Гончаров Анатолий

Под колпаком «Дельты».

Исторический детектив.

ПОД КОЛПАКОМ «ДЕЛЬТЫ»

Успей Березовский передать Путину хотя бы часть имевшихся у него материалов о деятельности британских спецслужб, включая пресловутое «дело Литвиненко», остался бы жив. Слишком очевидными выглядели бы мотивы его ликвидации. Возможность у БАБа была. В январе 2013 года он встречался с Жириновским и обсуждал с ним условия своего возвращения в Россию. Местечковая привычка торговаться, выговаривая для себя необязательные преференции, лишила олигарха спасительного контакта с Кремлем. Поезд надежды ушел, Березовский остался.

Отчаянное обращение за помощью к Роману Абрамовичу только ускорило приближение роковой развязки. Расчет на влиятельное посредничество вице-премьера Суркова не оправдался, и покаянное письмо Березовского ушло, как и он сам, в никуда.

На этом интрига не закончилась. Густая тень покойного олигарха пала на вполне лояльного к британским властям Романа Абрамовича как вероятного агента Кремля. Спецслужбы получили указание подготовить полное досье на российского миллиардера на основе уже имеющейся агентурной информации и той, которая должна поступить от «доверительных оперативных контактов».

Информация группировалась по нескольким главным темам: нефтяной бизнес, лекарственный рынок, организация федерации еврейских общин, губернаторство на Чукотке с января 2001 года по июль 2008-го и, как ни странно, развод с Ириной

Маландиной, а также все связанное с этим подозрительным разводом, включая продажу Березовским пакета акций «Сибнефти» Абрамовичу.

По мере поступления донесений, в том числе и от «крота» в ФСБ, интерес британских спецслужб к нефтяному и лекарственному бизнесу Абрамовича иссякал. Федерацию еврейских общин отмели на раннем этапе как не заслуживающую внимания. Остались два ключевых направления: губернаторство и развод.

Все сведения, касавшиеся тех лет жизни и деятельности российского олигарха номер один, поступали в специально созданную в МИ-5 аналитическую структуру «Дельта». В результате открылись страницы весьма насыщенной и противоречивой биографии «миллиардера ниоткуда» Романа Абрамовича, подозреваемого в том, что он и есть невидимая «рука Москвы».

Глубоко копали, однако.

Комментарий к несущественному

Объявленное в 2003 году слияние компаний ЮКОС и «Сибнефть» сильно встревожило Кремль. Было очевидно, что планируемый ввод в состав правления будущего холдинга «ЮКОС-Сибнефть» представителей англо-американского консорциума «Шелл» серьезно затруднит возможность контроля и регулирования деятельности нефтяного гиганта со стороны российского правительства: хороша Маша, да не наша. Зато позиции Британии в российской нефтяной отрасли значительно усилятся.

Кроме того, по мнению экспертов, процесс укрупнения нефтяных компаний свидетельствовал о слиянии так называемого «еврейского капитала» (Авен, Фридман, Ходорковский, Абрамович, Швидлер и др.), что впоследствии могло реально влиять на развитие политической ситуации в России, в том числе и на выборы президента.

Чтобы раз и навсегда исключить угрозу переподчинения российского топливно-энергетического комплекса иностранному капиталу, был предпринят наиболее эффективный, по выражению Владимира Путина, «метод посадок». Первым сел на девять лет с последовавшим довеском в 4,5 года Михаил Ходорковский. Остальные «магнаты», получив «шок в генах», зареклись мечтать о «своей» власти в России.

Узда пленительного счастья

А на Чукотке, где на зиму вялят или квасят в ямах лососину, называемую юколой, где вечная мерзлота надежно хранит нетленную оленину и пурга укрывает до большого солнца сверкающие залежи пустых бутылок - дивный сон континентального бомжа - на Чукотке вскипали внесезонные страсти.

Дело не в «Кристалле» норильского розлива, который самоотверженно потребляли аборигены, после чего славили Большого Ворона, давшего им возможность закусывать не одной юколой - героя современного чукотского эпоса, в равной мере близкого сердцу «берегового» юкагира и «оленного» чукчи, а также тысячам бессердечных фанатов лондонского «Челси».

Нет, не в «Кристалле» дело, и чукчи нынче не славят Большого Ворона. Горюют, однако. Их идол, по слухам с Большой земли, разводится. То ли с женой, что еще пережить можно, то ли с Чукоткой, что уже ни в какую ярангу. Было это в году 2006-м. Понимать надо, какое нахлынуло горе. В Анадыре и его окрестностях Роман Аркадьевич Абрамович являлся не просто губернатором, он был языческим полубогом. Вся Чукотка -его стойбище, все чукчи - его паства, и еще не нашелся тот Юрий Рытхэу, который создаст в его честь новую «Чукотскую сагу». Олово, вольфрам, золото и нефть, кажется, нашлись, а вот отечественного художника слова, способного запечатлеть глянцевый образ олигарха-передвижника, пока не нашлось.

