Соколова Марина Дмитриевна

Происшествие в Великом Устюге

Марина Соколова

Происшествие в Великом Устюге

Ура! Любава едет в Великий Устюг. Она увидит настоящего Деда Мороза и поздравит его с днём рождения. К сожалению, ей не удалось выяснить возраст Кудесника. К кому только девочка не обращалась с этим вопросом! Он поставил в тупик и Папу, и Президента, и знатоков из «Своей игры», и даже Витю Эйнштейна из 9 «Б».

«Ничего страшного: спрошу у самого Кудесника», – успокоила себя Любава. «Вместе спросим», – твёрдо заявила Мама. Девочка развела руками: «Ты что – собираешься ехать в Великий Устюг?» «И Папа – тоже», – ответ поверг Любаву в уныние. Справившись с чувствами, девочка поставила вопрос ребром. «Вы с Папой меня любите?» – спросила она напрямик. «Конечно», – пролепетала обескураженная Мама. «Тогда перестаньте меня опекать и отпустите одну к Деду Морозу». В ответ Мама не проронила ни слова. «Молчание – знак согласия», – обрадовалась Любава – и заспешила в «детскую» собирать вещи. Первым делом она аккуратно уложила подарок для Деда Мороза. Это была берестяная шкатулка – ослепительная и праздничная, как ёлочная игрушка. Любава изготовила её в кружке «Умелые руки», расписала гуашью и украсила бисером и конским волосом. На шкатулке был изображён Дед Мороз в окружении своих друзей: Йоулупукки, Санта Клауса, Кыш Бабая, Чисхана, Паккайне. Изображение получилось объёмным и убедительным и убедило жюри в том, что Любава достойна первой премии. За свою одиннадцатилетнюю жизнь девочка успела победить в одиннадцати разных конкурсах. Все они были по-своему трудными и интересными. Однако конкурс на лучший подарок для Деда Мороза Любава считала самым престижным. Одержав бесспорную победу, она получила возможность побывать в гостях у повелителя холода.

Ярославский вокзал кишмя кишел оживлённым народом. На перроне стоял такой шум и гам, что у Любавы заложило уши. Это юные победители многочисленных новогодних конкурсов бурно выражали свой восторг по поводу скорой встречи с Дедом Морозом. Все победители, как на подбор, блистали счастливыми улыбками и яркими украшениями. Обвешанные с ног до головы гирляндами, мишурой и самодельными игрушками, они были похожи на новогодние ёлочки. От детей не отставали взрослые гости Деда Мороза. По перрону взад и вперёд сновали исторические и сказочные персонажи: Купец Афанасий из Нижнего Новгорода, Почтальон Дядя Саша из Москвы, Снеговик из Архангельска, Баба – Яга из Кукобоя, Леший из Тридесятого царства. Вся эта пёстрая компания группировалась вокруг двух лидеров: Снегурочки из Тольятти и Снегурочки из Югры. Любава с первого взгляда узнала внучек Кудесника: одна напоминала Снегурочку с картины Васнецова, а другая – точь-в-точь Снегурочка из одноимённого фильма.

«Интересно: мы уместимся в одном поезде?» – вслух подумала девочка. «Не в одном, а в двух, – прошамкал за спиной чей-то старческий голос. – К Деду Морозу отправляются два специализированных поезда». Любава вздрогнула от неожиданности – и увидела перед собой согбенную старуху, похожую на артиста Милляра. Без сомнения, это была Баба-Яга – в ветхой телогрейке и с метлой в правой руке. «Вам не холодно, бабушка?» – сочувственно спросила девочка. «У меня семь одёжек – и все без застёжек», – мрачно ответила колдунья – и спрятала глаза под красный платок с белыми снежинками. «А вы в каком поезде едете?» – поддержала разговор Любава. «Нам с тобой не повезло: мы едем в первом поезде», – буркнула Баба-Яга. «Почему же не повезло?» – полюбопытствовала Любава. «Потому что во втором поезде едут Новогодники с Большой Электронной Книгой Добрых Дел, – объяснила колдунья. – И ещё сама Лариса Рубальская с новой песней для Деда Мороза». «А кто такие Новогодники?» – с интересом спросила девочка. «Это помощники Деда Мороза, доченька», – ответила Баба-Яга – и прикусила язык. Неловко поправила платок – и закричала: «Поезд! Поезд подходит! Беги скорей, а то опоздаешь!» Девочка стремглав бросилась к своему вагону. Справа от неё, размахивая метлой, бежала Баба-Яга, а слева прихрамывал косматый Леший. Проскочив мимо ошарашенного проводника, троица гуськом влетела в купе № 3. Перевела дух… и увидела на верхней полке маленького старичка с длинной бородой и в валенках не по размеру.

