Ковригина Анастасия

38 кг. Жизнь в режиме «0 калорий»

Анастасия Ковригина

38 кг. Жизнь в режиме «0 калорий»

Основано на реальных событиях

Я отчетливо помню тот день: я встала на весы, и передо мной появились две красивые цифры 3 и 8.

38 килограммов.

Теперь, закрывая глаза и погружаясь в воспоминания, я представляю свою недавнюю жизнь как поезд, несущийся с бешеной скоростью. Поезд мчится без остановок, оставляя позади бессмысленные дни моей жизни, не давая возможности увидеть и оценить просторы счастливого заоконного мира, не оставляя никакого шанса разглядеть добрых тружеников этих счастливых полей. Мне суждено находиться в замкнутом пространстве, в окружении давящих перегородок маленького купе и в компании молчаливых бессменных попутчиков – Диеты, Худобы и Калорий, никогда не снимающих масок безразличия. Мне никак не вырваться отсюда, и страх разжиреть будет бесконечно сковывать меня, перекрывая пути к выходу в обычную и прекрасную жизнь. Постепенно я понимаю: не исключено, что мой поезд движется в пропасть, и я начинаю оглядываться вокруг, в надежде найти ручку стоп-крана…

1. Первые мысли

Все началось с того, все мое похудение, а точнее, мысли о нем, зародились, когда я первый раз оказалась в универе. До момента, пока мои ноги не перешагнули порог аудитории на 4-м этаже, я не чувствовала себя толстой или полной, думала, что выгляжу абсолютно нормально. В моей голове никогда прежде не возникало мыслей о том, чтобы скинуть несколько килограммов и привести в норму свою фигуру. Меня все устраивало.

Но все меняется. Всегда. Так и случилось 1 сентября 2009 года.

На ватных ногах я шла в высшее учебное заведение, где мне предстояло провести пять незабываемых лет. Я не знала, что меня ждет и как будут складываться отношения с одногруппниками. На протяжении жизни мне тяжело давались новые знакомства, адаптация к новым условиям и обстановке проходила мучительно, поэтому первый день в университете, где несколько тысяч незнакомых лиц стремительно проносилось мимо, сводил меня с ума. Меня в прямом смысле трясло от страха. Когда я поднялась на четвертый этаж и зашла в аудиторию, украшенную приветственными плакатами и шарами, мне стало дурно. Передо мной находилось сто двадцать человек, которые чувствовали себя вполне уверенно, и где-то в этой толпе должна была находиться моя будущая группа. После увлекательной вступительной речи декана дружное стадо студентов-первокурсников двинулось на торжественную часть. Десятки голов суетливо смотрели по сторонам, боясь пропустить нужный поворот и дверь, в которую заходить. Университет казался огромным, необъятным зданием – лабиринтом запутанных переходов, коридоров и дверей. Наконец я улицезрела своих собратьев. Шесть парней и… двадцать семь девушек.

«Прекрасно! Вот именно об этом я мечтала весь последний школьный год, чтобы баб было побольше», – недовольные мысли пронеслись в моей голове.

Оценивающим взглядом я изучала каждого новоиспеченного студента. В них не было ничего необычного: простые, милые ребята и девушки. И только восемь девушек выделялись на общем фоне – худые стройные ноги, идеально выточенная талия, торчащие ключицы, слегка выступающие скулы. Они были так хрупки и изящны, что мне захотелось скрыться куда-нибудь подальше, чтобы случайным образом не оказаться рядом с одной из них.

Ознакомительный учебный день закончился незаметно быстро. Возвращаясь домой, я думала о предстоящих в жизни изменениях. Мне было прикольно ощущать себя студентом, хотя я понимала, что полноправно считать себя таковой можно только после первой сессии, но это был уже другой момент, в далекой перспективе.

Вернувшись в скромное жилище, я посмотрела на себя в зеркало и почувствовала отвращение. В нем отражалось маленькое существо с хомячьими щеками, пухлым животом, выпирающим из-под майки, плотно прилегающими друг к другу ляжками, круглыми плечами и вторым подбородком. Зрелище было фантастически ужасающим… Около пятнадцати минут на задворках моего головного мозга выстреливали вопросы: «Почему я такая толстая?», «Как можно было раньше не замечать этого ужаса, ужаса, который ежедневно наблюдают тысячи людей?», «Почему ты не предпринимала никаких действий?», «Тебе нравится быть такой?».
Адекватных ответов я себе дать не смогла, поскольку никогда раньше даже не помышляла о диете, похудении и калориях. Столь животрепещущая тема, сводившая с ума сотни тысяч девушек и чуть меньшее количество мужчин, была далека от меня. К тому же я даже не предполагала, как правильно это делать, а главное – у меня не было такой необходимости и желания! Поэтому, оглядев себя еще разок в зеркале, я успокоилась мыслями о том, что мне не суждено быть худой и нужно полюбить себя такой, какая я есть (ведь все-таки я не одна такая, и миллионы людей далеки от стандартов идеального тела). Позитивно настроившись, я уверенным шагом прошла в кухню, положила жареной картошки, взяла кусок хлеба с плавленым сыром, наполнила стакан апельсиновым соком и, водрузив все эти яства на поднос, отправилась смотреть ТВ и параллельно наслаждаться сытным обедом. Я была счастлива.
Тогда моя жизнь всецело зависела от еды. Я не могла и дня прожить без куска пиццы, какой-нибудь булочки, конфет или жареного мяса. Мне постоянно требовалась вкусная, вредная пища. Я была словно продовольственный наркоман.

Первая учебная неделя прошла без особого напряга. Нам рассказывали о принципах обучения в университете, пытались приучить к библиотеке, распределяли в творческие группы, которые должны были заниматься организацией всевозможных студенческих мероприятий и которые к концу первого семестра составляли максимум два человека. Нам рассказывали, как хорошо быть студентом и заниматься общественными делами.

Свободного времени оказалось куча, поэтому каждый день у меня была возможность встречаться с друзьями и наслаждаться прогулками, сопровождающимися поеданием шоколадок, чипсов и прочей вкусной гадости. Поглощая тысячи калорий в день, я не задумывалась о последствиях. Просто ела и ела. Это же так круто – есть и получать кайф от еды!

Эти дни стали последними, когда еда доставляла мне удовольствие, а не вызывала страх…

Осень с ее прекрасными желто-оранжевыми пейзажами с каждым днем становилась все ярче. На улице было тепло, но лицо уже обдувал прохладный ветерок, когда вернулась моя лучшая подруга – невысокая худенькая брюнетка с прекрасным чувством юмора. Наше общение было удивительно странным. Мы были знакомы с семи лет, но хорошо общаться стали только в последние три года. Увлечение фотографией стало тем ключом, который открыл дверь для невероятно крепкой дружбы.

Несмотря на всю свою пухлость, я очень любила фотографироваться, на снимках я даже не замечала никаких лишних килограммов, вторых подбородков и невероятных бедер. Это сейчас мельчайшая складочка или намек на нее моментально вынуждает меня отправлять фотографию в электронную ссылку… в «Корзину».

День, когда в мою голову повторно ударила мысль о похудении, был вторым воскресеньем сентября. На улице стояла теплая погода, уже желтели листья, и было грехом упускать возможность запечатлеть себя на фоне осенней красоты. Взяв фотоаппарат, мы пошли в лес. Я и Ю. (для конфиденциальности будем называть ее так) жили за городом, и в нашем распоряжении были такие натуральные природные декорации, как река Енисей, сосновый бор и поля с пшеницей.

Не знаю, что мной руководило, когда, подбирая одежду для съемки, я доставала из шкафа короткие шорты, платья, обтягивающие джинсы, приталенный жакет и трикотажные майки. Наверное, я думала, что это самая подходящая одежда для моей фигуры.

– Ты же не толстая! – оправдание настойчиво вертелось в голове.

Самовнушение не всегда полезно. Оно ограждает тебя от реальности, а потом выясняется, что не все так просто, как тебе казалось. Позже я это поняла.

После так называемой фотосессии, сидя на лавочке перед домом, я поделилась с Ю. своими мыслями о похудении.

– Я решила немного сбросить вес.

– С чего это? – она была сильно удивлена.

– Спасибо универу, – злобно ответила я и отвела взгляд в сторону. – У нас в группе одни тощие, высокие и худые. Они весят меньше меня килограммов на десять точно! Такое чувство, что их специально отбирали, чтобы подействовать мне на нервы. Чувствую себя омерзительно.

– Глупости, все с тобой хорошо. Не придумывай.

– Но все-таки мне бы не помешало скинуть килограммов пять.

– Сколько? – девушка так удивилась, как будто я назвала цифру двадцать или тридцать.

– Пять, – повторила я.

– Сдурела? Останутся кожа да кости!

«Конечно, кожа и кости при весе 45 и росте 154 сантиметра. Не бывает таких чудес», – подумала я, но ответила по-другому:

– Ничего не произойдет, просто схудну чуть-чуть.

– Я против! Ты и так хорошо выглядишь, – она дружески приобняла меня.

Не поверить ей я не могла. Она не должна меня обманывать, она всегда говорит то, что есть на самом деле.

Вернувшись домой, мы перекинули фото на комп – они оказались бесподобными.
Мне нравилось все: моя внешность, фигура. Все. Но это «все» быстро прошло, когда я выложила новые фотографии в социальную сеть, а незнакомая мне тощая девушка оставила комментарий: «Похудей, деточка. Ха-ха-ха-ха».
Это было впервые, когда кто-то открыто высказался о моей полноте.

Были слезы. Было неприятно осознать правду.

У меня не было подруги, которая бы имела опыт похудения и помогла советом. Мне не хотелось нагружать Ю. такими глупостями, поэтому, не зная, кому выговориться, я пошла к маме. Она пыталась успокоить меня, давала рекомендации по поводу правильного питания, но мое ущемленное самосознание осталось глухо к маминым доводам, я ничего не хотела слушать. Мне ничего уже не хотелось. Я ощущала себя мерзкой жирной личинкой, которая только и знает, что есть и ест, жрет и жрет!

С момента осознания своей жирноты у меня пропало желание ходить не только в университет, но и вообще выходить на улицу. Мне хотелось как можно скорее избавиться от всего накопившегося жира, но я не знала как! В результате еще около недели у меня продолжались приступы ненависти к себе, непрекращающиеся упреки и самоедство. Но самое удивительное оказалось в том, что я не предпринимала никаких попыток сбросить лишние килограммы. У меня даже не возникло элементарной мысли воспользоваться Интернетом, набрав в поисковике страшное слово «диета», на которое Google выдает 35 900 000 ссылок, чтобы найти подходящую диету, способную облегчить мне жизнь. Я только и делала, что ныла о своих жировых отложениях.

Горе, захлестнувшее меня семь дней назад, я заедала шоколадом, конфетами и печеньем. Между тем мое сопливое нытье только усиливалось, и я донимала родителей бесконечными жировыми жалобами на протяжении еще пяти дней. Наконец, мама не выдержала, взяла ситуацию в свои руки и выбрала мне диету.

– Вот, смотри, что я нашла. Только перестань себя корить за то, что ты такая милая, – улыбнулась она.

– Мама! Какая милая? Переработала, что ли? – усмехнулась я.

– Ты для меня самая милая, именно поэтому только с завтрашнего дня начнешь свое диетическое безумство.

– Хорошо. Надеюсь – получится.

На завтрак: чай и шоколадная конфета. На обед: овощной суп с кусочком хлеба, а на ужин: рис с рыбой и тушеные овощи.
Просто шикарно, не так ли? Организм получает нужное количество полезных веществ и 1200 калорий, так необходимых для нормальной жизнедеятельности. И все должно было стать просто замечательно, так и было… первые два месяца.

2. Этот ненавистный суп

Мне 16. Мой рост 154 см. Мой вес 50 кг.

Сегодня 20 сентября, и я сажусь на первую в моей жизни диету. Вполне приемлемую, которую выбрала мама. Она всегда помогает и поддерживает меня. Ей стоит поставить памятник за то, что терпит все мои выходки.

С этого момента цель – 45 кг. Пять килограммов – не так уж и много.

Неделя на яблоках, гречке или «тощей диете» [1] – и ненавистных килограммов как не бывало. Тогда я еще ничего не знала об этом, была непросвещенная, и весь мой план похудения был полностью основан на собственных выдумках и домыслах.

Худеющая самоучка.
Это сейчас уровень моего диетического образования достиг предела. Я знаю, сколько калорий в 100 граммах вареной индейки, одной дольке шоколада или сдобной булке. Сейчас мне известно, сколько нужно съесть, чтобы не поправиться, и в какое время суток желательно принимать пищу, чтобы похудеть. Разбуди меня посреди ночи, и я доложу, сколько километров необходимо пройти, чтобы сбросить стандартный набор в «МакДаке», и что съеденные 7000 калорий гарантированно дадут прибавку в весе на один килограмм.
Диеты. Калории. Худоба. Они стали моими лучшими друзьями. Теперь все было завязано на еде, на похудении. Если я набирала лишний килограмм – жизнь останавливалась.

Первое время все было хорошо. Я никому не рассказывала о том, что худею, просто отказывалась от столовских пирожков и шоколадок и перестала обедать в университете, ссылаясь на то, что плотно позавтракала дома. Никто даже не подозревал о моих планах. Первый день диеты

Утро. Передо мной на столе – маленькая шоколадная конфета с орехами и большая чашка чая.

– Приятного аппетита! – мама отвернулась, чтобы скрыть свои эмоции.

Я даже не заметила, как съела эту жалкую пародию на привычную плитку шоколада. В животе заурчало.

– В этой конфете достаточно калорий для жизнедеятельности организма, – утешала я себя, но мой желудок не унимался, продолжал громко возмущаться и требовать привычного завтрака. Митинг закончился только после второй горячей чашки зеленого чая.

Приехав на учебу, я ощутила легкий голод, но старалась изо всех сил внушить себе, что мне это только кажется.

Перемена. Новая порция освоившихся студентов уже точно знала, где находится самое важное место в университете – столовая – и прямиком следовала туда. В небольшом помещении уже образовалась здоровая очередь голодающих. Я шла в столовую лишь для того, чтобы купить воды.

– Настя, тебе один или два пирожка брать? – говорит по привычке моя тощая одногруппница.

Я срываюсь и покупаю этот кусок жира. Почему нельзя было отказаться? Не знаю.

– Один, я дома позавтракала, не особо хочется.
В тот момент я себя ненавидела и успокаивала обещанием, что такое безобразие происходит последний раз в моей жизни.
Занятия закончились, но мой мучительный день продолжался. Он тянулся мистически долго. Время играло в свои игры.

Тогда мы еще жили вместе с бабушкой, которая всегда готовила безумно вкусно и сытно. Я ела все, что мне приготовят. Обычный рацион в школьные годы и первые дни моей университетской учебы был примерно таков: завтрак – два обжаренных блинчика с творогом или два больших сырника с изюмом и джемом, жареная картошка или колбасно-сырный бутерброд. Часов в двенадцать специфический перекус – небольшая пицца или пирожок. Обед – первое: суп, настоящий русский наваристый суп; второе: не перечисляя всех блюд меню, упомяну лишь, что начиналось оно простой толченкой с жареной курицей, заканчивалось мясной запеканкой с сыром и базиликом, а сверху пара стаканов пакетированного сока. И, конечно, десерт: торты, пирожные, конфеты или сладкие блины. Ужин: жареная картошка с мясом, манты, курица на соли или драники. Я ела и не задумывалась о том, что нужно худеть. Я не была жирной, по крайне мере, никто и никогда не говорил мне, что у меня проблемы с весом. Обычная девушка, с якобы привлекательными для парней формами. Я много двигалась и не толстела со стремительной скоростью, и все же вес постепенно прибавлялся. Я росла, соответственно, и вес должен был увеличиваться. Вес – да, но жир – нет.

В тот злополучный первый диетический день на кухне меня ждал овощной суп.

Раньше я на дух не могла переносить овощи в любом проявлении, а тут мне предстояло съесть целую тарелку капусты, моркови, брокколи, лука, кукурузы и картофеля, сваренных в подсоленной водичке.

Надо было видеть выражение моего лица, когда сев за стол, я пододвинула тарелку с едой. Чтобы было не совсем противно, я добавила ложку сметаны и взяла кусок черного хлеба. Дальше мои действия стали абсолютно неадекватными. Зажав нос двумя пальцами левой руки, я начала есть, даже не жуя, а просто глотая мелко нарезанные овощи.

– Такое чувство, что тебе кусок говна в рот положили, – со смехом прокомментировала ситуацию бабушка.

Я посмотрела на нее и жалобно простонала:

– Не могу больше.

– А надо, сама же худеть собралась, – без капли сочувствия в голосе ответила бабушка.

С трудом доев свой ненавистный супчик, я пошла в комнату. Чувство голода пришло классически – через четыре часа. Я начала считать минуты до очередного приема пищи. Как мне хотелось забежать на кухню, взять большую тарелку, положить в нее макароны и куриный рулет, запить все это соком и на десерт съесть кусок шоколадного торта… Мне с трудом удалось развернуть свои мысли от кухни в сторону заданного на завтра конспекта о древних славянах. Славяне-то меня и спасли от опасности сорваться.

Вечер. Ужин.

Родители и бабушка ели жареное мясо с картофельной запеканкой, а я довольствовалась рисом и рыбой в легкой сливочной подливке. Мне было сложно в одночасье отказаться от всего привычного и начать строго следовать правилам диеты, поэтому я решила, что к новому питанию буду приучать себя постепенно. Это было самым лучшим решением. Так нужно делать в любой диете, постепенно отказываться от сладкого, жирного или мучного, так легче психологически, и вероятность сорваться становится минимальной.

– Почему ты ешь не то, что мы? – спросил папа.

– Потому что хочу немного сбросить вес.

– Но отказаться от жареной еды – мало, ты же понимаешь? Необходимы физические нагрузки.

– Точно, точно, – поддержала его мама. – Покажу тебе пару упражнений.

– Спасибо, – я была им безумно благодарна за поддержку и помощь.
Это была первая ночь, когда я не смогла уснуть. Несмотря на сытное меню, меня мучил голод, я думала о еде, о том, что я хочу скорее схуднуть и начать снова есть все, что хочу.

3. Срыв

Когда худеешь, просто необходимо с кем-то делиться, кому-то выговариваться. Ты должен ощущать поддержку. Знать, что ты не один, – одна из составляющих успеха диеты. Без этого никак.

Семья мне помогала первые четыре месяца, а потом… Потом я стала невыносима.

Родителям начали надоедать мои навязчивые разговоры о калориях, съеденной пище и похудении. Друзья отвернулись от меня еще в первый месяц моего окончательного помешательства на диете. Они не слушали меня, считали это полным бредом.

Бабушка сдалась последней. Она стоически выдерживала все мои разговоры на эту надоедливую тему, и вот настало время, когда и она решила сказать: «Стоп! Хватит!» Теперь она молча кивала головой, не поддерживая разговора.

Сейчас я прекрасно понимаю их всех, ведь человеку, который не стремится скинуть лишние килограммы, который не заинтересован в этом, а даже наоборот, считает диету глупостью, трудно выносить такие беседы. Тем более в том объеме, в котором это преподносила я.

Спустя время у меня никого не осталось. Никого. Я была одна в этом устрашающем мире худобы.

Уже две недели я держалась молодцом и ела исключительно согласно правилам диеты. Вес начал уменьшаться. Первый килограмм жира покинул мое тело! Я была безумно рада, ведь тогда мне казалось, что это очень много. У меня появились силы идти дальше, к своей заветной цели – к своим 45.

Однажды после занятий в универе я встретилась с подругой детства. Мы не виделись уже около полугода, и мне не терпелось узнать, что происходит у нее в жизни и рассказать, как теперь живу я.

Немного прогулявшись по миленькому скверу недалеко от университета, мы поехали домой. В автобусе, болтая о всяких мелочах, я упомянула о похудении.

– А я ненавижу диеты, ем все, что хочу, – сказала она.

– Я хочу немного скинуть, чтобы не быть такой… полной, – задумавшись, ответила я.

– Да ты же хорошенькая, – она улыбнулась.

– Тебе так кажется!

– Ничего мне не кажется, ты не видела толстых людей, что ли? Они спят и видят быть такой же «полной», как ты, – она старалась вправить мне мозги, но вот только из нее выходил плохой мозгоправ.

– Издеваешься? Я очень далека от нормального тела, хотя по формуле – рост и вес почти в норме.

– Даже не буду с тобой больше говорить на эту тему.

– Как тебе будет угодно, – я улыбнулась, потому что знала, что она не права.

– Кстати, не хочешь ко мне зайти? – спросила девушка.

– Почему бы и нет, только я домой сначала забегу. Оставлю вещи, переоденусь, поем и к тебе.

– У меня и поешь! – как-то возмущенно ответила девушка.

– Не могу, у меня специальная еда.

– Ах, ну да, ну да.

Залетев домой, я мигом направилась на кухню.

С двенадцати часов меня мучил голод, и мне как можно скорее хотелось поесть.

– Где еда? – не разуваясь, спросила я у бабушки.

– На кухне все.

В три прыжка я оказалась за столом, где меня ожидали рыба и овощной салат.

Быстро расправившись с обедом, я побежала к подруге.

Мы сидели на диване, и в очередной раз я слушала увлекательный рассказ о ее новом ухажере, не таком, как все, самом лучшем и прочее. Посреди своего повествования она спросила:

– Не хочешь чаю?

– Можно.

Это же просто чай. Чай, которым дело не ограничилось.

Она достала пирожные и какое-то печенье со сгущенкой.

– Ты издеваешься? – жалобно пропищала я.

– Ну, извини, не все же тут худеют, – и с улыбкой отправила аппетитную печеньку себе в рот.

Это был мой первый серьезный срыв. Я ела пирожные и печенье, а в моей голове непрерывно крутилось: «Ну, я же на диете, ну, блин. Остановись!»

– Насть, забей, живи полной жизнью. Потом худеть будешь! – подливала масла в огонь подруга.

Набив животы калорийными сладостями, мы пошли гулять, но мое настроение было напрочь испорчено. Я ощущала, как сброшенный килограмм возвращается в мое тело, как распухает мое лицо и ноги и как противно мне становится от самой себя.

– Слушай, я пойду уже, а то много всего нужно сделать. По учебе валят не по-детски.

– Жаль, ну ладно. Увидимся еще.

Я помахала ей рукой и быстро побежала домой.

Родители еще не вернулись, дома была только бабушка.

– Почему ты такая грустная? – спросила она.

– Наелась сладостей, – чуть ли не со слезами ответила я и с раздражением кинула куртку на пуфик.

– Ну перестань. Нашла из-за чего расстраиваться. Это не конец света. Ты две недели держалась – похудела. Можно один раз и расслабиться, – успокаивала меня бабушка.

– Я никогда не похудею такими темпами, – грустным голосом пробубнила я и пошла к себе в комнату.

– Сегодня на ужин сделаю тебе салат, и все твои сладости компенсируются.

– Спасибо, – я криво улыбнулась.
После этого все мои походы к друзьям прекратились. Боязнь сорваться взяла верх над общением. Мне не хотелось вновь пережить то ужасное ощущение – безволия, досады и презрения к самой себе.

4. Физкультура

Видимо, наш организм не приспособлен к быстрой смене рациона. Несмотря на то, что я питалась довольно-таки сбалансированно, меня часто мучили легкое головокружение и слабость.

Так, в один прекрасный день, на физкультуре, добегая второй круг в большом спортивном зале, я почувствовала, что сейчас упаду от слабости. Ноги подкосились, а в глазах помутнело. Еще шаг – и я бы клюнула носом в пол, но вовремя подбежавшая одногруппница не дала мне этого сделать.

– Настя? Ты что? Что с тобой? – она была напугана больше меня.

– Все хорошо уже, голова закружилась.

– На ровном месте?

– Наверно, потому что я есть меньше стала.

Вот так первая партия людей узнала о моей диете.

– Ты на диете?

– Не совсем, просто ограничила потребление пищи, – садясь на скамейку, ответила я.

– Это и есть диета.

– Ну да, да. Я на диете.

Через пару минут равномерного дыхания мне стало лучше. Я испугалась случившейся ситуации.

– Зачем тебе худеть?

«Что за вопрос вообще? Зачем человеку худеть? Наверное, чтобы лучше выглядеть!» – думала я.

– Издеваешься, что ли? – я не верила ей.

– Нет. Мне кажется, что ты абсолютно нормальная.

– Тебе кажется.

– Ну ладно, только смотри аккуратнее, чтобы такого больше не повторялось, хорошо? – она вопросительно на меня посмотрела.

– Хорошо.

Тогда меня еще волновало состояние моего здоровья, поэтому на пару дней диета была оставлена, а количество еды, особенно на завтрак, увеличено.

Без него-то вообще нельзя жить, можно не ужинать, не обедать, но вот завтрак – это святое. Именно с него начинается правильная работа пищеварительного тракта каждые сутки. Даже обидно, что, не позавтракав, на обед или ужин съедаешь больше, чем хотелось бы.

В те часы я наблюдала, как мои родители становятся безумно счастливыми, потому что их дочь снова начинает есть больше привычного. Они были уверены, что ко мне снова вернулся здравый смысл и я забросила глупую идею, но спустя 72 часа все вернулось назад.

Мне нельзя было потерять хватку и лишиться достигнутых результатов. Сила воли только-только начала зарождаться, и допустить ее исчезновения было недопустимо.

И все же случай в спортзале встряхнул серое вещество в моей голове, и подход к завтраку был изменен. Конфете, в которой содержится около 70 килокалорий, я предпочла банан. Сытости больше, энергии хватает до обеда, и нет сахара. Новый завтрак сделал свое дело, в хорошем смысле слова. Я не испытывала потребности есть до часу дня, и к тому же теперь все питание было правильным и натуральным.

5. Первый месяц позади

Тридцать семь дней – и два с половиной килограмма остались в прошлом. На механических весах в коридоре красовалось число 46,5. Это было огромное счастье и маленькая победа в очень нелегком деле.

Первые шаги в погоне за 45 килограммами были сделаны.

Я никуда не спешила, не стремилась сбросить за месяц 8–10 кг, как хотят 90 % худеющих персон. Ведь хоть немного, но нужно понимать, что невозможно избавиться от 10 килограммов копившегося годами жира, посидев одну недельку на яблоках.