Возможно, причиной тому сам Роман Абрамович, человек не публичный, отчасти застенчивый, замысливший вдруг бегство из собственной биографии. Прежняя жизнь ушла на заслуженный отдых. Выдохся фарт? Не стало куражу? Скандал, однако.

Что чукче хорошо, то ему же потом и плохо. Что Абрамовичу хорошо, то ему хорошо всегда. Вот и непонятно чукчам, откуда пургу погнали: Роман Аркадьевич разводится. Пятеро детей, три виллы, два поместья, один автономный округ под названием Чукотка, роскошный пентхаус в Кенсингтоне, хорошая жена, которая держит в своих руках все движимое и недвижимое имущество, курирует морские и воздушные суда мужа, воспитывает детей и топменеджеров двух десятков компаний и холдингов, помнит наизусть десятки банковских счетов, периодически ходит на матчи «Челси» и летает в Анадырь, никогда ничего не обдумывает, но сообразить успевает - что во всем этом стало нехорошо для Романа?

Может, наоборот - нехорошо стало Ирине Маландиной, которую злорадно просветили касательно 23-летней красавицы-модели Дарьи Жуковой, якобы пленившей застенчивого миллиардера и ради него разорвавшей помолвку с беззастенчивым теннисистом Маратом Сафиным?..

Во всяком случае Ирина наняла самых именитых и дорогих адвокатов Британии, специализирующихся на семейных и бракоразводных процессах. Их прозвища говорят сами за бя: одного зовут Челюсти, это Раймонд Сирс, другого - Мистер Выплата, это Николас Мостин. Оба берутся только за те дела, где на кону стоят миллионы. Оба умеют отнять и поделить искомое между бывшими супругами и адвокатской конторой «Сирс Тут». Оба не имеют понятия о том, что «Отелло» Шекспира - это трагедия обманутого доверия, а не ревности.

Ирина Маландина не ревнива. Давнишние слухи о связи Романа с Татьяной Дьяченко пропускала мимо ушей. Еще когда работала на международных авиалиниях, насмотрелась всякого и относилась к этому всякому философски. С высоты примерно 10 тысяч метров над уровнем житейского моря. В июле 1991 года высмотрела в салоне бизнес-класса невзрачного, улыбчивого душку Абрамовича. По оценке подруг, душка выглядел «зачуханным, непромытым козлом». Таким, видимо, и был он тогда, не имея за душой ни даже миллиона. Владел кооперативом «Уют», продавал кукол, плюшевых мишек и заек, столь же непрезентабельных. Но ведь не воровал же? Не воровал. Более или менее пристойное плутовство не в счет. Существует, правда, и другой ответ: красть было нечего.

«Козлов по осени считают, - сказала подругам Ира Маландина. - Я его отмою, а очухается он уже сам».

Не золотой самородок с чукотского рудника «Майское» разглядела она сквозь плюшевую небритость будущего олигарха, но что-то неординарное увиделось ей, несомненно.

Ему, кстати, тоже было на что посмотреть. Он и смотрел, как завороженный. 8 октября они поженились. Люди, сорвавшись с идеологической цепи, продавали за рубеж все, что имело там какую-то ценность, а Роман с Ириной мечтали о несбыточном. Так им в ту пору казалось, что оно несбыточное, это человеческое счастье среди мнимых прав и свобод, свалившихся на страну с наступлением демократического помрачения.

Тогда же Ирина сказала Роману: «Никогда мои дети не испытают в жизни того, что довелось испытать мне». Он вспомнил свои детство, отрочество, юность и согласился: никогда. И покраснел «удушливой волной, слегка соприкоснувшись», и т. д. В прошлой жизни у них оказалось немало трагических совпадений. Роман родился 24 октября 1966 года в Саратове. Как-то так вышло, что мать, которую тоже звали Ириной, скоро опять оказалась в положении. Не раздумывая, решилась на аборт. Следствием этого безрассудства стало заражение крови и смерть. Было ей всего 28 лет. А в 1969 году нелепо погиб отец Романа.

Он возглавлял отдел снабжения крупного строительного управления. Во время посещения одного из объектов произошел несчастный случай - просто рок какой-то. Ни с того ни с сего обрушилась вдруг стрела башенного крана и размозжила ноги Аркадия Абрамовича. Через несколько дней он умер. Врачи говорили о крайне редком стечении противопоказанных обстоятельств: частички костного мозга закупорили артерии, и все.

Так в возрасте двух с половиной лет Роман стал круглым сиротой. Однако у евреев такого понятия не существует, и вопрос о детском доме у них никогда не рассматривается. Романа усыновил дядя Лейба, тоже начальник снабжения по роду своему, только иного профиля - на предприятии «Ухталес». В тогдашней Коми АССР все вокруг города, включая нерестовые речки Ухта и Чибь, пропахло нефтью. Зато от дяди Лейбы пахло лесом - дело благородное и прибыльное даже по тем временам.

