МамаЛена

В одну реку

Название: В одну реку

Автор: МамаЛена

Бета: нет

Рейтинг: НЦ-17

Пейринг: СС/ЛМ

Тип: слэш

Жанр: агнст, романс

Размер: макси

Статус: закончен

Отказ: есть отказ.

Аннотация: сиквел к фику Да, мой лорд, нет, мой Лорд

Предупреждение: ООС, АУ

* * *

1 глава

- Слизерин!

Крик Шляпы заставил лорда Малфоя вздрогнуть и очнуться. Улыбнувшись сияющему сыну, он выпрямился и ответил на поздравление сидящего рядом Флитвика:

- Благодарю, но у меня не было ни малейших сомнений.

Изо всех сил стараясь не глядеть вправо, где за директором сидел теперь уже декан Драко, Люциус неслышно вздохнул: как давно… И все еще больно…

Лорд Малфой несколько лет не был в Хогвардсе, под любым предлогом отказываясь от инспекционных поездок, и, если бы не Драко, не поехал бы и сейчас. Он знал и не любил собственные слабости, и старался держаться от них подальше.

- Гарри Поттер.

На ступеньки поднялся щуплый перепуганный мальчишка, удивленные глаза которого казались еще больше от старомодных очков. Так вот ты какой, Спаситель магического мира в целом и одного сиятельного лорда в частности…

- Гриффиндор!

Кто бы сомневался. Малфой все же взглянул на Снейпа. Тот казался абсолютно спокойным, однако, взгляд, которым он провожал мальчишку не обманул Люциуса… Мечта. Снейп почувствовал, что на него смотрят и ответил вызывающим взглядом. Малфой надменно отвернулся. Снова…

Директор встал, готовясь произнести традиционную речь, и Люциус опять отвлекся.

* * *

Тогда, одиннадцать лет назад им казалось, что теперь-то все в порядке. Лорд исчез, суды и разбирательства позади, а впереди - мирная и спокойная жизнь. Долгожданный отдых, который оба они заслужили. Вернулась Нарцисса, Снейп приходил почти каждый вечер, и они наслаждались покоем, но прошлое не давало забыть о себе: то тут, то там арестовывали бывших соратников, и Снейпа с Малфоем снова вызывали на допросы и очные ставки. Мелочь сдавалась быстро и сдавала всех, кого могла, Ближний круг молчал. Ни Кребб, ни Гойл, ни братья Лейстренжи не назвали ни одного имени. Люциус знал это, потому что тратил огромные деньги на взятки секретарю суда, и вместе со Снейпом читал все протоколы допросов. Макнейр топил Люциуса упорно и методично, пытаясь убедить следователей, что постоянный любовник Лорда не мог не знать о его делах и во всем помогал пропавшему вождю. Допрошенные Руквуд и Лейстрейнжи спасали его, перечисляя аврорам, сколько раз Малфой был почти убит и чудом выжил, а, когда почти невменяемый Барти заявил, что он был единственным и любимым, тут же подтвердили это. Снейпа, по счастью, больше не пытались обвинять, удовольствовавшись версией о том, что он варил Лорду целебные зелья.

Как близкий родственник, Люциус сопровождал Нарциссу в Азкабан, на свидание с сестрой. Войдя в камеру, он остановился на пороге: на нарах, в серой арестантской мантии, сидела незнакомая женщина с остановившимся пустым взглядом. Постаревшая, бледная, не живая. Огонь, всегда горевший в Белл, угас, оставив в глазах и душе неукротимой леди Блэк лишь пепел.

Нарцисса всхлипнула и кинулась к сестре. Та позволила обнять себя и криво, через силу, улыбнулась.

- Нарси. Как Драко?

- Все хорошо… Белла, но почему?..

Малфой тоже задавал себе этот вопрос. Нет, он понимал, что заставило Беллу мстить, и извинял ее, но почему после этого она не скрылась? Он первым бы помог ей исчезнуть в любом направлении, но леди предпочла вернуться в разоренный аврорами дом и ждать ареста вместе с не оставившим ее мужем. Теперь Руди сидел в камере напротив, и проходя мимо, Люциус услышал, как за дверью насвистывают веселую песенку.

- Беллатрикс.

- Люциус?

Белла оскалилась, оттолкнув сестру, и Малфой испугался, видя как изменилось ее лицо.

- Наш сиятельный лорд! Какая честь! Вижу, ты уже вполне оправился? Или просто застелил коврами весь Менор?

- Белла…

- Уходи, Люциус! Уходи, пока я тебя не прокляла!

- Белла, мне жаль…

- Мне тоже жаль, мой скользкий братик. Но твоя удачливость вызывает желание тебя убить. Впрочем, твой зельевар прекрасно с этим справится, дай ему срок.

Люциус с болью смотрел на беснующуюся женщину.

- Прости, Белл.

Он открыл дверь и услышал тихое:

- Живи, братик.

Не оборачиваясь, Люциус покинул камеру и плотно прикрыл дверь.

* * *

Пир закончился, все встали, Драко подбежал к нему, чтобы попрощаться.

- До свидания, папа!

Глаза сына сияли от счастья.

- Удачи, Драко. Пиши.

Кивнув, сын нырнул в толпу учеников; Люциус провожал глазами белую макушку, когда услышал за спиной:

- Поздравляю, ваша светлость.

Медленно обернувшись, Малфой ответил:

- Благодарю. Позвольте поздравить и вас: декан Дома в вашем возрасте - это прекрасная карьера.

Снейп чуть поклонился в ответ.

- Надеюсь, вы будете справедливы к своим ученикам? - проговорил Люциус и тут же пожалел об этом: новый декан опасно прищурился и протянул:

- У меня нет любимчиков.

- Рад это слышать.

Не то, чтобы Люциус всерьез опасался, что Снейп станет мстить ему, придираясь к сыну, но все же…

- В этом году у нас на факультете много знакомых фамилий, - заметил Снейп, - Кребб и Гойл, например.

- И Поттер. - немедленно отомстил Люциус.

- И Поттер. - задумчиво согласился Снейп. - Прошу меня извинить: я должен идти.

- Прощайте, профессор Снейп.

- Прощайте, ваша светлость.

Люциус развернулся и быстро пошел к выходу. «Ваша светлость»… Ну, сколько еще должно пройти лет? Выходя, он оглянулся: Снейп смотрел ему вслед спокойно и равнодушно. «Напьюсь, - отстраненно подумал Люциус, - жаль, не поможет»…

На рождественских каникулах Драко без умолку рассказывал о школе, описывая замок, гостиную, учителей и учеников, постоянно поминал «очкастого уродца» и с особенным восторгом описывал декана Дома Слизерин. Люциус улыбался, кивал и старательно отводил взгляд от тревожных глаз Нарциссы.

- Папа, ты не спишь?

Драко стоял у дверей гостиной, не решаясь войти.

- Нет, Драко.

- Почему?

Люциус отпил глоток вина.

- Вспомнил школу, детство… - почти правдиво ответил он. - Не спится.

- Извини.

- Ничего, сынок. - Люциус усадил сына на колени и укутал его ноги полой мантии. - Скажи, ваш декан, как он относится к тебе?

- Нормально. Как ко всем слизеринцам… Правда, грифы обзывают меня любимчиком.

- Любимчиком? - Люциус заинтересованно посмотрел на сына. - Почему же?

- Не знаю. Он всех своих защищает. Может быть, потому, что он хвалит меня на зельях?

- Хвалит на зельях? Это действительно ценно: Снейп - гениальный зельевар, и никого не хвалит даром. Старайся.

- Я стараюсь, папа… Скажи, вы с деканом - враги?

Люциус едва не подавился вином.

- Почему ты так решил?

- Когда я рассказывал о нем, у тебя стало странное лицо… Да и мама беспокоилась.

- Нет, Драко, мы не враги. Ты можешь ему доверять… Я надеюсь. Ну, отправляйся в постель.

- Доброй ночи, папа.

- Доброй ночи.

Доброй ночи… Люциус знал, что не уснет, а принимать зелья не хотелось: зелье сна без сновидений странно действовало на него: сны оставались, невнятные и отрывочные, а вот проснуться не получалось. Наверное, Снейп мог бы сварить что-нибудь, подходящее, но Снейпа не было…

* * *

Одно время Люциус пытался забыться, отправляясь в элитное заведение, где предоставлялись любые услуги, которые можно было купить за деньги, но это не приносило успокоения. Покорные и умелые мальчики, девочки, блондины, брюнеты - все были на одно лицо, все казались ему пресными и почти не возбуждали. От тоски и неудовлетворенности, Люциус становился жестоким, не считая денег, платил за ущерб и снова чувствовал пустоту. Однажды новый мальчик показался ему интересным: он не прятал глаз, разговаривал дерзко, называя его «мой лорд», и Люциус почувствовал надежду, но тем сильнее было разочарование: в постели партнер растерял всю свою привлекательность, превратившись в бездушного, и не слишком умелого профессионала. Тогда Люциусу пришлось заплатить большие деньги, чтобы замять неприятную историю: мстя за свое разочарование, он избил мальчишку так, что того пришлось отправлять в Мунго, но не это было самым ужасным: Люциус испугался, почувствовав, наконец, то удовлетворение и наслаждение чужой болью, о которых твердил ему Лорд.

Прекратив эксперименты, Малфой больше не появлялся в борделе: он попробовал достаточно, чтобы понять: то, что не Снейп - его не привлекает. Теперь дважды в месяц лорд посещал неприметную квартирку в маггловском районе Лондона и, уходя, оставлял на тумбочке в коридоре некоторую сумму маггловских денег. Хозяина квартиры устраивал подобный обмен, и он даже не пытался узнать имя своего гостя.

* * *

Год казался слишком длинным. Без Драко в Меноре было тихо и скучно. Вечерами в гостиной Люциус наблюдал счастливую жену, старающуюся не слишком сиять и любоваться своим целителем в присутствии мужа. Люциус ощущал пустоту. Иногда возникала злобная мысль явиться в спальню к леди Малфой и предъявить свои права, но Люциус сдерживался, видя, с какой нежностью и тревогой Нарси провожает его взглядом. Пока сдерживался. Он не хотел причинять боли жене, но под рукой всегда были эльфы. Домовики боялись хозяина: он не стеснялся пнуть, ударить тростью, подвернувшегося эльфа, уже почти не чувствуя раскаяния: если плохо сиятельному лорду - пусть будет плохо и всем остальным.

Вернувшийся сын немного исправил ему настроение. Драко любил отца, и Люциус старался вести себя так, чтобы не потерять его доверие и уважение. Они снова изображали счастливую семью, и Люциус почти верил в это, до тех пор, пока сын не уходил спать, а супруга, поцеловав лорда в лоб, не исчезала за дверью спальни, совмещенной с комнатами семейного целителя. Драко повзрослел, и, рассказывая о школе, аккуратно обходил теперь две темы: про «очкарика» и декана Люциус больше от него не слышал. А на следующий год…

А на следующий год Люциус сделал феерическую глупость. Министерство все не успокаивалось, регулярно проводя обыски у оставшихся на свободе Пожирателей. Попутно авроры утаскивали все, что имело несчастье им приглянуться, поэтому Малфой давно не держал в доме ничего, сколько-нибудь ценного. Даже в тайниках Менора хранились только безделушки, спрятанные там, чтобы порадовать авроров, если те до них доберутся. В конце лета обыски в Меноре следовали один за другим, и Люциусу это стало надоедать. Подняв старые связи, он узнал, что это дело рук дальнего родственничка. Уизли считались предателями крови, были исключены из фамильного древа и лишены прав наследования, однако Уизли-старший занимая мелкую должность в министерстве, имел возможность вредить Малфоям, и активно этой возможностью пользовался. Что ж… лорд привык отвечать на вызов, но приближающийся отъезд сына и перспектива провести еще год в холодном пустом доме, привели к тому, что Малфой совершил ошибку, едва не приведшую к катастрофе.

Войдя в свой сейф, Люциус огляделся и почти сразу на глаза ему попалось то, что могло подойти для его планов: простая, слегка потрепанная тетрадка ничем не привлекала внимание на первый взгляд, на второй же от нее так ощутимо несло темной магией, что Люциус передернулся, поспешив убрать находку в карман. То, что нужно. Подсунув тетрадь в котел мелкой Уизли, Люциус почти не чувствовал раскаяния: в школе проверят вещи, обнаружат попытку провезти в Хогвардс темномагический артефакт, отберут, может быть, ребенка отправят обратно… Но уж у папы точно не останется времени на Малфоев: ему придется очень стараться, объясняя, откуда у его малолетней дочери подобные вещи. А за девочку можно будет потом заступиться. Отправится в школу на следующий год.

Довольный собой, Люциус вполне спокойно познакомился с однокашниками сына, подразнив героя и выслушав его отповедь. А мальчишка - молодец. Из таких вырастают вполне серьезные молодые львы… Или змеи…

Настроение снова испортилось, и Люциус позволил раздражению прорваться, едва не подравшись с Уизли-старшим, и покинул лавку в смешанных чувствах и с гордо поднятой головой.

А потом из Хогвардса стали доходить пугающие слухи.

Люциус до последнего не знал, что причиной всего происходящего является та самая тетрадка. Ее умудрились не заметить при проверке вещей, никто не обратил внимания на сходящего с ума ребенка, администрация переживала только о том, что школу закроют. Все это не укладывалось в голове Малфоя. Ну, положим, о директоре он с определенного времени имел собственное мнение, но не мог же тот не видеть, что происходит что-то странное? Малфою было даже жаль беднягу великана, увозимого в Азкабан, но он испытывал искреннее удовольствие, сначала заставив Совет попечителей принять решение об отставке Дамблдора, а потом лично вручая директору подписанную бумагу. Правда, удовольствие немного подпортил понимающий взгляд и легкая усмешка. Да, месть, и они оба это знали. Директор принял свиток, улыбнулся министру, и Люциус понял, что отставка не продлится долго. Люциус оживился, предвкушая долгожданную игру с достойным противником. Разминка закончена. Теперь ваш ход, директор.

Получив записку от мадам Трюк, Люциус кинулся в Хогвардс. Похоже, все еще опаснее, чем казалось. Чудовище в тайной комнате. Василиск? Но как?…

Люциус почти бежал по коридорам, спеша к кабинету директора, пока, свернув в очередной потайной ход, не был остановлен знакомым: «Ваша светлость…» Обманчиво - спокойный голос никак не вязался со сжавшейся на плече рукой. Люциус поморщился:

- Не слишком увлекайтесь, профессор, могут остаться синяки.

- Не моя забота. - отмахнулся Снейп, разворачивая его и довольно ощутимо прикладывая о стену. - А теперь - о моих: что, сиятельный лорд желает лавров любимого Повелителя? Что за гадость ты притащил в школу, Малфой?

Снейп был разъярен, и Люциусу полагалось испугаться, однако то, что он почувствовал, называлось по-другому.

- Я притащил? - по привычке переспросил он, стараясь, чтобы Снейп ничего не заметил.

- Дневник.

- Откуда ты узнал? - Снейп покосился на крутящегося вокруг эльфа - Ах, ты…

Люциус так и не отменил приказа слушаться Снейпа, как члена семьи. Винить было некого.

-Ты понимаешь, что могли пострадать дети?

- Дети? - Люциус разозлился и, наконец, дал волю раздражению. - Все дети? Или тебя интересует один ребенок? Особенный?

- Что?

Увидев, что Малфой потерял самообладание, Снейп снова стал спокоен и холоден. Как же Люциус ненавидел эту его манеру!

- Как же, идеальный вариант: ее сын, и - мальчик. Ты, хотя бы дождешься, когда он подрастет, или уже начал действовать? Мальчишка без ума от тебя? Признайся, Северус. Он такой же сумасшедший, ты должен ему нравиться.

Люциус говорил почти не понимая, что несет, подстрекаемый желанием причинить боль, заставить страдать, да и просто желанием.

- Мой лорд ревнует? - довольно протянул Снейп, пакостно улыбаясь. - А не поздновато ли?

Люциус заткнулся на полуслове, почувствовав на своем горле сжавшиеся пальцы:

- Вы же помните, мой лорд, мне всегда нравились блондины. И, если вдруг в школе окажется еще какая-нибудь часть наследства Темного Лорда, я, пожалуй, обращу внимание на Драко. И это будет совсем не удивительно, ведь сын так похож на отца.

Говоря это, Снейп все сильнее сжимал руку, и Люциус едва мог дышать, и слушал, лишенный возможности ответить.

- Мне почти не придется стараться: ваш сын - истинный Малфой, и давно смотрит на меня, доверчиво раскрыв свой красивый рот. Просто грех не воспользоваться.

Он убрал руку, с усмешкой наблюдая, как Люциус пытается отдышаться, схватившись за горло.

- Вот теперь синяки точно будут. Передайте мои извинения своему партнеру.

- Ты… - лорд не находил слов. - Ты не сделаешь этого.

- Ты уверен? - прищурился Снейп. - Ну, так проверь.

- Не трогай моего сына.

Сейчас Люциус ощущал лишь ненависть.

- А то что? Убьешь меня? Хотя, нет, ты предпочитаешь платить. Что ты предложишь мне взамен?

Люциус постарался взять себя в руки. Снейп, стоящий слишком близко, язвительно усмехался, но глаза его не выражали радости победы, они были темны и внимательны.

- Как обычно: все, что у меня есть, Северус. Но тебя это больше не интересует.

Снейп дернулся, отворачиваясь.

- Именно. Надеюсь, мы договорились… Добби, проводи лорда, его ждет директор.

Следуя за эльфом, Люциус еще сдерживался, но, после разговора с довольным директором, выходки героя, и предательства собственного домовика, взбешенный и униженный блистательный лорд аппарировал в Шотландию. Наблюдая, как горит старый охотничий домик, Люциус несколько секунд боролся с искушением подойти ближе, позволить пламени согреть его, раз уж больше никто не желает этого сделать, но, благоразумие победило. Отвернувшись, он еще какое-то время прислушивался к вою пламени за своей спиной, ощущая привычный холод внутри, и аппарировал: нужно было жить дальше.

- Гиппогриф! - Люциус носился по гостиной, отшвыривая с пути стулья. - Гиппогриф! Василиск! А дальше что? Мантикора? Драконы? Они там совсем с ума посходили!

* * *

Явившись сразу же, как получил письмо от Драко, Малфой нашел сына в больничном крыле, притихшего, бледного, и берегущего поврежденную руку.

- Драко!

- Все в порядке, папа, не волнуйся, пожалуйста.

- Я не волнуюсь, сынок.

Люциус попытался успокоится. Сын и так достаточно напуган, его истерика дела не исправит.

- Мистер Малфой.

К дверям обернулись оба.

- Профессор.

- Мистер Снейп.

Декан на секунду остановился и заговорил своим обычным размеренным тоном:

- Ваша светлость. Прекрасно. Вы, я вижу, уже в курсе происшедшего?

- Не совсем. Как вы могли допустить, чтобы ученик пострадал на уроке?

- Меня, к сожалению, там не было. - огрызнулся Снейп, но тут же вернулся к прежнему тону. - От имени дирекции и от себя лично, позвольте принести вам извинения. Я уверен, что подобного не повторится.

- Уж об этом я позабочусь, не сомневайтесь! - пообещал Люциус грозно. - Прости, Драко, мне нужно переговорить с директором, потом я вернусь.

- Хорошо, папа.

Люциус вышел, неплотно прикрыв дверь, огляделся, и, убедившись, что в коридоре никого нет, прислушался.

- Как вы себя чувствуете, Драко? - голос Снейпа действительно звучал взволнованно, и Люциус напрягся, не зная, что услышит.

- Уже все в порядке, декан. Мне так жаль…

- Конечно, вам жаль. С вашей стороны было очень неразумно дразнить гиппогрифа.

- Я понимаю.

- Ваш проступок не может остаться безнаказанным, надеюсь, вы и это понимаете.

Люциус едва сдержался, чтобы не кинуться обратно в комнату: знакомые слова звучали точь в точь, как в устах Риддла, и вызывали знакомый ужас. Малфой заставил себя слушать дальше, надеясь ошибиться.

- Да, сэр. - последовал тихий ответ.

- Как ваш учитель, я не могу поощрять непослушание и дерзость, это может привести, и уже чуть не привело, к трагедии.

Голос Снейпа стал тихим и ласковым.

- Драко, мне бы не хотелось, чтобы с вами что-то случилось. Пообещайте мне больше не рисковать так глупо. Вы слишком дороги вашим родителям, и вы единственный наследник. Не думаю, что мне стоит напоминать вам об ответственности перед Родом.

- Да, сэр. Я обещаю.

- Надеюсь, вы не забудете своего обещания, мистер Малфой. Когда поправитесь - отработка у Филча. А теперь я покину вас, прощайте.

- Спасибо, сэр!

- За что?

- За то, что не сняли баллы.

- Я снял. - голос Снейпа оставался вполне серьезным. - С Гриффиндора.

Люциус дождался, когда Снейп закроет дверь.

- Как неаристократично, ваша светлость! Подслушивать под дверью.

- Это иногда бывает полезно. Но я, кажется, не приносил в школу ничего недозволенного?

- И?

- Не слишком ли нежное обращение с учеником, господин декан?

- Вы предпочли бы, чтобы я орал на него?

- Нет, я бы предпочел, чтобы ты держался от него подальше! - не сдержался Люциус и увидел удовлетворение в глазах Снейпа.

- И каким же образом, позволь узнать? Я его декан, преподаю ему зелья, живу с ним в одном замке…

- Северус! - взмолился Малфой, наплевав на гордость. - Оставь Драко в покое! Ну, чего ты хочешь?

- Чего я хочу, Люци, это только мое дело. А насчет Драко… Я считаю, что имею на него некоторые права. Или ты станешь отрицать?

- Нет. И даже понимаю, зачем ты это делаешь, и, поверь, я признаю, что ты имеешь все права мстить. Но не используй для этого ребенка. Пожалуйста.

Люциус не отводил глаз, и видел, как Снейп… нет, не дрогнул, но холод в его глазах сменился задумчивостью, вот только не понятно, к лучшему ли.

- Люци, - спросил он тихо, - ты действительно думаешь, что я решу отомстить тебе так?

- Нет. - честно ответил Люциус. - Но, мало ли что я думаю. Ты ведь прекрасно знаешь, чем меня проще всего напугать.

- Вы, кажется, собирались к директору? Ступайте, ваша светлость, я прослежу, чтобы с юным лордом больше ничего не случилось.

Ненадолго задержав взгляд на сжатых губах, Люциус посмотрел в насмешливые глаза и кивнул.

- Спасибо, профессор.

- Прощайте, ваша светлость.

Больше не «мой лорд». Что ж, ваша светлость, сами виноваты. И от осознания этого хочется выть.

2 глава

На заседании лорд Малфой с мстительным удовольствием глядя на Дамблдора, убеждал Комиссию по обезвреживанию опасных животных в том, что гиппогриф - исчадие маггловского ада, не обращая внимания на осуждение в глазах директора, чуть не плачущего великана и удивление комиссии. Ему было плевать на дурное животное: накануне в Лютном он встретил Снейпа, прижимающего к стене юношу в студенческой мантии, и, с трудом удержавшись от Круцио, попытался уйти, но не успел: студент заметил его и испуганно зашептал что-то в ухо декану. Тот медленно обернулся и с вопросительной улыбкой посмотрел на Малфоя. Люциус развернулся, и сбежал, не заметив, как улыбка на лице Снейпа превратилась в раздраженную гримасу.

От Фаджа он узнал, что пойманный Блэк бежал, гиппогриф исчез, но услышал только, что декан Слизерина вел себя абсолютно неприлично, накричав на директора и министра, и усмехнулся: Снейп орал только тогда, когда это было ему выгодно или когда слишком сильно пугался. Видимо, герой сотворил что-то невообразимое, и Снейп испугался его потерять?

Летом Малфои отправились на побережье Франции, но это мало что изменило: скука и пустота оставались теми же, не завися от страны, в которой он находился. Время шло.

Между тем, Малфоя беспокоили неясные предчувствия, которые он не решался ни с кем обсуждать: метка внезапно оживала, приводя Люциуса в ужас, и, так же внезапно умирала вновь. Не зная, что это значит, Люциус молился всем богам, чтобы его подозрения оказались ошибкой. Вдруг зашевелились бывшие соратники, создавалось впечатление, что кто-то собирает старую компанию, и, хотя к Люциусу пока не обращались, движение вокруг выводило его из себя. Несколько раз он почти решился обсудить свои подозрения со Снейпом, но срывался в последний момент: не хотелось, чтобы Снейп подумал, что он просто пользуется предлогом повидаться и разжалобить его.

Как назло, министерство затеяло Турнир Трех волшебников, и Люциусу приходилось заниматься кучей бумаг, просматривать счета, договариваться, разбираться, и, счастье еще, что Крауч - старший взял на себя поездки в Хогвардс: Люциусу и без них хватало дел. К тому же, дурмстранговцев привез Каркаров, который сдал Аврорату всех, кого знал, и Люциусу, читавшему протоколы, совершенно не хотелось видеть это ничтожество и разговаривать с ним. В чемпионы внезапно попал Поттер, и явно неспроста. Малфой почти сочувствовал Снейпу: такие испытания для малолетнего героя должны были основательно потрепать нервы декану Слизерина. Что ж, Снейп платил по счетам, хотя Люциус почти не сомневался, что мальчишка не постесняется, вместо благодарности плюнуть ему в лицо, если вдруг узнает правду.

Но все это было досадной мелочью по сравнению с оживающей меткой. Люциус нервничал, стараясь скрыть это от Нарциссы, и, на всякий случай привел в порядок свои дела, проверил и подтвердил завещание. У него было нехорошее предчувствие, а своим предчувствиям лорд Малфой привык верить.

Потому что, единственный раз, когда он отмахнулся от интуиции, закончился для него чудовищным крахом.

* * *

Снейп оказался хорошим пророком: не прошло и пары лет, как Люциус почувствовал, что ему чего-то не хватает. Привычка к постоянной опасности, хождение по грани, настолько въелись в кровь Малфоя, что тихая и спокойная жизнь перестала удовлетворять его слишком скоро. Снейп работал в школе, приходил и уходил по расписанию, и Люциус не знал, чем себя занять. Нарцисса и эльфы вполне справлялись с заботами о Драко, дела шли удачно, помощники не воровали, репутацию удалось довольно быстро восстановить, и дружба с министром очень в этом помогла. Люциус участвовал в общественной жизни, посещал приемы, давал интервью, жертвовал на благотворительность. И отчаянно скучал.

Скуку немного разбавлял Снейп. Его работа со студентами всегда напрягала Люциуса, и, пару раз он даже навестил Хогвардс с проверкой, целью которой была не озвученная Дамблдору инспекция подземелий, а попытка выяснить, что за отработки проводит Снейп в лаборатории вечерами. Северус быстро догадался о причине такого интереса к себе Совета попечителей, и господин советник был надлежащим образом удовлетворен осмотром лаборатории и личных комнат профессора. А тем же вечером в Малфой-Меноре Люциус имел полноценный скандал с предложениями привязать любовника к кровати или запереть в подвале, а еще лучше - просто кастрировать и успокоиться, наконец. Весь уикенд Люциусу пришлось изобретательно извиняться, и скучать ему было некогда. Однако, выходные закончились, Снейп исчез в камине, и Люциус снова почувствовал скуку.

Решив развлечься, лорд вызвался поучаствовать в охоте на оборотней, которые до сих пор скрывались в лесах и нападали на магглов. Вернулся он через три дня, оборванный, грязный, покрытый чужой кровью и совершенно счастливый. Однако, улыбка сошла с его лица, когда в гостиной его встретили взволнованная Нарцисса и взбешенный Снейп. Северус окинул лорда взглядом, поднялся и вышел, вежливо предоставив супруге первой поговорить с его светлостью. Нарцисса не стала тратить много слов: Люциус схлопотал очень неприятное проклятье, и, помчавшись за помощью к Снейпу, нарвался на язвительную усмешку и лицемерное сожаление. Северус заявил, что все, что нужно для удовлетворения лично ему - вполне работоспособно, а Нарцисса, как жена, имеет полное право распоряжаться не только деньгами мужа, но и его достоинством. Его светлости пришлось идти с повинной и клясться, что впредь он не станет рисковать жизнью без веского повода. Нарцисса сжалилась, но Люциус затаил обиду, и на ближайшем приеме, где присутствовал и декан Слизерина, весь вечер не отходил от молодого и смазливого помощника министра, очаровав несчастного молодого человека и попутно получив сведения об ожидающихся переменах в торговом законодательстве. Снейп не сводил угрюмого взгляда с Малфоя, Нарцисса танцевала с Фаджем, приглашенные шептались, и Люциус снова чувствовал себя молодым и полным жизни.

Дома все трое поднялись на второй этаж и, пока Люциус общался с встретившим их Блейзом, Нарцисса и Снейп синхронно скрылись в своих спальнях и в такт хлопнули дверьми. Блейз посмотрел на его светлость сочувственно и, откланявшись, скрылся в своей комнате, давно уже соединенной замаскированной дверью с покоями хозяйки дома.

Люциус немного постоял в коридоре и ушел к себе. Ночью Снейп не выдержал, явился в спальню, молча развернул Малфоя на живот и только отпуская обессиленного лорда, грозно прошипел:

- Не зарывайся, Люци, юноше еще жить и жить, а ты его так подставляешь.

- Я тоже тебя люблю, мой ядовитый. - ответил сонный Люциус.

За спиной фыркнули.

С падения Лорда прошло почти пять лет. Даже самые закоренелые скептики не ждали его возвращения, воспоминания сглаживали тогдашний ужас, жизнь катилась по гладкой, известной до мелочей дороге, и Люциус вдруг обнаружил, что в свои тридцать два года чувствует себя почти стариком. Чувства и ощущения притупились, удовольствия не приносили прежней радости, то, что казалось прежде интересным, потихоньку наскучило. Он понимал, что это его вина, его привычка к опасности, тяга к приключениям, за которые Снейп обзывал его по-маггловски «адреналиновым наркоманом», пояснив как-то, что это означает, не давала ему жить спокойно: его светлость «тянуло на подвиги». Люциус был согласен с диагнозом любовника, и старался держать себя в руках, ведь чем капризнее становился лорд, тем тревожнее делался взгляд Снейпа.

Споткнулся Люциус на ерунде. Снейп готовился к экзаменам, у него совсем не было времени на посещение Менора, и Малфой скучал больше, чем обычно, когда его в очередной раз вызвали на «профилактический» разговор в Аврорат. Примерно раз в год туда таскали каждого оставшегося на свободе обладателя метки. Люциус, как правило, отделывался получасом в кабинете главного аврора, но, на этот раз начальник Аврората был занят, и лорда допрашивал его заместитель. Люциусу уже приходилось сталкиваться с ним на приемах и у министра, и он отметил, что молодой мужчина весьма привлекателен и, кажется, не остался равнодушен к красоте его светлости. И, сидя в кабинете и отвечая на давно знакомые вопросы, Малфой по привычке постарался обаять аврора, так, на всякий случай, вдруг пригодится. Нет, Люциус не кокетничал, упаси Мерлин, просто дружелюбно улыбался, и, соглашаясь или отрицая, задумчиво глядел из-под ресниц. Такое поведение стало почти привычкой, разве что не следовало касаться губ кончиками пальцев и медленно поглаживать трость, но аврор глядел с таким восхищением, что блистательный лорд просто не удержался. И он совсем не ожидал, что на следующий день аврор Меррит появится в Малфой-Меноре с ордером на обыск и потребует начать его с личных комнат лорда.

И уж точно его светлость не ожидал, что, едва они окажутся в кабинете, аврор примется целовать хозяина дома, ненавязчиво подталкивая его к столу. Напор и страстность молодого человека застали Люциуса врасплох. Не сопротивляясь, он позволил усадить себя на столешницу. Меррит суматошно расстегивал его мантию, шепча какие-то глупости между поцелуями, и Люциус почувствовал, что тоже заводится. Он позволил распахнуть на себе мантию и с удовольствием услышал восхищенный вздох: сегодня его светлость не утруждал себя одеванием. Аврор оказался вполне умелым партнером, и если в начале у Люциуса было намерение остановить его, то вскоре он просто сполз на столешницу, и, прикрыв глаза, наслаждался настойчивыми ласками, заткнув назойливую совесть.

- Кажется, я не вовремя.

Голос Снейпа прозвучал неожиданно, приводя в себя и отрезвляя.

- Молодой человек, я бы посоветовал вам сменить место действия: его светлость не слишком любит заниматься любовью на столе. Плохие воспоминания, знаете ли…

Аврор оторвался от лежащего Люциуса и развернулся к вошедшему. Он уже успел скинуть мантию и расстегнул брюки, которые, упав от резкого движения, сделали ситуацию почти анекдотической.

- Кто вы такой? - раздраженно спросил он.

- Вы запамятовали? Позавчера. В допросной. «Поганый пожиратель»… - ласково проговорил Снейп. - Ну, вспоминаете? А что, теперь в Аврорате разрешают допрашивать подобным образом? Или это просто очень личный обыск? И что вы надеетесь найти?

- Северус… - Малфой поднялся, запахивая мантию, но его не удостоили взглядом.

- Снейп? - вспомнил аврор.

- Именно.

- А вы что здесь делаете?

- О, у меня, конечно, есть предлог для посещения лорда, но теперь я вижу, что мог бы ничего не изобретать: достаточно просто оказаться рядом со столом.

Голос Снейпа звучал слишком равнодушно, и Люциус почувствовал ужас: что он наделал? Зачем ему сдался этот аврор? Что за минутное помутнение? Как он теперь сможет смотреть в глаза Северусу? Что тот скажет ему? Мерлин, как стыдно! Люциус попытался встретиться взглядом со Снейпом, но тот не смотрел на него.

- Северус…

Меррит наклонился, надел брюки и повернувшись, посмотрел на растерянного Люциуса.

- Что же вы, ваша светлость, не предупреждаете? - укоризненно произнес он, и Малфой поежился от насмешки, звучащей в голосе. - Я, пожалуй не рискну связываться с деканом Слизерина: моим детям еще учиться в Хогвартсе.

Окинув покрасневшего лорда презрительным взглядом, он обратился к Снейпу:

- Я никоим образом не претендую на чужое. Я ведь правильно понял? - Снейп чуть кивнул. - Можете забирать свою собственность. Я не успел ничего испортить.

Подхватив свою мантию, аврор скрылся за дверью. Снейп, так и не поглядев на Люциуса, тоже пошел к выходу.

- Северус! - Малфой спрыгнул со стола и кинулся вслед. - Ты ничего не скажешь?

Снейп замер и медленно развернулся. Увидев взгляд, направленный на него, Люциус остановился, словно наткнувшись на стену и опустил руки. Мантия соскользнула, Снейп шагнул вперед.

- А стоит что-то говорить? - очень тихо спросил он.

- Я не понимаю, что на меня нашло. - заторопился Люциус. - Это было минутное помутнение.

- Оно длилось довольно долго.

- Ты что, смотрел? - задохнулся Люциус, вспоминая, как стонал и выгибался на столе.

- Не с начала. Видимо, я пропустил момент, когда ты отбивался, а в тебя силой вливали приворотное.

- Северус, что мне сделать, чтобы ты простил меня?

Люциус видел, что говорит в пустоту. В глазах Снейпа не было никакого выражения. Люциус бы предпочел, чтобы Снейп злился, дрался или проклинал, лишь бы не видеть этого равнодушного холода, глядящего сквозь него. Но он еще надеялся растопить этот лед, и готов был ради этого на что угодно.

- На пол. - прозвучало как удар.

- Что?

- Я лишил тебя удовольствия, Люци. Более того, любуясь на вас, я возбудился. Устройся поудобнее, мой принц, я не задержу тебя надолго.

- Нет… - умоляюще прошептал Люциус.

Те же слова… То же «мой принц»… Люциусу показалось, что его ударили в живот, и он едва не согнулся, пытаясь вздохнуть. Воспоминания, от которых он прятался, накрыли его с головой.

- Северус, пожалуйста…

- Я только что слышал другое «пожалуйста» - возразил Снейп. - Хотя оно звучало столь же жалко. Так ты намерен платить?

Люциус медленно опустился на пол, не чувствуя холода, не глядя вытащил из-под спины мантию и отпихнул ее подальше.

- Хорошо.

Снейп присел рядом, медленно провел рукой от шеи вниз, наблюдая, как дрожь под пальцами становится все сильнее. Люциус закрыл глаза, позволив себе погрузиться в свой ужас, наказывая себя. Он готов платить.

- Сколько дней мне нужно пролежать, чтобы ты остался? - попытался улыбнуться он, и совсем не ожидал услышать в ответ холодное:

- А вот это меня больше не интересует, ваша светлость. - Горячие губы чуть коснулись его лба. - Прощайте, мой лорд.

Люциус рванулся, открывая глаза, и увидел как исчезает за дверью человек, которому он обязан жизнью.

Придя в себя, Люциус поспешно оделся и шагнул в камин, проговорив: «Хогвардс. Кабинет директора». Появившись перед удивленным Дамблдором, Малфой потребовал:

- Добрый день, директор. Мне нужен профессор Снейп. Срочно.

Дамблдор внимательно посмотрел на Люциуса и ответил:

- К моему сожалению, должен вас огорчить: профессор Снейп покинул школу на все выходные. Признаться, я был уверен, что вы… это знаете.

Люциус дернул плечом: он не сомневался, что для директора их отношения уже давно не новость, да и времени для уловок не было.

- Вы не знаете, где он?

- Увы, нет. - Дамблдор развел руками и улыбнулся. - Что ж, так бывает, мальчик мой. Со временем даже самая красивая картина может наскучить.

- Избавьте себя от заблуждения, директор: я не ваш мальчик и никогда им не был. - огрызнулся Малфой. - Что касается картин, то некоторым так не везет, что всю жизнь приходится довольствоваться репродукциями.

- Это не так приятно, - невозмутимо заметил Дамблдор, - однако, гораздо спокойней. Прошу меня простить, ваша светлость: дела.

Малфой, не прощаясь, скрылся в камине, провожаемый задумчивым взглядом директора.

Из Хогсмита Люциус аппарировал в Паучий тупик, уже ясно понимая, что опоздал. Охранные чары вокруг дома 13 наливались густым золотым цветом, и, приглядевшись, Люциус заметил новые заклинания в тех местах, куда раньше было вплетено его имя. Пытаться попасть в дом было самоубийством, но Люциус все равно двинулся навстречу угрожающе заколыхавшейся защите, как что-то, блеснувшее под ногами отвлекло его внимание. Присев, Люциус потянул за блестящее колечко, и из щели между камнями появилась тонкая серебряная цепочка с замысловатым узелком. Портключ…

Люциус поднялся, держа находку в руках. Он понял, что надеялся до сих пор. Разорванная и брошенная цепочка лишила его последних иллюзий: он больше не нужен и выброшен так же, как его подарок. И, что было самым мучительным - он сам в этом виноват. Сжимая портключ в руке, Люциус поднес другую к глазам. Кольцо, подаренное ему Снейпом, умерло: мягкое ощущение охранного заклятия исчезло, а он даже не заметил этого. Стянув кольцо с пальца, Люциус едва не бросил его в сторону недоступного дома, но передумал: это было единственным, что у него осталось, и пусть золотой ободок теперь совершенно бесполезен, а Люциус потерял дарителя, но хотя бы память он сохранит. Решительно надев кольцо на палец, Люциус разжал кулак, позволяя серебряной змейке скатиться обратно в пыль, оглянулся на окна, надеясь увидеть хотя бы тень, и, вздохнув, аппарировал. Занавеска на темном от грязи окне дрогнула. Охранные заклинания светлели, успокаиваясь. На дорожке, чуть поблескивая в пыли, лежала разорванная цепочка, бывшая когда-то портключом.

Конечно, Люциус не сдался сразу. Он писал Снейпу, но письма возвращались нераспечатанными, он несколько раз приходил в Паучий тупик, однажды провел под дверью полночи, но ему не открыли, хотя Северус точно был в доме. Совет попечителей посылал в Хогвартс инспекцию за инспекцией, и Малфою казалось, что дома он теперь бывает реже, чем в школе, но, судя по словам директора, Снейп все время был в загадочных отлучках, неизвестно куда уезжая и не говоря, когда думает вернуться. Это не останавливало лорда, намеренного добиться свидания, и Люциус продолжал навещать подземелья. И однажды ему открыли.

Снейп стоял в дверях, не пропуская Люциуса в комнаты.

- Ваша светлость? Чему обязан?

Беспорядок в одежде, запах вина, чуть заметный румянец - Люциус замер, не желая верить.

- Вы нужны мне. - проговорил он, заметив движение в комнате и не желая посвящать посторонних в их дела.

- Увы! - Снейп посторонился, и Люциус увидел смущенного студента, лихорадочно поправляющего криво застегнутую мантию. - Уже поздно, ваша светлость, и я занят.

- Вот как?

Люциус даже удивился, осознав вдруг свою наивность. Он почему-то думал, что их разрыв тяготит обоих, что Снейпу тоже больно, и только теперь до него стало доходить, как смешно и нелепо он выглядит в своих попытках вернуть бросившего его любовника. Конечно, зачем Снейпу тридцатилетний Малфой, если он окружен юными мальчиками, готовыми на любые услуги по первому зову.

Юноша поднял голову и вызывающе посмотрел на Малфоя, скрывая за наглостью страх: советник мог устроить обоим счастливцам большие неприятности. Лорд многообещающе улыбнулся нахалу.

- Какой курс? - поинтересовался он.

- Седьмой. - задрал подбородок мальчишка. - И я уже совершеннолетний!

Снейп вздохнул и закатил глаза.

- Адамсон, подождите меня в лаборатории. - приказал он, и студент скрылся за дверью.

- А ты не слишком разборчив, Северус. - Малфой все же вошел, с пренебрежением рассматривая два бокала вина, галстук слизеринских цветов, забытый на полу, и смятые подушки на диване. - Мог бы найти себе развлечение поумнее… Да и покрасивее, если честно, при таком-то выборе.

- Ум в данном случае - не обязательное условие. - возразил Снейп, протягивая Малфою бокал.

- А какое же обязательное?

- Разборчивость.

Снейп неприятно улыбнулся и отпил из своего бокала.

- И пока я уверен, что он бывает только на моем столе - он меня устраивает.

- А если он нарушит условие? - Люциус постарался, чтобы вопрос прозвучал как можно равнодушнее.

- Я просто забуду, как его зовут. - жестко ответил Снейп.

- Значит, мне еще повезло?

- О чем вы, ваша светлость?

Люциус сделал шаг, оказавшись так близко, что почувствовал на лице теплое дыхание.

- Мое имя ты все еще помнишь.

- Это ненадолго. - мягко возразил Снейп, не двигаясь.

- Ошибаешься, мой ядовитый. Это очень надолго.

Люциус улыбнулся и отступил, не позволяя себе потянуться за поцелуем.

- Смотри, не назови мальчика «Люци», он может все понять правильно.

Люциус развернулся и, оставив нетронутый бокал на подлокотнике кресла, вышел из комнаты, с мстительной радостью слушая звон разбитого стекла. Сердце уже привычно ныло.

3 глава

Люциус все еще ощущал эту боль, и может быть, поэтому не сразу догадался, что вырвало его из воспоминаний. Очнувшись, он понял, и его кинуло в жар: ожившая метка горела. Вызов! С внезапной ясностью Люциус ощутил, как он был счастлив все эти годы. Скука? Больше вам не будет скучно, ваша светлость! Ни разу за оставшуюся вам жизнь. Отбросив трусливую мысль не являться, Люциус аппарировал на зов.

Выйдя из аппарации, Люциус огляделся. Насколько он мог судить в темноте, вокруг возвышались надгробные памятники. Едва не засмеявшись совпадению, Люциус приказал себе унять истерику, и прислушался: совсем рядом звучали хлопки аппараций. Лорд собирал оставшихся слуг.

Быстро наколдовав себе маску и спрятав белеющие в темноте волосы под капюшоном, Люциус вышел из-за надгробия и занял место в кругу избранных. Под плащами угадывались фигуры соратников. Взяв себя в руки, Люциус оценил обстановку: они стояли на небольшом пяточке между надгробьями, к ближайшему страшноватому памятнику был кто-то привязан, в темноте Люциус не мог разглядеть его лица и на секунду даже подумал, не Северус ли это, но тут же оборвал себя: фигура и рост не подходили. У подножия памятника лежал стонущий человек. Люциус опять сдержал нервный смех: Лорд в своем репертуаре, не успел появиться, как уже две жертвы. Кто следующий?

Собравшись, наконец, с духом, Люциус посмотрел на своего Повелителя и ужаснулся: то, что стояло перед ними больше не было Томом Риддлом. Бледное змееподобное лицо, длинные тонкие пальцы, держащие палочку… И только голос, глубокий и шипящий, продирал по коже забытым было ужасом: как бы это не выглядело, перед ними, несомненно, был Волдеморт.

- Друзья мои…

По одному, робко и осторожно, явившиеся подходили к Повелителю и, опустившись на колени, целовали край мантии. Малфой проделал то же самое, борясь с отвращением.

- Добро пожаловать, Пожиратели смерти. Тринадцать лет… Тринадцать долгих лет прошло со дня нашей последней встречи, и все же вы ответили на мой зов… Значит, нас по прежнему объединяет метка. Или нет?

Лорд хищно обвел глазами дрогнувших Пожирателей.

- Я чую вину… Воздух просто пропитан ею… Вы стоите сейчас передо мной. Вы здоровы, сильны, и вы на свободе. Почему же никто из вас за эти годы не потрудился разыскать меня? Вы так дружно отрекались от меня, друзья мои, так старались искупить свою вину… Кребб? Гойл?

Волдеморт двигался от одного стоящего к другому, стягивая маски и называя имена…

- Макнейр?

Люциус подивился наглости министерского палача. Не побоялся же явиться, видимо, в надежде, что никто ничего не знает…

- Люциус…

Маска растаяла, и волной силы Малфоя сбило с ног и подняло снова, подтягивая к уродливому лицу Лорда.

- Ты один не отказался от меня. Но и ты не сделал ничего…

Ужас сдавил горло, мешая ответить.

- Но тебя вполне можно понять, мой принц.

Лорд улыбнулся и отпустил его. Как сквозь вату, Малфой слушал речь Повелителя, уже понимая, что здесь нет Снейпа. Почему? Он же не самоубийца! Не вызвали? Не пустил Дамблдор? Люциус давно знал, что директор, забрав Северуса из Азкабана, не постеснялся взять с него чуть ли не десяток клятв, в благодарность за спасение. Люциус помнил, как впервые узнав об этом, с трудом сдержал желание рассказать, кому на самом деле Северус обязан свободой и рассудком, а еще труднее ему было не кинуться в камин, чтобы навестить директора.

Но ведь Дамблдор не мог не понимать, что этим убьет Снейпа вернее, чем сделали бы это дементоры или Непреложный обет? Или он надеется справиться с меткой?

- Не хватает шестерых… Трое погибли, один побоялся вернуться, и он пожалеет об этом… Один, видимо, покинул меня навсегда, и он, несомненно, будет убит… Один остался верен мне и сейчас в Хогвардсе…

В Хогвардсе?

Волдеморт приблизился к надгробью, и Люциус вздрогнул: то, что казалось тенью, ожило, задвигалось и превратилось в огромную змею.

- Я разочарован… Признаюсь, я весьма разочарован.

В воздухе словно собиралась гроза, он тяжелел, давя как надгробная плита, магия, казалось, потрескивала, клубясь в воздухе, готовясь обрушиться на их головы… Первым среагировал Эйвери.

- Господин! - он бросился вперед, падая в ноги Риддла. - Простите меня! Простите нас всех!

- Круцио!

Малфой почти не слышал криков, считая секунды и молясь, чтобы Эйвери продержался. Повелитель опустил палочку.

- Встань, Эйвери… Ты просил прощения? Я не прощаю. Тринадцать долгих лет… Я не прощаю и не забываю.

Волдеморт обратился к лежащему, называя его Хвостом. Малфой не знал этого человека, он следил, как еле двигающийся Эйвери медленно поднимается и, шатаясь, идет в их сторону. Кребб и Гойл встали по бокам, незаметно поддерживая. Был бы здесь Снейп со своими зельями…

- Да, мы забыли о нашем госте! - Волдеморт перевел взгляд на привязанного человека. - Гарри Поттер!

По рядам Пожирателей пронесся гул: мальчишку узнали. Люциус вслед за всеми приблизился к самому надгробию. Поттер был связан, побит, но, кажется, умирать не собирался. Где же авроры, охрана, Дамблдор? Как они умудрились проглядеть Золотого мальчика? Лорд что-то говорил, мальчишка кричал, а Люциус пытался просчитать ситуацию, понять, что все же происходит?

Герой попался, охрана проглядела? Или это ловушка, и сейчас со всех сторон на них кинутся авроры? И где, все-таки, Снейп? Бегает по замку, разыскивая чемпиона? А, может быть, исчезновения Поттера вообще никто не заметил? Мальчишку, конечно, жаль… Северус, наверняка сходит с ума от беспокойства, а если героя найдут мертвым? Он же обещал Дамблдору его оберегать. Нет уж, тогда пусть лучше не знает! Даже его хитрости не хватит, чтобы спасти Поттера сейчас.

- Повелитель… Мы жаждем узнать, как вам удалось это чудо? Как вы смогли вернуться к нам?

Почти прокричав это, Малфой сам поморщился от восторга, звучащего в голосе, и стал незаметно выбираться из толпы. Если авроры не блокируют аппарацию, у него еще есть шанс…

Повелитель, видимо стосковавшийся за тринадцать лет по публике, говорил долго и подробно, а Люциус старался прислушиваться к звукам за границами круга, каждую секунду готовый аппарировать, но кругом было тихо.

Он пропустил момент, когда все изменилось, Пожиратели отпрянули в стороны, расчищая место, Поттер внезапно оказался на ногах и с палочкой в руке. Дуэль? Люциус сжал трость, оглядываясь. Авроров все не было, да, и, похоже, мальчишка никого не ждал. Прихрамывая, он бросился в сторону и спрятался за памятником. Повинуясь толпе, Люциус двинулся следом и споткнувшись, заметил под ногами тело. Еще один?

- Мы тут не в прятки играем, Гарри. Выходи… Это будет не больно… наверное. Не знаю, я ведь никогда не умирал.

Слушая этот тихий насмешливый голос, Люциус только теперь до конца осознал, что все, что он пытался забыть, снова вернулось. Вряд ли мальчишке удастся проделать свой фокус еще раз. Если он не совсем уж дурак, он попытается аппарировать и вызвать авроров.

Но, к несчастью, Поттер оказался именно дураком. Или героем, это как посмотреть: он вышел из-за надгробья, прихрамывая на одну ногу, и выпрямился, поднимая палочку.

- Никому не вмешиваться! - приказал Волдеморт.

Никто и не пытался. Все завороженно следили за диким поединком, не в силах отвести глаз от появляющихся в воздухе видений. Похоже, герой был действительно не так прост, или сил Повелителя пока не хватало, но справиться с Избранным быстро не удавалось. И, когда он разорвал связь и кинулся прочь, Люциус успел еще подставить трость под ноги Макнейру, и, не веря, наблюдал, как мальчишка исчезает в портале.

- Нет! Нееет!

От ярости Риддла окрестные памятники словно разнесло Бомбардой.

- Повелитель, нужно уходить! - закричал кто-то. - Он приведет авроров!

Лорд обвел окружающих невидящими от ярости глазами и, кивнув, прошипел:

- Идите. Ждите, я позову. Хвост! Нагини!

Люциус шарахнулся, когда огромная змея проползла по его ботинку в сторону Риддла. Коснувшись ее, Волдеморт исчез в аппарации. Следом за ним испарился отвратительный волшебник по имени Хвост.

Малфой был настолько ошеломлен, что даже не заметил, куда аппарировал и, очутившись в Паучьем Тупике, несколько секунд тупо смотрел на дверь, прежде чем сообразил, где он. Заклинания вокруг по-прежнему горели ярко и предостерегающе, и, запустив поисковые чары, Люциус удостоверился, что Снейпа там нет. Не задерживаясь, Малфой аппарировал к границе Хогвардса. По лесу Люциус почти бежал, но, выйдя на открытую местность, перевел дух, поправил мантию и принял деловой вид. Вокруг школы мелькали мантии авроров, суетились министерские работники, бесполезно бродили организаторы и зрители. Малфоя несколько раз останавливали, но, услышав, что он из Попечительского Совета, пропускали дальше. У входа в школу стоял аврорский пост, но Малфоя узнали и, проверив палочку и карманы, пропустили внутрь. В школе суетились так же, как и на улице. Студентов, видимо, разогнали по гостиным, но пока Малфой шел по коридорам, в знакомых с детства нишах и уголках мелькали студенческие мантии и галстуки разных цветов. Поймав молодого аврора, Люциус узнал, что директор в больничном крыле, но туда никого не пускают, и решил подождать у кабинета.

Дамблдор появился в сопровождении завхоза, и, увидев Люциуса, нервно оглянулся и Филча отослал. Молча они поднялись в кабинет. Не предлагая садиться, Дамблдор озабоченно поинтересовался:

- Чему обязан, лорд Малфой?

- Я… - Люциус постарался придать голосу просительные нотки. - Я хотел бы узнать, что произошло.

- А что произошло? - «удивился» директор.

- В школе суета, полно авроров, турнир остановлен. Кажется, все очевидно?

- В самом деле… - директор устало опустился в кресло и махнул Люциусу. - Садитесь, ваша светлость.

- Я бы все же, хотел узнать… - начал Люциус.

- Мистер Малфой, - перебил его Дамблдор, - мне почему-то кажется, что вы знаете гораздо больше меня. Вот, только, как вы не побоялись явиться в школу?

- Мне нужен Снейп. - сквозь зубы проговорил Люциус. - Где он?

- Боюсь, я не в курсе. - развел руками директор. - Северус не сказал мне, куда отправляется. Я знаю только, что в школе его нет.

- Вы понимаете, что подписали ему смертный приговор? - зашипел Люциус, вскочив. - Он убьет Северуса, и вы не сможете этому помешать! Или вы научились бороться с меткой? Куда вы его послали? Отвечайте!

Начав вполголоса, к концу речи Люциус уже кричал, нависая над сидящим директором, рассматривающим его с исследовательским интересом.

- Ваша светлость, - заговорил Дамблдор, убедившись, что Люциус иссяк, - мне кажется, или вы мне приказываете?

- Я бы не стал это так называть. - криво улыбнулся Люциус. - Но, если вы настаиваете… Не могли бы вы все же рассказать мне, где я могу найти вашего неуловимого профессора зельеварения. Мне он крайне необходим, и чем быстрее, тем лучше.

- А ваша светлость не боится, что я сейчас позову авроров? Гарри назвал достаточно имен, и не забыл упомянуть ваше.

- Поттер жив? - кажется, на лице Люциуса отразилось облегчение, и директор смягчился.

- Да, Гарри жив, хотя и очень напуган… Я бы не советовал вам в ближайшее время попадаться ему на глаза, у него могут не выдержать нервы.

- Я не собираюсь добиваться аудиенции у героя. - пробурчал Малфой. - Итак, вы не собираетесь отвечать?

- Мистер Малфой, у меня предложение: Гарри пока слишком взволнован, а мне бы хотелось быть в курсе событий…

- Хорошо, давайте думосбор. - понял его Люциус. - но я не собираюсь оставлять вам доказательства.

- И не нужно, - заулыбался директор, - я только посмотрю…

Вынырнув из воспоминаний, Дамблдор жестом разрешил Люциусу забрать их, а сам, озабоченно хмурясь, отошел к камину.

- Ох, Гарри… Северус отправился к Тому. - тихо проговорил он. - Бедный мальчик…

Так и не поняв, кого конкретно имеет ввиду директор, Люциус попрощался и быстро вышел.

В Хогвартсе поисковые заклинания не работали, но, встретившийся Малфою Кровавый Барон подтвердил, что на территории профессора зельеварения нет. Не зная, где еще искать, Люциус вернулся в Малфой-Менор и принялся обновлять защитные заклинания. Почувствовав возмущение магии, появилась Нарцисса. Усадив супругу в кресло и вручив склянку с успокоительным, Люциус рассказал ей новости. Побледневшая Нарцисса решительно выпила зелье и, достав палочку, присоединилась к супругу. Камины закрыли для всех, кроме членов семьи, Блейза и Снейпа. Чары на воротах и дверях усилили кровью хозяина и хозяйки. Когда они закончили, Нарцисса упала в кресло, почти теряя сознание, и Люциус отнес жену в спальню, приказав эльфам вызвать целителя. Сам он едва стоял на ногах от потери крови и магических сил, однако, выпив укрепляющее и кроветворное зелья, снова аппарировал в Паучий Тупик.

Уже светало. В сумерках Тупик выглядел еще более убогим, чем был на самом деле, однако, Люциусу некогда было рассматривать его: заклинание показало, что Снейп наконец-то в доме. Подойдя, насколько позволили заклинания, Люциус позвал:

- Снейп!

Конечно, никто не отозвался, и Люциус решил не радовать соседей. Сотворив Патронус, он произнес: «Если ты не откроешь, я проторчу здесь весь день, но сломаю твою защиту», и сверкающий в предрассветных сумерках сокол исчез за дверью. Ответа не было. Ах, так! Люциус приблизился вплотную, осторожно подцепляя палочкой нить заклинания, готовый к тому, что его ударит, но, к его удивлению, чары подались, отступая, и он оказался у запертой двери. Оглянувшись, он проверил: нет, его имени по-прежнему не было в защите. Решив подумать об этом после, Люциус применил Алохомору и вошел в дом.

За то время, как он не бывал здесь, в гостиной ничего не изменилось. Те же книги, покрывавшие все свободные поверхности, та же, покрывавшая их, пыль. Видимо, Снейп проводил в школе все свое время. «Конечно! - неожиданно зло подумал Люциус. - Там же все под рукой!» Но злость его испарилась, едва он прошел внутрь: на полу, похожий на комок смятого тряпья, лежал Северус. Почувствовав, что ноги больше не держат, Люциус неловко упал на колени рядом с телом, дотронулся до шеи и перевел дух: пульс был. Опасаясь применять магию, Малфой щелкнул пальцами, вызывая эльфа.

- Тинки, перенеси профессора в спальню, позови Пинни и наведите здесь порядок. Ничего не трогать, только убраться.

Домовуха кивнула, махнув острыми ушами, и дотронулась до Снейпа. Оба исчезли. Поднявшись в спальню, Малфой отпустил Тинки и достал коробку с зельями из шкафа. И тут все было так, как он помнил: зелья в шкафу, журналы на тумбочке, домашние туфли у кровати. Оглянувшись на Снейпа, Люциус приоткрыл выдвижной ящик. Флакончик со смазкой тоже был на месте. Излишне громко задвинув ящик, Люциус присел на кровать.

- Энервейт!

Снейп открыл глаза и дернулся встать, но конечно, ничего не вышло.

- Это я. - успокоил его Малфой - Что дать?

Люциус старался говорить спокойно, и пока у него получалось.

- Синее, зеленое и голубое. - прохрипел Снейп, а Люциус уже доставал из коробки флаконы с пробками нужных цветов.

На всякий случай он сверился с этикетками: «обезболивающее», «укрепляющее», «круцио». Открыв все три, Люциус выстроил флаконы на тумбочке и приподнял тяжелую голову Северуса. Обезболивающее…

Зелья действовали: сведенные мышцы лица расслабились, перестал дергаться уголок рта, дыхание стало ровным.

- Что-то еще? - спросил Люциус.

- Воды.

Сотворив стакан и наполнив его, Малфой напоил лежащего и предупредил:

- Тебе надо раздеться.

Поскольку возражений не последовало, Люциус взялся за палочку и снова с сомнением посмотрел на Снейпа.

«Раздевать кого-то с помощью палочки уместно в порыве страсти или желая изнасиловать. В других случаях мужчина должен оставаться джентльменом.» - вдруг вспомнил Люциус наставления отца. Что ж, это явно не их случай. Останемся джентльменами. Едва сдержавшись, чтобы не усмехнуться, он принялся раздевать Снейпа сам. Следя, как одежда обнажает расслабленное тело, Люциус понял вдруг, что до сих пор может указать, где расположены шрамы, и помнит, сколько у Снейпа родинок. Странно, что разглядывая хорошо знакомые руки, плечи, грудь, Люциус чувствовал не вожделение или злость, но какую-то странную нежность, словно раздевал ребенка. Аккуратно стянув брюки, он накинул одеяло и, подняв глаза, обнаружил, что все это время Снейп наблюдал за ним из-под ресниц.

- Извини. - вырвалось у Люциуса. Все-таки он пялился и довольно долго.

Снейп дернул плечом : «пожалуйста», и отвернулся.

- Что ты здесь делаешь?

- Заглянул в гости. - беззаботно ответил Малфой.

- Как вовремя. Что ж, спасибо за благотворительность, ваша светлость, и позвольте мне вас покинуть.

- То есть? - испугался Малфой.

- Боюсь, что я сейчас усну. Ночь была весьма беспокойной. Да и вам, похоже, следует отдохнуть.

Снейп закрыл мутные от усталости глаза и повторил:

- Спасибо, ваша светлость, и прощайте.

- Ну уж нет, Северус. - прошептал Малфой, слушая сонное дыхание. - У меня еще есть пара вопросов…

Спустившись в гостиную, Люциус огляделся. Его эльфы даром времени не теряли. Чисто вымытые окна были приоткрыты, впуская сырой воздух с реки, но и это было лучше той затхлости и пыли, что встретила Малфоя утром. Раньше Люциус не позволял себе подобного самоуправства, опасаясь, что Снейп его выгонит, но теперь он был в этом уверен, поэтому не стеснялся хозяйничать. В кухне тихо позвякивали посудой, утренняя тишина успокаивала, и Люциус решил вздремнуть, усевшись в кресло, но спина ныла, требуя покоя, ноги гудели, а руки снова тряслись от усталости. Рассердившись на себя за слабость, Люциус решил, что терять ему в любом случае нечего, приказал Тинки приготовить обед и решительно отправился наверх.

Снейп спал. Уже не такой бледный, расслабившийся, он выглядел беззащитно и очень молодо.

Малфой снял мантию, оставшись в брюках и рубашке, на случай если придется быстро убегать, и забрался под одеяло, устроившись как можно ближе, но стараясь не прикасаться. Вытянув шею, Люциус вдохнул и почувствовал, как что-то дрогнуло в груди: знакомый запах кружил голову, успокаивал, и его светлость не заметил, как потяжелевшие веки опустились, голова склонилась на подушку, а белые волосы бесцеремонно смешались с черными, словно и не было этих одиноких лет.

4 глава

Проснулся Люциус от того, что его гладили по волосам. Последний раз подобное он чувствовал лет пять назад, поэтому не сразу понял, где он. Потом сознание прояснилось, и Люциус вспомнил. Не открывая глаз, он постарался разобраться в обстановке. Он лежал щекой на плече Северуса и, ему казалось, или тот действительно обнимал его, перебирая пряди волос, и явно стараясь не разбудить? Вдруг рука Снейпа опустилась, плечо под щекой Малфоя напряглось и негромкий голос поздоровался:

- Доброе утро, ваша светлость.

Люциус перелег на подушку и ответил:

- Доброе утро.

Они немного полежали молча.

- Полагаю, я должен объяснить, почему все еще здесь?

- Не стоит, я и не надеялся, что мне удастся тебя выгнать так скоро.

Снейп казался на редкость дружелюбным, и Люциус собирался воспользоваться этим. За много лет они впервые разговаривали так мирно.

- Как ты себя чувствуешь?

- Сносно. Мне стоит поблагодарить сиятельного лорда за то, что он благородно не воспользовался моим состоянием?

- Это было очень непросто, так что, думаю, ты мне должен.

- Беру слова о благородстве обратно. - Снейп лег на бок и, подперев рукой голову, смотрел теперь сверху. - Ты был там?

Люциус понял, о чем спрашивал Снейп:

- Да.

- И как тебе наш Повелитель?

- Ужасающе. - честно ответил Малфой.

Он чувствовал себя надежно и спокойно, в который раз понимая, насколько ему не хватало таких разговоров, насколько ему не хватало - Снейпа. Хотя бы так. Он согласен был довольствоваться малым, и надеялся, что его хотя бы не станут прогонять. Просыпающееся желание Люциус мужественно загонял обратно, понимая, что оно неуместно и не нужно ни ему ни Северусу.

- Как тебе удалось убедить его?

Снейп снова лег на спину и принялся смотреть в потолок.

- Не думаю, что тебе стоит это знать…

- Извини…

Люциус постарался скрыть обиду: все верно. Почему Северус должен ему доверять?

- Но теперь все в порядке? Ты ведь не…

- Нет, я не сбежал, и мы с Повелителем все выяснили. Не стоит беспокоиться.

Они снова лежали, старательно не соприкасаясь телами, но все же ощущая тепло друг друга.

- Северус, - тихо спросил Малфой, - как ты думаешь, он снова примется меня убивать?

- Не думаю. - в голосе Снейпа не было уже привычного Люциусу безразличия, он звучал почти тепло. - У нашего Лорда появилась другая кандидатура на роль жертвы.

- Поттер? - Снейп промолчал. - Бедный ребенок.

- Да…

Похоже, Снейп был не настроен разговаривать, и Люциус, желая оттянуть момент, когда его отсюда попросят, поинтересовался:

- Северус, как мне удалось войти? Ты ведь не вернул меня в список пропускаемых, и твои заклинания вполне действующие.

Снейп неожиданно взял руку Люциуса и поднес к его лицу.

- Люци, ты слишком рассеян даже для аристократа. Как можно было не заметить?

Люциус не сразу понял, о чем с ним говорят, потому что, ощутив на запястье сильные пальцы, бережно поддерживающие его руку, замер, пытаясь не спугнуть прикосновение. Рассеянно поглядев на собственную руку, он услышал : «Люци?», и только тогда догадался: кольцо! Оно снова было живым, магия едва чувствовалась, но она была, успокаивая и пробуждая надежду.

- Ты…

- Я активировал его, перед тем, как явиться к Лорду. Надеюсь, ты не против?

- Нет… Но, почему?

Люциус ждал ответа, понимая, что он не будет тем, на который хотелось рассчитывать.

- Если Нарцисса станет вдовой, я узнаю об этом первым. - натянуто ухмыльнулся Снейп. - И первым смогу утешить ее и прибрать к рукам твое состояние.

- Понятно… - протянул Люциус, садясь. - Ну, так вот, что я тебе скажу, Северус: ты можешь сколько угодно не спать со мной и зариться на мою вдову, но, чтобы завтра же у тебя на руке было такое же кольцо, и заклинания привяжешь ко мне! Ты понял?

Снейп с интересом посмотрел на него.

- Я все понял, ваша светлость. Будет исполнено.

- Откуда такая покорность? - фыркнул Люциус: он и правда, ожидал споров и готовился настаивать.

- Мне уже давно известно, что с лордами лучше не спорить, - вкрадчиво произнес Снейп, - и сегодня мне дважды напомнили об этом. Но для привязки нужна кровь.

- Подержи! - Малфой тут же сотворил пробирку и сунул ее в руки Снейпа.

Тот с интересом смотрел, как Люциус применил колющее заклятье, и успел подставить пробирку прямо под струйку крови.

- Достаточно.

- Куда ее? - оглянулся Малфой.

- В лабораторию.

Люциус позвал Тинки и отдал пробирку ей, а сам вопросительно посмотрел на Снейпа.

- Я конечно, понимаю, что аристократы вольны распоряжаться своим временем, - заговорил тот, - но я, к сожалению, не лорд, и должен извиниться: мне пора. Я, все же, работаю, и завтра у меня уроки.

Люциус послушно слез с кровати и взялся за мантию.

- Люци, почему ты спал одетым? - вдруг спросил Снейп.

- На случай, если придется спешно покинуть спальню.

Снейп помрачнел:

- Что, уже случалось попадаться?

- Нет, но с тобой ведь никогда не знаешь, чего ожидать. - улыбнулся Малфой, поправляя волосы. - Постарайся больше не умирать. По крайней мере, пока не заполучил мое состояние. А то достанется какому-нибудь проходимцу. Ты единственный среди этой публики, кому я могу доверить свою вдову.

Люциус повернулся, прикрывая дверь, и услышал:

- Благодарю за честь, мой лорд.

Закрыв дверь, Люциус на мгновение прислонился к ней лбом: сердце стучало слишком быстро, а в душе вдруг проснулась надежда. Или показалось?

Мой лорд…

Оказавшись дома, лорд Малфой был совсем не удивлен, когда ему сообщили, что его ждут. Кребб, Гойл, все еще бледный Эйвери и еще несколько соратников терпеливо дожидались его светлости, рассевшись по гостиной. Навстречу ему поднялись.

- И что теперь делать? - забыв поздороваться, потребовал Гойл.

- Что ты имеешь в виду?

Лорд кивнул в знак приветствия, улыбаясь гостям и от души желая им провалиться. Он был слишком рассеян и утомлен для политических игр.

- Люциус, ты прекрасно понимаешь, о чем я! Что ты намерен делать теперь, когда Повелитель вернулся?

Люциус помолчал. Он не имел ни малейшего повода доверять соратникам, несмотря на то, что все они считались друзьями и называли друг друга на «ты».

- Я намерен, - медленно начал он, - делать то, что мне прикажет Повелитель… А у тебя, Генри, разве какие-то другие намерения?

Гойл стушевался и растерянно оглянулся на Кребба.

- Малфой, а ты не боишься, что с возрастом… - Кребб улыбнулся, смягчая невежливое заявление, - потерял в глазах нашего Лорда свою… привлекательность?

- Благодарю за заботу, Винсент, - высокомерно заявил Малфой, не скрывая обиды, - но не вижу, как потеря привлекательности влияет на мою преданность Повелителю? Или ты думаешь, что она тоже проходит с годами?

Испуганный гневом сиятельного лорда, Кребб отступил, бормоча извинения, а Люциус, обведя глазами соратников, вздернул подбородок и четко заявил:

- Как бы не относился ко мне наш Повелитель, когда-то давно я поклялся ему в верности и принял его знак, и я буду делать все, что смогу, чтобы мой Лорд был мной доволен. Еще вопросы?

- Он еще не вызывал тебя? - поинтересовался Эйвери.

- Нет. А что, кого-то уже вызывали?

- Пара человек уже побывала на аудиенции. Интересно, чья очередь настанет теперь?

Малфой вздрогнул, едва сдержавшись, чтобы не схватиться за руку.

- Прошу прощения, господа, - сквозь зубы проговорил он, - но, похоже, этот вопрос уже не актуален. Не сочтите меня невежливым, но, думаю, нам лучше разойтись. Поговорим завтра, через камин, а пока - прощайте.

Еще раз оглядев побледневших соратников, Люциус поклонился и вышел, поспешно доставая из кармана пузырек с укрепляющим. Сейчас ему потребуются все силы, потому что, как не печально, Кребб все же, абсолютно прав: прошло тринадцать лет, Люциус не молодел, да и вкусы Повелителя вполне могли измениться. Конечно, он не рассчитывал, что Лорд растает, взглянув на его красоту, но и дополнительными преимуществами пренебрегать не следовало.

- Люциус…

Вздрогнув от знакомого приветствия, Люциус согнул спину, впрочем, следя за тем, чтобы почтительный поклон не перешел в раболепный.

- Мой Лорд…

Риддл сидел в кресле посреди темной невзрачной гостиной. Кажется, дом был несколько запущенным, в воздухе пахло пылью, но камин горел ярко, согревая комнату. Видимо, Повелитель мерз.

- А ты все так же прекрасен, мой ледяной принц. Годы пошли тебе на пользу. Ты стал увереннее и еще надменней.

В голосе Риддла сквозила угроза, и Люциус поспешил перехватить инициативу:

- Мой Лорд, я так рад, что вы вернулись! Я надеялся…

- Перестань, Люци, - отмахнулся Лорд, усмехаясь, - Я не поглупел за эти годы, и не потерял память. Готов поспорить, что ты надеялся только на одно: что я пропал совсем, а, если и вернусь, то мне будет не до тебя. Я прав?

Люциусу даже не пришлось изображать смятение: он был на грани паники и сдерживался с трудом.

- Интересно, что ты почувствовал, Люци, когда понял, что я не приду? Радость? Счастье? Страх? Хотел бы я увидеть тебя тогда… Почему ты не отрекся от меня, Люци? Я знаю: ты ни разу не заявил, что я заставлял тебя подчиняться угрозами и заклятьями. Почему, мой принц?

- Мне бы не поверили. - Люциус равнодушно пожал плечами.

- Да, ты прав: даже Империо не способно заставить человека так долго подчиняться насилию. Тебя ведь считали моим любовником, не так ли?

- И считают до сих пор. Сегодня мне заявили, что я уже не столь привлекателен, как тринадцать лет назад.

- Не верь, мой принц, это все зависть. Ты по-прежнему очень хорош. Но можешь не бояться, - Лорд правильно понял мелькнувшее в глазах Люциуса выражение, - как и ты, я тоже изменился за эти годы. Эти игры мне больше не интересны. У меня есть цель, и я не намерен отвлекаться, пока не добьюсь желаемого, и, если к этому времени ты все еще сохранишь свою привлекательность, мы сможем снова вернуться к нашему разговору.

Люциус старался, чтобы его лицо выражало только почтительность и послушание, но внутри все ликовало: кажется, Снейп снова оказался прав. Лорд не намерен претендовать на него или убивать, и теперь следовало сделать все, чтобы его сочли полезным и удержаться рядом с троном, но в тени, не выходя на передний край.

- Скажи мне, Люциус, - продолжал между тем Лорд, - что произошло с моими счетами? Ты прибрал мои деньги к рукам, или пустил по ветру?

- Что вы, Повелитель! - возмущение Малфоя было вполне искренним, ведь только он знал, чего ему стоило не сделать ни того, ни другого. - Ваши деньги в порядке, и я лично слежу за соблюдением наших договоренностей. Если желаете, я готов представить все документы.

- Позже. Еще вопрос, Люциус. - Лорд поднялся и приблизился к так и стоящему посреди комнаты Люциусу. - Каким образом Аврорату стали известны имена моих последователей? Причем, не мелочи, вроде Керроу, а Ближнего круга. Что ты ответишь, мой принц?

Люциус похолодел. Конечно, зная Повелителя, расслабляться было огромной глупостью, а он непростительно расслабился, после заявления о том, что игры окончены.

- Это не я, мой Лорд. - он попытался ответить твердо, и сам поморщился от отвращения: так жалко и испуганно прозвучал его голос.

- Нет, Люци? А ведь только тебя мы обидели настолько, чтобы ты захотел отомстить, и не у всех хватило бы хитрости выторговать себе свободу, не отрицая, что десять лет грел постель ужасному злодею. Так что ты скажешь, Люци?

Лорд смотрел ему прямо в лицо своими изменившимися глазами, и Люциус чувствовал знакомый ужас.

- Я точно знаю, кто предатель, мой Лорд. - твердо проговорил он.

- И кто же?

- Позвольте мне пока не называть имени.

Во взгляде Риддла мелькнуло бешенство, но голос все еще был мягок:

- Почему?

- Вы решите, что я пытаюсь уничтожить врага, и перекладываю свою вину на ненавистного мне человека, чтобы отомстить.

- Так, так, так… - Лорд снова уселся в кресло, с интересом разглядывая Малфоя. - Судя по всему, у нас только две кандидатуры: Макнейр и ненавистный тебе мистер Снейп. Кого же из них ты не любишь больше? Или появился еще кто-то?

При упоминании Северуса, Люциус постарался сохранить равнодушие, но, похоже, Лорд понял это по-своему.

- Все-таки, Снейп? Скажи, Люци, он отпустил тебя или все еще нет?

- Мистер Снейп оставил меня в покое несколько лет назад, - сдерживая бешенство, проговорил Люциус, - заявив, что теперь, когда к его услугам любая из студенток Хогвардса, а я уже достаточно унижен, ему больше нет необходимости терпеть под собой мою недовольную физиономию.

- Бедный Люциус! - посочувствовал Лорд, даже не скрывая своего удовольствия. - Как, должно быть, это унизительно - выслушивать подобное от полукровки! А Нарцисса?

- Нарси тоже постарела, по его мнению. К счастью, это он тоже высказал мне.

- А как твой таинственный любовник? Такая красивая история!

- Он меня бросил. - равнодушно сообщил Малфой, но Лорда обмануть не удалось.

- И почему же?

- Он не вовремя вошел и увидел то, что не должен был.

- Ты изменил ему, Люци? После такой любви? И с кем?

- С первым встречным, мой Лорд.

Люциус говорил, уже не пытаясь скрыть свою боль. Он говорил это себе слишком часто, и все время удивлялся собственной глупости.

- Но почему, Люциус? - удивился ей и Лорд.

- Мне было скучно. - честно ответил Малфой.

- Что ж, все мы делаем глупости, мой принц. Ты пытался извиниться?

Люциус не верил своим ушам: Лорд сочувствовал? Скорее собирал информацию.

- Да. Бесполезно. Мы давно не виделись, мой Лорд. Все уже в прошлом.

- Не думаю… Но, вернемся к нашей беседе о предателях. Как ты намерен оправдаться?

- Если позволите, я готов предоставить документальные подтверждения моей невиновности.

- Хорошо… - Лорд поднялся и кивнул, отпуская Малфоя. - В следующий раз захвати документы, о которых ты говоришь и счета. Посмотрим, как мои дела… Да и твои тоже. Аппарируй отсюда прямо домой.

Повинуясь приказу, Люциус перенесся в собственную гостиную, к счастью, пустующую на этот раз. Нужно забрать из Гриннготса протоколы и получить документы по счетам Лорда. К счастью, Люциус продолжал переводить на них деньги все тринадцать лет, и тут проблем быть не должно было. Что же касается Макнейра… Люциуса не радовала мысль о ждущей его участи, но подставлять вместо головы предателя свою, он тоже не собирался. На свете существовали только трое людей, ради которых лорд решился бы на подобную рокировку, и Макнейра среди них не было. Спазм в желудке напомнил его светлости, что завтрак был слишком давно, обед он проспал, а ужин пропустил в отнюдь не приятной компании. Длинный суматошный день подходил к концу, лорд снова выжил, Снейп, кажется, слегка смягчился… Что ж, были и плюсы и минусы, но Люциус был доволен. Вызвав эльфа, он приказал подать ужин в кабинет и отправился в ванную: к сожалению, уже много лет никто не мешал ему наслаждаться водными процедурами в ванне, которую его светлость по непонятным причинам настойчиво и неаристократично называл не иначе, как «пенной лоханкой».

День рождения Нарциссы отмечали громко: Лорд пожелал собрать своих слуг вместе под благовидным предлогом, и посмотреть на их поведение и настроение. Сам он, конечно, прийти не мог, чему Люциус был очень рад. Еще больше он обрадовался, когда из камина, как ни в чем не бывало, появился Снейп. Поздравив именинницу, он поклонился гостям, зашептавшимся при виде подобной привилегии: им-то пришлось добираться в гости аппарацией и идти через сад, накладывая водоотталкивающие чары, поскольку дождь лил, как из ведра.

- Северус!

Люциус не смог скрыть своей радости, и, кажется, Снейпу это польстило. Чуть улыбнувшись краешками губ, он ответил:

- Люциус, здравствуй. - и, понизив голос, добавил: - Нужно поговорить.

Люциус оглянулся, Нарцисса подхватила Снейпа под локоть и прощебетала, улыбаясь:

- Профессор Снейп, будьте любезны, на пару слов! - и чуть тише, но все равно слышно: - Мне очень нужна ваша консультация по поводу одного зелья…

Снейп позволил увлечь себя за дверь, и Люциус услышал:

- Не могу отказать столь прекрасной имениннице!

Приказав подать еще вина, Люциус незаметно выскользнул в противоположную дверь и аппарировал в кабинет. Снейп ждал его у стола. О чем-то задумавшись, он бессознательно поглаживал столешницу кончиками пальцев, и у Люциуса беспомощно трепыхнулось сердце. Заставив себя поднять глаза, он встретился с непроницаемым взглядом и поспешил сказать:

- Что-то случилось, Северус?

- Нет.

Снейп поднял руку, и Люциус заметил тонкий ободок кольца, которого раньше у него не было.

- Приказ выполнен, ваша светлость, изволите проверить?

Люциус подошел, не потому что не доверял или любопытствовал: кольцо оказалось только поводом взять протянутую руку, почувствовать ее тепло и тяжесть… Кольцо было дешевым, серебряным, покрытым знакомыми рунами и удивительно уместно смотрелось на изящной, но такой мужской, руке. Снейп немного потерпел его прикосновение и аккуратно отнял руку.

- Нужно прочесть это заклинание, чтобы чары начали действовать.

Взяв бумажку, Люциус прочел короткое предложение и почувствовал, как заработала магия: на пару секунд вокруг них образовалось невидимое облачко силы, кольцо Снейпа вспыхнуло и все успокоилось.

- И что теперь?

- Теперь? - Снейп уничтожил записку и обернулся к нему. - Теперь ты сможешь чувствовать, если со мной что-нибудь случится.

Что-то в его тоне насторожило Малфоя.

- Только опасность? - уточнил он, и понял, что не ошибся: Снейп отвел глаза.

- Не только. Еще сильные эмоции: гнев, радость…

- Желание. - продолжил Люциус, закипая.

- Да.

- Насколько явственно?..

- Довольно четко. - Снейп прищурился. - Например, когда ты избил несчастного мальчика в борделе, мои ученики потеряли приличное количество баллов.

- Откуда ты?.. - Люциус замолчал, пытаясь успокоиться, и спросил по другому: - Ты ведь отключил все заклинания сразу после того, как ушел отсюда, как ты мог почувствовать это?

- Видите ли, ваша светлость… - протянул Снейп, - структура заклинания такова, что полностью «отключить» кольцо невозможно. Можно сделать вид, что магии нет, но она все же будет работать, незаметно для объекта.

- Почему я узнаю об этом только сейчас? - холодно проговорил Люциус.

Внутри него все горело: значит Снейп продолжал наблюдать за ним, и знал обо всех его попытках прийти в себя после разрыва? Да как он смел!

- Я не мог знать, что ваша светлость решит оставить себе мой скромный подарок даже после того, как я вернул ваш.

- Вернул? - Люциус вспомнил блестящую цепочку на земле. - А я думал, это называется «выбросил». Увы, я, видимо, слишком сентиментален, и сам предоставил тебе возможность шпионить за мной. Спасибо за урок, Северус, больше я не буду так доверчив!

Люциус едва сдерживался, чтобы не проклясть Снейпа в собственном доме, и до боли сжал трость, стараясь прийти в себя.

- Не стоит так расстраиваться, мой лорд, - мягко проговорил Снейп и принялся разжимать стиснутые на змеиной голове пальцы, - ведь теперь мы в одинаковом положении. Но, если угодно - я прошу прощения за свой проступок. Меня извиняет только мое искреннее беспокойство о вас.

Люциус окаменел, ощутив прикосновение губ: Снейп поцеловал ему руку?

- Я прощен, ваша светлость?

Этот мерзавец будто издевался! Люциус вспомнил, что его сильные эмоции открыты для Снейпа, а сейчас он, безусловно, испытывал сильные эмоции.

- Довольно представлений, Снейп! - Люциус выдернул руку и выпрямился. - У меня есть условие.

- Я слушаю.

- Будь добр, снимай его вечерами. У меня нет никакого желания знать, когда ты тащишь в свой кабинет очередного студента.

- Кстати, о студентах…

Снейп присел на краешек стола и сложил руки на груди. Люциус отступил на шаг и перевел дух.

- Ты случайно не знаешь, с чьей подачи наш дорогой Повелитель вдруг озаботился нравственностью подрастающего поколения?

- То есть? - не понял Малфой.

- Мне было прямо запрещено трогать студентов, как в школе, так и за ее пределами.

Люциус злорадно ухмыльнулся:

- И чем он мотивировал?

- Если Дамблдор узнает, меня уволят, а ему все еще нужен шпион.

- Полагаю, ты вполне можешь продолжать свои развлечения. - хмыкнул Люциус. - Вряд ли наш дорогой директор не в курсе того, что происходит в комнатах преподавателей. Ему не выгодно возмущаться по той же самой причине. Можешь спокойно портить мальчиков и дальше.

- Люци, что за вульгарные выражения? - слишком довольно протянул Снейп. - И, уверяю тебя, с девственниками я не связывался и насилия не применял.

- Ну, зачем же насилие? Пара капель зелья - и партнер готов на все.

- Я предпочитаю, чтобы меня хотели без зелий. - возразил Снейп, и Люциус едва удержался, чтобы не сорвать с руки проклятое кольцо. - И никогда не действую силой. Кстати, ты так и не ответил на мой вопрос.

- А почему ты думаешь, что у меня есть ответ?

- Потому что никто из наших соратников не стал бы смягчать мое положение, упомянув о «студентках» вместо «студентов». Благодарю за милосердие и заботу, мой лорд. Однако, Повелитель решил подстраховаться, и запретил мне трогать всех учеников, без различия пола и возраста. Так что, полагаю, вы должны быть удовлетворены своей маленькой местью: я вынужден был дать клятву, и снимать кольцо на ночь мне теперь не придется.

- Ничего, - зло утешил его Люциус, - думаю, ты найдешь выход. А теперь, если мы все обсудили, думаю, пора вернуться к гостям. Наше отсутствие могут заметить и сделать неверные выводы. Думаю сейчас в гостиной достаточно шпионов Лорда.

Люциус замолчал, прерванный невежливым смехом Снейпа.

- Что?

- Люци, ты бесподобен! Позволь просветить тебя: самый главный шпион Лорда сейчас не в гостиной. И, кстати, не только Лорда.

- То есть?

- Дамблдор тоже хочет знать, какие настроения господствуют в нашем террариуме. Мне придется демонстрировать обоим мои воспоминания, так что, постарайся быть аккуратнее. Нарциссу я уже предупредил.

- Как ты это выдержишь, Северус? - не сдержался Малфой, ощущая беспокойство и жалость.

Он снова вспомнил, что его чувства читаются, когда Снейп, пристально посмотрев ему в глаза, покачал головой:

- Не стоит так волноваться, ваша светлость. Я буду осторожен.

- Не смей снимать кольцо, ты понял? - Люциус рванулся и схватил собеседника за ворот мантии. - Никогда! Можешь трахаться целыми сутками, я потерплю, но, если я узнаю, что, отправляясь к Лорду, ты его снял, я не знаю, что с тобой сделаю! Мне взять с тебя Непреложный обет, или сам пообещаешь?

Снейп не двигался, глядя на беснующегося Малфоя непонятным взглядом, и Люциусу показалось, что сквозь его собственное беспокойство пробивается что-то еще, какое-то чувство извне, но прежде чем он понял, в чем все-таки дело, Снейп разжал пальцы Люциуса, отодвинул его за плечи и, проговорив: «Обещаю, мой лорд», быстро вышел из кабинета, оставив Люциуса приходить в себя и восстанавливать сбитое дыхание и высокомерно - равнодушный вид.

Притворяться спокойным стоило Люциусу некоторого труда, но, видя, что Снейп наблюдает за ним, лорд Малфой выпрямил спину и принялся развлекать гостей, от души развлекаясь сам.

После праздничного ужина, напоминавшего свадебный пир своим великолепием, количеством гостей, да и их составом тоже, начались танцы. Первый танец хозяин дома протанцевал с хозяйкой, а потом стал по-очереди приглашать многочисленных дам, от престарелой тещи соседа до чьей-то сопливой племянницы, стараясь никого не пропустить и не обидеть. Снейп не танцевал. Стоя у колонны с бокалом в руке, он не сводил глаз с веселящегося лорда, и Люциус замечал, что вино в его бокале очень быстро убывало, да и бокалы менялись с почти неприличной быстротой. У Люциуса кружилась голова, и он винил в этом шампанское, музыку, праздник, чтобы не признаваться себе, что истинная причина его воодушевления сжигает его глазами из-за столба.

Дамы затеяли игру в фанты. Люциус опустил в кубок снятое с руки единственное кольцо, и его обожгло всплеском постороннего гнева. Снейп шагнул к столу и бросил в кубок маленький ключ на цепочке. Их руки столкнулись внутри, и Люциус с радостью заметил, что Снейп отдернул свою. Он все еще был в бешенстве, и Люциус сделал знак Нарциссе. Когда из кубка показался ключ, она зашептала на ухо жене Кребба, и та торжественно провозгласила:

- Этот фант должен поцеловать руку имениннице!

Снейп исполнил требуемое, и Люциус уловил облегчение. Самому Люциусу досталось задание посложнее: танец с владельцем следующего фанта. Дамы заинтересованно притихли.

- Господа, чей это фант? - Эйвери, назначенный арбитром, высоко поднял медальон.

- Это мой.

К Люциусу, слегка робея, приблизился Эван Розье. С тех пор, как Руквуд оказался в Азкабане, Люциус больше не встречался с мальчишкой. Поговаривали, что тот пытался добиться свидания, признавшись в своей связи с осужденным, но ничего не достиг, и был даже вынужден уехать из Англии, спасаясь от осуждения собственной семьи и травли в прессе. Розье выглядел повзрослевшим, и о прошлом напоминала только робкая мечтательная улыбка.

- Что ж, Эван, придется нам покориться. Желаете вести?

- Ни в коем случае, ваша светлость! Отдаю эту привилегию вам.

Они вышли на середину гостиной, заиграла музыка и Люциус снова почувствовал чужие эмоции: Снейп, несомненно был разгневан и… ревновал?

Люциус обнял молодого человека, притянув чуть ближе, чем полагалось правилами, ослепительно улыбнулся и повел. Эван танцевал сносно. Сначала он сбивался, пытаясь вести, но, вскоре они почувствовали ритм и друг друга, и дальше все пошло, как нужно. Когда музыка закончилась, зрители наградили их аплодисментами.

- Благодарю за танец! - галантно поклонился Люциус.

- Взаимно, ваша светлость.

Люциус был сейчас почти счастлив, и ему хотелось облагодетельствовать всех.

- Эван, приходите завтра к полудню, я попытаюсь узнать, можно ли что-нибудь сделать. Теперь в министерстве меня знают лучше, чем тогда.

Мальчишка сразу понял, о чем он, и побледнел, не отводя загоревшихся надеждой глаз.

- Все, что хотите, ваша светлость. Обещаю! - жарко прошептал он и, резко развернувшись, бросился к двери.

- Как не хорошо, ваша светлость! - Снейп не потрудился говорить потише. - Что такого вы сказали молодому человеку, что он выскочил из зала, словно спасаясь? Уж не назначили ли вы ему свидание?

Гости сочли шутку удачной и рассмеялись, а Люциус подумал, что Снейп, пожалуй, сам наказал себя за свой уход: эмоции чувствовались столь ярко, что было трудно это выносить. И, если после их разрыва Северус чувствовал то, что помнилось Люциусу, то не удивительно, что он до сих пор его ненавидит. Или все-таки, ревнует?

- Увы, я уже слишком стар для подобных безумств! - ответил Малфой. - Я просто похвалил его умение танцевать.

Следующие фанты Малфой упустил из виду, занятый своими мыслями, как вдруг пришедшее извне ощущение заставило его почти покраснеть. Оглянувшись, он обнаружил, что Снейпа нет в гостиной, и незаметно вышел: гости были уже в том состоянии, что развлекали себя сами, забыв о хозяевах.

Не пройдя и до конца коридора, Люциус наткнулся на возмутительное зрелище: Снейп прижимал к стене растрепанного Розье и жадно целовал его запрокинутое лицо. От этой картины Люциуса кинуло в жар.

- Господа, - холодно произнес он, - на втором этаже достаточно спален. Если вы не в силах добраться до них самостоятельно, я могу аппарировать вас. Не стоит рисковать репутацией и нервами дам.

«Господа» застыли, Розье охнул и с ненавистью толкнул отпустившего его Снейпа в грудь.

- Ваша светлость, я… Простите! Я не хотел…

Его голос сорвался, а в глазах проступила такая тоска, что Люциус не стал его мучить, и, хотя нахала хотелось убить, сказал почти спокойно:

- Вы вполне взрослый человек, Эван, и ваш выбор - только ваше дело. Если надумаете принять мое предложение - жду вас завтра, как и обещал.

- Я приду. - твердо ответил Розье и тихо добавил: - Спасибо вам.

- Пока не за что. Вы не будете так любезны… мне необходимо переговорить с профессором.

- Конечно.

Поклонившись и кинув на Снейпа полный ненависти взгляд, Розье вернулся в гостиную.

- Итак? - насмешливо заявил Снейп. - Я слушаю.

- Ты, кажется, говорил, что не применяешь насилие?

- Пока ваша светлость не явились, он не очень-то и сопротивлялся. По-моему, мальчику отчаянно не хватает партнера. Впрочем, если я правильно понял, эта проблема скоро решится?

- Северус, создается впечатление, что партнера не хватает именно тебе. Неужели ты так привык получать свое каждую ночь, что, лишившись привычного обслуживания, решил накинуться на первого встречного?

- Благодаря вашей светлости у меня исчезла личная жизнь, и я думаю, если вы поделитесь немного своей, будет только справедливо. Завтра он будет так же готов к услугам, как и сейчас. Обещаю ничего не портить и нигде не расписываться.

- Северус, ты пьян. - вздохнул Люциус, которого уже стало утомлять ощущение чужой горькой злобы.

- Наверное. Ты удивишься, Люци, как давно я не позволял себе напиваться.

- Останься у нас. Переночуешь в своей комнате…

Люциус замолчал, словно наткнувшись на злой взгляд.

- Избавь меня от своей благотворительности, Люци. Здесь давно нет моей комнаты, и мне противно думать о том, сколько еще человек называли ее своей.

- Как хочешь! - обиделся Люциус. - Тогда изволь вести себя прилично, или я пожалуюсь Нарси, и она тебя отравит. Дать тебе отрезвляющего зелья?

- У меня есть. - буркнул Снейп, шаря по карманам.

- Ну, так выпей! И будь добр, не устраивай больше публичных истерик. Захочешь поорать, я, так и быть, потерплю, но наедине. И трезвым. Я доступно излагаю?

Снейп как-то покорно взглянул на него, поднося к губам флакончик и ответил:

- Вполне доступно, мой лорд.

Люциус отвернулся, и прошел в гостиную, чувствуя спиной взгляд и почти ожидая, что его окликнут. Снейп промолчал.

Провожая гостей к воротам, Люциус поинтересовался у жены, не видела ли она Снейпа.

- Он попрощался и ушел сразу после фантов. Просил извиниться перед тобой.

- Спасибо, милая!

Ворота закрылись, слегка расплываясь перед глазами от восстанавливающихся заклятий, и Люциус вздохнул с облегчением: праздники и так слишком утомляли сиятельного лорда, а постоянный фон чужой тоски, пытающийся пробиться сквозь мысленную защиту, придавал усталости унылый оттенок. Хотелось лечь и уснуть, перестать чувствовать чужие эмоции, и Люциус пожалел о своем желании иметь кольцо. Если его выбил из колеи первый же вечер, то как Снейп терпит это столько лет? Вспомнив о Снейпе, Люциус чуть приободрился: похоже, его светлость все еще способен вызывать эмоции у бывшего любовника, и это не могло не радовать. Правда, хотелось бы, чтобы эти эмоции не ограничивались злостью и ревностью, но уж лучше злость, чем безразличие. Эмоциям свойственно меняться, а уж о том, чтобы они менялись в нужную сторону, он позаботится.

5 глава

Несколько дней спустя, Люциус снова посетил таинственное убежище Повелителя. В темноватой гостиной было все так же жарко, но пыль исчезла, а кресел прибавилось: видимо, не всех приглашали по одному. Лорд просмотрел счета, дал некоторые указания, и Люциус даже удостоился похвалы своим деловым качествам. Получив папку с протоколами, Повелитель промолчал, а вскоре министерство объявило в розыск своего пропавшего палача. Люциус не хотел знать, что произошло на самом деле, и был только рад, что Риддл с ним на эту тему не заговаривает. С Люциусом Повелитель обращался приветливо, и после деловых бесед интересовался здоровьем Нарциссы и успехами Драко в школе. Пару раз Лорд даже угощал его чаем, поэтому Люциус не удивился, когда в комнату вплыл поднос с чашками и печеньем в вазочке. Повинуясь жесту Лорда, Люциус взял чашку и отпил глоток. Сидящий напротив Лорд с интересом рассматривал его, держа свою чашку и о чем-то раздумывая. Люциус молчал, ожидая, когда внимание Лорда вернется к нему.