К сожалению, в этом случае из организма выходит в основном вода и лишь минимальное количество «любимого» жирка! А самое неприятное в том, что после завершения монодиеты и ликования – «Ура! Я похудела! И на это ушло так мало времени» – наступает момент, припасенный коварным организмом, не выдержавшим издевательств над собой. Организм становится бдительным, и обмануть его сложнее – он начинает делать запасы, на случай, если вы решите повторить диету. Стоит только вернуться к обычному питанию и разок позволить себе лишнего, как потерянные килограммы тут же вернутся, прихватив с собой двух-трех жирненьких друзей.

Потеря двух – двух с половиной килограммов в месяц – оптимальная норма, которая не навредит работе пищевода и организма. Если говорить серьезно, то безопасная скорость потери веса за тридцать дней не должна превышать 3 % от исходной массы тела. Именно так нужно худеть, чтобы не потерять вместо жира воду и мышечную массу. Кроме всего прочего, при правильном похудении исключается риск приобрести на своем теле дряблую кожу.

К сожалению, результат я видела только на весах, а в зеркале отражалась все та же пухлая девушка. Мне казалось, что я должна уже выглядеть как мои худые одногруппницы.

«Сейчас настал момент что-то изменить и полностью отказаться от картошки и мяса, например», – думала я, разглядывая свое отражение.

На момент начала диеты с овощами у меня были сложные взаимоотношения, но теперь мне стал приятен их вкус. Я даже полюбила эти прекрасные продукты.

До осуществления моей цели оставалось всего 1,5 килограмма.

Вспоминая каждый день, каждую минуту своего сумасшедшего похудения, я ловлю себя на мысли, что на протяжении всего этого периода не состояла ни в каких специальных группах, не мотивировала себя картинками тощих девиц и стократно не пересматривала исхудавшие тела знаменитостей. Не спрашивала «Как мне похудеть?» у девушек в сетях, которые, словно голодные собаки, накидываются на тех, кто только начинает бороться за красивую фигуру и просит совета… Я просто худела, для себя, не равняясь на красоток, которые улыбались с экрана монитора. Почему? Наверное, понимала, что в некотором смысле немалую роль сыграл Photoshop. Я равнялась только на девушек, которых видела своими глазами: в универе, на улице, знакомых. Это действительно помогало. Увиденное воочию мотивирует намного сильнее, чем заэкранные образы.

Конец месяца – 46 кг.

– Цель почти достигнута!
«Еще один рывок – и можно жить спокойно. Можно есть шоколад и не беспокоиться о фигуре. Все будет как раньше, вот только я стану стройной», – это были главные мысли, находившиеся в моей голове в конце ноября.
Зря я так думала. Я не смогла остановиться. Окончилась моя здоровая диета. Был нанесен первый удар по адекватности в страшной погоне за идеальным весом. Я не знала, сколько мне хочется весить, какое число я хочу увидеть на весах, главное – худеть, худеть, худеть!!! Это было похоже на игру. Очень страшную игру… Весна 2010 года ознаменовалась практикой разгрузочных дней на двух яблоках, ананасе или трех литрах воды! Я нигде не читала об этом, просто само собой прилетело в голову. Я стала больше пить и добавила интенсивную физическую нагрузку. Ежедневный бег, пресс, упражнения для ног, обруч, приседания и, конечно, бассейн два раза в неделю – стали строго обязательными для выполнения. Спустя пару недель во мне начало просыпаться чувство вины за то, что я покачала пресс 40, а не 50 положенных раз, за то, что пробежала 2 километра, а не 3.

6. Однажды вечером

Декабрь.

Сибирские холода – не самое чудесное, что могла сотворить природа! Уже второй месяц на улице было от -35 до -40 днем. Бедным жителям города приходилось утепляться так, словно они отправлялись в экспедицию на Северный полюс. Некоторые даже умудрялись надевать горнолыжные маски, дабы уберечь лицо от обжигающего холода.

В те злосчастные морозы мне приходилось кутаться в два теплых свитера и пуховик, превращавших меня в пингвинчика. Шарф, намотанный до самого носа, шапка, которая почему-то делала мою голову больше, чем она есть, и, конечно же, толстые шерстяные колготки, придававшие ногам еще большей пухлости.

В таком виде мне становилось сверхпротивно находиться на людях. Я старалась скорее оказаться дома, а на учебе не высовываться из аудитории.

Мерзкое ощущение.

Декабрь стал месяцем, когда мне удалось достать всех своим похудением. Всех, кроме К. К., – это девушка, которая до определенного момента в моей жизни была опорой, «слезной жилеткой», складом всех (!) моих секретов, первым человеком, который спешил на помощь и никогда не бросал в трудную минуту. На какое-то время она стала дороже, чем Ю., лишь потому, что всегда была рядом.

Я рассказывала ей обо всех этапах, результатах и неудачах моего похудения. Она не отворачивалась от меня. У меня была возможность выговориться.

Эта девушка была высокой и худой, она никогда не сидела на диетах и не прикладывала усилий для сохранения своей стройности. Без задней мысли в одиннадцать вечера К. могла съесть что-то вроде пирожного, с приличной кучей заварного крема, а наутро еще и худела на 200 граммов!

Вот прикольно – ешь пирожные и худеешь! Мечта идиота, честное слово.

Ей повезло с генами. Очень повезло. Эти маленькие единицы наследственности играют немыслимую роль в жизни любого человека, в том числе и в вопросах фигуры. И не всегда из-за своей полной мамы или прапрабабушки двоюродного дяди девушка может выглядеть так, как этого требует современный жестокий мир идеальных тел. Порой стоит задумываться об этом.

Я завидовала девушке дикой завистью. Нередко меня просто разрывало на куски от этого мерзкого чувства. При виде подобных К. мне становилось интересно и непонятно одновременно, почему некоторые, поглощая запредельное количество пищи, остаются худыми, а кому-то приходится считать калории, отказываться от любимой пищи, издеваться над своим организмом – только чтобы хоть капельку оставаться стройными? Видимо, где-то там, наверху, создавая этот чудесный мир, некто забыл позаботиться о равноправии в сфере фигуры. Наблюдая за своей подругой, я твердила себе: «Разве тебе дороже вся эта еда? Остановись! Разве тебе не хочется быть такой же худой?»

– Хочешь чипсов? – спросила она меня, когда мы гуляли по городу.

– Нет, я худею! Забыла что ли?

– Точно. Ну и как успехи?

– Да никак, сама же видишь.

– Не расстраивайся прежде времени, нельзя же так взять и быстро похудеть. Скоро будешь ходить и костями трясти.

– Нормальные девушки грудью трясут, а я костями буду? Прекрасная перспектива! – меня рассмешили собственные слова, и дикое нервное ржание овладело моим телом на десять минут.

– Закончила? – спокойно спросила К., протягивая мне бумажный платочек, чтобы я вытерла слезы смеха.

– Да, все. Спасибо, – и я снова начала смеяться.

Смех, кстати, является эффективным способом борьбы с калориями. За 10–15 минут можно избавиться от 50 килокалорий!
Мы жили с К. в режиме онлайн. На телефоне, в Skype, в ооVоо. Я всегда знала, что она рядом. Это было правда здорово. Мне казалось, что у меня есть родная сестра, которая никуда не уезжает, и вот она, сидит рядом со мной. Хотя девушка находилась на другом конце города.
Время пролетело незаметно быстро, желтые листья сменились на первый белый снег. Потом появились пушистые сугробы, и началась подготовка к важному для всех россиян зимнему празднику – Новому году. Нас с К. это, естественно, тоже не обошло стороной, мы общались в Skype и выясняли, что же делать в волшебную зимнюю ночь.

– Надо обязательно отмечать вместе! – писала она.

– Нужно, нужно. У тебя есть варианты?

– Только один… Меня знакомый позвал отмечать с ним и его друзьями.

– Круто! И в чем проблема?

– Я не хочу отмечать без тебя!

– Ну, я-то не обижусь. Тебя парень зовет отмечать Новый год с ним! Где твоя голова?

– На месте. Только это все неважно, я хочу отмечать его с тобой! – не унималась К.

– Про меня не нужно в данной ситуации думать, я никуда не денусь. – Мне хотелось, чтобы она была счастлива, тем более в последнее время у нее были не лучшие отношения с противоположным полом.

– Как это не нужно? Ты моя подруга, и я хочу отмечать с тобой!

– Хорошо, я поняла тебя. Что ты предлагаешь?

– Я сказала ему о том, что хочу пригласить тебя, и он не возражает, если ты придешь!

– А ничего, что я даже не знаю его? Не особо хочется отмечать Новый год с теми, кто мне совершенно не знаком.

– Я скину тебе ссылку на его страницу, пообщаетесь, целый месяц впереди!

– А другие?

– Там познакомитесь, главное, ты уже будешь знать двоих, – и куча смайликов завершили это сообщение.

– Хорошо, завтра напишу, а сейчас пора спать. Завтра в универ с утреца. Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, Настена!

Я уже была готова отправиться спать, но, напоследок обновив страницу в «ВК», увидела «заявку в друзья».

Незнакомец сам добавился ко мне.

– Странно, что он в Красноярске живет, – первая мысль, прилетевшая в голову.

Парень был с парой татуировок на плече, с полудлинными светлыми волосами и весьма неплохим вкусом в одежде.

«Привет. Как дела?» – написал он тогда.

«Привет, неплохо, а у тебя?» – так, с банальной фразы завязалось наше знакомство. И, как выяснилось позже, с этой фразы совершенно изменилась цель моего похудения.

Мы переписывались до четырех утра, обсуждая все возможное и невозможное. Даже голод, мучивший меня с самого вечера, неожиданно прошел.

Следующий день тянулся мучительно долго, я хотела домой, хотела… есть. Вернувшись в родную квартиру, первое, что я сделала – включила ноутбук и, увидев «онлайн» на его странице, тут же написала: «Привет!»
Наше прекрасное общение живо возобновилось, и обед, который состоял из овощного супа и зеленого яблока, был пропущен. Голод, не дававший покоя во время учебы, помахал мне ручкой. Ему на смену явилось прекрасное чувство.

7. Ненависть

Параллельно с фигурой диета меняла не только мою внешность, но и психику, манеру разговора, мысли и цели. Также изменился стиль в одежде. Я перестала обильно красить и подводить глаза черным, а гардероб сменила на более «девчачьи» шмотки. Отныне добрая и хорошая Настя стала невероятно нервной и злой. Меня раздражала любая мелочь. Если мне что-то не нравилось, страдали все вокруг… Изменения превращались в неконтролируемый процесс. Я не понимала, в чем дело, что происходит, потому что такого омерзительного поведения я прежде за собой не замечала.

10 декабря. Вес 44,5 кг.

В этот день я, как обычно, гуляла с К. На улице было невыносимо холодно, и мы зашли в кафе, где я, впервые за два месяца, позволила себе съесть жирный блин. Он показался мне чертовски вкусным, хотя это был обыкновенный блин. Отказ от привычной ранее еды заставлял меня скучать по ней, и я получала неописуемое наслаждение, когда мне снова удавалось почувствовать божественный вкус сладкого. С того момента я решила, что буду есть гадкие, вкусные, калорийные продукты только тогда, когда больше не останется сил терпеть и желудок вымолит у меня запретный плод.

– Ты серьезно будешь его есть? – К. смотрела на меня таким удивленно-тупым взглядом, что мне стало смешно.

– А что ты предлагаешь? Тебе отдать, что ли?

– Ты же худеешь?!

– Но я хочу блин! – пискнула я. – И знаешь, что я собираюсь сделать? Съесть его! – с этими словами я засунула приличный кусок жареного теста себе в рот.

– Ненормальная, – засмеялась она, прикрыв рот рукой. Это ее привычка. Она всегда так делает, когда смеется.

С пятнадцатого декабря в универе начиналась моя первая в жизни зачетная неделя. Придя в это учебное заведение, я была на 100 % уверена, что меня отчислят после первой же сессии, поэтому мне было неописуемо страшно перед приближающимися экзаменами и зачетами. Волнение отбивало любое желание поесть.

Ожидая второй ленты, мы сидели в столовой. В воздухе витал запах жареного масла, смешанного с борщом. Этот запах казался мне омерзительным, но остальные студенты как будто не чувствовали «аромата». Стараясь отвлечься от «столовского парфюма», я наблюдала за тем, как толстые девушки наворачивают пирожок за пирожком, с такой легкостью, как будто им дали не кусок жира, а листик салата. Их лица были непонятной формы, а животы при малейшем движении содрогались от колебаний жира. Мое лицо непроизвольно скривилось, что заставило усмехнуться сидевшую рядом одногруппницу.

– Перестань на них так смотреть!

– Ну неужели они не понимают, что им нельзя есть? – наклонившись вперед, шепотом произнесла я.

– Им все равно, в отличие от некоторых, – улыбнулась она.

– Ужас, ничего не скажешь. Пойду, воды куплю.

Я встала со стула и направилась в буфет.

Вернувшись через пять минут, я начала рассказывать сидевшей рядом девушке о новом знакомом.

– Не накручивай ничего, пожалуйста, – выслушав мой трепетный рассказ, заключила девушка.

Жаль, что тогда я не прислушалась к ее совету. А зачем? Мы же сами знаем, как нам лучше поступать. Зачем слушать близких и друзей? Они ведь ничего не понимают в нашей жизни. Ведь только «я всегда права»!

Если бы тогда мой мозг хоть на секунду освободился от эмоционального напряжения, все могло бы быть иначе…

– Не накручиваю я ничего, мы же просто общаемся! Скажу больше, он мне даже не нравится, просто с ним интересно общаться, – совершенно спокойно ответила я.

– Вот так все начинается.

– Ничего не начинается!

– Хорошо, ну а зовут-то его как?

– Мистер О., – ухмыльнулась я.

– Мистер О.?

– Так и есть, – с этими словами, я схватила сумку и вышла из столовой, торопясь на историю.

Вечером мы снова продолжили длительный онлайн чат.

«Слушай, а у тебя есть «вебка»?» – неожиданно спросил он в момент очередного разговора. – «Нет». – «Жаль, было бы неплохо пообщаться».

«ЧЕРТ! ЧЕРТ! ЧЕРТ! Я не хочу, чтобы он видел меня в таком объемном теле! Почему эти жирные щеки все еще на моем лице?! Что за округлые плечи? Где торчащие ключицы? Ты худеешь уже чертову кучу времени! Где впечатляющий результат? А ты еще блины уплетаешь! Молодец, Настя! Умница, просто!», – я ненавидела себя.

Прекрасно представляя, что он общается с куда более привлекательными и худыми девушками, я не могла понять, как парень вообще беседует с этим «нечто» по ту сторону экрана. При просмотре своих старых фотографий мне становилось тошно, меня передергивало. Мне хотелось ударить себя сковородкой!

Суммируя все пункты, мне не очень хотелось показываться Мистеру О. в своей комнатенке, а спокойно продолжать виртуальное общение, но нет, мое второе я дернуло меня за язык:

«Я собираюсь купить ее на следующей неделе», – соврала я.

«Отлично!» – и улыбающийся смайлик.

Вебка была куплена на следующий день.

К. ревновала меня к нему, а его ко мне. Я успокаивала ее, убеждая, что наши встречи в сети – всего лишь приятельское общение и не стоит ничего придумывать.

В перерывах, когда Мистер О. уходил курить, у меня было три минуты, чтобы покачать пресс. За весь веб-разговор получалось около 8–10 подходов по 20 раз.

Все же хорошее дело – заниматься в любую свободную минуту, а не просто тупо сидеть перед монитором и ждать возвращения собеседника, которому, видимо, нравилось доводить меня до еще большего отвращения по отношению к себе своими предложениями.

«Не хочешь завтра встретиться?» – вопрос, который застал меня врасплох.

Безусловно, я надеялась, что он предложит перенести общение в реальную жизнь, но предполагала, что это произойдет, когда я буду выглядеть худее.
«Думаю, можно», – было сложно пересилить себя и ответить такое.
До мыслей о похудении я не боялась встречаться с незнакомыми людьми, но после все поменялось. Навязчивое желание быть худой неизбежно отразилось на моем мировоззрении…

На следующий день с трясущимися руками я ехала в назначенное место, не переставая проклинать свои толстые ляжки и выпирающий живот, которые я тщательно пыталась скрыть под длинным черным кардиганом.

Парень опаздывал, а многочисленные пробки оправдывали его выходку. Я сидела около фонтана в огромном холле ТРЦ и нервно стучала пальцами по коленке. Минута, еще минута – и вот на горизонте появился тот самый человек.

Первая мысль, возникшая у меня, когда я увидела Мистера О.: «Боже! Какой он худой!» Еще общаясь по веб, я поняла, что парень немного дистрофичен, но чтобы настолько… Моя рука была толще любой из его ног! Какой ужас. Мне было так некомфортно находиться рядом с ним, я чувствовала себя бегемотом. Я хотела встать и незаметно скрыться, но было поздно – моя персона была замечена.

– Привет, – приятным голосом сказал молодой человек.

– Привет, – я улыбалась как девочка-дурочка.

Я не знала, о чем с ним говорить, мысли разлетались в разные стороны. Этот день я помню очень смутно, разве что после того, как мы разъехались по домам, он ждал от меня какого-нибудь сообщения, но я не написала, посчитав это навязчивым. Да и, к тому же, я была на все сто процентов уверена, что ему это не нужно. Каждый день с ним общается, встречается такое количество миленьких девушек, что маленькую пухлую Настю можно и позабыть.

Когда я вернулась в свою квартиру, меня ожидал сюрприз. Он сам написал. Идиотская улыбочка расплылась у меня по лицу.
– Какой-то он странный, – все еще улыбаясь, сказала я сама себе и пошла ужинать.
Мое питание в декабре было сбалансированным. На завтрак: йогурт, каша и сухофрукты, на обед: овощной суп и отварное мясо, вновь вошедшее в моей рацион из-за недостатка белка в организме, а на ужин: овощной салат с рисом или рыбой, зеленое яблоко и сушеный ананас.

Надо сказать, что я «подсела» на сухофрукты, они компенсировали мне недостаток сладкого. Чуть позже, узнав об их калорийности, я была шокирована. 350–600 килокалорий на 100 граммов – издевательство! Однако они не исключились из моего рациона. В маленьких количествах они полезны, как и орехи, калорийность которых также достаточно высока.

С тех пор как мы в первый раз встретились с Мистером О., наши реальные контакты участились. Мне казалось, в моей жизни снова появился друг.
Но в один прекрасный день произошло что-то непонятное. Я проснулась и поняла, что уже не будет так, как было раньше, что все поменялось в секунду, что больше нет дружеских чувств. Это было намного больше и сильнее.

8. 34-й размер

Мистер О. был в курсе моей борьбы с лишними килограммами и переживал за меня и мое здоровье.

Я недоумевала: люди, с которыми я была знакома по меньшей мере года три, просто-напросто наплевали на происходящее со мной, а человек, появившийся в моей жизни буквально месяц назад, проявлял такую заботу. Каждый день парень интересовался, что я съела, какие упражнения делала и, самое важное, каких результатов добилась. Мне постоянно попадало, если я поела совсем немного или вообще отказалась от еды. Он говорил, что я нормальная и больше не нужно худеть. Лжец!

Безусловно, мне хотелось ему верить, но после мониторинга страницы моего любезного друга мне стало ясно, каких девушек он предпочитает. Мои габариты были явно далеки от его идеала.

День за днем оставался позади, и вот на экране мобильного телефона красовалось двадцать шестое декабря.

Я и Мистер О. прогуливались по ТРЦ и говорили о грядущем празднике. Сегодня утром я точно решила, что этот день проведу с ним и компанией из четырех человек. Мне не терпелось обрадовать парня.

– Кстати, у меня есть отличная новость, – радостно сообщила я.

– Какая?

– В Новый год я буду с тобой, то есть с вами! – оговорилась я.

– Отлично! – он попытался меня покружить, но я быстро вырвалась. Мой вес не давал мне покоя, и как только кто-нибудь проявлял инициативу поднять меня, по телу пробегали неприятные мурашки, вот и в этот раз я испытала знакомое ощущение.

– Только пообещай одно, – тут же попросил он и посмотрел своими голубыми глазами в мои.

– Что? – удивленно вытаращилась я.

– Ты будешь есть!

Домой я ехала в прекрасном настроении. Мне было абсолютно наплевать, что обо мне подумают пассажиры – я нескончаемо улыбалась своим волнующим мыслям о недавней встрече и грядущем празднике. Мне хотелось танцевать.

Природа решила немного сжалиться над бедными сибиряками, и температура поднялась до –15 С°. Не упуская шанса прогуляться, я вышла намного раньше своей остановки. Домой я шагала под белыми снежными хлопьями.

Мои познания в похудении росли, и я уже знала, что 10 000 шагов в день – отличный способ сжечь лишние жиры, поэтому старалась ходить как можно больше. В универе мне больше не требовался лифт, чтобы добраться до 7-го этажа, одышка, которая была еще в середине ноября, исчезла.

Через двадцать минут я была дома, где пахло едой. Желудок незамедлительно проявил признаки жизни, не поддаваясь на его провокации, я стремительно понеслась в свою комнату.

К концу декабря я весила ровно 44 килограмма. 38-й размер джинсов сменился на 34-й, но, надевая их, я чувствовала, что сидят они очень плотно, перетягивая бока. Это бесило меня и в то же время радовало.

Это же 34-й размер! Какие могут быть недовольства?

9. Истинный мотив похудения

Новый год – прекрасный праздник в кругу дорогих людей, с непременной кучей положительных эмоций, смеха и, конечно же, горами подарков. Но страшное дело – ночь с 31-го декабря на 1-е января. Она становится настоящей катастрофой для худеющих. Я думаю, что человеческое сознание в эти сутки и последующие десять дней отключается, и человек, совершенно себя не контролируя, поглощает все, что видит на праздничном столе и в праздничном холодильнике, обильно запивая это припасенными ящиками алкоголя.

Тот Новый год стал для меня тяжелым испытанием.

31-го декабря я приехала позже всех в дом Мистера О… Небольшая компания уже полным ходом готовилась к предстоящей ночи. Нас было всего шесть, а провизии человек на пятнадцать. Немного освоившись, я заметила в одной из комнат электронные весы. Во мне проснулся неодолимый интерес узнать вес с точностью до грамма. Дома приходилось довольствоваться обычными механическими весами. 44 килограмма 100 граммов. Я была вполне удовлетворена результатом.

Новогодняя ночь прошла довольно-таки неплохо. Мы веселились, играли в какие-то нелепые игры, фотографировались, и ели, ели, ели. Я ела быстрее всех, как будто боясь, что у меня отнимут тарелочку с едой. Я впихивала в себя все без разбора: суши, салаты, курицу, картошку, фрукты, конфеты, мороженое.

Мистер О., привыкший, что я фактически ничего не ем и всячески избегаю калорийной пищи, смотрел на меня удивленными глазами и ехидно улыбался. У меня окончательно сорвало крышу, и мои желания вырвались на свободу – меня накрыло волной обжорства.

Мой живот натуральным образом вздулся, желудок умолял меня остановиться, но я продолжала глумиться, словно злодей, издевающийся над невинным существом.

Последняя ложка любимого фисташкового мороженого далась с непосильным трудом, и наконец-то, слава небесам, я остановилась.

В четыре утра какой-то бес дернул меня пойти взвеситься. 47. Но мне не было обидно, я понимала, что это всего-навсего 3 килограмма еды и разной выпивки. Надо было умудриться: «всего-навсего» сожрать 3 килограмма!

После безумного новогоднего застолья три дня мне не хотелось есть. Родители думали, что я делаю это специально, но мне действительно было дурно смотреть на все приготовленные вкусности.

– Я могу обходиться без еды, почему бы этим не воспользоваться? – подумала я.

Мою голову посетили мысли о голодовках и жестком режиме питания. Я прикинула, что два дня в неделю могу спокойно обходиться водой и зеленым чаем.

С седьмого января было твердо решено воплощать задумки в жизнь, но приехавшая в гости вторая бабушка, мамина мама, пододвинула мои планы. Ежедневные ужины в девять часов вечера, выманивавшие меня из комнаты, как сыр мышку из норки, дали о себе знать. Поедая очередную порцию картофельного пюре с грибным соусом в половину одиннадцатого вечера, я почему-то не задумывалась о последствиях, а после, закусывая основное блюдо десертом в виде кекса, я абсолютно не волновалась за будущее моих задницы и живота. Вес подскочил до 49, на животе образовались три жировые складки, а лицо округлилось. Три месяца было потрачено впустую. Всего за тридцать дней все вернулось на свои места.

Естественно, я решила выговориться К., но в ответ получила лишь:

– Перестань заморачиваться, килограммы – не главное в жизни.

– Тебе легко говорить, – со злостью ответила я, и на этом наш разговор закончился.

В моей голове созревал коварный план по возвращению своих законных кило. Только на этот раз, умудренная опытом, я знала, как поскорее избавиться от них, и меня не волновал тот факт, что это губительным образом может отразиться на моем здоровье. Главное – вернуть потерянные 44 килограмма.

Был январский вечер, когда Мистер О. снова пожелал меня видеть. На улице минус 38, а я как ненормальная лечу на встречу. Мы сидели в кафе и обсуждали планы на будущее.

– Я хочу уехать отсюда, – произнес он.

– П-п-почему? – заикаясь, спрашиваю я. Это неожиданное сообщение парализовало меня на несколько секунд. Я уже не могла представить свою жизнь без этого человека.

– Тухлый город. Нечего тут делать. У меня давно были планы, но тогда что-то держало.

– Ты прав, абсолютно прав. Я бы тоже уехала. В Москву. Там здорово. Большой город, куча возможностей, можно реализовать себя. Там мне хочется жить, – мечтательно проговорила я.

– Давай уедем вместе? Будет круто! – В этот момент он зажег во мне искру надежды, что, может, когда-нибудь у нас все получится, и мои скрытые желания воплотятся в реальность.

– Да уж, уедем.

– Ты не веришь? – расстроился он.

– Верю, верю, – я улыбнулась, скрыв истинный ответ.

– Вот и отлично. Кстати, как твое похудение? Надеюсь, ты больше не будешь этим страдать? – поинтересовался парень.

– Конечно, буду! Я снова набрала сброшенные килограммы, и придется от них избавляться. Все по новой… Дурацкие праздники, – настроение ухудшалось.

– Ты что? Все же хорошо. Я, конечно, люблю, анорексичных девушек, но ты и так очень хорошая.