«Не обижайтесь, дедушка, но вы лежите на моей полке», – вежливо сказала Любава. «Можешь называть меня Дед Трескун», – отозвался старичок и, кряхтя, перебрался на соседнюю полку. Девочка поторопилась занять своё место и, подложив под голову кулак, собралась немного соснуть.

Но не тут-то было: Дед Трескун завязал разговор и нарушил её планы. «Тебя зовут Любава?» – спросил любопытный старичок. «Да – а – а, – протянула девочка. – Разве вы меня знаете?» Под лохматыми бровями блеснул лучистый взгляд: «Это моя обязанность, потому что я – волшебник». «А вы откуда? – заинтересовалась Любава. – Я про вас впервые слышу».

«Я пришёл из тьмы веков, – отчётливо проговорил старик. – Про Деда Мороза наверняка слышала? Я его семиюродный брат». «Вы тоже едете на день рождения Кудесника?» – догадалась девочка. Глаза волшебника затянула пелена – и взгляд стал непроницаемый. «Имя какое ему придумали, – откашлявшись, сказал Дед Трескун. – Меня так никто не называет». «Хотите, я вас буду так называть?» – пожалела дедушку Любава. «Какая хорошая девочка, – довольно улыбнулся старик. – Кудесник у нас один. Называй меня просто: Дед Трескун».

«Трещите там как трещотки, – послышался снизу голос Бабы-Яги. –

Спускайтесь лучше перекусить. Чем богаты, тем и рады». Любава свесилась с полки и опытным взглядом окинула накрытый столик. Там были и пончики, и леденцы, и… нелюбимый салат из «дамских пальчиков». «А что это ты раскомандовалась? – возмутился Дед Трескун. – Ты что за личность такая?» «Известная личность, – надулась Баба-Яга. – Из самого Кукобоя». «А мы сейчас проверим, – распалился Дед Трескун. – Говоришь, что ты та самая Баба-Яга, а пирогом не угощаешь». «Есть пирог, – разважничалась колдунья. – Сама испекла – с мясом». «Ладно, – миролюбиво произнёс Дед Трескун. – Считай, что с первым заданием ты справилась. Теперь очередь второго. Если ты настоящая Баба-Яга, то должна любить частушки».

«Щас исполню», – колдунья подбоченилась и запела надтреснутым голосом:

«Ах, любовь, любовь-отрава,

До чего ты довела,

Даже Бабушка-Ягуша

На свидание пошла».

«И это ты умеешь, – удовлетворённо заявил Дед Трескун. – Последнее испытание – самое трудное. Баба-Яга из Кукобоя любит добрых молодцев. Ну что – слабо?»

Древняя старушка заморгала голыми веками, после чего крепко обняла Лешего и расцеловала в обе щеки.

«Ну ладно, ладно, убедила, – усмехнулся в бороду Дед Трескун. – Отведаем мы твоих яств. Только сначала посмотрим расписание до Котласа».

«Прибываем завтра утром, – отбарабанил Леший. – Меня тоже будешь испытывать?» «Нет, тебя не буду, – примирительно сказал Дед Трескун. – И так видно: зипун вывернут наизнанку, не подпоясан, на голове рога. Одно непонятно: ты почему до сих пор не провалился сквозь землю? Чего это вдруг так припозднился?» «Приглашение получил от Деда Мороза, – затараторил Леший. – Поздравлю его с днём рождения – и сразу же провалюсь». «Тогда другое дело, – кивнул головой Дед Трескун. – Ждите – скоро вернёмся. Любавочка, уважь старика, проводи до расписания да помоги в нём разобраться: последние двести лет жалуюсь на зрение».

