городской системе защиты, но не активирован. Однако его структура, видимо, сбивает с толку «мозг» иллюзии. Она или не знает, как поступать, или просто «вязнет» в подобной защите.

— А как нам избавиться от них?

— Надо подумать, — сыщик расслабился и явно потерял интерес к разговору, — навскидку могу предложить два варианта. Первый — поработать с подобной защитой, то есть сделать ее передвижной и просто выловить все иллюзии…

— А второй?

— Сделать амулеты, мешающие иллюзиям «видеть» обычных людей.

— Или наоборот, чтобы иллюзии считали искусников обычными людьми, а те будут вроде приманки и уничтожат их при появлении, — предложил комендант. Сыщик с проснувшимся интересом глянул на Инжи.

— Да, вы правы. Это, пожалуй, даже интересней. Но тут уже решайте сами.

— Согласен, — кивнул комендант. — А вам я предлагаю заняться расследованием нападения на тюрьму. Сдается мне, у вас это выйдет лучше всех. Так что подключайтесь. Про то, чтобы передать работающую группу под ваше непосредственное руководство, с департаментом я договорюсь.

Тристис польщено улыбнулся:

— Хорошо, но если позволите, я приступлю с завтрашнего дня. Вернее, уже сегодняшнего, — он глянул на темный квадрат окна, — но попозже. Посплю немного, чтобы приступить к работе полным сил.

— Не возражаю, — комендант встал, — и не смею вас задерживать. Все необходимые распоряжения я отдам. Так что спокойно работайте.

Несмотря на некоторые подвижки в расследовании (не в последнюю очередь в результате работы Тристиса Имагена), Лупаго был не в духе. День прибытия комиссии приближался, а опыта общения со столичными дознавателями в качестве главного ответственного лица у него не было и как себя вести с ними он просто не знал. Не самое удачное начало новой карьеры. Поэтому, хорошо все обдумав, Лупаго решил обратиться к жрецам. Вернее, к главному жрецу — но не бога Сарса, к которому в общем-то имеет смысл обращаться только непосредственно во время боевых столкновений, для конкретной помощи. Поможет или нет — вопрос другой. А чтобы вероятность помощи была выше — желательно иногда молиться ему в храме. В общем, тут больше мог помочь бог стихий Дис. Его жрецы появились вслед за Сарсом, но не вмешивались в светскую жизнь империи, а тихо-мирно обращали верующих и, говорят, Дис реально помог несколько раз империи в засушливые годы. Правда это или нет, Лупаго не знал. Однако, кроме всего прочего, бог Дис имел эпитет «покровитель просящих». То есть мог помочь в каких-то делах. А мог и не помочь. Но попробовать стоило. Была еще богиня любви Калидита, культ которой в последнее время тоже набирал силу, но это явно не то. Других богов, более мелких по значению и влиянию, комендант даже не рассматривал. Тем более, что их жрецов не было в этом городе, находящемся на периферии империи. Сам обращаться к богам Инжи не умел, да и не хотел. Для старого солдата, привыкшего полагаться исключительно на свои силы, да на помощь преданных солдат и искусников, божественные дела были слишком непонятны. Но, в конце концов, от разговора со жрецом он ничего не терял.

В дверь постучали.

— Господин комендант! — в дверь заглянул Арни. — Вы просили предупредить, когда появится брат Адамус.

Лупаго кивнул и вышел из комнаты. Он решил встретить жреца сам, чтобы произвести на того хорошее впечатление. Все-таки сейчас он выступает в роли просящего.

Жреческие одеяния брата Адамуса разительно отличались от простых хламид жрецов Сарса. Адамус был одет в белоснежные одежды с золотой вышивкой и таким же расписным поясом. На ногах — крепкие сандалии с ремешками, обвивающими икры ног, а в руках посох. Интересно, — подумал Инжи, — несет ли посох чисто декоративную функцию, или это что-то вроде жезлов искусников? Однако мысль пронеслась и пропала — Инжи вежливо кивнул жрецу.

— Спасибо, что откликнулись на мою просьбу, брат Адамус.

— Помогать страждущим в меру наших скромных сил — прямая обязанность, возложенная на нас самим Дисом.

— Надеюсь, мера сил достаточна для помощи, что требуется мне, — тихо пробормотал Инжи, однако жрец его услышал и улыбнулся.

— Невместно требовать помощи. О ней можно лишь смиренно просить.

— Что-то мне не очень нравится фраза «смиренно просить». — Комендант и жрец медленно поднимались по лестнице. — На мой взгляд, если ты способен подать руку помощи и кто-то тебя об этом просит — разве можно при этом мерить величину смирения просящего?

— Все мы ходим под богом, и не одним, но он не всемогущ и всеведущ.

— Странно слышать эти слова от верховного жреца.

— Вы ошибаетесь, я не верховный, а всего лишь наделенный чуть большей властью среди таких же жрецов в этом городе. Вы, как военный, должны понимать, что люди — не боги, и просто обязаны выстраивать иерархические цепочки, чтобы действовать эффективно.

Инжи с интересом посмотрел на жреца.

— Ну, а боги… — брат Адамус остановился и пристально посмотрел на коменданта. — Боги — нечто выше нас. Пути их неисповедимы. Но даже помогая людям, они преследуют свои цели. Помните об этом.

Лупаго медленно кивнул. Они уже пришли к кабинету. Инжи мельком бросил взгляд на стоявшего у двери Арни, и что-то привлекло его внимание. Продолжая обдумывать слова жреца, комендант остановился перед своим помощником. Тот медленно повернул голову и молча уставился на Лупаго. Инжи, отметив осоловевшие глаза Арни, хлопнул его по плечу:

— Иди отдохни, всем нам тяжело пришлось.

Арни медленно кивнул, так же медленно повернулся и побрел по коридору.

— Бедняга, почти не спал последнее время, — глядя в спину удаляющегося Арни, сказал Лупаго и решительно открыл дверь:

— Входите, брат Адамус, нам надо много о чем поговорить. — Жрец отвел задумчивый взгляд от помощника коменданта и вошел в комнату. За ним последовал Лупаго, но тут же замер от неожиданности. В его кресле сидел неизвестный молодой парень и, закинув ноги на стол, просматривал взятые с него бумаги. Повернув в сторону вошедших голову, он улыбнулся и произнес:

— Здравствуйте! Проходите и чувствуйте себя как дома.

Явно чувствующийся акцент речи нахала растерявшемуся Лупаго был смутно знаком, но созревающую мысль воспоминаний прервал звук резко захлопнувшейся за спиной двери. В тот же момент по стенам стремительно поползли огненные линии, в пару мгновений превратившие комнату в некое подобие клетки из светящихся прутьев. Приглядевшись, комендант отметил, что человек явно похож на иллюзию, что посетила его ночью. Только вид он имел более потрепанный.

Ник

Вообще, нам очень повезло. Ну вот куда, скажите, мне надо было идти с девушкой, переброшенной через плечо? В каких-то обносках да еще в незнакомом городе? Ага, именно туда: куда глаза глядят. И вообще, все это попахивало авантюрой. Следы за собой я затирал пологом невидимости, который еще на том континенте Умник успел перенастроить, вернее вынести настройку, чтобы я мог ей воспользоваться. И теперь, после нужных подкруток, моя аура и Карины на земле просто не оставляла следов. Улочки от центра города вели зело кривые, но это была изначальная задумка архитекторов, чтобы легче было отражать нападения во время войны. По дороге пару раз встретились местные жители, но из-за кривизны улочек выскакивали они рядом с нами и поэтому сразу попадали под действие полога невидимости, не замечая нас. Это был плюс. Минус — то, что непонятно было, куда идти, невозможно было оглядеться и осознанно выбрать дорогу.

Хорошо хоть Карина вскоре очнулась и сама пошла, правда, большую часть времени почти висела на моей руке, но все же. Нет, я не против такой приятной ноши, мог бы и дальше нести, но то, что она пошла, говорит о многом. Ведь тренировок в тюрьме было мало, а тут такой напряг. Поначалу с лица Карины не сходила улыбка, она жмурилась на солнечные лучи, глубоко вдыхала воздух свободы и периодически проводила рукой по заборам, мимо которых мы шли, чтобы осознать реальность. Я ее понимал и не мешал, в основном крутя головой и осматривая каждый встречающийся дом. Сколько могут пройти два бывших полутрупа? И мало, и в то же время много. Часто останавливались, не рискуя выходить на прямые улицы за внешнее кольцо этих кривых улочек, на которых, надо сказать, стояли дома совсем не бедных людей. Почти везде улочки ограничивались каменными заборами домов. После первого рывка остановки на отдых становились все чаще и чаще. А эти богатенькие дома почти все имели центральную систему сигнализации и еще какие-то защитные механизмы с центром мониторинга где-то там, откуда мы брели.

Я же искал такой дом, где достаточно долгое время отсутствовали люди. Вы думаете, что затеряться в городе, особенно в части, где живут нищие или люди среднего достатка легче? Не смешите мои тапочки! Как раз богатые не любят тесного общения с соседями. А если нас будут искать по описаниям, то скорее всего где-то там, где толпа народа, где несомненно у местных стражей порядка есть свои стукачи, а еще должны существовать и неформальные организации, если так мягко назвать преступные группировки. Нет, только здесь, под носом у властей есть более-менее реальный шанс спрятаться.

Сколько километров мы намотали, я не знаю, но устали изрядно. И, кажется, даже оказались с обратной стороны тюрьмы, если ее брать за центр. То есть в противоположном направлении от вектора нашего побега.

— Что? — устало спросила Карина, открыв глаза. Последние полчаса она почти висела на мне, но не соглашалась, чтобы я ее нес. Поэтому я кроме того, что держал ее полуобняв за талию, легонько поддерживал с помощью своего дракончика, облегчив вес девушки.

— Думаю, мы здесь остановимся. — Карина огляделась и увидела небольшой двухэтажный домик, ничем особо не выделяющийся среди других таких же на улице, разве что он имел не сплошные каменные заборы, как у многих прочих, а из кованых решеток, что в общем-то говорило о достаточном богатстве хозяина. Почему он меня привлек? Просто в отличие от остальных домов перед ним и вглубь двора на сколько хватало моего зрения отсутствовали следы аур, что говорило в пользу того, что хозяина давно нет, как минимум несколько дней, а может, и больше.

Некоторое время у меня заняла возня с защитой, впрочем не идущей ни в какое сравнение с тюремной. Вместо того, чтобы сделать нас с Кариной «хозяевами», я предпочел перенастроить систему так, чтобы она нас просто не замечала. Обрывать ее связи с центральным «офисом» было не с руки, а не вовремя вернувшийся «хозяин» мог насторожить местную стражу. Вдруг тут принято ставить в известность, сколько твой дом будет пустовать? Кто знает…

Прежде чем производить какие-то действия над защитой и входить в дом, я раскинул сеть, разработанную еще Крисой и серьезно улучшенную мною, чтобы проверить, не смотрит ли кто на нас с расстояния, где полог невидимости уже не действует. Ну, мало ли из какого окна или щели кто зырит. Никого не оказалось. Затем, пока мы с Кариной шли к дому, я также раскинул следящую сеть по площади, занимаемой домом. Внутри города при движении использовать такую сеть неудобно и бессмысленно — слишком много засветок, а вот охранять какую-то территорию, вроде этой, или использовать на природе — самое то.

В доме, как и предполагалось, стояла тишина. А вот пыли не было. Да и слабые следы чьей-то ауры присутствовали. Мне это не понравилось, но обратный ход давать я не стал: Карина совсем сомлела, да и я как-то того… В общем, я наплевал на доводы разума и решил остаться. Оставив Карину на диванчике в прихожей, быстро пробежался по дому. Неплохой такой домик, но у гномов было получше, и размеры апартаментов у них побольше. Наконец нашел что-то вроде купальни. Ну… Не купальня, но комнатка метра три на четыре, выложенная красивым черно-красным камнем с ванной из того же камня. Жаль, тут магия не использовалась для нагрева воды, да и вообще как-то бедновато было с магическими хозяйственными прибамбасами. Для нагрева внизу в подвале стояла обычная печка, топящаяся деревом. В общем, я просто набрал воды в ванну, благо она нормально подавалась, и сам нагрел ее плетением из магического арсенала. Карина уже спала, но я все-таки отнес ее в ванну, раздел и положил в воду. Она так и не проснулась, пока я ее мыл.

Проснулся я от чувства беспокойства. Не открывая глаз просканировал свою защитную сеть. Кто-то вошел в дом с заднего входа. Надо бы скоммутировать сигналку к биокомпу для контроля и управления, — подумал я, — а то неудобно самому контролировать свои плетения. Хорошо хоть прикрутил минимальный раздражающий эффект от сигналки к своей ауре, а то бы и не проснулся. Я быстро вскочил с огромной мягкой постели, на другой стороне которой закутанная в одеяло спала Карина, и потихоньку вышел из комнаты. Накинув полог невидимости, тихо спустился между этажей и присел на ступеньки, ожидая визитера — судя по сигналке, он должен был вот-вот показаться. Через некоторое время я хмыкнул. Внизу появилась дородная тетка с ведром в одной руке и тряпкой в другой. Понятно, в общем-то. Хозяин уехал, а за домом кого-то оставил присматривать. Странно, правда, что слуги в доме не живут. Да и еды тут нет, а небольшая конюшня — пустая. Может, хозяин надолго куда-то перебрался? В общем, я вернулся в хозяйскую спальню, навесил мощный полог невидимости на дверь и спокойно завалился в кровать. Единственное, еще подстраховался, чтобы у уборщицы не возникало вопросов, почему она не может найти хозяйскую комнату, если вдруг решит тут убирать и если она очень памятливая — проделал примерно ту же фишку, что и Гоблином в тюрьме: навесил на дверь плетение, настроенное на ауру женщины, резко снимающее интерес к этому месту. Отвод глаз — это хорошо, но ведь человек настроился зайти, вот и будет недоумевать, почему не может найти дверь, а так небольшой сумбур в голове приведет лишь к тому, что она или забудет, зачем сюда шла, или решит, что уже все сделала.

В полудреме наблюдая за передвижением уборщицы, проконтролировал, что все работает, как запланировано. Нашу комнату она оставила напоследок. Потопталась в коридоре, прошлась туда-сюда и пошла к выходу. Однако дальше все пошло довольно странно и забавно. Выйдя во двор, женщина вдруг резко остановилась, постояла некоторое время и снова вошла в дом. Немного походив внизу, снова отправилась наверх. Опять потопталась в коридоре и через некоторое время снова ушла. Когда она в третий раз вернулась в дом, я чуть не рассмеялся и усилил действие второго плетения, снимающего интерес и сглаживающего активность мозга. Не хватало еще, чтобы зациклившаяся уборщица сошла с ума из-за своего сознательного и серьезного отношения к работе. Больше она не возвращалась.

Второй раз я проснулся где-то в середине дня. Карина все так же спала. Совсем вымоталась, однако. Пока суд да дело, вызвал интерфейс биокомпа. Перед глазами повисли надписи-детальки, все как и раньше. Немного полазил по менюшкам, но не нашел то, что мне надо. Немного подумал. Возможно, в визуальный стартовый интерфейс выведены функции по-умолчанию, а мне надо совсем другое… Тогда попробуем «интуитивно-мысленный» интерфейс, как я его назвал для себя. Я сконцентрировался и, держась одной мыслью за биокомп, как бы странно это ни звучало, представил, что мне нужно найти способ привязки внешних датчиков к нему. Что-то внутри меня толкнуло и перед глазами появилась информация. Забавно, самым простым способом оказалось использование ауры как интерфейса стыковки внешних плетений и биокомпа. Плетения транслируют на ауру определенные сигналы, а биокомп реагирует. Только надо провести настройку/обучение компа на нужные варианты сигналов. При таком подходе, однако, остается наличие того раздражающего фактора, то есть реакция организма на возмущения в ауре от внешнего воздействия. В принципе тоже имеет смысл. Скажем так, я тут же почувствую, если сработает внешнее плетение, а биокомп разложит все по полочкам. Таким же образом возможно и обратное воздействие на плетение.

Был еще один способ коммутации, но посложнее. Перед моими глазами развернулось неизвестное мне ранее инфомагическое плетение. Коммутатор. Данный факт меня чуть ли не шокировал. Получается, что в биокомпе есть библиотека каких-то плетений? Скорее всего стандартных. Вот это дело! Нет, молодцы, все-таки, атлы! Не удивлюсь, если окажется, что это очень мощная штука — не даром ведь столько времени врастала в мой мозг. Обрадованный, попробовал вывести справку обо всех функциях биокомпа, но ничего не вышло. Библиотека плетений? Тоже ничего. Блин! Или я что-то не то делаю, или тут какая-то защита стоит или условия на использование определенного функционала… Хотя справку-то могли и дать, гады! Немного посокрушавшись, я углубился в изучение коммутатора по версии атлов. Получаса мне хватило, чтобы полностью в нем разобраться. В этом мне хорошо помогли свои собственные навыки и то, что я разрабатывал свою модель магии — многие вещи были понятны почти сразу.

А коммутатор оказался не очень сложной штукенцией со своей логикой. При его создании он сразу цепляется к биокомпу — есть там специальные интерфейсы и команды биокомпу, чтобы подключиться. С «внешней» стороны присутствует куча универсальных входов (универсальных в том числе и по энергиям), которые можно группировать. Нужно это для того, чтобы к одному такому коммутатору можно было цеплять плетения разного функционала. Тут была предусмотрена и простая наращиваемость устройства с изоляцией групп или с их взаимодействием друг с другом. Тут же мне вывелась информация по простейшему программированию подобного взаимодействия, а так же данные по полной настройке этого чуда. Таким образом, биокомп служит «центральным мозгом», а часть логики вынесена в этот коммутатор, чтобы не грузить биокомп по пустякам. Знакомо, очень знакомо. Например можно сделать так, что от сигнала из одной группы плетений, активируются выходы в другой группе, запуская совершенно другое внешнее плетение. Хм… есть о чем подумать…

По понятным причинам второй вариант для меня оказался предпочтительным и более интересным. Хотя для некоторых задач выгоднее выглядел первый способ, через ауру. Нужно ли говорить, что я тут же испытал этот агрегат, привязав на него свою охранную систему дома. Немного, правда, повозился с информированием меня о нарушении периметра. В результате добился, что при возникновении подобного события сначала перед глазами у меня появится значок опасности из библиотеки стандартных знаков атлов, а при мысленном усилии перед глазами развернется грубая схема дома (представленная мною и повторенная биокомпом) с показом точек нарушения.

Всем моим попыткам разбудить Карину девушка упорно сопротивлялась. Что-то мне подсказывало, что до вечера она точно еще проспит. Ну и ладно, пусть набирается сил. Прошвырнувшись по дому, удалось найти всего один шкаф с одеждой. Другие были пусты. Скорее всего, это говорило о том, что хозяина долго не будет, а в этом шкафу хранятся старые и уже не нужные вещи.

С большим трудом мне удалось подобрать что-то приличное из одежды. Брюки оказались длинноваты, пришлось подшить. Причем забавно так сообразил — завернул штанину и пропустил по краю силовую нить. Получилось аккуратно и незаметно. Рубашка, жилет, шляпа — с небольшими доделками относительно неплохо сели на меня. Куда я собрался? А кушать-то что-то надо! В доме хоть шаром покати. Да и потолкаться в толпе, послушать что говорят имеет смысл. То, что меня узнают, я не боялся. В городе, никто кроме Гоблина, меня узнать не может. Был риск нарваться на случайную проверку, но мало кто понимает, как сильно меняет человека одежда и повадки. Сейчас же я выглядел как аристократ среднего достатка, одежда примерно соответствовала образу (а иначе почему тут ее оставили? дорогую наверняка с собой забрали). Вряд-ли стража рискнет докопаться до благородного. Единственная проблема — с грехом пополам понимаю местную речь, но вот сказать что-то в ответ вряд ли смогу. Понимание чужой речи еще не означает, что ты сможешь правильно сформировать предложение на этом же языке. Да это и понятно, любой переводчик вам скажет, что на свой родной язык переводить всегда легче. Поэтому образ высокомерного аристократа, который сквозь зубы выплевывает «да» и «нет», как нельзя кстати подходит. Подобные образчики нам с Кариной попадались во время нашего путешествия. Немного потренировавшись перед зеркалом, признал этот образ достаточно достоверным. В прихожей обнаружилась вешалка без одежды, но в специальном отделении находились две трости. То, что доктор прописал! Вот так, размахивая тонкой тросточкой на улице объявился некий человек, с гордой осанкой (только не забывать, не забывать про прямую негнущуюся спину!) и презрительным выражением на лице. Эх, хорошо, что отсутствует штамп для подобных аристократов разъезжать по городу на лошади! Нет, есть такие, кто ездит, но чаще используются открытые коляски с одной запряженной лошадью — некое подобие такси, это я успел заметить. И никого не удивишь своим передвижением на собственных ногах. Единственное, что меня отличало — я был без меча. Тот кусок металла, что я прихватил в тюрьме никак не походил на оружие аристократа. И даже нож был «плебейский», так что я его повесил под полу жилета. Или сюртука? А, неважно… Но надеюсь, что сей прискорбный факт не будет сильно бросаться в глаза.

Прогуливаясь под совсем легким пологом невидимости, чтобы не особо обращали внимание, но и не наступали на ноги, по пути оставляя магические метки, дабы найти дорогу обратно (бадди-компа ведь нет!) я немного прошелся вокруг нашего места обитания. К сожалению людей было мало, магазинчики вообще отсутствовали как класс. Зато несколько попавшихся мне аристократов помогли еще больше скорректировать свой образ. А потом пришлось все-таки переться в сторону, где обитают более приземленные люди. Немного напрягся, когда количество людей превысило пяток в радиусе десятка метров, но ничего, мой вид, который я сделал еще более надменным и легкий отвод глаз, делали свое дело. Те, кто находился рядом на меня не обращали особого внимания, а находившиеся подальше быстро отводили взгляд, встретившись с моим. Забавную ситуацию наблюдал. Один воришка, лет пятнадцати явно хотел посмотреть, что у меня выпирает за бортом сюртука — его намерения для меня четко прослеживались, но подойдя ближе, пацан остановился и немного подумав, отошел. Возможно воздействие полога невидимости, пусть и ослабленного, он принял за подсказку своей интуиции и правильно сделал, что последовал ей. Далеко пойдет.

Пару раз мне навстречу попадалась стража, но на меня особо не засматривалась. А вот мужчины моего возраста и женщины в более бедной одежде, особенно шедшие вместе, удостаивались их пристального внимания. Я в очередной раз похвалил себя за маскировку. Попадались и воины, вот только я заметил, что мечи у тех, кто носил их, были опечатаны. Ну, такая веревочка с висящей блямбой, опутывала рукоять и ножны. Чаще они были с магической начинкой, но встречались и без нее. Вот бы я смотрелся на их фоне со своим мечом без подобной тесемки! Интересно, а аристократы, живущие здесь и таскающие свое железо таких тесемок не имели… Хм… И о чем это говорит? Да пока ни о чем…

Наконец я добрался до местного рынка. Центр торговли и обмена информацией, слухами. Теоретически можно было бы за едой зайти в трактир, но там я бы привлек к своей персоне внимание. На рынке же слишком много людей, чтобы запоминать каждого покупателя. Сегодня наверно был не базарный день, но народу присутствовало прилично. А уж товара тут было! Ну, засматриваться я особо не стал, а медленно двинулся к продуктовой части сквозь вещевой рынок, внимательно присматриваясь к носящимся мальчишкам, к продавцам и покупателям. Разговоров было много, я внимательно впитывал информацию, просеивая ее от шелухи и узнал, что марафис в этом году уродился очень неплохой (как я понял это местный сорт винограда). Что последним деянием предыдущего коменданта, прежде чем его отправили на повышение поближе к столице, стало большое достижение — ему удалось не допустить воровства выделенных столицей денег и запустить дилижансное сообщение с другими городами. Что на тюрьму напала банда Лихна Мохнатого, чтобы освободить своего братца, словленного пару месяцев назад, да наткнулась на искусников и с большими потерями вынуждена была отступить. Теперь всех шерстят, ищут их, особенно помощницу Лихна, соблазнившую начальника тюрьмы и выведавшую как там все охраняется и ее братца — сбежавшего от наказания чародея, пытавшегося зачаровать искусника тюрьмы, но силенок не хватило, потому все и сорвалось.

Слушая все это, я потихоньку офигевал от того, как намешали сюда всего разного несовместимого. Одно я понял — ищут и нас с Кариной и нападавших. В общем, всех ищут. Оппа! А вот и мой клиент!

Я успел заметить, как молодой парень, прилично одетый, пристроившись рядом с дородным мужиком, ловко срезал у того кошелек и бросил его в корзину мимо идущей миловидной дивчины. Мужика вполне грамотно отвлекали другие «члены банды» и когда он наконец осознал, что остался без денег, было уже поздно. Отвлекающие тут же растворились в толпе, а потерпевшего стал утешать и возмущаться в тон ему тот, кто собственно и срезал кошель. На крики пришла стража, что ничуть не смутило карманника, он спокойно вместе с пострадавшим стал отвечать на вопросы охранников порядка.

Ловко работают! Я погладил приятную тяжесть пристроившегося за моей пазухой кошеля и улыбнулся. Я специально встал так, чтобы та девушка, являющаяся «собирателем» жатвы, прошла мимо меня. Или я мимо нее, как посмотреть. Когда мы поравнялись, я на краткий момент максимально усилил полог невидимости, в результате чего девушка отвернулась в другую сторону, а я выстрелил силовую нить в ее корзинку. Кошель был прикрыт пучком лука и не виден, но зацепился с первого раза, правда пришлось потом обратно таким же образом запихнуть этот пучок, прихваченный вместе с деньгами. Думаю, пропажу уже скоро заметят, но вряд ли поймут в чем дело.

А вот и продуктовый рынок и людей тут не протолкнуться. Так, а как же я буду покупать продукты? Захваченный мыслью о прогулке, я как-то совсем упустил из виду эту крохотную, но важную вещь. Одно радует — такие как я тут есть, а то я уже стал сомневаться в ситуации: разве может кто-то вроде дворянина сам ходить на рынок? Тем не менее, такое в порядке вещей — вон кто-то вроде меня не слабо торгуется с продавцом мяса. А мне что делать? Я огляделся по сторонам и заметил у самого входа торговца корзинами. Мужчина лет под сорок, еще крепкий, но к которому вполне подходит термин «немолодой» с парнишкой, видимо сыном, лет четырнадцати-пятнадцати в качестве помощника. Та-а-а-к… Похоже надо слегка подкорректировать свой образ, иначе ничего не получится. Видел я как-то в старых фильмах про войну столетней давности некие высокомерные персонажи. Я оглядел себя. Униформа, конечно, не подходит к тому образу, но тут главное поведение. И еще… Я усилил полог невидимости, встал в сторонке, чтобы не мешать движению и заправил брюки в сапоги. Не черные, не лакированные, но других нет. Теперь трость перехватываем как стек, благо она небольшая и тонкая… Покрутил в руке, ага, пойдет. Похлопал по голенищу сапога. Почти то, что надо… Прямая спина, наглое выражение лица, шляпа слегка заломленная на бок, скажем так, щеголевато… Ага, вот так пойдет… Ну-с… И я совсем убрал полог невидимости…

Фераччо дал подзатыльник сыну, когда тот споткнулся и оперся на корзину, слегка помяв ее. Пара прутьев выскочила из оплетки.

— Осторожней, олух! Уже отца скоро перегонишь в росте, а все такой же неуклюжий, как раньше!

— Извини, отец, — ломающимся баском проговорил пацан и смущенно почесал место приложения воспитательной силы тяжелой ладони отца. — Ой, пап!

Фераччо оглянулся и заметил покупателя, внимательно рассматривающего его корзины.

— Господин, — корзинщик поклонился. Покупатель, явно из не очень высокородных аристократов, презрительно глянул на продавца, снова на корзины и своей тростью потыкал их, как бы проверяя на прочность. — Не беспокойтесь, господин, мои корзины прочные и стоят своих десяти медяков.

Потенциальный покупатель снова скривился, пару раз слегка ударил своей тростью по голенищу сапога, затем бросил на прилавок серебрушку.