Роман ни в чем не нуждался. Хорошо одевался, у него первого среди сверстников появился магнитофон «Грюндиг», в доме всегда было обилие продуктов, каких не сыскать и в столичных магазинах, о чем Роман узнал только в 1974 году, когда переехал на жительство к другому дяде, Абраму, жившему в Москве на Цветном бульваре. Это произошло после того, как дядю Лейбу посадили - слишком вызывающе пропах круглым лесом и лимбургским сыром.

А в роковом для Романа 1969 году, когда погиб его отец, в Москве приключилась еще более нелепая смерть. Отец Ирины Вячеслав Маландин работал официантом в ресторане «Метелица» на Новом Арбате. По молодости лет и по ресторанному досугу любил иногда крепко поддать после смены и покуражиться. Не злостно, а так - потехи ради. Ночью шли с друзьями мимо какой-то гигантской стройки пятилетки, и Слава вздумал на спор показать свою трезвость - пройти, сохраняя равновесие, по узкой металлической балке, возвышавшейся над котлованом. Он бы прошёл и выиграл пари на очередную бутылку, но в темноте зацепился за армаатурину и улетел с высоты на бетонное основание. «Скорую» ждали минут сорок. Столько же времени понадобилось, чтобы вытащить Славу из котлована. Его увезли в «Склиф», где врачи констатировали чудовищную травму головного мозга и что-то еще, что уже не имело значения. Скончался на четвертые сутки, не приходя в сознание.

Ресторанные чаевые не приносили сколько-нибудь ощутимого достатка в семью. Все необходимое как бы откладывалось на потом - покупка приличной одежды, обуви и прочего, что Слава по пьянке поставил на кон и проиграл, расплатившись жизнью. Первые выходные туфли появились у Ирины только к выпускному балу. А первый раз она поела досыта, когда родная тетя Люся устроила ее бортпроводницей в «Аэрофлот». До

ВИП-рейсов за границу с будущими олигархами она карабкалась уже самостоятельно.

Именно тогда Ирина решила для себя то, что спустя несколько лет высказала Роману - про жизнь детей, которая ни с какой стороны не будет похожа на ее собственную, и он проникся, пообещав, что жизнь выстроит такую, какая не снилась ни дяде Лейбе, которого посадили, ни дяде Абраму, которого посадить не успели, поскольку уже грянул август 1991-го, и все пороки советского общества возвели в категорию достоинств общества демократического.

Комментарий к несущественному

Еще никогда Роман Абрамович не был так близок к провалу, как в сентябре 1999 года. Даже ближе, чем Ходорковский в 2003-м. Из донесения «доверительного оперативного контакта» следовало, что он «приступил к реализации нефти по схеме, апробированной Березовским в структурах «ЛогоВАЗа». Иначе говоря, по указанию президента ОАО «Ноябрьскнефтегаз» Евгения Швидлера, началась реализация воровской программы по максимальному извлечению прибыли в ущерб интересам государства. С этой целью в так называемых «закрытых административно-территориальных образованиях» России были зарегистрированы посреднические фирмы, которым отгружалась продукция и которые вскоре прекращали свое существование, не производя налоговых отчислений в бюджет. В договорах была согласована цена

332 рубля за тонну нефти при средней цене на российском внутреннем рынке 680-700 рублей. Цена, как правило, определялась по формуле «себестоимость плюс один рубль». Все законно.

Объемы отгрузки в адрес фиктивных фирм достигали 90 процентов добываемой нефти, а налоговые отчисления не выходили за рамки арифметической погрешности. Ходорковский подобную практику называл «нулевая рентабельность дочернего предприятия». Для сокрытия объемов добываемого сырья в документах использовался термин «скважинная жидкость». Украденная таким образом нефть уходила за рубеж по рыночным ценам.

Живые деньги Анадыря

В сентябре 1999 года всем в Москве и на Чукотке казалось, что у Абрамовича нет шансов победить на губернаторских выборах. Среди кандидатов были потомственные аборигены. От берегового и зверобойного электората- Игорь Шишкин, от «оленного», кочевого - Александр Киселев. Баллотировался и полномочный представитель черномырдинского блока «Наш дом - Россия» Владимир Бабичев, обладавший мощным административным ресурсом.

И тут в Анадырь прилетел никому здесь не известный совладелец компании «Сибнефть» Роман Абрамович. Побродил по щиколотку в грязи вокруг здания окружной администрации, понаблюдал, как дряхлая «Беларусь» по очереди вытаскивает из топких промоин застрявшие грузовики с бочками соленой кеты, источавшей непереносимый запах, послушал в «Большой яранге», как основной претендент Бабичев обстоятельно перечисляет свои общественные свершения, имевшие быть за отчетный период в районах крайней окоченелости, усмехнулся каким-то своим мыслям и позвонил пилотам, чтобы готовили самолет к вылету в Омск.

На заводе «Омсктрансмаш» Роман Аркадьевич, не торгуясь, закупил двадцать тракторов и запчасти, зафрахтовал у военных транспортный «Ил» и в тот же день отправил груз в Анадырь. Он не считал это подарком городу к выборам - просто деловой вклад в развитие округа. За тракторами последовали из Канады сборные дома, затем оборудование для центральной котельной и несметное количество морозоустойчивой тротуарной плитки.