- Должен признать, ты все еще прекрасный финансист, Люциус. Твоя интуиция тебя практически не подводит… - задумчиво протянул Лорд, и интуиция Люциуса завопила, предупреждая хозяина об опасности.

- Вы слишком добры ко мне, мой Лорд.

- Не скромничай, Люци. Но, к сожалению, есть маленькая проблема, которая тревожит меня.

Люциус изобразил живейшее внимание.

- Пей, мой принц… Дело в том, - Лорд улыбнулся и заговорил мягко, почти ласково, - что я не могу до конца доверять человеку, мыслей которого не знаю.

Люциус почувствовал холод, несмотря на жаркое пламя камина.

- Не пугайся так, мой мальчик. - Лорд, как всегда, видел его насквозь. - Мне пока еще нужен твой рассудок. Поэтому я решил узнать о твоих мыслях другим способом. Пей свой чай.

Люциус посмотрел на чашку в своих руках. Нет…

- Да, ты понял верно. Веритассерум. Можешь не опасаться: Северус варит отличные зелья, и отравиться тебе не грозит. Но и отмолчаться, увы, не получится. Допивай быстрее, и начнем.

Люциус проглотил то, что оставалось в чашке и застыл, чувствуя, как мягкая дымка заволакивает мозг. Вот как это бывает? Последний всплеск паники растаял под действием зелья, и Люциус еще успел уловить ответную волну беспокойства, но уже не понял, что это было.

- Итак, Люциус, - услышал он и повернулся, ожидая вопроса, - кому ты служишь?

- Вам, мой Лорд.

Отвечать было потребностью, говорить правду - изумительным удовольствием. Люциус с нетерпением ожидал еще вопросов и готов был ответить на все.

- Ты предавал меня?

- Нет, мой Лорд.

- Ты лгал мне?

- Да, мой Лорд.

Волдеморт нетерпеливо отмахнулся:

- Не повторяй! В чем была ложь?

- Я не хотел вас, я любил другого и лгал вам, чтобы вы этого не узнали.

- Все это для меня не новость. - тон Риддла стал жестким, вопросы - резкими. - Ты жалел, что присоединился ко мне?

- Да, и неоднократно.

- Почему?

- Я потерял свободу, безопасность и деньги.

- Как банально, Люци!

Лорд встал и отойдя к окну, задумался, оставив Люциуса в ожидании.

- Ты ненавидишь меня?

- Нет, мой Лорд.

Кажется, Повелитель удивился его ответу.

- Нет? И что же ты чувствуешь?

- Страх.

Волдеморт поморщился.

- Это правильно, Люци, очень хорошо…

Люциус словно видел, как туман в его голове становится чуть прозрачнее. Он стал понимать, что у него спрашивают и что он отвечает.

- А за кого ты боишься больше всего?

Рука Малфоя рефлекторно сжала трость, боль придала сил, и с трудом ему удалось ответить: " За близких.» - умоляя, чтобы Волдеморт не стал уточнять.

- То есть, пока ты боишься за семью - ты будешь верен мне?

- Да, мой Лорд.

Люциус устал. Напряжение последних вопросов отняло все силы: он не смог победить зелье, но даже уклончивые ответы почти стоили ему сознания.

- Не могу удержаться, Люциус, - Лорд вернулся в кресло и придвинулся поближе, - у тебя сейчас есть любовник?

- Нет, мой Лорд.

- Это просто противоестественно, Люци: с такой красотой - и почти монах. Платные партнеры, я полагаю?

- Да.

- Не пугайся, это всего лишь праздное любопытство. А юный Розье? Говорят, он смотрит на тебя, как на бога.

- Я просто оказываю ему услуги.

- Видимо, это очень важные услуги. Разве не естественно было бы, если бы он их оплатил? Ты думал об этом?

- Да, мой Лорд.

- Хорошо, мой принц, ты можешь идти. Действие зелья скоро пройдет, так что, если не хочешь рассказать кому-нибудь пароли от своих маггловских сейфов, прими антидот или просто запрись на часок в спальне один. Мой поклон леди Малфой.

Лорд взмахнул палочкой, открывая аппарацию, и Люциус бездумно перенесся из этой душной гостиной в собственную, запоздало испугавшись расщепиться: в голове плыло, ноги не держали. Едва выйдя из аппарации, Малфой начал падать и был пойман и усажен на диван.

- Люци!

Знакомый голос мешал, словно заноза, заставляя шевелиться, думать, открывать глаза.

- Люци, очнись! Посмотри на меня немедленно, иначе я применю агуаменти, и твоя модная мантия будет испорчена!

- Не смей! - ответил Люциус, с трудом приходя в себя. - Тебе за год не заработать на такую. Босяк.

Люциус открыл глаза. Снейп тревожно глядел на него, сидя на корточках перед диваном.

- Напугал. - он отстранился и сел рядом, постепенно успокаиваясь. - Лорд?

- Да.

Люциус вспомнил предостережение Риддла и попытался подняться.

- Северус, мне лучше уйти к себе.

- Все еще обижаешься? Я готов извиниться.

- Я не обижаюсь.

Люциус снова попытался подняться.

- Подожди! - Снейп зашарил в карманах, продолжая говорить. - И о чем вы беседовали на этот раз?

- Лорд спрашивал, чего я боюсь и предлагал мне сделать Розье своим любовником.

Снейп внезапно остановился и внимательно вгляделся в глаза Люциуса, придвинувшись почти вплотную.

- Веритассерум?

- Да. Мне нужно уйти.

- Конечно, Люци.

Снейп встал, быстро отошел к камину, и, немного постояв, вернулся обратно.

- И что ты ответил Лорду? - равнодушно спросил он, протягивая руку и помогая Люциусу встать.

- Что мне не нужен Розье.

- А кто тебе нужен?

Снейп смотрел неожиданно остро и жадно, а Люциусу хотелось зажмуриться. Или ударить.

- Ты.

Кажется, Снейп попытался улыбнуться, но Люциус уже не видел этого.

- Какая же ты сволочь, Снейп. - он вырвал руку и покачнулся, едва не упав обратно на диван. - Никогда больше не смей являться сюда без вызова, ты меня понял? Я не желаю больше тебя видеть.

Люциус стянул с руки кольцо и бросил в камин.

- Считай, что я вернул подарок. Если желаешь - можешь забрать. И, если ко мне больше нет вопросов, прощайте, мистер Снейп.

Люциус повернулся, с трудом справившись с головокружением, и пошел к двери. Аппарировать он не решался: есть масса других способов покончить с собой. Снейп окликнул его у самого выхода.

- Люциус! Прости меня!

- Я понимаю тебя, Север: такой соблазн… - Люциус повернулся и посмотрел в растерянное лицо. - Невозможно устоять… Но я не забуду, Север. Боюсь, что нет.

Закрыв за собой дверь, Люциус едва устоял на ногах: его накрыла такая волна тоски и раскаяния, что пришлось привалиться к стене, спешно поднимая щиты. Да, мой ядовитый, бывает и так. Но мою боль ты больше не почувствуешь.

С трудом поднявшись по лестнице, Люциус упал на кровать. Двигаться не хотелось, его слегка знобило и подташнивало. Вы, ваша светлость и в сорок будете трепетной девицей: еще горячкой захворайте от несчастной любви, как положено в старинных романах. Люциус потянул на себя одеяло и попытался задремать, но ничего не получалось. В дверь постучали. Надеясь, что это не Снейп явился извиняться, он снял запирающее. В спальню вошла Нарцисса.

- Люци, как ты? Действие зелья уже прошло?

- Ты говорила со Снейпом? - имя почему-то не выговаривалось, но теперь он, хотя бы, мог не отвечать на вопросы.

Нарцисса присела на кровать и достала пузырек.

- Что это?

- Антидот.

- Снейп принес?

- Он просил не говорить тебе этого. Сказал, что ты откажешься пить.

Люциус хмыкнул и опустошил склянку одним глотком. Стало чуть легче.

- Вы снова поссорились?

- Мы и не мирились, Нарси. С этим гадом невозможно даже поговорить без желания проклясть на месте.

- Согласна. Однако, этим он тебе и нравился.

- Не спорю. Нарси… скажи, твой целитель очень рассердится, если я попрошу тебя ненадолго остаться и прилечь рядом?

- Не думаю. Он не ревнив и еще помнит, что я замужем за тобой.

- А ты не откажешься?

- Как я могу, мой лорд? Все, что прикажете.

Она улыбалась, и Люциус подвинулся, откидывая одеяло. Нарцисса легла на кровать, обнимая мужа, и он расслабился, положив голову ей на плечо.

- Нарси, могу я спросить?.. Ты счастлива?

- Думаю, да… - ответила она после недолгой паузы. - Это плохо?

- Нет, я рад, что так вышло. Все же я виноват перед тобой.

- Люци, не думай об этом. Жизнь очень длинна и непредсказуема. И у тебя еще все будет хорошо.

- Сомневаюсь.

- Люци, вы оба, как малые дети: ходите вокруг да около и выражаете свою симпатию, стуча предмет своих грез по голове лопаткой. Ты в состоянии продать гоблинам Гриннготс, неужели ты не справишься с Северусом? При всей его хитрости, временами он весьма наивен, и времена эти чаще всего наступают когда он смотрит на тебя. Отдохни, Люци, приди в себя. У тебя полно времени. Все будет хорошо.

- Я перестал в это верить много лет назад.

- Напрасно, муж мой, напрасно.

- Я не нужен ему.

- Да? - Нарцисса отвела глаза и продолжила, чуть улыбаясь. - Именно поэтому его мальчики все, как один - блондины и не задерживаются дольше недели.

- Откуда тебе это известно?

- Поинтересовалась. А, если бы интересовался ты, то узнал бы, что их было совсем немного и давно уже никого нет.

Люциус запретил себе расспрашивать.

- Прости. Я не должен был говорить об этом с тобой.

Нарцисса замолчала, перебирая волосы супруга и ласково гладя его по голове. Люциус, кажется, уснул.

* * *

Камин в полутемной гостиной поплыл, меняя очертания…

- Люциус, - голос Повелителя звучал, казалось, со всех сторон одновременно, - ты лгал мне!

Огонь подступал все ближе, превращаясь в странное лицо со змеиными глазами, языки огня тянулись, старательно обвивая руки, шею, связывая ноги, не давая бежать.

- Люциус! Ты боишься меня? Кого ты любишь, Люциус?..

Раскаленная змеиная морда приблизилась, дыша жаром в лицо, и Люциус зажмурился, почти теряя сознание…

* * *

- Люциус! Ты слышишь меня?

- Ваша светлость?

- Что с ним, Энджи?

Энджи? Люциус попытался открыть глаза, ожидая увидеть змею, но ее не было. Оставался только жар, невозможность дышать и владеть голосом.

- Похоже на отравление. Что он пил?

- Веритассерум и антидот.

- Подержи.

Руку сжали, кажется, у него брали кровь, но даже боли Люциус не почувствовал. «Интересно, чем я вызвал недовольство Лорда?» - мелькнула мысль, но думать не было сил, и Люциус позволил себе потерять сознание. Снова он очнулся от голоса Нарциссы и удивился: разве в его спальне был открыт камин? Нарси говорила по каминной связи, и Люциус быстро понял, с кем именно.

-… необходимо! Ты не можешь отказаться!

- Я сварил все, что вы требовали, твой любовник вполне компетентен, ты - жена. Не вижу необходимости тащить меня из Хогвардса, чтобы лишний раз полюбоваться на бессознательного лорда. Наверняка, он не причесан и недостаточно прилично одет, и я предпочту, чтобы свое недовольство по этому поводу он выражал тебе, а не мне.

- Северус, прекрати истерику! - Нарцисса заговорила холодно и четко. - Ты, конечно, можешь не являться, но мы с Энджи не спали двое суток. К тому же, Энджи считает, что если сегодня не случится чуда, Люци просто больше не очнется. Если ты предпочитаешь попрощаться с ним на похоронной церемонии - это твое дело.

- Нарси… - голос Снейпа звучал растерянно. - Он прямо запретил мне являться без вызова. Чары меня просто не пропустят…

- Я вызываю тебя и приказываю явиться! Надеюсь, слова хозяйки будет достаточно. Так ты придешь?

- Да. Я сейчас буду.

Нарцисса быстро закрыла камин и вышла из комнаты, а Люциус снова почувствовал, как погружается в раскаленную воронку и, не выдержав жара снаружи и внутри, опять потерял сознание.

Жар отступил, но перед глазами все так же плясали языки пламени, и Люциус не открывал их, опасаясь увидеть свои кошмары наяву. Звук наливаемой жидкости и стук стекла немного успокоили, и Люциус осторожно взглянул сквозь ресницы. На стуле рядом с кроватью, Снейп наливал в стакан огневиски и что-то бормотал, непонятно к кому обращаясь. Понимая, что не в силах сейчас говорить с ним, Люциус снова зажмурился и стал прислушиваться, тем более, что, как оказалось, обращался Северус именно к нему.

- Люци, ты не представляешь, каково это - знать, что к тебе прикасаются чужие руки, и не иметь права отнять свое. Я помню каждую родинку на тебе, я помню, как пахнут твои волосы, но не могу протянуть руку и дотронуться. Это сводит с ума.

Люциус уже понял, что Снейп довольно пьян. Никогда раньше он не видел бывшего любовника таким измученным и откровенным, и теперь старался не выдать себя случайным вздохом или движением, понимая, что Снейп никогда не простит ему, если узнает, что его слушали.

- Но я ни на что не имею права. Я могу только смотреть. Я пытался, правда. Но, стоит мне увидеть тебя, я чувствую дикую злость: к тем, кому ты улыбаешься, к тем, с кем ты говоришь… От этой злости мне хочется сделать тебе так же больно, как больно мне, и я умею это, ты знаешь…

Снейп заметил, что его бокал пуст, и потянулся за бутылкой.

- Как я радовался, когда ты потребовал кольцо! Я думал, наконец-то ты почувствуешь эту боль, наконец-то я буду отомщен, и только потом я понял, какой я идиот! Ты мог читать меня, но сам оставался спокоен. Ледяной принц. Лорд разбирается в людях… Но я еще помню тебя другим.

Звук покатившейся бутылки отвлек его, и Снейп выругался сквозь зубы.

- В те дни, когда ты занимался любовью, я просто закрывался в своей комнате и представлял… Я травил себя воспоминаниями и видениями. Ты был так точен, что я знал, в какой день ты будешь с любовником, и начинал психовать задолго до этого… Знаешь, как зовут меня ученики? «Скользкий ублюдок». Они бы смеялись… Я сам смеюсь над собой, Люци. Я готов был убить этого сопляка только за то, что он смеет танцевать с тобой, я почти изнасиловал его на твоих глазах, а ты снова был спокоен. Я сходил с ума, и я не устоял перед искушением. И теперь ты никогда не простишь меня, ты ведь такой гордый, мой Люци… И еще ты можешь больше не проснуться.

Снейп пересел на кровать, и погладил Люциуса по волосам, задевая плечо.

- Нарцисса винит меня. Она говорит, что ты устал, но я-то знаю: ты слаб только с виду. Ты ведь упрямый, мой лорд, и решишь ты уйти, или остаться - никто не остановит тебя, ты всегда делаешь то, что хочешь…

Снейп вдруг нагнулся прямо к лицу Люциуса, и тот едва не задохнулся от неожиданности и запаха огневиски. Только алкоголь не давал Снейпу почувствовать неровное дыхание Малфоя и заметить дрожь его ресниц.

- Люци, если ты вернешься - клянусь, я больше не подниму на тебя глаз. Заведи десяток любовников, сожги Менор, прокляни меня: видишь, сколько у тебя дел. Вернись, мой лорд, и мне будет довольно.

Люциус едва сдерживался, притворяясь бессознательным, пока горячие губы покрывали его лицо торопливыми поцелуями: рот, веки, висок, снова рот…

- Северус, что ты делаешь?

Снейп резко выпрямился и ответил вошедшей Нарциссе:

- Хотел воспользоваться беспомощным состоянием лорда в своих низменных целях, конечно.

- И как?

- Немного не успел. Может быть, подождешь за дверью?

- Ты пьян? Очень мило. Отправляйся домой. Или переночуешь у нас?

- Моя прекрасная леди!

Люциус осмелился приоткрыть глаза: Снейп шутовски поклонился Нарциссе, едва не свалив стул, и придерживая его.

- Не думаю, что это хорошая идея. Если позволите, я подожду утра здесь.

- Здесь - это где?

- Там, где мне и место.

Заявив это, Снейп шлепнулся на коврик у кровати, и Люциус теперь видел только всклокоченную макушку. Он с трудом удержал руку, чтобы не пригладить торчащие немытые волосы: подслушанные признания почти заглушили обиду, оставив в сердце жалость и надежду. Пожалуй, придется все-таки выжить.

- Мальчишка! - фыркнула Нарцисса. - И всегда им был.

- Вам жаль для меня ковра?

- Мне не жаль для тебя и Круцио, Снейп. Сиди, где хочешь. До утра уже недалеко.

- Он вернется, Нарси. Он не бросит Драко. - тихо произнес Снейп.

- Скоро узнаем…

Люциус прикрыл глаза и простонал: «Нарси…», и все вдруг пришло в движение: Снейп подскочил, одной рукой больно вцепился в запястье, измеряя пульс, другой нашарил на тумбочке какое-то зелье и, бросив считать, приподнял голову Люциуса, прижимая стакан к губам. Хлопнула дверь и вбежал целитель: Нарцисса использовала следящее заклинание. Люциус, едва не захлебываясь, глотал горькую жидкость, любуясь на совершенно счастливого, не отводящего от него глаз, Северуса. «Ну, теперь ты мне за все ответишь, моя радость!» - было последней мыслью лорда, а потом он просто заснул, и больше никаких болезненных снов не видел.

6 глава

Да, у Люциуса были большие планы, но, к сожалению, они никак не желали сбываться. Стоило ему очнуться, как Снейп тут же исчез. Люциус ждал, что он явится извиняться, и был намерен простить, конечно, немного помучив в отместку за все, что пережил сам, но этот гад, похоже, был намерен сдержать свое слово и больше не попадался Малфою на глаза. Иногда они встречались у Лорда, и Снейп честно смотрел в пол, кланялся и исчезал при первой же возможности. Потом в Хогвардсе начались экзамены, и он пропал совсем. Единственное, что радовало Люциуса - кольцо Северус так и не снял, и, следя за эмоциями бывшего любовника, его светлость ни разу не уловил в них указание на то, что у Снейпа хоть кто-то есть.

Узнав, что Люциус снова чуть не умер, выдав сильнейшую аллергию на Веритассерум, Лорд потребовал сделать анализ, прямым текстом заявив, что подозревает сиятельного лорда в попытке уклониться от дальнейших «разговоров по душам». Люциус послушно сдал кровь одному из соратников, работающему в Мунго, и долго смеялся (конечно, уже дома), узнав, что у него полная непереносимость зелий подчинения в целом и Веритассерума в частности. Лорд посетовал на слабое аристократическое здоровье своего слуги и нехотя разрешил ему ежегодную поездку во Францию, видимо, не желая вызывать лишних вопросов. А потом Люциусу стало не до Снейпа.

Драко, вернувшегося из школы, этим летом словно подменили. Конечно, он уже не был тем доверчивым одиннадцатилетним ребенком, который так любил сидеть у отца на коленях и болтать про все на свете, но ничего подобного тому, что происходило, Люциус не ожидал. Воспитанный аристократами подросток, конечно не кричал и не топал ногами, он беспрекословно выполнял просьбы, но не упускал случая показать свое недовольство. Научившись от отца презрительной улыбке, а от матери - вежливо говорить обидные вещи, он использовал теперь весь свой арсенал, пытаясь вывести Люциуса из себя и разозлить его. Что все это значило, Люциус не понимал. С Нарциссой Драко и вовсе перестал разговаривать, отделываясь короткими «Да, мама» и «Нет, мама». Люциус терпел почти месяц, надеясь, что сын перебесится, но и его терпение лопнуло, когда Драко нахамил Блейзу и, на требование матери извиниться, выскочил из комнаты, хлопнув дверью. Извинения пришлось приносить самому лорду, что тоже не добавило ему хорошего настроения. Люциус отправился в комнату сына с твердым намерением выяснить, что все-таки происходит.

- Драко?

- Да, отец.

Сын стоял у стола, глядя упрямо и расстроенно, и у Люциуса заныло сердце: когда его мальчик перестал звать его папой? Занятый своими переживаниями, он и не заметил этого. Чего еще он не заметил? Люциус сел в кресло и указал сыну место напротив.

- Драко… Я вынужден поговорить с тобой о твоем поведении. Ты ничего не хочешь мне рассказать?

Драко промолчал.

- Нет? Тогда как ты объяснишь свою выходку в столовой?

- Я объясню. - голос Драко звучал упрямо и слегка истерично, и Люциус поморщился. - Но объясни сначала, почему ты не прогонишь этого Блейза?

- Почему я должен выгонять хорошего целителя? - удивился Люциус, уже догадываясь о причинах истерики. Странно, что это случилось только сейчас. - Я думал, он тебе нравится?

- Он нравится не только мне! - выкрикнул Драко и осекся, с испугом посмотрев на отца.

Люциус усмехнулся:

- Сказал больше, чем намеревался? Нехорошо позволять эмоциям опережать разум. Чему я учил тебя?

- Почему ты это терпишь? Ты ведь ей не изменяешь! - Драко позволил истерике нести себя, и Люциус не знал, к чему они придут в результате.

- То, что сейчас я не изменяю твоей матери, Драко, - медленно протянул Малфой, - вовсе не означает, что так было всегда.

Драко упал обратно в кресло, из которого вскочил было, и молча смотрел на отца, не зная, верить ему или нет.

- И, что бы ты не думал, мальчишка, - жестко сказал Люциус, наклонившись над ним, - если ты еще раз позволишь себе неуважительно отозваться о своей матери, я не оставлю это без последствий.

- Но, как же… Все, что я видел, это… Вы притворялись?

- Видишь ли, Драко…

Люциус подумал, что Нарси, несомненно нашла бы слова, чтобы объяснить все, но приходилось действовать самому.

- Мы с твоей мамой любили друг друга. Правда, любили, но жизнь иногда преподносит такие сюрпризы… В любом случае, нельзя винить в этом Нарси: случилось так, что я неожиданно полюбил другого человека…

- Прости? - голос Драко сорвался почти на визг. - Ты сказал «другого человека»?

- Да… Мужчину.

Люциус заставил себя поднять глаза на сына, со страхом ожидая его реакции, но Драко молчал, серьезно обдумывая сказанное. Когда он посмотрел на отца, тот незаметно перевел дух: отвращения в глазах не было.

- Я могу узнать, кого?

- Нет. - быстро ответил Люциус и смягчил резкость ответа улыбкой. - Это было очень давно. Мы больше не видимся.

- Был кто-то еще?

- Нет.

- А мама?..

- Твоя мама - святая женщина. - усмехнулся Люциус. - Она простила меня, хотя я до сих пор считаю себя виноватым. И я счастлив, что нашелся человек, достойный внимания твоей матери и ее привязанности. Не оскорбляй его, Драко, он и так слишком многое терпит за возможность быть с любимой женщиной. Я благодарен ему за улыбку твоей мамы, за его верность и скромность.

Люциус неловко улыбнулся и развел руками:

- Вот так и живем…

Драко отводил глаза, явно сдерживаясь, чтобы не начать расспрашивать дальше, и Люциус с радостью видел, как благоразумие побеждает: сын выпрямился, машинально расправил мантию и произнес:

- Мне нужно подумать.

- Безусловно, - кивнул Люциус, - как только извинишься перед целителем Блейзом.

- Да, отец.

Люциус встал и покинул комнату сына в совершенно расстроенных чувствах. Интересно, до чего Драко может додуматься? Люциус не хотел признаваться себе, но характер наследника расстраивал его: слишком самолюбивый, излишне капризный и несдержанный, он легко поддавался на провокации и не умел держать себя в руках. А уж наследственное желание быть предметом всеобщего восхищения, и вовсе огорчало Люциуса, помнящего, на чем именно он всегда попадался. Драко был не меньшим павлином, чем он сам, но не желал признавать за собой малейших недостатков и стремился быть первым во всем, особенно в том, что ему никак не удавалось. Люциус надеялся, что со временем наследник поумнеет и начнет видеть свои ошибки, а там и не совершать их.

Люциус рассказал Нарциссе о разговоре и попросил не вмешиваться. Драко, очевидно, сделал выводы и стал вести себя чуть менее агрессивно. Он перестал кидать презрительные взгляды на целителя, заговорил с Нарциссой, зато принялся откровенно избегать отца. Люциус смирился: если раньше он был для Драко примером для подражания, то что его ребенок должен был чувствовать теперь, когда слой позолоты с его портрета стерся и обнажилось трухлявое дерево реальности? Люциус понимал, что снова пришло время отвечать за свой выбор, и был готов, как бы больно ему не было. К счастью, Драко, кажется, щадил его, и общался вполне вежливо, но Люциусу все время чудилось презрение и любопытство в серых глазах.

Они вернулись в Малфой-Менор накануне отъезда в Хогвардс. К школе все было приготовлено заранее, и, выпив чаю, все разошлись по своим комнатам. На утро Драко попросил Люциуса не провожать его на поезд, и, пряча глаза, пообещал писать. Люциус не смог выжать из себя ничего, кроме короткого: «Удачи!», и, развернувшись, быстро вышел из комнаты, не отвечая на сочувственный взгляд Нарциссы.

Аппарировав на платформу 9.3/4, Люциус издалека наблюдал, как Драко поцеловал руку матери, кивал одноклассникам, и вдруг застыл, глядя в сторону. Люциус перевел взгляд и увидел все еще живого Избранного в сопровождении большой лохматой псины и нескольких авроров. Они недавно мельком встречались в министерстве, и Люциус тогда почувствовал себя не слишком уютно под горящим ненавистью взглядом мальчишки. А что, если он решит отомстить, испортив жизнь Драко? Рука, тронувшая его плечо, заставила Люциуса вздрогнуть и схватиться за палочку.

- Все будет хорошо. - Незаметно подошедшая Нарцисса улыбалась чуть грустно. - Там Снейп, он присмотрит за Драко. Идем.

Бросив еще взгляд на очнувшегося сына, Люциус взял жену под руку, и они аппарировали.

Дни, то тянулись медленно, то летели незаметно: Люциус снова занимался делами и выполнял поручения Лорда. Кажется, тот серьезно вознамерился сделать из Малфоя карманного политика, и требовал поддерживать нужные знакомства, мелькать в министерстве, дружить с Фаджем и организовывать приемы. Люциус послушно выполнял задания, надеясь, что от него не потребуют стать новым министром: политику он всей душой ненавидел, и войти в учебники, как министр - марионетка, не желал. Единственное, что порадовало Люциуса, это изгнание Дамблдора, но при всей своей нелюбви к директору, Малфой только посмеивался, читая в «Пророке» победные реляции сменившей его мисс Амбридж: старик не так прост, как хотелось бы иным думать, и Люциус давал мадам и. о. директора не больше полугода, и то в лучшем случае. Драко писал восторженные письма, и Люциус стал уже опасаться, что его сын окончательно поглупел вдали от дома, и некому объяснить ему, как глупо и опасно настраивать против себя большинство, ради временных выгод и иллюзорной власти. Интересно, о чем думает Снейп, позволяя ребенку подобные глупости? Или он и вовсе о нем не думает? Люциус был уже готов явиться к Снейпу с разговором, но тут случилось то, что заставило надолго забыть и собственные проблемы и даже проблемы Драко.

Лорд вызвал Люциуса к себе посреди ночи и встретил радостной улыбкой:

- Люциус, мальчик мой, у меня большая радость!

За спиной Волдеморта стояли соратники в масках и знакомых плащах. Похоже, боевые отряды возвращались из прошлого, и Люциус не знал, что сейчас будет: молчаливые фигуры с одинаковым послушанием исполнят любую волю Повелителя.

- Что за радость, мой Лорд?

- Вот, посмотри сам.

Лорд обернулся к двери и позвал:

- Входите, друзья мои!

Люциус поначалу не понял, кто появился в дверях, а, разглядев, покачнулся, с трудом устояв на ногах: в гостиную вошла кучка оборванных и грязных людей, в которых Люциус с трудом узнавал знакомые прежде лица. Долохов, мальчишка Мальсибер, оба Керроу, братья Лейстрейнжи, Руквуд… все десятеро, едва держащиеся на ногах, в тюремных робах, они сгрудились за спиной Лорда, молча поддерживая друг друга.

- Люциус!

Белла выбралась из толпы и подошла к Малфою, разглядывая его пристально и пугающе.

- Беллатрикс…

- А ты все хорошеешь, братик! А вот я, как видишь, немного постарела.

- Белл, ты прекрасно выглядишь… - пробормотал Люциус растерянно и услышал злой смех.

- Похоже, у тебя вконец испортился вкус, Люци. Но все равно приятно.

- Люциус, у меня к тебе просьба. - прервал их Лорд. - Моим верным последователям нужно отдохнуть, набраться сил, и, как ты понимаешь, не попасться на глаза аврорам. Думаю, среди твоих поместий найдется что-нибудь, достаточно уединенное, чтобы наши друзья смогли пожить и отдохнуть в тишине и покое.

- Конечно, мой Лорд. Я сейчас же отправлюсь за портключом.

- Не задерживайся, Люци. Они заслужили отдых и не могут больше ждать.

Аппарируя, Люциус был настолько растерян и ошеломлен, что промахнулся и оказался в спальне Нарциссы, напугав и ее и Блейза.

Очутившись в полной темноте, Люциус шагнул в сторону, налетел на что-то твердое, ударился и стал падать, и только это спасло его от Ступефая, выкрикнутого знакомым нежным голосом. Загремела мебель, зазвенело стекло, что-то глухо застучало по полу…

- Нарси, это я! - выкрикнул из укрытия восхищенный Малфой, и, наконец-то услышал: «Люмос Максима.»

Его светлость сидел на полу, рядом с перевернутым столиком, едва не попав в лужу воды, щетинившуюся осколками кувшина, вокруг валялись апельсины и яблоки, в лицо глядели палочки супруги и ее кавалера. В общем, появление лорда оказалось вполне достойно обставлено. Чудом задержавшееся на ребре стола яблоко, смачно шлепнулось в лужу, обдав его светлость холодными брызгами. "* * * " - нелитературно подумал Малфой.

- Люци?

Нарцисса откинула одеяло, и Люциус вежливо отвернулся. Пока он приводил себя в порядок, за его спиной происходил горячий спор, впрочем, спорили едва слышным шепотом.

- Блейз, останьтесь. - вмешался Люциус. - Я не задержусь.

Нарцисса, уже в халате, подошла к нему и встревоженно потянула за плечо, разворачивая. Целитель, пытаясь соблюсти остатки приличий, притворился одеялом и сверкал заспанными глазами, не шевелясь и не вмешиваясь.

- Прошу простить за беспокойство, я просто промахнулся, - попытался Люциус и двинулся было к двери, но не тут-то было: Нарси преградила ему путь.

- Люци! В чем дело?

Было понятно, что без объяснений его не отпустят, и, не рискуя тянуть время, Люциус спросил:

- Нарси, где у вас зелья?

Нарцисса призвала шкатулку и открыла ее.

- Успокаивающее. Выпей и сядь.

Проделав все, что ей велели, леди кивнула.

- Сегодня ночью из Азкабана сбежали наши давние знакомые. Все десять.

Нарцисса всхлипнула, закрыла руками рот и глухо спросила:

- Белл?

- Да. Мне нужно идти.

- Я с тобой!

Она вскочила было, но, наткнувшись глазами на направленную палочку, села обратно.

- Прости, Нарси, но нет.

- Почему?

- Девятеро мужчин, тринадцать лет не видевшие женщины, это достаточная причина для осторожности?

Нарси поникла, смиряясь.

- Если я правильно понял, - вдруг подал голос целитель, - то вашей светлости тоже не стоит появляться там в одиночку. Позвольте мне отправиться с вами?

- Благодарю, Блейз, но не стоит. К тому же, как только власти узнают о побеге, мы будем первыми, к кому явятся авроры. И, если ночное отсутствие мужа еще можно объяснить, то отсутствие жены…

- Мы сможем увидеться? - спросила Нарцисса.

- Как только шум уляжется, я перевезу Беллу к нам, обещаю. А сейчас вам лучше снова лечь. Блейз, позаботьтесь о леди.

- Конечно. Удачи, ваша светлость.

- Благодарю! Она мне понадобится.

Отправив эльфов готовить виллу в Мексике к прибытию гостей, Люциус сунул в карман портключ и аппарировал.

- Ты задержался, Люциус! - услышал он и поклонился.

- Простите, мой Лорд. Я отдавал распоряжения эльфам.

- Что ж, если ты уже раздал все свои распоряжения, мой мальчик, может быть теперь начнешь выполнять мои?

Похоже, Повелитель нервничал, и Малфой был в шаге от Круцио, но тут в толпе поднявшихся при виде Люциуса бывших арестантов, произошло шевеление: плохо стоявший на ногах Руквуд стал оседать на пол, а братья Лейстрейнжи - его поддерживать.

- Отправляйтесь, Люциус, позже переговорим!

Люциус надел шнурок портключа себе на шею и встал на середину комнаты, широко раскинув руки. Освобожденные волшебники приблизились, кладя свои ладони на руки, плечи, хватаясь за все, до чего могли дотянуться и друг за друга. Белла, безумно улыбаясь, повисла у него на шее, ее обнял Руди, за пояс которого держался старший брат. Внезапно Люциус почувствовал, как его талию обхватили, кто-то прижался сзади, обнимая, и, только хотел возмутиться, как в ухо шепнули:

- Прошу прощения, ваша светлость.

Чуть улыбнувшись, Люциус подумал, что, похоже, и дементорам не под силу вытравить из Руквуда его фантастическую наглость.

Спросив, все ли готовы, Люциус активировал портключ.

- Добро пожаловать, господа. Вы в Мексике. Поместье под чарами необнаружения, кругом на много миль никого нет. Каждому из вас приготовлены комнаты, эльфы к вашим услугам, если что-то понадобится - требуйте. Камины закрыты, аппарация отключена. В столовой сервирован ужин, хотя, скорее, уже завтрак. Я, пожалуй, покину вас, если…

- Подожди, Малфой.

Долохов уселся в кресло, изображая вельможу, и при его бороде и грязной мантии это выглядело уморительно.

- Не знаю, как у остальных, а у меня есть несколько вопросов.

Соратники одобрительно загудели.

- Хорошо, господа, я подожду в столовой. Приводите себя в порядок, и я постараюсь ответить на все ваши вопросы.

- А если вопросы личного характера? - поинтересовался Руквуд.

- Кабинет к вашим услугам.

- Хорошо.

Эльфы развели гостей по комнатам, а проголодавшийся Люциус ушел в столовую и налил себе кофе. Долго ждать не пришлось: первым появился Рабастан Лейстрейнж. Он вымылся и надел чистую мантию, но ввалившиеся щеки и обведенные темными кругами глаза делали его похожим на мертвеца. Люциус подобрался: Рабастан был серьезным противником до Азкабана, не стоило недооценивать его и теперь.

- Малфой, когда вернулся Лорд?

- В начале лета.

- Как?

- Я думаю, это он расскажет вам сам.

- Ладно. Что делается в мире?

- Рабастан, боюсь, рассказывать слишком долго. Завтра я пришлю «Пророк» за все годы, изучите на досуге. Что-то еще?

- Ты все еще жив.

За спиной Рабастана появился Долохов, тоже сбросивший рваные тряпки и укоротивший бороду. Похоже, он уже успел выпить, и сразу занялся едой, бесцеремонно разглядывая Малфоя.

- Спасибо, что заметил. - сухо ответил Люциус.

- И не только жив, но и вполне благополучен. Под кем тебе пришлось полежать, чтобы выйти сухим из воды?

- Это мое дело, Антонин. К чему тебе знать?

Полузабытые навыки возвращались стремительно: Люциус выпрямил плечи и презрительно улыбнулся:

- И, прежде чем ты спросишь, сколько галеонов я подарил министерству, хочу заметить, что считать чужие деньги считается приличным только в России.

Долохов обозлился. Отбросив вилку, он встал и угрожающе двинулся к Малфою.

- А еще в России есть обычай: целовать хозяйку дома. Поскольку Нарциссы тут нет, полагаю, ты с радостью ее заменишь. Я, знаешь ли, давно не целовался.

Люциус отставил чашку, промокнул губы салфеткой и встал.

- Изволь. Если желаешь повторить судьбу Макнейра, я к твоим услугам.

- А что опять приключилось с Макнейром? - полюбопытствовал Рабастан.

- Он исчез.

- Ты думаешь, я поверю, что первое, что сделал Лорд, вернувшись - кинулся помогать тебе мстить?

Люциус пожал плечами :

- Как знаешь. Ну, что, мы будем целоваться или я могу допить свой кофе?

- Как тебе удалось остаться при своих, Малфой? - злобно потребовал Долохов. - Он же собирался убить тебя, а теперь ты снова «Люци»?

- Пусть это будет нашей маленькой семейной тайной. Может быть, он просто привык иметь меня под рукой? - сладко улыбнулся Люциус. - Впрочем, если это тебя так волнует, можешь спросить у Лорда сам.

- Полагаю, не только под рукой, но тут ты прав, Малфой, это ваше семейное дело. Уймись, Антонин. - жестко приказал Лейстрейнж.

- Семейное дело? - противным голоском протянула Белла, входя.

Сейчас, при нормальном освещении, Люциус заметил множество седых прядей в по-прежнему густых и непослушных волосах.

- Люци, а как к этому относится твоя неземная любовь?

- Нарси просила тебя написать ей хоть пару строк. - поспешил перевести разговор Люциус.

Он умоляюще посмотрел на стоящего за спиной жены совершенно седого Руди. Тот кивнул.

- Нарси? Хорошо. - засмеялась Белл, и Люциус испугался: она выглядела не совсем нормальной. - А как поживает наш зельевар?

- Снейп служит в Хогвардсе.

Руди обнял жену за талию и что-то зашептал в ухо. Черты лица Беллатрикс разгладились, она кивнула и послушно уселась за стол.

- Я зайду к вам завтра, хорошо, Руди?

- Конечно, Люциус.

Это были первые слова, которые Руди произнес громко, и Малфой чуть не ахнул вслух: Рудольфус хрипел так, словно долго кричал и сорвал голос. Заметив удивление Люциуса, Руди усмехнулся.

- Его чуть не поцеловали. - равнодушно пояснил Рабастан. - Случайно. Хорошо, что он громко кричал. Охранники отогнали дементоров, но он кричал еще два дня. Теперь вот - хрипит.

Люциус содрогнулся и пробормотал:

- Я думаю, зелья помогут.

Постепенно собрались остальные. Вопросы, которые они задавали, были похожи на те, что уже задал Рабастан, и Люциус снова повторял то, что ответил ему. Усталость не позволила бывшим узникам задержаться в столовой надолго, и вскоре все разошлись, прощаясь с хозяином и друг с другом. Люциус кивал измученным мужчинам, с ужасом думая, что сам бы, наверное, не смог выдержать и сотой доли того, что пришлось пережить им. И ради чего? Они были так молоды, богаты, счастливы, и потеряли лучшие годы жизни в тюрьме, а теперь им предстояло снова стать орудиями того, из-за кого все это с ними случилось. И ему тоже. Целуя руку Белле, Малфой почувствовал чужой ужас и шок. Снейп, похоже, узнал о побеге из газет.

- Руди, мне пора. Ты можешь передать Руквуду, что я появлюсь попозже? Он, кажется, хотел поговорить.

- Конечно. - прошептал Руди, и Люциус заметил, как блеснуло что-то на щеке быстро отвернувшейся Беллы.

- Все будет хорошо. - беспомощно пообещал он, глядя вслед уходящей паре.

Рудольфус все так же обнимал жену за талию, а она медленно шла рядом, сосредоточенно глядя в пол. Словно спасаясь, Люциус поспешно аппарировал.

7 глава

Вернувшись домой, Люциус встретил там авроров, как, впрочем, и ожидал. Стоило его светлости появиться в гостиной, как он услышал настороженное:

- Лорд Малфой, не расскажете ли нам, где вы пропадали практически всю ночь?

Вопрос был задан намеренно грубо и бесцеремонно. Аристократу следовало возмутиться подобным обращением, и Люциус послушно возмутился:

- А по какому праву вы задаете мне подобные вопросы, господа? У вас есть для этого полномочия?

Ему показали ордер на допрос и обыск, и пояснили, что обыск провели в его отсутствие, чтобы не сидеть без дела, и с разрешения хозяйки, и остался только допрос.

- Так что, ваша светлость, расскажете по-хорошему, или отправимся в Аврорат?

- Хорошо… - Люциус помолчал, изображая замешательство. - Уговорили. Отправимся.

- Что? - удивился главный аврор.

- Я согласен пройти с вами. - пояснил Люциус.

- Но почему?

- Я объясню вам, господа.

Голос Нарциссы звенел от гнева, а глаза метали молнии.

- Его светлость полагает неприличным в присутствии жены признаваться, что провел ночь с любовницей, а вот заводить любовницу при живой жене он считает вполне приличным.

Авроры повеселели, а Люциус смешался и принял независимый вид.

- Нарцисса, не понимаю, о чем ты.

- Сейчас ты скажешь, что всю ночь играл в карты с друзьями?

- А если и так?

- С меня довольно, ваша светлость! Выбирайте: или отныне вы ночуете дома и в своей постели, как и должны, или сегодняшней же ночью и впредь я ночую в доме своих родителей. Но, в таком случае, на общение с сыном можете не рассчитывать!

Нарси раскраснелась и почти визжала, видимо, получая удовольствие от спектакля, а вот авроры улыбаться перестали: палочка леди хаотично дергалась в нервных руках и нередко указывала прямо на них.

- Нарси, милая, успокойся! - «испугался» сиятельный лорд. - Конечно, ты права, и я согласен на все твои условия! Давай проводим господ авроров, и обсудим все мирно, по-семейному. Господа! - повернулся он к аврорам. - Вынужден признать, что действительно был у дамы. С вашего разрешения я бы не хотел сейчас продолжать этот разговор. Сами понимаете…

Люциус развел руками и, виновато улыбаясь, принялся теснить гостей к камину, попутно открывая его.

- Будьте так любезны… Я явлюсь в Аврорат по первому вызову, но сейчас…

Ошарашенные его натиском, авроры, пятясь и кивая, покинули гостиную, и, закрыв камин, Люциус перестал сдерживать смех:

- Нарси, ты была великолепна!

- Благодарю… Как там Белла?

Люциус достал записку и протянул жене:

- Как тебе сказать…

- Спасибо, я поняла. Я пойду к себе, если не возражаешь.

- Спасибо, Нарси. - Люциус поцеловал жене руку, и она вышла.

На следующий день Люциус вернулся в Мексику, как и обещал. В доме стояла тишина. Эльфы доложили, что гости почти не выходят, предпочитая есть в своих комнатах, кричат во сне и мало разговаривают друг с другом. И, хотя время было обеденное, в столовой Люциус встретил только Рабастана Лейстренжа, размеренно поедающего куриное филе.

- Здравствуй, Басти.

Люциус редко позволял себе так обращаться к старшему из братьев, но сейчас, почему-то, получилось само.

- Здравствуй, Люци. - меланхолично ответил тот, не возражая против фамильярности лорда.

- Вы получили газеты?

- Да, разобрали и читаем по-очереди.

Неловкость висела в воздухе, и Люциус не знал как продолжать разговор. Рабастан не глядел на него, аккуратно работая ножом и вилкой, и казался полностью погруженным в свое занятие.

- Как Руди?

- Могло быть и хуже.

- А Белла?

Нож на мгновение замер в руках Рабастана, но почти сразу возобновил движение.

- Белла? Я всегда говорил Руди, что сестры Блэк - сумасшедшие. Прости, Люци, о Нарциссе я не говорю. Но этот придурок влюбился, можешь себе представить? И куда это его привело? Мог ведь сбежать, но нет - «не брошу Беллу!» - передразнил Басти и кинул приборы на тарелку. - Не бросил, пожалуйста. Теперь имеет побег и спятившую жену на руках. Ты уже видел Долохова?

- Нет.

- Посмотришь. Тоже придурок. Полез к невестушке за лаской!

- И что? - испугался Люциус.

- Едва остался жив. Всю рожу расцарапала, и почти задушила. Хорошо, у нас тут нет палочек, а то и убила бы. Мы все пытались оторвать леди от ее жертвы - бесполезно. Руди подошел, взял за руку, пошептал, она послушно отпустила полумертвого идиота и тихо ушла за Руди в комнату. Пока не выходили. А Долохова твои эльфы зельями отпаивают… Мой тебе совет, Люци, говори с ней в присутствии Руди и не поворачивайся спиной. Она часто вспоминала тебя в Азкабане, и, поверь, отнюдь не с любовью.

- Спасибо за совет, Басти. А Руквуд выходил?

- Вообще не являлся. Может он уже и сдох там. Ты бы, и правда, проверил. Он что-то увял в последнее время.

- Почему?

- Да, после свидания с этим мальчишкой. Не знаю, почему. Может, не дал?

Рабастан сложил салфетку и поднялся:

- Извини, Люциус, я, пожалуй, пойду. Все время хочется спать. И не заглядывай к Долохову: он пьян, побит дамой и неудовлетворен. Как бы не случилось неприятностей.

- У меня палочка. - заметил Люциус осторожно.

- Именно. Следи за ней, Люци. Прощай.

Люциус постучал, но ответа не было. Еще раз постучав, он открыл дверь со словами :

- Август, я могу войти?

При виде него, Руквуд поспешно встал с кровати, и тоска в его глазах сменилась обычной хитроватой усмешкой.

- Ваша светлость. Это же ваш дом.

- Как ты себя чувствуешь? - глупый вопрос, но как еще начать разговор, Малфой не придумал.

- Лучше, чем Руди. - ответил Руквуд. - И определенно лучше, чем Белл.

- Да. Что ж, это неплохо…

Люциус оглядел комнату и спросил:

- Ты хотел со мной поговорить. О чем?

- Ваша светлость… Недавно в Азкабане меня навестили. Когда мне сказали, что у меня посетитель, я ждал кого угодно, но не Розье. После стольких лет… Я был уверен, что молодой человек давно и счастливо женат, и вдруг - такой подарок - три часа…

Руквуд говорил насмешливо, но Люциус видел, как он напряжен и собран.

- Признаюсь, мы почти не говорили, но мальчик обмолвился, что свидание нам устроили вы, ваша светлость.

- И?..

- И у меня появился вопрос: вам пришлось потратить немало денег и времени, чтобы оказать нам эту любезность. Чем же молодой человек оплатил долг?

Руквуд застыл, ожидая ответа, а Люциусу стало неприятно: надо же, сначала имел мальчишку все три часа, не разговаривая, и наверняка этот самоотверженный идиот не взял даже смазки, а теперь еще и ревнует.

- А какая вам разница? Это его выбор, ему и платить.

Руквуд дернулся, словно не мог решить, ударить Малфоя или упасть ему в ноги.

- Впрочем, - пожал плечами Люциус, - если вам так интересно, могу сообщить, что он все еще мне должен.

- Ваша светлость. - вдруг хрипло проговорил Руквуд, - Я был бы очень признателен, если бы вы позволили мне самому заплатить за нас обоих.

Люциус растерянно смотрел, как Руквуд опускается на колени и целует край его мантии, с трудом выговаривая : «Мой лорд.»

- Август, встаньте. Немедленно!

- Пожалуйста, мой лорд. Оставьте мальчика, что он вам? Любую клятву, ваша светлость. Любой приказ. Отпустите его, не стоит наказывать ребенка за глупость.

- Август, вы с ума сошли! - очнулся, наконец Люциус. - На что вы мне оба сдались! Встаньте и успокойтесь. Ваш идиот - вам и разбираться. Хотя, боюсь, его уже допрашивают в Аврорате.

Руквуд неверяще посмотрел на Малфоя, улыбнулся и, вместо того, чтобы подняться, окончательно съехал на пол.

- Нет, он уже неделю, как во Франции, гостит у родственников.

- Вы посоветовали?

Руквуд кивнул.

- Поднимайтесь уже, или мне присоединиться к вам на полу?

- Не стоит, ваша светлость! - вскочил Руквуд.

- Что, Август, мечта о вечной любви сбылась? - немного едко спросил Малфой.

- Не думаю, ваша светлость. - грустно усмехнулся Руквуд. - У Эвана просто ностальгия. Он вернулся из-за границы, приятные воспоминания, сантименты… Наверняка у него есть, о ком мечтать.

- Я тут привез газеты, рекомендую просмотреть подшивку после вашего ареста, месяца два спустя. Тогда и поговорим.

- Спасибо. Посмотрю. Ваша светлость…

- Довольно светлостей, Август. После всех наших танцев на полу мы вполне можем позволить себе немного фамильярности.

- Спасибо, Малфой.

- Я еще не ухожу, Август, у вас есть время написать несколько строк.

Руквуд кинулся к столу, а Люциус, прикрывая за собой дверь, заметил, что улыбается широко и радостно.

Визит в комнату супругов Лейстрейнж снова привел Люциуса в уныние: Руди тихо сидел, улыбаясь и не отпуская руку злящейся и язвящей Белл. Она, кажется, даже не причесывалась с того времени, как оказалась здесь, и Люциус пообещал себе завтра же привести в гости Нарциссу. Пропуская мимо ушей ругань и оскорбления, он думал о том, что, возможно, Белла окончательно потеряла разум, и опасна сама для себя, но мысль о том, чтобы снова запереть ее, показалась ему настолько чудовищной, что Люциус даже вздрогнул. Попрощавшись с родственниками, Малфой вернулся к комнате Руквуда и уже собирался постучать, как услышал за спиной протяжное:

- Ваша светлость!

Долохов, пьяный и поцарапанный, смотрел на него тяжелым цепким взглядом.

- Как несправедливо: одним, значит, все, а другим сразу угрожаем Лордом? Или Руквуд произвел сильное впечатление даже на столь искушенного ценителя удовольствий? Но дважды за два часа - это, право, немилосердно. Могу я покорнейше предложить свои услуги вместо усталого соратника?

Долохов едва заметно приближался, и Люциус взялся за палочку.

- Антонин, вы в состоянии думать о чем-нибудь, кроме…

- Нет. - зло прервал его Долохов. - И, если не хотите почувствовать мою озабоченность на себе, приведите мне даму. Думаю, пропажа магглы никого особо не расстроит. А я потом приберу за собой.

- Вынужден вас огорчить: никаких маггл и убийств в моем доме!

- Тогда откройте камин, и я сам разберусь с проблемой.

- Пока Лорд не позволит вам выходить, камин будет закрыт.

- Мне кажется, Малфой, что ты желаешь быть единственной дамой в нашем обществе, и поэтому так яростно сопротивляешься моим просьбам.

- Долохов, будь я дамой, не думаю, что меня привлек бы нетрезвый, лохматый и грубый - как ты говорил? - " mujik». А, поскольку дамой я бываю только по собственному желанию, то, как мужчина, должен предупредить: еще один пошлый намек с твоей стороны, и я приму меры.

- Пожалуешься Лорду? - издевательски ухмыльнулся Долохов.

- Нет. Просто убью. А потом «приберу за собой». У меня, если ты забыл, есть палочка.

Долохов совершенно по-волчьи оскалился и отступил назад. Люциусу очень не хотелось поворачиваться к русскому спиной, и, услышав, как открывается дверь Руквуда, он обрадовался.

- Так что?

- Мои извинения, милорд. - сквозь зубы проговорил Долохов.

Люциус вошел в комнату Руквуда, и дверь за ним закрылась.

- Простите, я не услышал сразу. Все в порядке?

- В полном. Письмо готово?

Руквуд замялся.

- Я подумал… Не стоит тревожить молодого человека. Наверняка он уже и не собирается возвращаться. Пусть живет спокойно.

- Не собирается, говорите? - Люциус усмехнулся. - Как вы думаете, Август, сколько именно Эван «проживет спокойно», прочитав сообщение о вашем побеге? То, что он еще не в моей гостиной, я могу объяснить только проблемами с международными портключами.

- Если он все-таки приедет… - Руквуд попытался скрыть надежду за недоверчивой улыбкой, - не пускайте его сюда, не стоит разочаровывать мальчика.

- Конечно. - согласился Малфой. - После свидания в Азкабане его так легко шокировать!

Руквуд, кажется, слегка покраснел:

- И все же…

- Конечно, Август, я вполне вас понимаю. Думаю, Лорд скоро решит, что делать, и ваше затворничество закончится… Кстати, я забыл поблагодарить вас за помощь.

- Открытая с опозданием дверь не стоит благодарности, мой лорд.

- Зато ее стоит избавление от Круцио.

- С чего вы взяли?

- Вы вполне твердо стояли на ногах, прежде чем так своевременно принялись падать. И, подозреваю, что не обними вы меня столь нежно и настойчиво, нечто подобное, но уже не столь любезно, проделал бы Долохов?

- Какие мелочи, мой лорд.

- И тем не менее. Не привыкайте к «моему лорду», Август, не приведи Мерлин, оговоритесь. Друзья зовут меня по имени.

- Благодарю за честь, - Руквуд сделал паузу, словно удостовериваясь в серьезности Малфоя, - Люциус.

По совету Малфоя, Лорд отправил к бывшим узникам целителя, Нарцисса получив запасной портключ, посещала сестру через день, на всякий случай в сопровождении Блейза. Она написала Снейпу и попросила посмотреть Беллу. Видимо, Снейп рассмотрел что-то обнадеживающее в мозгах Беллатрикс, потому что стал посещать виллу регулярно, попутно своими зельями вернув Руди голос и вылечив совместно с целителем еще нескольких человек от разных неприятных хворей. «Сон без сновидений» и охлаждающее пились чуть ли не галлонами, Долохов обходил лорда стороной, и жизнь понемногу стала налаживаться.

Каким-то образом у узников появились волшебные палочки, Лорд, побывав в гостях и побеседовав с каждым, приказал Люциусу открыть аппарацию, произнес речь об осторожности и бдительности и, намекнув на грядущие планы, исчез. Жизнь постепенно входила в привычную колею.

Приехавший на каникулы Драко, встретился с легендарной теткой и, кажется, был вполне очарован. Он проводил уйму времени в ее комнате, слушая рассказы о молодости родителей и самой Белл, а она рядом с Драко становилась вполне нормальной и даже мягкой, поэтому Люциус вынужден был терпеть происходящее. Ему не слишком нравились восторги сына, но, уступая просьбам Нарциссы, он пока не вмешивался, тем более, что появились признаки грядущих проблем: Лорд явно что-то затевал.

К тому же, размеренность жизни снова вернула унылые мысли о собственном одиночестве. Держащиеся за руки Лейстрейнжи, сияющий Розье и какой-то удивленный и затихший Руквуд, да даже довольный и сытый вид Долохова - все вызывало у Люциуса желание повыть на луну или, хотя бы, напиться. Этот гад, кажется, совсем не думал мириться или восстанавливать отношения, и мелькал на периферии сознания, едва позволяя ухватить краем глаза полу своей неизменной черной мантии. Как ни противно было это сознавать, но, кажется, сиятельному лорду придется начинать самому. Однако, едва он решился перейти в наступление, как предмет завоевания объявился сам.

Люциус почувствовал вызов и готовился аппарировать, как из камина раздался знакомый голос:

- Ваша светлость?

- Что тебе? - прозвучало слишком резко: Люциус вынужден был остановить процесс аппарации, и ему все сильнее жгло метку.

- Мне необходимо с вами поговорить. Прошу вас.

- Можешь прийти. - бросил Люциус, прикидывая, сколько у него времени, и как объяснить Лорду свою неспешность.

Снейп появился из камина, старательно глядя в пол, всем своим видом выражая покорность и едва ли не шаркая ножкой. Люциус фыркнул, разглядев это представление, и тут же скривился от боли.

- Жди. - приказал он и аппарировал, подумав, что был абсолютно высокомерен и аристократически - невежлив. Все, как надо.

Лорд не позволил Люциусу сесть, сразу начав разговор.

- Ты задержался, Люциус.

- Простите меня, мой Лорд.

- В чем причина?

Причины Люциус придумать не успел и, положившись на вдохновение, ляпнул:

- Я был неодет. Совсем.

- Я отвлек тебя от чего-то важного? - расслабился Лорд. - Сожалею.

- Ничего важного, - возразил Люциус небрежно, - банальный супружеский долг. Напротив, я даже благодарен…

- Бедняжка Нарси! Передай ей мои извинения. Ну, тогда - к делу: Люциус, будь добр объяснить мне, откуда у тебя счета в маггловских банках?

- Это не мои, мой Лорд.

- Нет? - Волдеморт удивленно поднял брови. - А чьи же?

- Ваши, Повелитель.

Люциус достал из кармана папку с документами, увеличил ее и протянул хозяину. Хвала Мерлину, у него было время вспомнить прямой намек Лорда и понять, что от него требуется, и, похоже, он угадал: Риддл выглядел довольным.

- Счета на предъявителя. Документы в порядке, вы можете получить деньги в любой момент.

- Хорошо… Но объясни, Люци, почему ты решил хранить мои деньги еще и у магглов?

Слово «мои» Лорд произнес с особым удовольствием, и Люциусу пришлось сделать над собой усилие, чтобы не поморщиться: все-таки, его ограбили сейчас на весьма внушительную сумму. Впрочем, всех денег не заработаешь, а голова всяко дороже.

- У магглов есть очень верная поговорка, мой Лорд: «Не стоит держать все яйца в одной корзине».

- Хорошо, Люциус, я понял. Однако, если вдруг я случайно обнаружу еще парочку таких забытых корзин, боюсь, что чьи-то яйца могут серьезно пострадать. - Лорд усмехнулся. - В обоих смыслах, Люци.

Заверяя Повелителя, что больше «корзин» не имеется, Люциус перебирал в голове, что ему сделать с оставшимися «яйцами» так, чтобы не пострадали ни те, ни другие.

- Однако, это еще не все… Скажи мне, Люци, ты ведь достаточно ориентируешься в министерстве?

- Да, мой Лорд.

- И ты знаешь, где располагается Отдел Тайн?

- Только дверь. Туда никого не пускают и…

Лорд нетерпеливым жестом велел ему замолчать.

- Сегодня ночью в Отделе тайн случиться маленькое происшествие: мистер Гарри Поттер проникнет туда, чтобы получить кое-что, принадлежащее нам обоим. Так вот, я хочу, чтобы эта вещь оказалась у меня. И ты принесешь мне ее, Люци.

- Конечно, мой Лорд. Я могу узнать, что это за вещь?

- Небольшой стеклянный шарик. Там много таких. Внутри - пророчество обо мне и мистере Поттере. Я хочу его знать. Возьмешь с собой наших друзей, пора им размяться.

Люциус лихорадочно обдумывал риски: министерство охранялось и ночью, в Отдел тайн попасть было практически нереально, и, если Поттер, и вправду, окажется там, как исхитриться и не убить его, учитывая, что его смерти не переживет опутанный обетами Снейп, а за спиной будет десяток спущенных с поводка головорезов. Хорошо, хоть, Беллы не будет.

- Не забудь свою родственницу, ей надо развеяться. - добил его Лорд. - Она становится несколько утомительной.

- Но, мой Лорд, - попытался возразить Люциус, - там же охрана, заклятия, сигнальные и защитные чары…

- Ты споришь со мной, Люциус? Или ты решил, что я хочу избавиться от тебя? - нахмурился Волдеморт.

- Нет, мой Лорд. - Люциус именно так и думал.

- Мне. Нужно. Пророчество. - раздельно проговорил Лорд. - И ты принесешь мне его. Пора доказывать свою преданность делами, а не галеонами, Люциус. Тем более, что благодаря тебе, галеонов у меня вполне достаточно. Ты понял меня, мой мальчик?

- Да, мой Лорд!

Поклонившись, чтобы скрыть выражение лица, Люциус аппарировал домой, запоздало вспомнив, что его там ждут. Если, конечно, после его любезного приема, его все еще ждут.

Как только Люциус появился в гостиной, Снейп поспешно поднялся из кресла и снова уставился в пол. Люциус остановился напротив, медленно снимая перчатки и раздумывая, как хорошо было бы толкнуть Снейпа на стол, рядом с которым он сейчас изображает скромность, и увидеть, наконец, как стремительно теряют осмысленность темные глаза, как оскаливается рот, вызывая желание укусить, почувствовать горячее дыхание… Как же хорошо, что на нем сейчас нет кольца, а паузу можно дополнить холодным оценивающим взглядом, заставляющим приподнявшуюся было голову снова покорно опуститься. Ты все еще мне должен, моя радость…

- Ваша светлость… - нарушая приличия, Снейп не дождался, пока с ним заговорят.

- Да?

Люциус уселся в кресло, закинул ногу на ногу и сложил руки на трости.

- Слушаю тебя.

- Я вынужден просить об услуге, мой лорд.

Люциус удивленно поднял брови.

- Об услуге? Меня?

Он почти не чувствовал эмоций Снейпа, и это раздражало. Могло статься, что его издевательства только испортят ситуацию, но отказаться от мести Малфой просто не мог, да и «покорный» Северус явно что-то задумал.

- Сегодня ночью у вас будет возможность убить Гарри Поттера.

- Вот как? Ты в курсе? - равнодушно бросил Люциус. - И что?

- Я хочу, чтобы вы этой возможностью не воспользовались.

- Ни много ни мало… Надеюсь, ты сознаешь, чего на самом деле от меня хочешь? Я должен не трогать мальчишку, и, к тому же, удержать от этого десяток обозленных на него магов и лично леди Беллатрикс. Не слишком ли? Или я тебе настолько надоел?

- Лорд не приказывал вам убивать Поттера. - тихо возразил Снейп.

- Но я вполне могу доставить его к Повелителю живым. Правда, живым он после этого пробудет недолго… Снейп, тебе настолько дорог этот юноша?

Люциус довольно откинулся в кресле: Снейп не смог скрыть беспокойства, и лорд его почувствовал.

- Вовсе нет! - было сказано равнодушно, но чуть более поспешно, чем полагалось бы. - Вы ведь знаете, я связан с ним несколькими клятвами. Если его убьют…

- Если его убьют, ты очень быстро и очень неприятно за ним последуешь. Я в курсе, Север.

Люциус подосадовал: надо лучше следить за языком, но как это сделать, если даже голос стоящего рядом мужчины заставляет терять голову.

- Мне бы очень не хотелось умирать, ваша светлость. - словно извиняясь, сказал Снейп. - Я понимаю, что прошу слишком многого, и готов согласиться на любые условия.

- На любые?

- О, да. Все, чего пожелает мой лорд.

Лорд в данный момент растерял все желания, кроме одного, а уж, глядя, как Снейп, одним движением опускается на колени и еще ниже склоняет голову, едва сдержался, чтобы не вцепиться в закрывшие лицо тяжелые волосы и не рвануть к себе. До боли сжав трость, Люциус пришел в себя настолько, чтобы проговорить:

- Ты можешь пожалеть об этом.

- Да, мой лорд, я понимаю, и готов.

- Готов?

Люциус понимал, что Снейп играет так же, как и он, но не мог понять смысл. Все эти танцы: унижения, просьбы, «мой лорд». Снейп всегда был хитрее его, и вполне мог повести разговор так, чтобы Люциус сам предложил свою помощь, да еще и настаивал на ней.

- Хорошо. У меня есть условие.

Вот оно! Люциус почувствовал ликование, подавленное, впрочем, почти мгновенно, и усмехнулся. Нет, моя радость, так я тебя в постель не потащу, и не надейся. Попросишь сам.

- Но, сначала, верни мне кольцо.

- Что? - Снейп от удивления забыл о роли, и Люциус увидел прищуренный и твердый взгляд.

- Мое кольцо. Я хочу снова его носить.

- Почему вы думаете… А, ушастые маленькие шпионы.

Снейп не стал спорить дальше и положил в ладонь Малфоя свой подарок. Люциус сжал руку.

- А теперь - условие. Я требую, чтобы сегодняшнюю ночь… ты провел… - Люциус наклонился к самому лицу Снейпа, - в Хогвартсе.

Он на мгновение ощутил стыд: такое разочарование принесли эмоции Снейпа. Ничего, мой хороший, зато не попадешься под шальное заклятье. И подумаешь, стоит ли играть с его блистательной светлостью. Вспоминая подслушанные откровения, Люциус чувствовал себя почти всесильным. Ты получишь все, чего так жаждешь, мой ядовитый, но не так и не теперь. На моих условиях. Время у нас есть.

Он протянул руку и позволил себе, наконец, запутаться пальцами в темных волосах. Снейп чуть подался вперед и замер, прижавшись лбом к коленям Малфоя.

- Люци…

Умоляющий голос обжег лицо и отозвался тянущим жаром внизу.

- Ступай, Северус. Поговорим позже.

- Да, мой лорд. Я понимаю.

Люциус подождал, когда эмоции чуть улягутся, а желание перестанет быть настолько нестерпимым, что трудно ровно дышать, и только тогда надел кольцо. Что ж, скрывать карты смысла больше не было. Да Люциус и не собирался ждать дольше. Издеваться над Снейпом быть может и весело, но издеваться над собой - совсем не по-малфоевски. Он хочет получить Снейпа, и он его получит. А уж кто, кому и сколько должен, они разберутся потом, как обычно. Время у них есть.

8 глава

Поужинав и не найдя супруги, Люциус велел передать, что будет поздно, и отправился в Мексику. Он, безусловно, волновался: это было его первое «полевое» задание, и дополнительные трудности были уж вовсе некстати, но приходилось держать лицо. Наверняка тот же Долохов доставит немало хлопот, не говоря уже о Белле, которой, по-хорошему, и палочку-то давать не следовало. Люциус не ошибся. Заранее предупрежденные соратники ждали его в гостиной в полной готовности.

- Добрый вечер, господа! Все собрались? Беллатрикс, где Рудольфус?

Белла нахмурилась:

- Руди не пойдет, он заболел.

- Так, наверное, ты хочешь остаться с ним? - скрывая радость, заботливо проговорил Люциус и заметил понимающую усмешку Лейстрейнжа-старшего.

- С ним Нарси и этот ваш Блейз. Так что я иду с вами, Люци.

Люциус едва сдержал гримасу: без Руди Белла становилась неуправляемой, а отвечать за все, что она может натворить, придется ему.

- Хорошо. Как вы уже знаете, Лорд поручил командование мне, поэтому, если есть возражения, я хочу услышать их сейчас, а не когда мы начнем. Итак?

- Люци, - кто бы сомневался! - Долохов, - Чем ты так прогневал Повелителя, что он гонит тебя под палочки авроров? Ты ведь даже Круцио способен проделать только от испуга. Ты ему все же надоел?

Люциус досадливо скривился:

- От частого повторения твои шутки не становятся смешнее, Антонин, что бы ты об этом ни думал. Полагаю, мой ответ тоже всем известен.

- Спросить у Лорда? - предположил Рабастан.

- Именно. Повторяю: по существу вопросы есть? Нет? Продолжим. Нас слишком много. Такая группа не сможет незаметно пробраться в министерство, поэтому я оставлю нескольких из вас здесь.

Долохов понимающе усмехнулся, но Люциус отвернулся от него к дивану, стоящему слева.

- Керроу, вы останетесь. Это не обсуждается!

Люциусу достаточно Беллы для беспокойства, следить еще за двумя садистами времени не будет.

- Рабастан, вы тоже не идете.

Лейстрейнж с достоинством кивнул, поднялся и вышел, обронив: «Удачи». Тут никто спорить не стал: Рабастан с трудом поправлялся, постоянно спал, и целитель навещал его чаще, чем остальных. Люциус обвел глазами оставшихся и наткнулся на умоляющий взгляд: на втором диване сидели Руквуд и Розье. Мальчишка наплевал на гордость и насмешки, и поселился в комнате Руквуда. Они практически не расставались, желающих попользоваться чужим гостем Руквуд быстро успокоил, и все смирились, издеваясь в глаза и завидуя в душе. Вот и теперь, парочка сидела обнявшись, Руквуд машинально поглаживал руки партнера, не замечая, с какой силой пальцы сжимали его мантию.

- Руквуд, вы тоже остаетесь.

С такой благодарностью на его светлость смотрел только Снейп, да и то в младшем школьном возрасте. Люциус почувствовал себя феей-крестной и поспешно отвернулся.

- И почему же? Бережете своих любимчиков, ваша светлость?

- Антонин, вы хотите остаться? - устало поинтересовался лорд.

- Нет!

- Тогда какие претензии? А Руквуда я не беру, потому что мне не хочется получить заклятие в спину от рассеянного влюбленного. - Люциус мысленно извинился и продолжил. - У него даже сейчас в глазах розовые сердечки, я не желаю так рисковать. Пусть лучше лишний раз… - поймав взгляд Августа, он остановился. - отдохнет… Господа, названные могут быть свободны.

Дождавшись, пока останутся пятеро, Люциус наконец, сел.

- Итак, господа, задача нам известна: Лорд хочет получить пророчество. Повторяю: только пророчество. Никакой лишней инициативы. Мистера Поттера трогать запрещено. Не проклинать, не убивать, максимум - мягко успокоить. Говорить с ним я буду сам.

- А если он явится с аврорами?

- Если он явится с аврорами, можете ни в чем себе не отказывать, но Поттер не должен пострадать.

- Что-то ты слишком заботишься о мальчишке.

- Все претензии - к Повелителю, Антонин. Я не интересовался, зачем ему живой Поттер.

- Наверное, он хочет убить его сам. - Долохов гадко улыбнулся. - Или не убить.

- Долохов, вы меня пугаете. Обратитесь к целителю, пусть даст охлаждающее, а то, в разгар боя вам придет в голову что-нибудь подобное, и вы удалитесь с дамой в кусты, оставив соратников без поддержки.

Шутка разрядила обстановку, посмеялся даже сам Долохов. Видимо, все нервничали не меньше Люциуса.

- Все готовы? Белла, ты не отходишь от меня, пока мы не вернемся сюда. Поняла?

- Да, братик!

По тому, как переглянулись мужчины, Люциус понял, что принял правильное решение, и ему, кажется, благодарны.

- Ну, что, отправляемся?

Люциус достал портключ, выданный ему Лордом. Если все пройдет, как должно, они окажутся прямо в Отделе тайн, не тревожа заклятия и охрану.

- Готовы?

Почувствовав на себе крепкую хватку нескольких рук и приобняв за талию Беллу, Люциус активировал портал.

Очутившись в отделе тайн, все некоторое время молча и почти восхищенно оглядывались: уходящие ввысь мириады шаров не оставили равнодушной даже Беллу: она попробовала взять в руки ближайшее пророчество, но не смогла оторвать его от полки. Позволив соратникам немного осмотреться, Люциус скомандовал:

- Дезиллюминационное заклятье.

Первой исчезла Белла, и Люциус даже испугался, но, заметив шевеление у ближайшей стены, успокоился, подивившись реакции больной свояченицы: Долохов до сих пор был наполовину виден. Наконец, все справились с задачей и расположились недалеко от выхода. Люциус рассудил, что если мальчишка явится за пророчеством, то он должен знать, где оно находится, и быть в курсе того, что взять его в руки может только адресат, а, значит, нужно позволить ему взять пророчество, и только потом уже появляться. Долго ждать не пришлось: в темноте звуки раздавались громче обычного, поэтому стук открывшейся двери и топот ног услышали все. Похоже, Поттер прибыл с сопровождением. Когда мимо их укрытия пробежала кучка запыхавшихся подростков, Люциус не поверил своим глазам: дети? За спиной зашептались. Похоже, готовые к битве мужчины не рассчитывали, что противниками их станут школьники.

- Ничего. - успокоил их Люциус. - Просто будем аккуратнее. Никаких непростительных, ставим щиты, отвлекаем внимание, а я пока поговорю с их предводителем. Может быть удастся вообще обойтись без поединка. Говорят, мистер Поттер очень любит своих друзей.

Белла за спиной звонко хихикнула.

- Станешь торговаться, Люци?

- Как всегда. - огрызнулся Люциус.

Он тоже нервничал. Кто знает, что придет в голову нестабильному подростку? Если верить «Пророку», мистер Поттер был куда безумнее Беллы, а вдруг он решит покрасоваться перед друзьями? «Команда противника» уже едва мелькала вдалеке, и Люциус приказал двигаться за ними. Ориентироваться было легко: дети не скрываясь, держали Люмос. В его свете Люциус наблюдал, как Избранный обнаруживает пророчество, берет его, наскоро стирая пыль, прислушивается… Судя по всему, кроме него никто ничего не слышал. Жестами приказав подчиненным окружить подростков, Люциус оставил Беллу за спиной, и медленно пошел навстречу, снимая дезиллюминационные чары. Крик какой-то девчонки показал, что его заметили.

- Гарри!

Люциус поморщился. Что же вы, мистер Поттер, втягиваете в мужские дела дам?

- Где Сириус?

Ясно. Лорд лазит и в избранную голову, и расстояние ему не помеха.

- Вам пора уже научиться видеть разницу между снами и явью…Ты видел только то, что было угодно Темному Лорду.

Люциус слишком боялся, что у кого-нибудь не выдержат нервы и торопил события.

- А теперь - отдай пророчество.

- Нападете - я разобью его!

О, мистер Поттер быстро соображает. За спиной послышался смех и Люциус едва сдержал гримассу: Белла не выдержала.

- А он любит поиграть?..

Мальчишка напротив рванулся, едва не сбив с ног Поттера. Кто это?

-… Как мама с папой?

«Интересно, - мелькнуло в голове, - как она его узнала?», но, раздумывать было некогда.

- Давайте-ка все будем сохранять спокойствие! - примирительно проговорил Малфой, едва сдерживаясь, чтобы не отодвинуть свояченицу локтем за спину. - Хорошо? Нам нужно только Пророчество! - это он произнес погромче, напоминая.

- Зачем Волдеморту это пророчество?

Вот этого Люциус не ожидал. Оказывается, Поттер примчался сюда, не зная, за чем и до сих пор не понял, что у него в руках. Пришлось тратить время на объяснения, заговаривать зубы, следя краем глаза, как со всех сторон медленно приближаются темные фигуры в масках. Поттер не отводил от него глаз, что-то визжала Белла, а друзья Поттера разворачивались спина к спине, выставляя палочки навстречу Пожирателям. Какие храбрые дети. Некстати вспомнился Драко. Люциус взял себя в руки: сейчас не время для сантиментов.

Поттер позволил ему подойти слишком близко. Достаточно, что бы схватить его или ударить, но Малфой все еще надеялся обойтись миром.

-…Отдай его мне, и я тебе все покажу… - Люциус неуместно весело подумал, что за такой тон в разговоре с подростком его можно смело сажать в Азкабан. Даже в лучшие годы он не звучал так искушающе. Оставалось только начать целоваться. Но, видимо, Избранный предпочитал девушек, или это Люциус постарел?

- Я ждал четырнадцать лет.

- Я знаю.

- Могу еще подождать. Давайте!

Еще до того, как Поттер крикнул, Люциус уловил перемену в настроении и успел поставить щит. Ступефай разбился о стену. Пожиратели дисциплинированно прикрылись щитами и отодвинулись в стороны, пропуская детей. Охота началась.

- Только пугаем! - напомнил Люциус, аппарировал, появившись прямо перед бегущими детьми, словно призрак, протягивающий руку, и снова исчез.

Дальше все развлекались, как могли: Белла куда-то пропала, остальные преграждали путь компании Поттера, пугали, закрывались от заклятий и снова догоняли. Долохов летел рядом с Поттером, изображая кровожадное привидение и, схлопотав-таки Ступефаем, скрылся среди стеллажей. Тревис остался лежать, недооценив грязнокровку, придурок Мальсибер разбил лицо блондинке и улетел по направлению к невидимому потолку. В целом, дети справлялись на редкость неплохо. И, к счастью, у взрослых пока хватало терпения не применять боевых заклинаний. Кажется, пока все были в порядке, а пророчество - в крепко сжатой руке Поттера. Но, пора было заканчивать. С удовольствием посмотрев, как Редукто рыжей малявки впечатало в стену Долохова и едва приземлившегося Мальсибера, Люциус приказал всем аппарировать из ставшего опасным помещения, по привычке прикидывая, во что обойдутся министерству их веселые догонялки. И сколько министерство слупит с него.

Команда Поттера нашлась в зале с Аркой. Малфой, удивляясь, что до сих пор никто из охраны не побеспокоился, приказал заканчивать представление. За пару секунд дети были расставлены вокруг, а поднявшийся Поттер, судя по взгляду, которым он обвел мизансцену, готов был сдаться. Люциус изобразил презрительное негодование:

- Неужели ты и правда думал, что эти дети смогут выстоять против нас?

Дети, к слову, продолжали дергаться, а еще Люциуса беспокоил взгляд Беллатрикс и ее безумная улыбка - кажется, она была на грани - и то, с каким удовольствием Долохов наматывал на кулак лохматые волосы мисс Грейнджер. Пора заканчивать.

- Выбор у тебя весьма и весьма простой. Отдай мне это пророчество сейчас, или твои друзья умрут.

Во взгляде мальчишки была такая жгучая ненависть и боль, что Люциусу пришлось заставить себя не отводить глаз. Чувствовать себя монстром он не любил. Поттер оглянулся еще раз. Избранный явно не любил проигрывать. Ну, решайся уже! Нагретый рукой Поттера, шарик с пророчеством тяжело лег в ладонь. Ну, наконец-то. Люциус открыл рот, чтобы дать приказ уходить, но вспышка света за спиной и радость в глазах мальчишки заставили обернуться. И вот тут-то все пошло наперекосяк.

Люциус не узнал того, кто его ударил, мельком подивившись, какой у Поттера нахальный родственник, и, только падая, заметил, что уронил пророчество. Извернувшись на полу в попытке поймать, он успел увидеть, как разлетаются осколки и только тогда осознал, что начался серьезный бой. В зал один за другим аппарировали члены Ордена Феникса, и его люди вынуждены были начать сражаться. К счастью, никто не стал прикрываться детьми, и Люциус заметил даже, что Пожиратели не сразу атаковали, давая орденцам время увести подростков под защиту камней.

- Уходим! - все же скомандовал он, не надеясь, что его услышат, и вдруг заметил, что Долохов рванулся к Поттеру и его крестному.

- Блек? - завизжала Белла.

Это Блэк?

- Антонин, собирай всех и уходите!

- Ага! - мотнул головой русский и добавил что-то непонятное.

Кажется, он решил размяться, и, конечно, выбрал Поттера!

- Не убивать! Блек! - Люциус не стал атаковать со спины.

- Потанцуем?

Блек был хорошим бойцом, и Люциус, бросая заклинания, был уверен, что Поттера он не достанет. Кругом творилось невообразимое: сталкивались заклинания, сражались мужчины и женщины, Люциус заметил Грюма и посочувствовал тому, кто попадется бывшему аврору под руку. Визгливый смех Беллы отражался от стен и ввинчивался в мозг, а Люциус думал.

Пророчество он потерял. Половину команды, видимо тоже. Если на помощь ордену явится Дамблдор, уйти не удастся никому, и тогда - Азкабан. С другой стороны, если он вернется, без пророчества, без людей, побитый, что ожидает его? О, Люциус никогда не мог предсказать, что придумает для него Лорд, но зато мог поклясться, что это будет незабываемо. А еще очень больно и долго.

Долохов отлетел, сбитый с ног заклинанием, мальчишка кинул Экспелиармус и вместо палочки выбил из руки трость, (действительно бестолочь), следующим ударом кузен отнял палочку. Люциус поднял руки, сдаваясь, но проклятый Блек все равно ударил. Уже падая, Люциус услышал непростительное.

- Авада Кедавра!

Зачем, Белл? Кажется, она пыталась заступиться за него. Белла, сестричка моя сумасшедшая. Надо было расспросить об Азкабане… - с этой мыслью сознание ушло.

Пробуждение было не менее паршивым: Люциуса вытянули из аппарации и, не удержав, бросили на грязный каменный пол. Ничего нового, ваша светлость.

- Что с ним?

- Кажется, головой приложился. Целителя позови.

- Так очухается, красавчик.

- Этот красавчик кормит половину министерства, так что, бегом за целителем, ордером, и сними связывающее с рук, мало ли что.

- А постельку вам не сотворить? Думаешь, я не вижу, что ты уже слюнями всю мантию закапал?

- Господа, я вполне согласен на кресло или стул. - высказался лорд, рассматривая беседующих. - Кстати, ваши эльфы непростительно ленятся.

Дождавшись, когда снимут путы, Люциус поднялся, проигнорировав протянутую для помощи руку, и, демонстративно отряхиваясь, уселся на стул.

- У нас уборщица. - ответил ему старший из мужчин.

- Увольте ее. - буркнул Люциус. - Я могу попросить воды?

Старший кивнул, младший демонстративно скривился и вышел.

- И давно вы очнулись, ваша светлость? - спросил аврор.

- Знаете, удар головой об пол чудесно пробуждает. Однако, вы, видимо, меня знаете, но я не знаю вас. Извольте представиться.

- Извольте не командовать, ваша светлость, вы не дома.

Аврора, казалось, невозможно было вывести из себя.

«Снейп бы справился».

А вот об этом думать не следовало. Он в очередной раз упустил возможность помириться, понадеявшись на время, которого, оказывается, не было. Идиот. Заигравшийся идиот. Здравый смысл говорил, что все вышло удачно: что было бы с ним сегодня, останься Снейп вчера днем, он мог себе представить. Лучше уж так. Привычная тоска всегда лучше боли.

- Это я как раз вижу. - Люциус брезгливо огляделся. - И все же?

- Аврор Миджен к вашим услугам.

- Я бы сказал, что мне приятно познакомиться, - развел руками Люциус, - но, боюсь, это прозвучит неправдоподобно.

- Ваша светлость, отчего вы так откровенно нарываетесь?

Аврор обошел стол, присел на его краешек и нагнулся к лицу Малфоя.

- Вы испортили мне любимую мантию - отодвинулся Люциус.

- А мне кажется, вы надеетесь, что услышанная вами глупая шутка Сторна недалека от истины?

- Аврор, я не понимаю, о чем вы. Вам, кажется, положено меня допрашивать?

- Всему свое время. Сейчас придет целитель, подтвердит, что вы в своем уме и не ранены, тогда и начнем. А то завтра вы заявите, что потеряли память или я вас избил.

- Благодарю за идею, аврор.

Сторн вернулся с волшебником в целительской мантии, и Люциус едва не вскочил, увидев знакомое лицо. Он же сейчас должен быть в Мексике? Сколько прошло времени?

- И как наш пациент?

- Вполне здоров, ушиб затылочной части головы, повреждения на запястьях, синяк в районе грудной клетки. - монотонно перечислил целитель, не встречаясь с Люциусом глазами. - Надеюсь, джентльмены, это не вы развлекались? Что мне указывать в документах?

- Укажите все, как есть. Его светлость не затруднит подтвердить, что мы здесь не при чем?

- Меня уронили головой об пол и слишком затянули магические путы. - вредным голосом заявил Малфой.

- Зачем же вы так, ваша светлость? - покачал головой Миджен. - В вашем положении неосторожно нарываться. Я ведь тоже могу отомстить.

- Господа, а давайте, я зайду попозже? - скучным голосом прервал их целитель. - И вылечу лорду все, что он случайно ушиб при аппарации. Или еще ушибет.

- Его светлость больше ничего не ушибет, Ларсон.

- Так что с синяком во всю грудь? Он поскользнулся и с размаху упал на стол?

- Нет, - Люциусу надоели их препирательства, - Это след от боевого заклятия. Можете написать, что у меня нет никаких претензий к Аврорату. Давайте уже начнем? У меня выдалась бурная ночь, и я устал.

Целитель с каменным лицом подсунул ему бумаги на подпись и вышел. Следом за ним кабинет покинул аврор Сторн.

- Боюсь, отдохнуть вам удастся не скоро. Хорошо, давайте начнем.

Зачарованное перо уже бегало по пергаменту, выводя строчки, и Люциус вопросительно поднял брови.

- Стандартные вопросы. Имя, звание, параметры палочки, я уже все надиктовал, пока вас доставляли. Пока оно пишет, ответьте мне на один вопрос, не для протокола: как ваша супруга относится к вашим… нестандартным увлечениям?

Люциус хотел возмутиться, но, бросив взгляд на руку аврора, разглядел обручальное кольцо.

- Так же снисходительно, как и я - к ее - стандартным. - ответил Люциус. - Надеюсь, вы понимаете, что вам это послышалось?

- Конечно, ваша светлость. - вздохнул аврор. - А вы счастливчик.

- Да, мне это уже говорили. - кивнул Малфой. - Можно встречный вопрос?

- Да? - аврор напрягся.

- Кто-нибудь убит?

На лице Миджена боролись сомнение и долг.

- Блэк. - наконец ответил он. - Но вам это тоже послышалось.

Люциус снова кивнул, и допрос начался.

Из вопросов следователя, Малфой постепенно выстраивал картину того, что произошло, пока он валялся без памяти. Дети не пострадали, Избранный цел, арестованы несколько Пожирателей, но, кажется, Белле с Долоховым удалось уйти. Это Люциус предположил потому, что аврор постоянно спрашивал, не знает ли Малфой, где сейчас находятся его родственники и не получал ли известий от Долохова.

- Вынужден вас огорчить, аврор: мои родственники, а точнее, моя свояченица, терпеть меня не может. Если бы она и рискнула явиться ко мне после побега, то только для того, чтобы проклясть или отравить за предполагаемое предательство. В случае же с Долоховым, я последний, к кому он сунется. Еще до его ареста у нас случились непримиримые разногласия. - Люциус с намеком посмотрел на аврора. - Он не получил того, на что рассчитывал, пытался настаивать, и был вынужден покинуть Малфой-Менор не в лучшем виде. С тех пор мы не встречались.

Наконец, оставив эту тему, Миджен перешел непосредственно к погрому в министерстве.

- Что вы делали ночью в отделе тайн, мистер Малфой?

- У меня там была назначена встреча.

- С кем, если не секрет?

- С Сириусом Блэком.

- С кем?

Люциус вполне понимал удивление аврора: идея, пришедшая ему в голову, была настолько абсурдной, что все могло и получиться. А Блэк возразить уже не сможет.

- С Сириусом Блэком.

- Почему в министерстве?

- Так он указал в своей записке с просьбой встретиться.

- Вы можете показать записку?

- Конечно нет! Я не мальчик, аврор, и знаю, что подобные вещи нужно уничтожать сразу.

- Что в ней было?

- Блэк просил о встрече, угрожая в противном случае убить мою семью.

- Вы не боялись, что он убьет вас?

- Боялся, я же не сумасшедший. Но я хотя бы был предупрежден, и я мужчина.

Люциус видел, что ему удалось произвести на аврора нужное впечатление. Тот явно любовался лордом. Теперь главное не перестараться и не оказаться снова на столе. Впрочем, Миджен, кажется, предпочитал не подчинять, а подчиняться.

- Но почему беглый преступник просил о свидании именно вас?

- Мы родственники. И… - Люциус опустил ресницы и покраснел, - когда-то давно мы были… друзьями.

Лорд распахнул глаза и позволил лицу выразить задумчивое сожаление, благо, мимика позволяла. Аврор тоже покраснел и откашлялся.

- Хорошо. Друзьями. Так и отметим в протоколе.

Люциус благодарно улыбнулся: нужное впечатление он составил, и теперь этот тайный «товарищ по счастью» будет думать одно, а писать другое, а интонации и намеки к протоколу не подошьешь.

- И что произошло, когда вы пришли на встречу?

- Блэк ждал меня в зале с Аркой. Я появился, мы только начали разговаривать, как вдруг со всех сторон нас окружили Пожиратели. Я подумал, что их привел Блэк, а он, кажется решил, что они со мной.

Люциус нес эту ересь с абсолютно серьезным видом, непонятно на что надеясь: ведь стоило детям или арестованным соратникам открыть рот - и его тут же допросят под Веритассерумом, и вряд ли у здешних зельеваров достаточно квалификации, чтобы откачать его от аллергического шока. Видимо, надеяться стоило только на удачу.

- И что было дальше?

- Мы с бывшими коллегами немного пооскорбляли друг друга, но тут вдруг появилась группа подростков во главе с мистером Поттером, потом еще какие-то люди, меня ударило заклятьем в грудь, и дальше я ничего не помню.

- Хорошо. Распишитесь, мистер Малфой, и на сегодня, видимо, все.

- Не торопись, Тони. - услышал Люциус за спиной.

Это плохо.

- Доброй ночи, ваша светлость. Рад видеть вас здесь.

Это очень плохо.

- Аврор Меррит. - хуже быть, конечно, могло, но, пожалуй, не слишком. - Вы все еще не глава Аврората? Что так?

- Мне немного не повезло, ваша светлость: в запале я позволил себе обидеть влиятельного и очень богатого человека, и на моем повышении поставили жирный крест. По-видимому, я должен быть благодарен, что вообще остался в Аврорате, но, мне кажется, вы сейчас об этом жалеете?

Он был прав: гораздо сильнее угрызений совести, Люциуса сейчас мучило сожаление о не доведенной до конца мести. Воистину, милосердие - это порок.

- Тони, тебя вызывает Кингсли. Ступай, я закончу с лордом сам.

Попрощавшись, Миджен вышел, а занявший его место Меррит, бегло просмотрел протокол и усмехнулся.

- Вам стоит попробовать писать романы, ваша светлость. В Азкабане будет много свободного времени.

- Это, если посадят в одиночку. - пожал плечами лорд. - Если нет, боюсь, у меня найдутся другие занятия.

- Рад, что вы трезво смотрите на вещи.

- С возрастом начинаешь понимать свои ошибки, аврор. Если бы, к примеру, тот влиятельный человек вернул все то, что отнял, обидевшись, что бы вы сказали по этому поводу?

- Я согласен: с возрастом начинаешь понимать свои ошибки, лорд Малфой, но, боюсь, в моем случае это бы слишком походило на взятку. Я уже не столь пылок, и предпочитаю не рисковать. А вот Тони, похоже, готов повторить мои ошибки.

- Тони? - выделил Малфой.

- Да, я знаком с аврором Мидженом немного ближе, чем полагается, но шантаж не удастся, ваша светлость: я ничего не скрываю, и вы повредите только Антониусу: у него очень ревнивая жена и трое детей.

- И к чему вы мне это рассказываете? Я же «бессовестный, богатый, развращенный засранец» - так, кажется, вы тогда говорили?

Меррит поморщился, вспоминая их единственную стычку.

- Я ведь не постесняюсь обвинить и вас и вашего друга во всех грехах, если это поможет мне в суде. Или вы просто не знаете, как от него избавиться, и решили сделать это моими руками?

- В суде вам подобная информация не поможет, хотя, признаю, вы можете получить удовольствие от мести. Считайте, что это эксперимент.

- И в чем же он состоит?

- Назовем это: «Найди у Малфоя совесть».

- Вы пьяны, аврор Меррит? - холодно спросил Малфой.

- Нет, ваша светлость, вообще-то я пришел поставить вас в известность, что в связи с вашим общественным положением, ваше дело забирают у рядового аврора и передают наверх.

- О, нет. - вяло обронил Малфой.

- О, да, ваша светлость. - радостно подтвердили ему.

- Ваш друг будет обижен.

- Я быстро его утешу… Я ведь тоже поумнел, ваша светлость, - сказал Меррит, доверительно понизив голос, - и мне вовсе не хочется испытать то, что испытал ваш друг, войдя в кабинет не вовремя.

- Вы давно уже можете считать себя отмщенным, Меррит.

- Только это меня и греет, лорд Малфой… Пока идет следствие, вы будете находиться в камере Аврората. - аврор перешел на официальный тон и вдруг подмигнул. - И, персонально от меня - подарок: она будет одиночной.

- Благодарю, аврор. - ответил Люциус, вставая. - Я оценил.

Глава 9

В камере было скучно, зато спокойно, и первое время Малфой отсыпался. Правда, ужасно раздражала невозможность вымыться, да и есть то, что приносили в камеру, он просто не мог, и в основном питался хлебом и водой, весело размышляя о пользе тюремной диеты для фигуры, но ему и тут повезло: Миджен, встретивший его как-то в коридоре после допроса, ужаснулся и помчался к начальству скандалить. К вечеру Люциусу принесли вполне сносный ужин и попеняли за то, что его светлость умолчал о проблемах с желудком. На следующем допросе злой Меррит поинтересовался, что еще утаил от него излишне скромный лорд, и Малфой охотно поведал о своей аллергии на зелья. Аврор с сомнением хмыкнул и пообещал проверить информацию. Люциус снова сдал кровь и немного успокоился: не станут же авроры сознательно травить его? Хотя… Кто знает.

Люциус придерживался прежней версии событий, и, как ни странно, желающих опровергнуть ее не нашлось. Мальсибер и Тревис на очной ставке дружно мотали головами, заявляя, что встреча с лордом в Отделе тайн была для них приятной неожиданностью, а мистер Поттер, глядя на Люциуса с откровенной ненавистью, сквозь стиснутые зубы заявил, что никакого Малфоя в Зале Пророчеств не заметил. Люциус сдержал первый порыв поинтересоваться, что у героя с очками, но решил не нарушать всеобщую гармонию и ограничился кивком и приподнятой бровью.

В итоге Люциусу почти нечего было инкриминировать, и на суде его обвинили в хулиганстве в общественном месте и почти уже приговорили к штрафу, но, Визенгамот, посовещавшись, провозгласил: «Приговаривается к одному году пребывания в Азкабане, в камере общего режима.» Люциус улыбнулся и чуть кивнул довольному Дамблдору. Считайте, что раунд за вами, директор. Что такое общий режим, Люциус не знал, но едва не вздохнул с облегчением: он уже стал бояться, что его отпустят, а столь скорая встреча с Лордом не входила в его планы. Зашедший под предлогом осмотра, целитель, рассказал шепотом, что Долохов до сих пор не встает с постели, а Беллу спасла только быстрая потеря сознания. Уилкис расщепился при аппарации и попал в Мунго, откуда не желает выписываться ни под каким видом. Так что Азкабан сейчас гораздо безопаснее Малфой-Менора. Целитель передал Малфою зелья, Люциус поблагодарил, но пить поостерегся: кто знает, какие у Повелителя планы на его светлость.

После приговора Люциус не вернулся в свою камеру: его провели в кабинет следователя, чтобы подписать все бумаги, и отправить, наконец, в Азкабан. Меррит уже ждал его. Надо сказать, вопреки опасениям Люциуса, аврор не пытался причинить ему неприятности или как-нибудь навредить. Следователь оказался профессионалом и только хмыкал, читая протоколы и слушая очередные нелепые, но никем не опровергнутые показания.

- Что ж, мистер Малфой, хотелось бы пожелать вам удачи, но, боюсь, она вам уже не поможет.

- Что такое «общий режим»? - поинтересовался Люциус.

- Одиночная камера, дементоры только по ночам в коридорах. Одно свидание в месяц, естественно, при условии примерного поведения и только с ближайшими родственниками. Постарайтесь не ссориться с охраной: ваше пренебрежение может дорого вам обойтись.

- Благодарю за совет. Передайте мои благодарности мистеру Миджену.

- И не подумаю. - усмехнулся Меррит. - С него станется заявиться вас навестить. Он бывает слишком заботлив, а вы ему явно понравились.

- Поверьте, я не делал ничего для этого.

- Конечно, ваша светлость. Ведь у вас под рукой не было трости.

- Вы же не думаете, - примирительно сказал Малфой, - что я действовал намеренно?

- Нет? - с иронией переспросил аврор.