— Какую корзину вы выберете? — поклонился Фераччо, судорожно пытаясь подсчитать, хватит ли у него сдачи: сегодня день был не очень прибыльный, но и терять такого клиента совсем не хотелось.

Покупатель ткнул своей тростью в самую большую корзину, потом указал на сына Фераччо и наконец открыл рот:

— Понесет. Заработает.

Фераччо закивал и снова дал подзатыльник не сообразившему ничего сыну:

— А ну, хватай корзину и неси за господином! Донесешь, куда скажет. И поторопись, — заметив, что покупатель уже развернулся и спокойно отправился вдоль рядов, даже не оглядываясь назад, сказал корзинщик и шепотом добавил: — Ты сильно не вякай там, делай, что он скажет, может еще перепадет серебрушка. Тогда точно куплю тебе нож, что ты просил.

Обрадованный сын подхватился, поставил корзину на голову и бегом устремился за странным мужчиной. Это ничего, что занимается таким неблагодарным делом… делом слуги. Зато тот нож, что сделал их кузнец, стоит небольшого унижения. Вот ребята потом обзавидуются!

Ник

Стоит ли встречаться с комендантом? Не знаю, не знаю… Я был в сомнениях. Риск? Да! Некоторый риск есть, но и польза в случае удачи будет огромная. Если повезет, можно быстро узнать что все-таки случилось с Умником. Или все-же сначала двинуть в Оробос, как-нибудь там обустроиться, набраться сил и знаний, потом вернуться? Но что мне мешает проделать все это при неудаче разговора с комендантом? А чем он в случае чего сможет помешать? Нет, я понимаю, что после поднятого шухера можно легко встрять в неприятности, но если посмотреть с другой стороны, то, наоборот, в общей неразберихе существует вполне реальная возможность успешно решить свои проблемы. Конечно, можно было бы понаблюдать за служащими, найти человека, отвечающего за хранение вещей заключенных, допросить его. Но здесь есть одно «но»: для всего этого нужно время, которого у меня просто нет. Чем больше я сижу в городе, тем выше вероятность моего нахождения местной стражей. Нет, я их не боюсь, вроде уже достаточно сил, чтобы развернуть локальную заварушку, но оно мне надо? Еще прибью кого-нибудь, а я все-таки предпочитаю убивать только при крайней необходимости. Хм… Надо же, как я сейчас говорю… Убивать… Подумать только, эта мысль сейчас у меня вызывает лишь спокойное недовольство, но никак не внутреннее сопротивление. Придется кого-то убить — убью, и вряд ли буду испытывать угрызения совести, если тот человек заслуживает смерти. С другой стороны, просто убийство само по себе, все-таки вызывает у меня чувство отторжения, и то хорошо — решать все проблемы с помощью силы и тем более убийств до сих пор мне кажется отвратительным. Гуд. Итак, комендант. Если он адекватный управляющий, то должен собирать всю информацию о событиях, о людях, замешанных в этих событиях, а значит и обо мне. Должен же он знать, кто покинул гостеприимные стены тюрьмы? Логично предположить, что такая информация у него есть, а на сколько я разузнал дома он не работает, только в своей рабочей резиденции. И вряд ли нужная мне информация хранится в сейфах, скорее он просто держит бумажки в столе. Вот и стоит сначала там пошариться, а если ничего не найду, то и с ним самим пообщаться… Ну… Хочется верить, что я правильно все разложил по полочкам. Кстати, то, что возможно мне придется встретится с комендантом вживую, если я не найду то, что мне нужно в его кабинете — еще один камешек в огород необходимости идти днем. Это только дилетанты-воры считают, что лучшее время для проникновения в помещения с целью противоправных действий — ночь. Нет, конечно зависит от типа здания, внутренней организации работы конторы, и твоей задачи, тогда да, бывает, что и так. А в целом проще это делать, когда вокруг много народа тусуется, когда ночная сигнализация (скорее всего наиболее навороченная) отключена. Главное держать себя уверенно, не давая ни малейшего повода думать, что тебе здесь не место. И тогда можно уволочь что угодно из под носа самого внимательного служащего.

Как только Карина узнала о моих планах, сразу скисла. Даже новая игрушка — дракончик, которого она воспринимала как наикрутейший чародейский амулет и постоянно исследовала, не смог ее надолго отвлечь от грустных мыслей. В конце концов она поставила мне ультиматум: она идет со мной! Главным доводом в ее пользу было мое плохое знание местного языка, и совсем не факт, что тот, с кем я буду общаться, знает даймонский, да и в бумагах я не разберусь без ее помощи. Хотя я вполне обосновано надеялся, на то что местный комендант, которого я собирался посетить, как бывший военный владеет даймонским хотя-бы в минимуме. Даймоны хорошие наемники, и судя по словам Карины, знание даймонского в военной среде не редкость. Правда кадровые военные их не очень любят за то, что они предлагают свои услуги зачастую обоим воюющим сторонам. В чем прикол работы на две стороны, я не знал. Вроде бы у них было только одно правило: даймоны не воюют против даймонов. Как они это разруливали на поле боя, если вдруг такое происходило — никак в голове не укладывалось.

По словам Карины я находился в тюрьме заметно дольше нее, значит люди, пристроившие меня туда, как и те, кто разбирался с вещами, давно могли смениться. Судя по рыночным слухам, комендант тоже человек новый, но на то он и начальник, чтобы знать, кому дать команду пошарить в архивах. Сдается мне, что здесь имеется хорошо отлаженный бюрократический аппарат, а значит если и не все действия, то большая их часть сопровождается соответствующими писульками. И если Умник не найдется в местном хранилище, то с помощью коменданта вполне возможно напасть на его след в бюрократическом болоте. Единственное, что необходимо сделать перед посещением коменданта — подготовить пути отхода, и кажется придумал, как это реализовать безболезненно и так, чтобы возможные преследователи только репу чесали, думая, куда я ушел из города, как, и главное — ушел ли вообще.

Глядя на уплетающую еду за обе щеки Карину, я только покачал головой. В последнее время ее не покидал жор — организм требовал пищи, хорошо я набрал еды не меньше чем на неделю. В основном брал долгохранящиеся продукты, но в принципе особой роли это не играло — наложенное охлаждающее плетение гномов превратило огромную корзинку в холодильник. Хотя… если девушка будет продолжать такими темпами, то на неделю может и не хватить. А ведь надо еще взять в дорогу.

Дорога… Даже вспоминать не хочу, как я потом со всем этим добром возвращался домой. Как, стараясь не выйти из образа, запутывал следы и менял извозчиков. Пацана, взятого «на прокат», пришлось отпустить задолго до дома. Но, в общем, справился. По крайней мере, надеюсь на это.

Карина откинулась на спинку стула и, довольно зажмурившись, погладила свой животик. Я хмыкнул. Девушка грустно посмотрела на аппетитное наливное яблоко, лежащее на столе, вытянула к нему руку и замерла на мгновение. Яблоко шевельнулось и прыгнуло ей в руку. М-да… быстро она осваивается с дракончиком. Впрочем, неудивительно. Как ни странно, но именно чародейские способности помогают ей так легко и быстро находить общий язык с дракончиком. Вообще надо было подсадить Карине «яйцо», чтобы дракончик полностью настроился на нее с самого «рождения», а не копировать моего, но тогда времени просто не было. Такой подход, кстати, принес довольно неожиданный эффект: дракончик Карины, получив готовые «знания», наработанные нами в результате взаимодействия, сходу стал подталкивать хозяйку применять штучки с гравитацией — при обычном росте это бы случилось несколько позже. Но самое приятное заключается в том, что он получил наработанные умения моего Драко оптимально использовать магию: если проще использовать инфомагию — использует, а если можно сэкономить, использовав внешнюю магическую энергию, видимую местным магам — использует ее. Потому иногда и обычные маги могут заметить некоторые плетения, формируемые моими живыми амулетами. В принципе ничего страшного: при желании вполне можно переключить их только на инфомагические каналы.

Кстати, вон он ползает по ее телу: выглянул из-под рукава, спрятался, появился в районе шеи и затаился. Его голова замерла на левой щеке девушки. Забавно выглядит. Карина ничего не заметила, но щеку почесала.

— Ты уже дала имя своему дракону?

— Ага. — Карина смачно откусила от яблока и невнятно пробормотала: — Шустрик.

— Шустрик… хм… Ты, это, скажи ему, чтобы на улице не отсвечивал на открытых частях твоего тела. Незачем нам привлекать к себе внимание.

Карина вопросительно глянула на меня, затем перевела взгляд на зеркало, стоящее у стены. Со скрипом ножек по полу оно повернулось.

— Эдак ты скоро совсем разленишься и станешь толстой и неповоротливой, — буркнул я. Карина, внимательно разглядывая себя, лишь улыбнулась в ответ и отмахнулась. Потом погладила Шустрика, и тот скрылся у нее под платьем.

Сегодня утром я попросил Карину сформировать то управляющее… нет, не плетение, а почти «живой» объект, с помощью которого она провела классический прием «убейся об стенку», только не на себе, а на противнике. Но то ли она была не в форме, то ли сложившаяся тогда острая ситуация заставила ее сконцентрироваться и прыгнуть выше головы в том, что по ее словам у нее всегда не очень хорошо получалось, но сейчас этот сложный объект не получился. Не вышел каменный цветок у Данилы-мастера. Ну ничего, потом попрошу ее создать для исследования структуры попроще. По ходу, Карина оказалась не очень сильной чародейкой.

— Ладно, ты мне лучше скажи, как будем добираться до Оробоса?

— Да пойдем на юг, в сторону гор, вот и все, — легкомысленно отмахнулась Карина, продолжая рассматривать себя в зеркало.

— Не, так не пойдет. Не согласная я. — Такого легкого отношения к проблеме от нее я не ожидал. — Карту можешь нарисовать? Хотя бы примерно: как расположены империи друг относительно друга, какие города с вашей стороны, куда добираться и так далее…

Карина чуть укоризненно посмотрела на меня:

— Ну откуда я знаю, где мы находимся? Взяли меня совсем в другом месте. Город другой, гор видно не было. А здесь должно быть совсем рядом.

Я недовольно подергал себя за мочку уха.

— Если я покажу тебе, где мы находимся, ты сможешь определиться?

— Наверно, — пожала плечами Карина.

Так, понятно. Воздух свободы вскружил девочке голову и теперь ей все кажется легким. Типа, жизнь удалась. Или на меня надеется?

Ладно, тогда так…

Карина

Чистая, какая-то детская радость не покидала Карину. Эдакое эфемерное, иррациональное чувство свободы просто пьянило. Ее радовало все: воздух, деревья, лучи солнца, будто живые из-за танцующих в них пылинок, ощущение чистого тела и постели. Ради того, чтобы так ярко чувствовать эти удовольствия, стоило просидеть в тюрьме… Чародейская сила тоже вернулась к ней, что наглядно показал бой в темнице, когда она буквально прыгнула выше головы, взяв на себя управление телом одного из нападающих. Но еще больше ее радовал «живой» амулет, подаренный Ником. Никогда она не слышала о подобном. Нельзя сказать, что чародеи не творили ничего подобного, но до ранга создателей таких игрушек ей было далеко. Да и то, вряд ли можно сравнивать, ведь ее Шустрик — по-настоящему живой! И как-то легко ей удалось найти с ним взаимопонимание. Правда, сначала она испугалась после купания, когда стоя перед зеркалом с мокрыми волосами и рассматривая себя, с сожалением думая, что нельзя выйти во двор, чтобы солнце и ветерок побыстрее их высушил и будто в ответ на ее мысли вокруг ее головы закружился маленький вихрь воздуха. Буквально в считанные минуты ее недлинная прическа лишилась влаги и стала донельзя растрепанной. И тут же откуда-то пришло ощущение вопроса: «Правильно сделал?». И вот тут только она поняла, что дракончик — по-настоящему живой. С этого момента Карина полностью погрузилась в интересный процесс налаживания взаимопонимания с ним.

То, что Ник собрался вернуться и разобраться со своим прошлым, очень сильно не понравилось Карине. Она уже предвкушала скорую отправку домой, а тут такое… И даже трудности пути ее не смущали. Она о них просто не думала: казалось, самое сложное позади, да и не хотелось думать — пусть ее спутник заботится о таких вещах. Однако отговорить Ника девушка и не пыталась, видно было, что решение окончательное. И все-таки… с огромным внутренним напряжением и борьбой с собой она решила идти вместе с ним. Польза от нее несомненна, а вот если Ника схватят, что она будет делать? Лучше не думать об этом! Все будет хорошо!

Ник спросил про карту, а Карина про себя только усмехнулась. Ну откуда ей знать, где они находятся? У нее еще не стерлись воспоминания о том времени, когда ее с Гарцио привезли в этот городишко. Около недели везли в закрытой карете, если не больше! Явно недовольный ее ответом, Ник на некоторое время погрузился в себя. Играя с Шустриком, Карина иногда бросала на парня заинтересованный взгляд. То, что Ник чародей и одновременно искусник, она уже поняла, хотя это знание вызывало у нее сильнейший внутренний протест. Такого еще не случалось никогда. Или она просто не слышала о подобном. В пользу последней гипотезы говорило то, что признаки чародея и искусника в ауре у него были неправильные. А может, именно так и должно проявляться совмещение двух несовместимых искусств.

Ник зашевелился, посмотрел на нее и сказал:

— Смотри. — В центре комнаты замерцал воздух и спустя несколько мгновений перед ней появился большой, в рост человека, светящийся шар с выделяющимися на нем коричневыми и голубыми пятнами. Подойдя поближе, Карина провела рукой сквозь иллюзию. М-да… Очень красиво. Вот в этом искусники на порядок превосходили чародеев — придумать и сделать какую-нибудь внешне красивую финтифлюшку, удобную и способную поразить до глубины души зрителя. Чародей бы создал образ такой иллюзии в голове у собеседника — у простого человека легко, а у другого чародея — с его разрешения. Походив вокруг шара и вглядевшись в рисунок, девушка с удивлением узнала в одном пятне очертания их континента. Нет, скорее всего, просто похоже. Однако слова Ника подтвердили ее первое впечатление.

— Мы находимся здесь, — с этими словами где-то чуть сбоку от центра континента замерцала точка. — Как расположена ваша империя и Кордос?

Ник

Карина завороженно смотрела на созданную мною иллюзию. А что тут такого, что она замерла? Я всего лишь грубо перевел объемную картинку земного шара из биокомпа в иллюзию, ну и расцветил ее немного. Карина сделала шаг влево и перевела взгляд на левый материк, немного больший по размеру.

— А это что?

— Ну, второй материк. На юге, как видишь, есть еще мелкие архипелаги и острова. А что?

Девушка хмыкнула и пробормотала:

— Не слышала никогда о втором материке.

— Да ну? — удивился я. — А то, что земля — шар, ты слышала?

— Угу, это знает любой образованный человек, а не только чародеи. — Отмахнулась девушка. — Ладно, значит так. Насколько я помню, Оборос располагается примерно так. — Карина очертила неровную замкнутую фигуру южнее нашего месторасположения. Я быстро переключился на второе зрение и чуть подправил плетение иллюзии (не стал терять время на интерактивную карту, поэтому пришлось ручками править). Обведенное девушкой место окрасилось желтым цветом. — А вот здесь примерно — Кордос. — Новая заливка зеленым цветом, севернее Оробоса. — Слева живут даймоны. — Красная узкая полоска протянулась вдоль левого побережья. — Тут рядом Смарта, здесь независимые королевства: Хларция, Ириндия, Арикия, Арфика. — На карте вслед за указанием Карины появлялись разноцветные пятна, некоторые из которых группировались вместе, а другие располагались по краям обеих империй. В общем, много эдаких карликовых государств. Еще около десятка средних по размеру государств располагалось выше Кордоса, на севере. На западе — вперемешку пустыни, степи. Есть и кочевые народности, куда уж без них!

Я в голове наложил на разрисованную карту известные мне точки, фонящие в инфосети. Самый интересный объект — многокилометровая фигура — располагалась на самом верху, севернее всех государств. Но и в Оробосе, и в Кордосе тоже была пара интересных мест. Да и в тех отдельных государствах тоже. Забавно, раз уж судьба закинула меня сюда, может, стоит попытаться исследовать эти места?

Тем временем Карина наносила точки оробосских городов, и я уже забодался менять картинку вслед ее тычкам.

— А вот это — Широтон, столица! — И она нарисовала небольшой кружок примерно по центру Оробоса, к которому сходились две полноводные реки. Глаза Карины затуманились и она ушла в себя, что-то там вспоминая.

— Ладно, ладно. Нам-то куда? В столицу?

— А? — очнулась Карина. — Нет, в Широтон нам не надо. Мне бы добраться до своего имения. Ну или в любом городе по пути дать знать отцу.

— А имение располагается где?

Карина ткнула в берег реки, ну… примерно километрах в ста от ихнего Широтона. А может двести или триста. При таком масштабе не разберешь, да и тыкнуть пальцем можно куда угодно.

— Сколько от столицы до имения? — все-таки решил уточнить я.

— Сто двадцать три лиги. И не примерно, а точно! Это прописано в дарственной от короля Карилиса Третьего, выданной моему пра-пра-прадеду.

— Ладно, — вздохнул я, решив не уточнять, насколько разрослась столица за прошедшие годы, порядок расстояний был понятен, — с этим примерно понятно. Вопрос такой. Как там у вас с… Ну, ты точно уверена, что тебя не сдали свои же?

— В смысле? — не поняла Карина.

— Ну, как у вас там дела делаются? Может, ваша аристократия как пауки в банке грызется друг с другом. И тебя могли подставить враги твоего отца. Он же какая-то шишка?

— Шишка? Пожалуй, — с заминкой ответила девушка.

— Тогда, если мы появимся в каком-нибудь вашем города и заявим о себе во всеуслышание, не подставим ли себя?

— Не знаю, мне кажется, ты слишком фантазируешь…

— Ты подумай на досуге, а пока давай собираться в поход по моим делам.

Я убрал иллюзию и вышел из комнаты.

Карина

Все-таки это очень непривычно — после лет бездействия делать выбор, чего-то добиваться и куда-то идти! Хотелось просто отдыхать и наслаждаться свободой. Но, что уж поделать, раз настояла, что будет сопровождать Никоса, значит, нужно идти. Не то, чтобы она хотела помочь в переводе или просто боялась за Никоса — чародей его уровня в обиду себя не даст, еще и ее сможет надежно укрыть. На самом деле Карина просто боялась остаться одна: сразу вспоминалось, как в последний раз замолчал Гарцио, обрекая девушку на долгие месяцы одиночества. Теперь же она трижды пожалела о своем решении. Несмотря на экспресс-курс восстановления и воздействия со стороны Шустрика, тело еще полностью не восстановилось после освобождения. Быстро идти, петляя между домами, было непривычно, а координация движений оставляла желать лучшего. Чего не скажешь о ее спутнике — казалось, Никос просто летел вперед гибкой пружинистой походкой. Было ясно по ауре, голосу, жестам и мимике, что то, ради чего Никос решил посетить кабинет коменданта, очень важно и особенно дорого для него и, пожалуй, никакие аргументы не смогли бы заставить его отступить от задуманного.

Еле поспевая за целеустремленно идущим к своей цели Повелителем Чар, Карина всю свою волю и силу сконцентрировала на том, чтобы переставлять ноги и ни в коем случае не отстать. И пускай умом она понимала, что, если выдохнется, Никос остановится, душу все равно грызли страхи сомнений. Сосредоточившись на столь сложном деле, девушка не заметила, как ее ступня угодила в небольшую ямку плохо залатанной дороги. Осознание этого факта настигло Карину только когда ее нос завис в десяти сантиметрах над землей и почему-то далее не опускался, а из ауры через Шустрика почувствовался сильный отток маны.

Посмотрев перед собой чародейским зрением, девушка с изумлением обнаружила перед собой какую-то вязь. Отчасти она походила на ту, что создают искусники, но сложнее и была выполнена в другом стиле, в ней чувствовалась какая-то элегантность. Словно каждая фигура была четко выверена и максимально эффективно выполняла возложенную на нее роль. Впрочем, в нечародейском Искусстве Карина не разбиралась, поэтому возможно, что это было лишь ощущение.

— Ты в порядке? — послышался голос Никоса и его протянутая рука помогла ей встать. Быстро осмотрев ауру Карины на предмет повреждений, Ник извинился за чрезмерно быстрый темп, спросил, не передумала ли она и, дождавшись отрицательного ответа, уже медленнее продолжил свое продвижение к цели.

Дальше они пробирались в здание магистрата, выжидали подходящего момента, а затем Ник каким-то странным способом с помощью своего Искусства и каких-то слов играючи взламывал искусную защиту и расставлял сигнальные чары. В другое время все это могло было быть для девушки дико интересным, но сейчас она следила за этим вполглаза, передвигаясь почти на автомате. Ее разум был всецело поглощен совершенно другими мыслями. Слишком странной и сложной была вязь, с помощью которой Шустрик защитил ее от падения. Наряду с другими фактами это говорило о том, что Шустрик не просто сверхсложный самоуправляемый конструкт Повелителя Чар. Это нечто другое, и казалось, стоит чуть-чуть подумать, и в голове мелькнет разгадка. Поэтому Карина дотошно просеивала свои воспоминания о достижениях Повелителей Чар настоящего и прошлого в создании самоуправляемых конструктов.

И наконец искра догадки мелькнула в ее голове. Еще в начальные годы обучения наставник потчевал их, сырых неофитов, рассказами о Повелителях Чар и их возможностях. Позже она пришла к выводу, что это не более, чем красивые байки, нужные, чтобы зажечь в них искру желания развиваться дальше, но теперь Карина поняла, что самые необычные из этих баек на поверку оказываются правдой. В некоторых из рассказов говорилось том, что сильнейшие Повелители Чар создавали для себя так называемых «фамильяров» — полуразумных конструктов-помощников, обладающих частью знаний и возможностей своих создателей и помогающих им в наведении сложных чар. Создание такого конструкта — процесс долгий, сложный и кропотливый, порой затягивающийся на десятки лет. Чародей постепенно, год за годом, как бы раздваивает (дублирует) части своего ментального тела и ауры, выращивая в себе сложнейший полуразумный конструкт. После того, как фамильяр отпочковывается от породившей его ауры, он получает некое слабое подобие разума и часть знаний создателя, касающейся, прежде всего, чародейской сферы (так как обычно именно эти участки ментального тела и дублируют). Выращенный из ауры чародея, фамильяр сохраняет большое сродство с создателем, так как имеет во многом идентичные участки ментального тела, что позволяет не только давать ему приказы и легко им управлять, но и использовать его как «помощника» в наложении сложнейших чар и проклятий. Только вот из-за своей трудоемкости и сложности практика создания фамильяров особого распространения так и не получила, так как существовала весьма высокая вероятность ошибиться и сойти с ума. Куда проще завести множество учеников, которые будут на подхвате, что и проделывается большинством повелителей.

И все шло к тому, что именно фамильяра Никос и внедрил ей в ауру. Разумность, разнообразные странные заклинания, все говорило о том, что в Шустрике живет Ников опыт. Причем с одной стороны это и роскошный подарок, дающий возможность не только усилиться в чародейском плане и перенять чужой опыт, но и способ контроля. Пока фамильяр сохраняет сродство с создателем, он ему безнадежно предан и, пускай потихоньку Шустрик и адаптируется к Карине, перенимая ее черты, еще долгое время у Никоса будет возможность при необходимости влиять на нее через Шустрика. А Никос непрост, перестраховывается! Что, впрочем, и не удивительно — до его чародейского уровня беспечные обычно не доживают. Девушка не знала, сколько лет парню — его аура выдавала противоречивые данные, но она вполне отдавала себе отчет, что, несмотря на молодую внешность и простоту в общении, он может оказаться раз в десять ее старше. Неудивительно, что он решил подстраховаться. Странно только, откуда у него второй фамильяр взялся, не специально же он его для контроля Карины растил?! Впрочем, тут как раз есть логичное объяснение: возможно, он растил его для себя, но в виду опасности этого дела где-то ошибся и повредил свое ментальное тело, потому и перешел в кому лет на десять. Непонятно только, как в тюрьме оказался — враги пленили и продали? В любом случае, Шустрик таил огромные возможности, и Карина отказываться от него не собиралась. Если не ссориться с Никосом и активно работать с фамильяром, то со временем можно настолько приручить последнего, что даже его родитель не сможет через него влиять на Карину.

Ник

И все-таки местные архитекторы распланировали центр неправильно. Все эти кривые улочки позволяли человеку с магическими способностями спокойно пробраться к зданиям администрации. Никаких дополнительных датчиков, что-либо контролирующих, я не заметил. Но, возможно, подобная планировка была выполнена без учета магии. Городок-то старый.

Я оглянулся на Карину. Все-таки она еще недостаточно пришла в себя, хоть и несколько дней для восстановления до ее теперешнего состояния — очень хороший результат. Ладно, нефиг менять планы или сомневаться. Умник, или следы его пребывания, — для меня сейчас самое главное. Да и подготовился я нормально.

Во-первых, почти восстановил свои возможности по управлению элементалями, но жаль, что без инфосети: программировать там без своего бадди-компа мне еще придется учиться. Не совсем, конечно, восстановил, но на одновременное удержание до десятка элементалей в течение достаточно длительного срока сил должно хватить.

Во-вторых, поковырял свои трофеи. Шлем оказался очень интересным, только построенным на принципах уж никак не чародейских, скорее кордосовских искусников. Плетения там были очень… как бы сказать эргономичными, красивыми, я бы даже выразился так: хорошо оптимизированными. Вот и вопрос — то ли здесь есть третья сила, создающая такие вещи, то ли искусники очень сильно разнятся. Почему третья сила? Просто шлемы были ШТАМПОВАНЫ из какого-то металлизированного порошка и спокойно держали удар меча — я проверил, ни царапины не остается, а внутри хорошая амортизация, правда, несколько выбивающаяся из общего стиля — возможно, ее отдельно ставили. И вообще, шлем производил впечатление предмета высокотехнологичного производства. Кстати, если их выпускают все же искусники, то чародеи вполне могли или выкрасть, или купить подобную амуницию через третьи руки — все-таки у них подходы несколько иные. Шлем, кроме чисто механической защиты, имел очень качественное плетение, показывающее все магические флюктуации вокруг, излучения, то есть давал хорошую магическую картинку окружающего. Кроме того, в шлеме было сложное плетение, формирующее какое-то поле, видимо, отвечающее за невидимость, но разобраться с ним я не успел, зато как активировать разобрался. Брать я шлем не стал, но плетения все запомнил. Хоть отдельное магическое зрение мне не нужно, но реализация интересная. Стрелялка оказалась для меня бесполезной — зарядов в ней не осталось, и никаких плетений не было, только перекрученные остатки магических нитей, да слегка повышенный магический фон. Карина с уверенностью определила в остатках плетения чародейскую ловушку для удержания готовых конструктов.

М-да… надо обязательно разобраться, что это такое — чародейство. Сейчас для меня это больше смахивает на какое-то волшебство, чего просто не может быть. Развитая техника, магия, энергетика — все, что угодно, но не волшебство, потому что волшебство — это получение нужного результата без понимания механизмов, принципов функционирования того черного ящика, который «делает волшебство». И неважно, что это — волшебная палочка, лампа Аладдина, Золотая Рыбка или компьютер. Стоит только разобраться в их сущности, как волшебство превращается в науку.

Так, что-то меня не туда понесло. Остался еще нож, пробивший мою защиту. К сожалению, та же фигня — там был какой-то чародейский «конструкт», как называет их Карина, плюс ловушка, удерживавшая его внутри. В общем, одноразовая штука, требующая подзарядки. Карина, к сожалению, не могла воспроизвести тот конструкт, так как просто не знала, что это. Как она сказала, в создании конструктов общие только принципы, в них нет постоянства и точной структуры, все это зависит от опыта, знаний и мастерства чародея. В общем, мне достался очень хороший, сбалансированный обоюдоострый ножик, но просто ножик. Уже по привычке я его укрепил, засунул туда плетение гидро-удара (так и не опробовал его на живом человеке, но, надеюсь, и не придется) и пока остановился на этом. Об обновлении своего боевого арсенала надо думать вдумчиво, последовательно и желательно в спокойной обстановке.