Проект строительства супермаркета типа московского «Седьмого континента» был у него с собой. От главы местной администрации Александра Назарова требовалось лишь выделить подходящую площадку, турецкие строители ожидались уже через неделю. Еще от Назарова потребовалось ответить на вопрос, не станет ли он возражать, если на противоположном берегу лимана будут установлены вышки с пропеллерами для ветровой электростанции, заказанные Абрамовичем в Германии. Электричества понадобится много, в том числе и для будущего культурно-развлекательного центра, у которого еще не было названия, но все остальное уже готовилось на Большой земле к отправке в Анадырь.

- Как называются эти птицы? - спросил Абрамович, кивнув на галдящую стаю веслоногих бакланов, теснившихся на крыше здания администрации. Ему ответили.

- Вот и хорошо, - сказал Абрамович. - Пусть культурный центр тоже называется «Баклан».

По прошествии короткого времени возник вопрос: куда подевались конкуренты в борьбе за губернаторское кресло, если выборы еще не начинались? А никуда. Бабичев запил и улетел в Москву. Береговые-зверобойные отправились бить зверя, поскольку «Абрамовича» сказал, что через два месяца построит цех и переработка моржовых туш будет производиться на месте. «Оленные» чукчи ушли в чумы обдумывать перспективы своего промысла: поголовье оленей, сказал «Абрамовича», должно за полтора года вырасти втрое. Кто бы возражал.

У Александра Назарова тихо поехала крыша, когда в Анадырь прибыл десант трейдеров «Сибнефти» с целью зарегистрироваться в Чукотском автономном округе. Это означало, что их налоговые отчисления составят минимум 60 процентов бюджета округа. Остальное, сказал «Абрамовича», он будет восполнять своими деньгами, причем живыми, а федеральные субсидии следует направить на повышение зарплаты трудящемуся люду, на строительство приличного кинотеатра и телевизионной вышки, способной принимать из Омска сигнал московских телеканалов и столичного радио.

Зачуханный Анадырь преображался на глазах. Абрамович стал губернатором и полубогом. Через два с небольшим года жутко расстроился местный бомж из бывших «оленных», пропившийся в хлам Николай без фамилии, которой он, кажется, уже и не помнил: «И захотел бы в луже поваляться, а негде стало -тротуары, асфальт. Когда это видано было? Жили себе, как все, в сараях, а теперь у входа в дом унты снимают, малицы скидывают. Забыли, что мы, «оленные», никогда не раздевались. А бутылки по берегам залива куда подевались? Неужто тарный пункт в Марково открыли? Совсем с ума посходили. Хотя и вряд ли, чтоб тарный пункт... »

Бомж Николай был прав в своих сомнениях касательно тарного пункта. Возить бутылки на Большую землю - золотыми они обернутся для бюджета. Просто Абрамович распорядился переплавить вековые залежи стеклобоя и употребить для фактурной отделки интерьера культурного центра «Баклан». Но это все такие мелочи, о которых не стоит говорить. Не мелочью для Чукотки стал проект развития золотодобычи на рудниках «Майское» и «Купол», заброшенныхс 1991 года. Ради чукотского золота новый глава Росатома, более-менее успешный воришка Сергей Кириенко согласился несколько лет повременить с закрытием Билибинской АЭС. Энергии ветряков уже не могло хватить на новые дома, школы, детсады - точь-в-точь такие же, как на соседней Аляске. Полпред президента Искаков не поверил, что такие же - ведь на Аляске дольше века развивают инфраструктуру, а здесь только с приходом губернатора Абрамовича затеплилась жизнь. Какие могут быть сравнения?

Могут. И даже не всегда в пользу безнадежно дотационной Аляски. Абрамович не стал ничего доказывать. Посадил полпреда в свой «Боинг-767», отделанный внутри красным и ореховым деревом с чукотским золотом, и взял курс на Аляску: смотри, Камиль, сравнивай, где лучше, где хуже. Искаков сравнил и сказал после экскурсии: «Если бы мне предложили переселиться на Дальний Восток, я бы выбрал местом жительства Чукотку». Роман от таких слов расчувствовался, и они крепко приняли на грудь за процветание чукчи, который ждал рассвета в чуме с центральным отоплением и европейскими стеклопакетами.

Наутро Абрамович улетел в Хабаровск, оттуда полет продлился на Москву, а затем на Барселону, где «Челси» встречалась в ответном кубковом матче с «Барсой» и где он впервые увидел Дашу Жукову, представленную ему невестой Марата Сафина.

Ну, если бы знакомство произошло где-нибудь на турнире «Большого шлема», он бы поверил в случайность, но прилететь ради футбола из Австралии в Барселону, совсем не интересуясь тем, что происходит на поле, означало, что теория вероятностей стала практикой неожиданностей, о чем непременно известят Ирину, и яхта «Пелорус» с родными детьми на борту уже завтра ошвартуется в порту Барселоны. И практика супружеских неожиданностей живо напомнит Роману, что он хоть и глянцевый, но все еще неотмытый. Обидно, однако.