- Не тогда, не сейчас. Уверяю вас.

- Ваша светлость, - «пожалел» его аврор, - как же вы живете, если каждый, кто с вами пообщается, настолько очарован, что пытается это чувство воплотить в жизнь немедленно и любым способом.

Люциус помрачнел:

- Не каждый, но, поверьте, мне достаточно. - прозвучало немного горько, и Меррит посмотрел с сочувствием.

- Хотя бы один плюс от тюрьмы.

- Вы правы.

Вошла охрана, Люциус поднялся, ему снова связали заклинанием руки и вывели в холл Аврората, к единственному охраняемому камину, через который можно было попасть в Азкабан. Меррит сопровождал его.

- И все же, удачи, ваша светлость.

- Благодарю, аврор Меррит. Удачи и вам.

Люциуса крепко взяли под руки, практически перенесли через низкую решетку камина, Меррит набрал пороха и бросил ему в ноги.

- Азкабан.

На выходе из камина их встретили охранники. Передав Люциуса им, авроры попрощались и вернулись обратно, а Люциус остался стоять, с раздражением чувствуя себя товаром на прилавке, настолько придирчиво и любопытно его разглядывали.

- Люциус Абраксас Малфой? - пожилой мужчина, грузный и неопрятный, держал в руках его «Дело» и присматривался к новому подопечному.

- Да.

- Меня зовут Итан Рихтер, я здесь главный надзиратель и все здесь зависят от меня. Если не хочешь неприятностей, не серди меня, понял?

Люциус незаметно вздохнул. Ну и манеры. Кажется, стоит ему подыграть. Мерлин, как противно!

- Я понял.

- Молодец. Видишь, Тед, а ты боялся. Его светлость, оказывается, вполне поддается дрессировке.

- Теперь ясно, где вы набрались таких манер. - не выдержал Малфой. - Тюрьма, конечно, не пансион, но, видимо, тот цирк, в котором вы воспитывались, был еще хуже.

Молодой тюремщик посмотрел на него с ужасом, а вот Рихтер, кажется, обрадовался.

- Вот как? Вашей светлости неприятно наше общество? Может быть камера, набитая уголовниками, понравится вам больше?

- По приговору мне положена одиночная камера. - возразил Малфой.

- Надо же, какой сведущий! Но ведь всегда есть опасность ошибиться. Например, Тед не дослушает до конца и перепутает номера камер. Он у нас такой рассеянный!

Люциус едва не засмеялся: какая ирония! Спрятаться от Лорда и нарваться на его пародию. Маленький Повелитель, надо же. Впрочем, Люциус ясно сознавал, сколько неприятностей может доставить этот раздувшийся индюк.

- Всякое может случиться. - равнодушно пожал он плечами.

- Ну, пожалуй, если ваша светлость будет достаточно сговорчива, жизнь может оказаться вполне приятной, по здешним меркам, конечно.

Рихтер откровенно шарил по телу Люциуса масляными глазами и довольно ухмылялся. Только этого не хватало! Еще один? Люциусу пришла мысль, что в органы правопорядка словно специально собирают тех, кто имеет нестандартные пристрастия, и что министру стоило бы обратить на это внимание, но это была мысль из прошлой жизни, а в этой Люциус стоял со скованными заклятьем руками и пытался сохранять самообладание.

- Благодарю за предложение, мистер Рихтер, - церемонно ответил он, - но боюсь, что вынужден буду отклонить его.

- Это ты просто еще не подумал. - рассмеялся тюремщик и приказал: - В камеру его светлость, и закройся в дежурке.

Помощник побледнел, с жалостью посмотрел на Малфоя и заторопился вдоль по коридору, Люциус последовал за ним.

Камера оказалась старинной, в традициях средневековой инквизиции: каменные стены и пол, грубо сколоченные нары, узкое окошко высоко над головой, ведро в дальнем углу, духота и сырость. Зимой здесь, наверное, нестерпимо холодно.

Молодой человек снял с рук Малфоя заклятье, указал на нары и свернутый матрас на них.

- Стелите сами. И… вам сейчас лучше прилечь.

Прежде чем Люциус успел спросить зачем, Тед выскочил из камеры и запер дверь, причем не заклинанием, а засовом, чем удивил Малфоя.

Оставшись в одиночестве, Люциус задумчиво осмотрелся и потрогал матрас. Тот оказался влажным и неприятно пах сыростью. Люциус разложил его на досках, постелил сверху серую тряпку, притворяющуюся простыней, и присел, не зная, что делать дальше.

Добро пожаловать, ваша светлость. Привыкайте. К концу года вы будете выглядеть в точности, как эта простыня: серым, грязным и потрепанным.

Откинувшись к стене и прикрыв глаза, Люциус понял, что беспокоило его: с того момента, как он вошел в камин в Аврорате, он не чувствовал больше эмоций Снейпа. Кольцо с него не сняли: благодаря наложенным ограничениям, его мог снять только сам хозяин, а Люциус отказался это делать: с ним он чувствовал себя не таким одиноким. Северус постоянно волновался за него, и эти, не слишком положительные эмоции, странно согревали. А теперь он был совсем один. И так будет еще очень долго: целый год. За год может случиться многое. Нарцисса станет приходить на свидания все реже, пока не исчезнет совсем, Драко и так стыдится отца - извращенца, а уж теперь и вовсе не захочет его видеть. Снейп найдет себе какого-нибудь мальчика, нежного и сговорчивого, который будет ждать его вечерами, исполнять все его желания, и вскоре Северус забудет своего лорда, как ненужную вещь.

Люциус почувствовал, что дрожит. Он пытался взять себя в руки, но у него не получалось: тоска охватывала все сильнее, не давая вздохнуть, хотелось кричать и биться в двери, чтобы пришел хоть кто-нибудь, пусть даже этот гадкий Рихтер, только бы живое тепло рядом… Тепло?

Люциус вдруг понял, что в камере стало невыносимо холодно, дыхание вырывалось изо рта облачками пара, на стенах и двери блестел иней.

Дементоры? Так вот как это бывает?

Люциус попытался собраться с силами. Он должен бороться. Не думать, не вспоминать. Никаких мыслей о хорошем. Только те, которые они не могут сожрать. И поднять щиты. Люциус не знал, поможет ли оклюмменция против дементоров, скорее всего, нет, иначе Снейп не вернулся бы из тюрьмы такой развалиной, но попытки защититься отвлекали, и Люциусу даже удалось заставить себя снять мантию и лечь на нары, закутываясь во вторую простыню, заменявшую одеяло. Устраиваясь, он отвлекся, и в голову снова полезли тоскливые картины: Нарцисса, радостно обнимающая Блейза и шепчущая: «Ну, наконец-то!», Драко, не смеющий поднять голову от насмешек однокурсников. Что же он наделал! Как он смел не подумать о сыне? Драко никогда не простит ему этого позора. Сын заключенного. И снова мысли смешались. Теперь Люциусу представлялся Снейп, злорадно говорящий Лорду: «Его светлости только на пользу небольшое унижение. Он слишком распускает свой хвост, так пусть посидит в клетке». Люциус сжал руками голову, пытаясь не слышать смех Лорда, который напоминал о самых пугающих минутах его жизни…

Ну, конечно! Светлые воспоминания они пожирают, значит… Помнится, кто-то шутил, что если дементорам попадется Снейп, они сдохнут от голода рядом с таким мрачным типом. Значит нужно думать о чем-нибудь ужасном? Лорд? Что ж, значит, и от Повелителя может быть какая-то польза.

Люциус улегся поудобнее, стараясь хоть немного согреться, и принялся вспоминать самые позорные и страшные страницы своей прежней жизни.

Он дошел до похорон отца, когда воздух потеплел, а с груди словно сняли свинцовую тяжесть. Люциус с трудом лег на спину, распрямляя затекшее за несколько часов тело. Снова болела голова, он чувствовал слабость и пустоту, обычные после бессонной ночи, когда лежишь, измученный усталостью настолько, что не в силах заснуть. Засов на двери заскрипел, отодвигаясь, и Люциус открыл глаза, вглядываясь в темноту. Ну, конечно. Он не сомневался, что его посетят сегодня же, но, вымотанный дементорами, не имел сил даже на то, чтобы испугаться. Будь что будет.

Рихтер вошел, прикрыл дверь и зажег свет. Некоторое время он стоял, выставив перед собой палочку и, щурясь, вглядывался в лежащего узника. Малфой не шевелился.

- Ну, что, ваша светлость, как вам первая ночь на новом месте?

Ответа не требовалось, и Люциус промолчал.

- Я смотрю, гонору-то убавилось? Если нет, просто представьте, что так будет каждую ночь.

Люциус представил и передернулся, обрадовав своего тюремщика.

- Надеюсь, вам хватило времени понять, что со мной лучше дружить?

- В газетах писали, что дементоры ушли из Азкабана. - подал голос Люциус.

- Ушли, пришли… Эти твари делают, что хотят.

Рихтер приблизился к лежащему Малфою.

- А вы не боитесь, что они нападут на охрану?

- У нас есть амулеты. - Потянув за цепочку, Рихтер продемонстрировал металлическую бляху, спрятанную под одеждой. Кстати, у меня сейчас есть один свободный: парень недавно уволился. Не желаете купить?

- Сколько?

Казалось, Рихтера тревожило абсолютное равнодушие заключенного: он не торопился подходить ближе и внимательно вглядывался в собеседника, не убирая палочку.

- Пятьсот галеонов - и он ваш. - убедившись, что лорд не протестует, он добавил. - И, конечно, некоторые особые услуги. Впрочем, судя по слухам, вас это смутить не должно.

- Тысячу в месяц, и без последнего пункта.

Рихтер задумался.

- Семьсот, и один раз. Все же, возможность оттрахать лорда перепадает не часто.

- Тысячу пятьсот и волосы для оборотного. Какая разница, кто его выпьет?

- Не годится, ваша светлость. Вы расстроили меня, и я хочу компенсации.

- Извинения?

- В постели.

- Обойдетесь. Две тысячи в месяц.

- Что ж, у меня остался еще один весомый аргумент.

Рихтер резко взмахнул палочкой:

- Ступефай!

Люциус не удивился, почувствовав действие заклятья: он давно ждал чего-то подобного. Теперь он не мог даже закрыть глаза или отвернуться. Будь оно все проклято! Люциус смотрел, как усевшийся рядом Рихтер прячет палочку и расстегивает пуговицы на его рубашке.

- Завтра вам выдадут тюремную мантию, и все будет проще. - словно утешал тюремщик, возясь с застежкой на брюках. - Будете просто задирать подол, как и полагается примерной девочке. Хотелось бы, конечно, не так, но, всему свое время, не правда ли? Еще несколько ночей - и вы забудете торговаться, ведь терять вам будет уже нечего, а амулет вы к этому времени будете хотеть больше, чем моей смерти. - Он потянул брюки лорда вниз и остановился. - Красота-то какая! Не то, что здешние старожилы: грязные, худющие. Знаете, у меня в комнатах есть ванная, если вы будете хорошо себя вести, я вас как-нибудь приглашу в гости, вымою и нормально накормлю. Это будет почти свидание.

Люциус даже обрадовался, что не может двигаться: его мутило от этого голоса, от картин, встававших перед глазами. Он изо всех сил пытался дышать размеренно и ровно. Он Малфой, он остался им после всех издевательств Лорда, и он останется им, даже если это ничтожество посмеет выполнить все свои обещания. Он уже не ребенок, и то, что он по-прежнему до жути боится насилия, не причина для истерик и не повод сдаться. В конце концов, ему и так много лет слишком везло.

Рихтер поспешно расстегивал свою мантию, ругаясь в пол-голоса: трясущиеся от нетерпения руки не справлялись с мелкими застежками.

- Потерпите немного, ваша светлость, скоро я вас согрею.

Дверь заскрипела, раскрываясь.

- Кто? - почти зарычал Рихтер, оборачиваясь.

- Мистер Рихтер, там, на втором уровне, Мег… - мальчишка тюремщик задыхался от волнения. - Кажется, она рожает…

- Вот, паскуда!

Рихтер снова застегивал мантию, так же поспешно, как до этого пытался расстегнуть.

- Ты уверен?

- Не знаю. Она орет и держится за живот. Может целителя?..

- Какого целителя, идиот? Как ты собираешься объяснять, кто заделал этой стерве ребенка? Дементор?

Рихтер выбежал из камеры, а Люциус все не мог поверить, что ему дали передышку.

Молодой человек осторожно приблизился к нарам и, отводя глаза, натянул на Люциуса простыню. Потом отступил и достал палочку.

- Фините инкантатем.

Люциуса согнуло, словно внутри повернули какой-то механизм. Он резко сел и, прижимая к груди простыню, тяжело и рвано дышал, незаметно вытирая выступившие слезы. В руку ему ткнулся стакан. Как кстати.

- Спасибо.

Напившись, Люциус смог справиться с приступом тошноты и паники и вопросительно посмотрел на мальчишку: что дальше? Тот уже протягивал Малфою собранную с пола одежду. Отвернуться он не сообразил, или это было запрещено, и Люциус поспешно и неловко оделся. И, только застегнув мантию на последнюю пуговицу, поинтересовался:

- Что будет с ребенком?

- Подкинут в приют.

- Ясно.

- Он обычно не связывается с женщинами, поэтому это редкость.

- Ясно.

Люциус пытался реагировать. Ему страшно было отпускать мальчишку, не потому, что он боялся возвращения тюремщика, а потому что не хотел снова остаться один. Парень, словно что-то чувствуя, так и остался стоять посреди камеры, и они молчали довольно долго, пока дверь снова не распахнулась и ворвавшийся Рихтер не набросился на своего помощника, сбив его с ног и принялся избивать.

- Ты, недоносок! Да как ты смел! Рожает, значит?

Мальчишка не сопротивлялся; прикрываясь руками и уворачиваясь от кулаков, он пытался оправдываться:

- Откуда я знал… Она орала, как резанная…Я думал…

Но его не слушали.

- Думал? Знаю я, что ты думал, мне эта тварь все рассказала! Как ты уговаривал ее притвориться, что она рожает. Сколько он заплатил тебе? Когда вы успели сговориться?

- Оставьте ребенка, не сходите с ума. - устало вмешался Люциус.

Рихтер оторвался от Теда и повернулся к нему.

- Что вы пообещали ему, ваша светлость? Денег? Другую работу? Или, может быть то, чего не досталось мне?

- Вы помешались, Рихтер. Отпустите мальчишку, пусть умоется. В этой камере и так много грязи, не хватало еще пятен крови и лужи слез.

- Уматывай, и чтобы я тебя тут близко не видел!

Рихтер за шиворот выкинул помощника из камеры и вернулся к Люциусу.

- Что, ваша светлость, поторопились одеться? А зря. Палочка все еще у меня.

- Уже утро.

- Согласен, сегодня мы уже ничего не успеем, да и не хотелось бы торопиться, но день пройдет быстро. Скучайте по мне, ваша светлость. А пока у вас есть время подумать. Я все еще готов дружить.

Пакостно улыбнувшись, Рихтер вышел и задвинул гремящий засов. Люциус подождал немного, но дверь оставалась запертой. В коридоре слышны были голоса охраны, крики заключенных, брань. Тюрьма просыпалась, и Люциус, выкинув из головы все мысли, просто лег на нары, глубоко вздохнул и расслабился: теперь можно было засыпать.

Люциус проспал до самого вечера. Просыпался, когда приносили еду, пил воду, жевал крошащийся хлеб и засыпал снова. Наконец, организм, похоже, восстановил силы, выпитые вчера дементорами. Поднявшись и пожалев, что не может умыться, Люциус молча смотрел, как незнакомый охранник левитировал перед собой поднос с ужином и сверток серой материи. Натягивая под взглядом охранника принесенную тюремную мантию, Люциус снова ощутил панику, но взял себя в руки: выхода все равно не было, следовало вспомнить заповедь Малфоев: «Не можешь победить - постарайся уменьшить ущерб», вот только в данном конкретном случае уменьшение ущерба означало потерю самоуважения и никак не устраивало лорда. Но выбора получше ему никто не предлагал.

Понимая, что силы нужно поддерживать, Люциус заставил себя проглотить несколько ложек водянистого и пресного картофельного пюре и запил их водой, прогоняя ужасный вкус. Привыкайте, ваша светлость, здешний тюремщик не станет выдумывать несуществующих болезней, чтобы улучшить ваш рацион. Люциус серьезно опасался, что если он продолжит сопротивляться «благодетелю», его могут вообще перестать кормить. Вернувшийся охранник забрал поднос и вышел, а Малфой лег на нары. Он старался ни о чем не думать, в ожидании визита нового хозяина его жизни или дементора. Впрочем, сейчас он предпочел бы второго.

В камеру потянуло холодом, мысли снова стали тоскливыми, но Люциус даже обрадовался: Рихтер не сунется сюда не отогнав дементора, поэтому можно спокойно кутаться в ледяную простыню и снова вспоминать Лорда. Сейчас даже змееподобное лицо Повелителя казалось почти родным. Воистину - все познается в сравнении.

Люциус успел вспомнить собственную свадьбу, снова переживая почти забытое унижение, как почувствовал, что дементора рядом нет. Выпутавшись из простыни, он сел, глядя на открывающуюся в темноте дверь. Тед осторожно проскользнул внутрь и прошептал:

- Ваша светлость, вы не спите?

- Нет.

На колени к Малфою что-то упало.

- Он сегодня не придет. Мегги все-таки рожает, а потом он поедет в Лондон, в приют. Дементор ушел. Вы можете спать.

- Спасибо, Тедди.

Молодой человек поспешно вышел и задвинул за собой засов. Люциус пошарил рукой по простыне и нащупал какую-то пластинку. Понюхав, он зажмурился от удовольствия: мальчишка принес ему шоколад! И пусть кусок сладкой плитки был небольшим, обломанным и явно дешевым - Малфою он показался слаще всех конфет, которые он пробовал до этого, и сразу же вернул съеденные дементором силы. Заставив себя не проглатывать все, Люциус с сожалением вздохнул и спрятал остатки под матрас: вряд ли ему перепадет еще один такой же подарок, а дементоры, в отличие от шоколада, исправно появлялись каждый день. Призвав на голову мальчика благословение Мерлина, Люциус лег снова и теперь уже крепко уснул.

Утром, тщательно проверив, не осталось ли где следов шоколада, он поковырялся в каше, выпил остывший, едва сладкий чай и почти не вздрогнул, услышав за спиной:

- Как спалось, ваша светлость?

- Благодарю, отвратительно. - повернулся он.

- Что так? - сочувственно спросил Рихтер.

- Замерз. - коротко ответил Люциус.

- А я надеялся услышать, что вы скучали без меня.

- Дементор вполне заменяет вас - особой разницы я не заметил.

Рихтер проводил взглядом выходящего охранника, дождался, когда за ним захлопнется дверь и рванулся, с силой впечатывая Люциуса в стену:

- Заметишь. - прошипел он, грубо шаря руками под мантией Люциуса. - Уж я постараюсь.

Сделав над собой усилие, Люциус не стал сопротивляться, позволяя тюремщику трогать все, что тому хочется. Ему удалось даже усмехнуться, когда Рихтер потянулся к его лицу губами.

- Не стоит, офицер, я не люблю, когда в такой ситуации лезут с поцелуями: это портит все впечатление от изнасилования.

Вместо поцелуя Малфой немедленно получил удар в лицо, голова мотнулась, открывая шею, и Рихтер тут же воспользовался этим, прокусив тонкую кожу до крови.

- Так лучше?

Люциус почувствовал, что его несет, и, не сдерживаясь заявил:

- Вы говорили, что у вас есть ванная? А вы умеете ей пользоваться? Я понимаю, что изнасилование очередного подопечного - вполне будничный процесс, но от вас, кажется, еще и кровью пахнет.

- А мы такие брезгливые? - протянул Рихтер - Ничего, привыкнешь. Очень скоро ты будешь пахнуть мной, моя принцесса!

Он схватил Люциуса за волосы, другой рукой коротко и сильно ударив в живот, подержал немного, любуясь, как жертва пытается вдохнуть воздуха. Едва Люциусу это удалось, как еще один удар заставил его согнуться. Рихтер дернул волосы, отталкивая Малфоя на пол, пнул ногой по ребрам и пропев: «До вечера, ваша светлость!», вышел, захлопнув за собой дверь камеры.

Люциус сел, осторожно потрогал шею, скривился заметив на пальцах кровь. В общем-то, ничего страшного: ныл живот, побаливал бок, саднило щеку, зато настроение было на редкость прекрасным. Люциус не любил драк, ему всегда нравилось выводить противников из себя одними словами, но ощущение победы радовало, не давая пока задуматься, чем за эту победу придется заплатить. Поморщившись от унижения, Люциус все-таки, приподнял подол мантии. Так и есть: на тонкой коже бедер и живота уже начали проступать синяки. Одернув мантию, Люциус рывком поднялся. Эту войну ему не выиграть, это ясно. Но он ее еще не проиграл!

Вечера Люциус ждал лихорадочно: ему не сиделось, ходить по камере быстро надоело, нервы были напряжены и не давали отдыха телу. В конце концов, Люциус рассердился на себя: да, он никогда не умел ждать неприятностей, но это не значит, что он может себе позволить превращаться в «принцессу». Он вообще себе такого не позволял. Почти. Разве что со Снейпом, иногда…

Коснуться запретной темы было неудачной мыслью: Люциуса скрутило так, что он снова стал задыхаться, как после удара в живот. Конечно, Северус не узнает, но сам он будет знать, будет помнить, и, даже если к концу этого года у него останется хотя бы капля самоуважения, она растает, если Люциус осмелится посмотреть в глаза Северусу и увидит там жалость. А что еще там может отразиться? Люциус уже и теперь ощущал себя грязным, в самом обычном смысле этого слова, и мог легко представить, что с ним сделают тюремный воздух, еда и компания Рихтера.

Из-под двери потянуло холодом, и Люциус уже привычно опустился на постель, сворачиваясь клубочком: так, и вправду, было легче. Ну, или ему казалось.

Как только дементор ушел, Люциус доел остатки шоколада, восполняя силы. И, хотя, на третье чудо он не надеялся, но и сдаваться просто так не позволяла гордость, поэтому вошедшего Рихтера он встретил стоя, выпрямившись и глядя прямо в глаза.

- Ваша светлость. - кажется, тюремщик удивился и не спешил применять магию. - Какая честь для меня! Не лучше ли вам присесть? Как вы себя чувствуете?

- Благодарю, великолепно. - а что тут можно еще сказать?

- Как ребра?

- Пока целы.

- Вот именно - пока. - выделил Рихтер. - Ну, ваша светлость, что же мы будем с вами делать?

Он приблизился, держа наготове палочку.

- Я бы предпочел ничего с вами не делать. - вежливо ответил Люциус, рассмешив собеседника.

- Не сомневаюсь, ваша светлость, но - увы - придется. Вопрос в том, как… Сегодня у нас впереди целая ночь, никто не помешает, поэтому, давайте решим, насколько травмирующей для вас будет ситуация.

- Конкретней.

- Я могу воспользоваться заклятьем, или добрыми старыми методами. А могу и доставить вам удовольствие. Решайте.

Малфоя передернуло. Удовольствие… Воображаю!

- Кажется, обстановка не располагает к удовольствиям.

- Привыкните. Потом дома станете таскать любовников в подвал.

- Увольте. Я, все же не тюремный надзиратель.

- Ну, как хотите. Я предлагал по-хорошему.

Люциус снова не сопротивлялся, когда его ударили спиной о стену, и даже немного приобнял насильника, и, почти тут же с силой оттолкнул от себя. Не ожидавший отпора, Рихтер отпрянул и потянулся за палочкой…

- Ах ты, дрянь!

Его палочка оказалась в руках у Малфоя и недвусмысленно указывала бывшему хозяину в грудь.

- Как ты… - от ярости он не находил слов. - Ты не посмеешь! Тебя запрут здесь на всю жизнь!

- А я просто ее сломаю. Ты ничего не докажешь!

- Я тебя убью! Случайно забуду закрыть на ночь дверь, и получишь поцелуй! - он трясся от злобы, но стоял на месте, не сводя глаз с угрожающей палочки.

- Лучше дементор, чем ты, Рихтер, поверь мне.

- Чего ты хочешь?

- Клятву. Ты больше не войдешь сюда ни днем, ни ночью. Ты больше не станешь домогаться меня. Ты вообще больше не дотронешься до меня и не причинишь мне вреда. Клянись магией!

Лицо Рихтера выражало все его эмоции, но Люциус был слишком возбужден, чтобы обращать на это внимание: он боялся, что Рихтер сообразит позвать на помощь, и тогда у него не будет шансов.

- Быстрее думай! - Люциус сделал вид, что собирается сломать палочку, и Рихтер не выдержал:

- Хорошо!

Он протянул правую руку ладонью вверх, сосредоточился, вызывая лепесток огня и проговорил:

- Я клянусь не входить в эту камеру ни днем ни ночью в течении года, не домогаться Люциуса Малфоя, не дотрагиваться до него и не причинять ему вреда.

Пламя вспыхнуло: клятва была дана, и магия приняла ее.

- Уходи. - Люциус кинул палочку, и Рихтер поймал ее в воздухе.

- Ничего, принцесса, ты еще пожалеешь!

- Не сомневаюсь.

Рихтер вышел, засов был задвинут, Люциус с трудом подавил желание сползти на пол, и добрел до нар. Едва он лег, как воздух стал леденеть, и Люциус запоздало пожалел, что не догадался добавить в клятву отсутствие дементоров. Впрочем, они были в приговоре, и, видимо, не зависели от Рихтера. Как бы то ни было, это общество Малфой предпочитал тому, что только что удалилось.

10 глава

Ночь прошла спокойно, ну, если не учитывать дементора за дверью, конечно. Утром, почти не спавший Люциус поел, с печалью замечая, что полужидкая овсянка стала гораздо съедобней. Еще немного, и он будет есть то, чем раньше побрезговал бы кормить своих собак. Впрочем, это как раз мелочи. Тарелки унесли, но почти сразу же дверь снова открылась. Вошедший охранник приказал:

- Заключенный Малфой, на выход.

Люциус не решился спорить, и двинулся за охранником, спросив только:

- А в чем дело?

- Ваша камера признана аварийной, вас временно переводят.

Увидев довольную ухмылку Рихтера, Люциус едва не взвыл от досады на себя.

- Что, ваша светлость, не додумали?

Рихтер шел за спиной Люциуса и говорил тихо и злорадно.

- Вы все равно не можете ко мне прикоснуться. - отозвался Люциус, уже понимая, что и тут проиграл.

- Я - да. Зато я вполне могу смотреть, как это будут делать другие. Только хуже сделали, ваша светлость, а ведь я предупреждал.

От сочувствующего тона Люциус пришел в ярость. Он остановился, развернулся и прошипел, улыбаясь прямо в лицо подонку:

- Да! Смотри и думай, что все это тебе никогда не достанется. Обещаю сниться тебе по ночам, но и там тебе ничего не обломится!

Только шедшая впереди охрана заставила Рихтера сдержаться и опустить палочку. С трудом переведя дыхание, он ответил:

- Надеюсь, после сегодняшнего дня ты уже будешь не так самоуверен. А если нет, то уж ночи точно должно хватить.

Они остановились, наблюдая, как охранник отпирает камеру.

- Удачи, ваша светлость.

- Она всегда со мной.

Люциус не стал дожидаться, пока его втолкнут в дверь и вошел сам. Обитатели камеры уставились на него с любопытством и предвкушением, и Люциус понял, что его ждали и знали зачем. Зашедший следом Рихтер отпустил охрану и прислонился к косяку, поигрывая палочкой.

- Ну, что, ребята, все, как я вам обещал: блондинка и на всю ночь. Можете развлекаться, как хотите, одно условие: завтра он должен быть жив. На «здоров» не настаиваю.

- Спасибо, начальник! - послышались голоса обитателей камеры.

Привыкшие к полутьме глаза Люциуса разглядели, что в ней полно народа, мужчины всех возрастов и разной степени оборванности, грязные и возбужденные неожиданной удачей, они, словно шакалы подбирались осторожно и медленно. Люциус едва не попятился, сдержавшись в последнюю секунду: он понимал, что, стоит ему показать, как он испуган, и они кинутся всей стаей. За спиной послышался злой шепот:

- Я думаю, теперь вы меня запомните, ваша светлость.

- Если я кого и запомню, то их. - бросил Малфой через плечо. - Не вас.

Сильный удар в спину выкинул Люциуса на середину камеры, прямо в толпу, тут же сомкнувшуюся вокруг. Тянущиеся отовсюду руки, рвали ветхую мантию, хватали за волосы, и Люциус инстинктивно стал отбиваться, остатками разума понимая, что только провоцирует толпу, приближая неизбежное, но паника уже захлестнула мозг, а тело отказывалось сдаваться, продолжая бороться даже тогда, когда Люциуса бросили на пол и навалились, растягивая руки и ноги в стороны, почти разрывая, и прижимая голову к полу, в несколько рук схватившись за волосы. Было на удивление тихо. Слышно было только возбужденное дыхание, треск ткани, и редкие возгласы тех, кого Люциусу удавалось достать зубами. Его даже не били: не было необходимости, его просто лишили возможности двигаться и - почти совсем - дышать, когда рот зажали грязной рукой. От нехватки воздуха Люциус поплыл, медленно теряя сознание, и еще успел порадоваться этому, как услышал, слегка приглушенное обморочным туманом, но все равно слишком громкое посреди сопящей, шевелящейся тишины:

- Что здесь происходит?

Кажется, все замерли.

- Я спрашиваю, что здесь происходит, комендант Рихтер? Чем вы тут любуетесь?

- А вы, собственно кто? - слегка задыхаясь, спросил Рихтер.

Люциус почувствовал, как держащие его руки медленно разжались: шакалы почувствовали неладное и попятились.

- Антониус Миджен. Британский Аврорат.

Люциус почувствовал, что сейчас взорвется, и дернулся, освобождая рот. Рука убралась, и Люциус засмеялся, громко, не сдерживаясь, вздрагивая и стучась головой об пол. Вероятно, это была истерика, и она странно подействовала на клубок на полу: те, кто еще находился рядом, отпрянули, и Люциус остался лежать посреди пустого пространства, все еще смеясь и вытирая руками выступившие слезы.

- Кто это? - спросил озадаченный Миджен.

- Заключенный. У него бывают припадки. - заторопился комендант, вежливо оттирая аврора от двери и стараясь закрыть камеру. - Чему обязаны, аврор?

- Мне нужен Люциус Малфой.

- Зачем?

Он все еще пытался закрыть дверь, но, почуявший неладное аврор уперся на пороге и не давал этого сделать.

- У меня разрешение на допрос. Дополнительные обстоятельства. Где он?

- Идемте в мой кабинет, его сейчас приведут.

- А разве не стоит вызвать целителя?

- Вы действительно очень заботливы, аврор Миджен. - Люциус с трудом поднялся, пошатываясь и остался стоять, не доверяя собственным ногам.

- Лорд Малфой?

Изумление, звучавшее в голосе позабавило и одновременно огорчило: прошло всего три дня, а его уже невозможно узнать.

- Что это на вас?..

Кажется, он догадался, но Люциус все же ответил:

- Тюремная форма. По крайней мере, мне так сказали. Что-то не так?

- Нет, - сквозь зубы ответил аврор, - все правильно.

Люциус не торопился поднимать глаза: было слишком страшно увидеть у аврора такой же масляный взгляд, как у рассматривающего его даже сейчас Рихтера.

- Простите мне мой вид, аврор.

Прижимая к груди остатки мантии и придерживая разодранный подол, Люциус все же посмотрел на Миджена, но тот уже развернулся к Рихтеру и проговорил неестественно спокойным голосом:

- Где камера мистера Малфоя? Я должен провести допрос.

- Идемте. - пригласил Рихтер, скрывая страх.

Они медленно пошли по коридору. Люциус боролся с искушением держаться за стену и шел с трудом. Миджен пропустил его вперед и приказал:

- Принесите новую мантию. Чистую. Немедленно.

Не слушая ответа, Миджен захлопнул дверь. Люциус стоял посреди камеры, ожидая приказа.

- Ваша светлость, вы как?

Миджен кинулся к нему, помогая добраться до нар, и осторожно усадил.

- Полагаю, если бы не ваше появление, было бы много хуже.

Аврор уже читал диагностические заклинания, водя палочкой вдоль тела Малфоя, и все больше хмурился.

Дверь снова открылась, и Люциус услышал злой голос:

- Ну, конечно! Ты уже тут и изображаешь доброго самаритянина. А лорд уже почти раздет…

Люциус отпустил разорванную мантию и теперь она прикрывала ноги, оставив лорда полуголым. Ворвавшийся в камеру Меррит схватил напарника за руку, собираясь оттащить от Малфоя, и вдруг замер.

- Что это?

Люциус опустил взгляд: даже самые пустячные синяки всегда выглядели на нем слишком ярко, а уж сейчас картина и вовсе была пугающей.

- Должен вам заметить, аврор Меррит, что я был неправ: одиночная камера - отнюдь не панацея.

- Даже так?

Меррит нехорошо прищурился, но тут в камеру вошел охранник и передал Люциусу мантию. Она была действительно новой и чистой, и Люциусу стало неприятно, когда он представил, как наденет ее на немытое тело. Но капризничать не приходилось, и он уже привычно не обращая внимания на посторонних, встал, спуская к ногам разорванную одежду. Стало слишком тихо. Люциус удивленно поднял глаза. Оба аврора смотрели на него, и, если взгляд Миджена становился все более сочувственным, то Меррит, кажется, готов был взорваться: от бешеной злобы, бушевавшей в его глазах, Люциусу стало совсем плохо и он сделал попытку прикрыться.

- Стоять. - скомандовали ему. - Уберите.

Мантию вырвали из рук.

- Повернитесь.

Люциус медленно развернулся, ожидая толчка в спину и уже смирившись с дальнейшим.

- Твою мать!

- Зак, успокойся.

- Твою ж мать, Тони!

- Зак, прекрати, ты пугаешь лорда, отдай.

На плечи Люциуса набросили мантию.

- Одевайтесь, ваша светлость. Зак, сиди здесь и не смей выходить. Я сейчас.

Миджен вышел.

- Как вы тут оказались? - спросил Люциус, потому что молчать рядом с готовым взорваться вулканом было неприятно.

- Искал Тони, узнал, что он отправился на допрос в Азкабан, сложил два и два…

- И примчались убедиться в измене?

- Да.

- Знаете, Меррит, у вас прекрасный друг. Наплюйте на жену, хватайте его в охапку и увозите из Англии куда-нибудь на острова.

- Я бы рад. - усмехнулся Меррит, - но у него слишком развито чувство долга… Люциус, вы покажете ваши воспоминания?

- Нет.

- Даю слово, что кроме судьи и нас двоих их никто не увидит. Вы же понимаете, что этого нельзя так оставлять. Вы ведь наверняка не первый, да и последним не станете.

Люциус вспомнил неизвестную Мегги.

- Знаете, однажды мне тоже пообещали, что никто ничего не узнает, а на следующий день журналисты уже спрашивали меня, каково это - спать с Темным Лордом. А уж тюремщик - это и вовсе вульгарно, вы не находите?

- Непреложный обет вас устроит? Или вы предпочитаете подождать, пока мы уйдем и продолжить изображать жертву?

Увидев, что Люциус вспыхнул, он продолжил извиняющимся тоном.

- Ваша светлость, я понимаю, как это все…больно. Но вы не виноваты, вы - жертва…

- Вы хотите оскорбить меня, аврор? - холодно спросил Люциус.

- Нет, я прошу вас помочь не только нам, но и себе тоже.

- Хорошо. - Люциус задумался. - Непреложный обет. И, предупреждаю, если вы его все же нарушите, я лично убью вашего Тони, хотя мне будет очень жаль.

- Согласен. - кажется, ему поверили: голос аврора дрогнул.

Вернувшийся Миджен с тревогой посмотрел на них и слегка успокоился.

- Я вызвал следователей и целителя. Ваша светлость, отдохните, пока есть время.

Люциус безропотно лег, по привычке сжимаясь в клубок, и закрыл глаза. Под охраной двух авроров можно было уснуть, ничего не опасаясь. Так он и поступил. Не то, чтобы он доверял этим двоим, просто запас прочности на сегодня, кажется закончился. И, если господа авроры решат вдруг побаловаться тройничком, им придется будить лорда долго и настойчиво. А, пока есть возможность, и правда, нужно отдохнуть.

11 глава

Люциуса разбудили через пару часов. К этому времени в тюрьме уже вовсю работала группа авроров, а пожилой целитель явно дожидался своего пациента. Похоже, его просто пожалели, дав отдохнуть подольше. Поднимаясь, Люциус едва не застонал и поспешно стиснул зубы, стараясь выглядеть не слишком жалким, но, похоже, никого из присутствующих ему обмануть не удалось: Миджен нахмурился, а целитель поддержал под руку, помогая сесть. Пока Люциус спал, в камеру принесли несколько стульев и одеяло, упавшее на пол, когда Малфой сел.

- Ну, давайте посмотрим…

Люциус посмотрел на Миджена, и тот поднялся и отошел к стене. Целитель знаком велел Люциусу снять мантию, долго рассматривал его, хмурясь и вздыхая. К счастью, это был незнакомый Малфою волшебник. Люциусу очень не хотелось, чтобы Волдеморту донесли, в каком плачевном состоянии сейчас пребывает сиятельный лорд.

- Рассказывайте…

Люциус мало что помнил: шок и ужас не оставили внятных воспоминаний. На память приходили, скорее, ощущения: звук трескающейся ткани, запах немытых тел, грязные руки, все казалось просто кошмаром, и отчаянно хотелось проснуться. Даже боль с трудом пробивалась сквозь это состояние, и только теперь Люциус задумался: что же с ним успели сделать? Он прислушался к себе: кажется, после отдыха ему стало только хуже. Сняв мантию, он почти испугался: столько синяков, царапин и даже укусов он еще не видел на человеческом теле, а уж на своем - тем более.

- Что вы хотите узнать? - прозвучало, кажется, слишком надменно: целитель потупился, а спина аврора дрогнула, выпрямляясь.

- Ваши ощущения, не более. Что у вас болит?

- Все. - честно ответил Люциус. - А, впрочем, ничего слишком опасного, я полагаю.

Целитель промолчал и принялся проверять, водя палочкой так же, как делал это аврор. Рядом в воздухе висел лист пергамента, по которому двигалось перо, записывая что-то за молчащим волшебником. Люциус следил за ним глазами и прислушивался к себе. Пожалуй, он не станет жаловаться на боль в поврежденных ребрах, а уж про ощущения в других, более интимных местах, и подавно упоминать не стоит. Люциус помнил, что почувствовал резкую боль, но был уверен, что это была только… прелюдия, ничего фатального с ним не произошло, они просто не успели, хотя, кажется, вчера на разорванной мантии он видел кровь, да и сидеть было больно.

Осмотр длился довольно долго, Люциуса подняли, поворачивали, дотрагивались, и он едва терпел, сдерживаясь, чтобы не нагрубить, но, наконец ему было позволено одеться и снова присесть.

- Так что, доктор?

- Вы можете повернуться, аврор, мы закончили… Вот список повреждений для протокола, лечение я пропишу позднее. Должен сказать, что все не так плохо, как кажется.

- Да. - согласился Миджен, читая протокол, - И это прекрасно.

Люциус отвернулся, не желая видеть понимающий и радостный взгляд. Мальчишка был рад за него. Как унизительно! Его светлость цел и практически невредим! Какое счастье! А они уж было подумали… Что думали все окружающие, включая целителя и охрану, было ясно без слов, и Люциус от унижения едва не высказал Миджену все, что думает об этом «счастье», но сдержался: все-таки, если бы не этот заботливый аврор, он бы сейчас развлекал толпу изголодавшихся шакалов. Стоили вытерпеть унизительное сочувствие хотя бы из благодарности.

- Если это все, - проговорил он, - могу я остаться один?

- К сожалению, это только начало, ваша светлость. - развел руками Миджен.

- Я плохо себя чувствую.

Целитель достал из чемоданчика зелье.

- Укрепляющее. К сожалению, всё обезболивающее пришлось отдать той женщине, Мегги Уолш, кажется. Она недавно родила и очень плоха. Но у меня есть вот это.

Целитель достал плоский стеклянный флакон и пояснил:

- Это нужно растворить в воде и погрузиться на полчаса. Действует, как легкое обезболивающее, на несколько часов должно хватить. Здесь есть ванна, или что-нибудь подобное?

- Есть. В комнатах коменданта.

Оба с тревогой посмотрели на согнувшегося от смеха лорда Малфоя.

- Успокоительного?

- Благодарю, не стоит.

Рихтер находился под домашним арестом и сидел под охраной у себя к квартирке, состоящей из двух маленьких комнаток, кухни и ванной. Когда Люциус в сопровождении аврора, целителя и охранника вошел в комнату, Рихтер сделал попытку подняться, но был удержан и усажен обратно. Люциус снова нехорошо себя чувствовал, его тошнило и кружилась голова, но на оскорбительную и победную улыбку сил вполне хватило. Заметив, как судорожно сжались кулаки коменданта, Люциус улыбнулся еще довольнее. Запомни меня таким, мразь.

Люциусу даже удалось остаться в ванной одному: целителя он просто попросил удалиться, охранника едва сумел выгнать Миджен, а вот самого Миджена удалось убедить только, расписав, как среагирует ревнивый Меррит, узнав, что его напарник купал своего подопечного в ванной. Миджен изменился в лице, торопливо переспросил, уверен ли Люциус, получил утвердительный ответ и выскочил за дверь, словно его возлюбленный был уже на подходе. Малфой тихо засмеялся и забыл обо всех: ванна была наполнена горячей водой, и этому соблазну сиятельный лорд был не в состоянии противиться.

От воды царапины защипало, Люциус зашипел, поминая Мерлина неуважительно и грубо, и в дверь тут же постучали:

- Ваша светлость, все в порядке?

- Да, аврор, в полном.

На полочке стояли флакончики с шампунем и мылом, и Люциус, позволив себе немного поблаженствовать, принялся за дело. Мыло противно и резко пахло клубникой, шампунь плохо пенился, но Люциус был почти счастлив. Вымывшись, он выпустил воду, ополоснул ванну и, снова набрав воды, вылил в нее зелье, оставленное целителем. Полчаса. Часов у него не было, но обычно, чувство времени не подводило. Люциус позволил себе расслабиться, погрузившись в теплую, пахнущую травами воду и закрыв глаза. Боль постепенно становилась глуше, там, где царапины и раны горели от воды, осталось только легкое покалывание, ребра утихли, и, если не шевелиться и не открывать глаз, вполне можно было убедить себя, что ничего не случилось и он по-прежнему в Малфой-Меноре. Но в дверь деликатно постучали.

- Одну минуту, господа, я уже выхожу.

Люциус поднялся и с сожалением выбрался из ванны. Для него оставили несколько чистых полотенец. В самое большое он завернулся, недоумевая, куда и зачем Миджен утащил его мантию, другим обмотал волосы, и, вздохнув и выпрямившись, вышел из ванной. Античный бог, ваша светлость. В простыне и босиком. Прелестно.

Рихтер так и сидел в кресле, и, поймав на себе его жадный взгляд, Люциус чуть встряхнул головой. Полотенце слетело, влажные волосы рассыпались по открытым плечам. Получай, мразь. Любуйся. Кажется, то, что плечи основательно расцарапаны, не портило впечатления: все, кто находился в комнате, уставились на лорда восхищенно, а некоторые и мечтательно. На свой же собственный взгляд, то, что сейчас отражалось в зеркале, напоминало Люциусу жертву, чудом сбежавшую с вечеринки вампиров.

- Господа, - прервал молчание лорд, - никто не знает, где моя мантия?

Меррит вытащил из рук замершего напарника одежду, подошел вплотную и, оказавшись спиной к зрителям, негромко сказал:

- Извольте прекратить, ваша светлость. Сегодня и так у всех присутствующих будет тяжелая ночь.

- Почему? - «удивился» Люциус.

- Слишком много впечатлений. Увиденного вполне достаточно.

- Ревнуете, аврор? - улыбнулся Люциус.

- Такими темпами нам придется переселиться в вашу камеру, чтобы вовремя успевать на помощь. Порезвились, и будет. Поберегите наши нервы: извольте все же одеться.

Люциус взял из рук аврора свою одежду, надел туфли и вернулся в ванную. Одеваясь, он заметил, что мантия снова чиста, видимо, Миджен очистил ее, пока Люциус мылся. Крови и запаха не было, словно он не спал в ней, весь исцарапанный и грязный. Люциус почувствовал благодарность. Заботливый и добрый мужчина. Конечно, Меррит бережет свое сокровище. Люциус пообещал себе не дразнить больше ни того, ни другого.

Когда он вышел, в комнате оставались только авроры. Люциус скромно попросил трансфигурировать ему какую-нибудь расческу. Меррит потянулся за палочкой, но Миджен опередил его, сотворив из колоды карт, валявшейся на столе, прекрасную щетку для волос, как раз такую, как надо. На благодарный взгляд Люциуса он смутился:

- У моей жены волосы немного длиннее ваших, и она всегда жалуется, как трудно расчесаться после ванны. Такая щетка нравится ей больше всего.

- Благодарю, аврор, это именно то, что нужно.

Люциус перекинул волосы через плечо, и принялся было расчесываться, как вдруг Меррит возмущенно прошипел: «Может, еще поможешь ему?», и вылетел за дверь. Миджен беспомощно посмотрел на дверь, оглянулся на Люциуса, снова повернулся к выходу.

- Идите уже. - вздохнул лорд. - Догоняйте. А за мной пришлёте охранника. И, Миджен… спасибо вам.

Аврор благодарно кивнул и помчался догонять свое счастье, а Люциус, снова вздохнув, запретил себе вспоминать того, кто любил помогать ему расчесывать волосы после ванны. Хватит на сегодня волнений, ваша светлость.

Однако, день еще не закончился.

Охранник отвел Малфоя не в камеру, а в какой-то кабинет, где его ждали следователь, надутый Меррит и расстроенный Миджен. Похоже, они так и не помирились. Люциус поздоровался и, старательно не глядя на Миджена, сел на предложенный стул. Отвечая на вопросы, Люциус внимательно следил за собой, опасаясь показаться чересчур любезным или наоборот невежливым: стоило учитывать прежние ошибки. Меррит смотрел на него с обидой и подозрением, и Люциус почему-то чувствовал себя виноватым. Глупость какая!

- Это все, мистер Малфой, или вы хотите еще что-нибудь сказать?

- Нет.

- Тогда, будьте любезны - ваши воспоминания.

Люциус беспомощно оглянулся на Меррита и увидел мстительную усмешку. Впрочем, аврор смягчился и подтвердил:

- Наш договор в силе, ваша светлость. Следователь не станет смотреть воспоминания, но проследить за их передачей Аврорату он обязан.

- Хорошо.

Люциусу протянули палочку и Думосбор и оставили в покое. Люциус не собирался показывать аврорам слишком многое, намереваясь ограничиться предложениями и угрозами Рихтера, но, видимо, он был слишком измучен, и не заметил, как выложил в Думосбор все, что с ним произошло в тюрьме. Спохватившись, Люциус понял, что сделал это поздно. Палочку забрали, аврор Миджен взял в руки Думосбор и погрузился в чужие воспоминания. Пока он смотрел, Люциусу принесли поесть. Время уже подходило к ужину, а обед прошел мимо, поэтому Люциус уже был бы рад и холодной овсянке, но к его удивлению, еда оказалась явно не тюремной. Видимо, авроры привезли ужин с собой или смотались в какое-нибудь кафе, а когда Миджен(конечно, кто же еще?) вспомнил, что заключенный не ел целый день, ему отдали оставшуюся порцию. Люциус ел и гадал, не свой ли ужин оставил ему Миджен. Судя по злым взглядам второго аврора, это было именно так.

Миджен вынырнул из воспоминаний и в замешательстве оглянулся на лорда. Люциус отставил чашку и изобразил холодное безразличие, ругая себя за невнимательность. Он не терпел, когда его жалели.

Миджен подошел к напарнику, что-то сказал, дотронувшись до руки Меррита, и Люциуса прошило тоскливой завистью. Эти двое были одним целым, и Люциус снова почувствовал свое одиночество и досаду на собственную глупость.

Тоскливо наблюдая за любовной идилией, Люциус удивился, увидев, как после возражений, Меррит отдал напарнику свою палочку, и тоже углубился в воспоминания.

Миджен подошел и сел рядом, аккуратно держа чужую палочку в руке.

- Ваша светлость…

- Аврор, вам не стоит уделять мне так много внимания. Ваш напарник не любит меня, не стоит вызывать его неудовольствие, общаясь со мной больше, чем нужно.

- Вы не правы…

- Нет? Почему тогда вы так взволнованы и тревожны? Помириться не удалось?

- Ничего, Зак слишком резко реагирует, но быстро успокаивается. И он нормально к вам относится.

Люциус не стал спорить, а указал на палочку:

- Почему вы взяли ее?

- Разумная предосторожность. - улыбнулся Миджен и встал. - Вы не голодны?

- Благодарю, уже нет. А вы?

- Дома поем. - отмахнулся аврор, и быстро вернулся к столу: Меррит разогнулся.

Когда он развернулся и нашел глазами Люциуса, тот почувствовал себя неуверенно: лицо аврора было жестким, глаза сузились, брови свелись в упрямую черту.

- Палочку. - ровно потребовал он.

- Зак, остынь.

- Аврор Миджен, верните мою палочку!

- Нет, господин заместитель главного аврора.

- Что вы себе позволяете?

- Закари, пожалуйста. Оно того не стоит.

Миджен говорил мягко, снова держа напарника за руку, и Люциус видел, как расслабляются напряженные мускулы, разглаживается морщинка между бровями, становится мягче лицо. Никто не обращал на них внимания: следователь возился с бумагами, охрана сидела на стульях у двери, и свидетелем почти семейной сцены оказался только Люциус, о котором тоже все забыли. Наконец, Миджен решился вернуть напарнику палочку, и они оба двинулись в его сторону. Люциус встал навстречу, немного нервно расправляя мантию и не в силах оторваться от созерцания чужого счастья.

- Аврорат требует ареста коменданта Рихтера на основании многочисленных свидетельских показаний и воспоминаний потерпевшего. - сообщил Меррит, и следователь принялся писать ордер.

- Ваша светлость, от имени Британского Аврората, приношу вам извинения за то, что вам пришлось пережить.

- Я бы предпочел адекватную компенсацию - заявил Люциус.

- И чего вы хотите?

- Уменьшения срока заключения, разумеется.

- Я сообщу вашу просьбу начальству. - пообещал Меррит.

- Теперь я могу вернуться в камеру?

После непривычно сытного ужина и сумасшедшего дня, Люциус засыпал на ходу. Обезболивающее перестало действовать почти полчаса назад, и сидеть было очень неприятно, а показывать свою слабость - просто стыдно.

- Я провожу вас.

- Прощайте, аврор Миджен. Спасибо вам за помощь. Я ваш должник.

- Прощайте, лорд Малфой. Надеюсь, дальнейшее ваше прибывание здесь будет не столь увлекательным, как первая неделя.

- Надеюсь, Мерлин вас услышал.

Люциус попрощался со всеми и вышел вслед за Мерритом, ожидая услышать упреки или обвинения: аврор до сих пор поглядывал угрюмо и задумчиво. Они молча дошли до камеры Люциуса и вошли внутрь. Малфой сел на нары и приготовился выслушивать все, что накипело у ревнивца.

- Ваша светлость, я, кажется, просил вас быть сдержаннее?

- Простите, аврор, я старался.

- Боюсь даже представить, что бы было с бедным Тони, если бы вы не старались!

- Я уже извинился, но могу и повторить: я не имею никаких намерений относительно аврора Миджена. Не в моих правилах посягать на чужое. К тому же… - Люциус заставил себя сказать это. - Я вполне представляю, каково это - терять то, что дорого… С некоторых пор.

- Он так и не простил? - тихо спросил Меррит.

- А вы бы простили? - усмехнулся лорд.

Люциус сидел уже из последних сил, и, кажется, это было заметно.

- Ложитесь спать, ваша светлость. Спокойной вам ночи.

- Спасибо.

Люциус улегся на нары, даже не заметив, что белье сменили на чистое и почти новое. Меррит наклонился и накрыл лорда одеялом. Люциусу стало смешно:

- Что, господин аврор настолько впечатлен моими страданиями, что решил проявить милосердие?

- Почти угадали: я впечатлен. Только не страданиями, а героизмом и несгибаемой волей. - Это прозвучало достаточно иронично, но недостаточно язвительно, и Люциус решил не обижаться. - Вы удивили меня, лорд Малфой. И мне теперь интересно, что с вами будет дальше. Отдыхайте, ваша светлость. Удачи.

- Благодарю, аврор. Накормите своего напарника и помиритесь с ним, иначе однажды вы можете пожалеть о потерянном по глупости и из-за упрямства времени. Прощайте.

Люциус закрыл глаза и еще успел услышать, как закрылась дверь и проскрежетал засов. Дементоров сегодня не было, видимо они с аврорами друг друга не любили.

12 глава

Проснувшись, Люциус обнаружил на стоящем у кровати стуле несколько флакончиков с зельями и баночку с незнакомым названием. На куске пергамента было написано: «Зелья - до завтрака, мазь - три раза в день на поврежденные участки тела». Поморщившись, Люциус бросил листок: «поврежденные участки тела» беспокоили сегодня меньше, но вспоминать о них совсем не хотелось. Под пергаментом оказалось, были еще сюрпризы: на стуле лежала большая плитка шоколада и щетка для волос, которую он вчера оставил в комнате у Рихтера. Настроение поднялось. Люциус мысленно поблагодарил аврора Миджена за заботу и занялся утренним туалетом.

Завтрак ему принес Тед, он же и рассказал новости. Рихтера забрали в Аврорат, а вместо него временно прислали пожилого аврора, который сразу пробежался по этажам, выругал охрану за безделье и велел вычистить грязь. На нижнем ярусе он наткнулся на дементоров и, видимо, сработала боевая привычка, в результате, оставшиеся твари спешно покинули тюрьму, спасаясь от довольно сильного Патронуса, и Тед от всей души надеялся, что они больше не вернутся. Люциус обрадовался: все же, ему везло. Избавиться от обоих проблем разом было приятно. За разговором Люциус не заметил, как съел всю кашу и выпил чай. Тед забрал тарелки и, поворачиваясь к двери, вдруг вспомнил:

- Да, мистер Малфой, вам разрешено свидание!

- Когда? - от неожиданности перехватило горло, и вопрос прозвучал чуть хрипло.

- Сегодня, в полдень, на шесть часов.

- А… кто придет? - «Неужели Драко согласился?..»

- Ваша жена.

- Спасибо, Тед.

Люциус был рад увидеть Нарциссу, и поздравил себя с еще одной удачей: после вчерашней ванны он выглядел вполне пристойно, волосы были чистыми, и, если полностью застегнуть ворот мантии, не видно было ничего, что могло бы обеспокоить супругу. Правда, на лице еще оставался след от удара Рихтера, но он был почти не заметен, и Люциус решил свалить его на стычку в министерстве. Оглядев камеру, Люциус запихнул пустые флакончики, расческу и шоколад под подушку, только сейчас заметив ее появление. Застелив постель, Люциус огляделся снова и признал, что больше ничего не может сделать. Оставалось только ждать.

Обед сегодня принесли пораньше, и Люциус успел закончить с едой как раз к тому времени, как незнакомый мужчина, представившийся новым комендантом, сообщил, что к нему посетительница. Вошедшая Нарцисса оглядела камеру, и ее взгляд остановился на муже. Люциус насторожился: Нарцисса смотрела внимательно и встревоженно, но что-то в этом взгляде было не так.

- Люциус…

Она подошла поближе и снова остановилась.

- Нарцисса, здравствуй. Спасибо, что пришла.

Нарси робко улыбнулась и немного нервно оглянулась на все еще стоящих в дверях охранников, и Люциус расслабился: конечно, она впервые в таком ужасном месте, среди солдат, она просто волнуется, не зная, как себя вести, и что говорить. И, наверное, боится дементоров. Он улыбнулся в ответ и, проходя мимо, ободряюще дотронулся до вздрогнувшей руки супруги.

- Комендант, - просительно заговорил Люциус, - я могу попросить вас оставить меня с леди Малфой наедине, или вам положено наблюдать за свиданием?

- Нет, я просто хотел убедиться, что все в порядке. Леди может остаться до ужина. В шесть часов к вам придут.

- Благодарю.

- Комендант. - Нарцисса подошла к аврору и прикоснулась к его рукаву. - Могу я попросить вас?

- Да, леди.

Люциус знал, как трудно отказать Нарциссе, если она просит.

- Я слишком давно не видела мужа… - леди мило потупилась и покраснела. - Могу я надеяться, что нам не будут мешать?

Теперь покраснел аврор, а Люциус изо всех сил делал вид, что не удивлен поведением супруги.

- Конечно, леди, не беспокойтесь, я сам прослежу за этим.

- Благодарю, комендант. - пропела Нарси и убрала руку.

Отпущенный на волю аврор поспешно откланялся, забирая с собой охрану. Проскрежетал засов. Нарцисса развернулась, дернула головой, словно отбрасывая волосы с лица и, обняв Люциуса, потянулась к его губам.

Поцелуй был оглушительным и жадным, Люциус закрыл глаза и позволил чужим губам вести и властвовать, отвечая и покоряясь, и чувство потери обрушилось на него сразу же, как только поцелуй прервался. Тяжело дыша, Люциус опустился на постель.

- Не делай так больше, пожалуйста.

- Почему? - удивилась Нарцисса.

- Это несколько ненормально, ты не находишь?

- Ненормально целовать собственную жену?

- Ненормально целовать тебя в облике жены, Северус. Боюсь, Нарси не одобрила бы.

- Как ты думаешь, кто занимался оформлением документов? Уверяю, я не загонял твою жену в угол и не срезал ее прекрасные волосы портновскими ножницами.

- Неужели? - Люциус изо всех сил старался скрыть свою растерянность и радость, но его хватало только на то, чтобы не улыбаться во весь рот. - А я именно так и подумал.

- Не волнуйтесь за жену, ваша светлость, она вполне здорова, и передает вам приветы и пожелания. И послать меня сюда - только ее идея.

- Только?

Кажется это прозвучало немного жалко, и Люциус разозлился на себя. Резко поднявшись, он уронил подушку, но нагибаться было больно, и он не стал ее поднимать. Схватившись за стул, Люциус подвинул его к нарам и пригласил:

- Присаживайся. Когда закончится действие зелья?

Снейп подошел к нарам, поднял подушку и, положив ее на постель, ответил:

- Десять минут… А вы, я вижу, в своем репертуаре, ваша светлость.

Люциус насторожился: голос Нарциссы звучал почти безжизненно.

- Что?

- Все еще отдаетесь за конфеты?

Снейп развернулся, держа в руках баночку с мазью. Люциус похолодел. Ну, конечно! Названия зелий были написаны на флакончиках. Проще было бы только дать ему прочитать записи целителя. Люциус едва двигал замерзшими вдруг губами, изо всех сил стараясь говорить спокойно и насмешливо:

- Не только. Еще мне подарили расческу. Хотя, конечно, конфеты - вне конкуренции.

- Значит, у меня есть шанс: я тоже захватил с собой шоколад. Хотя, судя по лекарствам, вам, должно быть, немного не до этого.

Снейп уселся на стул. Его облик начал меняться, и Люциус отвернулся, используя это время, чтобы прийти в себя. Он сел на нары, принял спокойный вид и загнал отчаяние поглубже: после ухода Северуса у него будет весь год. Не сейчас. Не при нем.

- Как дела у Драко? - непринужденно спросил он.

- Неплохо. Экзамены он сдает прекрасно, передавал тебе привет и жалел, что не может пока навестить.

В последнее Люциус не поверил.

- Не думаю, Северус. Он не желал меня видеть весь год, а уж теперь… Не стоит меня утешать.

- Не желал видеть? Я могу узнать, почему?

Люциусу сейчас было все равно, о чем говорить, он тратил все силы на то, чтобы удержаться и не кинуться на шею к Северусу, умоляя поцеловать его хотя бы еще раз. То ли происшедшие события повлияли на него сильнее, чем он думал, то ли просто неделя в одиночестве и сожалениях сделала лорда слишком сентиментальным, но, даже, отлично понимая, какие выводы из своей находки сделал Снейп, Люциус не хотел отпускать его. И, если бы не боялся отказа, просто предложил бы себя, наплевав на игры и гордость. Впрочем, кажется, он все равно это сделает, просто надо решиться и произнести… Попросить… И услышать отказ?

- Драко наконец заметил, что семейный целитель стал слишком уж семейным, и стал обвинять Нарциссу. Пришлось объяснить, кто на самом деле изменник и разрушитель семьи. Я сказал ему, что изменил его матери с мужчиной, понадеявшись, что это будет не так обидно, как другая женщина.

Снейп, казалось, заинтересовался:

- И что Драко?

- Он помирился с матерью и перестал замечать меня.

- Сочувствую.

- Не стоит.

- Имен, надеюсь, не уточнялось?

- Не беспокойся. Он не слишком интересовался историей ненормальной отцовской любви. Мой мальчик - настоящий мужчина, и всякие извращенцы ему противны.

- Да? - Снейп, казалось, развеселился. - Должен тебе заметить, что для настоящего мужчины его слишком интересует, что скрывается под мантией мистера Поттера.

- Что?!

Люциус подскочил на постели.

- Надеюсь, я не очень огорчил вашу светлость?

- Снейп, ты издеваешься, или действительно знаешь что-то?

Снейп вытянул ноги и сложил руки на груди.

- Видишь ли, Люци, пару месяцев назад ко мне в комнаты заявился Драко и потребовал… скажем так - определенных действий.

- Что?

Люциусу казалось, что Снейп просто мстит ему, и поэтому издевается, выдумывая такое про его сына.

- Что значит - действий? Объяснись!

- Не стоит так нервничать, ваша светлость. Мальчик пришел предложить себя своему преподавателю - что тут такого? Он, кстати, еще бОльший павлин, чем ты, и когда ему отказали, все не мог поверить, что это всерьез.

- Снейп, хватит издеваться, расскажи толком, или я тебя придушу!

- И останетесь здесь еще на десять лет? Не думаю… К тому же, сейчас тебе точно со мной не справиться, Люци.

Это было сказано так, что Люциус почувствовал жар, заливающий щеки.

- Я бы и не пытался. - тихо ответил он.

- Нет? - Снейп внимательно посмотрел на него, и продолжил рассказывать. - Когда наш мальчик понял, что его отвергли, он впал в очень некрасивую истерику и обвинил меня в том, что я разрушил вашу семью, соблазнил тебя, использовал и бросил, разбив твое нежное сердце. Мне, конечно, лестно, что мальчик считает меня таким ловеласом, но, не объяснишь ли мне, откуда сведения?

- Я не знаю. Может быть Белла? - Люциус был так поражен, что не мог сообразить. - Но зачем тогда он…

- Это как раз понятно. - усмехнулся Снейп. - Хотел отомстить за отца и поступить со мной так же, как я поступил с тобой. Решительный мальчик. Только немножко слишком самоуверенный.

- Прости, Северус…

Люциус ощущал так много всего сразу, что даже схватился за виски, словно это помогло бы остановить мельтешение мыслей. Снейп встал и оказался как-то слишком близко, мешая собраться, прийти в себя. Ох, Драко…

- За что, Люци? Мальчик просто выдумал себе красивую сказку.

Выдумал? Если бы. Люциус поднялся тоже, инстинктивно стараясь оказаться в той же позиции, вот только не знал, чего ему хочется больше - обороняться или нападать.

- А что мистер Поттер?

- А мистер Поттер не устает обзываться, грозно глядеть при встрече и провожать взглядом. Хотя, в последнее время его глаза как-то соскальзывают со спины и провожают то, что пониже.

- Ох. - Люциус все же отошел вглубь камеры. - А теперь я напал на Избранного, и испортил детям все, что только можно. Драко меня точно возненавидит… Север! - посетившая Люциуса мысль была настолько невероятной, что он даже не заметил радости, промелькнувшей на лице собеседника. - А почему Поттер утверждал, что не видел меня в отделе тайн? Он же ненавидит меня, не мог же он…

- Не знаю, Люци. Что творится в голове у героя не знает даже сам герой… Но ты не думаешь, что все это может плохо закончиться? На эту голову открыта охота… Он смертник.

- А тебя это разве когда-нибудь останавливало? Северус, я теперь буду сходить тут с ума! Вот зачем ты все это мне рассказал?

- Может быть, мне просто хотелось побыть здесь подольше?

- Шесть часов, Северус. У тебя законные шесть часов. Можешь оставаться, если тебе так хочется.

- Я совсем забыл…

Снейп наклонился за сумочкой, которую Нарцисса бросила на пол, и достал оттуда маленький мешочек, похожий на кисет.

- Это кошелек с расширенным пространством внутри. Очень удобно: Нарцисса напихала туда кучу вещей. Какие-то сладости, незасыхающие кексы, книги, я взял на себя смелость добавить фляжку с огневиски и газеты, в которых описывается твоя хулиганская выходка. Почитаешь на досуге. Полотенце…

- Полотенце? Здесь негде умываться, Снейп.

- Вот именно. Оно зачарованно так, чтобы всегда оставаться влажным и чистым. Впрочем, я думаю, оно тебе не понадобится: ты ведь недавно принимал ванну?

- Откуда ты?..

- В нашей камере был молодой человек, его каждый вечер вызывали на допросы к коменданту Рихтеру, и, возвращаясь утром, он благоухал клубникой так же, как ваша светлость. Впрочем, это не мое дело. Каждый здесь выживает, как может… К сожалению, зелья пронести не получилось, но я вижу, тебя здесь неплохо снабжают и так.

Снейп протянул Люциусу кошелек:

- Его легко прятать под подушкой, а при необходимости - в одежде. В рукаве, например… - Снейп дотронулся до запястья Люциуса. - Или в белье…

Люциус вздрогнул, когда горячая даже сквозь грубую ткань рука легла ему на бедро.

- Боюсь, не выйдет. - проговорил он.

- Почему?

- Здесь не принято белье.

Рука скользнула ниже.

- Я забыл.

Оба вздрогнули, услышав мелодичный звон.

- Что это?

- Темпус. - Снейп отступил на шаг. - Комендант оставил, чтобы мы знали время. Час прошел.

- Ты хочешь уйти?

- Я бы предпочел остаться.

- Хорошо.

- Люциус… - Снейп выпрямился и смотрел настойчиво и твердо. - Я хочу извиниться. То, что я сделал - недопустимо. Знаю, ты не стал бы даже слушать меня, но сейчас…

- Сейчас мне некуда деваться, а ты пользуешься моментом. - напряжение росло стремительно, и Люциусу все труднее было выдерживать ироничный тон.

- Да, сбежать тебе не удастся, но ты вполне можешь прогнать меня.

- А ты уйдешь?

- Как скажешь. Ты простишь меня? Я вполне осознаю степень своей вины и готов принять твои условия.

- Бросишь школу и устроишься охранником в Азкабан?

- Если ты скажешь. - Снейп небрежно пожал плечами. - Я готов.

- Тебя не возьмут. С твоей-то меткой.

- Так выдумай что-нибудь еще. Я понимаю, ты сейчас ограничен в возможностях, но с фантазией у тебя всегда все было в порядке. Придумаешь за пять часов?

- Я уже придумал.

Люциусу было плевать, что его голос звучит хрипло и почти неприлично. Ему дали повод, не воспользоваться которым было бы верхом глупости.

- Поцелуй меня, Снейп.

- Да, мой лорд.

Снейп шагнул вперед, обнимая Люциуса, и прижался к его губам, но теперь Люциус целовал сам, наслаждаясь попытками подчинить его и не позволяя этого. Снейп быстро смирился - в конце концов, платит сейчас он. Люциус чувствовал, как руки Снейпа пытаются сжать, погладить, дотронуться до всего, быстрее, пока есть возможность вспомнить, и подумал, что сам никогда не забывал. Он отпустил Северуса, и почувствовал, как тот торопливо расстегивает ворот его мантии, целуя открывающуюся шею, и уже хотел остановить его, но не успел.

- Как интересно…

Люциус не стал отводить взгляд, и просто стоял, наблюдая, как с каждой расстегнутой пуговицей меняется лицо Снейпа, становясь все холоднее и отстраненнее. Глаза его зло прищурились.

- Ваша светлость попалась стае собак? Или у вашего нового покровителя своеобразные понятия о любви и удовольствиях? Впрочем, зная вашу светлость, можно предположить, что вы довели его так же, как когда-то Лорда.

- Спасибо за предположение, Северус.

- Теперь понятно количество лекарств под вашей подушкой. Он хотя бы дает вам прийти в себя? Или ему нравится, когда его любовник кричит от боли?

Люциус молча улыбался, глядя на беснующегося с абсолютно холодным лицом, Снейпа, кажется, этим выводя его из себя все больше.

- Что вас так радует, ваша светлость?

- Северус, ты ревнуешь.

- Какое самомнение! Ревную? Вам не кажется, что вы излишне самоуверенны для…

Снейп испуганно осекся.

- Договаривай, Северус. - поощрил его лорд. - Для тюремной подстилки. Да, возможно, ты прав. Но ты меня хочешь.

- Почему нет? - Снейп, кажется, был смущен и от этого еще более резок. - Пока нет хозяина, на подстилке может полежать любой желающий. Или вы хотите меня уверить, что эти отметины оставил один человек?

Снейп явно хотел оскорбить его, сделать больно, но Люциус не обращал внимания на оскорбления. Не сейчас. У него будет время пожалеть о несостоявшемся примирении, и он вспомнит каждое слово, брошенное ему в лицо, но сейчас…

- Заткнись. - тихо приказал он, и Снейп подавился очередным оскорблением.

- Ты все еще должен мне, мой ядовитый. И, если уж тебе так хочется меня унизить, я, пожалуй воспользуюсь твоим желанием в собственных целях.

Люциус расстегнул оставшиеся пуговицы и скинул мантию на стул.

- Иди сюда, Северус. Пока хозяина нет, можешь считать им себя.

- Люци…

- Это приказ, моя радость. Или ты уже не так хочешь моего прощения?

- Люци, не надо. Не так.

- Почему нет? Впрочем, как хозяин, можешь выбирать способ сам.

Люциус лег лицом вниз, и, нашарив баночку с мазью, со стуком поставил ее на стул.

- Я был бы благодарен… Но, не стану настаивать.

Несколько секунд Снейп не двигался, и Люциус слышал только его дыхание, все более тяжелое с каждым вздохом. Улыбаясь, он прятал лицо за волосами, и ждал, но все равно вздрогнул, почувствовав руки на своей спине. Снейп сел рядом, проводя ладонями по синякам и ссадинам, едва касаясь, чтобы не причинять боли, и Люциус отпустил себя: он всегда доверял Северусу полностью.

- Люциус, я могу?..

- Все, что хочешь, Север.

О, он определенно хотел.

Робкие прикосновения становились все нежнее и настойчивее, ласковые руки гладили, дотрагивались, дразня и распаляя, и Люциус понял, что Северус тоже ничего не забыл…

Запутавшись пальцами в волосах, Северус целовал его шею, плечи, и под его губами кожа начинала гореть, а тело расслаблялось, теряя волю, поддаваясь, желая. Люциус перестал сдерживаться и тихо стонал, подставляясь под поцелуи и ласки, нетерпеливо выгибаясь на неудобных нарах, торопя и почти прося, но Снейп не торопился. Усевшись сверху, он продолжал медленно ласкать Малфоя, не спускаясь ниже поясницы, и Люциус не выдержал:

- Прекрати издеваться.

Снейп остановился и насмешливо переспросил:

- Прекратить? А мне казалось, тебе нравится?

- У нас не так много времени, Снейп. Может, все же, продолжишь?

- Так прекратить или продолжить? - прошептали ему на ухо.

- Я тебя убью. - пообещал Малфой. - Потом.

- Договорились.

Мазь все-таки пригодилась, и, когда Люциус уже совсем ничего не соображал, Снейп вдруг остановился.

- Что опять? - разочарованно простонал лорд.

- Люци, будет больно.

- Да ну? Ты настолько изменился за эти годы? Хватит разговоров, моя радость, или я решу, что ты меня не хочешь.

Снейп, кажется, застонал, и Люциус прикусил ладонь: все же, было больно. Но, почти сразу он забыл об этом: его целовали, ласково поглаживали по плечам и дрожащей спине, и, когда Снейп качнулся, принимаясь двигаться, Люциус всхлипнул от наплывающих ощущений. Они, словно никогда и не расставались, так точны и правильны были движения Снейпа, так мгновенно Люциус почувствовал подступающее волнами безумие. Все эти годы он не давал себе даже думать о том, как ему не хватало этого ощущения заполненности, уязвимости, этих рук на бедрах, этого хриплого «Люци», от которого удовольствие вдруг становилось острее и ярче, этой возможности открыться и довериться без остатка, зная, что никогда не пожалеешь о доверии.

- Се-вер… - простонал он, выдыхая. - Се-вер…

И услышал за спиной почему-то беспомощное: «Да, мой лорд»

Люциус почти задыхался, но спихивать с себя горячее тяжелое тело не хотелось совершенно. Снейп тяжело дышал, кажется, не в силах шевелиться, и судорожно сжимая плечо любовника. Наконец, его пальцы разжались и Снейп сполз набок, вжимаясь в стену и стараясь не касаться Люциуса. Нужно было что-то сказать, но что? Люциус поднял голову и посмотрел на Снейпа. Тот ответил ему все еще бессмысленным, но, почему-то виноватым взглядом. Ах, да! Они же ссорились. Люциус улыбнулся:

- Что такое, Северус? Я не доставил тебе удовольствия? Прости.

- Люци, зачем ты?.. - он явно пытался прийти в себя, а вид обнаженного лорда рядом этому, кажется не способствовал.

- Зачем что?

- Когда у тебя последний раз кто-то был… так?

- Посчитай сам.

- Но почему?

Снейп был выбит из колеи и, кажется, решил, что над ним поиздевались. Впрочем, в чем-то он был прав.

- Почему - что? Почему никого не было? - Люциус развернулся к собеседнику, стараясь не упасть с узких нар. - Я, видишь ли, все же лорд, и не могу кому попало доверить самое ценное, что у меня есть… А если тебя интересует, почему я не бросился разуверять тебя в твоих выводах и каяться, заламывая руки, то, должен тебе заметить, что ты не так уж и не прав, за исключением маленького нюанса - мне, как обычно, в последний момент повезло.

- Но почему так много повреждений?

- Как ты метко заметил, я попался стае собак.

Снейп потянулся за лежащим на стуле у кровати кошельком и, запустив в него руку по локоть, достал обычное белое полотенце, сложенное вчетверо и, встряхнув, посмотрел на Малфоя.

- Ты позволишь?

Люциус кивнул и не отводил глаз, пока Северус вытирал ему живот, а потом повернулся, позволяя вытереть и все остальное. К концу процедуры Люциус обнаружил, что снова возбужден, а дыхание Снейпа потяжелело.

- Люциус… - немного хрипло проговорил Снейп, - тебе нужно… применить мазь.

Люциус фыркнул: Снейп пытался быть тактичным!

- Ну, так примени.

- Слушаюсь.

Люциус почувствовал неприятное покалывание, но его касались так бережно, что он снова ощутил себя готовым к подвигам.

- Люциус, что мне сделать, чтобы тебя больше никто не трогал? - голос Снейпа звучал решительно.

- Убить меня, я полагаю. Но ты же не Лорд, и не станешь этого делать без веских причин, только из ревности?

- Кто сказал тебе, что я ревную?

Люциус снова обернулся и улегся на спину, потягиваясь и замечая, как темнеют глаза Снейпа.

- Нет? Тогда, может быть, ты объяснишь мне, почему мы теряем драгоценное время, вместо того, чтобы использовать его для обоюдного удовольствия?

Люциус обнял любовника за шею и потянул, укладывая на себя.

- Мы и так потеряли много времени, по-моему, пора поумнеть.

Снейп с готовностью ответил на поцелуй, но Люциус заметил, что он поддается, позволяя собой командовать.

- Ты не хочешь?

- Люци, ты ведь не сможешь…

- Ну, если дело только в этом, то, так и быть, я согласен уступить твоей просьбе и ненадолго поменять расстановку сил.

В глазах Снейпа появилась усмешка:

- Когда это я просил о подобном?

- Неужели мне показалось? - «удивился» лорд.

- Нет, пожалуй, я припоминаю. Что ж, ваша светлость необычайно снисходительна сегодня.

- Снейп. - позвал Люциус хрипло. - Хватит разговоров.

- Вы правы, мой лорд, вы абсолютно правы.

13 глава

Несколько раз слышался звон временнОго заклинания, но они отмечали это только краем сознания, не желая отвлекаться на мысли о грядущем расставании. У них еще будет год на воспоминания и сожаления, а сейчас, обнимая такое знакомое, оказывается, совсем не забытое, а только спрятанное в дальнем уголке души до времени, и, наконец, выпущенное на волю, свое, родное, и, если бы они не боялись показаться чересчур сентиментальными - любимое - хотелось только лежать, уткнувшись лицом в плечо, перебирать волосы, касаться коленями бедра, фыркая на усмешку : «Костлявый, как фестрал», и получая в ответ: «павлин!».

Когда не было сил шевелиться, они лежали, не разжимая объятий, и Снейп гладил Люциуса везде, где мог достать, дотрагивался, словно слепой, изучая и запоминая, а Люциус перебирал тяжелые пряди волос, впитывая их запах. Они разговаривали, не задумываясь о смысле, вслушиваясь в слова, просто слушая голос, не в силах представить, что случится, когда его звук останется только в памяти. Несколько раз Северус предлагал лорду отдохнуть, но Люциус отказывался: не стоило терять время на глупости. Правда, он все же уснул, минут на десять, не больше, и проснулся с лихорадочно бьющимся сердцем, ожидая, что Снейпа не окажется, что все это ему приснилось, что он просто сошел с ума в этой камере и сейчас, открыв глаза, увидит перед собой довольное лицо Рихтера и его палочку. Люциус вскинулся, в ужасе оглядываясь, и обессиленно свалился обратно: Снейп был рядом, обнимал и успокаивающе улыбался.

- Все хорошо, Люци, это только сон.

Люциус молча потянул его на себя, откидываясь на подушку. Он понимал, что это, наверное слишком, но не желал думать о последствиях. Снейп покорно потянулся к его губам. Он вообще, затих, почти не язвил и был на удивление уступчив, не пытаясь даже спорить, когда Люциус снова перевернулся на живот и поднялся на колени. Он был осторожен и нежен, и эта нежность больно цепляла что-то в душе: так бережно обращаются с безнадежными и умирающими, когда им совсем недолго осталось. Люциусу не хотелось думать, что ему покоряются из жалости, и он все пытался рассмотреть что-то в глазах любовника, но видел только, как они стремительно теряют смысл, распахиваются удивленно и беспомощно, становясь огромными, бездонными, сумасшедшими…

Заклинание прозвенело в пятый раз как раз тогда, когда Люциус упал на влажные простыни, стараясь сдержать стон: кажется, ему теперь понадобится не одна порция мази. От этой почти ничего не осталось, а объяснить, куда он ее дел, будет затруднительно. Одно хорошо - он сможет сколько угодно лежать, и это радует.

- Ты больше меня к себе не подпустишь.

Снейп удержался на подрагивающих руках и осторожно лег рядом.

- Не я… Визенгамот.

Снейп принялся приводить себя в порядок, но сначала позаботился о Малфое.

- Ты, наконец, решил спастись бегством?

Люциус видел, что Снейп хочет что-то спросить, но все никак не решится. Такая застенчивость наводила на мысли и будоражила любопытство.

- Северус, я бы хотел, чтоб ты ответил на вопрос… Готов оказать ответную любезность.

- И что за вопрос? - насторожился Снейп.

- Скажи мне, сколько раз за это время ты снимал свое кольцо?

- Ты хочешь знать, что пропустил?

- Именно. Ты ведь не хочешь убедить меня, что ни разу не таскал к себе студентов или сам не таскался к ним?

- Ну, что вы, ваша светлость, как я мог изменить своему лорду? У вас нет конкурентов.

- Звучит двусмысленно. - надулся Люциус, скрывая радость. - Я надеюсь, что ты все еще помнишь, кто именно твой лорд.

- Мне кажется, я доказал это. - улыбнулся Снейп. - Или я был недостаточно послушен?

- Еще более двусмысленно, Северус. Действуешь ты убедительней, чем говоришь.

- Теперь моя очередь спрашивать, или я не заслужил милости?

- У нас честный обмен, Снейп. Что ты хотел спросить?

Снейп сел в ногах Люциуса и замялся, подбирая слова, и Малфой постарался собраться, не зная, что услышит сейчас.

- Люциус, скажи, все эти годы ты встречался с кем-то. - Снейп смотрел внимательно и слегка смущенно. Люциус кивнул. - Этот человек дорог тебе?

Люциус вспомнил полутемную квартирку, худого юношу, встречавшего его уже в постели… Таинственный посетитель, наверное очень интересовал маггла, хотя бы своими требованиями не стричь черные длинные волосы, не зажигать света и не говорить. Ему не разу не позволили повернуться лицом во время секса или узнать имя любовника. Он был послушен: Люциус платил достаточно, чтобы задушить любое любопытство. Столько лет… Этот человек дорог тебе?

- Почему ты хочешь знать?

- Ты ведь исчез. Если хочешь, я могу отнести письмо или просто передать, что ты жив. Наверняка он не читает наших газет, это ведь маггл?

- Ты что, следил за мной? - за возмущением прятался страх: если Снейп решит, что он нужен только, как замена… - Никто не мог знать.

- Не беспокойся, Люци, никто не узнает. Я просто сложил два и два. Если бы это был маг, вы бы не смогли так долго прятаться. Но, ты не ответил.

Люциус уже проклял себя за затеянный глупый обмен: пора знать, что любопытство обходится дороже всего. Но притворяться и выкручиваться не хотелось - Снейп уйдет через полчаса, пусть…

- Он мне действительно очень дорог. Был. Я потратил на него столько, что ему хватит до конца жизни. Не думаю, что я еще что-то должен.

- И чем он так поразил вашу светлость? - прищурился Снейп.

- Он был очень похож на тебя. Особенно со спины.

Снейп, кажется, решил, что лорд издевается.

- Вот как? Но, видимо, много моложе и сговорчивее? - выплюнул он.

- Уж сговорчивее - точно! - рассмеялся Люциус. - Не думаю, что это сложно - быть сговорчивее тебя, мой ядовитый… Снейп, прекрати шипеть и скалиться, я, кажется, позволил тебе сегодня искусать меня вдосталь, а тебе все мало? Лорд Малфой открыто признается, что много лет таскался к проститутке только потому, что он напоминал бросившего любовника, а ты даже ради приличия не восхищаешься моим постоянством?

Кажется, до Снейпа дошло только сейчас. Он сел на постель, с которой вскочил, и растерял всю свою язвительность.

- Люци…

- Не волнуйся, моя радость, от тебя я этого не потребую. Пока. Найди себе красивого мальчика и весело проведи этот год. Потому что, когда я отсюда выйду, у тебя не останется времени ни на кого другого.

- Значит, благословляешь? - усмехнулся Снейп.

- Позволяю. Временно.

- Слушаю и повинуюсь, мой лорд. А у вас уже есть на примете какой-нибудь смазливый охранник?

- Снейп, а когда меня похоронят, ты выкинешь из фамильного склепа всех Малфоев, умерших раньше сорока?

- Раньше восьмидесяти, мой лорд. Я не люблю рисковать.

Заклятие отметило полчаса.

- Одевайся. И постарайся не выглядеть таким довольным. Нарцисса - леди. Даже я никогда не видел у нее такого сытого взгляда.

Они привели себя в порядок, насколько это было возможно после целого дня в постели, Снейп поцеловал Люциуса напоследок, не давая ни шанса на победу в поединке губ.

- Бунт? - задыхаясь спросил Люциус.

- Печать. - усмехнулся Снейп. - На память.

- Я запомню. - угрожающе протянул лорд.

Снейп выпил оборотное и, когда Люциус обернулся, перед ним снова стояла Нарцисса, но теперь Малфой ни за что не спутал бы её с собственной женой: взгляд леди был до неприличия жарок, а губы - зацелованы.

- Нарси тебя убьет.

- Оно того стоило.

Кажется, Северус ждал еще чего-то, но Люциус крепко прикусил язык, чтобы, даже случайно, не попросить: пусть решает сам. И, если это было прощанием - он все равно будет благодарен.

- Спасибо, что навестил. - улыбнулся Люциус.

- Спасибо, что не выгнали. - ответили ему.

Темпус отметил последний час, и в дверь постучали, предупреждая. Заскрежетал засов.

- До свидания? - непроизвольно прозвучало вопросом.

- До свидания. - слишком хотелось принять за ответ, но Люциус не любил напрасно надеяться.

Комендант явился лично, чтобы проводить леди к камину, он тактично не торопил медленно идущую Нарциссу и дождался, пока она, оглянувшись в последний раз, пошлет мужу расстроенную улыбку и увидит, как лорд кивает в ответ. Едва она вышла, в камеру просочился Тед, сгреб с постели измочаленные простыни и пузырьки из-под лекарств, краснея, сунул в руки смущенному лорду стопку чистого белья и, пробормотав что-то про ужин, поспешно удалился. Люциус застелил постель, спрятал под подушку кошелек, не замеченный Тедом, лег, закрыл глаза и попытался различить знакомый запах, все еще витающий в воздухе. Когда Тед принес ужин, его светлость спал, не проснувшись даже от скрипа засова и стука двери. Тед осторожно поставил тарелку и кружку на стол, посмотрел на улыбающегося во сне Малфоя, и оглянувшись на дверь, быстро наложил на еду подогревающие чары. Дверь он закрыл очень тихо, не желая прогонять хороший сон: в Азкабане спящие редко улыбались во сне и совсем не улыбались наяву, а Теду нравилось видеть улыбки.

А утром Люциус едва поднялся с постели. Стараясь не показывать своей слабости, при охраннике он держался спокойно и чинно, но, едва дверь захлопнулась, осел на нары, охнул и неловко улегся на бок. Прелестно, ваша светлость! Словно вас толпой насиловали. Люциус представил себе свои ощущения, если бы Миджен не явился так кстати, и передернулся, проглотив имя Мерлина, едва не вылетевшее в запале: нет, грех ругаться, тут впору сооружать алтарь и курить ладан. Мерлин его просто на руках носил. Люциус снова растянулся на нарах. Несмотря на слабость и некоторое неудобство, он ощущал себя довольным и почти счастливым, и, даже мысль, что месяц - это очень долго, не портила пока его настроения. Люциус потянулся было за подаренным кошельком, но скрежет засова заставил его запихнуть предмет обратно под подушку. Люциус подумал, что напрасно боялся тюремной скуки: ему бы сейчас пару суток просто полежать. Однако, его мнения никто не спрашивал, и пришлось встать, так как принимать гостей лежа лорд Малфой считал допустимым только при смерти.

Увидев на пороге целителя, Люциус постарался изобразить, что полностью здоров, но, видимо, опытного медика не обманул: после приветствий и дежурных вопросов о самочувствии, целитель достал палочку и применил диагностические чары. С каждой секундой лицо медика все больше мрачнело, а Люциус готовился к неприятностям.

- Мистер Малфой, могу я узнать, как прошла ночь?

- Спал, как младенец. - честно ответил Люциус.

- Настолько крепко спали, что не заметили посетителя? Или их было несколько?

- Не понимаю, о чем вы, целитель. Какие посетители? Почему ночью?

- Ваша светлость, я могу понять ваше нежелание обсуждать эту тему, однако, ваше состояние говорит само за себя. Если вы не хотите называть имен, вам придется терпеть подобные посещения. Или… - целитель задумался. - Вы позволите мне проверить вашу память? Это может быть Обливейт.

- С моей памятью все в порядке. - Люциус лихорадочно искал выход.

- Тогда я обязан буду сообщить о произошедшем в Аврорат.

- Да о чем произошедшем?! - не выдержал Люциус. - Со мной все в порядке!

Целитель встал, сочувственно на него глядя.

- Мистер Малфой, я довольно давно работаю целителем, и поверьте, более явные признаки насилия мне редко доводилось видеть. Желаете, чтобы я пригласил коллег и устроил вам полный осмотр?

- Благодарю, нет.

Люциус тоскливо выругался про себя: похоже, он поспешил хвалить Мерлина.

- Пожалуйста, целитель, не стоит затевать всего этого. Я ведь ни на что не жалуюсь.

- Да, но комендант Рихтер под следствием по очень неприятному обвинению, и, если теперь выяснится, что виновен не он… Боюсь, вам все же придется пообщаться с аврорами, мистер Малфой.

Целитель ушел, оставив еще зелья и новую порцию мази, что несколько примирило Малфоя с действительностью, но не успокоило дурных предчувствий. В любом случае, он не станет называть имен. Жаль только, что теперь ему наверняка запретят свидания.

Люциус почувствовал томление и вздохнул: все же в привычном одиночестве был смысл, а теперь он не может успокоиться, того и гляди придется решать эту проблему не слишком пристойно. Однако, Снейп стоял перед глазами, и Люциус не стал с этим бороться. Он лег, закрыл глаза и принялся вспоминать…

После обеда дверь снова открылась, и Люциуса повели по коридорам. На первый взгляд ничего не изменилось, но, приглядевшись, лорд заметил, что стало гораздо чище, встреченные им охранники одеты по форме и не пялятся на него, как раньше, а чинно проходят мимо, старательно глядя прямо перед собой. Входя в кабинет, где его допрашивали ранее, Люциус все гадал, кого же он увидит, и чуть было не вздохнул с облегчением, когда разглядел сидевшего за столом Меррита: знакомое зло всегда предпочтительнее незнакомого. Конечно, аврор не любил его, но он был человеком достаточно здравомыслящим, и с ним можно было попробовать договориться.

- Добрый день, мистер Малфой.

- Добрый день, аврор.

Люциусу было позволено присесть, и он с удовольствием воспользовался предложением, стараясь не морщиться и сидеть ровно.

- Вы знаете, по какой причине вы здесь?

- Просветите меня.

- Наш целитель сообщил, что произошел неприятный инцидент… Он согласился пока не писать официальный рапорт, но потребовал разобраться.

- Где же он был раньше, ваш неподкупный целитель? - разозлился Малфой. - Когда рожала эта Мег? Или до меня никто в этой тюрьме не обращался с подобными жалобами?

- Тюремный медик сейчас под следствием, так же, как и комендант. - успокаивающим тоном ответил Меррит. - Кеннет тут временно, и он действительно неподкупный и ужасно педантичный, так что не советую с ним спорить. Так что с вами произошло на этот раз? Просто расскажите мне, и не будем тратить драгоценное время.

- Вы забыли, аврор, у меня впереди целый год, и я могу себе позволить тратить его, как мне захочется.

- Ваша светлость, вы ведь не так ужасны, как стараетесь казаться, может быть, уже оставим эти игры? Что случилось?

- Все в порядке, аврор, уверяю вас. Меня никто не насиловал, я счастлив и доволен жизнью. Что нужно сделать, чтобы успокоить вашего зануду?

- Объяснить, например, почему после свидания с женщиной, чары ясно указывают на свидание с мужчиной? Или вы с леди Малфой увлекаетесь интимными играми?

Люциуса кинуло в жар.

- Прекратите! Не втягивайте в это мою жену.

- У вас есть другое приемлемое объяснение? Я готов его выслушать.

Люциус чувствовал, как горит лицо. Сколько же ты будешь должен мне за этот позор, Северус!

- Можете сообщить ему, что я извращенец и развлекаюсь с помощью подручных средств.

- У вас в камере нет никаких подручных средств.

- Есть. Расческа, которую любезно оставил мне ваш напарник. - безумно хотелось сказать гадость, и лорд не стал себе отказывать, интимно поведав аврору: - Я представляю его, когда делаю это.

Меррит дернулся, но, вглядевшись в лицо Малфоя, вздохнул:

- Успокойтесь, ваша светлость. Я поговорю с целителем, не знаю, убедит ли его ваша версия, но, на всякий случай, будьте аккуратнее во время следующего свидания. И передайте это вашей жене.

Тон аврора не оставлял сомнений: он догадывался о многом, но почему тогда он молчит?

- Спасибо, аврор, я передам ей.

- Знаете, как раз вчера я пытался поговорить со слизеринским деканом по личному делу, но, как оказалось, никто не знает, где его искать. А один старшекурсник посоветовал поискать в Азкабане - «ему там самое место»… Он, кажется, зелья преподает?

Люциус пожал плечами, опасаясь, что голос выдаст его волнение.

- Так вас можно поздравить? - вдруг спросил Меррит.

- Хотелось бы надеяться, но год - это слишком долгий срок… Вы не лишите меня свиданий?

- Нет.

- Почему?

Меррит ответил совершенно невпопад:

- Знаете, а Тони разводится с женой. Я уже и ждать перестал.

- Поздравляю.

- Пока рано… Прощайте, ваша светлость. После суда вам вернут ваши воспоминания.

- Прощайте, аврор Меррит. Будьте добры передать от меня вашему напарнику пожелание удачи.

Люциус вернулся в свою камеру и, наконец-то лег на постель. Интересно, на сегодня все сюрпризы закончились?

14 глава

А они закончились, и надолго. Люциуса никто больше не навещал, целитель не беспокоил, передавая зелья через охрану, и вскоре лорд почувствовал, что ему смертельно скучно. Единственным собеседником был Тед, который от дикого смущения краснел и бормотал что-то себе под нос, но он, по крайней мере, приносил свежие тюремные новости. Первое время Люциус спасался присланными Нарциссой книгами, но они скоро были прочитаны, а потом и перечитаны.

Еще какой-то срок лорд развлекался, читая в газетах страшные истории о сошедшем с ума аристократе, который не зная, чем заняться, разгромил министерство магии, чуть не убил Избранного и кучу народу. Правда, в некоторых статьях он представал страшным, (но все равно сумасшедшим) магом, задумавшим государственный переворот. Особо Люциуса порадовало описание его поединка с Фаджем и Дамблдором одновременно, в котором он только по счастливой случайности не отправил на тот свет двоих (!) величайших магов современности. Читая это в первый раз, Люциус смеялся так, что в одиночку мог бы накормить всех дементоров Азкабана без особого ущерба для себя, но, к счастью, твари пока не возвращались.

Но этих развлечений надолго не хватило, и Люциус заскучал. Он принялся было считать дни, оставшиеся до следующего свидания, но быстро сбился, а делать зарубки на стенах, как посоветовал ему Тед, было стыдно. Люциус представил себе, как Снейп издевается над его «наскальной живописью», и прекратил нелепые попытки.

Дни потянулись медленно и тускло. Люциус уже привык просыпаться от звука отодвигаемого засова, и засыпать, не обращая внимания на шаги и звуки за стеной. И видеть сны. Эти сны мучили, но Люциус не хотел, чтобы они прекращались: ночью Северус был с ним. Люциус не уставал благословлять того, кто придумал заклинание чистого полотенца: без него Люциус давно бы пропал. Просыпаясь каждое утро возбужденным и измученным, он приводил себя в порядок, прислушиваясь к шагам за стеной, а потом еще какое-то время лежал, тяжело дыша, и глядя в потолок невидящими глазами.

Он тосковал. Даже, не признаваясь в этом самому себе, он ждал, гадая, придет ли Снейп через месяц, захочет ли прийти… вернуться… к нему. Он проклинал себя за глупую гордость: ну почему он не попросил? Что заставило его изображать аристократа не там и не с тем, с кем нужно? Неужели ваша светлость уронила бы честь рода, попросив навестить ее в тюрьме? Куда уж ниже? Идиот! Да, даже если бы Снейп отказался, можно было бы не мучиться неизвестностью и не считать потихоньку дни, сбиваясь, и начиная снова и снова.