Прикрытые пологом невидимости вкупе с трофейным плетением невидимости, что давало просто убойный эффект — издалека никто не разглядит, а вблизи, когда от трофейной невидимости в движении начинались проскакивать несуразности, привлекающие взор — начинает действовать скрыт, отводящий глаза, мы добрались до рабочей резиденции местного начальника — коменданта.

Ну что сказать? Я насчитал три уровня средненькой защиты. Один — просто сигнальный контур, раскинувшийся вокруг здания, второй — с кучей датчиков ауры, каких-то еще детекторов и активных «излучателей» чего-то непонятного (я все запомнил, чтобы потом разобраться), по сути повторяющий контур сигналки. И третий, внутренний, плотно оплетающий здание, вроде последнего рубежа. Непонятно, зачем так тут накрутили. И сейчас в общем-то активирована была только сигналка. Остальные контуры не были отключены, но находились в пассивном режиме. Пришлось ломать сигналку, чтобы она на нас не реагировала (там просто шла реакция на пересечение нитей). Еще один датчик проявил активность, когда я слишком быстро подошел — он отреагировал на наличие у меня меча. Пришлось, матерясь сквозь зубы, перехватывать готовый сорваться сигнал. Потом я подсмотрел, почему датчики не реагируют на оружие стражей у входа — металл детектируется только по внешнему периметру двора резиденции, а стражники просто реагируют на сигналы и внимательно осматривают входящих. Но все эти действия я сделал, разумеется, заранее, когда разведывал пути подхода к резиденции. Сейчас же оставалось только проверить, не изменилось ли чего за прошедшее время и спокойно ждать удобного момента.

Некоторое время мы с Кариной простояли рядом со стражей у входа, ожидая, когда кто-нибудь войдет или выйдет. Как-то влиять на стражников я посчитал неразумным, даже несмотря на отсутствие у них магической защиты — в конце концов, просто может заявиться их командир для проверки и неадекватное поведение подчиненных может его насторожить. Крепко прижав девушку к себе, я прислонился спиной к стене и с любопытством рассматривал охранников. Мы стояли так близко, что я чувствовал запах пота от ближайшего к нам. Наш громкий побег если и сказался на охране административных зданий, то не очень. В принципе логично — какой толк в повторном нападении? И никто не предполагал, что один из сбежавших решит вернуться в самое «логово» местного управления. Вооружение стражников составляли легкие мечи, небольшие панцири на груди и легкая металлическая юбочка. Для реального боя, может, и не подходяще, но вот для такого важного дела, как охрана здания — вполне. Особенно если учесть отдраенность до зеркального блеска панцирей.

Ближайший к нам стражник вдруг вздохнул и подтянулся — на входе появилась повозка какого-то чиновника. Дождавшись, когда перед ним распахнут двери, мы с Кариной, отставая от того на какой-то шаг, вошли в здание. Народу тут тусовалось много, и мы простояли в уголке некоторое время, пока я не определился, куда нам надо: по разговору двух служащих я понял, что один из них сейчас понесет какие-то документы к коменданту. Хоть я и понимал большую часть разговоров, но на всякий случай Карина тоже их отслеживала и как раз пихнула меня локтем в бок, кивнув на этих двух разговаривающих.

Поднявшись за нашим невольным сопровождающим на второй этаж, я заметил, перед какой комнатой он остановился. Перед входом, что выглядело для меня несколько странно, прямо в коридоре стоял стол, за которым сидел молодой мужчина и, как я понял, выполнял обязанности секретаря. Взяв какую-то папку у пришедшего сотрудника, он мельком ознакомился с ее содержимым и вошел в кабинет. Принесший документы служащий ушел обратно. Карина вопросительно на меня посмотрела. Я покачал головой и увлек ее в угол. Надо было осмотреться и подумать.

Небольшое исследование показало, что внутренняя защита, которую я исследовал снаружи, ничего нового мне не открыла. Даже вмешиваться не пришлось. Ну, разве что аккуратно отцепить сигнальные линии от нескольких угрожающего вида плетений, размещенных в углах коридора. Подключив к работе биокомп, за десять минут распотрошил их. Оказалось, что незваных гостей ждет что-то вроде раскаленных воздушных нитей, разогревающихся под действием магической сети, которая перекрывает коридор и на которую подается большое магическое «напряжение». Забавная штучка. Потом еще был генератор-разрядник каких-то микроплетений, но каких именно я определить конечно без дальнейшего исследования не мог. Жаль, но времени действительно не было заниматься этим делом. Больше ничего интересного я не заметил, а судя по тому, что данная защита слишком «тяжелая», то использоваться должна во время войны или захвата здания. Поэтому я особо и не обеспокоился. Пока суть да дело, я на всякий случай расположил тут кое-какие свои плетения, а подумав немного, подключил местную активную защиту к своей системе управления. Комендант находился внутри один — это было видно через открывающуюся периодически дверь, да и сканирование аурными щупами, которые я вытягивал в эти моменты внутрь, не показали ничего необычного. Просто работает человек.

Наконец началось какое-то движение. На столе у секретаря что-то брямкнуло, пару раз что-то мигнуло (в стене на пару секунд налилась магией тонкая нить), секретарь сорвался с места и скрылся у коменданта. Через несколько секунд из комнаты вышел мужчина в возрасте, с волевым лицом и седыми волосами. Комендант. Перепоясан он был широким кожаным ремнем, на боку висел кинжал. Брюки заправлены в мягкие сапожки. Никаких украшений. Быстрым шагом комендант покинул этаж, а секретарь остался у своего стола.

Этот момент я посчитал наилучшим для своего выхода на сцену. Не знаю, надолго ли ушел комендант, но такой возможности поковыряться в его кабинете может больше не представиться. «Оглушив» секретаря перемыканием нескольких точек ауры между собой, погрузил того в состояние, близкое к «грогги». Все-таки тут не обошлось без биокомпа — честно говоря я как-то с трудом могу вспомнить откуда я знаю как именно надо поступать. Еще с Умником какие-то моменты изучали — это отлично помню, а вот то, что надо делать, чтобы ввести человека в подобное состояние — откуда это, не могу вспомнить. И даже моя уже, насколько я понимаю, абсолютная память, усиленная биокомпом, не давала ответа. Но заморачиваться я этими вопросами не стал — не время.

Пройдя мимо секретаря, который не обратил на нас никакого внимания, вернее на открывшуюся дверь (мы-то так и оставались под пологами невидимости), оказались внутри кабинета. Обстановка не отличалась какой-то изысканностью или роскошью — обычный рабочий кабинет. Даже стул у стола был не очень удобным, разве что его спинка имела местами анатомические изгибы.

— Так, Карина, — я отпустил девушку, которую продолжал держать за руку, — возьми один из стульев и переставь его в угол. Пока снимать с тебя невидимость я не буду — если комендант вдруг вернется, пусть тебя не видит. А пока… — я оглядел стол коменданта и радостно потер руки, — пока никого нет, глянь на бумаги и читай мне вслух хотя бы заголовки.

Интересно, нифига не понятно в бумажках, однако буковки кажутся знакомыми. Эх… где ты там мой бадди-комп плюс Умник плюс фактограф….

Документы на столе оказались разложенными аккуратными небольшими кучками и Карина стала поочередно брать бумажки из каждой.

— Добыча серебра за прошлогодний отчетный период… — послушно начала читать Карина, и как мне показалось с заметным интересом, — Отчет о поступлениях в казну с продажи вина…. Так… Результаты внутреннего расследования о злоупотреблениях перечисленными ниже десятниками стражи рынка своим положением… Краткий поименный список заключенных, проходящих по директиве императора за номером сто двадцать восемь за период с триста пятьдесят восьмого года эры Общего Благоденствия (ох, уж эти кордосцы! — буркнула Карина) по триста восемьдесят девятый год… Предварительный отчет о расследовании происшествия от третьего числа сего года…

— Стоп! — воскликнул я, — Что там со списком заключенных?

Карина снова взяла отброшенный листок:

— Тут имена с кратким описанием…. откуда прибыл, на какой срок. Похоже эти заключенные практически все не местные.

— Искусники и чародеи?

— Не знаю… Ой! — вдруг воскликнула Карина и листок бумаги в ее руках задрожал.

— Что?

— Тут есть мое имя… — Карина как-то беспомощно посмотрела на меня и в ее глазах появились слезы.

— Ну и что ты расплакалась? — я протянул руку и вытер слезу с ее щеки. — А то ты не знала, что сидела в тюрьме! — я улыбнулся.

— Просто как-то неожиданно получилось. Я давно не видела своего имени на бумаге. Как будто привет из прошлого.

— А где твое имя стоит? И кстати, что там написано, за что тебя посадили? — я с легкой улыбкой глядел на нее.

Карина фыркнула:

— Мое имя стоит почти в конце, а посадили меня, как тут написано, за шпионаж в пользу Оробоса. Тут чуть ли не каждый третий сидит за это. По крайней мере по бумагам.

— А на самом деле?

Карина ничего не ответила.

— Что, там написано прям-таки твое настоящее имя?

Карина замялась.

— Нет, конечно, — наконец ответила, — Просто до перевода сюда контроль у них за чародейством заключенных был не настолько хорош, и иногда мне удавалось создавать подслушивающие конструкты. Слабенькие, но все же… Вот в одном разговоре и я услышала, как меня перед пересылкой сюда назвали.

— Ладно, мое там имя есть? — сделав очень заинтересованный вид, спросил я. Я даже подался вперед, пытаясь показать, как мне это важно.

— Так…, — Карина уткнулась в листок, но было видно, что она еще под впечатлением. Перевернула страницу, и уже дойдя почти до конца вдруг остановилась, посмотрела на ухмыляющегося меня, задержала дыхание, а ноздри ее стали раздуваться от гнева.

— Ладно, ладно. Успокойся! — я поднял руки ладонями вперед. Отвлечение внимания от своих переживаний удалось на славу. Ну откуда в списке может быть мое имя, известное только мне и Карине? — Скажи просто, безымянные там есть?

Попыхтев немного, Карина успокоилась и снова взяла бумаги в руки.

— Нет, нету.

— А скажи, у вас как-нибудь обозначаются лица без имени. Ну, например, — поспешил я объяснить, видя непонимание Карины, — вот нашли человека без сознания, или он потерял сознание, а в бумагах надо его как-то обозначить. Ему дают какое-нибудь имя?

— Не знаю.

— Ладно, какое самое распространенное имя в Кордосе?

Карина задумалась.

— Трудно сказать, тут много разных народностей. Но если брать в расчет императора и его изначальную народность, то наверно это будет Лу, возможно второе имя Парвин, дальше должны идти родовые имена. Лу Парвин — неаристократическое имя, как ты понимаешь.

— Есть такие в списке?

Карина снова посмотрела на документ и вдруг хмыкнула.

— Я немножко ошиблась. Есть Крен Парвин. Крен — тоже распространенное имя. Но тебе не подходит.

— Почему?

— Просто потому, что это имя в самом начале списка. Оно единственное, но этого человека привезли двадцать восемь лет назад. Если бы это был ты, то выглядел бы как старик… Хотя…

— Угу, сколько живут искусники и чародеи?

— М-да… Искусники — лет девяносто, максимум сто сорок. Мы, чародеи, подольше — сто двадцать, сто пятьдесят. Но все равно, — мотнула головой Карина, — Так молодо, как ты сейчас, можно выглядеть лет до семидесяти, а судя по твоему опыту в чародействе, тебе должно быть под сотню… Все равно нестыковка… Опыт большой, а выглядишь молодо… — она подозрительно посмотрела на меня. — Хотя кто знает вас, Повелителей, может вы и не такое можете…

— А что, точной информации о них нет? — удивился я.

— Понимаешь, я плохо знаю историю, — повинилась Карина, — Специально мне никто не говорил, а сравнивать имена исторические и современных Повелителей Чар я как-то не думала…

— Ладно, что там написано про этого…Парвина?

— Так, найден в лесу в двух километрах от деревушки Большие Моги ее жителями. Местный лекарь-целитель определил, что найденный — искусник или чародей и этого человека отправили в Маркос. Дополнительная информация находится в папке пятьсот три БР архива. Тут по всем заключенным есть такие ссылки. — Пояснила Карина.

— Больше ничего интересного нет? — Карина быстро просмотрела остальные документы и покачала головой.

— Тут разбираться надо, но навскидку вроде ничего.

— Ладно, — я закинул ноги на стол, — посмотри еще документы, которые могут нас заинтересовать.

Еще некоторое время Карина перебирала бумаги, но больше ничего интересного не нашлось. Жаль… Или все-таки комендант не держит в своем столе всю текущую информацию или уже поработал с ней и отправил обратно туда, где хранится документация.

— Карина, — в коридоре сработали мои датчики, — ты отойди в уголок и постой тихо, пока я не скажу: кажется к нам идут гости. — Ну что ж, если не получилось быстро найти то, что нужно, придется все-таки пообщаться с человеком, способным ответить на мои вопросы.

В комнату вошли два человека: комендант и мужчина примерно такого же возраста, но одетый довольно занятно. Белые одежды с золотым шитьем, в руках посох. Не хватает только благообразной бороды и нимба над головой. Интересным оказалось то, что он был слабеньким магом, примерно пятой-шестой ступени по градации гномов. Так что ничего опасного я от него не ждал. Но вот посох неслабо эманировал магией. Видимо, это был типичный представитель искусников со своим рабочим инструментом. А вот это уже опасно — с ходу определить, что заряжено в посохе я не мог, а, как показывает практика, даже у обычного «ботаника»-студента пистолет в руках стреляет и иногда попадает туда, куда надо.

— Здравствуйте! Проходите и чувствуйте себя как дома, — сказал я и удаленно закрыл дверь, запечатав ее силовыми нитями. По стенам и потолку пустил простую, но внешне угрожающую иллюзию решетки — мне надо немного подавить своим величием и силой пришедших, чтобы побоялись что-то делать. Однако, чтобы искусник не заметил подставы — каждая линия иллюзии спиралью оборачивалась сложными, но бестолковыми нитями-плетениями, придающими непонятный вид в магическом зрении. Авось побоится что-то делать.

Пока мужчины таращились на меня, я резким выплеском трех нитей обвил посох искусника и дернул его к себе. Не ожидавший такой подляны, искусник разумеется выпустил свой инструмент, который медленно планируя, опустился передо мной на стол. Касаться я его пока не стал — вполне возможна завязка на ауру хозяина, а также всякие гадости неосторожному вору…

Два стула сами пододвинулись к столу, я махнул на них рукой, приглашая присесть. Посмотрим, как отреагируют. Ножка одного двигающегося стула издала громкий скрежет, рука коменданта рефлекторно дернулась к висящему кинжалу, но остановилась на полпути. Запомним — кинжал не для декору и бывший военный вполне неплохо может им пользоваться. Секунду подумав и мельком глянув на своего спутника, комендант уселся на стул и спросил:

— Кто вы и что вам нужно?

Искусник немного поколебался и тоже уселся. Вот и хорошо. Никто необдуманных поступков не совершает, все спокойны и… доволен пока я, но надеюсь, никто не будет обижен. Я мельком глянул в угол и с Карины спала невидимость. Присутствующие с любопытством посмотрели на девушку. С невозмутимым видом Карина произнесла:

— Я буду переводчиком Никоса, так как он плохо владеет языком империи Кордос. — Вот так, думайте, почему плохо, почему языком Кордоса и что все это значит. Вступление Карины мы обговорили заранее, и хотя мне было видно по ее ауре, что она волнуется, внешне девушка была сама Невозмутимость.

— Я приношу свои извинения за неожиданное вторжение и вот это все. — Махнув рукой, я указал на магическую сетку на стенах. — Боюсь, что по-другому поговорить с вами, комендант, мне бы не удалось.

— Ну почему же, — комендант расслабился, откинулся на спинку стула и сквозь слегка прищуренные веки смотрел на меня. — Пришли бы в канцелярию, записались на прием — разве это так трудно?

Я ухмыльнулся. Несмотря на расслабленную позу коменданта и твердый голос, по его ауре я четко видел, что он испытывает легкий страх, готовность к действиям (возможно побегу) и почему-то какую-то тень надежды. Особенно это чувство ярко вспыхивало, когда он бросал короткие взгляды на искусника.

— Не надо играть словами. Вы же прекрасно поняли, кто я. Поэтому на первую часть вашего вопроса «кто я», с вашего позволения, отвечать не буду. А вот прежде чем приступить ко второй части вопроса «что мне нужно», представьте вашего спутника. Если я не ошибаюсь, искусника…

Почему-то комендант удивленно посмотрел на мужика в белом. Что бы это значило? Помолчав некоторое время, Инжи произнес:

— Адамус. Мой знакомый. И все-таки, — он глянул на стены, расчерченные бордовыми нитями, на Адамуса, на стол с посохом, — что вам нужно?

— Позвольте мне начать издалека. — Я замолчал, заметив в нише рядом со шкафом какую-то бутылку. Вытянул руку в ее сторону и она послушно прыгнула мне в руку. Хм… надо потренироваться — чуть не уронил, вот был бы конфуз — я тут пытаюсь произвести впечатление крутого и опасного, но вежливого мага, а сам роняю стеклотару. Полная бутылка превосходного вина, в чем убедился мой нос, вдохнув из открытого мною горлышка. — Раз уж я тут за главного, — я с иронией глянул на коменданта, — то позвольте угостить вас этим прекрасным вином.

— Откуда вы знаете, что оно прекрасно? — похоже комендант принял условия игры и включился в вежливый разговор. Поза расслаблена, глаза не бегают, руки спокойно сцеплены в замок на колене закинутой за ногу ноги.

— Вряд ли у ВАС оно будет плохим, — польстил я. — Посуда есть?

— Если вызвать секретаря, то будет, — слегка улыбнулся комендант.

— Думаю, мы обойдемся своими силами, — я вернул улыбку. Так, быстренько разгоняем мыслительный аппарат, расщепляем его на два потока, одним контролируем обстановку, вторым вытаскиваем плетение, которым я баловался в темнице сырой — закручиванием силовых плоскостей моего любимого защитного купола в произвольную форму с последующим «овеществлением» … лирику долой, подключаем биокомп и модифицируем структуру… Отлично! То, что надо! Немного снижаем активность…

Внешне прошло лишь несколько секунд, но я уже был готов. На столе медленно, в течение секунд пяти, специально, чтобы смогли оценить, от столешницы и до высоты сантиметров в десять пробежала легкая световая волна, оставляя под собой формы пузатеньких бокалов на высокой ножке. Настолько тонких, что об их стенках говорило лишь искажение света, проходящего сквозь них, да более мутные утолщения ножек. Взяв один из бокалов я щелкнул по нему пальцем. Нет, тонкого и красивого звука как от хрусталя не получилось, звук был глухой, почти неслышимый, будто щелкаешь по камню. По виду искусника было видно, что он поражен до глубины души. Меня это позабавило. Комендант держался не в пример достойней — лишь еще сильнее прищурился.

Я разлил вино по бокалам и сделал легкий глоток из своего. Видя, что мои «гости» не спешат воспользоваться приглашением, аккуратно зацепил их бокалы нитями и «пролеветировал» к ним. Пришлось и им присоединиться ко мне.

— Мое почтение, — я посмотрел на коменданта, — вино изумительное. Кто я такой, как вы понимаете, рассказывать не буду. Скажу лишь, что в свое время проводил один довольно опасный эксперимент… ну и доэкспериментировался. Оказался в бессознательном состоянии в вашей империи. Особых претензий у меня к вам нет — хоть вы и засунули мою тушку в ваш маноотсосный агрегат вместо того, чтобы показать целителю. Ну, да ладно, в конце концов заботились обо мне и то хорошо. Думаю, своей маной я вполне расплатился за гостеприимство. Но! — Я подался вперед, выделяя важную часть своего спича. — У меня с собой было два амулета. И они мне важны, ОЧЕНЬ ВАЖНЫ, скорее как память. Вам они в любом случае были бы бесполезны. И вот ради них, ради того, чтобы их вернуть, я способен не оставить от вас, этого городишки, а если понадобится, то и от всей вашей империи камня на камне. И вам лучше поверить, что я не шучу. — Я откинулся на спинку стула и стал ждать ответа.

Глава 5

Комендант

Да… давненько он не попадал в такие сложные ситуации, вроде сегодняшней. Если честно, то никогда. Да и разве можно сравнивать противостояние с равным тебе противником, когда понятно, что от него ждать и что ты сам можешь предпринять, с этой ситуацией? Непонятной силы искусник, твое беспомощное положение…. Несмотря на то, что сказано было всего ничего, Инжи чувствовал, как ему тяжело вести этот разговор в той манере, в какой его повел собеседник. Коменданта выручало только то, что за последние годы с повышением по званию, ему все чаще доводилось общаться с аристократами и искусниками и он видел как те ведут разговор, то есть ему было на что ориентироваться. Он отчетливо осознавал, что главным его оружием сейчас является не честная сталь, а язык и словесные кружева. И как бы это ни было неприятно, но собеседник в любое время мог бы прихлопнуть его как муху, несмотря на кинжал на поясе и годы боевого опыта, и только правильное поведение его могло выручить. Заговорить, убедить что его не нужно убивать, потянуть время, попытаться спровоцировать конфликт с жрецом, чтобы тот призвал на помощь своего бога, глядишь и выкрутится.

Последняя фраза незнакомца наконец-то позволила коменданту полностью взять себя в руки, до этого Инжи хоть и хранил внешнюю невозмутимость но готов был ее потерять в любой момент. Только подумать, империи он смеет угрожать, тоже мне величайший из Искусников! Похоже эти два артефакта слишком много значили для него, раз желание побыстрее их вернуть туманит ему разум и делает неосторожным в высказываниях. На душе немного полегчало, стало ясно чего хочет этот непонятный человек и угроза самой Империи явно не в его пользу. Жрец оказался еще и Искусником, а значит прямая угроза Кордосу ему будет явно не по душе. На них империя и держится. По сути, они и есть Империя, и только недальновидные люди могут считать, что искусники находятся на службе Империи, а не наоборот. Кстати, тот факт, что жрец оказался искусником весьма озадачил Лупаго. Как-то так получилось, что самым распространенным или внедряемым в умы жителей Империи мнением было то, что искусники отдельно, а жрецы — отдельно. А оно вон оказывается как бывает… Что бы это значило?

Ник

— Вы ведь понимаете, что за двадцать восемь лет, которые вы пробыли здесь, не только ваши амулеты могли затеряться, но и сама память о них, — произнес комендант. А меня кольнуло беспокойство. Я ведь ту игру в Джона Доу или Иванова Ивана Ивановича затеял с Кариной чисто для того, чтобы отвлечь ее, и даже не воспринял ее находку, как относящуюся ко мне. А выходит, что это я, реально я, пробыл в коме двадцать восемь лет?!

— Ну, я надеюсь, что у вас уже есть кое-какая информация обо мне, — я махнул рукой, в которой были зажаты листки со списком имен. — И не пытайтесь меня обмануть, то, что вы что-то знаете я прекрасно вижу. — А чтобы комендант проникся моими словами, я накинул на его шею силовую нить достаточно толстого диаметра, чтобы не порезать кожу, и слегка сжал ее. Комендант схватился за горло и покраснел, неспособный вдохнуть воздух. Думаете, мне приятно таким заниматься? Ничуть — я чувствовал себя в этот момент как последний подлец, но времени у меня немного, а воевать со всем городом мне почему-то не хочется. И это несмотря на вполне правдивую информацию, выданную коменданту — мои элементали спокойно могут разобрать городишко на камешки. Другое дело, что делать это я не собирался ни под каким соусом. Однако знать это коменданту совершенно необязательно. Я ослабил петлю на его шее. Прокашлявшись, тот проговорил:

— Хорошо, хорошо… Признаю — был не прав, споря с вами. Но в самом деле, насколько я успел раскопать информацию о вас, вас привезли сюда, в город практически голым. Если что-то и пропало, то по дороге. Думаю, вам стоит поискать тех, кто причастен к вашему появлению здесь.

— Кто они?

— Деревенские. Их имена я не помню, — ложь коменданта была видна вооруженному магическим зрением глазу, видимо он плотно занимался этим вопросом, чтобы знать такие мелочи, — надо поднять бумаги, это займет некоторое время.

Уличить коменданта во лжи мне помешали мои датчики, установленные в коридоре перед кабинетом. Несколько раз подходили какие-то люди, но подергав за ручку двери, уходили. Однако в этот раз там стоял искусник и уходить, судя по всему, не собирался. Одновременно с этим у меня в голове полыхнуло сообщение от биокомпа: «Слабые возмущения пространства третьего слоя реальности». Быстро оглядевшись, посмотрев на коменданта, сидящего рядом искусника ничего особого не заметил. Предположил, что это искусник что-то мутит, но кроме его стеклянного взгляда и странного состояния транса, ничего не было. Меня обеспокоило то, что биокомп просто так в мои мысли обычно не влазит, так что не стоит отбрасывать в сторону его предупреждение. Тем не менее, что произошло, я не понял.

К этому моменту вторым потоком сознания по-минимуму я уже разобрался с жезлом искусника, пришедшего с комендантом, отцепил привязку к ауре, которая как и предполагалось, была в наличии, так что здесь все было в порядке — удаленно он не мог воспользоваться своим инструментом. Кстати, довольно интересным прибором оказалась палка, иначе и не назвать. Очень сложный контейнер, в котором будто сельди в бочке располагались свернутые хитрым образом плетения. В таком состоянии разумеется их назначение понять было невозможно, но наличие модуля, способного дублировать эти плетения говорило о «многозарядности» жезла. В верхней части — накопитель, но не из кристаллов, к которым я привык, а из интересного сплава стекла с большим количеством примесей неизвестного состава. И опять меня поразил уровень мастерства авторов этого устройства — он очень сильно отличался от того, что я видел до этого. Какая-то нестыковка….вот! Точно — несоответствие технологических уровней. То это что-то высокотехнологичное, то какое-то явно кустарное или «устаревшее». Так что жезл я в любом случае решил прибрать себе. Вот, кстати, одна из нестыковок — активация внутренних плетений осуществлялась воздействием модулированным аурным щупом хозяина в определенные точки на поверхности жезла, помеченные какими-то знаками. Если смотреть со стороны, то по поверхности шла вязь, вперемешку со значками-активаторами и, как я подозреваю, у каждого искусника рисунок свой, и вполне возможно такой, чтобы другой искусник, если вдруг завладеет им и сможет снять привязку к хозяину, не мог разобраться в этих значках. Но это мое предположение — данных пока мало. На этом жезле точек-активаторов было двадцать восемь. Так вот, если смотреть на внутренности жезла, то просто напрашивается более гибкая система активации спрятанных плетений, а не так, как сейчас. Да и грубо были сделаны внешние подводы активаторов к начинке жезла.

Ладно, что там у нас с новым действующим лицом? Или с недействующим? Что-то он тормозит или медитирует… Уставился на дверь и не шевелится… Ага, вот уже и осторожные аурные щупы стали проникать сквозь дверь. Все-таки что-то он заметил странное, пора брать ситуацию в свои руки, а то еще наткнется на мои внутренние плетения, снаружи-то я на инфомагии их делал, а тут хотелось, чтобы на магическом уровне что-то было видно для, так сказать, устрашения. Правда совсем вылетело из головы, что при желании маг снаружи что-то может заметить, при большом старании и нахождении вблизи комнаты.

Я резко распахнул дверь, закинул петлю из силовых линий на плечи человека и не очень резко, но сильно, потянул. Со стороны это выглядело как будто человека что-то «всосало» в комнату. Он не удержался и естественно завалился вперед. Возможно от неожиданности или скорее всего из-за того, что он не являлся боевым магом, первое, что он сделал — попытался решить проблему со своим падением. Его аура слегка полыхнула, на поясе активировался какой-то амулет и человек вместо того, чтобы упасть, мягко спланировал на пол. Эх! Хорошо на свете белом жить! Этот искусник оказался очень умным, наверное — жезла у него не было, зато конструкция, схожая с посохом друга коменданта, отслеживалась у того в районе пояса — хорошо спрятал! Причем неплохо защищенная: после активации ее практически не было видно — все экранировалось хитрым замкнутым контуром. Если бы не вот эта неожиданность, я бы наверно, и не заметил пояса, вернее сразу не обратил бы внимания. Все остальное было практически таким же, как у лежащего на столе посоха.