Все эпохи в России смутные. Горбачев рвался к президентскому креслу под лозунгом «Больше демократии - больше социализма!». Получив желаемое, разрушил и социализм, и демократию. А заодно и державу.

Ельцин домогался президентства под пьяным девизом «Вся власть - Советам!». Дорвавшись до власти, расстрелял Верховный Совет из танков.

Путина приведи во власть олигархи. Неприметного, не рвавшегося наверх человека возвели на вершину кремлевской властной пирамиды и строго наказали: делать будешь только то, что мы тебе скажем.

«Семья» нашла зиц-гредоедатега Фунта, коему надлежало имитировать царствование, но не мешать ей править и дальше. Прежде всех дел он обязан был подписать указ о том, что Ельцин освобождается от правовой ответственности за любые совершенные им преступления. Если бы Путин не дал такой гарантии, президентом стал бы другой неприметный человек. Который бы дал индульгенцию.

Затем началось очевидное и невероятное. Мир олигархов обомлел и в одночасье ощутил большое тяготение к поэзии Некрасова: «Плакала Саша, как лес вырубали...»

Лес не вырубали, но щепки летели в разные стороны. Дрожащим ногам Гусинского позволили унести уцелевшую голову в Израиль. Пригласив предварительно «посидеть на дорожку» в Бутырке. Он посидел. И зарекся назначать президентов. Березовский, утратив инстинкт самосохранения, злобно шипел в рторону Боровицких ворот: «Я тебя сюда посадил, я тебя отсюда и выкину». Очень скоро сам бежал в Лондон, теряя по дороге зубы, волосы и иллюзии.

Где сегодня обретается несо-стоявшийся премьер Ходорковский, известно всем. Мало кто знает, что раньше него мог загреметь на кичу Абрамович, ибо занимался ровно тем же, за что Ходор получил свои 13,5 лет. Но Роман оказался прозорливым «впередсмотрящим» и стал английским губернатором Чукотки. Аборигены крепко полюбили главного своего оленевода. Было за что.

Но отнюдь не пламенная любовь зверобойного электората обеспечила ему неприкосновенность. Агенты секретного подразделения «Дельта», созданного под крышей британской контрразведки, установили, что лет шесть или семь назад Абрамович внес 203 миллиона долларов в фонд строительства роскошного дворца - резиденции Путина близ Геленджика, в окрестностях приморского поселка Прасковеевка.

Сейчас там завершается отделка интерьеров. Местных жителей не могут обмануть лукавые таблички: «Детский спортивно-оздоровительный лагерь круглогодичного действия». У них свой здоровый взгляд на дворец: «Замечательный мужик к нам приедет в Геленджик!»

Комментарий к несущественному

«Сибнефть» была создана в 1995 году на базе Омского нефтеперерабатывающего завода и нефтедобывающего предприятия «Ноябрьскнефтегаз». Образовался двойной источник доходов. Ключевую роль в создании «Сибнефти» сыграл Березовский, имевший тесные связи в администрации президента Ельцина.

По донесениям агентов «Дельты», вся работа частной компании являла собой бесконечную цепь экономических преступлений, но ее совладельцев тучи обошли стороной. Хищническая схема, по которой работала компания Березовского и Абрамовича, легла в основу тяжкого приговора Ходорковскому, однако вовсе не потому, что именно он разработал эту схему.

А Роман Абрамович с легкой душой приобрел за 140 миллионов фунтов британский футбольный клуб «Челси». В октябре 2005-го, накануне развода с Ириной Маландиной, продал свой пакет акций «Сибнефти» компании Газпром за 13,1 миллиарда долларов.

Березовский в Лондоне почувствовал себя обворованным. Принадлежавший ему пакет акций он еще раньше продал Абрамовичу. Как выяснилось, на 5,5 миллиарда долларов ниже реальной стоимости. Спешил. Боялся, что не сегодня завтра за ним придут архангелы с недоброй вестью.

Выкатить предъяву бывшему партнеру не спешил, но высказался в его адрес вполне определенно: «Покупка «Челси» - это вторая ошибка Абрамовича. Первой было знакомство со мной».

Третья ошибка Абрамовича

Отголосок странной реплики, прозвучавшей летом 2006 года в кулуарах Кремля, заставил насторожиться Романа Абрамовича, но ясности в том, что его ожидает, не возникло. Реплика была такая: «Половину «Сибнефти» мы отыграли легко, со второй половиной будет посложнее».

Половину «Сибнефти» никто у Абрамовича не отыгрывал. Он сам согласился участвовать в комбинации с огромным, в 5,5 миллиарда долларов, откатом в пользу Газпрома. Кому-то нужно было объявить на весь мир, что ведомство Миллера выкупило нефтяную компанию за фантастическую сумму, а про 5,5 миллиарда, возвращенных Абрамовичем через цепочку офшоров, знали всего несколько человек, включая президента Путина.