Неожиданно для Любавы Дед Трескун повёл её не к расписанию, а в тамбур. «Не удивляйся, девонька, – зашептал непредсказуемый старик. – Нам с тобой надо поговорить, да так, чтобы никто не мешал». «О чём поговорить?» – напрягла слух девочка. «О твоей безопасности», – таинственно пробормотал Дед Трескун. «И кто же мне угрожает?» – улыбнулась Любава. «Как – кто? Баба-Яга и Леший», – зловещим шёпотом произнёс старик. «Не смешите меня, дедушка», – рассмеялась Любава. «Больше мне делать нечего! – рассердился Дед Трескун. – Разве ты их не боишься?» «С какой стати? – недоуменно спросила Любава. – Все Бабы-Ёжки смешные, а Лешие – жалкие и несчастные». «Где же ты таких видела?» – поинтересовался Дед Трескун. «В кино, конечно. Где же ещё?» – снисходительно ответила девочка. «А эти не из кино. Баба-Яга – из Кукобоя, а Леший – из Тридесятого царства». «Я как-то не подумала», – призналась Любава. «Тогда слушай и думай, – наставительно произнёс волшебник. – Настоящий Леший живёт не в кино, а в глухой лесной чащобе. На Ерофея он расстаётся с лесом и проваливается сквозь землю, где зимует до весны. А перед зимовкой Леший беснуется и свирепствует. Ты думаешь, почему он добреньким прикинулся?» «Почему?» – затаила дух Любава. «Заманивает тебя добрым отношением. Наверняка хочет украсть. В действительности он злой и опасный. Может закричать ужасным голосом, а может и зверем обернуться». «И что же мне делать?» – испуганно спросила девочка. «Есть один способ развеять его чары», – с этими словами Дед Трескун переобулся, надев правый валенок на левую ногу, а левый – на правую. Любава тотчас последовала его примеру. «Это всё?» – с надеждой в голосе спросила девочка. «Более-менее, – сдвинул брови Дед Трескун. – Хотя полной безопасности не обещаю». «И что же мне делать?» – повторила вопрос Любава. «Доверься мне, милая, – потребовал старичок. – И тогда я тебя огражу и от Лешего, и от Бабы-Яги». «Неужели Баба-Яга такая же страшная?» – засомневалась девочка. «Она во сто крат хуже, – уверенно сказал Дед Трескун. – „Яга“ означает „болезнь“. Смотри не притрагивайся к её покойницкому угощению, а то временно умрёшь для живых». У Любавы от страха начался нервный тик. «Не пугайся раньше времени, девонька, – успокоил её старик. – Делай, как я, – и останешься жива и здорова».

Любава наклонила голову и зашаркала вслед за спасителем. За закрытой дверью купе они услышали какой-то шум, за которым последовал дикий крик. «Леший бесится», – многозначительно произнёс Дед Трескун. Девочка с опаской заглянула вовнутрь и увидела следующую картину. Охая и причитая, совсем не страшный Леший тщетно силился вытащить левую ногу из-под тяжеленного баула. «Притворяется», – подмигнул Любаве Дед Трескун и, приговаривая: «Ай-яй-яй, узелочек упал», устремился к баулу. С завидной лёгкостью он приподнял свой неподъёмный «узелок» и ловко забросил его наверх. «Даже не знаю, как тебя благодарить», – расчувствовался Леший. Старичок скромно потупил глазки, а возникшей паузой воспользовалась Баба-Яга: «Кушайте, касатики. Вон сколько всего наготовила». Любава взглянула на «покойницкую» еду – и к её горлу подступил тошнотворный комок. Положение спасли Снегурочки, которые своим холодным сиянием разрядили обстановку. «Приглашаем всех в вагон-ресторан на викторину», – сияя, объявила Снегурочка из Тольятти. «Победителей ждут призы», – подхватила Снегурочка из Югры. «Пошли, лесной маг. Ты у нас умный», – призывно сказала Баба-Яга и потащила напарника в ресторан. «Не отставай! – Дед Трескун протянул Любаве иссохшуюся кисть. – Пойдём посмотрим, что они удумали».

Вагон-ресторан был битком набит разодетым народом. Этому необычайному зрелищу мог позавидовать любой показ мод. В центре внимания находилась Золотая Рыбка, которая, сверкая чешуёй, старалась угомонить возбуждённую публику. Когда в ресторане, наконец, установилась тишина, Рыбка царственно огласила условия конкурса: «Жюри в составе двенадцати братьев-месяцев будет оценивать быстроту реакции, точность ответа и грамотность изложения». Все присутствующие, как один, приготовили правые руки, а Баба-Яга переложила метлу из правой руки в левую. Золотая Рыбка сделала плавником плавный жест – и объявила первый вопрос: «Как зовут Ямальского Деда Мороза?» Баба-Яга толкнула Лешего в бок – и его правая рука машинально подскочила вверх. Потирая ушибленную ногу, на полусогнутых, Леший выдавил из себя ответ: «Я… это… он… это…

Ири Ямал». Братья-месяцы совещались несколько минут, после чего слово взял Ноябрь-месяц: «Жюри сочло ответ недостаточно чётким. Есть ещё желающие высказаться?» Со своего места поднялся латышский богатырь Лачплесис, затмив могучей фигурой всех сказочных героев: «Заранее извиняюсь за ошибку, но я бы привёл резоны в пользу Ямал Ири».