Бах!!! Вот оно! Вот что привело меня к священным 38 килограммам. Эта навеки выгравированная на моей подкорке фраза стала главной и единственной несокрушимой мотивацией. Он сказал это вскользь, даже не делая акцент, никак не выделяя эти четыре ужасных слова, просто сказал, не задумываясь.

«Я люблю анорексичных девушек», – каждый день, каждый час, каждую секунду я вспоминала эти слова. Если бы тогда Мистер О. не высказался о своих предпочтениях, вряд ли мой вес когда-нибудь опустился бы ниже 44.

Этим же вечером, вернувшись домой, я нашла фото худой девушки, теперь равнение было на нее. Университетские дамочки перестали быть идеалом. Они казались мне сильно толстыми, теперь я взяла ориентир на анорексичек.

Я пообещала себе, что стану той, которой он будет восхищаться. Стану анорексично худой, его идеалом.

10. Все сначала

Февраль. Первый курс. Второй семестр.

В конце января бабушка уехала, калорийные ужины закончились, и я снова взялась за себя. На этот раз ко мне присоединилась мама, которая утверждала, что ее размеры сильно увеличились и мешают ей жить. Дружной компанией из двух человек мы объявили войну лишним килограммам.

Маме, чтобы заметно похудеть, требуется максимум неделя без мучного и сладкого. Ее худое лицо и острые плечи снова на месте. Почему я унаследовала папины гены?

– Настя, я тут классную вещь нашла, – радостно сообщила она, вернувшись с работы.

– Какую?

– Диету по группе крови [2] . Люди говорят, стоит попробовать. У нас половина офиса на ней после зимних праздников.

– Здорово, а какая у меня группа? – поинтересовалась я.

– Такая же, как у меня. Вторая.

– И в чем суть? Что нельзя есть, что можно?

– Нельзя мясо, молóчку, пшеницу и морепродукты.

Прекрасно! Все, что я люблю, все нельзя.

Всю свою сознательную жизнь я любила молочные продукты, особенно йогурты.

– Вот блин, – грустно ответила я и тут же вспомнила: «Я люблю анорексичных девушек» – и недовольство моментально улетучилось.

– Ничего, и овощи можно вкусно приготовить, – подбадривающее отозвалась мама.

– Ну да, ну да.

Я помню листок, который мамочка любезно прикрепила на холодильник. Там было написано: «мясо, молóчка, мучное → жир :(». Эта надпись веселила меня каждый раз, как я входила в кухню.

Мой ежедневный прием пищи проходил напротив маленького клочка бумаги. Это помогало мне не сорваться.

Кроме новой диеты, в феврале начинался Великий пост. Что-то меня заставило следовать его ограничениям. Хм… что-то… Что-то по имени Мистер О…

Никакой религиозной почвы, главное – похудеть. Правила Великого поста требовали отказаться от мяса, молочных продуктов, яиц и масла. В принципе, как и в диете по группе крови. Надо так надо, фигура дороже, чем еда. Еда никуда не денется, а вот идеальное тело не ждет!

Примерное меню первых двух недель выглядело так: завтрак – гречневая или овсяная каша на воде, обед – овощное блюдо, ужин – яблоко с гречишным медом.

Для себя я сделала открытие, что сочетание этого сорта меда и зеленого яблока способствует похудению. Мне не верили, но это было так. Я могла поесть в 8 или 9 часов вечера, а наутро получить минус двести – триста грамм.

Спустя пару месяцев я случайно наткнулась на статью, где врач-диетолог рассказывал о сочетании ферментов в этих двух продуктах. Они способствовали ускорению обмена веществ, а следовательно, и похудению.

Все шло отлично. Нормальное питание плюс два раза в неделю бассейн, йога по средам, по субботам баня.

К двадцатым числам февраля стрелка весов вновь указывала на 44 килограмма, мышцы живота подтянулись, и 34-й размер опять стал моим.

Неделю я держалась от весов подальше, косясь на них одним глазом в надежде увидеть заветные 43 килограмма.

Воскресенье. Утро. Вес 44.

– Да как же так?! – я швырнула весы в сторону.

– Что случилось? – взволновано поинтересовалась мама.

– Я не скинула ни грамма. Что за прикол? – не успокаивалась я.

– У тебя просто вес встал. Такое бывает. Не переживай, продолжай в том же духе, ты правильно питаешься, скоро все сдвинется. Хотя, если хочешь знать мое мнение, ты сейчас очень хороша, – она была так добра, а я…

– Хватит! Я ужасная жирная уродка! У меня везде жир, везде!!! – я впервые вымещала злость на близкого человека.

В моем мозгу уже все перестроилось. Главное – худеть, худеть и худеть, не замечая ничего вокруг. Немного остыв, я устыдилась своего гнева и даже попросила прощения, но легче мне не стало.

Как бы я ни старалась себя контролировать, голод, постоянно мучивший меня, заставлял ранее добрую и милую девочку быть нервозной и злой.

Я стала все чаще срываться на родителей, бабушку, друзей, которых почти не осталось… Сейчас я себя осуждаю за те моменты и считаю это самым неправильным, что я когда-либо делала в жизни. Никогда нельзя грубить своим близким – это запрещено! Непозволительно!
Голод одерживал верх… Моя навязчивая страсть, порожденная случайно оброненной фразой, захватила власть над всем моим существом, не оставляя места здравому смыслу.

11. Следующий этап

Я думаю, что весь мир завязан на стройности. Все сферы человеческой деятельности вращаются вокруг нее, как планеты вокруг Солнца. Дизайнеры создают одежду, которая может украсить тела только худых девушек; с экранов ТВ, с мониторов ноутбуков и со страниц журналов нам улыбаются счастливые лица тощих людей; в кинематографе доминирующее место занимают актрисы с выточенными фигурами. Такое чувство, что для женщин с иными формами в этом счастливом мире совершенно не осталось места. Нынешний стандарт красоты транслируется на каждом шагу, воздействуя сразу на все органы чувств современного человека.

В наше время борьба с лишним весом перестала вестись исключительно для улучшения собственного здоровья. Женщины худеют, чтобы удачно выйти замуж или чтобы муж не ушел к более стройной, мужчины сражаются с лишним жиром, чтобы дамы пускали слюни, глядя на их мощные торсы, а молодые девушки хотят слышать комплименты парней в адрес своего прекрасного тела.

Мне тоже хотелось слышать комплименты о своей миниатюрной фигуре.

В погоне за худобой я довела свое питание до окончательного безобразия. Я перестала завтракать, на обед был ничтожный овощной салат, а ужин мой составляли зеленый чай с лимоном. Так продолжалось три дня. Ушло всего 200 граммов. У меня опустились руки, и я уже была готова соскочить с этого нещадного режима, когда сообщение, полученное от Мистера О., вернуло мои намерения обратно. Он просто поинтересовался, как у меня дела, а в голове заиграла мелодия, слова которой были так знакомы: «Я люблю анорексичных девушек».

14 февраля. Вес: 43, 8. Рост: 155 сантиметров.

Через четыре дня после антимотивируещего взвешивания, к своему удивлению, я заболела. За всю жизнь болеть мне приходилось максимум 7–8 раз, и то в далеком детстве, когда сосульки были вкуснее, чем «Чупа-чупс».

Три дня меня бросало то в жар, то в холод. Я отказывалась от питья и пищи, мне хотелось только лежать.

Нормальные люди думают, как бы скорее выздороветь, но не я, не те, кто худеет… Мои мысли в те дни были исключительно такими: «Нужно подольше поболеть, чтобы меньше есть. Не ем, значит худею. Я встану на весы и увижу, что стала легче. Еще денек болезни, и все будет как надо».

На четвертый день мне стало лучше.

Двадцать третьего февраля, проснувшись утром, я побежала вставать на весы. 41 килограмм 700 граммов! Ура! Я превзошла запланированную норму на 4 килограмма.

Мое страстное увлечение похудением заставило многих окружающих меня людей говорить, что я помешалась на диете. Людям вообще свойственно завидовать, обсуждать и осуждать других, не замечая ошибок собственного поведения.

Слова одной знакомой навсегда отпечатались в моей памяти: «Ты достала всех своим похудением. От тебя скоро ничего не останется. Постоянно говоришь об этом, поэтому от тебя все отвернулись. Сдохнешь, никто не заметит». Мне было невероятно больно слышать подобное, я стала контролировать себя, стремясь обходить в разговорах тему похудения, но этого не получалось по двум причинам:

1. Люди сами спрашивали и заводили разговор на эту тему.
2. С каждым днем необходимость высказываться, делиться переживаниями с кем-то, рассказывать о похудении, сообщать, что я съела, становилась непреодолимой. После слов об этом я как будто избавлялась от продуктов, которые попадали ко мне в желудок. Становилось легче, чувство вины пропадало.
Конец февраля принес мне не только хорошую потерю веса, но и день, который я возненавидела. 24 февраля у него был билет на самолет. Он улетел, и на этом закончилось все.

12. Март

Вот и весна на улице. Наша обычная местная весна. Минус 30 в первых числах марта было кошмаром для всех, но не для меня. Мороз был самым последним пунктом, который меня беспокоил. Мой вес – 42 килограмма, какие еще нужны поводы для радости?

После того как Мистер О. уехал, еще неделю меня не покидало чувство, что кто-то важный ушел из жизни, ушел навсегда. Меня охватило чувство безразличия ко всему, что делалось вокруг. На душе было невыносимо противно, у меня не было сил даже на то, чтобы просто прореветься в подушку, как делают многие нормальные девушки. Я не понимала, как за столь короткий промежуток времени можно так привязаться к человеку.

Слава богу, диета оставила мне немного мозгов, и я поняла, что не нужно загонять себя в угол, и начала жить дальше, радоваться своему похудевшему телу и завистливым взглядом окружающих.

Теперь моя жизнь превратилась в маленькое счастье, которое складывалось из ежедневных восклицаний: «Ты так похудела! А как тебе удалось? Такая худая стала! Кошмар! Ты ничего не ешь, да? Знаешь, многие говорят, что ты сильно уменьшилась в объемах».

В университете я слышала это чаще всего, и счастливая улыбка прыгала у меня на лице. Люди даже не догадывались, что своими банальными фразами поднимают мне настроение.

Однажды, когда я и мои любимые одногруппники сидели в столовой и они ели жирные пирожки, а я довольствовалась минеральной водой без газа, один из них спросил:

– Ты что-нибудь вообще ешь?

– Да, овощи, фрукты, сухофрукты, каши, рыбу.

– Не боишься, что организму не хватает витаминов?

Этот вопрос меня очень рассмешил, и потом я стала слышать его чуть ли не каждый день.

– От чего не хватает? От того, что я исключила из рациона пирожки, чипсы и шоколад?

– Ну, а как насчет мяса и молока?

– Раз в неделю ем их, не чаще.

– Ой, Настя. Дурная ты.

– Зато худая! – радостно сказала я в ответ.

Пусть многие и считали мое похудение дуростью, но, тем не менее, результат их поражал.

Избавившись от 10 килограммов, я захотела кардинально поменять свою жизнь.

С обретением нового тела в моей жизни возникли новые знакомства, а самое главное, отношения с друзьями начали налаживаться. Ю. снова оказалась рядом, что не могло меня не радовать. Только лишь один маленький пунктик все же не давал спокойно спать по ночам…
8 Марта
В этот праздничный день погода порадовала приятным сюрпризом, на улице было –5 С°. Обилие еды на столе вызывало дикое желание запихать как можно больше вкусностей в свой желудок. Мне не так хотелось курицы или любимого салата, как шоколадного торта с бисквитным кремом и печенья с карамелью.

Я заранее спланировала праздник живота на 8-й день марта. Накануне я устроила себе разгрузочный день на одной воде. Чтобы было легче выдержать, в час дня мы с мамой отправились по магазинам.

Прошлявшись пять часов по ТРЦ, мы решили сходить в кино. Я навсегда запомнила этот поход на бёртоновскую «Алису в Стране чудес». С начала моего нового похудения я старалась никуда не выходить, усиленно работая над собой: занималась на беговой дорожке, качала пресс, плавала в бассейне. И еще я боялась не устоять перед соблазном съесть что-нибудь запрещенное самой себе.

Это было первое посещение кинотеатра за последние полтора месяца.

19:00. Мама купила пончики с шоколадной глазурью, мне хотелось их съесть, но я сдержалась. Мы зашли в зал, где все вокруг ели попкорн, сэндвичи, чипсы, пончики и заливали все эти калорийные продукты не менее калорийной газировкой. Мне даже стало немного дурно, когда я представила, сколько тысяч калорий они поглощают.

Рядом со мной сидела полная девушка, на вид ей было лет девятнадцать, в руке она держала огромное ведро жареной кукурузы.

– Я бы лучше умерла, чем засунула хоть одно кукурузное зернышко себе в рот, если бы у меня были такие габариты, как у нее, – шепотом сказала я маме.

– Ну, не все же зациклены на диете и своем теле. Она не думает о том, что ест, и ей все по фигу.

– Ой, мам, все думают. Как можно не думать о своей внешности? – хорошо, что начался фильм, иначе бы моя злость снова вырвалась наружу.

Периодически я смотрела на девушку периферическим зрением. У меня складывалось впечатление, что у нее было всего пять минут на уничтожение четырех литров попкорна, с такой скоростью она закидывала его себе за щеки.

Я, конечно, напомнила себе, что нельзя осуждать людей и все такое, но было абсолютно невозможно устоять.

Когда мы вышли из кинозала, я радовалась своей силе воли, и когда я оказалась дома, мне было приятно чувствовать голод и легкость в животе. Довольная собой, я пошла спать.
За март я не скинула ни грамма, потому что перестала устраивать голодовки. Питалась три раза в день, а когда сильно хотелось есть, на помощь приходили яблоки или бананы. По субботам у меня был «счастливый день» – право есть все, что хочется. Я ждала этого дня, как своего дня рождения. Засыпая, каждую ночь я повторяла: «Еще пара деньков, и можно будет съесть тортик. Потерпи чуть-чуть. Ты сильная, ты выдержишь». И я держалась.

13. Цель достигнута

Миновал еще один месяц. Морозы пощадили наш город и отступили. Стало возможным выходить на улицу, не боясь отморозить себе что-нибудь нужное.

В начале апреля я встала на весы. Там, как и месяц назад красовалось число 42. Ничего удивительного, ведь на короткий промежуток в тридцать дней я перестала худеть, решив, что этого вполне достаточно, но, по непонятным мне причинам, в ту минуту мне захотелось достичь большего.

– Почему я не могу добиться 40? Красивая цифра. Меня спросят: «Настя, какой у тебя вес?» А я с гордостью отвечу: «40!» – Так, стоя на весах, я размышляла, как это сделать. Сбросить два килограмма не составит большего труда. Можно пару дней питаться яблоками или два-три дня обойтись кефиром с лимоном.

– Жира у меня нет, значит нужно избавиться от воды… Хотя, – я задумалась и быстро поменяла свое мнение, – вот, смотри, жирная ты корова! Есть у тебя жир, – я схватила себя за миллиметровую складку на животе. – Точно нужно худеть!

При весе 42 килограмма я решила, что размеры моего тела невероятно огромны и необходимо срочно исправить ситуацию. Однако после достигнутой планки в 45 кг каждые сто граммов давались с непосильным трудом. Чем меньше вес, тем сложнее скидывать оставшиеся лишние, по собственному мнению, килограммы.

Неделя борьбы с ненавистными граммами не увенчалась успехом. Вес снова встал, а вместе с этим пришли истерика и нервозность, швыряние весов по коридору. Тем не менее я не сдалась… Главное (и не только в диете) – не сдаваться! Никогда не сдаваться! Идти напролом, верить в себя, даже когда это кажется невозможным. Иначе ничего не получится. Только упорное стремление к цели позволяет достигнуть нужного результата.

Следующая неделя прошла на одних овощах и зеленых яблоках. Счастливое право выходного дня пришлось отменить.

14 апреля. С дрожащими руками и ногами я шла к электронным весам. Закрыв глаза рукой, я посмотрела вниз. 37,800. Четыре килограмма двести граммов ушли за неделю, с небывалой скоростью.

Я не поверила тому, что вижу. В моей голове не укладывалось, что цифры, о которых я не могла мечтать, стали реальностью. От радости у меня на глазах навернулись слезы, я вбежала в кухню, держа весы в руках.

– Что случилось? – боязливо спросила мама.

– Смотри! – смеясь и плача, я встала на весы.

37,800 еще раз высветились на маленьком экране.

– Поздравляю, милая! – улыбнулась она и обняла мое костлявое тельце. – Но ты стала слишком худая, – добавила мама.

Я не слушала ее. Все еще пребывая в восторженном состоянии, я подбежала к зеркалу. Оттуда на меня смотрело не страшное жирное создание, а милая девушка с торчащими ключицами, худенькими ручками, малюсенькими ножками и выпирающими тазовыми костями. Благодаря тому, что я не просто соблюдала выдуманную диету, а еще занималась спортом, на животе красовались четыре симпатичных кубика, а ноги и руки украшали рельефные мышцы.

«Я худая, но не безобразная, как анорексички», – думала я.

Этот апрельский день был первым, когда я была довольна той, которую видела в зеркале. Я улыбалась своему отражению. Я сдержала слово и стала идеалом Мистера О.

14. Радость

Похудение на 12 килограммов еще более изменило мою жизнь. Мне стало приятно выходить на улицу, встречаться с друзьями, фотографировать и фотографироваться. Теперь мне хотелось постоянно что-то делать, заниматься своим образованием, а время, которое уходило на борьбу с лишним весом, посвятить творческим проектам.

Однако взамен ушедших килограммов появился страх снова потолстеть. Он просто съедал меня изнутри, мешая спокойно жить…

Сидеть дома совсем не хотелось, и я написала своей лучшей подруге Ю. Через час она появилась на пороге моей квартиры в сопровождении нашего общего знакомого. Они прошли в комнату, а я продолжала бегать по квартире в поиске майки и джинс. Моим сборам сопутствовали комментарии по поводу чрезмерной худобы, выпирающих ребер и прочего. Они даже не представляли, что подобными словами только усиливают мое радостное состояние и подавляют желание поесть.

Как часто люди ошибались, думая, что подобные фразы могут задеть мои чувства и подтолкнуть меня к набору веса.

– Ты за последний месяц похудела, – заметил парень.

– Ну да, немного сбросила.

– Я не пойду с тобой гулять. Мне стыдно рядом идти, – уныло сказала девушка и посмотрела на меня.

И тут я ответила:

– Да ладно, не такая уж я и худая.

В этот момент она кинула в меня подушкой.

– Ты ненормальная совсем? – раздался голос парня. – Сколько ты весишь?

Я боялась назвать им цифру, но в то же время мне хотелось кричать о своем весе.

– Ну, так сколько? – повторил он.

– 38, – тихо ответила я.

– Сколько? Сколько? – Ю. подскочила со стула.

– Ты прекрасно слышала, сколько.

– Я в шоке, – парень присел на край дивана. – У меня в третьем классе вес больше был.

А ведь так всегда, чем ты стройнее, тем толще себе кажешься. Вот и я начинала думать, что еще недостаточно худая. Недостаточно худая, учитывая тот факт, что в некоторых магазинах самые маленькие размеры джинс были мне велики, недостаточно худая при весе 38 килограммов и росте 157 сантиметров, недостаточно худая, когда об этом говорили все…

– Я хочу тебя сфотографировать, – еще раз посмотрев на меня, сказала Ю.

– Пожалуйста, когда?

– Завтра давай?

– Хорошо.

Наступило завтра. Погода, естественно, подвела. Было слякотно и грязно, небо затянули серые тучи, накрапывал дождь. Город казался безжизненным. Одеваться в светлое было глупо, поэтому в тот день черные узкие джинсы обтягивали мои худые ноги, а коротенькое черное пальто еще больше уменьшало мое тельце. И только белые горошки на черном шарфе оставались светлыми пятнами в мрачном луке.

Ю. все время фотографировала мои ноги, приговаривая при этом:

– Какая ты худая!

Через час стало прохладно, и мы решили пойти в храм калорий и жира – KFS. В ресторане соблазнительно пахло картошкой, но, к счастью, подобная еда уже давно вызывала во мне отвращение, меня соблазнял только запах. Я питалась овощами, рыбой и зелеными яблоками, в общем не превышающих 300 калорий в сутки.

Поднявшись на второй этаж, мы с Ю. наткнулись на старых знакомых. К нам подошла невысокая девушка, и Ю. тут же выпалила:

– Посмотри на нее! Ты посмотри на ее руки! – девушка схватила меня за кисть. У меня проглядывали кости и выступали вены.

– Я в шоке! – ответила вторая. – Как ты так похудела?

– Жрать перестала, – засмеялась я.

После так называемой фотосессии и прогулки я вернулась домой и скорее загрузила фотографии в «ВК».

«Боже! Что ты с собой сделала?»

«Куда делось твое тело?»

«Как ты так похудела?»

Гости моей виртуальной страницы были шокированы, а меня распирало от гордости при чтении их комментариев. На протяжении всего периода похудения я старалась не выкладывать свои фото в сеть, потому что было стыдно за свою полноту.

И теперь какое удовольствие мне доставляли эти жалкие сообщения от завистливых девушек, пытающихся убедить меня снова набрать вес. Некоторые личности уверяли, что при весе 38 килограммов жить нельзя и я скрываю свое плохое самочувствие. Глупые, они даже не догадывались, что в эти минуты я ловила бесценный кайф, да и вообще – какое им дело до моего тела?! Не хотите, не можете – тогда молчите.

Неожиданностью для меня стало сообщение от Мистера О. Мы не общались больше месяца. Он даже не написал элементарное «Привет!», а тут целое предложение: «Ого! Я не думал, что ты так сильно похудеешь».

Я ответила: «Тебе не нравится, что я похудела?» – «Нравится, но это невозможно. Насть, очень худая стала».
Мне хотелось написать: «Ты же таких любишь, все нормально». Но в ответ он получил только: «Спасибо».

15. Cтрах

Месяц счастливой худобы миновал. Каждый вечер я с нетерпением ждала утра, чтобы проснуться, надеть обтягивающие джинсы, выйти на улицу и вновь услышать: «Ты такая худая!» Я получала невероятные ощущения от своего внешнего вида, от небывалого чувства, когда на твоем теле нет ни грамма жира. Только легкость и больше ничего.

В начале мая вернулся Мистер О. Больше всего на свете мне хотелось продемонстрировать ему новую себя. Мы встретились на следующий день после его приезда. На мне были темно-серая кожаная куртка, черные обтягивающие джинсы, на ногах симпатичные ботильоны на высоком каблуке, белая майка-алкашка с каким-то рисунком, а на шее висела мощная цепь.

Не помня себя от волнения, я бежала к назначенному месту, чтобы снова увидеть его, и вот… Знакомые походка, прическа и запах, сводивший меня с ума.

– Я так рад тебя видеть, Насть, – робко произнес он и обнял меня.

– Я тоже, – мне не хотелось освобождаться от его объятий, но все-таки пришлось.

Каждая секунда, проведенная рядом с ним, рождала во мне радость, которая тут же сменялась разочарованием. Он был холоден, и в то же время не отпускал меня. Я не могла разобраться в происходящем. Нужно было тогда кончать с этой неопределенностью и ставить точку, чтобы не допустить того, что случилось.

После небольшой прогулки мы зашли в кафе, где раньше любили проводить время. Именно в этом кафе он произнес судьбоносную фразу «я люблю анорексичных девушек». Парень заказал картошку, салат и какое-то мясное блюдо, а я только зеленый чай. Сегодня мне уже довелось съесть овощной салат с тофу и банан. Больше нельзя.

Спустя какое-то время я вышла в туалет. Проходя мимо большого зеркала, я остановилась, чтобы в очередной раз убедиться в своей худобе. Теперь каждую минуту своей жизни я до жути боялась, что однажды в зеркале передо мной снова предстанет та самая Настя, с которой мне пришлось расстаться полтора месяца назад.

Когда я шла обратно, то отчетливо видела, как парень смотрит на мои ноги, не отрывая глаз.

– Что-то не так? – садясь, спросила я.

– Я никогда в жизни не видел таких худых ног! – Он недоуменно покачал головой.

– Понятно, – все, что додумалась ответить моя голова.

Почему, когда нужно сказать что-то стоящее, мы говорим полную ерунду? Почему наш мозг способен придумать достойный ответ только после того, как что-то уже случилось и комментарии излишни?

Мы просидели еще около часа, вспоминая прошлое общение и обсуждая планы на ближайшие два месяца. Он говорил, что как только наступит лето, мы будем каждый день проводить вместе, и все будет невероятно круто. Будет круто ему, но не мне… Это были пустые разговоры.

Наступило время прощаться, мне захотелось плакать. Не знаю, то ли от обиды, то ли от ненависти, то ли от счастья. Я знала, что после этой встречи, вероятнее всего, он встретится с какой-нибудь девушкой, и они будут счастливы. Позже мое предположение подтвердится. Я обняла Мистера О., и по щеке покатилась слеза. Я сказала «пока», и мои спичечные ножки быстро зашагали на остановку.

Находясь в автобусе, я ощущала на себе пристальные взгляды десятков глаз. Такое чувство, что все эти люди никогда не видели худых гомо сапиенсов. Одна бабушка имела смелость сказать:

– Деточка, ты здорова?

Я улыбнулась, а про себя прокричала: «УРА!»

Неожиданно в моей жизни настал переломный момент. Я стала чаще встречаться с парнями, мне было не стыдно выйти на улицу, отправиться по магазинам, сходить в кафе; в конце концов, стало не стыдно надеть купальник. Правда грудь немного сдала позиции, ну, признаюсь, не совсем немного, а очень даже много, но, учитывая тот факт, что у меня ее никогда особо и не было, данный пункт никак не волновал мое сознание. Самые маленькие вещи в магазинах, удивленные взгляды окружающих, постоянные «комплименты» с их стороны стали моими верными спутниками. С каждым днем развивался культ худобы, подчиняя все мое существо ритуальному служению этому бесу…

16. Бухенвальдский крепыш

Следующий этап моей жизни ознаменовался появлением одного молодого человека – парня, который, как я надеялась, поможет мне развеять мысли о Мистере О. и стать счастливой. К сожалению, надежды не оправдались.

Невозможно забыть человека, впервые ставшего для вас всем. Можно бесконечно себя убеждать, что сердце остыло от переживаний, что все прошло, но это самообман. Где-то в дальнем углу сердца он еще будет жить, он все еще будет с вами, и при каждом, самом незначительном, воспоминании он вырвется из своего уголка и вновь станет для вас всем.