К концу месяца Люциус довел себя до тихой истерики и почти перестал спать. Это стало последней каплей: не видя Северуса наяву, он жил ожиданием ночи, но теперь сон бежал от него, и Люциус бездумно глядел в потолок, представляя картины, от которых хотелось завыть.

Некого винить, ваша светлость, предложение поступило от вас, и только вы будете виноваты, если… когда он им воспользуется. Мысль о том, что сейчас Северус, может быть, развлекается с другим мужчиной, вызывала беспомощную злость по отношению к Снейпу и к его партнеру. Кто в здравом уме потащится на свидание к потрепанному любовнику в Азкабан, когда можно провести время куда приятнее?

Люциус специально не спрашивал до последнего, и, только услышав от Теда, что свидание все же состоится, почти спокойно спросил, кто к нему придет.

- Леди и юный лорд. - услышал он и в первый момент словно оглох от разочарования: значит, все же, нет…

Потом до него дошел смысл сказанного: Драко захотел прийти? Стараясь не слишком радоваться, он уговаривал себя, что скорее всего, это визит вежливости, наверняка, Нарси настояла… Но, радость не желала угасать: как бы не тонул Люциус в своих переживаниях, сын был сокровищем, почти утерянным, но любимым, и так хотелось надеяться, что удастся обрести его вновь.

- Тед, у меня к вам огромная просьба: леди Малфой уже была здесь, но сын не видел меня очень давно. Мне не хотелось бы пугать его своим видом. Вы меня понимаете?

Иногда мальчишка производил впечатление слабоумного: вот и теперь, он уставился на лорда, улыбаясь во весь рот, и Люциус ответил на улыбку, продолжая мягко уговаривать:

- Могу ли я попросить у вас пару очищающих заклятий и что-нибудь для этого…

Люциус провел ладонью по подбородку: щетина отросла достаточно, чтобы уже не колоться, и лорд с отвращением думал, что стал похож на Долохова. Ужасно.

- Вы понимаете меня?

Тедди медленно кивнул и охотно протянул Люциусу свою палочку. От неожиданности лорд попятился: представить себе, что охранник отдаст свою палочку заключенному? Люциус на миг даже заподозрил провокацию, но мальчишка глядел доверчиво и, поколебавшись, Люциус палочку взял. Тед тут же повернулся к нему спиной, собирая пустую посуду, а Люциус очнувшись от нового шока, даже рассердился: как можно быть таким доверчивым? Однако, времени терять не стоило, и лорд быстро избавился от бороды, заодно добавив косметическое заклинание, чтобы не пугать семью своим настоящим видом. С наслаждением очистив себя и одежду, Люциус вернул палочку с положенными благодарностями, пообещав про себя, что не забудет блаженного идиота, если тот ухитрится дожить до того времени, когда лорд выйдет на свободу.

Когда на пороге показалась Нарцисса, лорд встал и быстро пошел навстречу. Целуя жене руку, он почувствовал, что его погладили по голове и услышал тихое:

- Люциус, это я…

- Нарси, я понял. - улыбнулся он, поднимая голову. - Спасибо, что пришла.

- Прости, но Драко очень хотел тебя видеть. Я постараюсь добиться повторного свидания, и как можно скорее.

- Нарси…

Люциус чувствовал нежность: Нарцисса до сих пор была ему необходима, рядом с ней его окутывало спокойствие и уверенность в том, что все будет хорошо.

- Драко…

Сын выглядывал из-за спины матери, ожидая, пока к нему обратятся, и Люциус почувствовал что-то подозрительно похожее на умиление. Драко вытянулся и стал напоминать мать. К счастью, он был вполне привлекателен, но про него нельзя было сказать, что он слишком красив, и Люциуса это только радовало.

- Отец. Как ты себя чувствуешь?

- Благодарю, все в порядке. Сколько у нас времени?

- Два часа.

Люциус усадил гостей на стулья, принесенные накануне Тедом, и стал расспрашивать. Его интересовало все: от погоды до состояния сада в поместье. Изголодавшийся ум требовал хоть каких-то впечатлений. Нарцисса, похоже, понимала это и говорила, почти не замолкая, изредка позволяя Драко сменить себя рассказами о школе. С гордостью Люциус узнал, что Драко стал вторым на курсе после экзаменов. Он не знал, стоит ли спрашивать, кто первый, но сын сам назвал имя грязнокровки Грейнжер. Люциус же ограничился тем, что уверил семью в своем отличном самочувствии, и жаловался только на скуку.

Оглянувшись на дверь, Нарцисса открыла сумочку и достала из нее кошелек, как две капли воды похожий на предыдущий.

- Там все, что было в первом, и еще разные безделушки. Обменяемся. В следующий раз я верну тебе тот.

Люциус отдал первый кошелек и спрятал под подушку второй. Нарцисса встала.

- Прости, Люци, мне необходимо переговорить с комендантом. Драко пока останется с тобой, я скоро вернусь.

Она постучала в дверь, и ее выпустили, заперев следом. Драко сидел на стуле слишком прямо, и напряженно делал вид, что его вовсе не смущает обстановка кругом. Люциус почувствовал благодарность.

- Драко, - сказал он мягко, - спасибо, что пришел и терпишь все это.

- Ты же терпишь. - возразил сын. - И, потом, я хотел с тобой поговорить…

Люциус собрался и приготовился к разговору, не зная, чего ожидать. Он волновался, но и Драко тоже был взволнован. Мафлой напомнил себе, что это его сын, но успокоиться не получилось.

- Слушаю тебя.

Драко помолчал, собираясь с мыслями: похоже, он долго готовился к этому разговору, но не знал, как начать.

- Отец, скажи, когда ты понял, что тебе… нравятся мужчины?

- Не мужчины. - мягко возразил Люциус. - Мужчина. Довольно поздно.

- Только один?

- Да, другие меня не интересовали.

- Так не бывает! - возмутился Драко.

- Не бывает. - грустно согласился Люциус.

- Но ты же любил маму? Ты сам говорил!

Драко забыл о манерах и подался вперед, ожидая ответа.

- Я и сейчас ее люблю. Мы… друзья. Не волнуйся, обычно так действительно не бывает, просто я, наверное, немного ненормален: меня мало интересуют и мужчины и женщины.

- Кроме него?

- Кроме него.

- Но как же тогда?..

Было очень трудно называть вещи своими именами, но они понимали друг друга, и Люциус хотел помочь сыну разобраться в себе, поэтому старался отвечать искренне.

- Тяжело. Потом привыкаешь. И остаются воспоминания.

- Нет! - отчаянно заявил Драко. - Я не хочу так!

- У тебя все будет по другому. Ты еще молод, увлечения будут меняться.

- А если нет? Так и жить, перебирая воспоминания? Почему ты не убил его, отец?

Сын смотрел требовательно и почти жалобно, и Люциус вздохнул: как рано! Его отец не говорил с ним о подобном, да у Люциуса никогда не было сердечных проблем: он всегда знал, что стоит ему захотеть, и любой сочтет за честь упасть к его ногам. Сверстники, младшие, старшие, разницы не было. Несколько друзей отца почти открыто ухаживали за ним, а Абраксас наблюдал, вмешиваясь только в самом крайнем случае. Люциуса не учили любить, его учили отказывать, и теперь он не знал, как объяснить сыну то, что узнавал так поздно и так тяжело.

- Это не решило бы проблему. Убив его, я продолжал бы чувствовать. Чтобы успокоиться, мне пришлось бы убить себя.

- Но должен же быть выход?

- Драко, не торопись бороться, сначала пойми, хочешь ли ты этого на самом деле.

- И долго ты понимал?

- Восемь лет.

- Что?

- Я же говорил, что я не совсем нормален. - улыбнулся Люциус. - Не волнуйся, ты, как я вижу, развиваешься гораздо быстрее.

- Отец, но Малфои не должны спускать такое отношение к себе! Ты что, будешь спокойно смотреть, как он…

- Прости, Драко, - прервал Люциус сына, - я очень рад, что ты переживаешь обо мне, но, если позволишь, я все же хотел бы решать свои проблемы сам.

Драко посмотрел на него внимательно и кивнул.

- Спасибо, Драко. И еще я хотел бы, чтобы, прежде чем что-то предпринимать, ты все же думал о последствиях.

- Хорошо, отец, я обещаю… Но, все же, ты ведь учил меня, что нельзя сдаваться! Никому!

- Подумай хорошенько, и скажи себе, Драко. - Люциус нагнулся к сыну и положил руку ему на плечо. - Не мне - себе: ты действительно, никогда, ни разу, ни на одну минуту не хотел сдаться?

Драко замер, не отвечая, на его лице застыло отчаянное выражение.

- Не торопись, Драко. Все будет хорошо.

Вошедшая Нарцисса вопросительно посмотрела на обоих и улыбнулась:

- Люци, нам пора. Ты ничего не хочешь еще попросить?

- Спасибо, что напомнила, Нарси! Будь добра, передай от меня привет мадам министр, если не трудно.

- Конечно, дорогой!

Нарцисса расцеловала мужа и попрощалась.

- Драко.

- До свидания, папа!

- До свидания, сын.

Дверь захлопнулась, оставляя Люциуса одного, как раз тогда, когда он так нужен был своей семье. Люциус снова платил по счетам, на этот раз за юношескую глупость и опрометчивость. И, видя такую же опрометчивость собственного ребенка, он боялся за него, и скучал, отчаянно скучал по тому, кому всегда был рад доверять и не стеснялся покоряться.

Видимо, Нарцисса все-таки передала его привет миссис Фадж, потому что на третий день после свидания Люциуса перевели на другой этаж, в камеру совсем иного вида: там было небольшое окно, с решеткой, конечно, но оно давало свет и в него можно было увидеть небо, вместо нар стояла узкая кровать, ведро в дальнем углу было прикрыто крышкой, и - Люциус едва не вскрикнул от радости - в камере был умывальник! Едва дверь за охранником закрылась, Люциус поспешил открыть кран. Вода была едва теплой, но чистой, и он с наслаждением умылся по-настоящему, впервые за много дней. Ведро, как оказалось, было зачарованно на самоочищение, и жизнь показалась Малфою прекрасной и безмятежной. Он вытащил из рукава свое имущество, пристроил его под подушку, улегся сам, и стал смотреть в окно, бездумно провожая глазами проплывающие облака. Жизнь налаживалась.

Через две недели Малфою объявили о повторном свидании, и он вновь воспользовался наивностью мальчишки - охранника, чтобы привести себя в порядок. Нарцисса должна была прийти одна, и Люциус очень надеялся, что ее не станут проверять на оборотное: кажется, Мерриту можно было верить.

Появившаяся Нарцисса дождалась, пока дверь за ней захлопнется, и осталась стоять, рассматривая камеру и Люциуса.

- Я смотрю, вы и здесь недурно устроились, супруг мой. - произнесла она. - В следующий раз я найду вас в апартаментах коменданта?

- Меня устраивает то, что я имею сейчас. - улыбнулся Люциус, в свою очередь рассматривая жену.

- Что-то не так, Люциус? Я плохо выгляжу? - поинтересовалась Нарцисса.

- Напротив. Я даже начинаю задумываться, как моя жена проводит время в мое отсутствие.

- Именно так, как приказал мой лорд. - злорадно усмехнулась супруга, и Люциус резко вздохнул.

- И как он?

- Кого вы имеете ввиду?

- Тот, кого ты выбрал - он моложе, красивее меня?

- У моего лорда нет конкурентов, лишь бледные тени.

- И сколько было этих теней? - поинтересовался Малфой, сжимая руки за спиной.

- Никаких теней, ваша светлость, только солнце. - патетично воскликнула Нарцисса, и Люциус разжал стиснутые пальцы.

Не то, чтобы он поверил, но ведь можно просто не думать? Нарцисса медленно приблизилась и толкнула его в грудь, вынуждая опереться о стол за спиной.

- Сколько осталось времени?

- Минут семь.

Люциус смотрел, как жена опускается на колени, расстегивая его мантию снизу.

- Я же просил…

- Не смотри… - услышал он повелительное. - Просто закрой глаза…

Запрокинув голову, Люциус послушно зажмурился…

Он был уже на грани, когда Снейп отстранился, оставляя его, и это было так несправедливо и обидно, что Люциус протянул руку, желая вернуть ускользающую ласку, и его пальцы запутались в тяжелых, не убранных в прическу прядях.

- Теперь смотри.

Хриплый голос, звучащий приказом, волосы, зажатые в ладони, и губы, вернувшиеся, наконец, на свое место, не оставили ни малейшего шанса: Люциус распахнул глаза, но видел только серый потолок и, стискивая край стола, чтобы не упасть, низко и тяжело простонал: «Се-вер…» На последний слог, как обычно, не хватило дыхания.

Люциус почувствовал, что ноги не держат, и тут же был подхвачен и усажен на стол.

- Не возражаешь, если мы продолжим?

Возражать не было ни сил, ни желания. Люциус неопределенно мотнул головой и сполз на столешницу, про себя умоляя Снейпа не вспоминать…

- Из этой позиции происходящее нравится мне больше. - заметил Снейп, и Люциус вздохнул: этот гад не забывал ничего и никогда - Но, должен предупредить: если ваша светлость вздумает угостить собой еще кого-нибудь, моего великодушия может не хватить. Второго раза не будет, Люци.

- Угощайся, моя радость, это твой банкет.

Снейп вцепился в волосы Малфоя и приподнял его голову:

- Мне нравится ваше гостеприимство. Мой лорд умеет угодить гостю.

Люциус в ответ тоже схватился за растрепанные волосы любовника и притянул его вплотную.

- Заткнись и действуй, мой ядовитый, а кусаться будешь потом. Позже.

- Много позже…

Люциус так и не понял, кто кого поцеловал, доказывая превосходство, а вскоре это стало совсем неважным…

Дав им обоим отдышаться, Северус сгреб своего лорда в охапку и потащил в сторону кровати.

- Указываешь мне на мое место? - усмехнулся Люциус, не сопротивляясь.

- Ну почему же? Просто мне приятно чувствовать тебя в своих руках.

- Вот и я о том же.

- Если хочешь - можешь представлять себе, что я исполняю твой каприз. Лорду надоело ходить самому и он приказал своему слуге носить его.

Снейп уложил Люциуса на кровать и принялся раздеваться.

- Я уже не так изящен и легок, как раньше.

- Ошибаешься, Люци. - рассмеялся Снейп. - Сейчас ты весь состоишь из - безусловно прекрасных - но почти невесомых костей, обтянутых изумительной, но слегка бледной кожей. Кстати… - Снейп лег рядом, стараясь не толкнуть раскинувшегося на узкой кровати лорда, - ты не подумал, что косметических заклинаний обычно хватает всего на пару часов?

Люциус едва не покраснел, ругая себя за глупость.

- К тому же они весьма вредны для лица.

- Стараться выглядеть пристойно - не порок, Снейп, а простая вежливость. - высокомерно заявил Малфой. - Хотя тебе, может быть, это и не знакомо. К тому же, жизнь здесь не прибавляет привлекательности, и мне не хочется, чтобы любовник сбежал, разглядев, как я теперь выгляжу.

Снейп приблизил свое лицо, пристально рассматривая Люциуса:

- Неужели ты думаешь, что меня испугают круги под глазами или не слишком свежее лицо? Твоя неземная красота волновала меня в школе, а теперь… Знаешь, что действительно притягивает в тебе? Ты производишь ложное впечатление, Люци, ты, как растение - обманка: кажется безобидным и ярким, а попробуй сорвать - словно гнешь сталь. Убийственный контраст. Тебя трудно сломать, Люци.

- А если сломают? - тихо спросил Люциус.

- Выпьешь костерост, улыбнешься презрительно - и никто ничего не заметит.

Снейп отодвинулся и, усмехнувшись, закончил:

- Пока мой лорд способен так гордо задирать нос - у него не будет конкурентов.

- Северус, я не понял, это ты сейчас издеваешься или признаешься мне в любви?

Конечно, ответа он не получил. Снейп молча улыбнулся, однако, судя по настойчивым поцелуям, верным был, пожалуй, второй вариант. Люциус таял в его руках, чувствуя себя счастливым и любимым, впрочем, он всегда испытывал эти чувства рядом с Северусом, независимо от того, ругался тот, язвил или просто молча держал его за руку. Слова были не слишком нужны, но все же каждому приятно услышать, что он желанен не смотря на тюрьму, возраст и вредный характер. А уж услышать что-либо подобное от Снейпа Люциус не надеялся никогда…

- Люци, потом обдумаешь, как наказать меня за наглость. - прошептали ему в ухо. - А сейчас, будь добр, вернись в постель, ко мне.

Вкупе с поцелуями, это звучало очень заманчиво, и сиятельный лорд не стал противиться соблазну.

15 глава

Нарциссе как-то удалось получить разрешение на свидания дважды в месяц, но сама она больше не приходила, довольствуясь приветами, передаваемыми через Снейпа. Северус являлся всегда. Однажды, раздев любовника, Люциус заметил след от боевого заклятья, но Снейп отвел его руки и остановил вопросы жадным поцелуем, а назавтра лорд прочел в газетах об очередном нападении Пожирателей. Да, теперь Люциус получал газеты и письма, и мог писать сам. Смягчением режима он, похоже, был обязан миссис Фадж, и это было последнее, что он от нее получил: неделю спустя министр подал в отставку.

На воле творилось что-то невообразимое: снова убийства и исчезновения, словно они возвратились на пару десятков лет назад. Люциус пытался расспрашивать Снейпа, но тот отмалчивался, то ли не зная, о чем идет речь, то ли не желая его расстраивать. Начался учебный год, и неожиданно на свидание снова явился Драко.

- Отец, я ненадолго. Едва отпросился у директора.

- Снова хочешь поговорить? - поощрил его Люциус.

- Скажи… - Драко был настолько взволнован, что не замечал, как сжимает и разжимает руки, едва не ломая пальцы. - Вы дрались?

Люциус удержал на лице серьезное выражение и переспросил:

- Что ты имеешь ввиду?

- Кто-нибудь из вас бил другого? Ты - его или… - ребенок покраснел.

- Или он - меня? Нет. Кажется нет. Драко, что случилось? Вы подрались?

- Нет. - Драко едва сдерживался. - Я… ударил его. В лицо.

- Это иногда случается.

- Он был обездвижен, и я ударил его. Ногой в лицо! - Драко вскочил и гордо выпрямился, беспомощно глядя на отца.

- Это несколько меняет дело… - осторожно проговорил Люциус. - Он сделал что-нибудь непростительное?

На Драко больно было смотреть, и сердце Люциуса сжималось от сострадания. Что же у них за судьба такая? То, что должно приносить радость, доставляет им только мучения. Но что же посмел сотворить этот Поттер?

- Наверное… Нет… Не думаю. Он подслушивал.

- Просто подслушивал?

- Да! И не надо мне говорить, что я не должен был!.. - Драко снова опустился на стул и безнадежно сообщил: - Я думаю, проблема решена.

- И что ты чувствуешь теперь?

- Все замечательно. Я в порядке.

- Не жалеешь?

- Какая разница? - снова взорвался Драко. - Я сделал то, что должен был.

- Драко, - осторожно поинтересовался Люциус, - я могу спросить, о ком именно мы говорим?

- Нет! - прозвучало слишком поспешно. - Извини, отец, мне бы не хотелось… Да и какая теперь разница? Такое даже этот ненормальный не простит.

- Ты уверен?

Люциус не знал, что чувствует по этому поводу: ему бы порадоваться, что сын не свяжется с будущей жертвой и не попадет под горячую руку Повелителя, но видеть отчаяние Драко было больно. В конце концов, Мерлин с ним, с Героем, но собственного сына Люциус поддержать обязан.

- А ты бы простил?

- Если бы у меня просили прощения, то возможно.

- Просить прощения? - Драко вздернул подбородок совсем как Нарцисса. - Я? Да никогда! Я - лорд Малфой, и не стану унижаться перед этим…

Губы Драко скривились, но он сдержался и проглотил ругательство. Как же все сложно.

- Как знакомо. Но скажи мне, пожалуйста, ты хоть намекнул о своих чувствах, или ограничился тем, что оскорблял и задирался, в надежде обратить на себя внимание?

Драко пораженно уставился на отца:

- Откуда ты знаешь?

Люциус усмехнулся:

- Последние несколько лет я вел себя именно так, пока твоя мама не вправила мне мозги. Может быть, поговоришь с ней? Она гораздо умнее меня.

- Нет!

- Как знаешь. Я ничего ей не скажу, не волнуйся. А что тебе посоветовать? Дай своему… оппоненту остыть, не трогай его пока, и все же подумай над тем, чтобы показать ему, как именно он тебе интересен.

Драко нахмурился, обдумывая услышанное.

- И как это сделать?

- Для начала все же стоит извиниться. Это удивит его и заставит думать о тебе. Потом посмотришь по обстановке… Могу я спросить?

Драко поднял голову и кивнул немного тревожно.

- Предмет нашего разговора предпочитает дружить с девушками или с юношами?

- Не знаю! - похоже этот вопрос волновал и Драко. - Он ни с кем не встречается, была пара свиданий, но, вроде там все закончилось ничем. Кое-кто уверяет, что видел его в Хогсмите с когтевранцем, но я не знаю, можно ли ему верить.

- Это, конечно, плохо, но не слишком. Понаблюдай. А лучше, пока еще тепло, позови какую-нибудь девушку и позагорайте у озера, когда он там будет. Думаю, ты заметишь, на кого он станет смотреть.

- Спасибо, папа!

- Не за что, сынок. Главное - не делай глупостей и не отчаивайся. Он, все же, не единственный мужчина на свете.

- Кто бы говорил! - фыркнул Драко и спохватился. - Прости, отец.

- Ты прав, мой мальчик, не мне давать тебе советы. Но, если я буду нужен - приходи.

- Благодарю! Мне пора. Там в коридоре мама, я позову?

- Конечно, Драко. Я думал, ты один.

- Она была у коменданта, я попросил дать мне поговорить с тобой наедине. Прощай, папа.

- До свидания, Драко. - ответил Люциус, и ошибся: больше Драко к нему не приходил.

Люциус молча смотрел на вошедшую Нарциссу, не желая ошибиться.

- И что такого вы сказали наследному принцу, что он вылетел отсюда, словно дементора увидел?

Улыбка против воли появилась на губах лорда:

- Северус. Ты знал, что у Драко с мистером Поттером произошел конфликт?

- Это когда ваш сыночек сломал Избранному его избранный нос? Говорят, он пытался отомстить за отца.

- Да? И куда же смотрели деканы обоих героев?

- Спрошу у Минервы, а что касается меня, то я, увы - не всесилен, и раздваиваться пока не умею. Покаянно склоняю голову. Мне уйти?

- Ну уж нет! - ухмыльнулся Малфой. - За ошибки следует отвечать.

- Я готов. Чего желает сиятельный лорд?

- Думаю, ты знаешь.

В газетах снова не было ничего важного: все готовились к Рождеству, и страницы пестрели колдографиями сувениров, магазинов и подарков. Люциус впервые не имел возможности порадовать близких в праздник, и все эти восторги только раздражали. Он представлял большой зал Малфой-Менора, украшенную ель, яркие коробки под ней, и настроение все больше портилось. В прошлый раз Снейп был настолько измотан, что уснул, едва оторвавшись от Люциуса, и проспал все шесть часов свидания, вздрагивая и постанывая во сне. Люциус не стал его будить, и все это время лежал рядом, то любуясь, то задремывая под неровное дыхание, то вскидываясь, услышав жалобный стон. Снейп подскочил, широко распахнул мутные со сна глаза и ахнул:

- Люци, сколько времени?

- Осталось полчаса. - сообщил лорд.

- Твою мать! - рявкнул Снейп. - Почему ты меня не разбудил?

Он выглядел виноватым и рассерженным. Люциус улыбнулся:

- Сегодня я был не в настроении. Впрочем, если хочешь, минут десять еще есть.

- А что, настроение вернулось?

- Ты так мило выглядишь со сна…

- Я и «мило» - не могут стоять рядом. - прорычал Снейп и навалился на Малфоя, не тратя времени на церемонии. - Думаю, сейчас ты согласишься…

Наскоро оправляя мантию, Нарцисса озабоченно спросила:

- Я не слишком?..

- Ну, сейчас я точно не умру. - успокоил ее Люциус. - Может быть, ночью…

- Прости, Люци, я был неосторожен.

- Ты был великолепен, моя радость. - проговорил Малфой под звук открывающейся двери. - Спасибо тебе, милая, что не забываешь меня.

Он подошел поближе. Охранники тактично не входили в камеру, ожидая леди снаружи.

- Но я бы очень хотел узнать, почему моя жена так часто навещает коменданта Азкабана? Мне пора волноваться?

- Я скажу, когда будет пора, а пока мы с ним мило беседуем и иногда пьем чай. А взамен ты имеешь газеты и письма, а так же - вежливость охраны и так полюбившегося тебе Тедди в качестве комнатного мальчика. Достойный обмен?

- Вполне, дорогая! Я благодарен, но учти: я прекрасно проживу без газет, если тебе вдруг покажется, что за них слишком многого просят.

- А без Тедди?

- Лишь бы не без тебя, моя радость. До встречи.

Лорд поцеловал жену в щеку.

- До встречи, мой лорд.

- Отдыхай побольше, дорогая.

- Не могу обещать.

В полуоткрытую дверь тактично постучали, и Нарцисса вышла, оглянувшись на прощание. Люциус проводил ее взглядом и аккуратно присел на кровать, надеясь, что завтра не принесет целителя: Снейп со сна был страстным и напористым, а убеждать медика в очередной раз в своих извращенных вкусах не хотелось. Люциус до сих пор краснел, натыкаясь взглядом на расческу. Мечтательно улыбнувшись, Люциус упал на кровать. Две недели - не месяц, но тоже долго. Он уже скучал. Возвращайся, мой ядовитый.

Праздник Люциус встречал в одиночестве. Свидания ему было не положено, но подарки все же принесли. Судя по разорванной бумаге, их проверяли не только магией, но в шоколаде, книгах и печенье ничего противозаконного не нашли. Люциус, привыкший получать в подарок совсем другие вещи, вдруг порадовался: все, что развлекало его дома, в тюрьме оказалось бы некстати, а та, в общем-то, ерунда, которую ему прислали, внезапно порадовала и пригодилась: Люциус угостил печеньем принесшего подарки Теда.

Мальчишка почти перестал дичиться и начал разговаривать. Люциус узнал, что Тед родился в Азкабане, был определен в маггловский приют, а когда закончил Хогвардс, вернулся сюда, потому что мать, осужденная за убийство маггла, все еще была жива. Тед не рассказывал, но по некоторым оговоркам Люциус понял, что маггл, убитый матерью Теда, и был его отцом. Мальчишка похоронил ее в прошлом году и остался в тюрьме, потому что идти ему было некуда. Он все же был немного блаженным и, рассказывая свою историю, с наслаждением уплетал шоколад и печенье, неопределенно улыбаясь. Люциус же, слушая его, переживал о собственном сыне, не дававшем о себе знать уже несколько месяцев. Доев угощение, Тед подошел поближе и сунул руку за пазуху, достав оттуда небольшую коробочку и самодельную открытку.

- С Рождеством, мистер Малфой. - он покраснел, протягивая открытку Люциусу.

- Благодарю! - Люциус развернул подарок и прочел такие же слова, написанные неровным почерком. - Ты сделал ее сам?

Мальчишка кивнул.

- Очень красиво.

Люциус подумал, достал из коробки подаренную записную книжку и, вытащив открытку, протянул ее Теду:

- С Рождеством!

Пока мальчишка любовался подарком, Люциус посмотрел, чей дар он сейчас передарил. В открытке было написано положенное: «С Рождеством, лорд Малфой!» и подписано:" Э. Розье и…» Многоточие надежно скрывало фамилию беглого преступника, и Люциус улыбнулся: приятно, когда тебя помнят.

- А еще вот, - спохватился Тед, протягивая коробочку, - леди Малфой просила передать. Все присланное проверяют, а здесь ваше лекарство, на него нельзя воздействовать магией. Вот я и спрятал, как она просила.

- Спасибо, Тедди!

- С праздником, мистер Малфой.

- С праздником и тебя.

Тед вышел и старательно запер дверь. Он уже пару раз забывал закрывать камеру Малфоя и получал нагоняй от начальства, и теперь лорд сам напоминал о необходимости проверить замки. Люциус открыл коробку, которую так и продолжал держать в руке. Из нее выпала записка: «Сиятельному лорду от восхищенного почитателя. По пол-глотка за пять минут до свидания, ваша ослепительная светлость. SS.»

Сначала Люциус ничего не понял. Потом, как ему показалось - понял, и оскорбился до глубины души: если Северус считает, что Люциус недостаточно хорош или вынослив, можно было просто не приходить, но, зачем же - так? Впрочем, наверное Снейп просто постеснялся сказать это в лицо, и терпел из жалости, пока ему не надоело. Но просто бросать несчастного любовника в тюрьме некрасиво, поэтому он придумал, как решить проблему и дотерпеть до конца года с наименьшими потерями.

Люциус сел у стола, крутя в руках бутылочку с зельем. Как больно. Что ж, если это условие - он примет его. Интересно, а что случится, если он выпьет пол-глотка сейчас? Он не сможет уснуть всю ночь? Может быть, там афродизиак? Хотел ли Снейп, чтобы Люциус попробовал зелье без него? Возможно, ему лестно будет узнать, что творилось с лордом, когда он попробовал его подарок? Во всяком случае, затихнет эта боль внутри. Люциус потянул пробку и медленно поднес бутылочку ко рту. Зелье пахло лилиями, и, глотая, Малфой почти задыхался. Перед глазами стояла комната в их квартире, вся заставленная испускающими ядовитый запах цветами.

Люциус закрыл глаза и прислушался к себе. Ничего не происходило, только по лицу пробежал легкий холодок. Подождав еще немного, Люциус поднялся и принялся собирать со стола подарки и сгребать упаковку. На душе по-прежнему было паршиво, но теперь он надеялся, что ошибся. Или зелье начинает работать только в присутствии Северуса? Малфой был уверен, что Снейпу вполне по силам сварить подобный состав. Ему стоило бы считать себя польщенным, что на его бесполезную особу тратятся силы и время. От злости, Люциус слишком сильно сжал руки и уронил не развернутый пока подарок. Тот звякнул, и лорд поспешно поднял сверток, содрал с него бумагу и рассеянно вгляделся в собственное отражение в зеркале. Но что-то было не так. Приглядевшись, Люциус понял: в стекле отражался он сам, но в каком виде! Лицо лорда было свежим и молодым, морщины разгладились, исчезли тени вокруг глаз, и сами глаза снова молодо блестели, словно Люциус не сидел уже полгода в душной камере, а только что вернулся с побережья. Руки дрогнули, и Люциус снова выронил зеркало. Ох! Значит, зелье… Люциусу стало стыдно. Хвала Мерлину, Снейпа сейчас рядом не было. Представив себе, что случилось бы, примись Люциус высказывать свое возмущение дарителю, его светлость едва не застонал. Он научился пить любые зелья из рук своего любовника, когда же он научится ему доверять?

Действие зелья продолжалось до самого вечера, почти восемь часов Люциус наблюдал в зеркале свое блистательное отражение. Принесший ему ужин Тед восторженно всхлипнул и долго не мог закрыть рот. Перед сном Люциус слегка разочарованно вздохнул, наблюдая, как меняется его лицо, возвращается бледность, и круги вокруг глаз снова напоминают об истинном возрасте и положении вещей. Что ж, ваша светлость, еще один королевский подарок. Вы начинаете напоминать любимую наложницу, одариваемую милостями султана. И, как и ей, вам нечего предложить взамен, кроме… Далее мысли сиятельного лорда приняли совсем иное направление, и он действительно, долго не мог уснуть, а когда уснул, видел прекрасные сны.

Через неделю Северус явился на свидание, и лорд встретил его во всей красе.

- Вы ослепительны, ваша светлость! - поклонился Снейп, глядя на Люциуса с веселым интересом. - Вижу, с подарком я угодил?

- Спасибо, Северус! Но, должен заметить, что старался ты для себя. Увы, я тебе подарка не приготовил.

- Да ну? - ухмыльнулся Снейп. - А мне показалось, что мой подарок готов?

- Ну, если тебя устроит столь убогая упаковка… - Люциус развел руки в приглашающем жесте. - Прошу. Желаешь открыть прямо сейчас?

- Если ты не против.

- Подарок твой, тебе и решать.

Снейп подошел ближе и склонился к его плечу, Люциус замер.

- Не переигрывай, Люци. - шепнул Снейп.

- Что?

- Не стоит изображать покорную одалиску. Я отлично знаю цену твоему смирению: за него приходится слишком дорого платить.

- Но тебе же это нравится?

- О, да. И если вашу светлость не смущает подобная роль, я не стану спорить.

- Сегодня - все, что хочешь, моя радость, а там - посмотрим.

Подарок был распакован и всесторонне исследован, и через час его светлость сидел у стола в накинутой на плечи мантии и думал: из ленивых разговоров с Северусом у него сложилось впечатление, что того что-то беспокоит, но понять в чем дело Люциус не мог. Еще час он пытался расколоть Снейпа, всячески меняя темы и задавая неожиданные вопросы, но Снейп держался, как бывалый шпион, не уклоняясь от вопросов, но и не отвечая на них. Отчаявшийся Люциус перебрался обратно в постель, но интуиция вопила во весь голос, не давая Малфою успокоиться.

- Северус, я волнуюсь за Драко. Как у него дела? Он совсем не пишет мне, и с сентября не появлялся.

- Он здоров. - ответил Снейп.

- И?

- И очень занят. Сам понимаешь, скоро экзамены…

- А что у него с мистером Поттером?

Снейп на секунду замедлил с ответом, и Люциус понял, что угадал.

- Пока не слишком удачно. Недавно у них случилась дуэль в школьном туалете.

- В туалете? Как не эстетично! - Люциус делал вид, что не слишком взволнован. - И кто победил?

- Боюсь, что мистер Поттер.

- Какой ужас! Драко, должно быть, безутешен. Ты не говорил с ним?

- Увы, наследный принц не снисходит до меня. Бывшая забава отца не имеет права дышать одним воздухом с сыном.

- Прости…

- Не расстраивайся, Люци, лучше подумай, что мы будем делать, когда ты вернешься домой. Впрочем, мы говорили о Драко. Так вот - он, кажется, решил бороться с недостойным чувством и теперь появляется везде с мисс Гринграсс и мисс Паркинсон.

- А что мистер Поттер?

- Мистер Поттер расстроен, но у него тоже не слишком много времени на личную жизнь.

Что-то в тоне Снейпа не нравилось Люциусу, но он решил не нажимать, и замолчал, подставляя шею губам любовника. У него еще есть время…

Снейп так и не рассказал ничего внятного, и беспокойство Люциуса не прошло. В следующие посещения Снейп снова уворачивался и недоговаривал, и Люциус уже всерьез испугался. Драко написал ему, но письмо было равнодушно - вежливым, и не успокоило Люциуса. Несмотря на то, что все уверяли его в обратном, интуиция Малфоя твердила об опасности, и лорд решил действовать. Как он мог заставить Снейпа ответить на его вопросы? Пожалуй, способ он знал, но вот, чем его эскапада может закончиться, предпочитал не думать.

- Здравствуй, Северус! - его светлость нежно улыбался, поспешно застегивая мантию.

- Добрый день. Мой лорд спал?

Снейп внимательно оглядел камеру и вернулся к Малфою. Конечно, вылетевший из дверей полуодетый Тедди не мог не врезаться в посетителя. Люциус даже слышал испуганное: «Простите, леди!» Кто бы мог подумать: у мальчишки такие артистические способности!

- Да. Ночью не спалось.

- Могу я узнать, почему?

Снейп сделал шаг вперед, и лорд отступил к столу.

- Так…

Снейп снова двинулся к нему, и Люциус снова отступил, опираясь о стол поясницей.

- Люци, что за танцы? - потребовал Снейп.

- Какие танцы? - захлопал ресницами лорд. - Ты о чем?

Люциус не любил изображать «принцессу», и делал это не часто, но сейчас у него был план.

- Вот об этом. - Снейп быстро шагнул, прижимая Люциуса к столу. - В какие игры ты играешь?

- В игры? - брови лорда обиженно поползли вверх.

- Люци, прекрати! - Снейп тряхнул любовника за плечи, и тот охнул. - Прости.

Люциус аккуратно освободился и бочком скользнул в сторону.

- Да в чем дело?

Похоже, Снейп успел привыкнуть, что ему не отказывают, и теперь не понимал, что случилось. Да еще этот Тедди…

- Ни в чем…

Люциус медленно обходил стол, а Снейп следовал за ним, не сводя глаз с ладоней Люциуса, невесомо скользящих по столешнице.

- Люци, ты нашел себе другое развлечение? Скажи сразу.

- А то что?

Глаза Снейпа опасно блеснули:

- А ты уверен, что хочешь это знать?

- Я многое хочу знать, Северус, но ты не отвечаешь на мои вопросы. Предлагаю обмен: я отвечу тебе, а ты - мне.

Люциус запнулся и пропустил молниеносное движение: Снейп одним броском догнал его и прижал к столу.

- А теперь?

Лорд откинулся назад, вынуждая Снейпа прижать его к себе, не давая упасть.

- И что ты собираешься делать, Северус? - проговорил он вздрагивающим голосом.

- Получить ответы. Ты ведь ответишь мне?

- Заставишь меня? - быстрый ускользающий взгляд.

Глаза Снейпа стремительно темнели, руки все сильнее сжимали талию Люциуса.

- Если понадобится. Так что здесь делал полуодетый мальчишка?

Люциус молчал, опустив подрагивающие ресницы. Зачем он это затеял? Слишком рискованно. Осторожнее.

- А если я не скажу… что ты сделаешь?

Снейп оскалился, в глазах его мелькнуло жесткое выражение.

- Люци…

Его вдруг отпустили. Снейп шагнул назад, переводя дыхание.

- Что ж, не буду мешать…

Доигрались, ваша светлость?

- Так и уйдешь? - насмешливо поинтересовался Люциус. - Сдашься?

Непонятный вихрь обрушился на Люциуса, разворачивая, толкая лицом в стол, наваливаясь сверху… Руки оказались прижаты к столешнице над головой, ноги - раздвинуты коленом, край стола больно впился в живот.

- Сдашься, Люци? - Голос Снейпа пугал холодной насмешкой. - Так что, мне продолжить, или поговорим?

- Северус, ты можешь заставить меня кричать, но не отвечать на твои вопросы. - мягко возразил Люциус. - Если ты действительно этого хочешь - действуй.

- Его светлости стало скучно? Захотелось развлечься? - прошипел Снейп. - Ты ведь не веришь, что я это сделаю. Так к чему весь этот спектакль?

Малфой молчал, не делая попытки освободиться.

- Ну хорошо! - не выдержал Снейп. - Чего ты хочешь?

- Я уже говорил.

- Как некрасиво, ваша светлость! Спровоцировать, чтобы потом сыграть на чувстве вины? Хороший план, но не слишком этичный. И очень неосторожно: ведь ты же не думаешь, что я сейчас тебя отпущу?

Люциус едва сдержал вздох облегчения: гроза почти миновала.

- Ну что ты моя радость! Продолжай. Мне ведь нужно чем-то тебя шантажировать.

- Ну-ну…

Мантию Люциуса бесцеремонно задрали ему же на голову.

- Надеюсь, ты не передумаешь, и не заявишь потом, что тебя изнасиловали?

- А что ты сейчас делаешь? - фыркнул Люциус и напомнил: - Ты ответишь мне на все мои вопросы! Или ничего не будет.

Снейп засмеялся:

- Тебе не кажется, что ты несколько опоздал?

Люциус ахнул: он действительно опоздал, и, ощущая, как сильно и уверенно входит в него Снейп, смог только простонать:

- Северус…

- Хорошо, мой принц. - хрипло пообещал Снейп. - Так и быть, задашь мне свои вопросы… Если сможешь говорить.

Снейп завел руки Люциуса за спину, перехватывая и сжимая их левой рукой, вынуждая прогнуться и приподняться над столом, правой больно вцепился в плечо, и начал двигаться сильно и размеренно, заставляя стонать, захлебываться воздухом и задыхаться.

- Се-вер…

Ему не отвечали, только движения становились все резче, убыстрялся ритм. Снейп шумно дышал, сжимая вывернутые руки, плечо болело от усиливающейся хватки, и голова кружилась все сильнее. Люциус плыл, не закрывая глаз, и взгляд выхватывал то окно, прочерченное решеткой, то край кровати, то обшарпанный стол перед лицом. Северус дернул его на себя, отодвигая от стола, дотянулся и сжал руку, неласково, почти грубо, и Люциус не выдержал дольше: он застонал, рванулся, едва не задев Снейпа по лицу, и упал на стол, не чувствуя боли в вывернутых руках. Северус почти сразу последовал за ним, дергая на себя ставшее безвольным и тяжелым тело, и навалился сверху, отпуская плечо и грудью придавив руки. Кажется, Люциус снова застонал.

Отдышаться оба не могли долго. Наконец, Снейп поднялся и потянул Люциуса за плечи, вызвав еще один стон.

- Люци, что?..

Люциус осторожно выпрямил руки. На запястьях наливались синяки, плечи болели, стол был испачкан, подол мантии тоже. Снейп с тревогой смотрел на него, и Люциус рассмеялся.

- Да… Ты явно вжился в роль.

- Сам виноват. - буркнул Снейп. - Так нагло нарываться. Как ты уговорил мальчишку? Впрочем, он едва не ест у тебя с рук.

- Когда ты понял?

- Когда кончил. В голове как-то прояснилось. - Снейп хмыкнул. - В следующий раз будь аккуратнее, я могу не сдержаться.

Люциус снова хихикнул:

- То есть, это ты еще сдерживался? Я завтра ложку не удержу. Теперь ты точно мне должен.

- Люци, давай немного погодя? Ты едва стоишь, и меня мучит совесть. Отдохни. - Снейп порылся в кармане измятой мантии. - На. Нарциссу больше не проверяют.

Снейп протянул Люциусу пузырек с укрепляющим и повел к кровати.

- Обезболивающее тоже оставлю, выпьешь завтра. А сейчас - ложись. Допрос устроишь через час, не раньше, иначе я тоже замолчу и уже тебе придется меня насиловать.

Люциус кровожадно улыбнулся:

- Интересное предложение. Надо обдумать.

- Вот в кровати и обдумаешь.

- Договорились, моя радость.

16 глава

Час прошел в приятной ленивой беседе. Временами Люциус уплывал, и даже видел кусок какого-то сна, но, стоило Снейпу заметить это и замолчать, как он вздрагивал и просыпался. Темпус прозвенел, и Люциус неохотно поднялся, выкручиваясь из объятий любовника.

- Час прошел.

- А ты не передумал. - констатировал тот мрачно.

- Нет. Стоило затевать все эти… танцы, и не воспользоваться преимуществом?

- Да уж, чтобы лорд Малфой когда-нибудь упустил выгоду… Но учти: я обещал, что ты задашь свои вопросы, но отвечать на них я не обещал.

Снейп злорадно усмехнулся, видя возмущенное лицо Малфоя, но, когда брови лорда оскорбленно поползли вверх, а ресницы затрепетали, он поднял руки, сдаваясь:

- Нет, Люци, только не это! «Принцессы» я не выдержу! Сдаюсь и обещаю ответить на все, на что смогу.

Люциус перестал кривляться и рассмеялся:

- То-то же! Итак, первый вопрос: что происходит? Почему ты так встревожен? Лорд что-то придумал?

- Люци, это три вопроса! Отвечаю: происходит война. Пока не явная, но от этого только более опасная. Я тревожусь за тебя, Избранного идиота, Драко, Нарси, себя… - мне продолжать? Лорд придумал уже столько всего, что я буду перечислять до конца свидания.

Люциус слушал, понимая уже, что снова ничего не добьется: Снейп отвечал гладко и уклончиво, и опять не давал ни крупицы информации.

- Северус… - Малфой потер рукой лоб и опустил голову. - Не надо… Я понял: ты не скажешь ничего. Не унижай меня этим спектаклем. Я больше не стану ничего спрашивать.

Снейп замолчал, потом поднялся, усаживаясь на кровати рядом с лордом.

- Люци… Ты и так в тяжелом положении, зачем травить себе душу? Ты ничего не сможешь сделать, только потеряешь покой.

- Покой? - прервал его Люциус. - О чем ты, Северус? Да я с ума схожу! Вот уже пару месяцев мне снятся кошмары о том, как я хороню всю свою семью, и нигде не могу найти тебя - только лужа крови, и кто-то кричит: «Он был здесь» и «Он был мертв»! Ты считаешь, мне лучше ничего не знать? Впрочем, при моем цвете, седина будет не так заметна.

- Люци, почему ты молчал? Я бы принес «сон без сновидений».

- И что это изменит? Днем мне так же плохо, как и ночью. Я очень тревожусь за Драко - как бы он чего-нибудь не натворил.

Снейп долго смотрел на него и, наконец, решившись, глухо заметил:

- Он натворил.

- Что?

Кажется, Люциус уже догадался. Оказалось, нет.

- Он принял метку.

В это мгновение Малфой понял, как был прав Северус, но винить было некого. Сам напросился, впрочем, как и всегда.

- Повтори.

- Люци, успокойся! Лорд хотел наказать Нарциссу и Драко за чужие ошибки…

- Мои ошибки, ты хотел сказать.

- Он хотел убить Драко, и то, что он оставил его в живых - очень большая удача.

- Не ты ли ей поспособствовал?

Люциус все не мог прийти в себя. Внутри загоралась ненависть. Это чудовище, мучившее его всю молодость, теперь добралось до его сына, а он в тюрьме и ничего не может сделать.

- Нет. Но на твоем месте я бы поблагодарил Руквуда за удачную импровизацию. Он едва успел достучаться до Лорда. За Драко - долг жизни.

- Нарси знает?

- Да.

- Чего он еще потребовал?

- Ничего особенного. Следить за Поттером в Хогвардсе.

Бедный ребенок! Знать, что не можешь быть рядом с тем, кто нужен, потому что принадлежишь его врагу.

- Спасибо тебе…

Снейп огорченно пожал плечами:

- За что? Дурных вестников принято казнить.

- За то, что ты влез в это…дерьмо - произнеслось с трудом, но смысл отражало верно, - следом за мной.

- Не стоит, мой лорд. С тобой - в любое и с радостью. Драко не так повезло.

- Он все еще страдает по Герою?

- Похоже. Ничего, пройдет.

- Кто бы говорил! - фыркнул Люциус, вспомнив слова сына. - Малфои удивительно уперты. Если мы хотим - мы получаем, или…

- Или? - эхом ответил Снейп.

- Или умираем… Спасибо, Север.

- Не за что, мой лорд.

Кто из них первым потянулся поцеловать другого, Люциус так и не понял. Губы встретились с губами, руки столкнулись в одинаковом жесте - обнять, прижаться, почувствовать его рядом. Люциус снова удивился своей дури: как он мог потерять?.. Но мысль исчезла, почти не задевая: Северус целовал его, он был с ним на этой нищей кровати, он снимал с него убогие тряпки и смотрел, словно видел солнце. За такой взгляд можно умереть, а ему он достался даром. Бедный Драко. Бедные мы все.

- Я тебя люблю.

Кажется, он произнес это вслух, потому что Снейп на мгновение застыл, поднял на него глаза и опустил их снова.

- Прости. Я чересчур сентиментален?

- Нет. - Снейп мотнул головой, и волосы упали, закрывая лицо. - В самый раз.

Сквозь тяжелые пряди показалось, что глаза горят каким-то странным огнем. Северус потянул, мягко укладывая своего лорда на подушку.

- Все будет хорошо, Люциус. С Драко все будет хорошо, я обещаю…

Уходя, Снейп повернулся к Малфою.

- Люци, если позволишь - одно замечание: эмоциональный шантаж близких людей - это очень некрасиво.

- Но ведь подействовало. - Люциусу действительно было стыдно.

Снейп пристально посмотрел на лорда.

- Только потому, что ты был искренним, Люци.

- Это так заметно?

- Не всем. Но я с тобой сплю, если ты помнишь. И всегда знаю, когда ты врешь.

- Какое счастье, что ты не занимаешься бизнесом, Снейп. Мы с Лордом разорились бы мгновенно.

Снейп вернулся и притянул любовника к себе, зарываясь лицом в волосы на плече.

- Люци… Чтобы я не слышал больше этого «мы с Лордом» ни в какой комбинации, тебе ясно?

- Вполне, мой господин. Я повинуюсь.

- Не надо продолжать, Люци. Твоя покорность слишком дорого стоит. Сегодня я расплатился только за Рождество. Пожалей нищего учителя.

- Я пожалею. - пообещал Люциус. - Только доживи до следующего свидания.

- Я постараюсь. - серьезно пообещал Снейп.

И Люциус тоже на шутил.

Оставшись один, лорд Малфой попросил принести ему пергамент и чернила: пора заканчивать отдых. Он нужен своей семье.

Первое письмо он отправил на имя Розье. Вовремя поблагодарить - тоже искусство, но Люциус был благодарен искренне. Беспокойство за долг Драко немного унималось тем, что Руквуд, кажется, все еще испытывал благодарность лорду, а Розье и вовсе был готов для него на все.

Разобравшись с собственными долгами, Люциус принялся припоминать чужие…

Спустя всего неделю, в Визенгамот было внесено предложение об амнистии тяжелобольным и беременным заключенным. У Люциуса хватало связей не только в Совете, и предложение уважаемого волшебника поддержали в министерстве. В прессе началась компания в защиту прав заключенных рожать, болеть и умирать на воле, а Люциус лишился половины средств, скрытых в маггловских банках. Но это его не заботило: в магических деловых кругах поднялась настоящая паника.

Кто-то спекулировал акциями, устраивал атаки на уважаемые торговые дома, всплывали неучтенные артефакты, фальшивые галеоны, и никто не мог понять, что происходит. Банки лихорадило, банкиры спешно переводили средства за границу, надвигался экономический кризис. Гоблины Гриннготса заявили, что приостанавливают выдачу денег, в связи с нестабильной экономической обстановкой. Министерство едва сдерживало панику.

Явившийся на свидание Снейп аплодировал стоя: Лорд не мог получить ни кната, злился от бессилия и требовал немедленно достать ему Малфоя из Азкабана, или всем отправиться туда, жить на казенный счет.

Нужные зелья были у Снейпа с собой, и, после ухода «Нарциссы» Люциус написал еще одно письмо и улегся в кровать.

Наутро взволнованный Тедди притащил в его камеру целителя, коменданта и даже повара: его светлость не поднимался с постели и выглядел так, что краше в гроб кладут. Целитель принялся за дело, но вынужден был отступиться: его зелья не помогали, а лишь ухудшали дело. Если с утра лорд еще мог разговаривать, то к обеду он уже никого не узнавал, звал Тедди «сыночком» и все чаще терял сознание. Как назло, после обеда заявилась комиссия из Визенгамота с проверкой: в связи с принятием нового закона, они искали осужденных, подлежащих амнистии. Едва войдя в камеру и увидев безутешного Тедди, чуть не матерящегося коменданта, поддерживающего плачущую Нарциссу, трех целителей из Мунго, спешно вызванных для консультации, и пару хмурых авроров, члены комиссии немедленно подписали протокол и вынесли постановление о досрочном освобождении умирающего, согласно новому указу министерства. Мужская часть комиссии бросилась утешать Нарциссу, а женская - разглядывать прекрасного, бледного и страдающего лорда. Дело было сделано.

Авроры помогли Нарциссе перенести умирающего в Аврорат, а оттуда - в Малфой-Менор, и удалились, уложив тело лорда на диван. Леди дождалась, когда пламя в камине потухнет, отбросила кружевной платочек, достала из кармана пузырек с зельем и, приподняв голову Малфоя, аккуратно, по капле вылила зелье в полуоткрытый рот. Прошло пятнадцать минут, лорд резко выдохнул и открыл глаза. Попытавшись осмотреться, он застонал.

- Что, Люци?

- Голова!

Головная боль была неожиданно сильной, как в старые добрые времена, и, отвыкший от этого Люциус, едва не потерял сознание снова, но очередной пузырек спас положение.

- Ты все еще его варишь?

- Нет, случайно захватил, еще из старых запасов.

- А что еще ты захватил случайно? - Люциус попытался сесть, не получилось.

- Всё.

Нарцисса вздохнула и преобразилась. Снейп помог Люциусу подняться, и они медленно двинулись в сторону спальни. Аппарировать Люциус не решился: размазать себя и любовника по стенам родного дома было бы не весело.

- Где Нарси?

- Она тактично вернется вечером… Я не перепутал? Это все еще твоя спальня?

Люциус покосился на поддерживающего его любовника: тот пытался казаться спокойным, и лорд почувствовал, что волнуется сам. Сколько лет Снейп не был в его спальне? Захочет ли он остаться? Ведь теперь Люциус дома, его не надо поддерживать и утешать, а у Снейпа еще целых два месяца на свою личную жизнь. И дернул же его кто-то за язык! Но брать назад свои слова он не станет - слишком унизительно. Хорошо, посмотрим…

Снейп довел Люциуса до кровати, осторожно усадил, дал выпить еще зелья и, пробормотав, что должен переодеться, поспешно вышел. Вот и все. Вполне доходчиво, ваша светлость. Люциус закрыл глаза. Было странно: запахи, звуки - настолько отличались от ставших привычными тюремных, что Люциусу казалось, что он спит. Чтобы прийти в себя, лорд сжал в руке покрывало, ощущая прохладу скользкого шелка. Все, пора приходить в себя: пусть он больше не нужен Снейпу, но сыну он нужен.

Люциус решительно потянул с себя тюремную мантию и, бросив ее под ноги, перешагнул. Хватит.

В ванной Люциус открыл воду, подошел к огромному зеркалу и внимательно рассмотрел себя. Что ж, могло быть и хуже. Много хуже. Серая сухая кожа скоро вновь станет нежной и светящейся, исчезнут круги под глазами, разгладятся морщины. Волосы достаточно вымыть любимым шампунем и нормально расчесать, а вот убрать из глаз тоску и неуверенность нужно обязательно. Никто не должен видеть его таким. Особенно Снейп. Никакой жалости, павлин он, или не павлин, в конце концов?

Хлопнувшая дверь в ванную едва не заставила его вздрогнуть. Пришлось напомнить себе, что больше нет тюремщиков, и он никому не обязан. Вставший за спиной Снейп не решился положить руки на плечи лорда, и они так и остановились в воздухе. Люциус с вызовом глядел сквозь стекло, с радостью замечая, как взгляд любовника из сочувственного превращается в вопросительный, а потом и в восхищенный.

- Что? - не оборачиваясь приподнял бровь Люциус. - Ты что-то хотел?

- Да, мой лорд.

Снейп отступил на шаг, давая Люциусу обернуться.

- Я слушаю.

- Чем я еще могу помочь?

Люциус оценивающе осмотрел Снейпа, заставляя того нервничать.

- Я знаю, что ты этого не любишь, но мне бы хотелось, чтобы ты исполнил мой каприз…

- Что угодно лорду?

Снейп, казалось, расслабился, сдаваясь, и был готов на все.

- Я бы хотел принять ванну, и, если ты ко мне присоединишься, я смогу быть уверен, что жизнь прожита не напрасно.

- Неужели? - определенно, Снейп все еще ждал подвоха.

- Понимаешь, все это время мне ужасно не хватало твоего бурчания. Надеюсь, ты не разучился расчесывать волосы своему лорду?

- Если ваша светлость не станет настаивать на том, чтобы я лез в вашу пенную лоханку, я готов.

Люциус шагнул вперед, почти прижимаясь к мантии Снейпа, и почувствовал его тепло.

- Увы, мой хороший, моя светлость станет настаивать. Более того, она станет требовать, а если и это не поможет - умолять.

Люциус говорил тихо, склонясь к уху Снейпа и чувствуя, как он поддается его голосу, и уже едва сдерживает дрожь.

- Но ты ведь не заставишь меня унижаться? Или?..

Люциус не договорил: Снейп притянул его, сжимая слишком крепко, и принялся покрывать быстрыми поцелуями запрокинувшееся лицо.

- Нет. Можешь продолжать издеваться, мой принц, можешь даже утопить меня в своей пене.

- Тогда, почему ты еще одет?

Снейп уже сдирал с себя мантию, и его брюки не скрывали его настроения.

- Северус… - остановился Малфой.

- Да, мой лорд?

- Прости…

- Люци, можешь резвиться, я не против. Пока мне перепадает от твоих щедрот, я весь в твоем распоряжении.

- Снейп, я серьезно.

- А, если серьезно, Люци - я все понимаю. И все помню… И если ты сейчас не закроешь воду, мы сможем валяться в твоей пене прямо на полу, не залезая в ванну.

- Прекрасная идея, Северус! Хочешь на полу? Я готов!

- Пожалуй, я предпочту ванну. Мой лорд…

Снейп галантно посторонился, за локоть придерживая царственно входящего в воду сиятельного лорда. Люциус торжественно сел и резко дернул на себя руку. Не успевший отпустить его Снейп, с шумом свалился в воду, расплескав половину, и, поминая Мерлина, лордов и всю аристократию до седьмого колена, прижал хохочущего Малфоя к бортику, и вскоре смех лорда превратился в стон, а мыльная пена, толчками выплескиваясь через бортик, залила весь пол ванной комнаты, но кому было до этого дело? Его светлость принимал вассальные клятвы и раздавал милости своему покорному слуге, а тот с должным усердием поклонялся величию и щедрости своего господина.

17 глава

Вечером вернулась Нарцисса, и Снейп, кажется, собрался соблюсти приличия и смыться, но Люциусу как-то резко надоело быть благовоспитанным. Поцеловав супругу в щеку и усадив в кресло, лорд, вместо того, чтобы устроиться напротив, вернулся к дивану, у которого стоял поднявшийся навстречу леди, Снейп, и, коротко приказав: «Сядь», беззаботно уселся рядом и положил свою руку на колено вытянувшемуся в струну Снейпу. Нарцисса жест оценила и слегка нахмурилась. Люциус ослепительно улыбнулся в ответ. К ужину Нарцисса пригласила семейного целителя, уселась с ним рядом, и лорд слегка кивнул: квиты.

Снейп безропотно остался на ночь и утром робко попытался отпроситься на работу, но Люциус совсем пошел в разнос, и в Хогвардс полетела сова с сообщением, что профессор зельеварения болен, и не может явиться на лекции. Вернулась птица с запиской от директора: тот советовал своему подчиненному не перенапрягаться, и передавал привет сиятельному лорду. Снейп, покраснев, швырнул пергамент в камин и зло посмотрел на хохочущего лорда.

- Предлагаю вывести меня гулять на поводке. Лучше отправится сразу в Косую аллею. А еще можно повесить табличку: «Наложница его светлости».

- Северус, ну, не злись. - примирительно проговорил Малфой и полез обниматься. - Он же этого и добивается… А на счет таблички - я достаточно отметил тебя сегодня ночью. И я, кажется, предупреждал, что после моего освобождения у тебя ни на что не останется времени.

- У меня еще два месяца. - возразил Снейп, слегка оттаивая, и Люциус отстранился.

- Тебя ждут? - тихо спросил он. - Можешь отправляться. Тебе следовало предупредить меня - я не стал бы оставлять следов. Помочь тебе убрать их?

- Люци, ты слишком высокого мнения о моей привлекательности. Мало у кого столь же извращенные вкусы, как у вашей светлости, а студентов я теперь использовать не могу.

- Я, конечно, студентам уже не конкурент, - надулся его светлость, - но, смею надеяться, что и не совсем развалина… Может, останешься и проверишь?

Снейп усмехнулся и поймал Люциуса в объятия:

- Я, конечно, проверю, - пообещал он, - но я уже тоже не конкурент студентам. Так что, с вашей светлости - завтрак, а еще сегодня к вам придут из Аврората, проверять, живы ли вы еще, и выражать соболезнования.

Члены комиссии поговорили с Нарциссой, заглянули в комнату, где, в полутьме, без сознания и в бреду лежал бывший арестант, и, что-то отметив в пергаментах, удалились.

Люциус «выздоравливал» почти два месяца: нельзя было торопиться, ведь его отпустили умирать. Комиссия еще пару раз навещала его, целитель говорил с ними тихо и безнадежно, не давая никаких обещаний, а Люциус был вынужден изображать умирающего и валяться в постели. Не выходить, не общаться ни с кем он не мог. Лорду сообщили общепринятую версию, и он сквозь зубы посоветовал Малфою выздоравливать побыстрее. Снейп, демонстрируя пожелание Повелителя, шипел так похоже, что Люциус уже было выказал согласие поправиться сегодня же, но здравый смысл победил, и выздоровление шло своим чередом.

Паника в деловых кругах немного улеглась, и, хотя Гриннготс так и не выдавал деньги, кажется, все потихоньку налаживалось. В Хогвардсе готовились к экзаменам, Снейп появлялся только к ночи, но исправно был готов к услугам, а Люциус внезапно полюбил ложиться спать пораньше, и очень быстро заниматься любовью. Снейп косился, но молчал, и, кажется, впервые за долгое время высыпался.

Посетителей к лорду не пускали, хотя желающих навестить его оказалось неожиданно много. Но их встречали Нарцисса или целитель, поэтому, когда сова принесла просьбу о встрече от директора Хогвардса, Люциус удивился и насторожился. Видимо, вопрос у Дамблдора был серьезным, и Люциусу ничего не оставалось, как снова забраться в постель и изобразить несчастный вид. Дамблдор, сопровождаемый Нарциссой, вошел в спальню и негромко поздоровался.

- Добрый день, директор. Простите, что встречаю вас так… - слабо проговорил Люциус, чуть улыбаясь.

- Это я должен извиняться, что беспокою вас в таком состоянии, лорд Малфой, но - увы - у меня нет другого выхода.

- Я слушаю вас, директор.

- Видите ли, в чем дело, ваша светлость… - Дамблдор присел на приготовленный стул. - Как вы, наверняка, знаете, в Хогвардсе скоро начнутся экзамены.

Люциус кивнул.

- И уже не много времени осталось до выпускного бала. Но, в связи с нынешним положением дел, боюсь, что у школы не будет возможности устроить детям праздник.

- Простите, господин директор, - едва удерживая умирающий тон, поинтересовался Люциус, - но я не вижу, как это теперь ко мне относится? Из Совета попечителей меня исключили сразу же после приговора. Я читал документы, и, если не ошибаюсь, ваша подпись на обоих стояла первой.

- Мне стоит извиниться перед вами?

- Ну, что вы, зачем? - Люциус уже язвил, не в силах сдерживаться. - Я пережил это потрясение, не беспокойтесь. Так чего вы от меня хотите?

- Гоблины Гриннготса отказались выдавать школе деньги.

- И что?

- Ваша светлость, у меня есть информация, что в ваших силах вмешаться в ситуацию…

- Откуда такие сведения? - напрягся Люциус.

- Не волнуйтесь, я не собираюсь делиться своими догадками с Советом предпринимателей. Я здесь вовсе не за тем, чтобы требовать.

- И зачем же вы здесь?

- Я покорнейше прошу вас помочь школе, в которой учится ваш сын, и в которой учились вы сами. Нехорошо оставлять выпускников без праздника. И, конечно, ваша помощь будет возмещена немедленно, как только ситуация на рынке стабилизируется.

Люциус слегка расслабился. Директору так нужны деньги, что он не постеснялся упомянуть Драко. Хорошо.

- Хорошо, господин директор, я попробую вам помочь.

- Благодарю, ваша светлость. В свою очередь, Хогвардс готов предоставить вам помощь нашего зельевара. Мистер Снейп очень сведущ в целебных зельях. Если желаете, я могу направить его в ваше распоряжение сразу после экзаменов и на все каникулы.

- А как сам мистер Снейп отнесется к тому, что его продали в рабство в его законный отпуск?

- Я уверен, что он будет рад помочь школе в меру своих сил… Так я надеюсь, ваша светлость?

- Я попытаюсь помочь любимой школе, директор Дамблдор. Прощайте.

- Поправляйтесь, ваша светлость. Магической Британии очень вас не хватает. Прощайте.

Дамблдор вышел, и уставший лежать неподвижно, Люциус сел. Директор выглядел плохо, и почти не держал маску доброго дедушки, и Люциуса это настораживало. Интуиция говорила ему, что не все так гладко, как кажется, но вот - как? Об этом стоило задуматься. А так же о том, что ему скажет Северус, узнав, что директор сдал его во временное пользование.

И Северус, конечно, сказал…

- Как это понимать, ваша светлость?

Снейп влетел в кабинет без стука, и дверь, отлетев от его напора, ударилась о стену и с грохотом захлопнулась.

- И тебе здравствуй, Северус.

Снейп остановился и принялся шипеть, вспомнив давнюю привычку и хватаясь рукой за рукав мантии:

- Значит, тебе не достаточно унижать меня наедине, и ты решил разнообразить свои развлечения? Я, кажется, даже не протестую, так объясни, зачем тебе понадобилось меня покупать?

- Северус, подожди…

- Нет, мой лорд, прежде чем я окончательно превращусь в шлюху из Лютного, ответьте мне: что не так? И, кстати - сколько ты за меня заплатишь? Хотелось бы узнать, наконец, свою цену, чтобы потом не ошибиться со следующим покупателем.

- Северус, остановись…

- О, я непременно остановлюсь, как только ты подпишешь чек! Тогда я буду угождать и слушаться. Знаешь, что сказал мне наш заботливый директор?

Снейп выпрямился и изобразил:

- «Северус, будь добр, не обмани надежд его светлости, тебе ведь это не сложно? Я не требую от тебя ничего, чего бы ты уже не делал.» А ты, Люци? Чего от меня потребуешь ты? Прояви милосердие, и, пока я еще свободный человек, снизойди и поведай мне о твоих планах. Чего еще я для тебя не делал?

Люциус снова поймал себя на желании прижать трясущегося от злости любовника к себе и успокоить, но тот не давал приблизиться, шарахаясь от лорда, как от чумного.

- Молчать! - рявкнул Люциус, отчаявшись вставить слово в змеиный монолог.

Снейп замолчал больше от удивления, чем повинуясь приказу.

- Немедленно прекрати истерику и оставь палочку в покое. Я готов поклясться в том, что идея не моя и ничего, в чем ты меня обвиняешь я не планировал. Кстати, почему ты не сказал директору, куда ему пойти со своими предложениями?

Пока он говорил, Снейп немного пришел в себя и отпустил рукав.

- Я связан клятвой, Малфой, и не имею права указывать директору направление, в котором ему следует двигаться, а вот он вправе отдать меня в рабство кому угодно.

- Так значит, то, что он просил денег именно у меня - большая удача. - холодно заметил Люциус.

- Для кого? - слишком спокойно спросил Снейп.

- Для меня. Иначе мне пришлось бы разорять конкурента и требовать тебя, как выкуп, а это заняло бы время. Я бы с ума сошел от ревности, думая, как ты и что с тобой происходит.

- Да ну?

- Да. И, кстати, если тебе и впрямь интересно, ты стоишь примерно как дом в пригороде Лондона, не слишком большой, но добротный.

- Боюсь, ты прогадал, Люци. - грустно усмехнулся Снейп. - За такие деньги мог бы найти себе что-нибудь получше.

- Спасибо за заботу, но другие предложения меня не интересуют. - чопорно заявил лорд. - Северус, ну подумай сам: директор отпустил тебя на все лето, и мы сможем уехать отсюда, и поживем спокойно. Я так устал…

Люциус умолк, остановленный сочувственным и горьким взглядом.

- Что-то не так, Северус?

- Нет, Люци, все так и будет. - тихо проговорил Снейп, отворачиваясь. - мы уедем и все будет так, как захочет лорд… Наш любимый директор, и правда, очень предусмотрителен.

- Забудь про него, Северус, не расстраивайся, все будет хорошо!

- Конечно, Люци… Я должен извиниться: ближайшие несколько дней я не смогу оставаться на ночь: я должен дежурить в школе.

Люциус не показал своего расстройства и понимающе кивнул:

- Конечно, Северус, я понимаю… Но до ночи ты можешь остаться?

- Более того, не только могу, но и должен. И вернуться в школу с подписанным чеком.

Снейп горько усмехнулся.

- Какой ужас! Северус, я понимаю - ты ничего не можешь ему сделать, но я-то могу…

- Не стоит, Люци, с директором я разберусь сам.

Люциусу ужасно не понравилось то, что мелькнуло в глазах любовника при этих словах, но Снейп уже перебирал его волосы, ласково прикусывал кожу на шее, и Люциус отставил сомнения, чтобы вернуться к ним потом, а сейчас стоило заняться более приятными вещами, тем более, до ночи оставалось всего несколько часов.

И часы эти пролетели незаметно. Около полуночи Люциус подписал чек на предъявителя, отметив его шифром из оговоренных рун. Видя их, гоблины без вопросов выдавали любые суммы с его секретного счета, не известного никому, кроме самого лорда. Протягивая пергамент, Люциус стыдился поднять глаза, представляя, как должен чувствовать себя сейчас его любовник.

- Люци, а ты не боишься, что я сбегу с твоими деньгами? - услышал он, и ответил искренне:

- Я буду только рад, если тебе это удастся.

Теплые руки приподняли его лицо.

- Тебе не терпится избавится от меня?

- Конечно!

Люциус рискнул поднять глаза. Северус мягко улыбался, рассматривая лицо лорда с непривычной нежностью.

- От тебя одни неприятности и расходы, ты невоспитанный, мрачный и злой, и постоянно грубишь. Что в тебе хорошего?

- Да, наверное ты прав… Ваша светлость просто испорченный ребенок, и поэтому вас так ко мне тянет.

- А еще ты много о себе думаешь, Снейп! - фыркнул Люциус, чувствуя, что краснеет, и высвободился из рук, которые, впрочем, тут же занялись его волосами. - Тянет!

- Разве нет?

- По-моему это ты меня к себе тянешь. Я, конечно, не против, но…

Что это было за «но» Снейп уже не дослушал…

Разорвав долгий поцелуй, «мрачный и невоспитанный» Снейп не прощаясь, вышел из кабинета и покинул дом, оставив хозяина в ожидании. На следующий день он не пришел, а утром в Малфой-Менор снова явились авроры.

Люциус встретил их в гостиной полулежа в кресле, обложенный подушками и укрытый пледом. Поддерживать имидж выздоравливающего от тяжелой болезни было хлопотно, но стоило трудов: едва ворвавшиеся в комнату авроры увидели больного хозяина, их напор сразу утих, и здоровались и представлялись они уже почти мирно.

- Чему обязан, господа? - слабым голосом спросил лорд. - Надеюсь, вы пришли не за тем, чтобы отправить меня обратно в Азкабан?

- Надо будет - отправим! - ляпнул младший из авроров, но на него шикнули.

- Нет, ваша светлость. - Заговорил пожилой волшебник, представившийся Бернсом. - Мы бы хотели поговорить с вами и осмотреть дом.

- У вас есть ордер на обыск?

- Никакого обыска, единственное поисковое заклинание, просто проверить, нет ли здесь кого-то еще, кроме хозяев. Вы позволите?

Подумав, Люциус кивнул. Третий аврор молча взмахнул палочкой, подождал несколько секунд и отрицательно качнул головой.

- Хорошо. - Бернс достал пергамент и самопишущее перо. - Приступим. Лорд Малфой, ответьте, пожалуйста: вы поддерживаете какие-нибудь отношения с организацией «Пожирателей смерти» или ее руководителем?

- Опять? - Люциус демонстративно вздохнул. - Кажется, я уже отвечал на допросах и неоднократно: нет. Я был в тюрьме. Вы думаете, они мне открытки туда посылали?

- Но сейчас вы не в тюрьме…

- Господа, вы первые, кого я вообще вижу после освобождения. До вчерашнего дня мне запрещали вставать, я ни с кем не общался, всю мою почту получают секретари, и, я не сомневаюсь, что их вы уже допросили. Я бы с удовольствием поговорил с вами обо всем, но у меня еще слишком мало сил, так что, если возможно - давайте по существу.

- По существу? - аврор уставился на Люциуса и спросил: - Когда вы в последний раз виделись с профессором Снейпом?

Люциус едва не вздрогнул, а сердце стукнуло как-то слишком больно.

- Пожалуй еще до моего ареста… - протянул он, словно припоминая, - на дне рождения моей супруги он точно был.

- А позднее?

- Может быть… Не помню.

Аврор был явно недоволен.

- А после освобождения?

- Я уже говорил. - Лорд поморщился, не желая повторяться. - Целители никого ко мне не пускали. Да и вообще… Видите ли, аврор Бернс, я не хочу никого обидеть, но профессор Снейп все же несколько не тот круг общения, к которому привыкла моя семья. Я вынужден был приглашать его, как декана моего сына, но мы, знаете ли, не друзья. Скорее - наоборот.

- Но вы состояли в организации Пожирателей вместе.

- Вот именно, аврор! - Люциус чуть приподнялся и горячо продолжил: - Я бы желал, чтобы ничто не напоминало мне о моей глупой ошибке, и тем более - бывший соратник. Он, кстати, тоже не горел желанием со мной дружить.

Аврор заглянул в пергамент, и задал следующий вопрос:

- У вас с профессором Снейпом были неприязненные отношения?

Да что же ты натворил, проклятый упрямец?

- Аврор, скажите, у вас есть дети?

Аврор удивленно кивнул:

- Да, дочь…

- Учится? - мягко продолжал лорд.

- На Гриффиндоре.

- Неужели вы стали бы враждовать с деканом Дома, зная, как это может отразиться на вашем ребенке? Я сейчас не говорю о профессоре Макгонагал. Декан Дома Слизерин известен непростым характером, и, конечно, думая о пользе для сына, я предпочитал не ссориться с его начальством. Но вы заинтриговали меня, аврор. Могу я узнать, почему вас так интересует профессор зельеварения?

- Вообще-то - ЗОТС. - снова подал голос младший из троих.

- Вот как? - удивился Люциус. - «И ведь даже не сказал, гад».

- Профессор Снейп разыскивается Авроратом по обвинению в убийстве Альбуса Дамблдора. - сообщил Бернс и снова впился глазами в лорда, ожидая реакции.

- Вы шутите, аврор? - голос был не просто спокойным, но абсолютно безжизненным, и аврор занервничал.

- Увы, нет.

Северус, как?

- Директор Дамблдор убит?

- Да. Из показаний мистера Поттера стало известно, что профессор Снейп применил к нему убивающее проклятие.

- Минуту… - Люциус щелкнул пальцами и приказал: «Зелья». - Простите, господа.

В голове было пусто и гулко, как в новом котле, сердце болело и невыносимо ныла голова. Приняв успокоительное и, подумав, укрепляющее, лорд отставил шкатулку и ненадолго прикрыл глаза.

Что же ты натворил, мой хороший? Люциус вспомнил их последний разговор. Вот, значит, как? «Сам разберусь»? Да… Радикально, Северус, весьма радикально…

- Прошу прощения, - еще раз извинился он, - а что там делал мистер Поттер?

- Это вас не касается. - сердито ответил молодой аврор.

- Конечно. Еще раз извиняюсь. И вы пришли искать Снейпа здесь? Почему?

Они переглянулись, и Люциус почувствовал, что главные неприятности еще впереди.

- Видите ли, ваша светлость… После того, как Снейп убил директора, он покинул Хогвардс, захватив заложника…

- Заложника? И кому же так не повезло?

- Вашему сыну.

Люциус почувствовал головокружение и вцепился в подлокотники, чтобы удержаться: ему казалось, что он падает в яму и вокруг на мгновение потемнело…

- Энервейт!

- Благодарю, аврор.

Ему протягивали воду, и Люциус жадно выпил.

- Что с Драко?

- Мистер Поттер утверждает, что профессор схватил Драко и принудил идти за собой, затем они аппарировали.

- Я не понимаю: если мистер Поттер наблюдал все это, почему он не вмешался? Почему не сопротивлялся Драко? Их же было двое? Да и как Снейп мог убить директора? Он и вполовину не так силен, как Дамблдор!

- Дело в том, что там была команда Пожирателей, с вашей родственницей, кстати, во главе, директор был болен и не смог сопротивляться. Его обезоружили, но решающий удар нанес Снейп.

- А… мой сын?

- Кажется, его вынуждали убить директора, но он отказался…

- Господа… - Люциус снова почувствовал бездну под ногами. - Прошу вас… Я больше не могу разговаривать с вами сейчас… Не могли бы вы прийти в другой день?

Люциус призвал эльфа.

- Позови хозяйку.

Авроры пожалели его: собрав свои пергаменты и попрощавшись, они вышли. Люциус отправил эльфа проводить гостей и снова потянулся за успокоительным. Постучав, вошла Нарцисса.

- Люциус, что сказали авроры? - она пригляделась к мужу и занервничала. - Что-то случилось?

- Позволь мне спросить у тебя: что-то случилось? - Люциус сдерживался, только благодаря двойной дозе успокаивающего. - А точнее - как случилось, что я перестал быть хозяином в собственном доме, и главой собственной семьи?

Нарцисса опустилась в кресло, держась очень прямо и уточнила:

- Что ты имеешь ввиду?

- Нарси, я надеюсь, что вы все руководствовались исключительно благими намерениями, скрывая от меня происходящее, но объясни, почему о метке Драко я узнаю от Снейпа, а не от тебя и сына, а о смерти Дамблдора - от авроров?

Нарцисса помертвела, и Люциус почти пожалел ее, но гнев и беспокойство искали выхода.

- Дамблдор убит? - прошептала Нарцисса. - Кто это сделал?

- Снейп.

Нарцисса всплеснула трясущимися руками и закрыла ими лицо.

- Не Драко…

- Что ты знаешь?

Супруга молчала, и Люциус, ненавидя себя, решился применить силу. Направив палочку на жену, он холодно произнес:

- Посмотри на меня. - Нарси подняла глаза. - Если ты сейчас не расскажешь мне все, я использую Империо.

Нарцисса несколько секунд смотрела на него неверящим взглядом, потом выпрямилась и заговорила…

К концу рассказа палочка Люциуса поникла в его руке. Он не верил тому, что услышал.

- Нарси, как ты могла?.. - тихо проговорил он. - Он же весь в обетах и клятвах… Дамблдор ему был почти как отец… Да я сам готов был убить его, но Северус любил этого лицемера. Как ты могла?..

- Я спасала нашего сына! - неожиданно зло ответила Нарцисса. - Пока ты со своей любовью развлекался в тюрьме, я делала все, чтобы спасти семью. А Драко спасал меня! И его метка - только моя вина! Не смей упрекать меня: твой Снейп мне никто, но для тебя и Драко я делала все, что могла. Если ты считаешь меня виновной перед собой или Родом - просто выжги мое лицо с Фамильного Древа, но не смей заставлять меня выбирать между твоим любовником и собственным сыном.

Леди Малфой встала, ожидая решения главы Рода, а тот не знал, что ему сказать и только смотрел на бледное, застывшее лицо жены.

- Простите, леди. Вы абсолютно правы перед Родом и передо мной. Примите мои извинения.

Нарцисса церемонно поклонилась.

- Нарси, они сказали, что Северус похитил Драко. Ты что-нибудь знаешь?

- Нет.

- Если Северус еще жив… - Люциус вскочил и вызвал эльфа: - Одеваться! Если он умер, Нарси… Ты в своем праве, но я не забуду.

- Я знаю, Люци. - грустно ответила Нарцисса. - Прости.

Люциус, не ответил, надевая выходную мантию и поспешно приглаживая волосы. Легенду придумывать тоже было некогда, но сидеть и ждать дома он просто не мог. Так и не посмотрев на Нарциссу, Люциус сначала аппарировал в кабинет, потом, взяв портключ, переместился в Мексику, уже при перемещении ощутив, что выбрал верно: Лорд был там, а значит, там мог быть и Снейп. Думать о Драко Люциус просто боялся.

18 глава

Он оказался в гостиной и понял, что опоздал: Драко лежал у ног Волдеморта съежившись, и не шевелился, а палочка Повелителя была направлена в грудь стоящего над его сыном Снейпа. Сам Риддл сидел в кресле и любовался на свои жертвы с совершенно змеиной улыбкой, у камина свернулась огромная змея.

- Люциус! Ну надо же… Еще вчера мне докладывали, что ты при смерти. Что воскресило тебя из мертвых?

Палочка чуть опустилась, снова указывая на сына, и Люциус дернулся. Предостерегающий взгляд Снейпа остановил его.

- Мой Лорд… - он поклонился.

- Ниже, чем обычно, Люциус. Мне кажется, или ты пытаешься увидеть, дышит ли твой наследник?

- Да, мой Лорд.

- Ты так заботишься о нем?

Ресницы Драко затрепетали, и Люциус обрадовался: сын жив, он в сознании. Снейп, отстраненно глядевший мимо него, тоже был жив. Люциус взял себя в руки.

- Он мой наследник, Повелитель.

- Но не твоя кровь. И это заметно, надо сказать: в нем нет ни твоей твердости, ни твоего огня, мой принц. Очень жаль.

- Вы сами сказали - не моя кровь. - пожал плечами Люциус.

- Так, может быть, надо было отдать его настоящему отцу? Думаю, если бы воспитанием занялся Северус, мы бы получили нечто невероятное.

Люциус заметил, как глаза Драко широко раскрылись и сомкнулись снова. Его мальчик - молодец. Молчи, Драко, только молчи.

- Северус, тебе не обидно, что твоего сына так испортили? Он совершенно ни на что не способен.

- Простите, мой Лорд, но ни ранее, ни сейчас, я не претендовал на отцовство. То, что я невольно помог лорду Малфою в приобретении наследника - никак не влияет на мое отношение к его сыну.

- То есть, он не нужен вам обоим? - руки лежащего ребенка судорожно сжались. - Какое единодушие! Что ж, могу вам помочь…

Лорд поднял палочку и, с усмешкой оглянувшись на Снейпа, снова принялся смотреть на Малфоя: Люциус держал лицо гораздо хуже, и, чтобы не выказать ужаса и жалости, изобразил презрительную ухмылку:

- Благодарю, мой Лорд, но - нет. Нарцисса будет безутешна, а это очень отягощает семейную жизнь. Да и заводить нового наследника - слишком хлопотное дело.

Лорд удивленно качнул головой и рассмеялся:

- А ты совершенствуешься, мой мальчик. Такое равнодушие, так правдоподобно! Но мне даже легиллименция не нужна, чтобы понять, что ты сейчас чувствуешь. Вот Северусу, действительно, наплевать, но тебе - нет. Неужели ты все-таки привязался к ублюдку?

Драко на полу дернулся, как от удара, на ресницах сверкнуло мокрое.

- Увы, мой Лорд, я слишком мягкосердечен. - покаялся Люциус, отводя глаза.

- Это тебе всегда и мешало. - согласился Волдеморт. - Значит, желаешь получить его назад?

- Если вы позволите, мой господин.

- О, да, желаешь, и очень. Ответь мне, Люциус, что получу я за несвойственное мне милосердие? Что ты можешь предложить?

Снейп смотрел слишком равнодушно. Осторожней.

- Все, что у меня есть - по праву ваше. - произнес Люциус, ожидая приговора.

- Я рад, что ты это помнишь…

Лорд обернулся к Драко и пнул его ногой, переворачивая.

- За это никчемное создание ты готов пожертвовать собой? Что ж, это твой выбор…

Палочка поднялась, указывая теперь в грудь Малфоя, но Лорд, видимо, имел свои планы: достаточно насладившись ожиданием боли на лице жертвы, он проговорил:

- Завтра утром все мои счета должны быть открыты, Люциус, и мне все равно, как ты этого добьешься: умоляй на коленях, убей главу гоблинов, позволь себя трахать всему банку - но если мой приказ не будет выполнен, тебе предстоит множество хлопот с поиском новой супруги, способной родить наследника Роду Малфоев.

- Благодарю, мой Лорд.

Люциус посмотрел на ожидающее выражение на лице Риддла и, преклонив колени, поцеловал край мантии Повелителя.

- Все лучше, Люци. Все легче и легче, не так ли? - довольно усмехнулся тот. - Скоро ты будешь делать это с радостью. Можешь встать. Забирай своего наследника и приведи его в порядок: столь жалкое зрелище расстроило даже Нагайну.

При звуке своего имени, ужасная змея приподняла голову и повела ей в сторону хозяина.

- Снейп, ты тоже можешь быть свободен. Надеюсь, ты не откажешь в помощи своему врагу и его приемному сыну?

Снейп молча поклонился.

- Драко, - вдруг обратился Лорд, и все замерли, - видишь: ты не нужен никому, кроме своей глупой, никчемной матери, и меня. Подумай, реши. У тебя еще есть время, но оно течет сквозь пальцы, и скоро совсем иссякнет. Второй ошибки я не прощу.

Лорд отошел к камину, дотронулся до своего фамильяра, и оба исчезли. Люциус бросился к сыну и натолкнулся на неверящий и отчаянный взгляд.

- Отец? - голос сорвался, словно Драко не знал, имеет ли он право называть его так.

- Драко, сынок…

- Не сейчас. - от холодного окрика Драко вздрогнул и с ужасом оглянулся на декана. - Люци, портключ.

Люциус втянул сына на колени, Снейп обнял обоих, и Люциус активировал портключ.

Они были дома…

Люциус вызвал эльфа:

- Целителя, хозяйку.

- Целителя нет.

- Как нет? - но эльф уже испарился. - Северус?

Драко уложили на кровать. Трясущимися руками Люциус освободил сына от одежды. Ран на теле не было, но Драко был без сознания.

- Северус!

- Отойди.

Снейп отодвинул Люциуса от постели и применил диагностические чары.

- Все не так страшно, Люци.

Люциус отстраненно наблюдал, как пошарив в карманах, Снейп достает зелье от Круцио и приподнимает голову ребенка. Силы внезапно закончились.

- Люциус, помоги.

Им удалось напоить Драко зельем, и Люциус снова опустился на стул рядом с кроватью. Вбежавшая Нарцисса кинулась к постели, оттолкнув Снейпа и не заметив мужа.

- Нарси, где Блейз?

Она обернулась так медленно, что Люциус успел испугаться, что Драко…

- Его нет.

- Что значит - нет?

- Ему пришлось срочно уехать.

- Что? - у Люциуса не укладывалось в голове. - То есть, ты решила, что если умрет мой любовник - я убью твоего?

- Ты был бы вправе так поступить.

- О, безусловно! Ведь я - высокомерный мерзавец, унижавший тебя все эти годы. Но, как бы то ни было - мой любовник пока жив, и ты можешь сообщить своему, что опасности нет. Пусть возвращается. Не разумно разбрасываться полезными людьми в такие неспокойные времена.

Нарцисса недоверчиво смотрела на него, и Люциус не сдержался:

- Ну, что ты стоишь? Немедленно посылай к нему Патронуса, Драко нужна помощь!

Нарцисса вздрогнула, словно проснувшись, из ее палочки вылетел призрачный голубь.

«Возвращайся» - Патронус исчез, и через несколько минут, влетевшая в спальню кошка произнесла: «Скоро буду». Нарцисса погладила сына по волосам и вышла встречать целителя.

- Северус, как он?

- Все будет хорошо, Люци, один Круциатус его не убьет.

- Что там произошло?

- Зачем тебе знать? Твой сын никого не убил, его тоже не убили - живи и радуйся.

- Что?

Люциус завелся мгновенно: от небрежного тона, от равнодушия, звучащего в нем.

- То есть, ты предлагаешь мне просто забыть произошедшее и жить, как ни в чем не бывало?

- Ну, почему же? Теперь ты можешь разнообразить свой арсенал шутками на тему «Как мой бывший любовник убил Дамблдора». Заставишь меня изображать в лицах?

Горечь казалась просто осязаемой, и Люциус заставил себя говорить спокойнее.

- Во-первых: мне не интересно, «как», во-вторых: почему это «бывший»? Или ты считаешь, что я теперь тебя недостоин? Такому великому волшебнику нужен любовник получше? И с чего ты решил, что я тебя так просто отпущу?

- Когда ваша светлость вернет на место свои мозги - жестко ответил Снейп, - вы сами поймете, почему. И не отпустите - вышвырнете вон.

- Ну, конечно! - язвительно ахнул Люциус. - Теперь тебя следует опасаться: ты запросто заавадишь меня во время оргазма. Или посадишь на цепь и станешь пытать. Ты ведь теперь злодей и пропащая личность.

Люциус рванулся из кресла и прижал любовника к кровати:

- Северус, мне наплевать, что ты там себе выдумал, но бросить себя еще раз я не позволю.

- Люци, я сегодня убил самого близкого мне человека, почему ты думаешь, что я остановлюсь перед тобой?

Снейпа снова трясло, но он не сопротивлялся, не поднимал рук, только шипел, устало и даже без злости.

- Потому что ты меня любишь.

- Его я тоже любил…

Люциус отвел от лица Снейпа мешающую прядь. Северус вздрогнул от прикосновения.

- Зачем ему понадобилось заставлять тебя делать это?

- Что?

Снейп посмотрел на него с надеждой и смятением.

- Северус, я же знаю о твоих обетах. Ты не мог причинить ему зла, ты даже подумать об этом не мог бы. Если ты убил его, значит, он приказал. Я жалею, что сам не сделал этого раньше.

- Нет, Люци, - улыбнулся вдруг Снейп, - вот это было бы лишним.

- Я когда-то просил тебя о том же, ты помнишь?

- Конечно.

- Так вот - я освобождаю тебя от данного слова. Не смей убивать меня, даже если я сам стану просить об этом, понял? Достаточно…

- Люци… Я действительно тебя люблю…

- И от большой любви к отцу вы спали с моей матерью? - Голос Драко, слабый и хриплый, казалось, сочился ненавистью.

- Драко! - Люциус кинулся к сыну. - Как ты?

- Благодарю, все в порядке. Так что, профессор? Сразу и муж и жена? Да вы, оказывается, разносторонняя личность!

- Вы даже не представляете, насколько. - хмыкнул Снейп.

- Так я, действительно, ваш сын?

Драко было трудно говорить, но гордо вздернутый подбородок и огонь в глазах вызвали в Люциусе гордость.

- Еще не хватало! - казалось, Снейп решил взбесить подростка окончательно.

- Но вы же оба…

- Старались не противоречить Лорду? Спасали вашу нежную шкурку? Лгали в глаза Повелителю, рискуя быть разоблаченными? - предположил Снейп, повышая голос. - Даже странно, что вам хватило ума не закатывать истерику прямо там.

- Но, почему Лорд так уверен? - растерял свой апломб Драко.

- Может быть, потому, что ему так сказали? Всю вашу коротенькую жизнь вокруг вас носятся любящие родители, вас балуют, поддерживают, заботятся, а вы верите первому же слову маньяка, который только что пытал вас, и всю жизнь издевался над вашими отцом и матерью. Подумайте головой, Драко, пока есть время: вы можете отправиться к Лорду и сдать нас. За это вы удостоитесь похвалы, и, может быть, вам даже позволят пытать своих родителей и так ненавистного вам декана, но потом - снова будет Круцио, и так - всю вашу недолгую и несчастливую жизнь. Выбирать вам.

Драко казался раздавленным.

- Но я же все равно…

- Драко, ваш отец живет с меткой уже два десятка лет, и умудрился остаться порядочным человеком, у вас тоже может получиться, если вы будете этого хотеть.

- Северус, что ты делаешь? - только теперь очнулся Люциус. - Ему нельзя всего этого знать! Лорд залезет ему в голову…

- Не залезет.

Снейп присел на кровать и заговорил мерно, словно на лекции:

- Ты не замечал, Люци, что у твоего наследника никогда не болит голова? Ваша семейная мигрень не передалась по наследству?

- И?

- Лорд жаловался мне, что у Малфоя-младшего врожденный блок, не пускающий в его голову никого. Даже захоти Драко - ничего не выйдет. Можешь поверить, я сам неоднократно пробовал. К слову - у Беллатрикс после Азкабана - почти такой же. Так что, решение сейчас зависит только от желания наследного принца. Кстати, слушая рассказы тетушки о героическом прошлом, вы не удивлялись некоторым провалам в истории? Советую расспросить ее о том, как Повелитель обходился с вашими родителями. И поинтересуйтесь у матушки, откуда возникла сказка о моем отцовстве. Поразмыслите на досуге. Ваше решение может стоить жизни не только вашим близким, но и тому, кто вам особенно дорог…

Драко вскинулся, но Снейп уже направлялся к двери.

- Люциус, я подожду в кабинете.

Дверь захлопнулась.

- Вы что, снова?..

- Да. Ты считаешь это ненормальным?

Драко нахмурился:

- Не это… Почему он командует? Ты ведь лорд, ты богаче, красивее, почему ты это терпишь?

- Я люблю его.

- Но как можно… подчиняться?

- Знаешь, Драко… - Люциус попытался найти нужные слова. - Унижает не собственное подчинение, а желание заставить подчиниться. Северус командует, потому что у него такой характер, но стоит мне захотеть - он покоряется мгновенно, и я делаю так же. Ни один из нас не унижает и не унижается, мы просто доверяем друг другу. И, если тебя смущает только это - попробуй довериться себе: может быть, твой возлюбленный будет рад уступить, или тебе самому вдруг понравится принимать заботу и помощь.

Глядя, как краснеет возмущенное лицо сына, Люциус засмеялся.

- Нет, Драко, я вовсе не о сексе сейчас говорю. Хотя, и тут бывают свои предпочтения. Нередко сильный и напористый мужчина радуется возможности побыть слабым и опекаемым.

- А вы с профессором…

- Нет, Драко, это уж слишком. И, я надеюсь, ты не станешь подсматривать, чтобы удовлетворить свое любопытство.

Драко снова вспыхнул.

- Ну, прости, я отчасти шучу. Надеюсь, я хоть немного помог тебе?

- Мне уже ничего не поможет. - вздохнул Драко. - С этим украшением я к нему и близко не подойду.

Он с ненавистью глядел на уродливую метку.

- Да? Я забыл тебе сказать: Аврорат считает, что профессор похитил тебя.

- Как?

- Мистер Поттер заявил, что тебя принуждали убить директора, но ты отказался, и тогда тебя похитили, чтобы наказать.

- Он так сказал? - в глазах Драко недоумение боролось с надеждой. - Он что, не только слепой, но и глухой?

- Ты знал, что он там?

- Нет, Снейп сказал мне, когда мы аппарировали.

- Знаешь, сын, я думаю, что мистер Поттер слепнет и глохнет только тогда, когда ему это зачем-то необходимо. Меня в Отделе тайн он тоже не заметил.

Открывшаяся дверь заставила Драко проглотить следующий вопрос. Нарцисса вошла, решительно держась за целителя Блейза, но, увидев сидящего на постели сына, разжала руку.

- Здравствуйте, Блейз. - спокойно поздоровался Люциус, замечая, что супруга сжимает палочку, спрятанную в рукаве.

- Здравствуйте, ваша светлость.

- Будьте любезны позаботиться о Драко. И успокойте вашу хозяйку: мне кажется, она готова превратить меня в павлина или сойку.

- Только в лебедя, милый супруг. - ответила Нарцисса, расслабляясь. - Прекрасные птицы, и так преданны своим единственным любимым…

Люциус поднялся и поцеловал руку жены.

- У моей леди безупречный вкус и чувство стиля. Надеюсь, мы больше не в ссоре?

- Конечно нет, ваша светлость. Кто в здравом уме станет ссориться с главой Рода?

- Тогда оставляю Драко вашим заботам. Меня ждут.

- Если позволите - я бы хотела поблагодарить профессора Снейпа за его заботу о нашем сыне. Он останется на ужин?

- Он останется. - ответил Люциус улыбкой на улыбку.

- Это было ясно с самого начала, супруг мой.

Когда Нарциссе приходила фантазия поязвить, соперничать с ней было бессмысленно. Люциус вышел, ощущая, как постепенно отпускает беспокойство, и начинают мелко подрагивать руки. Еще один раунд они выиграли. Чей ход дальше?

Снейп ждал его в кабинете, расслабленно сидя у стола, и казался спокойным.

- Ну, что? Разговор по душам состоялся? Ваша светлость прощена?

- О чем ты?