Общее мнение высказал Декабрь-месяц: «Ответ богатыря Лачплесиса нас вполне удовлетворил. Ему присуждается первое очко». «Постойте! Погодите! – яростно взвилась Баба-Яга. – Это несправедливо! Это форменное безобразие!» «Советую не хулиганить, – охладил её пыл студёный Февраль-месяц. – Нарушителей порядка будем выводить из ресторана». Баба-Яга нахохлилась, а Леший, напротив, развернул плечи.

«Второй вопрос, – со спокойным величием произнесла Золотая Рыбка. – Назовите любимую еду Деда Мороза из Великого Устюга». Каким-то чудом корявая рука Лешего тут же взлетела под потолок. «Господин Леший скажет», – снизошла Золотая Рыбка. Лесной дух во плоти возвысился над всеми и громогласно отчеканил: «Великоустюгский Дед Мороз с удовольствием ест сахарные снежки и сладкие сосульки. Но предпочитает перуанское блюдо севиче». Строгое жюри единогласно присудило Лешему одно победное очко.

Когда в вагоне-ресторане смолк одобрительный гул, Золотая Рыбка с достоинством огласила третий вопрос: «Скажите: где Дед Мороз живёт во время жары?» На сей раз Премудрый Леший мог не спешить с ответом. Когда он всё же поднял руку, то оказалось, что во всём ресторане она была одна-единственная. «Мы все превратились в слух», – не выдержала Золотая Рыбка, жестикулируя плавниками. Леший медленно вытянулся во весь немалый рост и произнёс в звенящей тишине: «Летом Дед Мороз живёт в криогенной камере». Июнь-месяц громко захлопал в ладони – и через секунду стены ресторана сотрясались от рукоплесканий. «Какой умный – совсем как мой Папа», – восхищённо подумала Любава и впервые пожалела о том, что не взяла с собой родителей. «Ничего особенного – просто магия», – презрительно скривился Дед Трескун. Золотая Рыбка сделала очередной плавный жест – и аплодисменты как рукой сняло. С заключительным словом выступил Октябрь-месяц: «Два очка из возможных трёх заработал господин Леший. Он получает гран-при: чашку с портретом Деда Мороза и с его автографом. Богатырь Лачплесис заслужил приглашение на наш новогодний костёр».

Любава почему-то была очень рада за Лешего. Но её настроение резко переменил Дед Трескун: «Держись подальше от этой парочки, девонька. Не забывай: вокруг них аномальная зона».

Получив инструкции от гуру, Любава покинула вагон-ресторан, не дожидаясь награждения. В проходе она столкнулась с красочной цыганкой. «Покажи ладошку, яхонтовая», – пристала к ней гадалка. Не долго думая, девочка протянула ей руку ладонью кверху. Лицо цыганки сильно омрачилось, но вскоре просветлело. «Вижу: ждёт тебя дальняя дорога, – предсказала гадалка. – Встреча с нехорошим человеком. Но конец будет благополучный». Любава не очень озаботилась услышанным. Она собралась «позолотить» цыганке ручку, но… её и след простыл.

«Ты куда это убежала?» – послышался за спиной голос Деда Трескуна. «Держусь подальше от нечистой силы», – напомнила ему девочка.

«Главное: держись поближе ко мне, – деловито сказал старичок. – А теперь пошли в купе трудиться. Ты пропустила финал: если мы не разукрасим поезд, Котлас нас ни за что не примет».

«А как его украшать?» – спросила Любава.

«А я знаю? Картинками, лампочками, поделками. Сейчас придут Смешарики – всё объяснят и покажут».

Весь день, вечер и часть ночи прошли в весёлых хлопотах. В результате не только вагон, но и оба спецпоезда радовали глаз обилием пышных украшений.

«Теперь обязательно примет», – с облегчением произнесла Любава – и погрузилась в глубокий сон: цветной и узорчатый, как калейдоскоп.

«Заспалась, девонька, Котлас прозеваешь», – услышала она над собой характерный голос Деда Трескуна. «Какое счастье, – блаженно проговорила Любава. – Скоро я увижу Деда Мороза и поздравлю его с днём рождения».

«При условии, что во всём будешь слушаться меня», – предупредил Дед Трескун. «А что я должна делать?» – спросила доверчивая девочка.

«На станции все кинутся к автобусам, – принялся растолковывать старичок. – Целый час они будут трястись в дороге, чтобы добраться до „Лесной сказки“. На самом деле это никакая ни сказка, а обыкновенная гостиница. Если хочешь мгновенно попасть в Вотчину Деда Мороза, садись в мои волшебные сани. Пока все остальные гости будут устраиваться в гостинице, ты первая поздравишь… гм… Кудесника с днём рождения. Ну что, согласная?» «Согласная», – не раздумывая, ответила Любава.