Появившийся молодой человек был симпатичным, с голубыми глазами и модельной фигурой. Он был ничего, но все же не то… Далеко не то… Обозначу его как А.

В течение месяца мы общались, гуляли, он постоянно говорил о моей худобе, ему нравилось, что я такая.

Я немного отвлеклась на это общение и не вспоминала о Мистере О., все было прекрасно. Меня радовали моя фигура, мое отражение в зеркале, люди, которые меня окружали, и вся моя жизнь в целом.

Был конец мая, на улице наконец-то потеплело, и можно было снимать куртки, надевать шорты, майки и открытые туфли на высоком каблуке. Мне не терпелось нацепить новые продырявленные джинсы 32-го размера, которые можно было, не расстегивая, натянуть на свою худощавую задницу.

В этом месяце «восхищение» результатом моего похудения било все рекорды.

Помню последнюю неделю второго семестра. Всем потоком мы сидели на ленте в большой аудитории, спустя сорок минут я вышла позвонить. Уходя, я слышала, как за моей спиной начали перешептываться, но было трудно разобрать, о чем идет речь. Когда я вернулась, одна из моих одногруппниц сказала:

– Ты когда встала, девки начали говорить: «Видела?! Офигеть, какая она худая стала. Это вообще нереальное что-то!»

Какое было счастье услышать эти слова.

На перерыве я вместе со всеми спустилась вниз. Народ курил, а я стояла чуть в стороне, ловя на себе взгляды двух девушек из параллельной группы. Спустя пару минут, одна из них подошла ко мне и спросила:

– Скажи, пожалуйста, сколько ты весишь?

– 38, – с довольной рожицей ответила я.

У нее было такое выражение лица, которое мне еще не доводилось видеть. Мне показалось, что ее левый глаз слегка передернуло.

– Вот видишь, я же говорила, что не больше 40! – сказала вторая.

– Чем ты питаешься? Или совсем не ешь?

– Почему все так думают? – улыбнулась я. – Овощи, фрукты, сухофрукты, рыбу, каши.

– А сладкое и прочее? – не унимались они.

– Раз или два в неделю позволяю себе.

– Офигеть… Я бы не смогла! – сказала одна из них и нервно закурила.

– Я тоже думала, что не смогу, однако ошибалась.

– Ты – молодец!

– Спасибо.

Мы возвращались в аудиторию, и я сияла от счастья. Даже лента по политологии прошла без унылого ерзанья на стуле.

В начале третьего часа за мной приехала мама, естественно, я рассказала ей о том, что произошло полтора часа назад.

– Ты очень худая, Насть, – только лишь ответила она.

– Ну и прекрасно! Мне это и нужно.

На этом «день восхищения» не закончился. После университетских занятий мы поехали в баню с друзьями семьи. Времени поесть не оставалось, да и желания тоже. Ведь я худая, зачем портить такое приятное ощущение какой-то едой? Но желудок нервно урчал. Забежав на пять минут домой за вещами, я схватила со стола зеленое яблоко и маленькую горстку орехов.

Подъехав к бане, мы увидели, что нас уже ждут. Не успела я выйти из машины как началось:

– Господи, почему ты такая худая?!

Об этом меня спросила довольно-таки полная женщина. Она была очень веселой и болтала без умолку. Я пожала плечами и прошла мимо.

Когда все переоделись, начался самый прекрасный момент банного вечера. Я наслаждалась оказанным моей персоне вниманием. Все только и говорили о моей худобе, торчащих костях и просили поправиться хотя бы до 42 килограммов. Безусловно, я констатировала, что это слишком большой вес, не забывая при этом довольно улыбаться.

Согласно старинной русской традиции банные столы ломились от яств, друзья семьи непрерывно ели. На столах была рыбная, мясная, сырная нарезки, шашлык, чипсы, конфеты, печенье и много подобной гадости. Шестеро взрослых и трое подростков раскладывали по тарелкам закуску к холодному пиву, непрестанно косясь в мою сторону.

– Почему ты ничего не ешь? – спросила веселая женщина.

– Не хочу, я уже поела сегодня.

По дороге в баню я успела съесть яблоко и орехи. Аппетит был подавлен.

– И что же именно? – с сарказмом спросила она.

За меня ответила мама

– Орехи и яблоко.

Мне показалось, что женщина подумала: «Девочка, ты совсем рехнулась?»

– И все? – ее бровь вопросительно поднялась.

– Ну, я же сегодня еще завтракала, – выкрутилась я.

– Тоже яблоком?

– Нет, кашей и бананом.

– Ой, Настя, нельзя же так.

– Почему нет? Мне нравится быть худой.

На этом разговор окончился, я пошла в парную. Мне не хотелось больше участвовать в бессмысленном разговоре, потому что его акцент делался на вреде излишней худобы для организма и психики, на том, что необходимо полнеть. Никто не хотел понимать, что мне нравится, мне комфортно в моем новом теле, и я не хочу снова возвращаться к коровьим размерам. После этой поездки в баню у меня появилось прозвище – «бухенвальдский крепыш».

17. Психолог

Приближалось лето, а вместе с ним необходимость выглядеть еще лучше. Один пункт из списка был выполнен: фигура – шикарная. Осталось довести до совершенства волосы и руки. Только вот из-за похудения моя здоровая и густая от природы шевелюра превратилась в жалкий клочок торчащих волосинок. Ногти, слава богу, были в порядке, только потому, что были наращены.

Перед маникюром я заехала к маме на работу, чтобы оставить сумку со спортивными принадлежностями. В этот день к ним пришла женщина-психолог. Она разговаривала с сотрудниками, выслушивала их наболевшие проблемы, и мама попросила, чтобы и я с ней поговорила. Конечно, по ее словам, моя навязчивая идея о похудении и помешательство на минимальном количестве еды не имели к просьбе никакого отношения, но было очевидно, что именно эти обстоятельства явились самым важным поводом для общения со специалистом.

Когда я зашла в кабинет, за столом сидела симпатичная женщина с пышными формами, которая тут же воскликнула: «Какая маленькая и худенькая!»

– И вам здравствуйте, – ответила я, развеселив ее.

– У тебя есть ко мне вопросы?

– Я думала, вы будете задавать вопросы, а я отвечать.

На самом деле, мне не хотелось обращаться к психологу, хотя, с другой стороны, я понимала, что, возможно, подобное общение избавит меня от навязчивого страха поправиться.

– Можно поступить и таким образом. У тебя есть проблемы с парнями? – Мне было непонятно, почему наш разговор начался так.

– Не знаю, – самый глупый ответ в жизни. Как можно не знать?

Диета, видимо, окончательно ущемила мой мозг.

– Не знаешь?

– Я не обращала на это внимание.

– Тогда поставим вопрос по-другому: у тебя есть молодой человек?

– Нет.

– Тобой не интересуются, почему?

– Потому что у меня нет сисек третьего размера?

– Я думаю, проблема не в этом.

– А в чем же?

– В тебе. Могу точно сказать, что кроме собственной фигуры тебя мало что волнует.

Она была права. Все остальное было второстепенно. Но она не догадывалась, что у меня нет парня оттого, что в моем сердце засел один единственный тип, который не желал оттуда выбираться.

Я начала ходить к ней на сеансы, потому что мне было необходимо рассказывать о своих беспокойствах. Ведь никто не хотел слушать о моем похудении, а маме всего не расскажешь…

Не скажу, что наши разговоры помогли мне на 100 %, но после общения с ней мне становилось легко. Я рассказывала ее о своей непрекращающейся борьбе с лишними граммами, делилась переживаниями и эмоциями, которые лишали меня покоя.

Ее интересовал вопрос: «Почему я решила похудеть и почему именно до такого маленького веса?» Я солгала, сказав, что просто захотела стать тощей. Даже человеку, который за приличные деньги был обязан меня выслушивать, я не решилась сообщить, что истинным мотивом был Мистер О. Почему? Наверное, думала, что она сочтет меня идиоткой из-за того, что, несмотря на безразличие, которое этот человек продемонстрировал мне, я верила, надеялась и ждала его ответных чувств и внимания.

Один из сеансов мы полностью посвятили проблеме моего навязчивого похудения. Выслушав очередное тридцатиминутное нытье, женщина сказала, что у меня нервная анорексия [3] .

– Анорексия? Вы сказали анорексия? – Я чуть не залезла к ней на стол.

– Да, милая. К сожалению, это так.

– О боже…

Она полагала, что я буду сожалеть и расстраиваться, но я расплылась в улыбке.

– Как круто!

– Прости, что?

– Это же невероятно! – меня захлестнули эмоции.

– Ты считаешь это крутым? – переспросила она.

– Да. Конечно, безусловно, да!

– Но это тяжелое заболевание.

– Вам не понять меня, – я продолжала улыбаться. Мне хотелось танцевать и прыгать от радости.

– Очень странная реакция, – заключила женщина-психолог.

Я уже не слушала ее рассуждений и рекомендаций, а просто наслаждалась сказанными словами.

После задушевных разговоров нервные срывы на родных и друзей прекратились, разговоры о своем теле, съеденном куске, о планах и успехах стали неуместны. В этом не было необходимости, у меня был человек, который меня слушал.

18. Ужасный сахар

Вот уже полтора месяца мой вес оставался стабильным благодаря особому питанию – раз в 24 часа. Я привыкла жить от 4 до 4 часов дня, чтобы немного поесть. Суточное потребление калорий по-прежнему не превышало 300 единиц. Если, не дай бог, в мой организм попадало 500 килокалорий, у меня начиналась истерика и на следующий день весь прием пищи ограничивался водой и маленьким зеленым яблоком. Странно, но я не чувствовала усталости, наоборот, у меня наблюдался прилив сил. Родители упорно заставляли меня есть, хотя бы два раза в день, но это было бесполезно. Я продолжала придерживаться правил своего минимального питания.

Никакой еды, только идеальное безжировое тело!

На тридцать первое мая у меня было запланировано ежегодное обследование в папиной больнице. Мне не очень хотелось ехать в пахнущий таблетками дом, потому что предстояла обязательная сдача крови из пальца. С детства меня преследовал страх перед этой маленькой, тоненькой железной штуковиной, которой протыкают беззащитный маленький пальчик.

Перед страшной процедурой нужно было сходить на флюорографию, а после отправиться на рентген ребер, которые и без того было прекрасно видно без специальных усилий.

Я зашла в кабинет, а молоденькая медсестра спросила:

– Тебя, наверное, совсем дома не кормят?

– Я сама не ем, – резко ответила я.

– А надо бы, слишком худая.

В ответ она получила молчание. Эти наставления начинали раздражать.

«Почему все вокруг пытаются меня накормить? Если им так хочется есть – пожалуйста! Только прошу оставить меня в покое!» – думала я, пока рентгеновские лучи насиловали мои исхудавшие ребра.

Я не хотела выходить из железной кабины в предчувствии самого ужасного момента пребывания в больнице.

Пять минут до кабинета сдачи крови показались мне дорогой на плаху к палачу. У меня подкашивались ноги, и меня всю трясло… Вот, я уже сижу на стуле, а к моему дрожащему пальцу приближается железная пластинка. Я зажмурила глаза и приготовилась кричать, но, к своему удивлению, ничего не почувствовала. Через минуту процедура закончилось, и, быстро выбежав в коридор, я направилась в папину ординаторскую. Я шла с облегчением, думая, что самое страшное позади, но, оказалось, бывают вещи похлеще.

Моя глупая голова забыла, что после сдачи крови необходимо выпить чай с сахаром или съесть что-нибудь сладкое для восстановления гемоглобина в крови.

Когда в ординаторской мне протянули кружку с горячим сахарным чаем, я резко откинулась назад и, с ужасом вытаращив глаза, сказала:

– Нет! Вы что, с ума сошли? Тут же сахар!!!

– Всего две ложки, – ответил врач.

– Всего? По-вашему, две ложки это мало? Вы издеваетесь.

Я почти плакала, потому что была уверена, что именно эти две ложки заставят меня снова располнеть.

– Ну а просто чай выпьешь? – спросил папа, садясь рядом.

– Да.

Все пять человек, находившихся в ординаторской, смотрели на меня с нескрываемым удивлением, явно не понимая, что со мной происходит, а я радовалась чудесному спасению от сахара.

Спустя десять минут медсестра отдала результаты анализов, после просмотра которых я убедилась в странности нашей медицины. Почти 17 лет врачи убеждали, что у меня вторая группа крови, и поэтому я, как умная Маша, отказывалась от потребления многих продуктов, боясь поправиться, а тут выяснилось, что на самом деле у меня никакая не вторая, а самая первая, положительная!

Теперь в рацион было необходимо включить мясо, морепродукты, а иногда даже баловать себя молóчкой. Это компенсировало мои пережитые страдания.

Сразу после посещения больницы я попросила маму заехать в супермаркет. Там, среди полок с йогуртами, я чувствовала себя самым счастливым человеком на свете. Если мне не изменяет память, то тогда в тележке их оказалось около 15 штук.

19. XXS

Июнь. Рост: 157. Вес: 38,000 кг.

Хорошая учеба в течение всего семестра принесла мне бонус в виде «автоматов» по всем предметам, и с первого июня летние каникулы вступили в свою законную силу.

Не успел начаться долгожданный первый летний день, как А. предложил встретиться. Я охотно согласилась, теперь мне нельзя было упускать любую возможность прогуляться.

«Во сколько встретимся?» – отправила я SMS. «Давай часа в 4?» – через секунду был получен ответ. «Ок, пойду собираться».

Подойдя к шкафу, я поняла, что в такую жару мне нечего надеть, и не только потому, что в ломящемся от одежды шкафу нет ничего подходящего, но и оттого, что вся без исключения летняя одежда стала мне велика. Пришлось отложить прогулку на день и немедленно отправиться с мамой в ТРЦ. Она единственный человек, с которым я люблю ходить по магазинам. Невероятно, как ее взгляду всегда открываются уникальные вещи, спрятанные в куче заурядных тряпок, которые, пройдя тщательный критический мамин отбор, торжественно отправляются на кассу.

Во время праздничного шествия в честь Дня защиты детей я бродила в поисках летних шорт, маек, платьев и юбок моего мизерного размера. Все, что привлекало мое внимание, оказывалось огромным, и я жалела о своей худобе, поддаваясь миллисекундному помутнению сознания, но моментально одергивала себя и с довольным выражением лица продолжала бродить меж магазинных отделов и наслаждаться отсутствием своего XS размера.

Изучив ассортимент нескольких магазинов, я повернула за угол, где находилась ZARA, славившаяся наличием крошечных размеров одежды. Я зашла внутрь. До того момента, пока на весах не показались заветные 38 килограммов, я ненавидела эту испанскую марку одежды за любовь к манекеновым стандартам. Производители как бы тонко намекали: «Хватит жрать, если хотите влезть в наши шмотки!» Но в тот день я получала неописуемое удовольствие, сознавая, что смогу спокойно надеть брюки 34-го размера и майку XS. Я стояла у полки с новой коллекцией и смотрела на прелестные шорты в морском стиле размера XXS.

– Ну и на кого они их пошили? Ты посмотри на это! – возмущенно обратилась я к маме, рассматривающей белое платье.

– Ты в них влезешь, точно говорю.

– Издеваешься? Я не особо-то и худая.

Да, тогда я была уверенна, что выгляжу стройной, а никак не худой. В голове щелкнуло, и возникла мысль, что мне необходимо стать настолько тощей, чтобы влезать в «заравские» шорты XXS.

– Посмотрим, сколько еще осталось сбросить, – схватив их, я отправилась в примерочную.

По пути я успевала ругать себя за то, что не достигла того тела, на которое шьют самые маленькие вещи.

Сюрприз! Шорты оказались мне впору.

– Мам! – радостно крикнула я, одернув шторку.

– Я же говорила, – она мило улыбнулась, а я крепко обняла ее за шею и запрыгала от радости.

После удачного шоппинга мама предложила перекусить.

– Ты хочешь кушать? – спросила она.

Я чувствовала себя настолько хорошо, что даже голод, мучивший меня со вчерашнего вечера, исчез.

– Нет.

– Ну немножко-то надо!

– Если только немножко, – впервые за последние месяцы я не ответила раздраженным отказом на предложение поесть.

Поднимаясь на эскалаторе на второй этаж к скоплению разнообразных ресторанов и кафе, я рассматривала посетителей этого места. Недалеко от входа моим глазам предстала огромная очередь в «Ростикс». Обезумевшие люди чуть ли не по головам пробирались к кассе, дабы заполучить сэндвич с куском жирной курицы, придавленным калорийной булкой и обильно смазанный майонезом. Где-то среди этого жирного безобразия был одинокий листик салата, который вызывал у меня уважение.

– Ты что там так внимательно рассматриваешь? – спросила мама.

– Пытаюсь понять, почему все эти люди едят этот отвратительный фастфуд.

– Им нравится. Я тоже люблю иногда там перекусить.

– Кошмар, не расстраивай меня, – ответила я, сойдя с трапа эскалатора.

Пообедав в итальянском ресторане, где моему желудку были предложены овощной салат без масла и зеленый чай, мы отправились в гипермаркет за продуктами.

Раньше, когда моя масса тела составляла 50 килограммов, оказавшись в подобном месте, Настина жирная задница первым делом бежала к сладкому, мучному, ну или, на крайний случай, к колбасному отделу. В те, как мне тогда казалось, доисторические времена мне было безразлично, какое количество калорий попадет в мой организм. 3000, 4000 или 5000 – неважно. Желание есть было основополагающим.

Теперь эти запретные зоны обходились стороной, привилегированное положение занял фруктово-овощной отдел. Когда я смотрела на чужие тележки, набитые хлебом, маслом, пачками макарон, тортами, пирожными, замороженной пиццей, жирной масляной рыбой, горами разной колбасы и упаковками пухлых сосисок, мне становилось жутко от мысли, что еще несколько месяцев назад я была такой же сумасшедшей пожирательницей, как эти люди с тележками.

Было тяжело знать, что и моя любимая мамочка – жуткая сладкоежка.

Заруливая в отдел сладостей, было приятно понимать, что я больше не нуждалась в ежедневном потреблении шоколада, конфет, тортов и булок.

– Вот тебе обязательно это есть? – спросила я, когда мама взяла упаковку свежеиспеченных шоколадных кексов.

– Да, они меня радуют.

– Удивительно! – рассмеялась я над ее ответом.

– Ты не ешь, а я буду, – сказала она и показала мне язык.

– Мама, блин. Пошли давай.

Через час мы были дома. Хвастаясь обновками перед вторым родителем и старшим членом семьи, я только и слышала от папы: «Худая, как велосипед!» и от бабушки: «Теперь можно и поправиться на пару килограммов».
Они все еще не понимали, что чем чаще они будут говорить подобные фразы, тем кайфовее будет мне.

20. Санаторий

День начался с контрольного взвешивания. Ровно 38 килограммов.

Какое счастье видеть эти цифры каждое утро! Они делают мою жизнь лучшее и приятнее.

«Сегодня я вернусь под вечер, возможности пообедать не будет, а значит – можно позавтракать», – чистя зубы и одновременно махая ногой, думала я.

Мама и бабушка чуть ли не запрыгали от радости, когда в маленькую тарелочку я положила овсянки с фруктами и взяла небольшой хлебец с плавленым сыром. Это был первый завтрак за долгое время.

Стрелки часов показывали двенадцать, а, следовательно, до встречи с А. у меня оставалось три часа, и можно было немного пробежаться. Спустя двадцать минут и преодолев два с половиной километра, я пошла собираться. Так получилось, что это была наша первая долгая прогулка вдвоем. Мы много переписывались в «ВК», но встречались мельком, на улице, иногда пересекались в разных компаниях, и нам никогда не удавалось пообщаться тет-а-тет.

Парень опоздал на пятнадцать минут, объяснив это проблемами на дорогах.

Я, как и прежде, не была от него в диком восторге. Оттого, что думы о личности Мистера О. настойчиво не покидали мой мозг.

Манера общения А. сильно отличалась не только от той, которую я наблюдала в виртуальной жизни, но и от манеры общения всех парней, с которыми мне доводилось пересекаться. Этот молодой человек не упускал любую возможность обозначить, что он невероятно классный, а все вокруг лишь мелкое дерьмишко. Меня это сильно раздражало, однако его чертовски привлекательная внешность, как мне тогда казалось, восполняла эти «чудесные» рассуждения о ничтожествах окружающего мира.

– Мне нужно ехать домой, – сказала я, когда пройдя энное количество километров, мы сели на лавочку отдохнуть.

– Уже? Всего же семь часов.

– Я завтра уезжаю, вставать очень рано, и еще нужно успеть собраться.

– Куда ты уезжаешь?

– В санаторий.

– С кем? – поинтересовался А.

– С мамой.

Мы давно собирались съездить в лечебно – профилактическое учреждение и поправить здоровье, а сейчас, когда худоба брала верх, это стало особенно актуальным. Из-за голода и ограниченного питания у меня появились проблемы с желудком и кожей, а волосы выпадали клочьями. Нужно было восстанавливаться, пока не стало слишком поздно.

Первое, что я сделала после встречи с А. – отправила ему SMS-сообщение, содержание которого до сих пор заставляет меня сомневаться в собственной адекватности: «Скажи, я сильно толстая?» Это было крайней точкой идиотизма, но мне нужно было знать его мнение. «Ты сильно худая», – ответил парень. «Прекрасно», – подумала я.

6:00. Автовокзал.

Через двадцать минут мы уезжаем в санаторий. Мама думала, что там я немного поправлюсь и начну нормально питаться, но у меня были совсем другие намерения. Мысль о том, чтобы сбросить еще парочку килограммов, не покидала меня вот уже четыре дня. Мне хотелось весить 36 кг. Для каких целей – непонятно.

Четыре часа в автобусе – и мы на месте. Проезжая мимо дивных сибирских пейзажей, я успела найти складку на животе, обвинить свои худощавые ноги в чрезмерной полноте и заметить несуществующие бока. Теперь у меня была одна цель – избавиться от вымышленных недостатков тела.

В двенадцать часов я и мама заселились в уютный номер с видом на лес и поле одуванчиков. Мне хотелось скорее приступить к реализации своих безумных планов. Спустя тридцать минут после приезда к нам постучали и сообщили о том, что нужно отправиться на прием к врачу, который назначит курс лечения и определит, какие процедуры нужно посещать.

Странно, но почему-то, по моим наблюдениям, 90 % всех женщин-врачей имеет чересчур полные формы, вот и эта милая старушка не была исключением. Она с трудом умещалась на стуле. Смотря на эту женщину, я спрашивала себя, как ей не тяжело носить такой груз жира и как так было можно запустить себя?

После вопроса о цели моего пребывания здесь она знала только о проблеме с желудком и кожей, про похудение я додумалась умолчать. Врач, назначив различные процедуры и прописав чай, который должен был помочь моему бедному желудочку снова нормально функционировать, отправила нас на обед. Милая, добрая мама позаботилась о том, чтобы у меня не было возможности выбрать себе питание, и в результате неделю мне предстояло довольствоваться прелестями шведского стола, изобилующего жирной пищей.

– И что мне тут есть? – спросила я, подойдя к большому столу с кучей жирной еды.

– По-твоему, нечего?

– Тут все на масле! – повысив голос, ответила я.

– Ничего страшного, – спокойно отозвалась мама.

– Прекрасно! Тогда я вообще ничего не буду есть!

– Настя, это уже до абсурда доходит.

– Переведи меня на другое питание!

– Положи себе овощей и не возмущайся.

Я послушалась, но была очень зла на то, что мне не оставили право выбора.

После обеда мы вернулись в номер. Трехминутная дорога от столовой до комнаты сопровождалась удивленными взглядами проходящих мимо людей. Они даже не стеснялись пялиться на меня и говорить со вздохом: «Какая худая девушка», но теперь подобные высказывания не вызывали у меня чувства радости, они стали неотъемлемой частью моего обычного дня.
Оказавшись в номере, я занялась составлением расписания своих процедур. В обязательную программу входили озонотерапия, гидромассажные ванны и сауна. Помимо этого, ежедневные занятия аквааэробикой, упражнения в тренажерном зале, игра в большой теннис, двухразовая пробежка и баня на протяжении восьми дней. Я уже забыла о своем желудке и сухой коже, мне нужно было срочно худеть.

21. +2

Уезжая на некоторое время, начинаешь четко оценивать свою значимость в жизни окружающих тебя людей. Мифы о твоей нужности рассеиваются, и наглядным образом демонстрируется полное безразличие. Несмотря на хорошие дружеские отношения, за прошедшие восемь дней никто не прислал мне даже жалкой SMS-ки «Как дела?» Друзья оказались просто хорошими знакомыми.

Уедешь ты на неделю или на год – ничего не изменится. Конечно, они скажут, что будут скучать, руководствуясь правилами вежливости, а на самом деле забудут о тебе на следующий день, как только ты пересечешь границу родного города.

Пребывание в санатории сопровождалось нескончаемыми комментариями относительно моей худобы, советами поправиться и жалобными вздохами старушек, но я лишь улыбалась всем в ответ.

Каждый день я видела женщин, которые приехали сюда, дабы распрощаться с лишними десятками килограммов жира. Они проходили специальный курс, в который, помимо физической нагрузки, входило питание вареными овощами и гречневой кашей без соли. В первый день я умоляла маму разрешить мне питаться вместе с ними, но, естественно, получила отказ.

Я испытывала чувство зависти, когда эти полные дамы направлялись в столовую. Мне тоже безумно хотелось получать минимум калорий. Но уже на второй день это желание прошло, в мозгу ослабел какой-то барьер, и частичка страха покинула меня. На два с половиной дня я позволила себе вернуться в додиетическую эру и сходить на завтрак, чтобы съесть молочную кашу с булочкой. С этого же дня, наряду с интенсивными спортивными упражнениями, в моей жизни появились шоколад и каждодневное потребление сухофруктов. Я знала, что расходую больше калорий, чем потребляю, наверное, поэтому допустила такую слабость.

Но все меняется, меняется стремительно, особенно в голове худеющего человека.

Под вечер третьих суток проснулась совесть и стала грызть меня изнутри, а внутренний голос жалобно завопил: «Ты не должна этого есть! Нет! Ты поправишься. Ты приехала худеть!» Утром исхудавшего тела почти семнадцатилетней девушки на завтраке замечено не было.