И все-таки, насколько я успел вторым сознанием проанализировать ситуацию — этот искусник явно сам переделал жезл в пояс, были там следы этого. А значит что? Правильно — от него можно ждать что угодно. Времени особо много не было, поэтому вместо того, чтобы отключать привязку девайса на хозяина, я просто заизолировал датчик определения свой-чужой вместе с активаторами внутреннего механизма. Любые аурные воздействия теперь будут «соскальзывать» с датчиков пояса и он не сработает.

— А кто это у нас тут такой любопытный? — Я с интересом посмотрел на человека, лицо которого совершенно не выражало никаких эмоций. Он быстро оглядел всех нас, сцепил руки на животе (несмотря на его худобу, этот жест гармонично смотрелся, как у человека, привыкшего к такому….Правда незаметно он пальцами ощупывал свой пояс, скрытый за пиджаком. Ну, флаг тебе в руки) и слегка поклонился всем присутствующим.

— Тристис Имаген. К вашим услугам.

— Позвольте поинтересоваться, что вас сюда привело?

Тристис обвел взглядом комнату, посмотрел на коменданта, тот слегка кивнул головой.

— Видите ли в чем дело, я расследую дело с нападением на тюрьму и пришел к выводу, что вполне возможно ваше, — он слегка мне поклонился, — появление здесь. К сожалению, я опоздал с предупреждением.

Блин! Шерлок Холмс местного разлива!

— Что заставляет вас чувствовать себя, так уверенно и спокойно, высказывая такое предположение? — я с интересом откинулся на спинку стула и посмотрел на него.

Тристис слегка задумался. К сожалению, аура его была достаточно неплохо прикрыта и понять, что он чувствует на самом деле без взлома защиты не представлялось возможным. Поэтому приходилось ориентироваться на его небогатую мимику. А основное выражение лица искусника почему-то выражало печаль. Знаете, есть такие люди, которые даже будучи веселыми или испытывающими разные чувства, все равно имеют вид печального идола. Вот Тристис и был таким.

— Разрешите? — он взял от стены стул и сел рядом с комендантом. При этом он почему-то с неудовольствием посмотрел на своего коллегу-искусника. По крайней мере именно так я оценил его заминку, когда он глянул на того. Кстати, что-то с тем искусником не в порядке — взгляд все такой же мутный и кажется из левой ноздри слегка выступила кровь. Аура странно переливалась цветами, но что это значит, я не мог никак понять. На создание плетений и даже на подготовку к магическому поединку совсем не было похоже. Мне даже интересно стало.

— Видите ли в чем дело. — Начал сыщик. — Проанализировав все данные о происшествии, у меня сложилась следующая картинка. Если я в чем-то ошибусь, прошу поправить меня.

Я кивнул.

— Вы — владетель неизвестных мне ветвей Искусства неопределенного уровня силы. — Интересно он сказал, как-то даже старомодно. Не искусник, а 'владетель', похоже специально подчеркивая то, что к обычным Искусникам меня не причисляет. — Поступили к нам почти тридцать лет назад. В то время у нас было сложное положение — война с Оробосом, — Тристис бросил мимолетный взгляд на Карину, — поэтому любая помощь была очень к месту. Использование вас в качестве подпитки искусной защиты города — естественное решение в том сложном положении, в котором пребывала империя. Кроме того, в любом случае вами заниматься просто некому было, так что только благодаря таким действиям тогдашних структур города вы до сих пор живы.

Я махнул рукой:

— Можете не оправдываться, я и так не имею претензий к городу и его жителям. Сам понимаю. Мне лишь нужно найти вещи, которые были со мной, когда меня нашли.

Сыщик покачал головой:

— Думаю, вряд ли это возможно. Я был в той деревеньке, жители которой вас нашли — в живых в данный момент остались лишь дети и внуки тех, кто вас доставил в город. И никто ничего уже не помнит.

Я с уважением посмотрел на сыщика. Надо же, уже успел со всеми пообщаться и все разузнать. Мне бы его зарядить на поиск моих вещей. А что? Стоит наверно попробовать. Хотя… он наверняка служивый человек и просто так никто его не отпустит на вольные хлеба. Да и не верю я, что меня просто так отпустят. Столько натворил тут…Кстати!

— Вы разузнали, кто напал на тюрьму?

Комендант тоже с интересом посмотрел на сыщика. Тристис же почему-то глянул на Карину и помолчав немного, ответил:

— Это было организованное нападение диверсионной группы Оробоса с целью похитить из тюрьмы некоторых узников. А возможно, убить, здесь я не пришел к определенному выводу.

От его слов Карина впала в ступор и не перевела мне сказанное, но я и сам понял. Все уставились на девушку.

Тристис Имаген

Тристис воспользовался повисшей паузой, чтобы получше обдумать и попытаться мысленно собрать части сложившейся головоломки. Каждую секунду, каждую паузу в разговоре он пытался использовать для своих размышлений. Даже на заре своей карьеры, когда он ради продвижения по службе зубами и жезлом вгрызался в любое выданное ему дело, Тристис ни разу не был так поглощен расследованием как сейчас. В былые времена Имаген даже сосредоточиться не смог бы, попади он в такую ситуацию, и уж точно думал бы не о поисках истины, а скорее о том, как стоит говорить и что делать, чтобы спастись из опасной ситуации.

На пике своей карьеры Тристис был пятым замом главы императорской сыскной службы. Эх, как он тогда радовался и с каким рвением бросался на самые безнадежные дела, чтобы доказать правильность своего повышения! Только вот потом оказалось, что назначили его с целью нацеплять всех блох от темных делишек начальства и предшественника, который сразу после опалы Тристиса уже с 'очищенной репутацией' снова вернулся на его место. И все бы ничего, повысили, опустили, нашел работу в другом месте… Только вот в эйфории от повышении взялся за слишком уж безнадежное дело, потянул не за ту ниточку…Вот и приходится теперь сыщику высшей категории мотаться по захолустью, расследуя всякую бытовуху и ограбления. Даже формулировку придумали для оправдания такой низкоквалифицированной работы 'Назначение ведущим следователем сыскного округа с целью оперативной реакции и расследования возможных диверсий агентов враждебного государства'.

Впрочем, как показали последние события, какая-то логика (помимо обоснования понижения) в этом все-таки была. То, что случилось пару дней назад — это дело действительно имперского масштаба! Возможно, еще лет пять назад, сразу после опалы, Тристис цеплялся бы за него зубами, чтобы раскрытием поднять себе репутацию и снова вернуться в 'Большой Сыск'.

Теперь же, хорошенько обдумав произошедшие и вдоволь наездившись по глухомани, Тристис совершенно по-другому оценивал открывавшиеся (а точнее закрывавшиеся) перед ним перспективы. И эти оценки делали его еще печальнее. Впереди пугающей черной дырою развернулась неизвестность. Не раскроешь дело навешают всех блох, раскроешь — может, повезет и повысят, а может наоборот — намотают на свои жезлы и оборвут нить твоей жизни. Академики свято хранят свои тайны и тайны истоков Искусства и просто так давать их узнавать простым смертным не позволяют. Лишь только две вещи помогали Тристису не думать о пугающей бездне незнания впереди — воспоминания о старых-добрых временах и… погружение в мутный омут расследования этого загадочного дела.

Ник

— Легко же тут сдаются тайны следствия! — наконец-то отмерзла и обличающе хмыкнула Карина.

— С тем, кто сумел перестроить защитную систему тюрьмы без всякого жезла, — вышел из задумчивости Тристис и посмотрел на меня как бы ища в моей ауре подтверждения своих слов, — и взял под контроль артефакт, одна настройка и управление которым требует навыка Магистра Искусства, хочется быть максимально откровенным и дружелюбным. — Тристис слегка улыбнулся.

— Логично, — я вернул ему улыбку, создал еще один бокал и, наполнив вином, силовыми нитями поднес его сыщику. — Насколько я понимаю, сейчас я, тем не менее, являюсь как бы врагом империи? Преступником?

Тристис, не отводя взгляда от бокала, слегка помялся.

— Решать подобное не в моей компетенции, однако, на мой взгляд, никаких преступлений против империи вы не совершали. — Он искоса посмотрел на Карину. — К сожалению, есть один неприятный момент — девушка, которую вы прихватили, уходя из тюрьмы, все-таки является преступником и от того, что вы решите, зависит и отношения к вам. Если позволите ее забрать, то и никаких проблем с вами не должно быть, иначе вы сами становитесь преступником за помощь в побеге и укрывательство заключенного. — Все посмотрели на девушку, застывшую истуканом и переставшую переводить. Руки ее постоянно сжимались и разжимались, крылья носа от напряжения шевелились, а из под воротника появилась морда недовольного дракончика, который уставился на присутствующих и ощерил свою пасть в шипении. Правда самого шипения слышно не было, а вот горящие глаза и иногда появляющееся пламя изо рта — впечатляло. Глядя на пораженные лица сыщика и коменданта (тот второй искусник все так же был в «коме»), я хмыкнул.

— Что ж… Видимо не судьба. — Тристис и комендант перевели свои взгляды на меня. — Придется мне считаться у вас преступником. Не знаю, что натворила Карина, но уверен, что разногласия произошли по политическим вопросам. А политика…. это не для меня. Свою же помощь ей я обещал, а словами разбрасываться не намерен. Так что придется вам, как истинным сынам своей империи, искать меня, когда я уйду. Сначала соберу всю возможную информацию о моих амулетах, а потом уйду. Вместе с девушкой. И вряд ли у вас получится меня найти, и тем более, поймать.

В воздухе повисла неловкая пауза.

Тристис

Что ж, похоже неведомый искусник прав. Он выбьет всю информацию о артефактах и уйдет. Возможно, даже оставит в живых. Тристис наработал немалый опыт, расследуя различные тяжелые преступления. А с опытом развивается интуиция: он чувствовал, когда готовы убивать и идти до конца, а когда возможно и пожалеют. Тут она говорила ему, что их не будут трогать. Никоса, имя которого Тристис узнал при случайной обмолвке Карины, уточнявшей, как переводить одну из фраз, похоже занесло сюда случайно. Точнее какие-то причины были оказаться здесь у него тогда, двадцать восемь лет назад, но сейчас единственное, что волнует его — это возвращение артефактов и былого могущества. При этом он нисколько не опасается реакции Кордоских властей и возможной погони. И видимо решение никого не убивать будет единственно верным — боги не очень любят, когда уничтожают их жрецов. Причем, похоже бог стихий в оценке возможных действий Никоса был с Тристисом солидарен.

Еще когда сыщика направленным искусным или чародейским воздействием буквально внесло в комнату, он хоть и растерялся, но оценил ситуацию в первые же секунды. Комендант, несмотря на внешне спокойный вид и крепкие нервы был явно на взводе, аура и напряженные ноги выдавали его с головой. Рядом сидел знакомый ему городской верховный жрец. Кровь из носа и характерные признаки в ауре Адамуса говорили о том, что тот безуспешно пытался обратится в богу за помощью. Ну, а позы остальных участников разговора, девушки и парня (точнее с виду парня) явно говорили о их главенствующем положении.

Последующие события скорее добавляли вопросов, чем давали ответов. Тристис изначально предполагал высокополитическую подоплеку случившихся событий. Поэтому он и зашел к коменданту за кое-какими дополнительными бумагами, касающимися узников, так уж получилось, что почти все бумаги комендант 'конфисковал' у начальника тюрьмы. Но то, с чем он столкнулся напрочь перечеркивали его предположения по поводу сбежавшего узника. Язык, поведение, странная заклинательная школа явно указывала на его чуждость как чародеям, так и искусникам. Другой язык, похожий на смартанский и даймонский, незнание текущих реалий (не заметить в искуснике сильного жреца — это нужно уметь!), все говорило об этом. Тристис никогда не увлекался географией далеких от Кордоса стран. На практичный взгляд сыщика пустая голова до краев наполнена эрудицией, а голова умная изучает то, что действительно может пригодится в текущей и будущей деятельности. Теперь же жизнь ткнула его туда, где привычная картина мира расползается на части. Во многих знаниях много печали…

Ник

Все о чем-то задумались. Переварили то, что сказал я и обдумывали что-то свое. Впрочем я тоже от них не отставал. Похоже, сыщик не соврал, да и комендант врал лишь отчасти — информации о Умнике и бадди-компе у властей действительно нет. А значит мне нужно решить как я буду собирать информацию об Умнике, не нанимать же мне официально сыщика на работу, когда столько народу крутится здесь!

— Вы не сможете далеко уйти через горы, погода и стихии будут немилосердны к вам! — вдруг очнулся тот первый искусник. Взгляд его стал осмыслен, но некая… строгость во взгляде и… как бы сказать, полная уверенность в своих силах, что ли, так и плескалась в его глазах. Мне даже стало неуютно. Неуютно стало и сыщику, даже комендант поморщился от такого пафоса.

Мы с Кариной переглянулись. Странный какой-то искусник и реакция других на его слова странная. Непонятные какие-то слова в его положении. Или может там какие-то полумагические бури в это время творятся?

— А уж это меня беспокоит меньше всего. При желании я любую погоду себе наколдую! — Несколько провокационно ответил я, чтобы посмотреть на его реакцию.

— Движения стихий, кругообороты воды и воздуха — на все это воля богов и не тебе, смертный, за них это решать!

— Неужто? — хмыкнул я. Эк, как дяденька распоясался, похоже неубедительно я играю роль могучего и грозного высшего мага, если он такие диспуты устраивает.

— Боги, — назидательно продолжил я и даже вид сделал слегка высокомерным, чтобы еще сильнее позлить неприятного мне чела, — это не более чем гигантские умные энергетические паразиты. Они вселяются в своих жрецов через так называемый 'астрал', их устами заставляют себе молиться толпы, получают от этого энергию веры и жалкие крохи возвращают обратно в виде чудес, чтобы еще больше доверчивых баранов привлечь в свою паству! — что-то я завелся. В принципе мне всегда были по барабану боги, религии, вера. А тут меня как прорвало. Неужто на меня так действуют установки атлов, полученные при изучении инфомагии? А ведь в принципе до этого я не исключал наличия Бога, вот так, с большой буквы. Или у меня в голове все уже перемешалось? Боги-паразиты, демиурги, изначальный Бог, который был или нет… Возможно на меня так же повлияла и подмена понятий, ведь новые языки, понятия, биокомп в голове формируют у меня свое отношение к окружающему, к тому, с чем я сталкиваюсь… Интересная мысль, надо бы ее обдумать…

— Богохульник! — яростно прошипел тот искусник.

— Ага! — я слегка ухмыльнулся ему. — А почему такая острая реакция? Ну, посудите сами, возьмем какого-нибудь бога стихий. Чем от знаменит? Тем, что может управлять стихиями? Ну, это и я могу и много таких как я могут, и что, теперь и я — бог?

Глядя на недоверчивое лицо коменданта, спокойное с прикрытыми глазами — сыщика и почему-то злое — искусника, я слегка хмыкнул. Кстати, неплохо будет показать им свою типа «мощь», чтобы не думали что-то против меня потом делать. Для надежности я потянул за связи трех из кучи тусующихся под боком заранее вызванных для более быстрой реакции элементалей воздуха, и в нужный момент щелкнул пальцами. Ну да, выпендриваюсь, но ведь для дела! Давно хотел почувствовать себя немерено крутым магом, а тут и есть перед кем.

— Вот вам и доказательство. Как вам погодка? Не кажется, что было бы неплохо, чтобы дождик закончился? — надо сказать, что к данному моменту погода действительно испортилась, небо затянуло тучами и накрапывал дождь. Что, кстати, придавало некую мрачность и правдивость словам искусника. — Это ведь так приятно — омытая земля, смытая пыль с листьев деревьев, яркие зеленые цвета и робко выглядывающее солнышко, ласкающее нас своими лучами… — По мере того как я говорил сначала дождь потихоньку стал сходить на нет, затем резко посветлело и действительно лучи солнца стали ощупывать землю сквозь все расширяющиеся прорехи в тучах, пока те совсем не исчезли. Я открыл дверь на балкон пошире, чтобы почувствовалась свежесть воздуха и тепло от ярких лучей солнца — такие осязательные моменты запоминаются наиболее сильно. Мои же гости сидели молча. По сыщику трудно было что-то сказать, даже по ауре. Комендант испытывал дикое напряжение и… нет, не страх, а опасение, ожидание неприятностей… в общем муторно было у него на душе. Его знакомый искусник снова впал в транс и его аура закрутила разными цветами — хрен поймешь, в чем дело, но вроде не магичит — ничего похожего на это.

Тишина длилась и длилась, я прислушивался к звукам последних падающих капель, легким фоном доносящимся с улицы и смотрел на моих собеседников. Разговор вышел сумбурным, непонятным и в целом безрезультатным. Похоже мне все-таки не соврали и придется искать Умника своими силами. В какой-то момент я заметил, что Тристис с беспокойством поглядывает на своего собрата по ремеслу. Немного помявшись, он обратился ко мне:

— Могу я попросить вернуть мне контроль над моим снаряжением?

Все, кроме второго искусника с удивлением посмотрели на него. Комендант и Карина не поняв о чем речь, а я самой просьбе. Речь-то шла о снаряжении искусника, то есть о его жезле-поясе. Хм… интересно, к чему бы это?

«Возмущения пространства третьего слоя реальности»… Оп-па! Какого фига? — я огляделся в магическом плане и ничего необычного не заметил. Разве что аура первого искусника мне не нравилась. На всякий случай я подготовил свой боевой арсенал, проверил связи с элементалями и окутал себя со стоящей рядом Кариной, защитным куполом и на всякий случай выпустил своих лечебных сибионтов, которые помимо лечебных функций по сути хорошо выправляли деформированную ауру. Ну это так, на всякий случай.

— Готов открыться вам, чтобы удостоверить свою искренность. — С напряжением в голосе продолжил сыщик.

И что это значит? Ладно, попробуем. Я кивнул и тут же отметил, что внутренняя защита ауры Тристиса пропала, и он произнес:

— Я, Тристис Имаген, даю слово, что не буду использовать свои способности искусника против сидящего напротив меня человека. Мое слово действует в течение суток вне зависимости от ситуации и действий слово-получателя. — Аура подтвердила искренность Тристиса.

Я, несколько удивленный словами сыщика, посмотрел на Карину. Она пожала плечами и кивнула, вроде такое бывает. Ладно, посмотрим, что будет. В любом случае я не вижу особой опасности, готов к любому нападению, да и просто интересно, почему он попросил. Впечатление на меня сыщик произвел хорошее — адекватный и умный человек, который вряд ли будет пытаться воевать в этой комнате, где мы все так тесно и уютно сидим. Несколько секунд и доступ к поясу сыщика для него восстановлен. Тристис же, получив желаемое, пододвинулся к коменданту и активировал какое-то плетение из своего арсенала. Их обоих окутала дымка защитного поля. Я внутренне подобрался, а события тут же понеслись вскачь.

«Разрыв пространства третьего слоя реальности. Атака на внешние слои энергоинформационного поля.»

Я успеваю заметить, как аура искусника, пришедшего с комендантом, наливается ярко-белым светом. Глаза слепит. Атака, говоришь? Гадина! Н-на! Искусника сжимает в своих объятиях мой боевой полог, усиленный гравитационным ударом дракончика. Стул под мужчиной превращается в мелкую труху, стол за которым я сижу, задевает по касательной и он улетает в сторону. Однако искусник продолжает сидеть в той же позе в воздухе, а гравитационные возмущения вокруг него он даже не замечает. Комендант с сыщиком и Карина выпадают из области моего внимания — оттуда не чувствуется опасности и я выбрасываю их из головы.

«Деформирующее воздействие на седьмой слой энергоинформационного поля! Перехожу в боевой режим Прима-Щит».

Меня сотрясает внутренний удар. Кажется, что вселенная наступила пяткой мне на грудь, энергетические потоки организма искривляются, вызывая дичайшую боль. Перед тем, как в глазах все поплыло, успеваю дать команду всем элементалям на уничтожение сидящего передо мной…..человека?

«Блокировка внешних энергетических узлов для защиты от воздействия… Успешно… Тревога! Взлом седьмого энергетического узла!».

Мой череп в области темени пробивает раскаленный гвоздь. Кажется меня корежит и скручивает. Ничего не вижу, кроме фиолетового гвоздя, шевелящегося в моей черепушке. Кто-то далекий с садистским удовольствием вытаскивает гвоздь и снова его вставляет.

«Подключение внутренних резервов…. Успешно. Седьмой энергетический узел успешно заблокирован».

Я чувствую плавное уменьшение боли. Энергетические потоки организма начинают выправляться….

«Взлом шестого и четвертого слоя энергоинформационного поля!»

Сердце сдавливает, появляется апатия… Равнодушие? Любовь? Что это такое?

«Запуск фантомных энергетических демонов… Перегрузка демонов! Пять демонов не отвечают! Переход в режим прогрессивного резервного копирования структур шестого и четвертого слоя энергоинформационного поля… Копирование успешно опережает деформации структур… Атака на пятый слой — дублирующий первый… Возбуждение деформирующих звуковых волн…Заблокировано. Архивирование копий шестого и четвертого слоев выполнено. Нестабильные возмущения в области хранения архивных данных — предлагается произвести их дублирование на внешний носитель. Поиск сервера для сброса архивов… Атака на пятый слой отражена — структуры шаблонов организма восстановлены из локальной копии. Взлом второго эмоционального слоя! Начато резервное копирование основных параметров эмоциональной матрицы… Поиск сервера…»

Неожиданно я рассмеялся. Ярчайшее проявление счастья переполнило мою душу. Перед глазами мои руки, только маленькие — руки пятилетнего мальчика, получившего давно выпрашиваемую у родителей игрушку — пластмассовый автомат. До этого я только мечтал о таком, а воображение превращало обыкновенную палку в руках в этот вожделенный автомат. Сколько виртуальных врагов было из него убито!

…Листья ветвей дерева, закрывающих крышу бетонного гаража легко и нежно касаются моего лица. Сквозь колышущуюся завесу мелькает фигура старика-соседа, вреднючего старикашки! Это он убил нашу дворовую собачку! Н-на! Получи очередь в спину! Фигура ненавистного старика скрывается в подъезде, но я доволен — он свое получил…

«Происходит считывание эмоционально-визуальных образов! Заблокировать невозможно! Разрушение связей и эмоциональных привязок! Резервная копия второго слоя с отсутствием нарушений данных успешно создана, поиск сервера…»

Ненависть… Чувство бессилия, когда на твоих глазах несколько отморозков избивают твоего друга. До сломанных костей, вывернутых суставов рук и ног, до раздробленных пальцев и сломанной челюсти, а ты лежишь с отверткой в боку и не можешь даже вдохнуть, чтобы не то чтобы заступиться, а хотя бы просто заорать, чтобы кто-то откликнулся… а каждый твой слабый выдох лишь надувает кровавые пузыри на губах…

«Сервер найден. Для полного доступа необходимо прямое осознанное подключение носителя для подтверждения прав… В полном доступе отказано. Запрос аварийного канала для передачи архивных копий матриц энергоинформационного поля. Передать аутентичные параметры носителя для получения аварийного доступа? Предупреждение: аварийный доступ предполагает только внешнее надежное хранение данных без возможности их модификации на стороне сервера!»

Экстаз… Нет, не тот, который получаешь от слияния с женщиной. Не физиологический. Экстаз от отлично выполненной работы. Когда ТЫ САМ СМОГ придумать сложнейший алгоритм и не только его придумать, но и реализовать. Причем так, что он заработал без единой ошибки! А потом гордость за себя и легкое разочарование, когда спустя какое-то время, когда надо внести изменения, с трудом понимаешь его логику работы… Что? Передать логин-пароль? Ты что, дурак? Кому передать? А…. серверу для получения доступа… Да, конечно…

«Взлом ментального третьего слоя! Происходит внешнее прямое считывание информации из мозга! Экстренное включение плавающего режима перезагрузки сознания! Дополнительно во время перезагрузок предлагается использовать существующие возможности переключения потоков сознания… В связи с опасностью утери данных, подтверждения носителя не требуется. Активирую хаотическое переключение потоков в автоматическом режиме…»

Перед глазами вдруг поплыли образы, звуки, цифры…Эмоции как отрубило. А эта информация, что перед моими глазами, медленно стала утекать вдаль, теряясь от взора. Вот роддом и медсестра, наклонившаяся надо мной. Что она там говорит? Сама ты зассыха! Быстрая перемотка вперед… Вот я гордый иду с блестящим портфелем в виде ранца за спиной на первый урок в первом классе. Здравствуйте, Ирина Валерьевна! Как молодо вы выглядите! Быстрая перемотка вперед….Вот Ирка, на ножки которой я искоса посматриваю на уроке физики, за что получаю линейкой по столу. Ну, что поделать, Лариса Петровна! Гормоны! Нет, этого я не говорю, это я только думаю про себя… Что? Какой-такой плавающий режим? Зачем? Ты вообще кто такой? Персональный модуль управления реальностью? Да ты гонишь! Нет? Ну ладно, применяй… А, уже применил? Ты такой забавный…. Ой, что это?

Туман перед глазами тяжелыми каплями стал сходить на нет. Полоса здесь, пятно там… Наконец картинка перед глазами стабилизировалась. Эге! А что тут произошло? Стен комнаты, где мы все так уютно сидели, нет. Крыши нет. Я поднял голову, овеваемую ветром — в небе летали куски здания… Де жа вю… Блин. Вроде я не программировал элементалей на такое, или сумел-таки? Что-то спину ломит… Я пошевелился…Уй! Что ж так больно-то?. Все мышцы будто вывернули наизнанку, как будто боль спряталась в уголке и выскочила с криком «Сюрприз!» когда камень под спиной явил себя моему…взору…

Я похлопал себя по щекам, пытаясь вытряхнуть из головы лезущий туда бред. Находясь в полусидячем положении, я опирался на разрушенную стену. В полу бывшей комнаты бросилась в глаза яма. Никакой мебели не осталось. А где все? Что-то повисло на реснице, мешая обзору. Потерев пальцем глаз и посмотрев на него с удивлением отметил кровь. Моя что ли? Вытер лицо — вся ладонь в крови. Хм… а ведь и остатки пола и здания ею заляпаны… как и моя одежда, будто меня из ведра облили. Я глубоко вздохнул и чуть не закашлялся от приторного тяжелого запаха крови, шибанувшего в нос. Упс! Что-то в голове щелкнуло и зрение легка потеряло фокус.

«Перезагрузка первого потока сознания».

Так… кажется все это был не бред. По ходу, надо валить отсюда, а разбираться потом. ГДЕ КАРИНА???? — Я вскочил на ноги и чуть не упал от резко вспыхнувшей во всем теле боли. Прошипев что-то нелицеприятное в сторону всех своих врагов, огляделся. Вон из под того камня проглядывает ее аура. Ну-ка!

Осторожно передвигаясь, я с помощью дракончика освободил завал. Фу! Повезло, жива и здорова — вокруг нее мерцало слабое гравитационное поле — ее Шустрик постарался. И, походу, он на последнем издыхании — энергии на такое почти не осталось. Я поделился с ним. И, когда он послушав меня, снял поле, с кряхтением закинул девушку себе на плечо. Пусть, она и мало весила под действием антигравитации моего дракончика, но я-то явно не в порядке! Щелк!

«Перезагрузка второго потока сознания. Рекомендуется покинуть место нападения. Вероятность повторного нападения — семьдесят процентов».

Угу. Так и поступим. Только интересно, как ты посчитал вероятность?

«Разрыв пространства третьего слоя реальности отсутствует, но напряжение на границе слоя, которое в данный момент еще достаточно высоко, исчезает по пологой гиперболе. Аппроксимированное время снижения напряжения до стабильных параметров — около половины биологического часа.»

Я подошел к обрывающемуся краю комнаты, поглядел вниз — толпы народа еще нет, но зеваки уже собираются. И как я буду выбираться отсюда? А… русский «авось» и кривая пока всегда меня выручали — я мысленно сплюнул через левое плечо и шагнул в пропасть…..

Где-то в другой части континента

Информационное эхо случившихся событий распространилось далеко за границы города и Кордоской Империи. И пускай его не заметило подавляющее большинство магов континента и обеих империй, но кое-кто, умеющий «видеть» и «слышать», уделил этому явлению значительное внимание.