Теперь, судя по всему, готовился крутой наезд с целью «отыграть» еще пять-шесть миллиардов или сколько получится, о чем Путина в известность наверняка не ставили. Развязка интриги должна наступить к середине 2006 года, когда президентом станет Медведев, ненавидящий Абрамовича примерно так же, как Путин презирает Березовского.

Несправедливо? Подловато? Как сказать. И как судить, если вспомнить события 17-летней давности? Сколь бы ни казался гениальным план Абрамовича по завладению «Сибнефтью», созданной указом Ельцина для финансовой подпитки ОРТ, как бы ни нахваливал Березовский своего молодого подельника за «выдающийся талант в сфере денежного обращения», это был план хищнического захвата того, что даже малой своей частью не могло им принадлежать. Зато в «бизнес-план» входил весь рыночный джентльменский набор: угрозы, шантаж, подкуп, аресты несговорчивых и убийство неуступчивых. Последнее Абрамович одобрял, но не поддерживал.

Генеральный директор Омского нефтеперерабатывающего завода Иван Лицкевич яростнее и дольше других сопротивлялся поглощению НПЗ «Сибнефтью» и потому пропал без вести по дороге на работу 19 августа 1995 года. Тело его выловили в Иртыше спустя несколько дней. И объявили интересующимся: сердечная недостаточность. Он, видите ли, купаться полез в одежде, вот сердце и не выдержало. Березовский с Абрамовичем стали единоличными владельцами нефтяной компании, за которую уплатили 100 миллионов долларов, взятых в кредит у Газпрома безвозвратно, что являлось составной частью аферы, которая еще аукнется Абрамовичу.

И ведь могли вернуть кредит, не усугубляя уголовщины, потому что очень скоро Березовский продал восьмую часть принадлежащих ему акций «Сибнефти» за 500 тысяч долларов. Но он даже не помышлял о возврате: что с воза Газпрома упало, то пропало у Березовского на офшорных счетах. Имеет право, поскольку право - это возведенная в закон воля господствующего либерального класса.

А Роман Абрамович мудро выжидал, когда наступит его день и пробьет его час. Десять лет выжидал, плюсуя дивиденды от торговли нефтью, не им добываемой, пока не скопил на своих счетах семь или восемь миллиардов долларов. Вот тогда и состоялась широко разрекламированная продажа «Сибнефти», целиком принадлежавшей только ему, так как напуганный Генпрокуратурой Березовский поспешил продать свою долю Роману.

Все это предыстория, а во что выльется сама история, можно предугадать, если знать, чья это реплика по поводу второй половины «Сибнефти». Если бы она исходила от заместителя главы администрации президента Игоря Сечина, то не стоила бы особого внимания. Но это был не Сечин. Нужные люди подсказали: агрессивная реплика принадлежит другому замглавы администрации - Владиславу Суркову.

Абрамович искренне недоумевал: при чем здесь Сурков? Его дело - идеология, политические интриги, депутаты Госдумы, все эти отвязные «Наши», «Идущие вместе», «Лежащие рядом»... С какой стати он сует свой чеченский нос в дела столь от него далекие? Роман не знал о словах «серого кардинала», произнесенных в другом месте и в другое время:

«История с Ходорковским сидит в моем сердце занозой. Скоро будут две такие занозы, потому что следующим за Ходором пойдет Абрамович».

Роман не знал и не догадывался, что своей угрожающей репликой про вторую половину денег от Газпрома, которая прозвучала в присутствии сотрудников кремлевской администрации, Сурков пытался предупредить его о предстоящем наезде силовиков с целью «отыграть» еще пять-шесть миллиардов.

Не догадался, но струхнул отчаянно. Посещая Анадырь, улетал ночевать в Анкоридж на соседней Аляске. Опасался не зря. Если бы не Путин, Абрамовича арестовали бы еще раньше Ходорковского по обвинению в сотрудничестве со спецслужбами США. Довеском послужила бы статья о превышении служебных полномочий. Что было истинной правдой. Полномочия он превысил.

Комментарий к несущественному

По сообщению агента «Лозы», она сопровождала губернатора ЧАО Романа Абрамовича в поездке на Канарские острова, где на него вышли неустановленные сотрудники ЦРУ. Состоялась довольно продолжительная беседа, в которой «Лоза» участвовать не могла. О содержании переговоров можно судить лишь косвенно. Американская сторона, предъявив Абрамовичу некие аргументы, добилась его разрешения на заход в территориальные воды Чукотского АО военного разведывательного корабля. На днях такой заход состоялся. Цель его установить «Лозе» не удалось.

Челюсти против Чебурашки

Полтора года, минувшие со дня знакомства с Дашей Жуковой, вплоть до сентября 2006-го, деловые и футбольные поездки Романа удивительным образом совпадали со светскими вояжами блистательной тусовщицы, участвовавшей в презентациях на дорогих европейских курортах новой модели джинсов класса люкс. Не по его инициативе срастались романтические маршруты, продолжаясь зачастую морскими круизами на 70-метровой яхте «Ля Гранд Блу». Но и по его тоже, несомненно, иначе бы он ходил на другой яхте и по другим широтам.