Бег. Большой теннис. Сауна. Спортзал. Гидромассаж. Баня. Бассейн и аквааэробика. Ежедневно, ровно в 17:00.

Занятия по аквааэробике посещали еще 10 ленивых женщин больших размеров. Я старалась больше всех этих толстушек, которые, не досушив волосы, бежали поглощать свою низкокалорийную пищу. Они бежали есть, а я бежала в сауну.

Мне было холодно, всегда было холодно.

Шесть часов в сутки были посвящены занятиям спортом, после такого продуктивного дня нужно было обязательно расслабляться. Вечерние прогулки на свежем воздухе – лучшее средство для расслабления, лучше, чем массаж всего тела. В 400 километрах от города природа совсем другая: кристально-чистый воздух, высокие деревья с ярко-зелеными листьями, полевые цветы и непрекращающееся пение птиц. В часы вечерних прогулок я чувствовала, как из моей жизни улетучивались все проблемы, и становилось невероятно спокойно на душе. Я забыла обо всем и обо всех, даже о Мистере О.

На шестой день жесточайшего режима я начала сходить с ума от желания съесть что-нибудь непозволительное. Я боялась позволить себе взять 40 лишних калорий, прекрасно зная, что питаюсь максимум на 500 ккал, а организм тратит на свою жизнедеятельность около 1400, без учета калорий, сожженных в сауне, на пробежке и аквааэробике. Я уже превысила свою суточную норму на 200, а перешагнуть за 500 калорий в сутки – было сущим кошмаром.

За восемь дней мое тело подтянулось, теперь, делая упражнение на пресс, я не видела ни единой складки, а ноги стали безупречно накачены.

– Просто прелесть, – сказала я, смотря на себя в зеркало перед отъездом.

Странно было слышать от себя подобные изречения.

Пять часов до города пролетели как один миг. Папа встречал нас в автовокзале.

– Ты стала еще худее, – первое, что произнес он, когда мы вышли из автобуса.

– Ура! – довольно взвизгнула я.

Мне не терпелось скорее взвеситься и увидеть вожделенные цифры – 36 килограммов. Я была уверена, что мой вес был именно таким. Залетев домой, я сразу побежала в священный уголок для взвешивания. 40 кг…

– Что??? Какие 40?! У нас весы сломались!!! – заявила я.

– Настя, это нормально, у тебя мышечная масса появилась, – сказала бабушка, проходя мимо.

Я не хотела никого слушать. Меня словно накрыло железобетонным блоком.

40 килограммов!!!

Потребовалась всего секунда, чтобы по моему чувству легкости проехался локомотив. Мне казалось, что я надуваюсь как воздушный шар. Теперь в зеркале я видела жирную девушку, а не ту худую красавицу, которая пару часов назад уехала из санатория.

Я злилась на себя и ругала за съеденные каши, шоколад, сухофрукты, обвиняя их в набранных килограммах. Меня не успокаивало то, что эти два килограмма принадлежали мышцам.

На следующий день я приговорила себя к 200 миллилитрам супа из шпината и зеленому яблоку.

12 июня был День рождения города. Как обычно, вся тусовка сосредоточилась в центре. Я пообещала А. встретиться с ним, даже не зная, хотела я этого или нет. В центр я поехала ради одного – на сцене вечернего города выступал Мистер О. со своей группой. Мне хотелось скорее оказаться там, увидеть его, посмотреть в бесстыжие голубые глаза.

Четыре часа в компании с А. тянулись мучительно долго, каждые пятнадцать минут я смотрела на часы и умоляла стрелки бежать быстрее. Мысленно я уже была с Мистером О. и не слышала, о чем рассказывал рядом идущий парень.

Наконец-то на часах девять. Мы оказались на большой площади, в окружении тысяч пяти пьющих и орущих людей. Мои глаза побежали в разные стороны в поисках Его. И вот… Около сцены стоит тот самый долгожданный пункт вечера.

Мистер О. повернулся в мою сторону и улыбнулся. Сердце замерло, мне захотелось броситься к нему на шею, но я сдержала свой порыв. Я даже забыла, что не одна и пришла сюда с А.

– Привет, – с трудом выговорила я, когда мы подошли к нему.

– Привет, Настюш. – Мистер О. приобнял меня и сказал своим подлым прекрасным голосом: – Я так рад тебя видеть!

Зачем он так делает?! Почему не может просто сказать «Привет!», ему обязательно нужно назвать меня уменьшительно-ласкательным именем! Я ненавидела эти «приветы» только потому, что потом мне становилось еще хуже.

Я смотрела на него и засветилась от счастья. Улыбка не сходила с моего лица, и я снова была похожа на идиотку. Рядом с ним я становилась другим человеком. Очень странно, что, находясь рядом с парнем, от которого у девушки сносит голову, она в секунду отупевает и начинает нести несусветный бред. Что происходило с моим языком в эти минуты? Я не могла внятно связать предложение и начать говорить уверенным голосом, не могла собраться с мыслями. Что за неконтролируемый процесс? Вряд ли мне когда-нибудь удастся найти способ избежать таких ситуаций.

А. наблюдал за происходящим и явно злился, но мне было все равно. Минуты через три парень вышел из себя и со словами: «Можно и не так явно это демонстрировать», – отошел подальше, а я осталась стоять рядом с Ним.

«Кто мне этот А.? Кто он такой, чтобы мне что-то предъявлять?» – меня разозлила его неадекватная реакция.

День закончился. Я больше ничего не ела, хотя с шести часов вечера голод начал усиливаться…

Утром вес чудом снова вернулся, и священные 38 килограммов вновь радовали мои глаза, а сообщение от Мистера О.: «Ты в своем санатории совсем исхудала» – окончательно снесло мне башню.

«Это плохо?», – честно, я боялась его ответа. «Нет, ты в любом теле замечательная». Ну, за что он так со мной?!
Он не отдавал себе отчета, что подобные сообщения только усугубляют мое и без того тяжелое состояние. Парни – странные создания, они не отпускают от себя, не хотят, чтобы другие проявляли к тебе внимание, но в то же время они не могут просто сказать «ты мне безразлична».

22. Мой день рождения

Конец июня.

С самого раннего детства 22-й день первого летнего месяца становился для меня маленькой сказкой. Родители старались сделать все, чтобы в этот день мне было особенно здорово. Мой день рождения праздновал весь двор, дом наполнялся гостями, были конкурсы, призы, подарки и обилие вкусной еды. Но детство кончилось, и счастливый праздник превратился в примитивные встречи в кафе и загородные поездки. В этом году картина была еще более удручающей. Страх преобладал над праздничным настроением… Я с ужасом ожидала предстоящих суток, когда конфеты и шоколад начнут атаковать мой желудок в неограниченном количестве.

С утра настроение было прекрасное. На столе в зале огромный букет цветов, подарок в красивой розовой обертке с большим белым бантом, коробка любимых Raffaello и, конечно же, 38 килограммов на весах. Все казалось великолепным, пока мысли о грядущих калориях не посетили мою голову…

На часах было 13:00, когда я старательно бежала на дорожке, наматывая километр за километром.

– Может, уже хватит? – спросила бабушка.

– Нет, пока всего три с половиной километра, а мне сегодня предстоит много съесть, – ответила я и преодолела еще километр.

Мне нужно было хоть как-то компенсировать предстоящую атаку калорий. Безусловно, можно было сдержать себя и довольствоваться, например, салатом, но я ждала своего праздника целых два месяца, чтобы съесть столько шоколада, печенья и торта, сколько мне захочется. Но… Всегда это НО! С каждой приближающейся минутой мне все меньше и меньше хотелось праздновать свое 17-летие. Страх поправиться овладевал мною… В голове только и крутилось: «Завтра я буду толще! Завтра я не влезу в свои маленькие шортики! Завтра я буду ненавидеть себя за съеденное!»

Приходилось всеми возможными способами отвлекаться и не думать об этом. Я прыгала по комнате, играла с собакой и дискутировала с мамой о перспективах на будущее. Очередной приступ был ликвидирован звонком А. Парень толкнул пятиминутную речь в мою честь, и я внимательно его слушала первые три минуты… В завершение А. сказал: «Мне очень жаль, что я сейчас не в городе, не с тобой», а мне было безразлично.

Мистер О. поздравил меня в «ВК».

В пять часов я, мои близкие друзья и человек, которого я хотела видеть больше всего на свете, собрались в суши-баре. Настроение было прекрасное, и даже традиционный дождь в этот день его не испортил.

– Ты сегодня даже сладкое ешь? – удивленно спросила Ю.

– Сегодня мне можно все, – довольно ответила я и съела очередной шоколадный ролл.

– А завтра начнешь сходить с ума и корить себя за то, что съела?

– Вероятнее всего, но сейчас мне не хочется об этом думать.

Девушка улыбнулась. Порой мне казалось, что мои повадки хорошо известны окружающим. Я старалась никому не рассказывать о своей диетической жизни, но каким-то чудесным образом друзья раскрывали мои «худые» секреты.

Спустя три часа мы вышли на улицу. Капающий с неба дождь нисколько не удивил. На протяжении семнадцати лет каждое 22 июня сопровождается этой небесной водой. Это аксиома. Несмотря на всю неизбежность, дождевые капли не разрушили нашей тесной компании. Под дождем мы пили шампанское из праздничных стаканчиков и веселились как дети. Это стало одним из самых запоминающихся событий в жизни. Не было никакой шикарной вечеринки и дорогих подарков, только любимые люди и куча незабываемых эмоций.

После танцев под дождем мы поехали ко мне. Только Мистер О. нас покинул, чем очень меня расстроил…

– С днем рождения!!! – с порога закричала мама в клоунском колпачке и дернула нитку хлопушки.

– Мама, ты как обычно. Спасибо большое! – Я обняла ее и поцеловала в щеку.

– Так, быстренько проходим и садимся за стол.

– О боже, сколько можно есть, – застонали мы, но с мамой спорить бесполезно.

Поглощение, нет, пожирание еды продолжилось. Мне даже дышать стало больно. Желудок не соображал, что происходит, с чего такая щедрость, а я недоумевала, как я могу столько съесть, учитывая тот факт, что мне было достаточно 200 граммов любой пищи, чтобы погасить пищеварительный пыл.

После группового акта обжорства мы пошли гулять. Под утро, проводив гостей и вернувшись домой, я принялась доедать именинный торт. Он был невероятно вкусным, с орешками и карамельной глазурью. Коварный торт выманивал меня из комнаты каждые десять минут, и в итоге, не сумев справиться с соблазном, я перенесла его оставшуюся часть в свою комнату. И за просмотром фотографий дня рождения я прикончила этого шоколадного мерзавца.

После чрезмерного потребления калорий и поедания жиров последовали три дня на яблоках и воде. 26 июня вес снова был в норме.

23. Начало конца

Конец июня – праздник для тех, кто заканчивает школу. Двадцать пятого числа у Ю. был выпускной, и именно в этот день Мистер О. пригласил меня на прогулку. Я не могла упускать такой шанс побыть с ним вместе. Однако через полтора часа мне пришлось оторвать себя от приятной компании, чтобы поехать к подруге. Я считаю, что дружба – одна из самых главных ценностей на Земле, которой нужно дорожить, и делать все, чтобы сохранить ее как можно дольше. Но так устроен наш мир, что все заканчивается, цветы умирают, и дружба тоже. Друзья появляются и исчезают, мы прощаемся с ними навсегда. И порой больно забыть человека, который был другом.

Лето, чудесная погода, прекрасные выпускники, которые счастливы, и это неудивительно: окончание школы = праздник, свобода! Лично для меня было так. После выпускного вечера один из моих знакомых – по совместительству одноклассник Ю. – написал на стене в «ВК»: «Хотели бы вы накормить Анастасию?»

У меня возникло чувство, равносильное тому, если бы мне подарили Porsche или, в крайнем случае, Mercedes.

Третье июля.

После ночного марафона по улицам города и нон-стопа в кино я вернулась домой. Дико болела левая нога. Сначала я подумала, что ничего существенного и всему виной десятки километров, пройденные за ночь, но, на всякий случай, я смазала ногу специальной мазью и обернула бинтом. Боль прошла, но через два дня пришлось принять пять таблеток обезболивающего средства, чтобы как-то дотянуть до утра. Нога опухла, и было понятно, что ситуация хреновая.

5 июля. 11 часов. Больница.

Папа уже ожидал меня в холле, успев два часа назад сообщить, что мне предстоит небольшая операция. И вот… Операционный стол, огромные лампы и три врача в белых халатах и масках высятся надо мной. Я начала ерзать по операционному столу как маленький ужик, в результате чего двум рослым мужикам пришлось немного придерживать меня за руки, чтобы поставить наркоз.

– Это же совсем не больно, – сказал мужчина милым голосом.

– Ага, вам хорошо говорить, это же не вас тут режут! – Мне почему-то стало смешно.

– Потерпи еще минут пятнадцать, – уговаривал папа и усердно резал подошвенную сторону моей левой стопы.

– Сколько? Папа, выпусти меня, пожалуйста! Я больше не могу.

Мне не было больно, но я ощущала все манипуляции, производимые с моей несчастной ногой.

– Все, готово! – объявил папа-доктор. – Такое чувство, что тебя тут убивали, – улыбнулся он.

– Лучше бы меня убивали, – не задумываясь, ответила я.

– Вставай, бедолаженька, – засмеялся самый большой мужчина-врач.

Мне поставили дренаж в прекрасную четырехсантиметровую дырку на подошве и замотали двумя бинтами, из-за чего на левую ногу было невозможно наступать. Я облокотилась на врача и потихоньку сползла со стола.

Первую неделю ходить было невозможно. Приходилось все время лежать на диване и три-четыре раза в день прыгать на одной ноге до кухни или жизненно важных комнат. Четыре дня после мини-операции прошли под лозунгом: «Бедная и несчастная Настя». Настроение поднимали чипсы, мороженое и шоколад. Однако все это съедалось до часу дня и в маленьких количествах, не превышая 1000 килокалорий. Я могла контролировать себя. Сидя на диване и уставившись в монитор, я поражалась тому, что 99 % моих друзей-знакомых, зная о случившейся неприятности, не писали и не звонили. Только Мистеру О. я могла простить подобное поведение.

Обиднее всего было то, что Ю., живя в двухстах метрах от меня, не соизволила меня навестить! Если даже она не хочет меня навещать, чего ожидать от других?

1 % вспоминающих приходился на долю А. Каждый день слова поддержки, милые сообщения и «бла-бла-бла» приходили то на сотовый, то в «ВК». Но однажды я потеряла терпение, парень раздражал меня своей любвеобильностью и навязчивостью, пришлось поругаться. Но через пару дней атака А. продолжилась. Мне даже на 0,0001 % не становилось лучше.

Ежедневные смены дренажа и повязки добавляли поганства унылой ситуации. Мне было невыносимо больно. Даже сейчас, когда я вспоминаю тот июль, меня передергивает. Не советую запускать свои ноги!

Началась вторая неделя моей реабилитации, рана начала потихоньку заживать, но, чтобы не было последствий и заживление пошло быстрее, я принимала антибиотики. Must have на ближайшие две недели – каждые 8 часов выпивать заветную пилюлю оранжевого цвета. Если бы просто одну таблетку… Но ее нужно было глотать только во время приема пищи, и не просто закусывая яблоком, а вместе с нормальной человеческой едой! Один из приемов приходился на 19:30. Когда папа сообщил мне эту «радостную» новость, я наотрез отказалась глотать эту пилюльку, способную нарушить мою систему.

– Не буду я этого делать! – вопила я, проявляя недовольство.

– Я тебя не спрашиваю, будешь ты или нет, я говорю, что ты обязана это делать! Речь идет о твоем здоровье!

– Мне все равно, я не буду ужинать вечером!

– Ты издеваешься? – возмутился он.

– Нет, серьезно говорю тебе.

После десяти минут препираний я сдалась. Папа – врач, и ничего не поделаешь. Как послушная дочь, ежедневно сквозь слезы в течение недели я пила антибиотики и ужинала. Обычно это были овощи с кусочком вареного мяса или овощной салат с рыбой. После такого лечения питание по вечерам благополучно перешло в привычку.

На десятый день на весах меня ожидали 43 килограмма. Пять килограммов за девять дней.

Вечером началась дикая истерика. Я плакала часа три, захлебываясь слезами, не веря в то, что все мои труды оказались напрасны, и все из-за какой-то жалкой еды.

«Еда все портит, приносит одни неприятности!» – твердила я, сидя на стуле и рыдая в прижатую к коленям подушку.

Проревевшись, я стала обдумывать план дальнейших действий, и первое, что мне пришло в голову, – это развесить картинки худых девушек и листочки со словом «свинья». Папа все содрал, чем привел меня в ярость.

– Что за глупости? Ты хоть сейчас нормально выглядеть стала и перестала походить на скелет! Тебе еще килограмма три не помешает.

– Нет! Я была нормальной! А сейчас… – И снова слезы.

Он еще успел накричать на меня за мои выходки с картинками… Папа не понимал, как мне важно быть худой, как важно засыпать и знать, что ты все еще весишь 38 килограммов. Ему никогда не понять, он не знает, как тяжело было скинуть 12 килограммов, сколько пришлось бороться с собой и соблазном съесть сладкое. Каждые сто граммов давались с трудом.

На следующий день, пока папа был на работе, я вернула все демотиваторы на свои места. Было бесполезно спорить со мной, что-то говорить и срывать эти картинки. Я априори была, есть и буду упрямой, настойчивой и немного невыносимой. Оставшиеся дни второй недели я ела немного, и только овощи.

Мне не разрешали выходить на улицу, потому что малейшее попадание пыли в заживающую рану могло привести к страшным последствиям. Заточение в четырех стенах сводило с ума, и у меня потихоньку начинала ехать крыша.
Как в детстве, я болталась на балконе, наблюдая за гуляющими человечками.
– Ну, пожалуйста, можно я пойду на улицу, прогуляюсь? Я же не собираюсь ехать в город! – умоляла я пришедшего с работы папочку.

– А как нога? Тебе нельзя ее разматывать, и не дай бог туда что-нибудь попадет.

– У меня есть «прекрасные» летние сапоги! Я даже готова надеть их! И носок сверху, ну пожалуйста!!! – нудила я.

– Хорошо, сходи, прогуляйся.

Я была рада вырваться на свободу, и, встретившись с одной хорошей знакомой, мы отправились покорять деревенские просторы.

Левой ноге было безумно жарко, так как хлопковый носок, два рулона бинта, сверху еще носок и безумные сапоги, которые я была вынуждена носить, защищали мою ногу от злопакостных уличных напастей.

Мы гуляли около трех часов, периодически останавливаясь под тенистыми деревьями, чтобы посидеть на траве.
В прекрасном настроении я вернулась домой, где меня ждали оранжевая пилюля и ужин. Утром было приятно обнаружить, что два килограмма покинули мой организм и вес снизился до 41.

24. Мы едем к бабушке

Нога заживала не так быстро, как бы мне хотелось. На улице я появлялась очень редко. Мне приходилось довольствоваться общением по ooVoo с народом из других городов или прогулкой от дома до магазина с бабушкой.

Теперь каждое утро начиналось с завтрака, состоявшего из гречневых хлопьев, кисти винограда и зеленого чая либо рисовых хлопьев, зеленого яблока и зеленого чая. Ближе к обеду организм начинал требовать бега, и я не могла усмирить это чувство. Мне безумно хотелось бежать, бежать, не останавливаясь, но вместо этого я прыгала на одной ноге из комнаты в комнату. Моя правая нога прилично подкачалась, а вот левая превратилась в дряблый кусочек мышечной ткани.

41 килограмм окрашивал мое вынужденное заточение в паршивые тона, но вес никак не хотел уходить. Пришлось с этим смириться, но надежда на светлое 38-килограммовое будущее все еще жила.

Сидя дома, от безделья я начала есть сухофрукты после 18:00. Вместе с кучей калорий они вселяли некую радость в мое уже «нормальное» тело.

Однажды вечером, наслаждаясь очередным сушеным ананасом, я сидела на диване с перебинтованной ногой и смотрела телек.

– Настя! Через десять дней мы едем к бабушке! – радостно сообщила вернувшаяся с работы мама.

– Чего? Я не могу ходить еще. Что будет с ногой?

Почему я в первую очередь подумала о ноге? Мы едем к БАБУШКЕ! Нужно было задуматься о вещах пострашнее. Пирожки. Булочки. Блины. Жареная картошка. Все жирненькое и «Из-за стола не выйдешь, пока не съешь. Ты слишком тощая!»

– Заживет к тому времени, ты ведь можешь на нее наступать! – метко заметила она.

– Ну, по идее, могу, а если туда песок попадет? – я заволновалась.

В разговор вмешался папа.

– Эту неделю старайся находиться дома и меньше напрягать ногу.

– Хорошо, разницы-то нет. Все равно приходится отсиживаться дома, не важно, здоровая у меня нога или нет, – бурча себе под нос, я нервно дергала здоровой правой конечностью.

– Завтра я привезу тебе мазь, она ускорит заживление, – обнадежил папа.

– А раньше ты этого сделать не мог?

– Ее нужно применять только в крайних случаях, – отмазался он, явно принимая меня за дурочку.

– Ну, okay, пойду просиживать свой зад дальше, – сказала я и попрыгала в комнату.

В голове сразу начали носиться мысли о собственной беспомощности и ненужности. Захотелось с кем-нибудь поговорить. На глаза попался мобильник. Не знаю, почему, я написала А., чтобы получить маленькую порцию фальшивой поддержки.

«Не переживай, все будет хорошо. Я с тобой:*»

– Ага, полегчало, ничего не скажешь! – сказала я сама себе.

«Ммм… Только не уверена, что в ближайшие дни все будет хорошо…» – «Малыш, мы же вместе, а значит все здорово!*»

Я чуть не разбила телефон о стену, когда прочитала его SMS. Я еле сдерживала себя, чтобы не высказать парню все, что я об этом думаю. Немного перебесившись, я захотела признаться ему, что он мне безразличен, что все мои сердечные чувства принадлежат Мистеру О. Ради него я меняюсь, худею, совершенствуюсь. Все ради парня, которому, мягко говоря, до лампочки мои чувства, но для меня это не преграда. Я продолжаю свою мистерОшную жизнь. Жалко, что разочарование в нем наступит слишком поздно…

Мое питание из стадии голодающего перешло в стадию четырехразового питания. Фрукты, сухофрукты, овощи, рис и молочные продукты были обязательными в моем каждодневном рационе. Суточное потребление килокалорий с 300 возросло до 1200.

Двадцать шестое июля.

Неделя прошла незаметно. Сегодня мне пришлось съездить в больницу на контрольный осмотр. Врачи сказали, что все хорошо и через пару дней рана полностью заживет, чудодейственная мазь сделала свою работу, но надевать открытую обувь пока рано.

На следующее утро мне позвонила Ю. и предложила погулять. Безусловно, я согласилась.

– Только мне нельзя много ходить, – сказала я девушке, пока мы ехали в автобусе.

– Ничего страшного, главное вместе время провести.

– Хорошо, – я улыбнулась.

– Ты есть не хочешь?

Естественно, я отрицательно помотала головой. Не хватало мне еще лишних калорий подцепить.

– А я хочу.

– Ну, давай зайдем куда-нибудь?

Идем в пиццерию, где Ю. заказывает суши. Это странно.

После небольшого обеда-ужина мы пошли гулять по центральным улицам города. Нога начала немного побаливать, и мы сели на лавочку под большим деревом, как вдруг откуда ни возьмись появился А. в компании незнакомой мне девушки. Сегодня днем он написал, что уедет по делам. Почему-то я разозлилась, проигнорировав его «Привет». Вечером Мистер Похотливый Самец написал извинительное сообщение. Мне не хотелось откликаться на него, поэтому сообщение находилось в листе ожидания на ответ.

Через два дня А. пришлось простить лишь потому, что мне не хотелось сидеть дома. Это был последний день в Красноярске, завтра в пять часов утра боинг перенесет меня на море, к бабушке.

Я с неохотой поплелась в центр. Спустя пару часов мы в очередной раз благополучно поругались. Почему? Потому что ему была присуща очень интересная поведенческая манера общения с девушками. Со мной по крайне мере… А. демонстрировал крайнее пренебрежение ко всем окружающим, ко мне в том числе, поднимаясь как бог над миром ничтожных людишек. Суперпарень не умел говорить «прости», такого слова не существовало в его лексиконе. Спустя какое-то время мне стало невмоготу терпеть омерзительное отношение, и, психанув, я уехала домой, только чтобы не видеть его симпатичную морду.

Я не успела сесть в автобус, как мне позвонила мама и предложила съездить в ТРЦ. Я не смогла отказаться. Нужно было поднимать себе настроение.

Шоппинг. Шоппинг. Шоппинг.

Туфли, сумки, блузки, шорты, аксессуары и прочие элементы гардероба рождают во мне зависимость. При наличии около пятидесяти пар летней обуви мне всегда недостает то зеленых туфель на высоком каблуке с розовой полоской, то балеток в цвет пиджака, то черной обуви на танкетке с тоненьким ремешком, то еще чего-нибудь.

Вечер пятницы – самое удачное время, чтобы насладиться обилием людей в магазинах.

Полка за полкой, отдел за отделом я проходила в безуспешном поиске коротеньких шорт, едва прикрывающих пятую точку. Их пришлось купить в детском отделе, так как во взрослых все размеры оказались велики. Я не понимала, как при трех лишних килограммах мне выпадает такая удача. Плохое настроение немедленно исчезло, и я почувствовала себя лучше. Мы прошатались по торговым площадям около двух часов, но мысль о том, что в руке я держу пакет с маленькими шортами, вселяла в меня невероятный заряд жизненных сил, не ощущалась даже острая боль в ноге.

Почти перед выходом из «Рая» я вспомнила, что у меня нет купальника. Старые были просто огромными.

– Только не ругайся, если я буду психовать, – предупредила я маму.

– Почему ты должна психовать? – удивленно спросила она.

– Потому, что я толстая!

Мне кажется, иногда мама бы с удовольствием в меня чем-нибудь запустила. И я понимаю, почему…

На удивление мне понравилось отражение в зеркале, и, купив два маленьких купальника, довольная я поехала домой.

За ужином, который был в девять вечера, я позволила себе курицу, запеченную на соли, салат и маленький эклер с крем-брюле.

Последующие полтора часа я собирала чемоданы. Уложив все необходимое, я бездумно убивала драгоценное время в социальных сетях. Ничего интересного там не было, кроме статуса «онлайн» на странице Мистера О.