Люциус опустился на стул рядом и призвал бутылку огневиски. Вино сейчас явно не справится. Налив обоим с помощью палочки, чтобы не показывать все еще дрожащие руки, Люциус сделал глоток, откинулся на спинку стула и вопросительно взглянул на собеседника.

- Что думает Драко о нашем внезапном воссоединении? Может быть, мне стоит не показываться здесь некоторое время? У юного лорда достаточно потрясений, не хватает еще ненавистного декана в отцовской спальне.

В словах Снейпа звучала ирония, но взгляд был серьезен и немного печален.

- Драко мучает не то, что мы снова сошлись, а твое явное доминирование во всем. Ты приказываешь мне в моем собственном доме, и я позволяю тебе делать это.

- Разве я приказываю? - удивился Снейп.

- Нет, ты у нас сговорчивый и безобидный, словно лесная фея! Это же известно всякому, кто с тобой знаком хоть немного.

- Тебя угнетает мое поведение, Люци? Я слишком многое себе позволяю? - вот это уже было произнесено всерьез, и Люциус поспешил успокоить любовника.

- Северус, мы знакомы много лет, и ты меня вполне устраиваешь. Просто при Драко веди себя немного помягче: у него сейчас это больной вопрос.

- Что именно?

- Он никак не может решить, что ему делать со своими желаниями. Хочется сдаться и попробовать воплотить мечты, но статус не позволяет разрешить командовать собой. Гордость, Род, условности… Мы же лорды, Снейп, как можно!

- Тебя это, кажется, никогда не тяготило.

- Ты всегда потакал моим попыткам самоутвердиться и вовремя произносил мое любимое «да, мой лорд». - Снейп усмехнулся. - Не думай, что я не вижу этого. Но, боюсь, что у мистера Поттера не хватит на подобное ни ума, ни желания.

- Я бы не стал говорить о желаниях… Будучи в голове Избранного, я видел несколько больше, чем хотел бы знать на этот счет, и он совсем не дурак, но… Нашему мальчику не повезло влюбиться в Героя. Доминирование мистера Поттера едва не лезет у него из ушей, пожалуй, в гипотетической ситуации и я не смог бы ему противостоять.

- Бедный Драко… Но, что я слышу, Северус? Ты примерял на себя роль спутника героя? Да еще и в таком раскладе?

В голосе прорезались неприятные нотки. Собственник, ваша светлость, как не борись.

- Люци, ты ревнуешь?

- Я думаю, что позволил тебе слишком расслабиться, и ты почувствовал себя хозяином положения. Значит, я - надоевшая рутина, а мистер Поттер - недосягаемая мечта? Устал командовать, Север? - голос Люциуса сделался вкрадчивым. - Хочется сбросить груз ответственности и почувствовать хозяина? Что ж, вполне могу тебя понять. Встань!

Снейп молча поднялся. Люциус повел палочкой, избавляя любовника от одежды.

- Тебе надо было просто сказать мне, моя радость. Кажется, я еще никогда не заставлял тебя умолять. Надеюсь, стол тебя устроит.

Люциус раздевался медленно, позволяя глазам любовника рассматривать себя внимательно и жадно.

- А если нет? - спросил Снейп хрипло.

- Ничем не могу помочь: меня он устраивает, а тебе придется просто потерпеть. И не смей кричать: в доме ребенок.

- Заглушающее просить бессмысленно?

- Мне интересно будет видеть, как ты стараешься сдержаться. - бросил Люциус. - Итак, приступим.

Последнее, что Люциус услышал заставило его усмехнуться в предвкушении: все-таки это его «Да, мой лорд» невыносимо возбуждало…

Помогая любовнику подняться, Люциус старался действовать нежно: его немного снесло, и, кажется, Северусу досталось больше, чем они планировали. Но он так старательно давил стоны, цепляясь за края стола, так тяжело и хрипло дышал и так жадно требовал ласки всем своим сильным длинным телом, что его светлость забыл обо всякой осторожности и очнулся только от низкого «Люци», которое Северус не смог удержать. Посмотрев на распростертого на столе Снейпа, Люциус почувствовал стыд, смешанный с удовольствием: любовник не шевелился, изредка вздрагивая, глаза его были закрыты, а, вечно язвящие губы полуоткрыты и слегка улыбались. Спину и бедра украшали синяки и даже укусы. Да, ваша светлость, утвердили право синьора. Наглядно и чувствительно. Люциус принялся покрывать измученную спину извиняющимися поцелуями.

- Напрасно мой лорд отказался от заглушающего. Да и дверь следовало запереть.

Выпрямившийся Снейп едва заметно поморщился, и Люциус сам нагнулся за его мантией.

- Впрочем, теперь ваш наследник поймет, что не все, что кажется верным, таковым является, и немного успокоится.

- Что?

- Твой сын за нами подглядывал.

- Драко? Почему ты не сказал мне?

- Мой лорд запретил мне говорить. - фыркнул Снейп.

Видя, как расстроился Малфой, Снейп попытался утешить его.

- Не переживай, Люци, он прослушал твою вступительную речь, и почти сразу ушел, убедившись, что твои слова не расходятся с делом. И он не слышал ничего о Поттере.

- Так ты все это… говорил для него?

Люциусу стало обидно, но Снейп не дал ему времени расстроиться по-настоящему.

- Люци, когда ты начал раздеваться, я забыл не только про Драко за дверью, но и про все, что произошло вчера… Спасибо за помощь, мой лорд, и благодарю за удовольствие. Надеюсь, вы позволите навестить вас ночью? - Снейп усмехнулся. - Не люблю оставаться в долгу.

Появившийся эльф пригласил их к обеду. Нарцисса снова сидела рядом с Блейзом, и Люциус уселся справа от Снейпа, оказавшись напротив Драко. Тот старался вести себя обычно, но его взгляд постоянно тянулся то к отцу, то к декану, и, если на Люциуса он смотрел смущенно и одобрительно, то Снейп ловил на себе едва ли не насмешливые взгляды. Когда все поднялись из-за стола, Снейп незаметно приблизился к Драко и что-то негромко сказал ему. Подросток смутился едва не до слез, и Люциус поспешил вмешаться. Подойдя, он услышал конец фразы: «… рекомендую проверить лично.»

- Благодарю, профессор. - выдавил из себя Драко и позорно сбежал в другой угол столовой.

- И что такого ты предложил наследнику древнего рода, что он едва не сгорел, как феникс? - поинтересовался Люциус.

- Я посоветовал ему не мечтать, а воплощать свои желания в жизнь… Ну, и уверил, что это не так неприятно, как выглядит со стороны.

- Да как ты смеешь развращать моего ребенка, Снейп? Нарцисса тебя проклянет, если узнает.

- Я, кажется, просил о заглушающих, это ваша светлость не изволили… И не надо считать Драко таким уж ребенком. Пусть разберется уже, что ему нужно. Не исключаю, что ему настолько не понравилось увиденное, что он оставит все мысли о юношах и приведет домой невесту. Мы с тобой все же не модели, его просто могло стошнить.

Люциус не выдержал и расхохотался, не обращая внимания на задумчивый взгляд сына. Кажется, в нем промелькнула зависть.

День у всех выдался длинным и тяжелым, потому спать разошлись рано. Люциус тщательно запер двери и припомнил заглушающее. Снейп не спешил ложиться, и, как-то потерянно сидел на постели, рассматривая свою палочку и не обращая внимания на раздевающегося лорда. Люциусу очень не нравилась подобная задумчивость, и он принялся вздыхать, сопеть, постукивать пальцами по столешнице. При этом он написал несколько писем и, вызвав домовика, велел отправить немедленно: любовь - любовью, а приказы Лорда еще никто не отменял. Наконец, Малфою надоело, что его игнорируют, и он уронил чернильницу и довольно громко выругался.

- Люци, хватит суетиться. - посоветовал ему Снейп. - Ложись спать.

- Спать? - истерично простонал его светлость, всплеснув руками. - Я не могу спать! У меня паника на бирже, проблемы в семье, проблемы с начальством!

Люциус припомнил, как однажды в маггловском кабаке слышал разговор двух девиц, кажется, секретарш. Тогда его очень впечатлило количество несчастий, и теперь как-то само вспомнилось и просилось на язык.

- А еще у меня любовник, который меня даже не замечает! Ты уже час сидишь тут и смотришь в пол, а я, между прочим, давно уже здесь!

Снейп с интересом прослушал выступление лорда и нехорошо усмехнулся. Люциус еще успел пожалеть о своей попытке развлечь партнера, а потом…

Что-то произошло: плечам внезапно стало холодно, перед глазами повисла какая-то кружевная тряпка, на шее образовалось что-то холодное и позвякивающее. Люциус попытался пошевелиться и вокруг него зашуршала материя. Юбки?!!

Возмущенный лорд содрал с головы кружева и наткнулся на смеющийся взгляд любовника.

- Что это? - вопросил он прерывающимся голосом.

- Платье.

- Да как ты…

Люциус покачнулся, обнаружив себя на каблуках и, даже, кажется… - О, Мерлин! - в чулках? Снейп подхватил его, со смехом пояснив:

- Не стоит сердиться, моя принцесса. Я только привел внешнее в гармонию с внутренним.

- Немедленно убери все! - Люциус почему-то был смущен до слез, и боялся покраснеть, вызвав еще насмешки у этого гада.

- Может быть, не стоит торопиться? Ваше высочество так соблазнительно выглядит… - промурлыкал Снейп, сминая воздушную ткань юбок и целуя открытые плечи и грудь своего лорда.

Действительно - чулки. Люциус все же покраснел.

- Месть?

Снейп остановился.

- Люци, если это оскорбительно… - он огорченно потянулся за палочкой.

- Ну, если ты не заставишь меня раздеваться под музыку, так и быть, можешь продолжать. Но ты будешь мне должен. Очень много. И, если об этом кто-нибудь узнает… И сними уже эти ужасные туфли! Как я понимаю, ходить мне не придется.

Снейп подхватил свою принцессу на руки и увлек на кровать. Туфли он так и не снял, но лорду уже было совсем не до этого.

19 глава

Наутро Люциус поднялся с постели и тут же запутался в ворохе материи, оказавшейся платьем. Выругавшись, лорд отпихнул его и заметил, что один чулок удержался на нем до сих пор. Оглянувшись на спящего Снейпа, Люциус стащил розовую гадость с ноги, схватил палочку и уничтожил остатки вчерашнего развлечения, тщательно не обращая внимания на приятную слабость, возникшую, стоило ему припомнить кое-что из ночных подвигов. Однако, нужно было действовать. Приведя себя в порядок, лорд Малфой вышел из ванной и увидел проснувшегося любовника. Снейп, в накинутой мантии сидел на краю кровати и крутил в руках еще что-то ядовито-розовое.

- Я же убрал все. Где ты откопал эту мерзость?

Снейп помолчал.

- Знаешь, Люци, лучше я не буду тебе рассказывать, а то ты меня проклянешь.

Снейп сунул подвязку в карман и поднялся.

- Жду тебя в столовой. - проговорил лорд и поспешил удалиться: краешек кружева, торчащий из кармана, наводил на ненужные в данное время мысли и очень мешал обдумывать нужные.

За завтраком все молчали: похоже, ночь выдалась не из легких. Люциусу принесли почту. Газеты он протянул Снейпу, а письма принялся просматривать сам. Только подняв глаза, он понял, как демонстративно было его случайное движение: сидящие за столом молча переглядывались, пряча понимающие улыбки, а Драко казался слегка шокированным.

- Господа. - Люциус отложил письмо из Гриннготса. - У нас есть проблема, которую стоит обсудить семейно.

Целитель сложил салфетку и поднялся. Снейп не тронулся с места.

- Нет, Блейз, останьтесь. Дело касается наших беглецов.

Всем было понятно, что оставаться в доме, куда в любой момент могут нагрянуть авроры, было опасно. Поэтому Люциус предложил отправить Снейпа и Драко в Мексику, где продолжали жить те, у кого не было дома или надежных родственников.

- Там все еще живут Лейстрейнжи и Руквуд. С Розье ты может быть, даже подружишься. Правда, там иногда появляется Лорд, но ты почувствуешь его. Просто не выходи из комнаты, если не позовут. Северус, ты ведь позаботишься о Драко?

- Полагаю, придется. Я, все же, названный отец. Но не думаю, что Лорд позволит мне бездельничать слишком долго.

- Я уже достаточно вырос, чтобы самому позаботится о себе! -высокомерно заметил Драко. - К тому же, там есть эльфы.

Взрослый переглянулись, но промолчали. Отбыть решили вечером после ужина, и разросшаяся семья отправилась по своим комнатам: у всех были свои дела.

Люциус снова занялся письмами. Гоблины Гриннготса сообщали, что названные счета разблокированы, и с них уже снята внушительная сумма, а названные артефакты, по договоренности, перенесены из сейфа Малфоев в гоблинское хранилище. Люциус вздохнул: узнай отец, что семья потеряла треть своих сокровищ - Люциусу, пожалуй, не поздоровилось бы. Гоблины же намекали, что всегда готовы к услугам: ведь в сейфах Малфоев оставалось еще так много интересного.

Следующие письма были от агентов, наводящих панику на бирже и в деловых кругах. Они сообщали (под заклятьем непрочтения, разумеется), что приступают к обратной операции. Люциусу на экономическом кризисе удалось разбогатеть чуть ли не вдвое, и это несколько примиряло с потерями: нет таких артефактов, которые нельзя снова купить, были бы деньги.

Пока Люциус писал, Снейп был занят чтением. Малфой давно уже перестал следить, какие книги таскает из фамильной библиотеки неуемный профессор. Сегодня он читал что-то о магических обрядах подчинения.

- Хочешь поставить мне метку? - поинтересовался Люциус.

- Да. Ты будешь очень против?

- Снейп, я весь в твоих метках с ног до…совсем неприличных мест. Мне уже нечего терять. Так чем ты там так зачитался?

Снейп захлопнул книгу.

- Кажется, с частью обетов я распростился.

- И сколько осталось?

- Несколько.

- Конспиратор. - надулся Люциус.

- В следующий раз платье будет нежно-голубым. - прищурился Снейп.

- Никакого следующего раза! - возмутился Люциус. - Я тебе не…

- Не принцесса? - ехидно ухмыльнулся Снейп. - Тогда не испытывай на мне свои чары. Или тебе понравилось?

- Интересно, в чем будешь лучше смотреться ты? - задумчиво протянул Малфой. - В изумрудно-зеленом, или вишневом?

- Не думаю, что ты когда-нибудь это узнаешь. А вообще - я одинаково уродлив во всем.

Пришлось опровергать: у сиятельного лорда не может быть уродливого любовника. Люциус надеялся, что ему удалось донести свою мысль, ведь на доказательства он не поскупился.

Активировав портключ, они оказались в Мексике. На вилле было тихо: основные постояльцы разошлись по комнатам, а приходящие, видимо, выполняли задания Лорда или просто развлекались. Люциус и Драко навестили Лейстрейнжей, сообщили, что Драко будет жить здесь, и очень обрадовали Беллу. После года отсутствия, Люциус видел ее впервые, и она показалась ему более здоровой и почти нормальной. Руди выглядел прекрасно, появившийся поздороваться Рабастан все еще болел. Белла потащила Драко показывать его комнату, напротив и чуть дальше по коридору. Снейпу досталась комната рядом. Пока все устраивались, Люциус зашел к Руквуду, и, кажется, попал не вовремя. Ему довольно долго не открывали, и появившийся в дверях хозяин был растрепан и недоволен, но, увидев лорда, радостно разулыбался и распахнул дверь.

- Лорд Малфой! Какая радость!

Мимо промчался полуодетый Розье и закричал сквозь дверь ванной комнаты:

- Добрый вечер, ваша светлость!

Люциус поблагодарил за сына и поспешил уйти, едва сдержав извинения. Надеясь, что не окончательно испортил друзьям настроение, он заглянул в комнату Драко, попрощался и зашел к Снейпу.

- До завтра, Северус.

Снейп вопросительно поднял брови.

- Днем ты можешь быть занят, а ночью, если сможешь, я буду ждать тебя дома.

Люциус достал из кармана запасной портключ и протянул его Снейпу.

- Если хочешь.

- До завтра, мой лорд.

Люциус вышел и, не доходя до гостиной, активировал портал.

Почти неделю ничего не происходило. Появлявшийся по ночам Снейп передавал приветы от Драко и рассказывал, как у него дела. Драко прекрасно прижился среди скрывающихся: он много времени проводил с теткой, и Снейп осторожно заметил, что, кажется, племянник благотворно влияет на ее голову: Беллатрикс стала гораздо спокойней и сдержанней. Еще Драко действительно подружился с Розье и проводил с ним столько времени, сколько было возможно, без ущерба для репутации и доверия Руквуда. Северус сдержанно хвалил тактичность Драко и его умение лавировать между двумя влюбленными, не вызывая ненужных чувств ни в одном из них. Люциус гордился сыном: у самого сиятельного лорда никогда так не получалось.

В этот вечер Люциус, как обычно, ждал любовника в гостиной, но, просидев до полуночи, решил, что Снейпа задержали дела, и все же отправился спать. Около трех часов ночи лорда разбудил осторожный стук в дверь. Открыв, Люциус сначала уловил запах огневиски, а уже потом разглядел любимого, просочившегося в спальню и остановившегося на пороге.

- Доброй ночи, Северус. Что так поздно?

- У нас был рейд.

- Вы громили склад со спиртным?

Северус выглядел слишком довольным для вернувшегося из «рейда». Обычно, там приходилось убивать.

- Почти. «Дырявый котел». Перевернули все бочки, нажрались, как свиньи и подожгли то, что осталось.

- Рад, что ты развлекся.

- Люци, ты не понимаешь: там никого не было. Тома кто-то предупредил.

- Это прекрасно.

Снейп чуть покачнулся и схватился за дверь.

- Я пришел только потому, что ты велел появляться каждую ночь. Если я некстати, позволь извиниться за беспокойство и откланяться.

Люциус вздохнул и прикрыл дверь. Обняв любовника, он почти дотащил его до кровати и помог раздеться.

- Ложись, мой герой. Но в следующий раз, если заявишься в таком виде - спать будешь у себя.

- Ваша светлость необычайно великодушна! - заявил Снейп, пытаясь подняться. - Но, поскольку сейчас я в постели бесполезен, то и пускать меня в нее не следовало.

- Заткнись и спи, Снейп! И если утром я найду тебя где-то кроме моей постели, забудешь, как она выглядит на месяц!

Снейп неожиданно остро взглянул на него:

- А выдержишь, Люци?

- Ложись уже, горе! Куда я от тебя денусь?

Довольный Снейп уткнулся в подушку и начал тихонько похрапывать, и Люциус тоже быстро уснул: вдвоем спалось намного лучше.

Разбудил их яркий свет. С трудом приоткрыв глаза, Люциус увидел Патронус Драко. Серебристый мангуст перевернулся в воздухе, отчаянно произнес : «Папа…» и растаял. С кровати мужчины вскочили одновременно. Лихорадочно одеваясь, Люциус бросил:

- Антипохмельное в ванной. Приходи к себе.

Снейп кивнул, и лорд активировал портключ. В гостиной никого не оказалось, шум раздавался со второго этажа, где располагались спальни. Почти бегом поднявшись по лестнице, Люциус увидел небольшую толпу у двери в комнату сына, запретил себе паниковать и, растолкав всех, пробрался внутрь. Первый, кого он увидел, был Руди, стоящий над телом обездвиженного полуодетого Амикуса Керроу, и явно сдерживающийся, чтобы не пихнуть его ногой. С кровати донесся рваный вздох, похожий на всхлип, и, посмотрев туда, Люциус едва не закричал от ярости: его сын кутался в одеяло, всем телом вжимаясь в обнимающую его Беллу. Она шептала что-то на ухо подростка, поглаживая его по плечам и укутывая сильнее, и взгляды, которые она бросала на лежащего Керроу были пугающими.

- Драко!

Сын дернулся, словно нехотя развернулся, и Люциус потерял дар речи: на лице Драко был огромный кровоподтек, а в глазах стояли слезы.

- Что случилось, Белл?

- Эти свиньи вернулись с задания, перепились и устроили тут бардак. - жестко ответила она. - Большинству вполне хватило Алекто, но, сам понимаешь, братику она отказала, и этот подонок отправился искать более сговорчивую добычу. Хорошо еще, Руди не спал.

Пока Беллатрикс говорила, все еще нетрезвые соратники потихоньку разбредались, опасаясь попасться под руку разъяренному отцу и его родственникам, и, оглянувшись, Люциус увидел в комнате только Руди и Рабастана, а за открытой дверью стояли Руквуд с Розье. Белла слезла с кровати, уступив место Люциусу. Тот сел и прижал к себе дрожащего сына.

- Драко, все в порядке?

Драко кивнул, прижимаясь крепче.

- Странно, что Снейп еще не здесь. Не спит же он, под такой шум?

- Не спит, леди. Доброй ночи.

Снейп появился в комнате и изменился в лице, оценив обстановку. Люциус успокаивающе покачал головой.

- Я вижу, дорогой Амикус, наконец, нарвался. Мало ему было магглов… И кто его так?

- Руди.

- Мои комплименты! - Снейп слегка поклонился в сторону Рудольфуса, и тот кивнул. - Полагаю, стоит выбросить эту мерзость из комнаты. Вы не против, мистер Малфой?

Драко недоуменно поднял глаза, но Снейп обращался прямо к нему, и он выпрямился, освобождаясь от объятий отца.

- Благодарю, профессор, было бы неплохо.

В голосе еще слышались слезы, он дрожал, но манеры и осанка юного лорда были безупречны. Снейп улыбнулся, изумив присутствующих, и поднял неподвижное тело вверх, вынося за порог.

- Я вернусь и принесу зелья.

Драко вежливо поблагодарил родственников и извинился:

- Простите, господа, я хотел бы поговорить с отцом.

Белла, поцеловала племянника, шепнув что-то ему на ухо, Руди улыбнулся, и Люциус проводил их к двери. Слова не шли: он был все еще взвинчен и запоздало испугался за сына так, что страшно было отходить от него даже на пару шагов. Поэтому лорд молча поцеловал свояченице руку и кивнул Рудольфусу.

- Не за что, Люци. - проговорила Белла прежним язвительным тоном. - Тебе не кажется, что твой придворный зельевар немного задержался? Как бы Амикуса не пустили на ингридеенты.

- Надеюсь, что он так и поступит.

Люциус не хотел сейчас думать об этом извращенце: он решит, как с ним поступить потом, сейчас он нужен сыну. Закрыв дверь, Малфой вернулся к своему ребенку. Драко снова сгорбился и сидел на кровати, глядя прямо перед собой. Люциус приподнял его лицо и свел синяк, стараясь не замечать тоскливого взгляда сына.

- Вот и все. Тебе лучше прилечь, Драко. Я переночую здесь, если ты не против.

- Спасибо.

Драко залез под одеяло и лег, глядя прямо перед собой.

- Отец…

- Да?

- Ты осуждаешь меня?

Люциус даже не понял:

- Что?

- Я не справился. - отстраненно пояснил Драко. - Не смог отбиться. Мне пришлось кричать и я опозорил тебя перед всеми твоими знакомыми.

- Мальчик мой, - Люциус с трудом подбирал слова, - ты не ударялся головой? Что значит - не справился? Керроу старше тебя вдвое и втрое тяжелее. И это просто счастье, что он был пьян и не сообразил воспользоваться заклятьями.

- Он сообразил. - Драко отвел глаза, и Люциус предпочел пока не выяснять. - У тебя не будет неприятностей?

- У меня? Это у Керроу будут неприятности. Собственно, судя по отсутствию Северуса, они у него уже есть. И чтобы больше не возвращаться к этой теме: ты бы опозорил меня, если бы не сопротивлялся и не кричал, а позволил себя использовать - из страха или из расчета. Это должно быть только твое решение, всегда. И я горжусь тобой, Драко, ты прекрасно держишься… - из глаз сына исчезло показное безразличие, и Люциус незаметно выдохнул. - Мы еще поговорим завтра, а сейчас тебе лучше отдохнуть.

- Я не смогу уснуть.

- Сможете. - Снейп возник без стука, и Драко дернулся. - Простите.

Из кармана снова появились зелья.

- Успокаивающее и «сон без сновидений». Выпейте, вам надо отдохнуть.

- А где Керроу?

- В Святого Мунго. У него проблемы со здоровьем.

- Какие именно? - поинтересовался Люциус.

- Помнишь Макнейра? Примерно такие же. Милое заклинание. Ну и Беллатрикс немного расстроилась…

Драко уже засыпал.

- Вы не уйдете?

- Нет, Драко, мы не уйдем. Спите спокойно.

- Ты все-таки пустил его на ингредиенты. - шепотом продолжил разговор Люциус.

- Знаешь, то, что у него было, только на ингредиенты и годилось. Неудивительно, что он лез только к детям. Мразь. Давно надо было его…

- Жаль, что нельзя заглянуть в память Драко: расспрашивать я не решился.

Снейп ухмыльнулся довольно:

- К Драко нельзя, а вот к Амикусу вполне можно.

- Рассказывай. - потребовал лорд.

- Драко едва успел послать Патронус, и палочку у него отняли, тогда он начал кричать, но в доме было шумно, а эта мразь наложила Силенцио. Твоему сыну хватило мозгов разбить вазу о стену соседней комнаты. Рабастан вызвал Руди Патронусом: ему сейчас трудно вставать…

- Северус, он… успел что-нибудь сделать?

- Нет, Люци, нет. Все хорошо. Давай и ты выпьешь успокоительного? И ложись рядом с Драко. Я побуду здесь. Впрочем, пока не проспится Алекто, никто не рискнет сюда соваться, а она будет отдыхать долго.

Люциус передернул плечами:

- Мерлин! Она же такая… непривлекательная! - сказать более правдиво не позволяло хорошее воспитание.

Снейп фыркнул:

- Ну, не у всех под рукой есть сиятельный лорд неземной красоты! Впрочем, лет через пять Драко будет приковывать столько же взглядов, сколько и ты.

- Вот уж, не надо! Я не знаю даже, что он скажет, проснувшись.

- Все будет в порядке, Люци. Драко молодец. Он переживет это… Ты же справлялся.

- Так это я. Он еще совсем ребенок. А что, если он потом не сможет доверять никому?

- Тогда Избранному придется постараться. Поверь, он будет рад завоевать доверие юного лорда… Люци, сделай мне одолжение, ложись. Ты нужен сыну, и завтра тебе придется объясняться с Лордом. Я, конечно, помогу, но, сам понимаешь… А Беллу лучше не трогать сейчас.

- А что с ней?

- Похоже, сегодняшнее происшествие стало встряской, и, кажется, вернуло на место перевернутые мозги леди. Боюсь утверждать, но тебе не показалось, что она изменилась?

- Вообще-то да.

- Она испугалась за Драко. Завтра я посмотрю ее подробней, но от Лорда пока лучше держаться подальше: он действует на нее разрушающе. Все, Люци! Или ты ложишься, или я укладываю тебя силой!

Люциус лег прямо в мантии: как следует одеться он не успел.

- Силой? Это что-то новое. Тебя вдохновил пример Керроу?

- Не надейся. Я предпочитаю, чтобы меня хотели. Но, если ты будешь настаивать…

- Я подумаю, Северус. Спокойной ночи.

- Доброго утра, Люци. - ответил Снейп.

За окнами, и правда, светало.

Проснулся Люциус от тихих голосов. Приоткрыв глаза, он увидел сидящего в ногах постели сына, и уловил:

-… разница в возрасте. Как вообще это получилось?

Чуть слышный голос Северуса звучал непривычно мягко и задумчиво:

- Весьма банально. Вы видели школьные колдографии ваших родителей? Тогда вы представляете, как ваш отец выглядел в этом возрасте. На распределении я взглянул в сторону слизеринского стола и пропал.

За усмешкой слышалась легкая горечь, и Люциусу тут же захотелось обнять и утешить. Да, ваша светлость, кто из нормальных людей станет испытывать нежность к змеям? Восхищение, страсть, но - вот это, неуместное, от которого так щемит в груди?..

- Вот так просто? - недоверчиво удивился Драко.

- Просто? Может быть… В моей жизни было слишком мало красивого, Драко.

- Но, ведь, одной красоты не достаточно!

- Вы правы. Желательно, чтобы избранник был благороден, неболтлив и обращал на тебя хоть каплю внимания.

Люциус понимал, что подслушивает то, что не предназначено для его ушей, но с ним Северус никогда не был настолько откровенен. Что заставляет его раскрывать душу нелюбящему его мальчишке? Он вдруг со стыдом догадался: Снейп делает то, чего не сделал сам Люциус. Это он должен был поговорить с сыном, ответить откровенно на все вопросы, чтобы не заставлять Северуса так раскрываться перед его сыном. Но Люциус не торопился, пока не стало слишком поздно, и Снейп снова взял его заботу на себя. Придворный ангел-хранитель, ваша светлость. Только для рода Малфоев.

- Отец обращал?..

- Лорд Малфой тогда был настолько влюблен в вашу матушку, что мне нестерпимо хотелось отравить ее. - и снова за иронией скрывается горечь. - Надеюсь, вы понимаете, что моя нынешняя откровенность - всего лишь следствие бессонной ночи?

- Конечно, сэр. И что было дальше? Вы общались?

- Нет. Если не считать того, что ваш отец дважды спас мне жизнь и стал моим персональным идолом и героем. Я готов был на все ради мимолетной улыбки.

- И что он потребовал? - в голосе Драко зазвенело напряжение.

- О, нет! Ничего такого! - тихо засмеялся Снейп. - Не стоит оскорблять сиятельного лорда сравнением с Керроу. Он позволил называть его по имени, и мне было вполне довольно счастья.

- А потом?

- А потом он закончил школу, а я остался.

- И когда вы встретились снова?

- На моем выпускном. А за год до этого он снова помог мне.

- И… что?

- И ничего, Драко. Его светлость влюблен и женат.

- Но, как же все случилось? Если отец так любил маму, почему он связался с вами?.. Извините, сэр.

- Видимо, и у лордов бывают странные желания, мистер Малфой… Или нет?

- Да… - задумчиво согласился Драко. - Наверное. Но я все равно не понимаю.

- Я тоже. Наверное, мне повезло больше, чем я заслуживаю… Доброе утро, ваша светлость. Хорошо ли вам спалось?

- Спасибо, Северус. - ответил Малфой, поворачиваясь. - Я случайно услышал ваши последние фразы. Могу я упомянуть, что ты заслуживаешь всего, что у меня есть, хотя бы потому, что все эти годы не только регулярно спасал меня, но и потому, что ты единственный человек, кому я доверяю абсолютно?

Кажется, Драко шокировало подобное признание, Снейп же внимательно глядел на Люциуса и молчал.

- Но, отец, а мама?

- Драко, я все сделаю для твоей мамы, и постараюсь исполнить свой долг перед семьей. Она всегда поддерживала меня, но жив и цел я до сих пор только благодаря твоему декану.

- Благодарю за столь лестные слова, ваша светлость. Пожалуй, мне пора. - Снейп поднялся.

- Драко, приводи себя в порядок и прикажи эльфам принести завтрак в комнату. Я сейчас вернусь. Попросить Беллу побыть с тобой?

Драко перевел задумчивый взгляд с отца на декана и обратно.

- Не стоит, отец. Я прикажу накрыть стол на троих?

- Спасибо, мистер Малфой, но, если вы позволите, я бы предпочел лечь, наконец, в постель. Лорд прибудет в полдень, у нас есть еще немного времени.

- Конечно, сэр. Благодарю вас за помощь, и простите за доставленное беспокойство.

Они снова общались вполне официально. Люциус улыбнулся сыну и вышел из комнаты вслед за Снейпом.

Захлопнув за собой дверь комнаты Снейпа, Люциус молча полез к нему с поцелуями, и получил не менее страстный отклик: когда они перевели дух, Люциус обнаружил себя прижатым спиной к двери, а мантию - скомканной где-то в районе груди.

- То есть, поспать мне не удастся. - полу-спросил - полу-сообщил Снейп куда-то в потолок и без предупреждения развернул Люциуса лицом к двери.

- Можно пожертвовать завтраком. - предложил лорд и надолго замолчал: про заглушающие они опять забыли, а за дверями уже начинали просыпаться жители виллы.

Когда Люциус вернулся в комнату Драко, тот уже ждал его за накрытым столом. Люциус ожидал расспросов, но Драко молчал, о чем-то напряженно думая, и, лишь когда они закончили есть, поднял глаза.

- Отец, я могу спросить?

- Конечно, Драко.

- Я могу понять декана: ты, действительно красив, богат, имеешь много возможностей… В тебя вполне можно влюбиться. - Люциус кивком поблагодарил сына за комплимент и поощрил к дальнейшим расспросам. - Достаточно посмотреть, как он на тебя смотрит, когда ты не видишь. Но Снейп… Он некрасив, ты не можешь отрицать этого. Странный выбор, даже если тебе внезапно стали больше нравиться мужчины… Почему именно он?

- Почему? - Люциус посмотрел на сына. - Ты говоришь, что он на меня смотрит. Как?

- Как… - Драко задумался, подыскивая определение. - Как на единорога.

Люциус закашлялся.

- Как?

- Ну, с восхищением и надеждой. И словно боится потерять.

- Ответь мне, Драко, ты бы хотел, чтобы на тебя так смотрели? Чтобы кто-то боялся тебя потерять настолько, что готов был отказаться от всего, что составляет его жизнь: гордости, возможности иметь семью, возможности открыто говорить, что вы вместе. Чтобы он лгал, притворялся, рисковал жизнью, спасая тебя, и ничего не просил взамен? Ты смог бы остаться равнодушным к такому чувству?

- Не знаю… - Драко колебался, но все же спросил: - Ты говоришь, он не просит ничего взамен? Но он же получает…

- Он готов уйти в ту же минуту, как мне захочется его прогнать. И, кажется, даже ждет, что это случится. В этой ситуации я получаю гораздо больше, чем даю, хотя и пытаюсь уравновесить вклады.

- Но, ты, действительно, любишь его?

Драко напряженно ждал ответа, и Люциус честно признался:

- Да.

- Насколько?

- Он, конечно, не единорог, - улыбнулся Люциус, - но фестралы тоже производят неизгладимое впечатление… Драко, мне бы хотелось надеяться, что ты понимаешь, насколько личным является то, что ты сегодня слышал. Ты можешь задавать вопросы, но не обсуждай этого даже с самыми близкими людьми, пожалуйста.

- Я понимаю, отец.

- Хорошо. А теперь - о делах. Когда тебя вызовут к Лорду, ты должен быть испуган, оскорблен и унижен. Молчи, отвечай осторожно и обдуманно, слушай нас. Что бы не предпринял Лорд, не вздумай вмешиваться. Поверь, ты можешь сделать только хуже, заступившись за любого из нас.

- Он что, станет вас пытать?

- Наказывать. - мягко поправил Люциус. - все возможно. Просто молчи, Драко, это лучшее, что ты можешь сделать. А в крайнем случае Северус опять что-нибудь придумает.

- Опять?

- Ну конечно. Ты же не думаешь, что для нас это впервые? Просто молчи и слушай, Драко, что бы ни происходило.

- Хорошо.

До полудня оставалось всего четверть часа. Люциус призвал эльфа и отправил его в Малфой-Менор за своей одеждой. Появляться перед Лордом в одной мантии он уже давно не рисковал.

20 глава

Лорд явился ровно в полдень, и сын и отец почувствовали это одновременно. Люциус ободряюще улыбнулся побледневшему Драко и вышел из комнаты. Он медленно прошел по этажу к лестнице, и начал торжественно спускаться по ступенькам, в надежде оттянуть разговор с Лордом. Когда он был на середине, руку зажгло: Повелитель хотел видеть его немедленно.

Войдя в гостиную, Люциус поклонился и не поднимал головы, пока не услышал знакомое:

- Люциус.

Всякий раз, когда Риддл приветствовал его, Малфою казалось, что на него сейчас набросится огромная змея. И, даже не набросится, а медленно подползет, обнимет своими кольцами и медленно, с наслаждением задушит. Люциус видеть не мог ужасный фамильяр Повелителя, и все ждал, когда Лорд поймет это и начнет над ним издеваться.

- Мой Лорд.

- Подойди!

Волдеморт был рассержен. Рядом с ним, сидящим в кресле, стояла помятая и злорадно скалящаяся Алекто Керроу. Успела… И когда только.

- Объясни мне, Люциус, почему в твоем доме калечат моих верных слуг, а ты не только не возражаешь, но и, кажется, попустительствуешь этому?

- Мой Лорд, я могу объяснить…

- Да, уж постарайся! Или мне спросить твоего сына?

- Не думаю, что в этом есть смысл, Повелитель. - услышав за спиной голос Снейпа, Люциус почувствовал себя уверенней. - Юный лорд Малфой рыдал всю ночь, и вряд ли сможет сказать что-то вразумительное.

Ухмылка Керроу слегка увяла.

- Всю ночь? Неужели юношу так расстроило несостоявшееся свидание?

- Свидание? - Люциус не стал сдерживать возмущения. - Простите, мой господин, но нападение пьяного извращенца на спящего ребенка раньше называлось по-другому.

- Вот как? - Риддл обернулся к Алекто, и та побледнела. - Меня уверяли, что молодой человек был не против.

- На него наложили Силенцио, отняли палочку и избили. Не думаю, что мой сын в столь юном возрасте увлекается подобными вещами.

- Боюсь, нам придется все же побеспокоить Драко. Люциус…

Люциус вызвал эльфа и отправил его за сыном. Между тем, Лорд продолжал:

- Мне не слишком интересно, что между вами происходит, пока это не касается моих прав: тех, кто носит мой знак, могу наказывать только я.

- Простите, мой Лорд. - Снейп поклонился, почти не согнув спины, кажется, пытаясь спровоцировать Повелителя до прихода Драко. - Меня всегда раздражал Керроу. Детские воспоминания, знаете ли…

- Что ж, это я могу понять, Северус.

Лорд, вопреки надеждам Снейпа, не спешил с Круцио, да и вообще, был подозрительно мягок, и Люциусу пришлось спрятать руки за спину, чтобы дрожащие пальцы не выдали его беспокойства.

- Но, почему ты, а не Люциус? У него - все права защищать сына. Или ты все же не так бесчувственен, как хочешь казаться?

- Его светлость был занят, успокаивая наследника, а мне давно хотелось опробовать новое заклинание, но все не было повода.

- Я бы предпочел, чтобы ты тренировался на магглах, а не портил мне слуг.

- Простите, мой Лорд. - снова поклонился Снейп.

Дверь открылась, и Люциус оглянулся на вошедшего Драко. Его наследник выглядел угнетенным. Красные глаза указывали на бессонную ночь, а распухшие губы и нос - на ночь, проведенную в рыданиях. Обычно прямой, как стрела, Драко сутулился, двигался через силу и прятал глаза. Хорошо, Драко.

- Подойди ко мне, мой мальчик. - ласково произнес Волдеморт, и Люциус едва не сделал шаг вперед.

Драко подошел к креслу Повелителя и остановился, безвольно свесив руки.

- Мой Лорд. - голос звучал глухо и нервно.

- Драко. Ты плохо выглядишь.

- Простите, мой Лорд, я плохо спал этой ночью.

- Почему?

Драко помолчал.

- Один из гостей нанес мне визит, к которому я оказался не готов.

- Ты не ожидал его?

Лорд, кажется, решил поиграть в справедливого судью, но предугадать приговор было невозможно.

- Нет, мой Лорд.

- А мисс Керроу уверяет, что вы уже некоторое время встречаетесь.

- Нет!

Голос Драко испуганно взметнулся, он беспомощно оглянулся на отца и еще больше съежился.

- Не пугайся, Драко, твой отец не станет тебя наказывать. Иди сюда. - Риддл протянул руку, и Драко опустился на пол у его ног. - Скажи правду.

- Мой Лорд…

Люциус едва мог смотреть на своего сына, стоящего на коленях перед чудовищем. Как он мог допустить, чтобы его мальчик оказался в таком положении? А Лорд, снова безошибочно догадавшись о его чувствах, положил руку на голову Драко, почти укладывая того к себе на колени. Нет!

- Не стесняйся, мой мальчик. Я не стану осуждать тебя.

- Мой Лорд… - Драко всхлипнул и прошептал что-то склонившемуся над ним Волдеморту.

- Да? - удивился тот. - Все еще?..

- Но, я не знаю, как можно это доказать. - едва слышно проговорил Драко.

- Можно выпить Веритассерум. - предложил Волдеморт рассеянно.

- Я готов, мой Лорд.

Драко выпрямился и вздернул подбородок, случайно скидывая с головы руку Лорда.

- Северус…

- Позвольте предупредить, мой Лорд, что аллергии на магические зелья обычно передаются по наследству. Если вы позволите, я приготовлю антидот и и вызову нашего целителя из Мунго.

- Мой Лорд! - взвизгнула посеревшая Керроу, и Люциус жестко усмехнулся: конечно, она понимала, что если с Драко что-нибудь случится, ей и ее братцу не жить. - Не стоит! Боюсь, что Амикус просто решил похвастаться. Я прошу прощения за то, что отняла у вас время, но я была не в себе после известий о брате.

- То есть, ты отказываешься от требования мести? - уточнил Лорд.

- Отказываюсь, мой господин. Лорд Малфой имел все права наказать моего брата.

Говоря это, Алекто с ненавистью глядела на старшего Малфоя.

- Хорошо… Ты можешь идти, Алекто. Передай брату, что я с ним поговорю, когда он поправится и сможет хотя бы стоять, не сгибаясь.

- Благодарю, мой Лорд. Прощайте.

Она вылетела за дверь, и Люциус даже позавидовал: почему-то у него было чувство, что главное представление еще впереди.

Лорд проводил Алекто глазами и перевел взгляд на оставшихся в комнате.

- Люциус, ты совсем не занимаешься сыном. - мягко упрекнул он и обратился к Драко. - Твой отец в твоем возрасте имел уже достаточный опыт. Я и не думал, что в наше время столь красивый молодой человек может быть столь неискушен в отношениях. Если, конечно, это правда. А может быть, ты считаешь, что никто тебя не достоин?

Люциус едва удержался, чтобы не посмотреть на Снейпа.

- Нет, мой Лорд, просто я не слишком задумывался об этом вопросе.

- Ложь. - все так же мягко констатировал Риддл. - Все подростки думают об этом. И делают. Что ты скрываешь от меня, Драко? Или, может быть, не от меня?

Драко снова оглянулся на отца, и в глазах его промелькнуло отчаяние.

- Я… Простите, мой Лорд, я солгал.

- Ты влюблен, мой мальчик? И для кого же ты хранишь себя?

Люциус уже готов был вмешаться, чтобы не дать этому чудовищу добиться правды и убить его сына, но сильнейшая паника, которая пробилась даже сквозь его собственную, заставила его оглянуться. Снейп чуть качнул головой, запрещая, и Люциус, доверившись, остался на месте. Снейп немного успокоился, его чувства вновь стали почти не заметны.

- Позвольте мне не называть имени мой Лорд, - Драко, казалось, едва сдерживался, чтобы не заплакать, - Этот человек… он старше меня.

- Ты сказал «этот человек», Драко? Ты мечтаешь о мужчине?

Люциус прикрыл глаза, чтобы скрыть свое удивление: мальчик пытался играть? Лорд не простит обмана, стоит Драко допустить ошибку, они погибнут. С другой стороны, Лорд был невысокого мнения о Драко, а истинного виновника подростковых грез называть было еще более опасно, чем лгать. Он снова посмотрел на сына и наткнулся на торжествующий взгляд Риддла:

- Люци, я смотрю, для тебя это тоже новость?

- Я слишком редко вижу сына, мой Лорд: школа, тюрьма…

- Продолжай, Драко. - кивнул Лорд.

Драко обреченно заговорил, словно торопясь покончить с этим побыстрее:

- Я надеялся, что когда-нибудь он обратит на меня внимание, но недавно узнал, что этого никогда не случится.

- Почему же? Твой избранник любит женщин?

- И это тоже. Просто невозможно, мой Лорд.

- Ты пытался что-нибудь предпринять?

Когда же это кончится? Люциус вспоминал подобные разговоры, всегда походившие на пытки. Бедный ребенок!

- Да. Однажды я… попытался признаться…

- И что?

- Меня просто выгнали и сняли баллы…

Драко осекся, испуганно застыв. В полной тишине упавшая из рук Люциуса трость стукнула о пол, подобно выстрелу.

- Что?

Смех Повелителя прозвучал удивительно радостно.

- Встань, мой мальчик. Бедное дитя, это надо же было так выбрать!

- Снейп… - прошипел Люциус, скрывая панику за бешенством.

Он демонстративно повернулся к Лорду спиной и медленно двинулся на Снейпа.

- Как это понимать?

- Сиятельный лорд злится от того, что его наследник не разделяет его отвращения ко мне, или от того, что я не разделяю чувств юного лорда?

- Люци, ты забыл палочку на полу. - весело вмешался Риддл.

Люциус двигался, пока палочка Снейпа не уперлась ему в грудь.

- И что теперь? - язвительно поинтересовался Снейп. - Станете пачкать об меня руки?

- Если бы Драко не сказал, что ты его выгнал, я бы убил тебя здесь. - тихо проговорил Люциус, с ненавистью глядя мимо лица партнера. - Но, если я узнаю, что это не так… Мне плевать, насколько ты извращенец, Снейп, и хватит ли тебе совести прикоснуться к собственному ребенку, но теперь это мой сын, я я советую тебе об этом помнить.

- Прекрасно сказано, Люциус! - Лорд даже пару раз свел ладони. - Но не кажется ли тебе, что это должны решать только двое? В конце концов, в их случае рождения уродов можно не опасаться.

- При всем уважении, мой Лорд, это ненормально.

- А, может быть, ты просто ищешь повод отомстить за собственные унижения? Боюсь, у Северуса это всегда получалось гораздо лучше.

- Благодарю, мой Лорд, но избалованные мальчишки меня все еще не интересуют.

- Так переодень его в платье, Северус, уверен, он не откажется. Только посмотри, как он тонок и нежен… Такой соблазн - готовый на все влюбленный девственник. Ты ведь согласишься, Драко? Ради любви?

Лорд впился насмешливым взглядом в стоящего перед ним подростка. Драко медленно выпрямил спину, поднял подбородок и очень спокойно ответил:

- Как прикажет мой Лорд.

- Похоже, Люциус, твой сын гораздо благоразумнее тебя.

- Не моя кровь… - глухо проговорил Люциус.

- Папа…

- Поговорим позднее, Драко.

- Не смей наказывать сына, Люциус - предостерег Риддл, ухмыляясь. - Нужно было вовремя заняться мальчиком и сводить его в бордель. Теперь его просветит кто-нибудь другой. И, если это все же будет Северус, то так тому и быть. Впрочем, я устал от вас, можете идти. Драко, если отец будет слишком суров, можешь обратиться ко мне.

- Благодарю, мой Лорд.

Драко склонился, стараясь не встретиться с отцом взглядом.

- Снейп, останься. Люциус, вина нам. Сам не приноси - не хочу тебя сегодня больше видеть. Вон!

Люциус со всем возможным достоинством выскочил из собственной гостиной и подождал сына за дверью. Приказав эльфу принести вина, Люциус сделал Драко знак следовать за ним и быстро пошел по лестнице вверх. Он боялся не сдержаться и дать себе волю прямо в коридоре, и все крепче сжимал трость: положение обязывало держать лицо.

21 глава

Едва Драко закрыл дверь, Люциус резко обернулся, выхватывая палочку и отбрасывая от себя трость. Бледный Драко прижался спиной к двери и зажмурился. Наскоро пробормотав запирающее и заглушающее, Люциус выронил палочку и прижал сына к себе, только через несколько мгновений сообразив не стискивать руки так сильно.

- Папа, прости…

- Драко… Драко!

Люциус не мог собраться с мыслями, чтобы успокоить ребенка, а тот уже дрожал в его руках и, кажется, изо всех сил старался не расплакаться.

- Все хорошо, мой мальчик, все хорошо. Ты просто молодец. Все получилось прекрасно… Уж точно, могло быть много хуже.

- Папа, я не хотел… Я хотел, чтобы он поверил, я просто не мог ничего придумать… Папа, я вовсе не хотел… Я не думал…

- Успокойся, Драко, ты замечательно справился. Даже я не придумал бы так удачно.

- Отец! - отчаянно воскликнул Драко. - Послушай!

Люциус отпустил его и отодвинулся, внимательно глядя на сына.

- Слушаю.

- Я действительно ходил к Снейпу, но это было не за тем… Я просто хотел… не важно! Но он выгнал меня, правда! Поверь, пожалуйста! Он так рассердился, что я испугался, что он проклянет меня. Он вовсе не хотел…

- Я знаю.

Драко удивленно замолчал.

- Северус рассказал мне, как ты решил отомстить ему. Не волнуйся, я вовсе не сомневаюсь ни в тебе, ни в профессоре Снейпе. И эта история очень удачно пришла тебе на ум, а твоя оговорка хотя и была опасна, но, в конечном счете, все получилось неплохо.

- Но ведь Лорд приказал мне…

Люциус поднял палочку, взял Драко за руку и усадил в кресло у камина. Вызвав эльфа и приказав принести чай, он уселся рядом и, не отпуская руки сына, улыбнулся:

- Лорд ничего не приказывал, он просто так развлекается. Успокойся, сынок, никто не заставит вас с Северусом делать ничего, что вам не хочется. Ну, разве что, Повелитель потребует примерить платье. - увидев ужас в глазах сына, Люциус спохватился. - Не волнуйся, Снейп скривится, заявит, что терпеть не может мальчишек в платьях, и Лорд отменит приказ.

Люциуса тоже потряхивало: волнение стало отпускать. Нервировала мысль о том, почему так задерживается Снейп, и Люциус, кажется, болтал ерунду, чтобы заглушить беспокойство. Пора взять себя в руки.

- Я думаю, Северусу удастся отвертеться от любезного предложения Лорда. Какое-то время декан будет на тебя рычать, а ты - печально вздыхать и хлопать ресницами. Потом Лорд придумает какое-нибудь новое развлечение, и про вас забудут.

- Ты так уверен в нем? Ты совсем не волнуешься. Он же остался там…

- Поверь мне, Драко, твой декан выпутывался из ситуаций гораздо опасней, чем эта. Но ты прав: я волнуюсь. Надеюсь, Лорд скоро его отпустит.

- Отец… Прости меня, я чуть не подвел вас с… деканом.

- Драко, ты ведь еще мальчик - только не обижайся - но соревноваться с Лордом не по силам даже мне. Пожалуй, только Северусу это и удается.

- Он настолько хорош? - недоверчиво восхитился Драко.

- Я в этом случае не могу быть беспристрастным. - усмехнулся Люциус. - Но Северус очень умен, хитер и абсолютно бесстрашен…

В дверь тихо постучали.

- И каждый раз так вовремя!

Люциус отпер дверь и впустил любовника. Едва войдя, Снейп принялся запираться и страховаться от подслушивания. Получалось это у него уже машинально, и Люциус залюбовался точными движениями руки.

- Северус. - мягко позвал он. - Я уже накладывал заглушающие.

- Лишним не будет. - отмахнулся Снейп.

Люциус сотворил еще кресло и призвал бутылку огневиски и пару стаканов. Драко долил себе чая и затих.

- Ну, как?

Снейп опустился в кресло и взял стакан.

- Все в порядке. Ваша светлость может расслабиться: мне удалось отвертеться от щедрого предложения Повелителя, и ваш наследник может начинать страдать от отвергнутой любви.

Драко кивнул. Снейп одобрительно посмотрел на него.

- Вы сегодня удивили меня, Драко. Мои комплименты.

Снейп чуть приподнял стакан, салютуя.

- Северус, почему так долго?

- Да, господа, поздравьте меня: я получил повышение.

Люциусу очень не понравился голос любимого.

- Что ты имеешь ввиду?

- Повелитель назначил меня директором Хогвардса. А теперь - можете смеяться.

Однако, смеяться никто не стал. Драко поспешно прикрылся чашкой, а Люциус едва не выронил стакан.

- Что? Переворот? Все так серьезно, Северус?

Снейп кивнул.

- Когда?..

- Всем велено ждать здесь. Завтра нам объявят планы Повелителя.

Люциус лихорадочно обдумывал риски: вывезти семью ему не позволят, но, пока они в Меноре, заклятья Рода защитят их. Финансы… На переворот требуются большие деньги, и Люциус не сомневался, из чьих сейфов они потекут. Значит, будем принимать меры…

- Спасибо, Северус. Кстати - поздравляю. В твоем возрасте - прекрасная карьера.

- Ты уже как-то говорил мне об этом. Я бы предпочел Азкабан.

- И почему ты еще на свободе?

Снейп отставил стакан, и на лице его проявилась вдруг такая ненависть, что Драко задохнулся и вжался в спинку кресла, стараясь не напоминать о себе.

- Он назначил профессором маггловедения Алекто, а ЗОТС поручил ее братцу. Это будет веселый год.

- Все-таки, как ты вовремя с ним… поговорил. - пробормотал Люциус, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. - Северус, а как же Поттер?

Драко, кажется, перестал дышать, прислушиваясь.

- Надеюсь, мистеру Поттеру хватит ума не являться на вокзал в этом году. Хотя… Думаю, у Лорда на него собственные планы. В любом случае - он смертник.

- Но ведь до сих пор Лорд не схватил его… - почти жалобно проговорил Драко.

- Да, его защищал директор и магия Хогвартса. Теперь все это будет против него.

- Вы выдадите Поттера Лорду?

- Конечно, Драко, для этого я туда и отправлен. - Снейп говорил устало и небрежно. - Вот, если бы мальчишку предупредили, что ему не следует приезжать в школу, тогда я ничего бы не смог ему сделать.

- Северус, прекрати! - возмутился Малфой-старший. - Ты хоть понимаешь, что будет с тем, кто попытается это сделать?

- Ну, если он не будет идиотом и применит заклинание непрочтения, никто, кроме Поттера не сможет прочитать послание. Правда, мистер Поттер настолько привык геройствовать, что может поступить наоборот только из чувства противоречия.

- Гарри не идиот! - Драко снова замер и сжал руками подлокотники кресла.

- Определенно нет. - все так же равнодушно обронил Снейп. - А вот допускать подобные оговорки дважды в день - уже дурной тон, мистер Малфой. Я потратил много сил, вытаскивая вас из одной ямы, а вы тут же лезете в другую.

Снейп нагнулся очень близко и раздельно проговорил:

- Только «Поттер», Драко, даже в мыслях.

Драко кивнул, завороженно глядя на декана.

- Ваша светлость, позвольте откланяться. Я, все же, надеюсь отдохнуть.

- Господин директор, позвольте вас сопровождать: у меня еще осталось несколько вопросов.

- Разумеется, ваша светлость. Вы здесь хозяин.

Снейп поднялся и двинулся к двери, не обращая внимания на потрясенное лицо Драко. Кажется, подобная интимность взрослых слегка его шокировала. Пока Снейп снимал заклятья, Люциус забрал бутылку и уменьшил стаканы.

- Прости, Драко, нам с директором Снейпом нужно обсудить финансовые дела. Мне запереть тебя?

- Не стоит, отец. Все в порядке. Встретимся за обедом?

- Думаю, да. Зайди за теткой, не ходи по дому один. Слишком много посторонних.

- Хорошо. Не волнуйся.

Выйдя за дверь, Люциус ощутил колебания магии: Драко усиливал запирающие чары.

- Северус, что же будет? Чего нам ожидать?

- Ничего хорошего, Люци. Лорд победит.

- А как же Избранный?

Снейп устало присел на кровать:

- Что может сделать мальчишка? Надеюсь, у него хватит сил красиво умереть… Люци, я попрошу тебя: если вдруг Поттер попадется тебе на пути, постарайся его не убить.

- Ты издеваешься? - Люциус сел рядом и притянул к себе любовника. - Да я его на руках носить буду: ты, Драко - слишком многое в моей жизни стало зависеть от этого очкарика.

Снейп хмыкнул:

- Откуда в устах аристократа маггловская кличка?

- От Драко. Он так выражал свое пренебрежение. Интересно, как зовет его Поттер?

- Слизеринский хорек.

- Ну, конечно!

Люциус засмеялся: эту историю он слышал от Макгонагал вместе с извинениями. Все же Барти оказался мстительным подонком, Азкабан ему пухом.

- Раздевайся.

Снейп принялся снимать мантию:

- Снова? Ваша светлость смерти моей хочет?

- Наша светлость хочет, чтобы ты поспал. Эльфы тебя слушаются, прикажи принести обед, когда проснешься, и отдыхай. Если позволишь, я вернусь к ночи.

- Буду рад.

Снейп лег под одеяло и со вздохом потянулся:

- Полежишь немного?

Люциус устроился поверх одеяла, Снейп тут же перекинул через него руку, подгреб поближе и задышал в шею.

- Прекрати сопеть, - сдавленно предупредил Люциус, - иначе снова не отдохнешь.

- Нет, Люци, после того, как меня «отлюбил» наш Лорд, тебе уже ничего не достанется.

- Я ревную! - грозно произнес Люциус и поежился: смешок любовника снова порхнул по шее, вызывая мурашки.

Вспомнив о милосердии, Люциус взял себя в руки и стал обдумывать финансовые задачи. Грядущий переворот не располагал к игривым мыслям, и лорд долго лежал не шевелясь, пока вдруг сам не заснул.

Проснулись они одновременно и незадолго до ужина. Люциус немного смущенно вспомнил о своем обещании выйти к обеду: что подумал о причинах его опоздания сын, было понятно. Но Снейп за спиной был таким теплым, его слегка мутноватый взгляд вызывал странное умиление, и его светлость махнул рукой на угрызения совести: долго ли им осталось? Люциус старался не думать, что будет, когда Лорд доберется-таки до Поттера. Мальчишка, конечно, не сможет выйти победителем, и Снейп умрет сразу же, как только остановится сердце Избранного. Не в силах додумать эту мысль до конца, Люциус изогнулся в кровати и потянул любовника за волосы, вжимаясь спиной, и губами находя губы. Снейп ответил сразу, и ему хватило нескольких минут, чтобы довести своего лорда до исступления, ловя финальное «Север» жадным ртом…

Нужно было вставать, а Люциус все никак не мог разжать руки и отпустить от себя свое сокровище. Еще минуту…Еще чуть-чуть…

К ужину они спустились порознь. На этот раз за большим столом собрались все временные жители и гости виллы. С удовольствием Люциус отметил, что Алекто отсутствует: выкидывать леди из дома было бы крайне невежливо, хотя и очень приятно. Драко сидел между Рудольфусом и Беллой и старался не смотреть по сторонам, а гости, стараясь соблюсти приличия, рассматривали его незаметно и исподтишка. Люциус поклонился присутствующим и сел рядом с Белл. Под тихий разговор ужин подходил к концу, и вошедший Снейп почти не привлек внимания, только Драко и Белла подняли на него почти одинаковые, насмешливо - понимающие взгляды.

Снейп успел поужинать до того, как стали подниматься из-за стола, и все направились в гостиную. Видимо, близость серьезных действий привела соратников в нервное возбуждение, поэтому, вопреки обыкновению, никто не торопился расходиться. Гости расселись по комнате и занялись тихими разговорами, продолжая пить. Рабастан читал газеты, кто-то сел играть в шахматы, Долохов и Мальсибер предпочли карты, Руквуд с Розье тихо обнимались в дальнем кресле, совсем не обращая внимания на окружающих, и Люциус в который раз позавидовал обоим.

Снейп сидел в кресле у книжного шкафа и снова читал что-то огромное, пыльное и древнее. Проиграв в очередной раз, Долохов бросил карты, выругался по-русски, и двинулся через комнату к Снейпу.

- Северус, у тебя случайно нет с собой «феликса»? - спросил он. - Не везет сегодня, хоть убейся!

- Убейся, Антонин. - посоветовал Снейп и вернулся к книге.

- Ну, хоть зелье от головной боли дай. - не унимался русский. - У тебя же по всем карманам пузырьки распиханы.

Долохов качнулся, чтобы не упасть, схватился за Снейпа и неуловимым движением запустил руку к нему в карман. Понял это Люциус, да и сам Снейп, только тогда, когда Долохов издал глумливый возглас и высоко поднял руку с чем-то ядовито - розовым и кружевным.

- Ай да Северус! - заржал Долохов. - Что, оказывается у тебя в карманах! И кто та прелестница, что надевала это для тебя?

Снейп молча отложил книгу и потянулся к рукаву, но Долохов отпрыгнул за кресло Беллы и издевался уже оттуда.

- Ну же, Северус, признавайся! Мы тут считаем тебя отшельником, а ты, оказывается, любишь развлекаться с горячими штучками. Ведь приличная дама такого не наденет?

- Я охотно доверюсь твоему опыту в отношении неприличных дам, Антонин, но должен заметить, что моя личная жизнь тебя не касается.

Вокруг уже собрались изнывающие от любопытства соратники. Люциус понял, что не в силах встать и остался на месте, Белла поднялась и отошла в сторону, Драко застыл в своем кресле напротив Снейпа. Кажется, намечалась схватка. Долохов решил развлечься, и Люциус беспокоился за любовника, но, оказывается, предполагаемая дуэль была не главной опасностью в данной ситуации.

- Что, Лорду больше не нужен бессловесный мальчик для траха? Или ты, Снейп, слишком постарел?

- Антонин! - повысил голос Рабастан. - Здесь дети.

- Дети? Этим детям стоило бы знать, как именно их отцы получили доверие и благоволение Лорда. А, может быть, они в курсе? Драко, ты готов сменить своего отца у ног Повелителя?

- Долохов, я думал мы обсуждаем мою личную жизнь, а не Повелителя. Тебе не кажется, что за подобные речи он может рассердиться?

- Хорошо, - тряхнул головой русский. - Как скажешь. Есть простенькое заклинание, которое покажет нам, чья это вещь. А, точнее - на ком она была в последний раз.

Люциус похолодел. Доигрались, ваша светлость… Долохов полез за палочкой, Снейп выхватил свою, Драко оглянулся на отца с отчаяньем и вдруг…

- Прекратите! - голос Драко дрожал от ненависти.

Все замерли, а младший Малфой взлетел из кресла и оказался прямо перед Долоховым:

- Хватит! Желаете знать хозяина этой вещи? Она моя!

Выхватив из рук оторопевшего Долохова подвязку, Драко обвел всех высокомерным взглядом, и, добавив: «Прошу прощения, господа», выскочил из комнаты, оставив взрослых в недоумении.

Молчание становилось все более неловким. Никто не смел повернуться в сторону Люциуса, зато все изумленно смотрели на Снейпа.

- Развлекся, Долохов? - без выражения произнес тот.

- Вот это номер! - Долохов обвел глазами соратников, словно ища поддержки. - Снейп, но ты же у нас любишь дам?

- Еще пара слов, Антонин - и я забуду о уважении к хозяевам дома. - Поднявшийся Снейп глядел прямо на собеседника.

- Интересно ты понимаешь уважение. - не внял предупреждениям русский, и в следующую секунду его ударило о противоположную стену, а пока все смотрели, как бесчувственный Антонин неловко сползает на пол, хлопнувшая дверь возвестила об уходе Снейпа.

Финита…

Однако, комедия и не думала оканчиваться: Люциус убедился, что Долохов жив и, поручив его заботам соратника - целителя, вежливо раскланялся с опасающимися смотреть ему в глаза гостями. Следовало поговорить с Драко. Подойдя к комнате, Люциус заметил, что дверь, против обыкновения, не заперта, и заглушающее заклинание забыто. Удивившись, он вошел и заперся, не забыв заглушающее. Кажется, Драко был в соседней комнатке, маленьком кабинете, и был не один.

-… или после утренней истории вы решили, что вам всегда будет так везти? - шипел Снейп, явно стараясь сдерживаться. - Что за идиотское самопожертвование? Почувствовали собственную значимость? Уверяю, юноша, взрослые вполне обошлись бы без вас.

- Знаете, директор, - это слово Драко выплюнул с непонятной ненавистью, - может быть вам и наплевать, но я не собирался наблюдать лицо отца, когда заклинание показало бы вашу… даму. Как вы можете? После все ваших возвышенных разговоров о любви… Если вы посмеете снова его бросить, я… - голос Драко прервался, но он справился с собой и продолжил тверже:

- Я сдам вас Лорду. Я скажу, что вы меня заставили солгать ему, угрожая смертью, и что вы не желаете ловить Поттера, я тоже ему скажу!

- Шантаж? Как мило! Только вы не обдумали две вещи, Драко: как вы будете объясняться с отцом по поводу вашего заявления в гостиной?

- Скажу, что хотел вам помочь.

- Хорошо. Если вы, как вы выразились, сдадите меня Лорду, он конечно, не оставит меня без наказания, но Круцио можно пережить, а я еще нужен Повелителю, и убивать меня он не станет, но неужели вы надеетесь остаться безнаказанным?

- Круцио можно пережить!

- Действительно. - голос Снейпа стал неприятно - вкрадчивым. - Вы немного покричите, покатаетесь по полу, а потом Повелитель утешит и пожалеет вас. Он всегда охотно прощал юношей, особенно таких прелестных и неискушенных. А утешать их он предпочитает на столе.

- Северус, перестань пугать ребенка. - не выдержал Люциус, входя в кабинет. - Драко, успокойся.

- Ваш наследник, кажется, вошел во вкус слишком быстро, и замахнулся на взрослые игры, не осознавая последствий. Я не люблю, когда меня шантажируют, Люци, тем более, когда это делают самовлюбленные и избалованные детки аристократов.

- Ну, ты же слышал - Драко заступался за меня.

Люциус позволил себе положить руку на локоть любовника и поймал сочувственный взгляд сына.

- А ваш наследник не подумал, что я теперь скажу Лорду? Только утром я заявляю, что юноша меня не интересует, а уже днем наряжаю его в дамское белье, и вечером сообщаю об этом всем, желающим слушать, и тебе, Люци. Что будет дальше? Прикажешь мне просить его руки? Драко, - он обернулся к подростку, - вы выйдете за меня?

- Северус, пожалуйста!

Люциус понимал, что они с сыном висят сейчас на Снейпе, как кандалы. У него было бы гораздо меньше проблем, не будь необходимости оберегать непутевых аристократов, а выходки Драко только отнимали нервы и добавляли проблем, но Люциус был благодарен сыну за искренние переживания об отцовском благополучии и за неуклюжие, но попытки заботиться.

- Драко, тебе стоит извиниться перед директором Снейпом за невежливость, а потом я принесу извинения тебе.

- Что? - Драко так удивился, что без возражений пробормотал: - Простите, директор.

Снейп кивнул, чуть успокаиваясь, и оставляя попытки вырвать свой локоть из рук любовника.

- Драко, я благодарен тебе за то, что ты заботишься о моем спокойствии, и должен признаться, что твой шантаж был ни к чему: вещь, которую ты держишь в руках - моя… Не мог бы ты все же закрыть рот?

Драко опомнился и покраснел.

- Извини, отец… Сэр…

- Ничего, Драко, но я бы предпочел, чтобы это нигде не обсуждалось.

- Конечно.

Драко неловко протянул отцу подвязку, но Снейп взял ее первым, бросил на пол и уничтожил заклятьем.

- Люциус, тебе сейчас лучше отправить сына в Менор и побыть там до завтрашнего утра. Драко, вы читали Шекспира?

- Конечно.

- Изображайте Джульету. Вас увезли насильно, жестокие родители не дают вам видеть предмет ваших грез, ну и так далее.

- Ясно, сэр.

- А ты?

- А я остаюсь и объясняю Лорду все, что тут произошло, пока этого не сделали другие. Только у меня просьба, Люциус: поговори с Беллой. Боюсь, она навестит меня ночью, и мы оба окажемся в Мунго.

- Хорошо. Драко, собирайся. Северус, нам, полагаю, стоит поругаться?

Вместо ответа Снейп метко бросил заклинание в окно, взорвал кресло и подпалил ковер на полу.

- Полагаю, достаточно. Увидимся завтра. Драко.

Драко кивнул, и вскоре дверь хлопнула, оповещая, что директор покинул комнату. В коридоре послышался шум, и Люциус бросился к выходу. У двери Снейпа стояла разъяренная Белла, Руди и Руквуд.

Похоже, мужчины уговаривали даму не пороть горячку. Ухмыляющийся Снейп стоял, ожидая, пропустят ли его в комнату.

- Белл. - позвал Люциус. - На два слова.

Она посторонилась, Снейп скрылся в своей комнате, а Люциус повел свояченицу к себе.

Объяснив все Белле, конечно, кроме некоторых нюансов, Люциус активировал портал, и они с Драко оказались дома. Радостная Нарцисса обняла сына, и Люциус оставил их вдвоем. Отправившись в свой кабинет, лорд написал несколько писем: следовало срочно перевести несколько счетов в маггловские банки, сбросить часть активов и свернуть некоторые сделки. Действовать надо было аккуратно: если Лорд узнает о попытках скрыть от него деньги накануне переворота, он может исполнить свое обещание, а Малфою были дороги его «яйца», и в переносном, и, особенно, в прямом смысле.

Закончив глубоко за полночь, Люциус попытался уснуть, но, выспавшись днем, только вертелся в постели, подсознательно ища теплый бок, чтобы прижаться. Увы, привычка засыпать вдвоем была сильнее него, и, устав бороться, Люциус просто провалялся до рассвета на спине, наблюдая, как постепенно светлеет в спальне.

Утром он быстро собрался, вышел к завтраку и, побеседовав с супругой о погоде, а с целителем - о здоровье, дождался, пока сын закончил есть и, попрощавшись с супругой, взял Драко за руку и открыл портал.

Комната Драко была уже в полном порядке. Заперев сына в спальне, Люциус спустился в гостиную и застал там изысканное общество любимых соратников. С ним сдержанно поздоровались. От эльфов Люциус узнал, что Повелитель уже здесь и беседует с «хозяином Снейпом» в кабинете. Решив на всякий случай проверить - вдруг ему повезет, и Лорд забудет о заглушающих - Люциус тихо подкрался к кабинету. Ему-таки повезло.

- Детали обговорим позднее… А теперь, расскажи мне, Северус, что произошло вчера в гостиной? Слухи так противоречивы…

- Мой Лорд…

- Не стесняйся, Северус. Меня интересует: когда ты утверждал, что тебя не привлекает Драко, ты уже спал с ним? И, если да, то я начинаю уважать мальчика: так притворяться нужно уметь. Я поверил ему.

- Мой Лорд, позвольте мне все объяснить. - голос Снейпа звучал спокойно и в нем не чувствовалось никакого напряжения. - Дело в том, что после вашего ухода меня навестили оба сиятельных лорда, сначала старший, а потом и младший.

Лорд нетерпеливо перебил:

- И что?

- Старший, как обычно, оскорблял, а вот его сын… Драко пришел извиняться. Он был так несчастен и безутешен, что грех было не воспользоваться его готовностью заслужить прощение.

Люциус отвлекся на боль в руке: он снова слишком сильно сжал трость.

- И ты воспользовался?

- Не так, как следовало, мой Лорд. Пара добрых слов, пара глотков огневиски, и вот, пьяненький ребенок обещает никогда больше не докучать мне своими чувствами, и соглашается помочь: ведь Повелитель приказал нам быть вместе, а я слишком романтик, чтобы пойти на такое без любви.

Раздавшийся смех Лорда прервал язвительное повествование.

- И что дальше, Северус? - одобрительно спросил он.

- Мальчик согласился помочь мне в маленьком розыгрыше: на людях подтвердить, что между нами все произошло. Взамен он попросил об одном…

У Люциуса просто не хватало дыхания: это было пыткой. Как выдерживал это Снейп? Люциус вслушался снова.

- И о чем же, Северус?

- О поцелуе, мой Лорд.

- И как? Ты удовлетворил его просьбу? Тебе понравилось?

- Увы, мой Лорд, мальчик совершенно не умеет целоваться. Но я сдержал свое обещание, а мальчик - свое. Если бы не столь своевременное желание Долохова подраться, я бы просто выронил подвязку из кармана.

- Но, зачем тебе это понадобилось, Северус?

- Простите, Повелитель, может быть, я не прав, но лорд Малфой-старший не слишком выбирал выражения вчера, а законы гостеприимства не позволили мне грубить хозяину.

Кажется, Лорд снова рассмеялся.

- Браво, мальчик мой! Ты просто бесподобен. Но, не проще было бы изнасиловать мальчишку? Люциус был бы убит.

- Я думал об этом, - тихо ответил Снейп, - но, к сожалению, некоторые идеи вросли в голову и впитались с молоком матери. В Драко течет моя кровь… У меня на него не поднимется… рука.

Пока в кабинете молчали, Люциус старался перевести дыхание. Удалось ли Северусу убедить Риддла?

- Да, мой мальчик… - задумчиво проговорил Лорд. - У любого из нас есть вещи, которые пугают своей запретностью. Однако, ты успешно справляешься с ними. Постепенно ты победишь их все. Запомни, Северус: я разрешаю тебе. Когда ты решишь, что можешь себе позволить переступить свои запреты, можешь делать все.

- Благодарю, мой Лорд.

Заскрипело кресло, видимо, Северус преклонил колени. Люциус тихо отошел от двери и, закрывшись в одной из комнат, свалился в кресло, призвав бутылку. Наплевав на ранний час и не озаботившись стаканом, Люциус сделал несколько больших глотков. Надо было идти в гостиную: официальное объявление войны состоится через пару минут.

22 глава

Дождавшись, когда затихнут шаги в коридоре, Люциус вернулся за Драко и вместе с ним прошел в гостиную. Их уже ждали. На наколдованных стульях разместились прибывшие и ночевавшие здесь, соратники. Все взгляды обратились на вошедших, и Люциус изобразил крайнее высокомерие, а Драко опустил голову и послушно поплелся за ведущим его за руку отцом. Люциус сознавал, как позорно это выглядит, и чуть сжал пальцы Драко, извиняясь. Пробравшись между сидящими, они оказались перед креслом Волдеморта.

- А вот и хозяева! - преувеличенно радостно провозгласил тот. - Люциус, мы заждались вас. Теперь можно начинать. Садитесь.

Люциус осмотрелся; свободных мест было всего два: одно - рядом с Повелителем, другое - справа от сидящего в первом ряду Снейпа. Сцена подготовлена. Занавес…

- Люциус, присаживайся.

Лорд, усмехаясь, указал на стоящий рядом с ним стул. Сдержав гримасу, Люциус отпустил сына и сел, наблюдая, как Драко плавно опускается напротив. Снейп тут же взял руку подростка в свою и, наклонившись к уху Драко, что-то прошептал. Драко снова покраснел и отрицательно качнул головой. Люциус наблюдал это с отстраненным ужасом в душе и ненавистью на лице. Соратники откровенно скалились, предвкушая новую забаву. Лорд повторил движение Снейпа, и Малфой вздрогнул, ощутив холод его руки.

- Люциус, смирись. Твой сын сделал свой выбор.

- Драко скоро уедет, мой Лорд. Он отправляется заканчивать учебу в Шармбаттон.

- Нет, Люциус. Мне нужны верные молодые люди. Именно сейчас Драко будет полезен в Хогвардсе.

Люциус склонился, скрывая лицо за волосами, и, чуть задыхаясь, прошептал:

- Мой Лорд… Умоляю… Только не он!

Лорд отпустил его руку и коснулся подбородка, вынуждая поднять лицо:

- Желаешь, чтобы я сам занялся Драко? Он так похож на тебя, мой мальчик… Так что ты решишь?

Люциус прикрыл глаза, пряча свой ужас:

- Мой сын останется в Хогвардсе, мой Лорд.

Они говорили слишком тихо, чтобы их могли расслышать, но Люциус видел знакомые взгляды: он снова развлекал соратников на манер королевского шута, и все ждали, что господин ему прикажет делать дальше.

- Это правильное решение, Люциус: быть доверенным лицом директора - большая честь.

- Директора, мой Лорд?

Как-то сама вспомнилась дурацкая манера переспрашивать, чтобы дать себе время на раздумье, впрочем, Риддла она не смущала.

- Директора… Друзья мои, - повысил голос Лорд, и все затихли, слушая, - позвольте для начала сообщить хорошую новость: у нас все готово, мы контролируем министерство, и скоро власть в этой несчастной стране окажется в наших руках. Еще пара недель - и наши планы и мечты осуществятся. Напоминаю на всякий случай: вы по-прежнему не можете предать меня, клятва, данная вами много лет назад, все еще действует. Те же, кто не принес ее тогда, присягнут мне сегодня, прежде чем покинут эту комнату. И ты - первый, Люциус. Встань.

Люциус поднялся и произнес слова клятвы. Следом за ним это сделало еще несколько человек: все же здесь присутствовала, в основном, старая гвардия. Когда все уселись снова, Лорд продолжил:

- Поскольку этот дом слишком далеко от места событий, а мой родовой замок не вместит и тех, кто находится здесь, я вынужден просить гостеприимного хозяина принять меня в своем родовом гнезде. Не надолго, только пока я не подыщу что-нибудь поудобнее.

Лорд обернулся к потерявшему голос Малфою и спросил:

- Так что, Люци? Пустишь своего бездомного Лорда переночевать?

Люциус понадеялся только, что всхлип ужаса, который издал Драко, Риддл примет за возглас восторга.

- Мой Повелитель, Малфой-Менор - к вашим услугам. Для меня огромной честью будет принимать вас у себя.

- Меня и моих друзей, Люци.

- Безусловно, мой Лорд.

- Ну, а теперь…

Дальше Люциус не вслушивался: предстоящая перспектива была настолько чудовищна, что поначалу он просто не мог заставить свой мозг работать: в голове крутилось позорное «ужас-ужас-ужас», надежды обойтись малой кровью не сбылись, а Лорд в качестве почетного гостя приводил в обморочное состояние. Снейп напротив продолжал тискать руку Драко, с беспокойством взглядывая на Малфоя, и Люциус ощущал его тревогу вместе со своей.

Лорд, кажется, делился планами, назначал командующих или министров, но Люциусу было не до них: он все-таки попытался взять себя в руки, и теперь лихорадочно обдумывал заклятья, способные уберечь его семью в случае, если Лорду вздумается снова развлечься.

Одно счастье: Драко скоро уедет в школу. Однако, с ним уедет и Снейп. И вообще - встречаться в полном гостей Меноре, прямо на глазах Лорда, слишком рискованно. Добавлять забот любовнику Люциус не хотел. А еще он гадал: известно ли Лорду что-нибудь о Родовых гнездах, или полукровка не смог получить нужную информацию, например о том, что Дом не позволит убить своих хозяев, или нанести им непоправимый вред. И, если нет, то стоит ли подсовывать ему эти сведения, и в какой форме это лучше проделать?..

Отвлекся Люциус, только услышав, что его зовут. Оказывается, Лорд отпустил посторонних, оставив только хозяев и зельевара. Подняв глаза, Люциус увидел, что Драко сидит на коленях у Снейпа, а тот рассеянно гладит его шею, мерзко усмехаясь в глаза Малфою. Люциус вскочил, и Драко слетел со Снейпа и втянул голову в плечи.

- Люциус… - предупреждающе протянул Лорд.

- Нам пора идти, мой Повелитель. - поспешил оправдаться Люциус. - Нужно приготовить все к встрече столь почетного гостя… Вы же понимаете: для некоторых заклятий необходима вся семья.

- Хорошо, идите. Но не вздумай обижать сына, Люциус, ему и так не просто сейчас… Мальчик мой, - Драко поднял глаза. - Что сказал тебе Северус, когда ты сел рядом?

- Он спросил, намерен ли я сдержать данное ему обещание.

- Что за обещание? - почти взвизгнул Малфой-старший, уже отчаявшийся уйти отсюда и получить передышку.

Драко сжался еще больше и беспомощно оглянулся на ухмыляющегося Снейпа.

- Сиятельного Лорда это не касается. - промурлыкал тот. - Драко ведь уже исполнилось семнадцать.

- Драко, идем. - сквозь зубы приказал Люциус.

- Ступай, мой мальчик. - Снейп поймал руку стоящего рядом Драко и поцеловал в ладонь.

Лорд рассмеялся, а его светлость, резко развернувшись, бежал с поля боя, давая страшные клятвы никогда больше с этим гадом… Никогда, Мерлин его дери… Смерти он моей хочет, лицедей проклятый… Вот, пусть только вернется… Пусть только вернется. Пожалуйста…

Люциусу еще предстояло выдержать целый ритуал прощания: гости разъезжались кто куда, а часть переезжала в Менор. Кивая благодарящим его за гостеприимство и говоря любезные фразы, Люциус все никак не мог окончательно прийти в себя. Неожиданно трезвый Долохов извинился за грубость, но тут же принялся подмигивать Драко, прося прощения за то, что испортил «сюрприз для родителей». Успокоился он только после окрика Рабастана. Басти, кстати, никуда не ехал: Люциус понимал, что абсолютно больной Лейстренж не сможет прятаться и скитаться, а своего дома у него не было: все имущество братьев конфисковали сразу после ареста. Руди и Белла пока оставались с ним. Люциус предложил остаться и влюбленной парочке, но Руквуд, вежливо поблагодарив, отказался: они с Эваном уже сняли квартиру в маггловском районе Лондона, и собирались скрываться там. Услышав адрес, Люциус затосковал: его квартира располагалась в двух шагах от названного дома, и воспоминания окружили его немедленно.

Лорд все медлил с переездом, и Люциус успел все, что планировал: камины решено было не открывать, на все окна и двери наложили дополнительную защиту, укрепили заклинания на воротах, подняли защитный купол и зачаровали некоторые растения в саду. В самом доме вход в покои хозяев был открыт только для них самих, как и аппарация в любую часть дома, к каждому был приставлен эльф с приказом следить за безопасностью, Люциус достал из сейфов и выкупил за бешеные деньги у гоблинов древнейшие обереги, и теперь под мантиями у него, Нарциссы и Драко висело по связке медальонов, защищающих от сглаза, любовной магии, магии принуждения, и некоторых боевых заклинаний. Нарцисса и Белла получили по браслету-порталу, появившийся ненадолго Снейп, ушел с браслетом на запястье, цепочкой на шее и следами сиятельной милости по всему телу, целитель Блейз тоже звенел при ходьбе. Кажется, все возможное было сделано, и, в ночь перед переселением Лорда, глава Рода провел ритуал Пробуждения, активировав защитные силы Менора и, взамен своей жертвы, получив защиту для тех, чья кровь была использована в ритуале. Утром слегка бледный и пошатывающийся сиятельный лорд принимал в Родовом гнезде своего господина.

Волдеморт явился один. Аппарировав к воротам, он скромно постучал и дождался, пока ему откроют. Люциус поспешил извиниться и сообщить, что Повелителю открыто перемещение прямо в дом, камин, и он внесен в охранные заклинания ворот и входов. Кажется, Лорд был настроен на мирный лад: обойдя изменившуюся гостиную, он уселся в новое кресло и позволил хозяину дома присесть напротив.

- Раньше у тебя было уютнее, Люциус.

- Я многое потерял, лишившись возможности следить за делами на целый год.

И правда, накануне днем Нарси и Белла утащили в подвалы все, что могло попасться на глаза соратникам и вызвать зависть. Теперь у Менора был непривычно спартанский, суровый и немного обшарпанный вид.

- Ничего, мой мальчик, скоро ты все компенсируешь… Скажи, как ты смог выжить в Азкабане? При твоей-то любви к удобствам.

Глаза Риддла смотрели насмешливо, и Люциуса замутило: Повелитель снова желал развлечься.

- Мне не хотелось бы об этом вспоминать…

- Не потому ли, что тебе пришлось слишком дорого заплатить за привилегии?

- Не за привилегии, - огрызнулся Люциус, - за возможность выжить.

- Да… Когда-то это для тебя не было главным.

Лорд произнес это немного печально, разочарованно его рассматривая.

- Мы все меняемся, мой Лорд. - пробормотал Люциус.

- Но ты ведь отомстил?

- Не так, как хотелось бы.

- Ничего, Люци. После победы я сделаю тебя комендантом Азкабана, и ты сможешь делать все, что тебе вздумается.

Лорд расхохотался, разглядев оскорбленное лицо Малфоя:

- Это шутка, Люциус, не обижайся… Но того тюремщика я тебе обещаю.

- Благодарю, мой Лорд.

Волдеморт разместился в комнатах хозяина, облюбовав столовую для собраний своих сторонников, и Люциус потерял возможность свободно передвигаться по дому: то и дело натыкаясь на запирающие, заглушающие и прочие заклятья, он понимал, что Лорд занят делами и уходил или пробирался в нужную комнату окольными путями. Это нервировало, и вскоре все домочадцы не высовывались из своих комнат без крайней необходимости. Собрания проходили все чаще. Несколько раз Лорд устраивал показательные казни, в подвале поселился пленник, в котором Люциус с ужасом опознал пропавшего из своей постели Олливандера. Старик выглядел ужасающе, и Люциус подослал к нему эльфа с заживляющим зельем и велел потихоньку кормить.

Часто появлялся Снейп, и Лорд находил предлог отослать его к Драко, удерживая Люциуса возле себя и мучая ненужными разговорами, намеками и угрозами. Потом Лорд стал настаивать, чтобы Снейп оставался ночевать. Пару раз тому удалось отговориться делами, но это становилось опасным, и, выйдя за ворота Менора, Снейп аппарировал в спальню Малфоя, где его ожидал хозяин.

- Что будем делать? - сразу перешел к делу Люциус.

- Придется мне забыть свои предрассудки и начать спать с собственным сыном… Пока Лорд уверен, что мы еще не близки, и готов помочь мне преодолеть себя. Того и гляди напоит нас с Драко чем-нибудь отвратительно сваренным и запрет в спальне. Я, конечно, ношу с собой несколько антидотов, но лучше не рисковать… Не нервничай, Люци, все должно получиться.

- Северус… У меня к тебе просьба… - Малфой замялся, не зная, как сказать.

- Слушаю.

- Не мог бы ты поменьше… трогать Драко руками? - увидев ошеломленный взгляд, Люциус заторопился. - Дело в том, что он… ему сейчас трудно, одиноко, он боится… Он может принять желаемое за действительное.

- Люци? - изумленно спросил Снейп. - Ты боишься, что я брошу тебя ради твоего сына? Или я что-то не так понял?

- Нет! Ты можешь бросить меня, и я к этому в принципе, готов: все равно я только камень на шее, но вот если Драко решит, что влюблен в тебя - это будет…

- * * * - договорил менее обремененный воспитанием пролетарий.

- Именно. - подтвердил прекрасно воспитанный лорд.

Люциус велел эльфу позвать Драко: заговор нужно было обсудить с его участниками.

Драко, согласно роли, исправно изображал влюбленного юнца, понимающего, что ему ничего не светит, и не желающего смириться с этим. На людях он к Снейпу, конечно, не приставал, но, поднимая глаза на входящего профессора, расцветал таким румянцем, что Люциус опасался, не вспыхнет ли под ним кресло. Лорд исполнял партию благосклонного дядюшки и усиленно сводил обоих, отдыхая душой от планов по захвату мира в этой маленькой семейной игре. Нарциссу Люциус отправил в Мексику, где очень кстати совсем разболелся Рабастан, и они с Беллой являлись только по вызову, облегчая ситуацию для всех: Люциус не боялся за жену, Нарси не видела, что творит Лорд, Драко надеялся, что мать не узнает о его «влюбленности» в старого отцовского любовника.

Снейп надоумил Драко обратиться по секрету к целителю Ларсону с просьбой сделать анализ на отцовство, и, явившись не вовремя спугнул застенчивого влюбленного, не позволив ему на самом деле сдать кровь. Лорд узнал об этом сразу же, и Снейп, кривясь, рассказывал, что Повелитель рад настойчивости мальчика и уже начинает сердиться на неуместные колебания мужчины.

Драко появился с тихим хлопком: бесшумная аппарация требовала дополнительного заклинания и оно могло быть обнаружено. Лишний риск.

- Ты звал, отец?.. Директор.

- Драко, - строго заявил хмурый Снейп. - Сегодня мы с вами займемся любовью.

Драко грациозно сел на пол и твердо заявил:

- Нет.

- Почему нет?

- Вы мне не нравитесь, сэр.

- Вот видишь, Люци, ты зря переживал.

В глазах ребенка мелькнул ужас, и Люциус поспешил вмешаться:

- Прекрати, Северус, твои шутки оставят меня без наследника. Драко, директор хотел сказать, что вам придется изобразить это для Лорда.

Увидев еще больший ужас, он поправился:

- Я имею ввиду, чтобы он узнал об этом и поверил. Не у него на глазах.

Драко поднялся, отряхнул мантию и присел в кресло.

- Я понял.

- Замечательно. Обсудим…

Вечером Лорд приказал Люциусу приготовить комнату для Снейпа. На Малфоя-старшего жалко было смотреть, поэтому все смотрели с большим удовольствием, даже не зная, в чем собственно, дело. Драко снова сидел рядом со Снейпом. Ребенку трудно давались взрослые игры: юный лорд был бледен, замкнут и временами его била нервная дрожь. Снейп не смотрел в его сторону, держа ладонь Драко в руке и слегка поглаживая.

Когда Лорд разрешил всем расходиться, они остались сидеть неподвижно. Люциус был вынужден провожать гостей, благо, сегодня в гостевых комнатах на первом этаже никто не оставался. Когда же он вернулся, в гостиной его ждал только улыбающийся Лорд. Люциус рванулся назад, но Риддл позвал его и усадил рядом с собой.

- Успокойся, Люци… Твой мальчик в надежных руках.

- Я его убью. - ровно ответил Люциус.

- Я запрещаю.

- Это ненормально…

- Все нормально, Люци. Все можно тому, кто стал хозяином своих страхов. Не надо так расстраиваться. - Лорд уже утешал. - Северус не сделает ничего, что навредило бы Драко.

- Я не уверен.

- Я запретил ему.

- Благодарю, мой Лорд. - язык не поворачивался благодарить это чудовище, но Лорд ждал благодарности за свою доброту.

- Чего еще ты боишься?

Лорд призвал со стола бутылку и два стакана и, налив, сунул в руку Люциуса огневиски. Люциус выпил залпом и едва удержал спиртное внутри: горло сжималось, Люциус боялся, что не выдержит своей роли и скажет что-нибудь из того, что крутится на языке.

- Он любит унижать… Я помню.

- Нет, Люци. - Лорд провел пальцами по щеке Малфоя, вызывая дежавю. - Северус не обидит Драко: он уже достиг своей цели. Он действительно любит унижать… Ты ведь достаточно унижен?

- Плевать, - прошептал Люциус, ощущая, как холодные пальцы забираются за ворот мантии и скользят к затылку, - плевать на меня. Но если эта мразь обидит моего сына, я его убью.

- Хорошо, мой мальчик. - так же тихо ответил Волдеморт, притягивая Люциуса к себе. - Очень хорошо. Я, так и быть, разрешу тебе… попробовать.

Проговорив последнее слово прямо в губы своей жертве, Волдеморт поцеловал оцепеневшего от неожиданности Малфоя. Лорд по-прежнему подчинял и брал силой, но Люциус с удивлением понял, что вместо прежнего удушающего ужаса, чувствует отвращение и почти скуку, и поспешно закрыл глаза, чтобы не показать Повелителю, насколько мало впечатлен. Но Лорд почувствовал перемену. Отпустив Малфоя, он внимательно вгляделся в него и вдруг коротко и больно ударил по лицу.

- Так лучше, Люци? - холодно осведомился он.

- Благодарю, мой Лорд.

- Странно. Я полагал, ты испугаешься больше. Хотя… твой тюремщик, видимо постарался на славу: теперь тебе скучно, когда тебя насилуют?

- Простите, мой Лорд.

- Как жаль, мой мальчик. Уже не ледяной принц, а деревянный болванчик… Ты действительно переживаешь за сына, Люци, или это тоже притворство?

Люциус налил себе еще:

- Безусловно, мой Лорд. Что может быть важнее, чем собственная шкура? Даже если она никому не нужна. У меня был сын. Что теперь у меня осталось?

- У тебя остался твой Лорд.

- О, да! Может быть, пару Круцио, мой Повелитель? Чтобы я вспомнил, кому принадлежу?

Кажется, Волдеморт смотрел на него с жалостью, впрочем, Люциус и был жалок: после третьей порции огневиски руки затряслись, на глазах выступили слезы, и он все не мог сладить с непослушной прядью, норовившей упасть на глаза.

- Не стоит, мальчик мой. - Лорд протянул руку и поправил ему волосы. - Напейся сегодня в хлам и найди себе кого-нибудь на ночь. Нужно как-то жить, мой принц, даже если никому не нужен. Просто сделай вид, что никто не нужен тебе.

Лорд вышел из комнаты, и Люциус закрыл глаза и сполз по спинке дивана. Кровь билась в висках, горела щека, удостоившаяся внимания Повелителя, руки и ноги были словно ватные. Собравшись с силами, Люциус аппарировал в комнату к сыну, откинув мелькнувшую мысль, о том, что может там увидеть…

Оказавшись в темной гостиной, Люциус слегка помедлил, прежде, чем двинуться в сторону спальни. Общение с Лордом всегда вызывало в нем странные чувства: вот и теперь, зная, что все запланировано и сюрпризов быть не может, он почти ожидал, войдя, увидеть обоих заговорщиков в постели… Дверь была слегка приоткрыта, и из нее пробивался неяркий свет. Ощущая стыд, Люциус все же постучал, и вошел, только услышав разрешение.

Первое, что он увидел, была мантия Снейпа, аккуратно повешенная на стул у кровати, сам Северус, в халате сидел в кресле у камина и читал при свете свечи. Слегка переведя дух, Люциус пригляделся: Драко лежал в постели, укрытый одеялом по самую шею и не шевелился.

- Люци, наконец-то! - Снейп поднялся и, отложив книгу, быстро подошел к лорду.

- Драко, все в порядке? - спросил Люциус, и Снейп, уже протянувший руку, чтобы коснуться его, резко замер.

- Да, папа, все хорошо.

- И что так задержало вашу светлость?

- Повелитель.

- Чего он хотел?

Снейп продолжал присматриваться, не делая больше попыток коснуться.

- Он объяснял мне, как низко я пал.

Люциус развел руками и покачнулся: все-таки три порции огневиски - это не слишком здорОво.

- Объяснял, значит?

Снейп протянул руку и убрал с лица лорда волосы таким же движением, которым сделал это Риддл, чуть коснувшись его щеки. Люциус поморщился.

- Драко, ваш отец проведет ночь здесь, так что можете расслабиться и засыпать. Полагаю, без одежды вам будет удобнее. Я не могу пока уйти, и мне придется спать в гостиной, надеюсь, вы не станете возражать?

- Конечно, директор. Спасибо вам.

Снейп обошел Люциуса и плотно прикрыл за собой дверь. Малфой-старший смотрел, как его сын, откинув одеяло, встал с кровати. Он и правда был в брюках и с палочкой, которую продолжал сжимать в руке.

- Драко, ложись спать. Все прошло прекрасно, ты просто молодец. Завтра тебе лучше не выходить до ужина. Я думаю, директор еще проинструктирует тебя утром.

Драко кивал, снова забираясь под одеяло.

- Дать тебе успокоительного?

- Нет, благодарю, я в порядке. А ты, отец? Может быть, ляжешь тоже?

- Непременно, сынок, но чуть попозже. Ты не возражаешь, если я немного посижу в гостиной?

- Конечно нет. - ответил вежливый мальчик. - Можешь там и переночевать: меня не нужно охранять.

- Пожалуй, я так и сделаю. Доброй ночи, Драко.

- Доброй ночи, отец.

Люциус не стал запирать двери и ограничился заглушающим. Обернувшись, он наткнулся на язвительный взгляд Снейпа.

- Надеюсь, вы хорошо осмотрели наследника? Повреждений нет? Или мне принять Веритассерум и подтвердить, что я к нему не прикасался?

Он был зол, но Люциусу сейчас было все равно. Он подошел и почти свалился на диван рядом с любовником, пристроив голову ему на плечо.

- Не возмущайся так, моя радость. Когда со мной беседует Лорд, я забываю, где правда, а где игра. Когда-нибудь он сведет меня с ума без всякой легиллименции. Сегодня я чувствовал все, что изображал, и, кажется, Повелитель даже пожалел меня.