Если знаменитая «Пелорус», на которой Ирина с детьми бездеятельно и равнодушно бороздила просторы Средиземного моря, была снабжена миниатюрной подводной лодкой, абсолютно ненужной ей в процессе приготовления утренней овсянки, то на борту «Гранд Блу» имелся комфортабельный вертолет. Очень удобно для организации нечаянных рандеву с юной фотомоделью: «Выхожу один я на дорогу, возвращаюсь тоже не вдвоем...» А что или кто там случился в промежутке между начальным и конечным пунктами маршрута, папарацци знать не дано.

И все же на Сардинии, где море синее, их засекли. И не единожды. Тамошнему российскому бомонду показалось даже, что Абрамович и сам не прочь был засветиться в обществе прелестной разлучницы. Специалисты по куртуазному маневрированию решили, что Роман пошел вабанк, провоцируя Ирину на ответные шаги. Кажется, они были правы. Один из таких шагов состоялся в направлении бракоразводной адвокатской конторы «Сирс Тут». Ее глава Раймонд Сирс обнажил свои хищные челюсти, а Николас Мостин, он же Мистер Выплата, принялся начерно делить состояние ответчика. В этой конторе все делят, в резуль-тате чего часть делимого исчезает бесследно. Адвокаты пришли к выводу, что Ирина Маландина имеет все шансы отсудить 5,5 миллиарда долларов, не считая половинной доли совместно нажитого движимого и недвижимого имущества.

Ирина усмехнулась странному совпадению названной суммы с той, что Роман по-тихому откатил Газпрому. Сирсу представлялось, что леди с пятью малолетними детьми и без всякой надежды на новую жизнь с каким-нибудь принцем из бывшей Коми АССР следовало бы выглядеть немножко по-другому - отрешенной, печальной, слегка заплаканной. Не знал британский адвокат советских стюардесс, умевших ловить элитную дичь на легкое перышко, каковое затем неминуемо оборачивалось железной уздой пленительного счастья.

Сире поинтересовался для начала, все ли хорошо было у них на протяжении столь долгих лет супружеской жизни. «Мы хорошо жили, - ответила леди, - но и плохо тоже. К делу не относится!»

- А что относится? - спросил улыбающийся Сире.

- Десять миллиардов долларов! - отчеканила бывшая стюардесса. - Но я ничего не собираюсь доказывать в суде.

- Разумеется, миссис Ирина. Это теперь наша забота. Мы берем десять процентов от суммы иска, - Сирс просиял кукурузной улыбкой. - Всего десять процентов.

Напрасно он просиял. Ирина хладнокровно и жестко

вернула адвоката на грешную землю.

- Без меня вы никогда не доберетесь до ценных бумаг моего мужа. И его депозитов. Поэтому умерьте ваш аппетит, мистер Челюсти. Два процента и ни фунта больше!..

Таблоиды в Лондоне раскрутили сенсацию: в начале

октября грядет самый дорогой развод в истории Британии. А в Москве уже полгода назад знали, что Ирина Маландина разводится с Абрамовичем. Откуда звон? Неизвестный позвонил из Лондона дяде Ирины, про которого та никогда не вспоминала, и сообщил новость. Дяде она была до лампочки, эта новость, однако волна пошла в нужном направлении и кого-то в Кремле заставила дергаться. Вот тогда и прозвучала реплика про сложности со второй половиной платы за «Сибнефть».

Что же до салонной звездочки, то ее очень аккуратно подвели к Абрамовичу интеллигентные люди из российских спецслужб, чтобы постепенно сменить окружение миллиардера и в определенный момент предъявить ему счет за убийственные подробности из досье по «Сибнефти», подкрепив его фактом незаконного вторжения американского разведывательного корабля в территориальные воды России,

санкционированное губернатором ЧАО, не имевшим на то никаких полномочий и прав.

Расчет был на то, что Абрамович не захочет скандала, закрывающего ему путь в высшее общество, и заплатит по старым счетам. Нет - тем хуже для него. Это будет третья ошибка олигарха, за которой маячит все та же тень Березовского. Борис Абрамович хорошо знал, что покупка «Челси» была для Романа всего лишь очередной ступенькой, ведущей в королевскую резиденцию Виндзоров. Их осталось гораздо меньше, чем он уже преодолел, оказывая приватные услуги принцу Чарльзу и его сыновьям. Королевские это были услуги.

Про Дашу Жукову Ирина знала все. Почти все. И сыграла на опережение, не позволив нехорошим событиям вызревать до 2008 года, когда в Кремле не станет Путина. Придумала ход с формальным разводом и фиктивным разделом имущества «по обоюдному согласию», то есть без суда. Она сказала: «За тобой останется твоя «Челси», за мной - все остальное, и эта моделька исчезнет в тот же день, как только узнает, что ты стал ненамного богаче анадырского бомжа. Это называется временное бегство из биографии. Рубишь фишку, Чебурашка?»