Я собиралась выключать комп, как неожиданно позвонил… Мистер О… Счастье было запредельным. Мы проговорили до двух часов ночи. Мне не хотелось прерывать наше общение, несмотря на то, что на сон оставался всего лишь час, я решила, что отосплюсь в самолете.

– Настенька, – боже, как я любила и в то же время ненавидела, когда он меня так называл, – ты же совсем не выспишься, ложись спать, – парень говорил это с такой заботой.

– Все нормально, мне не привыкать. – Все-таки я умею искусно врать.

– Обязательно сообщи мне, как прилетишь.

– Зачем тебе это нужно?

– Я хочу знать.

– Ну хорошо, напишу.

Перед отъездом я очень хотела написать ему о том, что я чувствую, что мне безумно хорошо проводить с ним время. Я хотела, чтобы он все знал. Я была готова получить в ответ жестокую правду. Мазохистка.

Но что-то меня остановило, и сообщение так и не было отправлено.
В три часа ночи зазвонил будильник – пора собираться. Я чувствовала себя каким-то расклеившимся овощем, нет, не потому, что поспала чуть меньше часа, а потому, что так и не отправила ему SMS.

25. Красноярск – Хабаровск – Владивосток

04:10. Аэропорт.

На месте выяснилось, что к бабушке во Владивосток мы летим с пересадкой в Хабаровске. Почему нельзя было сообщить нам об этом при покупке билетов? Неужели так сложно предупредить, что рейс не прямой? Что за люди работают в авиакомпаниях?

Но это было уже не важно. Мы летели к родственникам.

В 5:30 шасси оторвались от взлетной полосы, мы поднялись в небо, и совсем скоро Красноярск остался позади.

Через четыре часа самолет приземлился в Хабаровске. В аэропорту, на ленте выдачи багажа нас ожидал небольшой сюрприз.

– Простите, но рейс до Владивостока задерживается на 12 часов, – дрожащим голосом сообщил молодой сотрудник.

– На сколько? Да вы что тут все (цензура)? – возмутился большой волосатый тип.

– Нам очень жаль, но мы ничего не можем поделать.

– Почему задерживают рейс? – спросила пожилая женщина в черном платке.

– Мы не знаем.

Позже выяснилось, что причина задержки рейса в том, что группу местных чиновников требовалось немедленно переправить во Владик именно на нашем самолете, из-за чего пассажирам рейса предстояло провести весь день в аэропорту. Сотрудников авиакомпании и чиновников мало волновало, что двое из ста двадцати человек летели на похороны, пятеро на свадьбу и один мужчина летел к жене, которая родила ему сынишку. Чиновники важнее. Кто мы такие? Простые смертные.

Получив сухой паек, злые и уставшие, мы с мамой поплелись в зал ожидания. Как только я села в неудобное кресло, здоровенный калорийный кекс оказался в моих рученьках, а через минуту уже лежал в желудке. Даже страшные цифры 800 (килокалорий) не смогли меня остановить.

Мне было очень стыдно за свой поступок, но я нашла себе оправдание: задержка рейса заставила меня нервничать, и съеденный кекс не в счет.

– И что будем делать? – спросила я, допивая сок.

– Может, город посмотрим?

– Ты чего? А вдруг информацию какую-нибудь скажут? – Надежда, что мы улетим быстрее чем через 12 часов, все еще не покидала меня.

– Ничего не произойдет. Можно смело отправляться.

– Ну хорошо.

Сдав вещи в камеру хранения, мы сели в автобус и через пятнадцать минут оказались в центре города. Я бы никогда не подумала, что это настолько прекрасное место.

Красивый, ухоженный, чистый, приятный маленький городишко с небольшими улочками и старинными домами. Я дала ему название – «Маленький Питер».

Гуляя по улицам Хабаровска и наслаждаясь городским пейзажем, я случайно увидела лавку с мороженым. Что-то щелкнуло в моей голове, и я на секунду остановилась. Было жизненно необходимо его заполучить. Во мне боролись Ангел Худобы и Жиро-Демон. Второй говорил, что нужно непременно купить это холодное счастье, а первый шептал, что из-за него меня разнесет и лучше пройти мимо. Жиро-Демон победил…

– Давай купим? – предложила я маме, указывая на лоток с мороженым.

– Что ты сказала? – она чуть не заплясала от счастья.

– Хочу мороженое.

– Конечно, какое?

– С черносливом, шоколадом и орехами.

– Хорошо.

Я стояла возле небольшого прилавка и от нетерпения слегка подпрыгивала на месте. Мне хотелось снова ощутить вкус мороженого…

Мороженое!!! Я выступила инициатором его покупки. Такого не происходило с прошлогодней осени. Мороженное было потрясающе вкусное, и я до сих пор помню, какое испытала наслаждение, когда взяла в руки вафельный рожок с тремя холодными шариками.

– У тебя такая счастливая морда, – усмехнулась мама.

– Я так соскучилась по нему!

– Еще бы, нужно иногда себя баловать, – начала свои рассуждения мамочка.

– Нет, нет. Это было в последний раз.

Если бы…

Семь часов пролетели незаметно, и мы уже собирались сесть в автобус, чтобы вернуться в аэропорт, как вдруг недалеко от набережной я заметила любимый магазин.

– Мама!!! Пошли скорее! – я потянула ее за руку.

– Куда ты собралась? Нам надо ехать.

– Я не могу туда не зайти.

– Только быстро, – она улыбнулась.

– Конечно. – И с этими словами я заскочила в магазин.

Белые бриджи XS размера, две футболки, олимпийка и спортивные серые брюки с мотней (тогда они были в тренде и не считались верхом безвкусицы) отправились на кассу. Я сомневалась относительно приобретения белых бриджей, но после маминых слов: «Твои ноги в них выглядят еще худее», они были немедленно куплены.

22:00. Снова аэропорт.

Темнело и становилось тихо. Лишь изредка слышался шум приземляющихся самолетов и подъезжающих машин для перевозки багажа.

Наконец объявили посадку. После тридцатиминутного стояния в очереди и унизительной процедуры личного досмотра мы оказались в самолете в надежде взлететь. Но самолет оставался на месте из-за бестолкового пассажира, потерявшегося в крохотном аэропорту. Через какое-то время пропажа нашлась, но дело приняло еще более сумасшедший оборот: багаж погрузили в другой боинг. Прошел еще один час, и только в 23:50 самолет начал движение. Многие люди стали возмущаться, а кто-то стал запивать нервный день коньяком, я чувствовала это по запаху.

00:00. Шасси собрались в кучу, и на высоте 10 000 метров выключили свет.

Через час полета стюардесса объявила: «Добро пожаловать во Владивосток! Температура за бортом +24 градуса. Дождя нет. Спасибо, что воспользовались нашей авиакомпанией».

– Это было последний раз! – орал мужик, вероятно, тот, который усердно расправлялся с коньяком.

По трапу спустилось сто двадцать измотанных пассажиров. Среди них: женщина с мужем, которые не успели проводить кого-то в последний путь, пять человек, не попавшие на свадьбу, и мужчина, спешивший к жене и малютке-сыну.

Мы преодолели расстояние от самолета до здания аэропорта и за большим стеклом увидели мамину маму – мою бабушку, маминого брата, ее дядю и его сына.

Мы не виделись пять лет, и слезы радости непроизвольно брызнули из глаз. Десять минут крепких объятий, после которых снова можно было дышать.

Неожиданно я вспомнила, что не сделала важную вещь – не написала Мистеру О., не папе или бабушке, а ему…

Я покопалась в сумке, которая вмещала в себя немыслимую кучу нужных и ненужных вещей, и нашла телефон.

«Прилетела и ужасно устала. Это был невыносимый полет, но зато я посмотрела Хабаровск. В общем, все хорошо. Буду скучать…» В ответ: «Я очень рад:* Отдыхай!»

Если честно, я ждала других слов.

Пока мы ожидали багаж, вся дружная кучка родственников успела раз десять высказаться о моей худобе.

– 41 килограмм. Худая??? Да что вы. Это же самый предел допустимого веса! – отвечала я им, ничего не понимающим людям.

– Ты как ребенок. Такое чувство, что тебе лет двенадцать.

– Я не как ребенок, а как миниатюрная девушка.

– Ой, не знаю, – бабушка тяжело вздохнула.

– Я знаю, что для меня хорошо и что делает меня счастливой.

Мне не нужно долго разговаривать с людьми, чтобы показать им, как меня интересует их точка зрения по поводу моей фигуры, моя интонация дает это понять.

Еще несколько любопытных и удивленных взглядов от незнакомых людей, парочка вздохов, штук пять «Какая она худая» – и мы вышли из аэропорта и поехали домой.

Когда я села в машину, еще не знала, что эта поездка будет началом конца моих худых дней.

26. Первое утро

Утро.

Не знаю, то ли смена часовых поясов, то ли обилие мыслей в голове не дали мне поспать больше четырех часов. Несмотря на вчерашний приключенческий день и утомительный перелет, я совсем не чувствовала усталости, наоборот, у меня наблюдался прилив сил.

Уже около часа, скрестив руки на животе, я лежала и тупо смотрела в потолок. За окном с улицы доносились шум от несущихся мотоциклов, разговоры людей, лай собак, сигнал скорой помощи и детских смех.

Под подушкой завибрировал телефон. Это А. интересовался, как я долетела и как мои дела. Уместив ответ в одно слово «Хорошо», я выключила мобильный и встала с кровати. Совершенно не хотелось ему отвечать. Не знаю, по каким таким причинам, но в последнее время парень сильно меня раздражал, без особого на то повода, ничего при этом особенного не делая. Стоило только подумать об А. или на секунду представить его наглую морду, как становилось мерзко.

Надев джинсовые шорты, майку, оголяющую живот, на котором всеми силами боролись за свое существование два кубика, я вышла из комнаты.

Мама и дядя еще спали, дедушка ушел на работу. В квартире было тихо, только из кухни доносился треск жарившегося масла. Бабушка ловко орудовала лопаткой, переворачивая свои фирменные блины-вредители, которые невозможно съесть в маленьком количестве.

Спустя пару секунд я незаметно проскользнула на маленький балкончик. Здесь еще оставалась клетка любимого попугая, который улетел несколько лет назад. Отведя взгляд от кованого дома Петруши, я узнала знакомый с детства пейзаж: огромная сопка, загадочный дом (я возлагала большие надежды на это сооружение и была очень расстроена, узнав, что это всего лишь фабрика), окутанные туманом. Туман был неотъемлемой составляющей утреннего города.

Около тридцати минут я наблюдала за происходящим на улице, в голове всплывали воспоминания.

Летние друзья. Родители. Родственники. Ежевика. Фрукты. Ночные посиделки на балконе. Покупка цыплят. Сестра. Классики.

Вдруг я заметила знакомый павильон с мороженым, который едва виднелся из-за листвы. Всякий раз, приезжая в гости к бабушке, я сразу бежала в этот уголок холодного лакомства, где продавали фантастическое дынное мороженое. Но в этот раз о нем не могло быть и речи. Чуть ли не со слезами на глазах я перевела взгляд на маленькую псину, сидевшую рядом с павильоном.

– Ты и так дала маху! Куда тебе еще? Кекс, мороженое, еще и сок! И это при весе 41 килограмм! Тебе вообще есть нельзя, – внутренний диалог не предвещал ничего хорошего.

Мысли прервал бабушкин голос из кухни.

– Завтракать!

Я опустила голову на балконные перила, собралась с духом и с неохотой поплелась в кухню. Счастливая мама уплетала блины с клубнично-ежевичным вареньем, а я просто смотрела, глотая слюни. Я не могла себе позволить такое излишество.

– Почему ты не ешь блины? – спросила бабушка.

– Нельзя. Слишком калорийные, а я слишком толстая, – с грустью ответила я.

– Ничего страшного, через два часа поедем на море, поплаваешь, и все твои калории сожгутся, – ответила мама.

Не знаю, почему, но ее слова позволили моим рукам потянуться к тарелке и взять блин. Наверное, потому что их сказала любимая мама, которая ни за что на свете не пожелает мне плохого.

За блинами последовали печенье, конфеты и смачный кусок булки с сыром. Меня успокаивала мысль, что спустя пару часов я смогу избавиться от съеденных калорий, а еще через пару дней, проведенных на берегу океана, утренний бег по песку, регулярное плавание, игры в волейбол и бадминтон вернут мне законные 38 килограммов.

Это были пустые надежды. И с этого дня я полностью потеряла контроль над собой, над весом, над тем, что ем.

27. Я надеюсь, мы еще встретимся

Раннее утро. О морской берег тихо ударяются волны. В воздухе слышится соленый запах воды, смешанный с летней листвой. Палаточный лагерь еще спит после бурной пьяной ночи. Мы приехали.

Я не была здесь около восьми лет и очень скучала по ментоловой обжигающей воде, ночным посиделкам у костра, сопровождающимися поджариванием устриц, ловлей раков и морских ежей и, конечно, походами за грибами размером с тазик. Самые яркие моменты моего раннего детства были связаны с этим уникальным местом, где Японское море впадает в Тихий океан. Но теперь, когда я вспоминаю о нем, память воскрешает только одно – последний этап моей истории.

За три дня до отъезда к морю начались сборы. Из-за пакетов с продуктами на маленькой кухне было невозможно находиться.

Мне было поручено купить то, чем можно перекусывать в течение дня. Что-то вроде печенюшек, конфет, сухариков и чипсов. Наверное, мама и бабушка сомневались в моей способности купить нормальную еду, зная, что ничего кроме овощей, риса и хлебцев меня не заинтересует.

Надев те самые, купленные перед отъездом, маленькие шорты и полосатую майку, я отправилась в бой. Супермаркет находился метрах в пятистах от дома бабушки. Я бежала, нет, я летела туда, не ощущая земли под ногами. Через пять минут мое худощавое тело заходило в место, которого я боялась больше всего.

Перемещаясь от полки к полке, я старательно выбирала сухпаек для родственников. Мне нравилось это дело. Из-за своего стремления быть худой единственное, что я себе позволяла – это исключительно любование продуктами. Мне нравилось просто ходить среди огромных стеллажей с печеньками и конфетами, брать в руки упакованные сладости и смотреть на них, проходить мимо свежеиспеченных булочек, рассматривать мармелад, привлекательно лежащий в коробках, наблюдать, как готовят торты тут же в супермаркете и как люди, не задумываясь, покупают все, на что упал глаз. Я могла часами бродить около этих полок и просто смотреть на продукты, ничего не неся на кассу. Я просто не могла себе это позволить. Мне было страшно. Страшно представить, как я возьму булочку, в которой содержится суточная норма моих калорий, отдам за нее деньги, а потом с неимоверным чувством вины расправлюсь с кондитерским созданием.

Когда желание съесть сладкое становилось невыносимым, я просила маму заехать в магазин, купить мне вкусность на ее усмотрение и скорее отдать мне в рученьки. Иногда она приносила домой шоколадку, кекс, зефир или пирожное, но у меня уже не было страха съесть сладость, ведь ее купила мама, а не я. Страха не было первые пять минут, но он вновь возвращался, как только я съедала последний кусок. После съеденного мне было морально плохо и ничего не хотелось делать. Я боялась, что маленький кусочек снова раздует мое тело.

Зато в тот день, когда мне выпала уникальная возможность набрать полный пакет каких душе угодно булок и печенек, сухариков и чипсов, шоколада и конфет, счастье просто рвалось наружу.

Все находившееся на полках подверглось тщательному и строгому отбору. Мне потребовалось два часа на то, чтобы заполнить корзину прошедшими ГосНастяКонтроль сладостями. Я покупала то, что хотела бы съесть сама, и была на 100 % уверенна, что такого не произойдет.

Я вернулась домой, аккуратно расставила покупки на столе и похлопала в ладоши.

– Ты чего? С ума сходишь? – спросил дядя.

– Нет, просто нравится на это смотреть, – улыбнулась я.

– Тебе нравится смотреть, а мне нравится есть. – С этими словами он взял пакет печенек с кусочками шоколада и фундуком и ушел в другую комнату.

– Не подавись, – крикнула я ему вдогонку и уселась на стул.

– Так, неделя на море. Отлично. Это значит, что у меня есть семь дней на то, чтобы вернуть законный вес. Прекрасно, этого более чем достаточно, – бубнила я, делая заметки в небольшом блокноте.

Через пять минут был составлен четкий план действий, начиная от питания и заканчивая тренировками.

– Если я буду придерживаться его, у меня есть все шансы похудеть на четыре килограмма, – помахав блокнотом, сказала я вошедшей в кухню маме.

– Знаешь, что я хочу тебе сказать?

– И что же?

– Оставь эту безумную идею, вернемся в Красноярск, и будешь снова худеть. Мы приехали отдыхать и расслабляться, пора забыть о диете.

– Я и так о ней забыла, и какой результат? Уже плюс четыре килограмма! – сказала я, и мне стало обидно за себя.

– Если наберешь еще один, ничего не будет. Ты такая же худая, как и была раньше.

– Почему ты не понимаешь меня? – я начинала раздражаться.

– Потому что ты маешься ерундой, – она говорила это издевательски-спокойным голосом, который выводил меня из себя.

– Все, короче. Буду делать, что хочу.

Я продолжила изучать прописанную стратегию.

Любимые и родные 38 килограммов – это все, что было важно.

Три дня на море прошли неплохо. Утром следующего дня я поняла, что ненавижу долго обходиться без цивилизации! Неудобные палатки, отсутствие нормального душа и света. Я смотрела на домики, расположенные чуть выше палаточного городка, и давилась слюнями, наблюдая тот комфорт, в котором пребывали счастливчики, снявшие чудесные дома раньше нас.

Вокруг была неописуемой красоты природа: бирюзовое море, сопки, скалы, морская живность, тусующаяся на берегу, огромные грибы, бабочки размером с ладошку, а меня магнитом тянуло обратно в город.

Меня и моего троюродного брата начало напрягать чрезмерное единение с природой. Мы пытались всячески себя развлечь: устраивали гонки на матрацах по волнам, лазали на камни, ловили раков, жарили их, делали безумные наряды из водорослей, закапывали друг друга в песок, играли в бадминтон, безуспешно пытались прочитать одну книгу на двоих, танцевали с пьяными соседями, ходили за грибами, играли на печенье в покер и все равно сходили с ума от тоски.

Казалось бы, из-за столь насыщенного дня времени на еду не должно было оставаться. Ошибка. План не сработал.

Меня словно подменили. Кто-то забрал ту Настю, которая столько времени боролась за свою худобу. Кто-то нагло пошутил, и теперь эта Настя пропала!!!

В мой ежедневный рацион стали входить: банка сгущенки, печенье, конфеты и шоколад вперемешку, почти как по рецепту Карлсона, сухарики, семечки, суп с картошкой, лапша быстрого приготовления, хлеб, майонез и шашлыки поздним вечером! Все это стало моим питанием. Я набрасывалась на запретные плоды. Я компенсировала все то, от чего отказывалась раньше. От каждого съеденного куска организм получал максимум калорий, боясь снова лишиться еды. Я не слушала, когда мне говорили о том, что из-за голодовок и диеты рано или поздно произойдет такая ситуация, только потому, что всегда считала – мне больше не суждено быть толстой. Моим главным убеждением было: 38 килограммов на веки вечные. Поглощая антиполезные продукты, я успевала давать советы по похудению маме моего троюродного брата, двум соседкам по палатке и еще какому-то мужчине, который каждый день проходил мимо нас. Люди удивлялись, как я столько ем и остаюсь худой. Они даже не догадывались, через что мне пришлось пройти и какие последствия от переедания меня ожидали.

Не буду подробно описывать эти каникулы… Скажу лишь одно, после возвращения в родной город и дом мне было страшно встать на весы, но все-таки пришлось…

45 килограммов.

Все.
Это конец.

28. Возвращение

Мы пролетали над желтеющими деревьями, отдаленными деревнями, заброшенными поселками и полями, на которых трудились десятки рабочих. Стюардесса объявила, что самолет готов совершить посадку и необходимо пристегнуть ремни безопасности, поднять спинки кресел и задвинуть столики. Через пять минут раздался шум опускающихся шасси, а еще спустя пару минут огромные колеса коснулись посадочной полосы.

Все четыре часа, проведенные в неудобном самолетном кресле, я только и делала, что рассматривала свой выпирающий живот, боролась с мыслями о съеденных за две недели калориях, ощущала, как джинсы сжимают бока и как второй подбородок снова возрождается из лишнего жира. Птица Феникс, только жирная!!!

Главная задача на ближайшие две недели – вернуть свою форму любыми способами.

Три. Два. Один. Прилетели!

В зале ожидания нас встречал папа с двумя милыми букетами роз.

– Какая прелесть! – вдохнув аромат любимых цветов, я поцеловала его в щеку.

– С возвращением! – улыбнулся он.

Всю дорогу от аэропорта до дома я рассказывала ему лишь о том, как на отдыхе не могла контролировать себя и ела как ненормальная. Оказалось, что остальное было абсолютно неважно. Морские приключения и то, что происходило в эти две недели на другом конце России, не имели никакого значения. Я была разбита.

– Не расстраивайся так, возьмешь себя в руки и снова вернешь вес. Но как по мне, так сейчас ты вообще идеальная, – ласково прокомментировал ситуацию отец.

– Идеальная? Да я обросла жиром! – сердито ответила я.

– Не буду даже спорить с тобой. Это бесполезно!

– Верно говоришь.
Остальной отрезок дороги я предпочла молчать, чтобы не сорваться на родителей. Хорошо, что мне хватило на это ума.
Диета сделала меня неуравновешенной, раздражительной истеричкой. Раньше я не была тем человеком, в которого меня превратила идея стать худой. Злоба. Агрессия. Нервозность. Мне много раз говорили, что той доброй и милой Насти больше нет. Но я не хотела в это верить и отвечала: «Это вы изменились, а я осталась прежней!» А вскоре мне стали совсем безразличны их замечания, критика и упреки, ведь не было ничего важнее торчащих костей.

Сорок минут пути по полям, лесам и холмам, и вот передо мной знакомый район, улица и дом.

– Ну, все, выгружаемся, – усмехнулся папа и остановился у подъезда.

Вернувшись домой, я поняла, что не скучала по так называемым друзьям, возможно, потому, что моя персона была им безразлична. Им было глубоко плевать, что со мной, где я и, вообще, жива ли я. Только Мистер О. все никак не оставлял мои сознание, подсознание, сердце и ту часть живота, где обычно кружатся бабочки. Только по нему истосковалась вся моя сущность, истосковалась по тому, от кого за четырнадцать дней я не получила ни одного сообщения…

Дома нас встретила бабушка, папина мама, и после затянувшихся объятий и целования собачонки, я направилась к весам.

Два метра мне показались дорогой к Верховному Суду Мира Анорексиков…

Остановившись в десяти сантиметрах от страшной техники, я не решалась встать на прозрачную поверхность и увидеть цифры – результат моего расслабления. Я надеялась, что это будет 43, максимум 44 килограмма, но нет, надежды не оправдались. Ровно 45 кг высветились на маленьком электронном табло. Жуткий холод, появившийся в пятках, за считанные секунды достиг мозга костей. Мне казалось, что это сон, вот-вот я проснусь, и этих страшных цифр как не бывало. Я даже ущипнула себя за руку – никакого сна, только страшная реальность.

Настроение было совершенно испорчено.

Опустив голову, я поплелась в свою комнату, не обращая ни на что внимания. Я нуждалась в поддержке одного-единственного человека, которому было совершенно не до меня. Новые фотографии, куча надписей на стене от разных девушек и веселые статусы в «ВК». Мистер О. оставался Мистером О.

В комнату вошла бабушка и спросила:

– Хорошо отдохнули?

– Да, вот только я там все время ела, 45 килограммов сейчас! Представляешь? – И еще один беззащитный человек стал слушателем душераздирающей истории моего обжорства.

В отличие от папы, она меня внимательно выслушала, посочувствовала моему горю и сказала:

– Если будет необходимость, начну выгонять тебя из кухни палкой.
– Спасибо, – эти слова подняли мне настроение. Я была ей безумно признательна.
16:00.

Прошло около часа с того момента, как мне открылась страшная правда. Я сидела на кухне и ела. Нет, не салатик, которым мне следовало питаться неделю, чтобы сбросить хотя бы 2 кило, это была картошка с жареной курицей, а на десерт гора бабушкиного хвороста.

– Все, с завтрашнего дня начну худеть и к универу верну свою худобу, – гордо заявила я, поглощая восьмой кусочек жареного теста.

Трое в комнате улыбнулись.

Вечером мне написал А. Парень был очень рад моему возвращению и предложил встретиться.

«Когда?» – написала я.

«Как можно скорее:*»

– Боже! Зачем мне твои поцелуйчики? – В гневе я швырнула телефон на диван.

«Ну, так что?» – после двадцати минут моего молчания написал он.
Я была зла и расстроена и, вероятно, на нервной почве решила высказать А. все, что думаю и чувствую. Настала пора перестать мучить беднягу. После этого разговора на два месяца наше общение прекратилось.
Только недавно я поняла, что диета вырезала из моей жизни кучу интересных событий, незабываемых вечеринок и праздников, походов в кафе и кино, а из-за Мистера О. я прожила три года, терзаясь пустыми ожиданиями, надеждами и несбыточными мечтами.

29. Август

Мне все еще не было понятно, как лишние 7000 граммов появились в моей жизни.

Каждое утро я засыпала с мыслью о 38 килограммах, а просыпаясь, первым делом смотрела на себя в зеркало и говорила:

– Не все так плохо, ключицы торчат, ляжки вместе не сходятся, тебе нужно начать работать над собой, и снова вернется костлявая фигура.

Это было утешение.

Ежедневные попытки отказаться от большого количества еды не приводили к желаемым результатам. Я тщетно пыталась побороть желание есть.

Первые недели августа были самыми терпимыми и продуктивными. Я ходила в баню, бегала, старалась двигаться как можно больше, но, к сожалению, привычка ужинать не покидала меня. Я не ела после 18:00 только тогда, когда уезжала гулять, что случалось крайне редко… Пристрастие к сухофруктам не приносило мне ничего хорошего, кроме ежевечерних лишних 1000 калорий. Отлично! Молодец, Настя!