Последнее, что заметила девочка, располагаясь на меховой подстилке, было перекошенное лицо Бабы-Яги. «Но, залётные!» – молодцевато крикнул Дед Трескун – и сани без посторонней помощи взмыли к небесам. От заоблачной выси у Любавы перехватило дыхание. Но уже через мгновение сани мягко приземлились в густом лесу. «Это и есть Резиденция Деда Мороза?» – неуверенно спросила девочка. «Это моя Резиденция, – зло откликнулся Дед Трескун, – а ты – моя невольница». «Ма-ма», – промямлила пленница – и вывалилась из саней. Вскочила на ноги, сделала два шага – и с криком провалилась под землю. К удивлению Любавы, под землёй было довольно светло. Приглядевшись, она поняла, что тусклый свет исходил от керосиновой лампы. Лампа стояла на грубо отёсанном столе, а рядом со столом стоял… совсем другой Дед Трескун. «Это что – подземелье?» – поёжилась испуганная девочка. «Это схрон», – прошипел лицемерный старик.

«А что это такое?» – чуть дыша, спросила Любава. «Это моя Вотчина, – продолжал шипеть Дед Трескун. – Не всем же иметь такие хоромы, как у… гм… Кудесника». Старикашка затрясся от беззвучного смеха. «А зачем вы меня сюда привезли?» – насмерть перепугалась Любава. Дед Трескун перестал трястись и торжественно произнёс: «Это кинднепинг, девонька. Неужто не слыхала?» «Слыхала, – дрожа, как осиновый лист, вспомнила Любава. – Дедушка, а зачем вы меня украли?» «Я тебе не дедушка! – вскипел ворюга. – Я – дух холода! Я – главнее Деда Мороза! Захотел этому выскочке праздник испортить – и испортил. Вместо того, чтобы здравицы слушать, пусть лучше гоняется за гостями. Ни в жизнь не отыщет». «А если всё-таки отыщет?» – тихо спросила Любава. «А хоть бы и так! – разошёлся дух холода. – Я тебя верну только твоим родителям – и то за большие деньги». «Но у родителей нет больших денег!» – всплеснула руками девочка. «Не лукавь, милая, не надо, – погрозил пальцем Дед Трескун. – Небось, берестяные шкатулки не дешёвенькие». «Мы их никому не продаём», – как маленькому, пояснила Любава. «Зачем же тогда их делать?» – удивился старикашка.

«Для красоты, дух холода», – на миг Любава забыла про грозящую ей опасность. «Глупости какие! – затопал ногами грозный старик. – Мало я вас, людишек, холодил, мало казнил. Разбаловал вас Дед Мороз: миндальничает, подарки дарит. Забыли совсем, что должны меня ублажать. Люди трудятся не для красоты, а для пользы. Пусть родители продадут твои поделки и постараются меня задобрить и подкупить. А не то…» «Что вы имеете в виду?» – Любаве надоело дрожать, и она решила бороться до победного конца. «Я на выдумки хитёр, – похвастался Дед Трескун. – Могу устроить тебе инициацию. Посвящу в действующие маги – мне помощники ох как нужны. Пройдёшь, девонька, через мучительные испытания: укусы муравьёв, членовредительство, татуировки».

Любава до боли стиснула кулаки. В голове промелькнули сцены из сказочных кинофильмов. В них люди успешно сражались со злыми духами и нечистой силой. «Попробую его перехитрить. Надо выиграть время», – решительно подумала девочка, а вслух предложила расслабиться и дождаться вечера. «Вечер утра мудренее, – согласился Дед Трескун. – Ты отдыхай, а я буду рассказывать страшные сказки, чтобы скоротать время». Не откладывая в долгий ящик, дух холода приступил к любимому занятию: «Жил-был у бабушки серенький козлик. Однажды он пошёл в лес погуляти. И на него напал голодный волк. Он разорвал козлика на мелкие кусочки. Остались от бедняги рожки да ножки».