На побережье, в сотнях километров от описываемых событий, стоял дом. Деревянный дом на сваях, хорошо защищенный и роскошный. С виду жилище какого-нибудь зажиточного даймона. Возможно он и покажется дворцом для какого-нибудь жителя окрестных территорий, но не для тех, кто побывал в настоящих дворцах правителей. Для них это лишь большая, красиво разукрашенная халупа. Хотя… если такой человек или нечеловек окажется искусен в магии и снизойдет до оценки сего сооружения магическим взором, он сразу поменяет свое мнение. Окружающей строение защите, особенно той, что отвечает за наблюдение и прослушку, мог позавидовать не один дворец. Одно только это указывало на то, что рука живущего умеет удлиняться, простираясь куда дальше окрестных территорий. Собственно, именно это сегодня и происходило. В главном зале находились двое. Один из них сидел на стуле, внимательно и терпеливо ожидая, когда находящийся в позе лотоса второй выйдет из транса. Время от времени терпение обрывалось и он ерзал на сидении, в очередной раз рассматривая окружающую обстановку, затем спохватывался, косясь на лицо медитирующего, готовясь принять правильную позу и выражение лица как только тот откроет глаза. Мысли же ушедшего в себя находились за границами этой комнаты и всех окрестных территорий. Постепенно он провел все необходимые обдумывания и измерения. Вернув свое сознание обратно, в пределы этой комнаты, он сразу же одарил ждущего его пробуждения внимательным взглядом центрального глаза.

Дешика

Дешика, глава одного из прибрежных даймоновских кланов дернулся. Сколько он ни старался, никак не мог привыкнуть к этому взгляду, пристальному взгляду глаза, который у большинства даймонов ничего не видит и всегда закрыт. Еще лет шесть назад он бы сказал, что не видит и закрыт у всех, но прошедшие годы вынудили его перевернуть вверх дном свои представления. Заметив, что собеседник держит паузу, Дешика привел мысли в порядок, собрал свое внимание в один пучок и полностью сконцентрировался на собеседнике. Он уже не надеялся обсудить те хозяйственные вопросы, которые они обсуждали ранее. Но именно это и удесятерило его внимание и концентрацию, если Истинно Видящий, да не абы какой, а сам Прозревающий Будущее, уходит в тонкие миры посреди важной беседы, значит случилось или скоро случится что-то очень важное, способное перевернуть с ног на голову многое в их клане.

— Душа мира открывает передо мной все новые тайны. — Глубокомысленно изрек медитировавший. — В отблесках всеобщего огня познания я увидел случившееся за много миль отсюда. В одном из городов Кордоса, империи падших, явился тот, кто сумел заглянуть в сердце мира и призвать множество духов стихий. В отблесках всезнающего пламени я разглядел лишь тени случившихся событий. Двое родившихся в империи падших, наблюдатель из принявших истинный путь людей вместе со Скользящим Между Тенями смогут восстановить полную мозаику произошедшего. На рассвете один из Истинно Видящих поведет их к месту, а несколько охраняющих облегчит и ускорит путь.

«Два человека, родившихся в Кордосской империи, а значит хорошо знающих местный язык и реалии, один скрытник, как таких людей теперь принято называть, и где-то трое-четверо даймонов — один Истинно Видящий и пару воинов моего клана», — расшифровал Дешика. Причем завтра они отправятся в путь, а значит нужно все подготовить к отправке прямо сейчас и дальнейший разговор откладывается. Вот чем ему нравились даймонские предсказатели, так это тем, что несмотря на витиеватый слог, говорили четкие, конкретные и понятные вещи, в отличие от прочих рас, предсказатели которых выражались так, что трактовать можно было десятками способов. Дождавшись легкого кивка, обозначающего, что можно идти, Дешика поклонился собеседнику и направился к выходу. Как это ни печально, но похоже, сегодня ему придется отправить в поездку треть из оставшихся дома воинов клана и единственного скрытника. Не то, чтобы это как-то сказывалось на безопасности — в поселении остаются маги и воины Истинно Видящих, каждый из которых значительно сильнее воинов его клана. Однако как-то было не по себе, две трети магов, все торговцы клана и почти все воины были направленны в торговые миссии, разведывательные рейды или в экспедиции за артефактами древних. Что касается остальных, то они большую часть времени проводили или на тренировках под руководством Истинно Видящих или на хозяйственных работах. Не то, чтобы как-то страдало благосостояние и могущество его клана, наоборот — артефакты и знания от Истинно Видящих обогатили его клан и значительно увеличили его боеспособность, впрочем как и остальных кланов, принявших Истинный Путь. Однако отсутствие полного контроля за происходящим, большая загрузка и невозможность конвертировать половину денег в роскошь и праздный образ жизни (почти все заработки уходили в развитие) очень нервировало Дешика. Он был постоянно раздражен, иногда даже срывался на подчиненных. Тем не менее, даймон верил в светлое будущее, великую миссию и правильность принятого когда-то решения.

А началось все пять с половиной лет назад. Тогда некоторые даймоны из его и соседних кланов стали видеть пророческие сны. В них к ним приходили духи-хранители даймонского рода и раскрывали им глаза на прошлое, настоящее и будущее всей их расы. Перед ними вставали далекие картины прошлого, когда их народ был могуч и силен, а брахманов боялись даже боги. Перед их мысленным взором проносились года и столетия, когда их народ постепенно набирал мощь и знания. Времена золотого века, века любви и процветания. И его окончание, когда возгордились даймоны своим могуществом и перестали развивать науки и магию, постепенно забывая даже уже полученные знания, перестали наставлять младшие народы на путь истинный. Гордыня, приведшая к беде. Темные боги и злые духи этого и других миров увидели это и развернули свою деятельность. Обманом и силой они принуждали младшие расы, особенно людей поклоняться себе, в обмен на жалкие подачки верующие отдавали богам свою прану. Постепенно, набирая силу, боги рискнули и стали заставлять и даймонов принимать свою веру. И только тогда, погрязшие в гордыне, правители и брахманы заметили опасность. И началась ВОЙНА. Война, равной которой не было раньше, война, поставившая их народ на грань гибели. Слишком много праны накопили темные боги, слишком велико было их влияние на младшие расы, большинство которых выступило на божественной стороне. Ценой жизни лучших воинов и брахманов даймонам удалось переломить ее ход. В финальном сражении темные боги были изгнаны из этого мира, сам великий брахман Торонт вместе с учениками отдал свою жизнь, чтобы запечатать вход в их мир. Лучшие умы сгинули в горниле войны. Среди победивших начались свары, наступили темные века, эпоха распада. Со временем даймоны утратили истинное знание, третий глаз. Глаз мудрости и истинного познания закрылся у их расы, они опустились до уровня младших народов. Между тем пески времени и постоянное давление темных богов подтачивали преграду, поставленную великим брахманом и некому было ее восстановить — ни деградирующим и забывшим историю своего рода даймонам, ни погрязшим в своих сварах младшим расам. Наконец, темные боги стали снова просачиваться в этот мир, подобно плесени они начали распространяться в людских империях. Еще пару столетий и боги наберут силу, чтобы навечно заключить в рабство людей, даймонов и другие народы. Но есть луч надежды в темном царстве. Всегда рождались даймоны тянувшиеся вверх, желающие возродить и превзойти величие своих предков, избежать ошибок прошлого. По крупицам они собирали и восстанавливали Истинное Знание. С помощью своего ума, настойчивости и пробуждения духов предков, они смогли возобновить, а кое-где и превзойти знания предков. Глаз мудрости, видящий Истину, открылся у хранителей. К сожалению, их было слишком мало, чтобы укрепить преграду от богов, часть из которых уже пробралась в этот мир. Поэтому они стали путешествовать, находя осколки великого даймонского рода, передавая ему свои знания и восстанавливая его могущество. Пять лет назад, через полгода после появления пророчеств из далеких земель приплыли хранители, Истинно Видящие. Даймоны, чела которых коснулась печать знаний и третий глаз вернул свою силу. Дешика и его клан был первым, кто дал им кров и встал под их знамена. Еще раз окинувши мысленным взором все произошедшее с тех времен, Дешика подивился своим сомнениям, расправил плечи и с гордо поднятой головой отправился готовить отправку отряда.

Если бы Дешика видел взгляд, направленный ему вслед, он бы очень удивился. Стоило главе клана отвернуться, как глубокомысленность «Прозревающего Будущее» как ветром сдуло, вместо него на лице демона засияла ироничная улыбка. Он не переставал удивляться особенностям местных даймонов, как они себя называли. Хитрые, изворотливые, практичные и скрупулезные в найме, торговле и бытовых вопросах и одновременно чудовищно наивные в во всем, что касалось веры, духовности, философских, научных и идеологических вопросов. Готовые при правильном подходе поверить в любые идеи, преподнесенные под правильным углом и правильным образом, и ради этих идей пройти через любые преграды и лишения.

Дождавшись закрытия дверей, демон подошел к столу, вытащил из ящика амулет связи. Через пару минут раздался осторожный стук в дверь.

— Прозревающий, я внимаю…

— Заходи, Рама! Ты что, не видел, все местные вышли! Так что выбрось этот долбанный пафос, огонь тебя побери! Дай мне хоть чуть-чуть пообщаться нормально!

— Прошу прощения, учитель, я перестраховывался.

— Ладно, располагайся. — Кивнул «предсказатель». — Сразу к делу. В Тонких мирах мне открылось… тьфу ты, пламя меня сожри! Такими темпами через годик-другой сам поверю в те сказки, что мы наплели местным. Вот уже поговорить нормальным слогом не получается, ото всюду вылазит этот пафос! Жду-не дождусь когда же мы наконец-то свернем этот маскарад!

— Учитель! Но ведь на совете экспедиции все пришли к единому мнению и выбрали именно этот способ налаживание отношений с местными демонами как наиболее быстрый, мирный и бескровный. Также, как и решение о том, что правду нужно будет раскрывать постепенно в течении двадцати лет, иначе мы потеряем влияние, кое-где могут возникнуть волнения и дойти до кровопролития.

— Да знаю я, знаю. Только легче от этого не становится. В общем, я, а точнее наши ищейки, обнаружили в астрале следы массового призыва элементалей и возможное использование драконьей магии. Это произошло в Кордосской империи, где-то ближе к границе. Точное место определить я не смог — слишком размазанные следы. Поэтому я приказал сформировать отряд из местных: пару человек из Кордоса и немного охраны из местных демонов. Сможешь провести отряд по астральной метке, узнать все окрестные новости (такое событие вряд ли осталось незамеченным) и разобраться в сути происходящего?

— Антистихийные амулеты и амулеты против драконьей магии брать?

— Не стоит. Ваша задача — наблюдение и расследование, никаких боевых действий. Да и против полноценного дракономага, окажись он настроенным враждебно, неважно, будет это дракон или человек, без сильной поддержки из астрала вы и минуты не продержитесь, даже в три слоя обвешавшись амулетами. Да и маловероятно это. Думаю дракономаг, если он там и был, уже давно ушел. А вот жрецов опасайтесь. Если боги тоже заметили следы, они могут прислать жреческую комиссию для расследования. Лучше не попадаться им на глаза, но если дойдет дело до стычки, вызывайте астральную поддержку и действуйте по стандартной тактике, нанося удары по астральным каналам связи жрецов с богами на этапе их формирования. В сочетании с деланием ног это может дать вам возможность выжить.

Рама поклонился, принимая задание.

В небесах (сыщик и комендант)

— Ну и дела! — Инжи с опаской глянул вниз, стараясь не подходить близко к краю куска бывшего пола его комнаты, на котором они в данный момент находились. Сейчас этот кусок висел немного выше полуразрушенного здания резиденции. Хоть и не высоко, но спуститься без посторонней помощи вряд ли возможно. Инжи обернулся на звук, раздавшийся за его спиной. Тристис, еще не отошедший от ступора, поставил рядом два стула, волею судеб достойно перенесших катаклизм вместе с людьми, и взмахом руки предложил коменданту присесть.

— Эх! Выпить бы! — Инжи со вздохом уселся на предложенное место и с легким стоном наслаждения вытянул ноги. Еще пять минут назад он лежал на пару с сыщиком в шоке, выпучив глаза на происходящее. Но теперь он почти пришел в норму. Чудеса чудесами, а жить и работать надо. Сколь бы ни было странным произошедшее, но сейчас оно четко вписалось в картину мира: один очень сильный чародей схлестнулся со жрецом, попутно разнеся вдребезги целое здание. Конечно не все так гладко и понятно, но былой вояка надеялся, что старая добрая выпивка быстро вправит мысли на место и избавит голову от заморочек. Осталось только ее найти. Вдруг, заметив среди каменных обломков бокал, который посетивший их чародей создал на глазах у всех присутствующих, Инжи наклонился и, дотянувшись, поднял его. Сейчас, без жидкости внутри, он почти не чувствовался в руке — настолько был легок. И как только уцелел?

— Это легко исправить. — Отвечая на высказывание Инжи, подал голос сыщик и, достав из внутреннего кармана плоскую фляжку, плеснул ее содержимое в бокал коменданту, пролив пару капель мимо: рука Тристиса ощутимо дрожала. — Не совсем вино, да и крепость маленькая. Это специальная настойка вина на разных полезных травах, здорово бодрит. Ее рецепт мне поведал один благодарный целитель, когда мне удалось разыскать его пропавшего помощника. — Машинально пробормотал сыщик, затем поднял фляжку, комендант в ответ — бокал, и они выпили.

— Действительно, неплохо! — Инжи удовлетворенно улыбнулся, чувствуя, как по жилам растеклось приятное тепло, а из тела медленным ручейком стала уходить усталость и ломота. — Кстати, благодарю за помощь! Насколько я понимаю, если бы не твои действия, меня бы размазало по стене еще там, внизу. Так?

— Пустяки. — Отмахнулся Тристис. Знал бы комендант, что от защиты ровным счетом ничего не зависело, разве что от осколков уберегла. Окажись они с комендантом на полметра правее, размазало бы их несмотря на полностью заряженный жезл. Сыщик с легким любопытством глянул на улыбающегося коменданта. — Позвольте спросить… Я не вижу беспокойства на вашем лице. Вас не беспокоит все это? — он обвел руками окружающее, как бы намекая на их опасное положение, разрушение резиденции, но больше на последние события.

— Беспокоит, но не сильно, — комендант пригубил настойки и продолжил, — случившееся превышает уровень компетенции простого коменданта. Проблемы у меня конечно будут, но не настолько большие, как если бы было, не приди тот чародей, а на мне висело бы лишь нападение на тюрьму. Нападение — явно действия оробосцев, и мне могут вменить в вину плохую организацию внутренних служб города, допустивших подобное. С другой стороны, я тут новенький, еще не успел провести нужные реорганизации, что снимает с меня часть вины, но не до конца, в конце концов я УЖЕ отвечаю за происходящее в городе. Понимаешь?

Тристис с толикой уважения и зависти глянул на собеседника: хорошо тому, бывшему вояке — объяснил себе как-то произошедшее и не заморачивается. Впрочем, спокойствие и рационализм коменданта достойны всяческого уважения — мало кто способен рассуждать здраво после подобного. Сыщик медленно кивнул:

— Хорошо, что вы понимаете это. Могу добавить, что приоритет приезжающей комиссии, да я знаю о ней, явно будет смещен в сторону последнего события, в котором вам могут поставить в вину только ваше поведение с неизвестным чародеем, хотя там вряд ли можно за что-то зацепиться. Могу вас уверить, что со своей стороны буду свидетельствовать в вашу пользу.

Только легкий ответный кивок отметил благодарность коменданта, но Тристису этого было вполне достаточно. Что может быть лучше благорасположенности власти? В особенности, приобретенной в трудных условиях. Может на этой волне удастся чуть изменить свою жизнь, а то надоело уже расследовать криминальную мелочевку. Пора снова начать карабкаться наверх, шаг за шагом отвоевывая утерянные ранее позиции. Впрочем, оптимизм быстро выветрился из головы сыщика, как только он подумал о том, как могут воспринять власти то невероятное, что творилось в городе и что могут захотеть сделать с невольными его свидетелями. Будущее очень непросто, и куда оно повернет — вверх или вниз, пока никто не скажет.

Неожиданно сыщика выдернуло из построения планов на будущее крепкое ругательство коменданта. Бокал, в котором еще находилась добрая толика напитка растворился в воздухе, а жидкость, более не удерживаемая стенками сосуда, пролилась на руку и ноги сидящего мужчины.

— Почему это случилось? А, Тристис? — Глядя сквозь залитую руку, спросил Инжи. В его голосе проскальзывали нотки обиды. Неужто пролитое вино волновало его куда больше, чем разнесенное вдребезги здание?

— Это элементарно. Закончилась мана в создании искусника.

— Я не об этом. — Хмыкнул Инжи. — Я о ситуации в целом. И, кстати, почему ты называешь его то чародеем, то искусником?

— На последний вопрос ответить легко. Такое, — Тристис кивнул на мокрую руку, намекая на пропавший бокал, — чародей создать не может. Управлять же стихиями не сможет искусник.

— А чародеи могут? — полюбопытствовал Инжи.

— Их Повелители Чар могут. — Уверенно ответили сыщик, и чуть не добавил — «сам видел», но вовремя остановился. Совсем не хотелось ворошить свое прошлое и раскрывать его кому бы то ни было. Хоть Тристис и ответил утвердительно на вопрос коменданта, однако то, что он когда-то видел, мало походило на недавние события. Тогда даже Повелителю пришлось изрядно выложиться, чтобы вызвать шквал ветра и дождя. И после этого он был совершенно беспомощен. Посетивший же их чародей сделал подобное как-то легко, походя, что наталкивало на определенные мысли. Однако, данных пока было мало, чтобы делать конкретные предположения. — А на первый вопрос… — Тристис ненадолго задумался. — Мне кажется, чародей чем-то спровоцировал жреца на то, что тот обратился к богу. Потому что когда я вошел в комнату, я заметил, что он возносит молитвы богу. Вряд ли бы в простом разговоре жрец решился обратиться к своему покровителю свыше. — Сыщик вопросительно посмотрел на коменданта. Инжи кивнул головой:

— Чародей стал угрожать империи. Правда мимоходом, но видимо этого нашему искуснику-жрецу было достаточно.

— Тогда понятно. Не стоило ему такое говорить искуснику, даже в шутку.

Сыщик не стал говорить еще об одной версии, что чародей просто не знал о жрецах и их могуществе, так как был найден в начале войны, когда оные еще не успели проявить себя в полной мере, а искусника посчитал слишком слабым, чтобы спокойно угрожать империи. Конечно тогда странным выглядит поведение девушки, не предупредившей напарника об опасности. Впрочем, вспоминая как она чуть ли не смотрела тому в рот, сыщик заключил, что она просто чрезмерно полагалась на него и считала, что он знает что делает. Немного подумав, сыщик решил эту версию откинуть, слишком уж со знанием дела говорил чародей про то, зачем боги используют людей, наверное он все-таки провоцировал.

— Я не очень силен в религии. Почему бог наблюдал через жреца, а не сам?

— Что бы там ни говорили, — хмыкнул сыщик, — боги не всесильны. Я как-то интересовался этим вопросом, — Тристис задумчиво потер свой подбородок, — разговаривал с некоторыми жрецами, теми, которые согласились ответить на мои вопросы. На эту тему они неохотно говорят… Да… Так вот, я пришел к выводу, что прямое присутствие богов у нас, так сказать «во плоти», несколько затруднительно, хотя и возможно. Поэтому они находят людей с определенным складом ума или способностями, которые и становятся жрецами.

— А почему люди соглашаются? От этого есть польза или выгода лично для жреца? — полюбопытствовал комендант. Рассказ сыщика, проясняющий многие вопросы, его очень заинтересовал. После проигрыша жреца Инжи стало как-то неприятно вспоминать об обращении к тому за помощью. Стыдно сказать, у него даже мелькнула мысль о принятии веры, если бы Адамус через бога смог решить его проблемы. А слабым поклоняться нельзя — в этом комендант был уверен однозначно. Зачем поклоняться тому, с кем может справиться чародей или искусник?

— Отказаться-то можно. Только к каждому человеку можно подобрать ключик. Кто-то хочет жить долго, у кого-то есть проблемы…

— И что, боги помогают в этом?

— Не знаю. — Виновато улыбнулся сыщик. — По мелочам-то точно помогают, а вот в остальном… Сами понимаете, никто из жрецов на эту тему говорить не будет, это всегда глубоко личное…

— Так вот, — продолжил Тристис, — жрецы являются людьми, посредством которых бог может наблюдать за нами, влиять на нас, наш мир. Видимо им так проще. Исходя из своих умозаключений, я считаю, что напрямую общаться с нашим миром, или с нами, для богов несколько затруднительно (иначе зачем жрецы, кроме как для привлечения новой паствы?), но я не исключаю возможности, что при особой необходимости эти сложности богов не остановят. — То, что к такому выводу он пришел только после поединка чародея со жрецом, сыщик решил не уточнять.

— Ну, а мы им зачем нужны?

Тристис пожал плечами.

— Для того, чтобы это понять, достаточно вспомнить, что они требуют взамен.

— Вера? — удивленно спросил Инжи. — И всего-то?

— Скорее всего. — Снова пожал плечами сыщик. — Но вполне возможно, что это лишь первый этап, когда больше дают, чем требуют. Сменится два-три поколения и присутствие богов станет вполне естественным и правильным, а их требования, к тому моменту возможно сильно возросшие — справедливыми и единственно верными.

Оба мужчины некоторое время молчали, оглядывая окрестности.

— А красивый у нас город! — комендант, прищурив глаза от лучей солнца, смотрел по сторонам.

Тристис огляделся.

— Мне кажется или мы немного опустились?

— Похоже на то. — Согласился Инжи.

— Так вот, — продолжил прерванный минутой молчания разговор сыщик, — по-видимому бог какое-то время присутствовал при нашем разговоре с чародеем. Первый выпад чародея в сторону империи заставил жреца вызвать бога, но тот только появился и никак себя не проявлял. Все-таки бог — не безотказный исполнитель желаний и просьб и по идее должен реагировать только по необходимости. Иначе никакого почтения к нему не будет. А вот когда чародей походя покусился на то, что считается прерогативой богов… Вы же помните какого бога был наш жрец?

Инжи кивнул.

— Такого покушения на свою власть бог и не потерпел… Хорошо, что я понял, к чему все ведет и я благодарен чародею, что он поверил моему слову и вернул власть над моим «жезлом», — Тристис постучал пальцем по поясу.

— А почему ты не предупредил чародея? Может быть удалось бы избежать разрушений…

Интересную позицию все же занял комендант, — подумал сыщик. Во время разговора было явно видно, что он надеялся на жреца и его победу. Похоже наверх комендант поднялся не просто так — у него в крови чувствуется склонность занимать сторону победителя.

— Я не самоубийца. — Хмыкнул Тристис. — Кто я такой, чтобы влезать в разборки между богом и Повелителем Чар? Да и интересно было посмотреть. — Последнее он пробормотал очень тихо, почти про себя.

— Ладно. — Комендант встал и снова выглянул за край обрыва. — Как будем выбираться отсюда?

— Придется своими силами. — Сыщик о чем-то думал, поглаживая свой пояс.

— Может подождать? Пусть нам закинут веревку.

— Лучше не ждать. — Выглянув за край и что-то прикинув, сказал сыщик. — Не знаю, что за силы держат в воздухе наше место заточения, но они могут уйти в любой момент. К тому же веревка у нас есть и ее длины сейчас должно хватить…

Инжи с удивлением увидел, как сыщик отцепил от пояса декоративную бляшку, на деле оказавшейся легким и крепким креплением со скрытым внутри крючком, и потянул за нее. Изнутри пояса потянулась очень тонкая веревка, вернее даже не веревка, а нить. Заметив заинтересованный взгляд коменданта, Тристис пояснил:

— Мне несколько раз довелось побывать в ситуациях, когда было сложно без веревки, поэтому я заказал у одного глухого кузнеца это устройство. Глухой-то он глухой, но его руками явно водил бог.

— Какой?

— Не знаю. — Улыбнулся Тристис. — Не удивлюсь, если вскорости мы узнаем, что у нас появился новый бог, покровитель искусств и ремесленников. А здесь мне все равно пришлось самому поработать над веревкой, чтобы она выдерживала вес человека: все-таки она слишком тонкая, но мой вес держит. — Он взглядом смерил фигуру коменданта. — Да и ваш выдержит.

— И что, ты постоянно таскаешь с собой веревку?

— А почему нет? — пожал плечами Тристис. — Практически ничего не весит, неудобств не доставляет, а понадобиться может в любой момент.

Инжи только пожал плечами, оставляя без комментариев причуду сыщика.

Дальше все прошло довольно быстро, что говорило о большом опыте сыщика в подобных делах. Обернув один конец веревки за торчащий кусок стены и закрепив ее металлической поясной бляшкой, он надел пояс на коменданта.

— Оберните руки тряпкой, а то порежетесь о нить.

Комендант кивнул и не найдя ничего подходящего, отрезал рукава своей рубашки, намотал их на ладони и встал у края, взявшись за неощущаемую руками веревку. Тристис напоследок что-то отцепил от пояса и оставил себе, а веревка под действием веса Инжи стала медленно вытягиваться из механизма, скрытого в поясе. Сыщик убедился, что процесс спуска идет нормально и еще раз оглядел окрестности. Внизу суетились люди, отряд стражи уже ожидал коменданта, а примерно в квартале от бывшей резиденции Тристис разглядел лежащие фигурки других жрецов бога Диса. И это были явно не те жрецы, что сопровождали Адамуса, так бесславно отдавшего свою жизнь во имя бога, которому он служил. Быстро отбросив все маловероятные версии, Тристис оставил одну, пусть и спорную, но единственно объясняющую наличие других жрецов. Эта версия говорила о том, что при необходимости бог может использовать всех своих жрецов одновременно. И скорее всего их использование дает ему бОльшую свободу действий. Эта версия подтверждала предыдущий вывод сыщика, что через жрецов богам проще и удобнее работать с тварным миром.

Тристис про себя вздохнул. Ему еще предстояло потратить немало времени, чтобы зарядить маной полностью разрядившийся поясной жезл, который с успехом противостоял отголоскам безумства закончившегося боя, да и личных запасов почти не осталось… А это трата времени и сил.

Убедившись, что комендант благополучно спустился, Тристис присоединил к нити, ведущей вниз, заранее отстегнутый от пояса специальный держатель. Тщательно проверил его сцепление с нитью и, бросив прощальный взгляд на приютившую их с комендантом площадку, спрыгнул, надеясь на то, что успеет спустится до того, как держатель слишком сильно разогреется от трения. Сейчас, когда сил осталось всего ничего, появление ожогов было крайне не желательно.

Толлеус. Искусник.

Пара детских глаз внимательно следила за путником в сером плаще до самой земли, медленно бредущим по пустынной улочке. Злое солнце пускало веселые солнечные зайчики от его блестящей, словно зеркало, лысины. Парило немилосердно. Листья деревьев, выглядывающие над стенами дворов, застыли в горячем воздухе. Тук-тук-тук — цоканье посоха по булыжнику, да тяжелое дыхание старика — и больше ни звука.

Подросток уже какое-то время крался сзади, выжидая удобный момент. Дворовые стены сходились близко, превращая улочку в узкий коридор. Двоим можно разойтись, но не с таким толстяком, что бредет впереди. Но вот старик решил передохнуть, привалившись к шершавой каменной стене и взявшись обеими руками за посох. Парнишка стрелой метнулся вперед, в три прыжка настигнув жертву, и ловко выхватил заранее примеченный кошелек. Секунда, и он уже далеко. Куда там деду догнать его! — С этой мыслью он полетел вперед, не в силах двинуть ни рукой, ни ногой, основательно расквасив нос о мостовую.

Старик поудобнее перехватил посох и своей шаркающей походкой заковылял к незадачливому воришке. Завладев своим кошельком, он медленно отправился дальше.

— Господин!.. — пискнул паренек в удаляющуюся спину.

Тот на секунду замер и неожиданно глубоким для своего возраста голосом буркнул:

— Полежи пару часов, тебе полезно. Потом само пройдет. — И более не оборачиваясь отправился дальше по своим делам.