Я стала позволять себе на завтрак одно из следующих блюд: блины с фруктовой начинкой, взбитыми сливками и шариком мороженого, вареники с клубникой и малиной, сырники с йогуртом или молочную овсяную кашу с кусочками банана и корицей. Я ругала себя за съеденное, но ничего не могла с этим поделать.

Как-то, просиживая еще один летний день дома, я усердно составляла план похудения, сопоставляла калорийность продуктов с суточной нормой, которая резко возросла (в 4,5 раза) и рассчитывала расход энергии. Завершив важную работу, я принялась объяснять бабушке, что меня ждет в ближайшие две недели.

Как и тогда, несколько месяцев назад, ко мне вернулась необходимость говорить о еде, диетах и съеденных кусках. Так как друзья давно сказали моей персоне «до свиданья» и я не состояла ни в каких группах в «ВК», где могла бы поделиться своими переживаниями, а родители постоянно были на работе, только бабушке оставалось выслушивать мое нытье. Иногда она говорила по телефону, а я продолжала свою пламенную речь. Я поражаюсь ее терпению.

Надо заметить, если на форумах в социальных сетях кто-нибудь о чем-нибудь спрашивает не так, как надо, или о том, что неоднократно обсуждалось, его начинают разрывать на куски, оскорблять и помечать плашкой «бан».

Помимо нового завтрака привычным делом стали частые перекусы в виде хлеба, который я не ела примерно семь месяцев, орешков, французских крекеров, сыра, леденцов и шоколадных конфет. Мне стало просто необходимо постоянно что-нибудь жевать. Жвачка, которая служит отвлекающим маневром, не спасала. Организму требовалась именно вредная еда. Именно та, которая была под запретом. Через две недели, осознав, что у меня появилась зависимость от сладкого, мучного и жареного, я попросила маму не покупать хотя бы булочки и печенюшки.

– Деловая ты, нам-то хочется вкусненького, – выдала она.

– Ну, пожалуйста, всего одну неделю, я перестала себя контролировать!

– А как раньше ты справлялась? Тебе не мешало присутствие конфет на столе, когда ты ела луковый суп. – Это был самый подходящий момент, чтобы вспомнить подобное!

– Так сложно, что ли? Я не знаю, почему сейчас все иначе. – И снова истерика из-за пропавшей силы воли.

Мама ничего не ответила, и, конечно, моя просьба была успешно проигнорирована. Все продолжалось.

Одним чудесным теплым днем мне позвонила Ю. и попросила встретиться. Нам не хотелось ехать в центр города, и мы отправились покорять нашу «деревеньку».

19:30.

SMS от Ю.: «Я немного задержусь и зайду за тобой в 20:00, хорошо?»

«Конечно» – ничего другого не оставалось ответить.

Скажу честно, я хотела, чтобы девушка пришла минут на двадцать позже. Почему?! Потому что на кухне готовился ужин!!! Я не верила своим мыслям…

Полчаса не прошли впустую. На белой тарелке оказалась калорийная вечерняя пища. Я ела так быстро, что даже не успевала почувствовать вкус, вероятно, думая, что если быстренько схомячу кусок жареного мяса с картошкой, ничего не отложится в мой жалкий, беспомощный организм.

Когда зашла Ю., я начала жаловаться ей на свою печальную жизнь, на что девушка ответила:

– Не переживай, начнется учеба, и снова похудеешь. – Если бы ее слова были правдой, если бы все было так, как она сказала тем вечером, если бы… Всегда «если бы».

– Надеюсь, так и будет!

– Если хочешь знать мое мнение, тебе сейчас очень хорошо.

Я наиграно улыбнулась в ответ, но на самом деле почувствовала приступ дикого разочарования.

День за днем проходили стремительно. И вот уже 20 августа, а в зеркале никаких изменений в лучшую сторону.

В одежде я казалась худее, чем без нее, но по рукам и лицу становилось заметно, что энное количество кило прибавилось.

Если сравнивать 45 килограммов до похудения и после, то после я почему-то была худее. Это меня утешало, и, видимо, поэтому я продолжала поедать ненужные калории.

Одним дождливым днем я поехала покупать вещи к новому учебному семестру. В сопровождении любимой музыки я бродила среди сотен платьев, футболок, маек, кардиганов, пуловеров, брюк, шорт и юбок. Уверенно схватив понравившиеся джинсы 32-го размера, я пошла в примерочную.

Ненавижу зеркала и свет в примерочной! Тебя либо визуально разносит, либо сужает так, что хочется пойти поесть.

Прекрасные серые джинсы еле сошлись на моих бедрах, подчеркнув округлые бока и жирок на животе. Первые пять минут было обидно. Но я убеждала себя, что скоро похудею и уже через две недели все будет отлично.

– Завтра же начну борьбу с лишними килограммами, а пока возьму 34-й размер, – утешила я себя в последний раз.
Завтра так и не наступило. Никогда.

30. Cбой

1 сентября. Второй курс. Вес 45 килограммов.

Была среда. Я зашла в аудиторию, в ту самую аудиторию, в которой год назад начался нелегкий путь борьбы с лишними килограммами. Ситуация повторялась, мне казалось, что я вернулась на 365 дней назад. Мне стало страшно от мысли, что вновь придется испытать все пройденные мучения.

Переступив порог аудитории, я поймала на себе пару любопытных взглядов. Я бы тоже таращилась на девушку, которая всего три месяца назад была худенькой, а теперь превратилась в жирную личинку. Мне казалось, у многих в головах крутилась одна только фраза: «Посмотри, как ее разнесло!» Неудивительно. Становилось сложнее скрывать лишние жиры.

В тот день я была облачена в кружевную коричневую юбку и белую майку, которые прикрывал жакет, потому что юбочка стала маловата и майка облегала немного торчащие бока.

Надежда снова похудеть еще не умерла. Вера в себя находилась на волосок от смерти.

Перерыв. Улица. Все курильщики в сборе.

– Представляете, я поправилась на четыре килограмма! – сказала одна из тех худых девушек, которых я впервые увидела ровно год назад.

– Я бы пищала от радости, если бы поправилась на четыре килограмма, – ответила я.

– Да, ни фига! С ума сошла? – она выпучила глаза.

– Я поправилась на семь, – сказала я и ушла.

Наконец-то моему мозгу открылась вся трагичность ситуации. До меня дошло, что еще 5 килограммов, и все вернется к тому, с чего началось. Вероятно, я боялась вспомнить эти страшные исходные цифры, но сейчас мысли о них прорывались наружу.

Первый учебный день был коротким, и уже в час дня я оказалась дома. Погода располагала к прогулкам, но гулять мне было не с кем. Мистер О. проигнорировал мое предложение прогуляться, с А. мы поругались, К. еще оставалась на учебе, а Ю. была занята новым парнем, остальным не было дела до меня. Дома сидеть совершенно не хотелось, и я решила немного пробежаться по лесу. Я надела спортивные брюки, которые раньше слетали с меня при первом же шаге, а теперь наоборот прилегали так плотно, что было неприятно шевелиться, и отправилась в лес.

Свежий воздух, запах ели, шишки под ногами, желтеющие листья берез, +18 С°.

Я бежала сломя голову, все быстрее и быстрее, не обращая внимания на происходящее вокруг. Мне нужно было избавиться от ужасного ощущения тяжести, но в тоже время, пробегая метр за метром, я начинала все сильнее думать о том, что дома меня ждет овощной суп, немного сухофруктов и булочка, которую можно съесть, потому что еще только 14:30.

Два дня спустя мне суждено было снова оказаться в санатории, который сделал меня худее и подтянутей. Я, мама и еще две знакомые женщины ехали туда на медиа-форум. По пути им захотелось заехать в супермаркет и купить что-нибудь вкусненькое. Я могла остаться в машине, но пошла вместе с ними, полюбоваться на полки с продуктами. Привычка обильно питаться не избавила меня от страха купить что-нибудь кроме яблока.

– Тебе чего взять? – спросила мама, зная мое отношение к покупке еды.

– Немного сухофруктов.

С полки их взяла мама, потому что мне было запрещено это делать.

300 граммов инжира, 400 граммов сушеных ананасов, 200 граммов кешью и 300 граммов миндаля – именно это называется «НЕМНОГО».

Пачка инжира не дожила даже до середины нашего пути в санаторий. 650 килокалорий сверх того, что было съедено за день.

Посмотрев на последнюю инжирину, я дала себе слово, что с этого вечера начинаю возвращать свою былую форму. Лгунья.

Вечером был фуршет по случаю открытия медиа-форума, на котором подавались легкие салатики, рыба, креветки и другие морские твари, но нет, зачем мне это?! Торты, пирожные, сыр, мясо на гриле, картофельные дольки, жареный сыр – манили меня. И еще – любимое шампанское, первый раз после дня рождения и второй после дня, когда я начала худеть.

Время на форуме летело быстро. Слушая умных людей, я теряла счет времени, но все-таки пару раз успела посетить фитобочку и спортзал. Мое материальное тело находилось там, а астральное – около большого, уставленного различными вкусностями стола на втором этаже.

Естественно, я не похудела ни на грамм, но вес и не прибавился. Несмотря на количество калорий, которое я поглощала в последний месяц, вес держался на одном месте.
Вернувшись в город, я думала, что из-за нагрузок в университете и прибавившейся работы смогу похудеть. Я рассчитывала, что у меня не будет времени есть. Его вообще не должно было быть!!! Оказалось все с точностью до наоборот…

31. Диетолог? Психолог?

Каждый Божий день я давала себе обещание, что съедаю последний кусок и через минуту начинаю терять свои килограммы. Я превратилась в одну из тех девушек, которые только рассуждают о своем лишнем весе, проблемных местах и о намерениях похудеть, но почему-то ничего реального для этого не предпринимают. Я, как они, думала, что в один день все возьмет и само собой преобразуется. Я не могла взять себя в руки и пересилить желание съесть жирный кусок курицы, я только хотела, мечтала, жаждала снова стать стройной.

Из-за постоянного обжорства я становилась еще более нервной, чем в те месяцы, когда получала минимум еды. В те дни я была пусть злая, но худая, а теперь – злая и толстая. Осознание этого еще больше бесило меня.

Меня раздражали худые девушки и те, кто успешно худел, я презирала тех, кто ест и не толстеет. Мне хотелось убить тощих девушек, которые говорили или писали в сетях, что они толстые, с одной лишь целью – получить очередной комплимент в свой адрес.

Каждый вечер я строила грандиозные планы похудения и борьбы с соблазном, но все было зря. Моему похудению был положен окончательный, железобетонный конец.

Обычно в выходные происходило самое большое обжорство. В один из таких осенних дней меня захлестнула очередная волна истерики по поводу моей жалкой толстой жизни.

– Отведите ее к диетологу! Посмотрите, как ей тяжело сейчас, бедный ребенок! – сказала бабушка родителям, которые не понимали, что мне необходима помощь.

Они ничего не хотели слушать.

– Ей это не нужно, она же похудела однажды, – ответил папа.

– То было раньше, а сейчас все иначе. Вы разве не видите? – бабушка повысила голос.

– Захочет и похудеет, – спокойно ответила мама. – Она сама идет к холодильнику после того, как скажет, что на диете.

– Значит, нужно ей как-то помочь. Она же не из-за желания поесть к нему идет, – бабушка была права на все сто процентов.

Я решила, что пора вмешаться в разговор:

– Почему вы меня не слушаете? Я не понимаю, что со мной происходит и почему я не могу взять себя в руки! Что-то пошло не так, и сейчас нет той Насти, у которой была железная сила воли! Нет больше стимула! Я сама обращусь за помощью, если вы не хотите встать на мою сторону! – я буквально сотрясалась от рыданий.

– Куда ты обратишься? – поинтересовался папа.

– К диетологу, к психологу.

– И ты думаешь, тебе это поможет?

– Я не знаю, что мне поможет, но уж точно не пожирание булок ночью! – И снова слезы.

– Ладно, хорошо. Сделаем так, как ты хочешь, только перестань реветь. – Маму это все явно достало, и она вышла из комнаты.

– Теперь все будет хорошо, и скоро вернется твоя худенькая фигурка, – ласково сказала бабушка и оставила меня одну.

Снова и снова я пыталась разобраться, что со мной происходит и куда подевалась моя сила воли. Я недоумевала: как девушка, боявшаяся съесть лишний огурец, разъелась до прежних размеров и почему она ничего не делает, а если и делает, то сил ей хватает только на полдня борьбы. Меня развернуло на 180 градусов. Все стало просто ужасно.

К диетологу и психологу я так и не попала. Я была уверена, что диетолог посоветует мне отказаться от мучного, сладкого, определит суточное потребление калорий 1200 и скажет добавить физические нагрузки, а психологу я ничего рассказывать не хотела.

Трагическим итогом стали 49 килограммов, которых я достигла спустя два учебных месяца.

От критической точки меня отделяли всего 1000 граммов и одна неделя.

Еда взяла надо мной абсолютный верх.

Вследствие компульсивного переедания – расстройства приема пищи – у меня начались так называемые компульсии1, более известные в народе как «компульсивы». Мои симптомы совпадали с этим ужасным расстройством. Я впихивала в себя пищу даже тогда, когда совершенно не хотела есть. Я ела с невероятной скоростью, невзирая на чувство дискомфорта в желудке, ела после десяти часов вечера, днем и ночью ела, ела, ела. Потом мне становилось стыдно за это. Находясь в состоянии постоянного стресса, я была агрессивной, испытывала ненависть к худым людям. Меня трясло от того, что кто-то может взять себя в руки, а я нет…

32. Лучше застрелиться

Октябрь. Все становится только хуже. С каждой секундой… Мои проблемы не уменьшаются, они лишь увеличиваются. Во всем виновата я, никто другой. Я не хочу признавать этого, я пытаюсь, стараюсь. Безуспешно.

В один из дней октября жестокая реальность предстала передо мной в виде серых шорт, которые пролежали в шкафу с начала сентября. Этот шокирующий и правдивый вечер надолго останется в моей памяти. Эта малюсенькая вещь, раньше свободно болтавшаяся на исхудавших ногах, стала мала до такой степени, что просто не налезала на меня. Я смотрела на свое отражение в зеркале и плакала, потому что не понимала, как можно было довести себя до такого состояния. Остальная одежда также была мала. Пришлось надевать старый хлам, а утром ехать в магазин.

Мне было стыдно выходить на улицу и смотреть на свое отражение в витринах. Все, что я замечала, – это круглые бедра, жирные ноги и широченное лицо. Спустя какое-то время дело дошло до того, что вместо прогулок, походов в кино, встреч с «друзьями» я предпочитала остаться дома и поесть. У меня и так не осталось друзей, кроме К. и Ю., которые вечно были заняты, и мы редко встречались, а я еще умудрилась променять эти нечастые моменты общения на еду.

Еда. Еда. Еда. Еда. Еда.

Этот период моей жизни был не очень приятным. Снова появились проблемы в общении, отношениях, семье и себе самой. Мне казалось, что как только я худею, все нормализуется, а как поправляюсь, все катится к чертям.

В университете я всегда чувствовала себя лишней. Мои одногруппницы регулярно обсуждали совместные прогулки, на которые звать меня было не обязательно. «Ну, ты же все равно бы не пошла» – единственная отговорка. Откуда им знать?

Еще в начале сентября я стала работать в одном молодежном журнале. Мне нравилась моя работа. Постоянное общение с людьми, разработка мероприятий по продвижению журнала, посещение различных конференций и презентаций. Нужно было держать себя в форме, выглядеть на 5+, чтобы не было стыдно появиться перед коллегами. Однако даже это меня не мотивировало. Абсолютный пофигизм.

В те мучительные месяцы, когда я стремительно худела, мой организм подвергся немыслимым испытаниям. Я издевалась над ним, не давая себе есть, теперь он сделал ответный ход… Этот подонок начинал забирать свое назад и вбирать максимальное количество калорий из любых потребляемых продуктов. Если при обычном питании, без попыток похудеть, из булочки организм забирает 300 калорий, то в моем случае он стал забирать 330. Это касалось таких продуктов, как йогурт, мясо, яблоки и огурцы.

Мне больше не хотелось заниматься спортом, потому что было противно от ощущения соприкосновения жирных ляжек. Я не ходила на физ-ру, потому что все помнили, как на мне болтались штаны. Я не ходила на фитнес, потому что там все были худые, а я нет. Я перестала ходить в баню, потому что было неприятно показываться с такой фигурой, даже перед родными.

Я ничего не делала, чтобы вновь похудеть. Почему? Потому что понимала, что потребуется как минимум два месяца, чтобы вернутся хотя бы к 44 килограммам.

Вместо того чтобы работать над собой и возвращаться к идеалу, я ела. «Куда еще хуже?» – думала я, проглатывая очередной кусок пирожка. Глупая.

Я перестала смотреть на себя в зеркало. Ездить по магазинам также не было никакого желания, потому что другого размера кроме XXS для меня не существовало, а сейчас это была M-ка впритык. В гардеробе появилась куча длинных просторных маек и кардиганов, способных скрыть ужастики моего тела.

Когда я шла по универу, мне казалось, что все шепчутся у меня за спиной: «Смотри, она так поправилась».

С Мистером О. общение прервалось, и уже месяца два о нем ничего не было слышно. Только один раз мы случайно встретились в торговом центре. Папа попросил меня съездить с ним, прикупить новых вещей, и я с удовольствием согласилась. Стоило мне зайти в огромный холл, как я тут же увидела его. Мы поговорили так, словно наше общение не прекращалось ни на минуту, так, как в прежние времена.

После этого парень снова исчез. Ему стала присуща такая черта – на минуту появляться в моей жизни и неожиданно пропадать. Я не писала ему первой, просто не хотела навязываться. Лучше бы я переборола свою гордость. Правда, иногда так правильнее.

И вот на дворе конец октября, а от него ни привета, ничего…

Слава богу, что К. меня поддерживала и успокаивала, без нее было бы тяжелее. Она говорила, что парень не стоит моих переживаний, что нужно его забыть. Никогда не верьте девушкам!!!

В надежде успокоить свой возбужденный мозг и сердечные чувства я начала снова общаться с А. Он первым написал и попросил прощения за свое безобразное поведение. Хотя на 99 % была виновата я.

Мы стали гулять, ходить в кафе, постоянно созваниваться и закидывать друг друга сообщениями. Он снова начал казаться мне милым. На месяц я отвлеклась от гнетущих мыслей и даже смогла немного сбросить вес – на боннском супе. Такой гадости мне раньше не приходилось есть… Но ради потерянных трех килограммов стоило поглощать эту мерзость. Выдержала я всего три дня, на восемьдесят шестой час только при мысли об этом вареве меня выворачивало наизнанку. Вместо этого «волшебного» супа я решила съесть немного тушеных овощей с курицей, потом конфеты, чипсы и еще какую-то бесполезную еду. И снова сброшенные килограммы вернулись ко мне. Естественно, нужно было кому-то нажаловаться, и как раз, по счастливой случайности, в этот день я собиралась встретиться с А.

– Тебе не нужно худеть, ты же нормальная, – сказал он, когда я поведала ужасную историю о мерзком супе с сельдереем. Парень всегда говорил эту фразу, только раньше я весила 38, а не 48.

– Мне лучше знать, когда я нормальная.

– Ты хочешь быть как летом?

Какой догадливый человек!

– Да, да, да!!! – я срываюсь на него и кричу это так громко, чтобы слышали все. – Да, я хочу быть как летом! Хочу весить 38 килограммов и ни грамма больше! Мне необходимо это!

– Ты ненормальная.

– Можно подумать, ты адекватный.

– Еще одно подобное слово…

Я не дала ему закончить:

– И что? Снова смешаешь меня с дерьмом? Ну давай, что ты молчишь?

– Не хочу с тобой разговаривать.

– Ну и пожалуйста, хоть нормально вечер пройдет.

– Я смотрю, ты стала сильно много разговаривать.

– От тебя научилась.

Такие диалоги у нас случались часто. Иногда мне это нравилось, можно было выплеснуть все накопившееся на «беззащитного» А. Если ему можно говорить все, что хочется, и я буду. Как ко мне люди, так и я к ним. Это закон, а законы нарушать нельзя.

33. А

Жизнь опять преподносила сюрпризы. Так получилось, что мы стали встречаться с А. Я устала ждать человека, которому все равно. Устала надеяться на светлое будущее, лелеять несбыточные надежды. Пора было заканчивать придумывать сказку и выбираться в реальную жизнь.

Я поддалась кратковременно всплеску чувств и уступила парню, который добивался меня уже несколько месяцев. Первое время все шло отлично, даже настолько отлично, что иногда от этой идеальности меня начинало тошнить.

А. отвлекал от мыслей о похудении, он говорил, что не нужно бороться с лишними килограммами, потому что сейчас я такая, какой он первый раз меня увидел, и вообще, я выгляжу прекрасно.

– Ну а что ты еще можешь сказать своей девушке? Ты такая толстая, что мне противно с тобой идти? – вопрос последовал после очередной речи о моей «нормальности».

– Нет, Настя. Ты правда хорошо выглядеть стала. И мне не противно с тобой идти, что за бред?!

– Знаешь, что я большего всего не люблю?

Он так глупо на меня посмотрел, что мне стало смешно.

– Чего ты так угараешь?

– Ничего. Так вот, я ненавижу, когда мне врут! А ты делаешь это каждый день, – спокойно ответила я.

– И когда же? – А. делал вид, что не понимает.

– Когда говоришь, что со мной все хорошо.

– Почему ты сама не понимаешь? Почему тебе нужно всех выбесить, но остаться при своем мнении?

– Потому что оно у меня есть, и если я думаю, точнее, знаю, что сейчас выгляжу намного хуже, чем в мае или июне, то не нужно говорить обратное. Ты же видишь, что меня это выводит, но нет, все равно продолжаешь. Тебе нравится это делать?

– Хорошо, я тебя понял. Буду говорить, что ты толстая.

– Прекрасно, вот так и говори.

На этом наш разговор закончился, но уже на следующий день А. принялся за свое. До него никак не доходило, что иногда лучше промолчать, а не злить меня еще больше.

Наши совместные дни превращались в сплошную ссору или выяснение отношений. Я старалась не реагировать на его слова. Но А. продолжал доставать меня словесными нападками, используя удивительный талант залезать под кожу самому броненосцу.

Мы уже встречались около полутора месяцев, когда А. решил «порадовать» меня трехдневным игнором. Вечером четвертых суток он написал: «Я не знаю, что делать. Я запутался. Мне нужно время!» На вопрос «Это все?» он ответил молчанием. «Невероятно классный парень» решил бросить меня в тот момент, когда, к моему собственному удивлению, у меня возникли к нему хоть какие-то положительные чувства. При этом я понимала, что стала встречаться с А. только лишь для того, чтобы вычеркнуть из памяти человека, с которым мне по-настоящему было хорошо.

34. «Мы встречались»

Поправиться на 11 килограммов, оказывается, было не самым страшным в этом году.

Самое страшное случилось в середине ноября.

Мы с родителями собирались переезжать в новую квартиру и уже больше месяца перевозили вещи. Никакой мебели, только одежда, обувь, книги, всевозможные вазы, статуэтки, посуда, цветы и куча различных безделушек. Сорок семь огромных коробок уже ждали на новом месте жительства, на очереди оставалось еще около пятидесяти.

Последние четыре года я умоляла родителей купить квартиру в центре, но никакой реакции не было, потому что папе, видите ли, очень нравилось это местечко за городом, где мы жили последние шестнадцать лет. Только после одного плачевного случая он изменил свое решение, и мы были вынуждены приобрести большую светлую квартиру почти в центре.

Я возлагала огромные надежды на переезд. Я рассчитывала, что там, на новом месте, не будет времени поесть, так как меня будут окружать спортзалы и прочее. Снова ложь. Я люблю врать сама себе.

Моя старая комната опустела. В ней оставались только шкаф, компьютерный стол и телек. Диван продали, и две недели приходилось спать на матраце, в окружении кучи коробок. Я чувствовала себя беженцем, но мысль о предстоящем переезде поднимала настроение.

В один из поздних вечеров я переписывалась с людьми в «ВК». На столе находилась кружка чая и привычная вазочка с сухофруктами. Они были для меня наркотиком. «Сухофруктовый наркоман» – так называла меня мама. Обычно я ела много сушеного инжира, чернослива, банана, ананаса, горстями поглощала арахис, миндаль, кешью и фундук. Мало того, что на них уходила приличная часть моей зарплаты, так еще и ощущения после съеденного не были приятными. Но я продолжала употреблять сухофрукты в огромных количествах.

Я была так рада переезду! Ничто не могло отравить столь прекрасный настрой на светлое будущее, и даже сухофрукты казались мне безобидными огурцами.

Прожевав очередной кусок банана, я увидела сообщение от К…

«Можно я приеду к тебе ночевать?»

До определенного дня девушка была частым гостем в моей квартире.

«Уже некуда, мы все упаковали. Через неделю переезжаем. Ура!»

«Здорово, позовешь на новоселье?»

«Конечно, как я могу тебя не позвать?»

К. была моей лучшей подругой и неотъемлемой частью прошлой жизни. Она была тем человеком, который выслушивал все мои переживания и был всегда рядом. Ей можно было позвонить в час ночи, сказать, что мне плохо, и она бы приехала, но…

Как можно было быть такой дурой??? Почему я верю всем, каждому кусту. Наивная девочка.

«Я рада:)»

Мои сознание и подсознание даже не подозревали о возможности получить это убийственное сообщение, перевернувшее абсолютно все в моей жизни. Сообщение, которое полностью изменило меня, отношение к людям, к их словам, поступкам и разговорам. Этот вечер принес в мою голову корзиночку новых мозгов, с появлением которых я по-другому посмотрела на всех и все.

Прошло уже два года после того вечера, а в моей жизни так и не появилось ни одного человека, которому бы я смогла полностью доверять, рассказывать все, о чем думаю, и с которым хотела бы поделиться сокровенными мыслями. Все мне кажутся лжецами.

«Настя, мне нужно тебе сказать…»

Последовало несколько секунд молчания, и вот на экране монитора, как гром среди ясного неба, то самое сообщение!

«Мы встречались».

Сердце начало пульсировать с такой силой, что, казалось, оно вот-вот вырвется наружу. Пальцы онемели. Я догадывалась, о ком идет речь, но никак не хотела верить в это. Я отбрасывала дурные мысли, боролась с этими догадками. К. говорила мне раньше, что ей нравится один парень, он ее возраста и у них все хорошо. Это не мог быть ОН!!!