А в это самое время в Вотчине Деда Мороза заседал Большой Совет. В нём принимали участие друзья и коллеги Кудесника, его верные наместники и мастерицы-искусницы. В самый разгар дискуссий дверь отворилась – и в комнату вошла смущённая Метелица: «Прощенья просим у тебя, Морозко, и у вас, гости дорогие. Понимаем, что не вовремя. Дело в том, что в Терем ломятся Мудрая Сова и Бурый Медведь. С ними – Баба-Яга и Леший – не наши, чужие». Светлое лицо Деда Мороза потемнело, он извинился перед гостями и сурово произнёс: «Впусти их, Хозяйка Терема». Первыми в помещение ворвались Баба-Яга и Леший. За ними едва поспевали Сова и Бурый Медведь. «Вы откуда?» – нахмурился Дед Мороз. «Мы с Тропы Сказок», – за всех ответила Мудрая Сова. «Ничего не понимаю. Объясните внятно», – слегка подобрел Дед Мороз. «Мы, как положено, стояли на Тропе Сказок, – запыхтел Бурый Медведь. – Вдруг на ней появились Леший и Баба-Яга. Загадки не отгадывают, преграды не преодолевают. Говорят, что некогда, надо дочку спасать». «Чью дочку? От кого спасать?» – разволновался Дед Мороз. «Нашу дочку, Кудесник, – заплакала Баба-Яга. – Зовут Любавочка. Её похитил Дед Трескун». Фольклорная старушка стянула с головы шерстяной платок – и на плечи упали прекрасные изумрудные волосы. Она отёрла лицо рукавом – и стала, как две капли воды, похожа на Любавину Маму. «Как же, помню, – взволнованно проговорил Кудесник. –

Любава – победительница главного новогоднего конкурса. Она сотворила чудесную берестяную шкатулку. А ты, Леший, как я понимаю, её отец?»

Конечно же, под личиной Лешего скрывался Любавин Папа. Но от расстройства чувств он никак не мог выйти из образа и беспрестанно твердил: «Шёл, нашёл, потерял».

«Теперь всё ясно, – совладал с собой Дед Мороз. – Берестяныч, будь добр, принеси мой инновационный посох и ноутбук». Через минуту Кудесник в одной руке держал свой волшебный посох, а другой что-то отстукивал на клавиатуре. «Он прячет девочку в Стрельненском лесу», – уверенно произнёс Дед Мороз. «Тебе нужна наша помощь?» – наконец, вмешался в разговор Санта Клаус. «Спасибо, друзья, – прочувствованно сказал Кудесник. – Думаю, что справлюсь один. Если это вас не затруднит, позвоните в наш международный офис. В последний раз я видел Трескуна лет триста назад. Навряд ли он изменился в лучшую сторону. Этот пакостник представляет угрозу для всего белого света». Без лишних слов Санта Клаус поправил на носу очки и достал из-за кожаного пояса мобильный телефон. Привычным движением он нажал на кнопки большим пальцем и приложил телефон к уху.

Не дожидаясь разговора, Кудесник с прытью молодца выскочил из Терема, оседлал новенький квадроцикл и вскачь понёсся в Стрельненский лес.

«Ну что, так и будем стоять сложа руки?!» – вскричал опомнившийся Папа.

«У тебя имеется квадроцикл?» – язвительно спросила Мама.

«Конечно, нет. Но у тебя имеется метла», – укоризненно сказал Папа.

«Понимаешь, я на ней никогда не летала», – стала оправдываться Мама.

«Лиха беда начало», – убедительно произнёс Папа.

«Берестяныч, у вас случайно нет ступы?» – позвала «Баба-Яга».

«Хозяйство у нас большое», – откликнулся Берестяныч – и пошёл искать ступу.

Не прошло и пяти минут, как Папа по-джентльменски уже помогал Маме забраться в сказочное транспортное средство. «А она выдержит нас двоих?» – оробела Мама. Папа в ответ только энергично замахал руками. «Вперёд!» – отчаянно закричала Мама, потрясая метлой. Ступа, поколебавшись, со скрипом двинулась в правильном направлении.

Когда она с тяжёлым грузом на борту, наконец, доковыляла до схрона, там разгорался жаркий спор. «Не отдам тебе девчонку! – визжал Дед Трескун. –