Толлеус. Город.

Доковыляв до одной из главных улиц, Толлеус сразу же поймал экипаж из тех, что всегда готовы подвезти приличного человека за пару монет. Очень удачно, надо сказать — старик изрядно устал, да и солнечное пекло недвусмысленно намекало о скорой грозе.

Развалившись в коляске и стерев пот, Толлеус с наслаждением вытянул натруженные ноги. Из-под подола дорогого плаща показались старые растоптанные меховые башмаки, на которые возница покосился с явным неодобрением. Пусть его — доживет до старости, поймет всю прелесть мягкой удобной обуви перед новомодными туфлями, придуманными не иначе как заплечных дел мастерами.

Под мерный неторопливый стук копыт Толлеус погрузился в невеселые размышления. Здание тюрьмы, где он проработал в качестве настройщика насосов маны без малого сорок лет, полностью разрушено оробосцами. И восстанавливать его скорее всего уже не будут. А значит, прощай работа.

Нет, денег-то хватит: опытный искусник всегда сможет заработать себе на кусок хлеба, но уж очень удачное место было. Конечно, карьеры на нем не сделаешь, так ведь не о том речь. Мало того, что тюрьма стояла прямо возле дома, так еще и прямой доступ к манонасосам… Вот где теперь прикажешь брать энергию для амулетов? Даже в другой тюрьме, если переведут, такого удачного расклада не будет. Мановклад каждого заключенного можно предвидеть. Если манопоток на выходе будет ощутимо слабее, сразу же назначат проверку. Обнаружится утечка — влепят халатность с понижением, а за незаконное подключение к каналу и вовсе жезл отберут.

А тут был чародей, который на протяжении без малого тридцати лет исправно давал в разы больше маны, и кое что из этих излишков вполне можно было присваивать, не вызывая подозрений. И как теперь? Конечно, Толлеус надеялся, что чародей не проснется — все засыпали: кто через пару лет, кто через десяток. И так этот держался дольше всех. И ушел не как все. Птица высокого полета. Наверное, из их старших чародеев. Оробосцы редко устраивают заварушки ради своих людей. А тут расстарались. Да так, что теперь новую работу искать надо.

Эх, зачем прошлое ворошить? Думать надо, как жить дальше. Несмотря на гладкое течение жизни, старик готовился ко дню, когда чародея не станет. Дома есть кое-какой запас. Хватит на пару-тройку лет. А потом? А потом амулет, — Толлеус погладил себя по груди, — встанет. Маны нужно много — столько не заработать честным трудом искусника. Остается махровый криминал, а не безобидное казнокрадство. И это не хорошо.

Большого смысла ехать в комендатуру (а именно туда тостяк и направлялся) не было. Ну, в лучшем случае предложат какую-нибудь должность на рудниках — присматривать за системой безопасности. Далеко и неперспективно. Или официально расторгнут контракт. Но пока он должностное лицо, и встреча назначена — явиться нужно.

Плохо только, что комендатура стоит рядом с храмом. А это значит, опять зазывать будут. Лицо Толля брезгливо скривилось. И ведь знают, куда бить! Давить будут в самое больное. И никуда от них не денешься! — Старик тяжело вздохнул, готовясь к неизбежному.

И действительно, лишь только коляска, скрипнув на повороте, нацелилась на храм, в затылке заныло. Толстяк, сжав зубы, стал сопротивляться неделикатному вторжению. Боль нарастала, и конечно старик сдался. В голову полезли образы, заслоняя городской пейзаж.

Вот Толлеус, молодой и здоровый, уверенно попирает ногами землю, ввот дочь с румяным малышом на руках, который машет пухлыми ручками и счастливо гулит. Вот личная оборудованная мастерская с помощниками. И конечно, слава, признание, богатство… Надо только войти в храм и принять эту прекрасную белоснежную мантию. И тогда бог позаботится о своем новом жреце…

Видение сошло на нет, и Толлеус затряс головой, прогоняя остатки морока. В уголке глаза заискрилась слезинка. Заманчиво, ох как заманчиво! Потому-то и называется Искушение. Вот только вранье все, от первого до последнего образа. Хотя многие ведутся, особенно молодые. Но тем пожилые и отличаются от молодежи, что опыт нажили. Как, скажите на милость, бог вернет умершую жену, которая-таки пошла служить богу, моля о дочери? И где та дочь?

Старик с завистью покосился на возницу — кому-то боги не досаждают своими видениями. Не каждый человек богоизбран: жрецов мало. И почему именно он оказался среди 'счастливчиков' для сомнительной миссии нести слово божье, старый искусник не знал и знать не хотел. Избавиться бы от назойливых видений. Только как объяснить богам, что ему с ними не по пути? Потому что эти могущественные существа себе на уме — не помогут даже в том, что могли бы сделать — в этом старик был уверен. Всю свою долгую жизнь он боролся за каждый день и понял одну вещь — никто никому ничего не делает бескорыстно. Таков закон природы. Поэтому все, чего он достиг — это только его заслуги.

Экипаж, наконец, миновал здание храма и, подрагивая на крупных булыжниках, покатился дальше. До комендатуры оставалось совсем чуть-чуть, но до грозы попасть внутрь Толлеус не успел: налетел шквал, заставив лошадь испуганно заржать. Толстяк вздохнул и поплотнее закутался в плащ. Когда повозка, наконец, остановилась у крыльца, на землю упали первые тяжелые капли, а небо расколола исполинская молния. Старик с завистью смотрел, как какая-то молодая дама, лихо обогнав его на лестнице, скрывается внутри комендатуры, лишь кивнув стражникам в начищенных до зеркального блеска кирасах. У него так просто и быстро миновать охрану не получится.

Идентифицирующая метка в порядке, встреча назначена, посох сдал без разговоров — тут никаких проблем. Проблема была с амулетом. Как законопослушный гражданин, Толлеус распахнул перед стражниками плащ, продемонстрировав свою экипировку. Да и не утаишь ничего — слишком фонит, а вокруг полно датчиков.

По сути, у старика был даже не амулет, а целая жилетка на металлическом каркасе, нафаршированная переключателями, лечебными и защитными плетениями, запитанными от кристаллов маны. Большая тяжелая конструкция — любой в ней покажется толстым. Уникальная разработка самого Толля, по сути — дело всей его жизни и вся его оставшаяся жизнь. Перестанет действовать амулет, встанет сердце, откажут почки и печень. Слишком несовершенно человеческое тело. Знахари разводили руками — со временем не поспоришь. Болезнь болезнью — ее можно вылечить. Но разрушения, оставленные ею — навсегда. Рану можно заживить, но шрам все равно останется. А старость — она как болезнь, оставляющая шрамы по всему телу. Ее можно отсрочить Искусством, но поврежденные органы не заменишь.

Искусство — в нем сокрыта великая сила. Когда-нибудь люди научатся с его помощью делать невозможные сегодня вещи. Может даже создадут защиту от старости. А сейчас Толлеус один на один со смертью, и только амулет стоит между ними.

Старик не питал иллюзий — он совсем не великий искусник. У каждого свои резервы и выше головы не прыгнешь. Только опыт дорого стоит. И еще разум. Давно, столетие назад, в годы обучения в Академии тогда еще молодой Толлеус выбрал специализацией 'проектирование над-плетений'. Направление вроде бы простое, но с подковыркой: чтобы сделать удобный для искусника вывод на плетение, надо представлять себе действие этого плетения. А если надо подключить плетения древних, найденные в раскопках, то и вовсе хлопот полным полно — слишком у искусников прошлого все было по-другому: красиво и сложно.

Так вот эта специализация, а также весьма скромный запас маны и подтолкнула юного выпускника пойти дальше — в кристалловедение и жезлостроение. А потом уже самостоятельно изучать амулетистику. И то правда: зачем тратить даже крохи энергии на активацию плетения, если все то же самое можно сделать с помощью простейшего амулета? Тогда даже простой человек, не обремененный магическими познаниями, сможет им воспользоваться.

На входе Толлеус застрял надолго: пока вызвали дежурного искусника, пока тот осмотрел жилетку и подтвердил ее жизненную необходимость, потом опломбировал манокристаллы… Все это время старику пришлось топтаться у дверей снаружи под потоками воды в метре от гостеприимно распахнутой двери.

Проклиная бюрократию и оставляя за собой ручейки воды, старый искусник заковылял по коридорам — без посоха идти было вдвойне тяжелее. Благо, недалеко.

Толлеус. Комендатура.

Битых два часа уставший старик бродил по кабинетам. Зачем-то еще раз стали спрашивать про крушение тюрьмы, интересовались всем необычным и подозрительным. Какой в этом смысл? Следователи уже не только выспросили все не по одному разу, но также тщательнейшим образом запротоколировали каждое слово. Потом было ожидание, пока переформируют личную метку искусника — уже без права посещения служебных помещений тюрьмы. И то верно — тюрьмы нет, и помещений большей частью тоже. Да и вздумай походить по развалинам — не пустят: все оцепили в ожидании комиссии из столицы.

Толлеус встрепенулся было, когда отправили на замер магического потенциала. Но миловидная девушка тут же охладила его пыл, честно предупредив, что перспективных мест сейчас в администрации нет.

Поэтому когда неожиданно здание заходило ходуном и начало разваливаться, старик поначалу даже обрадовался — очень уж это отвечало его чаяньям. Только в следующее мгновение, когда одного из немногочисленных посетителей придавило упавшим с потолка камнем, Толлеус очнулся и начал действовать. Плевать на правила — он сорвал пломбу с манокристалла, ограничивающего подачу маны. Где-то возможно тревожно тренькнул датчик. А может и нет — сигнальный контур рушился вместе со зданием.

Без жезла многого не сделаешь. И все же по-простому можно что-нибудь придумать. Толлеус поднял изуродованную артритом руку вверх и пустил по ней энергию из кристалла. Варварский метод, немыслимое расточительство драгоценной маны — бурлящим потоком энергии отклонять падающие сверху блоки, в то время как с помощью посоха можно было сплести изящное кружево тончайших нитей, делающих все то же самое, только почти даром. Или, если как сейчас, время поджимает, воспользоваться готовым плетением защитного купола, выпустить которое можно за два биения сердца.

У Толля в жезле было такое плетение, также как и умение плести кружево. Но не было с собой жезла.

И все же старик был все еще жив, медленно пробираясь прочь от эпицентра — он привык много тратить ради своего спасения.

Сзади что-то вспыхнуло на мгновение, и в спину ударил лютый разряд. Очевидно, сработала какая-то боевая защита здания. Искусный экран амулета, призванный в первую очередь защищать внутренности самого амулета от внешних воздействий, изрядно глотнув маны из кристалла, принял удар на себя. Попади удар выше, в незащищенную жилетом голову, старый искусник навсегда бы отмучился. А так он лишь повалился на заваленный каменным крошевом пол. Поток энергии из руки от падения ушел вперед, более не защищая человека сверху, зато расчистил проход. Толлеус на карачках благополучно 'выскочил' на улицу, если так можно сказать о черепашьей скорости его передвижения.

Толлеус. Настоящее искушение.

Убраться подальше он не успел: неожиданно, властно ломая сопротивление, навалилось Искушение. Да не полупрозрачные видения сквозь реальность, а странные, яркие образы, вытеснившие из головы искусника все остальные мысли.

Картины понеслись бешенной чередой, сменяя друг друга, как листы небрежно листаемой книги. Но в этот раз Толлеус чувствует, что может сам выбирать, что узреть — это чувство как наваждение, как вспышка. Вот серые страницы — что-то непонятное, чужое. Старику это не интересно — и страницы испуганно прячутся в темных закоулках памяти. Но попадаются другие — цветные. Искусник властно тычет в них пальцем и видения оживают.

ВСПЫШКА!

Толлеус на первой странице через огромное окно заглядывает в ярко освещенную комнату, где двое людей в белоснежных плащах и смешных белых шапочках склонились над трупом — отчетливо видно в развороченной грудине замершее сердце.

ЗНАНИЕ: это лекари.

Прикусив губу, он следит за людьми. Вот один на мгновенье прижал блестящий амулет к трупу, от чего тот аж подпрыгнул.

ЗНАНИЕ: Там грозовой разряд.

Вдруг мертвое сердце начинает судорожно сокращаться.

ОБЛЕГЧЕНИЕ. Чувствительные амулеты оживают, услужливо рисуя на картине какие-то цифры.

ЗНАНИЕ: вот температура, это пульс, время…

ВСПЫШКА!

Толлеус смотрит на картину — магическую картину во всю стену, где нарисованные персонажи двигаются как живые. Толлеус уверенно говорит: 'Первый канал' и картинка меняется, послушная его воле. Стоп!

ИНТЕРЕС. Люди в одинаковой зеленой форме в молчании сноровисто потрошат маленькими ножами бесчувственного человека.

ЛЕГКАЯ БРЕЗГЛИВОСТЬ. Один из них окровавленными руками вытаскивает из тела почку. Палачи? — Нет! Другой уже держит наготове новую почку, чтобы бережно уложить на место старой.

ВСПЫШКА!

Двое мужчин ведут под руки дряхлого старика и усаживают на мощное кресло на колесиках. Толлеус стоит в сторонке.

ОЖИДАНИЕ.

Колеса кресла начинают крутиться сами. Старик без посторонней помощи и не двигая ни руками ни ногами едет куда-то по своим делам, свободный как ветер.

БОЛЬ! ЯРОСТЬ! Старый пень проехал Толлю по ноге!

ВСПЫШКА!

Мрачное подземелье. Толлеус заглядывает через плечо здоровяку, сжимающему пузатый жезл. Из темных коридоров лезут… Люди? Нет, живые человеческие скелеты! — Здоровяк-искусник еле успевает разрушать их голубыми молниями из жезла. Толлеус, как приклеенный, следует за незнакомцем.

АЗАРТ.

Одной твари удается подобраться совсем близко, и она вцепляется в горло.

ЗНАНИЕ: Вред здоровью 50 %.

ДОСАДА.

Совсем рядом, в небольшом тупичке светится зеленый ящик.

ОБЛЕГЧЕНИЕ. Совсем рядом, в небольшом тупичке светится зеленый ящик.

Здоровяк забегает туда и с помощью Искусства мгновенно исцеляется.

ВСПЫШКА!

Огромное помещение — стены и потолок теряются вдали. Окон нет — очевидно, помещение вырублено в какой-то пещере. Всюду огромные, размером с дом, сундуки. Между ними снуют люди. Вот идет молодая девушка с короткими черными волосами.

ЛЮБОВЬ. Девушка залезает в большую желтую конструкцию со светлячком сверху, напоминающую фигуру человека. И фигура оживает, повторяя движения чародейки внутри. Голем! Таких Толлеус еще никогда не видел. Голем легко, словно игрушки, подхватывает огромные сундуки, переставляя их.

ВСПЫШКА!

Какое-то старое капище посреди дремучего леса. На покосившихся камнях светятся иероглифы.

СТРАХ.

В руках у старика другой жезл — железный прут с удобной деревянной ручкой на конце. Вокруг ни души, как и положено ночью на капище.

ЗНАНИЕ. Толлеус здесь не один. И точно — неожиданно со всех сторон появляются жуткие твари, жаждущие его крови. Искусник словно этого и ждал — целит жезлом в ближайший труп и активирует… Механизм? Плетение? — Визуальной составляющей нет, но чудовище, разбрызгивая черную кровь, падает и больше не двигается. Его судьбу разделяет второе, третье, четвертое… Их слишком много, они совсем близко! Толля хватают, острые зубы погружаются в его плоть.

РАЗОЧАРОВАНИЕ. До выхода осталось совсем чуть-чуть!

Он умер без сомнения, но продолжает мыслить. Чудовища исчезают — Толлеус снова в начале пути.

ЗНАНИЕ — он умер, осталось всего четыре жизни.

ВСПЫШКА!

Мужчина богатырского сложения с короткой стрижкой достает нож и не моргнув глазом режет себе руку до кости.

СТАРЬЕ.

А потом с ловкостью снимает кожу, как перчатку. Толлеус аж вздрогнул. Но что это? — У человека железные кости, соединенные хитрыми механизмами. Пальцы сжимаются и разжимаются без мышц. А кожа хоть и живая ткань — всего лишь бутафория.

УСМЕШКА. ХАЛЯВНО СДЕЛАНО.

Очевидно, что-то сломалось, и человек собирается починить свой великолепный протез.

ВСПЫШКА!

Вокруг темный лес — в свете луны почти ничего не видать.

ОПАСНОСТЬ.

Толлеус еле различает 'свои' руки, одевающие на голову повязку-амулет и мир преображается! Темнота исчезает, возвращаются краски. Появляются какие-то числа и надписи, разноцветные стрелочки услужливо показывают на что-то важное. Прячущаяся в траве мышь заботливо обводится зеленым контуром — она не опасна. И Толлеус не обращает на нее внимание.

ЗНАНИЕ — хищники будут с красным контуром. Старик своей волей увеличивает и уменьшает то, что видит.

ОБЛЕГЧЕНИЕ. Никого.

ВСПЫШКА!

Маленькая девочка без пальца.

ЗНАНИЕ — Толлеус собрался вырастить новый. Это невозможно!

ВОЛНЕНИЕ. ЗНАНИЕ — получится. Он подхватывает ребенка на руки и опускает в ванну.

ЗНАНИЕ — там не простая вода, а лечебный раствор. Толлеус начинает разворачивать плетения. Без жезла, совершенно непонятным образом.

ЗНАНИЕ — палец будет как новенький…

ВСПЫШКА!

Городские трущобы. 'Поле битвы' — на улице мертвые и раненые. Одно тело выглядит хуже других — обожженный обрубок человека.

СОЧУВСТВИЕ. НЕДОВОЛЬСТВО. ИНТЕРЕС. Толлеус видит сложнейшие искусные плетения от маленького амулета, который не дает душе покинуть изувеченное тело.

ВСПЫШКА!

Снова тот же калека — уже на кровати, а вокруг суетятся целители.

ПРОСВЕТЛЕНИЕ. Толлеус прогоняет их и начинает делать непостижимые вещи с аурой и жизненными нитями страждущего, переплетая их как будто это простые веревки. И обрубок на глазах превращается в молодую девушку.

ВСПЫШКА!

Схема. Хитрая схема-иллюзия висит в воздухе: разноцветные квадратики, стрелочки, кружочки.

ЗНАНИЕ — это Толлеус создал ее.

ГОРДОСТЬ. ЗНАНИЕ — это Толлеус создал ее.

Старый искусник по стрелкам отслеживает пальцем несколько точек на схеме, одновременно перед глазами появляется структура незнакомого плетения. Готового плетения — хоть сейчас в жезл клади.

ВСПЫШКА!

РАДОСТЬ. Полет. Высоко-высоко, как птица.

ВОСХИЩЕНИЕ. Внизу раскинулся величественный город. Красиво, аж дух захватывает.

ЗНАНИЕ — Толлеус только что сделал мелкую пакость — с помощью Искусства исписал одну из крыш далеких домов. Он увеличивает перед глазами картину: вот подпись: 'Ник Админ Рутович'. Буквы совершенно Толлеусу не известны, но он почему-то понимает, что написано.

ВСПЫШКА!

Знакомая обстановка тюрьмы — зала с заключенными.

НЕПОНИМАНИЕ, ДИСКОМФОРТ. Толлеус пленник. Он опускает глаза и видит, как по его молодому телу ползает, как живое, нарисованное черное существо. Он видел его раньше и думал, что это просто татуировка.

ЗНАНИЕ — это лечебный амулет.

ВСПЫШКА!

Толлеус лежит на земле возле развалин какого-то дома. Причем некоторые камни вопреки всем законам природы плавно кружатся в вышине. Солнце слепит глаза — закрыть их и не открывать никогда. Теперь это действительно его глаза и это его немощное тело распростерлось на мостовой. Дыхание с надсадным свистом вырывается из груди. Сердце бьется неритмично. Надо срочно отрегулировать стабилизатор легких и добавить энергии на сердце — дрожащей рукой старик стал шарить под плащом в поисках нужного вентиля. Горячая боль, пульсирующая в груди, отпустила. Теперь бы забыться на несколько часов, восстановить силы — он уже слишком стар для таких приключений. Но нельзя — надо найти жезл, а потом срочно домой — главный манокристалл пуст как колодец в пустыне. Жилет сейчас работает от маленького вспомогательного, надолго его не хватит. Толлеус из последних сил уцепился за уплывающее сознание — надо домой. Раз надо, значит надо. Ну и что, что больно? Всегда больно. Боль бывает сильнее или слабее, но она есть всегда. Сегодня боль всего лишь чуток сильнее — что ж, бывает, а не бывает, так есть. Нужно перетерпеть и идти. Зачем? Может, сдохнуть прямо здесь? Бог нынче одарил его воистину чудесными видениями. Лечебные амулеты небывалой силы, которыми люди пользуются походя, как ложкой за обедом, Искусство на грани сказок, доступное ему — Толлю. Самодвижущиеся экипажи и полеты в небесах… Такого не бывает. Зачем тогда жить и мучиться дальше? Зачем продлевать свои страдания? Да затем, что 'кое-что' всяко лучше, чем совсем ничего!

Собрав волю, старик открыл глаза. Как раз, чтобы увидеть, как высокий парень с девушкой на плече перешагивает через него. Тот самый узник, освобожденный оробосцами, который без малого тридцать лет исправно снабжал Толля энергией. А со щеки девушки в издевательской ухмылке щерила зубы картинка-амулет из видений.

Братья наши меньшие

Темнота ночного города милостливо скрывала троих людей, неспешно идущих по слабоосвещенной стороне улицы. Глубокая ночь еще не наступила, на улицах попадался припозднившийся народ, и наша троица пока не вызывала ненужного внимания стражи. Возглавлял процессию чародей Слурин, а два сопровождавших его воина играли роль телохранителей. Они не прятались, однако по возможности старались не привлекать к себе внимания. Придуманная на скорую руку легенда была не очень надежной, но пока работала — часто встречающаяся стража не обращала внимания на торговца с охраной, несколько дней назад официально въехавшего в город, при этом как и положено, зарегистрировавшегося в магистрате, о чем свидетельствовала специальная бляха с печатью. Дела заставили почтенного торговца отправиться на ночь глядя для неотложных встреч с другими уважаемыми торговцами, что, впрочем, совершенно не интересовало хранителей городского спокойствия. Время еще было не настолько позднее, чтобы вызвать подозрения их прогулкой, но если поиски окажутся безрезультатными, придется использовать чародейские приемы и на остаток ночи стать «ночными тенями», рискуя вляпаться в какую-нибудь искусную гадость, обильно понапиханную в этой части города, и чутко реагирующую на чародейство. Сегодня, вопреки логике, Слурин решил осмотреть центральную часть города, где жили в основном аристократы и просто богатые люди. Именно это и являлось причиной наличия большого количества различных искусных защит из-за чего их «прогулка» становилась более опасной. Особенно, когда опасность имеет вид не ночного грабителя, как в более бедной части города, а чего-то неопределенно-эфемерного. Приходится очень напрягаться, чтобы создаваемые чародеем исследовательские конструкты-разведчики не вызывали срабатывание искусных защит проплывающих мимо домов знати.

Предусмотрительность чародея уже не первый раз оправдывала себя — несколько раз их останавливал патруль городской стражи, исправно несшей свою службу в этой части города. Задав свои стандартные вопросы «Кто? Куда?», проверив бляху и наличие искусных печатей на мечах охраны, сопровождающей торговца, они продолжали свой обход. Каждый раз Слурин напрягался, в особенности при проверке печатей на оружии. Его раздражали местные городские правила — всем въезжающим в город вооруженным гостям необходимо обязательно ставить искусные печати на мечи и луки. Слурин считал, что это лишь дополнительный доход в городскую казну, хотя может так еще делают для наиболее быстрого решения иногда возникающих конфликтов между приезжими и местными: как только запечатанный меч доставался из ножен или распаковывался лук, печать ломалась, оставляя на окружающих предметах множественные искусные метки, одновременно с этим подавая сигнал страже. И даже если нарушителю печати удасться скрыться, по этим меткам, зарегистрированным за гостем города, легко будет узнать кто это, что существенно упростит его поиск. А напрягался Слурин из-за того, что у всех их воинов такие печати были фальшивыми. Вернее настоящими, но «обезличенными», что стоило просто огромную сумму денег. Все эти фальшивые печати имели смысл лишь потому, что у уличных патрулей отсутствовали довольно дорогие амулеты идентификации, а имелись несложные, определяющие лишь наличие неразрушенной искусной печати.

Если и сегодня не удастся найти девчонку, придется бросить поиски и отправиться за город на встречу с основной группой, которая вместе с освобожденным узником ожидала оставшуюся в городе поисковую тройку — чародея с двумя воинами. Дальше испытывать судьбу становилось слишком опасным — после разрушения официальной резиденции коменданта города неизвестным чародеем (сам Слурин весьма скептически относился к официальной версии, скорее всего активировали по ошибке какой-нибудь искусный амулет, а свалить все решили на оробосцев), стало слишком «жарко» от снующих повсюду сыщиков, филеров и прочей служивой нечисти.

— Стой! — шепотом скомандовал Слурин. Охрана мгновенно остановилась и перекрыла своим вниманием возможные направления нападения на группу. Чародей же хмурился. Один из исследовательских конструктов передал странную информацию. Нет, следы беглянки, на которые конструкты были настроены, не нашлись. И это не был очередной прохожий, а что-то странное. А странное в их положении может как открыть что-то интересное, так и привести к неприятностям. Немного посомневавшись, чародей все-таки решил не пропускать мимо внимания то, что нашли его конструкты.

Проинструктировав охранников, Слурин взмахом руки отправил их в глухой переулок, который его так заинтересовал. Там, в разросшихся кустах какого-то растения, вылезшего через ограду дома, и находилась найденная аномалия. Первый охранник, обнажив меч и надев на голову повязку с темным стеклом, закрывающим глаза, отправился вперед. За ним, на расстоянии в двадцать шагов — второй, и замыкал шествие чародей. Про себя Слурин благосклонно помянул добрым словом их командира, озаботившегося такими полезными искусными штучками как амулеты «ночного глаза». Как и где их достали заказчики их экспедиции, ему было интересно, но вопросов он не задавал — и так было понятно, что никто ничего ему не скажет. Зато эти и другие искусные амулеты, выданные им заказчиками, практически не отслеживались искусниками и позволяли не тратить чародею свои силы — многое в их походе ложилось на эти сложные амулеты. По сути из-за них и вероятность успешного выполнения задания изначально оценивалась как достаточно высокая. Да и вообще, это задание хоть и было сложным по исполнению, но предварительная подготовка, проведенная самими заказчиками, оказалась выше всех похвал — только приди и возьми. И то, что один из спасаемых пропал, было неприятно, но не смертельно — их вина в этом отсутствовала: просто кто-то успел его перехватить.

Римин, шедший первым, приблизился к кустам. Амулет окрашивал окружающее в непривычные зеленовато-красные тона. Расслабленно сжимая рукоятку меча правой рукой, левой он бесшумно отодвинул в сторону ветку. Куст был не настолько густой, чтобы там могли спрятаться хотя бы три человека, но пока никого не видно… Меч тут явно был бесполезным и Римин вложил его в ножны, взамен достав длинный нож. Затем, стараясь не производить лишнего шума, он «ввинтился» внутрь растительности и остановился. Ничего не видно… Ветви, листья… Что же тут почудилось чародею? Внимание воина привлекло какое-то движение. Неожиданно несколько «ветвей» своим движением выделились на фоне неподвижных кустов и с некоторым испугом Римин понял, что буквально на расстоянии вытянутой руки видит человека. Или пародию на человека… Или… Он пригляделся… Скелет? Вот скелет сделал движение в его сторону… От возбуждения инстинкты выбили из головы все мысли, и Римин стал действовать, как его учили — сначала бей, потом думай. Удар ножом под ребра — лезвие лишь скользнуло по кости, не встретив плоти. Удар по шее лезвием клинка — сталь безрезультатно проскрежетала по позвоночнику скелета. А ведь этим ножом он на спор рубил железные прутья!

Римин выскочил из кустов и подбежал к чародею.

— Живой скелет!

— Кто? — Слурин внимательно поглядел на него.