- Пожалел? До того, как ударил или после?

В равнодушном вопросе сквозило напряжение.

- После.

- А когда он тебя целовал?

Люциус удивленно приподнял голову, и Снейп провел кончиками пальцев по его губам. Чуть защипало.

- Еще до того, как ударил.

Кажется, Люциус заметил облегчение, мелькнувшее во взгляде любовника.

- Ты так ему не понравился?

- Увы. - развел руками Люциус. - Я, кажется, проявил невежливость и не упал без чувств от испуга.

- Какая бестактность.

Снейп, наконец, притянул его к себе. Люциус снова прилег на острое плечо любимого и прикрыл глаза: напряжение уходило, оставляя совсем без сил.

- Не засыпай, Люци. Иди в спальню, я трансфигурирую кровать.

- Там Драко.

- И что?

- Тебе туда нельзя, а я без тебя не хочу.

Лорд надул губы и упрямо посмотрел на любовника.

- Люци, ты будешь несносным стариком: капризным и вредным.

- А ты - брюзгливым занудой. - парировал лорд.

- Поднимайся, хватит.

- И не подумаю. И, можешь нарядить меня хоть Санта Клаусом, хоть принцессой, но сегодня ты от меня не отделаешься.

Снейп не стал спорить и произнес заклинание, и сиятельный лорд оказался на полу. Пока он пытался возмущаться, диван превратился в удобную кровать, а дверь в спальню Драко все-таки была заперта, во избежание…

- До кровати дойдешь сам? - поинтересовался Снейп.

- И не подумаю! - заявил лорд и гордо отвернулся.

- Значит, все-таки в принцессу…

Снейп подошел и поднял свое сокровище на руки.

- Будете должны, ваше высочество. - прошептал он, укладывая Малфоя на подушки.

- Небесно-голубое. - кивнул Люциус. - Я помню.

23 глава

Утром, наскоро приведя себя в относительный порядок, Люциус постучал в спальню сына. Было решено, что Драко не следует выходить из комнаты по крайней мере до обеда, если, конечно, его не потребует Лорд, а на людях вид иметь смущенный но счастливый. Глядя в сторону, Снейп ровным голосом объяснял Драко, что двигаться он должен плавно, чуть скованно, садиться аккуратно и сидеть, часто меняя положение. Драко краснел и сосредоточенно кивал, тоже глядя в стену. Гостей, к счастью, не ожидалось, и вся эта комедия имела хорошие шансы остаться незамеченной посторонними. Убедившись, что может идти, Люциус аппарировал в Лютный переулок: второй акт, господа.

В знакомом заведении его все еще помнили, и встретиться с хозяйкой не составило труда. Люциус аккуратно заменил ей воспоминания и попрощался, заверив, что прекрасно провел время. Потом, «вспомнив», что оставил кое-что в комнате, прошел в первый же попавшийся номер и добавил впечатлений о себе подвернувшемуся кудрявому мальчишке. Тот, придя в себя от легкого головокружения, принялся благодарить лорда за честь, поспешно пряча чаевые под единственную деталь одежды, что на нем была. Можно было возвращаться домой.

Люциус специально не стал умываться и расчесывать свои спутанные бурной ночью волосы, поэтому, появившись в столовой, произвел нужное впечатление. Лорд и сидящий рядом с ним Снейп одновременно подняли головы, оценили представшее им зрелище и переглянулись.

- Люци… - протянул Лорд, - откуда ты в таком виде?

- Из постели, мой Лорд.

Люциус скривился при виде еды на столе и призвал бутыль огневиски. Плеснув в стакан хорошую порцию, он быстро выпил ее и налил себе еще.

- Люциус, не рановато ли? - тон Лорда так напоминал заботливые упреки Нарциссы, что Малфой чуть не фыркнул.

- Где мой сын? - мрачно потребовал он у равнодушно жующего Снейпа. - Что ты с ним сделал?

- Вам в подробностях? - поинтересовался тот.

- Ах, ты…

- Люциус! - прикрикнул Лорд. - Северус, ты должен понимать: Люци волнуется. Перестань грубить.

- Да, мой Лорд. Драко спит, ваша светлость. Не стоит беспокоиться: пока он вполне мной доволен.

Люциус залпом выпил остатки спиртного и, приблизившись к сидящим, со стуком поставил стакан прямо перед лицом Снейпа. Тот отложил салфетку и поднялся.

- Что, Снейп, - издевательски спросил Люциус, - ты настолько уродлив, что не в состоянии найти себе нормального партнера, и используешь детей, боящихся тебе отказать?

- Северус… - снова предостерег Лорд, крайне довольным голосом.

- Что ты молчишь, Северус? Никто не хочет целовать тебя по собственной воле?

- Вы совершенно правы, ваша светлость. Поэтому, когда мне приходит фантазия поцеловать кого-нибудь, я действую так:

Снейп неожиданно поймал Люциуса за спутанные волосы и дернул к себе, другой рукой лишая возможности отстраниться. От неожиданности Малфой не сразу начал сопротивляться, а потом уже стало поздно: Снейп впился в его губы жестким и злым поцелуем.

Когда его отпустили, Малфой покачнулся, приходя в себя, и услышал язвительное:

- Но вашего сына я целовал нежно…

Рука дернулась сама, но Снейп перехватил ее и сжал запястье второй.

- Довольно! - Теперь Лорд был серьезен. - Северус, ты достаточно развлекся, отпусти сиятельного лорда. Люци, я запрещаю тебе.

Они одновременно сделали шаг назад. Глядя в самодовольное лицо любовника, Люциус снова и снова одергивал себя: реальность сбивалась, как картинка на испорченной колдографии, из под которой проступает очертание другого снимка. Люциус напоминал себе, что играет. Неожиданно резко разболелась голова.

- Что, Люци?

Люциус понял, что сидит на стуле, а Снейп сует ему какое-то зелье.

- Голова…

- Тебе следует отдохнуть: ты уже не мальчик, и, хотя мне приятно, что ты послушался моего совета, но слишком усердствовать не стоило. Отправляйся к себе, поспи, и ты почувствуешь себя лучше.

- Я почувствую себя лучше, когда эта скотина сдохнет. - пробормотал Люциус.

- И кто станет варить зелья для вашей светлости? - хмыкнул Снейп, отходя.

- Люциус, ну объясни, почему такая ненависть? - едва не всплеснул руками Лорд. - Северус так старается быть полезным…

- Он слишком много просит за свои услуги, мой Лорд: Нарси, я, теперь Драко.

- А я, значит - мадам? - вдруг развеселился Риддл. - Браво, Северус, теперь я понимаю: за все эти годы мне не удалось довести нашего сиятельного лорда до уровня… леди на ночь, а ты легко с этим справился.

- Снейп, - позвал Люциус, изображая полное опьянение, и отодвинул рукой мешающего Лорда, - давай меняться. Ты оставишь в покое Драко, и можешь трахать меня сколько тебе вздумается.

- Благодарю за честь, ваша светлость, - совершенно серьезно ответил этот гад, - но вынужден отказаться.

- Почему? - пьяно обиделся Люциус.

- Драко моложе.

Люциус попытался встать и снова схватился за голову. Теперь он не смог сдержать стона.

- Люци, успокойся…

Холодные пальцы сжали виски и мелькнула картинка: шершавый камень, страх, отец в гробу. Лорд убрал боль и отвернулся.

- Благодарю, мой господин.

- Отправляйся в постель, Люциус. Твой враг проводит тебя, и, кто знает, может быть ты еще его и уговоришь?

Люциус оттолкнул руки Снейпа и, пошатываясь, вышел из комнаты.

Поговорить им удалось только вечером. Люциус не появился ни на обеде ни на ужине. Пришедший навестить его Драко, рассказал, что Лорд опекает его, и очень беспокоится о здоровье Люциуса.

- Он велел мне зайти к тебе.

- Понятно. - Повелитель решил столкнуть отца и сына и полюбоваться на семейную трагедию. - Скажешь ему, что я не впустил тебя и пьяным голосом посоветовал убираться к любовнику и заботиться о нем.

- Хорошо. Тебе что-нибудь нужно?

- Когда появится Северус, найди возможность увести его к себе, и пусть аппарирует в мою комнату: нам надо поговорить.

- Я понял.

Снейп явился заполночь, очень усталый, и нервно спросил:

- Что случилось?

- Все в порядке, Я просто хотел, чтобы ты зашел.

Снейп досадливо скривился, скидывая пыльную мантию:

- Я и так каждую ночь «захожу». Почему бы просто не подождать?

- Ну, ведь Драко моложе… - протянул Люциус, улыбаясь. - Что происходит?

От Драко он узнал, что в доме полно народа, и с каждым часом прибывают еще. Половина, получив инструкции Лорда, уходит, но Ближний круг, похоже, собирается в полном составе.

- Скоро день рождения Поттера.

- Лорд готовит вечеринку?

- Боюсь, что Избранный на нее приглашен. Завтра - общий сбор Ближнего круга, отрядам дальних объявлена боевая готовность… Завтра все узнаешь, Люци, я тоже почти не в курсе.

- Ты?

Удивительно: едва ли не ближайший помощник, «Правая рука». Правда, Северус просил не называть его так, ссылаясь на неприличные ассоциации, которые это почетное звание у него вызывает.

- Наш Лорд очень недоверчив. Ты, кстати, заметил, что он снова лез в твою голову? К счастью, ты вовремя принялся терять сознание, и он остановился.

- Понятно. Как ты думаешь, удачно?

- Для тебя - да. Твой блок на месте. Он жаловался мне, что к тебе не пробиться, как и к Драко.

- Хвала Мерлину!

- Люци, ты так горячо хвалишь Мерлина, что я начинаю ревновать.

- Север… Мерлин - на острове, а ты - рядом. Пользуйся.

И Снейп не заставил себя просить. А Мерлин пусть завидует.

Следующим вечером к Люциусу зашла явившаяся по вызову Лорда Нарцисса. Увидев неприбранного и растрепанного Люциуса, она оторопела и осторожно поинтересовалась:

- Северус жив?

Малфой недоуменно посмотрел на нее, не понимая, а потом расхохотался.

- Все в порядке, Нарси. Почти.

- И по какому же поводу этот маскарад?

Люциус расстроился:

- Что, так заметно? Вообще-то я должен выглядеть сломленным и уничтоженным.

- Снова Лорд? - догадалась она.

Люциус так и не знал, насколько его супруга в курсе его непростых взаимоотношений с Повелителем: он не спрашивал, она не намекала, и это «снова» несколько расстроило его.

- Нарси… тут у нас небольшие перемены, так что я прошу тебя не слишком удивляться, если ты заметишь что-то необычное. - туманно произнес лорд.

- То есть? - нахмурилась Нарцисса.

- Возможно, Повелитель скажет что-нибудь… или, скажем, Снейп станет вести себя несколько…

- Люци!

- Ну, хорошо! Мы делаем вид, что у Северуса роман с Драко.

- Но зачем? - выговорила Нарцисса, когда снова смогла заговорить.

- Затем, что это угодно Лорду! - зло огрызнулся Люциус и поспешил извиниться: - Прости. Поэтому я в полном унынии, пью целыми днями и забываю о том, как выгляжу.

- Понятно… - Нарцисса снова оглядела мужа и скомандовала: - в ванную!

В результате, взглянув на себя в зеркало, Люциус беззвучно ахнул: его прекрасные волосы свисали немытыми прядями, как у Северуса, когда он возвращался из школы в пятницу, лицо выглядело серым, под глазами собрались мешки, сами глаза были мутными и красноватыми.

- Нарси, это все потом можно будет исправить? - мужественно скрывая ужас спросил лорд.

- Конечно. Это всего лишь легкие проклятья для соперниц. Мы с сестрами баловались ими на первом курсе.

- А Лорд не поймет?

- Откуда? Вот Белла - точно догадается.

Белла смущала Люциуса давно: вполне нормальная внешне и, казалось, пришедшая в себя внутренне, в присутствии соратников или Лорда она преображалась, вновь становясь похожей на агрессивную юродивую. Все эти сюсюканья и детские словечки, которые она вставляла в свою речь, звучали пугающе, глаза стекленели, и Люциус ломал голову: то ли Лорд так действует на слабую психику свояченицы, то ли она тоже спасается, как может и притворяется, как и они все. Лорд относился к леди Лейстрейнж покровительственно и ласково, как к ненормальной. Должно быть, такой она его вполне устраивала.

- А она не…

- Люци, - покачала головой Нарцисса, - ты всегда был ее слабостью. Не бойся, ей сейчас хватает своих забот.

В столовую хозяева дома входили, словно гости. Лорд ждал их во главе большого стола, до блеска отполированного многими поколениями домовых эльфов, свет был приглушен, атмосфера - таинственна, новое представление ожидало своих зрителей и участников.

Пропустив вперед даму и сына, Люциус ступил в зал, как вдруг Драко резко развернулся и кинулся назад, ударившись в грудь отца.

- Что случилось, Драко? - поймал его Люциус.

- Там… Там профессор…

На секунду Люциус представил себе… Нет! Его ноги подкосились, и, встряхнув Драко, он потребовал:

- Кто?

- Профессор Бербидж.

- Кто это?

- Она вела маггловедение.

- Драко, немедленно прекрати истерику!

Люциус сжал руку сына и втолкнул его в столовую.

- Люциус! Драко! Вы заставили себя ждать.

- Простите, мой Лорд, у Драко расстегнулась запонка, я помог ему.

- Как трогательно! Так он настолько расстроен из-за запонки? - Лорд говорил так ласково, словно собирался убить. - А почему ты тряс его в дверях? Просил быть аккуратнее? Но, довольно: Люциус, приглашай гостей, они уже заждались.

Только теперь Люциус отвел взгляд от Лорда и увидел то, что так напугало Драко: над дальним концом стола вниз головой висела женщина, обезображенная настолько, что Люциус даже удивился, как Драко сумел узнать своего профессора в этом покрытом кровью полу-трупе.

- Мой Лорд, мне кажется, это не слишком аппетитное зрелище…

- А у нас и не праздник, Люциус. Идите.

Леди Малфой положила руку на локоть мужа и направила его к дверям, ведущим в гостиную. Гости были приглашены в зал. Люциус машинально здоровался с соратниками, отмечая новое лицо: один из замминистров, Тикнесс, кажется… Похоже, переворот был делом нескольких дней. Когда все расселись, тайком поглядывая на висящее тело, Люциус убедился, что отсутствует Снейп, однако, его место рядом с Повелителем никто не занял. Лорд пояснил присутствующим:

- Мы собрались, чтобы окончательно решить все вопросы, касающиеся наших действий. Как вы знаете, магическое сообщество, - это он произнес с издевкой, кривя губы, - надеется на своего Героя. «Избранный» - вот что пишут газеты об этом юнце, не умеющим и палочку-то держать верно.

- «То-то он раз за разом уходит от великого Темного Лорда целым и невредимым» - прокомментировал Люциус про себя.

- Я хочу объяснить Британии, как это нехорошо - прятаться за спинами детей и подставлять их под смертельные заклятья. Я уничтожу их Надежду, и они сами упадут к моим ногам.

- «Раньше бы было сказано «к нашим»…

- Вы нашли способ обойти защиту крови? - спросил Яксли.

- Она закончится, едва Поттер станет совершеннолетним, а это случится уже в ближайшую субботу.

Люциус вспомнил - сегодня была среда. Почувствовав колебания магии, Люциус задал вопрос и получил от защиты образ: сквозь заклятья ворот только что прошел Снейп.

- И, как только заклятья падут, я встречусь с ним и уничтожу его.

Теперь ровные шаги были слышны всем. Сней появился на пороге и замер, увидев висящую женщину.

- Северус, я уже начал волноваться, что ты заблудился. - ухмыльнулся Лорд. - Иди, твое место пока свободно.

Снейп сел по левую руку от Повелителя, и тот приступил к расспросам:

- Когда это случится?

Похоже все, кроме Малфоя были в курсе проблемы, или делали вид.

- Это произойдет в ближайшую субботу до наступления ночи.

- Я слышал другое, - вмешался Яксли, - Долиш обмолвился, что мальчишка тронется с места за день до своего семнадцатилетия.

- Это ложный след. - возразил Снейп. - Друзья Поттера больше не доверяют министерству и аврорам. Они считают, что там слишком много наших людей.

- В кои веки они правы.

Все посмеялись. Люциус смотрел на свои руки, лежащие на столе, и следил за тем, чтобы они исправно подрагивали. Сбоку снова придуривалась Белла.

- Где они собираются спрятать мальчишку?

- Скорее всего в одном из домов членов Ордена. Дом огражден всевозможными защитами и Фиделиусом, я полагаю. И на этот раз искать предателя нет времени.

- А ты злопамятен, Северус…

- Мой Лорд! - Белла подалась вперед, почти укладываясь на столешницу, и протянула: я хочу самолично выполнить это задание! Дозвольте мне убить мальчишку!

Крик из подвала прервал ее, и все раздражение Лорда досталось Хвосту. Никто не помнил имени этого волшебника, все звали его Хвост, казалось, он вызывал отвращение даже у Керроу, а Люциусу настойчиво напоминал крысу. Накричав на него, Лорд успокоился и мягко отказал Беллатрикс:

- Мне приятна твоя жажда крови, но я должен убить Поттера сам.

Белла втянула голову в плечи, словно наказанный ребенок, а Лорд продолжал: двигаясь за спинами своих слуг, он шипел, заставляя всех съеживаться и напряженно ожидать удара:

- Но есть одна проблема: у наших с Поттером палочек одинаковая сердцевина. Они, можно сказать, близнецы, поэтому мы можем лишь ранить друг друга, но это будет не смертельно. Поэтому - кто из вас пожертвует мне свою палочку? - Лорд медленно шел вдоль стульев, касаясь рукой спинок, и сидящие за столом опускали головы в ужасе. - Кто сочтет это за честь?

Отдать палочку? Все равно, что отдать жену, ребенка… Ну, конечно! Ваша светлость, ваш выход!

За секунду до того, как лорд остановился над ним, Люциус почувствовал всплеск ненависти, но не стал смотреть на Снейпа.

- Как на счет тебя, Люциус? - «Кто бы сомневался!»

- Мой Лорд…

- Мой Лорд! - передразнил его Повелитель. - Я хочу получить твою палочку!

На колене сомкнулись пальцы, но сама Нарцисса смотрела на него ничего не выражающим пустым взглядом. Заметив отстраненно, что теперь руки дрожат сами, Люциус неуверенно потянул из трости свою волшебную палочку и, едва не уронив, отдал Лорду. Люциус был не в силах отвести взгляд от того, что составляло часть его самого и его магии почти всю его жизнь. Отец купил ему палочку, когда Люциусу исполнилось три года, и видеть, как ее держат чужие руки, было больно. Впрочем, Повелитель прекрасно это понимал, и не отказал себе в маленьком удовольствии: звонко щелкнула, отламываясь, голова змеи, и Люциус вздрогнул, не сумев сдержаться.

- Что за сердцевина?

- Дракон… - пришлось кашлянуть, чтоб не звучать слишком жалко. - Сердечная жила дракона.

Лорд бросил на стол навершие трости, и Люциус вздрогнул опять. Чужие эмоции принесли жалость, и Малфой оскорбленно поднял глаза. Снейп смотрел вполне равнодушно, а Лорду уже было не до него: он опробовал новую палочку.

Висящее в воздухе тело медленно поплыло к середине стола.

- Если кто не знает, у нас гостит сейчас мисс Чаррити Бербидж. Она состояла преподавательницей в Хогвартсе и вела маггловедение. Мисс Бербидж верила, что магглы не слишком отличаются от нас.

Люциус заметил, что Лорд говорил о еще живой женщине в прошедшем времени и почувствовал волну сожаления и раскаяния, но лицо Снейпа по-прежнему ничего не выражало. Конечно! Северус ведь работал с ней, виделся каждый день, разговаривал, а теперь смотрит во что она превратилась и знает, что случится дальше.

- Для нее смешение крови волшебников и магглов не является чем-то отвратительным, а достойно подражания.

Лорд снял обездвиживающие чары, и женщина очнулась, пытаясь что-то сказать, и тут взгляд ее упал на Снейпа.

- Северус… - прохрипела она, - Северус, пожалуйста, мы же друзья…

Лорд заинтересованно всмотрелся, но Снейп равнодушно не отводил взгляда и оставался спокоен, зато по Люциусу ударила такая волна ненависти и бессилия, сметая его щиты, мешая его и чужие эмоции… Люциус сорвал кольцо и сжал его в кулаке. Прости, Север…

Не дождавшись реакции, Лорд произнес убивающее проклятье, и тело несчастной тяжело ударилось об стол. На мгновение Люциусу показалось, что им сейчас предложат угоститься, но Лорд уже подозвал своего фамильяра.

- Нагайна, ужин.

Огромная змея медленно поползла к своей добыче. Люциус опустил глаза, не в силах смотреть, но не мог не слышать тяжелое шуршание чешуи о доски и понимал, что больше не сможет проглотить ни кусочка за этим столом. Если выживете, ваша светлость, на войне, без палочки… А что потом? «Люциус, мальчик мой, что ты еще не отдал мне?»

Подняв глаза, Люциус обвел взглядом один конец стола, старательно не поворачиваясь в сторону другого. Снейп внимательно смотрел на змею, Лорд - на каждого. Встретившись взглядом с Люциусом, он улыбнулся, и его светлость испытал забытое в далеком детстве желание залезть под стол. Однако, рядом дрожал Драко, по другую руку застыла жена, а напротив не сводил глаз со страшной трапезы любовник. Положив руки на колено Нарциссе и Драко и послав надменный взгляд сидящим напротив соратникам, Люциус постарался успокоиться, чтобы его испуг не добавлял ноши Северусу, но кольцо надеть так и не решился… Нет. Прости, Север, пока нет.

После акции устрашения собрание закончилось очень быстро. Приказав всем явиться утром в субботу, Лорд исчез. Люциус проследил колебания магии - Лорд покинул Менор, а следом за ним заторопились и соратники. Мрачно хмурясь и стараясь не смотреть друг на друга, они выбирались из-за стола и, скомкано прощаясь, покидали дом, и вскоре за столом остались только свои. Прекратившая притворяться Белл вопросительно посмотрела на Нарциссу, та покачала головой, и Беллатрикс исчезла в портале, так и не сказав не слова.

- Я остаюсь. - пояснила Нарцисса.

Люциус кивнул. В углу зашевелились: забытый всеми Хвост, кажется, шпионил.

- Идем, Драко. - приказал Снейп, поднимаясь.

- Да, сэр.

Ребенка трясло, Снейп обнял его за плечи и повел к выходу, кажется, не давая упасть. Проводив их глазами, Нарцисса повернулась к мужу и заявила:

- Нам надо поговорить.

Люциус протянул ей руку, и они аппарировали. Хвост в своем темном углу медленно съехал по стенке и, кажется, тихонько заскулил от страха.

Оказавшись у себя в кабинете, Люциус усадил жену в кресло и призвал бутылку вина и один бокал: после огневиски, которое ему приходилось поглощать на глазах у Лорда стаканами, на спиртное не хотелось даже смотреть, а от отрезвляющих зелий уже мутило.

- Белле не нужна больше твоя помощь? - поинтересовался Люциус.

- Басти поправился. Нужно перевезти их сюда.

В предложении был резон: чем больше близких людей вокруг, тем спокойней.

- Хорошо. Завтра… Сколько продержатся твои проклятья?

- До утра, а то и дольше. Сейчас можно снять, а утром я наложу новые.

В спальне раздался тихий хлопок, и Нарцисса торопливо произнесла «Фините инкантатем». В дверь постучали, и из спальни появился Снейп.

- Прошу прощения. Я не помешал?

- Добрый вечер, Северус. Я могу увидеть Драко?

- Юный лорд у себя.

Нарцисса взглянула на мужа и исчезла. Люциус поспешил налить огневиски и вложил стакан в руку опустившегося в кресло Снейпа.

- Северус…

Снейп смотрел мимо, не замечая стакана в руке и все крепче сжимая пальцы.

- Северус!

Люциус опустился на пол рядом с креслом и дотронулся до побелевших пальцев, пытаясь обратить на себя внимание.

- Люци… - Снейп очнулся и глотнул огневиски.

- Ты напугал меня.

- Извини. А что его сиятельная светлость делает на полу?

Кажется, Снейп пытался сделать вид, что все в порядке, а Люциус не знал, как поступить: позволить ему мучиться в одиночку или попробовать спровоцировать взрыв, чтобы избавить от эмоций.

- Решил вспомнить молодость. Похоже, скоро этот опыт мне снова пригодится. Или на этот раз меня подвесят над столом? Как ты думаешь? «Сиятельный Лорд Малфой съеден змеей». Мои предки были большими затейниками, но такого в нашем роду еще не случалось.

- Лорд съест тебя сам, Люци. Он еще ни с кем не делился этой привилегией.

Снейп отставил пустой стакан и положил руку на голову Люциусу, машинально перебирая волосы.

- Не бойся, мой лорд, у тебя много друзей, кто-нибудь постарается убить тебя первым.

- Не ты. - напомнил Люциус.

- Не я.

- Северус, откуда ты берешь сведения о Поттере? Вряд ли в Ордене тебя все еще считают своим.

- Старые связи… Люци, у меня есть запасная палочка.

- В моем подвале сидит Олливандер. Думаю, палочка - не проблема.

- Хорошо.

Они как-будто не договаривали до конца: фразы повисали в воздухе, оставляя разговор незаконченным.

- Люциус. - Снейп потянул волосы, вынуждая лорда посмотреть на него. - Надень свое кольцо.

- Зачем? Тебе хватает своих проблем, не стоит постоянно ощущать еще и мой страх. Я в безопасности. Пока я дома, Менор защитит меня.

- Люци, сделай одолжение, - Снейп поднял его за плечи и усадил себе на колени, уронив с подлокотника пустой стакан, - не спорь со мной. Я все равно нацеплю его на тебя, когда ты будешь спать, и добавлю заклятие вечного приклеивания.

- С тобой невозможно спорить. - притворно вздохнул Люциус. - Ну почему я тебя все время слушаюсь?

Снейп открыл рот, собираясь ответить, но Малфой опередил его:

- Нет, молчи! Сейчас скажешь какую-нибудь гадость, и мы будем препираться до ночи. Лучше идем в постель. Там ты сможешь продемонстрировать мне свои таланты. Ну, или просто поспим. Если хочешь, у меня есть «сон без сновидений».

- У меня он тоже есть, но мне кажется, или ваша светлость пытается намекнуть, что у нее сегодня болит голова?

- Нет, мой хороший, со мной все в порядке. Не нужно держать лицо, Северус. Я же вижу. Или ты думаешь, что я потребую ублажать меня после всего, что сегодня случилось?

Снейп снова нахмурился, усмешка сползла с губ и пропала.

- Спасибо, мой лорд. Я, пожалуй, воспользуюсь вашим позволением. Идем спать.

Этой ночью обоим снились кошмары, и, будя друг друга, оба радовались, тому, что есть человек, перед которым не стыдно подскакивать на постели, задыхаясь и вытирая слезы, и в которого можно вцепиться, чтобы понять, что ты не один. Пока не один.

24 глава

С утра в субботу все в доме ходило ходуном. Люциус боялся высовываться за дверь: все знали, что у него нет палочки, а в желающих припомнить былые обиды лорд никогда не испытывал недостатка. Конечно, Менор защитил бы его, но не стоило раньше времени раскрывать все карты и расходовать магию по пустякам. Поэтому Люциус сидел в своих комнатах и изредка вызывал эльфов, чтобы узнать, что происходит. В Менор снова собирались соратники. Вчерашние посетители явились с утра, вдохновленные демонстрацией Лорда и стремящиеся быть полезными. Пришел оборотень. Грейнбек был новым приобретением Лорда и очень его забавлял: стоило тому оказаться в комнате, как соратники стремились очутиться подальше от него и поближе к спасительному креслу Хозяина. Пару раз Люциус с ужасом замечал Фенрира беседующим с перепуганным Драко, но Снейп не оставлял своего «любовника» надолго, а с зельеваром связываться опасался даже оборотень. Как ни странно, Грейнбек умудрился подружиться с Белл, и Люциусу оставалось надеяться, что его свояченица не станет кусаться и выть на луну, зато Драко Фенрир оставил в покое и, даже, кажется, стал немного опекать.

К обеду пришлось выйти, и тут вновь пригодились проклятья от Нарциссы. Люциус выглядел так, словно полгода прожил на помойке, но в создавшихся обстоятельствах это никого не удивляло, и сочувственных взглядов он увидел больше, чем злорадных. После обеда Лорд распределил участников операции по парам и, посмотрев в сторону Малфоев, злорадно протянул:

- Драко, мальчик мой, пора тебе принимать участие во взрослых делах, как ты считаешь?

- Да, мой лорд.

Драко выглядел испуганным и жалким.

- Твой отец никогда не блистал в поединках с аврорами, будем надеяться, что ты реабилитируешь имя Малфоев в глазах соратников. Ты пойдешь с…

Лорд замолчал, любуясь тревогой Люциуса. Снейп сделал движение.

- Нет, Северус, нет. Ты станешь слишком заботиться о своем мальчике и позабудешь о моем.

Драко пойдет с Фенриром… Ты что-то хотел сказать, Люциус?

- Нет, мой Лорд, вам показалось.

Люциус много чего хотел бы сказать, и только остатки чувства самосохранения не давали ему сорваться. Лорд был слишком возбужден предстоящим поединком, и возражать ему сейчас было смерти подобно.

- Хорошо.

Лорд приказал всем вызывать его через метку, если что-то случится, и вышел. Оставшиеся за столом вздохнули свободно и переглянулись.

- Предлагаю всем пойти отдохнуть. Сбор в шесть вечера. - произнес Снейп, и его, почему-то послушались.

Хозяева дома удалились к себе, гости расползлись по гостевым спальням первого этажа. Менор затих в ожидании команды «к бою». Война началась.

Ровно в шесть все Пожиратели стояли за оградой Менора, готовые ринуться в битву по приказу своего Лорда. Люциус не пошел провожать их к воротам, чтобы не вызывать еще большую ненависть: без палочки он не мог участвовать в нападении, а, значит, оставался дома и в безопасности, пока другие рисковали жизнью.

Долохов даже попытался высказать версию, где присутствовали «давние любимчики, которых для виду наказывают, на самом деле спасая от грязной работы», но, услышав предложение повторить свои претензии Лорду, замолчал. Фенрир задумчиво посмотрел на Люциуса, улыбнулся Драко и прошептал что-то на ухо Белл. Спустя пару минут Беллатрикс, как бы невзначай, оказалась рядом с Люциусом и проговорила:

- Люци, не бойся за Драко. Фенрир присмотрит за ним.

- С чего это вдруг?

- Ты ему нравишься.

- О, Мерлин! - Люциус действительно испугался. - Этого только мне не хватало!

- Нет, - хихикнула Белл, - не так нравишься. Он говорит, ты выглядишь жертвой, но пахнешь, не как жертва. Его это забавляет.

- Что это все означает?

- Он видит все по-другому, - Белла покачала головой, - не могу объяснить. Он чует в вас со Снейпом пару, и обещал позаботиться о вашем «волчонке».

- А если он расскажет о нашей «паре» Лорду?

- Нет. У него нет метки, мозги у оборотней устроены по-другому, а Лорд в его понимании претендует на чужую бету. Фенрир уважает чужую собственность. Как-то так.

- Не могу сказать, что ты меня успокоила. И, Мерлина ради, не говори больше мне про «бету»!

Белла насмешливо посмотрела на него:

- Что, братец, обидно? Я еще тогда тебя предупреждала, что твой змей - не комнатный мальчик. Даже оборотням это видно. А ты все тешишь себя иллюзиями, что в вашей паре ты - главный?

- Позволь, я разберусь со своими иллюзиями сам. - рассердился лорд.

- Насколько я поняла, Фенрир говорил о характере. О позициях речь не шла.

- Белл! - Люциус сделал вид, что шокирован. - Ты со своим новым другом так подробно обсуждаешь всех, или только родственников? А как Руди смотрит на твое увлечение обычаями оборотней?

- Поверь, мною движет чисто научный интерес. - отмахнулась леди. - Ты, к примеру, знаешь, что в стае оборотней принято защищать своих, а если отрезать руку, при обращении она отрастает вновь?

- Белла, не вздумай! - Люциус потерял дар речи. - Умоляю, не торопись…

- О чем ты, Люци? Нам пора.

И сейчас, глядя в окно на стоящих рядом Драко, Беллу и Северуса, Люциус просто не знал, за кого из них он боится больше. Голова готова была взорваться. Нарцисса тихо приблизилась и положила руки на плечи мужу.

- Будем надеяться на лучшее, Люци.

- Что нам еще остается?

Почти три часа Люциус не находил себе места и метался по пустому Менору, то и дело натыкаясь на Хвоста. Идея поговорить с Олливандером провалилась: отвратительный волшебник как раз был приставлен следить за пленником, и, стоило Люциусу приблизиться к подвалам - возникал, словно из-под земли. Пришлось отложить надежду на приобретение новой палочки на потом и просто маяться от неизвестности.

Почувствовав колебания магии, Люциус кинулся к окну и вздрогнул, когда за спиной появился Снейп.

-Люци, в комнату, быстро! - приказал он, и, аппарируя, Люциус услышал гневный голос Лорда.

Видимо, Избранный и на этот раз остался жив.

В комнату Люциус не пошел, и, спрятавшись за дверью, выслушал все, что Лорд думал о своих верных слугах, не способных убить даже безобидную муху, где уж им справиться с детьми, а уж тем более, с аврорами! Лорд бушевал, раздавал Круцио направо и налево, и Люциус со страхом ждал, когда после заклятья услышит крики своего сына. Или не услышит ничего. Северус не кричит, а это всегда выводило Лорда из себя. Тоненько завизжал попавшийся по руку Хвост, но Лорду все еще было мало.

- А где наш гостеприимный хозяин? Почему я не вижу здесь сиятельного лорда? Нарцисса? Неужели ему не интересно, жив ли его сын, или погиб?

- Мой Лорд, Люциус ушел в свою комнату сразу после того, как вы отправились, и больше не выходил.

- Так позови своего мужа! И если он снова пьян до пустых глаз, приволоки его сюда Левикорпусом. Пусть тоже полюбуется на то, какое ничтожество он вырастил!

- Прошу прощения, мой Лорд.

Люциус решил не дожидаться, когда его приволокут.

- А, вот и наш принц!

Лорд был взбешен. От него волнами исходила такая ненависть, что магические обереги на теле Люциуса завибрировали.

- Ты, как я вижу, не слишком переживаешь о нашей миссии, Люци? Ты спал?

- Простите, мой Лорд, я плохо переношу ожидание.

- Так вот, ты дождался.

- Как все прошло, мой Лорд?

На него глядели, как на сумасшедшего. Беспокойство Снейпа мешало сосредоточиться. Продолжая смотреть на Лорда, Люциус стянул с руки кольцо и сунул его в карман, в надежде, что Северус догадается.

- Как прошло? - прошипел Лорд, подходя поближе. - Отвратительно, мой мальчик! Твой сын еще трусливее тебя. Он не разу не использовал палочку по-настоящему, только щиты. Позор! Вы оба цените только свою шкуру, но если у тебя еще хватает хитрости скрывать это, то твой недоумок и на то не способен.

Лорд обернулся к бледному испуганному Драко, которого держал за плечо Грейнбек. Люциус быстро убедился, что сын цел и даже невредим, а рука оборотня не столько удерживает его на месте, сколько помогает стоять на ногах. Внезапно чужие эмоции словно отключились - Снейп понял намек.

- Но он должен знать, что за всякое ослушание следует наказание, а за трусость - вдвойне. Может быть, воспоминание об этом придаст ему храбрости в следующий раз. А ты, Люци, подумай пока о том, что воспитал полное ничтожество.

- Простите, мой Лорд…

- Что? - Риддл резко развернулся, с изумлением глядя на осмелившегося возражать ему.

- Могу я просить, мой господин?

- Северус? Чего ты хочешь?

- Повелитель, после Круцио мальчишка будет ни на что не способен, а на зелья у него аллергия…

Люциус едва не крикнул, чтобы Снейп замолчал: Лорд прищурился и стал вдруг опасно спокоен.

- Тебе хочется сбросить напряжение после битвы? Понимаю, Северус. Что ж, я готов исполнить твою просьбу: ты единственный в этой компании идиотов приносишь пользу. Но ты же понимаешь, что нельзя отменять наказание, его можно только изменить.

- Да, мой Лорд.

- Как ты думаешь, мальчишке достаточно будет посмотреть, как из-за него наказывают близкого ему человека?

- Да, мой Лорд.

Снейп согнул спину в покорном поклоне и замер, ожидая. Люциус прикусил губу, чтобы молчать: Северус снова спасал его сына.

- Что ж… Драко, запомни: когда ты не исполняешь мой приказ - страдают те, кого ты любишь.

Лорд поднял палочку, несколько секунд она указывала на Драко, потом передвинулась в сторону Снейпа, но вдруг Лорд резко развернулся и почти промурлыкал, улыбаясь Малфою:

- Но ведь было бы не справедливо наказывать невиновного, не так ли, Люци? Это твой сын. Готов ты ответить за его и собственные ошибки?

- Да, мой Лорд.

- «Пару Круцио», Люци? «Чтобы ты вспомнил, кому принадлежишь»?

Палочка медленно поднялась, и, падая, Люциус почувствовал вкус крови: губу он все-таки прокусил…

Люциус очнулся от спорящих над ним голосов.

- Ну зачем? Все это из-за вас! К чему вы вмешались?

- Я рассчитывал, что Лорд выберет другую жертву. - голос Снейпа был спокоен, но рука, касающаяся запястья Малфоя, чуть подрагивала.

- Он и выбрал другую! Я прекрасно бы потерпел сам. - Драко явно храбрился, и его возмущение скрывало страх. - А отец… Он такой…

- Какой?

- Некрепкий. Почему вы смеетесь?

Снейп действительно смеялся.

- Драко… Вы сейчас говорите о сорокалетнем здоровом мужчине. Или все люди старше двадцати кажутся вам глубокими стариками? И поверьте, вам далеко до вашего отца. Он гораздо «крепче» вас во всем, начиная от воли и заканчивая чувством такта. Вы и вправду считаете, что он слаб и изнежен?

- Нет. - в голосе Драко не было уверенности. - Но он же ни разу еще…

- Вы действительно думаете, что за двадцать лет ваш отец еще ни разу не вызвал неудовольствия Повелителя? Как мало вы знаете о собственном родителе, ваша светлость! Сиятельный лорд Малфой вот уже много лет ухитряется оставаться целым, вопреки всем попыткам Темного Лорда уничтожить его. Заметьте, я не сказал «убить», хотя было и это. Неужели вы думаете, что друзей вашего отца привлекают в нем только красота и несколько сейфов?

- А что, вам нужно от него что-то еще?

- Не груби директору, Драко, - открыл глаза Люциус, - он и так слишком терпелив сегодня. Боюсь, если ты продолжишь, он превратит тебя в хорька.

- В павлина. - серьезно уточнил Снейп. - Эта птица вполне соответствует самодовольству и умственному развитию юного лорда.

Драко возмущенно замолчал, не решаясь спорить, а Снейп присел на кровать и быстро поцеловал ладонь любовника.

- Прости, Люци, я не хотел…

- Конечно. Если бы ты хотел, полагаю, ты сделал бы это сам. Но, как я понял, Драко так и не догадался поблагодарить тебя за избавление от Круцио. - Драко покраснел. - Спасибо тебе.

- Не стоит. К тому же, леди Малфой уже сделала это за него.

- И все равно! Незачем было за меня заступаться, тем более так.

- Прошу прощения за бестактность, но вы не подумали, что вашим родителям пришлось бы на все это смотреть? И столь впечатлительному отцу и вашей нежной матушке.

- Вы говорите, словно издеваетесь!

- Вам ничего неизвестно о ваших родителях, молодой человек, но вы беретесь решать за них, как им стоит поступать. Не нужно удивляться, что вас не воспринимают всерьез. Уверяю вас, будь я не прав, ваша тетка уже поджарила бы меня заживо.

- Именно так, Снейп. - Оказывается, все забыли про Беллу, стоящую у двери в спальню. - И, если вы, наконец, наговорились, может быть ты дашь его светлости зелье?

Люциус выпил и почувствовал, что слабость медленно отпускает. Белла взяла Драко за руку и тихо потянула к выходу.

- Идем. Отцу нужно отдохнуть, а я пока кое-что тебе покажу… У вас ведь есть думосбор?

- Люци, ты…

- Спасибо, Северус. И хватит меня щупать - все в порядке. Я не изнеженная леди, ты только что наговорил про меня столько хорошего, что мне просто необходимо немедленно заказать памятник для фамильной галереи.

- Из мрамора.

- Из белого золота!

- Уел.

Снейп расслабился, и тревога ушла из его глаз.

- Полежишь или хочешь встать?

- Разумнее будет поболеть немного. Так что произошло?

Снейп кратко рассказал о неудачной вылазке и смерти Грюма. Люциус вздохнул: он никогда не любил бывшего аврора, но любая смерть указывала на то, что Лорд намерен идти до конца.

- Теперь он будет выяснять, у кого именно прячется Поттер, и, если не выяснит - будем нападать на всех разом.

- Кошмар. - Люциус закрыл глаза, впечатленный размахом Повелителя. - Драко, действительно только оборонялся?

- Там была твоя племянница и куча Уизли.

- Понятно.

Драко просто не мог поднять палочку на родственников: кровь мстила за подобное быстро и однозначно: магия Рода - опасная вещь. Обезопаситься можно было, но не всякий решался на способ, которым это достигалось.

- Кто-нибудь еще погиб?

- Не думаю. Мы, по крайней мере, никого не нашли.

- И что теперь?

- Передышка.

- Северус… - Люциус сел в кровати, - ведь Хвосту тоже сегодня попало?

- И очень неплохо. - с одобрением подтвердил Снейп.

Люциус вскочил и принялся натягивать мантию.

- Ты куда, Люци?

- В подвал. Эта крыса не дала мне переговорить с Олливандером, но теперь-то он не на посту?

Вместо того, чтобы остановить его, Снейп поднялся и стал рыться в карманах, перечитывая этикетки на пузырьках. Подойдя к нужному подвалу, они услышали голос Лорда и хрип несчастного старика. Снейп втянул Малфоя в тень, и вскоре мимо них прошагал взбешенный Риддл. Переглянувшись, они поспешили вперед.

Олливандер валялся на полу, без сознания, и Снейп, применив Энервейт, стал поить его какими-то зельями. Люциус присмотрелся к валяющейся под ногами деревяшке… Его палочка. Она погибла, и Лорд принес сюда то, что осталось - кусок ручки. Люциус поднял его и зачем-то спрятал в карман.

Когда старик пришел в себя, он сначала шарахнулся от них с криком, но потом обмяк, сдаваясь.

- Что вы еще хотите?

- Палочку. - ответил Люциус.

- У меня ее нет и не было никогда! Я уже объяснил все вашему Лорду! Оставьте меня, дайте уже умереть!

- Ни в коем случае. - Снейп влил в узника успокоительное. - Его светлость имел в виду, что его палочка погибла. Не могли бы вы сделать для него новую?

Старик удивленно посмотрел на них и задумался.

- Но как? Здесь же у меня ничего нет.

- Вам все доставят. - уверил его Люциус. - К моему глубокому сожалению, отпустить вас - не в моей власти, но я готов сделать все, что от меня зависит, чтобы ничего фатального с вами не произошло. Кажется, до сих пор мне это удавалось. Вы поможете мне?

- Так ваши эльфы…

- Действуют по моему приказу, а как же иначе?

- Хорошо, ваша светлость. Давайте посмотрим…

Люциус записал все, что требовалось мастеру для его палочки и пообещал доставить материалы завтра же. Так же он приставил одного из эльфов следить за стариком и скрывать его деятельность от посетителей, как только это потребуется. Снейп оставил еще пару зелий, и они ушли. Была уже глубокая ночь и дом спал. Выбравшись из подвалов, Люциус аппарировал их обоих в свою спальню: следовало хоть немного отдохнуть.

Наутро Лорд был сосредоточен и деловит. Снова появился Тикнесс, и они заперлись в кабинете. После отбытия будущего министра все наскоро пообедали, и Лорд радостно сообщил Люциусу, что у Уизли сегодня свадьба.

- Я рад за них, мой Лорд, но, к счастью, не приглашен. Боюсь, я испортил бы праздник: Уизли-старший принес мне немало неприятностей и удержаться было бы трудно.

- Значит, тебя не слишком огорчит, что свадьба сорвется? Я намереваюсь явиться туда без приглашения.

- Мне все равно, мой Лорд, никогда не любил этих рыжих предателей крови.

Люциус не успел поделиться своими опасениями со Снейпом: того не было весь день, а вечером стало поздно: Лорд собрал всех, кого мог, и отправился в министерство, оставив Люциуса «на связи». К счастью, Драко тоже не взяли: после прошлой вылазки Лорд глядел на него, как на домовика и не удостаивал разговором. Люциус был только рад: бояться теперь нужно было за Снейпа и Беллу, но они взрослые и сильные маги, хотя это и не успокаивало. Вскоре Патронус Снейпа кратко сообщил, что Министерство пало и у нас теперь новый министр магии. А потом началось что-то невообразимое.

Как потом узнал Люциус, нападения на дома членов Ордена Феникса были одновременными. Погибло пятеро человек, множество ранено и арестовано новым правительством. Министр Скримджер убит, и погиб маггл Теодор Тонкс.

Нарцисса посылала Патронус за Патронусом, но Мейди не отзывалась. Нарси не находила себе места. Люциус, как мог, успокаивал супругу, следя за кольцом: эмоции Снейпа доносились приглушенно, но они были, а значит, он в сознании и пока жив. Так продолжалось всю ночь, а утром Малфой-Менор встречал усталых и забрызганных кровью победителей - начиналась новая эра. Правление Великого Темного Лорда.

Люциус первым преклонил колени перед Повелителем, и его примеру последовала вся свита.

- Мой Лорд…

За спиной Хозяина мелькнули черные волосы…

- Мой Лорд.

Он жив. Мы живы. Мы все еще живы…

25 глава

Празднование победы превратилось в безобразную попойку, перешедшую в оргию. Лорд приказал притащить победителям каких-то магглов и предложил выбирать. К счастью, им хотя бы позволили разойтись по комнатам, и не радовать глаза окружающих прямо в столовой. Даже Хвост, кажется, уволок в подвал то, что осталось после того, как выбрали прочие маги. Снейп молча и незаметно увел Драко, Белла с Руди, уходя, прихватили Нарциссу, а Люциус продолжал сидеть, не понимая, что следует делать ему, но Лорд ведь не мог не «позаботиться» о любимой игрушке. Когда Треверс подошел к юному мальчишке, в панике взирающему на непонятных людей в старомодных костюмах, Лорд окликнул его и указал в противоположный угол комнаты, на стоящего там молодого мужчину. Треверс отошел, а Риддл протянул руку и поманил Люциуса за собой:

- Взгляни, мой мальчик, какая прелесть. От силы - восемнадцать. Тебе должно понравиться. Или ты предпочитаешь, чтобы заботились о тебе? Да, даже если и так - ты ведь не отдашь столь нежное создание Фенриру?

- Нет, мой Лорд! - Люциус испытал понятную жалость. - Не стоит баловать оборотня. Он ничего не понимает в красоте, и только испортит мальчика.

- Тогда, чего ты ждешь? Забирай!

Люциус протянул руку, и мальчишка испуганно отпрянул.

- Ах, да, у тебя же нет палочки! Попробуешь договориться, или помочь?

- Благодарю, мой Лорд, я сам.

Лорд отошел и уселся, наблюдая. Люциус сделал еще шаг в сторону «подарка».

- Идем со мной. - раздельно сказал он и протянул руку.

Глаза, посмотревшие на него были абсолютно бессмысленны. Люциус вздохнул и ударил ребенка по щеке. Тот дернулся и заморгал, приходя в себя.

- Идем со мной. - повторил Люциус.

- Нет!

- Хорошо, оставайся. Достанешься вон тому заросшему шерстью красавцу. Знаешь, что он делает со своими жертвами?

Мальчишка побледнел.

- А вы?..

- Я не убиваю. Достаточно? Решай быстро - тут много желающих.

Мальчишка затравленно оглянулся, всхлипнул и схватился за протянутую к нему руку.

- Вот и молодец. Пойдем. - ласково проговорил Малфой.

- Браво, Люциус! - похвалил Волдеморт. - Только не убивай его до утра, я хочу убедиться, что он тебя удовлетворил.

Мальчишка дернулся, пытаясь вырваться, но Люциус не пустил, силой таща его за собой, и еще раз ударил, скорее для зрителей, чем для того, чтобы причинить боль. Поскольку мальчишка был магглом, пришлось волочь его за собой по лестницам, благо, он несколько отвлекся, оглядывая Менор удивленными глазами. Затащив добычу в свою комнату и закрыв дверь, Люциус со вздохом отпустил ребенка, чуть толкнув его в сторону кресла.

- Сядь.

Пленник быстро повиновался.

- Вы кто? Секта? Сатанисты? Массоны? - застрекотал он.

- Замолчи. - Голова уже ныла, и Люциус поморщился. - Я не понимаю ни слова из того, что ты говоришь. А ты не поймешь, кто мы. Все, что тебе нужно - молчать и слушаться, и, может быть, тебе еще удастся выжить, в отличии от большинства твоих товарищей по несчастью.

Мальчишка сжался в кресле, и тут в комнату аппарировал Снейп. Пленник принялся хватать воздух открытым ртом и явно собрался потерять сознание.

- Что, Люци, тебе тоже достался подарок? - язвительно поинтересовался Снейп. - И что ты намеревался с ним делать?

- Вот, еще не решил: заставить его мыть полы в Меноре, или работать в саду?

По лицу маггла было заметно, что он уже не доверяет собственным глазам, и, тем не менее готов на любые трудовые подвиги.

- Какая скудная фантазия, Люци. Раньше ты бы придумал что-нибудь повеселее.

- Это старость, Снейп.

- Это мудрость, мой лорд. Однако, что же нам с ним делать? Может, убить?

- Лорд запретил. - с сожалением ответил Люциус. - А то бы проблем не было.

Бедный мальчишка вжался в кресло и замер.

- Тогда будем насиловать.

- Не надо. - пискнул пленник.

- Не надо. - согласился Снейп, разглядывая его. - Но придется.

- Северус, хватит. Он сейчас умрет от страха, и мне попадет от Лорда.

- Хорошо. - Снейп навел на парня палочку и произнес сонное заклинание. - Пусть отдохнет, потом добавим воспоминаний. Правда, придется его немного помять, чтобы остались следы.

- Надеюсь, ты поможешь мне?

- Конечно. Не в моих интересах оставлять тебя одного: вдруг войдешь во вкус? Отгоняй потом тебя от малолетних любовников.

- А что с ним будет дальше?

Снейп нахмурился.

- Скорее всего убьют. Люци, всех ты не спасешь. На тебе и так вся семья.

- Вся моя семья - на тебе, и ты ее безропотно тащишь. Я понимаю, что добавлять тебе проблем - просто свинство… Но, может, попробуем? Готов предложить равноценный обмен…

- Что именно?

- Небесно-голубое?

- Лучше белое.

- Согласен.

- И фату.

Люциус поднял взгляд: глаза Снейпа смеялись.

- Кольцами мы уже обменялись, а вот остальное упустили.

- Мне кажется, или я еще не слышал ничего, похожего на предложение?

Снейп опустился на колено:

- Мой лорд, не окажете ли вы мне честь, и не позволите ли любить вас в болезни и здравии, в богатстве и бедности, пока смерть не разлучит нас?

Люциус растерянно глядел на него, не зная, что ответить.

- Северус, что это?

- Не пугайся, Люци, - усмехнулся Снейп, поднимаясь, - это формула брачных клятв у магглов. Тебя она ни к чему не обяжет.

- Жаль. Но я согласен.

- Я рад… Теперь ты наденешь фату?

- Теперь, полагаю, придется. Только, умоляю, Снейп, не суй больше в карман ничего кружевного: на моего сына и так косо смотрят.

- Ничего, Люци. Когда-нибудь ты будешь вспоминать об этом, смеясь.

- Надеюсь, мы будем смеяться вместе.

- Вряд ли, Люци. Но я рад, что тебя не ужасают перспективы.

- Меня ужасает твой настрой. У нас тут похороны или свадьба?

Снейп притянул его к себе и сказал куда-то в волосы:

- Люци, теперь уже я - смертник.

- И мне на это так же наплевать, как было тебе. Избранный ведь еще может победить.

- Нет, Люци. Не стоит тешить себя иллюзиями. Но, будем надеяться, что он проживет достаточно, чтобы ты успел от меня устать.

- Тогда он только что скончался. - фыркнул Люциус. - Изволь прекратить умирать. У меня сегодня не первая, но, все же, брачная ночь, и не смей портить мне ее грустными разговорами.

- Простите, мой лорд! Больше не повторится.

- То-то же! - Люциус выпрямил спину и грациозно подал руку любовнику. - Изволь отвести своего нареченного в спальню и заняться исполнением своего долга.

Снейп склонился и принял руку своего лорда.

- Прошу!

Они скрылись в спальне, и занялись расчетами, и в эту ночь были отданы все долги, какие только смог припомнить господин и рад был возвратить слуга.

Утром Снейп леветировал «подарок» в спальню, сложил на разворошенную постель, раздел заклинанием и предложил Малфою.

- Чувствую себя вампиром в гостях. - пожаловался Люциус, забираясь на кровать и осматривая бесчувственное тело. - Как я устал!

- Ничего, Люци, лучше кусать самому, чем быть укушенным.

Снейп расположился с другой стороны, и они принялись за дело. Через некоторое время парень действительно выглядел, как жертва вампиров, несмотря на то, что они то и дело норовили отвлечься от неподвижного тела и заняться тем, что шевелилось рядом. Наконец, закончив с украшениями, Снейп добавил жалящее заклинание для достоверности: все же столь бурная ночь не могла не оставить следов в стратегически важных местах.

- Ты садист, Снейп, он же не сможет двигаться. - поморщился Люциус.

- Ничего, облегчишь его страдания.

Снейп достал из кармана баночку с заживляющей мазью.

- Ты что, там все свои запасы таскаешь?

- Подумаешь, чуть расширил пространство. - пожал плечами Снейп. - Зато твои серебряные ложечки прекрасно поместились.

- Только не бери кубки из сервиза Блэков - Нарси расстроится.

Сонное заклятье с парня сняли, и он с трудом разлепил глаза и застонал.

- Смотреть на меня! - рявкнул Снейп.

Люциус отошел в сторону: мешать легиллименту не следовало. Когда они закончили, на лбу Снейпа выступил пот, а маггл свалился без чувств, едва маг отпустил его.

- Так тяжело? - посочувствовал Люциус.

- Он почти безумен от страха. Право же, Люци, гуманнее было бы дать ему умереть.

- Как скажешь, мой хороший. Иди отдыхай.

Снейп потянулся поцеловать своего лорда, но стук в дверь прервал их.

- Люциус. Откроешь? Или мне войти самому?

Снейп исчез мгновенно, а Люциус схватил халат и завернулся в него.

- Мой Лорд! Какая честь!

Дверь открылась, стоило Люциусу прикоснуться к ней.

- И как ты запираешься без палочки?

Риддл подозрительно оглядывал спальню.

- Остаточная магия Менора, мой Лорд. - пояснил Люциус, и тут с постели раздался стон.

- О, так я не вовремя? Прости, Люци.

Ничуть не сомневаясь, что Повелитель именно этого и хотел, Люциус последовал за ним к кровати, где едва шевелился помятый и испуганный мальчишка.

- Ну, знаешь, Люциус… - протянул Лорд, покачав головой почти осуждающе, - не ожидал, что ты настолько изголодался. Как он еще жив…

Лорд взмахнул палочкой, и мальчишка взмыл над кроватью, поворачиваясь, как манекен на витрине. Заметив покрасневшие и опухшие бедра, Лорд прищурился и уронил маггла обратно на постель.

- Похоже, это именно то, чего тебе давно не хватало, Люциус. Ты вымещаешь свою злость на тех, кто слабее тебя. Что ты чувствуешь при этом? Наслаждение? Власть? Силу?

С каждым словом Лорда Люциус все ниже склонял голову, признавая его правоту.

- Мальчик, лорд Малфой обижал тебя?

Волдеморт наклонился над пленником и спрашивал так участливо, что мальчишка тут же разревелся и стал что-то сбивчиво говорить.

- Помолчи. - приказал Лорд и, взяв жертву за подбородок, всмотрелся в заплаканные глаза.

Немного посмотрев, Лорд брезгливо оттолкнул маггла и обернулся к Люциусу.

- Что ж, я снова не ошибся, и это радует, хотя прошло много времени, ты все-таки понял… И, кстати, секс тебе на пользу, мой мальчик: ты выглядишь гораздо лучше.

С ужасом Люциус вспомнил, что проклятья Нарциссы развеиваются к утру, и едва удержался, чтобы не кинуться к зеркалу.

- Советую тебе оставить эту зверюшку у себя, пока он на что-то годится, конечно, потом можно будет подобрать что-то еще. Только не держи его в комнатах, не то все потребуют себе домашних любимцев, а Долохов немедленно заведет гарем.

- Благодарю за заботу, мой Лорд. Его отправят в подвал сейчас же.

- А ты приводи себя в порядок и выходи к завтраку. Сегодня все проспят до обеда, а мне скучно завтракать одному.

Лорд вышел, а Люциус, закрыв дверь, едва перевел дух. Следовало отправить пленника.

- Встать можешь? - устало спросил он в сторону кровати.

Мальчишка молча принялся выбираться из постели, стараясь не стонать.

- На тумбочке - мазь, возьми и смажь все, что болит. Ванная - там. И быстро.

Пленник почти бегом метнулся в ванную. Интересно, что такого страшного Снейп вложил в его воспоминания?

- Что ты помнишь? - спросил лорд вышедшего маггла.

Тот был умыт, вымазан мазью, и, кстати, очень неплохо сложен. Заметив заинтересованный взгляд Малфоя, он съежился и едва не заплакал.

- Ну?

- Пожалуйста… Не надо…

Решив, что проще выяснить все у Снейпа, Люциус махнул рукой:

- Одевайся. Жить будешь в подвале, приходить по вызову. Кто будет приставать, кричи, что Лорд подарил тебя Малфою, запомнил? Сниффи!

Возникший рядом домовик заставил мальчишку шарахнуться, а так как в это время он пытался надеть штаны, то свалился прямо к ногам хозяина и замер в ужасе.

- Сниффи, маггла в подвал, сигнальные чары, корми и следи, чтобы никто не трогал. Там кто-нибудь еще жив?

- Маггл, которого взяли волшебники Руквуд и Розье пока жив, маггла в каморке Крысы скоро умрет, три магглы у русского тоже живы.

- Если кто-то захочет незаметно вывести - помоги. Тела - убрать, хозяйке ничего не рассказывать.

- Да, хозяин!

- Лорд кого-нибудь взял? - не сдержал любопытства Малфой.

- Нет, хозяин.

- Ступай.

Сниффи поклонился и испарился вместе с пленником, а Люциус отправился в ванную, рассматривать себя в зеркале и решать, как ему выглядеть теперь.

26 глава

За завтраком было на удивление людно: Руди, Белла и Басти, не участвовавшие в празднестве, спустились вовремя, вскоре появились заспанные Руквуд и Розье, Снейп привел Драко, и последним из своей комнаты вылез русский. Долохов выглядел довольным и отдохнувшим, и Люциус, вспомнив эльфово «три магглы», даже позавидовал его выносливости: сам он был уставшим и сонным, что не преминул заметить Лорд. Спасибо, не стал расписывать его подвиги при Нарциссе.

Закончив завтрак, Лорд удалился в кабинет: новый министр и назначенный начальником Аврората Яксли, уже ожидали его. Новый порядок требовал новых распоряжений. Перед тем, как уйти, Лорд объявил всем о назначении Снейпа следующим директором Хогвардса и велел отправляться на место службы сразу после завтрака. Снейп равнодушно выслушал неискренние поздравления соратников и поднялся следом за Лордом, а Долохов тем временем громко поздравлял Драко с его «фамильным чутьем, позволяющим безошибочно выбирать покровителей». Люциус раздраженно бросил: «Драко, проводи директора», избавляя сына от унизительных комплиментов. Драко встал и вышел, ни на кого не глядя. Бедный ребенок. Ему еще припомнят этот «роман», но, пока Снейп в силе, лучшего защитника для Драко не найти.

После того, как все разошлись, Люциус выслушал отчеты эльфов: Руквуд стер своему магглу память и аппарировал с ним в маггловскую часть Лондона, где и оставил, сразу вернувшись обратно, маггла Хвоста умерла, пока они завтракали, Долохов развлекся еще раз и милосердно убил своих женщин, пока они спали. Тела уничтожены.

Люциус не мог смотреть на свой дом: ему казалось, что Менор дрожит от отвращения. Стены фамильного замка за века видели многое, но то, что творилось сейчас, творилось не по воле природных лордов, а посторонними, чужими людьми, и Менор, казалось, едва сдерживал отвращение, как сдерживал его и лорд Малфой.

Этой ночью Люциус обошел весь свой замок, касаясь стен, разговаривая, снова делясь своей кровью. Замок принял его дар, срастил трещины, появившиеся в фундаменте, и снова стал незыблем и надежен, как в старые добрые времена. Люциус, к утру добравшийся до спальни, свалился на постель, не раздеваясь, и, только тогда вспомнил:

- Сниффи! - Домовик появился мгновенно. - Раздень меня и приведи маггла.

Нужно было как-то оправдать то, что завтра лорд Малфой не появится на людях до обеда и снова будет выглядеть уставшим и невыспавшимся.

Дни потянулись за днями. Наутро Драко отправился в Хогвартс, а Долохов с группой поддержки остановил экспресс, в надежде найти там Поттера. Вернувшись, они притащили с собой блондинку, которую Люциус помнил по отделу тайн, и Лорд велел держать ее в подвале. Люциус подумал, и отправил барышню к Олливандеру: слишком внимательно к ней приглядывался Долохов, да и остальные соратники тоже, чтобы запереть ее одну. Люциус исправно таскал к себе маггла, оставляя его ночевать. Тот стал привыкать, уже не так шарахался, и почти спокойно ложился в постель лорда, где Люциус его держал на случай, если Повелителю снова захочется навестить своего верного слугу. Пару раз Люциус узнавал от эльфов, что Лорд вызывал мальчишку к себе и пытался расспрашивать, но тот сразу начинал рыдать и твердить «Пожалуйста, не надо», и Лорд отступился, убедившись, что Люциус на верном пути.

Снейп не появлялся две недели, из писем Драко было ясно, что дела в Хогвардсе очень плохи: учителя не приняли нового директора, саботировали его приказы и пытались вредить, к счастью, пока безуспешно. Люциус переживал, ощущая постоянное глухое отчаяние, ненависть и жалость, приносимые магией кольца. Снейпу приходилось не только бороться с бывшими коллегами, но и сдерживать порывы новых: семейка Керроу часто являлась на доклад к Лорду и не стеснялась хвастаться своими подвигами.

Когда, наконец, Снейп появился на пороге гостиной, Люциус едва сдержался, чтобы не вскочить и не кинуться навстречу. Северус выглядел не просто усталым - серым от усталости. Он кивнул присутствующим, прошел в кабинет к Лорду и пробыл там почти два часа. Люциус уже подумывал поджечь что-нибудь, чтобы отвлечь внимание, как на пороге комнаты появился Лорд. Снейп стоял за его плечом, словно тень, так мало жизни было в его лице.

- Люциус, - позвал Лорд, - подойди.

Малфой приблизился, ожидая указаний.

- Северусу необходимо отдохнуть. Проследи, чтобы его никто не беспокоил, и если ему что-нибудь нужно - изволь достать.

- Конечно, мой Лорд.

Они дошли до двери, и едва закрыли ее за собой, как Люциус схватил Снейпа за руку и аппарировал в спальню. Они даже не поздоровались, а новая мантия Малфоя, не выдержав напора, разошлась по шву, и он досадливо дергал плечом, в попытке от нее избавиться, пока Снейп не вспомнил про палочку, и тогда лорд оказался вовсе без одежды, вдруг испарившейся, и очень вовремя: сил ждать уже не было, а мертвое лицо Снейпа, перекошенное какой-то жестокой гримасой, не просто пугало, но и заводило до невозможности.

Когда мир перестал кружиться перед глазами, а пол - уходить из-под ног, Люциус, наконец, задышал снова и потянулся, губами исследуя лицо любовника. Оно было соленым и мокрым.

- Так плохо?

- Терпимо. Теперь уже почти хорошо.

- Ложись.

Снейп заснул сразу же, а Люциус лежал рядом, наблюдая, и угадывая, когда нужно дотронуться до щеки или лба губами, прогоняя дурной сон, и не ошибся ни разу…

- Где ты провел эту ночь, Северус?

За столом они были втроем: слишком рано, все еще спят. Люциус похолодевшими пальцами вцепился в чашку. Кофе показался отравленным, горло перехватил спазм.

- В покоях его светлости, мой Лорд. - прозвучало равнодушно и чуть насмешливо.

Надеюсь, ты не ошибся, любимый. Малфой аккуратно поставил чашку на блюдце и сцепил руки перед собой.

- Люци? Развей мои сомнения - я конечно понимаю, что хороший хозяин всегда стремится угодить гостю, но так?..

- Вы приказали не отказывать ему ни в чем. - глухо проговорил Люциус, опуская обращение.

- А ты так послушен! - восхитился Риддл.

- А у меня нет выбора. - пояснил Люциус. - И палочки.

- Боюсь, я был несколько невежлив, - слегка усмехнулся Снейп, - и забыл спросить, желает ли его светлость развлечься.

- Боюсь, я бы все равно не успел ответить. - сквозь зубы проговорил Малфой.

- Мальчики не ссорьтесь! - воскликнул Лорд и рассмеялся. - Я с вами скоро превращусь в безмозглую наседку. Надеюсь, ты, Люци, не слишком обиделся на Северуса? У него сейчас тяжелый период в жизни.

- Да, хоть критические дни! - позволил себе вспылить Люциус. - Но, если Драко узнает, я его все-таки убью!

- Ну-ну, Люциус, вряд ли директор станет рассказывать о своей личной жизни ученику.

- Не волнуйтесь, ваша светлость, - заверил Снейп, - я по-прежнему нежен с вашим сыном. Если придется выбирать, угадайте, на чьей стороне он окажется?

Люциус резко встал, опрокинув стул, и выскочил за дверь. Хотелось кого-нибудь убить…

- Он мертв.

Лорд смотрел на Люциуса с одобрительным удивлением.

- Простите, мой Лорд.

Мальчишка выглядел просто ужасно: избитый, окровавленный, бездыханный.

- Я не знаю, как это произошло. Я не помню. Кажется, он кричал.

Лорд с неожиданной заботой обнял Люциуса за плечи и вывел из спальни, плотно прикрывая дверь.

- Присядь, мой мальчик.

Стакан с огневиски ткнулся в руку, и Люциус машинально выпил, не чувствуя вкуса.

- Ничего Люци, это бывает. Как видишь, все не так страшно. Это всего лишь маггл, Люциус, заведешь себе другого любимца.

- Да, мой Лорд. - рассеянно ответил Люциус. - Меня немного беспокоит то, что я плохо помню, как это произошло.

- Это нормально, Люци. Сам рассуди: твой враг принудил тебя к близости, - и тут не удержался от укола Повелитель, - тебе было неловко, он продолжал издеваться, я невольно подлил масла в огонь.

Люциус кивал, пряча глаза: невольно, мой Лорд, конечно, невольно.

- Ты решил успокоиться, сорвав зло на пленнике, и это тоже нормально. Он не послушался тебя?

- Он все время кричал. Мне надоело.

- Вот видишь - все нормально. Ты слишком впечатлителен для своих лет, Люци. Пора взрослеть. Тебе лучше?

- Спасибо, Повелитель. - Люциус тряхнул головой и поднялся. - Да, мне уже лучше.

- Прекрасно. Помочь тебе убраться?

- Что вы, мой Лорд! Эльфы прекрасно справятся. Благодарю!

Люциус порывисто опустился на одно колено и прижался губами к холодной руке. Лорд, казалось, был польщен.

- Довольно, Люци. Я рад твоей искренности. Ты не смущаешься больше?

Люциус промолчал, не отпуская руку до тех пор, пока Лорд не отнял ее сам.

- Мне пора, мой мальчик. Если случится что-то еще - зови. Я рад буду помочь.

Люциус стоял на коленях до тех пор, пока шаги Лорда в коридоре не стихли совсем, а после осел на пол и тихо засмеялся.

Истерика, ваша светлость, но сейчас вам простительно. Первое убийство, как-никак. Кто бы цветов преподнес?

Успокоившись, Люциус сходил умыться, и вернулся в спальню уже абсолютно серьезным. Тело мальчика так и лежало посреди ковра, пачкая его застывающей кровью, и Люциус содрогнулся.: «Это всего лишь маггл, Люциус… Это нормально…» Если это нормально, что тогда - слишком?

- Сниффи!

Домовик явился и ждал указаний, но Люциус все медлил: рассматривая лицо мальчишки, он впервые заметил, как этот маггл похож на охранника Тедди - те же, удивленно вздернутые брови, губы, вздрагивающие, словно в попытке улыбнуться… Только мальчишка не улыбался здесь, и его глаза были красны от слез и мутны от ужаса. Люциус вдруг понял, что так и не узнал его имени… Тем лучше: нечего будет вспоминать. Лорд Малфой выпрямился и приказал:

- Оденешь, перенесешь в Лондон, куда-нибудь в парк поглуше, вылечишь, что возможно, и дашь выпить антидот. И проследи, чтобы никто не обидел - ему и так досталось.

Домовик кивнул, щелкнул пальцами, и мальчишка оказался одетым в мятую несвежую одежду, в которой попал сюда. Пусть думают, что он заблудился и бродил где-то целых две недели. Перед уходом Снейп успел стереть все воспоминания о гостеприимном доме и его хозяевах, а заодно пояснил, наконец, что такое он внушил мальчишке, что тот рыдал при одном упоминании Малфоя.

- Ничего гаже не мог придумать? - поморщился Люциус.

Все же, использовать Дьявольские силки подобным образом пока еще никто не додумался, и Люциусу не улыбалось прослыть первооткрывателем.

- Ничего, зато он был уверен, что стоит ему проговориться - и ты повторишь свои забавы, вот и молчал.

- Бедный ребенок! Снейп, ты иногда пугаешь меня.

- Я кажусь тебе излишне жестоким? - равнодушно уточнил Снейп. - Ты боишься?

- Я боюсь. За тебя, мой ядовитый, за семью, а еще я боюсь перестать быть человеком.

- «На войне, как на войне», мой принц.

- А сам, наверное, спасаешь гриффиндорцев от Керроу и изображаешь чудовище, чтобы никто не догадался.

Снейп отвел глаза и фыркнул:

- Вот еще! Не уходи от ответа, Люци: я тебя пугаю? Ты больше не хочешь иметь ничего общего с типом, в которого я превратился, но боишься это сказать?

- Ты заигрался, мой дорогой. - высокомерно ответил Люциус. - Когда это лорд Малфой боялся говорить то, что думает?

- Да уж, заставить тебя промолчать практически невозможно. Так скажи мне.

- Снейп, - прищурился Люциус, - как это понимать? Ты решил сбежать? А как же «в богатстве и бедности, в мантии и без мантии…», или что там было? Мы практически женаты, моя радость, «пока смерть не разлучит нас»! Разве я тянул тебя за язык, когда ты делал мне предложение? Вот говорили мне, что все мужчины одинаковы: пока мы красивы и молоды - они обещают золотые горы, а стоит только…

- Люциус, остановись! - Снейп уже смеялся, - иначе я выполню свой супружеский долг прямо над хладным трупом. «В мантии или без мантии», надо же!

Люциус перевел дух: все же, подобные причитания давались ему не без труда.

- Возьми. Это антидот от «Живой смерти». Три капли на язык, и он очнется. Домовик успеет скрыться. А раны ему придется лечить уже дома.

Малфой и сам понимал, что иллюзией ограничиться не удастся, но все же вышел из комнаты, малодушно оставив Северуса «обрабатывать умершего» самостоятельно, успокаивая свою совесть тем, что мальчишка ничего не чувствует, и, что, если бы не они, он давно бы уже был мертв.

Люциус кивнул домовику, и тот испарился вместе с телом его первой жертвы. Что ж, как обычно он утешает себя? Могло быть и хуже, ваша светлость, намного хуже. Да, наверняка, еще и будет. А пока - с первым трупом вас! И, раз никто не дарит цветы - придется снова напиться. Сиятельный лорд Малфой - нежный и трепетный - ужасный убийца - спешите видеть!

К очередному запою хозяина дома Лорд отнесся с пониманием, а Люциус каждый вечер пьяно шумел в комнате Нарциссы, чтобы Повелитель не вздумал утешить его подарком и не притащил еще кого-нибудь. Через несколько дней Малфой решил, что пора трезветь, и Нарцисса «случайно» уронила перчатку, продемонстрировав синяки на нежной коже. Все тактично промолчали, Белла отозвала Малфоя «на два слова», и через день Люциус вышел к завтраку абсолютно трезвый, а Нарцисса с достоинством демонстрировала новые браслеты, подчеркивающие красоту ее рук.

Лорд смотрел на Люциуса с умилением, неприятно напоминавшем о Дамблдоре, и Малфой уже стал ожидать подвоха, но в конце недели снова явился Снейп, на этот раз захвативший с собой Драко.

- А ведь Северус пытается извиниться. - заметил Лорд, наблюдая в открытую дверь кабинета происходящее в гостиной. - Ты должен быть к нему снисходительней, Люци.

- Я благодарен мистеру Снейпу за все, что он делает, и надеюсь, когда-нибудь мне удастся отплатить ему за все его услуги.

- Аккуратней, Люциус! - предостерег его Лорд. - Что касается финансов - тебе нет равных, но, едва речь заходит о мести, и ты теряешь всякую осторожность и проигрываешь. Видимо все дело в эмоциях. Тебе не стоит давать им волю, это только вредит делам.

- Благодарю за совет, Повелитель, я запомню.

Лорд отослал Люциуса и закрылся в кабинете с новым директором Хогвардса. Оставшись в гостиной, Люциус подчеркнуто не смотрел в сторону сидящего в углу на стуле Драко. Нескольких быстрых взглядов было достаточно, чтобы родительское сердце болезненно сжалось: Драко был бледен, очень похудел и выглядел угнетенным и несчастным.

Показавшийся из кабинета Снейп чуть повел в его сторону головой, Драко слетел со стула, и немедленно оказался за плечом директора. Долохов изумленно присвистнул, но, взглянув на побледневшего Люциуса, неожиданно промолчал. Снейп подошел к хозяину дома, поднявшемуся ему навстречу.

- Ваша светлость, извольте проследить, чтобы мистер Малфой явился в школу без опозданий. Мне и так пришлось сделать для него исключение: все каникулы и отлучки отныне запрещены. Драко, - обернулся он к ученику, - вы должны вернуться к началу занятий в понедельник. Если что-то изменится - мой камин открыт. Можете попасть из вашей спальни прямо в мои комнаты.

Снейп изобразил улыбку и кивнул:

- Прощайте, ваша светлость. Драко.

- Прощайте, директор, сэр.

Снейп вышел, а Люциус почувствовал, как от предвкушения закололо кончики пальцев: он непременно воспользуется приглашением.

- Идем, Драко. - бросил он грозно. - Нам надо поговорить.

- Давно мечтал заняться этим прямо здесь.

Люциус провел пальцами по отполированной массивной столешнице. Снейп с усмешкой смотрел на него. Когда Люциус появился в кабинете директора, его уже ждали. Снейп попытался подняться навстречу, но Люциус попросил:

- Не надо, не вставай! Тебе так идет быть директором.

- Ты пугаешь меня, Люци, что за странные фантазии? Может быть, мне нацепить очки и предложить тебе лимонных долек?

- Вечно ты испортишь настроение! - вздохнул Малфой. - Уже ничего и не хочется.

- Да что ты? - усмехнулся Северус. - Готов загладить свою вину и поднять тебе настроение, но только не здесь. Не хочется, знаешь ли, чтобы очередные гриффиндорцы, вломившись в мой кабинет, чтобы написать на стене «Снейп - слизеринский ублюдок» получили пищу для последующих надписей прямо из первых рук.

Люциус демонстративно заоглядывался.

- Что ты ищешь?

- Трупы. Где ты прячешь тех, кто пачкает твои стены и репутацию? Как член Попечительского совета, должен заявить, что частые исчезновения учеников рано или поздно будут замечены. Лучше закапывай их в подземельях, меньше вероятности, что попадешься.

- Благодарю, ваша светлость. Не соблаговолите ли вы проследовать в мои личные апартаменты, чтобы продолжить нашу увлекательную беседу в более удобной обстановке?

- Конечно, господин директор. Конечно соблаговолю.

Вернувшись утром, Люциус посмотрел на спящего Драко и аппарировал к себе. Совесть не давала покоя: следовало поговорить с сыном, попытаться понять, что с ним происходит, а вместо этого Люциус занимался любовником, за которого тоже болело сердце. Как выбрать? Невозможно.

Переодевшись к завтраку, Люциус спускался по лестнице и, услышав голоса, остановился послушать.

- Зачем тебе это, именно тебе?

Долохов говорил без обычной издевки, и Люциусу стало любопытно. Он осторожно выглянул из-за поворота и увидел совсем рядом с собой Драко, беседующего с русским и, чуть дальше от них, оборотня, делающего вид, что занят чем-то в окне.

- Ты же таешь на глазах, наверняка он не заботится о тебе не капли, и думает только о своем удовольствии.

- Какое вам дело, не понимаю. - огрызнулся Драко и Люциус кивнул: так, сынок.

- Да никакого, придурок! Жалко смотреть на твоего отца. Он, хоть и павлин, но тебя любит. А тебе уже должно было хватить времени, чтобы понять, с кем ты связался, и теперь ты наверняка хорохоришься просто из гордости. Помирись с отцом и прекрати над собой издеваться!

Люциус с удивлением понял, что Долохов не врет: его действительно задевала ситуация. Почему вдруг?

- Интересно, почему вас так волнуют отношения в моей семье? - язвительно поинтересовался Драко.

- Да потому, что не один ты такой идиот, который, поругавшись с отцом, ломает себе жизнь только для того, чтобы доказать всем, что прав и ни о чем не жалеет! - рявкнул Долохов. - Надеюсь, ты успеешь поумнеть до того, как твой отец умрет или выгонит тебя, и тебе больше некуда будет вернуться! Так что выключи амбиции и включи мозги. Снейпу ты нужен, пока твоего отца волнует твоя судьба. Как только Люциус окончательно от тебя откажется, останешься без Рода и без любовника, и с такой репутацией, что придется искать покровителей на панели. А твой обожаемый директор придумает новый план по моральному уничтожению рода Малфоев, уже без тебя.

- О чем вы говорите? Я не понимаю.

- Поймешь, мальчик, да поздно будет. Они пытаются сожрать друг друга уже давно, и ты - просто пешка в руках Снейпа. Знаешь, как забавно будет, если тобой Люциусу поставят мат? - Долохов понизил голос. - Не подставляй отца, придурок. Я его не люблю, но такого даже он не заслужил.

Долохов ушел, и Люциус, подождав немного, вышел.

- Драко, все в порядке?

- Не совсем.

- Думаю, его светлость в курсе.

Фенрир приблизился настолько неслышно, что оба Малфоя вздрогнули от неожиданности.

- Иди, Драко. - велел Люциус, и сын повиновался.

- Что, ваша светлость, нервничаете? Так забавно наблюдать за вашими развлечениями. - В глазах оборотня не было злобы, но Люциус передернулся. - Хорошо, что Лорд не чует запахов. Ваш партнер сегодня постарался, не так ли?

- Что-то в воздухе? - холодно предположил Люциус. - Какое-то зелье? Всем вдруг захотелось обсуждать странные темы.

- Вы все рассчитали правильно: здесь Драко оберегаете вы, там - ваш старший. Но, позвольте предупредить: ваш волчонок пахнет желанием. Он ищет пару. Или вы об этом знаете, и следите так усердно, чтобы он не нашел кого-то неподходящего?

- Он уже нашел кого-то неподходящего. - вырвалось у Люциуса.

- Значит, дело в этом. Вы хотите выбрать ему самку?

Люциус поражался сам себе: он, сиятельный лорд Малфой, на лестнице беседует с оборотнем о судьбе своего наследника, словно обсуждает щенка! Его мозг явно не выдержал перегрузок. Пора в Мунго.

- Я не должен вам отчитываться, Грейнбек.

Люциус попытался обойти оборотня.

- Подождите! Я понимаю, вам неприятно слушать, но поверьте: Драко нужен вожак. Как вам. ЖЕните его на ведьме - ничего хорошего не выйдет.

- Вы прорицатель, или на картах гадали? - выплюнул Люциус, теряя терпение.

- Я чувствую. Драко тоскует. Позвольте ему того, кого он хочет, или потеряете наследника.

- Да что ты об этом знаешь, тварь! - зашипел Люциус в полной панике. - Он не волк! А ты не человек! У нас все иначе!

- У всех все одинаково. - устало отмахнулся оборотень. - Только мы чуем запах, а вы - нет.

- И чем, по-вашему, пахнет Драко?

- Тоской. Он не тянет ваши игры. И ему одиноко.

- Фенрир… - Люциус сделал над собой усилие. - Простите меня за грубость. Но, я не понимаю, какое вам дело до Драко и всех нас?

- Знаете, Люциус, я давно не встречал такой интересной пары. С тех пор, как умер… да, ладно. Сколько лет вы уже водите за нос Лорда?

Люциус даже оглянулся, несмотря на то, что сам поставил заглушающее еще в начале их разговора.

- У вас прекрасный партнер, он очень умен, вы почти в безопасности. Но остальные - слабое звено. Вы ведь намерены спасать всю стаю?

- Чего вы хотите, Грейнбек?

- Убежища. Если случится непредвиденное - оборотней начнут убивать первыми. Я хочу иметь место, где можно спастись. Ваше поместье в Чехии вполне меня устроит.

- Там люди. - Люциус уже знал, что согласится.

- Ваш друг прекрасно варит зелья.

- Это ваши условия?

- Да. Взамен я присматриваю за Драко там, где вы этого сделать не можете. И знак для своих.

- Что?

- Оберег. Ни один оборотень его не тронет.

- Только не кусать! - испугался Люциус.

- Конечно нет.

Оборотень рассмеялся, глухо и хрипло.

- И еще одно: если Руди или Беллатрикс попросят вас об услуге, вы немедленно сообщаете об этом мне.

- Каждый заботится о своей стае? Я согласен.

- Документы получите завтра, с Северусом я переговорю.

Коротко кивнув, Грейнбек пошел вниз по ступеням.

- Когда полнолуние? - крикнул ему в спину лорд.

- Не скоро, ваша светлость, - усмехнулся тот, - Не беспокойтесь.

27 глава

Лорд уже не казался таким довольным: что-то не получалось. Кажется, Поттер оказался более крепким орешком, чем воображали все. Его нигде не могли найти. По стране бродили патрули, даже среди магглов, постоянно отслеживалась магия, Лорд наложил на свое имя заклинание обнаружения, благодаря которому в руки патрулей попадалось ежедневно множество героически настроенных идиотов, но нужного среди них не было. Вместе с Избранным пропала его лучшая подруга - грязнокровка, и их изображения мельтешили перед глазами с плакатов на каждой стене.

Появившись в Косой аллее, Люциус обнаружил, что почти все лавки и магазины закрылись, заклеенные или выбитые окна наводили тоску и страх, и он поспешил удалиться. Гринготс работал нормально: даже Лорд не хотел ссорится с гоблинами.

До зубовного скрежета Повелителя раздражал «Поттеровский дозор». Радиостанция была неуловима, поначалу Лорд слушал ее с интересом, Люциусу приказали купить приемник, и все устраивались в гостиной, обсуждая, насмехаясь и переглядываясь, но, вскоре Повелитель заметил, что постоянные перечисления жертв угнетающе действуют даже на собственных соратников, и велел Люциусу выкинуть приемник, однако, тот не послушал, и теперь в комнате Нарциссы по ночам собиралось доверенное общество, а утром по секрету новости передавались из уст в уста. Все нервничали. Власть на поверку оказалась не так сладка, как предвкушали многие, а всеобщая ненависть порой не давала дышать.

Лорд предпринял попытку реабилитироваться в глазах магического сообщества, проведя несколько благотворительных акций, и, чтобы придать им веса, поручил все дела сиятельному лорду. Люциус не растерялся и вытребовал себе охрану: он был беззащитен, лишенный палочки, среди враждебно настроенных волшебников. Лорд смилостивился, и теперь Люциуса везде сопровождали Кребб и Гойл, стоящие за спиной, и люди все поняли правильно: лорд Малфой под угрозой смерти выполняет требования победителей. Его начали жалеть, а уж когда Люциус, на заседании Визенгамота и совета Попечителей «не удержал» маскирующие чары, и все увидели его «истинное (наколдованное Нарциссой) лицо», все вопросы отпали сами собой: измученный, потерявший палочку и свободу, сиятельный лорд старался спасти свою жизнь. Героем он, конечно, не прослыл, но и из-за угла шальными проклятьями в него не кидались.

Драко исправно ночевал дома каждые выходные, и Люциус пытался поговорить с сыном, но тот замкнулся в себе, на все вопросы вежливо улыбался и целыми днями просиживал возле приемника, вслушиваясь в имена.

По лесу шатались патрули оборотней, но на доклад к Лорду допускался только Фенрир. Когда Долохов поинтересовался причинами подобной дискриминации, Люциус туманно намекнул на прадедушку, укушенного и, в порыве мести, закрывшего Менор для оборотней нерушимым заклятьем. Когда же русский резонно уточнил, «А Грейнбек?», оборотень вдруг встрепенулся и принялся занудно излагать свою родословную, практически от сотворения мира, и до наших дней, обосновывая свою возможность находиться в Меноре тоже весьма туманной легендой, в которой фигурировал первый Малфуа, болота, предок Грейнбек и долг жизни. Когда он закончил, тупой, но прямолинейный Гойл переспросил:

- И что?

- Рассказать сначала? - обрадовался Фенрир и набрал побольше воздуха в грудь.

- Нет! - хором воскликнули соратники.

- Я тебе потом объясню. - успокоил друга более сообразительный Кребб.

Все прекрасно понимали нежелание Малфоя видеть в Родовом гнезде подобных посетителей, и вечер воспоминаний благополучно прервался.

Люциус продолжал заниматься делами, и его, к счастью, не было дома, когда Лорд в очередной раз не поймал Поттера. Вернувшись, Малфой застал свою столовую в руинах, эльфов - в истерике, гостей - у целителя, а домашних, запертыми в его личных комнатах. Белла успокаивала Нарциссу, Руди отпаивал зельями Драко, а запершийся в гостиной Лорд, шипел что-то на парсалтанге. Змея отвечала ему, и Люциусу показалось, что она жалуется.

Что произошло, Люциусу объяснил взбешенный и паникующий Снейп, возникший прямо посреди спальни Малфоя и принявшийся ощупывать его светлость, не обращая внимания на посторонних. Едва успокоив перепуганного любовника, Люциус потребовал объяснений, и вскоре пришлось успокаивать Драко, забившегося в истерике, услышав, что Нагини поджидала Поттера в Годриковой Впадине и едва не схватила его.

Люциус предусмотрительно наложил на сына Силенцио и прижимал его к кровати, пока Снейп вливал в раскрытый рот свои зелья. И, только после того, как Драко уснул, Люциусу удалось убедить родственников разойтись по своим спальням. «Стая» вспомнил он. Странно: Фенрир считал его вожаком стаи, а Снейпа - вожаком самого Люциуса. Снейп, узнав об этом, только хмыкнул:

- Твоего оборотня подвел его хваленый нюх. Как я смею равняться с природным и столь блистательным лордом?

- Спасибо, Северус.

- За что?

- Вот за это. Если бы ты хотел…

Люциус прекрасно сознавал, что Снейп сильнее. Он понимал это еще, когда любовник был мальчишкой и только начинал служение двум своим лордам. И, стоило Северусу захотеть, он мог превратить Малфоя в бессловесного, покорного любовника, мальчика на побегушках. Люциус осознавал, как ему повезло: Снейп раз за разом щадил его самолюбие, позволяя своему лорду чувствовать превосходство, командовать и даже издеваться. Не стоит лгать себе, ваша светлость. Уже вполне понятно, кто здесь синьор, а кто вассал. Как восхитительно смешались роли…

- Но я не хотел.

- И за это тоже спасибо…

Люциус остался с Драко и уснул рядом с ним, утром почувствовав, как сын пытается тихонько улизнуть.

- Драко…

- Отец.

Драко прятал глаза и алел, как маков цвет.

- Прости, я вчера вел себя несдержанно.

- Да, можно так сказать. Родственникам я объяснил это нервным срывом… Или мама в курсе твоих проблем?

Драко покраснел еще больше и кивнул.

- Ну, хоть что-то ты сделал правильно! Могу я узнать, как она восприняла твой выбор?

- Боюсь, он ее не обрадовал.

Драко вопросительно вглядывался в отца.

- Могу ее понять.

- А ты… - он набрался храбрости и договорил, - ты знаешь? Мама…

- Не мама, - прервал его Люциус, - она сохранила твою тайну, но да - я в курсе, что в нашей семье прибавилось проблем.

- Ты против? - тут же напрягся Драко.

- Я разве говорил что-то вроде «прокляну! лишу наследства!»?

Сын немного расслабился.

- Но ты-то хоть сам понимаешь, как все это трудно?

- Почти безнадежно. - кивнул Драко. - Но что я могу поделать?

Да… Люциус молча прижал к себе сына. Что можно сделать с ноющей болью и страхом, раздирающим внутренности, с этим почти мертвым взглядом, каким глядел на него Северус, пока, наконец, не понял, что с ним все в порядке? А ведь Драко был влюблен без надежды на взаимность, да и вообще безо всякой надежды: капканов вокруг Избранного становилось все больше, круг сужался, и, даже получи Драко возможность объясниться - что он услышит? «Враг»? Каково будет признаваться в своих чувствах приговоренному? А каково будет не признаться, и всю жизнь потом гадать: что бы ты услышал, если бы решился?..

Все крепче прижимая к себе сына, Люциус не знал, что сказать, как облегчить своему ребенку эту боль, слишком тяжелую для столь юного сердца.

- Посмотрим, Драко… Жизнь иногда так непредсказуема… Потерпи.

Жизнь продолжала быть непредсказуемой. Разве мог подумать Люциус, что станет доверять единственного сына оборотню, или беспокоиться о ком-то, кроме своей семьи? «Стая» множилась. Малфой старался не доверять никому безоговорочно, и продолжал обходить стороной Долохова, да и остальных. Кто знает, что решит тот же Руквуд, если его поставить перед выбором? Полностью Люциус не был уверен даже в себе. Только в нем.

Северус выглядел теперь немного лучше: звание обязывало, но в глазах, за постоянным холодным вниманием стояла свинцовая усталость, и иногда Люциусу казалось, что его любовник уже не совсем жив, и однажды просто упадет и не поднимется больше.

Впрочем, он слегка оживлялся, когда Люциус принимался корчить из себя принцессу, и лорд с упоением истерил, дулся и капризничал, радуясь, что может помочь хоть этим. Получая за свои капризы положенное воздаяние, Малфой сдерживался, как мог: Северус иногда забывался и переходил границы, впрочем, Люциус был согласен на все, что помогало любовнику чувствовать себя живым. Так и жили: Люциус носился по делам, Снейп не вылезал из Хогвардса, Лорд ловил Поттера, Поттер бегал от Лорда, Драко тосковал, Нарцисса переживала - все были при деле.

Наконец, отыскалась Андромеда. Нарцисса писала ей постоянно, но ответа не было, совы возвращались пустыми, Нарцисса не знала, что думать, и тогда Люциус рискнул написать сам. Письмо, зачарованное так, чтобы прочесть его могла только Мейди, отправилось с посторонней совой и неожиданно лорд получил ответ:

«Благодарю. Я в порядке. Поцелуйте супругу.» Подписи не было. Письмо вспыхнуло в руке Люциуса и рассыпалось пеплом. Она в порядке. Хоть так. Люциус отправился выполнять поручение.

На Пасхальные каникулы детей все же отпустили по домам, и в Меноре удавалось соблюсти некую видимость нормальной жизни. Соратники, наконец, перестали навещать Малфоев так часто, за несколько месяцев даже самые ленивые нашли себе жилье или вернулись в конфискованные прежде дома. Рабастан слегка оправился и уехал в поместье, Руквуд официально признал Розье своим партнером, перетерпел скандал его родителей и угрозы изгнать Эвана из Рода, и поселился с ним в своем доме, и в Меноре остались только Руди, Белла и Хвост, выполнявший обязанности тюремщика и старавшийся не попадаться на глаза хозяевам. Ну, и, конечно, Лорд. Он не оставлял Малфоев своей милостью и продолжал жить в Малфой-Меноре, не выказывая никакого намерения обзавестись собственным жильем.

- У вас прекрасная семья, Люци. - говорил он, улыбаясь и поглаживая голову своей змеи. - Я чувствую себя, как дома. Ты ведь не против?

Рассыпаясь в уверениях и заверяя в своей радости и готовности к услугам, Люциус точно знал, что не обманывает Повелителя: понимающая усмешка была красноречивей слов. Похоже, Лорд не успокоится, пока Люциус не умрет у его ног от старости, и, пнув бездыханное тело, скажет что-нибудь вроде: «Как ты разочаровал меня, мой мальчик!»

Иногда Люциус был счастлив, что Лорд не читает его мысли. Жизнь оказалась бы очень короткой, а смерть - напротив долгой и увлекательной. В том, что касалось Малфоя, Лорд никогда не уставал изобретать.

Сегодня Повелитель отсутствовал, и, когда в ворота попытались войти, Люциус даже не поднялся, послав вопрос. Магия принесла образ: в дом ломились незнакомые оборотни. Егеря. Люциус поморщился: ведь знают же, что тварям не место в Меноре. И Фенрира нет.

«Что нужно?» - магия донесла его вопрос не хуже Соноруса и доставила ответ:

- Мы поймали Гарри Поттера.

Несколько секунд тишины растянулись в вечность. Сердце стукнуло и застыло, но Люциус не почувствовал этого. Из рук Драко медленно падал бокал, Нарцисса поднимала голову так плавно, словно была заколдована.

- Что?

- Мы поймали его! Пустите!

Взглянув в глаза своему ребенку, Люциус открыл ворота. Нарцисса встала за спиной сына, готовя палочку, сам он остался сидеть, не уверенный, что сможет подняться… Север…

Десять минут молчания спустя, в зал ввалилась толпа ободранных егерей, волочащих на веревках свою добычу. Оборотни. Скоро полнолуние. Люциус нащупал в рукаве палочку, сделанную Олливандером. Не сейчас. О, Мерлин! Северус…

- Кто это?

Связанные вместе, испуганные дети: Люциус узнал грязнокровку и рыжего родственничка, под ногами у них путался избитый гоблин, а в руках невыразимо одетого главаря болтался, схваченный за ворот, изуродованный подросток. Распухшее красное лицо не давало возможности узнать, кто перед ними, а остановившийся взгляд Драко никто не заметил, Люциусу же хватило информации, чтобы понять кто есть кто.

- Это Поттер!

- С чего вы взяли? - губы словно прихватило льдом. Может, удастся?.. - Должны быть очки и шрам.

- Очки были в палатке.

- Представьтесь! - потребовал Люциус у главаря егерей, стараясь собраться с мыслями, но в голове билось единственное: «Что делать?»

- Скарбиор, мистер Малфой.

- Лорд Малфой.