Кто ты такой, чтобы распоряжаться?» «Девочку надо вернуть родителям», – жёстко ответил Дед Мороз. «Когда-то ты сам воровал детей, – ехидно напомнил дух холода. – А теперь хорошего из себя строишь». «Мне стыдно об этом вспоминать, – покаялся Кудесник. – Теперь я не ворую детей, а воспитываю и обучаю». «Я сильнее тебя!» – завопил Дед Трескун – и треснул посошком о земляной пол. Любава, вырвавшись из Маминых рук, приблизилась к Кудеснику – и ахнула: его седые волосы опушил лёгкий иней. Размеренным жестом Дед Мороз направил на Трескуна инновационный посох – и злобный старик покрылся сосульками с головы до пят. От страха дух холода чуть не испустил холодный дух. Из алого кушака Кудесник вынул свой мобильный телефон и набрал нужный номер. «Привет, дружище Санта Клаус, – произнёс он совсем другим тоном. – Я – в Стрельненском лесу, разбираюсь с духом холода… Что-то я уже не наблюдаю ни духа, ни холода… Думаю, что судьбу Трескуна должен решить Международный Совет… Моё личное мнение: надо попробовать его преобразить. А пока пусть схоронится в своём схроне… Я приму надлежащие меры… Куда он от нас денется? Мой инновационный посох вычислит его в любой точке планеты». Спрятав мобильник в укромное место, Дед Мороз взглянул на поверженного врага: дух холода выдохся и стал похож на обледенелый снежок. Сначала на лице Кудесника отразилось сочувствие, а затем – самокритика. Он схватился руками за голову и стал раскачиваться из стороны в сторону: «Ах, я дуб стоеросовый! Чуть всем праздник не испортил!» «Что стряслось, дедушка?» – снова испугалась Любава. «Девочка моя! Через четверть часа я должен зажечь Первую Новогоднюю Ёлку. Поспешим в Великий Устюг. А твои родители догонят нас в ступе – им не привыкать». С этими словами Дед Мороз помог Любаве вылезти из схрона и забраться на квадроцикл. «В тесноте, да не в обиде!» – воскликнул Кудесник и, прижав девочку к груди, помчался в Великий Устюг.

Возле изумрудной, как Мамины волосы, ёлки-красы Кудесника и Любаву встречали все участники Большого Совета, тысячи детей и взрослых, а среди них… бывшая Баба-Яга и бывший Леший. «Мы уже всё знаем», – Мудрая Сова не преминула показать свой интеллект. «От Санта Клауса?» – уточнил Дед Мороз. «Ну уж! – с чувством превосходства ответила Сова. – Ты, видать, забыл, Морозко, что у тебя в руках инновационный посох. Мы следили за твоими перемещениями в Интернете». «Ну, раз вы всё знаете, пошёл зажигать ёлку», – широко улыбнулся Дед Мороз. «А как же я? – обиженно спросила Любава. – А про меня ты забыл? У меня к тебе очень важный разговор». «Я про тебя никогда не забуду, – посерьёзнел Кудесник. – Сейчас зажгу ёлку – и мы с тобой уединимся в Тронном зале».

Через несколько минут на главной площади Великого Устюга всеми цветами радуги переливалась Первая Новогодняя Ёлка России. Пожелав счастья и здоровья всем жителям страны, Дед Мороз незаметно исчез с праздника, прихватив с собой Любаву.

Удобно усевшись на Волшебном Троне, он приготовился слушать спасённую девочку. Эмоции захлестнули Любаву, и она не знала, с чего начать. «Начни с самого важного», – подсказал ей Кудесник. «Я давно хотела спросить: сколько тебе лет?» – решилась девочка. «Ох, это непростой вопрос, – вздохнул Дед Мороз. – Когда мне исполнилось две тысячи лет, я перестал считать годы. Теперь я считаю столетия, потому что каждые сто лет я преображаюсь. Но в душе мне всегда двадцать пять – это мой биологический возраст». Любава немного помялась, а потом всё-таки задала мучивший её вопрос: «Скажи, Кудесник, это правда, что ты воровал детей?» «К несчастью, правда, – покраснел Дед Мороз. – Это было очень давно. Я, как и Дед Трескун, воровал и наказывал непослушных детей. С тех пор я полностью преобразился и понял, что к детям нужно относиться с добром и лаской. Как видишь, Дед Трескун до сих пор не изменился. Мы поможем ему преобразиться, если, конечно, он сам этого захочет». «А Дед Трескун, действительно, твой родственник?» На этот вопрос Кудесник ответил не сразу. Его глаза увлажнились – а на Волшебном Троне повисли сосульки. Потом он прерывисто задышал – и на Любаву дохнуло ледяной стужей. «Если не хочешь – не отвечай», – жалостливо сказала девочка. «Ты мне теперь как родная, – ласково произнёс Дед Мороз. – Других родственников у меня не осталось. Когда-то были – и Трескун, и Позвизд, и Корочун. Но я преобразился – и они стали мне чужими… В далёком прошлом у меня была супруга – Весна Красна. Но, как говорится, не сошлись характерами». «А как же Костромская Снегурочка – твоя внучка?» – припомнила Любава. «Это большой секрет. Снегурочка – плод магических действий. Я слепил её из чистейшего снега и вдохнул в неё жизнь. Магической силы хватает только на один сезон, поэтому каждый год я творю новую Снегурочку». «А как же другие Снегурочки и Деды Морозы?» «Это всё клоны, только ты никому не говори». Кудесник понурил голову – и в Тронном зале прибавилось сосулек. На Любавиных глазах тоже выступили слёзы: «Дедушка Мороз, я согласна стать твоей внучкой – не магической, а самой настоящей». «Спасибо, внученька, – Кудесник снял варежку и погладил Любаву по шёлковой головке. – Мы с тобой крепко связаны на всю жизнь». «Как это?» – у Любавы от радости высохли слёзы. «Скажи, пожалуйста, у тебя есть образец для подражания?» «Конечно. Это мой Папа», – с гордостью ответила девочка.