— Живой скелет! — уже взяв себя в руки, спокойно повторил Римин. — И его не берет сталь.

— Ладно. — Не стал пускаться в бессмысленные разговоры чародей. — Тупик глухой, судя по всему сюда не заглядывают, даже стража. Но мало ли… Контролируйте вход, а здесь я сам справлюсь.

Проводив взглядом отошедших воинов, Слурин задумчиво пробормотал:

— Значит, живой скелет… Чудеса! — затем внимательно оглядел кусты и присмотрелся к ограде рядом. Для начала он создал защитные конструкты, стайкой закружившиеся вокруг него, как бы заключая чародея в замкнутый шар. Пара таких конструктов у него всегда была наготове, но тут Слурин решил перестраховаться и выпустил из специальных ловушек, расположенных в поясе торговца, их обычное боевое количество. Живых скелетов он не только не видел, но и не слышал о таких. Кованную оградку, к которой прислонился чародей, конструкты не замечали и спокойно проникали сквозь нее и даже сквозь каменные столбы ограды. Однако, стоит появиться какой-либо угрозе чародею, конструкты тут же начнут действовать: одни вцепятся в летящую стрелу, камень, разламывая их. Другие, влетев в тело напавшего врага, станут выжигать ему внутренности, а если у напавшего есть искусная защита, то работать начнут третьи «конструкты», проедая ее. Против же чародейской защиты, такой, как у Слурина, нужны более сложные конструкты, но сейчас он не стал их создавать, резонно предположив, что в данный момент это будет лишним.

Вскоре все было готово и чародей принялся за создание более сложных исследовательских конструктов. Это заняло больше времени — к такой работе Слурин не готовился заранее и их пришлось создавать на месте. Слова Римина он все же принял всерьез — он воин спокойный, рассудительный, обычно говорит только то, в чем уверен.

Наконец и эта работа была выполнена. Слурин вытер рукавом выступивший на лбу пот и несколько мгновений отдыхал, просто наблюдая, как последние конструкты буквально облепили куст, медленно кружа в завораживающем танце… Некоторые из них, неожиданно остановившись на мгновение, ныряли внутрь куста и спустя какое-то время, выныривали обратно. Сверху над облаком мельтешащих в чародейском зрении огоньков, висел конструкт, по размерам превышающий их в несколько раз. Именно он «руководил» простейшим первоначальным сбором информации, управляя остальными. Примерно такой же висел и над головой чародея, обеспечивая контроль окружающего пространства дальше десяти шагов. Ближе этого расстояния защитные конструкты сами могли справиться с угрозой.

Слурин встрепенулся. Появилась первая информация. Так, что тут у нас? В основном растения, что естественно. Дальше… Земля и… кость. Хм… Может, действительно скелет? И откуда он только тут взялся? Ага, понятно, почему его разведчик обнаружил здесь «странное», что было вторичной его целью после поиска следов интересующей их девушки. Объект шевелился как человек, но у него отсутствовала аура.

Своими конструктами-разведчиками Слурин гордился по праву. Они были способны не только отличать движения животного от движений человека, шевеление кустов, листьев и травы под действием ветра от подобных движений вызванных действиями людей, но и находить слабые аурные следы, сообщать о приближении людей и много чего еще полезного. Часто бывает, что вычислить противника-чародея, можно только по таким вторичным признакам.

Под мысленной командой чародея большая часть конструктов скрылась в кусте, практически облепив скелет. Спустя некоторое время Слурин пришел в возбуждение — найденный скелет оказался големом, но каким! Совершенно самостоятельным и без внешнего управления. Правда о том, что это голем, говорило лишь наличие специфических следов — отпечатков эмоций создавшего его чародея. В остальном же, как с неудовольствием признался себе Слурин, он ничего не понял. То ли на скелете стоит такая мощная защита от чародейского взгляда или «нюха», то ли там ничего такого просто нет. Однако, как-то же он двигается? Спустя еще несколько мгновений чародей впал в шок — эмоции голема резко изменились, чего по определению просто не могло быть. Пусть даже голем находился под невидимым контролем, остатки эмоций чародея, наложившиеся на него при создании, должны перебивать любые другие эмоции, доходящие до голема при управлении им. Здесь же было полное ощущение, что в кустах сидит почти человек, который вдруг одним резким усилием проснулся и выразил интерес к окружающим его конструктам. Что?! Он видит конструктов?! В мутном мареве расплывающегося изображения, получаемого чародеем от нескольких своих зрительных конструктов, Слурин увидел, как скелет поднял руку и стал ею махать, пытаясь поймать носящиеся вокруг него сгустки энергий. Немного погодя, скелет попытался двинуться в сторону чародея, но у него ничего не вышло — несколько крупных ветвей прошли сквозь его грудную клетку и препятствовали движению. Видимо, как выпутаться, у голема не хватало соображения.

Еще раз проверив все внимательнейшим образом и удостоверившись, что внешний контроль над големом отсутствует, а так же чувствуя все тот же интерес к себе без малейшего намека на агрессивность, чародей глубоко вздохнул, проверил своих защитных конструктов и решительно вошел внутрь куста.

Римин с напарником контролировали подходы к тупичку, стараясь сильно из него не выглядывать. Уже несколько раз проходила стража и Римин напрягался, готовый в любой момент перейти к активным действиям. Сегодня особенно много стражников шастает по улицам города и если они тут обнаружат Римина с товарищами, вряд ли их легенда «торговец с охраной» будет достаточно убедительной. Но пока все обходилось. Наконец сзади раздались шаги Слурина и… Римин резко развернулся, поняв, кому может принадлежать цоканье по камням брусчатки, эхом сопровождающее шаги чародея. Он не ошибся — рядом с довольным чародеем (через амулет, все так же находившийся на лице воина отчетливо была видна улыбка Слурина), шел скелет, которого Римин безуспешно пытался зарубить. Шатающаяся из стороны в сторону походка скелета с периодическими остановками даже позабавила его. На язык просился вопрос — кто напоил скелет? И некая мрачность ситуации как-то сразу сгладилась. Тогда в кустах он конечно немного испугался, но с рождения крепкие нервы, постоянные тренировки и боевые столкновения с кордосцами, в том числе с искусниками, закалили его сущность настолько, что редкие эмоциональные всплески быстро сходили на нет. Если бы Римин знал, каждому воину в их отряде в этом походе чародей подсадил в ауру специального контролирующего конструкта, то возможно не был бы так спокоен.

Слурин был доволен собой. Вряд ли бы другому чародею пришло в голову не подчинить себе голема, а «договориться» с ним. Поняв, что абсолютно ничего не может добиться своими управляющими конструктами, чародей вместо того, чтобы уничтожить непонятное существо, смог заметить и понять реакцию голема на эмоции чародея, чем не преминул и воспользоваться. Излучая доброжелательность, чувство удовлетворения, легкого любопытства и надежды, вызвал ответную реакцию скелета — того же чувства надежды, поиска (этого Слурин не понял и проигнорировал), необходимости и… просьбы? Играя своими эмоциями, что такому опытному чародею, как Слурин давалось не просто легко, а очень легко, он смог заставить голема следовать за собой.

Однако сегодня слишком много стражи. В таких сложных условиях Слурин решил не рисковать, а свернуть поиски пропавшей девушки, и покинуть город. Он не особо надеялся, что удастся найти беглянку, а потом еще каким-то образом справится или договориться с тем неведомым чародеем, который с ней сбежал, но формулировка задачи заказчиком была однозначна: освободить узников, а если кто-то из них умер — раздобыть тело для перезахоронения на родной земле, если же и тела нет — то предоставить доказательства смерти. Поэтому деваться было некуда, командир сказал четко: пока есть возможность проводить поиски, ищите. Теперь же отпущенный срок практически вышел и пара часов ничего не решит. Поэтому, Слурин отдал команду своим сопровождающим охранникам двигаться на базу. Предстояло еще довести голема незамеченным до их места базирования в городе, а потом как-то выбраться вместе с ним. Чародей решил приложить к этому все усилия, даже рискуя раскрыться, но голема не оставлять. Слурин был восхищен мастерством неизвестного чародея, сотворившего такого голема. Еле ходит, но самоуправляем и с эмоциями! И с этим предстояло разобраться.

Глава 6

Ник. Побег.

Эти перегрузки сознания изрядно нервируют. Пару раз я поймал себя на том, что мысль, обдумываемая в данный момент, радостно махнув хвостиком, исчезала вдали, когда происходило такое переключение. Но делать нечего, пока сохранялась опасность, пренебрегать таким средством спасения собственной шкуры не следовало. Сквозь слегка подрагивающую реальность, данную мне в виде визуальных ощущений, я перешагивал через лежащие тела каких-то типов во дворе бывшей резиденции коменданта. Неужто это я поспособствовал падежу крупного… хм… взрослого населения, оказавшегося поблизости? Муть какая-то. Я уже ничего не понимаю. Такое ощущение, что мои мозги взболтали и что самое неприятное — продолжают взбалтывать, от чего восприятие реальности слегка попахивает нереалом. Где настоящее, а где бред моего воображения? Вот эта дивчина на моем плече, кстати нереально невесомая — реальна? Понятно, что ее невесомость — работа дракончиков-амулетов. Но сами дракончики реальны? Ладно, ладно, все это так сказать, муть, причем муть, которую сейчас просто невозможно очистить подручными средствами по причине отсутствия времени. Вывод? А вывод такой — действовать, как будто вокруг меня самая наиреальнейшая реальность (а вдруг это на самом деле так?), а потом, когда мозги встанут на место, будем разбираться, что есть реальность в отдельно взятом пространстве вокруг некоего типа по имени Ник, а что есть бред и глюки…

Так, кажись оторвались… От кого? От всего! А главное, от глюков в виде мужиков в белых нарядах — мне еще рано в дурку… Эк, их приложило! Если это я — жму себе руку. Так… значит, реальность или игра — неважно, главное действовать логично. — Картинка в глазах в очередной раз дрогнула. — О чем я думал? Ага, о логичности. Логичности в чем? В поступках! Итак… Меня атаковал тот искусник. Мощно атаковал… Так, здесь налево… Пологи невидимости накинуты? Когда я успел? Ладно, атаковал, значит. А на улице лежат его братья. По крайней мере, одежды шила им одна мама. Секта? Какие тут секты? Секты предполагают наличие какой никакой духовности или псевдодуховности, то есть веры во что-то. Хм… Братья по вере? Так, здесь направо, аккуратно прижмемся к стене и пропустим толпу злых мужиков в однотипной униформе из нагрудных броников, забавных металлических юбочек и одинаковых мечей. Так, на чем я остановился?

Братья по вере… Вера может быть в светлое будущее или в себя. А еще в доброго дядьку на небесах, который решит все проблемы, а после смерти, если ты был хорошим мальчиком, даст титьку в рот с медом, полные штаны удовольствий, а некоторым сексуально озабоченным — гаремы, полные девственниц. Кстати, почему девственниц, которые ничего не умеют? Ладно, оставим это на совести тех, кто придумал эти сказки. Значит и здесь нечто подобное. Карина говорила про жрецов, но это как-то прошло мимо моего сознания. По ходу именно с ними, вернее с ним, я и схлестнулся. И ведь вроде никого особо не трогал. Бога его не хаял, чего он взъярился? Да еще мощно так обиделся. Не понравилась демонстрация моего управления погодой? Как-то по детски, чес-слово! Чего-то я еще упускаю… — Очередная перезагрузка сознания прочистила мозги, как ни странно и я сообразил, что именно было странным в том искуснике — он атаковал меня не магией, которую я бы отследил, а чем-то другим, вон, даже биокомп переключился в режим защиты. Неужто сам бог собственной персоной решил взглянуть на меня? Хм… Лестно, конечно, что я удостоился такого внимания, знать стою чего-то! Только не мелковата ли цель для целого бога? Или он поиграться со мной решил? Типа посмотрим, что за перец тут обижает моих жречиков… О! Он так, да? А если, ему вот так врезать? Хм… Ты смотри, держится. Молодец! Откуда ты такой умный взялся? А выдержишь хук левой? Ты смотри! Выдержал! Ну-ка, посмотрим, что у тебя в голове! Ого, какая каша! Надо бы поковыряться своими божественными ручками и посмотреть, что там у тебя записано! Интересный экземпляр!

Я мотнул головой и вытер выступивший на лбу пот. Что-то хреново мне. Только я это подумал, как разряд, пронзивший меня от пяток и до темени выгнул мое тело. Ты чего творишь, гад? — это я своему дракончику. Ага, говоришь, кривые и замусоренные энергетические каналы? Понятно, вроде чуток полегчало. Что? Постоянное деструктивное действие? Типа ты сделал, но не надолго? Ладно, делай пока что можешь, надо сначала выбраться отсюда. Через биокомп пришло подтверждение, что многие структуры и слои ауры покорежены. Ну, ладно, ладно… Разберемся с этим, дайте только найти тихое место.

Карина, медленно покачиваясь в воздухе, отлетала от меня, — в результате неожиданной помощи моего амулета я отпустил ее. Цапнув девушку за ногу, притянул обратно и огляделся. Так… по ходу поворот домой я давно прошляпил. Ну и фиг с ним. Я ведь предполагал, что мы можем туда не вернуться. Да и что-то снова тошнота стала накатывать — надо валить из города, если я сейчас свалюсь, то как пить дать — меня снова приберут местные вампиры моей магической энергии, а мне что-то совсем не хочется снова на стол ложиться, как лягушке на вивисекторский столик…

Так… Значит за город… Жратву для похода я приготовил, конечно, только она дома осталась. Что-то мне не хочется туда возвращаться. Еще я сделал закладки на местном рынке и на всех выходах из города. Закладки моих сонных бомбочек. Только была одна проблема — отсутствие нормальных накопителей. А ведь чтобы именно эти плетения сработали как надо, нужен хороший одномоментный выплеск энергии, который надо где-то заранее накопить. Поэтому сейчас придется самому обеспечить нужное количество энергии. Для этого я вывел нити управления своими сонными плетениями в район нескольких кварталов от рынка, чтобы и меня не задело излучение — без расчетов совсем хреново…

И я потащился к рынку. Тем более, что оттуда удобные подходы, вернее выезды ко всем городским воротам, а еще вернее к двум противоположным — на север и на юг. Удобную там обходную дорогу вокруг центра сделали. Я огляделся — кажется пришли. Подошел к стене одного дома, находящегося рядом с грязной таверной и пригляделся. Ага, вот она — детонирующая нить. Вернее просто достаточной прочности энергоподвод к плетению, оставленному на рынке. Прочность примерно такова, чтобы выдержать большой поток энергии. И подключался он не напрямую к плетению, а через промежуточный буфер, типа энергетического накопителя, не способного к сожалению заменить хороший накопитель на кристаллах, но способный накопить чуток энергии, прежде чем разрядиться в плетение.

К сожалению нить неудачно закрывал упершийся лбом в стену пьянчужка, кажется разговаривающий со своим ручным зверьком — белочкой. Не в силах что-то придумывать сложное, я со всего размаха пнул его по заду, вложив в удар всю накопившуюся во мне злость и отрицательную энергию. Видимо удар оказался слишком сильным, так как мужичок ударился лбом о стену и потерял сознание, кулем свалившись под стену. Ну и хрен с ним! Нефиг мочиться на мои плетения, — я только сейчас заметил, что у мужика развязаны тесемки его портков и разговаривал он видимо не с белочкой, а со своим лучшим другом.

Так-с… — я присмотрелся к своей закладке. Вроде все в порядке. Здесь же выводы к бомбочкам, заложенным у северных и южных ворот. Вот я матерился отсутствию обычных накопителей, растягивая за собой эти энерговоды, когда готовился к походу! Ювелира, что ли надо было ограбить? Ну да ладно, главное, что дело сделано. Теперь надо подумать — активировать ли бомбы у ворот? С одной стороны власти знают, что я вряд ли буду и дальше оставаться в городе. Так что, если я усыплю охрану обоих ворот, они только удостоверятся в этом, но не будут точно знать, через какие ворота я ушел. С другой стороны, если я тихо уйду, то они будут сомневаться, а ушел ли я, и возможно сосредоточат свои поиски в городе. Но, если они считают меня умным, то будут уверены, что я все-таки ушел и наоборот, бросят свои силы на поиски снаружи. Блин, совсем я запутался. Ладно, пожалуй остановлюсь я на таком варианте — активирую бомбу на рынке, а на воротах не буду, то есть они подумают, что я в городе и творю черт знает что. По крайней мере хоть на какое-то время они будут привязаны к событиям в городе. А я тем временем верхом на элементале перемахну через стену, а далее по обстоятельствам. Если удастся и дальше путешествовать на элементале — никаких проблем и то, что я тут придумал и сделаю не будет иметь никакого значения. Если же не получится по каким-либо причинам (а тут могут быть хреновые для меня варианты — вон как я плохо себя чувствую), то может хоть чуток задержу погоню.

Я уже потянулся к нужной нити, как мир снова дрогнул вокруг меня и снова мысль сбойнула и я остановился. Правильно ли я поступаю? Правильно! — ответил я себе. Мне нужно спокойное место, а в городе я не буду чувствовать себя в безопасности, особенно в городе, где толпами бродят сектанты-беспредельщики.

Я снова потянулся и снова был остановлен. Только в этот раз голосом Карины:

— А что это мы тут делаем?

Я сплюнул с досады, но взял себя в руки и, обернувшись к девушке, ответил:

— Идем по магазинам.

Карина извернулась в воздухе и висела в полулежачем положении, с интересом оглядываясь вокруг. То ли она еще не пришла в себя, то ли у нее образовалась краткая амнезия, но вопросов по недавним событиям она не задавала. Я облегченно вздохнул про себя и через своего дракончика медленно снизил подачу энергии на левитацию девушки, а потом и совсем убрал. Поддерживаемая своим Шустриком, у которого не хватало своей собственной энергии на поддержание ее полного веса в воздухе, она плавно опустилась на землю, при этом разочарованно вздохнув.

— Как приятно не чувствовать своего слабого тела! Своей слабости. — Тихо пробормотала она, возвращаясь на грешную землю. — Так что ты говорил про магазины?

Слава богу, обошлось без истерик!

— А вот сейчас и пойдем. — Ответил я и наконец-то подключился к своему энерговоду, по-максимуму закачивая в него магическую энергию. Хорошо пошла! Правда почему-то через некоторое время ее ручеек от меня стал уменьшаться. Не понял! Я поднапрягся и он снова превратился в широкую реку, но снова ненадолго… А как же мои бездонные резервуары, о которых говорил Умник? Или они не бездонные, а лишь 'неопределимого объема'? А под этим можно понимать что угодно? Или за несколько десятков лет из меня высосали все, что там было? Ух, как я зол! Будем надеяться, что это лишь временное положение, связанное с моим хреновым состоянием. А инфомагию что-то применять не хочется — как-то влом напрягаться ее конвертацией, ведь это плетение сна я смастрячил в расчете на обычную магию.

Пока я раздумывал над ситуацией отбор энергии на краткий момент усилился, будто на том конце выбили пробку и тут же прекратился. Все! Что бы там ни было с магией, по крайней мере на это дело ее хватило.

'Обнаружено эхо слабого ментального воздействия на внешние слои ментального тела. Вмешательства не требуется.' — проявил себя биокомп. Вот оно значит как! То есть технологическое электромагнитное воздействие на биоритмы мозга здесь относится к ментальному воздействию! Ну, в принципе, если подумать, ничего странного тут нет.

'Вероятностные параметры внешней угрозы снизились до пятидесяти процентов. При достижении тридцати процентов возможно отключение режима Прима-Щит'.

Спасибо! Это по ходу уже о прошлом событии. Ладно, пока этот режим проявил себя вполне нормально, не будем мешать ему работать своими советами.

От внутреннего разговора самого с собой меня отвлек сладкий зевок, прозвучавший над ухом. Кажется на Карину 'эхо слабого ментального воздействия', сотворенного моим плетением, все-таки повлияло. Это радует. То есть, радует то, что чародеи не являются иммунными к таким воздействиям. По крайней мере, пока не подготовятся к противодействию.

— Долго мы еще будем стоять? И что это за мужчина лежит тут? — девушка с легким интересом рассматривала лежащее на земле тело. Я встряхнулся и попытался приободриться. Плохо получалось, но если не считать легкой апатии, жить было можно.

— Пойдем. — Я предложил руку девушке, и она естественным жестом автоматически взялась за мой локоть. — Думаю, у нас всего лишь с полчаса, пока не появились конкуренты.

— Какие конкуренты?

— Увидишь.

Неспешным шагом мы минут за десять добрались до рынка. Ближе к нему стали попадаться лежащие на земле люди, а уж на самом рынке… Царство мертвых в натуре. Конечно не мертвых, а всего лишь спящих, но впечатление от вида огромного количества уснувших людей, как в сказке, было тягостным.

— Что здесь случилось? — Слегка испуганным тоном спросила Карина, вцепившись в мой локоть.

— Ничего страшного. Нам надо пробежаться по лавкам и по-быстрому набрать снаряжения в дорогу — еду, одежду, возможно еще что-то попадется.

— За полчаса не справимся. — Нахмурилась Карина. — И ты так и не ответил, что тут произошло.

— Все, время пошло. Побежали за покупками. Выбирай, что хочешь. Все оплачено.

От Карины я не ожидал большого толка в выборе вещей, поэтому просто отправил ее выбирать что ее душа пожелает, все равно лишний хлам будет нести она, или ее дракончик. А потом, если что — выбросим. Сам же сначала забежал в продуктовую лавку и набрал долгохранящиеся продукты — копчености, хлеб, вино, какие-то крупы и приправы, овощи и немного фруктов. Все это кидал в большую корзину, плывущую за мной по воздуху. Все-таки я решил не особо отягощать свою совесть воровством и в каждой лавке или лотке на открытом месте, где что-то брал, оставлял по золотому из того еще кошелька, с лихвой перекрывая взятое. Правда и тут схитрил — у пары явного вида карманников, которых мне, как ни странно, легко удавалось опознавать, изъял три кошелька, восполнив потраченное. Ну, надеюсь, я не ошибся с их определением.

Вдруг я заметил две впритык стоящие лавки — 'Оружие от Амодеуса' и 'Амулеты для всех'. Вот такие вот непритязательные названия. Обе очень интересные и рядом — как специально для меня сделано. Я огляделся — в дальней части рынка просматривалось какое-то шевеление: явно уже кто-то обнаружил халяву и приступил к экспроприации чужого добра. Я вздохнул, признавая свою вину, но моя совесть лишь слегка недовольно поворочалась внутри и затихла. Стоило поторопиться, хотя в другое время я наверное провел бы в этих лавках не один час, но время не терпит. Уже скоро народ начнет просыпаться. А может и не скоро — точно рассчитать я этого не мог, но в любом случае, если стража мышей ловит, она скоро тут появится.

Первый торговый зал довольно большого размера, не особо порадовал меня своим содержимым. ножи, мечи, луки — все ширпотребовского вида. Хватило одного взгляда. В принципе я ожидал чего-то подобного, поэтому аккуратно переступив через здорового амбала лежащего на полу за стойкой, сразу направился внутрь здания, предварительно оставив корзину в первом помещении, чтобы не стукалась по стенам в тесноте. Второй зал, не в пример меньше размерами, уже предлагал неплохой товар. И мечи явно лучше качеством. На стенах изделия местной защитной промышленности — щиты, шлемы, кольчуги. В углу за стойкой скромно приткнулся длинный посох, оббитый на концах железом. Я его случайно заметил и просто прикипел взглядом. Явно случайный здесь товар, и скорее всего не ходовой, но выполнен с высочайшим мастерством — в руках лежал как родной. Наконец на моих устах появилась улыбка. Давно я с шестом не работал, вот и потренируюсь — приведу свою физическую форму в норму. Я слегка крутанул его в кисти и бросил за спину — он послушно повис за моими плечами, удерживаемый дракончиком. Шест немного тяжеловат и непривычен, но очень хорош!

Мечи, хоть и хорошего качества, не особо цепляли мой взгляд — обычный рабочий инструмент для убийства двуногих прямоходящих. Уже собравшись взять первый попавшийся более-менее подходящий ножик-переросток, заметил неприметную дверь в углу. Подойдя к ней, чуть не вляпался. Моя интуиция просто взвыла, когда я протянул руку к ручке двери. Переключившись на магическое зрение, увидел тонкую вязь плетения, внедренную в дверь и переходящую на стену рядом. Вот это уже интересно, — я про себя улыбнулся и чтобы не терять время, вызвал мой маго-дебаггер. Хорошая защита оказалась. Почти без изъянов — все узловые точки защищены. Любое вмешательство в их работу вызывает срабатывание боевой части. А это мгновенный нагрев воздуха непосредственно рядом с дверью, правда непонятно до какой температуры, открытие незаметного лючка, на котором должен стоять взломщик, то есть непосредственно перед дверью, и срабатывание амулета связи — возможно вызов стражников. Единственная точка доступа — выступ на двери, куда надо прикладывать амулет. Да-да, тут не было привязки к ауре, а лишь к какому-то амулету. Дебаггер тут не особо помог, но я понял, что в амулете должна быть часть плетения, которое при присоединении к куску плетения в двери, вызывает его срабатывание. То есть логика спрятана не в двери, а в том амулете. Забавный вариант защиты — типа, если нет ключа, даже маг не разберется в логике, так как логика — в ключе.

Ну, тут все просто. Я пробежался и по комнатам, и быстро обшмонал всех находящихся здесь на предмет наличия амулетов. У одного хорошо одетого типа нашел аж два амулета — кольцо на пальце и овальный стеклянный предмет, размером с детский кулак, на быстрый взгляд оказавшимся амулетом связи. А вот кольцо судя по всему — именно тот ключ, что мне надо. Проверив отсутствие внешних магических привязок к амулету связи, я засунул его в карман — у меня мелькнула мысль его использовать в дальнейшем, а кольцо приложил к магическому замку на нужной мне двери. Замок послушно щелкнул и дверь с легким шорохом провернулась на своей оси, открыв проход внутрь, где тут же зажегся свет. Я ухмыльнулся про себя — забавная автоматика, и спокойно вошел внутрь — вряд ли тут есть дополнительная защитка — неудобно, да и в магическом взгляде ничего не было заметно.

Прежде чем войти, я прислонился к притолоке, заново переживая приступ слабости и головокружения. Нет, с этим надо что-то делать. Вот выберемся за город, найдем тихое местечко и я займусь анализом того, что произошло, что со мной происходит, и что со всем этим делать.

За дверью оказалась скрыта комнатка метра два на пять без окон. Вдоль стен — пять больших сундуков. Нет, там не оказалось меча-кладенца или непробиваемой брони или какого-нибудь супер-оружия. К сожалению. В одном сундуке правда оказалась касса заведения, но я ее трогать не стал. Ну, почти. Не смог не прихватить небольшой столбик из десятка золотых монет, укутанных в тряпочку и перевязанных веревкой — там таких было много, на общем фоне пропажа незаметна. А еще там находилось с пяток небольших, в ноготь величиной стеклянных разноцветных мутных шариков. Среди денег. Ага. Я почесал затылок, подумал. Мне понравилось — еще почесал затылок. Взял один шарик в руку, в нее слегка кольнуло. Забавно — это же накопитель! Ей-богу, накопитель магической энергии! И ведь неплохие накопители — хоть здесь и не было по максимуму заполненных, но примерно оценить из емкость я мог. Одна-две штуки полностью заполненных шарика вполне могли послужить батарейкой для моего сонного плетения, того, что я активировал тут на рынке! И что удивительно — все амулеты абсолютно идентичны, как из под одного штамповочного станка вышли! А цвет варьируется от темно-синего у почти пустого амулета, до сверкающего-белого у полностью заполненного. Впрочем, последнее я аппроксимировал по цветам этих шариков разной степени заполненности, возможно и не совсем точно, плюс по небольшому плетению, внедренному в шарик, отвечающему за вот такие эффекты. Там еще много чего было понакручено, явно какая-то специальная разработка — потом надо будет обязательно распотрошить внутренности. Сейчас самый заполненный процентов на двадцать шарик имел голубой цвет. В общем я не удержался и прихватизировал их.