Однако страшная мысль не давала мне покоя, и с опаской я написала:

«С кем?…»

Меньше всего мне хотелось получить тот самый, роковой ответ.

«С ним…»

Это был Мистер О. Все… Мне все еще сложно вспоминать это… Моя лучшая подруга, которая знала обо всем, обо всех моих чувствах…

«Сколько?»

«Два месяца, но сейчас все. Мы расстались. Я так боялась тебе сказать…»

Я хотела уничтожить их обоих. Во мне проснулась неимоверной силы ненависть, которую я никогда не испытывала прежде. У меня не было слов, я не знала, что написать в ответ, и отправила: «………»

К. не унималась, ей хотелось сделать еще больней: «Мы любили и любим друг друга. Но не можем встречаться».

На это мне все-таки нужно отправить пару слов. С яростью я била по клавиатуре, не успевая вытирать слезы.

«Я вас ненавижу!!! Ненавижу! Как ты могла так поступить со мной? Ты все знала! Зачем??? За что ты так со мной?»

Ее ответ окончательно выбил меня из колеи:

«Если у меня есть чувства, почему я должна им противостоять и не встречаться с ним только потому, что тебе будет больно?»

Я перечитала этот набор слов несколько раз, думая, что из-за заплаканных глаз мне мерещится не то, что есть на самом деле. Действительно, К. это написала. Я не один раз в жизни жертвовала общением с парнями только для того, чтобы ей не было обидно, я прекращала общаться с теми, кто мне нравился, и все из-за К. Однажды я отказалась встречаться с парнем только потому, что он тоже ей симпатизировал.

У меня больше не было желания знать эту девушку.

Было очень больно. Я не могу передать, насколько, такое невозможно выразить словами.

Это было первым предательством в моей жизни. Я не думала, что оно будет от самого близкого друга. Я верила ей. Девушка знала о моих чувствах к Мистеру О., она видела, как я переживаю и как меняюсь, когда мы начинаем общаться с ним. К. просто лицемерила, выслушивая меня. Она всегда говорила, что мне нужно забыть о нем, что он не мой человек. Теперь-то я понимаю, в чем было дело…

На долгое время я вычеркнула этих двоих из своей жизни, удалила все фотографии, стерла номера телефонов, выкинула из «друзей» на всевозможных сайтах. Все напоминания были уничтожены.

В тот судьбоносный вечер я плакала, захлебываясь слезами. Статус и сообщение от К. на стене в «ВК» вызвали интерес у А. (на тот момент мы еще были вместе). От него прилетело сообщение: «Что случилось?» Я не хотела говорить ему правду, потому что парень думал, что Мистер О. мне давно безразличен.

Временами я сомневалась в адекватности К., но быть настолько… (я не могу подобрать прилагательное) нельзя. В этот же вечер она добавила на свою страничку фотографии, где они были вместе с Мистером О., прикрепив надпись вроде: «Нам так было хорошо, спасибо за это время».

В шоке были все. Наши общие знакомые недоумевали, они не могли понять, как лучшая подруга могла выкинуть подобное.

Правду говорят – друзья познаются в беде.

У многих проснулось желание навредить ей, особенно у Ю. За долгие годы знакомства я никогда не видела ее такой злой. У девушки был план мести, который таки не осуществился, к сожалению…

Уснуть было сложно. Тяжелые воспоминания одолевали меня.

На следующий день, когда я пришла в университет, одногруппницы уже знали о том, что произошло. Как только я зашла в аудиторию, одна из них подбежала ко мне и обняла.

– Как ты, Настюш?

Сил сдерживаться не было, и очередная порция крокодильих слез предстала на всеобщее обозрение. Многие университетские собратья не понимали, что происходит, и косились с разных уголков аудитории. Я не обращала никакого внимания на их любопытные очи. Единственное, что мне оставалось – реветь, уткнувшись в плечо темноволосой девушки.

Естественно, болтовню самого ненормального и неадекватного преподавателя в университете я пропускала мимо ушей. Три часа я пролежала на парте, уставившись в одну точку.

Моя лучшая подруга показала свое истинное лицо, а Мистер О. – просто типичный парень.

Я не могла поверить, ведь еще недавно он сказал: «К., она еще такая маленькая», а через две недели они начали встречаться.

Как такое возможно?

Многие из наших общих знакомых говорили…

Нет, я не могу такое написать.

Несколько дней я не могла есть. Мне было не до этого. На работе я появилась всего два раза, и то, чтобы отвезти документы. Маме я, естественно, ничего не сказала. Не люблю ее посвящать в такие подробности своей жизни.

Когда мое состояние нормализовалось и я начала соображать, что из моей жизни пропали: а) лучшая подруга; б) парень, который делал меня счастливой, – я начала есть. Не важно, что это было: сухари, хлеб, пельмени, колбаса, торты, пирожные, шоколад, сыр, яйца, сухофрукты, мороженое, котлеты, картошка.

Нужно было заедать свое горе.

35. Диета. Срыв. Диета

К середине декабря на весах прибавилось еще шесть килограммов. За 5 месяцев – плюс 15 кило, девять из которых пришлись на последние два месяца.

Это обстоятельство нанесло урон не только моей внешности, но и здоровью. Так же, как нельзя быстро худеть – нельзя с такой же скоростью набирать вес. У организма в прямом смысле происходит сдвиг по фазе. Сначала за полтора месяца теряются 12 килограммов, а потом за два месяца набираются 9. Нужно быть очень сильным организмом, чтобы пережить такое. Мой оказался «настоящим мужиком».

Не в силах собраться в кучу, я только и делала, что ела, но не переставала убеждать себя, что это последний раз, последний день, вечер, утро, минута, час, секунда. У меня все начиналось с несуществующего завтра.

Я была раздавлена.

Безумное желание снова стать худышкой почему-то не играло существенной роли. Оно не было таким сильным мотивом, как «я люблю анорексичных девушек».

Декабрь пролетел незаметно быстро, и каждый день был похож на предыдущий. Никаких шагов в лучшую сторону не было, только откат назад, с каждыми сутками все дальше от заветной цели.

Моя жизнь превратилась в замкнутый круг из еды.

В январе снова приехала бабушка, которой показалось, что я не поправилась.

Естественно, она не хотела признавать тот факт, что ее внучку разнесло как бегемота, поэтому на мой вопрос: «Как сильно я поправилась?», она ответила:

– Мне кажется, ты такая же осталась.

– Издеваешься?

– Нет, ну может чуть-чуть щечки появились.

НЕНАВИЖУ, КОГДА КТО-ТО УПОМИНАЕТ МОИ ЩЕКИ!!!

– Только без этого, пожалуйста. – Я ушла в комнату, чтобы избежать продолжения разговора.

После фразы о щечках я решила взяться за ум и разработала свою собственную программу похудения. Моя основная проблема была, есть и, вероятно, будет в том, что, когда я сажусь на диету, заранее знаю, чем и в каких количествах мне предстоит питаться в течение недели. Это сразу сбивает и не дает двигаться дальше. Психология такая у человека.

Я сделала три красивых конвертика, обозначив их «завтрак», «обед» и «ужин», а на маленьких стикерах написала то, чем я буду питаться. Когда наступало время еды, я вытаскивала бумажку, и каждый раз для меня было сюрпризом, что же мне предстоит поглотить. На завтрак преимущественно были каша, сухофрукты и йогрут, на обед – овощные блюда, рыба или мясо, на ужин – вода, сок или яблоко. В конвертиках также имелись «счастливые» стикеры с шоколадом, панкейками и пирожными. За три недели я похудела до 45, но на радостях снова начала есть, и вес быстренько вернулся назад. Даже в универе одна девушка заметила изменения в моем теле. Это было первым и последним серьезным прорывом.

Прошла зима. После 45 килограммов ничего нового не произошло. Еда, калории, отсутствие спорта. Безнадежные мечты. Еда и еще раз еда.

Периодически ко мне возвращалась вера в то, что когда-нибудь в зеркале я увижу ту себя, которая приводила меня в восторг и заставляла других говорить «она такая худая», ту себя, которую я почти сумела полюбить.

Торчащие ключицы, выпирающие скулы, худые запястья, миниатюрные ножки, плоский живот с торчащими тазовыми косточками, выпирающий позвоночник – каждое утро, подходя к зеркалу, я хотела увидеть именно этот образ, но реальность была совсем другой. Сейчас на меня снова смотрела та девушка, которая впервые шагнула в аудиторию на четвертом этаже полтора года назад. Только эта девушка была намного толще прошлой.

В миллионный раз я давала себе обещание, что с завтрашнего дня еще раз начну тот нелегкий путь – что с завтрашнего дня я буду бегать, что с завтрашнего дня я не буду есть сладкое и что с завтрашнего дня я начну меняться.

Моя жизнь превратилась в сущий кошмар.

Диета, срыв, обещание выдержать следующую. Диета, срыв, обещание выдержать следующую. Диета, срыв, обещание выдержать следующую.

Диета «АВС», «шоколадная диета», «питьевая диета», диета «двойка», «белковая диета», «яблочная диета», [4] … Все впустую.

Я завидовала девушкам, которые смогли похудеть. Каждый вечер, пересматривая их фотографии «до и после», я не верила, что такое возможно. Я думала, что все это подстроено, но потом вспоминала себя и начинала завидовать результатам, силе воли, которой у меня не осталось и телам тех, кого я видела на своем мониторе.

Мне пришлось убрать все маленькие вещи с глаз, чтобы не расстраиваться, но собственные летние фотографии доводили меня до истерики. Я не верила, что могла быть когда-то настолько худой. Было сложно осознавать, что когда-то мне представился шанс быть такой, а я его упустила, точнее – проела.

«Я готова отдать все, только чтобы мне вновь стать худой и вернуть свои законные килограммы, с которыми мне было так хорошо. Я больше никогда не совершу подобной ошибки!» – такие слова я говорила себе при всяком удобном случае, особенно после зажора.

Каждый день – сплошная неудачная попытка похудеть. Меня уже ничто не мотивировало, а ведь я видела, что нужно срочно избавляться от слоя ненавистного жира, и понимала, что при таком весе, с такими ляхами и расплывшимся лицом я не могу нормально существовать. Мне хотелось чувствовать необыкновенную легкость, но нет… Зачем мне это, когда можно было сожрать кусок курицы в десять вечера?

Срывы, диета, срывы, диета, срывы, очередная диета…

Почему-то до моего сознания не доходило, что нужно перестать жрать и начать работать над собой, трудиться, ждать, и скоро все станет как раньше.

Необходимы время и неприступная, нерушимая вера в себя.

К тому же моя «обменка» была напрочь испорчена. Теперь, чтобы избавиться от одного жирного кило, мне требовалось минимум пять дней, а раньше это занимало всего сорок восемь часов.

Был еще один пунктик, который сбивал меня с пути просветления. Как только мне стоило решиться взять себя в руки и озвучить маме, что завтра я сажусь на диету или вообще не ем, так именно в это утро или день ей нужно было:

а) приготовить что-нибудь антидиетическое;

б) купить всяких вкусностей;

в) сбить меня фразочками типа: «будешь есть?», «тебе что-нибудь приготовить?», «не люблю я диеты, глупости придумала», «я там разных штучек вкусных купила».

Это сразу ставило крест на задуманном.

Очередная неудачная попытка закончилась, и я все послала к чертям. Мне надоело мучить себя, надоело париться из-за каждого куска, надоело постоянно сидеть на диетах, зная, что в итоге это ни к чему не приведет.

Я решила не обращать внимания и начать жить как все. Не париться.

Меня хватило на день.

Диеты настолько сильно влились в мою жизнь, что я не могла так просто с ними распрощаться. Ежедневная мысль, что я больше не буду худеть, а, значит не верну свое тощее тело, просто не давала мне покоя, и приходилось начинать все сначала.

Окончательный предел наступил осенью 2011 года. Не знаю, как, не знаю, почему – на весах 60 килограммов.

С 38 до 60. С размера XXS до L. С тощей девушки до жирной коровы.

И только после этого я наконец-то взялась за ум. С той осени мне снова представился шанс взять себя в руки и начать худеть. Только все было по-другому. Теперь я действительно худела для себя.

Постепенно, медленно, без голодовок и без отказа от любимой еды. Я завтракала, обедала и ужинала. У меня был один перекус в виде батончика-мюсли и кружки кофе. В моем рационе всегда были свежие овощи и фрукты. Утром я ела сладкое, а на ужин салат с рыбой или рисом, каждый день старалась проходить минимум 5 километров и никогда не заводила разговоров о том, что снова худею.
У меня получилось.

Послесловие

Все изменилось три года назад. Вся моя жизнь.

Диета разрушила абсолютно все, взяв верх над моей личностью.

Худоба сделала меня счастливой лишь на пять месяцев, а попытки вернуть ее назад украли два года жизни.

Мне потребовалось семьсот двадцать дней, чтобы избавиться от страха выпить стакан сока или купить себе шоколадку без угрызения совести. Семнадцать тысяч двести восемьдесят часов ушло на то, чтобы начать жить прежней жизнью, без диет.

Я жалела о том, что когда-то решила похудеть. Мне хотелось вернуться в 2009 год и никогда не превращать свое здоровое тело в скелет. Помешательство на своей фигуре и худобе не принесло ничего хорошего. Время без диет – прекрасное время, вернуть которое было невероятно сложно.

Сейчас 2012 год, диета отпустила меня из своих заложников. Я снова могу жить. Мой вес 45 килограммов. Мой рост 160 сантиметров.

Избавиться от пятнадцати лишних килограммов было непростой задачей. На это ушло чуть больше шести месяцев, но только в этот раз все было намного мягче, без истерик, психологов и страха, который преследовал меня каждую секунду прошлого похудения.

Прошлый опыт открыл мне несколько важных правил:

1) Не голодать. От этого только хуже. Организм все равно возьмет свое. С ним бесполезно даже пытаться бороться.

2) Не сидеть на жестких диетах и не мучить себя одним яблоком в день. Потом срываешься на все, что попадается на глаза.

3) Позволять себе вкусности в маленьком количестве, когда хочется. Через какой-то отрезок времени их потребление значительно уменьшается, и желание съесть очередную конфету пропадает.

4) Не отказываться от походов на дни рождения, в гости, на шашлыки… Это не жизнь. Это мука.
5) И самое главное! Не говорить себе, глядя в зеркало: «Я толстая», наоборот, нужно хвалить себя за еще один пройденный день и думать, что еще немного усилий – и фигура будет самой прекрасной.

Примечание

Диета ABC

Правила этой диеты очень просты. В течение 50 дней необходимо потреблять определенное количество калорий, распределенных по дням.

Первые два дня лично мне дались прекрасно. На пятые сутки мне, во-первых, надоело считать калории, во-вторых, захотелось есть. Мне сложно оценить эффективность данной диеты, поскольку я не выполняла ее даже на десять процентов.

1: 500 calories (or less)

2: 500 calories (or less)

3: 300 calories

4: 400 calories

5: 100 calories

6: 200 calories

7: 300 calories

8: 400 calories

9: 500 calories

10: fast

11: 150 calories

12: 200 calories

13: 400 calories

14: 350 calories

15: 250 calories

16: 200 calories

17: fast

18: 200 calories

19: 100 calories

20: fast

21: 300 calories

22: 250 calories

23: 200 calories

24 : 150 calories

25: 100 calories

26: 50 calories

27: 100 calories

28: 200 calories

29: 200 calories

30: 300 calories

31: 800

32: fast

33: 250 calories

34: 350 calories

35: 450 calories

36: fast

37: 500 calories

38: 450 calories

39: 400 calories

40: 350 calories

41: 300 calories

42: 250 calories

43: 200 calories

44: 200 calories

45: 250 calories

46: 200 calories

47: 300 calories

48: 200 calories

49: 150 calories
50: fast

Шоколадная диета

Я всегда мечтала есть шоколад и худеть. Эта диета именно для сладкоежек, которые никак не могут побороть свою сладкую слабость. Продолжительность шоколадной диеты семь дней, а ее суть очень проста: на 24 часа полагается только 100 граммов шоколада и больше ничего.

Единственный факт, который меня расстроил – это то, что после двух дней от любимого лакомства стало подташнивать.

Питьевая диета

Суть ее в том, что 30 дней запрещено принимать любую твердую пищу. Разрешается только пить, и не важно, что и в каком количестве. Только одно неприкосновенное «но»! Алкоголь в это разрешенное не входит.

Я была очень удивлена, когда по прошествии 10 дней все еще не сорвалась. В мой рацион входили йогурты, горячий шоколад, бульоны, соки и многое другое, но результата не наблюдалось – ни на весах, ни в зеркале. Даже килограмм отказался распрощаться со мной.

Пришлось отступить.

Диета «двойка»

В этой диете требуется в течение десяти дней съедать по 2 продукта, 200 граммов, 200 миллилитров.

В моем случае количество допустимых продуктов умножилось на два, а количество дней разделилось на 5.

1-й день: 2 больших яблока

2-й день: 2 апельсина

3-й день: 200 г риса (масса готового риса)

4-й день: 200 г сыра (можно плавленый)
5-й день: 200 г творога
6-й день: 2 банана

7-й день: 2 литра воды

8-й день: 200 г йогурта

9-й день: 2 больших огурца
10-й день: 2 литра кефира

Белковая диета

Как и любая другая диета, белковая обязывает отказаться от привычной еды, вредных конфет и чипсов и неделю питаться согласно определенным правилам.

Меня хватило до обеда первого дня.

1-й день

Завтрак: стакан кефира

Обед: 2 яйца вкрутую, 20 г сыра
Ужин: овощной салат
2-й день

Завтрак: стакан кефира

Обед: вареное яйцо и яблоко
Ужин: вареное яйцо
3-й день

Завтрак: чай без сахара

Обед: 150 г творога
Ужин: овощной салат
4-й день

Завтрак: стакан кефира

Обед: яйцо, 8 черносливин или свежих слив
Ужин: яйцо
5-й день

Завтрак: чай без сахара

Обед: 100 г свежей капусты или моркови
Ужин: яйцо
6-й день

Завтрак: кофе без сахара

Обед: 2 яблока или 2 апельсина
Ужин: стакан простокваши или кефира
7-й день

Завтрак: стакан кефира

Обед: 30 г сыра, апельсин или яблоко
Ужин: 2 яйца

Яблочная диета

Яблочная диета оказалась самой терпимой и подходящей для меня. Наверное, потому, что я очень люблю яблоки и потому, что она дает хоть какое-то чувство сытости. Однако это все же диета, и сброшенные килограммы имели честь вернуться назад.

День 1. Яблочный

Минус 1–2 кг

Завтрак: 3 протертых яблока, смешанных с лимонным соком по вкусу. Можно добавить горсть грецких орехов.

Обед: салат из 150 г яблок, 30 г зеленого лука, 20 г петрушки и 1 яйца. Яблоки натирают на крупной терке, а зеленый лук и петрушку мелко нарезают, и все посыпают натертым вареным яйцом.
Ужин: 5 средних яблок.
День 2. Яблочно-рисовый

Минус 1–1,5 кг

Завтрак: 100 г сваренного без соли риса и 3 яблока.

Обед: яблоки с рисом. Яблоки промывают, очищают от кожицы и удаляют сердцевину. Яблоки заливают горячей водой, добавляют лимонный сок и цедру от лимона. Яблоки и цедру варят до мягкости и оставляют до подачи в теплом месте. Отварной рис смешивают с полученным яблочным пюре. Блюдо готово.
Ужин: 100 г сваренного без соли риса.
День 3. Яблочно-творожный

Минус 2 кг

Завтрак: 2 яблока и 0,5 кружки нежирного творога.

Обед: яблоки нарезают тонкой соломкой и кладут в воду, подкисленную лимонным соком. Смешивают нежирный творог с двумя чайными ложками меда и горстью грецких орехов. Пропитанную яблочную соломку добавляют в творожную массу.
Ужин: 150 г нежирного творога.
День 4. Морковно-яблочный

Минус 2 кг

Завтрак: 3 больших потертых моркови и одно тертое яблоко.

Обед: салат из моркови и яблок. Очищенную морковь и яблоки натирают на крупной терке. Добавляют 2 чайные ложки меда, лимонную цедру, все перемешивают и выкладывают в салатницу.
Ужин: 4 запеченных яблока и 1 чайная ложка меда.
День 5. Морковно-свекольный

Минус 2 кг

Завтрак: 2 вареных моркови и 1 вареная свекла.

Обед: 2 яйца, 1 вареная свекла и тарелка овсяной каши.
Ужин: морковь в неограниченном количестве, натертая на терке, с добавлением тростникового сахара или меда.
День 6. Повторить день 1

День 7. Повторить день 2

Дополнительные рекомендации

В течение диеты лучше пить обыкновенную кипяченую воду или минеральную негазированную. Можно позволить себе зеленый чай и травяные отвары без сахара. Соки лучше ограничить, а по возможности не употреблять. Исключить соль, сахар и алкоголь. Если вы курите, попытайтесь ограничить себя в этом на время диеты. Если ощущаете сильный голод, можно перекусить несколькими яблоками.

Рецепты

Глубокое заблуждение заключается в том, что при правильном питании резко сокращается выбор блюд.

Опровергну эти слухи несколькими вкусными рецептами.

1. Шоколадный мусс с тофу.

Ингредиенты (на 6 человек):

300 г горького шоколада;

200 г тофу;

2 яичных белка;

2 пакетика ванильного сахара;

1 ч. л. кунжутных семечек;

1 щепотка соли.

Способ приготовления:

1. Растопить шоколад на водяной бане или в микроволновке.

2. Поместить в чашку, добавить тофу и смешать все в блендере до однородной массы.

3. Взбить яичные белки, предварительно добавив соли, до состояния крепкой пены, добавить ванильный сахар, не переставая взбивать.

4. Соединить с шоколадным тофу.

5. Перемешать и убрать в холодильник на 4 часа.

6. После посыпать кунжутными семечками и подать на стол.

2. Шербет с черникой и лимоном.

Ингредиенты:

500 г черники;

500 мл воды;

110 г фруктозы;

2 ч. л. мелко натертой лимонной цедры;

2 яичных белка.

Способ приготовления:

1. Смешать чернику с водой в кастрюле, довести до кипения и варить 15 минут. В этот момент можно делать махи ногами.

2. Добавить фруктозу по вкусу, помешивать, пока сахар не растворится.

3. Снять с плиты, охладить и добавить цедру.

4. Взбить черничную смесь до однородной массы.

5. Перелить в форму, закрыть и поставить в морозилку до полузамерзания щербета.

6. Взбить массу с яичными белками миксером. Перелить в продолговатую форму и поставить в морозилку до полного замерзания.
3. Творожная запеканка.
Ингредиенты:

500 г обезжиренного творога;

1 яйцо;

фруктоза (по вкусу);

3 яблока;
4–5 столовые ложки овсяных хлопьев.
Способ приготовления:

1. Все смешать в глубокой чашке и взбить блендером.

2. Добавить натертое яблоко и перемешать с готовой массой.

3. Выпекать 40 минут при 180 градусах.
4. Сырно-грибной крем-суп.
Ингредиенты:

плавленый сыр – 180 г;

картофель – 400 г;

шампиньоны вареные – 850 г;

оливковое масло – 20 мл;

вода – 1 л;
молоко 0,5 % – 150 мл.
Способ приготовления:

1. Отварить картофель, очистить, измельчить в блендере до состояния пюре.

2. Влить молоко, снова взбить.

3. 600 граммов шампиньонов измельчить в блендере, добавить к картофелю с молоком, посолить и поперчить по вкусу.

4. В кастрюлю с водой опустить сырки; помешивая, довести до кипения, до растворения сыра.

5. Добавить картофельно-грибную массу и повторно довести до кипения.

6. 200 граммов шампиньонов обжарить на оливковом масле, добавить в готовый суп.
5. Альтернатива пицце
Ингредиенты:

400 г творога (2 %);

50 г твердого сыра;

3 яичных белка;

2 крупных шампиньона;

2 помидора;
зелень, в том числе базилик (можно сушеный).
Способ приготовления:

1. Натереть сыр, смешать с белками и добавить творог. Массу взбить в блендере.

2. На дно формы, смазанной небольшим количеством оливкового масла, выложить порезанные полукольцами помидоры, подсолить, поперчить и посыпать базиликом.

3. Нарезанные пластинами шампиньоны выложить на творожную смесь. Сверху посыпать базиликом, зеленью и поперчить.
4. Запекать в духовке 25–30 минут.

Примечания

1

Экстремальная методика похудения, рассчитанная на неделю. Снижение веса достигается за счет низкой калорийности суточного рациона, в который включены в основном соки без содержания сахара и вода, а также яблоки, творог и вареное мясо.

2

Система питания, основанная на теории доктора Джеймса д’Адамо, согласно которой человеку требуется определенный тип питания, соответствующий его группе крови.

3

Расстройство приёма пищи, характеризующееся преднамеренным снижением веса, вызываемым и/или поддерживаемым самим пациентом, в целях похудения или для профилактики набора лишнего веса. Чаще встречается у девушек. При анорексии наблюдается патологическое желание потери веса, сопровождающееся сильным страхом ожирения. У больного наблюдается искажённое восприятие своей физической формы и присутствует беспокойство об увеличении веса, даже если такого в действительности не наблюдается. URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/Нервная_анорексия

4

См. Примечание

Content

Ковригина Анастасия 38 кг. Жизнь в режиме «0 калорий»

Анастасия Ковригина 38 кг. Жизнь в режиме «0 калорий»

1. Первые мысли

2. Этот ненавистный суп

3. Срыв

4. Физкультура

5. Первый месяц позади

6. Однажды вечером

7. Ненависть

8. 34-й размер

9. Истинный мотив похудения

10. Все сначала

11. Следующий этап

12. Март

13. Цель достигнута

14. Радость

15. Cтрах

16. Бухенвальдский крепыш

17. Психолог

18. Ужасный сахар

19. XXS

20. Санаторий

21. +2

22. Мой день рождения

23. Начало конца

24. Мы едем к бабушке

25. Красноярск – Хабаровск – Владивосток

26. Первое утро

27. Я надеюсь, мы еще встретимся

28. Возвращение

29. Август

30. Cбой

31. Диетолог? Психолог?

32. Лучше застрелиться

33. А

34. «Мы встречались»

35. Диета. Срыв. Диета

Послесловие

Примечание

Диета ABC

Шоколадная диета

Питьевая диета

Диета «двойка»

Белковая диета

Яблочная диета

Дополнительные рекомендации

Рецепты