«А я беру пример с великоустюгских героев Дежнёва и Хабарова, а также со святого Николая Чудотворца. Да будет тебе известно, что Николай Чудотворец был покровителем украденных детей. Поэтому я и говорю, что мы с тобой связаны на всю жизнь». У Любавы загорелись глаза: «Дедушка, а как ты будешь мне покровительствовать?»

Дед Мороз ненадолго задумался… «Ну, я дам тебе контрамарку на концерт фестиваля „Хрустальные звёздочки“». «А ещё?» – разохотилась Любава. «Ещё? Приглашаю тебя на МДДМ». «Это тайное общество?» – понизила голос девочка. «Нет… – расхохотался Кудесник. – Это Международный День Дедов Морозов». «Обязательно приеду, – пообещала Любава. – А ты приезжай ко мне в гости. Сейчас заберём родителей – и айда в Дедовск». «Сейчас не могу, – виновато сказал Кудесник. – Закончим беседу – и я отправлюсь в Новогоднее путешествие. А когда я прибуду в свою Московскую Вотчину, то обязательно загляну к тебе на холодный чай». «Подари мне что-нибудь на память», – попросила Любава. «Дома тебя и твоих замечательных родителей ожидают хорошие подарки. А пока возьми вот этот оберег из чернённого серебра и больше не попадай в беду».

Волшебные часы Кудесника напомнили о быстротекущем времени. Поднявшись с Трона, он уступил своё место Любаве: «Садись, внученька. Загадай любое желание – и оно непременно сбудется. А мне пора в дорогу. До встречи в первопрестольной!»

«Нам тоже пора в дорогу», – подумала Любава, восседая на Волшебном Троне. После чего озвучила жгучее желание: «Хочу вместе с Мамой и Папой как можно скорее очутиться дома».

Девочка абсолютно ничего не почувствовала. Просто моментально изменился интерьер: вместо Тронного зала – родная детская комната.

Из гостиной её позвала Мама: «Доченька, быстро иди сюда. Посмотри, что подарил нам Кудесник!» Любава со всех ног побежала в гостиную. Там она увидела родителей в окружении новогодних подарков. Мама тут же взялась примерять кружевной наряд «Морозное узорочье», а Папа попытался проехаться по квартире на лыжах-самоходах. Но самый лучший подарок достался Любаве. Это был набор необыкновенных ёлочных игрушек.

Девочка зажглась желанием немедленно нарядить новогоднюю ёлку. Она принесла из бытовки скромную ёлочку – и мановением руки превратила её в дивную красавицу. Ёлка ожила и, помахивая волшебными игрушками, поздравила Любаву с наступающим Новым Годом.

Девочке вдруг очень захотелось описать все удивительные события, которые с ней приключились. Она немедля села за компьютер – и через час была готова сказка «Происшествие в Великом Устюге». Но как донести её до всех детей? На помощь, как обычно, пришёл Папа. Он поднял на дыбы своё необъезженное «Рено» и направил его в Московскую Вотчину Кудесника. Там он одолжил на короткое время сказочную Жар-птицу и, обжигаясь, доставил её домой.

«Зачем она нам нужна?» – изумлённо спросила Любава. «Жар-птице не страшен никакой холод, – терпеливо разъяснил Папа. – Она отнесёт твою сказку Кудеснику на конкурс новогодних историй».

Щуря глаза, Любава, не отрываясь, следила за пылающей птицей, которая бережно несла в длинном клюве её новогоднее послание. Расправив огненные крылья, Жар-птица скрылась из вида, а девочка бросилась к Маме на кухню. Не в силах удерживать в себе переполнявшее её счастье, Любава с порога поделилась им с любимой Мамой: «Я точно знаю, кем я стану, когда вырасту. Я буду писать книги, как Лев Толстой. Ты рада за меня?» Вместо ответа Мама поощрительно закивала головой.

Окрылённая вдохновением, девочка полетела к компьютеру и, разминая пальцы, начала придумывать продолжение «Войны и мира».

Content

Соколова Марина Дмитриевна Происшествие в Великом Устюге

Марина Соколова Происшествие в Великом Устюге