От егерей тяжело пахло псиной, они глядели из подлобья и скалились. Два дня до полной луны.

- Кто тут у нас? - Люциус скривился: Беллу принесло не вовремя. - О, оборотни? Что вы здесь делаете?

Кажется, ей уже достался знак «для своих»: на нее реагировали вполне дружелюбно.

- Мы поймали Поттера.

Люциусу нестерпимо захотелось выхватить палочку и заткнуть этих зверей, выгнать их из дома, выгнать всех чужих и запечатать Менор. Почувствовав, как начинает отзываться магия, Люциус взял себя в руки: нельзя. Так нельзя.

- Я бы не стал торопиться. Если это не Поттер, а мы потревожим Повелителя - сами можете вообразить последствия.

- Драко! - Беллатрикс резко развернулась. - Иди сюда!

Она схватила пленника за волосы, вынуждая поднять голову. В ее глазах снова горел опасный огонек безумия, и Люциус пожалел, что Руди сегодня в патруле.

Поттер, казалось, был на грани обморока, и даже не пытался сопротивляться, позволяя Белле удерживать себя. Он выглядел так беззащитно… За спиной Малфоя громко сглотнул Скарбиор. Твари.

Беллатрикс ждала, Драко, сделав несколько шагов, остановился, не отводя испуганного взгляда от изуродованного лица.

- Я… я не уверен…

- Драко!

Люциус оглянулся на оборотней, сжав шею сына, и увидел, как на его виске бешено бьется голубая жилка.

- Подумай хорошенько. Если мы отдадим Поттера Темному Лорду, нам все простят. Все будет так, как должно быть… Ты понимаешь?

Он понимал. Семья, жизни близких, спокойствие, одобрение Лорда - и - вот этот полумертвый уже, а в скором будущем и совсем мертвый, которому ты никогда не будешь нужен, который не подпустит тебя ближе чем на расстояние плевка. И это - единственное внимание, которое ты заслужишь он него… Но невозможно оторвать взгляд, принять правильное решение. Ты ведь знаешь, какое оно - правильное? И сквозь жалость и страх в мозгу бьется больное: Северус! Сколько осталось обоим?

- Минуточку, не будем забывать, кто его поймал, мистер Малфой.

- Лорд Малфой, тварь!

Нарцисса подхватила Люциуса за локоть, отводя от Драко:

- Тише, тише, Люциус.

- Драко, иди сюда. Присядь, посмотри поближе.

Драко медленно опустился на колени рядом с Поттером и вгляделся в его лицо.

- Мы должны знать наверняка!

Белла нервничала все больше, не замечая отчаяния племянника. Драко трясло.

- Что у него с лицом?

- Да, что у него с лицом? - обвиняюще спросила Белла.

Она вскочила и двинулась к оборотням, оставляя Драко рядом с пленником.

- Он вышел к нам уже таким!

Люциус приблизился, повторяя:

- Подумай хорошенько Драко. От тебя сейчас зависит все.

Драко потянулся и коснулся виска Поттера дрожащими пальцами. Удивление блеснуло зеленью из узкого открытого глаза. Поттер замер, приоткрыв рот. Оборотень за спиной Люциуса удивленно хмыкнул. Этого еще не хватало! Люциус потянул Драко, приводя в себя, и тут громко завизжала Белла:

- Откуда он у тебя? Отвечай, откуда у тебя этот меч?

Молоденький оборотень попятился:

- Нашел в палатке. Наша законная добыча.

Движения палочки были молниеносны: меч влетел в левую руку Беллатрикс, правая же продолжала двигаться, рассылая проклятия. Уклониться не успел никто. Скарбиор, вскрикнувший «Вы рехнулись?», свалился к ногам леди, получив Ступефай, другие едва ли остались живы: Белл колдовала невербально, быстро и безжалостно.

- Где вы взяли меч? - зарычала она, схватив грязнокровку и прижав ее к колонне. - Отвечай!

Девчонка не могла говорить от страха, но Беллу уже невозможно было остановить.

- Хвост, этих - в подвал, Нарси, уведи Драко. А с тобой, милая, мы потолкуем, о своем, о девичьем.

- Белла…

- Быстро, Нарси!

Люциус проследил, как Нарцисса уводит Драко, и понадеялся, что супруге хватит сообразительности применить Ступефай прямо за дверью: лицо сына приняло выражение нехорошего спокойствия, какое иногда Люциус видел у Снейпа.

- Этот меч должен быть в моем сейфе. Откуда он у вас? Что еще вы оттуда украли?

- Ничего! Мы не были в вашем сейфе! - ответила девчонка едва слышно.

- Я тебе не верю!

Белла отскочила, толкая свою жертву на пол и подняла палочку:

- Круцио!

Люциус переждал, когда крики девчонки сменятся жалобными стонами и попытался вмешаться.

- Белла. - ласково позвал он, осторожно, словно к разъяренному зверю приближаясь к леди Лейстрейнж. - Белла, остановись. Подумай: как они могли взять что-то из твоего сейфа? Даже Повелитель не смог бы попасть туда без тебя. Даже Руди…

При имени мужа муть в глазах Беллы слегка просветлела.

- Руди?

- Конечно. Это, наверняка, другой меч, а тот спокойно лежит в сейфе.

- Не тот?

- Конечно не тот! - запричитала грязнокровка, и Люциус поморщился: не могла промолчать.

Белла пнула ногой лежащую девчонку и та застонала. Люциус бросил взгляд под ноги и поспешно отступил на шаг: он стоял прямо на разметавшихся по полу волосах.

- Гоблина! - потребовала Белла. - Хвост, приведи!

Люциус снова оглянулся на Грейнджер: из глаз девчонки текли слезы, она мелко дрожала, стараясь не шевелиться. Он отвернулся.

Гоблин подтвердил, что меч - дешевая подделка, и Белла с облегчением рассмеялась:

- Нам всем повезло. Кроме грязнокровки, пожалуй.

И тут начался сумасшедший дом: с лестницы крикнули: «Не смей!», и в Беллу полетел Экспелиармус рыжего мальчишки, Люциус дернулся от неожиданности, и сразу был атакован Ступефаем. Приземляясь в камин, он больно ударился головой, и, хотя амулет позволил ему справиться с заклятьем, подняться сразу не смог. Двери стукнули: в комнату вбежали Драко и Нарцисса и с порога были вынуждены обороняться. Нарциссе достался Уизли, а Драко едва справлялся с палочкой, отбивая заклятия своего Избранного все более слабыми щитами. Нарси тоже не атаковала, и Люциус уже понадеялся, что везучему Герою и в этот раз удастся унести ноги, как вдруг громкое «Стоять!» заставило замереть не только пленников, но и хозяев.

Белла стояла, прижав нож к горлу Грейнджер, и Люциус во второй раз увидел, как сдается герой. Зрелище было волнующим. Поттер не ломался - он приносил себя в жертву, и Люциус впервые подумал, что понимает Драко: неотразим. Но смертник.

- Драко, подбери палочки!

Драко дернулся, словно сомневаясь, и тут с Поттера спало заклинание. Он медленно приобретал собственные черты, и все замерли, наблюдая за превращением.

- Прекрасно! - не отнимая ножа проговорила Белла. - Значит пора вызвать Повелителя. Драко?

Поттер отвернулся от Беллы и смотрел теперь на Драко в упор, с каким-то покорным ожиданием в глазах, и Люциус сделал шаг вперед. Он не мог позволить сыну самому вызвать палача своему избраннику. Пусть Драко ненавидит его, а не себя. С ожесточением дергая непослушными пальцами рукав, Люциус думал, будет ли Северус чувствовать, как убивают Поттера, или у них останется время на последний разговор?

Обнажив метку, Люциус на мгновение застыл, и в тишине все услышали странный звук, идущий с потолка. Белла еще успела поднять голову, и огромная люстра, вздрагивая и звеня подвесками, упала прямо на то место где они с Грейнжер только что стояли. Реакции Беллатрикс порой завидовал даже Снейп: в последнюю секунду она вытолкнула из-под рушащейся махины Грейнджер и рванулась назад, падая на спину в нескольких сантиметрах от горы бьющегося хрусталя.

Девчонка упала в объятия Уизли, Поттер кинулся вперед, хватаясь за палочки в руке Драко, тот отдернулся, не отпуская, рухнул в кресло и сверху на него свалился Избранный, придавив своим немалым весом. От неожиданности Драко выпустил палочки, и Поттер вскочил, задев его по лицу рукой, словно погладил. Люциус снова потянулся к метке и еще успел разглядеть сумасшедшего эльфа, как Избранный опять приложил его Ступефаем. Падая, Люциус подумал, что это не лучший способ понравится родителям жениха, и замер, снова оказавшись в камине: амулет истощил свою силу в первый раз. «С другой стороны - не убил» - возразил он сам себе. Неудержимо хотелось смеяться. Истерика, ваша светлость, не иначе.

Эльф отнял палочки у обеих волшебниц, и те, от неожиданности принялись ругаться с ним, словно невоспитанные дети. Домовик замешкался, заявляя о своей свободе, и Белле хватило времени бросить кинжал. Видя, как исчезает в аппарации Добби, Поттер и его друзья, Люциус почему-то вспомнил Фенрира: «Каждый заботится о своей стае». Надеясь никогда больше не встречаться со стаей Поттера, а тем более с ее вожаком, в бою, Люциус потерял сознание.

28 глава

Очнулся он от снятого Ступефая. Все болело, сажа, в которой он валялся, лезла в нос. Не торопясь открывать глаза, Люциус прислушался.

-… Невозможно отлучиться. - злорадно шипел Лорд. - Стоит только покинуть дом, как всё становится на свои места: на полу - трупы, а сиятельный лорд - в обмороке.

Раздался хохот нескольких мужчин: похоже, Повелитель явился со свитой.

- Но Люциус, почему камин? Чем тебе не угодил пол?

- Неприятные воспоминания, мой Лорд. - отозвался Малфой, поднимаясь.

Избранному следовало всыпать розог: спина просто отваливалась, и снова болела голова.

- До сих пор? Я польщен. Но, что же, все-таки произошло? Нарцисса поймала тебя на горячем?

- Простите, мой Лорд?

- Что с егерями? - рявкнул Лорд, наскучив издеваться. - Отвечай!

- Мой господин! - Белла приблизилась, втянув голову в плечи и кланяясь неуклюже и нервно. - Здесь был Гарри Поттер.

- Что?

Люциус отступил на шаг: в глазах Повелителя мелькнул красный отсвет.

- Что ты сказала, Белл? Повтори.

Нарцисса шагнула вперед, закрыв собой Драко. Стоящие за спиной повелителя егеря, попятились.

- Эти оборотни привели троих, один из них оказался Поттером.

- Полагаю, он сейчас в подземельях? - ласково вопросил Лорд.

- Повелитель… Я… мы не смогли… Наш эльф…

Лорд жестом велел ей замолчать, оглядел Малфоев и поманил к себе Нарциссу.

- Покажи мне…

Нарси приблизилась. Лорд взял ее за подбородок и пристально посмотрел в глаза.

Минуту спустя он оттолкнул женщину так, что она упала на пол, чудом не ударившись о кресло, и простонал:

- Нет! Вы упустили его! Вы, ничтожества, не способные ни на что! Вы снова упустили Поттера! Он был у вас в руках, беспомощный, лишенный палочки, и вы его упустили!

Драко кинулся к матери, Люциус же боялся двинуться, чтобы не привлечь к себе внимание разгневанного Лорда.

- К чему вы вообще живете? Оборотни гораздо способнее вас! Аристократы! Голубая кровь!

Лорд уже не сдерживался, и слова вылетали из его рта абсолютно змеиным шипением. Нагайна нервничала, свивая и распуская кольца, и Люциусу казалось, что она предвкушает добычу.

- Вы разочаровали меня, очень разочаровали. Я ожидал большего от членов Ближнего круга.

Казалось, он ждал толчка, чтобы взорваться, все замерли, но бедная сумасшедшая Белл решила утешить своего Повелителя.

- Мы поймаем его, мой Лорд, и я лично вырву ему сердце.

- Идиотка! - завизжал Лорд. - Я сто раз говорил, что должен сделать это сам!

Люциус ожидал, что за этим последует Круцио, но воздух снова стал душным от магии, предметы задергались, Лорд раскинул руки в стороны и закрыл глаза. Почувствовав упругую волну силы, готовую смести все на своем пути, Люциус еще успел заметить, как Нарцисса толкнула Драко на пол, накрывая собой, и, схватив за руку Беллу, дернул ее, обнимая, и тоже упал на каменный пол, роняя свояченицу на себя. Магия Менора завибрировала, Люциус потянулся к ней, усиливая приказ, и его накрыло невидимым куполом защиты. Значит, дело серьезно: Лорд действительно убивал. Перекатившись, Люциус подмял Беллу под себя, опасаясь, что защита на нее не распространится. Ему удалось не потерять сознание от боли, и лишь когда окна перестали лопаться, мебель - рассыпаться в пыль, а умирающие егеря - кричать, он скатился с полу-задушенной Беллы и позволил себе застонать.

- Вот, значит, как…

Кажется, Повелитель слегка пришел в себя и был удивлен.

- Раз уж ты выжил, Люци, объяснись, будь добр, как это тебе удалось?

Люциус поднял голову. Повелитель медленно шел среди раскиданных по полу изуродованных тел, разглядывая последствия своей вспышки с равнодушием жнеца, глядящего на убранное поле.

- Ну, так что?

Люциус с трудом поднялся.

- Мой Лорд, это - защита Менора. При всем моем желании, я не могу помешать Дому защищать хозяев.

- Да? И от чего же дом тебя защищает?

- От смерти, мой Лорд.

- И только?

Лорд поднял палочку.

- А Беллатрикс?

- Ее - нет.

- Поэтому ты так увлеченно мял ее? Спасал даму? Все еще джентльмен, Люци. Приятно видеть, что в тебе хоть что-то осталось от прежнего блистательного лорда. Скажи мне, кто отвечает за домашних эльфов?

- Их хозяин.

- Я рад, что ты это помнишь. Менор не защищает тебя от Круцио?

- Нет, мой лорд.

- Ты можешь прилечь, мой мальчик. Давай вспомним молодость.

Краем глаза Люциус заметил, что Нарцисса силой удерживает Драко на полу, вцепившись сыну в волосы. Умница. Спина болела так, что пришлось сначала опуститься на четвереньки, а уж потом неловко свалиться на бок. Лорд терпеливо ждал.

- Ты готов, мой принц?

- Конечно Повелитель.

- Не смей мне врать! - вдруг прошипел Волдеморт. - Трус! Ты всегда боялся боли!

Вспомним молодость, мой Лорд. Люциус посмотрел на хозяина и улыбнулся, а потом уже не контролировал себя. К счастью, на этот раз сознание оставило его быстро, и глаза закрылись сами. Семи Круцио не понадобилось.

- Твою мать! Безмозглый героический придурок!

Улыбаться было больно: губы снова были искусаны в кровь, да и мало ли, кто смотрел.

- Мой Лорд? - осторожно спросил Малфой, открывая глаза.

- Почти. - рявкнул Снейп и сунул ко рту Малфоя склянку с зельем. - Пей, позер, пока на свете не стало одним лордом меньше.

- Я тоже рад тебя видеть, Северус. И заключаю, что Избранный в очередной раз избежал своей незавидной участи.

- На вашем месте я бы покаянно помолчал. - ядовито продолжал Снейп. - Я все еще немного расстроен, и могу случайно перепутать флаконы.

- Да, афродизиак сейчас будет совсем не кстати. Или ты о чем?

- Люциус! Ну объясни, что тебе попало под мантию на этот раз? Только Лорд решил, что ты неинтересен, как тебе стало скучно жить? Поэтому ты снова принялся геройствовать? Неужели трудно было побледнеть, изобразить испуг? Зачем ты на него смотрел, да еще с таким вызовом?

- Не знаю. - покаялся лорд. - Как-то стало противно… А ты откуда знаешь?

- Заглянул на огонек и попал в разгар веселья.

- Не совсем, к счастью.

Люциус подумал, что было бы, появись Северус чуть раньше, и побледнел.

- Что, Люци? - испугался Снейп.

- Спина… Мой будущий зять имеет странные понятия о том, как производить впечатление на родственников. Или я просто нравлюсь ему исключительно на фоне камина.

- Хорошо, что не на фоне постели: Драко был бы безутешен.

- Драко - моложе… - протянул Люциус.

- И долго ты собираешься мне это припоминать? Повернись!

Люциус с трудом развернулся на живот, не прекращая охать. Снейп потянул вверх его рубашку и приспустил брюки.

- Что, прямо сейчас? Северус, ты садист: я весь избит и искалечен!

- Нечего было строить Лорду глазки! Зажмурился бы и покричал, как все.

- Я не могу, как все, я же лорд.

- Он тоже Лорд. Думаешь, ему не обидно?

Люциус даже привстал от возмущения, но смазывавший ему спину бальзамом Снейп, толкнул его обратно.

- Северус, ты опять перепутал лордов? Может, отправишься ночевать в покои Повелителя?

- Что значит - опять? Мне казалось, что я исправно служу моему господину.

- Северус, не сейчас! - простонал Малфой, чувствуя, что… ему уже гораздо лучше. - Не смей мурлыкать! Говорю тебе: я не в форме!

- Что ж, придется обратиться к другому Лорду. Уж он-то не откажется приласкать своего верного слугу.

- То есть?

Люциус все-таки сел, возмущенно заталкивая рубашку в брюки.

- Мне кажется, что я наскучил вашей светлости. - прищурился Снейп. - Полагаю, вы вполне можете мне это сообщить, не прибегая к отговоркам.

- Снейп, это шантаж.

- Ну, почему? Я не угрожаю пожаловаться Лорду, не собираюсь завести любовника, я просто тихо займу свое место за плечом господина, не претендуя на большее.

Люциус не понимал, откуда вдруг возникла проблема.

- Тебе, моя радость, давно пора запомнить, что твое место - в моей постели, в моей семье, в моем… доме. - жестко ответил Люциус.

- Ты хотел сказать что-то другое, это очевидно.

- Хотел. Но, боюсь, что такой суровый мужчина не оценит мою сентиментальность. Будь добр, объясни, с чего ты так завелся? Только что все было хорошо.

- Хорошо? - возмутился Снейп. - То есть, ты от непомерной гордости провоцируешь Лорда замучить тебя до смерти, заставляя нас наблюдать за этим, и считаешь, что это хорошо? Ладно, на меня тебе наплевать, но Драко с Нарциссой-то чем провинились? Или ты хочешь, чтобы, убив тебя, он принялся за твоего сына?

Люциус побледнел: он совсем забыл о том, что Нарси и Драко видели его.

- Все, Северус, все! Я пристыжен и раскаиваюсь. Что мне сделать, чтобы ты сменил гнев на милость?

- Например, пообещать не поддаваться на провокации Лорда и не позволить себя убить. Ты ведь не хочешь проиграть ему, Люци?

Люциус вздохнул и сгорбился на кровати.

- Мы уже проиграли ему, Север. А когда ты уйдешь, с кем останусь я?

- Круцио всегда настраивало вашу светлость на философский лад, - ухмыльнулся Снейп. - У тебя сын, будут внуки. А за право стать любовником сиятельного лорда еще много лет будут сражаться самые блистательные мужчины Британии.

- Что-то я не вижу вокруг толпы желающих!

Люциус действительно чувствовал уныние и безнадежность, и веселый тон, которым заговорил Снейп, видя это, не веселил.

- Ты просто не даешь им надежды. Посмотри вокруг благосклонно, и у тебя сразу появится богатый выбор.

- Я уже выбрал, Северус, и я не меняю своих привычек.

- Я польщен, мой лорд, но я буду не всегда.

- Знаешь что? - Люциус тряхнул головой, отбрасывая волосы. - А ты меня убедил! Ты будешь не всегда, я буду не всегда. Поэтому, хватит болтать! Иди ко мне.

- Но ты же весь изранен и избит?

- А ты постарайся быть нежным сегодня. А, впрочем, как хочешь.

Снейп все еще медлил.

- Когда ты научишься слушаться своего лорда, Снейп? - нахмурился Люциус. - Я жду.

- Сиятельный лорд такой непостоянный! - покачал головой Снейп. - Но кто я такой, чтобы спорить с господином? Повелитель желает нежно?

- Повелитель желает тебя. Довольно болтать, Северус, или ты хочешь, чтоб я умолял?

- Иногда не лишне и поумолять. - Снейп раздевался, все еще на даваясь в руки. - Обещай мне, что не станешь больше бесить Лорда - и я весь твой.

- Сейчас я пообещаю что угодно, и ты это знаешь. - увидев, что Снейп остановился, Люциус быстро закончил спор. - Слово Малфоя. Устроит?

- Да, мой лорд, вполне.

- Если ты еще раз скажешь «мой лорд» таким голосом - тебе даже не придется меня трогать. - предупредил Люциус, откидываясь на подушки.

- Тогда я лучше помолчу.

Его рот занялся более интересными вещами, и споры на время забылись.

Об ограблении Гриннготса Люциус узнал на полчаса раньше, чем новость разнеслась по магическому сообществу. Гоблины уведомили, что сейфы лорда не пострадали. Одновременно пришло извещение Беллатрикс об ограблении ее сейфа. Железная Белл упала в обморок в кабинете Люциуса, куда прибежала, потрясая письмом. Применив Энервейт, Люциус вручил ей портключ в поместье Басти, оставленный ему на всякий случай. Басти он велел передать, что ему следует немедленно и тяжело заболеть. Отправив свояченицу, Люциус метнулся в комнаты жены и в двух словах объяснил ситуацию. Нарцисса посоветовала уничтожить оба письма, и, пока Люциус произносил заклинания, достала из шкатулки два маленьких пузырька. Один она протянула мужу.

- Дашь мне его через сорок минут обязательно. А сейчас нам срочно нужно в Мунго.

- В Мунго? - не понял Люциус. - А зачем?

- Я сейчас буду очень больна, Люци, и мне потребуется помощь целителей.

Она выпила зелье и через несколько секунд побледнела и сжала руками живот.

Люциус подхватил супругу на руки, перенесся в гостиную и шагнул в камин, замечая на полу, где стояла Нарси, темные капли крови.

В Мунго Люциус ворвался уже бегом, и потребовал целителей: жена истекала кровью и теряла сознание.

Увидев их, все забегали, Нарциссу унесли в палату и велели лорду ждать у двери. Люциус лихорадочно колдовал Темпус, боясь пропустить время. Оставалось еще тридцать минут… Пятнадцать минут… В палату вбегали целители и ведьмы, кто-то выскакивал обратно, Люциуса толкали, объясняться никто не желал. Наконец, когда он уже почти решился ворваться в палату, к нему вышел целитель.

- Лорд Малфой? - уточнил он.

- Да.

- Ваша супруга чувствует себя лучше.

- Что с ней случилось? Вы можете мне, наконец, объяснить?

- Успокойтесь, ваша светлость. К сожалению, у меня для вас нерадостные вести. Леди Малфой уже не молода… ее здоровье…

- Не мямлите! - приказал лорд, уже срываясь.

- Вы потеряли ребенка, ваша светлость. Мои соболезнования.

Люциус молча оттолкнул целителя и рванул дверь в палату. Нарси лежала в постели, и ее лицо было цвета больничной наволочки.

- Нарси!

- Ваша светлость, мне так жаль… - испуганно пролепетала Нарцисса, и Люциус остановился, не понимая.

Нарцисса повернулась к целителям.

- Господа, вы не могли бы оставить нас вдвоем?

- Вы уверены? - нахмурился целитель, с сомнением глядя на лорда.

- Пожалуйста…

Целитель строго посмотрел на Люциуса:

- Ваша светлость, вашу супругу категорически нельзя волновать. Мы едва справились с кровотечением, и если вы…

- Довольно! - рявкнул лорд. - Я сам решу, как мне обращаться с собственной женой!

Целитель вылетел за дверь, Люциус проверил время и достал из кармана пузырек с зельем. Нарцисса выпила и откинулась на подушки, устало улыбнувшись.

- Нарси, что это было? Ты ведь не…

- Нет, ваша светлость, незаконнорожденный ребенок вам не угрожает. У меня не будет больше детей, а это - страховка на крайний случай.

- Тебе ведь было очень плохо…

- Зато теперь мы можем провести здесь пару дней, а Лорд за это время успеет успокоиться. Драко в школе, Северус тоже… и спасибо за Беллу, Люци.

Нарцисса закрыла глаза, и Люциус на цыпочках отправился к заведующему отделением, требовать дополнительную кровать в палату супруги. Его светлость намеревался неотлучно находиться у постели больной.

Но до заведующего Люциус не дошел: руку обдало жаром так, что на мгновение помутилось в глазах. Лорд был в бешенстве и не желал ждать. Оглянувшись по сторонам, Люциус послал Нарциссе Патронуса и аппарировал.

Оказавшись у входа в Грингготс, Малфой даже опешил, не понимая, что могло случиться: старинное здание, которого не коснулись война и перемены, напоминало разворошенный муравейник: фасад пошел трещинами, двери перекосились, в зале над головой зияла дыра, пол был усыпан камнями. Посреди этой разрухи стоял Лорд, угрожавший палочкой главному гоблину.

- Как это произошло? - орал Лорд, и Пожиратели за его спиной со страхом переглядывались. - Вы же уверяли, что это невозможно! «Никто не может обокрасть Гриннготс», а мальчишке играючи это удалось?

- Мы не знаем, ваша светлость… - бормотал перепуганный гоблин.

На его лице уже была пара глубоких царапин, а поодаль валялись тела двух охранников - людей.

- Это первый случай… Такого никогда не случалось…

- Круцио!

Лорд с удовольствием смотрел на корчащееся у его ног маленькое тело.

- Что они украли? Отвечай! Что они взяли из сейфа?

Люциус увидел испуганную Беллатрикс, пытающуюся спрятаться за мужчинами в мантиях.

- Только маленькую золотую чашу.

- Что? Нееет!

Лорд совершенно потерял голову от ярости, и, как показалось вдруг Люциусу, от страха. Продолжая кричать, он снова раскинул руки, закрыл глаза и ударил волной чистой, убивающей силы.

Стоящие вокруг люди не понимали еще, что происходит, но Люциус уже видел это в Меноре, и, едва начали лопаться, еще остававшиеся целыми, стекла, рванулся к Беллатрикс, схватил ее за руку и поволок к выходу, расталкивая оказывающихся на их пути волшебников. Сзади послышались первые крики, Люциус выбежал за дверь и едва успел толкнуть Беллу в сторону, как из искривленного проема ударила мощная волна магии, а на порог плеснуло кровью. Люциус упал, увлекая за собой полуобморочное тело свояченицы, над головой летели стекла, щепки, осколки камня, и все еще слышался разочарованный крик Волдеморта: «Неет!»

Потом все стихло. В полной, оглушительной тишине были слышны только шаги идущего к двери Темного Лорда и шорох ползущего вслед за ним огромного тела змеи. Люциус в ужасе зажмурился. Он просто не мог заставить себя посмотреть сейчас своему Повелителю в лицо.

- Нагайна, что там? - устало спросил Лорд, и Люциус почувствовал, как его тело сдавило железными объятиями, вжимая в Беллу, словно пытаясь перемешать их тела друг с другом.

Он давно боялся умереть именно так, и даже не удивился, лишь мимолетно пожалев, что так и не успел попрощаться. Север…

Его обожгло отчаянием и страхом, но он не мог снять кольцо, и только теперь понял, что Северусу придется переживать сейчас его смерть, и ужаснулся еще больше. Нет… стоило взять себя в руки, это слишком даже для Снейпа. Для любого слишком.

- Сиятельный лорд? - казалось, Повелитель не удивился.

В его голосе слышалась усталость: вспышка магии обессилила его и утолила злобу.

- И снова в обнимку с Беллой. Это наводит на мысли, Люци… Пусти их, Нагайна, пока рано. Отправляйтесь в Менор и ждите. Сегодня у нас будет насыщенный день.

Лорд дождался, когда фамильяр приблизится к нему, коснулся змеи и аппарировал.

29 глава

В Меноре к ним кинулись Нарцисса, Драко и Рудольфус. Снейп сидел в кресле и едва повернул голову, когда они появились в гостиной. Люциус коротко рассказал о том, что произошло, Руди увел полуживую Беллу, Нарцисса с Драко переглянулись и тоже вышли. Люциус стоял посреди комнаты, глядя на повернутое к камину кресло. Снейп молчал, и Малфою видна была только, сжимающая стакан с огневиски, рука. Люциус медленно приблизился. На него не отреагировали.

- Северус… - позвал он осторожно.

Снейп сидел с закрытыми глазами, пальцы, стиснувшие стакан, побелели.

- Северус, все хорошо.

- Я вижу.

- Что ты можешь видеть? Открой глаза.

Люциус опустился на пол перед креслом и отобрал несчастный стакан.

- Ты зря так устроился. - наконец посмотрел на него Снейп. - А если появится Лорд?

- Скажешь, что хотел надеть на меня ошейник. - отмахнулся Люциус. - Ему понравится.

Он положил подбородок на колени любовника и почувствовал, как тот напряжен.

- Что там было? - глухо спросил Снейп.

- Ты ведь слышал.

- Что было с тобой, Люци? Это было…слишком.

- Ничего страшного: по мне проползла Нагини, а ты же знаешь, как я боюсь ее. Твой любовник - банальный трус. Можешь презрительно засмеяться и толкнуть меня в камин.

- Ну, я же не Избранный… Люци, а где твое кольцо?

Люциус стянул кольцо с пальца сразу же, как Лорд оставил их.

- Мне надоело, что оно болтается на руке. Некрасиво, дешево… И вообще, это глупая затея. Мне не нравится, что ты следишь за мной. Никакой личной жизни, Снейп. Я устал от этого.

Люциус говорил все надменнее, а на лице Снейпа проступало выражение усталого облегчения, словно он только теперь поверил, что с Малфоем все в порядке.

- Люци, - перебил он с усмешкой, - надень его обратно. Немедленно.

- Не смей мне указывать! - кажется, в голосе сиятельного лорда прозвучала ненужная паника.

- Тогда я буду просить.

Снейп запустил руку в волосы Малфоя, и тот прикрыл глаза от удовольствия.

- Пожалуйста, мой лорд, не откажите в просьбе своему ничтожному слуге.

Пальцы ласково перебирали светлые пряди, и Люциус жмурился, уложив голову на колени любовника.

- Верните мой скромный дар на вашу прекрасную руку, иначе я умру от огорчения… Ты что, не понимаешь, - рявкнул он вдруг, вздернув голову лорда вверх, - что я вообще с ума сойду, если не буду знать, что с тобой? Придумал, тоже мне! Герой! Надевай немедленно!

Люциус вздохнул и полез в карман: в таком состоянии Снейп был способен вспомнить о заклятии вечного приклеивания, и не затруднился бы исполнить давнюю угрозу.

- Спасибо, мой лорд.

- Тогда и ты не смей снимать! - обиженно заявил Люциус.

- Даже не думал.

Снейп протянул к Люциусу руку, и тот воспользовался этим, чтобы прижаться губами к жесткой ладони.

- Сиятельному лорду не пристало целовать руки своему слуге.

Снейп попытался убрать руку, но Люциус не дал. Спрятав лицо в ладони, он гладил колени любовника, просто, чтобы почувствовать его под руками.

- Люци, пусти. Если ты не остановишься, нам придется объяснять Лорду, почему я не доволок тебя до комнат, а принялся насиловать прямо в гостиной.

- Придумаешь что-нибудь, - отмахнулся Малфой, - я в тебя верю. А, впрочем…

Не вставая с пола, он аппарировал их в свою спальню прямо с креслом. Зачем прерываться и куда-то ходить?

Времени не было совсем. Снейп, едва одевшись, шагнул в камин: в школе оставались Керроу, причем Алекто потребовала пустить ее в гостиную Райвенкло. Снейп обещал вернуться утром, а через полчаса Люциус почувствовал, как загорелась метка. Это был не зов - кто-то подавал сигнал Лорду. Поттера снова поймали? Люциус выскочил в гостиную и наткнулся там на ошалевшего от ужаса Драко. Едва не насильно напоив сына успокоительным, Люциус отправил его одеваться. На пороге, почти столкнувшись с Драко, появилась уже одетая на выход Нарцисса.

- Нарси, ты не пойдешь!

- Пойду, дорогой, и ты не можешь мне запретить.

- У тебя нет палочки!

Люциус знал, что она отдала свою палочку Драко сразу же после бегства Поттера.

- Есть.

Нарцисса достала палочку Блейза и помахала ей перед носом мужа.

- А вот у тебя - нет… Или я ошибаюсь?

- Как он отпустил тебя? - вздохнул Малфой, сдаваясь.

Впрочем, вопрос был риторическим - так же, как никто не мог противиться никакой из сестер Блэк, если они задумали настоять на своем. Кстати, это подтвердилось немедленно: в гостиную ворвалась Белла, за ней едва поспевал Руди.

- Что произошло?

- Кто-то поймал Поттера. - ответил Люциус, стараясь не смотреть в сторону вернувшегося сына.

- Это точно?

- Пока не знаю. Полагаю, если это так, Лорд позовет всех, чтобы порадовать.

Люциус усадил Нарциссу и Белл, приказал домовику вернуть кресло и уселся в него, невольно вспоминая, как руки Снейпа стискивали эти подлокотники всего полчаса назад. Заметив, что облизывает губы, сиятельный лорд взял себя в руки. В конце концов, их все еще не зовут, а, значит, тревога может быть ложной.

И в эту секунду метка словно ожила. Руку жгло с такой силой, что Люциус засомневался, что они успеют аппарировать, однако, боль чуть притупилась. Люциус протянул руку Нарциссе, заметив краем глаза, как исчезают в камине Белла и Руди, выкрикнув «Хогсмит». Драко, оглянувшись на родителей с каким-то отчаянным сожалением, проговорил: " Простите, я…», и исчез в аппарации. Сам Люциус, удержав кинувшуюся за сыном жену, собрался для двойного перемещения и почувствовал, как вихрь забирает его в себя, протаскивая сквозь игольное ушко портала, и выбрасывая вон, словно перемолотую, ненужную ветошь.

Переждав головокружение, Малфой огляделся и увидел прямо перед собой величественные башни Хогвардса. Время пришло?

- Время пришло.

Волдеморт стоял на холме, задумчиво разглядывая замок. Вокруг толпились фигуры в мантиях Пожирателей, и каждую минуту их становилось все больше. Люциус не знал, как Волдеморт призывает тех, у кого не было метки, однако, появлявшиеся в темноте волшебники уже напоминали небольшую армию.

- Их будет больше.

Люциус не заметил, как Лорд подошел к нему, и испугался: неужели он читает его мысли?

- Ты оглядываешься с таким удивлением, Люциус. - пояснил Риддл. - Ты и не знал до сих пор, каким могуществом я обладаю? Ты, наверное, думал, что все, что я могу - это издеваться над тобой?

- Что вы намерены делать, Повелитель? - ушел от скользкой темы Люциус.

- Напасть на Хогвардс. Гарри Поттер уже там, остается войти и встретиться с ним.

- Но, зачем нападать? Директор Снейп…

- Увы, директор Снейп вынужден был покинуть замок, но это ненадолго.

- Но, мой Лорд, такая защита… Поттер, действительно там?

- О, да. Директор перед тем, как уйти, пообщался с ним лично.

- Надеюсь, он пострадал? - Люциус изобразил улыбку.

- Кто именно, Люци?

- Мне лестно ваше беспокойство, ваша светлость.

Люциус выдохнул и скривился.

- Вижу, мои надежды не оправдались.

Снейп чуть склонил голову, приподнимая уголки губ.

- Ваша светлость имеет надежды, связанные с моей скромной персоной? Мне лестно вдвойне.

- Прекратите! - приказал Лорд и оглянулся на свою армию. - Ступай, Северус, скоро ты вернешься в свой кабинет.

- Последователи мои! Время пришло! - Лорд применил Сонорус, и его голос был слышен каждому, кто стоял сейчас перед ним, ожидая приказа. - Сегодня мы покончим с теми, кто все еще имеет глупость сопротивляться. Мы покажем магической Британии, что у нее теперь только один путь - это путь послушания и верности. Никаких Избранных! Никаких несогласных! Готовьтесь, дети мои, сегодня, сейчас, я поведу вас к победе, и никто больше не посмеет вставать у вас на пути!

- Мой Лорд, но час еще не прошел… - министр магии стоял тут же, и низко склонился, когда Волдеморт обернулся к нему.

- Я знаю. - улыбнулся Темный Лорд и кивнув, прошипел: - Начинайте.

Это было даже красиво: сотни переливающихся заклинаний взлетели в воздух, сливаясь в один поток силы, и устремились к замку, яркими всплесками разливаясь по защитному куполу. Хогвардс охраняли на славу. Кинувшиеся со всех сторон вперед отряды остановились, не решаясь пересечь черту, за которой сгинули первые смельчаки, а купол все еще держался.

- Люциус, где твой сын? - спросил вдруг Волдеморт.

Люциус и сам хотел бы знать это.

- Я думаю, в школе. Снейп бросил его там, а сам сбежал!

- Ничего, Люциус, когда Северус вернется, его будет встречать любящий человек. Ты ведь знаешь, как это важно?

- Да, мой Лорд, - глухо ответил Малфой, - я знаю, как это важно.

Лорд отвернулся, вглядываясь в тщетные попытки своих слуг справиться с защитой замка, и поднял палочку.

Сила, исходящая от него, была огромна. Защитный купол замерцал, являясь видимо, и начал расползаться, как ветхая ткань.

- Вперед. - шепнул Лорд, но услышали его все.

Армия Волдеморта устремилась вперед, на беззащитный замок, полный героических и беспомощных детей. Вперед…

Люциус не запомнил подробностей. Лорд не отпускал его от себя, и Люциус только смотрел, как загораются огни на башнях, рушатся стены, и слушал. Звуки битвы долетали до них приглушенно, и нельзя было разобрать голосов и отдельных криков, но удары, рушащие башни, отдавались громом в голове, а взрывы и огонь, казалось, отпечатывались на внутренней стороне век и, как ни зажмуривайся - огненное зарево не желало уходить, и глаза горели, слезились, почти не видели.

- Ты плачешь, Люци? В чем дело? Тебе так жаль замок?

- Замок? Нет, мой Лорд. Но там мой сын.

- Твой сын должен был явиться сюда, почувствовав вызов. Он отрекся от меня.

- Нет, мой Лорд, нет! Его, наверное, задержали, он, может быть, в подвале, связанный заклинанием. Поттер не упустит возможности отомстить своему врагу.

- Не преувеличивай, Люци, у Поттера другой враг. А твой мальчишка годится только на то, чтобы греть постель. Когда он наскучит Снейпу, я предложу его Фенриру. В вашей родословной еще не было оборотней?

Люциус закусил губу, чтобы не ответить дерзостью. Он обещал Снейпу. Хотя, прекрасный выход: сегодняшней ночи им не пережить, так стоит ли осторожничать?

- Нам стоит переместиться поближе к месту действия, Люциус. Дай руку.

Люциус протянул дрожащую руку Повелителю, и тот, дотронувшись до Нагайны, аппарировал их всех.

- Где мы, Повелитель?

Люциус недоуменно оглядывался.

- Не узнаешь? Это Визжащая хижина.

Люциус вспомнил. Окраина Хогсмита. Совсем рядом со школой.

- Зачем мы здесь, мой Лорд?

- На твоем месте, я бы не задавал слишком много вопросов.

Похоже, Лорд был недоволен, но чем? Он нервно крутил в пальцах свою палочку и напряженно о чем-то думал.

- Простите, мой Лорд.

Люциус забился в угол, усевшись на пыльную переломанную кровать. Змея свернулась у пустого камина, Повелитель ходил из угла в угол, резко разворачиваясь и взметая пыль полами мантии. Люциус наблюдал, пока у него не закружилась голова, и закрыл глаза.

- Люциус, подойди.

- Да, мой Лорд?

Задумчивый голос не предвещал ничего хорошего.

- Мне нужно кое-что проверить… Круцио!

Почему-то в этот раз сознание уходить не хотело, и Люциус отчаянно цеплялся за мысль, что он еще жив. Ему хотелось верить, что Снейп поймет, что ему ничто не угрожает, но ответная волна тревоги вернулась почти тот час же. Помня свое обещание, он зажмурился и позволил себе кричать, неаристократично извиваясь и дергаясь, и Лорд удовлетворенно вздохнул.

- Вставай, Люциус. Я узнал все, что хотел. Хотя…

Что-то взорвалось так громко, что оба обернулись к заколоченному окну.

- Мой Повелитель…

Люциус старался сдержать стон: падая, он сильно ударился головой, и снова болела спина.

- Не лучше бы было остановить все это, и самому найти мальчишку?

- Я знаю, о чем ты думаешь, Люци. Ты хочешь попасть в школу и найти сына? Так вот, запомни: ты попадешь туда только вместе с победителями.

- Но, мой Лорд, это же дети! Вы не можете всерьез…

Он осекся, увидев бешенство в глазах Волдеморта.

- Что?

Удар по лицу был коротким, резким и донельзя оскорбительным.

- Как Нарцисса выносит тебя, Люциус? Как ты сам себя выносишь?

Губы скривились, словно Лорд собрался плюнуть в лицо собеседнику.

- Я не знаю. - едва выговорил Малфой.

Лорд отвернулся.

- Пошел вон, ничтожество.

Люциус почувствовал, что почти счастлив, но…

- И позови ко мне Северуса.

Сиятельный лорд развернулся и, на негнущихся ногах, проследовал к выходу. Едва не упав на лестнице, он вывалился из хижины, с жадностью вдохнул и закашлялся: в воздухе пахло гарью и дымом, и этот запах был повсюду. Люциус почти свалился на ступеньки, пережидая накатившую слабость. Непонятно почему, приказ привести Северуса напугал его до дрожи, и единственное, о чем он сейчас мог думать, это как бы подольше поискать Снейпа, и, еще лучше, не найти его.

Но, похоже, судьба сегодня повернулась к сиятельному лорду не лучшей своей стороной. Расслышав шаги, Люциус насторожился и потянулся к рукаву.

- Ваша светлость?

- Северус! Что ты тут делаешь? - зашипел Люциус, хватая любовника за рукав и оттаскивая за угол.

- Лорд звал меня. Ты в порядке?

- Не ходи к нему, Северус, пожалуйста! У меня дурные предчувствия.

- Мой лорд, что за дамские истерики?

- Прекрати, Северус, это серьезно! Я чувствую! Не ходи!

- Прости, Люци, но как ты это себе представляешь? Ты привяжешь меня к дереву и подождешь, пока я свихнусь от боли?

- Я скажу ему, что не нашел тебя, нет, я скажу, что ты ранен, без сознания, он перестанет вызывать, потерпи. У тебя ведь наверняка есть обезболивающее…

- Люциус, успокойся. - Снейп взял его за плечи и встряхнул, унимая истерику. - Ты просто взволнован. Ты же слышал - Лорд ждет, что я вернусь на свой пост. Хогвардс ему все еще нужен, и я - лучший директор, который сейчас возможен. Он не сомневается во мне, он доверяет мне, Люци. Успокойся, любимый, все будет хорошо.

Снейп поцеловал его. Люциусу так хотелось поверить этому родному, уверенному голосу! Он закрыл глаза, отдаваясь губам любовника.

Любимый? Как странно… Но он не успел.

- Прости, Люци. - вдруг шепнул Снейп и шагнул в сторону.

Люциус почувствовал, как его затягивает в портал и, опустив глаза, заметил булавку, торчащую из ворота мантии.

- Север! Гад!

- И я тебя… - Услышал он, и все пропало, земля придвинулась, и сиятельный лорд со всего маху ударился о нее и потерял сознание.

«… ты позволил своим друзьям умирать за тебя. Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном лесу, и, если ты не придешь, битва начнется снова. Один час…»

- Ну и голосок у нашего Повелителя, прямо мозги вскипают! - услышал Малфой совсем рядом и медленно потянулся к рукаву.

- Как будто у тебя есть, чему вскипать. - отозвался второй голос, и оба заржали.

- Стой, тут кто-то… Есть!

Люциус не успел достать палочку: сверху на него навалился кто-то тяжелый, хватая за руки и скручивая их за спиной.

- Гляди-ка, что я нашел! Бесплатное угощение.

ПахнУло псиной. Оборотни? Люциус лихорадочно соображал, сколько еще до полнолуния, но в голове мутилось, от запаха перехватывало дыхание. Его рванули, переворачивая.

- Даа, - протянул молодой лохматый егерь, усаживаясь на добычу верхом, - какой-то обмылок. Даже пробовать страшно.

Люциус попытался сдержаться, но не смог: смех душил его, вырываясь наружу. Скорее всего, это была банальная истерика, но сиятельный лорд хохотал, как безумный, и никак не мог остановиться.

- Он что, спятил от страха?

В темноте Люциус не видел остальных егерей, однако попытался ответить сквозь рвущийся смех:

- Пожалуй, так меня еще никто не называл, ты первый, тварь.

- Тебя, небось, еще и не кусали. - оскалился оборотень. - Тут я тоже буду первым?

- Вынужден огорчить. - почти справился с собой Люциус. - Тут тебя давно опередили.

Лежать на связанных за спиной руках было больно, они быстро затекали, и Люциус понял, что не сможет достать из рукава закрепленную там палочку.

- А почему это ты решил, что он твой? - послышался голос из стоящей поодаль группы.

Отлично! Теперь они его делят! Люциуса успокаивала только надежда, что оборотни ограничатся вырванным горлом, а, значит, все будет быстро.

- Я нашел его!

- Мы все нашли его!

- Заткнулись все!

Услышав этот голос, лорд напрягся и замер.

- Ты хоть знаешь, на кого уселся, придурок?

Подошедший оборотень отвесил сидящему хорошую затрещину, и тот свалился с Люциуса и недовольно зарычал.

- Это же сиятельный лорд Малфой! Доброй ночи, ваша светлость.

- Фенрир…

Люциус не отводил взгляда, но в темноте мог видеть только, что Грейнбек серьезен и что-то обдумывает. От оборотня веяло силой, и лорд едва сдержался, чтобы не отвернуться, признавая поражение.

- Не очень-то он сияет! - захихикали рядом.

- Неудачная ночь, ваша светлость?

- Неудачная жизнь, Фенрир.

- Ну, тогда нет смысла за нее держаться?

Люциус сдержал стон, когда Грейнбек вздернул его за волосы, принуждая сесть, и потянул вплотную к своему лицу, обнюхивая, примериваясь.

- Эй, это мой…

- Чей?

Фенрир зарычал так страшно, что Люциус попытался отпрянуть, но его держали крепко.

- Желаешь отнять мою добычу, Стив? А сил хватит?

Стив молча рванул в кусты, а Грейнбек обернулся к своей добыче.

- Не надо бояться, ваша светлость. Как говорит ваш друг, я буду нежен.

- Не льсти себе, тварь. - холодно ответил Малфой, собрав остатки мужества. - Тебя тут боятся только твои шавки.

Смешок оборотня щекотно толкнул в шею.

- Я понимаю, почему Лорд так долго добивается тебя. Сломать такую гордыню очень заманчиво.

Грейнбек дернул Люциуса за волосы, принуждая открыть беззащитное горло, рванул ворот и прошелся языком по шее от ключиц до самого подбородка, заставив Малфоя задрожать от отвращения.

- Расслабьтесь, ваша светлость. Ведь это приятно?

Люциус не нашел в себе сил ответить, но постарался хотя бы не закрывать глаз. Оборотень, как животное, потерся лицом о шею и щеку Люциуса, заставляя того морщиться.

- Тебе не говорили, что нехорошо играть с едой?

- Торопитесь, мой лорд?

Люциус перестал дышать, почувствовав, как по шее прошлись острые клыки.

- А, может быть, по-другому?

Это уже было слишком.

- Я занят, Фенрир. Я чужой, и ты это знаешь.

Паника почти прорвалась, и оборотень усмехнулся.

- Скажешь, что я взял тебя силой. Зато будешь жить.

- Оставишь меня в живых - сдохнешь сам, обещаю!

- Ох, как неразумно…

Люциус и сам понимал: неразумно, по-идиотски и слишком мелодраматично, но не мог ничего поделать с отвращением и ужасом, а, от мысли, что эти твари будут смотреть и подбадривать своего вожака, просто затошнило.

- Ну, как хотите…

Снова ощутив на шее зубы оборотня, Люциус вздрогнул, и закрыл глаза, надеясь не закричать раньше, чем почувствует боль. Но, едва прикусив кожу и слизав кровь, Грейнбек отстранился и дернул его вверх, ставя на ноги. Стоялось с трудом, и, когда Фенрир рывком развернул его спиной к себе, Люциус едва не упал, но был удержан.

- Мой! - прорычал за спиной Фенрир.

Стая согласно пробормотала в ответ что-то нестройное. Веревка упала, и Люциус не сдержал стона, когда оборотень принялся растирать ему руки.

- Все убирайтесь. Я догоню.

Когда последний егерь скрылся в кустах, и их шаги затихли, Люциус услышал:

- Полагаю, за вами долг жизни, ваша светлость.

- Признаю, только мой, личный. - быстро подтвердил Люциус.

- Все защищаете своих? - в голосе оборотня слышалось одобрение.

Люциус рискнул развернуться.

- И что дальше? - он дотронулся до шеи: укус слегка саднило, на пальцах осталась кровь. - Я теперь…

- Нет, ваша светлость, не пугайтесь так. Помните, я говорил про знак для своих? Это метка.

Еще метка? Малфой едва не засмеялся снова. Как же ему везет на хозяев.

- Но я не стану?..

- Нет. Хотя, большой соблазн, я признаю. С тех пор, как убили мою пару, я никого еще так сильно не хотел.

- Мне следует поблагодарить вас за сдержанность?

- Поблагодарите своего друга. За столько лет его запах стал неистребим. Я просто не смог, но очень жалею. Если у него возникнет вопрос, я готов извиниться за укушенную шею. Но, нам пора идти.

- Куда? И где мы вообще?

Люциус все не мог поверить, что ему снова повезло, да и ноги держали плохо.

- В Запретный лес. Повелитель собирает всех. Вы слышали - он ждет мальчишку?

- Слышал.

Оборотень ждал, и пришлось взять себя в руки. Малфой тряхнул волосами, выпрямился и, скомандовав:«Идем!», увидел в глазах оборотня насмешливую нежность. Передернувшись, Люциус предпочел думать, что ему показалось. Фенрир пропустил его вперед, и, всю дорогу до лагеря Волдеморта, Малфой не мог расслабиться и ждал нападения со спины, но его так и не последовало.

30 глава

Как только в просветах между деревьями показались фигуры людей, Фенрир неслышно растворился, и к поляне, полной соратников, Люциус подошел один. Место вполне соответствовало ужасам этой ночи: с деревьев свисали какие-то клочья, похожие на гигантскую паутину, под ногами хрустели мелкие кости животных, и Люциусу казалось, что он попал в террариум или в банку с пауками. Пауки в черных мантиях были повсюду: группами и поодиночке, в масках и с открытыми лицами, они молча и настороженно глядели на своего Повелителя, не смея лишний раз пошевелиться.

В дальнем конце поляны Люциус разглядел двух великанов и, прикрученного к деревьям, любимца Дамблдора, Хагрида. Темный Лорд стоял у ярко горящего костра и задумчиво смотрел сквозь огонь. У его ног прямо на земле сидела Белла. Из темноты за спиной Лорда выскользнул Фенрир, вытирая кровь с губ, и Люциус вздрогнул и отвел глаза: он не хотел сейчас думать о том, кто попался оборотню под руку вместо него. Он обводил глазами поляну, ища Снейпа, но его высокой фигуры не было. Люциус заметил жену, Руквуда, окровавленного Розье с перемотанной рукой. Руди и его брат сидели у края поляны, опираясь спинами о деревья, а Снейпа нигде не было.

С трудом подавив панику, Люциус прислушался к кольцу. Оно жило. Медленно, неслышными толчками, в мозг Люциуса проникала магия заклятья, но никаких эмоций не приносила. Он жив. Но почему тогда молчит кольцо? Ступефай? Стазис? Без сознания? Что?

Постаравшись незаметно приблизиться к Нарциссе, Люциус спросил:

- Где Снейп?

Она молча покачала головой, и тут Повелитель повернулся, реагируя на звук, или движение. «Как змея», подумал Люциус и замер: красные глаза глядели прямо на него.

- Где ты был, Люциус? - поинтересовался Лорд.

- Я заблудился.

- Ты издеваешься? Иди сюда.

Люциус приблизился, склоняясь ниже, чем обычно, и подумав, опустился на колени.

- Я послал тебя с поручением, ты исчез почти на два часа прямо в разгар битвы, и говоришь мне, что заблудился? Где ты был? Отвечай!

- Мой Лорд, я нашел Снейпа, потом попытался вернуться к границам Хогвардса, и, кажется, заблудился в темноте.

- Вот как?

- Мой Лорд, - отозвался из-за спины Волдеморта Фенрир, - егеря наткнулись на его светлость по пути сюда. Он был без сознания.

- Как обычно.

Лорд скривился и повернулся к входящим в круг света фигурам. Яксли и Долохов. Целы и невредимы.

- Мы никого там не видели, Повелитель, наверное, мальчишка не придет.

- Я думал, он появится, видимо, я ошибся…

- Вы не ошиблись…

Мальчишка шагнул в круг и остановился, оглядываясь. На его лице не было ничего живого, и Люциусу показалось, что перед ними инфери. Только глаза все еще горели сквозь размазанную копоть и грязь, выражая страх, решимость, что-то еще… Глаза были единственным, что выдавало его: мальчишка отчаянно боялся и очень, очень хотел жить.

- Гарри! Нет! Гарри!

Крик полу-великана напугал и заставил вздрогнуть. Кто-то заткнул его заклятьем. Лорд и Избранный молча глядели друг на друга, и, казалось, все остальное застыло, не смея прервать их, только пламя костра и Нагайна, шевелились, равнодушные ко всему, кроме собственных простых желаний.

Лорд чуть склонил голову набок, улыбнулся странной, безрадостной улыбкой и…

- Гарри Поттер, - произнес он мягко, - Мальчик, который выжил…

Мальчишка смотрел на своего убийцу твердым, ожидающим взглядом, и Люциус вдруг задохнулся, поняв, что это - все. Секунды, оставшиеся от жизни Избранного, отсчитывают остаток другой жизни. Каким-бы то ни было образом, Северус все еще был жив, но Лорд уже поднимал палочку. Люциус глядел на Поттера, но видел перед собой не его.

- Авада Кедавра!

Север… Мальчишка упал, беспомощно взмахнув руками, кольцо вспыхнуло ярким заклинанием, и в нем не стало жизни так же, как не стало ее в том, кто это кольцо подарил. Север… Как же я… Как же мы… Как…

Люциус медленно осел на землю, не замечая удивленных взглядов окружающих. Нарцисса бросилась было к нему, как вдруг дружный вздох удивления остановил ее. Несколько секунд тишины…

- Повелитель!

Крик Беллы поднял Малфоя на ноги. Вглядевшись, он удивленно обнаружил, что лежащих на земле тел теперь два: мальчишка валялся там же, где упал, а у костра, почти в коленях у Беллы, не подавая признаков жизни, лежал сам Темный Лорд. На мгновение Малфою снова захотелось смеяться, и он укусил себя за руку, чтобы сдержать смех. Белла опасливо трогала тело Повелителя, приговаривая жалобно: «Мой Лорд». Руди быстро подошел к жене и склонился над Повелителем, не прикасаясь. Яксли, Долохов, Роули - все они окружили Волдеморта и растерянно переглядывались, не зная, что делать. Остальные замерли в недоумении и испуге. Поймав вопросительный взгляд Фенрира, Люциус отвернулся.

В голове не держалось ни единой мысли. Люциус попытался взять себя в руки, но в висках, отдаваясь острой болью в сердце, стучало: «Север… Север… Нет…». Нарси что-то говорила ему, трясла за руку, но Люциус не слышал. Он не отводил взгляда от лежащего Волдеморта и думал: неужели мальчишке все-таки удалось? Ценой своей и их жизней?

Их жизней… Люциус ясно чувствовал, что он умирает, пусть на теле не было ран, а война, кажется, закончилась. Уходило то, что называют смыслом жизни, желанием жить, оставалась оболочка, способная говорить, ходить, и даже думать, но сам Люциус не был уже живым.

- Довольно! - услышал он холодный голос.

Значит, все это напрасно. И этот несчастный Герой, валяющийся жалкой кучкой перьев, словно подбитый воробей, и эти несчастные дети в замке, и Северус… Дальше думать было слишком больно, и Люциус перестал.

Лорд поднялся, отвергая поддержку слуг, и те снова отпрянули.

- Мальчишка… мертв?

Все взгляды обратились к лежащему ребенку.

- Ты! - Нарцисса дернулась, обожженная вспышкой заклятья. - Осмотри его и доложи мне, мертв он или нет.

Люциусу показалось, что в голосе Лорда звучал страх. Нарцисса медленно приблизилась к Поттеру, присела на корточки и провела руками по его лицу. Все затаив дыхание, ждали. Наклонившись так, что волосы упали мальчишке на лицо, леди Малфой потянула вверх грязную футболку, а Люциус едва не застонал, вспомнив, наконец, о Драко. Уверенный, что сын в Хогвардсе, он почти забыл, зачем его ребенок отправился туда. И, если сам он почти умер, что будет с Драко, когда тело Избранного будет выставлено на посмешище? И во всем виноват только он: цена одной ошибки оказалась слишком велика. Он всегда был готов платить по счетам, но теперь плату требовали жизнями близких.

Теперь Люциус жалел, что Фенрир не убил его часом раньше. Но у него все еще был сын, была жена, и его проклятая «стая», за которую он нес ответственность. Посмотрев еще раз на оборотня, Малфой встретил понимающий взгляд. У него тоже убили пару. Он живет, потому что должен. А попросить о смерти можно и потом. Ему не откажут.

- Он мертв! - почти крикнула Нарцисса, выпрямляясь, и поляна взорвалась криками радости и восторга.

В небо были выпущены салюты, все веселились так, словно победили чудовище, а не мальчишку - подростка, пришедшего умирать добровольно. Нарцисса обняла Люциуса и он понял, что его трясет.

- Вы видели? - Повелитель ликовал, не скрывая своей радости. - Гарри Поттер пал от моей руки, и отныне на земле нет человека, представляющего для меня угрозу! Круцио!

Тело Поттера взлетело на воздух, повинуясь подбрасывающей его палочке, раз, другой. Нарцисса, кажется, была на грани обморока, и теперь Люциусу приходилось поддерживать жену. Как гадко. Издеваться над телом поверженного врага быстро надоело.

- А теперь пойдем в замок и покажем всем, что осталось от их героя.

Приказав отвязать Хагрида, Лорд вручил ему тело Поттера, и торжествующая процессия двинулась вперед. Люциус вел жену, не замечая веток и камней под ногами. Теперь его некому было поддержать, но теперь он и не падал. Хватит.

«Ваше высочество, будете должны…» Да, мой ядовитый, я теперь всегда буду должен. Потерпи немного, пока я раздам свои долги здесь, и мы поговорим о наших с тобой делах лично.

У замка Лорд снова что-то говорил, но Люциус не слушал: он повторял про себя, чтобы не давать себе думать. Драко. Драко. Белла. Руквуд и Розье. Руди, Басти… Моя стая. Сейчас мы снова будем убивать.

Двор был изуродован до неузнаваемости, но двери еще держались. На зов Лорда они распахнулись, и защитники школы высыпали навстречу толпе убийц, забыв даже про палочки. Дети, женщины… Драко.

Сын стоял на ступенях, в толпе таких же детей, грязный, растрепанный… мертвый. Его взгляд, прикованный к телу на руках Хагрида, не выражал ничего. Бедная Нарси… Мы оба…

- Нет!

Крик Макгонагал поразил даже Пожирателей: старая львица никогда не повышала голоса. Вслед за ней закричали остальные.

- Молчать! - голос Волдеморта был даже довольным. - Клади его сюда, Хагрид, тут ему самое место. Драко…

Тело Поттера лежало теперь у ног Темного Лорда. Драко перевел взгляд на Повелителя и нахмурился, словно пытаясь понять, о чем с ним говорят.

- Твоя семья здесь. Ты принадлежишь мне. У тебя есть выбор… Решай, Драко.

Драко медленно двинулся вперед, и Люциусу показалось, что он идет, чтобы приблизиться к телу Поттера. Лорд ласково улыбнулся:

- Драко. Боюсь, что огорчу тебя: твой директор - он мертв.

Лорд говорил тихо, но Люциус, приблизившийся, чтобы забрать сына, слышал все. Спокойно. Потом. При слове «мертв», Драко сморгнул и отвел взгляд от Поттера.

- Мне жаль, мой мальчик. На войне всякое случается. Иди.

Драко кивнул и слепо двинулся к отцу, а Лорд продолжал:

- Он был пойман при попытке сбежать с территории школы. Ваш хваленый герой хотел бросить вас, и был убит когда хотел спасти свою жизнь предательством.

Из толпы учеников вылетело заклятие.

- Это кто такой смелый? - узнав интонации, Люциус содрогнулся. - Невилл Лонгботтом? Ты ведь чистой крови, мой мальчик. Присоединяйся к нам, мне нужны смелые люди.

- Не дождетесь!

- Что ж… На твою голову пусть падет.

Люциус не обращал внимания на жену, которая все теребила его, пытаясь что-то сказать.

- Драко, ты успел хотя бы поговорить? - спросил он.

Драко коснулся губ кончиками пальцев и вдруг улыбнулся:

- Да.

- Он…

- Да.

- Я сожалею.

Драко вгляделся в лицо отца.

- А ты?

- С нами все будет хорошо. Обязательно.

Кажется, они поняли друг друга. Нарцисса всхлипнула и отвернулась. Все будет хорошо. Обязательно.

Нарцисса обняла Драко, увлекая за ряды Пожирателей, и тут началось: закричал горящий заживо мальчишка Лонгботтом, за спинами победителей послышался стук копыт, и почти сразу же засвистели стрелы, заорал великан, полетела в сторону голова Нагайны, Темный Лорд открыл рот в неслышном за шумом крике и раздался вопль Хагрида:

- Гарри! Где Гарри?

Драко дернулся назад, вырываясь из рук матери, и начался хаос: фестралы, рассвирепевший гиппогриф, великаны, кентавры - все неслось, сметая друг друга, топча, убивая, заклевывая, и все волшебники - и Пожиратели и защитники Хогвардса, стремясь спастись от топчущих ног и жалящих стрел, ринулись под защиту замка.

Драко мгновенно исчез в гуще сражающихся, растеряв всю свою невозмутимость. Последнее, что видел Люциус, был сын, с криком «Гарри?», кидающий Секо в кого-то из Пожирателей. Нарцисса сражалась рядом, прикрывая щитами нерасторопного мужа. Люциус выхватил из рукава новую палочку, и она улыбнулась, кивнув.

- Ты знала, что Поттер!..

- Протего!

Выяснять отношения было некогда. Темный Лорд пробирался вперед, кидая заклятия, в ярости круша все, что попадалось ему на пути. Защитники Хогвардса воспряли духом. Люциус видел, как упал Яксли, маленький Флитвик достал Долохова, и тот умер, не успев понять этого. Под ногами шныряли сумасшедшие домовики, и Люциусу досталось ножом в бедро, к счастью не сильно. Пожиратели проигрывали. Над головой пролетел, брошенный Хагридом, Мальсибер. Кажется, Фенрира сбил с ног кто-то из Уизли, и сразу отпрянул: Грейнбек завыл, пронзительно и долго, многие оглянулись и увидели, как оборотень схватился за клык, висящий на шее и исчез в портале. Тут же в разных концах зала открыли порталы остальные оборотни. Фенрир увел свою стаю, теперь Люциусу следовало позаботиться о своей. Нарси все еще была рядом, Руквуда оглушил Ступефаем Аберфорд, и Розье над его телом из последних сил отбивался, ставя щиты поврежденной рукой. Люциус рванулся к ним, добавляя к мерцающему от слабости создателя щиту, свой.

- Уходите!

- Куда?

- Аппарируй его, если что - вернетесь. Уходи!

Люциус едва не пропустил заклятье, и рявкнул уже в голос:

- Уноси его, мальчишка! Или хочешь потерять?

Эван побледнел и кинулся на тело своего партнера, обнимая. Они исчезли, а Люциус торопливо крикнул «Рефлекто», отгораживая противника от направленного в его спину пламени. Аберфорт удивленно поднял брови, Люциус вопросительно посмотрел на него и, дождавшись кивка, выбрался из угла, все же не поворачиваясь к противнику спиной. Обстановка в зале изменилась: сражение продолжалось не повсеместно, а островками: в центре Волдеморт сражался с Макгонагал, Слизнортом и Кингсли, возле двери Беллатрикс отбивалась от троих девчонок сразу. Люциус узнал придурковатую блондинку, гостившую в его подземельях, рыжую Джиневру, очень подходящую к своему воинственному имени, и, конечно, грязнокровку Грейнжер, с ненавистью выкрикивающую непростительное. Беллатрикс справлялась играючи, даже не применяя боевых заклинаний, и Люциус уже отвернулся, но услышав : «Не тронь мою дочь, мерзавка!», бросил Нарциссе: «Ищи Драко и аппарируйте в Менор!», и кинулся назад, понимая, что теперь Беллу тоже надо спасать. Разъяренная родственница напоминала собаку, защищающую щенков.

- Ты больше не тронешь наших детей!

Магия клокотала вокруг них, зрители замерли, с ужасом наблюдая, как противницы обмениваются быстрыми заклятиями. Воздух кипел, пол покрывался трещинами от огненных заклятий, Белла уже не улыбалась, все тяжелее отбивая атаки, а Люциус боялся вмешиваться: при такой скорости поединка посторонние чары могли срикошетить в любую из сторон. Заклятье слетело с палочки Молли, и Люциус сразу понял, что Белл не успевает. Ее ударило в грудь, прямо над сердцем, Беллатрикс стала медленно падать навзничь, и вдруг исчезла: сработал браслет - портал, но Люциус был не уверен, успел ли он, и жива ли еще его свояченица.

Волдеморт заметил, как падает Белл, и в ярости ударил чистой силой. Его противников смело и ударило о стену и пол, а Лорд поднял палочку, направив ее на Молли Уизли, и тут раздался мальчишеский голос, выкрикнувший «Протего!», и между Лордом и Молли возникла прозрачная стена, разделившая зал на две части. Лорд оглянулся, а из воздуха появился Гарри Поттер - живой, яростный и вооруженный.

Все замерли. Противники снова стояли напротив. Лорд был изумлен, а Поттер собран и спокоен.

- Пусть никто не пытается мне помочь. - медленно произнес Избранный. - Я должен сделать это сам. Так нужно.

Слова падали в полной тишине, и Люциус поежился: они звучали, как приговор. Почувствовал ли это Волдеморт, Люциус не знал, но, кажется, на слушающих слова мальчишки произвели впечатление. Впрочем, мальчишкой он больше не выглядел. Напряженный, как струна, уверенный и беспощадный. Воин. Люциус почувствовал тревогу за сына: такой Избранный мог и будет покорять и властвовать. Если выживет. Впрочем, сейчас они об этом узнают.

Противники кружили по залу, не торопясь начинать поединок, провоцируя друг друга.

- Кто сегодня послужит тебе щитом, Гарри? Кто еще умрет за тебя?

Лорд пытался вывести противника из себя, но Поттер оставался спокоен.

- Никто больше не умрет, ни сегодня, никогда. Ты никого больше не убьешь. Или ты думаешь, что происходящее - случайность? Я готов был умереть.

- Однако, не умер!

- Я был готов, и этого оказалось достаточно.

От его слов становилось жутко. Мальчишка побывал за гранью и спокойно рассказывал об этом. Почему ему удалось вернуться, а Северусу нет?

- Я сделал тоже, что моя мать. Я защитил их от тебя. И меня ты тоже убить не сможешь.

- Почему же? Ты что, думаешь, что владеешь волшебством, о котором не знаю я?

Волдеморт явно нервничал, и не спешил наносить удар.

- Да. Хочешь, я расскажу тебе о нем?

- Снова любовь? Отчего же она не спасла Дамблдора? Снейп убил его.

- И ты думаешь, что он сделал это по твоему приказу? - насмешливо осведомился Поттер.

- Да!

- Снейп служил не тебе!

Люциус чувствовал, как при упоминании Северуса больно сжимается сердце. Живы, все живы, кроме одного - нужного, любимого…

- С той самой минуты, как ты стал преследовать мою мать, он стал твоим врагом. Он шпионил за тобой, он обманывал тебя и помогал мне все эти годы. Он любил мою мать, а ты ее убил!

Мечта. Так вот значит, как…

- Чушь! Он просто хотел ее, и когда ее не стало, он согласился, что есть и другие женщины, более желанные. Ты ничего не знаешь, мальчишка!

- Конечно, он согласился! За все это время ты так и не разобрался, кто был возле тебя. Ты когда-нибудь видел Патронус Снейпа?

Лань! Люциус застыл, перестав слушать. За что это ему? Именно сейчас? В душе росло гневное рычание, и он готов был, как оборотень выкрикнуть: «мое!», вот только Снейп уже не принадлежал никому. Поздно ревновать, ваша светлость, смиритесь. Но вы еще можете устроить скандал, когда явитесь на тот свет, и любовник встретит вас под ручку с мечтой всей его жизни. Можно еще поглумиться над телом. Только это тело требовалось для начала найти.

- Настоящим хозяином Бузинной палочки был Драко Малфой. - услышал Люциус и снова вернулся в зал.

Никак не удавалось подумать: едва он отвлекался, как обстоятельства тянули его обратно, в настоящую жизнь.

- И что это меняет?

- Я отнял у Драко палочку в Малфой-Меноре. Твоя палочка тоже служит не тебе, Том.

Солнце взошло внезапно, заставляя зажмуриться всех, кто был в зале, и в яркой темноте Люциус услышал высокое : «Авада Кедавра!». «Экспелиармус!» - ответил мальчишеский голос. Малфой открыл глаза и увидел, как оба заклятия столкнулись посреди круга, как палочка Волдеморта взмыла вверх, замерла на мгновение в самой высокой точке своего полета, и влетела в руки Избранного.

Поттер поймал ее свободной рукой, и в это самое мгновение Волдеморт упал навзничь, и остался лежать на полу, раскинув безвольные руки, со странным выражением спокойствия на змеином лице.

Сначала Люциус ждал, что он снова поднимется. Экспелиармус? Просто смешно. Но Повелитель лежал, не шевелясь, и тогда Люциус потянул рукав, посмотрел на метку и едва не закричал: она исчезала. Сначала растаяла змея, а потом медленно пропал уродовавший его руку столько лет череп. Не веря себе, Люциус смотрел на чистую кожу, но не ощущал радости и ликования. Впрочем, сейчас он мало что вообще ощущал, и это было даже хорошо…

Тишина, наконец, прорвалась неуверенными возгласами радости, и вот, уже вопили все. На Избранного накинулись его друзья, целуя, тормоша, сжимая в объятиях. Они отталкивали друг друга, стремясь прикоснуться к спасителю, кричали что-то восторженное, хлопали по плечу, тянули за одежду. Люциус отвернулся. Рядом с камином стоял его сын и смотрел на Героя сумасшедшими от счастья глазами. Видимо, почувствовав что-то, Поттер обеспокоенно закрутил головой и, встретившись глазами с Драко, улыбнулся вдруг смущенно и вопросительно, и, глядя на мальчишек, Люциус понял, что в нем поднимается дикая, неконтролируемая зависть и гнев: несправедливо! Несправедливо! Как они могут надеяться и любить, если сам он лишен этого?

Избранного отвлекли, Драко перевел глаза на отца и дернулся. Лицо его стало несчастным, но маска невозмутимости вернулась быстро. Люциус почувствовал, что его касаются, и повернулся: рядом стояла Нарцисса. На них уже оглядывались, без ненависти, но с недоумением и вызовом. Нужно было убираться, пока победители еще празднуют, потому что, когда они вспомнят о потерях, уйти невредимыми не удастся. У выхода уже мелькали алые мантии авроров. Конечно! Сражаться должны дети, а наводить порядок после победы будут другие люди - умные и взрослые. Пробираясь к выходу, Люциус наткнулся на лежащего у стены Рабастана. Он был ранен и зажимал ладонью окровавленное плечо.

- Басти, где Руди? - склонился над ним Малфой.

- Умотал разыскивать свою женушку, конечно. Надеюсь, ее не закинуло в пустыню или на Эверест. Хотя, при ее характере…

Он тяжело закашлялся. Люциус встал:

- Нарси, бери его и аппарируй в Менор. Оттуда порталом в Мексику. Дом под Фиделиусом, возьми Блейза.

Нагнувшись к жене, Люциус произнес адрес ей на ухо. Хранителем заклятия он был сам.

- А ты?

- У меня еще есть дело.

- Люциус..

- Нарси, уходите. В Аврорате его уморят, и как я стану смотреть в глаза Руди? - он видел, что Нарси уже догадалась, и взмолился: - Пожалуйста!

Ему нужно было остаться одному.

Нарси аппарировала, взяв Рабастана за руку. Люциус огляделся: он сделал все, что должен был для живых. Теперь можно было подумать о мертвых.

Где его искать? Лорд преподнес Драко новость так, словно был уверен, значит, он видел смерть Северуса, или… убил сам?

Люциус вспомнил свои предчувствия, но усилием воли загнал эмоции вглубь: он успеет. У него еще будет время. Не сейчас. Значит - сначала в Хижину. Аппарировать было опасно, но Люциус, кажется, надеялся расщепиться раньше, чем увидит… тело. Пока он не видел мертвого Северуса, он мог думать о нем, как о живом. Перед глазами вставало запрокинутое лицо, руки, сжимающие кресло, глаза, блестящие из-под опущенных ресниц. " И я тебя…» - последнее, что он услышал, а чуть раньше - единственный раз за все эти годы: «любимый». Может быть, он все же чувствовал к Люциусу немного того, что, оказывается, чувствовал к своей Мечте?

Люциус понял, что стоит у Хижины уже некоторое время, и заставил себя собраться. Теперь-то он только мой. Наконец-то. Что, ваша светлость? Мечты сбываются? Какая ирония! Только уточните: не он «только мой», а вы «только его». Забавно.

В голове мутилось, и Люциус не стал больше медлить: если его найдут сошедшим с ума и обнимающим мертвеца, Драко придется трудно и долго восстанавливать репутацию семьи.

Перед крыльцом Хижины валялись несколько тел в одежде егерей, и Люциус брезгливо обошел их, словно опасаясь запачкаться. Когда он уже ставил ногу на ступеньку, в глаза блеснуло что-то яркое, отразившее солнечный свет. Присмотревшись, Люциус упал на колени и судорожно вцепился в трухлявые перила: на руке у мертвого егеря было надето кольцо Снейпа. Сдернув кольцо, Люциус отпихнул мертвеца и поднялся. Значит, он на правильном пути: они явно ограбили мертвого. Сдержав порыв испепелить всю шайку, Люциус помчался вверх по пыльной лестнице, ведомый непонятной надеждой.

Вбежав в комнату, он остановился, судорожно втягивая воздух: у стены, в луже свернувшейся крови лежал Северус. Заставив себя двигаться, Люциус подошел. Снейп не дышал, вся шея и ворот мантии были залиты бурым, одна рука неловко подвернута, другая вытянута и отброшена в сторону.

«Снимали кольцо» - догадался Люциус. Он бережно взял холодную руку, уложил ее рядом с телом, поправил другую, прежде чем понял глупость своих действий. Попытавшись найти на шее пульс, Люциус только перемазался кровью, и, не в силах отказать себе, приник губами к ледяному лбу - единственному оставшемуся чистым и незапятнанным.

- Север…

Самообладание куда-то делось, лорд всхлипнул и прижался к мертвым губам, целуя, ощущая вкус крови и собственных слез… и чего-то еще? Люциус отпрянул, потом вытерся рукавом и осторожно провел языком по губам Снейпа, протискиваясь в полуоткрытый рот и ощущая себя извращенцем. Нет, не показалось: острый привкус полыни и вяжущий - плодов сопофоруса.

Люциус откинулся назад и, подавив желание ударить, рассмеялся истеричным подвывающим смехом.

- Гааад… Вот же гад… Скотина ядовитая! «Живая смерть»! И, наверное, антидот в кармане…

Люциуса трясло, он едва сдерживался, чтобы не свалиться лицом на тело Снейпа, и не начать биться об него головой. Слезы текли по хохочущему лицу, но впервые сиятельному лорду было действительно наплевать, как он выглядит. Снейп все равно страшнее.

- Ну, только поправься! Ты мне всю жизнь должен будешь! - бормотал Люциус, втягивая тяжелое тело к себе на колени. - И, клянусь, ты пожалеешь, что не сдох, пока было возможно! Вот, же, змей! Ну, ничего, только поправься! Только поправься, любимый, пожалуйста…

31 глава

В истерике Люциус все же промахнулся и оказался в спальне Нарциссы. Оглядевшись, он вызвал Патронуса и обомлел: вместо знакомого сокола из его палочки вытекла серебристая лента и превратилась в королевскую кобру. Очнувшись от изумления, Люциус отправил послание жене, вздохнул горестно, и, ни к кому не обращаясь, пожаловался:

- Вот же, змей, до самого сокровенного добрался.

Змей на коленях не подавал признаков жизни. Опасаясь снова аппарировать, Люциус вызвал эльфов и приказал переправить раненого в свою спальню. Пока тело Снейпа плыло по лестницам, Люциус оказался у себя, скинул грязную, пропахшую гарью и кровью мантию и быстро умылся: надо было вымыть руки, чтобы не занести чего-нибудь в рану. Когда он вышел из ванной, Снейп уже лежал на его кровати. Люциус отпустил эльфа и, ругая себя за то, что так и не освоил простейших диагностических заклинаний, для начала раздел раненого, проверил, нет ли еще повреждений, убрал кровь и очистил раны. Больше он ничего сделать не решился, и, укрыв Северуса простыней, сел рядом. Люциус положительно сходил с ума: то ему казалось, что Северус сейчас откроет глаза и скажет, что все это шутка, и тут же он пугался, что любовник уже давно умер, и он просто не в себе и возится с мертвым телом. Люциус постоянно щипал себя, убеждаясь, что не спит, и старался не смотреть на изувеченную шею Снейпа: при взгляде на раны, Люциуса обдавало жаром, снова начинали трястись руки и болело в груди. Он взял руку Северуса в ладони, и слегка покачивая, принялся успокаивать не то лежащего перед ним друга, не то самого себя:

- Все будет хорошо, потерпи немного. Сейчас придет целитель, полечит, и ты будешь здоров.

Люциус бормотал, словно заговаривал ребенка, и вошедший Блейз с сомнением покосился на Нарциссу, когда его светлость даже не заметил открывшихся дверей. Нарцисса осторожно отцепила пальцы мужа от руки лежащего и отвела его в кресло, усевшись на подлокотник. После истерики Люциус чувствовал себя обессиленным и слабым. Не обращая внимания на медика, он опустил голову на грудь жены и закрыл глаза. Нарцисса гладила его по голове, тихо приговаривая то же самое, что недавно шептал он сам.

- Ваша светлость, но ваш друг… мертв? - осторожно проговорил Блейз.

Люциус поднял тяжелую голову.

- Это зелье, Блейз. «Живая смерть». Он же зельевар.

Блейз с сомнением посмотрел на лорда и добавил еще одно заклинание. Оно окутало лежащего золотистой дымкой, потом свет начал меркнуть, испаряясь, пока, наконец, не сосредоточился на груди, прямо над сердцем, и не замигал тревожно и медленно.

- Действительно. Простите, ваша светлость. Когда он принял зелье? Это известно?

- Несколько часов назад. Около полуночи он был еще жив.

- Тогда, полагаю, следует заняться ранами: время у нас еще есть. Но необходимо противоядие. И несколько зелий.

- Я думаю, стоит потрясти мантию нашего дорогого друга, и все найдется. Северус всегда был очень предусмотрителен. - Нарцисса подняла окровавленную тряпку и решительно сунула руку в карман.

Вскоре перед ними стояло около десятка флакончиков, рядом - несколько ампул россыпью, записная книжка, обрывок колдографии, запасная палочка, пять пустых флакончиков, перчатки и серебряный ножик.

- Нарцисса, остановись! - взмолился лорд. - Если ты достанешь оттуда пару змей - я не выдержу.

Блейз нашел все нужные ему зелья и приступил к лечению, а Нарцисса заставила Люциуса выпить «сон без сновидений», поклявшись, что не отойдет от Снейпа ни на шаг, и трансфигурировала кресло в кровать, потому что Люциус наотрез отказался уходить.

- Прекрасный Патронус, Люци. - шепнула она ему на прощание. - И очень похож.

Проснувшись, Люциус подскочил на кровати в ужасе: ему показалось вдруг, что Снейп умер, пока он спал. Вид Нарциссы, вливающей в рот больного очередное зелье, успокоил его.

- Добрый вечер, Люци. У нас все хорошо.

- Где Блейз? - возмутился лорд.

- Варит зелье. Кроветворное заканчивается, а покупать - значит указать место, где прячется раненый. Пожирателей разыскивают.

Нарцисса, как всегда, была права. Люциус поднялся и, пошатываясь, побрел в ванную. Домовик уже приготовил воду, налив туда столько пены, что она шапкой выпирала из «лоханки». Люциус отпустил эльфа и вгляделся в зеркало. Дааа… Заклятья Нарциссы давно развеялись, но выглядел сиятельный лорд все так же скверно. Покрасневшие глаза были обведены черными кругами, губы потрескались, черты лица заострились, словно у покойника. Присмотревшись повнимательнее, Люциус ахнул: в спутанных волосах, прямо за ухом, появилась седая прядь.

- Дракклы тебя дери, Северус! - ругнулся лорд и тут же сложил пальцы в отводящем жесте: со Снейпа довольно было и Нагайны. - Ты заплатишь мне за это. И за все мои погубленные нервы. И за свой портал. И за свое упрямство…

Люциус продолжал перечислять, пока не обнаружил, что его отражение светится неприлично счастливой улыбкой. Махнув рукой, Люциус забрался в ванну, выплеснув часть пены на пол, и занялся собственной внешностью. Когда придет время предъявлять счета, он должен быть ослепительным… Ну, хотя бы немного.

- Где Драко? - спросил он, усаживаясь за стол.

Вид еды напомнил, что последний раз он ел чуть не двое суток назад, немудрено, что так кружится голова.

- В Хогвардсе. Я посылала эльфа, он говорит, там убирают тела. Думаю, Драко скоро вернется…

Драко появился только утром, и, при виде его, Люциусу захотелось схватиться за розгу. Или за сердце. Сын был растрепан и помят до такой степени, что Люциусу представилось стадо пьяных кентавров. Распухшие губы, следы на шее и горящие беспутные глаза объясняли ситуацию. Сын попытался просочиться в коридор, но Люциус хотел подробностей. Не исключено, что придется выставлять требование о свадьбе, ваша светлость. Доказательства «преступления» налицо. Но как быстро они сговорились!

- Драко? Рад видеть, что ты все-таки добрался до дома. Или ты за вещами?

Сын замер, как пойманный вор, потом выпрямился и натянул на лицо маску полной невозмутимости. Однако, в этих играх он Люциусу проигрывал.

- Прости, отец?

- Полагаю, на празднование победы ушло не так много времени. Или тебя арестовали, и эти сутки ты провел в Аврорате?

- Почему ты так решил?

- Потому, что до такого вида тебя могли довести только всем отделением авроров.

Драко вспыхнул:

- Тебе, конечно, виднее - у тебя есть опыт.

Один - один.

- Не будем ссориться, Драко. Мы с мамой волновались. Ты мог бы прислать Патронус.

- Прости, - покаялся сын, - я не подумал. Сначала уносили мертвых, потом устроили что-то вроде празднования, только все рыдали, и было вовсе не весело…

- Тебя приняли?

Люциус помнил, как косились на них с Нарциссой.

- Поначалу нет, потом Га…Поттер сказал, что я спас его от оборотня, и они перестали косо смотреть. А потом все уже были пьяные и не обращали внимания.

- Оборотень? Как это случилось?

- Ничего героического. - отмахнулся Драко. - Это был один из стаи Фенрира. Он кинулся, я отпихнул Поттера в сторону, а меня они не трогают, ты же знаешь.

- Скажи, Драко… - Люциус замялся, не зная, как спросить. - То, что я вижу… Это Поттер?

Сын слегка покраснел, но взгляда не отвел.

- Да. И что?

Люциус не принял вызова, звучащего в голосе сына. Еще мягче он пояснил:

- Я просто хотел узнать… Это было… добровольно? Вы ведь выпили, и волнение после битвы…

- Что? Отец, ты не забыл, что у тебя сын, а не дочь? Или ты думаешь, что я бы позволил…

- Ты мог хотеть этого, но он… Прости, я беспокоюсь о тебе. Это иногда бывает больно. Наутро он может решить, что ошибся.

- Я всегда смогу доказать ему обратное.

Драко задрал подбородок, и Люциус залюбовался: даже такой потрепанный и уставший, его мальчик выглядел наследным принцем. Кажется, Избранный никуда от нас не уйдет.

- Вы поговорили?

- Ну, если это можно так назвать… - хищно усмехнулся Драко.

- Поясни.

- Мы пошли проветриться, я ударил его в живот, он разбил мне губы.

- Оригинально.

- А притворяться мертвым не оригинально? Я ведь поверил.

Голос Драко дрогнул.

- Могу я спросить, насколько вы сблизились?

На секунду Люциусу показалось, что Драко сейчас аппарирует к себе, но он остался сидеть и, помолчав, все же ответил:

- Не слишком. Скажем так - нам еще есть, к чему стремиться… Могу я попросить, отец?

- Да?

- Я устал. Если тебя интересуют еще подробности, позволь мне удовлетворить твое любопытство позже.

- Конечно, иди. Я скажу маме, что ты вернулся, только не показывайся ей на глаза в таком виде.

- Спасибо. - Драко поднялся и осторожно спросил: - Скажи, отец, тело директора нашли?

- Тело директора сейчас занимает мою спальню и лечится от ран. Кстати, мне пора сменить целителя, он не спал почти всю ночь.

- Снейп жив? - Драко обрадовался так явно, что Люциус почувствовал странный укол в сердце.

- Похоже, нам с тобой достались весьма неординарные мужчины.

- Я рад.

- Скажи, Драко, - Люциус не знал, как спросить, и понимал, что не нужно, но… - Когда вы с Северусом были в Хогвардсе, этот год…

Драко всплеснул руками:

- Отец! Если ты сейчас спросишь, не спал ли я с твоим любовником, я перееду к Уизли.

Видимо, Люциус не удержал лицо, и Драко заговорил горячо и быстро:

- Папа, я уверяю тебя, директор ни на кого даже не смотрел. Были желающие, некоторые даже прямо предлагали себя, но ему не нужен был никто. Он иногда звал тебя во сне.

- Откуда ты знаешь?

- Я несколько раз оставался на ночь в его комнатах: Керроу шпионили, приходилось врать. Но он всегда ночевал в гостиной, на диване, а я в спальне, и поэтому я знаю, что к нему приходили с предложениями. Утром я уходил через камин. Да Снейпу в этот год даже поспать не всегда удавалось!

- Ступай, Драко, отдохни.

Люциус проводил глазами сына и вздохнул. Вчера была победа, завтра будут похороны, а послезавтра или через неделю кто-нибудь обязательно вспомнит, что Драко ночевал в комнатах директора, и донесет эту новость до Избранного. Как поступит герой? У Люциуса было несколько предположений на этот счет, и он не знал, какое из них хуже. Увы, сынок, все только начинается. По крайней мере, для нас…

Люциус отправился в спальню и провел там весь день. К вечеру вернулся целитель, а варить зелья отправилась Нарцисса.

Лорд Малфой каждую минуту ожидал авроров, поэтому старался использовать время по максимуму: к Снейпу был приставлен эльф с приказом при малейшей опасности перенести раненого в квартиру в Лондоне. Патронус от Руквуда сообщил, что он и Эван во Франции и не собираются возвращаться, а, поскольку с французским министерством магии у Британии были отвратительные отношения, а родственники Эвана имели большой вес в обществе, то опасаться, что их выдадут не стоило. Рабастан поправлялся в Мексике и вполне уютно себя там чувствовал. Руквуд прислал известие, что ищет Беллу, сама Беллатрикс никак не проявлялась, но, по крайней мере, точно была жива: Нарси использовала семейный артефакт, чтобы узнать об этом. Драко сидел дома, он только один раз воспользовался камином, чтобы попасть в кабинет Снейпа, и принес оттуда все зелья, какие только смог разыскать.

Вообще, состояние сына беспокоило Люциуса: по бурному началу можно было предположить, что и продолжение будет столь же бурным, однако, Драко никуда не исчезал, в Меноре и окрестностях посторонние тоже не появлялись, а сам юный лорд затих и бледнел с каждым днем все больше. Люциус попробовал осторожно выспросить, что происходит, получил в ответ истеричное «ничего», и отстал. Похоже, его предсказания сбывались.

Раны Снейпа заживали медленно, но яд из крови удалось вывести, и кроветворное делало свое дело: Снейп все меньше напоминал мертвеца, и все больше - просто тяжелобольного. Блейз, наконец, решился дать ему антидот: точка невозвращения приближалась, и медлить было нельзя. Люциус с напряжением ждал, когда подействует зелье, но, к его ужасу и отчаянию, Снейп так и не очнулся. После тщательных проверок и анализов, целитель заявил, что следует дать организму немного окрепнуть, и уверил, что ничего фатального не происходит, но Люциус взял привычку ложиться рядом с любовником, и почти всю ночь слушал его дыхание, холодея от мысли, что оно может прерваться.

Судя по сочувственным взглядам Нарциссы, Люциус снова стал выглядеть, как призрак, но спорить она не решалась, правда, пару раз Люциус чувствовал в своем бокале посторонний вкус, похожий на вкус «сна без сновидений».

Впрочем, когда за ним, все-таки, явились авроры, изможденный вид сыграл лорду на руку: его не сковывали никакими заклятиями, а просто вежливо проводили через камин в знакомое здание Аврората. Драко и Нарцисса были оставлены под домашним арестом, но у Люциуса все равно болело сердце: ему казалось, что без него непременно случится что-то страшное. Его светлость едва сдерживался, когда в кабинет для допросов вошел аврор, ведущий его дело, и даже не удивился, когда этим аврором оказался заместитель главы Аврората Меррит.

- Добрый день, ваша светлость.

Меррит почти не изменился, а тонкий шрам на щеке только прибавлял ему мужественности и шарма.

- Добрый день, аврор Меррит. Как поживаете?

- Благодарю, жив.

Меррит уселся за стол, пододвинул к себе стопку пергаментов и потер шрам кончиками пальцев.

- Лорд Люциус Абраксас Малфой, вы подозреваетесь в участии в перевороте, поддержке террористической организации «Пожирателей смерти», захвате заложников и нападении на Хогвардс. Если все обвинения удастся доказать, вы снова удостоите Азкабан, на этот раз более длительным, визитом.

- Что у вас есть? - спросил Люциус.

- В вашем родовом поместье располагался штаб организации, там жил Темный Лорд, и вы, очевидно, пользовались его полным доверием.

- Если вы думаете, что меня о чем-то спрашивали, оставьте иллюзии. Я требую медицинского освидетельствования на предмет применения ко мне непростительных заклятий. Круцио убеждает не спорить гораздо лучше любых идей. Что касается полного доверия, аврор, то вам должно быть известно, что весь последний год и до сего дня я был лишен палочки и жил в собственном доме, словно сквиб. Жена возилась со мной, как с младенцем, а домовики смотрели сочувственно. Доверие Лорда - вещь своеобразная, вы не находите? На улицу я выходил только под конвоем, и вынужденно выполнял поручения Волдеморта, угрожавшего моей семье.

Меррит порылся в бумагах, перечёл что-то и кивнул:

- Допустим. Но как вы объясните тот факт, что в день битвы палочка у вас была?

- Подобрал на поле боя. - пожал плечами Малфой. - Вы же не думаете, что мне не хватило бы на это ума? Я не смертник, аврор, и, если кругом кидают заклятья, обязан защитить жену и себя от опасности.

- Хорошо…

Меррит поднял взгляд и Люциус похолодел: в глазах аврора он увидел знакомое выражение. Меррит смотрел сквозь собеседника, и Малфоя передернуло от тоски в его глазах.

- Меррит, скажите, как поживает аврор Миджен?

- Жив. - вытолкнул из себя Меррит. - В Мунго.

- Что случилось?

- Заклятье.

- Какое именно?

Аврор посмотрел раздраженно, но, все-таки ответил:

- Неизвестное. Его порезало на лоскуты, и кровь не останавливается, что бы не делали целители.

- И давно он в Мунго?

Люциус, кажется, догадывался, что это могло быть. Но как? Кто? Аврор заметил его волнение и насторожился:

- Неделю. Кроветворное едва справляется.

- Вы можете вывести меня отсюда?

Люциус не знал, зачем он это делает. Если бы кто-то упомянул жалость или сочувствие, лорд рассмеялся бы ему в лицо. Скорее, выгода. Оказать услугу нужному человеку, тому, от кого зависит твоя судьба. Успокоив себя этой мыслью, Люциус продолжал.

- Отведите меня в Мунго, я же требовал медицинского осмотра. Можете наложить связывающее.

- Зачем вам это? - нервно спросил Меррит. - Хотите сбежать?

- Безусловно! - раздраженно рявкнул Люциус. - Меня здесь ничто не держит. Сын, жена, дом - такие пустяки!

- Хорошо… - заколебался аврор, - но вы уверены?..

- Я не в чем не уверен. Мне просто надо посмотреть. Ну, так что?

Меррит думал всего пару секунд, потом вскочил, бросая в Люциуса связывающим. Левая рука Малфоя оказалась прикована к руке аврора невидимыми узами. Выйдя из кабинета, Меррит заявил вставшему навстречу секретарю:

- Обвиняемый потребовал освидетельствования в Мунго.

Промчавшись по коридорам к камину, они влетели в него и, пока никто не догадался их остановить, произнесли: «Святого Мунго».

32 глава

Вывалившись из камина, они синхронно выпрямились, и Меррит крикнул нацелившей палочки охране:

- Британский Аврорат!

Бойцы расслабились.

- Почему столько охраны? - на ходу поинтересовался Люциус.

- Здесь слишком много раненых, которым могут захотеть отомстить, или просто убрать под шумок.

- Понятно.

Люциус прислушивался к шуму за спиной: похоже, охрана разобралась, кого пропустила, все-таки лорд Малфой был фигурой заметной.

Входя в палату, они едва не столкнулись с выходящим оттуда мальчишкой.

- Это его сын? - поинтересовался Люциус, разглядывая раненого.

Миджен, исхудавший и белый, был перебинтован, словно мумия, сквозь бинты проступала кровь.

- Нет, так, мальчишка, Эб Скромби. Если бы не он, Тони не успели бы спасти.

- Нужно убрать бинты. - приказал Люциус, и аврор беспрекословно повиновался.

- Он остался в школе во время эвакуации, попал в битву, и рыдал над телом Тони так отчаянно, что целители нашли их вовремя.

Освобожденный от бинтов, Миджен тут же залился кровью.

- Снимите связывающее, и палочку мне!

Меррит даже не колебался: сняв заклятье, он протянул палочку Малфою, не отводя глаз от раненого.

Люциус отодвинул аврора в сторону, и тут в палату ввалилась охрана.

- Экспелиармус!

Палочка вылетела из рук Люциуса, и сам он тут же упал, обездвиженный заклятьем.

- Я заместитель главы Аврората! - заорал Меррит. - Что вы тут забыли?

- Это Пожиратель смерти! Фините инкантатем!

Кажется, они решили, что Меррит под Империо.

- Немедленно снимите заклятие и выйдите! Идет следственный эксперимент!

В палату ворвались целители.

- Что за эксперимент? Вы с ума сошли!