Мечи тут, кстати, были. Но в основном такие, что носить их на парадах или распальцованным крутышкам — ножны обложенные рисунками из золота, в рукоятках драгоценные камни. В общем, богатые игрушки для богатых клиентов. Я только один такой меч достал, посмотрел и сунул обратно. Но что-то выбрать надо — тот меч, что я экспроприировал у оробосцев, куда-то делся в заварухе. Какая-то нездоровая тенденция образовалась, однако: стоит только поработать над оружием, как оно вскоре у меня пропадает. А ведь меч тут не только оружие, но и как у нас на земле — показатель статуса. Придется взять не особо приметное оружие в предыдущей комнате.

Оглядевшись напоследок — все ли осмотрел, и не найдя ничего достойного моего внимания, развернулся к выходу. И тут же заметил неприметно стоящий в углу клинок в ножнах. Достал его, посмотрел. Кажется самое то — вес по моей руке, удобно лежит, не сильно длинный, но и не короткий — из-за спины неудобно будет вытаскивать, придется носить как все — на поясе или приспособить дракошу по носку. Сталь очень хорошая — даже с рисунком закалки по лезвию, интересно было бы сравнить с рисунком на дамасской стали, но компа под рукой нет, а сам я ни разу не видел тот рисунок, иначе бы вспомнил с помощью биокомпа. По всей видимости клинок тут положили с целью потом понавешать на него бижутерию, так как сейчас внешне он выглядел очень скромно. Самое то.

Дверь я снова закрыл на магический замок, кольцо надел обратно хозяину на палец и, подхватив корзинку в первом помещении, вышел на улицу. Солнечный луч скользнул по лицу, воткнувшись прямо мне в зрачок. На глазах выступили слезы. Вот магия-магия, а не заменит обычных солнечных очков, регулируемых бадди-компом! Хотя, заменит, конечно, только надо с умом подойти к этому делу. Я огляделся — Карины еще не было, но прицепленная к ней перед расставанием инфомагическая нить недвусмысленно тянулась в большой павильон, где судя по рисункам и прилегающим лавкам торговали одеждой. За нее я не беспокоился — несмотря на ее общее слабое состояние, она — чародей, усиленный живым амулетом-дракончиком. Так что в обиду себя она не даст. В дальней части рынка появилось уже больше людей, деловито шастающих по беспризорным павильонам и что-то оттуда таскающим. Интересно, скоро появится стража? Ладно, надо торопиться. Меня еще ждет амулетная лавка.

Амулетная лавка встретила меня тишиной и запустением. Видимо никого в ней не было, когда случился локальный и мягкий в моем исполнении армагедец. Хотя вру — из-за стойки вдруг раздалось сладкое почмокивание, а затем хороший такой, качественный храп, от которого задребезжали окна, оставив после себя в ушах тонкое, еле слышимое послезвучание. И снова тишина на несколько биений сердца.

Я огляделся. Вот это мне уже нравится. Повсюду стоят чуть наклоненные вперед к посетителю столы, закрытые стеклом и с защитными плетениями, так что шальной воришка не сможет ничего стащить. На стене за стойкой полки, шкафчики какие-то бутылки и самое удивительное — разные сушеные травы от которых в лавке стоял приятный полевой запах. Видимо тут продавались не только амулеты, но и лекарства. Быстрый экспресс-анализ помещения показал, что магическая защита тут есть, правда пока в пассивном состоянии, но был и один настораживающий факт — у спящего за стойкой старикашки на шее висел амулет, сильно завязанный на ауру и на саму защитную конструкцию, к которой шли внешние связи. Разбираться особо времени не было, но вполне возможен вариант, что это замена интеллектуальной системы по определению опасности и вызова стражи. Например хозяин в отрубе, вот как сейчас, лавка открыта — идет сигнал в местное отделение полиции. Ладно, будем считать, что система не сработала или и отделение тоже попало под мой 'ментальный' удар. Однако и задерживаться не стоит. Аккуратно взламывая механические замки на витринах и перерезая датчики безопасности на них, я не особо разбирая какие амулеты там предлагаются, акцентировался на сборе накопителей, коих набралось с несколько десятков. Надо сказать по качеству много хуже тех стеклянных шариков, что я экспроприировал в оружейной лавке, можно сказать на порядок хуже. Правда, если поработать самому и переделать плетения экранизации на свой манер, можно попробовать вытянуть их на нужный мне уровень. Но это потом. Напоследок я быстро заглянул в заднюю комнату, ничего интересного там не обнаружил. Потом вспомнил про стойку хозяина.

А вот там я обнаружил три жезла для искусников. Вернее не сразу. Случайно заметил слабое защитное плетение в полу стойки, а там оказался самый натуральный сейф. Стальной и с навороченной защитой. Защита, правда, не травмирующая, а просто блокирующая механический замок и с сигнализацией, ведущей куда-то за здание. Особо не мудрствуя и справедливо рассудив, что правоохранительные органы в любом случае уже должны мчаться сюда (или плестись, судя по тому, что их еще нет), я просто оторвал внешнюю линию, а внутри замка сформировал маленькое защитное плетение, которое, расширяясь, просто разломало изнутри замок. Вот там-то и лежали жезлы вместе с официальными бланками на них, защищенными магическими печатями очень сложной формы, которую просто так не воспроизведешь, и тонкими, опять же магическими, нитями внутри бумаги. Эти нити подпитывались от печатей, в которые кроме всего прочего были встроены мелкие накопители. Линии составляли причудливую вязь и скорее всего играли роль водяных знаков.

Один жезл был полностью пустой, по сути болванка — его я не стал трогать, второй очень простой с ограниченной емкостью для плетений — их там было всего с пяток. И третий самый навороченный, на глазок емкостью где-то под сотню-другую, а может и больше, свернутых плетений, с модулем их дублирования и местом под накопитель, который находился на положенном месте, но заполнен был едва ли на четверть. Хм… Насколько я помню объяснения Карины и то, что я видел у коменданта, данный жезл явно успел побывать у кого-то в долгом услужении. Кстати, некая потертость рукоятки так же говорит об этом. И как эта штучка сюда попала? Может искусник помер, а его имущество пошло с молотка? Возможно, возможно… По крайней мере в жезле был деактивирован модуль настройки на владельца. Разумеется, я прихватил этот жезл себе, а потом немного подумав, и тот, простой. Для потренироваться и может Карине подарить — вдруг получится научить ее пользоваться? Просто интересно, можно научить чародея использовать жезл искусников или нет. А то меня как-то жутко напрягает такое разделение магических направлений на чародейскую и искусническую. Есть в этом что-то неестественное.

На пороге я задержался и немного поборолся со своей жадностью. К сожалению или счастью, но проиграл этот раунд, поэтому вернулся и забрал последний оставшийся жезл. Тот, который пустой. Для экспериментов — успокоил я сам себя.

— Спасибо тебе, добрый самаритянин! — На пороге я обернулся и поклонился хозяину, которого правда не видел за стойкой, но мне показалось правильным так поступить. — С этого дня пойдет тебе счастье косяком, здоровье мощным потоком и деньги большими мешками. Зуб даю!

Мир снова дрогнул при очередной перезагрузке сознания и я вдруг подумал: как-то неправильно получается, пожелать-пожелал здоровья, а ничего для этого не сделал. Слегка пошатывающейся походкой я подошел к хозяину и некоторое время делал ему операцию — пересаживал и привязывал пару лечебных симбионтов в его ауру.

— Вот! — Я довольно потер руки. — Теперь я не болтун, а ты не в накладе, пусть и не узнаешь этого. Или узнаешь, но потом. В общем, мы в расчете.

Теперь уже решительно развернувшись, я вышел из лавки, чуть не забыв в ней то, что стырил. Вернее позаимствовал навсегда.

Карину я нашел сидящей у какого-то небольшого фонтанчика, горестно повесившей голову. По щекам ее текли слезы.

— Что случилось? — я свалился рядом с ней, тяжело откинувшись на что-то твердое за спиной и расположив рядом свои корзины и нажитое непосильным трудом имущество. Карина не ответила, продолжая всхлипывать и вытирать слезы рукавом, как какая-нибудь мелкая сельская девчонка, а не аристократка, коей она является. Рядом лежал большой тюк, какой используют караванщики на другом континенте, или очень на него похожий, в котором явно была не одна ночнушка.

Всхлипнув в очередной раз, сказала:

— Я вдруг вспомнила, что мы чуть не погибли.

— Это когда? — я недоуменно посмотрел на нее.

— Там у коменданта. И как мы тут очутились? Кажется, там оказался жрец какого-то бога.

— И что?

— А я не поняла даже, — почти не слыша меня продолжала девушка, — раньше видела только одного жреца, да и то мирного какого-то, не боевого, а про боевых только слышала. А тут сам бог на нас почему-то взъярился.

— Как взъярился, так и получил по сусалам. — Я устало окинул взглядом площадь. Никто еще не просыпался, но народу прибавилось. Ну точно, везде люди одинаковы — стоит только появиться намеку на халяву, как тут же отпускают себя. Вон какой-то вороватого вида субъект, постоянно оглядываясь, тащит на веревке тележку, заполненную всяким добром или злом — с какой стороны посмотреть. А вон пацаны лет по десять накидывают за пазухи булки с лотка и выгребают мелочь. Еще дальше тройка мрачных типов чистят ювелирный магазин, кажется, судя по большому кольцу, нарисованному на вывеске. Один стоит на стреме и, кстати, периодически на нас мрачно поглядывает. Вот и сейчас смотрит. Я показал ему средний палец. Он схватился за рукоятку ножа, торчащего из-за пояса, принял угрожающий вид и стал пялиться, уже не сводя с меня пристального взгляда. Ну и что ты уставился? Я посмотрел под ноги и нашел камешек, размером чуть меньше кулака. Да их тут много лежит в общем-то.

— А ведь мы уже почти выбрались! И зачем надо было туда переться? — продолжала сокрушаться Карина, не обращая на окружающее никакого внимания.

А я развлекался. Возьму камень и с помощью дракончика пытаюсь создать перед рукой кратковременное гравитационное поле, которое бы срывало с открытой руки камень, при этом не повредив руку, и отправляло бы его вперед. До мужика было метров пятьдесят-сто, и камушки хорошо до него долетали, правда все мимо. Пару раз руку все-таки чувствительно дернуло так, что чуть из сустава не выдернуло. Но меня почему-то это забавляло и я продолжал. Камни стали лететь точнее и быстрее — мужик принялся танцевать, уклоняясь от них, но покинуть пост не решался. Наконец я приспособился, скорость камней выросла в несколько раз, так, что они просто смазывались в воздухе, а руку почти не дергало. Осталось настроить точность, с которой были проблемы — вот разлетелась вывеска от попадания камня, другой камень разлетелся в дым при столкновении со стеной. Жаль, мужик испугался и уже не хватался за свой нож. И вообще почему-то решил убежать. Зачем-то в это же здание, которое грабили его подельники.

— Н-на! — я все-таки успел. Вор почти успел вбежать в лавку, когда мой последний камень попал-таки ему в задницу, подбросив его в воздухе. Скорее всего случайно попал. А мужик даже умудрился перевернуться и стукнуться затылком о каменную мостовую. Ну все, синяк на заднице ему обеспечен, как и сотрясение мозга. Его подельники, видя, что происходит на улице не решились выходить, или смылись с черного хода, по крайней мере шевеления в окнах больше не наблюдалось. Одно окно, кстати я разбил, когда еще пристреливался. Забавный способ, но очень неточный. Хотя в этом направлении можно поработать. Так сказать, вспомнить, откуда я родом, и для приколу сделать что-то вроде рельсовой пушки в уменьшенном виде. В принципе, когда магией напрямую пользоваться не стоит, можно и такую пуколку применять. Вот только таскать с собой как-то влом: я уже привык к магии и к тому, что она всегда с тобой и на плечи не давит.

А вот и стражники, кажется, появились — на площадь с той стороны стали вливаться стройные ряды доблестной защитной организации. Защищающей простых жителей империи от всякого буйства криминальной нечисти, хранители благосостояния каждого жителя и его спокойствия. Стали раздаваться свистки. Забавно, у них оказывается используется нечто подобное, что было в Земной истории. Криминальная нечисть, испугавшись звуков повелителей порядка как святой воды, стала разбегаться в стороны, кое-где подобно тараканам успевая заныкаться в щели, а кое где и попадаясь в раскинутые по-быстрому сети служителей Фемиды. Или Фемида — только у нас на Земле? А тут какой-нибудь Хрен С Бугра с Большой Дубинкой?

— Ну, что было, то было. Главное, мы остались живы. — Я встал и встряхнулся. Тяжеловато что-то, кажется меня все-таки где-то приложили хорошо. Тот бог пресловутый или жрец или еще что-то. В общем, пора двигать отсюда в тихое местечко и серьезно заниматься собой. — Все, Карина, соберись с силами, сейчас мы покинем этот замечательный город со всеми его красотами, памятниками старины и гостеприимством с отдельными комнатами и лежанками, к сожалению только без всяких удобств. Удобства даже не во дворе, а под собой. Печально это.

Карина наконец улыбнулась:

— А вот насчет удобств ты не прав. Кордос славится своими искусными очистными сооружениями. А вот у нас с этим туго. — Грустно сказала девушка, вставая и отряхиваясь. — Чародеи конечно могут справиться с загрязнениями, но считают такое занятие слишком низким. Приходится делать хранилища и естественные очистительные системы.

— Стойте на месте! Вы задерживаетесь до выяснения… — Договорить стражник, вынырнувший из-за угла лавки не успел. Карина махнула рукой и того, вместе с напарником, припечатало к стене лавки. Хорошо так приложило — только тот, кто кричал, слегка шевелился, а его напарник потерял сознание. Неплохо у нее уже получается работать с возможностями дракончика! Эдак и меня скоро догонит, а то и перегонит!

— Куда нам? — Деловито спросила Карина, поднимая в воздух свой тюк и вопросительно посмотрев на меня.

Я улыбнулся и показал пальцем вверх:

— Туда!

И пока Карина раздумывала, шучу я или нет, быстро обнял ее и прошептал напрягшейся девушке в ушко:

— Держись крепче за меня и не в коем случае не отпускай!

За нашими спинами парили наши вещи — дракончики получили недвусмысленный приказ не отпускать их. Надеюсь, даже в сложных маго-элементальных условиях они справятся. Тем временем вокруг нас с Кариной сформировался пятиметровый в диаметре защитный шар. В этот раз я его создавал по гномской технологии — сначала впритык к нам, затем диаметр расширяется до нужного размера, расталкивая и переворачивая попадающиеся на пути лавки и предметы. Часть шара конечно заглубилась под землю, но так как он был еще в энергетической форме, то то, что попало внутрь купола спокойно выйдет наружу при подъеме — изнутри в энергетической форме полог пропускает наружу физические предметы. А так как обычной магии у меня почему-то почти не осталось, пришлось юзать инфомагию. Ну и чудненько, зато искусники, когда будут тут все рыть, не смогут найти даже следов магии. Пусть поломают голову.

— Ой! — вскрикнула Карина и вцепилась в меня как клещ, когда мы поднялись в воздух, а наши тела потянуло вверх. Причем девушка вцепилась в меня не только руками, но и ногами — обвив ими пояс. Хм… даже в моем плохом состоянии я почувствовал возбуждение и чтобы не мучиться, стал думать о происходящем…

На десятиметровой высоте купол затвердел и превратился в обычный шар. Прозрачный и пуленепробиваемый. Кстати! Вот интересно — насколько он прочен? Действительно ли его не возьмут пули? Да уж… о какой фигне только не станешь думать, лишь бы отвлечься от приятного возбуждающего груза… А когда это я успел взять ее под попку? — Я было отдернул руки, но понял, что так неудобно и поддерживать груз все-таки надо. Убедительная причина? А то! — И я с удовольствием вернул руки на место. Карина может и заметила мои метания, но скорее всего — нет. В отличие от Крисы Карина с удовольствием глазела по сторонам и кажется не испытывала особого страха, а только тяжело дышала и иногда вскрикивала при очередной резкой смене курса.

А город уплывал вниз. Я тоже с интересом смотрел на удаляющуюся землю. Элементаля я контролировал вручную и ждал, пока мы не поднимемся примерно на километр. Сверху город напоминал почему-то спрута с явно очерченным центром, мелкими изгибающимися отростками от него и уже дальше больше напоминая обычный город. На некотором отдалении от него начинались ровные ряды каких-то растений, по сторонам ограниченными деревьями. Отсюда похоже на виноград. И таких полей было очень много. Где-то на горизонте начали появляться деревеньки, а чуть справа — высокие горы. Похоже нам надо именно туда.

— Что ты делаешь? — Карина немного удивленно смотрела на меня.

Не понял. А что я делаю? Просканировав себя, я понял, что поглаживаю девушку по попке.

— Прости. — Смущенно пробормотал я. — Как-то само получилось. — И виртуально надавал рукам оплеух. Впрочем, руки я не убрал — действительно неудобно без них, но всякие телодвижения я прекратил. Карина посмотрела на меня каким-то долгим взглядом и отвернулась, о чем-то задумавшись. Кажется виды природы ее уже не особо интересовали.

Тем временем город стал удаляться в сторону — мы закончили подъем и повернули в сторону гор, а по сути в сторону Оробоса. К сожалению точной карты у меня естественно не было, только грубая, с пометками Карины. Но как говорится, за неимение гербовой…

— Красиво… — Вполголоса прошептала Карина, завороженно глядя на приближающиеся горы. Посмотреть действительно было на что. Высокие пики с вершинами, покрытыми снегом и кое-где стыдливо прячущимися под облаками. Их серое основание и ярким контрастом в подбрюшье горного массива — зеленые холмы или небольшие горы с деревьями… Где-то вдали сверкнула речка. Среди облаков мелькнул орел или его местная разновидность. Вдалеке тонкой движущейся полоской обозначился караван на восток.

Сильно разгоняться я не решался — хотелось не спеша осмотреться, прикинуть куда двигать, подняться повыше, поэтому движение в сторону гор продолжалось еще некоторое время, пока мне на глаза не попались три ущелья веером расходящиеся примерно в нужную сторону. Я еще прикидывал, что делать — полететь вдоль одного из них или подняться повыше, чтобы окинуть всю картинку разом и уже потом определиться, когда в мое умиротворенно-созерцательное состояние ярким диссонансом вплелась информация от биокомпа.

'Напряжение на границе третьего слоя реальности стало повышаться. На данный момент вероятность повторного нападения выросла до шестидесяти пяти процентов. Отключение функции Прима-Щит не рекомендуется до возвращения параметров слоя в стандартные стабильные параметры'.

Вот это новость! А я-то думал, что уже все кончилось! Так… Так… Думай, думай, дурья твоя башка! — Хоть переключаться между потоками сознания у меня сейчас не получалось, так как этим управлял биокомп, периодически их перезагружая, однако разогнать оба процесса мне удалось, тем самым повысив скорость протекания мыслей. Не факт, что от этого они станут умнее, но все же какой-то бонус сейчас мне дают. Итак, поехали…

Когда появилось напряжение этой границы третьего слоя реальности? Самое первое! Когда тот жрец неизвестного бога (по словам Карины — жрец, примем за рабочую версию), вероятно стал молиться. По крайней мере его застывший взгляд и определенные параметры ауры говорили о том, что он находится в легком трансе. Его молитва могла вызвать такую реакцию? Вряд ли. Молитвы — пустое сотрясение воздуха. И хоть на самом деле я знаю, что акустические вибрации определенной формы могут влиять на окружающее пространство, правда точно неизвестно какое, в данном случае это не прокатывает — жрец молился про себя. Что еще тогда происходило? — Прокрутив в памяти памятную встречу, не нашел ничего заслуживающего внимания. Варианты того, что эти напряжения слоя произошли по какой-то внешней причине, я отмел как маловероятные — слишком все гладко и последовательно произошло, одни события цеплялись за другие и их сцепка явно происходила в комнате, в которой присутствовали мы все. Принимаем вывод, что первое напряжение появилось во время молитвы жреца за рабочую гипотезу. Дальше.

Прокрутим события немного вперед и видим, что пресловутый разрыв слоя реальности произошел во время нападения на меня жреца. Сам жрец был слабым искусником и обычное магическое нападение, тем более таким слабым магом, я бы мгновенно отследил и принял меры. Да в общем и без этих мер слабые плетения мага мне были бы нипочем, поглощенные моей аурой, имеющей очень большую энергетическую емкость. Разумеется, если бы плетение еще не успело активироваться и проявить себя в материальном мире в виде какой нибудь гадости — огня, электромагнитного излучения или еще чего. Этого не было, однако вектор нападения явно шел от искусника. Применим бритву Окама — жрец и искусник в одном лице молился, в результате чего его аура вспыхнула, накачанная энергией неизвестного мне вида, а потом последовало нападение на мою энергоструктуру. Вывод? Этому засранцу удалось вызвать ту сущность, к которой он обращался с молитвой или получить от нее энергию для нападения. Логично? Логично, но есть уточнение: судя по ловкости оперирования процессом взлома моей энергетической оболочки, при котором даже мой биокомп, созданный не самыми глупыми инфомагами, потерпел фиаско, взломом занимался не жрец, а кто-то другой. Сведя все данные вместе и снова порубив их в лапшу острейшей бритвой Окама, получаем один единственный вывод — это была вызванная сущность.

Следствия.

Что знала вызванная сущность обо мне, что узнала, и почему, если эта сущность — один из богов, я до сих пор жив? В правильном вопросе содержится половина ответа. У нас несколько вариантов:

Первый — я зарядил этому божку нехило в лоб, от чего он временно ушел в нокдаун и временно потерял меня из вида. Не очень приятный вариант, потому что, если сейчас он стал приходить в себя, то быстро меня найдет и прихлопнет как муху. В то, что я так успешно попал богу в уязвимое место я вижу чистую случайность, но никак не свою мощь. Достаточно вспомнить Дронта и сравнить себя с ним, чтобы прочувствовать свою лопоухость и слабость в магическом плане. Вывод? Со мной игрались или не принимали всерьез. Просто потому, что делали это со мной не напрямую, а через жреца. Видимо, чтобы меньше тратить энергии (эта мысль тоже рождает целый пучок веточек-следствий, но сейчас они не актуальны). Но стоит богу проявиться самому — мне крышка. Этот вариант отбросим просто потому, что здесь я ничего не могу сделать. Поэтому буду исходить и других предпосылок.

Второй вариант, более интересен — в принципе все то же самое, что и в первом варианте, но следствием того, что бог вышел в реал через прокси-жреца может являться то, что он получил только тогдашние мои координаты нахождения, к которым смог привязаться и играть со мной в кошки-мышки. Я лягнул его в лоб и свалил. А утилиты отслеживания следов у бога нет. Даже если и есть, то коннект со мной был потерян и она оказалась бесполезной. Однако сейчас мы видим противоречие этим выводам — бог или кто-то из этой братии все ближе и ближе подбирается ко мне — об этом говорит рост напряжения третьего слоя реальности. Значит есть-таки такая утилита! Traceroute, мать ее…

Еще есть варианты? Может и есть, но менее вероятные… Или я просто их не вижу. Ладно, вернемся к тому варианту, который для меня сейчас является наиболее вероятным. Утилита отслеживания объекта, то бишь меня. Переведем принцип работы этого механизма в привычные мне термины. Для того, чтобы отследить объект в абстрактной сети по принципу подобной утилиты, к объекту должны вести много дорожек через какие-то промежуточные связанные узлы. Чем их больше, тем медленнее происходит поиск. Стоит где-то связи между узлами разорваться, как такой метод перестает работать. Разумеется только не в том случае, если узлы соединены между собой по принципу 'многие-ко-многим', образуя многовариантные связи и кучу альтернативных путей от одной точки к другой. Но даже в этом случае к искомой точке, в данном случаем ко мне, должна вести хотя бы одна связь. На нашем физическом уровне это значит, что кто-то должен отслеживать меня или визуально или через магические метки. Визуально вряд ли кто меня сейчас видит, магических меток на мне нет.

Вывод.

Поиск ведется, но по другому принципу. Наиболее вероятный вариант — по принципу анализатора слабых связей известных фактов, к которым могут относится все моменты, связанные со мной или с моим окружением. Карина? — я прикинул все варианты и отбросил их как маловероятные. Скорее всего именно я. Итак, что бог посредством жреца сумел обо мне узнать, что дает ему возможность находить меня или вычислять в пространстве, уже не имея под рукой жрецов и каких-то других способов? Мог он снять параметры моей ауры? Ведь через нее идет связь в астрал и другие слои реальности! Если не заигрался со мной, то вполне. Что еще? Ага! На этом материке нет или крайне мало людей, умеющих вызывать элементалей. По крайней мере тех, кто умеет вызывать земных элементалей с моей подачи уже лет тридцать тут нет. А я использую их. Могут боги как-то отслеживать это? Черт его знает. Пока примем, что могут. Хоть нюхом, хоть глазами, хоть задницей, но как-то могут. Что еще? Могут отслеживать мои действия в инфосети или хотя бы чувствовать их? Ответ тот же, что и для элементалей. Вот засада! Опять эта проклятая неопределенность!

'Вероятность повторного нападения выросла до восьмидесяти процентов'. — как будто издеваясь, влез биокомп.

Ладно, ладно. Все равно больше ничего в голову не лезет. Пока примем за основу сделанные мною выводы. А это — заблокировать ауру, чтобы не отсвечивала в астрале и вообще, чтобы я потерялся на любых слоях реальности, кроме инфосети — тут ничего не поделаешь, все объекты этого мира связаны с нею. Но по крайней мере пока (пока не разберусь) стоит ограничить использование инфомагии, чтобы я, как отражение в инфосети не отличался от других объектов резким потреблением инфоэнергии, то есть, чтобы сеть не проседала в районе моей виртуальной точки в инфосети. Второе — придется на время, опять же, пока не разберусь что почем, не использовать элементалей напрямую или научиться без бадди-компа программировать их. Кстати, воздушным элементалем и остальными, с которыми я еще, кстати, не имел дел, контактировать кажется можно — их я не ограничивал в использовании, как с земного (вот же создал себе проблему!).

'Вероятность повторного нападения выросла до восьмидесяти пяти процентов'.

Так… Действуем быстро-быстро, пока не началось!

Транспортное средство 'пузырь воздушный, магический' резко помчался вниз. Выбирать место посадки уже не было времени, хорошо хоть успели перелететь один из хребтов, коих сверху насчитывалось как минимум три. Ауру я полностью заблокировал, так что осталось временно проститься с элементалем, а для этого сначала надо сесть. Желательно, сохранив свои тушки в целости и сохранности.

— Ай! Что случилось? — прокричала мне в ухо Карина.

Вот, блин! Я совсем забыл про нее!

— Опасность! — Я освободил одну руку и прочистил пальцем ухо, в котором зазвенело от крика девушки. — Надо срочно садиться!

Конечно я не просто так бросился вниз — все-таки не хотелось приземляться где-нибудь на склоне крутой горы. Найдя более-менее пригодную площадку, что сверху было сделать не очень трудно, я направил наш болид в небольшое плато на высоте примерно полутора километров (пересекая первую гряду гор, мы поднялись до примерно двухкилометровой высоты и еще не успели спуститься). К нашей удаче, через это плато протекала совсем небольшая речка и была кое-какая растительность. Остального я увидеть не успел, когда наш шар мгновенно затормозил у самой земли, от чего резко затошнило. И судя по всему не только меня — Карина перегнувшись налево через мою руку, рассталась со своим обедом, или остатками завтрака, что там у нее было. Я тоже сглотнул неприятный ком в горле.

Тем временем наш шар перешел в энергетическую форму и стал медленно уменьшаться, а вместе с этим и мы стали опускаться на землю.

Ночь мы с Кариной провели под защитным куполом, подогреваемым изнутри магией. А вокруг, насколько это было возможно, раскинулась слабоэнергетическая сигнальная сеть. Все это я запитал от сворованных в оружейной лавке накопителей, и только убедившись, что вероятность нападения на нас к утру снизилась до тридцати процентов, при которых режим Прима-Щит отключился, я расслабился. Карина давно спала в моих объятиях, а я все думал, раскладывал пасьянс из событий и планов то так, то эдак, а он все никак не складывался в выигрышный вариант. Наконец, усталость взяла свое и я уснул тяжелым сном.

Content

Ясинский Анджей
Ник–5 (условное название)

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6