Чебурашка срубил фишку. Но это была все та же узда пленительного счастья: что Абрамовичу хорошо, то ему же потом и плохо. Ошибка, однако. Хотя роза ветров и поменялась. Не исключено, что стараниями первого заместителя главы президентской администрации Владислава Суркова, с недобрыми предчувствиями ожидавшего прихода в Кремль Дмитрия Медведева: «Ты запел бы иначе, когда вдруг обнаружил - пепел над головой и огонь под ногами. Ты сбежал бы из дома, чтобы спрятаться лучше - захлебнуться не здесь и не теми слезами. И пропасть по-другому... »

Можно подумать, что это он о Медведеве. Нет, это он о себе. Слишком много масок у него стало. Он запутался в них и часто надевал неправильные. Путину было ясно одно: его кремлевский «сатрап» забил на работу. Избавленные от жесткого контроля министры бла-годушно бездельничали, не очень умело имитируя кипучую деятельность, и 7 мая 2013 года

несвежая коллизия разрешилась отставкой вице-премьера и руководителя аппарата правительства Владислава Суркова.

Примерно в эти же дни в Лондоне состоялся суд по делу Литвиненко. Судья Роберт Оуэн категорически отказался рассматривать версию Скотленд-Ярда о причастности спецслужб России к гибели бывшего помощника Березовского. Семь лет легендарный Скотленд-Ярд морочил мировую общественность, утверждая, что Литвиненко убили агенты ФСБ Луговой и Ковтун, но в деле не имелось даже намека на доказательную базу - одни предположения. Лондонская полиция оказалась, выражаясь по-гречески, в глубоком афедроне. Выразиться по-русски будет неприлично.

Все закономерно. Там, где начинается грязная политика, кончается благородное дело Шерлока Холмса и миссис Марпл. Дело зависло и, кажется, навсегда. Кого обвинять? Березовского? Упаси Господь. Всплывет такое, что впору будет распустить контрразведку, а вместе с нею и Скотленд-Ярд. И чего ради копаться в прошлом Романа Абрамовича, если в России его не намерены судить за настоящее?

Время большого хаоса

После гибели Березовского Роман Абрамович поостерегся наезжать в Москву, где уже стали сажать стрелочников. И очень внимательно наблюдал с английского берега за текущими там событиями. Когда на совещании с министрами Путин неожиданно заявил, что запускает новый механизм управления экономикой, который низводит роль правительства до уровня технического исполнительного органа, означавшую, что глава государства будет де-факто совмещать посты президента и премьера, Абрамович решил, что Медведев подаст в отставку. И ошибся. Премьер проглотил горькую пилюлю, не поперхнувшись. В отставку подал Владислав Сурков, гений аппаратных интриг и верховный партстроитель. Он провалил дело. Не его оно было.

Год назад правительству дано 218 поручений президента, из которых 151 должно быть исполнено в 2012-2013 годах, остальные - в последующие семь лет. Не сделано ровно ничего. Что не помешало министрам зачитывать отчеты о проделанной работе, не отклоняясь от заготовленных текстов. Видя такую стыдобу, Сурков едва не скомкал текст своего доклада.

Да, он провалил дело. Назначили «смотрящим» за Медведевым и его кабинетом, а смотрел он совсем в другую сторону. Инноград «Сколково» стал его новой любимой игрушкой. В отличие от сомнительного удовольствия руководить правительственной комиссией по текущему исполнению президентских указов от мая 2012 года - со всеми вытекающими из них рыдающими жилкомхозами, жалкими фельдшерскими зарплатами, ветхим жильем и вороватой неповоротливостью региональных властей.

Накануне выхода указа президента «О Суркове В. Ю.» Путин встретился с ним тет-а-тет. Разговор пошел о вертикали власти, которую сам Сурков выстраивал около десяти лет. Отпустив фирменную усмешку «серого кардинала», он иронично сказал, что с точки зрения формальной дисциплины правительство работает безупречно. И уточнил язвительно: «С точки зрения своевременности подачи отчетных докладов».

Путин промолчал. А Сурков принялся развивать мысль о том, что надо с уважением относиться ко второму закону

термодинамики: «В вульгарном изложении этот закон гласит: в замкнутых системах неизбежно нарастает беспорядок. Вертикаль власти реагирует на сбои в управлении стремлением стать еще вертикальнее, еще проще, примитивнее. Это ошибочный метод Он ведет к еще большей замкнутости и, как следствие, к еще большему хаосу, преодолеть который будет уже невозможно».

Сурков фактически отвергал решение Путина единолично управлять всей разболтавшейся вертикалью власти, подкручивая гайки в ручном режиме. Выслушав мотивы, сподвигшие многолетнего соратника «сойти с галеры», президент Путин тихо и грустно сказал:

- Заигрался ты, Слава, в инновации, а со сколковских денег вся Болотная кормится...

Content

Гончаров Анатолий
Под колпаком «Дельты».

ПОД КОЛПАКОМ «ДЕЛЬТЫ»

Комментарий к несущественному

Узда пленительного счастья

Комментарий к несущественному

Живые деньги Анадыря

Комментарий к несущественному

Третья ошибка Абрамовича

Комментарий к несущественному

Челюсти против Чебурашки

Время большого хаоса