Целители кинулись к пациенту, охрана не спешила вернуть палочку, и Люциус уже смирился, что к его обвинениям добавят побег и попытку убийства аврора, как за дверью послышалось тихое «Малфой?», и в дверь протиснулся сам Гарри Поттер собственной персоной.

- А что здесь происходит?

- Мистер Поттер, идите в свою палату. - приказал начальник охраны.

- Я могу узнать, что все-таки тут творится?

- Арест Пожирателя смерти.

- Лорд Малфой?

Люциус не мог ответить, только посмотрел на мальчишку, как на недоумка. В слишком большой ему больничной пижаме, Герой больше не напоминал Ангела возмездия, и Люциус был зол на него еще и по личным причинам.

- Финита максима.

Однако! Мальчишка даже не двинул рукой, а заклинание с Малфоя слетело, и в руку вернулась отобранная палочка. Пожалуй, Люциус поторопился с выводами.

- А что с раненым? - воскликнул Поттер.

Заглядевшись на Героя, медиковедьмы забыли о пациенте, и тот вновь истекал кровью.

- Сектумсемпра. - буркнул Люциус.

Поттер посмотрел на него расширившимися от ужаса глазами.

- А вы умеете?..

- Умею, Поттер, но меня к нему не подпустят.

Поттер обвел окружающих похолодевшим взглядом, на глазах превращаясь в Избранного.

- Выйдите все, пожалуйста.

- Вы с ума сошли? - запаниковал охранник.

- Так надо.

Кажется, он сделал еще что-то, потому что никто больше не спорил: охрана покинула палату, за ней молча потянулись медики, последним вышел Меррит. Поттер обернулся к Люциусу и улыбнулся смущенно:

- Работайте.

- Далеко пойдете, молодой человек. - обронил Люциус, чтобы хоть что-то сказать.

Поттер промолчал, Люциус сосредоточился и вспомнил, как Северус учил его : вдох - выдох, Вулнера Санентум, вдох - выдох, плавно, нараспев…

Когда все раны закрылись, Люциус почти свалился на стул, заботливо придвинутый не сходящим с места Поттером: ноги не держали.

- Спасибо.

- Не за что. Он вам кто?

Поттер кивнул на больного.

- Он мне аврор. - пожал плечами лорд. - Впрочем, я был ему должен.

- Ясно.

Мальчишка как-то сник.

- А кто его так? Этого заклятья никто не знает.

- А откуда его знаете вы?

Поттер, кажется, покраснел и посмотрел на лорда несчастными глазами:

- А вам разве Драко не рассказывал?.. - он осекся.

- О чем?

- Да так, ни о чем. Но ведь Снейп был уже мертв, кто же это мог быть?

Люциуса тоже интересовал этот вопрос, но, только сам Снейп мог вспомнить, кому показал свое заклинание, которое обычно держал в тайне. Решив обдумать все позднее, Люциус сотворил стакан воды, выпил и поинтересовался:

- А что вы здесь делаете, мистер Поттер? Вы, если не ошибаюсь, не были ранены?

- Они запихнули меня обследоваться. - угрюмо пожаловался мальчишка. - Не дают писать, и палочку забрали.

- Ну, вам она, кажется, не слишком нужна.

- Мистер Малфой…

Люциус не стал поправлять: в конце концов, реши Избранный называть его даже по имени, кто в здравом уме станет спорить?

- Я… э…хотел спросить…

- Как поживает мой сын, я полагаю? - сжалился Люциус.

- Да… Я…

- Вы совершенно возмутительно исчезли, не давая о себе знать. - Люциус пытался сдерживаться, но возмущение прорывалось. - Это некрасиво, молодой человек.

- Но я…

- Не стоит думать, что если вы Избранный, то все готовы с радостью упасть к вашим ногам и терпеть любые ваши выходки.

- Ну, что вы, - возмутился, наконец, Поттер, - прямо, как Снейп! Я же не мог: я тут уже почти две недели, мне палочку не отдают, Патронуса я послать не могу, письмо - тоже!

- Вас навещают друзья.

- Да? И как вы это себе представляете? - Избранный окончательно разгорячился и забыл, с кем разговаривает. - «Рон, отнеси Малфою письмо, а то я боюсь, он решит, что я с ним просто позабавился по пьяни»?

- А это не так?

- Не так! И мне плевать, что вы против! И вообще на все плевать!

- И на Драко?

- Нет.

Избранный потер лоб и устало вздохнул.

- На Драко - нет.

- Рад слышать.

- А вообще, откуда вы знаете? Он рассказал вам?

- Не совсем. - Люциус слегка улыбнулся. - Видите ли, когда вы оставляете на теле возлюбленного столь недвусмысленные следы, то должны быть готовы, что это будет истолковано правильно.

- Ох. - Поттер так легко краснел, что Люциус даже посочувствовал ему. - Я не хотел… То есть, хотел… то есть… Я не должен был.

- Полагаю, да. Если вам дорога репутация друга, и вы не намереваетесь просто развлечься и похвастать своей победой, об этом стоит думать.

- Я не понял, - вдруг нахмурился Поттер, - вы что, не против?

- Мистер Поттер, если бы вы претендовали на меня, мое мнение, безусловно, имело бы значение, но, к счастью, это не так. Полагаю, вам следует спросить, не против ли Драко. И сделать это на трезвую голову и, по возможности, одетым.

- И как мне это сделать? - съязвил Поттер. - Удрать из Мунго в пижаме и заявиться в Менор, нарвав по дороге ромашек?

- Драко любит хризантемы. - заметил Люциус. - Нет, подобные жертвы ни к чему. Когда вас отпустят?

- В пятницу, если все будет нормально… А вы-то почему здесь?

- Я, видите ли, арестован и приведен на освидетельствование. Сейчас, полагаю, меня снова вернут в Аврорат, а потом, вероятно, и в Азкабан. Не боитесь испортить себе репутацию, общаясь с сыном Пожирателя? Впрочем, нам пора впустить охрану, иначе они вынесут дверь.

В дверь, и правда, уже стучались. Поттер махнул рукой, отпирая, вбежавший Меррит кинулся к кровати, осмотрел затянувшиеся раны и сел на стул, с которого вовремя поднялся Люциус.

- Должен огорчить - шрамы останутся: аврор уже не молод, и прошло слишком много времени.

- Долг жизни, Малфой.

- Нет. Я платил ему… - Люциус протянул руки перед собой и спросил. - Куда теперь?

Меррит отмахнулся и взял протянутую палочку:

- На освидетельствование, как вы и требовали. Не могу же я отказать подозреваемому.

- Аврор, можете сделать доброе дело?

- Да?

- Достаньте мистеру Поттеру пергамента и чернил, и отправьте его письмо туда, куда он укажет.

- Конечно!

Меррит кивнул охраннику, и тот умчался на поиски, а его светлость отправился освидетельствоваться на предмет многочисленных Круцио. День явно удался.

Ночь, проведенная в камере Аврората, оказалось ожидаемо бессонной. Изредка задремывавший Люциус, вскидывался в ужасе, не слыша дыхания рядом, и, только несколько секунд спустя, соображал, где он и укладывался, вытирая холодный пот с лица. Утром его накормили и снова повели на допрос, где уточняли мелкие подробности и расспрашивали о исчезнувших соратниках. Люциус привычно отговаривался незнанием: да и что он мог видеть, половину битвы проведя рядом с Лордом, а другую - в обмороке?

Услышав про обморок, Меррит недоверчиво усмехнулся, но промолчал: проведенный осмотр подтвердил, что сиятельный лорд находится в крайней степени душевного и физического истощения, испытывает постоянный стресс на нервной почве и боли в сердце в следствие тяжких испытаний, частых непростительных, и прочих издевательств Волдеморта, которые уже успели описать аврору арестованные соратники. Когда допрос был почти закончен, Люциус позволил себе поинтересоваться здоровьем своего «пациента», и узнал, что аврор Миджен пришел, наконец, в себя и благодарит своего спасителя.

- Позвольте и мне присоединиться к благодарностям, ваша светлость.

- Я бы предпочел что-нибудь более весомое, - усмехнулся Люциус, - например, снятие всех обвинений.

- Вы очень нескромны, ваша светлость. - ответил Меррит.

- Да, это так. - развел руками сиятельный лорд.

День прошел быстро, и следующее утро было как две капли воды похоже на предыдущее.

- Скажите, ваша светлость, вы не в курсе, куда подевались братья Лейстрейнжи? Их не могут найти ни убитыми, ни живыми.

- Боюсь, и тут не смогу вам помочь. До Битвы Рабастан, насколько мне известно, тяжело болел и постоянно находился в своем поместье. Куда делся Рудольфус, я даже предположить не могу.

- А сестра вашей жены?

- Беллатрикс? - скривился Люциус. - На моих глазах в нее попали заклятьем, что было дальше - не знаю. Может быть, это не хорошо, но меня перспектива не видеть больше дорогую свояченицу, только радует.

- Вас можно понять… И еще вопрос, ваша светлость. Простите, если я не слишком тактичен, но что стало с вашим другом?

- С которым? - высокомерие отлично скрывало волнение, и Люциус пользовался этим.

- С мистером Снейпом, бывшим директором Хогвардса… Вам известно что-нибудь о нем?

- А вам?

Меррит смотрел с сочувствием.

- Мистер Поттер и еще двое свидетелей утверждают, что мистер Снейп был убит в Визжащей хижине, змеей Нагайной, по приказу Темного Лорда.

- Откуда у них такие сведения?

- Они видели это своими глазами.

- И остались в живых? - скептически хмыкнул Люциус. - Нет, на счет Избранного я поверю и в более невероятные вещи, но…

- Уверяю вас, это точно. Я понимаю, что вам хотелось бы верить, что он еще жив…

- И зачем вы завели этот разговор?

- Видите ли, тело мистера Снейпа исчезло. В хижине остались следы борьбы, кровь, но сам профессор Снейп пропал. Мы разыскиваем его.

- Чтобы показательно сжечь на площади? Не стоит надеяться, что я стану помогать вам в этом!

Люциус почувствовал ноющую боль под ребрами и попытался успокоиться.

- Ну, зачем вы так? - укорил его аврор. - Визенгамот разбирал его дело и представил директора Снейпа к ордену Мерлина первой степени.

- Когда только успели.

- Вчера. Благодаря свидетельству мистера Поттера, портрета директора Дамблдора, и показаниям нескольких учеников…

- Каких именно? - перебил Люциус: неужели Драко допрашивали?

- Мисс Лавгуд, мистера Лонгботтома, мистера Уизли.

- Которого?

- Персиваля. Оказывается, они со Снейпом вели подпольную работу, каждый на своем месте… - аврор осекся. - Может быть, я зря говорю вам об этом?

- Ничего нового вы мне не поведали, аврор. - возразил Люциус, кипя от негодования.

Ну, мой ядовитый, твой счет увеличивается со страшной скоростью. Значит, шпион? Рыцарь плаща и шпаги? Хорошо же!

Люциус знал, что Снейп состоит в Ордене феникса, но был уверен, что его членство нужно только для того, чтобы Дамблдор был уверен, что контролирует своего подчиненного, и кроме наблюдения за Поттером, Снейп ничего не предпринимает. Информация о каких-то совместных действиях застала его врасплох. Партизан, моя радость? Вот только очнись!

- Вы знали?

- Ну, разумеется. А что вас удивляет?

- И вы не донесли Лорду?

- Меррит, - вкрадчиво проговорил Люциус, - а если я сейчас представлю доказательства того, что ваш Тони был шпионом Темного Лорда и передавал лично мне сведения о работе Аврората, что вы сделаете? Убьете его сами или побежите сдавать любимого начальству?

- Этого не может быть. - побледнел аврор, и Люциус улыбнулся.

- Ну, конечно, мы с вами говорим чисто гипотетически. Но суть, я думаю, вы уловили.

- Да, вполне. - облегченно выдохнул Меррит. - А, впрочем, я бы не сделал ни того, ни другого.

- Вы просто выжгли бы мне мозги Обливейтом. - кивнул лорд. - Как предсказуемо.

- Не шутите больше так, ваша светлость, не надо. Я не отличаюсь благоразумием, и моя палочка частенько обгоняет мой разум. Ступайте. О дате суда вам сообщат вечером.

Суд назначили на следующий же день. Люциус только удивлялся скорости и простоте работы правоохранительной машины: в прошлый раз все делалось вдумчиво и долго, но не теперь: на один день назначалось по три - четыре заседания, Визенгамот собирался не полностью: против некоторых его членов тоже были заведены дела, зато в работе суда участвовали члены Ордена феникса. Похоже, пока Малфой сидел в камере, произошел очередной государственный переворот, пока мягкий и не явный, но от этого не менее действенный.

- Лорд Люциус Абраксас Малфой. - в меру торжественно и деловито провозгласил судья. - Вы обвиняетесь в участии в перевороте, поддержке террористической организации «Пожирателей смерти», захвате заложников и нападении на Хогвардс. Вы ознакомлены с материалами дела?

- В общих чертах, ваша честь. - уклончиво ответил Люциус.

- Что вы имеете сказать по поводу обвинений?

- Все, что я имел сказать, я полагаю, есть в протоколе. Если у уважаемого суда есть еще вопросы - я готов ответить на все.

- Хорошо, тогда начнем по порядку. Первое обвинение.

Секретарь почти скороговоркой зачитал: " Членство в террористической организации «Пожиратели смерти» доказано и подтверждено материалами суда 1982 года. Последующие события показали, что обвиняемый продолжал общаться с бывшими соратниками по партии и ее лидером вплоть до последней Битвы, в которой принимал участие на стороне нападавших.»

Адвоката Люциусу не дали, поэтому он уже приготовился защищать себя сам, но поднявшийся на трибуну аврор Меррит вверг его в легкий шок и недоумение. Впрочем, как и остальных.

- Как следователь, ведущий дело лорда Малфоя, хочу пояснить: у суда нет ни одного доказательства, что обвиняемый общался с Пожирателями по собственной воле, напротив, вот протокол медицинского освидетельствования, подтверждающий, что его светлость неоднократно подвергался пыткам и наказаниям за попытки отказаться от участия в делах Волдеморта. Лорд был лишен палочки и под угрозой расправы над близкими вынужден был делать вид, что лоялен к узурпатору и поддерживает его методы. Есть множество свидетелей, что лорд, как правило, находился под конвоем: ему не доверяли, за ним следили, ему постоянно угрожали.

Люциус едва не прослезился. Да, мысль потребовать охрану была на редкость удачной. Судьи переговаривались, явно вспоминая помятую и несчастную физиономию лорда, которую он «случайно» показал им однажды. Главный судья прекратил обсуждения:

- Второе обвинение, пожалуйста.

- Участие в перевороте.

- Не доказано. Сами Пожиратели утверждают, что Темный Лорд, решив обезопасить лорда Малфоя, оставил его дома, под предлогом отсутствия палочки.

- Он так заботился о вас? - поинтересовались с трибуны. - Неужели слухи все же правдивы?

Судья ударил молоточком, призывая к порядку:

- Это к делу не относится! Дальше.

Заседание проходило в невиданном темпе, и Люциус все боялся пропустить что-нибудь, поэтому напряженно слушал.

- Захват заложников.

- Возражаю, ваша честь. - Меррит незаметно взял на себя функции адвоката. - В захвате обвиняемый не участвовал.

- Но держали их в его доме.

- Да, но лорд не мог ничего сделать. Тем не менее, его светлость, насколько мог, пытался смягчить положение заложников. Вот показания мисс Лавгуд и мистера Олливандера, тут всё есть.

Судья кивнул. С показаниями он, как видно, уже ознакомился.

- Что еще?

- Участие в нападении на школу магии Хогвардс.

- Лорд Малфой вынужден был явиться на вызов Волдеморта, побуждаемый к этому вассальной клятвой. Не смотря на то, что обвиняемый не имел палочки, его вынудили участвовать в боевых действиях, подвергая таким образом смертельной опасности вполне намеренно. Вот показания мистера Роули. Он утверждает, что Темный Лорд неоднократно угрожал обвиняемому смертью, а так же - показания домовых эльфов Малфоя и протокол отдела невыразимцев: здесь говорится, что магия Родового гнезда была вынуждена защищать хозяев от смертельной угрозы. Лорда и его семью пытались убить прямо в их доме.

Кроме того, не могу не добавить, что мистер Малфой отдал своему эльфу приказ спасти жизнь пленному магглу и, использовав зелья, инсценировал его смерть, чтобы не вызывать подозрений у Волдеморта. Юноша найден, слепок его памяти прилагается.

Люциус едва сдержался, чтобы не выказать изумления: за три дня Меррит проделал работу, на которую не хватило бы и месяца. Как все-таки полезно иногда интересоваться изобретениями своего любовника, ваша светлость.

- Все это замечательно! - послышался голос с трибуны. - Но свидетели утверждают, что во время битвы палочка у лорда все-таки была.

- Он подобрал ее на поле боя. Палочку нашли, она принадлежит студенту третьего курса факультета Райвенкло Эбенейзеру Скромби. Он уклонился от эвакуации, попытался участвовать в битве, потерял палочку и едва не был убит. Закрывая его собой, пострадал аврор Миджен. Будучи на освидетельствовании в Мунго, лорд Малфой по ошибке оказался в палате аврора, определил тип проклятья, и исцелил умирающего исключительно по собственной инициативе. Прошу отметить при принятии решения, что аврор Миджен был при смерти, и целители от него отказались.

Факты были фальсифицированы так изящно, что Малфою захотелось поаплодировать.

Кроме того, вот показания мистера Дамблдора… - по рядам прошел гул. - Аберфорда, я имею в виду. Лорд Малфой спас его от пущенного в спину заклятья Пиро.

- Поясните, лорд Малфой, что заставило вас применить магию против соратников?

- Я давно не считаю их соратниками, ваша честь. - вежливо ответил Люциус. - И, в любом случае, нападение со спины и столь опасное заклятье… Я просто не мог поступить иначе.

Похоже, он нашел правильные слова: судьи одобрительно зашептались. Наконец, трибуны Визенгамота накрыли заглушающим, и судьи принялись изучать показания, обмениваться мнениями, спорить. Люциус с тревогой смотрел на эту пантомиму: в Азкабан не хотелось. Подошедший неслышно Меррит, спросил:

- Нервничаете, ваша светлость?

- Что, так заметно? - вздохнул Люциус. - Позор.

- Не огорчайтесь так.

- И как вам удалось собрать все эти показания?

- Вы не поверите: почти все свидетели явились ко мне сами, да еще и очередь устроили.

- И Аберфорт? - засомневался Люциус.

- Его привел мистер Поттер. Похоже, вы произвели впечатление на Избранного?

Меррит смотрел, прищурившись, и Люциус фыркнул:

- Вот только не надо обвинять меня еще и в педофилии, аврор, мне вполне хватает и этого. - он кивнул в сторону судей.

- Мистер Поттер совершеннолетний, Герой и Победитель. Выгодное приобретение, не так ли?

- А еще невоспитанный, несносный, упрямый и слишком сильный магически. В мои годы лавры укротителя уже не столь привлекают. К тому же…

- Вы намерены соблюдать траур? - спросил аврор уже серьезно.

- А вот это уже только мое дело. Или вы желаете предложить свою кандидатуру на роль моего партнера?

- Увы, я не свободен.

- К чему тогда этот разговор?

Судьи сняли заглушающее, все затихли, и секретарь зачитал:

- Оглашается решение суда! Визенгамот, рассмотрев дело Люциуса Абраксаса Малфоя, лорда, а так же показания по делу, и приняв во внимание все известные факты, решил: признать лорда Малфоя невиновным, отклонить все предъявленные обвинения, но, учитывая его непосредственное участие в происшедших событиях, приговорить к штрафу в размере одной третьей части расходов на восстановление школы магии Хогвардс.

Молоток опустился, и Люциус почувствовал облегчение: до последнего он боялся, что его отправят в тюрьму, и что без него станет с Северусом? Поднявшись и раскланявшись с членами суда, попрощавшись с Мерритом, сиятельный лорд отказался от комментариев многочисленным журналистам и покинул здание суда, аппарировав прямо в собственную спальню…

33 глава.

… До полусмерти напугал Блейза. Бедный целитель подскочил на месте и чуть не пролил какое-то зелье.

- Как он? - не здороваясь потребовал Люциус. - Очнулся?

- Увы, нет, ваша светлость.

Люциус опустился на край кровати, вглядываясь в застывшее лицо. Ну где же ты, мой хороший? Просыпайся…

В спальню вбежала Нарцисса и повисла на шее у поднявшегося навстречу мужа, и Люциус чуть усмехнулся, поняв, что ему неудобно перед Блейзом, словно это была его жена. Выслушав отчет и посмотрев еще немного, Люциус позволил увести себя за стол, где его покормили, расспрашивая и заботясь.

- Нарси, а где наш сын?

- Полагаю, где-нибудь на сеновале. - фыркнула леди Малфой.

Люциус удивленно посмотрел и она объяснилась:

- Ты пропустил интереснейшее представление, муж мой. Через пару дней после твоего ареста к нам прилетела сова с письмом. Твой сын выскочил из-за стола и умчался наверх. Эльф сказал, что Драко порвал письмо, потом попытался сложить его обратно, прочитал, снова порвал, и уничтожил клочки. На следующий день совы полетели одна за другой, но наш наследник был тверд, как скала, и ничего не писал в ответ, а приходящие письма складывал под подушку. Дальше - еще веселее. К нам стали приносить цветы. Сплошь хризантемы, и все - разных оттенков. Драко велел возвращать их, и тогда кто-то притащил невообразимое количество прямо к воротам Менора и завалил дорожку и ограду.

Нарцисса явно получала удовольствие от рассказа, и Люциус пожалел, что пропустил столь интересные события.

- Я попросила Драко написать дарителю и прекратить истребление цветов. Драко снизошел к моей просьбе, и поток букетов прекратился. Вместо этого на следующий день у ворот появился мистер Поттер и стал требовать Драко. Тот отказался выходить. На мою просьбу покинуть нас, мистер Поттер заявил, что не уйдет, пока Драко не позволит ему извиниться, и стал ставить палатку. На мое беспокойство он сообщил, что «весь год в этой палатке жил, и еще поживет, а как мы станем объясняться с друзьями, его не касается. А от журналистов он избавился заклятием ненаходимости, так что за репутацию семьи мы можем не волноваться».

- Какая прелесть! - восхитился лорд. - И что дальше?

- Избранный просидел в палатке до вечера, его навестили его спутники, которые вместе с ним гостили у нас, помнишь?

Люциус кивнул.

- Рыжий юноша громко возмущался, а девица пыталась урезонить его.

- Нарси, ты подслушивала?

- Чары позволяют слышать все, что происходит неподалеку от дома, ты же знаешь, и, по-моему, даме простительно некоторое любопытство?

- Моей леди простительно все. Продолжай же!

- Немного послушав обоих, Избранный тихо и очень весомо заявил, что его личная жизнь никого, кроме него не касается, и, если ему нужен слизеринский хорек, он сделает все, чтобы оное животное убедить, вплоть до того, что отрастит хвост и станет вертеть им при встрече с предметом своих грез.

Люциус едва не подавился вином.

- А тебе не кажется, что это несколько слишком? - поинтересовался он.

- Мне кажется, нашему сыну очень повезло. В словах мистера Поттера подростковой запальчивости было не больше, чем в твоих. Он уверен и знает, чего хочет. - серьезно заявила Нарцисса.

- Это и пугает меня. Драко растает, а Герой вдруг найдет себе другое развлечение.

- Люциус, он твой сын. Сколько уже лет твой Снейп смотрит на тебя, словно прозревший на солнце? Пока Драко будет хотеть Поттера - Поттер никуда не денется.

- Дай-то Мерлин, Нарси. Хорошо, если так. И что дальше?

- Я попросила Драко убедить мистера Поттера не создавать неудобств нашей семье и покинуть свой пост. Драко оказал мне любезность и вышел к воротам.

Люциус весь обратился в слух.

- Герой, видимо, попытался обнять Драко, и мальчики немного подрались. Выпустив пар, они продолжили выяснять отношения словами. Мистер Поттер просил прощения и объяснял, что был занят, Драко же в ответ заявил, что не желает быть игрушкой для Избранного и посоветовал герою отправиться… Если позволишь, я бы не стала уточнять маршрут.

Его светлость не настаивал.

- Тут Поттер сказал, что вовсе не против, осталось только уговорить адресата. Драко рассмеялся и заявил, что это уж вряд ли, Поттер поведал, что готов на многое, Драко потребовал доказательств, Поттер пообещал все, что угодно, Драко обозвал его хвастуном. Какое-то время они препирались… Знаешь, Люци, наш сын слишком эмоционален, с этим надо что-то делать.

- Перерастет. - успокоил ее Люциус. - Дальше.

- Дальше Поттер применил запрещенный прием, во всяком случае, звуки указывали на поцелуи, и Драко, кажется, слегка смягчился. Через какое-то время Поттер предложил Драко посмотреть, где он жил все время, пока скитался, Драко очень заинтересовался, они вошли в палатку, и тут мистер Поттер меня приятно удивил: прежде, чем наложить заглушающее, он действительно показывал палатку, предложил чаю, и занимал гостя беседой около десяти минут, пока наш излишне эмоциональный наследник не велел ему «заткнуться и заняться более интересными делами» Больше я, к счастью, ничего не услышала, а к утру палатка пропала вместе с ее хозяином, а Драко аппарировал прямо в спальню и проспал весь день.

- А потом?

- Теперь ваш сын исчезает сразу после ужина и возвращается к утру. Вчера эльф доложил мне, что одежда юного лорда была вся в соломе, а позавчера - измазана соком травы… Люци, раз уж ты вернулся, поговори с сыном: Мерлин с ними, с мантиями, а вот простудиться на голой земле будет очень неприятно.

- Хорошо, Нарси.

Люциус поднялся.

- Я, пожалуй, отправлюсь спать. Сегодня был тяжелый день, да и Блейзу, я думаю, тоже пора отдохнуть.

Вымывшись, Люциус забрался, наконец, в собственную кровать, осторожно поцеловал неподвижного любовника и положил голову рядом с его плечом. Дыхание слышалось, плечо было теплым.

- Все хорошо, Северус, все хорошо. Спокойной ночи, мой ядовитый. Я тебя жду. Возвращайся.

Прошло несколько дней. Люциус поговорил с Драко и вручил ему портключ от домика в альпийской деревушке, и мантии наследника перестали страдать от близкого знакомства с землей и другими пачкающими поверхностями. Кстати, из характера повреждений, Люциус сделал вывод, что молодые люди еще не определились в своих предпочтениях и предпочитают экспериментировать. Смешно, но Люциуса это порадовало: он до сих пор беспокоился, что героический возлюбленный, даже не замечая, задавит Драко своей силой и принудит подчиняться. К счастью, пока его опасения, вроде бы не оправдывались.

Жизнь, казалось, наладилась, и только в спальне у Люциуса его прекрасный принц не думал просыпаться.

- Чертова Белоснежка! - ворчал лорд, укладываясь в постель. - Долго ты еще собираешься набивать себе цену? Или ты надеешься, что чем дольше ты пролежишь, тем больше я обрадуюсь, и тебе не придется отвечать за свои выходки? Я все равно упрямей, и я дождусь, так что, не тяни время и просыпайся, или я решу, что мои поцелуи больше тебя не возбуждают.

Люциус уже привык беседовать с любовником так, словно тот слышит его, и просто не желает отвечать. Да что там беседовать! Сиятельный лорд сгорел бы со стыда, если бы хоть кто-то узнал, что он позволяет себе в темной спальне, наложив заглушающее. Он уже и сам считал себя извращенцем, когда целовал холодные губы, касался неподвижного тела, со стоном терся о бедро Северуса, не позволяя себе большего, боясь потревожить рану. Люциус ненавидел себя за это. Ему казалось, что он использует любовника, почти насилует его, и, всякий раз, получая разрядку, чувствовал свою подлость и нечистоту почти физически. Укладываясь спать, он умолял Северуса простить его, и засыпал, уже не смея коснуться, но, в глубине души он надеялся, что когда-нибудь Снейп откроет глаза и проклянет его, и Люциус сможет умереть спокойно, зная, что достал любовника так, что тот вернулся, только чтобы сказать ему об этом.

Утром, поднимаясь с постели, Люциус почти целомудренно прикасался губами к сомкнутым губам, но всякий раз от этого прикосновения его охватывал жар, изнуряющий его весь день до тех пор, пока не наступала темнота, а с ней - и возможность снова прикоснуться.

- Кажется, испытания повлияли на вашу светлость не лучшим образом.

Услышав незнакомый голос, Люциус подскочил на кровати, натягивая одеяло: вчера у него не осталось сил на очищающее, и все доказательства преступления были налицо.

- Люци, успокойся, тебя сейчас удар хватит.

Люциус медленно отпустил одеяло и повернул голову. На подушке все так же неподвижно лежал Северус, однако, глаза его были открыты, губы шевелились, издавая хрипящие, тихие, но вполне внятные звуки.

- Север…

- Что ты со мной делал, позволь тебя спросить?

Вот и расплата. Люциус был готов. Если бы не эта боль в груди…

- Прости меня. Я сумасшедший, я не должен был…

- Ты не должен был извиняться и каяться, придурок! - Люциус вздрогнул: раньше Снейп не позволял себе подобных обращений. - Мой лорд имеет право на мое тело, даже если в нем нет души. Своими страданиями ты не давал мне покоя. Пришлось вернуться, чтобы заткнуть тебя, мой лорд, но не удивлюсь, если именно это ты и планировал.

- Север… - Люциус не знал, что говорить и что делать.

- Что? Долго ты еще будешь глядеть на меня, как на воскресшего Лорда?

- Что мне сделать?

- Поцелуй меня. - приказал Снейп ворчливо. - Я, видишь ли, привык к нежным утренним поцелуям.

Люциус послушно потянулся к губам любовника и, снова почувствовав тянущую боль в сердце, все же исполнил требуемое и, с чувством выполненного долга, потерял сознание.

Веселее всего пришлось Блейзу. Снейп вызвал его через эльфа, и запыхавшийся целитель обнаружил, что работы ему прибавилось. Поскольку ни того ни другого пациента переносить было нельзя, их так и оставили лежать на одной кровати. Снейп больше не терял сознания, а его светлость, спустя пару часов, вернулся из обморока, хотя и в очень плохом состоянии. Блейз успокаивал Нарциссу, докладывал о ходе дел Драко, пытался игнорировать Снейпа, командующего ему, что делать, и вертелся, как юла, ощущая себя слугой не двух, а двадцати господ разом.

Все еще неподвижный Снейп умудрялся разглядеть, что за зелье наливает целитель, и высказывал свое мнение о его компетентности, характере и кривых дрожащих руках, совершенно не стесняясь в выражениях, до тех пор, пока Нарцисса с милой улыбкой не пообещала перевести мужа к себе в спальню, избавив от беспокойного соседа. Снейп замолк, но продолжал сверкать глазами, отслеживая каждый шаг бедного целителя.

Люциус предпочитал не вмешиваться. Он молча улыбался, слушая препирательства Блейза и Снейпа, глядя на перепуганного, но все-таки сияющего Драко, отвечая на понимающую улыбку жены. Под одеялами, накрывавшими обоих пациентов, Люциус держался за неподвижную руку воскресшего Северуса, и ему казалось, что это - самое счастливое время в его суматошной жизни: просто чувствовать его рядом, просто знать, что теперь-то все будет действительно хорошо.

Северус выздоравливал медленно. Говорить ему почти не разрешали, но угоманивался он только после обещания наложить Силенцио, поэтому говорил снова Люциус. Нет, днем он молчал, но вечером, когда их оставляли, наконец, в покое, он придвигался к любовнику, клал голову на его плечо и начинал рассказывать. Говорили они обо всем: о Руквуде и Розье, поженившихся магическим браком, поразившим весь цвет магической Франции (свой Долг с Драко Руквуд получил, потребовав свидетельствовать во время обряда - поддержка наследника столь древнего Рода делала брак неоспоримым, и родственники уже не могли вмешаться), о Фенрире и невыполненном условии (ведь зелья оборотням варить было некому), о почти уже здоровом Басти и пропавших супругах Лейстрейнж, о переменах в Визенгамоте и ремонте Хогвардса. О визите Мейди с дочерью - аврором, которая замужем за оборотнем (небывалый скандал, но обществу пришлось пережить и это - Люциус был намерен всеми силами поддерживать свою репутацию лояльного гражданина). Конечно, Нарцисса не позволила сестре увидеть больного лорда, иначе скандал был бы куда громче и пикантнее.

И только об одном Люциус молчал: когда, собирая все, что они нашли в карманах Снейпа, Люциус перевернул затертый обрывок колдографии, он даже задохнулся на одно мгновение, сразу догадавшись. С половинки оторванного снимка на него, смеясь, смотрела рыжеволосая молодая женщина со счастливыми глазами. Мечта… Сразу вспомнилось все, что говорил Избранный во время поединка, и сразу поверилось: к чему таскать в кармане, рядом с зельями, спасающими жизнь, изображение давней знакомой? Полно, ваша светлость, не стоит обманывать себя: ваш покорный слуга принадлежит не только вам. «Но ведь столько лет… - возражал себе Люциус, - только мужчины, только светловолосые, никаких рыжих, почему?» А потому что больно. Ваша светлость настолько не похожа на Лили Поттер, что это позволяло жить дальше, а мужчины… Одна бессмертная возлюбленная, и он не изменял ей с женщинами. Утештесь тем, что вам он тоже не изменял. Разве что с памятью. «Но он ведь говорил…» Конечно, за столько лет, привычка, желание тепла, близости, вы давали все это не скупясь, и он был благодарен. Будьте благодарны и вы. С мертвыми глупо соперничать - они всегда лучше живых, хотя бы тем, что не ревнуют и не требуют.

Люциус оглянулся, долго всматривался в неподвижное лицо на подушке, и, отбросив снимок, взмолился непонятно кому:

- Пусть только выживет, ни словом, никогда…

И, посмотрев в глаза смеющийся женщины, с неожиданной ненавистью прошипел:

- Не отдам! Не получишь!

Устыдившись своего порыва, его светлость аккуратно уложил снимок обратно в карман мантии, свои чувства - в глубину души, такую, что и сам не всегда мог разглядеть, а себя самого - в постель, рядом с не желающим просыпаться любовником, и больше никогда на эту тему не говорил.

А так - они говорили обо всем, пока усталый лорд не засыпал на полуслове или не обнаруживал спящим своего соседа. А что им оставалось? В первый же вечер, проводив леди Малфой, целитель прикрыл двери и заявил, что если его светлость и его зельевар желают встать с этой кровати живыми, они не должны позволять себе ничего лишнего и напрягающего нервную и кровеносную системы организма, потому что…

Краснеющий целитель продолжал свою лекцию до тех пор, пока Снейп не прервал его тихим:

- Блейз, заткнитесь. Мы с лордом вполне уяснили смысл вашей высокоученой речи, можете не напрягать свою речевую систему и отправляться спать.

Блейз покраснел еще больше и попытался продолжить:

- Это не повод для шуток, мистер Снейп! Уверяю вас…

- Уверяю вас, что при всем желании не смогу сейчас покуситься на честь лорда, а он не станет претендовать на полумертвое тело. Не так ли, ваша светлость?

Люциус покраснел и кивнул, не зная, куда девать глаза: Снейп ничем не напоминал лорду о его поведении во время комы, но стыд никуда не девался, тем более, именно Блейзу пришлось спешно применять очищающие тем утром, когда Снейп так неожиданно очнулся.

Окончательно смутившийся целитель поспешно распрощался, а Люциус приподнялся в постели, пытаясь разглядеть выражение лица Снейпа.

- Северус, я должен еще раз извиниться. Я не знаю, что на меня нашло…

- Ложись, Люци. - прервал его Снейп. - Тебе нельзя вставать и нервничать, поэтому я сейчас скажу, и мы оставим эту тему, хорошо?

Люциус послушно опустился на подушки и замер, слушая.

- Ты ни в чем не виноват, мой лорд, забудь и перестань казниться. Ты тосковал, нервничал, я даже не могу представить, что ты пережил за это время. И ты очень помог мне. Я слышал тебя, я знал, что ты ждешь и зовешь, и то, что я не был тебе противен даже в роли трупа, только подтверждало, что мне есть к кому вернуться. Я очень хотел уйти, Люци. Я устал, мне было больно, и я не видел причин, чтобы остаться. Кроме тебя. Считай, что ты меня уговорил вот таким экстравагантным способом. И, знаешь, я не жалею. В конце концов, умереть можно и попозже, а стать объектом настойчивых домогательств сиятельного лорда удается не всякому. Жаль, некому похвастаться. Все бы удавились от зависти.

Люциус все-таки дотянулся до губ любовника, прерывая поток честолюбивых мечтаний. Теперь самое время было умереть счастливым, но умирать не хотелось, а все сильнее хотелось жить.

34 глава

К концу июля Люциус начал вставать, а Северус - шевелиться и поворачиваться в постели самостоятельно. Эльфы переносили обоих в сад, где они дышали свежим воздухом и, благодаря этому, и теплому неяркому солнцу, начинали походить на людей, а не на инфери, как прозвала их Нарцисса. И именно в сад однажды вечером аппарировала давно ожидаемая пара пропавших членов «стаи». Люциус вздрогнул и выхватил палочку, когда с тихим хлопком перед ними материализовались держащиеся за руки Руди и Белла.

Вспомнив, что открыл Белле аппарацию, на случай, если ей удалось-таки спастись, Люциус опустил палочку и вгляделся: Беллатрикс была не похожа на себя. Убранные назад волосы делали ее лицо мягче и моложе, вместо обожаемых черных мантий с корсетами, на женщине была летняя светлая мантия, свободно колыхавшаяся вокруг заметно округлившейся фигуры. Руди за ее спиной светился тихим счастьем.

- Беллатрикс! - восхитился Люциус. - Тебя не узнать! И, я правильно понял?..

Белла кивнула, положив руку на живот.

- И кто на этот раз?

- Девочка.

К ним уже спешила Нацисса, и Белла помахала ей рукой, не забыв поязвить:

- А вы, я вижу, всё вместе, как примерные супруги. «В болезни и здравии…»

- Откуда ты знаешь? - удивился Малфой.

- У Мейди на свадьбе слышала. Мне понравилась формулировка, и к вашему союзу она прекрасно подходит. Но я слышала, что Снейп умер?

- Простите, что разочаровал, леди. - прошептал Снейп. - Но я почти успел.

- Это я почти успел! - возмутился Люциус. - Но не будем сейчас о грустном. Руди, где ты нашел свое сбежавшее счастье?

Подоспевшая Нарцисса обняла сестру, и они пошли в сторону дома, оставив мужчин одних.

- Ты не поверишь, Люциус, она была в твоем имении в Чехии, там теперь полно оборотней. Как они ее не сожрали?

- А почему не давала о себе знать?

- Палочка сломалась при перемещении, к тому же она не была уверена, что я жив, и что сама выживет. Но оборотни ее не трогали.

- Невозможно! - возразил Снейп.

- Белл говорит о какой-то метке. «Знак для своих». Она провела там три полнолуния, и осталась жива. Хотела возвращаться, но поняла, что ждет ребенка, и Фенрир не пустил ее. Потом он приволок ей чью-то палочку, и меня нашел Патронус. Кстати, Фенрир просил напомнить о вашем договоре. Ты что-то обещал ему?

- Я разберусь.

Люциус призвал эльфов, и их перенесли в гостиную. Снейп отговорился усталостью, и родственники остались одни. Мейди послали Патронус, а Блейза отправили за Басти, и через несколько минут они присоединились к общей радости. Люциус посидел немного и аппарировал в спальню: глядя на близких, встретившихся после разлуки, он почувствовал потребность в объятиях человека, близкого и родного ему.

- Так что ты обещал оборотню? - встретил его на пороге суровый шепот.

- Первого, кто станет задавать мне вопросы про него. - заявил Люциус.

- Вот как? Мне пора наряжаться в белые одежды?

- Успеешь, до полнолуния масса времени. А, если серьезно, то он говорил о зелье, которое ты варил Люпину. Но он же думает, что ты мертв.

- Так купи на черном рынке и отправь почтой. - фыркнул Снейп. - Подсказать адрес?

- Я знаю. - отмахнулся Люциус. - Просто было не до того.

- Обещания следует выполнять, тем более, данные оборотню. С него станется заявиться сюда лично.

И ведь, как в воду глядел.

Письмо из Аврората застало Люциуса врасплох. Его вызывали для беседы, но понятное беспокойство не унималось. Люциус уже вполне сносно ходил, но, на всякий случай, напился укрепляющего и взял с собой портключ до дома.

- Добрый день, ваша светлость.

Аврор Меррит был вполне дружелюбен, и Люциус понадеялся, что сегодня его не посадят.

- Как ваше здоровье?

- Благодарю, лучше. В чем дело, аврор?

- Дело в том, что Авроратом был задержан давно разыскиваемый преступник - Фенрир Грейнбек.

Люциус почувствовал, как сильнее забилось сердце.

- И?

- И он требует встречи с вами. Поскольку его ожидает казнь, мы вынуждены удовлетворить его просьбу в качестве последнего желания. Вы будете с ним встречаться?

Люциус изобразил брезгливость:

- Он что, не высказал мне что-то, пока жил в моем доме? Ну хорошо.

Люциуса провели в камеру, больше похожую на подвал. Посреди камеры стояла клетка, а внутри сидел Фенрир Грейнбек, еще более заросший, чем помнилось Люциусу, и улыбался.

- Что вы хотели, Грейнбек? - Люциус проследил, как вышли авроры.

- Поговорить.

- Для этого не обязательно было попадаться Аврорату, можно просто написать.

- Ходят слухи, что вашего зельевара так и не нашли? - прищурился оборотень.

- И что? Слухи не варят зелий. Я послал вам почти ведро, зачем вы явились? Что теперь?

- А теперь, Малфой, ты вытащишь меня отсюда и позволишь поговорить с теми слухами, которые пока не варят зелий.

- Бред!

- Ваша светлость, вы пропахли им с ног до головы. Не далее, как сегодня утром, вы спали в одной кровати, и трупы пахнут немножечко по-другому. - взгляд оборотня стал острым. - Требую исполнения долга жизни. И, согласитесь, я мог бы не беречь вашу свояченицу и ее щенка, у нас многие бы дрались за такую волчицу, однако, она - все еще человек.

Люциус думал недолго.

- Хорошо. Вот портключ в Менор. Там продолжим. Но не раньше, чем все уснут.

- Я не дурак, ваша светлость, я просто так выгляжу. - усмехнулся Фенрир. - До встречи.

Люциус громко выругался, и, провожаемый бранью оборотня, выскочил за дверь.

Портключ перенес оборотня прямо в спальню. Люциус почувствовал перемещение, и Грейнбека встретили две направленные на него палочки. Оборотень не обратил внимания на оружие и развел руками, изображая поклон:

- Доброй ночи, господа маги.

- Вы хотели поговорить со мной. - заговорил Снейп, крепче сжимая палочку. - Говорите.

- Не надо бояться меня, мистер зельевар. - ухмыльнулся оборотень. - Это вызывает во мне ненужные инстинкты. Впрочем, до луны еще далеко, и я вполне вменяем.

- Хватит болтать. Авроры могут появиться в любой момент. Что вам нужно?

- Видите ли, тут такое дело… После битвы у нас появился новенький. Молодой человек окончил первый курс Академии зельеварения, но, сами понимаете, вернуться к учебе он теперь не сможет…

- Что, кто-то позабавился и не добил добычу? - глаза Снейпа горели, и Люциус уже боялся за него.

- Ну, как вам сказать… Мальчишка умирал под завалом, ему придавило ноги, одна наша слишком романтично настроенная девушка не смогла пройти мимо, и помогла, как сумела. Я, конечно, с ней поговорил, но нового члена стаи пришлось принять, не выгонять же мальчишку в лес. К тому же, выяснилось, что Стэн неплохой зельевар, вот только учиться ему больше негде. Если бы он смог продолжить образование, вам, ваша светлость, не пришлось бы высылать нам зелья, мы бы справлялись своими силами.

- Первый курс? - переспросил Снейп.

- Да. Стэн Вронски. Хороший мальчик. Не любит убивать…

- И что вы хотите от нас?

- От вас, мистер Снейп. Возьмите мальчика в ученики.

- Что? - Снейп передернулся от отвращения, и Фенрир заторопился:

- Я знаю, вы нас не любите. Кто-то напал на вас, не так ли? Так подумайте, какой способ поквитаться! Можете делать с мальчишкой, что хотите, испытывайте на нем зелья, просто бейте, я не буду против, и прикажу ему не сопротивляться, только учите.

- Предлагаете раба? - усмехнулся Снейп.

- Да. И, не при его светлости будь сказано, но мальчик очень красив. И будет очень послушен.

Люциус едва сдержался, чтобы не вышвырнуть сводника вон, но тот продолжал, уже глядя на лорда:

- Взамен я готов отказаться от Долга жизни вашей свояченицы и ее волчонка, ваша светлость. Что скажете?

- Довольно щедро.

Долг Беллы беспокоил Люциуса: мало ли что понадобится оборотню в следующий раз, но решать, в конечном счете, все равно будет Снейп.

- Беллатрикс мне никто. - равнодушно заявил Снейп.

- Да. - согласился оборотень.

- Я терпеть ее не могу.

- Я знаю.

- Я согласен.

Фенрир вздохнул с облегчением, видимо он не был уверен в исходе торга так, как показывал.

- Что от меня требуется?

- Обучение. Мальчик будет являться, куда скажете, или жить с вами, кроме полнолуний, естественно. Вы имеете все права, кроме права лишить его жизни. По окончании обучения он должен уметь варить хотя бы простейшие зелья, и, конечно, аконитовое - в совершенстве, а так же быть жив, и, желательно, тяжело не искалечен. Руки, ноги, хотя бы один глаз…

- Я понял. - брезгливо прервал его Снейп. - Клятву.

- Я отказываюсь от долга жизни Беллатрикс Лейстрейнж и ее нерожденного ребенка. - проговорил Фенрир.

- Я обязуюсь обучить Станислава Вронски и не искалечить его при этом окончательно. - ухмыльнулся Снейп. - Люци, скрепи.

Люциус прочел формулу скрепления договора.

- Но не раньше, чем через два месяца, Грейнбек. Мистер Снейп еще очень болен.

- Я подожду. А теперь, господа волшебники, позвольте вас покинуть: авроры, наверняка, забеспокоились. У вас ведь остался портключ в ваше бывшее имение, ваша светлость?

Люциус отдал ему портключ, забрал свой, Фенрир исчез, пообещав ждать письма, и Люциус с облегчением вздохнул, опуская палочку.

- Спасибо, Северус. Я не думал, что ты согласишься.

- Стэн Вронски. Райвенкло. Прошлогодний выпуск. Что привело этого идиота в замок? Ведь не гриффиндорец!

- Ты его учил?

- Я писал ему рекомендацию в Академию. Такой талант, и теперь всю жизнь будет варить своим оборотням настойку от блох! А этот… - Снейп скривился и сдержал ругательство, - продает его, как товар на рынке! «Мальчик очень красив и будет очень послушен»! Твари!

- Он нравился тебе? - мягко спросил Люциус, пряча беспокойство.

- Что? Нет, не в этом смысле. Он был слишком невинен для своих семнадцати лет. Только наука, только котлы… Страшно даже представить, что они там с ним сделали!

- Не волнуйся. Просто заберешь его к себе. Сколько лет будет длиться обучение?

- Три года, не меньше… И что значит «заберешь к себе»? Я живу у тебя из милости, Люци. А потом ты еще начнешь ревновать, а он кого-нибудь покусает…

- Не смей говорить о милостях, Снейп! - рассердился Люциус. - Все, что здесь есть, включая хозяев, все еще существует только благодаря тебе!

- Не преувеличивайте, мой лорд.

- Северус, я, конечно, не обещаю не ревновать, но если ты не станешь держать его у нас в спальне, я, так уж и быть, потерплю. Надо свести его с мужем Тонкс, может они подружатся.

- Ох, Люци… Тебе следует заняться благотворительностью: стоит тебе моргнуть, как вокруг тут же начинают образовываться новые сообщества. Вот теперь ты устроишь ферму по разведению оборотней.

- А ты - по разведению зельеваров… Хватит спорить, моя радость, пока я не решу, что ты окончательно поправился, никаких оборотней здесь не будет.

- Как скажете, мой лорд.

От авроров удалось избавиться, заявив, что Фенрир украл портключ, когда бывал в Меноре, и сразу же исчез в неизвестном направлении, едва Люциус открыл ему ворота. Малфоя никто не осуждал: оборотень мог убить любого, кто встанет на пути к свободе, и это еще счастье, что сиятельному лорду настолько повезло.

35 глава

Отправились домой Лейстрейнжи, оставив свои координаты, Рабастан уехал с ними, и в доме стало пусто и тихо. Правда, пару раз Люциус едва не столкнулся в коридоре с Избранным, но тот передвигался быстро и скрытно, и Люциусу удалось остаться незамеченным. Пришлось поговорить с сыном: Люциус предложил Драко представить, что будет с его Героем, если ночью в темном коридоре он случайно наткнется на воскресшего Снейпа. Люциус уже промолчал, что будет, если Снейп не сдержит свою палочку от неожиданности: снова в Азкабан, да еще за убийство Героя, не хотелось. Драко побледнел, кивнул, и больше Люциус Поттера не видел.

Неожиданно выяснился вопрос с Сектумсемпрой. Когда Люциус поинтересовался, кого Снейп мог ей научить, случившийся рядом Драко вдруг припомнил:

- Тогда, в туалете, помните, там болтался какой-то мелкий из Воронов, но не мог же он…

- Мелкий? - напрягся Люциус, уже догадываясь. - Кто?

- Скромби, кажется, не помню.

- Ясно… Еще один гений из Райвенкло.

Поговорив с Мерритом через камин, Люциус вскоре знал всю картину произошедшего: мальчишка сознался, что подсмотрел ужасное заклинание, попытался использовать его в битве, но, в момент произнесения, его толкнули, и проклятье попало не в Пожирателя, а в аврора. Бедный ребенок так перепугался, что бросил палочку и остался рядом с истекающим кровью телом, рыдая в голос, пока их не нашли.

Заодно Люциус узнал подробности «битвы в туалете», и Драко пару дней не показывался дома, а Поттер - на публике, и все последствия сиятельного гнева пришлось терпеть Снейпу, а, поскольку традиционный способ решать конфликты был пока под запретом, Люциус просто орал, и докричался до того, что Блейз, вызванный Нарциссой, применил - таки Силенцио, и принудительно уложил лорда в кровать, где тот постепенно успокоился.

Когда отцовский гнев миновал, Драко явился в Менор и поскребся в кабинет к Люциусу за советом. Как оказалось, Поттер уже долгое время настаивает на том, чтобы обнародовать их отношения, а Драко не знает, стоит ли соглашаться. Люциус задумался.

- Давай разберемся, для начала, чего хочешь ты сам. Тебе нужна огласка?

- Нет. - покачал головой Драко. - Все тут же начнут говорить, что я ему не пара, что он - герой, а я - Пожиратель, вспомнят тебя, Снейпа, Лорда.

- Скорей всего так и будет. - согласился Люциус.

- С другой стороны, ему приходится все время выдумывать, таскаться на разные мероприятия, брать с собой Уизли, а мне это не нравится.

- Так. - поощрил лорд.

- Он переживает, нервничает, ему не нравится обманывать друзей. Но, если он скажет им правду, они поссорятся, и в этом все тоже обвинят меня.

- Ты не боишься, что он может выбрать их?

Драко посмотрел удивленно.

- Нет. Но я боюсь, что ему будет тяжело без любимых грифов, хотя без Грейнджер, на мой взгляд, было бы только спокойнее. Я не знаю, отец. Меня, конечно, все устраивает, а вот Га… Поттеру тяжело.

- Зови, как привык. - отмахнулся Люциус. - Гарри, так Гарри. Что уж теперь… Если тебе, и правда, не все равно, что он чувствует, и ты считаешь, что выдержишь последствия, могу разве что сообщить, что не лишу тебя наследства, увидев колдографии в Пророке. Только, по возможности, соблюдайте приличия.

- Я подумаю. Спасибо, отец.

Спустя два дня Драко, чуть волнуясь, объявил, что Поттер будет сопровождать его на вечеринку в честь выпускников прошлого года, оставшихся без выпускного бала, приуроченную к празднику в честь восстановления школы и грядущему началу учебы. Люциус, как участвовавший в восстановлении замка, тоже был приглашен.

Появление на публике Поттера и Драко вызвало сенсацию. Сияющий Герой бережно придерживал свое сокровище за талию, и казался настолько счастливым, что слепил глаза. Драко не приходилось напрягаться: светский лоск он впитал с молоком матери, но и в его снисходительно - отстраненной улыбке Люциус разглядел радость. Что ж, так тому и быть… Журналисты бросились задавать вопросы, публика гудела, на Люциуса косились, ожидая, кажется, что он начнет кидаться непростительными. Друзья Поттера, как ни странно, повели себя вполне прилично: рыжий выглядел сильно ошарашенным, грязнокровка - невозмутимой, Уизли, считавшаяся девушкой Поттера, появилась спустя полчаса, в обнимку с кавалером, с которым Герой обменялся дружелюбным рукопожатием. Скандала на публике так никто и не дождался, и постепенно все утряслось. Избавившись, наконец, от журналистов, молодые люди поздоровались с Макгонагал, исполняющей обязанности директора, и, несколько робко, двинулись к стоящему у стены Малфою.

- Лорд Малфой. - кивнул настороженный Поттер.

- Добрый вечер, мистер Поттер. - улыбнулся ему Люциус.

Защелкали, снимая, колдокамеры.

- Драко, здравствуй… Надеюсь, вы не разочарованы новым Хогвардсом, мистер Поттер? Вы оставили нам хорошее поле деятельности. Как по вашему, мы справились?

- Все великолепно, ваша светлость. Боюсь представить, во что вам это обошлось.

Люциус удивленно приподнял брови.

- Когда речь идет о подрастающем поколении, я согласен на многие жертвы.

- Поверьте, я очень ценю это. - снова поклонился Избранный, сжимая руку Драко.

Что ж… Похоже, Герой не безнадежен.

Когда все, наконец, переварили сенсацию и принялись развлекаться, было уже довольно поздно, и лорд Малфой-старший отправился домой, а на следующее утро, как и ожидалось, разразился скандал.

В Пророке появилась статья под названием: «Герой в сетях Пожирателей смерти». В ней бойким стилем Риты Скиттер описывалось умение семьи Малфоев приноравливаться к политической ситуации, используя старые как мир методы. Сначала шел экскурс в историю 1980-х годов, описывающий, как Малфой-старший получил свое место возле Волдеморта, пользуясь своей красотой и отсутствием всякого стыда, и даже не подумал опровергать свой статус при Темном Лорде после исчезновения последнего.

И - делался вывод - молодой лорд нравственностью удался в папеньку: во время диктатуры Волдеморта он открыто пользовался покровительством последнего директора Хогвартса Снейпа, особо приближенного к Темному Лорду, однако, времена изменились, пришлось искать новых покровителей, а на мелочи Малфои не размениваются, и, ловко воспользовавшись неадекватным состоянием Героя после победы, Малфой-младший соблазнил находящегося в стрессе юношу, потом, пользуясь порядочностью Поттера, все крепче привязывал его к себе, вынуждая порвать отношения с невестой и друзьями, и, наконец, убедил показаться с ним в обществе, чтобы закрепить свою победу и дать понять магическому сообществу, кто теперь имеет влияние на Избранного. Выдвигалась версия, что тут не обошлось без папеньки - слишком уж похожие методы использовал юный лорд, чтобы добиться желаемого.

Прочитав статью еще раз, Люциус отбросил газету и вызвал к себе сына.

Скандал, вызванный статьей, был огромен. Люциус старался не появляться на публике, и прямым приказом запретил Драко покидать Менор. Поместье закрыли от любого проникновения, но, стоило показаться в саду или у ворот, как толпы журналистов принимались кричать и щелкать камерами, вызывая желание проклясть их всех разом. Люциус ждал реакции Избранного, но ее не было.

Судя по статьям в прессе, Поттер едва не загремел в Мунго, но сумел избежать этого, устроив показательное обследование на предмет темных заклятий. Конечно, действо, происходившее в зале заседаний Визенгамота, не дало никаких результатов, но успокоить сплетни тоже не помогло. Магический мир гудел и содрогался в ожидании развязки столь интересного скандала. Поттер не появлялся.

Драко сразу отказался писать что-либо и оправдываться. Задрав подбородок, он заявил:

- Если Поттеру достаточно одной статьи, чтобы поверить в эту мерзость, будет большой ошибкой связываться со столь легковерным человеком. А если в следующий раз Пророк напишет, что я - новый Темный Лорд?

Глядя на захлопнувшуюся за сыном дверь, Люциус не знал, радоваться этому разрыву или сожалеть о нем. С политической точки зрения, «дружба» с Избранным была весомым приобретением, но, заставлять сына унижаться и доказывать свою невиновность он не собирался. Слишком много чести, мистер Поттер. Сокровище было у вас в руках, но вы его потеряли. Кто виноват?

Поттер не торопился выдвигать претензии, он вообще на какое-то время пропал, объявившись у ворот Малфой-Менора внезапно и не ко времени.

Уже стемнело, когда магия донесла вызов: Люциус увидел у ворот растрепанного Поттера и от неожиданности рявкнул:

- Кто?

- Поттер.

- Да неужели?

Магия поместья позволяла общаться с пришельцем не вылезая из кресла, и Люциус приказал подать ему вина.

- И что привело надежду нации в нашу глушь в такой поздний час?

- Мне необходимо поговорить с Драко… и с вами.

- Боюсь, что ни я ни мой сын не горим желанием выслушивать ваши упреки, молодой человек. Если вы считаете себя обиженным, обратитесь к моему поверенному для обсуждения компенсации, адрес я вам предоставлю.

- Боюсь, я вынужден настаивать. - неожиданно жестко ответил Поттер. - Вы же не хотите, чтобы я взломал вашу защиту? Мне потом придется ее восстанавливать.

- Эту защиту не мог взломать даже Темный Лорд. - Люциус почти восхищался наглостью мальчишки, понимая уже, что пустить придется.

- И где он теперь? - фыркнул Поттер.

- Хорошо, входите.

Люциус обернулся к сидящему за его спиной сыну:

- Драко, выйди.

- Но, отец…

- Как Глава Рода, я приказываю тебе уйти и ждать, пока я не позову. И не смей подслушивать. - жестко приказал Люциус.

Драко молча поднялся и вышел, обернувшись в дверях, чтобы бросить:

- Я не желаю его видеть.

- Я решу сам. - не оставил ему надежды отец.

Поттер вошел в гостиную робко, словно не он только что угрожал хозяину дома. Люциус не стал вставать, жестом пригласив гостя присесть рядом.

- Вина?

- Спасибо, нет.

Поттер мялся, потирал руки, сплетая и расплетая пальцы, теребил очки и все никак не начинал разговор. Люциус ждал, не желая облегчить мучения нахального Героя.

- А где Драко?

- Драко не станет говорить с вами, пока я ему не разрешу.

Поттер удивился так, что даже забыл о смущении:

- Ему уже не семь лет! И он вас послушает?

- Не меня, а главу Рода. В отличие от вас, юноша, Драко прекрасно знает законы Древних родов, и не станет рисковать понапрасну. Поэтому, сначала вы будете говорить со мной, а уж я решу - встретитесь вы с моим сыном, или нет.

- Да это же средневековье какое-то!

- Нет, это обычаи магического общества, о которых, как видно, вас никто не просветил. Но, не будем отвлекаться. Как я догадываюсь, вас привела сюда определенная статья в Пророке. Так, что вы хотели узнать?

- Я хотел поговорить с Драко. - уперся Избранный.

- И со мной. - возразил Люциус. - Так начните с меня. Вас, вероятно, интересует, соответствуют ли действительности слухи о моем моральном облике и полнейшем бесстыдстве?

Люциус не смог отказать себе в маленьком удовольствии: наклонившись к собеседнику, он послал ему многозначительный обещающий взгляд и обольстительно улыбнулся. Поттер покраснел и отвел глаза.

- Ну же, Гарри, спросите меня, спал ли я с Волдемортом.

Избранный дернулся, окидывая лорда странным взглядом, словно пытаясь представить картину.

- Он же страшный…

- Ну, почему же… - смущать героя оказалось неожиданно весело. - И не всегда он был похож на рептилию.

- Да какая разница! - не выдержал Поттер. - Мне все равно, с кем вы спали, хоть с Лордом, хоть со Снейпом! Я хочу поговорить с Драко!

- И что вы ему скажете? Спросите, как ему было не противно со Снейпом, «ведь он же страшный»? Если вы пришли предъявить претензии, извольте предъявлять их мне. Я не позволю вам издеваться над моим сыном. Вы вообще, на что обижаетесь? На то, что Драко не покаялся вам в своих грехах до «свадьбы», или на то, что вас ловко использовали, и только статья в газете открыла вам глаза?

- Ну что вы за люди такие? - вдруг возопил Поттер, вскакивая. - Что вы, что сынок ваш! Ни слова не выжмешь, только улыбаетесь! Я же точно знаю, что Драко ни с кем не спал, я не идиот, в конце концов! Зачем вы это все говорите? Чтобы поиздеваться?

- Вот как? - Люциус склонил голову на бок, наблюдая за вопящим героем. - Вы знаете? И откуда такая уверенность?

- А вам непонятно? - фыркнул Избранный. - Я, конечно не такой опытный, но разобраться, по-моему, не сложно. И, если вы об этом - я не минуты не сомневался, что все написанное - ложь от начала до конца. И вообще, я же помню, что сам уговаривал Драко пойти на эту вечеринку, а он упирался почти неделю.

- А как на счет влияния на Избранного? - уточнил Люциус, чувствуя небольшое облегчение.

- Влияния? Да ваш сыночек мог бы из меня веревки вить, а он только нос морщит: «Мне это не интересно, Поттер», «Мне не нужна огласка, Поттер», " Не желаю торчать рядом с тобой, как манекен в витрине, Поттер» - передразнил Избранный с какой-то теплотой в голосе. - Не нужно считать меня дураком, ваша светлость. Я прекрасно различаю, когда со мной искренни, а когда пытаются манипулировать. Вот, например: я не ошибусь, если предположу, что Волдеморт вас так и не получил?

Люциус едва успел скрыть удивление.

- Откуда такие выводы, мистер Поттер?

- Знаете, если потребовать с Драко объяснений, он из гордости подтвердит, что спал не только со Снейпом, но и Дамблдором и с Хагридом. Если бы вы действительно…

- Я понял, - прервал его лорд, - значит, объяснений с Драко вы требовать не собирались? Что же тогда? Вы хоть понимаете, что своим капризом, и последующим молчанием уничтожили все то, что мне удалось сберечь во время войны: честь и репутацию моей семьи, уважение в обществе?

Люциус немного сгущал краски, но должен же этот недоумок хотя бы почувствовать свою вину?

- Мы не смеем показаться на улицах, Драко не станут принимать, с ним никто не захочет иметь никаких дел. Нам придется уехать из страны. И все это - благодаря тому, что вам захотелось развлечься и приручить молодого лорда. Что ж, вы вполне достигли своей цели: можете записать моего сына в свой список побед и отправиться на дальнейшие подвиги. Мне кажется, вам стоит сейчас покинуть наш дом, и просто забыть о нашем существовании. Вокруг вас множество привлекательных молодых людей, и, надеюсь, в следующий раз вы будете осторожнее и не свяжетесь с Пожирателем смерти во втором колене. Я не держу на вас зла, а Драко… он не хочет вас видеть. Вы снова непозволительно долго не давали о себе знать, и он все понял правильно.

- Нет! Я должен с ним поговорить! Позвольте мне!

Отчаянные нотки в его голосе превращались в угрожающие, и Люциус с печалью подумал, что все великие волшебники похожи - собственные желания значат для них куда больше, чем спокойствие и право остальных - не столь сильных и опасных.

- Зачем? Ему… непросто сейчас. Но он справится. Поверьте, ваши попытки «расстаться друзьями» сделают все только хуже.

- Я не собираюсь с ним расставаться! - закричал Поттер. - Я хочу все исправить!

- Да? И как это можно исправить? Вы не побеспокоились опровергнуть ни один пункт из статьи, вы промолчали, а значит, вы со всем согласны.

- Нет, не значит! Я ведь не просто задержался: я специально не связывался с вами, чтобы вас никто не мог обвинить во влиянии на меня, даже через письма! Я сдал анализы на зелья, прошел это позорище в Визенгамоте, теперь у меня есть все документы, и ни одна собака не посмеет гавкнуть, что меня околдовали! В Пророке завтра выйдет опровержение, Рита Скитер уволена с запрещением писать все, кроме личных писем, этот гад, который напел ей про Снейпа…

- Это ведь был ваш друг?

- Теперь уже нет. - Поттер устало свалился в кресло.

- Все это прекрасно. Но слухи уже пущены, и прекратить их невозможно.

- Возможно. - Поттер полез в карман мантии и достал оттуда коробочку. - Вот.

- Что это? - спросил Люциус, уже догадываясь.

- Кольцо.

Люциус полюбовался: да, вкус у Избранного был. Кольцо оказалось вполне приличным и в меру дорогим.

- Не слишком ли поспешное решение?

- Не думаю. Я купил его за два дня до всего этого, и так и не успел подарить. А теперь… Угадайте, что он скажет?

- Что же?

- «Мне это не интересно, Поттер!».

- Вполне возможно.

- Но вы позволите мне хотя бы попробовать?

- Хорошо. - Люциус задумался на пару секунд. - Только в моем присутствии.

- Вы что, хотите послушать, как меня пошлют?

- Вы знакомы с заглушающими? Я не стану слушать вас, но, предпочитаю посмотреть. Вы, молодой человек, не соразмеряете собственную силу, и мне бы не хотелось, чтобы мой сын стал инвалидом, отказав надежде нации. Представляете, что напишут газеты? Это - мое условие. Дальше все зависит от вас. Если вам удастся убедить Драко, я не стану вмешиваться.

- Договорились!

Люциус послал эльфа за сыном и указал Избранному нишу возле окна. Поттер послушно слился со шторами.

Драко вошел и вопросительно посмотрел на Люциуса.

- Драко, мистер Поттер попросил разрешения переговорить с тобой.

- Хорошо, отец.

Голос сына звучал устало, и Люциус почувствовал жалость. Оставалось надеяться только на упрямство Избранного и на то, что чувства Драко не ранены до такой степени, что легче забыть, чем пытаться снова. Люциус наложил заглушающее и принялся наблюдать.

Драко пригласил Поттера садиться и присел сам. Держался он, как королева - девственница на официальном приеме, и Поттер сразу же растерял всю свою самоуверенность, превращаясь в побитого щенка. Начало разговора было тихим: Драко что-то перечислял, Поттер отвечал, явно извиняясь. Потом он подскочил, видимо, повысив голос, но Драко одним замечанием усадил его на место. Люциус любовался сыном, злорадствуя: что, и на Героев бывает управа? Между тем, страсти накалялись. Поттер снова вскочил, схватил Драко за руки, выдергивая из кресла, и полез целоваться. Драко, видимо, напомнил, что они не одни, потому что Поттер отскочил и обернулся. Люциус смотрел на него. Поттер снова уселся, встал, побегал немного вдоль окна, остановился и сел у ног Драко, взяв его руки в свои. Люциус отвернулся, следя за представлением краем глаза. Внезапно вспомнилось, как сам он сидел, положив голову на колени Снейпу, и так странно потянуло в груди… Поттер что-то проникновенно и очень убедительно говорил, и Люциус видел, как прежде безвольно лежащие на коленях руки сына, словно случайно, запутываются в волосах Избранного и отдергиваются, замечая это. Поттер, жмурясь, молчал, пока Драко гладил его по волосам, потом схватил его руку и достал из кармана свою коробочку. Его потряхивало от волнения, пока Драко молча рассматривал кольцо, потом Драко закрыл коробочку, качнул головой и протянул ее обратно, а Люциус затаил дыхание, Поттер мягко отвел руку обратно, забрал футляр и сам достал кольцо. Драко сидел не шевелясь, отстраненно наблюдая, как Поттер надевает кольцо ему на палец, потом поднял руку и провел по лицу Избранного, отводя волосы. Поттер успел мимолетно поцеловать скользящую ладонь, и Люциус вспомнил, что нужно все-таки сделать вдох. Мальчишки, кажется, целовались. Люциус не стал отвлекать их, тихо снял заклятье и аппарировал в спальню. Целоваться хотелось безумно. И не только целоваться.

36 глава

Снейп снова сидел за книгами.

- Отвлекись! - потребовал Люциус, обнимая его за плечи. - Кажется, у нас скоро свадьба.

- Неужели ты все-таки решил сделать меня честным мужчиной? - восхитился Снейп, откладывая потрепанный том.

- Увы, моя радость. Пока жива Нарцисса, придется тебе походить в содержанках!

- Очень неосторожное заявление, Люци. Мне принять его за призыв к действию?

- Не сейчас, Северус, не порти детям праздник.

- Неужели? Избранный совсем свихнулся и решил связаться с вашей семейкой? И некому объяснить убогому, что это будет почище Волдеморта.

- Ну, так объясни.

- Я что, похож на призрак?

- Нет, Северус, но у меня есть одна идея…

- Ваша светлость, Драко сказал, что я должен… В общем… Я прошу у вас руки вашего сына. - выпалил, наконец, Поттер и застыл с таким недоумением на лице, что казалось, он сам не ожидал произнести что-то подобное.

- Вы вполне уверены? - на всякий случай уточнил лорд.

- Да.

- Хорошо… Я помню, что обещал не чинить вам препятствий, но…

Люциус потянул паузу, наслаждаясь беспомощностью в глазах сильнейшего мага современности, и сжалился.

- У меня есть одно условие, и оно настолько принципиально, что если вы откажетесь, свадьба, боюсь, не состоится.

Драко за спиной Поттера вопросительно поднял брови, Люциус ответил ему успокаивающим взглядом.

- Я слушаю.

- Я требую, чтобы на свадьбе моего сына присутствовал его названный отец.

- У тебя есть названный отец? - обернулся Поттер к нареченному. - И кто он?

- Директор Снейп. - обронил Люциус, прикидывая, стоит ли достать палочку, или лучше потребовать у эльфов успокоительного.

- То есть? - довольно быстро переварил Поттер.

- Он друг нашей семьи, без его помощи Драко просто умер бы, даже не родившись, и я считаю, его присутствие на свадьбе вполне уместным.

- И что мне прикажете делать? - разозлился Избранный. - Достать его с того света или приволочь за свадебный стол несвежий труп?

- Напрасно вы сердитесь, мистер Поттер, - успокаивающе улыбнулся Люциус. - Таких подвигов от вас никто не потребует.

- Значит, все-таки, жив. - угрюмо обронил Герой.

- Увы, мистер Поттер, очень не хочется вас огорчать, но умирать снова, только ради вашего удовольствия, я не намерен.

Снейп показался в гостиной, почти улыбаясь. Поттер обвиняюще взглянул на Драко, потом заметил перевязанную шею Снейпа, побелел и сглотнул.

- Простите, сэр…

- Что-то вы слишком вежливы сегодня, Поттер. Не к добру. И за что вы извиняетесь?

- Мы думали, что вы умерли, поэтому…

- Бросили меня в луже крови, не поставив никого в известность. Ничего, Поттер, вы ведь, как обычно, спасали мир, вам было не до умирающего предателя. Я прекрасно вас понимаю.

Внезапно Поттер широко улыбнулся.

- В чем дело, Поттер?

- А я-то все думал, почему мне лорд Малфой так вас напоминает. Знаете, я, оказывается, скучал.

- Вот как?

Люциус видел, что Снейп изумлен, хотя и не показывает этого, за спиной Поттера хихикнул Драко.

- И вы не будете сейчас орать, махать палочкой и проклинать меня?

- Ну, если только вы попросите, сэр… Я могу поговорить с вами наедине?

Люциус поднялся, чувствуя, как снова защемило сердце: вполне понятно, о чем они будут разговаривать.

- Идем, Драко. Надеюсь, господа, дуэлей вы затевать не станете. Северус, оставишь Драко без жениха - женишься сам. Мистер Поттер, без директора свадьба не состоится.

Пригрозив обоим, Люциус отослал сына в его комнату и, не в силах бороться с собой, приник к двери и стал совершенно неприлично подслушивать.

Недолгое молчание было прервано нетерпеливым Поттером:

- Сэр, но почему вы скрываете, что живы? Вас же оправдали, и даже признали героем войны.

- Благодарю, мистер Поттер, я в курсе. Но, как указывает мне мой опыт, публика гораздо больше любит мертвых героев, чем живых. Кажется, недавно вы с этим столкнулись, не так ли?

Поттер вздохнул.

- Ну, я, это…

- Да, вы всегда были особенным.

Снейп сказал это прежним противным тоном, и Люциус только покачал головой: привычка - вторая натура. К его удивлению, Избранный не стал лезть в бутылку.

- Не думайте, что я и теперь на это куплюсь. - фыркнул он. - Я, конечно, не слишком поумнел, но многое понял.

- И что же вы поняли, мистер Поттер?

- Что не стоит верить всему, что слышишь, стоит иногда поглядеть на поступки. А ваши поступки указывают на…

- Не обольщайтесь, юноша. - прервал его Снейп.

Люциус хмыкнул: ну-ну?

- Мои поступки, в основном, продиктованы обетами, которые я вынужден был дать директору.

- А без обетов вы бы и пальцем не шевельнули. - подтвердил Поттер.

- Именно.

- Знаете, когда в Мунго мне сказали, что вы связаны со мной жизнью и смертью, я даже испугался, а потом подумал: я же не умер, вдруг и вы… И вы, оказывается, тоже живы. Профессор, а этот обет еще действует?

- Нет, можете расслабиться, Поттер. Вы умирали, я - тоже, теперь нас ничто не связывает.

- Кроме мамы?

В голосе Поттер прозвучала такая надежда, что Люциус едва не ушел, но сил заставить себя не слушать не было.

- Кроме воспоминаний о мертвых, я бы сказал… Кстати, о воспоминаниях: кто тянул вас за язык, Поттер? Так ли необходимо было заявлять о моей неземной любви на весь магический мир? Вам знакомо понятие «частная жизнь»?

- Но, я думал, что вы умерли… - растерялся Избранный.

- А что ж вы не заявили, что я всю жизнь любил Дамблдора, или вас? Или, что я - сын Волдеморта? Я ведь умер?

Поттер попытался успокоить возмущенного Снейпа, но, как обычно, неуклюже:

- Не стоит стыдиться своих чувств, сэр. Вы ведь любили маму, а это…

Смех прозвучал неожиданно.

- Поттер, какое же вы дитя, право слово! Ну, с чего вы взяли?

- В ваших воспоминаниях…

- Вы видели в них хоть один поцелуй? Признание? Что-нибудь? Нет? Ну, не огорчайтесь так. В вашем возрасте все движется любовью, и, если это помогло вам победить, что ж, значит, так нужно было. Но, должен вам заметить - вы опять сделали неверные выводы и поспешили донести их до всех, кто хотел слушать.

- Так вы не любили ее?

- Она была моим лучшим другом, Поттер, моим якорем, единственным человеком, которому я доверял. Да, я любил ее, но не так…

Люциус слушал, затаив дыхание, и гадая, играет сейчас Северус, или все же говорит правду.

- Был момент, когда я пытался уверить себя, что она нужна мне по-другому, но быстро понял, что всего лишь пытаюсь заменить ей человека, который действительно желанен, но недоступен… Ваша мама была умной девушкой, Поттер, и быстро растолковала мне то, что я не видел сам, но потом она связалась с вашим отцом, и мы…

- Поссорились?

- Нет, просто расходились все дальше и дальше, пока не обнаружили, что находимся на разных полюсах.

- Это, когда вы подслушали пророчество?

Голос Избранного снова зазвенел, но он держался на редкость мирно, а Люциуса прошило воспоминанием. Захотелось встряхнуться и забыть.

- Да, пророчество стало концом всему. Впрочем, все это в прошлом, как бы вам не хотелось выяснить причины. Вы что-то сникли?

- Я думал… Я надеялся…

- Я испортил вам сказку о вечной любви? Не огорчайтесь. Взгляните кругом - есть множество примеров получше.

- Да? И кто же, например? Лорд Малфой? Вы полагаете, я поверю, что он не изменяет жене? Наверняка у него куча молоденьких любовниц.

Люциус с трудом сдержался, обещая себе припомнить Избранному при случае.

- Не стоило задевать хозяина дома, но, раз уж вы все равно входите в семью… - медленно проговорил Снейп, и Люциус пожалел, что не вмешался раньше, - Вы правы, сиятельный лорд вот уже двадцать лет изменяет супруге с единственным партнером, который чуть моложе его светлости, отнюдь не модель и, к тому же, имеет весьма тяжелый характер. Или подобная версия любви вас не устраивает?

Избранный молчал так долго, что Люциус почти решился войти, но услышал тихое:

- Ну надо же…

- Вернемся к Драко. - холодно предложил Снейп. - Что вы решили?

- Вы же не думаете, что я откажусь от него только чтобы сделать вам гадость? - язвительно ответил Избранный.

- Но вы должны сознавать, что мое появление на свадьбе снова вызовет все те слухи, которые сейчас будоражат умы публики. Вы готовы отвечать на вопрос, почему на вашей свадьбе присутствует бывший любовник вашего избранника?

- Если лорд Малфой так жаждет видеть вас рядом в этот день, я, ради его сына, потерплю.

- Лорд Малфой, полагаю, устал видеть меня в своем доме и стремится оживить меня, чтобы поскорей отправить в Паучий тупик.

Ах, ты, язва! Лорд Малфой пообещал себе сжечь Тупик этой же ночью.

- Не думаю, что это так. - на удивление мягко возразил Поттер.

- Почему же?

- Он слишком неохотно оставлял нас вдвоем, и, кажется, беспокоился о вас.

- Он беспокоится, чтобы я не умер в его гостиной - это так неаристократично! - фыркнул Снейп слегка растерянно.

- Да, у вас действительно «весьма тяжелый характер»… Мне, к сожалению, пора. Передайте его светлости, что на свадьбе вы будете непременно. Прощайте.

Поттер удалился в противоположную дверь, а Люциус счел за лучшее аппарировать в спальню. Слишком многое просилось на язык, и, чтобы не пожалеть потом, стоило отложить разговор хотя бы до утра. Не получилось.

Он не успел лечь, когда Снейп появился в спальне и закрыл дверь своим фирменным двойным заклинанием. Люциус поторопился выйти в ванную, чтобы вернуть себе немного самообладания. В голове еще крутились фразы про «якорь» и «не так», но Люциус настолько загнал себя размышлениями и сожалениями, что услышанное не принесло облегчения. Он хотел поверить, и, именно поэтому, не верил. Принять желаемое за действительное было бы слишком обидно. Когда он вернулся, Снейп сидел на постели и поднял на него вопросительный взгляд.

- Как прошел разговор? - поторопился спросить Люциус.

- Избранный жив и просил передать, что принимает твое условие. Скоро ты сможешь отдохнуть от моего присутствия в твоей спальне.

- Это - наша спальня, Снейп. Но, если тебе здесь надоело, в Меноре еще десяток спален - выбирай.

- Меня вполне устроит собственная.

- Чтобы я больше не слышал про твой заплесневелый Тупик! - вспылил Люциус.

- Как нехорошо, ваша светлость! - медленно проговорил Снейп. - Скоро пятьдесят, а вы все подслушиваете под дверью, как школьник. Какой стыд.

- Как ты и сказал - труп на ковре - очень неаристократично. А трупы обоих героев войны стоили бы мне остатков моей репутации.

Малфой принял неприступный вид и уселся на кровать рядом. Снейп помолчал.

- Скажи, Люци, что тебя беспокоит?

- Прости? - обронил лорд через плечо.

- Сначала я думал, что у тебя что-то болит, и ты не хочешь меня расстраивать, но Блейз заверил меня, что это не так. И ты смотришь таким взглядом…

- Что не так с моим взглядом?

Кажется, высокомернее могла быть только оскорбленная королева, но Снейп не обращал внимание на тон собеседника.

- Ты так смотришь, только когда тебя мучает вопрос, который ты не можешь задать. Спроси меня, Люци.

- Что за вздор, моя радость! Тебе показалось.

- Поскольку ты отказываешься отвечать, я заключаю, что дело действительно во мне. Спросите, меня, мой лорд, и я отвечу.

Люциус снова почувствовал невозможность сопротивляться глухому голосу, но он еще пытался.

- Все в порядке, Снейп, тебе действительно показалось.

Северус обернулся к нему и вздохнул:

- Значит - нет? Что ж, придется мне выяснить причину самому.

Он просто смотрел в глаза, придерживая Люциуса за затылок, и лорд неожиданно запаниковал, обнаружив, что не может отвернуться.

- Северус, что ты делаешь?

- Не бойся, ты даже не заметишь. - успокоил его Снейп. - Я буду нежным.

Насмешка в голосе дала силу отвернуться, вырываясь из захвата.

- Неужели настолько интересно? - оскалился он. - Или это месть?

- Месть? О чем вы, ваша светлость?

Снейп откровенно насмехался, и на Люциуса вдруг навалилась свинцовая усталость. Сил спорить и сопротивляться не было. Он откинулся спиной на кровать и широко раскрытыми глазами уставился в потолок прямо перед собой.

- Смотри. Надеюсь тебе хватит совести не объяснять Нарциссе причины моего внезапного сумасшествия. И ты обещал мне о них заботиться.

- Я помню все свои обещания, мой лорд. - Снейп навис над ним, лицо его было встревоженным и печальным. - А вот вы забыли о ваших.

- О чем ты, Северус? - только чтобы не молчать, спросил Люциус.

- Вы обещали доверять мне, и не сдержали слова. Я вправе требовать удовлетворения.

- Так удовлетворяйся.

- Люци, - Снейп опустился рядом с ним. - Ну сколько можно? Неужели ты действительно веришь, что я бы это сделал?

- Почему нет? - повел плечом Люциус.

- Почему?

Неожиданно Люциус оказался придавлен к кровати и на секунды забыл, как дышать. Снейп целовал его зло и нетерпеливо, и лорд понимал, что не откажет сейчас ни в чем - не захочет отказать, но неожиданно Снейп остановился, задыхаясь и скаля зубы в злой гримасе.

- Что бы ты себе не напридумывал, Люци, стоит нам оказаться рядом - и всё. Ты тоже чувствуешь это, так выкинь из головы свои глупости сам, или я заставлю тебя это сделать.

- Застаавишь? - как можно высокомернее протянул лорд. - Хотел бы я посмотреть, как у тебя это получится!

- Не смею отказать господину. - коротко выдохнул Снейп и рванул шелковую рубаху Малфоя. - И повинуюсь…

Казалось, вынужденное воздержание сделало лорда настолько чувствительным, что Снейпу не понадобилось много усилий, чтобы действительно заставить его забыть обо всем, но и сам Северус потерял голову, уже не пытаясь сдерживаться, не помня не о чем, кроме такого жаркого и послушного его рукам тела, кроме жадных вдохов и рваных движений. Они подтверждали, что не только выжили, но и - живы. Кровь звенела в ушах, закипала в жилах, сердца старались успеть за этим потоком и едва могли. Руки не разжимались, губы не желали расставаться даже на миг, нужный для нового вдоха, они дышали друг другом, наполняли друг друга силой и любовью, и их магия билась вокруг, попадая в такт ударам сердец, пульса, тел, хрипов.

Обессиленные, они долго лежали, не расплетясь, не понимая, где чьи руки, ноги, мысли, и не задумываясь об этом. Они ощущали себя единым целым, нераздельным и почти вечным - они ведь уже умирали, и снова встретились и доказали судьбе и друг другу, что живы и будут живы всегда. А когда их «всегда» закончится - их ведь уже не будет, а значит, и не о чем горевать.

- Я думал, Поттер говорил правду.

Голос еще дрожал, но Люциус торопился выговориться, пока здравый смысл еще не имел над ним власти, пока он верил, что Снейп - только его сейчас, пока снова не заболело сердце.

- Глупый мальчишка и глупый лорд. Почему ты молчал?

Люциусу стыдно было вспоминать свой почти-обет, и свой вызов мертвой женщине.

- Я боялся.

- Ты боялся напрасно мой сиятельный. Но как я могу доказать?..

Люциус не сдержался и фыркнул в голос, откатываясь на спину:

- Мне показалось, что ты только что прекрасно с этим справился. Или нет? Если ты боишься, что не убедил меня, можешь попробовать еще раз.

- Люци, твое сердце не выдержит, и Нарси с Блейзом распнут меня на воротах Менора.

- Не бойся: я завещаю похоронить тебя заживо в моей усыпальнице, чтобы на том свете не тратить времени на поиски нового любовника.

- Мой фараон.

- Нет, Снейп, все же «мой лорд» мне нравится больше.

- Как скажете, мой лорд, я ваш покорный слуга.

Его светлость почувствовал внезапно, что у него есть еще вопросы к своему слуге, и тот ответил на них покорно и радостно, как и подобает.

37 глава

Пару дней спустя, Избранный дал Пророку странное интервью, где весьма туманно говорил о неисполненных обещаниях, черной неблагодарности и забытых героях, и после этого внезапно исчез. Репортеры и Аврорат сбились с ног, разыскивая пропавшую легенду, совы возвращали письма, а друзья Избранного твердили, что все в порядке. Впрочем, так оно и было: Поттер вместе с Драко закрылись в своей хижине и, похоже, репетировали медовый месяц, и, только доведя публику до белого каления, Избранный вновь явился народу, и не один.

Сенсация получилось, что надо: найденного директора и героя войны Снейпа сразу же препроводили в отдельную палату в Мунго, оградив от ненужного любопытства, а вернувшийся Герой скромно поведал, что, благодаря связке их жизней, разыскал профессора в маггловском госпитале, вернул утраченную при стихийном перемещении память и убедил вернуться, чтобы позволить благодарным согражданам выразить свое восхищение героем, а министерству магии - вручить, наконец, Орден Мерлина и прилагающуюся к нему немаленькую денежную премию. Прочитавший наутро газеты Снейп весьма убедительно кривился и сожалел, что позволил уговорить себя на подобную авантюру, но, однако, сидел в палате смирно, хотя, если бы Люциус мог рассказать, чего ему это стоило, его рассказ постеснялись бы напечатать даже в «Плеймаге».

На этом фоне скромная заметка о помолвке Драко Малфоя и мистера Поттера уже не вызвала должного ажиотажа, а, скорее, была воспринята, как давно ожидаемое развлечение. Скиттер не было, а кроме нее припомнить Снейпу интрижку с Драко было некому, а еще многие считали, что герой не стал бы так трогательно заботиться о нелюбимом учителе, если бы имел основания ревновать.

Министерство зашевелилось, орден принесли прямо в палату, целители отказали журналистам в пресс-конференции, и, вскоре, получив заверения мистера Поттера в том, что уход за любимым директором он обеспечит отменный, Снейпа выписали под поручительство Героя, который немедленно отвез его в Менор.

По дороге Снейп едва не плевался и шипел, что отправляется в собственный дом, но Герой был неумолим: Люциус пригрозил ему, что свадьба не состоится, если Поттер не уследит за его ядовитым сокровищем. Услышав это, Снейп фыркнул, но польщенно примолк, не заметив коварной усмешки Героя, который с Люциусом, в общем-то ни о чем не договаривался.

Тупик они все же посетили, но вдвоем, и застряли там надолго: в Меноре за состоянием здоровья лорда и его зельевара неусыпно следил домашний целитель, а после нескольких дней разлуки сил оторваться друг от друга не было. Заодно собрали нужные вещи и избавились от ненужных: Люциус заявил, что больше не желает слышать слово «тупик» вообще, и «Паучий тупик» в частности. Снейп на редкость покорно выполнял все просьбы, и его почти не приходилось шантажировать. Правда, у лорда появилась новая привычка: вместо того, чтобы спорить, он теперь хватался за сердце и получал все, чего прежде приходилось добиваться силой и хитростью.

К примеру, лорд решил провести в жизнь идею Снейпа о благотворительности. После войны в магическом мире осталось много сирот: родители погибли или сидели в тюрьмах, родственники были не у всех, и лорд Малфой организовал несколько приютов для детей - волшебников. Потом по его просьбе были выяснены адреса всех магически одаренных детей, находящихся в детских домах магглов, и вскоре за ними явились поверенные, забравшие их в совершенно легальные заведения, где детям не приходилось скрывать магию от воспитателей и где они получали все сведения о мире в котором им придется жить. Директором первого приюта Люциус назначил тюремного Тедди, носившего, как оказалось, маггловскую фамилию Смитт, рассудив, что, сам росший в подобном заведении, Тед хорошо помнит все, чего делать не надо. А уж, как надо, ему помогут разобраться помощники, которых лорд тоже отбирал лично.

Снейп ворчал, упрекая Малфоя в пренебрежении собственным здоровьем, на что лорд принимался доказывать любимому, что еще не совсем инвалид, а уж тут Снейпу было не с руки спорить.

Свадьбу праздновали в здании Министерства Магии. Магическая Британия извинялась перед своим Героем с должным размахом. Как глава Рода, Люциус отказал в просьбе детей о полноценном магическом браке, поставив условие: если они проживут вместе десять лет, то брачные клятвы можно будет повторить и усилить магией Рода, делая брак по-настоящему нерушимым и прочным. Стоя рядом с женой, Малфой-старший слушал ритуальные заклинания и боролся с умилением: и Поттер и Драко были в мантиях одинакового цвета. Настоял на этом сам Поттер. Откуда-то узнав, что цвет мантий указывает на статус партнера в подобных случаях, он дотошно выспросил у Люциуса все тонкости и исключения. Впрочем, их было немного: темный оттенок мантии указывал на старшего партнера, и младший, надевший более светлую одежду, автоматически принимал на себя роль ведомого в этом союзе, не столько физически, сколько магически и в юридических отношениях. Сам Люциус, рассказывая, был почти уверен, что увидит своего сына в чем-нибудь светло-сером или изумрудном, а мистера Поттера - в черном или темно-вишневом. И одинаковые малахитово-зеленые одежды супругов стали еще одной сенсацией предстоящей свадьбы.

Наконец, официальная часть закончилась, и молодожены с родителями стали принимать поздравления. Первым к ним подошел новый министр магии Кингсли Шеклболт, затем - новый глава Аврората Закари Меррит со спутником, последующие гости слились в один поток улыбающихся лиц, среди которых Люциус изредка опознавал очередного Уизли, грязнокровку Грейнжер, блондинку из подвала и мальчишку Лонгботтома с ней под ручку. Когда поток поздравляющих поредел, Люциус услышал радостное: «Наши поздравления, ваша светлость!», и не поверил ушам: перед ним стоял Эван Розье с кольцом на пальце и улыбкой на лице, и держал под руку высокую темноволосую даму, весьма нахально раздевающую его светлость глазами.

- Добрый вечер, Эван. Мадам?

- Леди Розье. - представил Эван.

- Рад знакомству, леди. - изумленный Люциус наклонился к руке дамы и услышал воркующее:

- Зовите меня Августой, мой лорд.

Кажется, Люциус изменился в лице, потому что Снейп, стоящий у стены напротив стал торопливо пробираться к ним поближе.

- Мадам… Я поражен вашей…красотой.

- Моей наглостью, хотели вы сказать?

- Безрассудством. - поправил Люциус: кругом было слишком много ушей.

Леди придвинулась почти вплотную. Нарцисса оживленно беседовала с министром, отвернувшись от мужа. Умница. Зато на него смотрели множество других глаз и колдокамер.

- Ну, теперь-то нам ничто не мешает скрыться на пару минут за портьерой? - пропела Августа. - Мимолетный поцелуй с дамой на балу только на пользу репутации блестящего мужчины.

- Пойдемте. А пока нас не будет, директор Снейп развлечет вашего супруга.

Августа посмотрела в сторону, куда указывал любезный лорд и, увидев, как Снейп протягивает Эвану бокал с вином, быстро распрощалась с Малфоем и двинулась в сторону мужчин. Люциус видел, как Снейп поклонился даме и отошел, медленно и незаметно приближаясь к нему. Люциусу подумалось, что в этих танцах у них большой опыт: приближаться, не приближаясь, удаляться, оставаясь рядом… Молодые уже танцевали, люди в летах рассаживались за столики с закусками, Снейп подошел и остановился за плечом лорда, и Люциус почувствовал, что жизнь удалась.

- Руквуд снова ищет приключений. Бедный его мальчик: как он терпит?

- Не ревнуй, Северус, у этих двоих слишком много общего, чтобы искать что-то еще. Руквуд просто развлекается. Посмотри на них.

Пара танцевала, не замечая никого вокруг, двигаясь так согласно, словно дышала звуками и движениями, предугадывая поворот партнера за секунду до следующего па, и не ошибаясь ни разу. На них смотрели с восхищением, а они - только друг на друга.

- Странно. - выдохнул остановившийся рядом Поттер. - Они оба странные: словно она - муж, а жена - он.

Драко фыркнул, прошептал что-то на ухо супругу, тот покраснел и пара снова исчезла в толпе танцующих. Люциус вспомнил, сколько сил ушло, чтобы научить Поттера прилично двигаться. Что ж, Избранный оказался вполне прилежным учеником. Будем надеяться, что и во всем прочем тоже.

К Люциусу подошла Нарцисса: пора было обойти гостей. Она взяла мужа под руку и на секунду застыла, тут же расцветая радостной улыбкой: к ним приблизились мистер и миссис Фадж. Говоря комплименты даме, Люциус опустил взгляд и тоже на секунду замолк: на шее миссис Фадж были надеты жемчужные бусы Нарциссы, привезенные им из Индии и не попадавшиеся ему на глаза со времен его выхода из тюрьмы.

С трудом закончив любезную фразу, Люциус извинился и попросил позволения рассмотреть ожерелье поближе. Мадам Фадж с готовностью выставила вперед свою немалую грудь, едва прикрытую кружевами. Люциус пригляделся и дотронулся до одной из жемчужин.

- Великолепная вещь, мадам, вполне достойная вашей красоты!

Он отошел, зная, что через пару часов жемчужная нить истлеет, превращаясь в горстку сероватого праха: индийские ювелиры очень серьезно относились к заклинаниям от воров.

Вечером, когда свадьба закончится, и молодые аппарируют в Менор за портключом во Французское поместье, где решено было провести медовый месяц, Люциус отправит жену домой в сопровождении Северуса, а сам аппарирует на Косую аллею, в лучший ювелирный дом Лондона, разбудит хозяина и скупит весь жемчуг, какой только найдет в магазине. Потом он еще немного посидит на веранде любимого ресторана, пытаясь осмыслить тот факт, что он теперь свекор… или тесть сильнейшего волшебника современности. А его Драко принадлежит теперь непонятному, но, кажется, надежному молодому мужчине. Не в силах уложить это в голове, он выпьет шампанского и, конечно, промахнется и появится в спальне Нарциссы. Там он вывернет над лежащей женой свой пакет, осыпав ее жемчугами, и примется целовать руки, просить прощения и благодарить с таким жаром, что несчастный целитель вообразит себе, что его светлость решил вернуться в объятия законной супруги, и едва не потеряет сознание от огорчения.

Успокоив и Блейза и расчувствовавшуюся Нарциссу, Люциус пешком (во избежание), добредет до собственной спальни, и, в ответ на разозленное шипение своего змея вытащит из кармана бесконечно длинную нитку жемчужных бус и, слегка смущаясь и храбрясь предложит:

- Я, конечно, уже не так неотразим, как двадцать лет назад, но, если ты еще не передумал…

И больше не успеет ничего сказать: конечно, он не передумал, что он и докажет своему лорду минутой спустя, и двумя часами спустя, и утром… И продолжит доказывать все то время, которое отведет им судьба. И дело тут, конечно, совсем не в жемчуге, и не в долгах, и, даже, не в клятвах. А в чем? Каждый решает сам. Они - решили.

Content

МамаЛена В одну реку